Наследник рода Раджат — 5

Глава 1

*****

— Твоя очередь, — хмыкнула девушка.

Александра Магаданская. В моем сознании так и пульсировало ее имя. Мыслей не было, ощущений тоже.

— Эй, ты чего? — нахмурилась она.

Я медленно повернул голову и встретил ее взгляд. Совершенно другие глаза, другое лицо… Она вообще ни капли не похожа на мою Сашу, но это она.

— Ты меня знал, да? — догадалась девушка.

— …я тебя любил, — хрипло выдохнул я.

Теперь глаза у нее стали огромными. Губы сжались в тонкую линию, а нижнюю губу она еще и прикусила. И вот это было очень узнаваемо. Саша всегда так делала, когда пыталась удержать перехлестывающие через край эмоции.

— Игорь?.. — прошептала она.

Я молча кивнул.

Понятия не имею, почему меня закинуло так далеко от родины, пусть даже с момента моей смерти прошло много тысяч лет. А вот созвучие ее прежней фамилии и имени рода Магади наводит на определенные мысли. Кто-то из Магаданских еще в нашей эпохе, похоже, и основал род Магади.

Я намеренно сосредотачивался на посторонних фактах, лишь бы не думать о ней самой. О нас. О нашей несостоявшейся свадьбе в прошлом мире. И о несбывшейся совместной жизни.

И так ведь понятно, что здесь у нас не будет ничего.

Два козыря рода, о чем тут говорить вообще? Ни я, ни она никуда из своих родов не денемся. Это априори тупик.

Саша осторожно убрала руку с моего локтя и отступила на шаг.

Я только сейчас заметил, что мы уже никуда не шли, просто стояли на дорожке, посыпанной мелкими камешками. Хорошо хоть, мы успели довольно далеко уйти, и вокруг никого не было.

— Игорь, — тихо и не поднимая на меня глаз, произнесла Саша. — Извини. Мне надо побыть одной. И не говори ничего. Не сейчас.

Я вновь молча кивнул. Я и не собирался, в общем-то. Да и что тут скажешь? Нам и в той жизни не по шестнадцать лет было, когда мы встретились. И в этой мы — не подростки, которые ради своих чувств пожертвуют всем.

Род превыше всего. Так было в той жизни, так же будет и в этой.

Саша подняла на меня взгляд, слабо улыбнулась на прощание и направилась вглубь парка. А я развернулся и пошел обратно к особняку.

Чую, мы тут слегка задержимся.

*****

Глава рода Лакшти с легким интересом и вежливой улыбкой смотрел на императора. Впервые за последние десять лет он даже примерно не представлял тему этой встречи с императором.

Это, с одной стороны, вызывало любопытство, а с другой — настораживало. Как ни крути, глава имперской канцелярии разбирался в политических течениях очень хорошо, и большую часть движений самых влиятельных фигур обычно мог хотя бы умозрительно себе представить. Но не сегодня.

Император не стал его томить ожиданием и чрезмерной вежливостью. Они оба лишь пригубили чай, отдавая дань традициям, и император заговорил сразу о деле:

— В скором времени страну ждут перемены. Серьезные перемены. И у меня есть для тебя интересное предложение.

Глава рода Лакшти начал лихорадочно перебирать варианты. Серьезные перемены не могут быть не подготовлены, о них не может не знать никто и ничего. Всегда есть, как минимум, слухи. Значит, будучи одним из самых информированных людей в стране, он должен понять, что имеет в виду император.

Вариантов было много, но сколь-нибудь масштабным могло стать только одно. Свободные земли. Император давно лелеял планы вернуть их в лоно империи, но только недавно слухи на эту тему стали активизироваться. В этом направлении явно что-то готовилось.

И сейчас у Лакшти был шанс узнать, что именно.

— Я всегда открыт для интересных предложений, ваше величество, — склонил голову Лакшти.

Император пару секунд посверлил его тяжелым взглядом, а потом сказал:

— Мне нужна информация о возможностях полноцветных магов. Общая информация, не вскидывайся ты так, — хмыкнул он. — В качестве ответного жеста доброй воли я дам тебе… фору. Ты узнаешь об интересных перспективах первым.

— Ваше величество, вы можете намекнуть на направление этих… перспектив? — осторожно уточнил Лакшти.

Брать кота в мешке в обмен на конкретно обозначенную очень ценную информацию ему не хотелось.

— Свободные земли, — скупо бросил император.

Что ж, выводы он сделал верные, удовлетворенно отметил про себя Лакшти.

Вряд ли император направит туда армию, это было бы нерационально. Проще предложить эту авантюру избранным родам и кланам. И уже по итогам их кампании выставлять новую фактическую границу страны.

А роды и кланы не будут участвовать просто так. Им нужно что-то предложить взамен. И если там будет действительно вкусная награда, то знать о ней заранее и, соответственно, иметь больше времени на подготовку, дорогого стоит.

— Я открыт к сотрудничеству, ваше величество, — вновь склонил голову Лакшти.

Это в явные для общества долги и обязательства перед императорам аристократы лезть не горели желанием, а обмен информацией не отследишь. Сложно вообще сказать, практикуется ли это. Лакшти к подобным разговорам с императором привык, а кто-то и помыслить о таком не мог.

Учитывая статус главы государства, он всегда получал от этих «обменов» чуть больше собеседника. Но тот же статус делал его информацию очень ценной. И за это Лакшти готов был платить.

*****

— Ты ведь надолго здесь не задержишься? — спросила Шанкара, войдя в гостиную.

Да, Шанкара. Я решил, что даже про себя не буду называть ее Сашей. Бессмысленно распалять остатки собственных чувств, у нас обоих в этом мире началась совсем другая жизнь.

В прошлом мире, если бы меня каким-то образом накрыло эмоциями настолько, я еще мог бы позволить себе бросить род. У меня там был и отец, и младший брат, и других родичей хватало.

Но здесь род Раджат — это я.

А умыкнуть козырь чужого рода — это утопия. Даже если я как-то ухитрюсь ее спрятать от всего мира, такое дело не будет иметь срока давности, рано или поздно Магади все выяснят и уничтожат мой род.

Да и она сама на это не пойдет. Саша и в прошлом мире была человеком чести, и неважно, что она — девчонка. На ее слово всегда можно было положиться.

— Не задержусь, — кивнул я. — А ты?

— Я не поеду с тобой, — покачала головой Шанкара. — Сам подумай, что мне там делать? Шанкара Магади официально мертва. Мы, конечно, изменились внешне, но не настолько, чтобы нас вообще никто не смог узнать.

Кстати, да. Не только моя внешность стала похожа на ту, что была у меня в прошлом мире, у Шанкары это тоже проявилось. На остальных Магади она, конечно, все еще была похожа, но это уже не бросалось в глаза. Да и выглядела она сейчас лет на двадцать с небольшим. Как и я, собственно.

— К родичам ехать? — продолжила Шанкара. — Я и так с ними повидаться смогу, если будет нужно. А больше меня в Империи никто и не ждет.

— А здесь?

— А здесь у меня дело есть, — хмыкнула девушка. — И именно об этом я хотела с тобой поговорить до твоего отъезда.

— Слушаю тебя, — насторожился я.

— Я обнаружила в Свободных землях три аномалии, — начала Шанкара. — Места, где восполнения силы нет. Причем маги высоких рангов этого не замечают, может, и ты не заметишь, а с моим третьим восполнения силы нет. Плетения там дрейфуют. Значит, там есть явный ток силы. Но физически на этих местах ничего нет. Вообще ничего, ровная поляна. Ток силы идет к ее центру и там… словно бы исчезает.

Я слушал ее и с трудом удерживал себя от резких слов. Не знал бы, что в теле этой девчонки находится моя Саша, я даже чужака из родного мира послал бы лесом с таким бредом. Но Саша никогда не говорила того, что не могла подтвердить фактами.

— Я тоже была, мягко скажем, удивлена, — хмыкнула Шанкара, оценив выражение моего лица. — Зато эти аномалии отлично ложатся в общую картину. Магии в этом мире подозрительно мало. И если идет ее отток…

— То это и есть та проблема, ради которой нас выдернули из глубокого прошлого, — подхватил ее мысль я.

— Именно, — кивнула Шанкара. — Я нашла три аномалии. Все они расположены на землях Эштана. Ну как нашла, он мне их и показал.

Эштан, вот оно как. С архонтом я уже познакомился. Собственно, он и развлекал меня беседой все два часа, пока Шанкара гуляла в одиночестве где-то на задворках поместья.

Нормальный мужик. Если бы не подспудная ревность по отношению к Саше, которую я всеми силами давил в себе, я бы даже сказал — отличный. Умный, сдержанный, жесткий. Он много интересного о Свободных землях мне рассказал.

И тактичный, кстати. Архонт оперативно свалил из гостиной, стоило Шанкаре вернуться.

— Думаешь, аномалий больше? — спросил я, выбросив лишние мысли из головы.

— Наверняка, — кивнула она. — Но как их искать, учитывая, что сильные маги их не ощущают, а слабым, вроде меня, еще нужно как-то ухитриться выжить? В Свободных землях первая реакция на незнакомца — стреляй!

— А обследовать надо все Свободные земли, — задумчиво качнул головой я. — Да даже если бы здесь было спокойно, ты просто устанешь прочесывать местность.

