Наследник рода Раджат — 4

Глава 1

*****

Ребира Мехта со все возрастающим изумлением наблюдала за поединком двух полноцветных магов. То, что наследник Раджат оказался тоже пришельцем, ее не особенно удивило. После Лакшти, Сидхарт и Бхаскара это было ожидаемо.

А вот то, как они бились, заставило одного из сильнейших магов в стране похолодеть.

На таких скоростях не способен работать ни один местный боевой маг. Силуэты противников то и дело размазывались в воздухе, настолько быстро они перемешались. А главное, было видно, что такой темп им привычен. Они легко ориентировались в ситуации и ухитрялись подлавливать соперника при малейшем замедлении.

Неудивительно, что Турнир выиграл Раджат. Сейчас стало понятно, что там вообще ни один полноцветный маг не показал своих реальных возможностей.

Девочка Бхаскара самоустранилась изначально, у нее всего лишь третий магический ранг, от нее никто и не ждал подвигов. Хотя теперь ясно, что даже она могла стать костью в горле своих соперников на Турнире. Сидхарт тогда споткнулся на Шахаре, а Лакшти сдался сам. Если бы не его глупая ошибка, совершенная на эмоциях, он тоже дошел бы до финала.

Сложись обстоятельства чуть-чуть иначе, и то, что Ребира видит сейчас, вполне вероятно, Раджат и Лакшти показали бы в финале Турнира.

А ведь этим мальчишкам даже восемнадцати нет! Да, по закону они совершеннолетние с того момента, как вошли в основу своего рода, но это не отменяет того, что у них вся жизнь впереди. И какими монстрами они станут, взяв еще хотя бы по паре рангов, страшно даже представить.

Информация о том, что полноцветные плетения превосходят на два ранга одноцветные, уже распространилась среди великих кланов. И, глядя на этот бой, Ребира склонна была приравнять полноцветных магов четвертого ранга даже не к шестому, а к седьмому одноцветному рангу. Одна только привычка биться на таких скоростях чего стоила!

Даже если они не пробьют щит седьмого ранга сходу, они попросту не дадут местному магу седьмого ранга улучить момент для атаки. Он так и будет стоять внутри своего сферического щита. А это проигрышная позиция. Если дать достаточно времени без внятного сопротивления, то и шестой ранг рано или поздно пробьет щит седьмого. Просто измором возьмет.

А через лет пять-шесть, когда полноцветные возьмут шестой-седьмой ранг, и она сама же с ними не справится.

Ребира с детства была с головой погружена в тренировки. Она была гением клана, и вся ее жизнь была связана с магией. Был период, когда клан ей даже развлекательную литературу запрещал. Тогда она и увлеклась изучением древней магии.

Текстов, конечно, было мало, но то, до чего смогла дотянуться, она выучила чуть ли не наизусть.

Ей попадались высказывания древних в стиле: «Сила — лишь один из аспектов боя, и далеко не всегда она дает решающее преимущество». И только сейчас Ребира видела этому наглядное подтверждение. Да, для полноцветных магов сила — далеко не ключевой показатель.

Привычные стереотипы начинали шататься, отработанные столетиями схемы становились неактуальными на глазах. Одним своим появлением полноцветные маги изменят очень многое. Куда больше, чем можно было предположить еще вчера.

*****

Джина Бхаскара наблюдала за поединком Лакшти и Раджат издали. Она приехала вовремя. Точнее, почти вовремя. Начало поединка она застала, а вот подобраться поближе к этому времени не успела.

Впрочем, девушка и отсюда увидела все, что хотела.

Секущее кольцо, которое Лакшти применил первым, полностью подтвердило все ее выводы. Это было самое страшное изобретение той войны.

В родном мире Джина не была боевиком по профилю, но когда война охватила весь мир, и ей довелось побегать с отрядом на передовой.

Она застала даже начало применения площадных плетений. Однажды своими глазами видела, как маг девятого ранга накрыл небольшой город «пламенным покрывалом». Оттуда не спасся никто. Там даже камень плавился, и через полчаса на месте города осталось только озеро раскаленной лавы.

Секущее кольцо появилось за полгода до того, как война охватила весь мир. Очень коварное плетение, от которого практически невозможно было увернуться, если ты не готов к нему заранее.

Его изобрели как раз индийцы, но к моменту выхода войны на мировой уровень его применяли уже практически все.

И это означало как минимум то, что Лакшти — пришелец из ее мира. Более того, он ее современник. Вполне возможно, они с ним даже были знакомы в той жизни…

Как, впрочем, и со всеми остальными.

От наследника Раджат в этом бою Джина так и не дождалась чего-то, характерного именно для той войны. Однако это было уже неважно. Секущего кольца от Лакшти в дополнение к оговоркам Аргуса Сидхарт ей хватило, чтобы сделать выводы.

Все полноцветные маги оттуда. Все они — дети той войны. Все они — осколки того мира, который не смогли защитить.

Девушка пока не понимала, зачем их призвал этот мир.

Но в одном она была уверена точно: этому миру нужна помощь. Это их шанс спасти хотя бы его, раз родной не смогли.

И на этот раз упускать свой шанс она не собиралась. Пусть мальчишки борются за власть и статус, ей эта возня безразлична. Ее дело — спасти мир.

*****

Пару минут я простоял на месте. Мне казалось, что Лакшти вот-вот должен встать.

Но нет, он валялся все так же неподвижно.

Наконец, я оторвал от него взгляд и пробежался по зрителям. Ребиру Мехта я уже видел, а теперь заметил еще и незнакомый броневик, который занял место со стороны пустыря. На крыше броневика рядом с задранным вверх стволом пулемета сидел Хатри.

М-да, паршиво. У меня даже крошечной форы во времени не будет, пока разойдется информация о моей принадлежности к полноцветным магам. Уже сегодня вся страна будет в курсе.

Ладно, пока надо закончить этот поединок.

Я сделал шаг вперед, и тут же со всех сторон донеслись характерные щелчки предохранителей. Я замер на месте.

Вся родовая гвардия Лакшти ощетинилась вскинутым огнестрелом. Первый ряд присел на одно колено, давая обзор стоявшим за его спиной. Маги вскинули руки со щитами, готовые развернуть их в любой момент.

Даже Хатри опустил ствол пулемета и нацелил его на меня.

Разумеется, моя гвардия и люди Дамаяти тоже были готовы к бою, но лично для меня это мало что меняло. Под таким плотным огнем, не имея никакого укрытия, я однозначно не выживу. И даже полноцветные щиты меня не спасут.

И если честно, столь резкую реакцию что Хатри, что гвардии Лакшти я не понял. Они решили, что я хочу добить Нерея?

Впрочем, даже если так. Мы обозначили условия поединка: смерть или признание поражения. Если Нерей жив, но без сознания, признать поражение он не может физически и, значит, я имею полное право его добить.

С какого слуги рода ставят под сомнение слово своего наследника?

Ладно Хатри, там какие угодно приказы от ИСБ могут быть, но слуги? Не думал, честно говоря, что в этом мире такое вообще возможно.

А мне-то что теперь с этим делать? Отступить перед лицом неизбежной смерти — это потерять репутацию. Навсегда.

Да и жизнь, пожалуй, тоже, просто попозже. Остановись я сейчас — и вся страна будет считать, что меня можно задавить силой. Свидетелей здесь достаточно, уж эту информацию они разнесут с удовольствием.

Бросив еще один взгляд на гвардию Лакшти, я презрительно усмехнулся и двинулся вперед. Не посмеют. Одно дело — предупредить, и другое — стрелять в наследника чужого рода без приказа своих аристо.

А Хатри… Я думаю, у него приказ беречь всех полноцветных. Как ни крути, мы — новый стратегический ресурс страны. И точно так же, как он не имеет права допустить смерти Лакшти, он не поднимет руку на меня.

— Стой, Раджат, — раздался усиленный магией голос Хатри.

До Нерея Лакшти мне оставался с десяток шагов, и я даже не подумал остановиться. Мне ИСБ со всеми своим играми уже в печенках сидит. Послать их словами я не могу — зато именно сейчас вполне могу послать действием.

В рядах гвардии Лакшти мне на мгновение почудилось какое-то шевеление.

И первой на него отреагировала Ребира Мехта. Она хоть и стояла спиной к ним, заметить их телодвижения ей это не помешало.

Ректор резко раскинула руки в стороны, и перед рядами гвардии Лакшти появился огромный магический щит, который перекрыл метров пятьдесят, наверное. Абсолютно все люди Лакшти оказались за этим щитом.

Я встретил ее взгляд и благодарно склонил голову. На мое лицо сама собой выползла хищная усмешка. Вот теперь Хатри со своим одним-единственным пулеметом мне не угроза.

И, судя по его зло прищурившимся глазам, он прекрасно это понял.

Я подошел к неподвижному телу Лакшти вплотную, остановился и посмотрел на Хатри.

— Еще одно слово, — холодно сообщил я, — и я объявлю роду Хатри войну на уничтожение. Мне плевать, какой у вас приказ. Вы вмешиваетесь в поединок двух представителей древних родов. И как аристократ вы не можете не понимать последствия.

Хатри сжал зубы так, что на его щеках заиграли желваки.

Разумеется, он прекрасно знал, что я в своем праве. Более того, он понимал и то, что в этой гипотетической войне против его рода мне еще и Лакшти поможет. Даже если бы мы с Лакшти были кровными врагами, это ничего не изменило бы. Тот, кто лезет в наши отношения, все равно стал бы целью номер один, и только после его уничтожения мы продолжили бы свои разборки.

Убедившись, что Хатри молчит и явно молчать продолжит, я вновь опустил глаза на Нерея.

Хорошо его потрепало. Руки от кистей до локтей у него были жутко обожжены, куски кожи свисали лохмотьями, в одном месте даже белела кость. Одежда была в многочисленных прорехах, и в них виднелись кровавые ссадины. Как и на лице, собственно. Это его по асфальту так протащило, похоже. Одна нога у него была явно сломана.

Однако крови почти не было. На руках кровь остановили ожоги, а перелом ноги был закрытый, судя по всему.

Его жизни ничто не угрожало, в общем. Он просто потерял сознание.

Шикарный момент, чтобы добить врага.

Я смотрел на неподвижное тело Лакшти и понимал, что не смогу. В бою — не вопрос, я убил бы его, даже не задумываясь. Да, собственно, если бы он сдох от моего коронного плетения, я бы не расстроился.

Но вот так, бессознательного, беспомощного, раненого… Может, я — тряпка, но я не могу. Лучше еще разок поединок устроим, и отправлю в него две свои коронки подряд, чтобы наверняка.

Я осторожно ткнул носком ботинка в бок Лакшти.

Никакой реакции.

Я пнул его чуть посильнее. Лакшти издал короткий стон и открыл глаза.

В моих руках уже сверкало готовое к активации плетение. То самое, которым я чуть не убил его пару минут назад.

Лакшти узнал его и хрипло выдохнул:

— Я признаю поражение.

Коротко кивнув, я отступил на шаг назад.

Со сдавленным стоном Лакшти приподнялся и кое-как сел, стараясь не опираться на израненные руки.

Его гвардия почти синхронно выдохнула и опустила оружие. Ребира Мехта сняла свой щит.

Только Хатри так и продолжал целиться в нас своим пулеметом с крыши броневика.

— Хатри, хватит уже этого фарса, — бросил глава клана Дамаяти. — Ты на нервах, пальчик может случайно дрогнуть… Убери ствол. А то у меня тоже нервных ребят на крупнокалиберных орудиях хватает!

Имперец скосил глаза на стену, окружавшую родовое поместье Дамаяти, и только теперь увидел, что большая часть стационарных пулеметов и гранатометов нацелена на него.

Он скорее удивился, чем испугался. Еще бы, наверняка нечасто представители ИСБ оказываются приоритетной целью. Однако ствол пулемета он счел за лучшее задрать в небо.

— Благодарю, — ровно сказал Дамаяти.

На несколько секунд повисла тишина. Вроде, все уже закончилось, но напряжение не отпускало. Причем не только меня. И Дамаяти, и ректор были все так же насторожены.

И не зря, как оказалось.

— Эх, похоже, пропустил я все самое интересное, — раздался знакомый насмешливый голос.

Глава 2

*****

Из-за деревьев парка со стороны центра города выступил Аргус Сидхарт.

И он был не один. Перед ним и чуть сбоку шла девушка. Отряд клановой гвардии за его спиной я не считаю.

Они сделали буквально два шага вперед, и я обратил внимание, что девушка идет как-то боком. Словно Аргус вывернул ей руку за спину, и в таком виде ведет ее перед собой как пленницу.

Еще больше я удивился, когда разглядел девушку. Джина Бхаскара.

Что она здесь делает — отдельный вопрос. Почему Сидхарт так с ней обращается? Они же союзники.

Пока все взгляды были прикованы к Аргусу, я счел за благо отступить поближе к своим.

В итоге, когда Аргус с Джиной подошли, образовался равносторонний треугольник: сидящий на асфальте Лакшти, Аргус и я. Между всеми нами было метров по десять.

За моей спиной были центральные ворота родового поместья Дамаяти. Практически за Лакшти с такого ракурса мне было видно броневик с Хатри, а в просвет между Сидхарт и Лакшти я мог наблюдать за Ребирой Мехта. Удобно.

Я только главу клана Дамаяти не видел, он так и стоял на стене за моей спиной.

Лакшти стиснул зубы и кое-как поднялся на ноги. Стоял он не особенно устойчиво, но никто в его сторону даже шага не сделал, чтобы поддержать. И правильно. Наследник вечного рода обязан справиться с такой мелочью, как паршивое самочувствие.

Сидхарт окинул Лакшти оценивающим взглядом и удивленно вскинул брови.

Не понял. В магическом зрении он что-то увидел, что ли?

Перейдя на магическое зрение, я сам едва удержал ровное выражение лица. У Лакшти не просто физически руки были измочалены моей атакой. Там и энергетические каналы были порваны в хлам.

И как он еще от боли не воет?

Я единственный раз в прошлом мире вышел из дуэли с рассеченным энергетическим каналом на ноге. Помню, какой это мрак на ощущениях.

Лакшти оскалился, одним своим видом пресекая любые вопросы, и повернул голову к Ребире Мехта.

— Госпожа ректор, не хотите помочь своему студенту? — высокомерно поинтересовался он.

Женщина нахмурилась, а Сидхарт закатил глаза к небу. Мне тоже хотелось хлопнуть себя по лбу. Лакшти совсем берега потерял. Кто ж так помощи просит?

Тем более, у постороннего аристократа, имеющего как минимум равный статус. Да, Ребира — не наследница своего рода. Но она — маг девятого ранга из главного рода великого клана. Она имеет за спиной колоссальный политический опыт и множество связей. Тут еще вопрос, кто из них имеет более высокий статус.

— Не хочу, — коротко ответила Ребира Мехта.

Дурак ты, Лакшти. Со своей шакти ректор залатала бы тебя за полчаса, ты и не вспомнил бы на утро о полученных ранах.

А теперь большой вопрос, оправишься ли ты вообще полностью от магических травм. Это тебе не мясо нарастить, тут совсем другой уровень вмешательства нужен.

— Помоги, — негромко попросил Аргус, глядя на Джину. — Союзник, как-никак.

Джина только фыркнула и с места не двинулась.

Лакшти перевел взгляд на нее. Он молча сверлил ее взглядом, но девушка только презрительно кривила губы.

М-да, шикарный у них союз, я смотрю.

— Дашь слово принять мой род как равный в союзе — помогу, — наконец, сказала Джина.

— Показать бы тебе твое место, женщина, — процедил сквозь зубы Лакшти.

Ах вот оно что. Лакшти оказался из той породы, которая ни во что не ставит слабый пол. Многое становится на свои места. Тот бой на Турнире, когда он на эмоциях продемонстрировал полноцветный щит, тоже ведь был с девчонкой. И, вероятно, именно девчонке ему было так невыносимо проиграть.

Да и в обращении к ректору сейчас, похоже, сыграло именно это предубеждение.

— Вы мне уже все показали, — едко усмехнулась Джина. — И теперь помогать тебе просто так, в рамках союза, я больше не собираюсь. Или слово — или справляйся сам.

Я слушал их и, честно говоря, выпадал в осадок.

Это ж как надо было довести девчонку, чтобы она при посторонних аристократах такое выдала? Ей же не шестнадцать лет на самом деле. Джина — взрослый маг из моего прежнего мира. И там она явно имела за спиной очень ценный опыт или серьезные достижения, иначе алтарный камень рода не выдернул бы сюда именно ее.

Лакшти метнул убийственный взгляд на меня и коротко бросил:

— Слово.

Один-единственный поединок, а сколько потерь у Лакшти на ровном месте. Сначала проиграл договор о ненападении мне, теперь вот пришлось идти на уступки другому роду.

Сам виноват. Может, он хоть задумается о том, что к людям надо относиться по-человечески. Не был бы Лакшти такой высокомерной тварью, я вполне мог вступить в их союз. Тот же Аргус в роли лидера меня не напрягал бы совершенно.

— Развернуто! — потребовала Джина.

— Даю слово относиться к роду Бхаскара как к равным в рамках нашего союза, — ровно сказал Лакшти.

Джина кивнула и двинулась к Лакшти.

Еще на подходе на ее руках засветилось полноцветное диагностическое плетение. Я не мог его воспроизвести, но в лечебницу попадал достаточно часто, чтобы сразу его узнать. А девочка — лекарь, оказывается. Причем очень мощный лекарь, раз эту сложнейшую диагностику она выдает мысленным усилием.

Аргус посмотрел на меня, увидел, что я оценил плетение Джины, и многозначительно покачал головой. Мол, смотри, от чего ты оказался.

Нет, Аргус, это ты не понимаешь, похоже. Джина не будет вашей ручной собачкой.

Высокомерие, пусть даже сдержанное и не озвучиваемое, я смотрю, многим глаза застилает. Умом и Лакшти, и Сидхарт наверняка понимают, что имеют дело со взрослой женщиной. Да только не видят они, что Джина в своем мире была на уровне Ребиры Мехта. И такого отношения от них, как сейчас, она не потерпит.

А относиться к ней как к равной даже Аргус пока не готов.

В руках Джины замелькали полноцветные плетения. И скорость ее работы только подтверждала мои выводы. У нее за спиной явно был очень большой опыт.

Глава рода Дамаяти неожиданно оказался рядом со мной. Бросив взгляд через плечо, я увидел распахнутые центральные ворота его поместья. Поначалу я подумал было, что он всех аристократов пригласит на чай, но нет. Он вышел попрощаться со мной.

— Не тяни с помолвкой, — тихо произнес Дамаяти. — Хотя бы дату приема назначай сразу. А то нас не поймут.

— Завтра с утра разошлю приглашения, — кивнул я.

— И присылай своих юристов, согласуем договор, — добавил Дамаяти. — Базу же стандартную возьмем?

— Да, пожалуй, — ответил я.

С вариантами союзных договоров я ознакомился бегло, но общее представление имел.

Это у Лакшти, если бы мне пригодилась эта подготовка для переговоров с ним, могли быть самые разные варианты. А с Дамаяти действительно не имеет смысла мудрить. Прямо сейчас в чем-то сильнее он, в чем-то я, но в целом это договор равных.

Да, я наберу намного больше веса в обществе, чем клан Дамаяти, но это будет потом. Соответственно, и пересмотр договора, если он потребуется, будет потом.

— Жду твоих людей в любое время, — кивнул Дамаяти.

Я не стал наблюдать за лечением Лакшти. В отличие от всех здесь собравшихся, — кроме чужаков, разумеется, — я представлял, как это делается. И знал, что это надолго.

Я обвел взглядом всех собравшихся, кивнул на прощание каждому аристократу и, махнув рукой своим людям, двинулся к машине.

*****

Тагор Хатри проводил взглядом машину наследника рода Раджат и вновь перевел взгляд на разноцветные вспышки плетений Джины Бхаскара.

Только сейчас, после этого поединка полноцветных магов и всего, что за ним последовало, он осознал, насколько они другие. Мало того, что все полноцветные — матерые зубры из другого мира. Они еще и обладают навыками и опытом, который местным и не снился.

Хатри давно начал догадываться, что все пришельцы — далеко не те мальчишки и девчонки, какими они выглядят здесь. Но настолько наглядного свидетельства в пользу этой версии он не ожидал.

Теперь он даже не был уверен, что победа останется за ним, если однажды он схлестнется в прямом магическом бою с кем-то из полноцветных. Лакшти и Раджат продемонстрировали невероятный уровень. И собственный седьмой магический ранг уже не казался Хатри достаточным в этом потенциальном противостоянии.

А уж то, как наследник Раджат повел себя под сотнями нацеленных на него стволов, и вовсе привело Хатри в ступор. Даже седьмой магический ранг не давал гарантии выживания в такой ситуации. Окажись хотя бы несколько стволов заряжены магическими патронами — и сферический щит мог не спасти.

Имперец честно признался себе, что сам он на подобное не способен. Окажись он сам на месте мальчишки в тот момент, он склонил бы голову. А наследник Раджат только фыркнул и продолжил делать то, что и собирался.

Эти пришельцы — не просто обладатели древней магии, которая встряхнет мир сама по себе. Каждый из них — та фигура, от которой не выйдет отмахнуться. Ни у кого.

*****

Первой, кого я увидел, выйдя из машины по приезду домой, была Андана.

Она застыла у двери особняка, вытянувшись в струнку. Ее длинные светлые волосы развевались на ночном ветерке, а шлейф почему-то не закрепленного сзади сари стелился по земле. Она была одета в те самые бело-серебристые цвета, которые мне нравились на ней больше всего.

Я выпрямился во весь рост, небрежно опираясь о дверцу машины.

Кости ломило, мышцы практически отказывались шевелиться. Сразу после поединка с Лакшти я держался на адреналине, а потом и на злости на Хатри. А стоило только сесть в машину и чуть-чуть расслабиться — и накатило.

Собственно, я знал, на что шел. Магическое усиление — опасная штука, и откат от него всегда жесткий. Сейчас я хоть на ногах еще, а вот завтра уже не факт, что встану. Долго мне эта битва будет аукаться, чую.

Выходя из машины, лицо я точно удержал, а вот казались ли мои движения небрежно-ленивыми — не уверен. Судя по тому, как Андана вихрем слетела со ступенек и подбежала ко мне, вряд ли.

Я улыбнулся такой тревоге за меня и призывно распахнул объятия.

— Иди сюда, невеста! — подмигнул я.

Андана неверяще распахнула глаза и через секунду бросилась мне на шею. Я обнял ее и привычно зарылся лицом в ее волосы.

Все, я дома, и я вернулся с победой. Можно полноценно расслабиться.

Мы простояли так с минуту. Потом Андана чуть отстранилась и заглянула мне в глаза:

— Ты договорился?..

— Да, — кивнул я. — Твой глава клана сказал, цитирую: бери ее. И в жены, и просто бери.

Андана слегка покраснела, смущенно улыбнулась и спрятала лицо у меня на плече.

Я, в общем-то, хотел просто подразнить ее, но девушка, похоже, приняла эту цитату за руководство к действию. Она поднялась на носочки и легонько укусила меня за мочку уха.

На этот раз я не стал придерживать прану, чтобы не выдать себя реакцией тела. Да какого дьявола, в конце концов?

Андана уже совершеннолетняя, должна понимать, что означает эта выпуклость, которая упирается ей в живот. Провоцировать мужчину безнаказанно до бесконечности не получится. Пусть уже поймет, что такие штуки чреваты.

Моего намека она не поняла. Ну или поняла как-то не так. Довольно фыркнув, Андана еще и поерзала, якобы утраиваясь в моих объятиях поудобнее.

Я прижал ее к себе крепче, практически исключая для нее возможность пошевелиться. Да что ж ты делаешь, я же не железный!

Андана замерла, уткнулась холодным носом мне в шею и едва слышно спросила:

— Теперь ты перестанешь ходить в бордель?

Глава 3

*****

Я слегка оторопел от ее вопроса. Что, вот прям так сразу? А казалась такой приличной девочкой… Не скажу, что я не хотел доверчиво прижавшуюся ко мне красавицу, но лучше бы не прямо сейчас. Откат от магического усиления — жесткая штука.

С другой стороны, много ли нужно девственнице?

Так нет, стоп. Не надо превращать нашу первую ночь не пойми во что. Никто ж нас никуда не гонит.

Да и лучше бы все-таки после помолвки хотя бы. Мне самому так спокойнее будет.

А пообещать можно и сейчас. Чую, до приема с объявлением помолвки мне все равно не до борделя будет. Как оклемаюсь от отката, уйду с головой в подготовку к Аукциону. До него всего две декады осталось.

— Если ты это серьезно, то после помолвки буду ночевать у тебя, — едва заметно улыбнулся я.

Андана чуть отстранилась и с интересом заглянула мне в глаза:

— А когда помолвка?

— Через декаду примерно. Завтра с утра определюсь с точной датой и займусь приглашениями.

По ее губам скользнула откровенно довольная собственническая улыбка.

— Ловлю на слове, — заявила она. — После помолвки ты — мой!

— Я и сейчас твой, — хмыкнул я.

Андана хотела было еще что-то сказать, но я ей не дал, впился поцелуем в ее сочные губы. Судя по тому, как страстно она ответила, именно этого она и добивалась. Отличное взаимопонимание, это радует.

*****

Как я и предполагал, следующее утро мне показалось адом. Болело вообще все, причем знать о себе давали даже те мышцы, о которых я прежде не подозревал.

До ванной я полз минут пять, наверное.

Горячий душ немного помог. Хоть и по-прежнему через боль, но двигаться я стал пошустрее. До кабинета дошел всего минуты за три. Это тридцать-то метров по коридору, эх!

В столовую я даже не стал пробовать спуститься. У меня полно слуг в доме, пусть завтрак приходит ко мне сам. Об Академии тоже не шло и речи, разумеется. Экзамены еще не начались, так что ну ее.

А вот дел, не связанных непосредственно с применением магии, у меня поднакопилось за последние дни. И самым главным была организация приема для объявления помолвки.

Правда, на первом же вопросе, с кем это нужно обсудить, я завис. Понятия не имею, кто в роду Раджат этим занимался. И выжил ли этот человек вообще после штурма нашего родового поместья в Лакхнау.

Я нажал кнопку вызова секретаря, и через пару десятков секунд Дадабхаи уже материализовался на пороге моего кабинета.

— Господин, — приветственно склонил голову он.

— Мне нужно организовать прием, — сказал я. — Выясни, пожалуйста, кто в роду может этим заняться, и направь этого человека ко мне. До обеда.

— Простите, господин, но боюсь, в роду сейчас нет мастера церемоний, — с сожалением покачал головой Дадабхаи.

Этого я и боялся. И как мне организовывать прием? Сам я это не потяну, слишком много там деталей и организационной работы. Не разбираюсь в этом и разбираться не хочу. Такие нудные вещи должны делать специально обученные люди.

— Единственная кандидатура, которую я готов вам предложить, — добавил Дадабхаи, — это моя скромная персона.

Я посмотрел на секретаря с интересом.

— Я изучал в юности искусство организации малых приемов, — пояснил Дадабхаи. — На практике мне в свое время не довелось применить свои знания, но, смею надеяться, я забыл далеко не все.

О да, этот педант — отличная кандидатура. Если честно, я даже не скажу навскидку, кто мог бы лучше подойти на такую роль по складу характера.

Жаль только, что я снова останусь без секретаря. С другой стороны, найти мастера церемоний куда сложнее, чем секретаря.

— Тогда я поручаю это тебе, — кивнул я. — Справишься — будем обсуждать твой переход на новую должность и принятие в Слуги.

— Господин, я вас не подведу! — Дадабхаи глубоко поклонился и тут же направился к креслу около моего стола.

Я удивился было его маневру, но потом сообразил. Ему же детали нужны.

И, зная его въедливость, это надолго…

*****

Три часа! Три, мать его, полновесных часа Дадабхаи мучал меня вопросами по приему. Нет, ничего лишнего он от меня не хотел, здесь нужно отдать ему должное. Все вопросы и уточнения были строго по делу и только такие, которые он действительно не мог решить сам. Но три часа!..

Когда будущий церемониймейстер рода закрыл за собой дверь моего кабинета, я вздохнул с облегчением.

Зато теперь я могу быть уверен, что все будет сделано четко и в срок. А главное, мое участие там больше не потребуется. Наверное.

Выпив кофе и переведя дух, я вернулся мыслями к оставшимся делам.

Текучка подождет пока, в первую очередь мне надо разобраться с плетением сокрытия для Аукциона.

Если Астарабади прав, и это будет одним из самых дорогих лотов, то это отлично. На Турнире я, конечно, сорвал очень хороший куш, но это была разовая акция. А серьезных вливаний род потребует еще не раз и не два.

Собственно, он будет их требовать до тех пор, пока не развернется на полную весь бизнес, который мы только-только начинаем в столице.

Схему плетения сокрытия на маленький радиус я переделал буквально за полчаса. Да там работы-то — пару штатных, изначально заложенных в структуру, настроек подкрутить.

Проблема была в том, что я не мог это плетение испытать.

Плетение сокрытия было седьмого ранга. Я и с его деактивацией-то намучился, но там хоть какие-то варианты были. А вот с воплощением — без шансов.

Да, испытания, теоретически, были необязательны. Я изменил совсем мелкие детали, и был абсолютно уверен в нормальном результате, но по конструкторской привычке еще из прежнего мира хотел все-таки увидеть эту штуку в действии. Как ни крути, я собираюсь это плетение продать за огромные деньги. И если я вдруг все-таки где-то ошибся, я должен узнать об этом первым.

Магов седьмого ранга у меня в роду нет. И знакомых магов седьмого ранга, кому я мог бы доверить такое, тоже.

Покрутив мысленно варианты и так, и эдак, я понял, что не готов прямо в таком виде отдать это плетение на Аукцион. А если оно рванет в руках у покупателя? Да я от такого позора не отмоюсь потом.

Ладно, придется пересчитать это несчастное плетение и сделать его растяжимым.

Понятия не имею, насколько хуже станет эффект, если применить его на моем четвертом ранге, но это и неважно, по большому счету. Мне же его просто испытать надо. А нормальная эффективность так и останется у этого плетения на седьмом ранге.

Я провозился с расчетом весь день, с перерывами только на обед и ужин. Зато закончил за один день. Это круто, между прочим, далеко не с каждым расчетом в прежнем мире я укладывался в такие сроки.

Испытав растяжимое «сокрытие» и оставшись довольным результатом, я позвал Астарабади. Он пришел буквально через минуту.

— Господин? — вопросительно произнес он, кивнув мне от двери.

— Садись, — махнул рукой на кресло я и сообщил: — Сокрытие я переделал. И даже испытал, нормально с ним все.

— В каком смысле испытал? — изумленно воскликнул Астарабади. — Сокрытие же седьмого ранга!

— Уже нет, — хмыкнул я. — Теперь оно может быть любого ранга. Просто нормальную привычную всем эффективность оно даст на седьмом. А так-то применять его можно, начиная с третьего.

Астарабади застыл. Вопреки моим ожиданиям, он не светился предвкушением, как обычно, когда получал новую игрушку или узнавал о ней. Через пару секунд мой ближник начал хмуриться.

— Шахар, — осторожно начал Астарабади, — ты можешь радиус у обычного сокрытия поменять на поменьше? Только радиус, ничего больше не переделывая?

— Могу. Собственно, я и переделывать-то сокрытие начал, когда понял, что не могу седьмой ранг испытать.

— Только поэтому? — недоверчиво переспросил он.

Дикие они тут все-таки. Да, я — конструктор, и это профдеформация. Я не могу выпустить из своих рук то, что я не проверил на практике.

Для местных же моя способность оперировать простыми переменными вроде радиуса — это уже что-то запредельное. А уж глобальный пересчет плетений под другой ранг — и вовсе чуть ли не божественный уровень.

И у них в голове не укладывается, как можно делать такое ради банальной проверки работоспособности.

— Только поэтому, — подтвердил я.

— А если я найду того, кто сможет воплотить это плетение? — предложил Астарабади.

— У тебя есть надежные маги седьмого ранга? — в свою очередь удивился я.

— У меня есть должник седьмого ранга. В свое время я спас ему жизнь. Думаю, магическая клятва неразглашения и одно плетение — не такая уж высокая цена долга.

Я неопределенно покачал головой. Биджау мне еще в Лакхнау наглядно показал, насколько «дырявыми» могут быть магические клятвы. Так что полагаться слепо именно на клятву я бы не стал. Но тут многое от человека зависит.

— Шахар, нельзя это показывать, — сказал Астарабади, видя мои колебания. — Нет в этом мире растяжимых плетений. Точнее, до тебя не было. Каждое плетение соответствует своему рангу. Маг более высокого ранга может использовать плетения более низкого. Но не наоборот. Во многом именно на этом стоит преклонение перед силой. Чем ты сильнее, тем больше у тебя возможностей. Ты сейчас не плетение переделал, ты систему сломал! Это бомба похлеще вашей полноцветной магии. Разные цвета у нас все равно никто использовать не может. Ну появились вы со своей древней магией, и что с того? Это всего лишь несколько потенциально сильнейших бойцов. Да, страну вы усилите, но глобально это ничего не изменит. Но если ты сломаешь систему…

Астарабади потряс головой, как будто отгоняя мрачные картины, которые ему подсунуло воображение, и замолчал.

Я тоже задумался. В чем-то он прав, даже несколько магов предельного ранга общий расклад сил не изменят. Причем даже в том случае, если полноцветные маги появились только в Индии. А я в этом сомневаюсь, честно говоря.

Если же полноцветная магия начала проявляться по всему миру, то она тем более ничего не поменяет. Я уже убедился на примере Асан, что обучить местных сходу не получится. В отдельных ситуациях чужаки будут сильным козырем, но в масштабах даже отдельно взятой страны это ни о чем.

В то время как новые плетения действительно могут стать массовым оружием прямо сейчас.

— Кстати, — через пару секунд встрепенулся Астарабади. — А пересчитывать плетения умеешь только ты?

Хороший вопрос. Я понятия не имею, что за душой у остальных чужаков, но сильно сомневаюсь, что этот мир призвал себе нескольких однотипных спецов.

— Скорее всего, — кивнул я. — Я в этом не уверен, но думаю, мы все имеем разные специализации. Менять уже заложенные в плетения параметры, тот же радиус срабатывания, могут все чужаки. Вот это в моем мире было базой на уровне средней школы. А вот пересчитывать структуру — это уже другой уровень. Инженера, если грубо сравнить. Тут надо иметь не просто соответствующее образование, но и изрядный опыт. Хотя бы для того, чтобы помнить наизусть кучу переменных. Их же никто специально не заучивает, пока под рукой есть справочники. Там они были. А тут… сам понимаешь.

— Я понял, — кивнул Астарабади. — Тогда я предлагаю работать только с тем, что могут все пришельцы. Мы и на этом заработаем нехило. И даже это, кстати, мощно встряхнет мир. Но полностью ломать систему не надо. Оставим этот козырь себе.

Если успеем заработать, то заработаем, так будет точнее.

Я только сейчас, после этого разговора, осознал, что не я один могу менять простые параметры местных плетений. И сколько чужаки притащат подобных плетений на тот же Аукцион — непонятно.

Да и если посмотреть дальше… Сидхарт, например, легко наладит производство любых нестандартных артефактов. А когда он начнет их продавать, эти схемы плетений станут общедоступными, по сути.

Те же мои любимые «бутерброды» из защитных артефактов с разными радиусами срабатывания быстро перестанут быть экзотикой.

Если я хочу урвать здесь свой кусок пирога, то на Аукцион мне нужно выставлять максимум схем плетений. Все, какие я вообще успею сделать. Потому что иначе я могу оказаться на задворках этого праздника жизни.

— Набросай мне список самых востребованных плетений, — попросил я Астарабади, — у которых имеет смысл менять какие-то параметры. Как радиус срабатывания у щитов.

— Для Аукциона? — понимающе улыбнулся он.

— Да. Пока нас не опередили, снимем сливки.

— Понял, сделаю, — кивнул Астарабади.

Глава 4

*****

На следующий день в Академии начались тесты по всем предметам за прошедший месяц. Студенты были напряженными и молчаливыми, но панику никто не разводил. Хотя не знаю, как оно у простолюдинов, у меня-то в группе одни аристократы. Эти с детства приучены не показывать эмоции.

Я особо не напрягался. Писал ответы там, где был письменный экзамен, отвечал на вопросы преподавателя на устных опросах. Было скучно.

При этом я прямо-таки физически ощущал, насколько быстро время утекает сквозь пальцы, мне очень многое надо было успеть сделать до Аукциона. Но скуки прямо сейчас это не отменяло. Не на экзаменах же мне заниматься переделкой плетений?

На одном из предметов, ответив первым, я ушел на задний ряд, уселся у окна и начал прикидывать, что мне еще нужно сделать в ближайшие дни и не забыл ли я что-нибудь. И вдруг понял, что забыл.

Я напрочь забыл о том, что мне нужно периодически бывать в студенческом клубе.

В первый месяц по клубам была сделана поблажка, на клуб можно было попросту забить. А вот теперь все станет всерьез. Если я не «отсижу» в клубе положенное время, то мне начнут срезать баллы на тестах. Одна ошибка — и я могу оказаться запертым в Академии Магии на месяц.

Можно, конечно, отложить посещение клуба на конец месяца. Только я не уверен, что к тому времени мне не станет вообще ни до чего. До Аукциона две декады, а в месяце всего три.

Да и в принципе, я предпочитаю заранее делать то, что могу.

Я записался в клуб алхимии. Но, будем реалистами, сейчас вообще не время для изучения новой сферы. Тем более, не особенно нужной.

Что полезного я могу сделать для себя и рода, пока буду сидеть в этом клубе? Какие там вообще правила? Я же так ни разу туда и не зашел после того, как подал заявление на вступление в клуб.

Придется сходить на разведку. Да прямо сегодня, чего тянуть?

Клуб с одной стороны разочаровал, а с другой — порадовал.

Занятия в клубе были выстроены таким образом, что сразу после основной учебы начиналась получасовая лекция в клубе. Вел ее, как правило, один из «старожилов» клуба. Ну или просто подготовивший доклад на конкретную тему студент. Еще полчаса-час отводилось на дискуссию после лекции.

В итоге получалось, что если ходить в клуб каждый день только на лекции и их обсуждения, ты как раз наберешь тот самый искомый минимум: тридцать часов в клубе за месяц.

После лекции члены клуба могли заниматься чем угодно, никто за этим не следил.

Я не собирался ходить в клуб каждый день, разумеется. Несколько дней в месяц, чтобы отсидеть там до вечера, — самое то. Час-полтора на лекцию и дискуссию при таком раскладе у меня все равно вылетят, но дальше я смогу заниматься своими делами.

Тоже отдельный вопрос, какими.

Родовые бумаги в клуб не потащишь, мало ли кто через плечо заглянет. Про пересчет плетений тем более даже речи идти не может. И артефактами там не займешься.

В тот день я промучился в клубе с час после лекции, пытаясь придумать себе относительно безобидное, но при этом полезное занятие. Ничего не придумал и счел за лучшее уехать домой.

И уже дома в своем кабинете, получив от Астарабади список самых востребованных плетений и начав работать по первому из них, я сообразил.

Схему плетения мне все равно приходилось рисовать от руки. Нормальных программ для компьютера, которые позволили бы точно задать все необходимые углы и скругления, здесь еще не придумали. А мышкой на глаз… Да я руками быстрее начерчу.

Изменения в плетения я вносил минимальные. И считать мне их не нужно было, я просто видел, как искривить линии плетения, чтобы изменить тот или иной параметр. Соответственно, и рисовал я большую часть времени общеизвестные схемы.

Вот именно ими я и могу заняться в клубе. Они будут неполными, конечно, но новые элементы в схему я дома впишу очень быстро.

Следующая декада у меня так и прошла.

Я ходил на учебу в Академии, затем шел в клуб, слушал там лекцию и потом до вечера рисовал неполные схемы плетений. Дома после короткой тренировки и ужина я заканчивал схемы плетений, внося в них необходимые доработки, и отдавал очередную стопку схем Астарабади. Еще час-полтора перед сном уделял делам рода. Вопросов ко мне было обычно немного, но зато появлялись они постоянно.

А на следующий день начиналось все по новой.

Был только один интересный эпизод, когда Астарабади привел ко мне мага, который должен был испытать мое новое плетение сокрытия. Мага-простолюдина седьмого ранга.

Астарабади сразу предупредил, что этот маг не пойдет ко мне в род. Он вообще не хочет быть слугой. Тем любопытнее мне было посмотреть на такую диковинку. В этом мире практически все поголовно хотели стать слугами аристократического рода, причем любого, лишь бы взяли.

Его звали Сарих Джампа, на вид ему было далеко за пятьдесят. Уставший, но жесткий мужик с обветренным лицом и сосредоточенным взглядом.

Клятву неразглашения он дал спокойно, на словах пояснил, что Астарабади он обязан жизнью и меня, его господина, подставлять однозначно не собирается. Я ему поверил.

С незнакомой схемой плетения он разобрался довольно быстро даже по моим меркам. А уж для этого мира это было фантастически быстро.

И уже напоследок я спросил его, почему он так предвзят к аристократам.

Сарих долго смотрел мне в глаза и явно колебался, но все-таки решился.

— Мои родители были слугами рода, — ровно начал он. — Мать умерла при родах, а отец погиб, защищая родовую резиденцию. Он был магом шестого ранга. Резиденцию отстояли, но род понес тяжелые потери, а война продолжалась. Меня и мою сестру попросту выкинули из рода. Не хотели кормить лишние рты, ресурсы рода тогда таяли на глазах.

Сарих делано равнодушно пожал плечами, а я пытался подобрать челюсть с пола. Образно говоря, конечно, лицо-то я удержал.

Нет, технически это возможно. Дети слуг рода приносят магическую клятву после совершеннолетия. Но ни одному нормальному аристократу в голову не придет так поступить с детьми своих людей, которые к тому же отдали за них жизнь.

— Почему? — только и спросил я.

— Моей сестре тогда было пятнадцать, мне — двенадцать, — ответил Сарих. — У сестры магический источник сформировался на второй ранг, и успехов в освоении магии за три года она не показала. У меня тоже сформировался источник на второй ранг. Нас признали бесперспективными.

Он встретил мой взгляд и жестко добавил:

— Я не хочу, чтобы с моими детьми поступили так же. Так что обеспечением их будущего я займусь сам. Без аристо.

Что ж, понять его можно. У слуг рода, как правило, нет ничего своего. Это не закон, скорее традиция, и следуют ей не все. Но тем не менее, будучи простолюдином с точки зрения накопления капитала возможностей больше.

— Можете назвать мне фамилию этого рода? — спросил я.

— Зачем?

— Чтобы я никогда не имел с ними никаких дел.

Сарих хмыкнул и сказал:

— Тапеши.

Не знаю таких, но выясню их подноготную. Скорее всего, это молодой род, который еще попросту не понимает, что этой историей они напрочь загубили себе будущее. Стоит Сариху предать свою историю огласке, и к роду Тапеши попросту никто не пойдет. Кому нужен господин, на которого нельзя положиться?

— Благодарю, — склонил голову я.

Я мог бы ему сказать, что среди аристократов таких, как Тапеши, практически не бывает, что его родителям просто феерично не повезло с выбором рода. Я много чего мог бы ему объяснить. Да только толку? Слова — это просто слова. С такой историей он все равно не пойдет ко мне.

Оставалось только отпустить его с миром и иметь в виду, что у Астарабади есть такой маг. Да, он не будет участвовать в силовых операциях, как не участвовал в них до сих пор. Но и без этого возможность изредка нанять мага седьмого ранга дорогого стоит.

В Академии за эту декаду тоже ничего интересного не произошло.

Нерей Лакшти не появлялся вообще, даже на тестах. Видимо, не все так просто оказалось с повреждением энергетических каналов, и он залечивал свои травмы вдали от посторонних глаз.

Тагор Хатри куда-то исчез. Может, ИСБ его насовсем из Академии отозвала? Я бы только порадовался подобному повороту, но пока не спешил. Мало ли, вернется еще.

Аргус Сидхарт так и придерживался нейтрально-дружеского тона в общении со мной и скользких тем не поднимал.

Даже девочки ко мне не особенно липли, хотя это было совсем уж странно. Казалось бы, где, как не в Академии, завязывать отношения? Но нет, мило здоровались и держали дистанцию. Что ж, мне так даже проще, ничто не отвлекало от монотонной работы по созданию схем для Аукциона.

Вся эта рутина с одним и тем же распорядком дня поглотила меня настолько, что я чуть было не пропустил собственный прием.

*****

Грузный седой старик стоял, привычно глядя в окно своего кабинета. За его спиной дверь открылась.

— Господин Кишори, — обозначил поклон вошедший.

Глава ИСБ, конечно, стоял спиной, но мало ли. Большинство подчиненных предпочитало перестраховаться.

— Аукцион? — спросил Кишори, не поворачиваясь.

— Да. Каталог все еще не полон, прием заявок для лотов, выставляемых на торги прекратится только за сутки до начала Аукциона. Но уже сейчас видно аномально большое количество заявленных нестандартных плетений.

— Полноцветные развлекаются? — хмыкнул Кишори.

— Да, но не все. Род Лакшти выставил на торги полноцветный щит. Вполне вероятно, тот самый, который их наследник продемонстрировал на Турнире.

— Самый бесполезный лот, — фыркнул Кишори.

— Его многие захотят взять хотя бы для изучения, — осторожно возразил подчиненный.

— Без толку, — небрежно отмахнулся Кишори. — Воспроизвести это все равно никто не сможет. Дальше.

— Кроме полноцветного щита, выставлено еще два типа плетений. Условно их можно обозначить как лечебные и военные.

— Сидхарт и Бхаскара?

— Да, вполне вероятно. Авторство лечебных установлено с вероятностью девяносто пять процентов, и это действительно род Бхаскара. А по военным ясности нет. Наши аналитики дают шестьдесят процентов на авторство клана Сидхарт и пятьдесят шесть на авторство рода Раджат.

— Пока не принципиально, — пожал плечами Кишори. — На торгах узнаем. Еще что-то?

— Да, есть еще одно плетение. Вне категорий. Авторство не установлено. И установлено не будет, на лоте изначально висит пометка абсолютной конфиденциальности.

— Жемчужина Аукциона? — в голосе Кишори послышалась улыбка. — И что же в этом году?

— Плетение сокрытия. С радиусом в ладонь.

Кишори стремительно развернулся на месте, и его подчиненного накрыла волна древней шакти.

— Точность информации? — рыкнул Кишори.

— Подтверждено из независимого источника, — хрипло выдохнул его подчиненный.

Кишори еще пару секунд посверлил своего человека взглядом и вновь отвернулся к окну. Подчиненный сделал судорожный вдох и замер, чтобы не спровоцировать повторения.

— Получите еще одно независимое подтверждение, — потребовал Кишори. — Срок — сутки. Можете работать по протоколу шесть. По выполнении немедленно доложить. В любое время дня и ночи!

— Так точно, будет сделано!

— Свободен.

Когда дверь за подчиненным закрылась, Кишори развернулся и направился к столу. Тяжело опустившись в кресло, он откинулся на спинку и прикрыл глаза.

Давно не было на Аукционе того, что может основательно встряхнуть устоявшуюся систему. Меры противодействия плетению сокрытия — всем трем его разновидностям — выработали еще несколько десятков лет назад. И с тех пор система была устойчива.

Новое плетение сокрытия, да еще со столь маленьким радиусом, ломает все. Как модернизировать контрмеры и методы обнаружения, в общем-то, сразу понятно. Точно так же, как модернизировали в прошлый раз, когда появилось сокрытие с радиусом в локоть.

Однако это требует времени. Месяца три-четыре как минимум.

И на это время уязвимыми окажутся многие критичные сферы и государственные функции. Что-то можно временно перекрыть усилением прочих мер безопасности, где-то придется подтянуть дополнительных магов, где-то обойдется переводом систем защиты в параноидальный режим. Из государственных тайн ничего не утечет. Но функции попроще будут под вопросом.

Выкрасть жемчужину Аукциона? Практически нереально. Особенно когда это не предмет, а листок бумаги, по сути, который можно замаскировать хоть под одноразовую салфетку. Семь лет назад уже пытались добраться до подобного лота, без толку. Аукцион обеспечивают спецы не хуже, чем в самой ИСБ.

Выкупить? Это, скорее всего, будет самый дорогой лот Аукциона. Его цена вполне может оказаться сравнимой с ценой модернизации всех систем обнаружения во всех госучреждениях. Да и бессмысленно это. Если плетение есть — рано или поздно оно распространится. Выкуп даст только отсрочку, которая позволит заблаговременно провести модернизацию, и не более того.

Изъять? А вот это интересный вариант. До недавнего времени организаторы Аукциона были в тени, там попросту не на кого было давить. Но сейчас многое зависит от рода Раджат. Если мальчишка обозначит себя хозяином Аукциона, то можно и надавить. А можно и не только надавить…

Однако делать это надо аккуратно. Парень матереет на глазах, вон Хатри он осек недавно очень грамотно. Никому не нужен во врагах вечный род.

*****

Уже на стоянке Академии, когда я собирался выходить из машины, Асан напомнила мне:

— Сегодня прием. Тебя ждать пораньше?

Я запнулся, не завершив движение и не донеся руку до ручки двери. А потом и вовсе откинулся вновь на спинку сидения.

Обычно я отпускал ее, не сидеть же ей на стоянке в машине целый день? Или пусть даже полдня, пока у меня идут несколько пар подряд. А за последние дни Асан привыкла, что я еще и в клубе Академии до вечера засиживаюсь.

— Да, жду тебя здесь сразу после занятий, — кивнул я.

— Новый секретарь нужен? — понимающе, но с полувопросительной интонацией произнесла Асан.

— Нужен, — согласился я. — А у тебя есть кандидатуры?

Без Дадабхаи действительно стало тяжело. Вроде, и ничего особенного мне сейчас делать не нужно было, но какие-то мелочи постоянно вылетали из моего графика. Быстро же я привык к хорошему.

— Среди слуг рода есть одна девочка, — неопределенно покачала головой китаянка. — Точнее, это мне она девочка, а так-то она тебе в матери годится. Попробуешь или Астарабади озадачить?

— Чем она тебе приглянулась? — спросил я.

— Она в родовом поместье была кем-то вроде завхоза по казарме. А тут ее оттеснили с этой должности. У Карима нашелся парень, который сам этим занялся. Да и с Астарабади гвардейцам сподручнее напрямую взаимодействовать по многим вопросам обеспечения, девочка у них только под ногами путается. Хорошая девочка, очень четко все по полочкам раскладывала и отчеты у нее были на загляденье. Думаю, и с секретарской работой справится. Зачем со стороны человека искать, когда можно своего взять?

— Логично, — кивнул я. — Попробуем твою «девочку».

— Я предупрежу ее, пусть начинает вникать в дела? — уточнила Асан.

— Дадабхаи ее отдай для начала, — усмехнулся я. — И в курс дел введет, и поправит, если что. Да и в любом случае она уже после приема приступит к своим новым обязанностям.

— Как скажешь.

На занятиях в Академии вновь все было мирно и скучно. Я уже начинал подумывать о том, чтобы не ходить на все занятия, а появляться только на тестах. Не так уж много нового материала здесь давали, большую часть я и по своему миру помнил. Можно освоить остальное самостоятельно.

А стоило мне вновь сесть в машину, как Асан бросила на меня напряженный взгляд.

— Что случилось? — спросил я.

— Безопасники выявили слежку за нами, — ответила Асан. — Очень высококлассную слежку. Еще пару минут, дождемся сигнала от Рама о прибытии его групп, и поедем. А диверсанты пусть ловят «хвост».

Диверсанты? Им это, вообще-то, несколько не по профилю.

С другой стороны, нормальную численность силовики моего рода еще не восстановили, и больше всех у меня, — если считать и людей Астарабади, — оказалось именно профессиональных диверсантов.

Гвардейцы сейчас кое-как обеспечивали безопасность особняка и мое прикрытие на выездах, а безопасников вообще едва хватало, чтобы ключевые должности закрыть. И Рам, и Карим, и Марна с Биджау потихоньку набирали и обучали новых людей. Однако никого из них еще не подпускали к серьезным делам.

Вот и получалось, что кроме диверсантов, больше попросту некому ловить топтунов.

Через минуту с небольшим сигнальный браслет на запястье Асан подал сигнал, и она завела двигатель машины.

Глава 5

*****

Территория особняка у меня была довольно скромной, так что гостей на прием я собирал немного. Человек двести максимум я мог себе позволить принять, чтобы не образовывать толкучку во дворе.

Приглашения я рассылал не именные, а на род или клан. И со стандартной формулировкой об ограничении не более пяти человек от каждого.

В итоге прием у меня получился маленький, но представительный.

Я пригласил все роды, в которых изначально были полноцветные маги, кроме Лакшти.