— И это тоже, — кивнула Шанкара. — Плюс, я пока не понимаю, имеет ли смысл искать остальные аномалии. Ну найдем мы еще десяток таких же пустых полян, и?..

— Совсем ничего? — уточнил я.

— Совсем.

Где-то я это уже видел, причем совсем недавно…

Родовое хранилище, вдруг осенило меня. Оно должно быть, Асан уверена, что оно было под поместьем, но его там нет. И ни намека на него тоже нет.

— У вас есть родовое хранилище? — спросил я. — У Магади?

— Есть, — с недоумением кивнула Шанкара. — А причем тут оно?

— Я не нашел родового хранилища в своем родовом поместье. Вообще ни следа. Может, оно на кровь зачаровано, но я даже не представляю, куда там эту кровь приложить. Дверь-то где?

Шанкара задумалась.

— Я не была в родовом хранилище Магади, — произнесла она. — Но если принцип тот же, то это… пространственный карман?

— Как вариант, — пожал плечами я.

— И если родовые камни вытащили сюда именно нас, полноцветных магов… — задумалась Шанкара.

— То ключом могут быть наши полноцветные плетения, — едва заметно улыбнулся я.

— Причем какие-то общеизвестные, — добавила Шанкара. — Те, которые знал в нашем мире каждый.

— Или наоборот, — предположил я. — Что-то очень хитрое и сложносоставное, чего еще никогда не было. Не зря же нас тут аж семь чужаков было изначально.

— Как вариант, — кивнула Шанкара.

Я вновь едва заметно улыбнулся, глядя на нее. Нам с Сашей всегда очень комфортно было работать вместе. Мы удачно дополняли друг друга и мыслили на одной волне.

Мы с ней так и познакомились, собственно. На открытой конференции, где был представлен один спорный проект, косвенно затрагивающий мою область, мы с ней сели рядом в зрительском зале. Совершенно случайно. А в процессе выступления докладчика сцепились языками. К концу конференции у нас уже была готова стройная концепция, которая могла в разы переплюнуть показатели этого докладчика.

— Я съезжу к родичам, — сказала Шанкара. — Нужно заявить права на эту землю. И на родовое хранилище посмотрю заодно.

— Права на землю? — переспросил я.

Шанкара несколько секунд молча смотрела мне в глаза, а потом все-таки произнесла:

— Если эта задачка не решается в лоб, то дальше может быть масса вариантов. Эти аномалии, вполне вероятно, потребуют от нас много времени и ресурсов. Нам нужен опорный пункт здесь, в Свободных землях. И так уж сложилось, что Эштан имеет фамилию Магада.

— Боковая ветвь? — удивился я.

— Вполне вероятно. Впрочем, если глава рода одобрит мой план, это станет неважно. Я выйду замуж за Эштана, и он естественным образом вольется в наш род.

В глазах девушки была та же горечь, что и в моих. Не быть нам вместе, и она понимала это не хуже меня.

— А ты в курсе, что на Свободные земли уже точат зубы имперские аристократы? — просто чтобы не молчать, спросил я.

Шанкара нахмурилась.

— Насколько это серьезно? — спросила она.

— Дхармоттара и Наороджи, — коротко ответил я.

— Тогда мы не удержим все, — покачала головой Шанкара. — Три аномалии на этих землях вытянуты фактически в ряд. От побережья вглубь материка. Одна близко, километрах в десяти от этого поместья. Остальные как минимум километрах в двухстах в разные стороны. Пока здесь только разрозненные банды и отдельные местные царьки, мой род справится. Но если сюда придут кланы из Империи…

Да, в этом случае даже две аномалии удержать будет проблематично. Слишком большие территории для одного рода. К обороне таких масштабов нужно серьезно готовиться, и дело не только в людях, но и в деньгах, технике, постройке укреплений, снабжении, логистике и так далее.

— А тебе не нужны, случайно, новые земли? — лукаво улыбнулась Шанкара.

Ради аномалий я бы сюда пришел. Чуйка прям-таки вопит, что Шанкара права, именно это — цель нашего появления в этом мире. Может, и не только аномалии, но из всего, что я пока знаю, в первую очередь важны именно они.

Да только толку сейчас тут с меня? Две-три сотни родовой гвардии — это ни о чем.

Похоже, мне нужен клан. И теперь уже только для того, чтобы чувствовать себя более-менее свободно в стране, где император не любит собственную аристократию, но и с чисто утилитарной точки зрения. Клан потянет то, что не потяну я сам.

— Один я земли не удержу, — честно признался я. — Но если собрать коалицию, то можно попробовать.

— Из родов с чужаками? — с полуслова поняла меня Шанкара.

— Да.

— Хороший вариант, — кивнула она. — Я пока попробую убедить главу своего рода заявить права на все земли Эштана. Имперцы доберутся сюда не сразу, им сначала придется выдержать натиск дикарей. Это сейчас здесь все воюют против всех, а когда их начнут теснить и занимать приграничные территории, банды и царьки вполне могут временно объединиться. И только после того, как осадят местных, кланы пойдут вглубь Свободных земель. К тому моменту, когда они сюда доберутся, хорошо бы нам уже окопаться здесь всеми силами.

— Союз? — улыбнулся я.

— Да Магади и так готовы с тобой союз заключить, — фыркнула Шанкара. — Зря, что ли, мой глава рода задумал этот совместный бизнес? Надо же вам хоть как-то сблизиться сначала.

Не уверен, кстати, что конкретно этот бизнес нас сблизит. Я принял предложение рода Магади, и мои люди уже даже начали что-то делать в этом направлении, но ни с кем из Магади лицом к лицу я так и не встретился. Не считая Шанкару, конечно.

А союз — штука соблазнительная. Из-за Шанкары, в первую очередь. Род, в котором появился полноцветный маг, не может быть бесполезным.

— Когда я буду кланом, заключить союз станет проще, — заметил я.

В официальных отношениях между свободными родами и кланами вообще очень много нюансов. Это с Дамаяти я мог заключить союз просто потому, что мы скоро породнимся.

В любом другом случае регистрация подобного договора стала бы той еще головной болью и потребовала бы очень серьезных обоснований. И хорошо, если она не растянулась бы на годы.

— Согласна, намного проще, — кивнула Шанкара.

— Тогда давай на этом пока и остановимся, — предложил я. — Без переговоров и четкого подтверждения всех наших планов все это вилами по воде.

— Как скажешь, — согласилась Шанкара. — Как с тобой связаться, если что?

— Оставлю специального человека в Лакхнау, — ответил я. — Он приедет познакомиться с твоей Алисией в форт Арджау. Через них и будем держать связь, если потребуется.

— Хорошо.

Я встал.

Шанкара поднялась вслед за мной. Она задержала на мне какой-то непонятный взгляд и вдруг подалась вперед. Она прижалась ко мне и впилась в мои губы отчаянным поцелуем.

Я обнял ее, она прервала поцелуй и уткнулась холодным носом мне в шею.

— Первый и единственный раз в этом мире, — прошептала она. — Молчи. Просто уезжай и не оглядывайся!

Саша… Вот умеет она драматизировать так, чтобы обоих встряхнуло. Вроде ж, мы перешли уже на чисто деловое общение, но нет же. Напоследок обязательно надо взбаламутить прошлое.

Я вздохнул и промолчал.

Шанкара отстранилась, и я ее отпустил. Сделав шаг назад, она заглянула мне в глаза, словно прощаясь навсегда. Горький темный взгляд человека, который с трудом переступил через себя.

Через секунду она развернулась и исчезла за дверью гостиной.

*****

Абихат Мохини, угрюмо глядя в пол, спускался в зал родового алтаря. Он понимал, что, с большой вероятностью, это последние минуты его жизни. Отец и глава рода ему вчера все подробно объяснили.

Мохини вообще этим славились: они были честными. Нет, лгать среди аристократов вообще не принято, но Мохини были щепетильно-честными даже там, где это зачастую не требовалось.

И Абихат впервые за свою не такую уж долгую жизнь подумал, что лучше бы они сделали как все. Отправили бы его на ритуал в неведении. Ставить будущее рода в зависимость от решения шестнадцатилетнего подростка — это даже ему самому казалось диким.

Тем не менее, сейчас он шел, вполне вероятно, на смерть. И шел добровольно. Воспитание у рода Мохини тоже было великолепным, все ради рода — это не просто слова. Это стремление въедалось в кровь задолго до совершеннолетия.

Абихат был представителем боковой ветви рода Мохини. Причем, в отличие от многих родов, для них словосочетание «боковая ветвь» не было просто обозначением крайне дальнего родства с главной семьей рода. У этой боковой ветви уже были свои свойства.

Представители боковой ветви очень специфично развивались. Как правило, все они при формировании источника получали крайне низкий ранг. Второй и даже первый ранг у двенадцатилетнего ребенка был нормой.

И тяжелее всего, как ни странно, им давался первый новый ранг. А чем дальше, тем проще и стремительнее они набирали силу. Абсолютно все маги Мохини восьмого и девятого ранга за последние полторы тысячи лет были выходцами из боковой ветви.

Абихат в свои шестнадцать только что взял третий магический ранг. Он прошел самый сложный этап. И перспективы у него были отличными.

Однако роду нужен полноцветный чужак. И дело тут не только и не столько в самом древнем маге как таковом. Род только что потерял свой козырь. Это очень опасный момент, родовой камень мог вообще больше не принять никого. История рода Амэри до сих пор оставалась страшнейшей перспективой для магической аристократии.

Род обязан был предоставить камню замену. Хотя бы предложить. Они должны попытаться исправить случившееся хоть как-то.

И Абихат, несмотря на все свои блестящие перспективы, оказался единственным подходящим кандидатом в роду. Его двоюродный брат в свои девятнадцать уже имел четвертый ранг и уверенно шел к пятому. Шанс, что родовой алтарь примет его на замену убитому Патхаму, намного меньше. А Абихат формально подходил по всем статьям.

Спустившись в алтарный зал, Абихат кивнул родичам. Его ждали здесь только отец и глава рода. Они молча кивнули подростку в ответ.

Абихат сделал глубокий вдох и решительным быстрым шагом двинулся к возвышению с родовым камнем. Толку оттягивать неизбежное?

Он подошел вплотную к постаменту, протянул руку и накрыл ладонью родовой камень.

В руках его старших родичей уже играли отблески шакти. Они готовились спасать ребенка, если ритуал принятия в род пойдет по худшему пути.

Абихата окутало облако небольших ледяных молний. Никто не знал, откуда эта чуждая жаркому югу стихия взялась в их крови. Возможно, их далекие предки принадлежали Северу, есть в Скандинавской мифологии бог ледяных молний, и выглядит его сила очень похоже. По преданиям, по крайней мере.

Трещавшие разрядами толстые белые молнии скрыли Абихата с головой. Температура в зале резко упала до той степени, когда кожу уже начинает покалывать.

Старшие Мохини напряглись. Пять-семь секунд, дольше ждать нельзя. Не выживет дольше мальчишка в эпицентре такого лютого холода.

Через шесть секунд молнии опали. Покрытый инеем мальчишка стоял с закрытыми глазами. Точнее, он скорее висел. А когда родовая сила перестала его поддерживать, он мешком осел на пол.

Отец бросился вперед и подхватил тело сына.

Сына ли?..

Мальчишка судорожно втянул в себя воздух и широко распахнул глаза.

— Кто ты? — склонился над парнем глава рода.

— Я… — голос подростка звучал хрипло и как-то неуверенно. — Я — Абихат Мохини.

— Не смей мне врать! — рыкнул глава рода. — Ты — чужак?

Глава 2

*****

Он пришел в себя в каком-то темном помещении, где было дико холодно.

Его голова лежала на коленях крупного мужчины с длинной путанной бородой, а над ними навис еще один. Старик, но очень похож на первого. Те же резко очерченные скулы и холодные глаза.

Они явно что-то хотели от него, но он не понимал. Просто не воспринимал пока толком ничего, кроме простых ощущений. Холодно. Пить охота. И голова чугунная почему-то.

Что он помнит о себе вообще?

Жил себе, никого не трогал, приятно проводил время с любимой женой, и тут на тебе — удушье, паника, темнота. Он пришел в себя в теле какого-то мелкого пацана в далекой Индии, но даже обжиться толком не успел. Машина, рев главы охраны, оглушительный взрыв, удушье, жар, темнота. Дважды сдох, получается.

В глазах немного прояснилось, и эти лица он узнал.

Да ладно, опять?..

— Не смей мне врать! — рыкнул глава рода Мохини. — Ты — чужак?

Голова соображала с каждой секундой все лучше. Он вспомнил и этот дурацкий Турнир в Академии Магии, где наследник рода Лакшти выдал всему миру существование древней магии, и встречу, на которой наследник клана Сидхарт показал, что чужаков в этой стране много.

Сколько времени прошло с тех пор? Вряд ли Мохини сразу отправили на убой еще одного пацана, наверняка новости давно распространились.

Вполне возможно, как раз его они и ждали. Ну или не его, а любого пришельца из его мира. Не зря же они тут толпами бегают.

И раз не пожалели ради этого ребенка своего рода, то он им нужен. Как ни крути, сквозь жесткий тон главы рода ему отчетливо послышалась надежда.

— Да, я чужак, — ответил он.

*****

Возвращение в столицу сразу же окунуло меня в ворох дел, которые я отложил перед Аукционом и поездкой в Лакхнау. Да и в принципе дел как-то поднакопилось.

Нужно было решать что-то с кланом Рамеш и установкой их магической защиты на столичный особняк. Сроки согласования схемы защитных плетений уже вышли, и они ждут от меня ответа.

Нужно было организовать встречу с родом Магади, раз уж их полноцветный маг остался жив. Это уже не просто отдельные сделки или совместный бизнес, тут впору о каком-то варианте союза говорить. Не сразу, разумеется, в перспективе, но тем не менее. Правда, Магади уже состоят в клане Лагари, и это тоже надо учитывать.

Пора было поговорить и с Мохини о своем клане. Посыл-то его я понял, но вот насколько серьезны его намерения — это вопрос. Да и вообще неплохо бы понимать их ситуацию и мотивы. Вдруг им клан нужен срочно, и если я так и буду тянуть, они попросту сделают это без меня?

Нелепое предложение о завоевании земель за пределами страны от очень серьезных игроков я тоже помнил. Эх, как же хорошо было быть никому не нужным мальчишкой-студентом в первые дни после прибытия в столицу! Шучу. Даром не нужно мне такое прозябание на дне общества аристо.

Что у меня там еще? А, собственному роду тоже хорошо бы уделить побольше времени. Учитывая количество людей, надо назначить еще один ритуал принятия в слуги рода. Ревизию полноцветных артефактов тоже стоит провести, равно как и сделать недостающие. А заодно можно подкинуть магам рода еще новых плетений, раз так быстро освоили отражающие щиты, пусть учат.

И самое главное: от Лакшти вестей по-прежнему не было, и это уже становилось неприлично. Нерею может, конечно, немного помочь отговорка про магические травмы и восстановление, но только немного. Не один же он в роду, в конце концов?

С этого я и начал. Набросал текст письма с кучей прозрачных намеков и классических недомолвок, а потом вызвал секретаря и приказал ей оформить письмо максимально официально. Даже если глава рода поддерживает своего наследника, проигнорировать такое он не сможет. Дам им декаду на реакцию, пожалуй.

А дальше… Дальше у меня по плану прием по случаю дня рождения старосты моей группы в Академии. Клан Таджуан не на самом верху крутится, правда, но, чтобы попортить репутацию Лакшти, мне и этого приема хватит. Если не подвернется ничего уровнем повыше.

Впрочем, и Мехта, и Аргусу Сидхарт, и Дамаяти я и при простом общении пару намеков кину. В общем, настроить общество против Лакшти я смогу в любом случае.

Чем это будет мне чревато, следующий вопрос. Молчать я не могу в любом случае, так что ответ на него я получу уже на практике. Если Лакшти не одумаются, конечно.

Так, секретаря назначением нужных встреч я тоже озадачил, поэтому остаток сегодняшнего дня могу посвятить роду. Что б такого простого и полезного подкинуть своим магам? О, придумал!

*****

— Хорошо, — кивнул император. — Тогда начнем.

Император бросил взгляд на Лакшти и отметил его явную заинтересованность. Это хорошо.

Больше нужного Лакшти вряд ли расскажет, но и в нечестном ведении дел этот род никто и никогда не обвинял. Они из тех, кто всегда расплачивается соразмерно. Не больше, не меньше.

В том числе и поэтому император выбрал Лакшти для этого разговора. Ему нужны, в первую очередь, нейтралы. Причем всем известные нейтралы, чья репутация в будущем не просядет от подобной сделки.

— В ближайшее время я издам указ о возвращении Свободных земель в лоно Империи, — сообщил император. — Поучаствовать в этом процессе смогут все. От вечных родов до простолюдинов. Главное условие простое: завоевателю отходит половина земель. Вторая половина становится собственностью государства. И разумеется, на новой границе будут стоять полноценные пограничные укрепления.

Лакшти медленно кивнул. Главное условие — не значит, единственное. Точнее, это совершенно точно означает, что оно не единственное, и основные подвохи, как водится, скрываются как раз в остальных условиях. Но даже то, что он услышал, стоит очень дорого.

Император не задавал вопросов, он ждал. Лакшти сам должен был выбрать то, что готов сообщить в ответ.

Очень тонкая и действенная тактика. Уже хотя бы потому, что император, скорее всего, промахнулся бы со своими вопросами, слишком уж неизведанной областью были возможности древних магов. Он попросту не знал, что имеет смысл спрашивать.

— Полноцветные маги могут менять простые параметры плетений, — сказал, наконец, Лакшти. — Любых плетений, даже тех, которые они в первый раз видят.

— Они расчеты делают, что ли? — с недоумением приподнял брови император.

— Нет, они просто это… видят, — пожал плечами Лакшти. — Это выглядит так же, как мы берем что-то со стола. Мы же не высчитываем расстояние до чашки, мы просто протягиваем руку на нужное расстояние. Они с плетениями на таком же естественно-инстинктивном уровне работают.

Император кивнул. Равноценный обмен и очень интересный факт, дающий хорошую основу для выводов. Многочисленных выводов, но это потом.

— В Положение о Кастах будет внесено дополнение, — сообщил император. — Кроме свободных родов и клановой аристократии появится еще и имперская аристократия. Со своими правами и привилегиями.

На этот раз Лакшти изумленно приподнял брови. А вот эта новость была эксклюзивной. Он даже близко похожего до сих пор не слышал и на эту тему вовсе не задумывался.