Правда, Магади сразу прислали вежливый отказ. Мало того, что у них не было постоянного представительства в столице, так они еще и обитали на самом юге страны.

Однако вместе с отказом Магади прислали предложение о сотрудничестве. Неожиданно, мы с ними толком не знакомы, как ни крути. Я даже с их полноцветной девочкой, Шанкарой, так и не успел пообщаться, пока она училась в Академии. К тому же, род Магади состоял в клане Лагари, а предложение они прислали от своего имени. Не критично, но непонятно.

Само предложение, кстати, было очень вкусным. Клан Лагари уже пару веков плотно сидел на грузоперевозках порта Сурат. В порту у них, разумеется, и другие возможности были, и одну из них они хотели развивать вместе с нами.

Магади предложили мне оптовые поставки рыбы и морепродуктов для реализации в Лакхнау. Там у моей торговой конторы представительства по всему региону есть. Небольшие, конечно, как и сама контора, но надо же с чего-то начинать. А с учетом надежного поставщика можно попробовать выйти и на армейских снабженцев юго-восточной части границы. И это будет уже совсем другой масштаб.

В общем, надо думать и анализировать, но на первый взгляд, шикарное предложение.

Все остальные приглашенные роды полноцветных магов на прием пришли.

Меня немного удивил их состав. Роды Мохини и Нишант сейчас переживают не лучшие времена, особенно после потери полноцветных чужаков. Однако и визита ко мне глав родов вместе с наследниками я не ожидал. От Бхаскара тоже приехал глава рода с женой. Он, правда, взял с собой не наследника, а Джину, но это как раз логично.

Зато визит Аргуса Сидхарт ввел меня в ступор. Да, он мой сокурсник, но он — наследник великого клана. Не много ли чести? Мой род император объявил вечным, да, но мы от этого не стали мгновенно мощными и влиятельными.

Хорошо хоть, Аргус приехал одним из первых. После него представители главных родов великих кланов меня уже не удивляли.

Да, все великие кланы я тоже пригласил. И, кстати, с интересом ждал, кто именно от них приедет. На самых значимых приемах появлялись главы родов или их наследники. На приемах средней руки — представители главного рода клана. А на приемах попроще, когда кланы не хотели обижать хозяина приема отказом, обычно бывали остальные роды кланов.

Но тут надо понимать, что на приемы «средней руки» по меркам великих кланов я пока не замахивался. Рановато. Точнее, это я думал, что рановато, а оно вон как вышло.

Разумеется, я пригласил и Дамаяти с Таджуан. Первые шли по умолчанию как родичи моей невесты. А Таджуан — единственные, кто был деятельно заинтересован во мне и моем роде до Турнира.

Я всегда ценил такие вещи, и отдаляться от Таджуан не собираюсь и в дальнейшем. Очень рад, что уже сейчас могу открыть им те двери, которые раньше были для них недоступны.

Кроме того, я не забыл и те роды, которые уже присылали мне приглашения на свои приемы. Чаще всего приемы планировали задолго до, так что я пока еще никуда не сходил. Но их любезность я оценил, благо их таких пока немного было. Учитывая, что основная масса приглашений мне пришла после приема у Мехта, эти роды тоже были в основном древними.

Очень представительный прием у меня в итоге получился. Собрались представители тридцати восьми аристократических родов, из которых древними не были только девять.

В отличие от Японии, здесь хозяин приема не встречал гостей на входе. Однако я предпочел проявить несколько избыточную вежливость, и все время, пока собирались гости, находился поблизости от входа. Так что я все равно был первым, кого они встречали, войдя на территорию особняка.

Это было необязательно по этикету, но я порадовался этому своему решению. Все-таки масштаб гостей я слегка недооценил.

Официальную часть приема я решил начать сразу, как соберутся все гости. Можно было и отложить на час-другой, такая практика тоже существовала, но я решил не тянуть. Уйти с приема до официальной части было неприлично, а задерживать таким образом гостей — некрасиво.

Да и мне так было удобнее. Как только объявлю о своей помолвке, смогу ходить по двору уже под руку с Анданой.

*****

Когда я вышел на импровизированную сцену, в которую превратили крыльцо особняка, благо оно было приподнято над уровнем земли, гости уже собрались неподалеку. И на многих лицах было явное любопытство.

Думаю, все аристократы понимали, какое объявление от меня сегодня наиболее вероятно, но однозначной кандидатуры в невесты они явно не нашли. Не было у меня пока никаких особенно тесных связей ни с кем из них.

Стандартный текст приветственной речи Дадабхаи заставил меня заучить еще в самом начале организационной суеты с приемом, и сейчас я был ему за это благодарен. Правда, и испытывать терпение людей я тоже не стал. коротко поприветствовал всех, поблагодарил за то, что пришли, сделал пару общих комплиментов древним родам как таковым.

— А теперь позвольте мне представить вам мою невесту, — с улыбкой сообщил я и полуобернулся ко входу в особняк.

Дверь распахнулась и на пороге появилась Андана.

Подсветка в холле за ее спиной была настроена таким образом, что окутывала девушку мягким оранжево-розовым светом. Бело-серебристые цвета ее сари при этом мерцали в тон подсветке.

По традиции, невеста выходила еще и с закрытым лицом. Ткань была практически прозрачной, но из-за подсветки сзади различить ее лицо было очень сложно.

Андана медленно подплыла ко мне. Не знаю, как девчонки это делают, но шагов было не видно вообще, она словно на горизонтальном эскалаторе ехала. И это был еще один штрих к ее загадочному образу.

Даже мне не хотелось рассеивать это маленькое волшебство, а гости и вовсе затаили дыхание.

Остановившись рядом со мной, Андана слегка поклонилась гостям и повернула голову ко мне. Я кивнул.

Девушка одним легким жестом откинула за спину прозрачное полотнище, которое закрывало ее лицо.

— Андана Дамаяти, — завершил представление я.

Со стороны зрителей донесся слитный выход. Эмоции там были разные, от задумчивости до одобрения, но явной неприязни я не заметил.

И это не могло не радовать. Как ни крути, бастард — очень спорная пара наследнику вечного рода. Да, Дамаяти тоже древний род. Не из самых именитых, но все же. Но бастард — это в любом случае бастард. Предложи мне сейчас бастарда даже великий клан, я обижусь и буду в своем праве. Слишком разный статус.

Лично мне было глубоко безразлично происхождение Анданы. Даже окажись она простолюдинкой, я нашел бы способ извернуться, очень уж она меня зацепила. Однако сглаживать углы в общении с аристократией после такой помолвки мне все равно придется. И я понимал, на что шел.

— Я также рад сообщить вам, — продолжил я, — что многовековая кровная вражда между Раджат и Дамаяти осталась в прошлом. И свидетельством тому — наш будущий союз.

Я протянул Андане руку, и она вложила свою ладонь в мою.

Сделав шаг вперед, я приложил ее руку к своему сердцу и склонил голову, глядя на нее. Андана взяла мою свободную руку и тоже приложила к своему сердцу.

Я отпустил ее руку, развернулся к гостям и привлек девушку к себе за талию.

— Мы — символ мира, — с улыбкой закончил я.

Андана прильнула ко мне, — хотя, казалось бы, куда уж дальше, мы и так стояли в обнимку, — и доверчиво положила голову мне на плечо. Ей в этом представлении говорить не полагалось, но она нашла, как показать свои чувства.

И этот простой жест аристократы явно расшифровали правильно. Как ни крути, именно в таких мелочах зачастую видно настоящее отношение. Улыбок на лицах зрителей стало больше.

Отлично. Я думал, будет хуже, если честно.

*****

Когда мы Анданой спустились с крыльца, первой к нам подошла Ребира Мехта. На прием она пришла в компании своего мужа, а так же наследника клана Мехта, его жены и сына. Но сейчас ректор Академии была одна.

Это прийти на прием женщине одной было неуместно, а на самом приеме этикет менее строг. По крайней мере, если женщина — маг девятого ранга и весомая политическая фигура сама по себе.

— Поздравляю, — сдержанно улыбнулась ректор.

— Благодарю, госпожа Мехта, — склонил голову я.

Андана молча поклонилась. Не очень глубоко, но явно обозначив этим свое положение «при женихе». Она, кстати, и ответить могла, и поучаствовать в разговоре, но, видимо, не захотела.

— Очень красивая из вас пара получилась, — с теплой улыбкой продолжила ректор. — Надеюсь, все у вас хорошо сложится.

— Мы будем стараться, — улыбнулся я в ответ.

Мы поговорили еще пару минут, но ничего интересного в этом разговоре так и не мелькнуло. Я, честно говоря, ждал хоть каких-то намеков, но нет. Ничего.

Видя, что ректор готова с нами попрощаться, я все же спросил:

— Скажите, госпожа Мехта, как вы оказались около резиденции клана Дамаяти? Я благодарен вам за участие, но все же хочу понять.

Степень своего долга перед Мехта я хочу понять. Но добавлять это я не стал. Ректор меня и так поймет, а остальным, если кому-то сейчас слышно наш разговор, этого знать не надо.

— Не берите в голову, Шахар, — улыбнулась ректор. — Я ехала по делам клана. И когда мою машину и все мое сопровождение уничтожили, я просто пришла посмотреть, что тут творится.

Ого, у них еще и потери там были?.. Впрочем, как раз эти потери ко мне точно не имеют отношения. А вот Лакшти я не завидую. Если это они, конечно, организовали нападение на кортеж Ребиры Мехта.

Своим ответом ректор сняла с меня любые обязательства.

Я не забуду ее помощи, конечно, и постараюсь чем-то отплатить ее клану. Как ни крути, одно ее присутствие изрядно охладило горячие головы. Да и тот гигантский щит я помню.

Однако и спешить с ответной любезностью смысла нет. Память у меня хорошая, при случае и я протяну им руку если не помощи, то поддержки.

— Благодарю за ответ, — кивнул я.

*****

Род Мохини пришел ко мне в составе главы рода с женой и наследника с женой. Кстати, я не первый раз обратил на это внимание: ходить на приемы даже с двумя женами тут не принято.

По закону жен может быть сколько угодно, это из древних времен пошло. Можешь содержать — бери хоть сотню. Аристократы обычно ограничиваются двумя-тремя. Если род на грани вымирания, бывает и больше.

Но на приемы ходят только с одной женой. С одной любой из жен, если точнее.

С Мохини я общался довольно долго, интересны они мне были. Не только они, конечно, но если сопоставить интерес к разным гостям, то моя чуйка четко выделяет те роды, где появились полноцветные маги.

У меня было очень много вопросов, связанных с появлением чужаков.

Почему именно сейчас?

Почему нас изначально было семеро?

Почему мы появились именно в этих родах?

Вот на последний вопрос я и искал, видимо, инстинктивно ответ, пока они почти все рядом со мной.

Мы не самые древние. Из тройки древнейших родов страны с полноцветными повезло только Лакшти. Да и то, спорное такое «повезло». С таким характером наследник Лакшти на ровном месте убьется же.

Вечным родом из всех семерых в момент появления чужаков был опять же только род Лакшти.

Значит, дело не в этом.

Тут скорее надо копать историю предыдущей эпохи, если от нее сохранились хоть какие-то документальные свидетельства. Аргус же прямо сказал, что Лакшти был Лакшти и в предыдущей жизни. Да и сам Аргус был и остался в роду Сидхарт.

То есть все эти семь родов, скорее всего, имеют прямую кровную связь с предыдущей эпохой.

Правда, тогда я выбиваюсь из ряда. Я родился и вырос в Российской Империи, мой род при мне получил там титул. Каким образом меня вообще могло занести в Индию? Кто-то из моих потомков так покуролесил, что аж чуть ли не на другой край планеты пришлось бежать? Или та всемирная война, что стала концом нашей эпохи, так все смешала?

Непонятно, но очень интересно.

Что характерно, глава рода Мохини тоже присматривался ко мне. Правда, цель его я не понял, пока он не обозначил ее практически прямым текстом.

— Значит, вы взяли курс на клановую аристократию? — после поздравлений с помолвкой и комплиментов невесте поинтересовался он.

Да, так тоже можно трактовать мою помолвку. В женитьбе вообще масса нюансов и подтекстов.

С Анданой мне во многом повезло. Она из рода моих кровных врагов, и в данном случае, это весомый плюс. Потому что само по себе завершение кровной вражды самым традиционным способом очень многое спишет само по себе. Иначе политический оттенок в этой свадьбе был бы куда ярче.

Но сам по себе посыл в сторону клановой аристократии мне нравится.

У свободных родов, в общем-то, не так много вариантов. Это только монстры вроде Лакшти могут себе позволить работать в имперских службах — глава рода Лакшти занимает должность главы имперской канцелярии, если что, — и при этом держать нейтралитет. У остальных выбор жестче.

Имперской аристократии официально в стране нет. Однако есть масса родов, которые так или иначе тесно связаны с императором. Те же «подконтрольные» Каспадиа — это только один вариант связи. А многие идут на плотное сотрудничество и в полуподчиненное положение совершенно добровольно. Это сытно и надежно.

Есть свободные роды, которые стараются держать нейтралитет. Получается не у всех и в разной степени, но таких большинство.

А есть те, кто явно тянется к кланам. Кланы — это свобода, если грубо. У них на порядок меньше обязательств перед страной и императором, чем у любых других структур, включая свободные роды. Они сами себе государство, по сути.

И тут, кстати, может быть два варианта: создать свой клан или вступить в уже существующий. Те же Таджуан примут меня с распростертыми объятиями. Я к ним не пойду, конечно, но сама по себе эта возможность есть.

— Я пока только думаю об этом, — ровно ответил я.

— Хороший вариант, — с нейтральной улыбкой заметил глава рода Мохини. — Особенно если клан будет состоять из древних родов.

Каменную маску на лице я удержал, но внутри ошалел, честно говоря. Это он мне сейчас намекает, мол, давай вместе организуем свой клан? Нехило так.

Ну и кстати, почему бы и нет? Меня все эти игры ИСБ уже достали. И я больше чем уверен, что это делается с ведома, если не с явно выраженного согласия императора. Зачем ему свободная аристократия, если можно иметь подконтрольную?

С другой стороны, если я прав, то и получить право на клан — это почти утопия. Зачем императору множить тех, до кого он дотянуться не может?

Но сама по себе идея интересная, надо будет обдумать.

— Да, вариант хорош, — с такой же легкой улыбкой кивнул я. — Очень сложен в реализации, но хорош.

— Да, с реализацией… — Мохини неопределенно покачал головой. — Реализацию имеет смысл обсуждать с теми, у кого те же цели.

Куда он так гонит? Он же сейчас мне фактически предложил собрать коалицию свободных родов, которые захотят объединиться в клан. Такие предложения не делают едва знакомым людям.

— Да, пожалуй, — нейтрально ответил я. — В одиночку такое сейчас не потянуть никому.

— Да, время одиночек прошло, — покивал Мохини.

Настаивать дальше он не стал, и правильно сделал. Прямо сейчас я все равно не готов дать ему нормальный ответ даже на вопрос, нужен ли мне клан в принципе. Что уж там о реальных действиях говорить.

Но идея меня зацепила, так что своего Мохини добился. Я действительно всерьез рассмотрю этот вариант.

*****

— Красиво ты подал помолвку, — добродушно хмыкнул глава клана Дамаяти, когда я подошел к нему.

Андана держалась за мой локоть и следовала за мной с самого объявления помолвки. По большей части она молчала и только принимала поздравления.

Но я уже увидел, что в части этикета Дамаяти хорошо натаскали ее. Любая реплика, улыбка, жест — все было к месту и в тон моей линии поведения. Идеальная спутница.

— Благодарю, — улыбнулся я.

— Домой ты ее не отпустишь, я так понимаю? — сдержанно, но все же с явно читаемым неприличным намеком поинтересовался он.

— Не отпущу, — подтвердил я. — Еще не жена, но уже — символ мира.

Читай, заложник. И такие вещи на лету схватывают все аристократы, так что вопросов к ее репутации не будет.

— Я же говорю, красиво подал, — одобрительно покачал головой Дамаяти и посмотрел на Андану: — А ты-то согласна тут остаться?

Андана с удивлением распахнула глаза. Ну точно ее раньше кровные родичи вниманием и заботой не баловали.

— Согласна, — коротко кивнула она.

— Ну и славно, — улыбнулся Дамаяти и вновь посмотрел на меня. — Мой совет помнишь?

Это он про «и в жены, и просто бери»? Такое не забывается. Дамаяти вообще, я смотрю, очень вольно общается, если с другими аристократами сравнивать. И это на людях. А уж один на один для него, похоже, такие шуточки — норма.

Андана опустила голову и чуть-чуть покраснела.

— А, ты и будущую жену уже просветил? — расхохотался Дамаяти. — Ну так действуйте!

Андана незаметно для главы пока еще своего клана сжала мне руку. Вот мне интересно, это одобрение или просьба свернуть эту тему?

Испытывать выдержку невесты я не стал и быстро распрощался с Дамаяти. Да и не о чем нам сейчас особо говорить. Все уже либо сказано, либо будет сказано на подписании союзнического договора.

А прямо сейчас на публику мы уже показали хорошие отношения, и хватит с них.

Уже после приема, когда мы проводили всех гостей и остались одни, я решил снова подразнить Андану.

— Так что, будем воплощать совет главы твоего клана? — с насмешливой улыбкой поинтересовался я.

Глава 6

*****

Ее реакция меня впечатлила.

Мы шли от ворот поместья в особняк, и поблизости никого не было. Андана развернулась ко мне, вцепилась в ворот моей рубахи и впилась в мои губы. Я машинально обнял ее и ответил на поцелуй.

Да только такого напора я от нее не ожидал. Словно все копившееся декадами напряжение она сейчас выплеснула в этом поцелуе.

И отпускать она меня явно не собиралась. Тут даже слова не нужны, тело отлично ощущает такие вещи.

Впрочем, чем плохо-то? Я же обещал ей, что после помолвки не буду ходить по борделям. А здоровый молодой организм, между прочим, требует вполне определенных вещей. И желательно почаще.

Улучив момент, я отстранился и подхватил ее на руки.

Не знаю, как тут, в Индии, а на моей родине была традиция вносить молодую жену в дом на руках через порог. Она еще не жена, и тут не Российская Империя, но мне плевать. Моя!

Точнее, сейчас станет моей.

Андана закинула руки мне на плечи и привычно уткнулась холодным носом мне в шею. Поерзать с намеком у нее в такой позе не получилось бы, но легкие поцелуи и покусывания за ухо работают ничуть не хуже.

Намек понял, первая брачная ночь у нас будет сегодня.

Как скажешь, милая. Я тоже давно этого ждал.

*****

Проснулись мы поздно, и завтрак по времени был уже скорее обедом.

Академию я уже благополучно проспал, да и черт с ней. Дома дел тоже накопилось, пока я с головой ушел в модернизацию местных плетений.

Ну и хотелось провести хотя бы полдня с любимой невестой. Свадьба у нас будет, я думаю, нескоро, так что и на медовый месяц в ближайшее время рассчитывать не приходится.

Андана изменилась, кстати. За завтраком было очень ярко видно, насколько более раскованной и непосредственной она стала. Словно все маски сбросила. И приличную аристократическую сдержанность отправила туда же, за ненадобностью.

И такой она мне нравилась даже больше. Улыбчивая, теплая, открытая.

Никогда не перестану удивляться, как меняет женщину она бурная ночь. При условии, что она эту ночь хотела, конечно.

Мы болтали ни о чем за завтраком, потом Андана порывалась кормить меня фруктами со взбитыми сливками, и вот это оказалось ошибкой. Ее игривое слизывание с моих губ и щек не попавших в рот сливок мгновенно настроило меня на продолжение банкета.

Ну хотя смотря чего она добивалась. Может, как раз этого.

В общем, снова из спальни мы выползли только к позднему обеду. И тут уже все игрища я пресек на корню. Я-то с удовольствием вернулся бы после еды в спальню, но вот ей и второй заход был лишним.

Не подумал я об этом вовремя, все же накрывают гормоны в молодом теле. А завтра мне будет стыдно, это я уже сейчас вижу.

— Горячая ванна, массаж и снова горячая ванна, — с улыбкой посоветовал я Андане. — И тогда, возможно, завтра ты не будешь меня проклинать.

Очень вряд ли, конечно, что совсем не будет последствий, но микроскопический шанс на это есть.

— Да все я понимаю, — отмахнулась она. — И теорию знаю не хуже тебя. Иди уже работай. И не переживай за меня, я сама этого хотела.

Я улыбнулся, поцеловал ее на прощание и отправился в свой кабинет.

Мысли бы еще теперь в кучу собрать, а то так и просижу до ужина с блаженной улыбкой сытого котяры.

*****

Однако стоило вспомнить прием, и расслабленно-мечтательное настроение с меня слетело мигом. Разговор с Мохини на приеме меня действительно зацепил.

И в первую очередь, предположение, что я взял курс на клановую аристократию. Это ведь действительно логично смотрится.

С кем я сотрудничаю?

Клан Мехта, которым я отдал плетение управляемого фиксатора для магических гранат. У меня даже доля акций этого их предприятия есть как зримое проявление сотрудничества.

Клан Таджуан, который взялся раскручивать мой новый проект. Это пока неочевидная связь, но и тайны в этом особой нет. Если есть желание узнать — здесь все на поверхности.

Клан Лагари, который в лице рода Магади прислал мне очень интересное предложение. И я его, скорее всего, приму.

Ну и на закуску, невеста из клана Дамаяти.

А кто у меня враги?

Род Каспадиа, который подконтролен ИСБ. До сих пор не понимаю, зачем они пытались меня убить руками двоюродной сестры, но такое не прощают. И я доберусь до них рано или поздно.

Род Лакшти, глава которого возглавляет имперскую канцелярию. Это при том, что с наследником клана Сидхарт — опять клана! — я общаюсь очень даже дружески.

Я, честно сказать, вообще не делал акцента на статусе партнеров, союзников и потенциальных друзей. До недавнего времени у меня и выбора-то полноценного не было. Кто предлагал — с тем я и работал или общался.

А по факту картина-то складывается однозначнее некуда. Я уже очевидно оказался на стороне клановой аристократии. И, собственно, меня все устраивает, рвать эти связи я не собираюсь.

Не поэтому ли, кстати, на меня так наседает ИСБ? Это я упустил из виду этот ракурс по неопытности. Все же в прошлом мире мой опыт бытия аристократом был крайне скудным. А тот же Кишори проигнорировать такое не мог. Да и император тоже, если уж на то пошло.

Они могут так спешить просто потому, что еще немного — и я настолько примкну к клановой аристократии по факту, что меня будет уже не вернуть. И давят, и перебарщивают они со своим давлением именно поэтому. Не удивлюсь.

И не поэтому ли именно мне Мохини завуалированно предложил собрать свободные роды, которые хотят стать кланом? Кто собирает участников, тот и станет в итоге главным родом клана, это логично.

Да и другие полезные плюшки, начиная со статуса вечного рода, у меня есть.

Хм, клан Раджат. Звучит же!

*****

Астарабади вошел в мой кабинет, приветственно кивнул и уже привычно сразу же уселся в кресло напротив.

— Что там с «хвостом»? — поинтересовался я.

— Упустили, — поморщился Астарабади. — Говорил я Раму, надо больше людей!

— Подробнее, — потребовал я.

— Диверсанты прибыли к Академии двумя малыми группами. Дежурный безопасник в составе отряда гвардейцев указал им на предполагаемых топтунов. Когда ваша машина прошла контрольную точку, гвардейцы отсекли «хвост». Топтуны сразу поняли, что их срисовали, и попытались уйти. Диверсанты следовали за ними. Одна группа за одним топтуном. В итоге упустили и первого, и второго. Причем диверсанты не смогли ни мне, ни Раму внятно объяснить, как это случилось.

Очень интересно. Я понимаю, если бы диверсанты не смогли вычислить топтуна в толпе, это действительно не их профиль. Но упустить человека, которого им уже показали? Тем более, что их там группа была?

— Рам сделал одно предположение, — неохотно продолжил Астарабади. — Это могло произойти, если противник использовал какой-то аналог артефакта невидимости. Но я в это не верю.

Я напрягся. Насколько я знаю, невидимости в этом мире нет. Ни в каком виде.

Однако даже на Турнире я видел пару хитрых плетений, которые применяли дети древних родов. Что там еще может оказаться в загашнике у серьезного рода или клана, я без понятия.

— Твоя версия? — спросил я.

— Есть много приемов для стряхивания «хвоста», — неопределенно покачал головой Астарабади. — Диверсанты все-таки не топтуны.

— А у тебя есть люди, которые могут проследить за топтуном?

— Есть, — кивнул он и добавил: — И в следующий раз на перехват пойдет моя группа.

— Хорошо. Можешь сразу их завтра с утра отправлять с моими гвардейцами. Вряд ли слежка отстанет от меня так скоро.

— Принял, сделаю.

*****

— Что у тебя, Минто? — лениво спросил император, развалившись в своем кресле.

Глава ИСБ склонил голову при входе и, увидев вялый взмах руки императора, уселся напротив него в кресло.

— Поступили очень странные сигналы по Каспадиа, — сообщил он.

— Что на этот раз? — вздохнул император.

С подконтрольными родами то и дело возникали проблемы, многие из них периодически проверяли пределы дозволенного. Да и их ИСБ тоже то и дело проверяла на прочность. Эта возня шла постоянно.

Но только с Каспадиа регулярно возникали серьезные проблемы. Этот род не смирился со своим положением даже за двести лет, и, похоже, не смирится никогда. Император уже не в первый раз подумал, что с ними пора что-то решать.

— Есть версия, — ответил Кишори, — что в истории с покушением на наследника Раджат род Каспадиа работал на иностранцев.

Император с изумлением уставился на безопасника:

— Измена?

Вот уж чего он не ожидал от рода крайне осторожных и скользких посредников, так это подобной глупости.

— Не думаю, — покачал головой Кишори. — Аналитики дают этой версии всего тридцать два процента вероятности, но ты мою чуйку знаешь. Есть, есть там душок из Поднебесной. Не с самого верха, но и не частная инициатива…

— Минто, говори прямо, — раздраженно рыкнул император. — Мне сегодня не до словесных игр.

Глава ИСБ уже заметил и чуть суженные глаза императора, и сжатые челюсти, и напряженные пальцы. Это означало, что императора вновь преследует приступ головной боли. Не к добру это.

В последние годы эти приступы накрывали его все чаще, и уже даже магия помогала через раз. Ему бы к Мехта обратиться с их мощной лекарской шакти, да только в такие долги перед великим кланом он не полезет.

И Кишори хорошо понимал императора в этом вопросе. Отец нынешнего императора попытался было приструнить кланы и чуть не получил в итоге гражданскую войну. Теперь же, после установления шаткого равновесия между кланами и государственной властью, резких движений обе стороны старались не делать. При таком раскладе помощь у клановых обойдется императору слишком дорого.

— Я полагаю, — сказал Кишори, — что китайцы раньше нас обнаружили пришельцев. И попытка убрать наследника Раджат — это попытка лишить нас полноцветного мага. Пробная попытка.

— У них же свои пришельцы есть, — прищурился император.

— Есть, — кивнул Кишори. — Но в Поднебесной их всего трое. В Пакистане еще двое. И трое в Непале. А в Бангладеш и Шри-Ланке ни одного. Есть, конечно, вероятность, что там их попросту смогли скрыть, но…

— Мы — центр, — сделал вывод император.

— Да, — кивнул Кишори. — С какой бы целью родовые алтари ни призвали этих древних магов, точка фокуса где-то здесь. У нас.

****

Когда я сел в машину после учебы в Академии, Асан бросила на меня искрившийся весельем взгляд.

— Рассказывай, — произнес я.

— Люди Астарабади тоже облажались, — усмехнулась она.

— И чему ты так радуешься? — слегка нахмурился я.

— Ну как тебе сказать, — неопределенно качнула головой китаянка. — Астарабади слишком зазнался. Да, он принес ресурсов и привел с собой людей чуть ли не больше, чем было в роду до его появления. Я это ценю. Но задирать нос и считать, что его люди справятся лучше тех, кого вырастил и воспитал древний род? Наивный. Рано или поздно его должны были щелкнуть по носу. И хорошо, что это произошло сейчас, а не в критической ситуации.

Логично. И очень жаль, что я сам этого вовремя не заметил. Впрочем, и не мог заметить, скорее всего, передо мной Астарабади не стал бы понтоваться. Отношение к аристократам у него вполне стандартное для простолюдина.

— Да забавный он просто, когда фырчит, — коротко хохотнула Асан. — Был такой важный гусь, а тут словно кота в воду окунули. Взъерошенный стал, шипит на всех.

Я молча хмыкнул.

Верю, что интересное было зрелище, но смеяться над одними ближниками в присутствии других я не буду. Они, похоже, нормально сработались, раз Асан так добродушно Астарабади дразнит. И разбивать эту атмосферу вольным или невольным «принижением» одного из них я не собираюсь.

— И новых кандидатов на отлов слежки у нас нет, я правильно понимаю? — задумчиво произнес я.

— Шахар, нет! — встревожилась Асан.

Причем она поняла меня с полуслова. Я сам еще не успел сформулировать свою идею, а китаянка уже встала на дыбы.

— Еще как да, — ухмыльнулся я.

Я засиделся. Монотонная декада с модернизацией плетений для Аукциона с утра до ночи, потом прием, одна бурная ночь с Анданой и снова рутина. Мне просто до безумия хотелось размяться, и привычная тренировка для этого не годилась.

Мог ли я сам поймать этих топтунов? Спорный вопрос.

Как ни крути, я — маг из куда более развитого магического мира. И низкий ранг моих знаний и опыта не отменяет. К тому же, теперь я могу не скрываться и спокойно пользоваться полноцветными плетениями, все равно вся страна уже в курсе, что я тоже чужак. Так что шансы поймать топтунов у меня есть.

Как минимум, хуже от моей попытки точно не будет, а сам я хоть встряхнусь.

— Да что ж тебя в самое пекло-то всегда несет? — практически простонала Асан.

— Здесь-то ты где пекло нашла? — удивился я. — Они даже ловушку вряд ли приготовили для меня. Никто же в здравом уме не предположит, что наследник древнего рода будет за ними по крышам гоняться!

— Вот именно, никто в здравом уме, — фыркнула Асан.

М-да, уела. Да и к дьяволу!

Как бы мне из машины незаметно выбраться?

Первой пришла мысль о том, чтобы найти светофор с люком на проезжей части, остановиться над ним на красный, вырезать кусок пола машины и спуститься в шахту канализации. Машина уезжает, я остаюсь под закрытым люком, никто из наблюдателей ничего не заметит. Отличный план же. Я такое в боевиках в прежнем мире видел, красивые кадры были.

Я уже открыл было рот, чтобы изложить Асан эту идею, и тут же его захлопнул.

Сдается мне, там под днищем есть много всего нужного. Я не автомеханик, конечно, но снизу легковушки видел не раз, и свободного места без каких-либо деталей конструкции я там что-то не припомню. Магическим плетением типа «нож» я все это разрежу, не вопрос. А дальше-то машина поедет?

И наблюдателей я так сходу тоже не вижу. Заметил бы хоть одного — плевать мне было бы на скрытность, в таком случае можно просто выскочить из машины и броситься в погоню.

М-да, как-то жизнь меня не готовила к шпионским играм. Я все-таки больше боевик, если базовую подготовку брать.

Так, стоп.

А почему я в разговоре с Асан сказал «бегать по крышам»? Это, мягко говоря, не самый вероятный сценарий при наличии у объекта слежки автотранспорта.

Я вальяжно развалился на сидении, откинул голову на подголовник и как бы невзначай повернулся в сторону. Крыши, крыши, крыши…

Пока я тщательно обшаривал крыши взглядом, понял сразу несколько вещей.

Во-первых, крыши тут плоские. И все они на плюс-минус одном уровне находятся. Разбежка максимум в один этаж.

Во-вторых, средняя скорость машины в городе километров двадцать — двадцать пять от силы. По крайней мере, в центральных районах столицы. Вполне реально следить за мной без машин, особенно если не бегать по забитым народом тротуарам, а выйти на уровень повыше. На крыши, да.

И тут я его заметил. Буквально на мгновение мелькнула серая тень на фоне черного неба между двумя домами.

— Дальше ты без меня! — бросил я Асан и распахнул дверцу машины.

Глава 7

*****

Я подал в ноги очередной крошечный импульс магии, оттолкнулся и перемахнул три метра провала между домами. Я гнался за топтуном по крышам. Думал, пошутил, когда бросил эту фразу Асан в машине, а оказалось — это чуйка сработала.

Спина противника мелькала в пяти метрах впереди. Там начинался перепад высот между соседними зданиями, и его фигуру я сейчас видел только частично.

Снова оттолкнувшись, я перепрыгнул на следующее, более низкое здание даже без усиления.

Приземлился, ощутил жесткий удар в ноги, машинально ушел в перекат, снова вскочил и побежал дальше. Глянув вперед, на более высокое следующее строение, я приготовился вновь усиливать мышцы.

И вдруг понял, что вот сейчас, в этом бешеном забеге я счастлив.

Все же я правильно выбрал себе направление деятельности еще в юности той, первой жизни. Я учился на боевого мага, я нашел себя в этом. И даже повоевать пару лет успел.

Это потом я увлекся разработкой отца, но там мой энтузиазм угас быстро. Пошла рутина, долг, необходимость, секретность, жесткие правила и регламенты… Меня душили эти серые стены военной лаборатории, но и уйти я не мог. Ради семьи, ради будущего своих детей я делал то, что должно.

Я и здесь не хотел заниматься ни бумагами, ни артефактами, ни бизнесом. Да, я буду все это делать ради рода и опять же будущего своих детей.

Но реально я хочу вот этого. Азарта гонки, боя, адреналина, побед. Права Асан, я лезу и буду лезть в самое пекло. Потому что для меня это и есть жизнь.

Я — боевой маг. И никакие жизненные обстоятельства этого не изменят.

Мой противник был хорош. На его примере я впервые, пожалуй, увидел приличный уровень оперирования праной.

Он ведь даже магом не был, а я до сих пор его догнать не могу. И это при том, что в родном мире нас гоняли на совесть в самых разных условиях. Уж применять свое усиление точечно и вовремя я умел.

Перемахнув очередной провал между крышами, я увидел, как мой противник спрыгнул вниз. Видимо, там опять ниже здание попалось.

Однако когда я преодолел эти метры и глянул на ту крышу, куда он должен был спрыгнуть, я его там не увидел.

Понятно, вот так топтуны и уходили от моих диверсантов.

Но я — не они.

Я парой жестов сформировал поисковую сеть с диаметром ячейки в ладонь и отправил ее вперед. Потом еще одну, которая полетела чуть в сторону.

И еще. И еще.

И вниз, в проем между домами, я тоже послал пару сетей, просто на всякий случай.

На крыше слева, практически на самом краю, по моей сети прошла едва заметная рябь. Ага, попался!

Спрыгнув на низкую крышу, я метнулся туда.

И снова сети, сети, сети.

Мой противник побежал вправо. Да только поздно. Не знаю, что у него был за артефакт, но от каждого попадания сетей он работал все слабее. Уже не просто рябь шла, я уже контур фигуры видел.

Скорость и преимущество в дистанции он потерял. Так что нагнал я его здесь же, не дал ему даже прыжок на следующую крышу совершить.

Последней в него полетела уже нормальная удерживающая сеть. В ней он и запутался, грохнувшись на бок связанным по рукам и ногам.

Что интересно, его тела моя сеть не касалась. Буквально с палец, но расстояние между нитями сети и его телом все же оставалось. Я увидел это, только когда вплотную к нему подошел.

А он хорош. Не только ускоряется праной практически на моем уровне, но и доспех духа держит. Я, конечно, много силы не вливал в свое плетение, но оно полноцветное. Уж пятому местному рангу по силе оно точно соответствует. И его доспех духа это держит.

Очень интересный пленник.

— Да расслабься уже, — хмыкнул я, встретив его напряженный взгляд. — Это не атакующее плетение, сеть тебя не убьет.

Он сделал глубокий вдох и отпустил прану. Доспех духа исчез, сеть оплела его тело плотно.

Долго он все равно не продержался бы, я просто избавил его от лишних усилий. Доспех духа дольше пары часов держать невозможно, это мировой рекорд. Хотя я уже ни в чем не уверен.

Официально операторы праны в пике соответствуют пятому магическому рангу. Да только вот этот человек как раз уровень мировых рекордов мне сегодня продемонстрировал между делом. А ведь ему всего лет тридцать пять на вид, еще полно времени для развития. И вряд ли он один такой уникальный.

Очень жаль, что у меня так и не нашлось времени на нормальную работу с праной. Очень перспективная область, я не в первый раз к этому прихожу. И теперь понимаю, что даже официальные рекорды — не показатель. Возможно даже, это замалчивание настоящих возможностей праны неспроста.

Ладно, рано или поздно я таки доберусь до праны.

А пока нужно вызвать своих и сдать им пленника. Не мне же его на руках таскать?

*****

Шанкара Магади с интересом разглядывала пограничный форт, которому предстояло стать базой для ее отряда на ближайшее время.

После инсценировки смерти Шанкары, глава рода Магади «выгнал» гвардейцев, которые якобы проворонили это покушение. Они сейчас и составляли ее отряд.

Командиром отряда был Риташ Шитурми. Он и в роду этим же отрядом командовал. А до того, как попасть на службу в род Магади, Риташ отслужил на границе больше пяти лет.

Ирония судьбы, которую могла оценить только Шанкара, заключалась в том, что командир привел ее отряд в форт Арджау. Единственный форт на южной границе, где комендантом была женщина, Рачана Раджат. Даже тут никуда не деться от родов полноцветных магов, мысленно усмехнулась Шанкара.

Впрочем, особого значения это не имело, безвылазно сидеть в форте отряд все равно не собирался.

Разместив своих бойцов, Риташ ушел к коменданту. Заказов на границе всегда полно, военные с удовольствием отдают многие функции отрядам наемников. Слишком мало здесь кадровых военных, чтобы закрыть все потребности.

Риташ вернулся довольно быстро и собрал весь отряд на инструктаж.

— У нас первый контракт, — скупо сообщил он. — Для начала я выбрал простое задание. Устройство Свободных Земель вы все знаете, не буду повторяться.

Свободные Земли занимали территорию, сравнимую со здешней Индийской Империей. До мировой магической войны они входили в состав страны. Тогда там располагался довольно мощный нефтедобывающий пояс, а также были месторождения редкоземельных металлов. Месторождений мало, и сами по себе они довольно скудные, но все-таки.

Масштабные магические удары во время боевых действий все страны наносили именно по таким критически важным точкам своих противников. Раздолбали там все на совесть. Индия и без того оказалась сильно ослаблена после окончания боевых действий, а уж когда подсчитали, во что выльется очистка и возрождение тех областей, и вовсе махнули на них рукой.

За время войны на территории будущих Свободных земель скопилось приличное количество всякой швали, начиная с беглых преступников и заканчивая нечистоплотными наемниками. Последние в то время и вовсе не стеснялись иметь тяжелое вооружение, и, разумеется, отказываться от него не собирались.

Местного населения там практически не осталось. А для тех, кто выжил, Индия сразу после войны открыла свободный проход сквозь новые границы и упростила подтверждение гражданства.

К нынешнему моменту Свободные Земли формально так и оставались ничейными. Фактически же многочисленные бандиты и наемники эту территорию давно поделили. Вплоть до того, что там образовались отдельные островки стабильности с централизованной властью.

— Наша задача, — продолжал, тем временем, Риташ, — разведка. Егеря уже не в первый раз находят следы небольших отрядов рядом с фортом, и есть предположение, что где-то неподалеку образовалась очередная опорная база наемников. Нам выделен определенный квадрат для прочесывания. Если найдем базу — задача только понаблюдать пару дней и доложить о результатах. Вполне вероятно, с этими наемниками можно будет договориться, если они вменяемые, но это уже нас не касается. Вопросы?

— Длительность рейда? Когда выходим? — спросил заместитель Риташа.

— Рейд ориентировочно на декаду. День пути по прямой до нашего сектора. Там площадь пятьдесят квадратных километров, дней за пять-семь справимся, я надеюсь. Выходим завтра с утра. Комплект снаряжения стандартный.

Командир обвел взглядом всех, но больше вопросов не было.

— Раз все ясно, все свободны, — подвел итог Риташ.

Бойцы разошлись, а Шанкара подошла к командиру.

— У меня вопрос не по рейду, — сказала она. — Тренироваться на местном полигоне нам можно?

— Можно, — ответил Риташ. — Не мешая военным, разумеется.

Шанкара кивнула и вышла из выделенного отряду помещения. Солнце еще даже деревьев не коснулось, ей было скучно весь вечер в казарме сидеть. Да и привыкла она уже к ежедневным нагрузкам. Несмотря на ее статус, командир отряда с самой «смерти» гонял девушку наравне со своими бойцами.

Шанкара не провела на полигоне и часа, когда заметила направляющегося в ее сторону мужчину. Он был ростом чуть повыше нее, с широченными плечами и почти «квадратной» фигурой, коротко стриженный и гладко выбритый, лет сорок с небольшим на вид. Одет, как и все здесь, в камуфляжку и ботинки из жесткой кожи. Погон у него не было, явно не военный. Скорее, наемник, как и отряд Шанкары.

Незнакомец остановился в шаге от девушки и устремил на нее тяжелый взгляд.

Шанкара хмыкнула. Почему-то она с самого начала не сомневалась, что без конфликта в форте не обойдется.

*****

Переодевшись и приняв душ, я привычно направился в свой кабинет. Не успел я усесться в кресло, как ко мне заглянул Астарабади и вопросительно кивнул на второе кресло.

— Заходи, — махнул рукой я.

— Пока пленника готовят, у нас есть часа два, наверное, — сообщил он, усевшись в кресло.

— Отлично, — кивнул я. — Тогда давай начнем с Аукциона. Что у нас там?

— Все по плану. Твое плетение сокрытия с маленьким радиусом уже в голос называют Жемчужиной Аукциона. Да и остальные плетения вызывают почти ажиотаж. Никогда раньше не было заявлено к продаже столько схем.

— Каталог?

— Предварительный готов, окончательный будет за двенадцать часов до начала торгов. По факту, раньше, конечно, лоты за сутки прекращаем принимать. Это перестраховка скорее.

— Предварительный дай глянуть, — попросил я.

— Принесу, — кивнул Астарабади. — Оценочная стоимость лотов там тоже есть, если она тебя интересует.

— В том числе, — неопределенно покачал головой я.

Меня много что интересует. И деньги тоже, разумеется. На магическую защиту столичного особняка нам уже хватает, хотя и впритык, но есть же еще и руины родового поместья около Лакхнау. И туда вливания потребуются несоизмеримо большие.

— Кстати, что у нас с магической защитой? — поинтересовался я.

— Заказ я разместил, — ответил Астарабади. — Но установкой магических защит занимается один-единственный клан в стране. Рамеш. Монополисты никуда не торопятся, сам понимаешь.

Я нахмурился.

Рамеш — довольно молодой клан. Сам клан образован примерно тысячу лет назад, а главному роду клана тысяча двести. Богатые, но слабые, как ни странно.

Астарабади верно сказал, они монополисты, их защищает сама по себе сфера деятельности. Кроме них никто не умеет ставить стационарные магические защиты. Так что стоит кому-то из аристократов косо посмотреть в их сторону, его тут же утопят все остальные.

Но и настолько затягивать с заказами чревато.

— Вообще не торопятся? — уточнил я.

— По моим меркам — да, — пожал плечами Астарабади. — Завтра от них приедет консультант на первичный осмотр. После этого они берут декаду на формирование схемы защиты, и после оплаты первого взноса в течение трех дней начнут работу.

Да нормальные сроки, за что он их лентяями заклеймил, интересно?

— И в чем неторопливость? — все же полюбопытствовал я.

— Декада на схему? — возмутился Астарабади. — Да там всего-то четыре стандартных варианта есть. Чего там выбирать целую декаду?!

А, ну да. В этом мире же нет расчетов как таковых, все время об этом забываю.

— Забей, нормально, — отмахнулся я. — Мы хоть Аукцион спокойно проведем. Не хватало еще разрываться между ним и отслеживанием чужих спецов на своей территории.

— Да, тут согласен, — усмехнулся Астарабади.

— А после Аукциона, кстати, надо будет съездить в Лакхнау. Глянем, как там наше родовое поместье. Можно и этих спецов с собой захватить. Магическая защита на момент штурма устояла, но что с ней стало сейчас, я без понятия.

— Понял, договорюсь, — кивнул Астарабади.

Вроде, я ничего не забыл. Дела я никогда не запускал, и рутиной все-таки занимался, так что подобных неожиданных вопросов у меня всегда было мало.

— У тебя ко мне есть что-то? — спросил я.

— Есть. Нам нужен человек, который встанет во главе бизнес-крыла рода. Три проекта одновременно я еще потяну, но дальше утону в них.

— Согласен, давно пора, — кивнул я. — Кандидатуры?

— У тебя в Лакхнау сидит отличный финансовый управляющий.

— Ты-то откуда знаешь его квалификацию? — удивился я.

— Пересекались, — коротко ответил Астарабади и пояснил в ответ на мой вопросительный взгляд: — Еще при твоем отце, когда Аукциона даже в качестве идеи не было. Это, кстати, его концепция, Аукцион. Всю базовую схему Каджумдар нам набросал. Мы с твоим отцом туда только физическую, в смысле, военную часть, прикрутили.

— И ты хочешь на него весь бизнес рода повесить?

— А он на нем и так висел, — пожал плечами Астарабади. — Только масштаб был поменьше, чем сейчас.

— Хорошо. Свяжись с ним, пусть готовит себе замену в Лакхнау. Поедем в родовое поместье — заберем его оттуда в столицу.

— Принято, — кивнул Астарабади. — И еще…

Раздался стук в дверь, и на пороге появилась моя новая секретарша. Эффектная тетка, кстати. Простолюдинка, ей было уже лет под сорок, но выглядела она — дай забытые боги каждой аристократке.

— Господин, служба безопасности передала, что все готово.

— Спасибо, — кивнул я, и секретарь исчезла за дверью.

Быстро они справились, однако. Я перевел вопросительный взгляд на Астарабади. Пленник никуда не денется, если мы закончим свой разговор сейчас.

— В другой раз, — отмахнулся он. — Идем?

— Да.

Глава 8

*****

Когда мы с Астарабади вошли в камеру, пленник встретил нас на удивление спокойным и заинтересованным взглядом.

Марна отступила в сторону, приветственно склонив голову. Карим молча стукнул себя кулаком в грудь. Больше в камере никого не было.

— Быстро вы справились, — нейтрально заметил я.

— Это не мы, — покачал головой Карим. — Он сам готов говорить.

Марна едва заметно поморщилась. Ну да, командир моей родовой гвардии всегда был очень прямолинейным человеком. Асан даже как-то назвала его «слишком простым». Но я думаю, тут дело просто в его природной честности, он даже замалчиванием не будет присваивать себе что-то незаслуженное. Пусть это и всего лишь моя потенциальная похвала.

Я перевел взгляд на пленника.

— Не вижу смысла упираться, — спокойно сказал тот. — Меня не учили терпеть пытки, я все равно все вам расскажу рано или поздно. И время мне тоже тянуть незачем.

Какой интересный пленник. Судя по всему, боли как таковой он не боится. Он просто рационально и взвешенно подошел к ситуации, в которую попал. А ситуация для него безнадежна. После такого живых свидетелей не отпускают.

— Тогда рассказывай, — произнес я.

— Как вы понимаете, заказчика я не знаю, — криво улыбнулся он. — Мне и моей группе инструктаж проводил посредник. Сигурд Дашириши, если вам что-то скажет это имя.

Я бросил взгляд на Марну.

— Выясним, — коротко кивнула она.

— Знаю я его, — проворчал Астарабади. — Человек рода Каспадиа. Напрямую с ними Дашириши не связан, имеет свой узкий сектор клиентов из тех, кому нужны услуги профессиональных топтунов. Но заказы от рода Каспадиа у него всегда в приоритете. Ради них он может даже уже оплаченные заказы от других клиентов подвинуть или даже слить напрочь. Мы с ним однажды схлестнулись на этом.

— И? — заинтересовался я.

— Он честно возвращает деньги, — фыркнул Астарабади. — Да только упущенное время мне кто вернет? В общем, откупился он от меня. И теперь десятой дорогой меня и моих людей обходит.

Я слушал и в который раз удивлялся. Иногда у меня складывалось впечатление, что Астарабади вообще всех знает.

С другой стороны, любой профессиональный мир тесен. А уж с таким опытом, какой он имеет, Астарабади, вполне вероятно, действительно знает всех, кто хоть что-то собой представляет в теневом мире.

— Продолжай, — вновь посмотрев на пленника, сказал я.

Потенциальное участие Каспадиа — это, конечно, важный момент, но его еще проверить надо. Заказ мог быть и от других клиентов Дашириши.

— Моей задачей было докладывать о любых ваших перемещениях, которые не входили в стандартный список, — сообщил пленник. — Список состоял из вашего дома, Академии Магии, императорского дворца, резиденции клана Дамаяти, резиденции клана Таджуан, резиденции клана Мехта и резиденции клана Сидхарт.

Исчерпывающий список, в общем-то. Все места, куда я мог поехать, учтены, кроме разве что потенциальных встреч в ресторанах, но, чую, и это заказчику было неинтересно.

Только чего еще они от меня ждали, я так и не понял.

— Аукцион, — хмыкнул Астарабади.

— Думаешь, они ждали, что ты повезешь меня на склад смотреть лоты? — усмехнулся я.

— Да, — кивнул Астарабади. — За мной следить бессмысленно. Остальных организаторов они попросту не смогли найти. Оставалось только сделать ставку на твое любопытство. Я, кстати, тоже ждал от тебя подобной просьбы.

И не дождался. Я просто не вижу в этом смысла. Самые интересные лоты запечатываются плетением сокрытия. И если снять его я еще смогу, то поставить потом на место — точно нет. А смотреть всякую мелочовку и ради этого рисковать раскрыть местоположение склада — это бред.

— Это не в первый раз, я так понимаю? — уточнил я. — За координатами склада Аукциона всегда охотятся?

— Разумеется, — кивнул Астарабади.

— Ясно. А что за артефакт помогал тебе скрываться? — спросил я у пленника.

— Мимикрия.

Очень интересно. Судя по реакции Рама в свое время, полноценным аналогом невидимости эта штука все-таки не является. Но то, что я видел, было очень похоже.

— А подробнее? — потребовал я.

— Позволяет сливаться с подходящим фоном, — с недоумением ответил пленник.

Я окинул его взглядом. Одет он был, кстати, действительно очень в тон той крыше, на которой затаился. Там был темно-серый рубероид, и на пленнике был темно-серый комбинезон. С капюшоном, кстати.

— Только очертания размывает?

— Да.

Понятно. Это очень куцый аналог моей невидимости, для которого нужна масса условий. Да, не зря диверсанты в мои артефакты так вцепились.

И как топтуны уходили от моих диверсантов я теперь тоже, пожалуй, понимаю. Далеко не все диверсанты — маги. И тут даже не скажешь, что лучше для погони за подобным оператором праны: маг банально не сможет держать темп погони, а неодаренный не сформирует поисковую сеть.

— Тебе пленник еще нужен? — спросил я Астарабади.

— Нет. Дальше нужно говорить с Дашириши.

— Если он еще жив, — покачал головой я.

— Да ну, — удивился Астарабади. — Это рядовой заказ, на таких не убирают посредников. Ну узнаем мы, кто на этот раз проявил интерес к Аукциону, и что с того?

— А ты не забыл, что этого красавца, — я кивнул на пленника, — не смогли поймать ни ты, ни Рам? Исполнители у этого заказа — далеко не рядового уровня спецы. Возможно, только поэтому Дашириши и показал им свое лицо.

Астарабади задумался.

— Тогда совершенно не факт, что их интересовал Аукцион, — произнес он.

— Не факт, — кивнул я. — И Дашириши надо проведать в любом случае. Просто я хочу, чтобы ты был готов к неожиданностям.

— Я понял. Буду готов.

*****

Наемник окинул Шанкару оценивающим взглядом и одобрительно усмехнулся. Выглядела девочка, что надо. Это под сари не всегда разберешь, что там на самом деле, а военная форма в этом смысле очень показательна. Все у девочки было на месте.

Только хищная ухмылка девчонки наемнику не понравилась. С такими бунтарками всегда бывают проблемы.

— Пошли со мной, — коротко бросил он и мотнул головой, указывая куда-то себе за спину.

Мужчина развернулся, чтобы уйти и ожидал, что девушка последует за ним.

Шанкара не двинулась с места. Еще чего! Она в первый раз видела этого человека, и ни малейшего желания иметь с ним дело у нее не было.

Он развернулся обратно, явно раздраженный и не скрывающий этого.

— Что тебе непонятно? — рявкнул он.