— Полноцветные маги свободно оперируют трехмерными плетениями, — сказал в ответ Лакшти. — В их мире это было нормой. В том числе и за счет этого они сильнее наших одноцветных магов приблизительно на один-два ранга.

— Приблизительно?

— У них очень многое зависит от навыков. Если маг хорошо обучен, он будет сильнее на два ранга. А если, например, те же трехмерные плетения он выстраивает долго, то применять их в бою он не сможет и его преимущество будет меньше. Но как минимум ранг за счет нескольких цветов магических нитей будет все равно.

Император кивнул, принимая обмен, и продолжил:

— Для аристократических родов, которые примут статус имперских, завоеванные земли станут родовыми. Для всех остальных завоеванные земли останутся частной собственностью.

Лакшти с трудом удержал нейтральное выражение лица. Это не просто заманчиво, за такое свободные роды будут биться между собой, а часть кланов, вполне возможно, попросту распадется.

Очень сильный ход.

Сейчас сотрудничать с императором за пределами обязанностей, прописанных в Положении о Кастах, мало кто стремится. По крайней мере, хорошим тоном в обществе считается быть свободным от дополнительных обязательств. Это не касается сделок и подрядов, разумеется, госконтракты всегда были лакомым куском для любого подрядчика. Но во всем остальном аристократия старается держаться независимо.

Это положение дел изменится чуть ли не мгновенно.

И Лакшти будет первым, кто всерьез обдумает возможность сделать свой род имперским. Когда увидит новое Положение о Кастах, разумеется.

— Все древние маги — наши предки из предыдущей эпохи, — ответил Лакшти. — Мой сын и в свое время был наследником рода Лакшти. По предварительным оценкам, свою прежнюю жизнь он прожил около четырех тысяч лет назад.

— То есть называть их пришельцами некорректно, — хмыкнул император.

— Да, ваше величество.

А еще древние маги — сами по себе подтверждение намного большей древности рода, чем у всех остальных родов, кого сейчас называют древними. Древнейшие?

Сейчас, пока никто не знает этих подробностей, термин не особенно актуален. Но это слово рано или поздно придется ввести в обиход просто потому, что это еще одна ступенька в иерархии статуса рода. И от такой особенности никто не станет отказываться.

Иронично, что императорский род, который до сих пор считался самым древним в стране, этот статус по факту уже потерял. Еще не в глазах общества, но это ненадолго. А опередили его по возрасту рода как минимум семь родов.

И к таким переменам лучше готовиться заранее.

— Равноценно, — на этот раз вслух подтвердил император.

— Благодарю, — склонил голову глава рода Лакшти.

Он понимал, что обмен информацией закончен, и настаивать не мог. Ему было, что еще предложить императору, но тому, похоже, хватило и уже озвученного.

Что ж, Лакшти был опытным политиком, ему и услышанного сегодня будет достаточно для того, чтобы опередить многих своих конкурентов.

*****

Андану я увидел только за ужином. Мы приехали в столицу после обеда, и в этот момент она была где-то в городе, а потом я ушел с головой в дела и тупо забыл про нее.

После официального объявления помолвки я не видел смысла держать Андану дома безвылазно, и девушка с удовольствием этим пользовалась. Засиделась она в четырех стенах, тут я ее понимаю.

Сама она, когда вернулась, тоже беспокоить меня до ужина не стала. Хотя могла. Уж не знаю, скромность это или она в делах закопалась, как и я, ну да неважно. Я никогда формальные встречи не любил. Либо тебе хочется человека увидеть, либо нет. Остальное шелуха.

К ужину Андана принарядилась. Она и обычно отлично выглядела, а сегодня прямо сияла. Распущенные светлые волосы лежали на плечах и опускались до пояса, шлейф длинного парадного бело-серебристого сари волочился за ней по полу, легкий почти незаметный макияж подчеркивал ее сияющие глаза.

Она действительно была рада меня видеть, в этом я не усомнился ни на миг.

— Шахар!

Андана бросилась мне на шею и с улыбкой подставила губы для поцелуя. Я поцеловал, конечно. Кто ж откажется от такой красотки?

И в то же время было у меня какое-то двойственное чувство.

Не то чтобы я сейчас хотел видеть в своих объятиях Сашу, я все-таки давно смирился с тем, что прошлая жизнь и близкие люди из прошлого мира потеряны для меня навсегда. Да и здесь, как ни крути, у меня началась совсем другая жизнь.

Это только кажется, что три месяца — ерунда. На самом деле, у меня было ощущение, что прошло уже года два с тех пор, как я очнулся в чужом теле. Слишком много событий, перемен, проблем, дел и новой информации. Я с такой интенсивностью, наверное, вообще никогда не жил.

В общем, Саша, конечно, всколыхнула во мне остатки прошлых чувств, но это были именно остатки.

С другой стороны, эти остатки были живые, и от этого тоже никуда не денешься.

— Как съездил? — с живым любопытством спросила Андана, когда мы уселись за стол.

— Неплохо, — улыбнулся я.

Весь вечер, — и за ужином, и после него, — я рассказывал ей то, что можно рассказать еще не члену рода. О положении дел в Лакхнау, о финансовом управляющем, о разделении бизнес-крыла рода на два направления.

Андана слушала и задавала много вопросов. Дела рода она аккуратно обходила стороной, больше интересовалась людьми, моими впечатлениями и самим городом. Она никогда не была в Лакхнау, да и вообще за пределы столицы не выезжала, похоже.

Про дядю Ривана и его жену она расспрашивала осторожно. Ей явно были интересны будущие родичи, но мои отношения с ними она не понимала. Одно то, что их не было на нашей помолвке, ставило в тупик. Нормальные родичи, тем более старшие родичи, не могли не приехать, даже если отношения не очень. А тут вроде и вражды у меня с ними нет, но и отношений, как таковых, тоже.

— А Риван знает, что ты — чужак? — в какой-то момент спросила Андана.

Я удивлен, что она сама знает. Хотя после Турнира и показательного спарринга с Чатаньей Мехта, наверное, уже вся страна знает.

— Знает, — кивнул я.

— Шахар, — начала Андана и запнулась. — Или не Шахар? Как тебя звали в прошлой жизни?

— Неважно, — натянуто улыбнулся я. — Здесь я — Шахар Раджат. И моя жизнь теперь здесь.

Умеешь ты делать такие вещи не вовремя, красавица. Я старался не думать о Саше вообще, и лишний раз напоминать мне о прошлой жизни именно сейчас не стоило.

— Как скажешь, — с готовностью кивнула Андана. — А о себе-прошлом расскажешь? Хоть что-нибудь, интересно же. Ну или о том своем мире?

Я тяжело вздохнул. Нет, я все понимаю, женское любопытство — штука страшная. И меня изведет, и саму Андану съест изнутри. Но почему именно сейчас?..

— Не хочу, — коротко бросил я и тут же слегка улыбнулся. — Извини. Давай в другой раз.

Андана нахмурилась, а потом сообразила, похоже. У меня ведь не могло не быть близких в том мире, и я всех их фактически потерял. Не они умерли, а я, — но какая разница, по сути? Я потерял всех, разом. И это было совсем недавно.

— Да, конечно, извини, — опустила взгляд Андана. — Я не хотела… напоминать.

— Все нормально, — ответил я. — Пойдем лучше спать. Не знаю, как тебе, а мне завтра в Академию рано вставать.

— Просто спать? — лукаво улыбнулась Андана.

Я усмехнулся. Ну, конечно, не просто спать. У меня в душе может быть что угодно, а молодое тело требует свое. И не только у меня, что радует.

Не дожидаясь моего ответа, Андана прильнула ко мне и прошептала на ухо:

— Ничего не знаю, я соскучилась.

И тут же пощекотала языком мочку уха.

Я обнял ее, привычно провел рукой по спине и ниже, и понял, что под тончайшей тканью сари на ней ничего нет. Мой организм на это открытие отреагировал однозначно.

Что ж, эта ночь будет длинной.

Глава 3

*****

Утром я проснулся от непонятных скребущих звуков за окном.

Осторожно выглянув за окно, я увидел там нескольких рабочих в ядовито-желтых жилетках, которые что-то копали прямо около каменной ограды территории особняка. Один из них то и дело задевал лопатой камень стены, вот от него и шли эти мерзкие звуки.

А, это Рамеш начали работы, похоже. Раненько что-то, ну да ладно. Я им надбавку за быстрое выполнение работ обещал, так что неудивительно.

Схему, которую клан Рамеш прислал мне еще до Аукциона, я в итоге согласовал в изначальном виде. Не буду я делиться с ними своими наработками. Да, это — большие деньги, но в равных долях они меня в дело не примут, а небольшой процент мне не интересен. Я таким образом их буду обогащать, а не себя.

Думаю, рано или поздно я смогу раскрыть тот факт, что умею пересчитывать плетения. После этого они сами, да и не только они, придут ко мне на поклон. И обсуждать мы будем совсем другие условия, нежели то, что они предложили бы сейчас. Мне не к спеху, я подожду.

И менять параметры заказа на весь будущий квартал я тоже не стал. Магически будет защищен только мой изначальный участок, этого достаточно, чтобы прикрыть все самое важное для рода.

На тех участках, что мы рано или поздно выкупим у соседей, будут размещены казармы гвардии, вспомогательные службы и наконец-то нормальный тренировочный полигон. Плюс это будет некая буферная зона, первый рубеж обороны.

В этом мире так никто не делает, а мне почему-то нравится принцип построения классических крепостей. Недостаточно взять крепостную стену, ты потом еще донжон попробуй расковырять. Вот по этому принципу и моя защита в целом будет строиться.

Появится время — я подумаю о том, чтобы еще и сам особняк отдельно укрепить своими полноцветными плетениями. Как третий и последний рубеж обороны.

К тому же, я уже не уверен, что буду делать свою основную ставку на столицу.

Ближайшие два года, пока я учусь в Академии, жить я буду здесь, это факт. Но дальше? Особняк, стоящий на частной земле, — это не то место, где я буду спокоен за своих детей. Не так просто половина аристократии страны сидит по своим родовым землям, даже если те находятся у черта на куличках.

К тому же, Лакхнау и прилегающий к нему округ сейчас действительно «ничей».

И если я смогу основательно подгрести его под себя, для рода это даст в итоге намного больше. Не просто деньги, как в столице, а действительно свой регион. Через пару столетий, вполне вероятно, мои потомки будут чувствовать себя там защищенными просто потому, что все население по умолчанию будет на их стороне в любой ситуации.

В общем, пока бизнес-крыло моего рода по факту разделено на два направления: Лакхнау и столица. И там, и там во главе стоит отдельный человек. Соперничать я им не позволю, но и принижать кого-то не буду. Пусть пока будут два равнозначных бизнес-крыла. Столица — это деньги в ближайшем будущем, Лакхнау — работа на перспективу.

А через пару лет посмотрим на результаты.

Возвращаясь к магической защите периметра от Рамеш. Раз уж я в это ввязался, то пусть будет. В конце концов, я видел местную защиту периметра в деле, очень даже неплохо.

Это свои родовые земли около Лакхнау я превращу в настоящую крепость по местным меркам, а на столичном особняке и обычной магической защиты хватит.

Жаль, что Рамеш так и не показали мне схему плетений защиты с разбивкой по узлам. Такую махину никому не под силу выплести за раз, ее по частям ставят. И вот как именно они ее ставят, я не знаю.

В принципе, я и сам смогу разбить их схему на узлы. Но это тоже время. Как и доработка, как и перевод плетений в полноцветные, как и добавочные функции, по которым у меня тоже уже есть кое-какие мысли.

Да, в Лакхнау у меня будет крепость. Но это будет очень нескоро, к сожалению.

*****

— Господин Раджат, — приветливо улыбнулась ректор и махнула рукой на кресло.

Вызов от ректора пришел на учебный планшет сразу, как я пересек порог Академии. В очень вежливой форме, но тем не менее. Мне стало любопытно, и я не стал тянуть до окончания занятий, сразу направился к ней в кабинет.

— Госпожа Мехта, — склонил голову я.

Устроившись в кресле, я вопросительно посмотрел на ректора. Она хотела меня видеть — ей и начинать разговор.

— Господин Раджат, как вы смотрите на совместные с боевым факультетом тренировки? — с места в карьер начала ректор.

Долго же они тянули. Чатанья, помнится, сразу после нашего спарринга на глазах у аристократии бросила матери эту фразу. А сама ректор подняла эту тему только сейчас.

— А зачем это мне? — выразительно приподнял брови я.

Сразу после того спарринга с ее дочерью, я бы согласился просто так. Нехотя, скрепя сердце, но согласился бы. Просто потому, что Мехта делали в мою сторону довольно много шагов, которые совершенно не обязаны были делать. Одни акции их фирмы по производству магических гранат чего стоят. Я просто чувствовал себя в какой-то мере им обязанным.

А после испытания полноцветного блокиратора я свое отношение немного пересмотрел. Очень не понравилось мне поведение главы клана в тот вечер.

От партнерского взаимодействия я не отказываюсь. Если ректор предложит достойную цену, мне несложно погонять детишек. Но просто так, из хорошего отношения к Мехта, я этого делать теперь не стану.

Ректор удивилась. Действительно удивилась и промолчала на пару секунд дольше нужного.

— Госпожа Мехта, — с мягкой улыбкой произнес я, решив все-таки пояснить. — Думаю, вы понимаете, что лично мне эти тренировки не нужны.

Чатанья — маг шестого ранга и студентка пятого, выпускного, курса боевого факультета. Она одна из самых сильных магов среди студентов. Она — гений клана. И даже ее за пару минут спарринга я подловил дважды.

Остальные студенты мне тем более не соперники.

— Что от этих тренировок получу я? — добавил я, чтобы уж совсем не осталось неясностей.

Ректор понимающе хмыкнула.

— Насколько я вижу, в Академии вам делать нечего, — произнесла она. — Но освободить вас от учебы я не могу. А вот освободить от посещения клуба без срезания баллов на тестах — это в моей власти.

О, шикарное предложение. Мне этот клуб и в прошлом-то месяце встал поперек горла, но там я хоть занятие себе нашел. Дальше такого не будет.

— Интересный вариант, — нейтрально улыбнулся я. — Тридцать часов в клубе я с удовольствием обменяю на десять часов тренировок. Точнее, спаррингов. Полноценно тренировать студентов я не возьмусь, я все-таки не преподаватель.

— Три часа в декаду, — задумчиво произнесла ректор. — Маловато. Давайте хотя бы по часу через день.

В конце декады два выходных, в которые никто не учится, так что получается четыре часа в декаду. Итого — двенадцать часов в месяц. Нормальный размен, особенно учитывая грядущую скуку в клубе.

— Согласен, — кивнул я.

Ректор с предвкушением улыбнулась и уточнила:

— Когда начнем?

— Со следующего месяца, — хмыкнул я. — В этом месяце свою повинность в клубе я уже отработал.

— Договорились, господин Раджат, — усмехнулась в ответ ректор. — Расписание спаррингов и номер полигона я пришлю вам на учебный планшет.

*****

Глава рода Лакшти влетел на полигон родового поместья, где его наследник отрабатывал магические техники.

Чужак в теле его сына неподвижно стоял напротив тренировочного щита и раз за разом бросал в него одно и то же плетение. Получалось все еще медленно, но уже намного быстрее, чем пару дней назад.

— Ты что натворил, гаденыш?! — прошипел глава рода Лакшти.

Нерей обернулся и спокойно встретил его взгляд.

— Что случилось?

— Мне на стол положили два практически идентичных письма, — сквозь зубы сообщил глава рода. — И в обоих тебя обвиняют в нарушении слова. Ты что натворить успел? И почему я об этом узнаю от посторонних?!

— Пф, — фыркнул Нерей. — Раджат и?.. Кто за этих слабаков надумал заступаться?

— То есть ты в курсе, о чем это, — нахмурился глава рода. — И ты даже не считаешь свое поведение…

Он не смог сразу подобрать хлесткое слово, а Нерей тут же усмехнулся:

— Да я просто на нервах этого слабака немного поиграл. Что он нам сделает-то?

— Ты позоришь род, чужак! — рявкнул глава рода. — Плевать, насколько Раджат слабый. Это не помешает ему втоптать нас в грязь в глазах общества.

— Уничтожу, — холодно сообщил Нерей.

— Уничтожалка не выросла, — зло огрызнулся глава рода. — Знаешь, от кого второе письмо? Сидхарт!

— А этим что надо? — прищурился Нерей.

— А эти, — ехидно ответил глава рода, — как раз сообщают, что иметь союз с родом, который собственное слово сдержать не способен, они не хотят. Намеками, естественно. Но это пока — намеками!

— Сидхарт война с нами не нужна, — ровно ответил Лакшти.

— Ты уверен? — вкрадчиво поинтересовался глава рода и тут же сорвался: — Ты самоуверенный идиот! Ради сохранения своей репутации они и не на такое пойдут. Сидхарт — великий клан. Победить в войне с ними у нас нет шансов, за пару лет они одолеют даже нас. И это пока они одни. Нарушение слова — роскошный повод растерзать нас в клочки для всех. Если к Сидхарт присоединится еще хотя бы один великий клан, они сотрут нас в порошок за полгода!

Нерей сжал зубы и слушал главу рода молча.

— Это там, в своем времени ты был наследником великого рода, — продолжал распаляться тот. — Может, и Сидхарт там были пылью у твоих ног, я не в курсе. Зато я вижу, что здесь ты ведешь себя как тупой малолетка, а реальной силы такого масштаба у тебя нет. Ни у тебя лично, ни у меня в роду ее нет! Какого проклятого ты свой род хочешь подставить?..

Нерей подавил тяжелый вздох и вновь промолчал. Он уже успел изучить характер главы рода. Ввязываться с ним в спор сейчас было нельзя, нужно было дать ему выпустить пар.

— И знай, — жестко закончил глава рода, — если ты ради своей раненной гордости действительно подставишь род — я уничтожу тебя, чужак. И плевать мне на твою магию. Ты и на нормальный пятый ранг-то не тянешь, я сам тебя размажу по этой площадке хоть сейчас. Без рода, без силы, без связей ты — никто. Уж будь добр принять реальность и ей соответствовать.