— Для начала представьтесь, незнакомец-джи, — спокойно хмыкнула Шанкара.

— Войтар Шикариджи, вольнонаемный, — буркнул он.

— Алекса Мади, вольнонаемная, — едва заметно усмехнулась она, представившись в ответ.

Имя девушка сократила свое родное, из прошлого мира, а фамилию изувечила уже местную. Зато теперь ни один менталист не скажет, что это сочетание звуков она не ощущает родным.

— Все, формальности выполнены? — вновь начал раздражаться он. — Пошли!

— Куда и зачем? — ровно спросила Шанкара, все так же стоя на месте.

— Мой командир хочет с тобой поговорить.

Мог бы и сам сюда прийти, мысленно фыркнула Шанкара. Или хотя бы более адекватного посыльного выбрать. А так это не разговор, а банальный прессинг и попытка сходу обеспечить себе позицию некоторого превосходства.

— Твой командир? — демонстративно приподняла бровь Шанкара. — Напрямую со мной? Через голову моего командира?

Мужчина насупился, сжал зубы и процедил:

— Да что ж ты такая тугая?! Пошли, говорю!

Он схватил девушку за руку и дернул на себя, явно ожидая сопротивления.

Шанкара не стала сопротивляться. Она использовала инерцию рывка, чтобы сблизиться вплотную, впечаталась ему в грудь, а в следующий миг уже приставила свой магический «серп» к его шее на манер ножа.

Мужчина замер и впился в нее напряженным взглядом.

— Мне посчитать это за нападение? — жестко бросила Шанкара, глядя ему в глаза. — Или сойдемся на недоразумении?

— Недоразумение, — тихо буркнул он.

— Точно? — девушка чуть надавила на серп, только чтобы он это почувствовал. Маленькая капля крови потекла вниз по его шее.

— Точно!

Шанкара презрительно скривилась и оттолкнула его от себя, развеивая плетение.

Он сделал шаг назад и злобно сузил глаза.

— Мы еще встретимся, Алекса Мади, — пообещал он.

— Второй раз я руку сдерживать не буду, — многозначительно усмехнулась Шанкара, перекатывая на кончиках пальцев новый серп.

Он явно хотел выругаться, но решил не провоцировать снова и молча ретировался.

Тренировочный настрой этот неадекватный наемник Шанкаре уже сбил, так что она решила пойти «обрадовать» своего командира новыми проблемами. Чей бы он ни был, этот странный посланец, они вряд ли вот так сразу отступятся.

Риташ выслушал Шанкару молча и тут же нашел взглядом одного из бойцов. Помещение было маленькое, голос она не понижала, так что ее рассказ слышали все, кому это было интересно.

— Рино, пробегись по форту, — распорядился командир. — Кипиш не поднимать, внимания не привлекать, по возможности. Просто аккуратно выясни, что это за отряд.

— Сделаю, — кивнул боец и выскользнул за дверь.

— М-да, я ожидал проблем, — вздохнул Риташ, — но не так скоро.

Шанкара требовательно приподняла брови.

— Ты — перспективный маг, — объяснил командир. — Переманить тебя к себе захотят многие. В том числе и такими способами.

Логично, мысленно согласилась с ним Шанкара. Выглядела она сейчас на двадцать с небольшим, но даже когда ей с виду будет тридцать, сути это не изменит. Проявленный контур пятого ранга — почти гарантия, что маг возьмет эту планку. А это очень приличный уровень. Даже у Магади в слугах нет никого выше пятого ранга, а они — древний род. Наемники же о таких магах, в большинстве своем, могут только мечтать.

Шанкара не понимала разве что, почему они начали не с нормального предложения, а с попытки надавить. Уж на кого-кого, а на боевого мага давить бессмысленно. Голову снесет мимоходом и скажет, что так и было.

На ужин они отправились всем отрядом. После наглой попытки надавить на Шанкару, Риташ приказал в одиночку по территории форта не ходить вообще. А если в людные места нужно — то лучше идти и вовсе по трое-четверо.

Армейская столовая Шанкару не удивила: огромное помещение, заставленное длинными столами на полсотни человек каждый и заполненное людьми.

Удивил «этикет», а точнее его отсутствие. Она как-то раньше не задумывалась, что ложка — это атрибут аристократии. Ладно, с отсутствием вилок и ножей как явления она смирилась давно, но вообще без столовых приборов?.. Дома и в Академии руками Шанкара привыкла есть только хлеб, даже если его нужно было макать в разнообразные соусы. Для риса и всего прочего предназначались ложки. А тут народ из риса руками скатывал небольшие комочки и уже их окунал в соусы.

Ладно, рис. Это еще можно понять. А остальное?.. Присмотревшись, Шанкара поняла, что «остального» здесь просто нет. Абсолютно все блюда были только дополнением к рису и предполагали комочек риса или кусок хлеба.

Зря, кстати, Риташ не отобрал у нее ложку еще декаду назад, она хоть немного бы привыкла. А сейчас, впервые попытавшись взять рис руками, девушка и сама чувствовала, насколько выбивалась из образа рядовой наемницы.

Риташ наблюдал за Шанкарой искоса и явно посмеивался про себя. Он честно пытался держать равнодушное выражение лица, но получалось у него плохо.

Шанкара сузила глаза и решила, что эту шуточку она ему еще припомнит.

*****

Ужинали мы вдвоем с Анданой. Сейчас было, пожалуй, чуть ли не единственное время, когда я мог хоть немного расслабиться.

Я взял за правило не только ужинать с ней, но и проводить после ужина полчаса-час за чашкой чая и общением. Иначе мы только в постели будем видеться. Да и хотелось мне узнать будущую жену получше.

Жениться мне придется не только на ней, это понятно, но остальные союзы будут исключительно в интересах рода. Совсем уж задвигать и игнорировать остальных жен я, конечно, не буду. Но и любить, скорее всего, тоже.

Долг — он и есть долг, от этого никуда не деться. Мало кто из аристократов сейчас может себе позволить иметь только одну жену, и я к числу таких монстров точно не принадлежу. В норме именно через брак заключаются союзы и начинаются тесные отношения родов.

С Анданой мне было уютно и спокойно. Она не требовала от меня внимания, не изводила капризами, не напрягала неудобными вопросами. Ощущение теплого дома и фоновой семейной поддержки любого моего начинания она создавала уже сейчас.

И общаться мне с ней было интересно. Как ни крути, подготовка у нее очень была специфическая, и взгляд на мир сформировался соответствующий. Она это не выпячивала, конечно. Но такие вещи все равно чувствуются. Вряд ли мне так же интересно было бы общаться с домашней девочкой.

В общем, я искренне радовался своему выбору первой жены и этого не скрывал. Андана наслаждалась моим отношением и потихоньку оттаивала. Ну а ночи я проводил у нее. Не все, но большую часть. И в постели мы общий язык нашли с самого начала.

Я пока опасался себе это говорить, но, похоже, семейная жизнь у нас будет практически идеальной.

*****

После ужина, когда я вернулся к себе в кабинет, мне передали вычурно украшенный конверт. И теперь уже я просто вздохнул. Это очередные неприятности, и для этого понимания мне даже вскрывать конверт не надо. Я узнал его.

Император. Скорее всего, это приглашение на аудиенцию.

Достав из конверта само приглашение, я убедился, что был прав. Завтра вечером император ждет меня у себя.

Приглашение было предельно вежливое, подпись, судя по всему, стояла живая. Ничего вызывающего, ничего спорного, все выполнено в лучших традициях. Отклонить такое по формальному признаку не получится.

А отклонить очень хотелось.

Слишком хорошо я помню, как император выполнил только букву своего обещания, напрочь забив на дух. Да, он был в своем праве. Он сделал ровно то, что сказал, и претензий тут быть не может.

Я прекрасно понимал, что он еще довольно гуманно со мной обошелся. Мог ведь и такую формулировку подобрать, что я вообще ничего по факту не получил бы в обмен на свой долг.

Но общее впечатление от взаимодействия с главой государства у меня осталось очень спорное. И скорее негативное, если уж на чистоту.

Это не значит, что я не отдам долг, когда император его потребует.

Это значит, что я отдам его ровно так же: строго по букве обещания. Главное тут со своим словом не промахнуться и не ляпнуть лишнего.

Правда, вряд ли он потребует от меня тот самый долг. Не используют такие вещи в обыденных ситуациях, это крайняя мера, страховка на смутные времена. А сейчас в стране все стабильно, вроде.

И мне очень интересно, что императору от меня понадобилось.

Глава 9

*****

Специалист по стационарным магическим защитам от клана Рамеш приехал в строго оговоренное время.

Не удивлюсь, если он еще и где-то поблизости ждал, чтобы подойти к воротам моего особняка минута в минуту. Очень уж он был… характерный. Строгий деловой костюм с пиджаком, застегнутым на все пуговицы, идеально подстриженные усы и бакенбарды, начищенные лакированные туфли, в которые можно было смотреться как в зеркало. Он мне Дадабхаи с первого взгляда напомнил. Такой же педант.

Встречали его, естественно, слуги, но я в любом случае должен был уделить минуту внимания гостю. Знал бы, что он окажется аристократом клана, приказал бы подать нам чай.

— Фарнавис Рамеш, к вашим услугам, господин Раджат, — строго по этикету склонил голову гость, войдя в гостиную.

— Рад встрече с вами, господин Рамеш, — ответил тем же я. — Не ожидал, что вы приедете лично.

— Слугам многое не доверишь, — уклончиво улыбнулся Рамеш.

— Согласен, — кивнул я. — Позволите проводить вас?

Рамеш глянул на меня с удивлением.

— Вы сами будете со мной работать? — уточнил он.

— Слугам многого не доверишь, — с улыбкой вернул я ему его же фразу.

Рамеш понимающе улыбнулся и кивнул.

— Тогда давайте осмотрим территорию, господин Раджат, — предложил он.

— Конечно. Идемте.

Я думал над кандидатурой того, кому я могу поручить работу с защитной системой особняка, и пришел к выводу, что самый квалифицированный маг в роду — это я сам. А уж когда увидел в качестве специалиста аристократа Рамеш, только укрепился в своих выводах. С защитой придется работать именно мне.

К тому же, я хотел понять уровень местных спецов. В зависимости от схемы, которую они нам предложат, я могу что-то доработать или дополнить. Эти вещи можно и после доделывать, но намного проще сразу встроить все необходимое в систему защиты.

В конце концов, моя полноцветная магия — уже не тайна. А главное, она не уникальна. И именно сейчас мне нужно выжать из своих знаний все возможное.

Если я действительно смогу внести в готовую схему стационарной защиты что-то новое и ценное, это вполне можно продать тем же Рамеш. Вряд ли они откажутся разнообразить свой ассортимент.

Прогулка по территории особняка оказалась куда менее информативной, чем я ожидал. Рамеш охотно говорил о возможностях будущей системы защиты, но как именно это будет реализовано, не раскрывал. Судя по всему, у него было два варианта на выбор. И он пока не решил, какой вариант подойдет больше.

Жаль, но придется дождаться, когда он пришлет схему защиты мне на согласование. Я так понимаю, этот этап — пустая формальность, здесь никто не умеет читать схемы плетений с листа. Однако в деловой этике так принято.

Что ж, клан Рамеш я таки удивлю.

Правда, сделать это надо будет аккуратно, чтобы не выдать свою способность делать расчеты плетений. Впрочем, рано об этом думать. Когда Рамеш пришлет, тогда и посмотрим.

*****

После ухода гостя меня еще во дворе перехватил Астарабади.

— Шахар, извини за вопрос, если что, — осторожно начал он. — Почему ты сам этим занялся?

— А ты найдешь мага, который сравнится уровнем знаний со мной? — хмыкнул я.

Астарабади отпустил взгляд и, как мне показалось, выдохнул.

— Откуда вопрос? — поинтересовался я.

Астарабади замялся, но все-таки сказал:

— Мне показалось, что ты не доверяешь слугам рода. Рад, что я не прав.

— В каком смысле не доверяю? — удивился я.

— Ты отстранил от себя фактически всех, кроме своих ближников, — пояснил Астарабади. — Ту же Марну ты даже на общие собрания не зовешь. А безопасники — это ключевая служба рода, которая всех связывает воедино. В моем понимании.

Есть такое. Мне уже говорили, что обсуждать ключевые моменты развития или действий рода без СБ и разведки банально неудобно, да и картина получается неполной. Я тогда покивал и спустил это на тормозах. Точнее, закрутился и забыл. И все опять осталось, как было.

— Это вопрос доверия? — прямо спросил Астарабади.

— В какой-то мере, — неопределенно покачал головой я. — Сейчас моя полноцветная магия — уже не тайна, но и кроме нее у меня секретов хватает.

— А причем тут слуги рода? — не понял Астарабади. — Что они, что твои ближники связаны магическими клятвами. Я понимаю, ты на примере Биджау с первых же дней в роли наследника увидел, чего стоит магическая клятва, когда человек не предан лично тебе. Но тут все же немного другое.

— А именно? — приподнял брови я.

Вообще Астарабади лезет не в свое дело, конечно.

Однако осаживать я его не стал просто потому, что больше мне этого никто не скажет. А я тоже человек, и тоже могу ошибаться. Да и аристократом в своем мире я пробыл недолго, мне регулярно опыта не хватает, сам чувствую. Так что пусть говорит.

— Одно дело — смещение приоритетов между членами рода, — сказал Астарабади. — И совсем другое — это вынести информацию за пределы рода. Да и между членами рода… У тебя были проблемы с Биджау после того, как ты обозначил ему свой статус?

Вот интересно, откуда он такие подробности знает? Мы с ним в то время даже знакомы не были.

— Нет, — коротко ответил я.

— Шахар, я понимаю твою настороженность, — мягко произнес Астарабади. — Но никто из слуг рода тебя не предаст. Род не предаст, а значит, и тебя. Наследник, а потом и глава рода — это высший приоритет для слуг рода. По сути, эти выкрутасы Биджау были возможны только до тех пор, пока тебя дядя во всеуслышание не признал наследником. Да и то, Биджау тот еще жук. Он опытный, он скользкий, он имеет очень специфичный склад ума. Так сместить для себя внутренние акценты больше никто не сможет. Клятва подкрепляет то, во что человек верит. Люди верят в тебя, Шахар. Все люди, начиная с меня.

— Короче, — прервал я его. — Ты все это к чему?

— Я бы очень хотел, чтобы служба безопасности рода имела больше значимости, — осторожно произнес Астарабади. — И больше возможностей.

Что ж, в чем-то он прав. Из-за своего инстинктивного недоверия всем, кроме своих ближников, я затыкаю «дыры» какими угодно подразделениями, только не теми, которые должны работать изначально. А на передовой практически в любом вопросе должны быть безопасники, тут Астарабади прав.

Кстати, если бы у Астарабади не было столько людей разного профиля, эта проблема вылезла бы раньше.

— Я тебя услышал, — кивнул я.

Астарабади молча склонил голову. Не знаю, был ли он доволен таким ответом, но другого он от меня не добьется и прекрасно это понимает.

*****

Чтобы не затягивать и не забыть потом об этом еще раз, я сразу же вызвал Марну и Биджау в свой кабинет.

Продемонстрировать им полноцветную магию — это недолго.

— Думаю, про древнюю магию вы уже наслышаны, — едва заметно улыбнулся я, когда Марна и Биджау уселись в кресла напротив меня.

— Да, господин, — коротко кивнула Марна.

— Я хочу, чтобы вы увидели это своими глазами и понимали ее возможности.

Сказав это, я принялся уже привычно формировать тестовое плетение своего мира. И делал я это довольно долго. Браслет-стабилизатор я же так и таскал на запястье. Он позволял мне сейчас работать с плетениями до седьмого уровня контроля включительно. Уже, кстати, и на восьмой можно замахнуться. Но с этим я буду экспериментировать без лишних глаз.

Реакция и у Марны, и у Биджау была сдержанная, но радость в их глазах я увидел.

Во-первых, это было хоть и запоздалое, но все же доверие с моей стороны. А во-вторых, им было просто по-человечески любопытно.

Пока плел, я заодно кратко пояснил им свои возможности в тех рамках, которые уже практически общеизвестны. Для аристократов, разумеется. Но верхушка слуг во многих родах тоже уже в курсе.

— У Карима есть запас полноцветных артефактных щитов, — сообщил я напоследок. — Можете смело их забирать. Вы сами и ваши люди на ключевых постах должны быть защищены этими артефактами. Если не хватит артефактов, говорите. Еще сделаю.

— Спасибо, господин, — склонила голову Марна.

— А это долго? — спросил Биджау.

— Артефакты сделать? — уточнил я, и разведчик кивнул. — Нет, недолго. Грубо, полчаса на артефакт.

Биджау уважительно кивнул и тут же хмыкнул:

— Теперь я понимаю этот ажиотаж вокруг древней магии.

— В каком смысле? — нахмурился я.

— Древние маги появились не только у нас, — пояснил он. — До меня дошла информация о том, что у наших соседей, в Поднебесной, они тоже есть. И по слухам, их намного меньше, чем у нас.

А вот это плохо. По официальным каналам ничего подобного пока не проходило, я слежу за новостями, но Биджау явно виднее.

Я вообще в последнее время читаю его доклады и поражаюсь. Он разведку поднимает прямо на глазах. То, о чем пару декад назад и мечтать нельзя было, сейчас он уже выдает между делом в ежедневной сводке.

— Хочешь сказать, международная обстановка накаляется? — произнес я.

— Похоже на то, — кивнул Биджау. — Это пока неподтвержденная информация, но я работаю в этом направлении.

— И эта слежка за мной… — задумчиво протянул я.

— Вполне могла быть иностранным заказом, — мгновенно подхватил мою мысль Биджау. — Опять же, у меня пока нет конкретных данных. Но я ставлю на эту версию.

— Астарабади в курсе?

— Да, мы с ним совместно работаем по Дашириши. Местоположение локализовали, операция по захвату запланирована на сегодняшнюю ночь.

— Ясно, благодарю. Если вопросов больше нет, то у меня все на этом.

*****

Шанкара медленно, почти лениво плела классический щит. Уже в который раз. И девушка только убеждалась, что первое ощущение ее не подвело: нити рябили.

У нее был всего третий магический ранг, но при этом предельный, десятого уровня контроль. Только поэтому она вообще заметила эту рябь. Ее идеально гладкие нити почему-то вдруг начали слегка «пушиться».

Такое легко пропустить. Еще легче списать это на накопленную усталость и чуть-чуть ослабевший, как следствие, контроль.

Однако Шанкара не раз и не два выматывалась в ноль еще в прошлом мире. Она очень хорошо знала, как на нее влияет усталость. Она могла сорвать плетение, могла не уследить за точными углами и дугами, могла задать кривой вектор, но сами нити у нее не пушились никогда.

Это было похоже на какие-то слабые энергетические помехи. Словно сопротивление среды вдруг выросло, и появился направленный поток. Так могла бы взъерошиваться кучка тополиного пуха под едва заметным дуновением ветерка.

Чем оперируют маги? На этот вопрос внятного ответа не нашли даже в ее мире. Легко увидеть, измерить, изучить магические нити, которые прошли через руки мага. И почти невозможно выделить изначальную энергию, которой этот маг питается.

Человеческое тело — это один большой преобразователь. В ее родном мире точно знали, что энергетические каналы мага предназначены для движения силы только в одном направлении: от источника наружу. Чаще всего, к рукам или голове. А собирает и уплотняет энергию до попадания в источник, похоже, сама человеческая плоть. Именно тело служит и фильтром, и концентратором, и магнитом. В источнике мага сила хранится в уже в готовом для применения виде.

Что именно организм собирает? Теорий было много, но достаточного подтверждения на памяти Шанкары так и не получила ни одна. Эфир, мана, субстанция, маг-сырье, — как только не называли этот неизвестный вид энергии, который маг преобразует в силу и собирает в своем источнике.

Мест, где сырой магической энергии было бы много, — или хотя бы заметно больше, чем везде, — тоже не нашли. Различия кое-где были, но в пределах погрешности. Это все равно, что пытаться определить на ощупь плотность воздуха. Да, она отличается в разных местах планеты, но разница настолько мизерная, что без приборов этого не понять. При прочих равных, разумеется.

Общие эмпирические законы для воздуха и для сырой магической энергии вообще оказались на удивление схожи. На высоте в пару километров над уровнем моря сложнее дышать и сложнее восстанавливать магический резерв. На самолетных высотах очень разреженный воздух и почти нет сырой магической энергии. И так далее.

Словно воздух и сырая сила — это качественно смешанные между собой среды с почти идентичными свойствами. Отделить одно от другого ее мир так и не смог.

Шанкара никогда даже баек не слышала о местах, которые влияют напрямую на плетения. Слишком сильно отличаются между собой сырая сила Мира и энергия нитей из источника мага. Будь иначе, сырую силу давно бы идентифицировали.

Зато теперь Шанкара смотрела на это вживую, раз за разом плетя давно набивший оскомину щит. И все равно не могла поверить.

Она видела, по сути, тот самый «ветер» сырой магической силы, который безуспешно искали многие поколения ее предшественников.

— Кто вы такие? — внезапно раздался мужской голос рядом.

Шанкара вздрогнула и подняла глаза.

Незнакомцев было четверо. На расстоянии вытянутой руки от девушки стоял крепкий бородатый мужчина, одетый в темно-зеленые брюки и серую кожаную куртку. Оружия у него на виду не было. Возраст оценить было сложно, слишком он зарос, но точно не младше сорока. За его спиной стояли трое подручных примерно того же возраста. Они были в очень похожей одежде и тоже без оружия.

Впрочем, им оно без надобности. Лидер обладал восьмым магическим рангом, еще двое седьмым и последний шестым. Мощная компания, не в каждом магическом роду аристократов найдется такой боевой состав.

Командир ее отряда сидел рядом с Шанкарой, застыв истуканом. И, судя по отсутствию тревоги, всех остальных бойцов постигла та же судьба.

Приняв взгляд девушки на командира за привычку рядового ждать приказа, незнакомец ослабил паралич на Риташе.

— Наемники, — коротко ответил тот. — А вы?

— Я — архонт этой земли, — скупо улыбнулся незнакомец.

Архонт. Было в этом слове что-то знакомое для Шанкары. И это понятие не из памяти прежней владелицы тела, а из ее прошлого мира. Так, вроде, на этих землях когда-то называли владык.

— Что вы здесь делаете? — продолжил он.

На этот раз командир скосил взгляд на Шанкару.

— Ты — командир?! — неподдельно удивился архонт, переведя взгляд на девушку.

— Нет, я — заказчик этого рейда, — скупо усмехнулась Шанкара.

— И что ты забыла на моей земле? — подозрительно прищурился архонт.

— Нити плывут, — коротко пояснила она, кивнув на все еще висящий в воздухе магический щит. — Хочу найти источник помех.

— Источник, говоришь? — оскалился архонт. — Идем, покажу тебе источник!

*****

На аудиенцию к императору я прибыл чуть-чуть заранее. Еще не хватало опаздывать на встречи подобного уровня. И в кабинет к императору меня провели вовремя, не стали мариновать в приемной.

А вот сам император встретил меня неласково.

— Садись, Шахар, — не подняв на меня взгляда, кивнул он.

Я слегка поклонился прямо у входа и подошел ближе.

Император сидел в кресле около чайного столика и вяло перелистывал какие-то бумаги в папке, которая лежала на подлокотнике его кресла.

Я сел напротив него. Молча, разумеется. Отношение он свое уже показал, так и не подняв голову от бумаг. Впрочем, ничего хорошего от этого разговора я не ждал изначально.

— Думаю, ты догадываешься, зачем я тебя позвал, — наконец, посмотрев мне в глаза, сказал император.

Я позволил себе лишь вопросительно приподнять брови. Просто чтобы обозначить внимание.

— Ситуация сложилась так, что мне нужна услуга от твоего рода, наследник Раджат, — ровно сообщил император.

Глава 10

*****

Вот тут я всерьез напрягся.

Ладно формулировка про ситуацию, — хотя даже ее нельзя сбрасывать со счетов, уж этот интриган никогда ничего не говорит просто так, — но сама необходимость? Не достают такие козыри, как услуга от вечного рода, просто так.

— Я слушаю вас, ваше величество, — нейтрально ответил я.

Какое-то время император сверлил меня взглядом, но вряд ли он что-то прочитал в моих глазах. Держать лицо я умею.

— Аукцион теперь принадлежит тебе? — спросил император.

— Да, — кивнул я.

Еще на своем приеме я думал о том, стоит ли явно обозначать себя новым хозяином Аукциона. Если бы император не объявил мой род вечным, я не стал бы этого делать. Но сейчас, когда статус уже есть, а реальной силы пока мало, Аукцион пойдет мне в плюс.

Впрочем, я быстро понял, что объявлять уже и не обязательно. Астарабади за эти десять лет уже прочно ассоциировался с Аукционом. И тот факт, что он стал слугой рода Раджат, аристократы попросту не могли упустить из виду.

— Мне нужна Жемчужина Аукциона, — просто сказал император.

Нехило! А луну на блюдечке не надо?

Я молчу о том, что это — огромные деньги. Плевать.

Куда хуже то, что об этом лоте знают уже все, кому не лень. Вполне возможно, именно ради него половина аристократов придет на Аукцион. И если этого лота там не будет, они этого не поймут. Мягко говоря.

Император сейчас у меня не деньги просит, и даже не услугу. Он требует от меня слить свою репутацию в ноль и фактически уничтожить Аукцион.

— Что именно вы подразумеваете под Жемчужиной, ваше величество? — уточнил я, просто чтобы выиграть немного времени.

— Новое плетение сокрытия.

Я мог бы просто отдать императору это плетение, если бы оно не было уже заявлено на Аукцион. Да и другое сокрытие, с любым радиусом, я могу ему отдать. Лично мне это вообще ничего не стоит, полчаса работы.

Да только я же понимаю, что ему не само плетение нужно. Ему нужно, чтобы оно не досталось никому.

Ну и кстати, император-то не знает, что это мое плетение. Для него это просто опасный лот Аукциона.

И как, в таком случае, я должен, по его мнению, рассчитываться с хозяином плетения? Мне пришлось бы, мало того, что слить свою репутацию, загубить Аукцион, так еще и влезть в долги на десятилетия вперед. У моего рода даже близко нет сейчас тех денег, которые можно получить за это плетение на Аукционе.

Выглядит все это как чистой воды подстава. Причем идеальная, по всем фронтам. Выполнение одной-единственной просьбы императора загонит мой род очень глубоко на задворки аристократического общества. И статус вечного рода только усугубит ситуацию.

— Шахар, ты сам все понимаешь, — вкрадчиво добавил император. — Это плетение принесет стране очень много проблем. Особенно сейчас, когда наши соседи зашевелились. Минто считает, что Каспадиа пытались тебя убить как раз по указке наших заклятых друзей.

Минто — это, я так понимаю, Минто Кишори, глава ИСБ.

А соломку император подстилает хорошо. Мол, родина в опасности, помоги. Мало того, что долг вернешь, так еще и нужное для страны дело сделаешь. Он немного не попал с этим, я родиной считаю совсем другую страну, но он-то этого не знает.

Да и есть ли та опасность? Проблем у государственных структур появится много, это да. Я помню, как обсуждал эту тему с Астарабади. Только совсем уж нерешаемых сложностей я там что-то не увидел. Дорого, долго, неприятно — да. Но угрозы государственной безопасности там точно не будет.

Аристократы — не мелкие мошенники, которые пойдут грабить банки и подделывать документы в Реестре, получив временный чит против сканирующих систем. А в более серьезных структурах и система охраны серьезнее. Не сыграет там ключевой роли это несчастное сокрытие.

Ладно, злиться на императора я могу сколько угодно. А права отказать у меня в любом случае нет. Нарушенное слово уничтожит меня куда быстрее, чем император со всеми его хитрыми играми.

— У вас будет новое плетение сокрытия, ваше величество, — ровно сказал я. — Завтра, если не возражаете.

— Не возражаю, — довольно улыбнулся император. — Примерно в это же время я буду ждать тебя здесь.

Мне только и оставалось, что молча поклониться и убраться восвояси.

*****

Стоило закрыться двери за наследником Раджат, за спиной императора тихо отошла в сторону стенная панель и оттуда шагнул внутрь Минто Кишори.

Он обошел чайный уголок и сел в кресло напротив императора.

— Что скажешь? — поинтересовался тот.

— Интересный мальчик, — неопределенно покачал головой глава ИСБ. — Он не отсюда родом, похоже. Во всяком случае, твои слова о помощи стране его вообще не зацепили.

— Согласен, — кивнул император.

Потому он, собственно, и не стал продолжать эту тему с Шахаром. Какой смысл говорить то, что оставляет твоего собеседника равнодушным?

— А вообще есть у меня ощущение, что мы поспешили, — добавил Кишори.

Император пристально посмотрел на него. Сам император не был интуитом, но знал о таких людях больше, чем кто-либо. И знал, что от чуйки интуитов отмахиваться нельзя ни при каких обстоятельствах.

— Не сработает? — поинтересовался император.

— Не знаю, — пожал плечами Кишори. — Но я не удивлюсь, если к моменту старта Аукциона он уже вступит в какой-нибудь клан. И там мы его не достанем. Те же Мехта его давно уже обихаживают.

— Помешать сможешь?

— Смогу, конечно. Но имеет ли это смысл? Тебе с Каспадиа проблем мало? Одно дело, когда род все-таки склоняет голову. И совсем другое, если ты удерживаешь контроль фактически силой.

Император задумчиво покачал головой и промолчал.

Да, с Каспадиа нехорошо получилось. Настолько свободолюбивые роды лучше вообще не трогать, от них потом ничего толкового не добьешься. Из-под палки они что-то делать будут, никуда не денутся, но лучше бы не делали, саботаж на саботаже каждый раз.

И, главное, предъявить-то им нечего. Они сделают ровно то, что просили. Просто при этом они регулярно доводят неполную или неаккуратную формулировку до абсурда. А всего не предусмотришь, особенно без обратной связи от исполнителей.

— Посмотрим, — сказал, наконец, император. — Если Раджат принесет плетение, значит, все-таки смирился.

— Необязательно, — едва заметно усмехнулся Кишори. — Но посмотрим в любом случае. Назад-то уже не отыграешь.

*****

Шанкара с готовностью встала. Сейчас было бессмысленно дергаться. Если незнакомцы захотят увести куда-то ее отряд, у них не будет с этим проблем. Паралич на бойцов они уже накинули, осталось сложить тушки штабелями и левитировать эту стопочку в нужное место.

А так, глядишь, и правда, что-то интересное покажут. Шанкара так и не смогла толком определить направление этого «ветра» сырой силы. Сектор в сто двадцать градусов — это не направление.

Особенно учитывая, что они находились явно на краю этой странной зоны и до центра могут быть многие километры пути. С такой точностью декадами можно искать не пойми что.

Архонт хмыкнул, видя столь безропотную готовность девушки идти с ними, и снял паралич с отряда.

— Всем стоять на месте! Оружие на предохранители! — рявкнул командир.

Риташ прекрасно понимал, что против такой команды они не выстоят.

Архонт одобрительно кивнул.

О порядке движения колонны договорились быстро. Отряд Шанкары в полном составе вместе с архонтом шел в центре. В качестве переднего и боковых дозоров выступили подручные архонта. Они так и не сказали ни слова за все это время.

Объединённый отряд шел через лес больше двух часов.

Шанкара не могла бы сказать, что прямо чувствовала, как плотность непонятных помех нарастает, но она видела это по своим людям. Им явно становилось тяжелее. Не до невменяемого состояния, но ухудшение было видно даже со стороны.

— Вот источник, — махнул архонт, указывая на просвет между деревьев.

Шанкара поравнялась с последними стволами и замерла на краю свободного пространства.

Огромная поляна сохраняла форму абсолютно ровного круга, несмотря на подступающие вплотную деревья. Метров сто навскидку был ее диаметр.

На поляне не росло ничего, кроме травы. Ровный зеленый ковер, без единого постороннего вкрапления. Ни цветов, ни кустов, ни кочек, ни проплешин. Ничего. Совершенно неестественная картина.

И что-то девушке это неуловимо напомнило.

— Мы называем их аномалиями, — сказал архонт, оставшись в шаге позади и сбоку от Шанкары.

— И много у вас таких аномалий? — спросила она, все так же глядя на поляну.

— В моих землях три.

Каким бы сильным магом он ни был, и какую бы армию ни вел за собой, в Свободных Землях слишком много разной швали. Он физически не сможет удерживать большую территорию. И, значит, эти аномалии находятся относительно близко друг от друга.

Похоже, ее догадка вполне имеет право на жизнь, решила Шанкара.

В ее мире исследовательские лаборатории для самых опасных экспериментов делали в форме огромного бетонного шара. Примерно такого диаметра как раз. Снаружи это смотрелось как полусферический купол, но она знала, что вторая половина сферы была утоплена в землю.

Шар — самая прочная геометрическая фигура. Он лучше всего подходит для сильной защиты. А лаборатории ее мира были обвешаны мощнейшими щитами, причем как от внешней угрозы, так и от внутренней.

И место для них старались выделять максимально безлюдное. В ее время в Российской империи пояс лабораторий размещали за линией вечной мерзлоты. В Индии их тоже могли ставить в более-менее компактной области. Так проще охранять, отслеживать посторонних и ликвидировать последствия, если что.

И они сейчас, судя по всему, находились именно в такой зоне.

Не из-за лабораторий ли здесь вообще образовались Свободные Земли?..

— У вас тоже нет восполнения источников? — поинтересовалась Шанкара.

— Что? У тебя сила не восстанавливается?! — изумился архонт.

— Нет, — спокойно ответила девушка. — Как вышла с места нашей стоянки с резервом, неполным на треть, так и сейчас он на треть не заполнен. У вас с этим нет проблем?

— У нас нет, — покачал головой архонт.

Их четверо. Восьмой, седьмой и шестой ранг. Причем даже у шестого виден вокруг источника контур седьмого. А Шанкара обладала всего лишь третьим рангом. Да, он был с контуром пятого, но в любом случае разница приличная.

Получается, чем сильнее маг, тем мощнее он притягивает к себе силу? Они не ощущают сопротивления среды, к ней сила не идет, а у первых рангов здесь вообще будет отток. Наверное. Не зря же неодаренным здесь так плохо. Сама Шанкара изменения физического состояния не чувствовала вовсе, как ни прислушивалась к себе.

— Уже одно это оправдывает вашу экскурсию сюда, — хмыкнул архонт, прервав ее размышления.

Девушка обернулась к нему.

Зачем он изначально сюда потащил чужаков? Шанкара сомневалась, что ему прежде не попадались те, кто может послужить подопытными кроликами.

— Часто ли вы водите сюда гостей? — полюбопытствовала она.

— Нет, конечно, — презрительно скривился архонт.

— И почему мы удостоились такой чести? — приподняла бровь девушка.

— Считай это интуицией, — хмыкнул он.

Не скажет. Ожидаемо, но все равно жаль. Шанкаре очень хотелось понять, чем она так отличается в его глазах от остальных магов.

— Еще что-нибудь скажешь в благодарность за гостеприимство? — поинтересовался архонт.

*****

Приехав домой, я переоделся и ушел на полигон. Выгнал оттуда всех и полтора часа тупо спускал пар.

Я догадывался, чего хочет император на самом деле, снова и снова окидывал мысленным взглядом его многоходовку и не находил в ней изъянов. И своих ошибок я тоже не находил.

Не было у меня шансов увернуться с самого начала.

Не договорись я уже с Дамаяти, решил бы, что и то их нападение на наше родовое поместье, с которого началась моя жизнь в этом мире, тоже было частью плана императора. Но здесь я перегибать палку все-таки не стал. Дамаяти не пошел бы даже на мир с моим родом, не говоря уже о союзном договоре, будь он пешкой императора.

Хотя, опять же, инициатором нападения был не сам глава клана, а его сын. Довольно резкий и порывистый юноша, которого можно было и незаметно натравить на нас.

Впрочем, воспользовался император удобным случаем или создал его сам, сейчас уже неважно. Важно то, что в угол он меня загнал мастерски.

Сначала — обещание остановить военную агрессию аристократов по отношению к моему роду. И отказаться я тогда не мог. Дамаяти добил бы нас тогда, вообще не напрягаясь. Ну получил бы он в последствии порицание императора, и что с того? Дамаяти — клан. Чуть прижать их император смог бы, но всерьез наказать — нет.

Затем — объявление моего рода вечным. Статус, признание, перспективы… Поманил морковкой это называется. И почти сразу требовал отдать то, что меня уничтожит.

Каким должен быть следующий ход по его логике? Да очень простым: я приношу плетение, и император предлагает мне его вернуть в обмен на… пусть будет личную верность, для простоты. Да, мой род станет подконтрольным, как те же Каспадиа. Но мы при этом хотя бы на дно не скатимся.

Красивый замысел.

Потребовать от меня в качестве обещанной услуги, например, поступить на службу в ИСБ, император не мог. Присягу, — или что они здесь используют в качестве вассальной клятвы, — тоже. Ничего из того, что существенно изменило бы наши отношения, император не мог попросить.

А вот подставить так, чтобы пойти к нему в прямое подчинение стало для меня единственным выходом — легко.

Тварь!

Выпустив пар, я закрылся в своем кабинете и принялся более спокойно и тщательно перебирать варианты. Злость не ушла до конца, но она перестала застилать мне глаза.

И уже за полночь я таки нашел выход.

Император сам показал мне пример. Что ж, сыграем на его поле.

Глава 11

*****

На следующий день я решил задержаться в Академии и добить часы в клубе до требуемой нормы за месяц. Там и оставалось-то часа три.

После окончания пар я зашел в столовую, привычно набрал себе блюд из северной кухни и ненадолго завис около десертов. Чего-то сладкого хотелось, но не настолько сладкого, как тут обычно делают.

— Рисовый пудинг берите, Раджат-джи, — раздался приятный женский голос за спиной.

Я обернулся. Передо мной стояла высокая спортивная девушка лет двадцати на вид с роскошной копной распущенных вьющихся волос. Пара локонов лежала у нее на плече и спускалась до бедра.

— Чатанья Мехта, к вашим услугам, Раджат-джи, — улыбнулась незнакомка.

Надо же, какие люди! Я слышал про младшую дочь ректора Академии. Маг шестого ранга, студентка пятого курса Академии, учится на боевом факультете. Еще и красотка, как я сейчас вижу.

— Мехта-джи, — приветственно кивнул я.

— Я серьезно, — улыбнулась девушка и кивнула на стойку с десертами. — Рисовый пудинг куда менее яркий, чем остальные десерты. А вы явно предпочитаете приглушенные полутона.

— Благодарю за совет.

— Окажите мне ответную любезность, ответьте на вопрос, — нейтрально попросила Чатанья.

— Слушаю вас внимательно.

— Как вы смотрите на дружеский спарринг?

— С кем и зачем? — уточнил я.

— Со мной. Показать свой настоящий уровень, — лаконично ответила девушка.

А неплохая идея, кстати.

На Турнире никто из полноцветных магов своих настоящих возможностей так и не показал. Но уже сам по себе щит Лакшти, который отразил плетение более высоко ранга, явно намекал на многое.

Ну а после моего боя с Лакшти около резиденции Дамаяти, который видела, в том числе, и Ребира Мехта, интерес к нашей магии только возрос.

Для меня же такой спарринг станет еще одним плюсиком к репутации.

Маг четвертого ранга, выигравший Турнир, — это неплохо. Но маг четвертого ранга, который сражается на равных с шестым рангом, — это намного круче. Это даже не юный гений рода или клана, это сила на уровне многих взрослых глав и наследников родов.

А сокрытие своих возможностей после боя с Лакшти уже не очень-то и актуально. Сомневаюсь, что даже шестой ранг, если это местный маг, заставит меня выложиться так же, как сумел это сделать Лакшти.

— Почему именно я? — поинтересовался я.

— Бхаскара — не боец, — неопределенно покачала головой Чатанья. — У меня с ее старшей сестрой хорошие отношения, и та прямо говорит, что Джина на тренировках даже с ней сражается с переменным успехом, а это пятый ранг. Что касается наследников Лакшти и Сидхарт… У нашего клана с ними не особенно хорошие отношения. Конфликтов нет, но и каких-то неформальных связей тоже. Да и договариваться там пришлось бы с главами родов, это долго и нудно. А к вам я могу просто подойти с интересным предложением, и вы дадите ответ сразу.

Девушка лукаво улыбнулась и с ожиданием посмотрела мне в глаза.

— Я согласен, — ответил я. — Но вы же явно захотите сделать из этого шоу?

— Нам обоим это пойдет только на пользу, — ослепительно улыбнулась Чатанья. — Завтра после занятий вы свободны?

— Да.

— Тогда завтра в это же время жду вас на полигоне.

— Буду. До встречи, Мехта-джи.

— До встречи, Раджат-джи.

*****

Заняться в клубе мне было, по большому счету, уже нечем. Все плетения, которые я мог модернизировать для Аукциона, я уже сделал. И теперь задумался, чем бы заняться. Не только сейчас, конечно. На этот месяц я сегодня закрою «клубную повинность», но мне тут еще учиться и учиться, а время не резиновое.

Пожалуй, имеет смысл усилить своих ближников новыми плетениями.

Мои полноцветные плетения они не потянут еще долго, это уже стало понятно по эксперименту с Асан и цвето-функциональным шаром. А вот что попроще, одноцветное, можно и нарисовать привычной им схемой на бумаге.

И как раз для пересчета полноцветных плетений в одноцветные можно использовать время этого бессмысленного сидения в клубе.

Определенные малораспространенные заклинания есть у каждого магического рода. У древних накопленных секретов больше, у молодых родов меньше, но они есть. Практически любые одноцветные плетения можно выдать за тайну рода.

Как правило, такие вещи относятся к одномоментным. Тот же поглощающий щит, например, полыхает структурой только в момент собственно поглощения атаки. Рассмотреть его смогут лишь отдельные менталисты, выведя в статику свое воспоминание об этом мгновении.

Любые другие плетения, чья структура светится более-менее длительное время, — как обычные силовые щиты, которые стоят, пока их не пробьют, — быстро скопируют. Они попросту не имеют шансов остаться тайной рода.

Редкие плетения в этом мире вообще, я смотрю, служат универсальной валютой. Их покупают и продают, ими награждают, их обменивают на услуги и уступки там, где деньги неуместны, и так далее. С Дамаяти при начале переговоров у меня прям классический наглядный пример получился.

С учетом отсутствия вокруг меня родичей, отдать редкие плетения ближникам вполне допустимо. Особенно в моей ситуации, когда род находится фактически на грани вымирания.

У Рама, Карима и Астарабади — синий спектр магии. Оттенки у них разные, но основа одна. У Асан — желтый цвет.

В принципе, я могу разработать новые плетения для любого из них, но рациональнее заниматься разработками в синем спектре. Заодно и сам пользоваться ими смогу.

Усиленные плетения, — например, силовые щиты, что держат атаку рангом выше, — в одном магическом цвете не сделать.

Но можно сделать массу других интересных вещей.

Тот же отражающий щит, которым я убил особо надоедливого мага на базе Каспадиа, — отличный козырь. И как минимум Рам и Астарабади смогут его правильно использовать.

Тот отражающий щит, который я выдал в финале Турнира, они уже не потянут, там очень сложная трехмерка, и еще кое-какая специфика есть. Но отражающий щит на свой ранг — хорошее приобретение. А после него можно и на трехмерку замахнуться.

Правда, там конструкция плетения такая, что привычные к простым плоским схемам люди мозг сломают, пока освоят ее. Но как раз упрощением я и могу заняться в клубе.

Расчеты плетений показывать нельзя, это понятно. Даже в моем мире этими расчетами свободно, на память, как я, владел далеко не каждый. Это все равно, что систему уравнений с несколькими переменными решать. В школе их проходили все. Но многие ли двадцать лет спустя решат с листа?..

Однако сами по себе расчеты на один цвет по большей части в уме сделать можно. Сложнее и дольше, но можно. Там из записей только узловые точки будут, никто не поймет, что это за каракули.

И даже если у меня заметят наброски незнакомых плетений, я смогу их выдать за плетения из родового архива, которые я осваиваю. Тут отговориться легко нехваткой времени.

Что ж, приступим. Мне тут еще больше двух часов сидеть.

*****

Шанкара только хмыкнула в ответ на вопрос архонта.

Прозрачный намек. Сейчас ее отряд «отрабатывал» хорошее к ним отношение, а потом разговор дойдет и до оплаты жизни. И, возможно, свободы. Но в последнее девушка не верила. Если ее отряд — или только она? — архонта чем-то заинтересовал, то вряд ли он их отпустит. Это Свободные Земли, здесь нет законов, кроме права силы.

Однако сначала нужно выжать из присутствия возле этой аномалии все, что можно. Кто знает, смогут ли они попасть сюда еще раз?

— Позволите кое-что проверить? — спросила Шанкара.

— Валяй, — отмахнулся архонт.

Девушка развернулась лицом к центру поляны и уселась на траву. Она выплела самый слабенький и легкий зеленый щит, какой только знала. На таких даже здесь только дети учатся плетения строить, в деле он бесполезен.

Шанкара изменила в нем лишь время действия и влила очень приличный запас энергии. Отпустила плетение. Щит повис в воздухе неподвижно, на первый взгляд.

Теперь оставалось только ждать.

— Всем замереть и не трогать источники! — потребовала девушка. — Ждем.

Минута. Две. Пять.

Семь…

Силы в ее плетении было на десять минут, но она уже видела, что ее предположение верно. Шанкара ставила этот щит на расстоянии вытянутой руки от себя. А сейчас едва могла до него дотянуться кончиками пальцев. Плетение дрейфовало.

— Смещается, — озвучил ее выводы архонт.

— Смещается к центру аномалии, — дополнила Шанкара.

— Любопытно. Но непонятно.

Встретив ее вопросительный взгляд, архонт продолжил:

— Там ничего нет. Можешь сама сходить прогуляться. Это просто поляна.

Риташ вскинулся, подозревая ловушку, и архонт понимающе усмехнулся. Бросив взгляд на своего подручного шестого ранга, архонт кивнул ему на центр круга.

Маг невозмутимо ступил на поляну, прогулочным шагом дошел до ее центра, сплел там простенький щит, тут же его развеял и вернулся к нам.

— Если ты думала, что это — воронка, то нет, — фыркнул архонт. — Там все то же самое. Заклинания нестабильны, да, но и только.

И все же ток сырой силы есть, ее плетение это показало наглядно.

Шанкара задумалась. Да, это не воронка, тут не поспоришь. Но мало ли каким способом энергия может куда-то уходить? Сквозь плотный фильтр, например, вода и вовсе может сочиться по капле, оставляя поверхность практически неподвижной. Но это не значит, что оттока нет.

А еще девушку не отпускает вопрос: что под землей? От верхней полусферы, если это действительно была лаборатория ее эпохи, и следа не осталось. А что с нижней?

— Не согласна со мной, — отметил архонт. — Считаешь, сила все же уходит?

Шанкара молча кивнула, продолжая разглядывать абсолютно ровную и мирную поляну.

— Предлагаешь копать? — насмешливо улыбнулся он.

— Не верю, что не копали до сих пор, — отразила его улыбку она.

— Умная девочка, — высокомерно бросил архонт. — Копали. Не в моих землях, но было дело.

Все-таки что-то сохранилось от лабораторий, похоже. Вряд ли вся нижняя полусфера, но как минимум помещение с черным ящиком — почти наверняка. Эти бункеры во все времена рассчитывались так, чтобы пережить апокалипсис.

Но даже если что-то осталось, чему там так искажать энергетический фон? Куда вся эта прорва сырой силы девается? Ни разу за всю историю ее мира, даже на полях самых масштабных магических сражений не было зафиксировано изменений энергетического фона. Люди, конечно, судили по косвенным признакам вроде скорости восстановления резерва, но тем не менее. Даже там магические нити не рябили.

И опять же, ладно одна-две лаборатории оставили после себя такие последствия. Но чтобы каждая стала аномалией?

Вряд ли дело в разработках ее эпохи. Тогда что?..

— И? — поторопила Шанкара задумавшегося архонта.

— Ничего там нет, — сказал он. — Надеялись там очередные объекты древних найти, но нет. Ничего, обычная земля.

Очередные?.. А, ну да. Это для нее старые лаборатории — всего лишь бесполезный осколок родной эпохи. А для местных это, прежде всего, потенциальная сокровищница невиданных артефактов. Достаточно вспомнить хотя бы древние украшения в хранилище ее рода. Откуда-то же их выкопали? Шанкара не удивилась бы, если что-то подобное действительно находят в руинах секретных объектов ее мира.

— Глубоко копали? — лениво поинтересовалась она.

— Метров на сто в глубину, — усмехнулся архонт. — Вообще ничего. Ни следа. Есть только один интересный факт. Спустя какое-то время аномалия вновь возвращает свой изначальный вид. Вот такой.

Он кивнул на ровную поляну перед нами.

Ничего не понятно. Что именно восстанавливает первоначальный вид аномалии? И как? Здесь же нет ни единого плетения.

Куда черные ящики делись? Почему нет хоть каких-то следов лабораторий? Может ли специальный бетон с массой вложенных в его структуру защитных плетений разрушиться бесследно за несколько тысячелетий? Шанкара не знала, она не была строителем по образованию.

Как маг она считала, что там наверняка имелся пассивный контур энергетической подпитки. И в этом случае бетон должен был сохраниться. Как-то же другие объекты, где находят все эти древние артефакты, дожили до этого времени.

Одно девушка знала точно: энергия здесь куда-то уходит. И этот факт важнее всего остального, что она увидела и узнала в этой реальности.

Возможно, это и есть то, ради чего родовой алтарь выдернул ее из глубины времен.

— А теперь я приглашаю вас в свою резиденцию, — ровно сказал архонт.

И это было не приглашение. Он поставил отряд Шанкары перед фактом, и прямо сейчас их формальное согласие или отказ ничего изменить не могли.

*****

Когда я вернулся домой из Академии, до встречи с Дамаяти у меня оставалось еще несколько часов. Именно сегодня мы должны были подписать, наконец, союзный договор.

Приняв душ и переодевшись, я отправился на полигон.

В последнее время я мало времени уделял тренировкам, и зря. Если артефакт-стабилизатор уже сейчас дает мне седьмой-восьмой уровень контроля, то он же и переход на следующий ранг может мне дать. Без гарантий, конечно, но шанс есть. И не попытаться им воспользоваться — глупо.

В норме переход на следующий магический ранг возможен на девятом-десятом уровне контроля. В редких случаях — на восьмом. То есть когда контроль магии текущего ранга уже близок к совершенству.

При удачном стечении обстоятельств новый ранг я мог взять в любой момент.

Проблема только в том, что условия перехода на следующий ранг никто не знает. Точнее, они у каждого мага свои. И в моем мире так было, и здесь так же.

Не знаю, как это формулируют местные, а у теормагов моего мира было довольно логичное объяснение. Физическое, магическое и ментальное развитие должны быть сбалансированы. И переход на следующий ранг происходит тогда, когда комплексное развитие уперлось в потолок.

А уж кому какой именно детали не хватает до этого самого предела — вопрос индивидуальный.

Были случаи, когда организму какого-то редкого минерала не хватало. Одна порция еды с микроскопической порцией нужной «приправы» — и добро пожаловать на следующий ранг.

По статистике моего мира примерно десять процентов магов переходило на следующий ранг через постоянную физическую, магическую и эмоциональную опустошенность при жесткой необходимости продолжать действовать. В боевых условиях, проще говоря.

Десять процентов — это очень много. Можно сказать, самый распространенный способ повышения ранга.

Кому-то нужны другие условия. В моем мире магические роды и кланы тратили безумное количество денег и редких ресурсов, чтобы повторить условия, которые сработали хотя бы однажды в истории.

Учитывая, что в прошлой жизни у меня был восьмой магический ранг, я и так-то должен был брать ранги намного быстрее местных. А уж со стабилизатором я могу в обозримом будущем обогнать даже других чужаков.

Именно поэтому забивать на тренировки мне нельзя ни в коем случае.

Однако нормально потренироваться мне и сегодня не дали. Я не провел на полигоне и получаса, как из особняка вылетел взмыленный Астарабади и направился прямиком ко мне.

Я развеял уже почти готовое плетение и встретил его внимательным взглядом.

— У нас ЧП, — сходу сообщил Астарабади.

Глава 12

*****

— Что случилось? — спросил я.

— Один из лотов для Аукциона пропал, — сказал Астарабади. — Впервые за десять лет.

Началось. Чую, эта кража совершалась не ради самого артефакта, чем бы он ни был, а ради того, чтобы бросить тень на мою репутацию.

— Что за лот? — спросил я.

— Универсальный подавитель, — ответил Астарабади. — Работает на любой цвет магии.

А, то есть они все-таки есть. Просто это, похоже, очень редкая штука, раз ее на Аукцион выставили.

— Как? — продолжил расспрашивать я.