Нерей поджал губы и отвел взгляд. Что ж, в чем-то старик прав. Уровня, который был у него в прошлом мире, сейчас нет даже близко. Причем по всем параметрам. Эту отповедь и резкость главы рода Нерей не забудет. Но сначала он вернет себе положение и власть, благо статус наследника вечного рода к этому располагает как нельзя лучше.

— Что ты обещал Раджат? — уже почти спокойно спросил глава рода.

— Договор о ненападении на десять лет.

Глава рода изумленно вскинул брови и явно вспыхнул снова. Однако он почти сдержался. Он уже высказал все, что хотел, и повторение в данном случае ничего не изменит. Перед ним не ребенок, а взрослый чужак.

— Придурок, — все же выплюнул глава рода, после чего развернулся и направился обратно в дом.

*****

— Привет, — раздался робкий голос от двери.

Я поднял голову и встретил взгляд Анданы. Невеста мялась в дверях моего кабинета и прижимала к груди довольно толстую папку.

— Проходи, — улыбнулся я. — По делу?

Я кивнул на папку в ее руках.

— Да, — решительно кивнула девушка и уселась в кресло напротив моего рабочего стола. — Я принесла тебе доклад по моему бизнесу.

Неожиданно.

Нет, я прекрасно помнил, что еще в самом начале ее жизни в моем доме я дал ей небольшой стартовый капитал и свободу выбора дела. Она тогда остановилась на организации сети тренажерных залов. Эти заведения были рассчитаны на простых людей с достатком ниже среднего.

Скорее я не ожидал, что Андана с отчетом придет. Мало кто любит, когда его проверяют, и тем более, в деле, которое он начал с нуля. Да и времени прошло не так уж много. Два месяца — не тот срок, за который можно показать какие-то внятные результаты. Не в этом случае.

— Слушаю тебя внимательно, — вновь улыбнулся я.

Красивая у меня невеста, все-таки. Волосы она вообще не убирала, платиновая волна так и укрывала ее плечи и спину. Плюс она каким-то образом поняла, что больше всего мне на ней нравятся бело-серебристые цвета. Я, вроде, никогда не забывал ей комплименты делать, во что бы она ни была одета, но женская чуйка как-то все равно сработала, похоже. И теперь на ней почти всегда были одежды этих тонов.

— На настоящий момент работают три зала в районе Ширинеш и еще два в районе Шуртахпа, — ровным тоном, явно подражая когда-то услышанному, начала Андана. — В течение декады будет открыт еще один зал в районе Шуртахпа. Я решила пока не распалять силы, все залы расположены довольно компактно и в тех кварталах, где минимальное число других заведений, включая общепит.

Спорное решение, конкуренция — это не всегда плохо, но тоже имеет право на жизнь.

— За прошедший месяц общая выручка составила… Прогноз на ближайшее полугодие показывает… Предполагаемый чистый годовой доход составит от…

Андана продолжала говорить и сыпать цифрами, а я практически отключился. Еще с прошлой жизни плохо воспринимаю цифры на слух. Да и потом все равно придется читать ее доклад, какой смысл напрягаться? Похвалить я ее и так смогу.

Вообще, судя по цифрам, она зря пришла с этим ко мне. Это не тот масштаб, который должен привлекать внимание фактического главы рода. Подобные ее начинанию дела мне бизнес-крыло рода сводит в раздел общего ежемесячного доклада под названием «прочее».

Конечно, отправить аристократку на доклад к слуге рода — так себе решение. Но ее вообще никто не вынуждал отчитываться, так-то. А если уж девочка хочет встроиться в родовой бизнес, то и представлять информацию должна тому, кто за это отвечает.

Ладно, это я ей как-нибудь попозже объясню. Пока пятой точкой чую, не только ради этого доклада она ко мне пришла.

— Умница, — улыбнулся я, когда Андана закончила говорить. — Я догадывался, что ты справишься, но так быстро результата не ожидал. Ты молодец.

— Спасибо, — со смущенной улыбкой опустила глаза Андана.

Я терпеливо ждал. Вот теперь я уверен, что ее доклад был лишь вступлением.

— Шахар, я хочу учиться, — наконец, решилась Андана. — Когда мы поженимся, я же могу не только домом и детьми заниматься, я и с делами могу тебе помочь. Ты же сам видишь, что я справляюсь, и у меня очень хорошие результаты. Я не претендую на роль руководителя бизнес-крыла, но с соответствующим образованием я смогу сделать для рода больше, чем сейчас. Распоряжаться деньгами я умею, и тратить их впустую я не буду. Я хочу приносить пользу роду!

Андана начала эту речь вроде бы спокойно, но быстро сорвалась на просительный тон и уговоры. Словно заранее готовилась к отказу и спешила изложить как можно больше аргументов, пока я ее не прервал.

А я смотрел поверх ее плеча на висящий над входной дверью артефакт правды. И его белесая муть заставляла меня молча сжимать кулаки под столом.

В чем ты мне врешь, красавица?..

Глава 4

*****

— Я подумаю, — через силу улыбнулся я.

Андана замерла. Она смотрела на меня тревожным взглядом и молча ждала моего решения.

Я никогда, наверное, не привыкну к такому беспрекословному подчинению женщин. В моем прошлом мире формальных прав у слабого пола было намного меньше, но при этом фактической свободы — на порядок больше.

А здесь то ли традиции, то ли воспитание вынуждали женщин подчиняться беспрекословно. Причем даже не обязательно слову. Иногда достаточно выразить недоумение приподнятой бровью, чтобы она опустила глаза и сделала то, чего от нее ждут.

— Но ты же понимаешь, что в приоритете для тебя все равно будут дом и дети? — уточнил я.

— Конечно, — с готовностью кивнула Андана.

Артефакт правды на этот раз остался прозрачным. Ну хоть этот вопрос я прояснил, уже хорошо.

В идеале надо было бы устроить ей мини-допрос с разбором каждого сказанного слова, чтобы найти то, в чем она соврала.

Однако там может быть как какая-нибудь ерунда, так и очень серьезные вещи. И в первом случае я просто испорчу отношения с ней на ровном месте. А во втором, вполне вероятно, спугну шпиона. И то, и другое плохо. Так что пусть с этим разбираются профессионалы. Я подожду.

Хотя не вовремя она, конечно. В любое другое время я воспринял бы ее ложь намного спокойнее. Но только не сейчас, не сразу после встречи с Сашей.

Вот уж кто был предельно честен в прошлом мире, так это она. Сашу даже глава ее рода старался держать подальше от любых более-менее значимых переговоров. Ее избыточная, если не сказать, болезненная честность все стратегии рушила на корню.

— По какой специальности ты хочешь учиться? — спросил я.

— Экономика и управление, — ответила Андана.

— Я тебя услышал, — вновь слегка улыбнулся я. — Подумаю.

— Спасибо, Шахар, — улыбнулась Андана в ответ и встала. — Тебя ждать на ужин?

— Да, конечно.

— Тогда у тебя осталось пятнадцать минут, — подмигнула Андана и выскользнула из моего кабинета.

*****

Вызвав к себе Астарабади, я прикрыл глаза и сосредоточился.

Очень жаль, что я заранее не собрался и не был в состоянии концентрации, когда Андана излагала свои аргументы. Тем не менее, точные формулировки из своего сознания можно вытащить и так. Ментальные техники моего мира это позволяют.

Когда раздался стук в дверь, я уже закончил. Это недолго, в общем-то.

— Садись, — я кивнул Астарабади на кресло около своего стола.

— Что случилось? — настороженно поинтересовался он.

— Держи.

Я протянул ему листок с дословной записью речи Анданы.

— Считай, я артефакт правды опробовал, — криво ухмыльнулся я. — Ты хотел проверить Андану? Проверяй. Это ее слова. Те слова, на которые артефакт правды помутнел.

Астарабади нахмурился.

— Шахар, это… — осторожно, явно подбирая слова, начал он.

— Я знаю, — перебил его я. — И я тебя не тороплю. Андана ничего не должна заподозрить, но и каких-то допущений мне не надо. Я хочу знать, в чем конкретно она соврала и почему.

Астарабади молча кивнул.

Я прекрасно понимал, что объём работы ему предстоит колоссальный.

Для начала нужно выяснить, в какие именно сроки срабатывает артефакт. Я помню, что в плену у Дамаяти хозяева базы бросали взгляды на артефакт правды уже после того, как я закончил говорить. Там была одна фраза, но тем не менее. Какой-то люфт явно есть, артефакт срабатывает не мгновенно.

А Андана говорила очень быстро, да и я обратил внимание на артефакт далеко не сразу. Вообще случайно заметил, честно говоря.

Плюс к тому, несмотря на то, что ее речь была относительно короткой, в ней было очень много всего намешано. И ее цели, и оценка себя, и отношение к роду, и отношение ко мне, и бизнес. Причем как ее текущий бизнес, так и предполагаемый будущий.

— Начнем с ее бизнеса? — выдвинул самое очевидное предположение Астарабади.

— Ее секретарь — все еще твой человек? — уточнил я.

— Разумеется, — показательно оскорбился Астарабади.

Ну да, туплю. Это после свадьбы секретарь еще мог бы со временем стать преданным только своей госпоже, а сейчас это исключено. Для рода Андана пока никто.

— Тогда да, бизнес, — кивнул я.

— Сделаю, — ответил Астарабади и вновь осторожно произнес: — И, Шахар… не руби с плеча…

— Делом займись, — фыркнул я. — С девушкой я уж как-нибудь сам разберусь.

— Как скажешь, — уже спокойно хмыкнул Астарабади.

*****

Предварительную версию договора о ненападении Лакшти прислали на следующий же день после моего письма.

Я поначалу даже не знал, что думать. Они что, сидели и ждали моего возмущения? Или как раз подготовили договор, а я чуть-чуть не дождался? Или на них Сидхарт надавил, и мое письмо опять же лишним было?

Хотя нет, лишним оно не было в любом случае, я не мог позволить себе и дальше молчать. Даже если договор реально готовили и без моего письма, хорошо, что я успел его отправить. Прослыть тем, кто молча терпит и ждет — не самая желанная репутация. Как бы ни был слаб твой род, есть вещи, которые спускать нельзя.

И только читая договор, я сообразил. Слишком уж он был… нормальным. Короче, сам договор явно составлял не Нерей. Наследник Лакшти его вообще не видел, скорее всего.

Тогда получается, что как раз мое письмо могло сыграть решающую роль. Если допустить, что глава рода Лакшти вообще был не в курсе проделок своего сына, то он мог прочитать мое письмо, ужаснуться и тут же отправить мне стандартный договор.

А дальше — вопрос. Стандартный договор, в целом, неплох. Дыр в нем немало, конечно, но всяко меньше, чем если бы его с прицелом на будущие пакости составлял тот же Нерей. Теоретически можно выжать из Лакшти больше, чем есть в стандартном договоре. Но можно и откатиться на куда худшие позиции в процессе переговоров.

Смогу я дожать Лакшти? Главу рода — скорее всего, да. Но если вмешается Нерей — точно нет. А он, с большой вероятностью, вмешается. Не при первой встрече, так при второй, за один раз такие переговоры не заканчиваются. Это сейчас глава рода наверняка зол на своего наследника, но через пару дней накал эмоций спадет. Если у Нерея было влияние на главу своего рода, он его быстро вернет.

Ладно, черт с ними. Пусть будет стандартный договор.

Я подписал присланные бумаги и нажал кнопку вызова секретаря. Хотелось бы мне посмотреть на лицо Лакшти, когда он их получит. Обоих Лакшти.

*****

Глава рода Мохини назначил встречу первым из тех, с кем я хотел пообщаться. Поскольку нужно это было мне, я к нему и поехал.

Поместье у них оказалось интересным. Стояло оно не на родовых землях, а на частных, как и у меня, но при этом было намного больше и расположено чуть ли не в центре города. Эта земля, наверное, космических денег стоит.

Сам особняк напоминал мне скорее дворец из индийских фильмов про древность.

Вся эта каменно-кружевная отделка, тщательная раскраска каждого орнамента в свой оттенок, что издали создавало впечатление своеобразных переливов вроде бы одного цвета, бесконечные арки и купола. Я снаружи у этого строения вообще ни одного прямого угла не увидел. Или хоть какого-то угла. Подойдя поближе, я понял, что у них еще и витражи в окнах цветные.

Смотрелось все это очень круто, но жить в подобном «музее» я бы не хотел.

Глава рода Мохини принял меня в гостиной, и слуга уже стоял рядом со столиком и разливал чай. Масала-чай, отсюда вижу. И десертов на столике было как-то очень много, причем по большей части я таких еще не видел.

Интересно, они и в делах такие же затейливые консерваторы?

— Господин Мохини, — склонил голову я, подойдя поближе.

— Раджат-джи, — кивнул глава рода, — садись. И давай попроще, если ты не против.

— Конечно, Мохини-джи.

Пригубить чай все-таки пришлось, равно как и пару минут поговорить на посторонние темы. Правда, с Мохини в этом смысле оказалось очень легко общаться. Он, похоже, на всех своих собеседников с интересом смотрел, и неважно, что именно они говорили. Располагающий стиль общения, сам стараюсь именно так и вести диалог.

— Как обстановка в Лахкнау? — вежливо поинтересовался Мохини.

— На удивление спокойно, — улыбнулся я. — Всегда этому поражался, приграничный же регион. А город живет, как ни в чем ни бывало.

— Ну знаешь, — фыркнул Мохини. — Если у императора до Свободных земель руки коротки, это не означает, что он на своей территории порядок навести не может.

Беззлобно так фыркнул, просто ради поддержания беседы. А я решил воспользоваться шансом плавно перейти к делу.

— Порядок, — задумчиво повторил я. — Это смотря какой порядок.

— Обиду на него таишь? — понимающе хмыкнул Мохини.

Ну да, охоту на меня ИСБ аристократы вряд ли могли пропустить, слишком уж много эпизодов было. Хоть о чем-то, но слышали.

— Обиду? — напоказ удивился я. — Нет, император свое слово держит. И выполняет ровно то, что сказал.

Любому более-менее опытному аристократу сейчас я сказал достаточно, и Мохини не стал исключением.

— Есть такое, — спокойно кивнул он. — Впрочем, и мы делаем так же. Скажешь, нет?

— Только в ответ, — покачал головой я. — Предпочитаю полное и честное взаимодействие, пока это возможно.

Мохини уважительно кивнул.

— Я допускаю, кстати, что император тебе просто помочь хотел, — произнес он.

Вот тут я действительно удивился.

— В каком смысле? — уточнил я.

— Посмотри на это с его стороны, — предложил Мохини. — Мальчишка, которого никто никогда не готовил к роли главы рода. Никаких связей, мизерные доходы, жалкие остатки слуг рода, руины родового поместья, которое надо быстро восстановить, иначе по закону оно стране отойдет. Да еще и родовая вражда в стадии военного конфликта. А сам по себе род при этом — древний. Сильная кровь, отличный потенциал, но прям-таки жуткая ситуация в роду.

М-да, выглядит эта картина паршиво, тут я согласен.

— И что ему делать было? — продолжил Мохини. — Род надо как-то спасти. И тут дело даже не в надоевшей ему вольнице аристократов, он просто не мог прикрыть тебя своим словом вообще от всего. Его бы общество сходу обвинило в попирании прав касты. Он прикрыл тебя от самого опасного — военной агрессии аристократов. От самого сиюминутно опасного, если точнее. А дальше… Обычный шестнадцатилетний подросток не вытащил бы эту ситуацию. А пока ты учишься и служишь в ИСБ, твой род потихоньку подняли бы. Кто ж знал, что ты взрослый чужак?

Ну какая-то логика в этом есть. Взрослые решают за ребенка — это во всех мирах работает. И формальное совершеннолетие наследника для стариков мало что меняет, особенно если они тебя не знают лично.

Правда, непонятно, почему императора мои игры с ИСБ не насторожили? Обычный подросток столько раз из-под крыла ИСБ не увернется. Или Кишори не докладывал, сколько раз облажались его подчиненные? Тоже возможно, кстати.

Ну или как раз Кишори сказал, что мальчик проблемный в плане контроля, а император решил утереть ему нос. И разыграл этот ход с этим долгом рода. Я же не знаю, какие у них отношения, может, они росли вместе и вечно соперничали.

Да и опять же, одно другого не отменяет. Император любит прибирать к рукам свободные роды, а тут еще и одинокий мальчишка — наследник. Сам в руки идет, считай, как не прибрать?

Ладно, все это дело прошлое. Теперь-то всем ясно, что я — чужак.

И, кстати, игры ИСБ в мой адрес прекратились в последнее время.

Однако теперь, когда Мохини так повернул ситуацию с императором, я многократно на разных людях все свои выводы проверять буду. И начну прямо сейчас, пожалуй.

— А что вы думаете насчет получения клана, Мохини-джи? — спросил я. — Мне казалось, это очень сложное дело, но, может, я не прав?

— И да, и нет, — неопределенно покачал головой Мохини. — Что ты знаешь об экономической стороне жизни аристократии?

— Кое-что знаю, — осторожно ответил я. Очень уж вопрос размытый. — Вы имеете в виду вклад аристократии в бюджет страны?

— В том числе, — кивнул Мохини. — Ставки налогообложения смотрел?

Я молча кивнул. Разумеется, смотрел, причем в первую очередь.

Налоги у кланов составляют сорок девять процентов. На любую прибыль, будь то личный заработок отдельных людей, состоящих в клане, бизнес или дивиденды от акций чужих фирм. У свободных родов базовая ставка — девятнадцать процентов, у простолюдинов — двадцать один. Там еще много нюансов, но в целом чисто экономически быть кланом аристократам крайне невыгодно.

Зато и обязанностей перед страной у кланов раз два и обчелся. Защищать страну от внешней агрессии и откликаться на призыв императора в чрезвычайных ситуациях вроде гражданской войны. И все.

Такого понятия как международные кланы в этом мире не было в принципе.

— Тогда ты должен понимать, что кланы за свою свободу платят деньгами, — сказал Мохини. — И стране это очень выгодно. Экономически. Собственно, львиную долю дохода касты аристократов вносят в бюджет как раз кланы. То есть когда стране нужны деньги, право на клан раздается вообще просто так. Лишь бы платили.

— А когда деньги не особенно нужны?

Сейчас, как ни крути, в стране и в мире все благополучно. И эта полоса мира и стабильности длится далеко не первое десятилетие.

— Тогда могут быть варианты, — хмыкнул Мохини. — В древней традиции право на клан давалось за подвиг или выдающиеся заслуги. Или за очень ценный дар правителю, как вариант.