— Пока неясно, — поджал губы Астарабади.

— Хоть какие-то наметки есть?

— След взяли, — кивнул он. — И, если мы сможем размотать эту ниточку, я бы хотел, чтобы ты принял участие в операции.

Неожиданно.

— А я вам там зачем?

— Этот артефакт, как часть других, находилась на одном из наших складов, — пояснил Астарабади. — Кроме него ничего не пропало. Но на этом же складе хранилась схема с твоим плетением сокрытия.

Понятно. Если похититель успел посмотреть и запомнить эту схему, то Астарабади не найдет артефакт стандартными методами. А других он и не знает пока.

Не удивлюсь, если и пропажу-то Астарабади обнаружил тогда, когда приехал на склад за моей схемой сокрытия.

— Хорошо, — кивнул я. — Схему сканирующей сети с маленькими ячейками я тебе сейчас набросаю. В любом случае пригодится. У меня сегодня встреча с Дамаяти, и отменить ее я не могу. Если найдете зацепку и будет возможность смещать время операции, планируй так, чтобы я успел вернуться.

За пару часов маги вряд ли освоят новое плетение, конечно. Но если нужно будет действовать срочно, а я еще не вернусь, будут по бумажке работать. Это сложно, долго и довольно-таки позорненько для взрослого мага, но лучше так, чем никак.

— Принято. Спасибо, Шахар.

— А что там с этим посредником, который слежку за мной организовывал? — вспомнил я.

— Дашириши? — подсказал Астарабади. — Оборвалась ниточка. Он мертв.

М-да, ожидаемо, но все равно плохо. С большой вероятностью, это означает, что заказчика слежки интересовал все-таки не Аукцион. И, значит, иностранный след в этой истории становится куда более реальным.

Вот только иностранцев тут не хватало. Как будто дома мне проблем мало.

— Тогда все пока, — подвел итог я. — Схему заберешь у моего секретаря примерно через полчаса.

— Обязательно, — слабо улыбнулся Астарабади.

Вот уж кому что, а этому хомяку — новую игрушку. Пусть даже в такой ситуации. С другой стороны, должно же хоть что-то радовать?

*****

Схему плетения сокрытия с маленьким радиусом я отослал императору с курьером. И письмо с многословными извинениями по поводу такого способа доставки приложил.

По-хорошему, конечно, мне нужно было самому съездить и отдать императору схему из рук в руки. Но я побоялся. Я нашел для себя выход из этой ловушки и опасался сейчас встречаться с императором лицом к лицу. Не смогу я сделать достаточно обреченный вид, чтобы он поверил, что его комбинация удалась.

А мне нужно, чтобы он поверил.

Потому что в противном случае у него есть масса возможностей сломать мне весь план.

К тому же, этот демарш с курьером отлично ложится в мою «обиду». Мол, слово-то я сдержал, иначе и быть не могло, но зло затаил и показываю это таким спорным способом. Собственно, я и не обещал, что привезу схему лично. Я сказал тогда: «она у вас будет».

За грань я здесь не вышел, но потоптался на ней знатно. Роду попроще такое не простили бы, но у вечных есть свои преимущества. Этим я и воспользовался.

Да и проблем у меня по замыслу императора должно было сейчас резко прибавиться. Мне как белке в колесе придется крутиться, чтобы хоть попытаться как-то нивелировать ущерб.

И даже встреча с Дамаяти, на которую я поеду вместо общения с императором, отлично ложится в эту картину. Пока никто еще не знает о моем будущем позоре с Аукционом, надо спешно заключить хоть один союз.

В общем, доставка схемы плетения с курьером делала общую картину только правдоподобнее для императора. А мне, собственно, того и надо.

*****

Перед поездкой к Дамаяти, я просмотрел список разосланных приглашений на Аукцион и с удивлением узнал, что мои будущие союзники туда не приглашены. Поэтому на встречу я захватил с собой предварительный каталог Аукциона и приглашение.

— О, благодарю, Шахар! — расплылся в довольной улыбке Дамаяти, когда я вручил ему приглашение. — Уважил так уважил! Приятно иметь тебя в друзьях, оказывается.

Теоретически, Аукцион — не прием. Но по факту это тоже элитное мероприятие, и достать приглашение туда еще нужно суметь.

Великим кланам, крупным древним родам и самым богатым из остальных Астарабади рассылал приглашения стабильно. А вот среднячки вроде Дамаяти могли только облизываться. И Астарабади я в этом понимаю.

Сами Дамаяти — древние, но клан у них относительно маленький и состоят в нем, в основном, роды намного младше главного. Богатыми их тоже не назовешь. По крайней мере, по меркам монстров вроде Лакшти.

Толку приглашать таких, если они не смогут потягаться в ставках с элитой?

Я же, приглашая их на Аукцион, приподнимал тем самым их статус. Точно так же, как приглашением на прием, где будут присутствовать представители великих кланов.

— Свои — это свои, — нейтрально улыбнулся я.

Дамаяти понимающе хмыкнул и сказал:

— У меня тоже есть для тебя интересное предложение.

— Слушаю внимательно, — навострил уши я.

Единственное, что могут мне сейчас предложить Дамаяти — это бизнес. Да, они — не монополисты ни в одной области и в список богатейших кланов страны не входят. Но это не значит, что у них все плохо.

По моим меркам, они — очень даже перспективный партнер.

— У рода Капур есть небольшое производство кристаллов-накопителей, — сообщил Дамаяти. — Они пока на многое не замахивались, делают на пятый-шестой ранг кристаллы. И у этой фирмы давно назрело расширение производства.

Капур — это род из клана Дамаяти, помню я их. В моей группе в Академии парнишка из этого рода учится.

— Обсуждаемо, — кивнул я. — Как только союзный договор подпишем.

— Договор? — удивился Дамаяти. — А, точно, договор!

Он взял с края стола одну из толстеньких папок, открыл ее на последней странице, поставил подпись и подтолкнул ко мне.

Пока я переваривал собственное ошеломление от простоты этих «переговоров по союзу», Дамаяти подписал все экземпляры и насмешливо посмотрел на меня.

— Да не буду я тебе руки выкручивать, — хмыкнул он. — Зачем? Условия стандартные, юристы все проверили, подвохов там нет ни для тебя, ни для меня. Это ж просто основа для отношений. А как оно дальше сложится, зависит только от нас.

Я бегло пролистал одну папку, просто чтобы убедиться, что подвоха в этих бумагах нет, и тоже подписал все экземпляры.

— Ну и чудненько, — потер руки Дамаяти. — Так что у нас по совместному производству накопителей?

*****

Шанкара встретила оценивающий взгляд архонта. Он поставил ее отряд в безвыходную ситуацию, и с удовольствием ждал ответа. Причем девушка даже не сказала бы точно, что его порадовало бы больше: их согласие или вспыхнувший бой.

— Я принимаю ваше приглашение, — слегка склонила голову она.

Архонт прищурился. Не ожидал он такого, похоже.

А Шанкара просто не видела смысла делать из него врага. Сейчас они с архонтом балансировали на той тонкой грани, где эту неопределенную встречу можно развить практически в любые отношения. Шанкара не собиралась своей волей превращать мага восьмого ранга, да еще и столь осведомленного в очень интересной ей области, в противника.

— Вот так просто? — не удержался он. — Думаете, в любой момент сможете сбежать?

— А зачем мне бежать? — девушка прямо встретила его взгляд. — Сдается мне, у нас с вами один интерес.

— Аномалии, — с удовлетворением закончил он за нее.

Шанкара лишь кивнула.

Архонт испытующе смотрел ей в глаза, и она взгляд не отвела.

— Пожалуй, нам есть, о чем поговорить, госпожа, — едва заметно улыбнулся он.

Командир ее отряда вскинулся, а Шанкара лишь хмыкнула. Все верно архонт понял, есть у него опыт, похоже.

Аристократу всегда сложно скрыть свое воспитание. Кого-то обманет камуфляжка, кого-то готовность ночевать в общей казарме или у походного костра, кого-то огнестрельное оружие в руках мага. Но рано или поздно аристо что-то выдаст.

Отряд Шанкары в этом смысле прокололся не раз. Не будут матерые вояки столь трепетно беречь, и уж тем более слушаться молодую девчонку, даже если она заказчик. Не сможет обычный слабый маг на равных говорить с лидером команды, которая размажет и ее, и весь отряд, не напрягаясь. Неудивительно, что архонт понял.

— Определенно, господин, — отразила его улыбку Шанкара.

Кислое выражение его лица стало ей наградой. Да, она тоже знала, куда смотреть и что искать. Его принадлежность к аристо для нее так же очевидна, как и ее для него.

— Прошу.

Архонт жестом указал направление, и они вновь выстроились той же походной колонной, какой пришли сюда. Шанкара и архонт оказались в центре, вокруг живым щитом ее отряд, а роль головного и бокового дозоров взяли на себя его маги.

— Меня зовут лорд Эштан Магада, — сказал архонт, едва объединённая группа вошла в ритм.

Шанкара удержала лицо, а ее гвардейцы — нет. Бежавшие впереди бойцы на мгновение сбились с шага, остальные же одновременно бросили на мага ошарашенные взгляды.

Архонт лишь невозмутимо поднял бровь, обозначая удивление. И глядя при этом на девушку, что характерно. Сразу понятно, что он не отцепится, пока не выяснит, что это было.

— Шанкара Магади, — представилась она, снимая сразу все вопросы. — Но я была бы признательна, если бы вы и ваши люди называли меня Алексой.

Риташ только глаза прикрыл, осознавая свою ошибку и понимая, что вариантов они ей не оставили.

Архонт хмыкнул и промолчал.

И Шанкара, и архонт понимали, что являются дальними родичами.

Нет в геральдических книгах рода Магада, уж это Шанкара бы знала. Титул на территории Свободных Земель присвоить попросту некому, не зря тут обходятся эвфемизмами вроде «архонт». Теоретически его род мог быть признан аристократическим на территории другой страны. Однако, судя по безумному сходству фамилий, Эштан — представитель боковой ветви ее рода.

Просто за время изоляции их фамилия слегка изменилась. Этому могло быть множество причин, но сути это не меняет. Они — родичи.

Шанкару уже настораживало такое невероятное везение. При первой же попытке найти аномальную зону встретить не просто сильного мага, который за ручку туда отвел, но и узнать в нем родича? Так не бывает!

С другой стороны, говорил же ей как-то дядя, что козырь рода всегда выполняет свое предназначение, хочет он того или нет. Если уж алтарь вытащил ее из глубины времен, можно поверить в любые совпадения на «правильном» пути. На том пути, куда девушку практически запихивает алтарь.

Шанкара с самого своего появления в этом мире, считай, мертвой хваткой вцепилась в одну-единственную проблему: угасание магии. И даже в Академии, имея перед собой всю роскошь огромной библиотеки, она копала именно в эту сторону. Да, в родном мире она была своего рода ученым, но мировые проблемы ее не интересовали никогда. Так что и это, пожалуй, было влиянием родового алтаря.

Он указывал путь с самого начала, просто тогда Шанкара была еще не в состоянии это осознать.

Что ж, это был не худший вариант. Этим Шанкара была готова заниматься и добровольно.

А что пока она даже смутного представления не имела, как помочь Миру с этой бедой, так это тоже временно, скорее всего. Козырь же всегда выполняет свою задачу.

Жаль, не спросила она дядю тогда, всегда ли он при этом выживает.

*****

Дамаяти оказался тем еще энтузиастом.

На совместное производство накопителей я согласился сразу, там очень хорошие перспективы были, причем уже в ближайшем будущем. Основные трудозатраты ложились на клан Дамаяти. От меня требовалось, по сути, только финансовое участие, чтобы довести инвестиции до паритета.

А вот остальные предложенные проекты я поставил на паузу.

Во-первых, я пока понятия не имею, останутся ли у меня деньги после установки магической защиты на мой особняк. Аукцион еще впереди, расчетная прибыль там пока только планируется, да и то очень примерно.

А во-вторых, я в этих проектах ничего не понимаю.

Накопители и потребность в них в среде магов я хорошо себе представляю, тут действительно беспроигрышное дело. А насколько людям нужна та же универсальная торговая платформа, на которой, по замыслу Дамаяти, будут представлены все возможные товары и бренды, — я без понятия.

В моем мире это вполне могло взлететь. Но у нас повсюду был беспроводной интернет, а здесь, с их кабельной телефонной связью и излюбленными волновыми блокировками… Не знаю, надо изучать. Заберу из Лакхнау своего финансового управляющего — пусть он с этим разбирается.

Главная цель этого визита — подписание союзного договора — достигнута.

И общий бизнес меня тоже радует. Как и настрой Дамаяти на сближение. Я не думал, честно говоря, что тесные связи между нами начнут образовываться с такой скоростью.

Едва я вернулся с этой встречи и вышел из машины перед своим особняком, как из-за угла тут же вылетел Астарабади. Уже в полной экипировке и с автоматом наперевес.

— Мы локализовали вероятное местонахождение лота, — сходу сообщил он. — Десятиминутная готовность к выезду. Ты с нами?

— Да.

— Твой комплект снаряги ждет тебя в караулке, — кивнул Астарабади на ворота. — Машины попадут сюда через семь минут. От гвардии едет дежурный отряд, от Рама — две малые группы диверсантов, безопасники будут на связи в фургонах, основной состав укомплектован полностью из боевых магов. Общее командование на мне.

Закончив, Астарабади вопросительно посмотрел на меня.

— Подтверждаю, — кивнул я. — Меня включай в основную группу. И забудь на время операции, что я — твой господин.

— Как скажешь, — хищно оскалился Астарабади. — У тебя осталось шесть минут на подготовку, боец!

Глава 13

*****

Операцию мы проводили, что называется, с колес. Наша разведка присматривала за объектом с самого обнаружения этого места, и буквально за минуту до нашего прибытия подала тревожный сигнал.

Водитель микроавтобуса вдавил педаль газа в пол, бойцы дослали патроны в патронники, а Астарабади взялся за ручку двери.

— Первым делом отсекаем беглецов, — скомандовал он. — Никто не должен уйти!

Микроавтобус с визгом тормозов вписался в очередной поворот, и водитель тут же начал резко тормозить.

Астарабади рывком отодвинул боковую дверь и рявкнул:

— Вперед, вперед!!

Прямо на ходу боевая группа посыпалась из машины.

Я выпрыгнул третьим. Скорость была еще приличной, так что пришлось уходить в перекат. Сделав два оборота, я вскочил на ноги.

Перед нами был довольно большой участок земли с ничем не примечательным двухэтажными домиком и хлипким «прозрачным» забором из металлических стержней. Высотой этот заборчик был едва ли по грудь взрослому мужчине.

К правой части участка бежала группа каких-то невнятных личностей. До забора им оставалось метров десять. Перехватить их никто не успевал.

Следом за нашим микроавтобусом из-за поворота в дрифте вылетела еще одна машина с диверсантами. Вторая машина с диверсантами должна была подъехать к противоположной стороне участка.

Сбоку, там, куда бежала группа противника, начинались более мелкие участки с домами, которые и стояли почаще. Если они переберутся через забор и разделятся, мы их там не выловим.

Я оценил ситуацию буквально за секунду.

Первым делом я сформировал иллюзорную сетку в метр шириной и два высотой. Физическую преграду, тем более на таком расстоянии, я перед беглецами поставить не успею. А иллюзию — запросто.

Там достаточно сформировать один образ, а дальше — простенький блок отражения, и эти «секции» будут появляться вплотную друг к другу одна за другой. Только силу вливай.

«Секции» моей сетки-забора начали появляться одна за другой вплотную к реальной ограде из металла. За секунду встало четыре секции, и они продолжали появляться. Через две секунды я уже перегородил достаточно, чтобы противники поняли, что они не убегут.

В моем мире эту иллюзию распознали бы сразу. Да на нее попросту не обратили бы внимания. Но здесь такой хитрости не знали, похоже.

Группа почти синхронно развернулась спиной к моей иллюзии и ощетинилась оружием. Среди них даже один маг нашелся, который поставил щит.

— Рам, эти — твои, — бросил Астарабади и махнул рукой основной боевой группе.

Высыпавшая из машины группа диверсантов во главе с Рамом устремилась к неудачливым беглецам, а нас Астарабади повел в дом.

Как ни странно, оттуда не донеслось пока ни одного выстрела.

Надеюсь, никто не успел сбежать. Я отсюда видел три стороны периметра участка, а с четвертой стороны тоже должны были уже подъехать наши люди. Да и разведчики, в конце концов, уже могут включиться в веселье. Свою основную задачу по отслеживанию объекта до нашего приезда они уже выполнили.

В дом мы проникали тремя подгруппами: через дверь и два окна по обеим сторонам от нее. И все три подгруппы встретил шквальный автоматный огонь.

Ерунда, в штурмовой команде у нас сегодня одни маги. Да и защитных артефактов ниже шестого ранга на нас нет.

Первый этаж дома представлял собой практически одну большую гостиную. Мебель была расставлена так, что образовывала несколько разных зон отдыха. Как укрытия — практически идеально. Но не для нас.

Сектора стрельбы мы разделили молча и не сговариваясь. Каждая из трех подгрупп взяла на себя примерно треть ширины гостиной.

Я шел по центру, вместе с Астарабади, и против нас, навскидку, было с десяток стволов. Это не считая магов, которые щиты держали. Серьезные силы, похоже, на наш лот покусились. Маги у противника были, как минимум, пятого ранга, судя по тому, как легко их щиты держали плотный автоматный огонь.

С боков группы у противника были пожиже, видимо. По крайней мере, наши фланги начали смещаться вперед довольно бодро. И уже через неполную минуту центр противника они готовы были фактически зажать в клещи.

— Отступаем! — рявкнул незнакомый голос откуда-то из глубины помещения.

Я увидел мага, который что-то держал в руке, и рванул вперед. На мне защитный местный артефакт седьмого ранга плюс мой полноцветный. Продержатся.

За мной рефлекторно дернулся и Астарабади.

А противник запаниковал, видя нашу неуязвимость. Практически все стволы стреляли по нам, но толку от этого не было никакого.

Бойцы противника начали скрываться за дверью в дальней части гостиной. Иногда их маги промахивались со временем установки новых щитов, и кто-то из пехоты падал и уже не вставал.

Подав импульс в ноги, я запрыгнул на спинку ближайшего кресла, оттолкнулся и пролетел по воздуху метра три. Врезавшись в спину того самого мага, я сбил его с ног и покатился по полу вместе с ним.

— За ними! — рыкнул я на подоспевшего Астарабади. — С этим я разберусь!

Бойцы противника уже практически все скрылись за дверью. Мой ближник молча кивнул и последовал за ними. Остальные наши маги потянулись следом.

Противник подо мной шевельнулся, и я машинально попытался взять его руку в захват. Не тут-то было.

Резким движением он отбросил меня метра на три и одновременно вскочил на ноги. Еще один мощный пользователь праны, похоже. Это при том, что он — маг.

Очень интересно.

— Дурак ты, наследник, — хмыкнул мой противник и бросился в мою сторону.

Не знаю, как он это сделал, но для меня его фигура даже в воздухе размазалась.

Увернуться от его удара я успел, но, пролетая мимо, он схватил меня за руку и дернул. Точнее, мне так показалось сначала.

Потом я почувствовал на своем запястье какой-то посторонний предмет.

Противник победно усмехнулся и вальяжно переступил с ноги на ногу. Он, похоже, больше и не собирался на меня нападать.

— Это полноцветный блокиратор, — высокомерно сообщил он. — Тот самый, за которым вы пришли. И что, легче тебе от того, что ты его вернул?

Это — блокиратор?..

Я бросил взгляд на свое запястье и чуть не расхохотался. Дикие люди! Это стабилизатор из моего мира. У нас такие детям давали сразу после формирования магического резерва. Он просто «обесцвечивает» магию.

Наверное, для местных это синоним блокировки. Но мне эта игрушка только поможет.

Я даже говорить ничего не стал. Просто мысленным усилием накинул магическую удавку на шею противнику и затянул.

Тот захрипел и задергался. Причем я даже не понял, от чего у него глаза вылезать из орбит стали: от удушья или от изумления.

Однако и я расслабился зря.

Одним неуловимым движением противник достал из рукава небольшой нож и полоснул себя по горлу под ухом.

Да твою же мать! Я распустил удавку и бросился к нему.

Поздно.

Я успел только увидеть, как безжизненно закатились его глаза. Уже мертвое тело осело мне под ноги.

*****

Я бездумно смотрел на детский стабилизатор на своей руке. Только сейчас, глядя на этот «могущественный артефакт», который в моем мире был ширпотребом, я осознал, что этот мир — тот же самый. Это мой мир, просто в нем давно наступила другая эпоха.

И мы, полноцветные — действительно древние маги для этого времени.

Самые древние роды нынешней эпохи насчитывают больше трех тысяч лет истории за спиной. И даже у них о временах моей первой жизни сохранились лишь невнятные легенды.

Моя цивилизация умерла еще раньше. Думаю, как минимум четыре тысячи лет отделяют меня от даты моего рождения.

Оказывается, есть большая разница между тем, что ты просто больше никогда не увидишь своих родных, и пониманием, что они все давно мертвы. Вместе с миром, в котором ты вырос…

Я машинально прокручивал детский стабилизатор на своем запястье и горько усмехался. У нас действительно такие вещи давали детям, у которых только что формировался магический резерв.

И принцип действия этого стабилизатора совершенно не похож на тот стабилизатор, который увели в свое время у Дамаяти.

Контроль вообще многогранное понятие.

В этом мире определяют контроль как точность заполнения «оболочки» нити силой. Вольешь слишком много силы — лишнее будет рассеиваться, проявляясь визуально. Нить будет «мохриться», как обычная шерстяная нить. Вольешь неравномерно — нить станет разной толщины на разных участках. Это внешнее видимое проявление контроля.

А если смотреть глубже, то контроль потоков магии определяется несколькими вещами.

Нужно зачерпнуть ровно ту порцию силы из источника, какая нужна. Не больше и не меньше.

Нужно провести силу равномерным потоком по энергетическим каналам от источника к плетению. Образовывать «завихрения» и «тромбы» по дороге нельзя, это сразу скажется на качестве нити.

Нужно провести силу по каналам быстро.

Нужно одновременно следить за плетением и вести к нему силу. Именно поэтому большинство магов помогают себе жестами, так проще не упустить плетение. Поэтому же заклинания именно плетут, запитывая нить за нитью.

Стабилизатор Дамаяти, по сути, выравнивает магический поток. Грубо говоря, он создает узкое горлышко, через которое физически не пройдет больше силы, чем нужно для плетения. Этим он сразу добавляет пользователю несколько уровней контроля, если судить по качеству нитей.

А детский стабилизатор из моего времени «обесцвечивает» магию.

Местные об этом не задумываются, они работают тем цветом магии, который у них как-то сам получился. Полноцветные же сначала вытягивают магическую нить, и только потом ее окрашивают. Точнее, придают ей нужные свойства, которые визуально проявляются в виде цвета.

Детский стабилизатор делает так, что выходящая из пальцев мага нить становится бесцветной. Именно для того, чтобы не получилось, как в этом мире: маг на рефлексе привыкает окрашивать нить не пойми во что.

А для местных наш детский стабилизатор, разумеется, работает как блокиратор. Глушит напрочь привычный им цвет магии. И саму магию заодно, потому что они просто не умеют отделять одно от другого.

Надо бы, кстати, выкупить эту игрушку на Аукционе и вручить той же Асан. Может, хоть так обучение местных стронется с мертвой точки.

*****

— Шахар! — окликнул меня Астарабади.

Я поднял взгляд на ближника.

Никто не ушел, боевая группа и диверсанты перехватили всех. Однако сдаваться никто не захотел, так что пленных в этом бою у нас не было.

Тем не менее, трофеи Астарабади не забыл. Как минимум, в поле моего зрения один боец стоял около небольшой кучки трофейного оружия и тщательно проверял, чтобы ни одна единица огнестрела не осталась заряженной.

И только сейчас, когда мои люди начали снимать с трупов шлемы, я увидел, что противник у нас был необычный. Больше половины были явными китайцами.

— Надеюсь, ты не собираешься присвоить этот артефакт? — насмешливо поинтересовался Астарабади.

— Держи, — я снял детский стабилизатор и протянул ему.

— Спасибо, — кивнул Астарабади и нейтрально заметил: — Нужная вещица, я смотрю.

— Только для полноцветных, — хмыкнул я. — Для остальных этот артефакт действительно будет работать как блокиратор.

— Скрытый козырь? Покупать-то его будут как раз с расчетом на вас.

— Ну пусть покупают, — фыркнул я. — Если смогут.

— Хочешь выкупить? — удивился Астарабади.

— Если получится, — кивнул я.

— Я подумаю, как можно цену сбить, — неопределенно качнул головой он. — Если сразу обозначить, что на полноцветных он не действует, ажиотажа точно не будет.

— Нельзя, — с сожалением ответил я. — Без испытаний такое не понять. А если мы чужие лоты проверяем в деле… Сам понимаешь.

Репутацию мы этим себе основательно подмочим. Даже если станет известно, что один лот похитили — и то паршиво, а уж настолько вольное обращение с чужими артефактами и вовсе за гранью.

— Это да, — вздохнул Астарабади. — Я так понимаю, китайцы этого и добивались?

— Скорее всего. Думаю, отношение нашего императора к слабым свободным родам ни для кого не секрет. А если меня лишить еще и Аукциона…

— То жить в этой стране тебе станет крайне неуютно, и ты вполне можешь начать искать себе новую родину, — закончил мою мысль Астарабади. — А они могут пригреть обездоленный род и предложить очень сладкие условия для переезда. Главное, подсуетиться вовремя.

Я молча кивнул.

Что император, что иностранцы мыслят примерно одинаково: загнать в угол, а потом протянуть руку помощи. Тут главное в моих глазах «чистенькими» остаться, чтобы я эту помощь принял.

У императора не получилось, ИСБ в роли пугала проявила себя паршивенько, пришлось ему самому браться за дело. У китайцев уже тоже не сработает.

Кто следующий, интересно?

*****

Путь до резиденции архонта оказался долгим, а сам он после взаимного представления желания общаться больше не проявлял. У Шанкары появилось время подумать над притягательной загадкой аномалии.

В ее мыслях так и вертелся образ гигантского фильтра, через который сырая сила по каплям просачивается… куда-то. Правда, непонятно, куда именно.

Хотя почему именно по капле? То, что нет эффекта воронки, совершенно не означает, что поток слабый. Он всего лишь равномерный. Этого можно добиться несколькими способами.

А вот для того, чтобы сырая сила так цепляла магические плетения, что они аж «рябят», поток должен быть как раз мощным. Намного мощнее, чем поглощали, например, те же десятки тысяч магов в крупных армейских сражениях.

И такие масштабы наводят на определенные мысли.

А не поэтому ли в этой реальности так мало магов? В ее мире одаренными были около десяти процентов населения. Здесь магические способности имеет всего один процент. И этот процент со временем только падает.

Причем все собранные Шанкарой в Академии материалы говорят о том, что силы становится меньше с каждым годом. Всё большую часть доступного забирают на себя родовые алтари. Только они еще кое-как поддерживают численность и силу магических родов. Свободной энергии Мира на долю магов-простолюдинов остается все меньше и меньше.

Не этот ли отток сырой магии виноват в таком положении дел?

Это ж какой чудовищный поток силы должен уходить через эти аномалии?.. Население планеты здесь составляет около миллиарда. Из них один процент магов — это десять миллионов. Да это ненамного меньше численности населения нынешней Индии.

Если грубо сравнивать с ее родной реальностью, то сила, способная породить и поддерживать жизнедеятельность (а точнее, маго-деятельность) еще девяноста миллионов магов, попросту уходит в никуда. Девяносто миллионов!..

Шанкара аж споткнулась на бегу от осознания масштабов.

Это не просачивание по капле, это бескрайние океаны и водопады силы. Либо в этой реальности столько аномалий, что вся планета давно уже представляет собой одно сплошное решето.

И вот с этим она должна как-то разобраться?

Нехилую задачку подкинул ей родовой алтарь.

*****

— Идем, — сходу заявил Аргус. — Тебя заждались уже.

Он был первым, кого я увидел, когда на следующий день пришел на полигон после окончания пар в Академии. Как мы и договаривались с Чатаньей Мехта вчера.

Я удивился, конечно, что тут было пусто, но ко мне сразу подошел Аргус, и я временно выкинул эти мысли из головы.

— И тебе привет, Аргус, — кивнул я.

Парень вяло махнул рукой, и я понял, что у него просто настроение не очень. А как наследник великого клана, да еще и уникальный в клане полноцветный маг, он просто немного распоясался. Пока не критично, но уже на грани.

— Куда идем? — поинтересовался я.

— Мехта под ваш спарринг Арену снова открыли, — пояснил Аргус.

Однако. Я предполагал, что они сделают из этого поединка шоу, но масштаб все-таки не угадал.

— И там уже полные трибуны аристократов? — понимающе хмыкнул я.

— А как же, — улыбнулся Аргус. — Всем же интересно, на что мы способны на самом деле. Давай, дружище, не посрами честь древних магов!

Глава 14

*****

— Ты, я смотрю, неплохо сошелся с Мехта, — на ходу произнес Аргус Сидхарт.

От полигона до Арены было приличное расстояние, так что время поговорить по пути у нас было.

Я слегка нахмурился. Это претензия? С чего вдруг? Даже если со стороны оно так и выглядит, клана Сидхарт это не касается в любом случае.

— А чего сразу к ним в клан не пошел? — с любопытством продолжил он.

— А зачем мне это? — усмехнулся я.

— Затем, что вместо проблемной невесты и формального мира со средненьким кланом ты получил бы невесту, полноценное приданное и мощнейшую защиту. Впрочем, даже в клан для этого вступать было не обязательно. Просто невесты с фамилией Мехта хватило бы.

Будь на месте Аргуса кто-то другой, я бы уже послал. Так беспардонно лезть в дела чужого рода — это перебор.

Однако Аргус мне был чем-то симпатичен. Возможно, своим насмешливым пофигизмом, возможно, легкостью, с которой он шел на контакт. А возможно, он просто был единственным в этом чужом нам мире, с кем я мог бы по-настоящему подружиться.

— Я, конечно, не в свое дело лезу, — словно прочитал мои мысли Аргус. — Ты имеешь полное право меня послать, я не обижусь. Но если не очень лень — поясни свою логику, а? Мне правда интересно.

— Во-первых, приданое я получил, — хмыкнул я. — У меня не просто мир с Дамаяти, мы союзный договор подписали. А во-вторых… Ты сам-то подумай, как отнесся бы великий клан к приживале вроде меня.

Аргус нахмурился. Да, я выразился резко, но сделал это намеренно. Если уж император не стесняется откровенно давить на свободные роды, то клан в вопросах подчинения себе подставившегося рода тем более скромничать не будет.

— Свои — это свои, — ответил Аргус.

— Свои, которые сотни лет рядом, с которыми куча кровных, деловых и дружеских связей на всех уровнях — это одно. А свои, которые только что вступили в клан и заодно притащили с собой воз проблем — это несколько другое.

Аргус неопределенно покачал головой.

— А если эти «свои» еще и в клан отказались вступить, то этот расклад как бы не хуже, — закончил я. — Приживалы, иначе не скажешь. И никакой статус вечного рода здесь ничего не изменит.

— Ладно, я понял, — сказал Аргус. — Ты просто слишком свободолюбивая птица. И чуть-чуть прогнуться ради комфорта и безопасности — это не про тебя.

— Возможно, и так, — с улыбкой кивнул я.

Да, он прав, не про меня. Совсем уж откровенно выпячивать эту позицию я не буду, не то у меня пока положение в обществе. Однако те, кому это интересно, и так сообразят. Намеков и прямых подтверждений уже было более чем достаточно.

— А с Лакшти у тебя что? — спросил Аргус.

— Пока ничего, — ровно ответил я.

Это, кстати, уже скоро станет проблемой. Наследника Лакшти с момента того боя я не видел, а больше никто из Лакшти так и не появился на горизонте. В итоге слово-то мне Нерей Лакшти дал, да только в дело оно так и не воплотилось.

И это уже становится неприлично. Еще пара-тройка дней, и мне придется на это как-то реагировать.

А как, собственно, реагировать-то? Я могу мнить себя кем угодно, но реальность такова, что против Лакшти я сейчас никто. Репутацию-то я могу им попортить, не вопрос. Да только не закончится ли это войной, в которой Лакшти попросту сотрут мой род с лица земли?

— Да ладно? — изумился Аргус. — Этот засранец даже шаблон договора до сих пор не прислал?

— Нет.

— Придушу придурка, — нахмурился Аргус. — Ладно бы он только свою репутацию подмачивал, он же и на наш союз тень бросит. Ты можешь еще подождать?

— Пару дней, — неопределенно покачал головой я.

— Мне хватит, — кивнул Аргус. — Я надеюсь. Нахрен мне не сдались союзники, которые свое слово не держат.

— Спасибо, — склонил голову я.

— Тебе спасибо, что раздувать скандал сразу не стал, — серьезно ответил Аргус. — Это Лакшти могут наплевать на будущие потери, у них глава рода в канцелярии императора сидит. Выплывут так или иначе. А я не хочу десятилетиями потом доверие к клану восстанавливать.

Я вновь кивнул и промолчал. В который раз жалею, что мы с Аргусом оказались фактически по разные стороны баррикад. Реально ведь могли бы лучшими друзьями стать, сложись все чуть-чуть иначе.

— А что с самим Нереем, кстати? — спросил я.

— Да нормально с ним все, — отмахнулся Лакшти. — Джина восстановила ему руки. И энергетические каналы тоже восстановила. Физически он здоров, а вот как маг… Сломалось у него что-то. Резерв есть, движение силы есть, а контроль слетел в ноль, как будто он вчера ранг взял. Сидит взаперти, тренируется сутками напролет.

Не самые жесткие последствия, конечно, но неприятно.

У Нерея Лакшти, если я правильно помню, был чуть ли не предельный контроль. Он со дня на день мог следующий ранг взять. А после нашего боя он оказался отброшен в самое начало четвертого ранга.

Если восстановление пойдет нормально, он потеряет как минимум год. А если и там будут проблемы, то и несколько лет.

И, чую, теплых чувств ко мне это ему не добавит. С другой стороны, мы и так уже стали врагами фактически, так какая мне разница?

— Все, давай, удачи! — хлопнул меня по плечу Аргус.

Мы уже дошли до центрального входа на Арену. И если Аргус мог направиться на трибуны, то мне еще явно предстояло зайти в раздевалку. Не зря же распорядитель стоит на входе.

— Господин Раджат, — слегка поклонился распорядитель. — Позвольте вас проводить.

Ну точно. Мне даже интересно стало, что они придумали для этого спарринга. Защитные костюмы, которые использовали на Турнире, были рассчитаны на пятый ранг максимум. А Чатанья Мехта — маг шестого.

— Благодарю, — кивнул я Аргусу и последовал за распорядителем.

*****

Не знаю, зачем нас облачили в те самые костюмы для пятого ранга, но реальной защитой был обычный защитный артефакт седьмого. Такой же, как у меня, собственно. Только полыхал он не синего цвета щитом, а зеленого.

Извращение редкое, на мой вкус, зеленые нити вообще мало подходят для щитов. Но зато он будет сразу заметен. Чатанья — синий маг, как и большинство силовиков, а мои полноцветные плетения вряд ли с чем-то перепутаешь.

Трибуны действительно были забиты чуть ли не полностью. На самых верхних рядах разве что люди пореже сидели.

Чатанья Мехта уже стояла посреди Арены. Рядом с ней стояла ректор. Неплохо, у нас сегодня судьей будет маг аж девятого ранга. Или ректор просто воспользовалась случаем, чтобы занять самое лучшее место зрителя, в непосредственной близости? Может, и так.

Я подошел, кивнул им обеим и вопросительно посмотрел на ректора.

— Дополнительные ограничения нужны? — спросила она.

— Не вижу смысла, — пожал плечами я. — Условия и так не особо приближенные к боевым.

— Укрытий нет? — понимающе хмыкнула ректор. — Это да. Зато зрелищно.

— Согласен, — усмехнулся я.

Убедившись, что больше оговаривать нечего, ректор отступила на шаг и произнесла уже громче:

— Напоминаю, это спарринг. Не надо пытаться друг друга убить. Да, ваши защитные артефакты отразят удар, и я не буду просить вас не бить в голову. Понимаю, у вас обоих рефлексы не на то заточены. Но все же… будьте поаккуратнее. Десять секунд до отсечки. Занимайте места!

Стартовое место оговорено не было, это не Турнир, так что я тут же метнулся подальше от Чатаньи.

Девушка проводила меня задумчивым взглядом и осталась на месте.

— Бой! — махнула рукой ректор.

И в меня тут же полетело облако чего-то довольно мелкого, но явно смертоносного.

Чатанья сходу, видимо, решила напомнить, что такое шестой ранг. А это — площадные плетения. Ну точнее, в моем мире это тянуло максимум на секторные, но и с ними не так просто иметь дело, как с одиночными или групповыми ударами.

От девушки это самое облако разошлось приплюснутым конусом. Ширина значительно превышала высоту.

Я дал импульс в ноги и подпрыгнул на максимально возможную высоту. Получилось метров пять, наверное. Облако каких-то мелких частиц прошло подо мной.

Правда, заканчиваться этот поток не спешил, а я уже фактически падал обратно.

Выпустив простую магическую веревку, я метнул один ее конец вперед и вправо, за границу облака. Второй конец остался у меня в руке.

Когда веревка достигла земли и закрепилась на ней, я вновь подал управляющий импульс, и она начала сматываться. Меня резко дернуло к той точке, где эта веревка закрепилась.

В землю я врезался с очень приличной скоростью, тут же ушел в перекат и прямо из положения «кувырком» отправил в Чатанью одну за другой пару волн полноцветных серпов.

Когда я погасил скорость и вскочил на ноги, серпы как раз врезались в выставленный девушкой синий щит.

Щит выдержал, но гудел так, что даже мне слышно было. На пределе выдержал, в общем. Третью такую волну он бы не пережил.

Ага, то есть с шестым рангом я реально на равных. Очень хорошо.

Пока щит Чатаньи полыхал и застилал ей обзор, я вновь дал импульс в ноги и вновь прыгнул вперед и вверх, стараясь при этом набрать максимальную высоту.

И когда ее щит прояснился, девушка потратила лишнюю секунду, чтобы найти меня глазами. Она машинально искала противника на земле.

Этого мне хватило, чтобы выпустить в ее сторону небольшую сеть.

Сеть прошла над ее щитом и упала ей на голову. Щит в ее руках сразу же развеялся, а девушка потратила несколько секунд на то, чтобы сформировать плетение типа «нож» и выпутаться из моей сети.

Все эти секунды я просто стоял на месте.

Да, я мог уже закончить этот бой. Причем именно так, как привык: быстро. Но это же шоу. Сомневаюсь, что зрители удовлетворятся боем, который длился меньше минуты.

Когда Чатанья выпуталась, она тоже на мгновение застыла. Все она прекрасно поняла, я был уверен в этом.

Она сменила опорную ногу и сделала однозначный жест: мол, нападай.

Не самое удачное решение, но почему бы и нет? В моих атаках, как правило, очень мало зрелищности. Мы не эффектностью брать привыкли, а эффективностью.

В Чатанью полетели те же полноцветные серпы, которые я уже запускал. Только на этот раз они были с небольшим сюрпризом.

Когда девушка вскинула щит, первая же волна моих серпов размазалась по нему как желе. Была у меня в детстве игрушка в виде мячика «лизуна», который приклеивался к любой поверхности. Вот точно такой же эффект я заложил в свои серпы.

Чатанья с трудом удержала начавший на глазах расползаться щит.

Я думал, вторая волна моих серпов разнесет эту неустойчивую конструкцию вдребезги, но девушка удивила.

Она сделала шаг вперед и мысленным усилием поставила еще один щит. Совсем простенький, но и его хватило. Все же у меня не такое огромное преимущество, чтобы пробивать щиты шестого ранга навылет. Да и серпы я запустил стандартные.

Когда второй щит полыхнул от попадания, Чатанья снова сместилась вперед на полшага и поставила еще один щит. Тот первый, нестабильный, она по-прежнему удерживала. И уже почти справилась с ним, кстати.

Неплохо тут готовят боевых магов. За исключением одноцветной магии, все остальное, начиная с выучки и тактики, у них в порядке даже по моим меркам.

Использовать повторно тот же трюк с высотой я не стал. Если я прав в своих предположениях, то больше это не сработает.

Вместо этого я побежал влево, но довольно медленно. На каждом шаге я зачерпывал песок арены и поднимал его в воздух. Буквально чуть-чуть, но этого было достаточно, чтобы его подхватывало мое плетение и создавало из него натуральную пылевую завесу.

Щиты от пары волн попаданий рябят недолго, так что я успел сделать всего пару метров этой завесы. После чего вновь дал импульс в ноги и ускорился, уходя еще дальше влево.

Полностью скрыться из поля зрения девушки я не успевал, но мне и ее секундной заминки хватит.

Однако Чатанья вновь меня удивила.

Одновременно с прояснением щитов, она наконец, развеяла ту нестабильную конструкцию, оба нормальных своих щита и тут же перенаправила эту силу широкой неоформленной волной в мою сторону. Плюс она сама побежала вперед, сбивая мне прицел.

Я отбежал достаточно, чтобы меня не зацепило ее волной силы, но и преимущества я не получил, моя пылевая завеса развеялась мигом.

Вариантов Чатанья мне не оставила, я с места прыгнул вперед. Теперь уже не вверх, а практически стелясь над землей.

Щит она выставила машинально, причем правильный вариант, таранный. Обычные щиты только пули и быстролетящие плетения задерживают, всякие медленные предметы они пропускают. А таранный щит не пропускает ничего. Он очень затратный, поэтому в бою его редко применяют. Но знать его обязаны все боевые маги.

Да только и слабых мест у таранного щита больше.

Я двумя движениями швырнул вперед два плетения типа «нож». Оба попали в два нижних угла щита. Критическая перегрузка таранного щита делается именно так: в удаленных друг от друга точках дается одновременная сильная точечная нагрузка.

Щит лопнул, когда мне оставался едва ли метр до него.

И ничего больше Чатанья сделать не успела. Я сбил ее с ног, и мы покатились по земле. Когда вращение остановилось, девушка оказалась подо мной с заломленной за спину рукой.

Что ж, хватит, пожалуй. На этом и закончим.

— Сдаюсь, — крикнула Чатанья.

Я отпустил ее, встал и подал ей руку.

Пока она отряхивалась, к нам подошла ректор.

— Впечатляет, — коротко кивнула она мне и перевела взгляд на дочь. — А подготовку боевых магов надо слегка пересмотреть.

— Это опыт, — слегка улыбнулся я. — Нормально у вас все с подготовкой.

Ректор бросила взгляд на меня, но ничего не ответила.

Чатанья сняла шлем, и я встретил ее сияющий азартом взгляд.

— Это же не последний наш спарринг? — широко улыбнулась она мне.

— Посмотрим, — улыбнулся в ответ я.

— Мне понравилось! — прямо заявила она. — И ты не отвертишься, я хочу еще!

— Чата, — укоризненно качнула головой ректор.

— Ну что Чата? — фыркнула девушка. — Ты лучше его на тренировку боевиков тащи!

Взгляд ректора стал задумчивым, и я поспешил распрощаться, пока меня не припрягли подрастающее поколение боевых магов гонять.

— Госпожа Мехта, Мехта-джи, — склонил голову я. — Позвольте откланяться.

— Встретимся в парке, — кивнула ректор.

Точно, парк. Наверняка же там снова будет некое подобие неофициального приема. Спасибо за напоминание, госпожа ректор, это было очень кстати. Нельзя такое пропускать.

*****

Когда я вышел в парк после спарринга, то почувствовал, что отношение ко мне изменилось.

Аристократы и раньше исподтишка присматривались ко мне. Однако раньше к их отношению примешивалась изрядная доля снисходительности. Формально шестнадцатилетний наследник рода, конечно, совершеннолетний. По закону. Но фактически во взрослый мир таких пускают неохотно.

Сейчас же я показал очень приличный уровень силы. На равных сражаться с боевым магом шестого ранга далеко не все главы родов способны. Этот бой стал для общества своеобразным спусковым крючком.

Только сейчас аристократы начали связывать воедино и мою магическую силу, и тот факт, что я очень прилично для такого малого количества времени усилил свой род, и даже опыт моей прошлой жизни наверняка сыграл свою роль. Они не знали, конечно, сколько лет мне было в прошлой жизни, но сейчас-то, по сумме, всяко больше шестнадцати.

По многим параметрам я внезапно стал им ровней.

И смотрели на меня теперь уже намного внимательнее и пристальнее. Им не в каком-то там отдаленном будущем придется иметь со мной дело, а прямо сейчас.

Я уже видел желание нескольких глав родов пересечься со мной, но первым мне дорогу преградил Тагор Хатри. Вернулся, ищейка. Как же хорошо было без тебя, а!

— Господин Раджат, — учтиво склонил голову Хатри. — Я видел ваш бой, позвольте мне выразить искреннее восхищение уровнем вашей подготовки.

— Благодарю, — так же вежливо кивнул я.

— Я прошу вас уделить мне минуту, — продолжил Хатри и приглашающе махнул рукой в сторону.

В ту сторону, где практически не было аристократов.

— У меня есть для вас важная информация, — добавил Хатри.

Глава 15

*****

Я пару секунд смотрел Хатри в глаза. Потом поймал себя на мысли, что я скоро рефлекторно рычать начну при виде него, и понял, что это не дело.

Да, Хатри прямо ассоциировался у меня с ИСБ. Но помимо этого, он был еще и аристократом из древнего рода. Очень непростого рода, от которого нельзя так просто отмахиваться.

— Конечно, господин Хатри, — кивнул я и последовал за имперцем.

Мы отошли буквально на десяток шагов, но этого хватило, чтобы выйти из зоны слышимости остальных присутствующих.

Хатри свернул на боковую дорожку, бросил взгляд через плечо и остановился.

Я встал напротив него и устремил на него вопросительный взгляд.

— Думаю, вы уже поняли, — неторопливо начал Хатри, — что вызвали интерес аристократов Поднебесной Империи.

Я напрягся. Опять будет склонять нырнуть под крылышко ИСБ?

— Слежку за вами и кражу артефакта организовали одни и те же люди, — сообщил Хатри. — Клан Сей-Сун. Один из великой тройки китайских кланов.

Хатри многозначительно улыбнулся, а я хмыкнул:

— Триада?

Имперец мгновенно подобрался и впился в меня хищным взглядом.

— Откуда вы знаете этот термин? — поинтересовался он.

Очень интересно. В моем прошлом мире китайские триады были чуть ли не именем нарицательным, известным всему миру. Здесь это далеко не так, похоже.

— Из прошлой жизни, — честно признался я, чтобы не плодить лишние подозрения в свой адрес.

— Вот оно как, — задумчиво качнул головой Хатри. — Что ж, да, вы правы. Триада. Именно так называет себя тройка великих кланов Поднебесной. И именно они являются вершиной сложной пищевой цепочки теневого мира своей страны. И не только своей. Как вы понимаете, ни у кого нет прямых доказательств, чтобы их в этом уличить, но косвенных свидетельств для уверенности у нас уже давно достаточно.

Я с изрядным подозрением смотрел на Хатри. К чему он это все, интересно?

— В нашей стране у Триады пока руки коротки, — добавил Хатри. — Собственно, тот отряд, с которым вы имели дело — это максимум того, что они способны в сжатые сроки протащить на нашу территорию. Но если дать им время… сами понимаете. Будьте осторожны, господин Раджат. Триада от своих целей так просто не отступится.

Если это запугивание или снова попытка давления, то какая-то совсем странная.

— С какой целью вы мне это говорите, господин Хатри? — по возможности нейтрально уточнил я.

— Я помню свою ошибку, господин Раджат, — ровно ответил имперец. — И я не хочу, чтобы она вечно висела надо мной грозной тенью.

Ах, вот оно что. Хатри пытается отдать долг. Точнее, я недавно намекнул ему, что могу спустить на тормозах его превышение полномочий в мой адрес, но неплохо бы ему чем-то меня за это отблагодарить. Вот он и принес мне этот «подарок».

Причем надо признать, он отдал мне сейчас действительно ценную информацию, моя разведка до сведений такого уровня еще долго не сможет дотянуться. Я думал, он постарается отделаться какой-нибудь ерундой, но нет. Как ни крути, Хатри — тоже аристократ. И цену подобных долгов и даров он представляет не хуже меня.

— Благодарю, господин Хатри, — склонил голову я. — Это действительно важные сведения. И я очень рад, что вы сочли возможным ими со мной поделиться.

Хатри едва заметно улыбнулся в ответ. Я принял и оценил его подарок, и его долг за превышение полномочий списан. Лично ему с моей стороны больше ничего не угрожает.

А дальше… Дальше у него есть варианты. В принципе, сейчас нам с ним можно начинать выстраивать отношения как обычным нейтральным аристократам.

И я допускаю, что так оно и будет. Глава ИСБ не дурак, наверняка понял, что на Хатри я реагирую как на красную тряпку. Уверен, он уже снял Хатри со всех операций, которые планируются против меня.

Собственно, будь иначе, Хатри ко мне и не подошел бы.

Мне даже интересно, кто теперь займет его место. Но это станет ясно точно не сегодня.

Здесь и сейчас у меня отличный шанс пообщаться с теми аристократами, с кем я еще не пересекался. Знакомства и связи лишними не бывают.

*****

Глава рода Мохини вышел в парк, будучи все еще под впечатлением от увиденного боя.

Чужак, который занял место Патхаму, не показывал родичам своих возможностей. Да они в принципе не знали, что он — чужак, пока наследник Лакшти не раскрылся. А после этого Патхаму Мохини до дома не доехал.

Так что ошеломление от боя наследника Раджат у главы рода Мохини было очень сильным. На такое преимущество полноцветных магов в бою, кажется, вообще никто не рассчитывал. Во всяком случае, отголоски тех же эмоций опытный глава рода видел на лицах многих аристократов в парке.

Спустя полчаса коротких приветствий своих знакомых, глава рода заметил своего младшего брата. И какая-то смутная неосознанная тяга, что грызла его с самого завершения спарринга, вдруг оформилась в полноценную идею.

— Ришар, — улыбнулся глава рода Мохини, подойдя к брату.

— О, Джайрит, — обрадовался тот. — А я тебя ищу! Как тебе мальчишка, а?

Младшего тоже переполняли эмоции, но выразить их аристократам из посторонних родов он не мог. А рядом с братом Ришар прямо фонтанировал энтузиазмом.

— Тебя тоже впечатлило, да? — хмыкнул глава рода.

— Еще как! Да ты только представь, они же все буквально вот-вот возьмут пятый ранг. А еще через несколько лет эти мальчишки станут магами фактически восьмого ранга!.. И даже думать не хочу, в каких монстров они превратятся лет через десять!

Иметь в роду или клане мага девятого ранга — мечта всех аристократов. По большей части, несбыточная. А тут, случайный выверт родового камня — и в четырех родах такие маги появятся уже совсем скоро.

А ведь и в их роду мог бы быть такой маг…

Глава рода Мохини на мгновение прикрыл глаза, а потом поймал взгляд брата и словно в ледяную воду нырнул:

— Надо попробовать еще раз.

— Что? — не понял его Ришар.

— Мы были среди тех семи родов, кому благоволит сам Мир. Неспроста же эти пришельцы появились именно у нас. Мы своего потеряли. Но почему все как-то по умолчанию сочли, что шанс был только один?

— Ты хочешь?.. — Ришар судорожно вдохнул и замер.

— Я хочу попробовать еще раз, — твердо ответил глава клана Мохини.

Ришар сжал зубы и нахмурился.

Они оба понимали, что ради этой попытки им придется отдать на заклание кого-то из своих детей. Если все получится, родовой алтарь убьет слабака и подселит в его тело древнего мага. Кто-то в роду фактически лишится сына.

Тем не менее, ради блага рода игра стоила свеч.

— У нас нет настолько слабых детей, — качнул головой Ришар, уже начиная прикидывать варианты.

— Есть, — хмыкнул глава рода Мохини. — Но об этом мы поговорим дома.

*****

Поместье архонта Шанкара и ее отряд увидели уже ближе к закату. Маги вывели их к концу пути на неплохую проселочную дорогу, которая уперлась в итоге в массивные ворота в крепостной стене.

Девушке сразу бросилось в глаза сходство с родовым поместьем Магади.

Внутри стоял приличного размера особняк. Территория была солидной: виднелся полигон, какие-то вспомогательные постройки вдали, ухоженный парк. Если бы Шанкара не знала, что вокруг Свободные земли, не отличила бы резиденцию архонта от родовой земли аристократов в Индии.

Особняк был старым. Это стало видно, стоило подойти поближе. Оплывшие каменные украшения фасада, узкие окна-бойницы второго этажа, выщербленные колонны, поддерживающие арку центрального входа. И в то же время чувствовалось, что за зданием ухаживают. Краска была довольно свежей, деревянные оконные рамы первого этажа аккуратно отшлифованы и покрыты лаком, стекла целые и прозрачные.

Разумеется, отличия были. Те же бронированные ставни на окнах первого этажа, выполненные из цельнолистовой стали в сантиметр толщиной. Однако в глаза они не бросались, распахнутые и покрашенные изнутри в тон основному цвету фасадов.

Подручные архонта исчезли сразу, стоило воротам поместья закрыться за гостями.

— Твоим людям выделят отдельный гостевой дом, — скупо пояснил девушке Эштан. — А тебя я хотел бы видеть гостьей в моем особняке.

— Хорошо, — спокойно согласилась Шанкара.

Это была стандартная практика: аристократа размещают в гостевом крыле особняка, а его охрану — в казарме. Раз уж она раскрылась, сложно было ожидать иного.

— Рикарит тебя проводит, — архонт кивнул слуге и обернулся к девушке. — Через час жду на ужин внизу.

— Благодарю, — склонила голову Шанкара и последовала за слугой.

Комната на втором этаже, куда тот ее привел, тоже мало чем отличалась от привычных имперским аристократам апартаментов. Она была очень просторной и разделенной на две зоны: гостиная с несколькими креслами и чайным столиком и спальня, визуально отделенная широкой аркой и полностью выключенным освещением.

Через час Шанкара спустилась в гостиную в таких же штанах защитной расцветки и болотного цвета рубашке, в каких бегала по лесу. Она просто вытащила из рюкзака чистый комплект.

Эштан окинул ее демонстративно оценивающим взглядом и только хмыкнул. Да у девушки банально не было с собой ничего другого, это несложно сообразить.

Он привычным жестом указал на кресло напротив. Шанкара уселась и с ожиданием посмотрела на хозяина дома.

Эштан держал в руках бокал с вином и меланхолично его разглядывал.

— Шанкара Магади мертва, — ровно произнес он.

Архонт Свободных земель, оказывается, следит за новостями из Империи. Впрочем, на фоне напряженной обстановки на границе это неудивительно.

— Официально — да, — едва заметно улыбнулась Шанкара. — Что это меняет?

Эштан перевел взгляд на девушку и промолчал.

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Прямо обвинить Шанкару во лжи он не мог, для любого аристократа это тяжелое оскорбление. Это если он хотел наладить с ней или ее родом хоть какие-то отношения. Видимо, хотел.

Однако и не задать этот вопрос он не мог.

Шанкара расстегнула пуговицы на рубашке и оголила плечо. Он должен знать герб рода, из которого вышли его предки. А ее родовая татуировка — это намного весомее слов, такое не подделать.

— Ты еще и козырь рода?! — изумился он.

Шанкара лишь усмехнулась и застегнула пуговицы.

— Прошу простить мои сомнения, госпожа Магади, — склонил голову Эштан.

— Извинения приняты, — коротко кивнула она.

— И еще одна просьба, госпожа Магади, — продолжил он. — Я даю слово, что здесь никто не причинит вреда ни вам, ни вашим людям. Я также постараюсь помочь вам в ваших поисках, в чем бы они ни заключались. Однако и от вас я хочу услышать обещание. Мне не нужно, чтобы информация обо мне распространялась за пределами Свободных земель.

— Даю слово, что от меня никто не узнает лишнего, — кивнула Шанкара. — То, что происходит здесь, останется между нами.

— Благодарю, — склонил голову Эштан.

*****

Этот неофициальный прием в парке ничем не запомнился. Несколько новых знакомств, несколько намеков на возможное сотрудничество от тех, кто стал относиться ко мне серьезнее, пара прямых предложений встретиться за деловым ужином.

Я всем давал понять, что открыт к диалогу. Прямые предложения тоже принимал, но сразу предупреждал, что после Аукциона уеду в свои родовые земли, и быстро эти встречи провести не получится.

Собственно, до Аукциона осталась всего пара дней.

Собеседники понимающе кивали и предлагали назначить встречу на любое удобное для меня время. Как-то внезапно я стал прям нарасхват. Это радует конечно, но и напрягает слегка. Не может быть все так безоблачно.

Когда я приехал домой и вышел из машины, с крыльца дома слетела сияющая Андана и с разбега бросилась мне на шею.

Я с удовольствием обнял невесту и закружил, поддавшись ее настроению. Понятия не имею, что у нее случилось, но явно что-то хорошее.

Когда я поставил ее на землю, Андана лукаво улыбнулась и сказала:

— У меня есть для тебя новости!..

Глава 16

*****

У меня сначала сердце слегка екнуло, так и казалось, что она сейчас скажет: «Я беременна». Но я быстро стряхнул это наваждение. Да если скажет, я-то чего дергаюсь? Дети у нас рано или поздно будут, так почему бы и не сейчас?

Но Андана меня разочаровала:

— Я подготовила наш брачный договор.

В первое мгновение я даже не понял, что она сказала. Брачный договор? А почему она? Точнее нет, почему я об этом в первый раз слышу?

— А поподробнее? — приподнял брови я.

— Лучше сам глянь, — качнула головой девушка и мечтательно закатила глаза: — Я такие сказочные условия у Дамаяти для нас выбила, сама себе завидую!

— И где это счастье? — хмыкнул я.

— У тебя на столе в кабинете лежит. Прямо сверху, если Астарабади ничего больше не притащил за полчаса.

Я дернулся было в направлении дома, но Андана мягко меня удержала.

— А впрочем, нет, я не права, — шепнула она, прижимаясь ко мне всем телом. — Завтра посмотришь, никуда этот договор не убежит. А сегодня я заслужила свою награду!

Сказать честно, после нескольких часов разговоров с аристократами читать еще и какие-то бумаги, даже с очень вкусным в плане плюшек содержанием, мне не хотелось. Да и давно мы с невестой не проводили вместе весь вечер.

— Хорошо, будет тебе награда, — шепнул я ей на ухо и тут же аккуратно его прикусил.

Андана шумно выдохнула и подняла голову. Я накрыл ее мягкие губы своими, и на какое-то время мир перестал для нас существовать.

*****

До папки с брачным договором я добрался только на следующий день.

И, надо сказать, Андана ни капли не преувеличила. В договоре действительно были прописаны просто роскошные условия.

В приданное Анданы — которого я вообще не ожидал, если честно, — Дамаяти отдали малахитовую шахту около Лакхнау. Шахта сама по себе совсем маленькая. Однако малахит — это один из очень немногих камней, который подходит для изготовления кристаллов-накопителей. Эта крошечная шахта в разы перекроет весь мой доход от Лакхнау.

Так мало того, Дамаяти еще и обязались охранять эту шахту до рождения у Анданы первенца. То есть мне не придется судорожно изыскивать резервы для нового сложного объекта. Год как минимум у меня на это есть. Сразу придется сменить только управляющий персонал.

Как оказалось, переговоры с главой своего клана моя невеста вела чуть ли не с того дня, когда мы закончили вражду. Пока я восстанавливался после боя с Лакшти, а потом уходил с головой в переделку плетений для Аукциона, Андана грызла своих кровных родичей. И помогал ей в этом Дадабхаи.

Когда я поинтересовался, почему никто не потрудился поставить в известность меня, Андана только плечами пожала:

— У тебя этот договор два дня на столе пролежал. Я так поняла, что тебе пока не до него. Ну я и взялась за предварительные переговоры. Просто чтобы тебе проще было, и хоть какая-то база была. Понятно же, что и твой этап переговоров здесь будет длительным. Кто ж знал, что так хорошо пойдет?

Я сначала хотел было слегка поругать ее за действия за моей спиной, но потом понял, что она права.

До финальных переговоров глав родов или кланов любой договор все равно проходит довольно много стадий. В нормальном варианте поначалу в общих чертах такие вещи обсуждают женщины рода. У меня просто некому было этим заняться. Вместо юристов же — точнее, вместе с ними, — на втором предварительном этапе поработала еще и Андана.

А уж то, насколько хороший у нее получился результат, точно нельзя ставить ей в вину.

— Ты у меня умница, — улыбнулся я. — Спасибо тебе большое. Но в следующий раз предупреди меня, что ты взялась за подобное дело. Мешать я тебе не буду, я тебе доверяю. Но быть в курсе — обязан.

Андана сначала нахмурилась, но потом кивнула. Сообразила, видимо, что если бы при встрече глава клана Дамаяти спросил меня о положении дел, а я вообще не знал бы, что такая работа идет, очень неловко вышло бы.

— Ты прав, я должна была тебе сказать, — кивнула Андана. — Мне очень хотелось сделать тебе сюрприз, но… В общем, я не права, надо было сказать.

— Спасибо, милая, — вновь улыбнулся я. — И сюрприз отличный, мне понравилось. Но, поверь, скинуть на других свою работу и быть полностью уверенным, что ее сделают хорошо — удовольствие ничуть не меньшее.

Андана рассмеялась.

— Мой будущий муж — лентяй? — лукаво поинтересовалась она.

— А как же! — я снова обнял ее и уже настроился продолжить то, чем мы занимались всю ночь. — Еще какой…

— Не верю, — улыбнулась Андана, прижимаясь ко мне еще крепче. — Ты у меня неутомимый.

Ну это смотря в каком смысле. В том, на который она так настойчиво намекала — да, однозначно. И я в очередной раз это доказал на практике.

*****

После обеда мне принесли увесистый конверт от клана Рамеш. Схемы магической защиты особняка, я так понимаю.

Срочных дел у меня не было, так что я с интересом взялся за схемы. Однако уже через полчаса от моего воодушевления не осталось и следа.

Нет, работать это все, конечно, будет. Но столько всего накрутить — это надо было извратиться. Причем, не один раз. Уж на что я не профи именно в этой области, и то сходу вижу, как можно упростить эту мешанину.

Собственно защита состояла из нескольких слоев разных цветов. То есть ставить ее должны как минимум шесть разных магов. Местами разные цвета-слои защиты хитро переплетались между собой. То есть эти шесть магов должны работать еще и одновременно.

Схема защиты Рамеш прям-таки кричала о том, что когда-то она была нормальным полноцветным плетением. Ее просто с горем пополам разложили на отдельные цвета-слои. Там, где не получилось, заменили отдельные полноцветные узлы тяжеловесными одноцветными конструкциями.

В эффективности защита потеряла, конечно, но на удивление немного.

И да, теперь я понимаю, почему Рамеш — монополисты в своей области. Иметь столько специализированных магов, да еще и натаскать их на невероятный по местным меркам уровень взаимодействия — это очень круто.

А еще я понял, почему стационарные магические защиты в этом мире настолько неподъёмно дорогие. Все эти одноцветные навороты жрут просто немеряно энергии.

Для установки защиты в таком виде, как ее прислали Рамеш, нужно почти две сотни крупных магических кристаллов, и еще три сотни мелких. Капзатраты на практически полную перестройку каменной стены вокруг территории и частичную перестройку дома я не считаю, разумеется. И это у меня участок небольшой.

Если нечто подобное ставить на наше родовое поместье, я в жизни за это не расплачусь. И никакие сверхдоходы от Аукциона меня не спасут.

До получения схемы защиты от Рамеш я думал взять с собой в Лакхнау их спеца, чтобы оценил состояние защиты на родовом поместье и заодно прикинул стоимость ее восстановления. Да и когда узнал про свою будущую малахитовую шахту, исподволь начал прикидывать, что и там не помешала бы стационарная магическая защита.

Теперь же я от этой идеи отказался.

Я еще подумаю, стоит ли демонстрировать свои навыки в пересчете плетений ради городского особняка. Но к родовому поместью и уж тем более шахте я клан Рамеш близко не подпущу.

Собственно, этой схемы, которую я держу в руках, мне более чем достаточно, чтобы самому сделать защиту и там, и там. Местами я сразу вижу, как должно было выглядеть изначальное полноцветное плетение, местами придется посчитать и поэкспериментировать. Тем не менее, сделать это вполне реально.

Правда, времени это займет очень много. Но опять же, ни с родовым поместьем, ни с шахтой спешки пока нет.

Ладно, на утверждение схемы отведена декада. То есть это пока подождет.

Завтра Аукцион, потом поездка в Лакхнау, и по возвращении в столицу я подумаю об этом еще раз.

*****

За пару часов до начала Аукциона я стоял в абсолютно пустом холле здания театра наутанки на юго-западной окраине столицы. Холл представлял собой довольно большое крытое помещение, в то время как основной зал, где обычно проходили представления, крыши не имел.

И это при том, что по традиции представление наутанки начинается поздно вечером и длится без перерыва всю ночь до рассвета. Впрочем, дожди здесь — редкость, а простой народ, в основном, неприхотливый.

Зато ступенчатая конструкция зрительских «трибун» удобна для наших целей. При театральных постановках людям предлагается сидеть прямо на этих широких ступенях, но для аристократов Астарабади, разумеется, притащил удобные кресла и небольшие чайные столики.

Я до сих пор и не представлял, оказывается, насколько популярен в Индии театр. И насколько он не похож на наш театр, кстати. У них тут одних только видов представлений больше трех десятков. И практически для каждого представления нужен свой тип сцены.

Театры Наутанки можно было встретить практически во всех городах и селах нынешней Индии, а уж в столице их чуть ли не сотня насчитывалась. Правда, в основном в бедных кварталах, но нам это не принципиально. Простолюдины к такому сборищу аристократов и сами на пушечный выстрел не приблизятся.

Главное, чтобы поблизости была вместительная парковка.

Первый гость появился больше чем за час до начала Аукциона. И практически сразу они пошли потоком, один за одним. Астарабади как был, так и остался бессменным распорядителем Аукциона. Именно он встречал гостей в дверях и объяснял, как им найти свои места в основном зале, где будут проходить торги.

Приглашенных было очень много. Кроме всех тех, кого Астарабади обычно звал на Аукцион, я разослал еще с полсотни приглашений. Мои были только на одного человека, но и это немало. Очень уж привлекательное мероприятие.

Поэтому, когда люди начали прибывать, я не удивился тому, что это были, в основном, главы родов и кланов. Кто-то в сопровождении наследников или старейшин, — приглашения Астарабади подразумевали ограничение в три человека, — кто-то в одиночку.

В основной зал никто не спешил, большинство гостей неторопливо курсировали по холлу и приветствовали знакомых. Как и я, собственно.

Впервые я видел мероприятие, на котором практически не было женщин.

Тем не менее, если взгляд цеплялся за женское лицо, стоило очень внимательно присмотреться к его обладательнице. Если уж глава рода или клана не пожалел места для женщины, она по определению имеет очень высокий статус не только в своем роду, но и в стране наверняка.

Кроме Ребиры Мехта и Джины Бхаскара, я познакомился еще и с Ятрой Махападма. Очень эффектная женщина лет тридцати, маг седьмого ранга с проявленным контуром восьмого. На фоне ее спутника, Маулави Махападма, главы вечного рода и мага девятого ранга, я не увидел в ней ничего особенного. Надо будет поискать информацию о ней.

Все великие кланы, все вечные роды, пять из шести магов девятого ранга — на этот Аукцион собрался очень мощный состав гостей. И это не считая просто древних родов и богатейших кланов страны.

Только императора не хватало.

Хотя, честно сказать, я вздохнул с облегчением, когда от императорского рода пришел дальний родич императора.

Пусть лучше император узнает о том, что я проверну на Аукционе, вдали от меня. Я считаю, что я в своем праве, но совершенно не факт, что точно так же решит император. И пусть он лучше остынет от новостей, прежде чем мы с ним встретимся в следующий раз. А то страшно представить, каких дров может наломать сгоряча правитель страны.

Минут за двадцать до времени начала Аукциона толпа в холле потихоньку начала редеть, люди переходили в основной зал.

За десять минут ко мне подошел Астарабади и сообщил, что все приглашенные прибыли. Вообще ни одного отказа не было.

Я вышел в основной зал и уселся за столик в первом ряду.

Сцена для наутанки представляла собой просто утоптанную квадратную площадку в центре размером метров тридцать по диагонали. Для торгов посреди нее поставили приподнятый на полметра над землей помост. На нем по периметру стояли ящики по колено высотой. Видимо, там и лежали сегодняшние лоты.

Астарабади появился на сцене минута в минуту.

— Уважаемые гости, я приветствую вас на десятом, юбилейном Аукционе, — хорошо поставленным голосом начал он. — Меня зовут Феришт Астарабади, я — распорядитель Аукциона. Как вы наверняка уже знаете, в этом году я стал слугой рода Раджат. И я безмерно рад и горд представить вам настоящего хозяина Аукциона: наследник вечного рода, Шахар Раджат.

Я встал со своего места и слегка поклонился гостям.

Гости вразнобой покивали мне в ответ. Аплодисменты в этой стране были не приняты, а кричать и свистеть аристократы, разумеется, не будут.

— Итак, позвольте мне объявить Аукцион открытым, — продолжил Астарабади, — и представить вашему вниманию первый лот.

Глава 17

*****

— Уникальное медицинское плетение, представленное родом Бхаскара, — объявил Астарабади.

Он поднял над головой запечатанный конверт с крупным символом рода Бхаскара.

— Оно позволяет точно определить степень истощения пациента. Плетение покажет одну из пяти стадий, где первая — полностью здоров, а пятая — риск немедленного впадения в кому. Это плетение позволит лекарям дозировать воздействие и вовремя делать необходимые паузы. Стартовая цена — десять миллионов рупир.

Я окинул взглядом ближайших аристократов и увидел на паре лиц живую заинтересованность. Да ладно, вот настолько все плохо с медициной в этом мире? Ко мне-то Асан никого не подпускает, и у нее с подобной диагностикой явно проблем нет. Правда, у Асан я уже не раз замечал навыки, которых больше ни у кого нет. Той же праной умеют делиться в этом мире единицы.

Судя по оживлению среди гостей, предложенный лот-плетение действительно нужная штука. Впрочем, о чем я? Это Джина могла не разобраться в местной специфике, но уж глава ее рода точно знал, что он выставляет на Аукцион.

Торги пошли довольно бодро сразу, претендентов поначалу было чуть ли не полтора десятка. В итоге остались только Мехта и Дхармоттара.

Плетение ушло клану Мехта, причем за фантастическую по моим меркам сумму в двести тридцать миллионов рупир. Ну не может быть все настолько плохо с медициной в этом мире. Иначе у них через одного пациенты не выживали бы.

Астарабади только что руки не потирал. Ну еще бы, итоговая цена первого же лота превысила расчетную больше чем в шесть раз.

А ведь пять процентов от итоговой цены каждого лота забирает Аукцион. Да, расходы на организацию, охрану, логистику, сохранение конфиденциальности и все прочее очень приличные. Чистой прибыли с Аукциона останется полтора-два процента. Но и это — огромные деньги.

Остальные плетения от Бхаскара я пропустил мимо. Там было что-то косметическое. Я понимаю, что на этом можно сделать хорошие деньги, но я никогда не вникал в нечто подобное дома и сейчас вникать было лень.

Разве что я отметил для себя, что надо бы попробовать обменяться с Джиной плетениями. Уверен, Андана в качестве подарка на свадьбу уникальное косметическое плетение оценит. А я вполне могу вспомнить что-то полезное роду Бхаскара.

Как ни крути, ни один маг в нашем мире не мог знать всего, слишком много разнообразных плетений у нас там было.

*****

Плетений на этот раз было много на Аукционе, так что программу разбили на небольшие блоки: несколько плетений — несколько артефактов, — и так по кругу, пока лоты не закончатся.

И к блоку с артефактами я отнесся куда внимательнее. Самому интересно, что в этом мире считается редкостью и ценностью.

— Первый на сегодня артефакт, — объявил Астарабади, — это всем знакомый артефакт — определитель правды. Напомню, он работает не по принципу абсолюта, а показывает только, считает ли человек правдой свои слова. Артефакт предоставлен родом Нгапура. Стартовая цена — десять миллионов!

Не особо редкая штука, судя по всему. У Дамаяти на базе — даже не в резиденции клана, просто на военном объекте, — такая была, когда я в плен к ним попал.

Тем не менее, штука нужная. И мне тоже пригодилась бы.

— Двенадцать, — поднял руку я.

— Тринадцать, — тут же раздался холодный голос из другого конца зала.

— Двадцать! — рыкнул откуда-то справа чей-то густой бас.

— Двадцать один, — вновь сказал я.

Астарабади повернулся ко мне и слегка скривил губы. Что, не стоит эта штука таких денег? Да не верю.

Это в моем мире было плетение, определяющее ложь, а тут ничего подобного нет. Сейчас я тем плетением воспользоваться не могу, оно на седьмой ранг рассчитано, и пока я его возьму, много воды утечет. И эту игрушку я однозначно хочу.

— Двадцать два, — лениво перебил мою ставку тот же холодный голос.

Я обернулся и встретил насмешливый взгляд главы рода Лакшти. М-да, прав Астарабади, пожалуй. Это не Нерей, конечно, но и его отец ко мне теплых чувств явно не питает. Он вполне может задрать цену только для того, чтобы я сильно переплатил за этот артефакт.

Впрочем, в эту игру можно играть вдвоем.

Я нахмурился, сжал зубы и, повернувшись обратно к сцене, выкрикнул:

— Двадцать пять!

— Двадцать шесть, — лениво ответил Лакшти.

Судя по тому, что в наши торги больше никто не вмешивается, мы или где-то на грани разумной стоимости этого артефакта или уже ее перешли.

— Тридцать! — снова сказал я.

— Тридцать один, — так же лениво бросил Лакшти.

Астарабади поймал мой взгляд и уже откровенно нахмурился. Да что ж ты делаешь?.. Это же все видят. Я не собирался больше поднимать цену, пусть бы Лакшти забирал этот артефакт. Но позволить управлять собой слуге своего рода, да еще и на глазах у множества аристократов, я попросту не могу.

Я высокомерно приподнял бровь, глядя на Астарабади и скривил губы в неприятной усмешке.

— Тридцать три! — решительно заявил я.

На этот раз Лакшти чуть-чуть помедлил. Я уже морально приготовился к финансовым потерям, но Лакшти-таки решил рискнуть.

— Тридцать четыре, — ровно сказал он.

Астарабади бросил вопросительный взгляд на меня, уже удерживая равнодушное выражение лица. Я усмехнулся и отрицательно покачал головой.

— Тридцать четыре миллиона — раз! — сказал Астарабади. — Тридцать четыре миллиона — два! Тридцать четыре миллиона… Три! Артефакт правды продан роду Лакшти за тридцать четыре миллиона рупир.

Надо потом не забыть уточнить у Астарабади, сколько этот артефакт на самом деле стоит. И заодно попросить раздобыть мне такой же.

Еще пара артефактов меня не заинтересовала вовсе.

Призма цвета, которая позволяет слегка менять оттенок магической нити и со временем расширять свой магический спектр. Причем все это в рамках одного и того же цвета, по сути. Как по мне, для этого мира — вообще бесполезная игрушка, не зря Асан говорила, что серьезные профессионалы вообще не делают акцент на цвете. Тем не менее, кто-то отдал за нее четырнадцать миллионов.

«Вечный» магический кристалл-накопитель. Теоретически — отличная вещь. Обычные накопители — это, по сути, расходники. В зависимости от интенсивности использования они могут проработать как десять, так и пятьдесят лет, но рано или поздно все равно разрушаются. Однако цену на этот лот в процессе торгов задрали так, что он не окупится и за шесть столетий.

А вот за последним артефактом из текущего блока торгов я следил с интересом. Рассеиватель магии, который убирает вообще все магические остаточные следы в радиусе от пяти до шестнадцати метров. Радиус зависит от ранга пользователя.

Мне он не нужен, у меня аналогичное полноцветное плетение есть.

А вот аристократы оценили этот лот очень высоко. Бились за него сразу четыре рода, и ушел он за триста шестьдесят три миллиона роду Тулсидас. Старый свободный род, и очень богатый, судя по всему.

*****

Джина Бхаскара неторопливо потягивала сок и с легким интересом скользила взглядом по гостям Аукциона.

Когда глава рода потребовал ее присутствия здесь, девушка удивилась.

Да, она составила несколько схем для Аукциона, но это были простейшие вещи из ее мира. Она просто отдала полноцветные схемы новым родичам и те испытали их своей одноцветной магией. Как-то оно работало. По ее меркам, мягко говоря, слабенько, но все же работало. А аналогов у того же косметического разглаживания кожи в этом мире вообще не было.

Деньги роду были нужны, поэтому плетения отправили на Аукцион и даже выручили за них очень хорошие суммы. Судя по довольным улыбкам мужчин ее рода, они рассчитывали на меньшее.

Но зачем глава рода потащил сюда ее, Джина не понимала. Точнее, не понимала до этого момента.

— Следующий лот нашего Аукциона, — объявил распорядитель, — это плетение силового щита, предоставленное хозяином Аукциона, родом Раджат. На первый взгляд, плетение совершенно обычное. У него есть только одна, зато очень интересная особенность. Щит формируется в метре от плетения.

Джина чуть не хлопнула себя рукой по лбу. Тупица!

Это ведь простейшее преобразование. Уж расстояние срабатывания в ее мире умели менять даже школьники. Сколько раз она материлась на жесткие схемы местных плетений, сколько раз сама втихушку меняла параметры, пока никто не видит! Но так и не сообразила, что эту элементарщину можно продать здесь за очень хорошие деньги.

А вот Раджат сообразил.

И хорошо, если только он. Так-то пришельцев аж четверо в этой стране. Может, парни все окажутся не тугодумами?

Глава ее рода уже дернулся было поднять руку, чтобы перебить чужую ставку, но Джина перехватила его руку и молча отрицательно покачала головой.

Встретив его удивленно-вопросительный взгляд, девушка беззвучно сказала:

— Сделаю сама.

Глава рода прочитал по ее губам и нахмурился. Потом вопросительно приподнял бровь, мол, ты уверена?

Джина коротко кивнула.

Что ж, как минимум ее присутствие здесь уже окупилось многократно. Страшно подумать, сколько денег она сейчас сэкономила своему роду.

*****

Блок с моими плетениями закончился, и я удовлетворенно откинулся на спинку кресла. Отлично пошли мои плетения. Прям-таки шикарно!

За шесть простеньких, по моим меркам, преобразований аристократы заплатили почти четыре миллиарда рупир.

Тут все понятно, боевые плетения окупить можно очень быстро. Особенно если запустить в производство артефакты с нестандартными щитами, например. Три из шести плетений забрали Мехта, кстати. Так что в скором времени действительно можно ожидать выпуска новых артефактов на рынок.

Еще один блок торгов с моими переделанными плетениями будет в самом конце, на закуску, так сказать, и те схемы должны уйти еще дороже.

А сразу после моих плетений Астарабади достал уже знакомый мне браслет:

— Вашему вниманию предлагается артефакт-блокиратор магии. У него нет приоритетов, этот артефакт в равной мере заблокирует любой цвет магии!

Красиво выкрутился, хмыкнул я про себя. Он не сказал, что артефакт заблокирует все цвета одновременно, но гости услышали, скорее всего, именно это.

Мы так и не нашли способа сбить цену на этот лот. И, судя по оживлению в зале, не видать мне этой игрушки.

Новую угрозу в лице полноцветных магов уже осознали многие, а вот средств борьбы с нами еще не придумали. Это сейчас мы имеем всего четвертый ранг, но ведь кто-то из нас в ближайшие десятилетия однозначно выйдет на уровень высшего ранга. Нам-то для этого всего восьмой ранг нужен. А его точно кто-то из нас возьмет.

И тут на тебе — полноцветный блокиратор на блюдечке преподнесли. За этот лот аристократы будут биться особенно яростно.

Ладно, плетение на этом «блокираторе» я рассмотрел и запомнил, раз уж мне пришлось его даже вынужденно испытать в том бою. Подрасту в ранге и попробую сам сделать нечто подобное. Плетение-то там растяжимое стоит, да только минимально оно все равно пятый ранг требует.

А обстановка, тем временем, накалялась. За этот лот бились уже четыре великих клана, и цифры поражали воображение.

— Милллиард двести! — заявил глава клана Мехта.

— Полтора! — рубанул с другого конца зала глава клана Махападма.

А ведь кому-то сказочно повезло. Этот артефакт явно вытащили из родового хранилища, и пылиться он там мог долго.

Так-то до нашего появления и обычными одноцветными блокираторами вполне можно было обойтись. Кристаллы, из которых делают напыление на браслеты-блокираторы, конечно, довольно дороги, но с этим лотом не сравнить.

И снова торги выиграли Мехта.

Мне интересно, они вообще всю клановую казну решили сегодня спустить? Одиннадцать миллиардов за один-единственный артефакт!.. Мне аж слегка не по себе стало, я-то знаю, что против полноцветных магов эта штука работать не будет. И значит, этих денег она попросту не стоит.

С другой стороны, я не мог никого предупредить, даже если бы очень захотел.

За лот всегда отвечает тот, кто его выставил на торги. И даже если имя продавца скрыто от публики, покупатель его узнает все равно, просто под обещание неразглашения. К тому же, не было в описании лота ни слова про полноцветных магов. А за фантазию покупателя вообще никто отвечать не обязан.

Очень жаль, что так облажались именно Мехта. Как ни крути, к этому клану у меня, пожалуй, наиболее теплое отношение из всех великих. Нет, это не значит, что я считаю их друзьями. Но дела с ними вести можно, и неприятных неожиданностей от них я не видел еще ни разу. Скорее наоборот, удивляли они приятно.

Тем временем Астарабади продемонстрировал гостям очередной лот.

— А теперь я представляю вашему вниманию Жемчужину Аукциона! — объявил он. — Первую из сегодняшних!

Глава 18

*****

Глава ИСБ, Минто Кишори, смотрел на сцену с легкой ничего не значащей улыбкой. Лично ему на этих торгах ничего не было нужно. Однако император попросил присмотреть, да и ему самому было интересно, как наследник Раджат выкрутится.

Кишори еще тогда, слушая его разговор с императором, отметил, насколько удачную формулировку мальчишка выбрал. Такое бывает, удача — штука непредсказуемая.

И только потом Кишори вспомнил, что внутри этого юного тела сидит пришелец. И лет этому пришельцу может быть сколько угодно. Никто ведь не знает, кем были в своем времени эти призванные древние маги.

Он допускал, что наследник Раджат знал, что делал, когда давал слово императору именно в такой формулировке. Или что он подумает и найдет лазейку.

Что ж, вот он, момент истины.

— Перед вами — схема плетения сокрытия, — торжественно сообщил Астарабади. — Радиус действия сокрытия — ладонь.

Трибуны накрыла мертвая тишина. Здесь не было людей, которые не понимали бы последствия появления такого плетения. И преимущества, даваемые этим лотом, все они тоже мгновенно просчитали.

Кишори лишь прикрыл глаза. Все-таки выкрутился наследник Раджат. Слово, данное императору, он не нарушил. Он обещал, что император получит плетение, и император получил плетение. Буква обещания соблюдена полностью.

А вот дух и все подтексты мальчишка откровенно послал ко всем забытым богам.

Очень красивый зеркальный ответ. Император ведь в свое время сделал ровно то же самое.

Далеко пойдет наследник Раджат. Если шею себе не сломает раньше времени на подобных рискованных авантюрах. Это ж надо было додуматься так отплатить императору!

Конкретно в этом эпизоде императору будет нечего предъявить роду Раджат. Но обиду он затаит однозначно. Как можно жить в стране, правитель которой откровенно точит на тебя зуб? Неужели этот пришелец настолько бесшабашный?..

*****

За мое плетение сокрытия тоже развернулась ожесточенная битва. К моему удивлению, «финалистами» в ней оказались далеко не самые сильные и богатые роды. Великие кланы отступили довольно рано, оставив право биться за рубежом десяти миллиардов остальным.

А роды Нишант, Бхарат и Манджунату отступать не собирались.

Я понимаю, зачем новое сокрытие Манджунату, уж род посредников найдет ему применение. И выиграть на этом они могут очень много. Особенно до того, как пройдет полная модернизация всех охранно-постовых систем в стране.

Но Нишант и Бхарат? Древние роды, не слишком сильные и не особенно многочисленные… Может, в этом дело? Они видят в новом сокрытии шанс сохранить свой родовой камень в случае чего?

Нишант — это еще и род, в котором появился полноцветный маг. После завуалированного предложения Мохини создать свой клан, я начал задумываться о том, кого я хочу в нем видеть. И остановился в итоге на том, что было бы неплохо собрать как раз роды, где появились полноцветные маги. Неважно, что их там больше нет. Мир явно указал на эти роды, чем-то они важны.

Вот только если Мохини подошел ко мне сам, то Нишант на контакт не шли. Нет, они вполне вежливо со мной общались на приемах, но и только. Интереса я у них пока не вызывал.

Что ж, если они выиграют торги, у нас будет повод пообщаться поближе. Как ни крути, покупателю имя продавца раскрывается в любом случае, и я сомневаюсь, что они не поинтересуются у меня подробностями работы своей покупки.

Глава рода Бхарат сидел практически напротив меня, его лица я толком не различал, слишком далеко. А глава рода Нишант оказался буквально через два столика справа от меня. И вот его сжатые в тонкую полоску губы я видел. Очень нужно ему это плетение, похоже.

Манджунату «отвалились» на пятидесяти миллиардах.

— Пятьдесят один! — ровно произнес Нишант.

— Пятьдесят два! — бодро откликнулся Бхарат.

Глава рода Нишант переглянулся со своим старшим родичем, который сидел рядом с ним, и тот кивнул.

— Пятьдесят три, — сказал Нишант.

— Пятьдесят четыре! — продолжил торг Бхарат.

Они так и поднимали цену по миллиарду. Глава рода Нишант мрачнел с каждой новой ставкой. Явно его лимит уже где-то близко.

На шестидесяти пяти он вновь бросил взгляд на своего старшего родича. Тот вздохнул и неопределенно покачал головой.

— Шестьдесят шесть! — сказал глава рода Нишант.

— Шестьдесят семь! — вновь откликнулся Бхарат. У него лимита нет, похоже. По крайней мере, никаких лишних телодвижений он не делал, и тон его голоса так и не изменился.

Старший родич осторожно тронул главу рода Нишант за руку. Тот отмахнулся и выкрикнул:

— Шестьдесят восемь!

Последняя его надежда, похоже. Да только уже видно, что это безнадежно.

— Шестьдесят восемь с половиной! — словно издеваясь, заявил дробную ставку Бхарат.

Глава рода Нишант вздохнул и промолчал. Жаль, не будет у нас повода пообщаться поближе. Не прямо сейчас, во всяком случае. Мое плетение сокрытия ушло роду Бхарат за шестьдесят восемь с половиной миллиардов рупир.

Для меня это — отличная цифра. Кажется, после Аукциона можно будет вернуться к обсуждению совместного бизнеса с Дамаяти. Теперь у меня точно останутся деньги и после установки магической защиты на городской особняк, и после инвестиций в совместную компанию по производству накопителей.

*****

Аукцион шел уже почти два часа, и интересных для меня лотов было немного. Собственно, я так пока ничего и не купил.

Лакшти выставил на Аукцион схему плетения полноцветного щита. Подозреваю, того самого, который он на Турнире засветил. Аристократы явно заинтересовались, многим хотелось рассмотреть диковинку вблизи.

Однако все понимали, что использовать его все равно не смогут. Наверняка же попробовали уже и сами вытягивать нити разных цветов, и детей с только что сформированным магическим источником заставить. Уверен, все остались ни с чем.

Так что торговались аристократы осторожно и с совсем крошечным шагом повышения. В итоге щит ушел за шесть с небольшим миллионов роду Гхош.

А вот за второй Жемчужиной Аукциона я следил внимательно.

— Артефакт становления вечного рода! — объявил Астарабади. — Предоставлен родом Дхармоттара.

Странно, конечно, что они решили его продать. Понятно, что Дхармоттара — вечный род, им этот артефакт как бы и не нужен уже. Но за такими артефактами к ним на поклон пришли бы и великие кланы. Не разбрасываются подобными вещами.

С другой стороны, несмотря на имеющегося у них мага девятого ранга, этот род не сказать чтобы богат и влиятелен. Причем они всегда, насколько я успел глянуть их историю, болтались где-то в конце списка состоятельной аристократии. Не повезло им с коммерческой жилкой, похоже. Да и на политической арене о них мало кто слышал.

В общем, я не знаю их обстоятельств, но видимо деньги нужны вот настолько и в огромном количестве. Что ж, их артефакт — их право.

Девятьсот одиннадцать миллиардов. И это за артефакт, который сам по себе ни на что не способен, там еще два для комплекта нужны.

На Аукционе, конечно, представлены самые разные лоты, от совсем простеньких и не то чтобы редких до таких. Но почти триллион!.. У меня такие цифры пока в голове не укладываются.

Артефакт становления вечного рода забрал клан Харибхадра. Еще один великий клан, и с ними я до сих пор даже шапочно знаком не был. Надо будет исправить это упущение, кстати.

После второй Жемчужины Аукциона торги шли как-то вяло. Не только я, видимо, переваривал эту чудовищную цифру.

Встрепенулся я, только когда Астарабади объявил:

— А сейчас я представляю вашему вниманию идеальный подарок для любимой женщины. Комплект древних украшений, защищающий хозяйку от всех известных ядов. И, вполне вероятно, от неизвестных тоже. На всех опробованных вариантах защита абсолютна. Лот представлен кланом Зирашт.

И снова я не знаю такой клан. Эти не из древних и даже не из старых родов, — я главный род клана имею в виду, конечно, — но древние украшения, по идее, у кого попало не встречаются. Хотя в этом мире я уже, наверное, ничему не удивлюсь.

— Стартовая цена — десять миллионов, — добавил Астарабади.

Он прав, кстати, отличный подарок. Я бы взял Андане, в качестве подарка на свадьбу — самое то. Вопрос только в цене. Даже ради любимой женщины спускать состояние я не готов.

— Одиннадцать, — поднял руку я.

— Двенадцать, — тут же перебил мою ставку глава рода Лакшти.

Опять поиграем в это нагнетание цены далеко за разумные пределы?

Я обернулся, показательно нашел глазами Лакшти и с едва заметной улыбкой ему кивнул. Кто-то за моей спиной негромко хмыкнул.

— Тринадцать, — повернувшись лицом обратно к сцене, сказал я.

— Четырнадцать, — фыркнул Лакшти.

Больше никто в наш торг не вмешивался, что характерно. Видимо, эта игра во второй раз была уже слишком очевидна.

Я промолчал.

— Четырнадцать миллионов… раз! — начал отсчет Астарабади. — Четырнадцать миллионов — два!

Интересно, не рано я остановился?

Впрочем, больше пятнадцати миллионов я все равно за эти безделушки отдать не готов, так что неважно. Проиграю — сам вплету защиту от ядов в какое-нибудь украшение попроще. Хотя за такие деньги оно может оказаться само по себе куда круче…

Я задумался и чуть было не упустил момент.

— Четырнадцать… — начал заключительную фразу Астарабади, но я его перебил:

— Четырнадцать с половиной!

На этот раз Лакшти промолчал. Ага, все-таки не нужна ему вторая бесполезная покупка за один вечер, пусть даже цены для такого рода смешные.

— Четырнадцать с половиной миллионов — раз! — вновь начал отсчет Астарабади. — Четырнадцать с половиной миллионов — два! Четырнадцать с половиной миллионов — три!! Комплект древних украшений с защитой от яда продан роду Раджат за четырнадцать с половиной миллионов рупир.

Надеюсь, моя будущая жена оценит этот подарок.

*****

— Как же меня бесит этот род! — с чувством выдохнул старик.

Глава клана Дамаяти покосился на своего отца, старейшину рода и клана, и промолчал. Ясно было, что тот имел в виду род Раджат, старик всегда был куда более непримирим, чем сам глава клана.

Нашел же место для подобных разговоров! Ладно хоть, он достаточно тихо это сказал.

Доставшийся клану Дамаяти столик стоял мало того, что в первом ряду, так еще и расстояние до соседей здесь было солидное. Все по высшему классу.

И этим тоже мальчишка Раджат удивил главу клана Дамаяти. Парень действительно делал для них все, что мог, и даже после подписания союзного договора это отношение не изменилось. Словно и не его родичей клан Дамаяти убивал не далее как пару месяцев назад.

— Ты действительно их простил? — не дождавшись ответа от сына, спросил старейшина.

— А это имеет значение? — с недоумением уточнил глава клана Дамаяти. — Мы проиграли, это нужно признать и вытащить из этой ситуации максимум возможного. Именно этим я и занимаюсь, если ты не заметил.

— Проиграли? — взвился старейшина.

— Проиграли, — тихо, но веско припечатал глава клана. — Ты не хуже меня знаешь историю. Сколько раз кровные враги смогли уничтожить вечные роды?.. Молчишь? Правильно молчишь. Ни разу! Ни разу в истории вечный род не смогли уничтожить. А вот вечные роды своих врагов почему-то регулярно стирали с лица земли.

— Все бывает впервые, — буркнул старейшина. — Если время не упустить. Ты посмотри на него. Турнир выиграл, Аукцион теперь его… Еще год, и ты его уже не достанешь.

— Посмотри на это иначе, отец, — пожал плечами глава клана Дамаяти. — Получив статус вечного, этот род сразу пошел вверх. Турнир, Аукцион, связи, личная сила… Мы уже его не достанем. К тому же, он принес нам извинения и дар. В полном соответствии с традициями.

— Ты мог их не принимать.

— Мог, — кивнул глава клана. — Но я не увидел в этом смысла. Война с вечным родом — это не то, что я хочу оставить в наследство своим детям.

— А своего сына, которого этот мальчишка убил, ты уже забыл? — вновь завелся старейшина.

— Не забыл, — ровно ответил глава клана. — Но как бы мне ни было горько, наследник Раджат был в своем праве. На этот раз войну начали мы. Мы убили троих его родичей. Он в ответ убил моего сына. В ответ!

Глава клана сжал зубы и отвел взгляд. Конечно, такое не забывается. И боль потери не проходит за два месяца. Однако он был аристократом древнего рода, и воспитание играло роль даже в такие моменты. Как бы он ни был зол, подменять понятия он не собирался.

Мальчишка Раджат бил в ответ. Дамаяти сами виноваты, что напали. Собственно, сын напал и сам же за это поплатился. Даже через застилающую глаза боль глава клана не мог не видеть в этом определенную справедливость.

— Защищаешь его, — практически сплюнул старейшина. Не было бы вокруг аристократов, он плюнул бы на пол на самом деле.

— Я смотрю в будущее, — уже спокойно ответил глава клана. — Ты оглянись, отец. Ты сидишь в первом ряду на знаменитом Аукционе. Еще полгода назад мы и мечтать не могли сюда попасть. А за спиной у нас кто? Кто там, во втором ряду-то сидит? Уж не Мехта ли? Ненавистный тебе мальчишка предпочел нас великому клану. Да забудь ты на мгновение, что мы два века враждовали, и ответь мне честно: кто из наших давних союзников так к нам относится?

Старейшина отвел взгляд и пару секунд помолчал.

— Никто, — все же признал он.

— Вот и не ставь мне палки в колеса, — припечатал напоследок глава клана Дамаяти. — Род Раджат честно признал свою ошибку и честно искупает свою вину перед нами. Этот конкретный Раджат очень сильно приподнимет нас в глазах общества. А наша задача — максимально сблизиться с этим родом, пока их наследник идет нам навстречу. И я уверен, наши потомки еще не раз нас поблагодарят за союз с вечным родом.

*****

После окончания Аукциона аристократы потянулись обратно в холл. Кто-то уезжал сразу, но таких было меньшинство. Кому-то нужно было забрать свои покупки, кто-то просто общался со знакомыми и делился впечатлениями.

Я, конечно, остался. Как уже официальный хозяин Аукциона я уеду сегодня последним. Ходил между гостями, вежливо интересовался, всем ли они довольны, выслушивал такие же сдержанные похвалы мероприятию.

Первый раз этот сценарий изменился, когда я подошел к представителям клана Сидхарт. Вместе с главой клана был Аргус как наследник и еще один их родич, которого я не знал. Племянник главы клана, как оказалось, когда мне его представили.

— А ты — молодец, — под конец разговора хмыкнул Аргус. — Я бросился клановую гвардию переоснащать, а ты легких денег решил срубить. Вовремя сообразил, уважаю!

Это он про мои переделанные плетения, похоже. Честно сказать, я удивился, что больше никто из полноцветных не додумался заработать прямо сейчас на своих знаниях.

Лакшти разве что попытался, выставив на торги полноцветный щит. Но больно вялая попытка у него получилась. Сразу же было понятно, что местные не способны освоить нашу магию, а значит и дорого эту экзотику не купят.

— Мне род надо поднимать, — слегка улыбнулся в ответ я.

Будь мы одни, общались бы куда свободнее. Но при его отце и двоюродном брате что Аргус, что я старались держаться в официальных рамках.

— Все верно, господин Раджат, — кивнул глава клана. — Кому чего не хватает, тот о том и думает в первую очередь. Но мы учтем ваш опыт на будущее.

— На благо и процветание, — формальной фразой, заменяющей здесь «на здоровье», ответил я.

Его посыл я понял, больше легких денег на тех вещах, что доступны всем полноцветным магам, мне не видать. Но я и не рассчитывал второй раз провернуть подобное. И здесь-то взял куда больше, чем планировал.

Второй нешаблонный разговор у меня получился с представителями клана Мехта. Поначалу ничто не предвещало, как говорится, а через пару минут Ребира Мехта неожиданно произнесла:

— Господин Раджат, как вы смотрите на то, чтобы приехать к нам в гости?

— В целом положительно, — осторожно ответил я.

У меня в планах в ближайшие дни было съездить в свое родовое поместье, точнее, на его руины, и ничего менять я не хотел. С другой стороны, смотря что они предложат, это же Мехта.

— Мы были бы очень благодарны, если бы вы заглянули к нам, скажем, завтра, — с легкой улыбкой продолжила ректор. — Скажу честно, мы хотели бы испытать купленный артефакт, и ваша помощь бесценна, сами понимаете.

Хм, это изрядная наглость вообще-то.

Я понимаю, что поймать полноцветного мага и нацепить на него эту игрушку сейчас невозможно. Ни Лакшти, ни Сидхарт, ни Бхаскара добровольно на это не пойдут. А если Мехта попытаются проделать такое силой, тут же получат войну на уничтожение.

Но и я, в общем-то, им не настолько близкий человек. Это род своих сокланов они могли бы о таком попросить — только попросить! — но я-то тут с какого бока?..

— Клан Мехта будет вам должен, — закончила Ребира Мехта.

Стоявший рядом глава ее клана степенным кивком подтвердил обязательства.

Что ж, в таком варианте можно и пойти им навстречу. Долг великого клана — это очень круто. Не всякий уникальный артефакт может дать такой вклад в будущее рода, как долг великого клана.

— Завтра после занятий в Академии я приеду к вам, если это удобно, — ответил я.

Мехта переглянулись, и ректор кивнула:

— Конечно, мы будем вас ждать.

Заодно я проверю, можно ли доверять клану Мехта.

Глава 19

*****

— Выкрутился, паршивец, — язвительно выплюнул император.

Кишори лишь молча кивнул. Он только что изложил императору события Аукциона, и главным среди них, разумеется, было проданное за бешеные деньги плетение сокрытия с маленьким радиусом действия.

Неожиданно всплывший на Аукционе артефакт становления вечного рода был примечательным, но на общий расклад сил ни сейчас, ни в ближайшем будущем не влиял. Кишори — равно как и император — точно знал, что двух других артефактов у клана Харибхадра нет. Слишком молод этот клан, чтобы заиметь такие сокровища.

Это в древности можно было тихо заполучить практически что угодно, а в последние две тысячи лет все подобные вещи тщательно отслеживались.

Император на какое-то время задумался. Кишори с интересом ждал.

Он понимал, что император не будет бессмысленно распаляться и изрыгать проклятия в адрес Раджат. В конце концов, это был вполне логичный зеркальный ответ на его собственные действия. Очень рискованный да, но формально наследник Раджат остался в рамках допустимого.

А вот какие выводы сделает император, Кишори было действительно интересно.

— Это возможно только в одном случае, — наконец, произнес император. — Если это плетение принадлежало мальчишке.

И ведь он прав, понял Кишори.

Если бы плетение на торги выставил какой угодно другой род, схема была бы в единственном экземпляре. И ни вскрыть опечатанный конверт с ней, чтобы скопировать для императора, ни договориться с тем родом о дублировании меньше чем за сутки наследник Раджат не смог бы. Незнакомые магические схемы не копируются так просто, там много условий нужно соблюсти.

А вот если эта схема его — то все становится проще.

— Причем не просто его рода, — подхватил мысль Кишори. — Конверт был нетронут. Я допускаю, что можно было успеть вскрыть его, скопировать плетение и потом вновь запечатать, но это сложно. Куда проще, если эту схему наследник Раджат просто знал.

— И рисовал ее он сам, — кивнул император. — Да, Минто, я тоже к этой версии склоняюсь.

— И тогда все остальные плетения, проданные родом Раджат на Аукционе…

— Тоже делал мальчишка, — вновь кивнул император.

— Он умеет конструировать плетения?

— В каких-то пределах он умеет их менять, — неопределенно покачал головой император. — И, возможно, это умеют все полноцветные. Просто Раджат нужны были деньги, вот он и засветил этот свой козырь. Ну или просто сообразительнее остальных пришельцев оказался.

— Ну да, у него-то нет мощного рода или клана за спиной, — хмыкнул Кишори. — Сам, все сам.

Император едва заметно улыбнулся и добавил:

— Я попробую прощупать Лакшти на эту тему. Если Раджат так легко это засветил, может, это и вовсе не тайна? Да и в принципе, пора бы нам уже начать выяснять, на что способны эти пришельцы. В подробностях.

Кишори поймал укоризненный взгляд императора и мысленно фыркнул. Сам бы император ИСБ не зажимал и не резал их возможности, во всеуслышание объявляя тех же Раджат вечным родом, может, уже и знали бы что-то.

Да и идея поговорить с Лакшти не вызвала у Кишори энтузиазма. Императору виднее, конечно, но такой род просто так навстречу не пойдет. А предложить им взамен сейчас нечего. По крайней мере, такого, чтобы оправдать этот «прогиб» в глазах общества.

— Ваше величество, вы позволите мне озвучить идею касательно государственной структуры власти? — ровно произнес Кишори.

Император прищурился. Друг детства так велеречиво начинал выражаться только в одном случае: когда думал, что императору его предложение не понравится. Однако от него император выслушивал все. Просто потому, что больше этого ему никто не скажет.

— Излагай! — ответил император.

— В Японии аристократия делится на клановую, свободную и имперскую, — коротко сообщил Кишори.

Император хмыкнул и уставился отсутствующим взглядом куда-то в сторону.

— У нас и так-то не любят сотрудничать с государством, — неопределенно покачал головой император. — А уж если официально закрепить этот статус…

— Этот статус даст не только обязанности, но и привилегии, — мягко сказал Кишори. — Мы и сейчас заботимся о тех, кто тесно с нами сотрудничает. Только это неочевидно со стороны, да и многие, вроде тех же Каспадиа, любят делать многозначительные намеки, мол, мы их принуждаем. А имперские аристократы могут получить от государства намного больше, чем свободные, и совершенно официально.

Уж свою выгоду аристократы умели видеть всегда. Одно дело — добровольно отдавать императору больше, чем ты должен по закону. Тут грань очень тонкая, в устах врага такое поведение легко станет раболепием и напрочь загубит репутацию. И совсем другое — сотрудничество на взаимовыгодных, а главное, очевидных обществу, условиях.

Поначалу восприятие новой касты аристократов все равно будет спорным, но мнение изменится быстро. Особенно если государство предложит что-то очень вкусное.

— Налоги, льготы, приоритет при выборе поставщика в госконтрактах, — задумался император.

— Защита и покровительство, прописанные в Положении о касте, — дополнил Кишори. — Назначение на высшие должности госаппарата. Регламентирование боевых действий с кланами вплоть до полного иммунитета…

Император вновь задумался.

— Хорошая идея, — кивнул он, наконец. — Спасибо, Минто. Я подумаю на эту тему.

*****

Несмотря на довольно позднее время, Андана дождалась меня с Аукциона. Она и ужин распорядилась отложить до моего возвращения.

За столом она с интересом расспрашивала меня об Аукционе и обязательно уточняла цену, за которую ушел тот или иной артефакт. Еще и хмурилась, если я этого не запомнил.

Глядя на ее сосредоточенное лицо, я внезапно подумал, а почему бы и нет?

— Милая, у меня есть для тебя задание, — улыбнулся я. — Если захочешь, конечно. Как ни крути, ты пока еще не Раджат.

— Скоро буду, — отмахнулась Андана и устремила на меня горящий взгляд: — Говори!

— Мы получили очень неплохую прибыль с Аукциона, — начал я издалека. — И на магическую защиту этого особняка нам теперь точно хватит. Но я думаю, что имеет смысл сначала расширить нашу территорию, а уже потом ставить защиту. Нам тут рано или поздно станет тесно.

В этом районе земельные участки были относительно небольшими. Сто пятьдесят на сто пятьдесят метров. Эти участки объединялись в стандартный сектор-квадрат, с каждой стороны которого проходила однополосная автомобильная дорога. У восьми участков был доступ к одной из дорог, а центральный «глухой» участок, как правило, объединялся с одним из внешних восьми.

В моем секторе этот центральный «глухарь» принадлежал мне. Общая площадь моего участка, соответственно, составляла сто пятьдесят на триста метров. Для маленького рода этого, в принципе, достаточно.

Но если я захочу серьезно увеличить численность той же родовой гвардии, мы тут не поместимся. Про нормальную оборону — как у Дамаяти, например, — я и вовсе молчу, с соседями через стенку-ограду это нереально.

— Скорее всего, — осторожно кивнула Андана.

— Займешься выкупом прилегающих участков? — предложил я.

— Я? — изумилась девушка.

Странно, что она так удивляется. Переговоры с соседями аристократке вести будет куда проще, чем слугам рода. А наличие деловой хватки Андана показала уже не раз. Да, огрехи в делах у нее есть, но это всего лишь вопрос времени и опыта.

Я вопросительно приподнял брови.

— Конечно, займусь! — тут же поправилась Андана. — В какую сумму надо уложиться? И сколько участков мы хотим?

— Нам нужен весь сектор, — сказал я. — Так, чтобы со всех сторон от нашей территории были автомобильные дороги. Только наш сектор, на соседние пока не замахиваемся. Если оттуда будут предлагать участки по цене ниже рыночной, их тоже можно брать. На будущее. Но по остаточному принципу.

— Поняла, — кивнула Андана. — А наш сектор?

— А вот тут можешь предлагать цену вдвое выше рынка.

— Зачем?! — возмутилась Андана. — Да им и двадцати процентов сверху хватит!

— Я самые крайние условия обозначаю, — с улыбкой пожал плечами я. — А так-то, конечно, чем дешевле — тем лучше.

— Я тебя поняла, — улыбнулась в ответ Андана. — Сделаю.

— Спасибо, милая.

*****

Сразу после занятий в Академии на следующий день я, как и обещал, поехал к Мехта. Асан осталась в машине на гостевой стоянке, а я вошел в дом.

В гостиной меня встретила не только ректор, но и глава ее клана, Неру Мехта. На столике между нами уже стояли блюдца со всевозможными сладостями и чай в чайнике. Не масала, я надеюсь.

Когда Ребира Мехта разлила чай по чашкам, я только обреченно вздохнул. Масала. Ладно, я тут ненадолго, скорее всего.

Пригубив чай и съев какую-то круглую ярко-оранжевую штуковину, я посчитал долг гостя выполненным и с легким намеком посмотрел на главу клана. Тот коротко усмехнулся и достал откуда-то из-за своего кресла небольшую коробочку.

— Не боитесь? — добродушно хмыкнул глава клана.

Это он намекает на то, что, лишившись магии, я вообще ничего не смогу сделать? Вот интересно, а что меняет в этом раскладе моя магия, когда я один в главной резиденции великого клана? Да еще и в присутствии ректора, мага девятого ранга?

Старик протянул мне коробку, я ее взял, раскрыл и достал артефакт. Надев его себе на запястье, я едва заметно улыбнулся и ответил:

— А нужно?

— Нет, конечно, — ответил глава клана. — Мы не имеем враждебных намерений в отношении вас. Но ситуация… мало ли.

Перестраховывается? Опасается, что мальчишка, почуяв собственное бессилие, закатит истерику на ровном месте? Так он должен, вроде, понимать, что у меня есть за спиной опыт прошлой жизни… Не понимаю я его.

А все непонятное меня настораживает.

— Что чувствуете? — сменил тему глава клана Мехта, кивнув на браслет.

Сначала я хотел сразу и честно продемонстрировать им, что на полноцветных магов эта игрушка не влияет. Но своими намеками он подтолкнул меня к выбору запасного варианта.

— Пока ничего, — пожал плечами я.

И глава клана, и Ребира Мехта слегка нахмурились. Любой блокиратор плохо влиял на мага. Даже если ты знаешь, что тебя ждет, резкий отток магических сил — штука неприятная, и не заметить такое невозможно.

— Подождем какое-то время? — предложил глава клана. — Это все-таки не кристаллический блокиратор, может, у него другой способ действия.

— Конечно, как скажете, — кивнул я.

Спросил бы он сразу, знаю ли я принцип действия этой игрушки, мне пришлось бы ответить. А так намеками он может кидаться до посинения.

Отвечать на все подряд реплики собеседника и вестись на завуалированные провокации меня еще в прошлом мире отучили. Случаев, когда не ответить нельзя, на самом деле, не так уж много.

— Повезло вам с Аукционом, — нейтрально произнес глава клана, начиная вроде как ни к чему не обязывающий светский разговор, чтобы скрасить гостю время ожидания. — Очень многие прикидывали, как заполучить такой куш, а к вам он словно сам в руки упал. Поздравляю!

— Благодарю, — так же нейтрально улыбнулся я.

И вот теперь я уже был уверен, что глава клана именно провоцирует. Не на конфликт, нет, ни в коем случае. Он хочет таким образом получить информацию.

Стоит только одному его спорному предположению зацепить собеседника, и дальше, слово за слово, он вытащит из того все. А на эмоциях и подспудном желании оправдаться собеседник еще и выдать может намного больше, чем в спокойном разговоре. На невольную откровенность он провоцирует.

Я умом понимал, что передо мной сидит матерый политик. Не может глава великого клана не принимать участия в жизни страны на самом высоком уровне.

Однако впечатление о клане Мехта как об очень приятных в общении партнерах, которое создала Ребира Мехта, у меня померкло. Это лично с ней очень комфортно вести дела. А вот главе ее клана только палец протяни — всю руку откусит.

Ребира Мехта, кстати, молчала. Она вообще, за исключением приветствий, слова не сказала. Как бы ни был высок ее личный статус, в этой стране все-таки сильны патриархальные традиции. И лезть в разговор поперек главы своего клана она точно не станет.

— Впрочем, о чем я, — так же добродушно продолжал глава клана. — Вы же — вечный род. Я не раз был свидетелем, насколько удачно обстоятельства складываются в пользу вечных. Нет, я ни в коем случае не принижаю ваших усилий, но, согласитесь, вам феноменально везет.

Я с той же легкой улыбкой неопределенно покачал головой.

— Не согласны, я вижу? — хмыкнул он. — Я знаю, как минимум, о двух попытках вашего рода помириться с кровными врагами. Но только у вас почему-то получилось подкупить Дамаяти. Так они еще и невесту вам… предложили.

Любого нормального аристократа эта микропауза взбесила бы. Просто потому, что бастард средненького клана — вообще не ровня наследнику вечного рода, и на месте «предложили» вполне отчетливо читалось совсем другое слово.

— Она у вас красавица! — как ни в чем ни бывало продолжил Мехта. — И сильная, насколько я знаю. Хорошая кровь, хорошее будущее для ваших детей.

Подсластил пилюлю, что называется.

Однако по грани старик ходит. Был бы блокиратор настоящим и для меня тоже, постепенно ухудшающееся самочувствие могло стать той каплей, что заставила бы сорваться.

С другой стороны, этот срыв как раз и можно было бы на блокиратор списать. Ситуацию бы старик замял, но некий «моральный долг» у меня перед ним все равно остался бы.

Что-то клан Мехта мне нравится все меньше. И сближаться с ними я, пожалуй, больше не стану. Хватит им и того, что есть. Только сотрудничество, в чистом виде деловое, и не более того.

И невесту из их клана я даже рассматривать не буду. Не факт, что мне хотели кого-то предложить, но это уже неважно.

Сейчас я понял, что мне нужна своя коалиция. Те, с кем я хоть общаться смогу без вот таких неприятных подтекстов и ожидания двойного и тройного дна в каждой фразе. Не оставят меня в покое, пока я не примкну к какой-то серьезной силе. Или не сформирую ее сам.

Думать о клане пока рано, да и не представляю я, что нужно сделать, чтобы его создать, но союзники нужны все равно. И жены у меня будут только из тех родов и кланов, кто войдет в союз Раджат.

Старик так и продолжал вести «светскую беседу», я отделывался междометиями или откровенно уклончивыми ответами. Время шло.

В какой-то момент Ребира Мехта кончиками пальцев дотронулась до руки главы своего клана, обращая на себя внимание. Тот закончил свою мысль, дождался от меня очередного неопределенного покачивания головой и перевел взгляд на нее.

— Прошло уже почти полчаса, — мягко произнесла женщина. — Думаю, пора заканчивать.

— Спасибо, Ребира, — кивнул глава клана и вновь посмотрел на меня. — Итак, господин Раджат?

— Я не чувствую ничего необычного, — пожал плечами я.

— А плести вы можете? — уточнил он.

Я поднял руку и начал выплетать тестовое плетение своего мира. Оба представителя клана Мехта, как завороженные, уставились на разноцветные нити в моих руках.

А, точно, они же древнюю магию никогда не видели вблизи. Это не вспышки полноцветных плетений во время боя, тестовое плетение моего мира проявлялось в видимом диапазоне сразу и никуда не исчезало.

Плетение сорвалось у меня только на этапе, соответствующем девятому уровню контроля. Неожиданно, кстати. Это значит, что восьмой я уже уверенно держу. Выигранный на Турнире стабилизатор я, конечно, не снимаю, но это все равно многовато.

Когда плетение исчезло, Мехта словно очнулись.

— То есть на вас блокиратор не работает, — вздохнул глава клана.

Я молча кивнул.

— Вы знали об этом? — спросил он.

Подловил. Я-то знал, но только потому, что мне пришлось гоняться за этим артефактом и отбивать его у китайцев. Так-то не должен был знать.

— Предполагал, — вновь кивнул я.

— Почему? — сузил глаза глава клана.

Да ладно, он сейчас еще и посчитает, что я обязан был их предупредить?

— В моей прошлой жизни не было портативных блокираторов, — спокойно ответил я. — Если мы — действительно пришельцы из прошлого этого мира, то все здешние древние артефакты — это привычные мне с детства вещи. Или их аналоги.

— Вот оно как, — задумчиво качнул головой глава клана. — Согласен, это логичное предположение. А что это за артефакт, вы можете рассказать?

Рассказать-то я могу, да только с какой стати мне делиться этой информацией?

Я молча смотрел в глаза старику и прикидывал варианты. Отказать ему я могу и даже буду в своем праве.

Да только долг клана, который был мне обещан за испытания артефакта — вещь довольно неопределенная. Не помочь, если я попрошу, они не смогут. Но одно дело — получить помощь от действительно благодарного тебе клана, и другое — формальное выполнение данного слова.

Я ведь и сам только что такое провернул. Будь я действительно благодарен императору, я отдал бы ему это несчастное сокрытие и забыл бы о нем навсегда. Уж выкрутился бы как-нибудь из последующих проблем.

Нельзя игнорировать дух, выполняя только букву соглашения. Обещал помочь — так помогай до конца.

— В моем мире это называли стабилизатором, — ответил я. — Этот артефакт «обесцвечивает» магию. Для полноцветных магов это облегчает работу, потому что позволяет сразу окрашивать нить в любой цвет, а не бороться с инстинктивной склонностью к какому-то одному цвету.

— А для нас это означает блокировку привычного цвета, — закончил за меня глава клана. — Логично. Благодарю за разъяснения.

Я кивнул, принимая благодарность.

— И за испытания тоже благодарю, — склонил голову он. — Клан Мехта в долгу перед вами, наследник рода Раджат.

Личный долг. Что ж, долг роду они и не обещали. Однако мне надо помнить, что этот долг должен использовать я сам, в течение своей жизни.

*****

— Фух, — выдохнула Асан, когда за нашей машиной закрылись ворота поместья Мехта.

— Что тебя напрягло? — спросил я.

От чуйки профессионалов я отмахиваться не привык. Особенно если эти профессионалы — выходцы из очень непростого древнего рода.

Асан вывела машину из квартала, влилась в поток на более широкой улице и только тогда ответила.

— А знаешь, не «фух», — хмыкнула она. Ее взгляд практически непрерывно бегал по всем трем зеркалам заднего вида. — Я думала, меня Мехта так напрягали, ан нет. Мне и сейчас как-то не по себе.

Я прислушался к себе. Опасности я не ощущал, но какая-то нервозность была. Возможно, это просто эмоциональный отклик на состояние Асан, она мне все-таки не чужая.

— А раньше ты опасность чуяла? — спросил я.

— Только для себя, — пожала плечами Асан и тут же замерла.

— Китайцы? — с понимающей усмешкой сделал вывод я.

— Держись! — рыкнула Асан и резко вывернула руль вправо.

Глава 20

*****

Гвардия уже успела присоединиться к нам. К Мехта я их не потащил, разумеется, но город — тоже не самое безопасное место, так что они меня все-таки сопровождали по дороге на эту встречу и ждали неподалеку.

Сейчас головная машина гвардии пролетела мимо поворота, куда в последний момент вписалась Асан, а замыкающая все-таки успела втиснуться за нами. Сзади раздался визг тормозов головной машины.

Асан утопила газ в пол, и меня вжало в спинку сидения.

Она китайцев так боится? Или это я чего-то не знаю про них? В конце концов, это ее соплеменники. Может даже, именно Триада уничтожила ее род.

Окликать ее я не стал. Никогда не замечал за Асан отсутствия логики, а значит, у нее и сейчас есть какой-то план. Пусть действует, на обсуждение явно времени нет. Ну или она так считает, как минимум.

К моему удивлению, Асан вела машину не к дому, а в сторону пригорода. Не помню подробно карту этого района, но где-то тут неподалеку, вроде, пустырь есть.

Миновав очередной поворот, туда Асан и влетела.

И именно здесь стало очевидно, что этот «хвост» был наш. Сначала с двух сторон от нас оттормозились два внедорожника гвардии. А через пару секунд на пустырь завернули еще три машины, которые и прежде следовали за нами. Два внедорожника и микроавтобус.

Из чужих машин высыпали вояки в полной экипировке, включая огнестрел, броники и шлемы.

Моя гвардия тоже высыпала из машин и заняла позиции за ними.

От преследователей отделилась одинокая фигура и сделала несколько шагов вперед. Сильно приближаться этот «переговорщик» благоразумно не стал.

Я бросил взгляд на Асан.

— Подальше от гражданских, — коротко пояснила она свои действия.

Логично, триады и в моем мире не церемонились с простыми людьми. В отличие от аристократов.

— Оставайся в машине, — приказал я ей и распахнул дверцу.

Дождавшись от Асан неохотного кивка, я вышел и тоже сделал несколько шагов навстречу противнику.

Пару секунд мы молча стояли в паре десятков метров друг от друга.

А потом он махнул рукой, и его люди открыли огонь. Моя гвардия подхватила перестрелку тут же.

Мгновенно воплотив полноцветный щит, я лишь хмыкнул и остался стоять на месте. Плетение моего противника полыхнуло сине-фиолетовым цветом, и вокруг него возник сферический щит.

Седьмой ранг — это проблема. Точнее, как минимум седьмой ранг. Так-то он хоть девятым может оказаться, просто нет здесь угроз такого уровня, чтобы ставить многослойную сферу более высоких рангов.

Мерцание магических щитов, дробный перестук очередей, короткие крики-команды, — я не обращал внимания ни на что, кроме своего противника. Именно он пришел по мою душу, остальные — лишь поддержка. Максимум, гвардию мою на себя возьмут.

Он сорвался в бой так, что я едва уловил этот момент. Даже быстрее топтуна, которого я по крышам гонял. Все-таки знают, в этом мире, похоже, магическое усиление. Просто далеко не все.

Я уклонился на рефлексах, и даже не понял, что он такое в меня запустил. То ли маленький метательный нож, то ли иглу какую-то. Главное, что он прекрасно знает и использует слабые места стандартных щитов: медленно летящие предметы они не останавливают.

От следующей иглы я ушел перекатом назад. И уже в падении мысленно запустил в противника две подряд волны магических серпов. Пробить я его щит не пробью, но обзор я ему испоганю.

Когда я вскочил на ноги, мой противник как раз одним жестом развеял свой мутный щит. Да, у меня много мелких неприятностей для противника есть. И теперь, когда необходимость сохранения тайны меня уже не ограничивает, я их с удовольствием использую.

Не успел он поставить еще один щит, как я вновь отправил волну тех же серпов. Врезавшись в щит, они вновь растеклись крупными серыми кляксами, заслоняющими обзор.

Еще волна. И еще.

Противник вновь сбросил помутневший щит.

И на этот раз я успел до установки нового отправить в него одну крошечную и почти незаметную магическую горошинку. Летела она медленно, поэтому защитный артефакт ее пропустил.

Когда вокруг мага вновь появился сферический щит, я не удержался и широко ухмыльнулся.

Он явно почуял неладное, но сделать ничего не успел.

Его магический щит разорвало изнутри, а ничем не удерживаемая энергия из этого плетения разошлась видимым кольцом во все стороны от него.

Я присел и прикрылся таранным щитом, а его людей расшвыряло в разные стороны. Даже их машины чуть приподняло над землей, а одна из них легла на бок.

Бросив взгляд через плечо, я увидел, что моя гвардия сообразила спрятаться за машины. Они были существенно дальше от лопнувшего щита, чем люди противника, так что машины их действительно прикрыли.

Переждав волну неуправляемой силы, я развеял свой щит и рванул к противнику.

Но тот очухался первым.

Маг снова пустил от себя волну неоформленной силы, на этот раз сознательно и полукольцом. Только в нашу сторону.

И меня, и высунувшихся было гвардейцев снесло как пушинки. Все-таки мощное сознательное усилие и просто порция энергии от стандартного щита — это разные вещи.

Меня спиной впечатало в борт внедорожника гвардии. В глазах на миг все померкло от боли. Чувствуя, что сползаю по железу вниз, я привычно дал серию коротких магических импульсов по телу.

В глазах прояснилось, и когда я выпрямил колени, ноги почти не дрожали.

Маг-противник уже стоял в двух шагах от меня.

Я чуть прищурился, готовясь воплощать полноцветный щит, но он медленно развернул ладони ко мне и так же медленно начал поднимать руки.

Я ждал. Вряд ли он сдаться хочет, но что он задумал, я пока не понял.

Маг поднял руки на уровень головы и снял шлем.

Китаец, кто бы сомневался. Очень узкие раскосые глаза, короткий ежик жестких черных волос, широкие скулы и тонкие бесцветные губы.

— Мое почтение, господин Раджат, — с небольшим акцентом произнес он. — Вы — достойный воин. Я должен был в этом убедиться, прежде чем передать вам послание.

Это что, такая традиция — начинать знакомство с драки? В моей родной стране крепкая дружба частенько начиналась с доброй драки, но это, мягко говоря, не тот случай.

Я молча кивнул. Сам пусть придумает, что этот кивок мог бы означать.

— Мой господин, Лианг Сей-Сун, передает вам наилучшие пожелания и поздравления с прибытием в новый мир. Он понимает, насколько важная задача стоит перед древними магами, и полагает, что вам всем следует объединить усилия, не глядя на территориальное разделение. Сила течет беспрерывно, Мир един, и мы — лишь проводники его воли. Ты можешь быть частью единой неумолимой силы, которая снесет все преграды на своем пути, или же той песчинкой, что сломает отлаженный механизм.

Китаец низко поклонился и, выпрямившись, вновь встретил мой взгляд.

Полагаю, он ждал ответа, но я молчал.

Я не знаю, кто такой Лианг Сей-Сун, эту фразу про песчинку я слышал только в своем родном мире.

Это была любимая присказка легендарного мастера-охотника, который учил нас, балбесов, выживанию в дикой природе. В любой местности, любых погодных условиях и без каких-либо полезных предметов в кармане.

Не знаю, откуда ее взял Лианг. Может, мастер не только в военной Академии преподавал, но и с лекциями по миру ездил или книжки писал. А, может, просто так совпало, мало ли.

Однако интерес этот китаец во мне однозначно разжег. Крови между нами пока нет, так что рано или поздно я встречусь с этим Лиангом. И сам спрошу, что он хотел этим мне сказать.

— Я вас услышал, — вновь кивнул я.

Китаец склонил голову на прощание, на местный манер, и махнул рукой своим людям. Те очень шустро погрузились в машины.

Буквально через минуту на пустыре остались только мои люди.

*****

— Не задалось, да? — хмыкнул глава клана Мехта, когда наследник Раджат ушел.

Ребира молча отрицательно покачала головой.

— Совсем плохо? — уточнил глава клана.

— Не думаю, — ответила она. — Но лучше бы ты оставил общение с наследником Раджат мне.

— Да я уже понял. Очень прямолинейный мальчик, не любит он полутонов и недосказанностей.

— А ты оценил, как легко он отдал тебе информацию? — приподняла брови Ребира.

— О нет, не легко, — самодовольно усмехнулся глава клана. — Вот тут ты не права. Мальчик все продумал. И он рассчитывает на соразмерную помощь клана в случае чего.

— А ты готов ее предоставить?

— А почему нет? Я ему не враг и становиться им не собираюсь. Он задал тон нашей сделке, я не против. Отплачу в той же степени.

— Я рада, — улыбнулась Ребира.

— Девочка, ну ты меня совсем уж монстром-то не считай, — фыркнул глава рода. — Политика политикой, а честь никто не отменял.

— Но ты хочешь заполучить его в клан.

— Так не обманом же, — пожал плечами глава клана. — И силой тоже тащить не буду. Еще я за мальчишками не бегал!

Ребира слегка прикусила губу, чтобы спрятать улыбку. Не удержался все-таки от бурчания старик. Обидно ему, что слабый род, о котором еще полгода назад мало кто слышал, в его великий клан даже не стремится.

Впрочем, на вопрос он ответил прямо, и этот ответ Ребиру успокоил. Захочет род Раджат в клан Мехта — его примут с распростертыми объятиями. А нет так нет.

— Но девочку из наших ты ему присмотри, — с хитрой улыбкой добавил глава клана. — Ну и а вдруг понравится?

*****

Когда я вернулся домой, меня перехватила моя новая секретарша. Даже до своей комнаты и душа не дала дойти.

— Господин, пока вас не было, звонил глава рода Нгапура, — сообщила Мирабелла. — Просил связаться с ним, когда у вас будет время.

— Мирабелла, скажите, это срочно? — сдержав вздох, поинтересовался я.

— Нет, господин, — смутилась женщина.

— Тогда давайте вы с такими новостями будете ко мне приходить, когда я появлюсь в своем кабинете.

— Да, конечно, господин, — опустила голову она. — Прошу простить мне мою поспешность.

— Прощаю, — кивнул я. — И раз вы уже сообщили мне эту новость, организуйте нам с господином Нгапура разговор где-то через полчасика.

— Слушаюсь, господин.

Мирабелла поклонилась и почти мгновенно скрылась за углом коридора.

Из нее, кстати, действительно вышел неплохой секретарь.

Не Дадабхаи с его педантичностью, но она еще ничего ни разу не забыла и не упустила из виду. Из того, что я просил, конечно. Никакого даже подобия инициативы или вопросов, хоть краешком выходящих за мной же обозначенные рамки, я от нее не дождался. Мысль о том, что я тоже человек и могу о чем-то не подумать, ей в голову явно еще не приходила. Ладно, не идеально, но приемлемо. Пусть работает.

Приняв душ и переодевшись, я направился в свой кабинет. Успел даже устроиться в кресле, дождаться слугу с черным чаем и пригубить напиток. Как раз в этот момент зазвонил стационарный телефон.

— Слушаю вас, — поднял трубку я.

— Господин Раджат, добрый день, — голос оказался низкий, мягкий и какой-то бархатистый. — Меня зовут Нируен Нгапура, я глава рода Нгапура.

Я не успел запросить информацию по этому роду, но среди древних я эту фамилию точно не видел. И все-таки где-то я о Нгапура уже слышал, так что вряд ли они из совсем уж молодых родов. Скорее, старый род, уже имеющий шакти, но не имеющий при этом заметной силы или влияния.

— Очень приятно, господин Нгапура, — ответил я.

— Благодарю, что нашли для меня время, — продолжил он, — и не буду злоупотреблять вашим вниманием. На Аукционе вы были заинтересованы в артефакте правды, который выставлял мой род. Скажите, вам все еще нужен этот артефакт?

Очень интересно. У них он что, не один? А если не один, то почему на торги выставили только один?

— Да, я с удовольствием приобрел бы его, — ответил я.

— По счастливой случайности, у моего рода есть еще один такой артефакт, — сообщил Нгапура. — И мы готовы уступить его вам за две трети итоговой аукционной цены.

Лакшти забрал тогда этот артефакт за тридцать четыре миллиона. Сейчас мне его предлагают за двадцать два с небольшим. Неплохая была бы сделка, если бы мы с Лакшти не накрутили тогда цену своим нежеланием уступать друг другу.

Астарабади уже просветил меня, что больше семнадцати эта игрушка не стоит.

— Пятнадцать миллионов, — предложил я наобум.

— Договорились, — неожиданно согласился Нгапура. — У меня только одна просьба к вам, господин Раджат.

— Слушаю вас внимательно.

— Постарайтесь не распространяться о том, откуда у вас такой артефакт.

Ага, все-таки это не совсем красивый ход. Так я и думал.

— Само собой, — ответил я. — Да и не собираюсь я выставлять его напоказ. Однако если ситуация будет…

— Конечно, я все понимаю, — прервал меня Нгапура. — Это стандартная практика, просто светить ее не принято. Думаю, вы понимаете, что два и более одинаковых артефактов выставлять на Аукционы попросту невыгодно. Если это не что-то невероятно редкое. А так-то все понимают, что купленный на Аукционе артефакт — не эксклюзив. Аналогичных артефактов может оказаться сколько угодно, и все они будут проданы за кулисами.

Вот оно как, оказывается. Аукцион — это еще и изучение спроса. Как минимум, в отношении не особенно редких вещей.

Впрочем, логично. Два одинаковых артефакта на Аукционе мало того, что цену собьют, так еще и процент организатору Аукциона отдать придется. Это не считая налогов. А со сделок «из рук в руки» можно не платить вообще ничего. Теоретически.

— Благодарю за разъяснения, господин Нгапура, — ответил я. — Можете быть уверены, я всецело одобряю подобную практику и ни в коем случае не собираюсь как-то ее дискредитировать.

— Отлично, — повеселел Нгапура. — Тогда, если вам удобно, я пришлю курьера завтра к вечеру.

— С нетерпением жду.

Попрощавшись и положив трубку, я не сдержал предвкушающую усмешку. Стандартная практика, говорите? Две трети цены Аукциона?

О, у меня есть, что предложить несостоявшимся покупателям моего плетения сокрытия. И, пожалуй, я задержусь в столице еще на денек. По свежим следам продать схему плетения тем, кто не смог купить ее на Аукционе, будет намного проще, как мне кажется.

Глава 21

*****

Глава рода Нишант принял меня на следующий же день. Думаю, он понимал, зачем я попросил о встрече, раз уж продажа копий «за кулисами» — стандартная практика. Это только я был не в курсе.

Особняк Нишант находился в северной части столицы, но намного ближе к центру, чем мой. Размером, правда, он был практически таким же. И да, это тоже были частные земли, не родовые.

— Вы меня заинтриговали, господин Раджат, — с улыбкой сказал глава рода Нишант, когда мы устроились в креслах в гостиной. — Обычно после Аукциона могут всплыть вторые-третьи экземпляры артефактов, но со схемами плетений вряд ли такое возможно. Поэтому я вас внимательно слушаю, мне очень любопытно.

Упс, прокол, однако.

Я, правда, не понимаю, в чем проблема скопировать схему плетения. Это просто рисунок на бумаге. Ну или не обязательно на бумаге, встречаются и куда более древние схемы, и они могут быть хоть на камне, хоть на металле. Но это все равно просто рисунок, что тут такого-то?

— Прошу прощения, но не поясните ли, почему нельзя скопировать схему? — осторожно уточнил я.

— Можно, — пожал плечами Нишант. — Если вы это плетение знаете и умеете воплощать, это легко. Хоть сотню копий сделаете. Но если плетение вам незнакомо, то любое отклонение от верного угла или иное скругление может стать фатальным, а вы этого даже не заметите.

Логично. Не обязательно, кстати, воплощать, я и без этого схемы рисую легко. Но я понимаю, что я делаю и зачем, а местные — нет. Так что для них уметь воплощать, вполне вероятно, неизбежное условие.

И сфотографировать схему плетения нельзя. Точнее, можно, но толку не будет. Почему-то на любой фотографии линии плетения становятся намного толще, чем в оригинале, и часть подробностей на снимке попросту не разобрать. Линии плетения как будто мировая энергия «подсвечивает».

— Или вы все-таки нашли мастера? — Нишант устремил на меня острый взгляд.

А, то есть это все-таки возможно. Что ж, спасибо за подсказку.

— Нашел, — кивнул я.

Тьфу, да конечно, это возможно. Есть же люди, которые знают другие версии плетения сокрытия. И освоить мою, лишь чуть-чуть отличающуюся, это недолго.

— И вы готовы предложить мне плетение сокрытия? — Нишант аж в струнку вытянулся в ожидании ответа.

— Да, — кивнул я.

— Слава всем забытым богам! — выдохнул он и обессиленно откинулся на спинку кресла.

М-да, кто же так ведет себя на сделке? Видимо, ему край как нужно это плетение, чуть ли не вопрос жизни и смерти. Иначе я не понимаю такой эмоциональности. Я ведь сейчас любую цену могу загнуть, вплоть до почти полной аукционной, и они заплатят.

— Шестьдесят миллиардов, — сходу предложил Нишант и тут же развел руками: — У моего рода попросту больше нет.

На Аукционе мое сокрытие ушло за шестьдесят восемь. Минус двадцать пять процентов налога, это стандартная ставка для всех предметов роскоши. А все, что выставлено на любой аукцион в стране, по умолчанию имеет статус предметов роскоши. Процент площадке я не отдавал, это же мой Аукцион был.

Итого за первое сокрытие я получил пятьдесят один миллиард.

Нишант предлагает больше.

Но нельзя. Если я хочу однажды увидеть этот род в своем клане или хотя бы в союзниках, нельзя так обдирать его. Тем более, если это действительно близко для них к полному выгребанию всех заначек.

— Пятьдесят, — ответил я. — Это честная цена. Не две трети, как принято, но…

— Уникальность копии, я понимаю, — кивнул Нишант.

Смешно прозвучало, но да, он прав. Копия со схемы уникального плетения — это еще большая редкость, чем сама схема.

— Договорились, — улыбнулся Нишант. — И примите мою благодарность за то, что с этой копией вы пришли именно к нам.

Глава рода слегка поклонился из положения сидя.

— Не стоит, господин Нишант, — с легкой улыбкой ответил я. — Я считаю, что родам, которые так важны для Мира, стоит поддерживать друг друга. По возможности, конечно. И я рад, что мне такая возможность представилась.

Глава рода удивленно приподнял бровь и неопределенно покачал головой. Мой намек на появлявшегося в его роду полноцветного мага он явно понял, но отвечать мне не собирался. Да я и не ждал от него ответа.

Пока достаточно того, что я обозначил свою позицию и возможность сближения. Надо ли ему это, следующий вопрос. И ответ на него я получу никак не сейчас.

*****

— Приветствую, Шанкара! — раздался мужской голос.

Шанкара обернулась и застыла. Какого проклятого?!

Перед ней стоял Тайен. Глава службы безопасности ее рода.

Как он мог здесь оказаться? Когда отряд уходил в Свободные земли из форта Арджау, там осталась ее личная слуга, Алисия, в качестве связного. Официально Шанкара умерла, но это не значит, что род от нее отвернулся.

Когда они встретили архонта и осели на неопределенное время в Свободных землях, Шанкара отправила тройку бойцов из своего отряда предупредить Алисию. Без подробностей, разумеется, просто чтобы ее род панику не поднимал.

И вот теперь тут объявился Тайен. Глава родовой СБ в принципе не может действовать без ведома главы рода. А это значит, что координаты резиденции архонта уже не тайна. То есть свое слово, данное архонту, Шанкара не сдержала.

Кто сообщил безопасникам? Кто-то из ее ребят? Или даже сам Риташ? Вряд ли такое могло пройти мимо командира отряда. Никто больше не знал, а своим она вполне конкретно обозначила, что можно сказать Алисии для передачи СБ рода.

Как это вообще возможно? Они все принесли Шанкаре магическую клятву верности. Они физически не могут нарушить ее приказ. По крайней мере, до сих пор девушка была в этом уверена. Выходит, они обошли как-то клятву?

А ей-то теперь что с этим делать?

По факту — ее слово нарушено. Шанкара больше не имела права называть себя аристократкой. Морального права. А если кто-то захочет, то и формального статуса она тоже лишится. Это единственное, за что аристократа можно безоговорочно исключить из рода: за нарушение слова.

Кто ее так подставил-то? Неужели, правда, ее бойцы?

И что с ними делать? По-хорошему, за такое пристрелить мало.

А она сможет вообще? Перед ее глазами встали лица. Риташ. Маг. Остальные ребята. Они ее тренировали. Они ее из-под огня вытаскивали. Она им защиту усиливала. Магией в бою прикрывала. Исследование источников даже на подконтрольной архонту территории не было легкой прогулкой.

Шанкара доверяла своему отряду с закрытыми глазами. Да она родичам с такой готовностью спину не подставила бы, как своим бойцам.

Ладно, хоть клятву неразглашения додумалась с них взять, чтобы не выдали о ней лишнего в случае чего. Хотя раз они обошли одну магическую клятву — обойдут и другую…

И что теперь? Всех убить? Шанкара сразу понимала, что не потянет такое морально. Только Ришата как командира? А остальные что, молча это проглотят и забудут? Да она никогда больше им доверять не сможет после такого. Даже если они реально не знали и не причастны, что тоже под вопросом.

Зачем? Кто вообще додумался спустить на тормозах ее слово? Она не верила, что гвардейцы не знали, чем это для нее чревато.

За что?.. Они пошли за Шанкарой добровольно. Их изначально приглашали в ее отряд и спрашивали, готовы ли они принести личную клятву. Были там отказавшиеся, те просто остались служить дальше в гвардии рода. А эти пошли за ней сами. Ради того, чтобы вот так предать?

Просто выгнать их тоже не вариант. Это из рода можно изгнать, а личная клятва нерасторжима в любом случае. Да и ненадежна, как выяснилось, а они слишком много о ней знают.

Что делать-то?!

— Шанкара, не сходи с ума, — сказал Тайен. — Никто тебя не предавал!

Девушка скептически посмотрела на безопасника. Читать людей он умеет, этого у него не отнять. Да только зря он забывает, что она — не Шанкара, и ей не шестнадцать.

— Мои ребята ждали твоих бойцов в форте, — пояснил он. — И просто проследили за ними. Тихо. Сами!

Шанкара не поверила. У Тайена просто нет в подчиненных людей с военным полевым опытом.

Служба безопасности — это слегка иная специфика. Там нужно уметь общаться с людьми, растворяться практически в любой среде, анализировать и связывать между собой крохи информации и так далее. Возможно, слежкой у него кто-то и занимается, но только в городе. Не то сейчас время, чтобы интересные источники информации пешком по лесу бегали.

И этих городских топтунов не обнаружили ее матерые псы войны? Риташ служил на южной границе, он собаку съел именно в этих лесах. А тут городских прохлопал, идя сюда аж от самого форта? Бред.

— Алисия знала о твоем человеке в форте? — спросила я.

— Знала, — сжал зубы Тайен.

Ну да, несложная же логическая цепочка. Ее мысль безопасник понял с полуслова, но Шанкара решила это все-таки озвучить. Больше для себя.

— Раз знала, наверняка предупредила, как минимум, Риташа, — ровно сказала Шанкара. — А дальше… Полагаю, Риташ сказал, что ему нельзя с безопасником встречаться. И ушел. А безопасник намек понял и тихо проследил за отрядом. Вернее, Риташ позволил ему проследить. И всю дорогу делал вид, что не замечает слежку. Так?

Тайен смотрел ей в глаза и молчал.

А Шанкаре впервые в этом мире хотелось закатить истерику. Громкую такую, с криками и матами. Да только толку?..

Девушка сделала глубокий вдох, встала и отошла к окну.

Ей уже не нужно было подтверждение от Тайена. Только так Риташ мог обойти клятву и приказ. Он ведь ничего и не сказал сверх того, что они с ним оговорили. А приказа избавиться от слежки не было.

Это прям-таки классический пример соблюдения буквы договора при полном нарушении его духа. Можно в учебники казуистики вносить.

И это предательство. Можно как угодно вертеть формулировки, можно формально оправдать Риташа, можно даже тихо выпроводить Тайена, и никто ничего не узнает. Однако лично для Шанкары это ничего не изменит. Это предательство. И доверять командиру она больше не сможет.

А остальным? Как минимум, половина бойцов отряда слежку дилетантов в лесу не заметить не смогла бы. Впрочем, ладно, не подчиниться приказу Риташа они тоже не могли.

То есть для Шанкары вопрос, по большому счету, только в одном человеке.

Что делать с Риташем?

— Шанкара, не пори горячку, — вкрадчиво начал говорить Тайен.

— Заткнись, — коротко бросила девушка. — Не беси меня сейчас!

— Я вернусь через час, — на удивление покладисто согласился Тайен, и через пару секунд Шанкара услышала легкий хлопок двери.

Ну хоть так. Девушка подумала, что потом разберется, с чего вдруг безопасник стал таким шелковым. Сначала — Риташ.

*****

Следующее утро началось для меня рано. Намного раньше, чем если бы я просто собирался на учебу в Академию. Сегодня мы уезжали в Лакхнау.

Но перед этим мне нужно было принять людей в слуги рода. Новых гвардейцев, диверсантов, разведчиков, безопасников — всех тех, кого командиры посчитали готовыми и успели хоть как-то обкатать в недавних операциях.

В качестве своеобразного плаца использовали полигон особняка. Когда я вышел на заднее крыльцо, на тренировочной площадке собралась толпа. Там были все: и действующие слуги рода, и новички.

Подразделения стояли отдельными… кучками. Строем это сложно было назвать. Да и ни к чему большей части силовых подразделений строевая подготовка, у них другие задачи.

Перед каждой группой людей стояли командиры. Карим, Рам, Марна, Биджау. Даже Астарабади стоял чуть в стороне, возглавляя отдельную группу. Костяк обеспечения Аукциона он притащил ко мне, что ли?

И только Асан привычно заняла место за моим плечом, стоило мне спуститься с крыльца.

— Сегодня для всех нас знаменательный день, — чуть усилив плетением голос, начал я. — Вы станете частью большего, чем отдельно взятая семья. Вы будете работать не только на будущее своих детей, теперь за вашей спиной встанет гордость тысячелетий. Вы станете частью вечного рода, его опорой, его составляющей, его щитом и силой. Вы своими руками будете творить очередную страницу истории. Одну из многих в бесконечном круге жизни.

Я обвел взглядом людей, выхватывая то и дело незнакомые лица.

Все они напряженно слушали меня и как будто хотели податься вперед. И волнение в них тоже чувствовалось. Скептичных или равнодушных не было, все они пришли сюда, чтобы осуществить то, чего действительно хотели.

— Род Раджат сегодня станет еще чуть-чуть сильнее, — продолжил я. — Вы сделаете его сильнее. Каждый из вас. Я верю, что вы приложите все свои силы, чтобы не посрамить честь, чтобы приумножить силу, чтобы продолжить и развить то, что будет жить вечно.

Я сделал небольшую паузу, и все люди почти синхронно ударили себя кулаком в грудь. Многие — с хорошего такого размаха. Низкий гулкий звук удара прокатился по рядам бойцов и отдался эхом. Странное ощущение, откуда тут эхо?..

— Сегодня не будет никакого отбора, — едва заметно улыбнулся я. — Я верю вашим командирам, я верю вам, тем, кого они сочли достойными. Все, кто сегодня здесь, станут частью моего рода. От сих и далее мы все — единое целое. Мы — род Раджат.

По задним рядам прокатились чуть слышные вздохи облегчения. Видимо, далеко не все были так уж уверены, что я их возьму.

Что ж, основания для такого опасения казались логичными. Будь мой род сильнее, я не стал бы принимать в слуги так. Обязательно поговорил бы с каждым, это как минимум. Собственно, в следующий раз так и будет. Но этим людям повезло, в первый и единственный раз они использовали кредит доверия, который у меня есть к моим ближникам.

Я перевел взгляд на самое правое от меня подразделение, встретил взгляд Карима и кивнул ему. Родовая гвардия — это основа основ. И Карим — вместе с Асан — первым принес мне личную клятву. Так что выбор, с кого начинать, для меня очевиден.

Карим подошел ко мне, остановился в двух шагах, склонил голову и произнес:

— Господин, за прошедшее время я подготовил для рода больше пяти десятков человек. Все они достойны, но еще не все успели проявить себя в деле. Сегодня я готов поручиться за девятнадцать новичков. Они будут служить вам так же, как служу я.

Я молча кивнул, и Карим махнул рукой. Решительным быстрым шагом к нам направился первый гвардеец-новичок. Суровый мужик под сорок с тонкими плотно сжатыми губами и рваным шрамом на виске.

Не доходя шага до меня, боец опустился на одно колено и приложил кулак к груди:

— Я, Рустар из семьи Дахада, клянусь своей жизнью верно служить роду Раджат, быть ему надежной опорой и защищать его любой ценой. С этого момента и до самой смерти!

Кажется, впервые в этом мире я услышал клятву слуги, а не вассала.

Гвардеец не был одаренным, он клялся жизнью, и эффект клятвы проявился немного иначе. Всю фигуру бойца на мгновение окутало едва видимое марево, какое бывает в пустынях.

— Я принимаю твою клятву, Рустар Дахада, — ответил я. — Встань, слуга рода Раджат.

Дальше люди пошли один за другим. Сначала гвардейцы, потом диверсанты, затем безопасники и разведчики.

Астарабади я оставил на закуску. Просто потому, что его людей я не ожидал здесь увидеть. Точнее, о шестерых он предупреждал давно, но их здесь два десятка было.

Когда Астарабади подошел ко мне, то встретил мой вопросительный взгляд.

— Господин, — склонил голову он. — Я взял на себя смелость привести к тебе не только тех, с кем я прошел воду и пламя, но и тех, от кого будет зависеть финансовое будущее рода. За каждого из этих людей я готов поручиться своей жизнью. Не все они бойцы, но никто из них не подведет, никто не предаст, никто не дрогнет. Я смиренно прошу принять их в род и дать им шанс послужить тебе на благо.

Слова он говорил правильные, да и я уже во всеуслышание заявил, что приму всех, кто пришел сюда сегодня. Однако это не отменяло того, что подобное своеволие уже на грани.

— Рискуешь, Феришт, — тихо сказал я. — Мой кредит доверия тебе не бесконечен.

Я их приму, у меня сейчас уже нет выбора. Но если хоть один из них оступится, пусть даже не критично для меня или рода, это бросит огромную тень на самого Астарабади. И он не может этого не понимать.

— Прости, Шахар, — так же тихо ответил Астарабади. — Я не успел поговорить с тобой вчера. После Аукциона людей начали потихоньку давить, особенно не-бойцов. Я мог бы укрыть их всех, но считаю, что раз Аукцион официально принадлежит роду, то и делать это должен род. Иначе будет ущерб твоей репутации.

Астарабади явно волновался и формулировал чересчур кратко и резко, но по сути он был прав. Разве что ему все-таки стоило найти полчаса и сообщить мне все это до.

— Я понял тебя, — кивнул я. — Но в следующий раз согласовывай такие действия заранее.

— Обязательно, — с облегчением выдохнул Астарабади. — И спасибо тебе. За них.

А мой ближник — не только хомяк, но еще и наседка, оказывается. За своих людей он переживал больше, чем за свое положение. Я ведь мог и отстранить его от себя за такие выкрутасы.

— Вернусь — поговорим, — хмыкнул я напоследок. — И еще. Ты остаешься здесь за старшего на время моего отъезда. Нужно будет — разрешаю временное проживание на территории особняка не только слугам рода.

Астарабади вскинул на меня изумленный взгляд.

— Да, ты правильно меня понял, — кивнул я. — Остальных людей из обеспечения Аукциона тоже можешь укрыть на время здесь. Их все равно нужно будет сделать слугами рода рано или поздно.

— Благодарю, Шахар, — Астарабади сделал шаг назад и глубоко поклонился.

Затем он обернулся к своим людям и махнул рукой. Церемония принятия в слуги рода продолжилась в прежнем режиме.

Общая численность людей в роду сегодня увеличилась почти вдвое. Во многом это был эффект низкой базы, но тем не менее. Девятнадцать новых гвардейцев, одиннадцать диверсантов, двадцать шесть безопасников, шестеро разведчиков и двадцать один человек Аукциона. Итого почти сотня человек.

Это не считая тех, кто ждет своей очереди, но по факту уже работает на род. Таких еще сотни две наберется, и большая часть из них со временем тоже вольется в род.

Род становится сильнее. И это только начало.

Глава 22

*****

Андана смотрела на шоколадный рулет на столе, и у нее на глаза наворачивались слезы.

Шахар уехал, сегодня она завтракала в одиночестве. Но вот это лакомство — его подарок. До сих пор таких редких десертов в этом доме не водилось.

Он как-то невзначай поинтересовался однажды, что она любит из необычной еды. Андана ответила и тут же забыла этот разговор, приняв его за обычный треп. В последнее время они с Шахаром стали все чаще проводить время вместе и говорить обо всем подряд.

А вот теперь, чуть ли не декаду спустя, Шахара в доме нет, а рулет — вот он.

Андане никто и никогда не делал таких подарков. Точнее, никто не заботился о ней в мелочах. Мать в свое время не имела такой возможности, они очень стесненно жили до появления представителей клана Дамаяти. А сами Дамаяти просто не считали нужным баловать бастарда.

Андана так и продолжала смотреть на шоколадный рулет. Она соврала Шахару, она никогда не пробовала такой рулет. Но почему-то именно эта штука у нее с детства ассоциировалась со счастьем.

Утро и шоколадный рулет. Девочке из бедного квартала казалось, что именно так должны завтракать по-настоящему счастливые люди. Она была слишком мелкой, чтобы понимать, что достаток или даже богатство сами по себе мало что изменят.

Улыбнувшись сквозь слезы, Андана поняла, что в общем-то, была права в той своей детской мечте. Которая только что сбылась.

Утро, шоколадный рулет и счастье от того, что будущий муж так о ней заботится.

*****

В Лакхнау я взял с собой очень много народу. Два отряда родовой гвардии, десяток безопасников, троих разведчиков, которые хотели вживую проверить состояние агентурной сети в Лакхнау, и среднюю группу диверсантов. Кортеж внушительный получился.

Может, поэтому мы и доехали совершенно спокойно. Нападать на такую толпу дураков нет. Да и не взять нас без запрещенного оружия, машины с нормальным классом бронирования у нас было время заказать.

Самое смешное, что остановиться в Лахнау нам было фактически негде. Родовое поместье в руинах, а резиденции в городе род не держал. Ну не ехать же на тот склад, который безопасники приспособили под базу? Теперь меня уже даже свои люди в подобном желании не поймут.

В итоге мы сняли полностью туристическую базу в пяти километрах восточнее Лакхнау.

Условия для аристократов тут, конечно, слегка неподходящие, но я еще не успел стать высокомерным снобом, так что плевать. Зато посторонних здесь нет. Можно организовать нормальный контроль периметра и не стесняться в применении оружия в случае чего.

И Карим, и Рам, и Асан только обрадовались такому моему решению.

Разведку и часть безопасников мы сразу отпустили заниматься запланированными для них делами, а оставшуюся пятерку безопасников неожиданно взяла под свое крыло Асан.

Я сначала не понял, зачем она их на тренировочной площадке гоняет. Сообразил, только когда ко мне первый визитер приехал. Китаянка этих безопасников мне в телохранители набрала, оказывается. Причем, похоже, еще в столице, раз они даже слова ей поперек не сказали.

Так что гостя я встречал с двумя бойцами в полной выкладке за спиной и подающей чай Асан.

— Каджумдар-джи, присаживайтесь, — с улыбкой кивнул я гостю.

Финансист рода степенно поклонился и уселся в кресло напротив меня.

— Господин Раджат, очень рад вас видеть, — неторопливо сказал он. — Я надеялся, что вы не забудете родной регион в угоду столице. Хвала всем забытым богам, что мои надежды оправдались.

Забавный старичок. Низенький, сухонький, но очень подвижный и живой. Слова он тянул слегка нараспев, вызывая у меня ассоциацию со сказителями из древних времен. Кромешная ночь, очаг с живым огнем и собравшиеся в кучку вокруг сказителя жители глухой деревни. Прям как живая эта картинка у меня перед глазами встала.

— Родовое поместье я восстановлю в любом случае, — ответил я. — И бизнес в этом регионе я сворачивать не собираюсь. Однако вам я хочу предложить переехать в столицу. Там для вас есть куда более широкое поле деятельности.

— Благодарю за теплые слова, господин, — склонил голову Каджумдар. — Я получил распоряжение Астарабади-джи готовиться к переезду. И, сказать честно, мне это не по душе.

Неожиданно. Я был уверен, что люди на серьезных постах так или иначе стремятся сделать карьеру. А перевод из далекой провинции в столицу, под бок к наследнику рода, — это хороший шаг вперед.

— Почему? — спросил я.

— Вся моя семья уже много веков живет в Лакхнау, — ответил старик. — Да и я сам уже не молод. Сыновей я воспитал, они идут по моим стопам, как и подобает. А сам я уже не стремлюсь к вершинам. Я выполню вашу волю, господин. Если я вам нужен, я перееду в столицу и приложу все силы к развитию бизнеса там. Однако, если позволите совет, вам нужен кто-то более молодой и энергичный, нежели отживший свое старик.

Есть в Индии такая тенденция, я ее уже встречал.

Жесткого деления на касты, как я его помню по своему миру, здесь нет, но семейные традиции очень сильны. Девяносто процентов детей выбирают ту же сферу деятельности и ту же профессию, какая была у их отцов и дедов. И так век за веком.

Здесь даже у простолюдинов, которые занимаются своим ремеслом, могут обнаружиться очень интересные семейные секреты мастерства.

— У вас есть, кого предложить вместо себя? — поинтересовался я.

— Мой младший сын — бунтарь, — с добродушной усмешкой ответил Каджумдар. — Старший пошел в меня, он сменит меня на моем посту здесь, в Лакхнау, и проживет жизнь так же, как прожил ее я. А младший, сорванец, в мать пошел. Не сидится ему на месте, все что-то новое хочет освоить. При этом специалист он грамотный, я сам его гонял. За его квалификацию я ручаюсь.

Что ж, попробуем так. Сыновьям старика, насколько я понимаю, уже далеко за тридцать, и они тоже слуги рода. Не буду я заставлять его самого, раз не хочет.

— Хорошо, — кивнул я. — Я жду вашего сына здесь завтра утром. Принципиально я не против такой замены, но хочу сначала сам с ним поговорить.

— Благодарю вас, господин, — Каджумдар низко поклонился прямо из положения сидя. — Я пришлю к вам своего сорванца.

*****

— Госпожа, — Риташ упал на одно колено сразу, как вошел в комнату.

— Встань, — ровно произнесла Шанкара. — Закрой дверь и сядь в кресло.

Командир едва заметно вздохнул и выполнил, что сказано. Судя по поведению, Тайен его уже предупредил. Вряд ли успел объяснить суть ее претензий, сделала вывод девушка, но предупредил однозначно.

— Я тебя слушаю, — так же ровно продолжила Шанкара. — Хочу понять, почему ты так поступил.

— Я поступил по совести, — сжал зубы Риташ.

А, может, и суть Тайен тоже успел изложить, раз вопросов не последовало, мысленно хмыкнула Шанкара.

— Ты понимаешь, в какую ситуацию меня поставил? — уточнила она.

— Я поклялся обеспечить вам безопасность. И я ее обеспечил.

Не понимает и понимать не хочет. Шанкара сделала глубокий вдох и пару секунд помолчала. Объяснять, нет? Имеет ли это вообще смысл? Она ведь все равно не оставит этого человека рядом с собой.

— Именно так ты и обошел клятву, — задумчиво отметила Шанкара. — Плевать тебе на мои приказы, ты руководствуешься только собственным пониманием верности.

Риташ напрягся, но все же ответил:

— Если вы будете стоять на краю пропасти и захотите сделать шаг вперед, а мне прикажете не вмешиваться, то что будет верностью в этой ситуации? Позволить вам умереть?

— А в такой ситуации ты и прямой приказ пересилишь, — вновь кивнула Шанкара скорее своим мыслям.

Неожиданно было понимать такое именно о нем. Сколько лет он был военным? Сколько потом в гвардии рода отслужил? Неужели за все эти десятилетия у него так и не отложилось в голове, что такое приказ?

Или он попросту не считает себя подчиненным?

Хороший, кстати, пример он привел. Пропасть, приказ, риск на жизнь. Отлично покажет баланс доверия и готовности подчиняться. На этом примере она и проверит, пожалуй, всех остальных бойцов, решила Шанкара. И только потом станет понятно, кого она оставит рядом с собой. И оставит ли вообще хоть кого-то.

— Я не позволю вам умереть! — выдохнул Риташ.

Шанкара прикрыла глаза, пытаясь удержать свою ярость.

— Ты ставишь свое мнение выше моего, — все еще пытаясь сдержаться, начала она. — Ты мои приказы и не собирался выполнять с самого начала. Разве что избирательно. И только после того, как ты решишь, что этот приказ имеет смысл. Ты не служить мне пошел, ты меня опекать хочешь. Так?

Риташ отшатнулся, вжавшись в спинку кресла и побледнел.

— Кто дал тебе право решать за меня?! — рявкнула Шанкара, уже отбросив равнодушную маску. — С какой стати ты вообще считаешь, что знаешь, что для меня лучше?!

Шанкара вновь прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. Да, он — предатель. Понимает он это или нет, это отдельный вопрос. Но он в любом случае не заслужил всей той ярости, что копилась годами еще в прошлой жизни.

«Я знаю, что для тебя лучше!» — это бесило девушку еще в ее родном мире. Подобными фразами заканчивался почти каждый ее разговор с отцом или братом там. Тогда она ничего не могла сделать, в том мире женщина была фактически собственностью мужчины. И все поблажки, которые она имела, были прямым результатом их доброй воли.

Именно поэтому Шанкара так радовалась, очнувшись здесь. Она получила возможность стать свободной, и реализовала ее сполна. Уж козырю рода даже глава этого рода вряд ли посмеет что-то запретить.

Да только люди не меняются. Стоит кому-то получить хоть какое-то основание, чтобы внутренне поставить себя выше других, он тут же начинает навязывать им свое мнение. Основание может быть какое угодно: знания, опыт, прожитые года, — это неважно. И признает ли это основание весомым еще хоть кто-то — тоже неважно. Это просто оправдание для неистребимого желания навязать свою волю другим. Так было в ее мире, так оно и здесь.

Неудивительно, что снова кто-то пытается решать что-то за нее. Девушка ожидала чего-то подобного от рода, от дяди или брата, но чтобы слуга?! Дожили! Хреновая из нее получилась хозяйка, раз ее же люди ни во что ее не ставят.

— На прощание я все же объясню, — вновь ровно сказала Шанкара. — Своими действиями ты поставил под сомнение мое слово. Слово аристократки. Благодаря тебе я теперь в любой момент могу оказаться простолюдинкой.

Риташ побелел.

— Доволен результатом своей опеки? — хмыкнула Шанкара.

Риташ сполз с кресла, встал на колени и уперся лбом в пол.

— Простите меня, госпожа, — глухо произнес он.

— Такое не прощают, Риташ, — ровно ответила Шанкара. — Мне не нужны вольные или невольные предатели под боком. И уж тем более не нужны те, кто будет саботировать мои приказы. Твоим людям я дам этот выбор: либо они подчиняются мне безоговорочно, либо убираются с глаз долой. А ты свой выбор уже сделал на практике. Это наша с тобой последняя встреча. Встань.

Риташ поднялся на ноги, но смотрел по-прежнему в пол.

— Остаешься здесь на ближайшие полчаса. Потом свободен.

— Да, госпожа, — тихо ответил Риташ.

Шанкара бросила на него последний взгляд и вышла из комнаты.

*****

Я стоял в проеме ворот и смотрел на руины родового поместья. Каменный завал на месте особняка. Обугленный остов казармы. Одинокий «клык» обвалившегося склада. М-да…

Ну хоть трупов тут не было. Астарабади сказал, что отдал распоряжение «прибраться» тут, когда говорил с финансовым управляющим. На расчистку завалов команды не было.

А ведь я появился в этом мире всего-то три месяца назад. В этом самом особняке.

Так, ладно, не время для воспоминаний. Обстановочка, конечно, депрессивная, но, с другой стороны, ничего сносить не придется. Все развалено до нас.

Пока я ехал сюда, все думал, как мне использовать это поместье. Точнее, эти родовые земли. Собственно, территория родовых земель тут небольшая. У меня столичный особняк будет больше прилегающей территории иметь, когда Андана выкупит дома соседей.

Жить я здесь не собираюсь. Производство ставить? Так, в ста километрах от границы это крайне рисковая затея. Да и слишком уж это большая роскошь, так использовать родовые земли, пусть даже в глуши.

Остается только возводить тут укрепленное убежище на крайний случай. Выкупить территории побольше, благо одни леса вокруг. И ставить двойной периметр. Внешний, на частных землях, попроще, с разрешенными видами оружия и широкой контрольной зоной. А внутренний — со всеми доступными привилегиями родовых земель, на какие денег и связей хватит. Бункер длительной автономности заодно можно обустроить.

Шикарный полигон для подготовки родовой гвардии, кстати, получится. По факту, это убежище и так будет военной базой, только приспособленной еще и для жизни (или, точнее, выживания) аристократов. И охранять ее кому-то придется. Вот чтобы ветераны не скучали, пусть молодняк гоняют.

Я присмотрелся магическим зрением к ограждающей периметр стене.

Ну не везде, но по большей части плетения сохранились. На последнем издыхании, конечно, но на мародеров пока хватает. А никто серьезный сюда и не лез, похоже. По крайней мере, и пулеметы на стенах, и питающие защиту кристаллы накопители на месте.

Так, стоп! Это же значит, что и в родовом хранилище, скорее всего, никого не было.

Я тогда, при штурме особняка и поспешном отступлении остатков выживших, как-то не сообразил поинтересоваться, было ли вообще у рода хранилище. Родовой камень захватил и увел свой отряд в лес.

А нападавшие, вполне вероятно, подумали, что все ценное мы утащили с собой, раз так легко бросили родовые земли. Никому же в голову прийти не могло, что я тупо об этом забыл!

И если хранилище у рода вообще было, то оно меня дождалось, собственно.

Глава 23

*****

В руинах особняка, разумеется, давно не осталось ни следа того прохода, который мы расчищали сразу после окончания штурма поместья.

Передо мной высилась груда бетонных блоков и их обломков, кирпича, какой-то древесной трухи и неопознаваемых кусков какого-то пористого материала. Дома я сказал бы, что это утеплитель, но тут черт его знает.

Хорошо, что можно больше не скрываться.

Я сплел полноцветное «преобразование материала» и задал геометрию полукруга с радиусом в половину своего роста. Передо мной появилась мерцающая магическая сетка заданной формы и медленно двинулась к руинам.

Оглядевшись, я уселся поблизости на какой-то обломок. Это надолго. Точнее, мое плетение отработает намного быстрее, чем если снова организовать здесь раскопки силами местных, но все же с полчасика подождать придется.

Асан же подошла поближе к месту, куда начало вгрызаться мое плетение. Ей было интересно.

Преобразование работает очень просто: оно «разжижает» все, что попадает на сетку, и выдавливает этот «расплав» за свои границы. А за границей плетения эффект разжижения пропадает, и материал тут же твердеет, если он изначально твердый был.

По факту, это плетение не просто проделывало проход, но и укрепляло его своды.

— Полезное плетение, — нейтрально заметила Асан.

— Очень, — хмыкнул я.

Это плетение было одним из основных в моих исследованиях в прошлой жизни. Только там оно для идеального смешивания любых материалов применялось.

Жаль, что его невозможно переделать на один цвет. Слишком много оттенков и вспомогательных функций, я не потяну такой расчет. А если и потяну, местные потом это попросту не осилят. И не факт, что я сам эту монструозную одноцветную конструкцию смогу воплотить.

— Смотрю я на твои плетения, и понимаю, насколько наша магия убогая, — вздохнула Асан.

Я промолчал. Да, я был с ней согласен. Собственно, с первых дней в этом мире я думал ровно так же. Но как-то мне не хотелось вслух хаять мир, который дал мне вторую жизнь.

Минут через двадцать я сунулся в проход, который проделало мое плетение. Люк, через который я в прошлый раз проникал в подвал, уже показался из-под пока не переработанных плетением завалов.

Еще через пару минут я развеял свое плетение.

Спустившись в подвал, я в очередной раз поразился отсутствию здесь даже малейших признаков разрушений. Ни трещины, ни пылинки — ничего. Словно наверху по-прежнему нормальный целый особняк стоит.

А вот поиски мои так и не увенчались успехом.

Я нашел зал, где раньше находился алтарь с родовым камнем. Еще пару небольших ритуальных залов обнаружил. Кладовые с самыми разными предметами обихода и даже одна с продуктами длительного хранения, пара камер для пленников и комната для допросов тоже имелись.

Но ни следа родового хранилища я не увидел. Причем ему тут даже по геометрии места не было.

Наружу я вылез примерно через час. Уселся на тот же обломок и задумался.

Не могло у древнего рода не быть родового хранилища. Ладно артефакты, их можно по мелким тайникам рассовать, но где архивы? Эти тонны бумаг я просто не мог пропустить. Где реликвии рода? Не верю, что, кроме родового камня, не было вообще ничего. Где неприкосновенный золотой запас, в конце концов?

По моим прикидкам родовое хранилище никак не могло поместиться в крошечную комнатку, которую легко сделать потайной. Это должен был быть чуть ли не полноценный бункер.

— Не нашел? — поинтересовалась подошедшая ко мне Асан.

— Нет, — покачал головой я. — Ты не в курсе, случайно, родовое хранилище вообще здесь?

Она все-таки прожила в этом родовом поместье больше двадцати лет. Слугам многого не сообщают, но обрывки информации так или иначе все равно проскальзывают.

— Здесь, — уверенно кивнула Асан. — Я не раз слышала, как глава рода отправлял наследника в хранилище. И после таких указаний наследник никуда не уезжал из дома.

Исчерпывающе. Значит, действительно здесь. А я, получается, чего-то глобального не понимаю.

— На кровь рода зачаровано? — продолжил расспрашивать я.

— Разумеется, — фыркнула Асан. — Причем на активированную кровь рода. Если ты не вошел в основу рода, хранилище тебя не подпустит к себе.

— А в хранилище своего рода ты была? — осторожно спросил я.

— Нет, — спокойно ответила Асан. — Глава рода решает, кому показать вход, а кому нет. Даже если у тебя есть возможность туда войти.

Ясно, Асан мне в поисках вряд ли поможет, она просто не знает, что именно нужно искать.

А я уже начинаю подозревать, что тут задействованы какие-то игры с пространством. Для местных это слишком, конечно, даже в моем родном мире о чем-то подобном ходили лишь невнятные слухи.

Но если эти разработки в моем времени все-таки существовали, то именно древние роды, которые имеют прямую кровную связь с моей эпохой, и могли ими воспользоваться. Точнее, они могли воспользоваться объектами древних, уже готовыми и настроенными на их кровь. По праву потомков.

К тому же, это предположение объясняет и настолько странное расположение родовых земель. Тут же вообще ничего нет в округе. Ближайший город — Лакхнау, и до него больше пятидесяти километров. Намного логичнее было бы прямо около Лакхнау родовые земли иметь.

А вот если родовые земли привязаны к тому, что нельзя переместить, то все становится на свои места.

И, честно сказать, я не представляю себе, как искать эти пространственные искажения. Я никогда не видел такого вживую. И принципы работы с пространством я тоже не знаю.

Ладно, придется принять пространственное искажение как рабочую гипотезу. И отложить пока.

С наскока эта задача не решается, похоже.

*****

Зайдя в домик своего отряда, который им выделил архонт на заднем дворе своего поместья, Шанкара поздоровалась с бойцами и попросила их выходить на веранду по одному с интервалом в пару минут.

Первым с ней пошел заместитель командира. Они сели в плетеные кресла на веранде.

— У меня к тебе вопрос, — начала Шанкара. — Прошу отвечать честно и полно. Если есть какие-то мысли и соображения, их тоже высказывай.

Девушка не стала облекать этот посыл в приказ, но даже с такой формулировкой магическая клятва должна была подтолкнуть людей в нужном ей направлении. Шанкара хотела посмотреть на эффект. Может, и правда приказ будет эффективнее.

Правда, если даже говорить честно они будут только под давлением магии, зачем ей такие бойцы?

— Представь ситуацию, — продолжила она. — Я стою на краю пропасти. Приказываю вам не вмешиваться, и явно собираюсь сделать шаг вперед. Твои действия?

Замок поджал губы, глянул на нее исподлобья, но все же ответил:

— Я попытаюсь остановить вас.

Шанкара поняла, что он уже догадался, какую реакцию у нее вызвали недавние действия командира, и почему Риташа сейчас здесь нет. Но все же ответил и лгать не стал. Хоть что-то.

— Как именно? — мирно поинтересовалась Шанкара.

— Сначала словами, — чуть расслабился замок, видя ее спокойствие. — Но если не поможет, то и действием.

— Ясно. Благодарю. Пока ты свободен. В дом не возвращаться, подожди полчасика вон на той площадке.

Шанкара указала на песчаную арену для спарринга, что была в поле ее зрения. Ей не нужна была дурная инициатива с предупреждением коллег, она хотела честный эксперимент. Ей нужно было понимать, что на самом деле думают и собираются делать ее люди в крайних ситуациях.

Слова девушка повторяла каждому одни и те же. И просьбу ответить честно и полно, и описание гипотетической ситуации.

Порадовали ее только трое.

Двое молодых парней честно ответили, что им не нравится приказ, но они его выполнят. А третий, маг, еще и ухмыльнулся:

— Да откуда ж я знаю, какой у вас план? Может, это хитрость такая, чтобы врага обмануть. Конечно, я выполню приказ!

Остальные в той или иной мере следовали по пути командира и его заместителя. Были те, кто готов только спорить, были и те, кто собирался прямо нарушить «неправильный» приказ. В общем, ожидаемо, Риташ ведь наверняка под себя отряд собирал.

Итого у Шанкары было трое тех, кого она готова оставить за своей спиной, и шестеро потенциальных предателей. Впрочем, нет, пятеро потенциальных и один уже проявивший себя в деле предатель.

Шанкара подошла к собравшимся на площадке бойцам и разрешила им вернуться в дом. А сама ушла в дальнюю аллею подумать в тишине и принять, наконец, решение.

*****

Вернувшись в Лакхнау и обнаружив, что до ночи еще полно времени, я попросил Рама найти Муджариа и передать ему мое приглашение встретиться.

Несколько месяцев назад, когда я в первый раз появился в Лакхнау, Муджариа очень повезло. Я убрал главарей двух сильнейших в Лакхнау преступных группировок, и город фактически сам упал ему в руки. Кроме его банды, в городе попросту не осталось сильных теневых объединений.

Мы с ним тогда заключили некий неофициальный договор о сотрудничестве, и теперь я хотел закрыть кое-какие появившиеся у меня в связи с этим вопросы.

Как минимум, мне нужно было понять его мотивы. Он меня подставить хотел, когда порекомендовал обратиться к Баладжи в столице, или сам не знал, что там происходит? Да, по итогу той разборки я оказался в выигрыше и заполучил Аукцион, но злого умысла Муджариа это не отменяет. Если этот умысел был, конечно.

Когда Рам сообщил, что Муджариа приедет через пару часов, я напрягся.

Уважаемый человек не должен, по идее, по первому чиху бежать на встречу. Даже ко мне. Ну хотя… Для провинциального городка, особенно если сюда дошли слухи о вечном роде, я действительно могу казаться внушительной величиной.

Муджариа приехал ровно через два часа, и он выглядел все тем же подтянутым шестидесятилетним стариком с аккуратной короткой стрижкой на седых волосах, тонкими усами и бакенбардами.

Его серые глаза лучились довольством и, как ни странно, радостью. Он явно не чувствовал за собой никакой вины. И ни страха, ни каких-либо опасений в нем тоже не было, он действительно искренне рад был меня видеть.

Что ж, этот вопрос снят. Получившаяся подстава с Баладжи явно была случайной с его стороны. Учитывая, что я-то в итоге остался в плюсе, даже поднимать этот вопрос не буду, мне тут уже все ясно.

— Господин Раджат, — склонил голову Муджариа, но видно было, что он чуть ли не объятия мне распахнуть порывался. — Я очень, очень, просто невыразимо рад вашему приезду. Я скромно надеялся, что вы не забудете свой родной край, и мои надежды оправдались.

И этот туда же. Неужели настолько все плохо в провинции, что даже аристократы не желают сюда возвращаться?

— Господин Муджариа, — с легкой улыбкой кивнул я. — Присаживайтесь. Я помню, вы любите черный чай, и я захватил с собой из столицы один неплохой сорт. Надеюсь, вы оцените.

На самом деле, я понятия не имел, что именно Асан привезла с собой из столицы, но такие мелочи позволяют чуть-чуть расположить к себе собеседника. Любого собеседника. А уж простолюдины подобные жесты от аристократов ценят очень высоко.

Не то чтобы мне это было прям очень нужно, но сказать лишние пару фраз мне несложно. Да и нравился мне этот старик, что уж тут.

— О, благодарю, господин Раджат! — расплылся в улыбке Муджариа.

Чайник с чаем уже стоял на столике между нами, Асан принесла его сразу, как только охрана периметра предупредила о госте. Муджариа разлил чай в чашки и пригубил свой напиток.

— Очень интересный чай, — озадаченно произнес он через несколько секунд. — Кажется, я вовсе такого не пробовал. Не из элитных сортов, вы уж простите старому гурману это определение, но очень и очень достойный.

— Если хотите, я пришлю вам пару мешочков, — предложил я и бросил взгляд на Асан.

За моей спиной сегодня стояли телохранители из гвардейцев, а китаянка расположилась в стороне. Так, чтобы я ее видел.

— Я буду вам благодарен, — склонил голову Муджариа.

Встретив мой взгляд, Асан едва заметно кивнула. Если я забуду — она отправит.

— Позвольте и мне преподнести вам… подарок, — произнес Муджариа. — Правда, он намного менее материальный и куда более хлопотный. Но сначала позвольте спросить, господин Раджат. У вас по-прежнему есть желание развивать бизнес в Лакхнау?

— Конечно, — кивнул я.

— Тогда я предлагаю вам обратить свое внимание на сферу развлечений, — тонко улыбнулся Муджариа. — Законных развлечений, разумеется.

Я с недоумением приподнял брови. Сказать честно, в жизнь Лакхнау я не вникал, мне попросту некогда было.

За время поездки до руин родового поместья и обратно я успел изучить только выжимку своего финансового управляющего о положении дел моего рода здесь. Это был даже не доклад, финансист сделал мне скорее презентацию. Итоговые графики и небольшие таблицы, разделенные по сферам деятельности, а также по градации «было-стало-прогноз на ближайший год».

Но мой род в Лакхнау охватывает не так уж много сфер, так что целостной картины я не имел.

— В городе не хватает развлечений? — уточнил я.

— Катастрофически, — вздохнул Муджариа. — Здесь есть три театра наутанки, один кинотеатр под открытым небом и небольшой парк аттракционов. Детских аттракционов, для совсем малышей. И все. Более-менее обеспеченному человеку здесь попросту некуда потрать деньги.

Что ж, логично. Городок небольшой, тысяч на сто пятьдесят населения, и находится он при этом очень далеко от столицы. Это не просто захолустье, это еще и пограничье к тому же.

— И вы предлагаете?.. — подтолкнул я старика.

— Я предлагаю построить большой центр развлечений, — гордо провозгласил Муджариа. — Чтобы там было все: и рестораны, и закусочные, и игровые автоматы, и караоке, и танцплощадки, и тир… В общем, все как в столице.

Центров развлечений в столице действительно хватает, и там они очень разнообразны. От небольших дешевых на окраинах до сияющих монстров в центре, которые лично у меня вызывают стойкую ассоциацию с Лас-Вегасом моего мира.

Роды и кланы, которые соперничают в этой сфере в столице, уже начали возводить такие же центры в остальных городах страны. Но в первую очередь их внимание приковано к крупным городам и тем, которые расположены в центральных регионах страны. Сюда они доберутся нескоро.

И я вполне могу их опередить.

— Вы собираетесь в этом участвовать? — уточнил я.

Ну не просто так же он притащил мне эту шикарную идею? В развлекательном бизнесе обычно крутятся очень большие деньги. И даже с небольшого Лакхнау, учитывая нашу фактическую монополию, денежный ручеек будет совсем не тонким.

— Если вы позволите, господин Раджат, — Муджариа поклонился из положения сидя и на пару секунд застыл в такой позе. — Я готов вложить в это дело все, что у меня есть. И надеюсь на вашу справедливость.

Я даже не сразу нашелся, что ему ответить.

— Хм… То есть вы считаете, что я могу забрать вашу идею и ваши деньги, и оставить вас ни с чем? — хмыкнул я.

Видя, как Муджариа вскинулся, я успокаивающе поднял руку.

— Резковато выразился, прошу прощения, — добавил я. — Давайте забудем это. Я предлагаю составить нормальный партнерский договор. Вложения — пятьдесят на пятьдесят. Вы берете на себя охрану и обеспечение… отсутствия проблем, скажем так. Я открыто объявляю, что в этом бизнесе заинтересован мой род. Прибыль… допустим, семьдесят на тридцать в мою пользу.

Я накидывал условия на ходу и, судя по вспыхнувшей в глазах Муджариа радости, с разделением прибыли я промахнулся. Мое имя, да еще и в этом заброшенном регионе, явно стоит дороже.

Но сдавать назад я не стал.

— Договоримся? — с легкой улыбкой поинтересовался я.

— О, обязательно договоримся, господин Раджат! — расплылся в предвкушающей улыбке Муджариа.

Глава 24

*****

Муджариа с его предложением построить развлекательный центр навел меня на мысль о том, что неплохо было бы в принципе усилить свое влияние в Лакхнау.

Теоретически, городок небольшой, и денег тут много не возьмешь. Особенно если со столицей перспективы сравнивать.

Однако у меня тут родовые земли поблизости. И раз уж я все равно собираюсь возводить на них полноценное убежище на скверные для рода времена, неплохо было бы иметь под боком, как минимум, дружественный регион. А как максимум — фактически свою вотчину.

Перспективы в столице, конечно, заманчивее. Особенно если там как следует развернуться. Но и конкуренция там жесткая, все сферы давно поделены и без меня. А тут — поле непаханное.

К тому же, есть у меня смутное ощущение, что по мере развития Лакхнау тоже начнет привлекать людей. Я не экономист, конечно, но общие тенденции представляю. Как минимум, молодежь из деревень и мелких поселков вполне может начать стремиться не на север, а сюда.

В общем, когда на следующее утро ко мне приехал мой будущий финансист, общая концепция действий рода в Лакхнау у меня уже сложилась.

Порадовало, что «сорванец», как его обозвал мой финансист, приехал не один. Отец и сын Каджумдар расположились в креслах напротив и с ожиданием устремили на меня одинаково напряженные взгляды.

Сын, как и отец, оказался довольно маленького роста, и впечатление он производил тоже похожее. Вроде, они оба спокойно сидели в креслах, но мне то и дело казалось, что они готовы прямо сейчас вскочить и унестись вдаль с какой-то безумной идеей.

— Позвольте представить моего младшего сына, господин, — начал старик. — Яруш Каджумдар.

Сын молча поклонился из положения сидя. Ему на вид, кстати, хорошо за сорок было. «Сорванец», м-да…

— Рад встрече, — кивнул я и тут же перехватил инициативу: — И очень рад, что вы приехали вдвоем. У меня есть одна новая идея, и я хочу услышать ваше мнение.

— Внимательно слушаю вас, господин, — склонил голову старик.

— Я хочу расширить свое влияние в этом регионе, — сообщил я. — Свое и своего рода, конечно. Для этого я думаю поделить финансовый поток с Лакхнау, как минимум, пополам. Половина прибыли будет уходить в род, а вторая половина останется здесь. И пойдет она на развитие и расширение бизнеса.

Сын удивленно вскинул брови, а отец удовлетворенно кивнул.

— Кроме того, мы с господином Муджариа скоро начнем совместный проект здесь, в Лакхнау, — добавил я. — Финансироваться он будет пока мной из столицы, но вас, Каджумдар-джи, я прошу сразу за ним присматривать и забирать над ним контроль. Все, что есть у рода в Лакхнау, должно быть сосредоточено в ваших руках.

— Благодарю, господин, — склонил голову старик. — Только позвольте спросить, господин Муджариа, он…

Старик замялся, а я едва заметно усмехнулся.

— Я знаю, кто он, — ответил я. — И это я фактически привел его к власти в этом городе. Однако к нашим делам его теневая сфера деятельности не будет иметь отношения, проект исключительно законный. Развлекательный центр.

— Понимаю и прошу прощения за мои сомнения, господин, — вновь склонил голову старик. — Вы позволите мне подключиться к вашему проекту на стадии концепции?

— Конечно, Каджумдар-джи, — кивнул я. — Вам управлять потом этим бизнесом, так что вам и карты в руки с самого начала.

— А вы позволите мне, — вот теперь старик уже физически начал нетерпеливо подпрыгивать на кресле, — как бы это сказать… приступить к обсуждению нового проекта уже сегодня?

— Если вы так хотите взяться за дело, не смею вас задерживать, — улыбнулся я.

Старик и пришел, я так понимаю, просто представить мне сына. Свою миссию он выполнил, а тут я еще и такую интересную игрушку ему подбросил.

— Благодарю, господин!

Каджумдар-старший встал, поклонился и практически сбежал от нас.

С улыбкой проводив его взглядом, я повернулся к Ярушу:

— Он всегда такой?

— Отец — очень увлекающаяся натура, — усмехнулся он. — Нет, вы не подумайте дурного, на его должностных обязанностях это не отражается, он по много раз все перепроверяет, прежде чем принять решение. Но новых проектов у рода давно не было, и отец соскучился по тем делам, которые нужно поднимать с нуля.

— А сорванцом он при этом называет вас, — хмыкнул я.

— Я просто меньше себя ограничиваю, — спокойно пожал плечами Яруш. — И если мне тесно в рамках небольшого города, то я ищу способ подняться на следующую ступень, а не давлю в себе это желание, как сделал бы отец.

Что ж, исчерпывающее объяснение.

— Вы готовы ехать в столицу? — спросил я.

— Давно, — кивнул Яруш. — И, в отличие от отца, я действительно этого хочу.

Он не стал говорить банальные вещи вроде «дайте мне шанс» и «я не подведу», но по его горящим глазам все это и так читалось.

Что ж, впечатления порывистого и необузданного человека Яруш на меня не произвел. Нормальный здоровый, если так можно выразиться, карьерист, спокойный и знающий себе цену.

Можно попробовать.

— Тогда собирайтесь, — улыбнулся я. — У меня есть еще кое-какие дела в этом регионе, и таскать вас с собой я считаю бессмысленным. Заканчивайте дела, если они у вас есть, и приезжайте в столицу через пару-тройку дней. Если меня не будет на месте, найдете Феришта Астарабади, он обрисует вам ситуацию на месте.

— Благодарю, господин, — поклонился Яруш. — Через три дня я буду в столице.

*****

Шанкара бродила по дальней аллее в поместье архонта в одиночестве уже с полчаса. Место было тихое, людей даже вдали не мелькало. Она уже успокоилась, но решения пока так и не нашла. Там девушку и нашел Тайен.

— Все выяснила? — едва заметно улыбнулся он.

Шанкара лишь скосила на него взгляд и молча кивнула. Выяснить-то выяснила, да только что теперь делать с этой информацией? Убить шестерых заслуженных ветеранов только потому, что они не готовы доверять малолетке?.. Они-то не знают, что в этом юном теле сидит взрослый пришелец.

— И что решила? — продолжал расспрашивать безопасник.

— На тебя их повешу, — огрызнулась Шанкара.

Тайен хмыкнул, а девушка вдруг поняла, что это неплохое решение.

В конце концов, личная клятва не обязывает бойцов находиться возле нее неотлучно. Алисия, например, совершенно спокойно живет в форте Арджау, пока Шанкара с отрядом находится в Свободных землях.

А проблем с подчинением тем, кого они считают достойными, у этих бойцов явно не было. Иначе не прослужили бы они в родовой гвардии больше десяти лет. Вернуть их в гвардию будет оптимальным выходом.

Да, останется риск, что они ее раскроют. Как минимум тот факт, что Шанкара жива.

Но после раскрытия вообще левому человеку из Свободных Земель, смешно бояться именно этого. Да и в Тайена девушка верила, уж обеспечить молчание гвардейцев рода он способен. Отошлет их, в конце концов, на какой-нибудь отдаленный объект, чтобы максимально исключить близкие контакты с кем-либо.

Еще и мозги им промоет так, что бойцы будут считать это милостью, а не наказанием.

— Ты серьезно? — спустя какое-то время уточнил безопасник.

— Да, — спокойно ответила Шанкара. — Ты их подбирал для меня? Тебе и разгребать последствия их неподчинения.

Девушка понимала, что валит с больной головы на здоровую, но ничего не могла с собой поделать. Не поднималась у нее на них рука. Даже на Риташа, что уж об остальных говорить.

Тайен подобрался.

— Много они о тебе знают? — спросил он.

— Прилично, — пришлось признать Шанкаре. — Разноцветную магию они в моем исполнении не видели, но защиту синими плетениями я им укрепляла.

Изначально у настоящей Шанкары была зеленая магия. И на людях девушка пользовалась только этими нитями.

Но здесь, в Свободных землях, да еще и в присутствии людей, которые принесли ей личную магическую клятву, Шанкара позволила себе чуть больше. Во все бронежилеты, которые сейчас были на людях ее отряда, она «вшила» синее плетение укрепления материала.

Обычный броник не держит выстрел из крупнокалиберной снайперской винтовки, он только на автоматный огонь рассчитан. С ее плетениями — выдержит и пулю из снайперки, и несколько пулеметных выстрелов.

— Могло быть хуже, — философски вздохнул Тайен. — И как ты себе это представляешь?

— Отдам им приказ служить роду и подчиняться, в первую очередь, главе рода, — пожала плечами Шанкара. — А дальше сам решай. Гвардия так гвардия, там с ними проблем не было, насколько я понимаю.

— Не боишься, что сбегут и рванут за тобой? — усмехнулся Тайен.

— Вояки — не я, командир гвардии им такого финта не спустит, быстро к стенке поставит за неподчинение приказу.

— А ты?.. — ненавязчиво поинтересовался безопасник.

— А я тряпка, — вздохнула Шанкара. — У меня рука не поднимается.

— Но ты понимаешь, что они это заслужили? — мягко продолжил давить Тайен.

Да зря он это, все она понимала. То, что сделать не могла, — это отдельный вопрос. Понимания ее слабость не отменяла.

— Риташ заслужил, — уточнила Шанкара. — Остальные нет. Слова — это просто слова, думать они могут что угодно. Но в деле они пока свой норов не проявляли. И не факт, что проявят.

— Пожалуй, — задумчиво кивнул Тайен.

На некоторое время повисла тишина.

— Ладно, заберу я этих неудачников, — решил безопасник. — Но это первый и последний раз, когда я снимаю с тебя твои личные проблемы.

Шанкара хмыкнула. Ее личные? Ну-ну.

Да, она не смогла завоевать их уважение. В принципе, сразу неправильно себя поставила. Это ее ошибка, тут не поспоришь.

Причем ошибка даже не в том, что она повела себя неправильно, рассчитывая на изначально лояльных лично к ней бойцов, а в том, что не проверила чужую работу.

Кто ей этот отряд подсунул? Шанкара ведь хотела сама набрать себе людей, но ее к этому не подпустили. Тайен же и не подпустил. Конспирация, мол, нечего лишние подозрения плодить. Конечно, нет гарантий, что она сама не выбрала бы Риташа, особенно если бы он просился к ней добровольно, но это уже вилами по воде.

Сейчас факт в том, что Тайен не имеет права бросаться такими словами.

— Я тебе уже сказала, — ровно ответила Шанкара. — Ты этот отряд собрал, ты и разбирайся с ними. Или напомнить, кто не дал мне бойцов набрать?..

Безопасник отвел взгляд.

— И хватит уже испытывать меня на прочность, — раздраженно бросила Шанкара. — Я — не дядя, вечно твои нападки терпеть не буду.

Тайен поднял на девушку тяжелый взгляд, но она глаза не отвела. Еще не хватало его на шею себе посадить. Это с Риташем у нее разговор был короткий, но безопасник — не вояка. Скользкий, цепкий, осторожный. Этому только палец протяни, мигом руку по локоть заглотит.

— Я тебя услышал, — медленно склонил голову Тайен. — Только что ты делать будешь здесь, в Свободных землях, без своего отряда?

— Почему без отряда? — удивилась Шанкара и тут же насмешливо улыбнулась. — Или ты считаешь, глава рода мне денег не выделит, если я попрошу? Своему козырю? Серьезно?

— Выделит, — вынужденно признал Тайен.

— У меня будет отряд, — холодно бросила Шанкара. — Мой отряд. Если на это не способны слуги рода, это будут наемники. И мне плевать, что глава рода сделает с неудачниками, которые вынудили меня на это пойти.

Безопасник зло выдохнул и сжал зубы. Уж он-то прекрасно представлял реакцию главы рода на такое.

Глава рода отдал конкретный приказ: группа гвардейцев переходит в полное подчинение Шанкары. Это девчонка пожалела бойцов, а глава рода быстро головы снесет за неподчинение приказу. Его приказу, в первую очередь. Причем не поздоровится всем, кто в этой истории замазался.

Нельзя им отсюда уходить. Не при таком раскладе. Девочку Тайен круто недооценил, и как теперь налаживать с ней нормальный контакт, он пока не представлял. А делать это нужно было прямо сейчас.

Над стеной деревьев взметнулось пламя, еще секундой позже донесся звук взрыва. Шанкара вскинулась и обернулась туда. Нападение?

— Шанкара! — предупреждающе рявкнул Тайен.

Еще один! Да как вы достали, наседки, мысленно рыкнула Шанкара.

К нему девушка разворачивалась, уже вскидывая полноцветный щит. Угадала. По ее щиту бессильно сползло какое-то плетение, напоминающее веревку.

Безопасник решил, что Шанкара готова броситься в бой, и явно хотел ее остановить. Это как минимум. А как максимум, и вовсе утащить отсюда в бессознательном состоянии.

Еще месяц назад это сработало бы. А сейчас Шанкара поняла, что тренировки и бои даром не прошли, реакции на такую подлянку ей уже хватило.

Зря он подставился, когда вокруг свидетелей нет, и ее ничто не сдерживает в применении своей реальной силы.

Стоило ее щиту исчезнуть, как вокруг его шеи захлестнулась ее удавка. Полноцветная, разумеется.

Шанкара встретила нечитаемый взгляд Тайена и намеренно медленно подтянула его к себе за веревочку. Когда под натяжением удавки выступила кровь, с места безопасник сдвинулся. Неохотно, но он все-таки подошел к девушке вплотную.

Практически уткнувшись носом в его лицо, Шанкара тихо заговорила:

— Ты решил повторить «подвиг» Риташа? Думаешь, ему сошло это с рук, и тебе сойдет? Зря ты так оптимистичен. Ты мне никто. Не учитель, не родич, не боевой товарищ. Я с тобой и разговаривала-то всего пару раз, и теплых чувств ты у меня не вызвал. Конкретно тебе я голову отрежу без малейших колебаний! Я доходчиво излагаю?

— Да, — тихо буркнул безопасник.

— Сейчас идешь в домик моего отряда, забираешь оттуда Риташа с «непримиримыми» и валишь с ними домой. Увижу тебя на поле боя — буду бить на поражение.

Тайен молчал и смотрел ей в глаза.

— Ты меня понял? — рыкнула Шанкара, выпуская уже давно рвущуюся наружу волну ярости.

— Понял.

Шанкара сначала накинула на свою спину полноцветный щит, просто чтобы безопаснику не пришло в голову прямо сейчас повторить свою попытку. Потом развернулась, отпустила удавку и бросилась бегом в сторону набирающего обороты боя.

*****

Ехать в форт к дяде мне не хотелось. Ладно, сам Риван, там же еще и его жена, Рачана. С ней я, кстати, до сих пор вообще не знаком лично, у меня есть только воспоминания настоящего Шахара о ней.

Но проигнорировать родичей, будучи в сотне километров от форта, было бы некрасиво. Да и не заслужил Риван такого отношения, как ни крути.

На этот раз в форт мы поехали, как нормальные люди, на машинах. На своих, конечно. С пропуском в пограничную зону пришлось повозиться, но моя фамилия сыграла свою роль, и пропуск нам все-таки выдали.

Микроавтобусы я оставил в Лакхнау вместе с частью людей, до форта доехали только четыре внедорожника. Два отряда родовой гвардии, диверсанты и новоявленные телохранители во главе с Асан. Не знаю, на кой черт мне столько сопровождения. Я просто поленился спорить с ближниками, которые уперлись рогом и хотели быть со мной рядом. Вместе со своими командами, разумеется.

Остановившись неподалеку от форта, я вышел из машины и бросил раздраженный взгляд на высыпавших из машин бойцов.

— Карим, — рыкнул я.

Командир гвардии тут же подбежал и вытянулся в струнку передо мной.

— Цирк устраивать не будем, к дяде я пойду один, — холодно сообщил я.

Асан вскинулась было, и я обреченно добавил:

— Асан только с собой возьму. И это не обсуждается! — повысил голос я, видя упрямое выражение лиц ближников.

Помолчав пару секунд и убедившись, что возражений не последует, я удовлетворенно кивнул. Хоть здесь они грань видят, уже хорошо. Не придется применять воспитательные меры на глазах у левых людей из форта. Вон как караульные на нас вытаращились, любопытно им, понимаете ли.

— Ждите здесь, — припечатал я напоследок и направился в форт.

Караульные тем временем подобрались и преградили мне дорогу.

— Шахар Раджат с родственным визитом к Ривану и Рачане Раджат, — бросил я им.

Тот караульный, который выглядел постарше, молча склонил голову, а потом оглушительно свистнул.

Через десяток секунд к воротам из глубины форта вышел кряжистый седой дядька. Дежурный офицер форта, судя по всему. Окинув нас внимательным взглядом и выслушав караульного, он молча кивнул нам на ворота. Караульные расступились.

Дежурный проводил нас до кабинета коменданта форта и тут же исчез.

А вот это плохо. Я рассчитывал на разговор с дядей, но его, вполне вероятно, в форте сейчас не было. Иначе из двух супругов Раджат дежурный выбрал бы мужчину и отвел бы нас не сюда. И неважно, что должность тети — комендант форта — формально выше. Традиции в данном случае перевесили бы.

О чем мне говорить с женщиной, чью дочь я собственноручно прикончил, пусть и за дело, я не знал. Впрочем, выбора у меня уже не было.

Дверь распахнулась, и я встретил холодный взгляд очень выразительных дымчато-серых глаз. Рачана всегда была, что называется, знойной красоткой, и служба ничуть ее не испортила. Ее черные слегка волнистые волосы были убраны назад, а военная форма плотно обтягивала весьма рельефную фигуру.

— Ну заходи… чужак, — ровно произнесла женщина.

Глава 25

*****

Я кивнул Асан, и китаянка осталась снаружи, а я сделал шаг внутрь и закрыл за собой дверь.

Рачана встала из-за своего стола и вышла на середину кабинета. Когда между нами осталось метра полтора, она остановилась и окинула меня холодным взглядом.

— Приветствую, Рачана, — ровно сказал я.

Женщина хмыкнула и процедила:

— Приветствовать убийцу своей единственной дочери? Ну разве что из вежливости. Приветствую… чужак.

Судя по всему, она настроена поругаться, и сбить ее с этой волны у меня не получится.

С другой стороны, а почему бы и нет? Мне от нее ничего не нужно, а так будет быстро. Поцапаемся, и я свалю отсюда со спокойной совестью.

— Рачана, ты еще достаточно молода, чтобы завести второго ребенка, — нейтрально произнес я.

— А смысл? — усмехнулась она. — Породить боковую ветвь рода, которая никогда не сможет иметь шакти и останется на вторых ролях до скончания веков?

Ага, то есть про вечный род здесь тоже знают. И Рачана сделала логичный вывод, что родовой камень растворен именно в моей крови.

— Не обязательно, — пожал плечами я. — Ты прекрасно понимаешь, как можно объединить две ветви рода. И у меня-то с дядей, скажем так, половинчатое родство по крови, он же бастард, а уж у моих и ваших детей степень кровного родства точно не будет препятствием для брачного союза.

— И ты возьмешь моего ребенка в основную ветвь рода? — Рачана неожиданно требовательно посмотрела мне в глаза. — Слово дашь?

— Нет, не дам.

Еще не хватало связать себя подобным обещанием. Вырастят снова не пойми что, а я разгребай потом? Не пойдет.

— Почему? — нахмурилась Рачана.

— Возможность вхождения в основную ветвь рода будет полностью зависеть от твоего ребенка, — спокойно сказал я и все-таки добавил: — Мне такое, как Амайя, в роду не нужно.

— Не смей оскорблять память моей дочери! — прошипела Рачана.

— Твоя дочь мне в спину нож воткнула, — холодно напомнил я. — В прямом смысле этого слова. Она предала род! И это не оскорбление, а факт.

Рачана сжала зубы и некоторое время молча сверлила меня яростным взглядом. Ответить ей было нечего.

Потом она вздохнула и устало поинтересовалась:

— Зачем ты приехал?

Я лишь бровь приподнял. Еще я ей не докладывался.

— Нет, меня не интересуют твои дела в Лакхнау, — отмахнулась Рачана. — Зачем ты сюда, в мой форт, приехал?

— Визит вежливости, — пожал плечами я.

Рачана хмыкнула и с едва заметной издевкой ответила:

— Что ж, спасибо за визит… родич.

Уже? Ну и чудненько, я с удовольствием отсюда слиняю. Дяди все равно нет, а с Рачаной мне изначально не о чем было говорить.

Я открыл было рот, чтобы попрощаться, но тут дверь распахнулась, и в кабинет влетел взмыленный Риван. Он, похоже, только что из леса. По крайней мере, на нем была полная экипировка, за исключением автомата, и тянуло от него характерной помесью походных запахов.

— О, племяш! — обрадовался Риван. — Хорошо, что я тебя застал.

Рачана фыркнула и отошла к своему столу. Усевшись в свое кресло, она откинулась на спинку и скрестила руки на груди.

Бросив на нее взгляд, дядя усмехнулся:

— Уже поцапались?

— Да не то чтобы, — неопределенно покачал головой я.

— Ну и отлично, — кивнул он. — Подождешь полчасика, пока я приведу себя в порядок? Или спешишь?

— Не спешу, — слегка улыбнулся я. — Машины мои видел? Вот туда и подходи.

— Договорились, — кивнул Риван.

*****

Радамус был опытным бойцом. Ему недавно исполнилось тридцать, однако по опыту участия в боевых операциях он мог дать фору многим ветеранам.

Он оказался одним из троих, кого Шанкара не отправила домой. И то только потому, что вовремя сообразил, какого ответа госпожа от него ждет. В принципе, чувства девчонки он понимал, сам бы никому не позволил указывать ему, что делать. Особенно если был бы господином среди слуг.

Да только Радамус уже успел оценить навыки и уровень госпожи, и понимал, что здесь и сейчас она вышла далеко за рамки своей подготовки.

Девушка была на удивление хорошим одиночным бойцом. Даже в малой группе ей было тяжело ориентироваться, видно было, что ее не готовили к взаимодействию с кем-либо. А уж в бою более-менее крупных подразделений она и вовсе ноль.

Сейчас Шанкара азартно включилась в дальний огневой контакт. Как ни странно, ее диковинные плетения даже доставали до врага.

Для магов низких рангов этого мира такое было абсолютно невозможно, но разные цвета магии в одних руках тоже прежде считались всего лишь легендой. Так что Радамус уже практически ничему не удивлялся.

Вот только, в отличие от юной госпожи, Радамус понимал, что дело — дрянь. И присутствие мага восьмого ранга их не спасет. Прежде всего, потому что нападающие очень хорошо понимают, что делают. Да, у них нет, судя по всему, бойца такого ранга. Но они знают, что один сильный маг — не панацея, его можно вымотать и тем самым вывести из игры.

Этим они и заняты, собственно. Самый сильный маг сейчас вынужден прикрывать щитами свое поместье и своих людей. Не непрерывно, но довольно часто.

А нападающие еще даже не показались из укрытий. Зачем, собственно? Им пока и дальнобойного тяжелого вооружения хватает. Периметр оцеплен крупными силами, наружу не прорваться, это защитники проверили первым делом. Противник просто никуда не спешит.

Еще час, может быть, два — и даже маг восьмого ранга выдохнется. Если он окажется предусмотрительным, то восполнит резерв из кристалла-накопителя, и этот круг повторится. Однако еще через несколько часов он снова будет пуст, уже окончательно.

Итог все равно будет один: их здесь уничтожат.

Радамус вновь нашел взглядом Шанкару. Прости, юная госпожа, но здесь и сейчас твоя гвардия вновь будет работать вопреки твоим приказам.

Гвардеец поддернул рукав и опустил взгляд на браслет. Это был не обычный сигнальный браслет с рядом кнопок. Очень толстая нашлепка на внешней стороне кисти имела одну-единственную кнопку. Аварийный сигнал, он же сигнал бедствия, который пробьет блокировку, если она тут есть, и покроет многие сотни километров.

Им нужна помощь. Любой ценой. Иначе отсюда не выйдет никто.

Радамус вздохнул и нажал кнопку.

*****

— То есть ты их простил, — вздохнул дядя.

Я встретил горький и какой-то усталый взгляд Ривана и невольно ему посочувствовал. Это мне бывший глава рода и его сыновья были, по сути, никем. За один день в этом мире я при всем желании не мог их узнать и сблизиться с ними.

А для Ривана это была какая-никакая семья. Да, отношения там оставляли желать лучшего, как я понял, но ни родства, ни общего прошлого это не отменяло.

— Я думал прежде всего о роде, — ровно произнес я.

— Вечный род боится уничтожения? — хмыкнул Риван. — Смешно. И ладно бы в противниках великий клан был, но Дамаяти? Кто они такие вообще?

— Эти не пойми кто почти уничтожили наш род, — напомнил я. — Да, мне повезло поглотить родовой камень, но это не панацея. Тебе ли не понимать, что уничтожить можно кого угодно, это вопрос цены.

— Эх, все забываю, что ты чужак, — махнул рукой Риван. — Да невозможно уничтожить вечный род. Ни одного примера за все три с лишним тысячи лет истории не было. Или ты думаешь, никто не пытался?

— Знаешь, Риван, — покачал головой я. — Я не хочу жить под угрозой уничтожения и львиную долю ресурсов пускать на перестраховку. Да, род, возможно, и выживет. Родится у меня сын, и его спасет какой-нибудь верный слуга рода. Вырастет он в нищете и без малейшего воспитания. Потом кое-как восстановит род, и все повторится. Да, формально род выживет, но ты точно хочешь такого будущего для своих потомков?

— Ты утрируешь. А у меня и потомков-то нет, — желчно усмехнулся Риван.

— Утрирую, — кивнул я. — Но этот вариант тоже возможен. Скажешь, нет?

— Возможен, — вынужденно кивнул Риван.

— А что касается потомков, я уже сказал твоей жене: вы достаточно молоды, чтобы завести еще детей. И если сумеете их нормально воспитать, уж две ветви одного рода мы как-нибудь объединим.

Риван вскинул на меня изумленный взгляд. И я видел, что, в отличие от Рачаны, ему эта идея пришлась по душе. Да и мой намек на Амайю, как ни странно, отторжения не вызвал.

Впрочем, не зря дядя вошел в основу рода, человека с гнильцой в душе родовой камень не принял бы. Все Риван прекрасно понимал. И я уверен, свою вину в воспитании дочери он не отрицал даже наедине с собой.

— Интересное предложение, — осторожно ответил он. — Слово я с тебя требовать не буду, не та ситуация, но, надеюсь, ты не забудешь этот разговор лет через двадцать?

— Если ты намекаешь на то, что я — чужак, — хмыкнул я, — то это не имеет значения. У нас все было ровно так же: свое слово аристократ сдержит любой ценой. И обозначенные намерения он тоже всеми силами будет стараться реализовать.

— Я тебя услышал, — кивнул Риван.

На какое-то время он задумался, а потом спросил:

— А невеста Дамаяти тебе зачем? Тоже для укрепления связей?

Врать мне не хотелось, но и правду говорить тоже.

От самого Ривана я подлянки не ждал, но оставалась еще его жена. И если она узнает, что Андана мне действительно дорога, — и не как гарант мира, а как любимая женщина, — то я не возьмусь предсказать последствия. Захочет ли Рачана отомстить мне посредством покушения на Андану? Да черт ее знает.

— В том числе, — кивнул я.

— Зацепила она тебя, — понимающе улыбнулся Риван. — Ну тоже неплохо, не совсем уж ты бесчувственный, чужак.

— Меня родовой камень признал, какой я теперь чужак? — насмешливо парировал я.

— Тоже верно, — задумчиво качнул головой Риван. — Выходит, ты и правда наш предок из тех далеких древних времен?

— Похоже на то, — пожал плечами я.

— И как, сильно мир изменился? — с любопытством спросил Риван.

— Очень, — кивнул я. — Настолько, что я до сих пор с трудом верю, что это тот же самый мир. У нас были теории о параллельных мирах. Я поначалу думал, меня туда и занесло. Но раз ваш камень меня признал…

— Да, тут уже не поспоришь, — согласился Риван. — Камень признал, значит, ты — наш.

Я с интересом наблюдал за ним на протяжении всего разговора и видел, как меняется его отношение ко мне. Особенно сказалось именно это понимание: раз камень признал, то я — не чужой. Пусть очень древний, но все равно родич.

Как ни крути, у древней аристократии очень многое было завязано на кровь, причем не только магия и шакти, но и мировоззрение. Они действительно мыслили категориями столетий и тысячелетий. И будущее далеких потомков для них было так же важно, как и будущее собственных детей.

— Ладно, раз так, — встряхнулся Риван, — то у меня есть для тебя… пусть будет предложение.

Я вопросительно приподнял брови. Формулировка, честно говоря, как-то не вдохновила.

— Когда ко мне с этим пришли, я сразу обозвал это авантюрой, — фыркнул Риван, верно истолковав мое недоумение. — И даже писать тебе не стал, хотя меня просили передать тебе это предложение. Но раз уж ты приехал…

О нет, вот тут я четко увидел работу принципа «свой-чужой». Пока Риван не признал меня в глубине души своим родичем, он и не собирался со мной этим делиться.

Уже это означает, что я приехал не зря. Нельзя такие недомолвки за спиной оставлять. Это сегодня Риван на границе, и мне ни холодно ни жарко от его мнения, а завтра он может спустить на тормозах что-то действительно важное для рода.

— Говори, — с легкой улыбкой кивнул я.

— Как ты смотришь на обретение земель за пределами страны?

Неожиданный поворот. Я так понимаю, он имеет в виду территорию Свободных земель, не зря же эта идея родилась на южной границе страны.

Да только я примерно представляю себе обстановку в Свободных землях. Кто силен — тот и прав, там живут только так. Сегодня ты на коне и правишь своим кусочком территории, а завтра пришел сосед посильнее — и все, ты никто и звать тебя никак.

— Вот уж точно авантюра, — покачал головой я. — Ты хоть представляешь, сколько сил надо, чтобы удержать земли? Мы ведь не крохотный кусочек под поместье имеем в виду, так? Хотя даже его попробуй еще удержи…

— Так никто и не предлагает тебе срываться с места прямо сейчас, — пожал плечами Риван. — Люди пока почву прощупывают. Соберется сильная коалиция, тогда и будут что-то предметно обсуждать. Если взять десяток родов да занять полоску земли вплотную к границе, всяко проще будет обороняться.

— Иметь земли, на которых надо постоянно воевать? — скептически уточнил я. — Так себе затея. Что в них такого ценного, чтобы оно того стоило?

— Они могут стать родовыми, — сказал Риван. — Это поначалу ты будешь там сам по себе. А пройдет пара-тройка лет, глядишь, и граница страны сдвинется вглубь Свободных земель. И ты окажешься с хорошим таким куском родовых земель в итоге.

М-да, пока все это звучит как полный бред. Никаких гарантий, никаких обещаний от того же императора хотя бы на словах, — хотя с его словом я теперь буду сильно осторожничать, наелся уже, — просто пойти и повоевать.

— Имена инициаторов назовешь? — поинтересовался я.

— Не впечатляет, да? — хмыкнул Риван. — Я тоже смотрел на них, как на идиотов, пока мне не назвали имена. Дхармоттара и Наороджи.

Ого! Вечный род и очень мощный клан. Не великий, но тоже из элиты.

Я верю, что у них есть нормальный план, а не вот эта фигня, которую мне дядя только что изложил. Правда, я не понимаю, на кой им союзники из мелких родов вроде моего. Впрочем, без нормальных исходников тут пока думать не о чем.

Однако поговорить с ними надо, это однозначно. Уже хотя бы потому, что предложения от таких аристократов в принципе нельзя оставлять без ответа. Даже если этот ответ отрицательный.

— Давно к тебе с этим приходили? — спросил я.

— Нет, декады еще не прошло, — мотнул головой Риван. — И не хмурься так, написал бы я тебе об этом в итоге. Я же понимаю, что этих игнорировать нельзя.

Ну хоть так. Промолчи он — и подстава получилась бы знатная. Дхармоттара и Наороджи точно обиделись бы на мой род, и были бы в своем праве, а я вообще ни сном ни духом.

— Хорошо, если так, — хмыкнул я.

— Шахар, — нахмурился Риван. — Я могу держать на тебя зло и тянуть время, но род я не подставлю. Как бы там ни было, это мой род, мои предки и моя кровь. Не оскорбляй меня такими подозрениями.

— Извини, — примирительно поднял руки я. — Просто ты сказал, что даже писать не стал…

— Согласен, я тоже хорош, — перебил меня Риван. — Забыли.

Я кивнул и хотел было задать еще один вопрос, но не успел. Мои бойцы как-то разом зашевелились, и я обернулся.

*****

Алисия, личная слуга Шанкары Магади, проводила взглядом фигуру наследника рода Раджат и задумалась.

Странный форт, он словно притягивает представителей древних родов. Уже четверо за декаду, включая тех двоих Раджат, которые здесь служат. Не все малые крепости такую концентрацию древней аристократии видели хоть когда-либо.

Это не ее дело, конечно, но Алисия с детства была наблюдательной. Собственно, она и слугой рода Магади стала благодаря этому качеству.

Как и все одаренные, в свое время Алисия поступила в Академию Магии. Никого не интересовало то, что у нее был всего лишь первый ранг, закон есть закон. Девушка тогда решила использовать эту возможность для поиска покровителя. И ей представился случай.

Когда в городе убили наследника клана Сургай, подозрение сразу же пало на Тиуша Магади, отца Шанкары. Он тоже отсутствовал в ту ночь в Академии. Два парня из враждующих кланов, один убит, кого еще подозревать?

Алисия обеспечила господину Магади алиби. Она видела его в тот вечер издали, гуляющим по городу со своей невестой, и справедливо полагала, что ночь они тоже провели вместе. Вот только невеста не могла сказать правду. Традиции одинаково жестоки к девушкам и из аристократии, и из простонародья.

А Алисия рискнула. Она напрочь загубила этим свою репутацию, но остановила грозивший вот-вот начаться очередной виток клановой войны. И господин Магади ее жест оценил.

Сам он ее в слуги взять не мог, ей бы тогда и в роду жизни не дали. Алисия стала личной слугой его невесты, а потом и жены. После смерти господина Магади и его жены, Алисия принесла личную клятву их дочери.

Собственно, только поэтому Шанкара и взяла ее с собой на границу после инсценировки своей смерти. Сам факт того, что клятва Алисии по-прежнему действует, был мощнейшим разоблачающим фактором. Алисию с ее клятвой нужно было прятать наравне с самой Шанкарой.

Когда на руке завибрировал сигнальный браслет, Алисия вздрогнула.

Этот браслет ей оставил начальник службы безопасности рода с разъяснением, что на этот браслет дойдет один-единственный сигнал: сигнал бедствия от ее госпожи. Предполагалось, что в форте или около него будет дежурить отряд родовой гвардии Магади, готовый в любой момент прийти на помощь. Однако дежурные отряды должны были меняться, а Алисия была в форте постоянно. Поэтому браслет оставили именно ей.

Да только отряда Магади в форте не было.

Алисия так и не поняла, почему, а спросить у заглянувшего к ней начальника СБ рода как-то постеснялась. Нет и нет, господам виднее, так она тогда решила.

А сейчас она кляла себя за это последними словами. Вот где ей теперь искать помощь? Вояки не пойдут вглубь Свободных земель. К наемникам обратиться? А что им можно пообещать?

Да и кто она такая, чтобы они поверили ее слову? Любая незнакомая сорокалетняя тетка может назвать себя слугой древнего рода, а толку-то? Аристократы еще могли бы ее выслушать, те понимают, что им простолюдин попросту не посмеет врать о своем статусе, его же в порошок сотрут на месте за подобную ложь.

Аристократы… А ведь полчаса назад она видела в форте наследника рода Раджат. И если это его машины стояли практически у ворот форта, то он все еще здесь. Более того, у него с собой довольно большой отряд, не зря же там столько машин!

Алисия подобрала юбки и бегом бросилась к воротам.

Вылетев наружу мимо удивленных караульных, женщина увидела, что машины на месте. Рядовые бойцы расположились неподалеку, а около самой большой машины стояли и разговаривали двое аристократов рода Раджат. Наследник и его дядя, который служит в этом форте.

Бойцы насторожились, увидев бегущую женщину, но наследник обернулся и коротко махнул им рукой. Дорогу ей никто не преградил.

Добежав, Алисия рухнула на колени перед наследником рода Раджат.

— Господин Раджат, умоляю, помогите! — выпалила она.

Глава 26

*****

— Встаньте, — ровно произнес я.

Женщина поднялась с колен и посмотрела на меня. Молча и с явной мольбой во взгляде.

— Кто вы и что у вас случилось? — подтолкнул ее я.

— Меня зовут Алисия, я слуга рода Магади, — женщина поклонилась. — Прошу простить мою невежливость, господин Раджат.

Быстро она взяла себя в руки, молодец. Чувствуется выучка древнего рода.

А вот фамилия рода меня насторожила. Магади? Этим что здесь понадобилось?

Форт Арджау находится в глубине континента, почти у самого восточного края страны. Род Магади вместе со своим кланом обитают на западном побережье, в порту Сурат. Это тоже южная граница страны, но от них до Арджау ничуть не ближе, чем до столицы.

— Госпоже Магади требуется помощь, — украдкой бросив взгляд на дядю, сообщила Алисия. — Она и ее отряд ушли в Свободные земли. Я только что получила от них сигнал бедствия… И мне больше не к кому обратиться.

Я тоже посмотрел на Ривана. Вот кстати, а почему он не сказал, какие интересные гости были в его форте? Или они даже базируются тут, раз слугу рода здесь оставили?

Однако Риван смотрел на Алисию с еще большим изумлением, чем я. То есть он был не в курсе, сделал закономерный вывод я.

Прийти в форт, где комендантом служит аристократка древнего рода и не представиться можно только в одном случае. Леди инкогнито.

И я, пожалуй, догадываюсь, какая конкретно «госпожа Магади» ухитрилась так встрять в Свободных землях. Ни одной нормальной местной аристократке такая авантюра попросту не придет в голову. Это наверняка Шанкара, и она жива.

Пока жива.

И если я хочу с ней поговорить, то придется сначала ей помочь.

Я окинул взглядом свой отряд. Почти тридцать человек, из которых половина — маги. Плюс на всех них не только защитные артефакты седьмого ранга, но и мои полноцветные. Разве что из тяжелого вооружения у нас с собой ничего нет, но зря что ли у меня родичи здесь служат? Уж такого добра в пограничном форте наверняка хватает.

— Поедешь? — пристально посмотрел на меня Риван.

— Поеду, — кивнул я. — Оружием поделишься?

Вместо ответа Риван глянул мне за спину. Я обернулся. За моим плечом стоял Карим.

— Все слышал? — уточнил я.

— Да, — кивнул он. — Спасательная операция в глубине Свободных земель.

Я кивнул ему в ответ и повернулся к дяде. Тот вздохнул и махнул рукой Кариму:

— Пошли.

Они двинулись по направлению к форту, а я перевел взгляд на так и стоявшую рядом со мной Алисию.

— Отдашь маячок или с нами поедешь? — уточнил я у нее.

— Я знаю координаты, — сказала она и тут же замялась. — Но…

— Тайна? — понимающе хмыкнул я.

Женщина молча кивнула и бросила взгляд на моих бойцов.

— Они все равно узнают, мы же туда поедем, — пожал плечами я.

— Да, конечно, — опустила голову Алисия. — Простите, господин Раджат, я просто… я очень волнуюсь за госпожу.

— Я сделаю все возможное, чтобы ее вытащить, — твердо сказал я. — Слово.

Алисия подняла на меня глаза, наполненные слезами, и молча кивнула. Через десяток секунд она все-таки справилась с собой и назвала координаты.

Я подозвал Рама и попросил его найти это место на карте.

Сам же с интересом глянул на наши машины. Полноценные щиты на все четыре автомобиля я повесить не успею. Точнее, я мог бы, но это слишком много времени займет. А вот из головной машины сделать «ледокол» — это легко.

Головным я назначил свой внедорожник. У него и броня изначально классом чуть повыше, чем у остальных, и я, как ни крути, самый опытный маг из присутствующих. Да и вряд ли кто-то сможет грамотно работать управляемым щитом.

Я достал из рукава небольшой метательный нож и присел перед мордой своего внедорожника. Этим перышком я разве что краску ему попорчу, но иногда даже такая малость позволяет намного легче сплавить металл с плетением.

Сначала — мой полноцветный щит. Из тех моих последних разработок в родном мире. С учетом брони, он должен и атаку восьмого ранга держать. Теоретически. Надеюсь, проверять это не придется, но седьмой ранг он выдержит точно.

Следом — классический таранный щит. Нам через лес напрямую в идеале надо бы гнать. Вот чтобы водителю не пришлось несколько часов подряд заниматься бешеной рулежкой между деревьями, и пригодится этот щит.

На активацию таранного щита ставим еще и «мясорубку». А то совсем смешно будет: снести солидное в обхвате дерево-то мы снесем, а дальше что? Наедем на него по инерции и колесами в воздухе болтать будем? «Мясорубка» превратит в труху все препятствия.

Ну и последним слоем — обычный синий щит. Автоматический и с дистанцией активации чуть больше, чем у полноцветного. Нечего сходу козыри светить перед неизвестным противником.

Когда я закончил с модернизацией головной машины, мои люди уже были заняты погрузкой.

Риван не поскупился, я смотрю. Ящики с военной раскраской и маркировкой исчезали в наших машинах с завидной скоростью, но на поляне их еще немало лежало. Чую, все не влезут. Ну или мои бойцы поедут лежа вповалку на своей добыче.

Увидев, что я освободился, ко мне подошел Карим.

— Вооружение получили, погрузка почти закончена, минутная готовность, — доложил он.

Я кивнул и сообщил ему:

— Моя машина пойдет во главе колонны. Рама посажу за руль, а сам останусь на управлении щитами. Таран поставил, — я махнул рукой на свою машину.

— Принял.

— Если там будет волновая связь — общее командование на тебе, — добавил я. — Если нет — действуйте малыми отрядами, как привыкли. Главная цель — вытащить девушку. Противника не преследовать, своими людьми, по возможности, не рисковать, пленных не брать.

— Принял, — вновь повторил Карим.

Убедившись, что дополнительных указаний не будет, он обернулся. Я тоже глянул на то место, где пару минут назад лежали военные ящики.

Ты смотри-ка, мои бойцы все-таки ухитрились впихнуть их все. У меня не только Астарабади — хомяк, оказывается.

— Готовы к выезду немедленно, — констатировал и без того очевидный факт Карим.

— По машинам! — скомандовал я.

*****

А начиналось-то все неплохо, с тоской подумала Шанкара.

Когда девушка взлетела на крепостную стену около центральных ворот поместья архонта, нападающих она не увидела. В магическую защиту поместья били гранатометы и ручные артустановки, купол защиты задорно полыхал в ответ, но люди были только внутри.

Архонт и два его сильнейших мага, седьмого и шестого ранга, стояли во весь рост на крепостной стене. Просто стояли, скрестив руки на груди и как будто насмехались над противником.

Однако это было так лишь на первый взгляд.

Поначалу Шанкара удивилась наличию магической защиты на поместье. Это кто ж ее ставил то в условиях непрекращающейся войны всех против всех в Свободных землях? Чего стоило архонту договориться об установке защиты и какую космическую сумму ему наверняка пришлось отдать за это, девушка и вовсе боялась себе представить.

А потом Шанкара поняла, что защита-то слабенькая. Точнее, сама защита, может, и нормальная, но запитана она максимум на пятый ранг. То ли денег, то ли связей на нормальные накопители архонту явно не хватило.

И сейчас и он, и его маги стояли на стене не просто так.

Два мага шестого и седьмого ранга подключились к защите напрямую и питали ее в реальном времени, как могли бы держать свои щиты. Просто щиты таких размеров, чтобы прикрыть поместье, эти маги создать не могли. Потому и вливали силу в уже готовую защиту периметра.

А архонт их страховал, по всей видимости.

Спорное решение, мысленно хмыкнула Шанкара. Энергии-то защита периметра потребляет несоизмеримо больше, чем ручные щиты. Даже высшие ранги не смогут подпитывать эту махину до бесконечности. А врагу, похоже, того и надо: вывести из боя сильнейших магов защитников.

Правда, присмотревшись, Шанкара поняла, что работали они грамотно. Защитный купол над поместьем стоял не постоянно. Маги подавали силу импульсами, и купол появлялся только в те моменты, когда летели ракеты.

Что ж, в таком случае и она может внести в этот бой свою лепту. Вряд ли обслуга мобильных артустановок — одаренные. А это значит, что на них и ее третьего ранга с головой хватит. Главное, попасть.

Переждав пару новых залпов, Шанкара вычислила примерное местоположение ближайшей артустановки. Гранатометчики часто меняли позиции, а артустановка стояла на месте. Ее тяжелее таскать, видимо.

Девушка сплела синюю трехмерную конструкцию. Полноцветную магию светить было рановато, да и не факт, что это вообще стоило делать здесь, а вот якобы секретные родовые плетения применить можно.

Правда, и так архонт с интересом покосился на сложнейшее плетение в ее руках.

Дождавшись очередного снятия защиты, Шанкара запустила свое плетение в цель. Примерно в цель, тут все же слишком далеко. Однако это было неважно, блок самонаведения девушка давно опробовала в одноцветном варианте и признала вполне годным. Эффект попроще, конечно, но до двадцати градусов поправки курса берет. И этого более чем достаточно в бою.

Когда в дальней роще раздались крики, а потом и взрыв от детонации боеприпасов, архонт посмотрел на нее уже с конкретной такой заинтересованностью и толикой уважения.

Шанкара лишь усмехнулась в ответ и принялась плести свою атаку снова.

Тем временем к архонту подошел его приближенный. В аналогах аристократических родов этот человек имел бы должность главы службы безопасности.

— Мы окружены, — без каких-либо эмоций сообщил он. — В западном секторе…

Договорить он не успел, защитный купол полыхнул так, что чуть не ослепил всех присутствующих. И это при том, что в зоне видимости атаки не было в этот момент.

А сам архонт взял на себя общий контроль периметра, поняла Шанкара. Именно он сейчас дал импульс силы, который позволил отразить атаку где-то на задворках поместья.

Непонятно только, почему он именно здесь стоит. Впрочем, по большому счету, без разницы, откуда контролировать алгоритм автоматического срабатывания защиты. Возможно, главный управляющий контур находится где-то поблизости, и отсюда проще успеть подать силу одновременно с автоматикой.

— Это оно, видимо, — хмыкнул архонт.

— Да, похоже на то, — кивнул безопасник. — По косвенным признакам мы вычислили еще три таких установки. Северо-запад, северо-восток и восток. Но их может быть и больше.

— Ерунда, — отмахнулся архонт.

— Господин, — осторожно начал безопасник, — нам надо уходить. Пока мы еще можем прорваться. Если это Гриди, и он подтянет сюда все свои силы…

Архонт нахмурился и бросил взгляд на Шанкару. Девушка слушала их диалог, даже не пытаясь сделать вид, что ее это не касается.

— Ее люди ушли? — спросил архонт.

— Нет, — ответил безопасник. — Точнее, они вышли за периметр и сейчас работают в кооперации с нашей лесной разведкой.

— Они смогут обеспечить своей госпоже прорыв?

— Нет, — уверенно ответил безопасник. — В окружении больше семисот бойцов, и они еще прибывают. К тому же, волновая связь не нарушена, так что к месту прорыва мгновенно стянутся соседние группы.

Архонт перевел задумчивый взгляд на Шанкару.

— У Гриди почти нет магов, но тебе это не поможет, — сказал он. — Ты же не диверсант?

— Нет, — ответила девушка.

Его логику Шанкара поняла: можно было бы устроить ложный прорыв, стянуть к нему побольше бойцов противника и аккуратно проскользнуть на оголившемся участке. Однако при таком количестве осаждающих, совсем уж пустого пространства не появится. Да, оцепление поредеет поблизости от ложного прорыва, но без спецподготовки там все равно будет не пройти.

Архонт вновь перевел взгляд на безопасника.

— Ищите Гриди, — ровно сказал он. — Он всегда лично сопровождает свою армию. Когда я уничтожу Гриди, атака захлебнется.

— Но, господин, — вскинулся безопасник, — он же всегда в тылу!

— И что? — усмехнулся архонт. — Считаешь, я не пройду через этот сброд?

Безопасник опустил глаза и промолчал.

А Шанкара нахмурилась. Если архонт уйдет за периметр, он подпишет всем, кто останется внутри, смертный приговор. Тот удар, который он отвел посредством защитного купола, был очень мощным. Слишком мощным даже для мага седьмого ранга.

И их единственный шанс — это уничтожить эти особые установки до ухода архонта.

— Позволите? — нейтрально поинтересовалась Шанкара.

Архонт и его безопасник посмотрели на нее. Архонт кивнул.

— Можете указать, где эти самые мощные артустановки? — спросила она у безопасника.

— Хороший план, — скупо улыбнулся архонт и перевел взгляд на подчиненного. — Содействовать нашей гостье всеми силами. Считай, что она — твой снайпер с секретным боеприпасом.

— Принял, — кивнул безопасник и посмотрел на Шанкару. — Идемте, госпожа.

*****

Мы ломились через лес уже несколько часов.

Давно стихли маты бойцов, которые ехали на задних сидениях. Их по-прежнему швыряло во все стороны, Рам гнал по пересеченной местности на пределе своих возможностей, но они просто устали уже ругаться.

Рам рулил сосредоточенно и молча, но было видно, что и он устал.

Впрочем, я тоже выдохся.

Моя задумка с «мясорубкой» сработала лишь частично. Да, таран исправно валил деревья, но далеко не все их «мясорубка» успевала перемолоть в труху. Слишком высока была наша скорость. Самые крупные деревья Рам благоразумно объезжал, но и ствола в три десятка сантиметров диаметром хватило бы, чтобы джип забуксовал. На такие мне приходилось кидать «мясорубку» еще и с рук.

Один свой резерв я уже полностью слил, полчаса назад пришлось опустошить накопитель. У меня остался еще один накопитель. Всего один. Я, конечно, параноик и запас у меня есть всегда, но я же не в бой собирался, а всего лишь в гости к родичам.

Ладно, тут осталось-то с десяток километров. Мне хватит нынешней силы еще и на бой. Наверное.

Однако мы не доехали. В какой-то момент зашуршала рация, и голос Карима скомандовал:

— Внимание всем! Остановка через минуту. Повторяю, всем машинам. Плавно тормозим, остановка через минуту.

Очень интересно. В первую очередь то, что волновая связь работает. Хотя в такой близости от места боя уже не должна, по идее.

Когда машины остановились, я и Рам подошли к Кариму.

Тот держал в руках небольшое устройство типа планшета из моего мира. Переносной радар плюс тепловизор. Эта штука работает на дикой помеси магии и техники, и у меня такой с собой точно не было. Риван выделил, видимо.

— Шахар, у нас проблемы, — сообщил Карим.

Он протянул мне планшет.

Глянув на картинку, я даже не сразу понял, что я вижу. Это, похоже, периметр особняка в центре, причем так, как он выглядел бы со спутника в моем мире. По самому краю прямоугольника поместья местного «босса» редкой россыпью виднелись красные точки. Защитники, видимо.

А вот по периметру территорию поместья окружала сплошная красная полоса. Прибор даже отдельных людей в этой массе не различал, настолько их было много.

Это что у них тут за масштабная война?..

Глава 27

*****

Архонт задумчиво смотрел на девочку, азартно выискивавшую самые «жирные» цели по наводке разведки. В последнее время у него стало завязано на нее как-то очень много планов.

Империя за последние годы стала отправлять рейды в глубь Свободных земель слишком часто. Причем чем дальше, тем увереннее становились их попытки здесь закрепиться. Пока им это не удавалось, их быстро выбивали обратно, но сам факт настораживал.

Да и из самой Империи стали доходить слухи о том, что император нацелился на полноценное возвращение Свободных земель в лоно страны. Формально это до сих пор территория Индийской Империи. По факту даже сами индийцы так не считали, не зря же у них граница стоит там, где стоит.

Однако сама тенденция настораживала. После мировой магической войны прошло полторы сотни лет, и, похоже, у страны появились, наконец, лишние ресурсы. Не этот император, так следующий приструнит все-таки Свободные земли.

И дожидаться этого момента архонту не хотелось. Мало того, что сил у него недостаточно для более-менее масштабной войны, так еще и поместье стоит довольно близко от границы. Его сметут в первую же волну экспансии.

Появление девочки он сначала принял недоверчиво, в основном из-за ее фамилии. Архонт как раз думал о том, чтобы связаться с предполагаемыми родичами, и тут она. Не бывает таких совпадений. Но Шанкара оказалась козырем рода, и все встало на свои места. Более того, родился вполне жизнеспособный план.

Он прекрасно понимал, что род Магади не откажется от мага восьмого ранга. Никто не отказался бы. Но быть приживалой в древнем роду, без какой-либо явной кровной связи — так себе идея. А Магади еще и в клане ко всему прочему. Тут никакой ранг не спасет, не ему — так его детям жизни не дадут.

А вот если его дети будут еще и детьми козыря рода — это решит все потенциальные проблемы. Ему всего-то и надо — жениться на ней.

Из рода ее никто не отпустит, это даже не обсуждается. А сильный маг-мужчина из аристократов в чужой род не пойдет. Так что архонт со своим восьмым рангом прям-таки идеальный жених для нее.

Ему оставалось только убедить в этом саму Шанкару. Козырь рода насильно выдать замуж не рискнут, выбор будет за ней, это понятно.

И дело, в принципе, шло. Девочка оказалась очень любопытной и довольно прямолинейной особой. Никаких «женских» штучек вроде кокетства, капризов и претензий он за ней не замечал, даже когда сам слегка провоцировал. Иногда архонту казалось, что ей не шестнадцать, а лет тридцать.

Общаться с ней было легко и приятно, и отношения у них сложились довольно теплые для едва знакомых людей.

Сигнальный контур вновь резанул по нервам, архонт тут же подал очередную порцию силы, защитный купол нестерпимо ярко полыхнул, отражая очередную ракету с какой-то хитрой начинкой. И где только Гриди такое достал? Они же стоят целое состояние.

А главное, как не вовремя-то. Не было бы здесь Шанкары, это нападение вообще было бы ерундой. Сам Гриди — всего лишь седьмой ранг. И никого сравнимого в его своре нет, десяток магов послабее в ближайшем окружении — это ни о чем. Выйти да уничтожить их всех, вот и вся проблема.

Поместье они за это время превратят в руины, это да. Впрочем, его ученики выживут, а до остальных архонту особого дела не было.

Если бы не Шанкара… Вот у нее шансов мало. И даже ученики вряд ли смогут ее прикрыть. С собой тащить? Так в этой бойне снаружи он и сам не даст гарантий, что сможет ее защитить.

Еще и ведет себя Шанкара так, что архонту стыдно за себя становится. Он ведь намеренно при ней озвучил свой план, и девчонка прекрасно поняла, что после его ухода шансов выжить у нее мизер. Архонт ожидал увидеть страх хотя бы в ее глазах, а она только фыркнула и запросила себе новые цели.

Да к забытым богам этих Магади, он взял бы ее в жены, даже будь она вовсе безродной.

Как же тебя спасти-то, красавица?..

*****

Когда диверсанты Рама, отправленные на разведку, вернулись, новости они принесли неутешительные. Оценочная численность противника составляла около тысячи бойцов.

Тех, кто находился внутри защитного периметра, я пока по умолчанию считал союзниками. О Шанкаре у меня были основания так думать, а остальных пока авансом, так сказать. Так вот союзников можно было и на планшете-сканере оценить. Их там едва ли полторы сотни наберется.

Нормальное соотношение, учитывая наличие магической защиты поместья. Правда, у нападающих практически не было магов, но зато и ограничения на тяжелое вооружение не было. И как раз его у них было вволю.

Я слушал доклады диверсантов вместе с Рамом и вообще не понимал, что мы можем здесь сделать. Жалкая кучка в неполные три десятка бойцов в замесе таких масштабов не изменит вообще ничего.

Теоретически, мы можем прорваться через осаждающих до ворот поместья. На машинах, особенно если я на все четыре повешу свои полноцветные щиты, — реально. Допустим, нас даже впустят. И толку? Слегка усилить защитников?

Как бы это цинично ни звучало, у меня нет задачи спасти всех. Мне нужна одна-единственная девчонка — чужачка.

Если скоординировать действия с защитниками, то мы не только туда прорваться на машинах сможем, мы и обратно вырвемся. Если прямо у ворот заберем девчонку и тут же рванем обратно. Волновой блокировки тут нет, так что подобрать частоту и связаться с защитниками можно.

Да только если у девчонки есть хоть капля гордости аристо, она не уйдет с нами. Ее же не в плену здесь держали, она тут добровольно, по собственному выбору, и уже довольно давно. Обитатели поместья, вполне вероятно, ей не чужие.

Договориться с хозяевами поместья и забрать ее силой? Хозяина поместья, возможно, действительно устроит этот вариант, гостя ему спасти надо, как ни крути. Но на месте девчонки я бы таких спасителей возненавидел.

Это по возрасту тела я называю ее девчонкой, но себе-то я отдаю отчет в том, что внутри юного тела сидит взрослая женщина и явно неслабый в прошлом маг. Уверен, что Джина, что Шанкара и Ребире Мехта в нашем родном мире фору бы дали. Причем и по характеру в том числе.

Зачем мне враг в лице Шанкары? Лакшти мне за глаза хватает.

— Господин! — окликнул меня Рам.

На поляну вышли два диверсанта. И они тащили с собой пленника с заломленными за спину руками.

Подведя его ко мне, они дождались моего кивка и отпустили его. Половина моих бойцов на поляне взяла его на прицел. Остальные так и остались контролировать периметр.

Пленник выпрямился и прямо встретил мой взгляд.

— Господин Раджат? — спокойно уточнил он.

И откуда, интересно, он меня знает?

— Верно, — скупо улыбнулся я. — А вы?

У меня был только один вариант, и пленник оправдал мои надежды:

— Позвольте представиться, Тайен Рипура, начальник службы безопасности рода Магади.

Логично, помимо аристократов, только верхушка слуг рода знает приличную часть аристо страны в лицо. С древними и старыми родами это довольно просто, сильная кровь делает узнаваемым весь род, если ты видел хоть одного его представителя.

— Я так понимаю, вы за Шанкарой? — полуутвердительно произнес он.

Я молча кивнул.

— У меня есть связь с защитниками поместья, — сообщил безопасник.

*****

Когда местный босс узнал, что мы на неплохо бронированных машинах, он предложил практически тот же самый план, который я уже обдумывал: мы прорываемся к воротам его поместья, он сдает нам с рук на руки Шанкару, потом площадным плетением расчищает весь сектор, и мы уматываем обратно в Империю.

Из интересных фактов было только то, что он оказался магом восьмого ранга. Неудивительно, что нападающие сюда такую толпу пригнали. Впрочем, даже с тяжелым вооружением их шансы сомнительны, как по мне.

— А Шанкару вы спросили? — хмыкнул я, выслушав его план. — Она согласилась уехать с нами?

Судя по повисшей тишине, ничего он у девчонки не спрашивал. И даже не собирался. Таково типичное мышление этого мира, это я уже понял.

Бедные девчонки, они к подобному точно не привыкли в родном мире. Впрочем, многое зависит от ранга. И в этом мире, и у нас. Хотел бы я посмотреть на того, кто вздумает покомандовать Ребирой Мехта, например. Издали и желательно из укрытия.

— А если она будет против? — вкрадчиво поинтересовался архонт.

— Вы мне предлагаете похитить члена древнего рода? — фыркнул я. — И зачем мне эти проблемы?

— Ждите, — коротко бросил архонт и отключился.

Минут пять стояла тишина. Гвардейцы бдели, глава СБ рода Магади уселся прямо на землю и оперся спиной о колесо одной из машин, Асан привычной тенью маячила у меня за плечом. А я от нечего делать разглядывал лес.

В принципе, ничего особенно бросающегося мне в глаза здесь не было. Разлапистые хвойные деревья, довольно густой подлесок в виде мелких кустов по колено и мягкого травяного ковра. Форма листьев у кустиков разве что непривычная, но я не ботаник, чтобы сказать, что это за заросли.

Местами и кустов не было, просто хвойные деревья и мохообразного вида трава.

Это не тропики, как я их себе представлял, короче.

— Спасибо, Шахар, — неожиданно раздался из рации женский голос.

— Шанкара? — все же уточнил я.

— Да. Шанкара Магади приветствует наследника рода Раджат.

В ее голосе слышалась улыбка, но я решил перестраховаться:

— Приветствую леди из древнего рода Магади.

И тут же чуть не прикусил язык. Вот откуда у меня вылезло это «леди»? Спасибо, не ляпнул по старой привычке «боярышню».

Шанкара хмыкнула и пообещала:

— Мы еще поговорим с тобой… Шахар.

Мне так и слышалось на месте имени «чужак». Но она права, не время и не место. Хотя мне тоже очень любопытно, кем она была в прошлой жизни. А учитывая, как я сорвался к ней на помощь, велика вероятность, что она это мне скажет.

— Я так понимаю, план архонта тебя не устроил? — вернул разговор в деловое русло я.

— Нет, — ответила Шанкара. — Ты готов помочь нам иначе?

«Нам». То есть я был прав, люди внутри ей не чужие.

Хотя о чем я, вот же сидит глава СБ ее рода. Да и в принципе, не могла она прийти сюда одна. Уж своих людей она точно не бросит, а места в машинах на них всех у нас нет. Я и ее-то на своих коленях везти собирался.

— Смотря как, — неопределенно отозвался я.

— По данным разведки ставка командования нападающих находится на юго-западе, в полутора километрах от поместья. Главный некто Гриди. Маг седьмого ранга. При нем не более полусотни людей. И равных ему магов там нет. По сути, он — единственный противник для тебя.

Сказать честно, перспектива биться с чужим врагом меня вообще не привлекала.

При поддержке своей гвардии мага седьмого ранга я одолеть должен, но это точно не будет легкой прогулкой. Мне-то это зачем? Я готов рискнуть ради самой Шанкары, но этот Гриди даже не за ней пришел. Она просто случайно оказалась не в то время не в том месте.

— Тебе настолько дороги эти люди? — поинтересовался я.

— Да, — без колебаний ответила Шанкара. — Это дела рода Магади. И я не забуду твою помощь. Долг рода.

Ого! Долг рода Магади — это, конечно, не долг великого клана, но тоже очень и очень круто. И дело не в слугах ее рода, похоже.

Ей нужно это поместье. Или маг восьмого ранга вместе со своим поместьем, как вариант. Шикарная же опорная база в Свободных землях получится, если заключить с ним договор.

— Остальные нападающие, я так понимаю, не проблема без командования? — уточнил я.

— Как только вы свяжете боем Гриди, наши разведчики уничтожат оставшиеся артустановки, — сообщила Шанкара. — И тогда да, они даже разбежаться не успеют. А подкрепление к ним и не пойдет, развернутся с полдороги.

Я вздохнул. Не была бы Шанкара родом из моего мира, я бы отказался. Даже долг древнего рода не стоит моей жизни. Но она мне нужна. Всей шкурой чувствую, она необходима, на ней словно свет клином сошелся.

— Хорошо, — сказал я. — Жду точные координаты и точку отсчета.

Им еще своих разведчиков надо оповестить и дать тем время выйти на позиции. Если уж бить — то одновременно по всем ключевым точкам.

— Принято, — ответила Шанкара. — И спасибо, Шахар!

*****

Пожалуй, сейчас я в первый раз увидел, насколько гвардия аристо превосходит любые другие боевые отряды.

Мы обошли осаждающих поместье рядовых бойцов по большой дуге и вышли прямиком на «ставку» командующего противника. На машинах, конечно.

Живой силы противника здесь было не особенно много, действительно не больше полусотни, но именно они были лучшими среди этого сброда. И как минимум десяток из них были магами.

Я отдал командование Кариму, все равно я ничего не понимаю в тактике малых и средних групп. Моя задача — маг седьмого ранга. С остальными мои люди должны справиться сами.

И они справились, да так, что я едва челюсть на месте удержал.

Мы влетели на машинах прямо в лагерь противников. Те еще не успели среагировать на такую наглость, когда из машин посыпалась моя гвардия. Сначала маги, которые прямо в прыжке активировали щиты, за ними — неодаренные. И эти тоже начинали стрелять еще в воздухе.

Мне оставалось только изумляться такой слаженности действий. Магические щиты ведь и изнутри непроницаемые. То есть маги прикрывали так, чтобы не мешать стрелять, а бойцы занимали положение, которое это позволяло. В движении, в прыжке, — им без разницы было.

Две трети неодаренных бойцов противника полегли сразу, в первые две секунды боя.

И только потом очухались маги противника. Очень долго. Я как-то привык, что все боевые маги страны прошли через боевой факультет Академии и базовую подготовку имеют очень приличную. Уж по несколько секунд они точно не тупят. Но в Свободных землях столь хорошей школы явно не было.

Среди моих людей магов пятого ранга было только двое: Рам и Карим. Однако этого хватило.

Когда в нас массово полетели атакующие плетения, они оба сделали шаг вперед, быстро изобразили пару жестов и вскинули нестандартные щиты. Мои отражающие щиты, схемы которых я им вручил меньше декады назад.

Однако! Это не мысленная постановка, конечно, но и такой скорости воплощения свежего плетения я от них не ожидал. Я вообще не думал, что они его уже освоили, там очень сложная структура, как ни крути.

Многие чужие маги поймали свои же отраженные подарочки. Часть из них успела вскинуть щиты, но четверо выбыли безвозвратно. С такими ранами не выживают.

Враг дрогнул. Где-то автоматные очереди стали реже, кто-то решил сменить позиции, пара магов попросту рефлекторно сделала шаг назад.

Неудивительно, за десяток секунд боя мы выбили половину их сил.

— Расступились, слабаки! — рявкнул чей-то хорошо поставленный голос.

Автоматный огонь со стороны противника стих, бойцы и маги отошли в стороны.

Карим воспользовался передышкой и парой условных жестов расширил зону нашего охвата. Мои гвардейцы разбились на группы по четыре-пять человек и заняли позиции метрах в двадцати друг от друга. Теперь они охватывали фактически треть диаметра поляны.

Тем временем, в центр лагеря вышел вальяжный мужик лет сорока, в щегольски белом шальвар-камиз с вычурными золотыми узорами на рукавах рубахи. Довольно высокий, коротко стриженный, без какой-либо растительности на лице. Ничего примечательного, кроме костюма и ярко-голубых глаз.

Это и есть тот самый Гриди, похоже.

Что ж, мой выход.

Глава 28

*****

Я вышел навстречу Гриди. Оставив за спиной своих людей, я сделал еще с десяток шагов и остановился.

Между мной и Гриди было метров двадцать. Достаточно, чтобы убедиться, что мой противник — действительно маг седьмого ранга, и недостаточно, чтобы он смог поймать меня первым же ударом.

— Четвертый ранг?! — изумился Гриди. — Парень, ты самоубийца?

Я лишь молча хмыкнул.

Никогда не понимал тяги к словесным перепалкам перед боем. Да какая разница, кто кому что скажет, если через минуту мы сойдемся в бою? Незнакомого человека я вряд ли зацеплю словами так, чтобы он потерял над собой контроль, а все остальное бессмысленно.

Гриди еще пару секунд пристально разглядывал меня, а я уже формировал атаку. Мысленно, конечно. Вряд ли он мои жесты проигнорировал бы.

Когда он усмехнулся и только начал поднимать руку, я тут же влил силу в свое атакующее плетение и отпрыгнул в сторону. Мимо меня пронеслось нечто, напоминающее крупный серп. Серьезно? Одиночная атака на седьмом ранге?

За своих людей я не опасался, ни Карим, ни Рам не станут их подставлять намеренно. А от случайных атак их мои артефакты прикроют.

От моей атаки Гриди отпрыгнул ровно так же, как я. Единым слитным рывком метра на три-четыре в сторону. Очень интересно.

Я подал импульс усиления в ноги и рванул вперед. Одновременно я закидывал противника небольшими порциями серпов, штук по шесть-семь в одной волне.

Где-то сзади и сбоку застучал сначала один автомат, его тут же поддержал еще один, и уже через секунду грохотал весь огнестрел, который имелся поблизости. Что характерно, в мою сторону ничего не летело. Это моя гвардия, похоже, решила не сидеть без дела и прикончить пока ближников Гриди.

Сам Гриди по большей части уворачивался от моих атак, но иногда все-таки принимал их на свой щит. Плоский щит.

Нет, я понимаю, что ему сейчас больше и не нужно, он прощупывает меня ровно так же, как я его, но его стиль боя все равно вызывал у меня недоумение.

Такое ощущение, что у него более-менее приличная базовая подготовка была ранге на третьем-четвертом. А потом, с ростом по рангам, он не стал ничего менять. Или не сумел переучиться, как вариант.

Вот эти короткие рывки на три-пять метров в стороны нормальны для моего ранга, они отлично сбивают прицел одиночных или крайне узких групповых атак. Но чем они могут помочь против равного ему седьмого ранга? Там же секторные или уже даже площадные атаки применяют. Которых от него, кстати, я так пока и не увидел.

Это что, «дутый» седьмой ранг? Сила есть, а плетений нет?

Теоретически это возможно, конечно. Если среди аристо до седьмого ранга добирается, условно, один из сотни одаренных, то у простолюдинов — один из десяти тысяч. И плетений на высокие ранги в общем доступе просто нет. Все учебники заканчиваются шестым рангом, да и то там очень скудный набор плетений приведен. А уж о площадных плетениях даже речи не идет.

В подавляющем большинстве случаев сильные простолюдины идут на службу — либо к аристократам, либо в госструктуры — именно поэтому: им просто негде больше взять плетения под свою силу.

А если не идут, то получается, как у Гриди. Его атаки аж гудят от вложенной силы, но при этом они остаются совершенно банальными одиночными атаками. Как и у меня, собственно.

Что ж, возможно, это будет даже проще, чем я думал. В тактике боя он мне точно не ровня, а главного преимущества седьмого ранга — площадных атак — у него нет.

Своими рывками в разные стороны мы уже оттянулись довольно далеко от начала боя. Своих людей я краем глаза заметил метрах в пятидесяти от нас. Гриди так и держался от меня метрах в двадцати-тридцати.

Он не пытался ко мне приблизиться, но изо всех сил старался подловить. Отправлял свои серпы или небольшие группы серпов во все стороны, но тактических навыков ему откровенно не хватало. Я читал рисунок боя на порядок лучше него. Да что там, я до сих пор ни одного своего щита не сформировал, мне хватало реакции попросту уворачиваться.

И Гриди это явно бесило. Ему-то от моих атак то и дело приходилось заслоняться щитами.

До сих пор я тоже не стремился сокращать дистанцию, но в какой-то момент понял, что пора. Я очень часто магические импульсы в ноги давал, и мне это аукнется. Хватит уже прыгать, пора заканчивать этот бой.

Но как только я собрался рвануть вперед, Гриди улучил момент и вытащил из кармана жилета какой-то предмет. Артефакт, похоже.

Машинально глянув на эту игрушку магическим зрением, я вздрогнул, а моя чуйка завопила благим матом. Давно она себя не проявляла, кстати.

Это не просто артефакт, это — атакующий артефакт. И меня чуть не ослепило, когда я на него магическим зрением глянул, столько силы туда была закачано.

Первый импульс Гриди подал в артефакт сразу, второй — через секунду, когда уже держал руку с артефактом вытянутой в мою сторону.

Двухтактовая активация. Впервые вижу такое в этом мире. Зато, к сожалению, очень хорошо знаю, что это такое. Только мощнейшие площадные плетения у нас активировались двойным импульсом.

Я был слишком близко к магу. И уйти из предполагаемой зоны поражения я не успевал никак.

— Назад! — заорал я. — Все назад!!

Сам я при этом бросился вперед. Глупое решение, я сам загонял себя этим в ловушку еще глубже.

В свое оправдание могу сказать только то, что действовал я на рефлексах. В прошлом мире нас всех так учили: если погибаешь сам, не тащи за собой товарищей, прими удар на себя и дай им шанс за тебя отомстить.

Слишком поздно я осознал, что сейчас не та ситуация, что, как бы цинично это ни звучало, моя жизнь дороже всех здесь присутствующих. Правда, их смерти тоже мне ничем не помогли бы.

Гриди отследил взглядом мой рывок, чуть сместил вытянутую руку с артефактом, беря меня в фокус, и подал третий импульс.

Третий? А это мой шанс! Третий импульс всегда активирует зону безопасности вокруг пользователя.

И одновременно это мой приговор. Если магу седьмого ранга нужна защита от этого плетения, то мне под ним не выжить. И никакие щиты не спасут.

Из артефакта разошлась стена огня метров семь высотой. И она превращала в непрерывное поле огня все то пространство, где шла.

За то мгновение, что ей потребовалось, чтобы до меня добраться, я опустил руку на пряжку ремня и активировал свою единственную заготовку на этот бой. Этот полноцветный щит я плел минут семь в машине, пока мы сюда ехали. Это щит предназначен только против магии, ничего материального он не задерживает, в отличие от стандартных. И за счет этого против плетений он работает круче. По идее.

Стена огня накрыла меня как огромная волна. Мой щит из заготовки разлетелся за мгновение. Следом схлопнулся щит местного артефакта седьмого ранга. А потом и моего полноцветного.

Между мной и всепожирающим пламенем преград не осталось.

*****

Увидев, как над лесом взметнулось пламя, Шанкара вздрогнула. Очень большой участок пространства, судя по всему, практически мгновенно залило огнем.

Даже в ее мире седьмой ранг был не способен покрыть разом такую площадь.

— Так вот на что он рассчитывал, — хмыкнул архонт.

У девушки словно глаза открылись. Не мог маг седьмого ранга в мире, где сила решает вообще все, прийти к сопернику более высокого ранга с пустыми руками.

И архонт явно это понимал с самого начала.

А понимал ли это Шахар? Или она отправила своего соплеменника на смерть?

Он ведь пришел ей на помощь. Да, она не просила, тут снова сыграло свою роль своеволие кого-то из ее слуг. Тайен, скорее всего, отправил аварийный сигнал в форт. Но он же откликнулся. И он знал, что идет за ней.

Ну не за козырем чужого рода же он шел? Наверняка нет. Он пришел за чужачкой, за человеком из своего мира. А она отправила его на смерть…

Шанкара прикрыла глаза и сделала глубокий вдох.

И ведь даже претензии предъявить некому. Архонту? Так и у нее, и у Шахара своя голова на плечах. И даже на возраст этот просчет не спишешь. Слишком привыкли они оба в родном мире, что плюс-минус ранг при нормальной подготовке вообще ничего не решает в бою.

— Помоги ему! — потребовала Шанкара, посмотрев архонту в глаза.

— Поздно, — равнодушно отмахнулся архонт. — Если он выжил в первый момент, то и дальше справится. А если нет, то помогать там уже некому.

— Ты ведь знаешь, что это за плетение?

— Знаю, — кивнул архонт. — Огненный шторм. Плетение восьмого ранга. Если оно в артефакт вкладывается, то усиленное плетение. Сильнее восьмого, слабее девятого.

Шанкара отвела взгляд и сжала зубы. Без шансов. Такое никакой полноцветный щит не выдержит. Не на четвертом ранге.

— Он сам туда пошел, — неожиданно мягко добавил архонт. — Не вини себя. Оставь мужчине право самому отвечать за свои решения.

Шанкара молча кивнула, так и не подняв глаза, и отвернулась.

Архонт открыл было рот, чтобы что-то добавить, но так ничего и не сказал. Он лишь покачал головой и повернулся лицом к осаждающим. Пора покончить с этим нелепым штурмом и очистить прилегающую территорию от всякой швали.

— Миард, Тапир! — негромко позвал архонт.

Его ученики, маги шестого и седьмого рангов, подошли поближе.

— Действуем тактами, — скомандовал архонт. — Я — щит, вы — атака. Щит — Миард — щит — Тапир. Интервал — секунда. Через тридцать секунд щит на шесть секунд, и второй круг аналогично. Вопросы?

Оба мага молча отрицательно помотали головами.

— Тогда поехали, — кивнул архонт, вливая силу в защиту поместья. — Щит!

Шанкара остановившимся, практически невидящим взглядом, наблюдала, как слаженно работает эта тройка магов. Она видела, как в крохотные промежутки между «мерцанием» щита уходят в лес попеременно конусы крошечных белых серпов и волны какой-то зеленоватой пыли. Она слышала многочисленные вопли из леса, стихающую стрельбу и редкие команды искать укрытие или отступать.

Но девушке все это было безразлично. Ее мысли были там, в так и полыхающем за лесом море огня, где, возможно, все-таки выжил ее соплеменник.

В конце концов, он мог попросту избежать этого удара? Ведь мог?..

*****

Это конец, мелькнула у меня паническая мысль. Чертовы Магади, вы не расплатитесь со мной за это, если я каким-то чудом выживу!

Так, нет, стоп, Игорюха, не перегибай. Тебе заранее дали все вводные, и ты сам согласился.

А мог бы и сообразить, между прочим, что местный маг седьмого ранга не просто так пошел войной против мага восьмого. Он должен был иметь в рукаве какой-то козырь. Иначе архонт уничтожил бы его мимоходом, и никакая армия неодаренных его не спасла бы. И эти слабаки из ближнего окружения — тоже.

Ну и кстати, почему я до сих пор жив-то?

Я продолжал бежать вперед, у меня просто не было других вариантов, кроме как успеть добраться до безопасной зоны вплотную к противнику. И только за пару шагов от него я осознал, что мне даже не жарко в этом огне. Про повреждения вовсе молчу, не было их.

Ничего не понял, но разбираться некогда. Вот он, Гриди.

Я выскочил из поля огня и увидел только его расширяющиеся от изумления глаза. В следующее мгновение я вцепился руками — почему-то покрытыми все тем же огнем — ему в горло.

У меня за спиной полыхнуло какое-то плетение, а я лишь усмехнулся. Да уж, выучка у Гриди ни к черту. Он там что, щит какой-то на рефлексах поставил? Причем плоский, несмотря на его седьмой ранг? Идиот.

В следующее мгновение мои руки вдруг перестали чувствовать хоть какое-то сопротивление и сомкнулись. Безголовое тело Гриди осело на землю, а сверху шмякнулась его голова. Отдельно.

Меня как раз хорошо учили, и отвернулся я тоже на рефлексах. Еще не хватало разглядывать эту тошнотворную картинку и опорожнять потом желудок на поле боя.

Поле огня полыхало как ни в чем ни бывало.

Я уперся в него носом практически, зона безопасности была едва ли метр диаметром. И только сейчас я сообразил опустить взгляд на себя.

Все мое тело было действительно в огне. Только это не чужое плетение меня зацепило, это был скорее… защитный покров?

Да это же моя шакти, вдруг осенило меня. Никакой второй пары рук не было, просто покров, вот я и не распознал ее сразу.

И, судя по тому, как я мгновенно пережег противнику горло с этим покровом, как раз огненная пара рук — самая слабая и бесполезная часть шакти. А вот защитный покров, который без проблем выдержал то, что не пережили три щита седьмого ранга, — это реально круто.

Не то я тренировал, балбес.

И ведь видел я как-то на тренировке в Академии нестандартное проявление своей шакти. Да что там, мне глава ИСБ прямым текстом сказал, что шакти вечных родов становится пластичной. А я просто забил на эту тему. Не оценил полезность второй пары рук, и потому забил.

М-да, вот так и скажешь в итоге спасибо врагу и смертельной опасности за новые знания.

Зато теперь я, кажется, чуть лучше понимаю, почему вечные роды так никому и не удалось окончательно уничтожить. Я ведь сейчас ничего не делал. Шакти активировалась сама. Это родовой камень, растворенный в моей крови, пытался меня спасти, видимо. И ведь спас.

Так, ладно, это все потом.

Выбраться-то мне отсюда как? Долго еще эта красота будет гореть, интересно?

*****

Угасания огня я так и не дождался. Пришлось собрать волю в кулак и шагнуть обратно в огонь. Покров шакти на мне никуда не делся, так что прошел я это поле огня спокойно. Ну, после того, как поверил, наконец, что покров выдержит и кое-как успокоил бешено колотившееся сердце.

Среди моих людей потерь не было. Впрочем, этому я не удивлен, у меня отродясь не было тех, кто не способен выполнить простейший приказ.

Зато какими глазами они на меня смотрели, когда я пафосно-неторопливо вышел из огня, — это надо было видеть. Я аж поежился, не хочу быть богом.

Остатки противника мои гвардейцы перебили, пока я в огне купался, так что больше нас тут ничто не держало. Мы погрузились в машины и направились прямиком к центральным воротам поместья.

Архонт к тому времени тоже уже расправился с нападавшими. По крайней мере, выстрелов больше слышно не было, и ни одной живой души мы не увидели.

Весь путь устилали безжизненные тела, срезанные ветки и скошенная трава. Тут какими-то плетениями типа «лезвия» явно поработали. Судя по иссеченным стволам деревьев, эти плетения еще и запускали если не по площади, то по широким секторам.

Ворота нам распахнули издали, и во двор поместья мы въехали, даже не снижая скорости.

Я вышел из машины и даже осмотреться не успел, как мне на шею бросилась незнакомая девчонка. С хорошего такого разбега бросилась, я аж покачнулся слегка. Машинально приобняв ее одной рукой, я почувствовал ее безмолвные всхлипы и слезы на своей шее.

Это Шанкара, я так понимаю.

— Нормально со мной все, — тихо сказал ей я и хмыкнул: — А твой род мне теперь должен. И если ты думала, что я там сдохну и не смогу взыскать обещанный долг…

— Дурак, — перебила меня девчонка и слегка отстранилась.

Красивая, кстати. Огромные голубые глаза, густые пушистые ресницы, смуглая кожа чуть светлее, чем у большинства индийцев, и роскошные иссиня-черные волосы.

— Привет, Шанкара, — улыбнулся я.

Девчонка выскользнула из моих объятий и сделала шаг назад. Слезы высохли, глаза не покраснели, — видимо, потому что она их не терла, — и в итоге ничего не напоминало о ее минутной слабости.

— Привет, Шахар, — с насмешливой улыбкой ответила она.

Я с интересом окинул ее взглядом с ног до головы. Реально красотка. Пониже меня на полголовы, с волосами до пояса и очень рельефной фигуркой. Настолько тонкую талию я до сих пор только в кино своего прошлого мира видел.

— А где местный босс? — поинтересовался я, с трудом оторвав от нее взгляд.

— Я выбила себе полчаса времени на разговор с тобой, — лукаво улыбнулась Шанкара. — Надеюсь, ты не очень хочешь чая?

— Обойдусь, — фыркнул я.

— Пойдем, прогуляемся, — предложила девушка, бросив взгляд на моих людей.

Я молча подставил ей локоть, за который она с готовностью ухватилась, и мы медленно двинулись мимо особняка в сторону небольшого парка справа от ворот.

— Ты ведь приехал за мной, потому что я тоже… из твоего мира? — осторожно спросила Шанкара.

— Да, — кивнул я. — И я был очень рад узнать, что ты жива. Нас и так мало осталось.

— Да уж, — вздохнула Шанкара. — А ведь мы для чего-то нужны были миру. Мы все.

— Согласен, но неплохо было бы понять, в чем ценность каждого из нас.

Я бросил взгляд на Шанкару и явного неприятия моей идеи у нее не увидел. Можно и рискнуть. В конце концов, не захочет отвечать, так и не ответит.

— Скажешь, как тебя звали в прежнем мире? — нейтрально поинтересовался я.

— Баш на баш, — насмешливо улыбнулась Шанкара.

Я вздрогнул. Я столько раз слышал это выражение в родном мире… Причем только от одного-единственного человека.

— Согласен, — кивнул я.

— Александра Магаданская.

Я застыл.

Этого просто не может быть!.. Саша?

Content

Наследник рода Раджат — 4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28