М-да, печально. Не хочется мне что-то подвиги совершать.

— Наш вариант, если мы говорим про клан Раджат, — неожиданно добавил Мохини, — это выпадение из политической жизни страны. Кланы не просто свободны. Они не имеют права лезть в политику государства. Их представители не могут занимать ряд высших государственных должностей. Оборонные заказы никогда не идут через кланы. И так далее. Ну да ты сам все это знаешь, раз интересовался этим вопросом.

Это он мне предлагает встать императору поперек горла еще и в политике, чтобы он мне кланом, условно, рот заткнул? Да меня прикончат скорее.

— Благодарю за информацию, Мохини-джи, — склонил голову я. — Я подумаю, какие у нас есть варианты.

Я намеренно сказал «нас», и Мохини едва заметно улыбнулся. Он прекрасно понял мой посыл и возражать не стал. Нужен ему все-таки клан. Не срочно, иначе его риторика была бы другой, но нужен.

И желательно новый клан, но тут я его понимаю. Вписываться в уже устоявшуюся структуру давно существующего клана — рискованное занятие. Очень много подводных камней. А в новом клане и отношения между всеми родами, включая главный, будут строиться с нуля.

— Знаешь, Раджат-джи, — произнес он. — На твоем месте я бы просто пришел к императору и обозначил свои намерения. Как минимум, он сообщит, на каких условиях даст тебе клан. Или даже просто так даст, почему нет? У него уже не получилось захомутать тебя, так какой смысл удерживать тебя в статусе свободного рода? Чтобы ты своей «победой» всех дразнил? Клан же и наказанием можно представить, благо все же прекрасно знают, сколько стоит свобода. И мало кто хочет ее такой ценой.

Интересный человек, глава рода Мохини. Столько раз перевернуть мое представление о мире за один разговор еще никому не удавалось. Причем в обоих мирах.

Или это я настолько закостенел в своих представлениях об аристократах? У меня ведь очень мало опыта в этой сфере, и я изрядно перестраховываюсь. Может, он просто намного свободнее на все это смотрит?

— Интересный совет, Мохини-джи, — слегка улыбнулся я. — Подумаю.

*****

Следующая декада у меня выдалась напряженной. Очередные тесты в Академии, что б их. На занятия-то я ходил, но в остальном весь предыдущий месяц времени на учебу у меня не было. А я хоть и имел знания из прежнего мира, полиглотом все-таки не был.

В итоге эта декада напомнила мне времена студенчества из родного мира. Непрерывная ночная зубрежка, утром — экзамен, вернуться домой, поспать два-три часа, и все по новой с другим предметом.

Все я сдал, конечно. Только с физикой по грани прошелся, восемь баллов из десяти получил. Ну не помню я эти примитивные школьные формулы, я больше в сопромат в родном мире погружался и в физику металлов.

Стоя у стенда с окончательными результатами тестов, я придерживал улыбку. Меня практически затопило удовлетворение от выполнения сложной работы. Узнаваемое чувство, давно его не было.

Лениво бегая глазами по спискам, я неожиданно наткнулся на фамилию Лакшти. Что-то его до сих пор не видно, кстати. Неужели так и не оправился от своих магических травм?

Машинально глянув на его оценку, я замер. Семь баллов.

Так, еще раз. Лакшти Нерей, студент второго курса. Предмет — статистика. Оценка — семь баллов. Ха…

Как он на статистике-то провалиться ухитрился? Если он действительно занимал в прошлом мире высокое положение, то уж с цифрами точно работать умел. Правда, все статистические данные ему наверняка клали на стол в готовом виде, а как формируются эти цифры он мог и не знать. Зато наверняка самоуверенно решил, что уж в этом он профи. С его высокомерием, я вообще не уверен, что он хоть один учебник в этом мире открывал.

Интересно, и что теперь? По правилам Академии если студент получает меньше восьми баллов хотя бы по одному предмету, он на весь следующий месяц лишается права покидать территорию Академии.

Лакшти действительно тут запрут?

Глава 5

*****

— Злорадствуешь? — раздался рядом насмешливый женский голос.

Я повернулся к девушке и приветственно склонил голову. Джина Бхаскара. Тоже давно не интересовался как она, совсем упустил из виду эту полноцветную девочку.

— А есть повод? — поинтересовался я.

— Ну как же, — фыркнула Джина и кивнула на списки. — Лакшти же теперь целый месяц среди детишек жить.

То есть его все-таки заперли тут. Ну надо же, есть в мире справедливость.

— Прям заперли? — все же уточнил я. — Или у него еще есть шанс договориться с ректором?

Как ни крути, мало кто захочет ссориться с таким родом, как Лакшти.

— Безнадежно, — усмехнулась Джина. — На занятия он почти не ходил, на клуб вообще забил, да еще и ухитрился чем-то насолить Мехта.

Ах вот оно что. Это ответка Мехта за ту стычку около резиденции Дамаяти. Точнее, за уничтоженный тогда автомобиль Ребиры Мехта и за ее людей. Кто-то же тогда должен был сопровождать ее, да и машину она явно не сама вела. А на нашей с Лакшти дуэли ректор появилась уже в гордом одиночестве.

— К тому же для Мехта это очень удобный случай навести порядок, — добавила Джина.

Я вопросительно приподнял брови.

— Тут слишком много аристократов, — снисходительно пояснила Джина. — И пусть не все, но большинство детишек знает, что им многое позволено. Родители договорятся, если что. Мелочь чудит, а родители могут думать что угодно про выходки своих чад, но встают на их сторону просто потому, что это их дети. Да, Мехта может идти навстречу не всем. Но и отказывать большинству постоянно у госпожи ректора не получится. Мехта, конечно, великий клан, но, если они настроят против себя всю аристократию страны, утонут даже они. И в этом разрезе показательная кара для наследника такого рода, как Лакшти — это просто идеальный ход. Уж если его наказали по всем правилам, то неприкасаемых нет. Остальные детишки точно притихнут на какое-то время. А Мехта при этом еще и не зачинщики конфликта, то есть они даже свои отношения с родом Лакшти не портят, они просто действуют в ответ. Красота!

Я склонил голову в благодарность за объяснение и в очередной раз отметил для себя, что Джина непроста. В родном мире она явно была крупной фигурой, а не просто чьей-то женой. Слишком уж легко она выдает не самые очевидные расклады.

И да, она права. Не напади тогда Лакшти на кортеж Мехта, сейчас этой проблемы у Нерея не было бы. Вполне вероятно, в нормальной ситуации обмен клуба на тренировки с боевым факультетом ректор предложила бы ему, а не мне. Погонял бы он студентов чуть побольше, и списали бы ему эту забывчивость в отношении клуба задним числом.

А теперь Нерей будет сидеть в Академии безвылазно и служить пугалом для зарвавшихся детишек аристо.

Что ж, я только рад такому раскладу.

Правда, в Академии мне теперь придется быть настороже.

Связь с внешним миром у студентов внутри Академии довольно ограничена, а выполнять хотелки так опозорившегося наследника глава рода Лакшти вряд ли будет. Значит, атак и покушений в городе со стороны Лакшти можно не ждать.

А вот в самой Академии у Нерея руки развязаны. Здесь наверняка найдется масса юных аристократов, которые захотят набрать очки в его глазах.

Не критично, но неприятно. А главное, забывать об этом и расслабляться мне нельзя.

Не успел я попрощаться с Джиной, как мой студенческий планшет подал сигнал. Новое сообщение. Спорю на что угодно, это ректор прислала мне расписание спаррингов. Отсчет времени нового месяца учебы начался сразу после окончания последнего теста, то есть уже несколько часов назад.

Достав планшет и открыв сообщение, я убедился, что угадал.

Правда, вчитавшись, я нахмурился. Первый спарринг должен был состояться через полчаса. Вообще-то такие вещи не делаются без предупреждения, у меня могли быть какие угодно планы на день.

С другой стороны, отсрочка по времени перед началом спаррингов оговорена не была.

Вредничает госпожа ректор, я смотрю. Мелочь, конечно, наверняка отменить или перенести первый спарринг, если бы у меня действительно были другие планы, не составило бы труда. Но как факт — она все-таки вредничает. Показывает, что раз уж я перешел на чисто деловые отношения, то и она будет действовать точно так же.

Логично, в общем.

Ладно, какой там номер полигона? Именно сегодня, после декады нудной учебы, я и сам с удовольствием разомнусь на тренировочной площадке.

*****

Судя по расписанию, которое мне скинула ректор, мои спарринги со студентами боевого факультета будут проходить в виде факультатива. Правда, не для всех желающих, а только для самых сильных, скорее всего. Иначе я просто физически не успею погонять их всех.

Если на первом курсе Академии учится около тысячи магов, то на третьем их примерно триста человек. Это на все факультеты. На боевом чуть больше сотни, это все же самый популярный факультет из всех.

Ради интереса я глянул, какие вообще факультеты есть в Академии. Боевой, лекарский, артефакторика и строительство.

Последний объединял практически все гражданские специальности магов, начиная от собственно строительства зданий и сооружений с вплетением магии на всех этапах и заканчивая маго-механическим машиностроением.

Правда, общая численность студентов меня смущала, их же там всего человек пятьдесят. По пять-семь выпускников в год у них на каждую гражданскую специальность, что ли? Неудивительно, что в этом мире магия быстро сдает позиции в жизни общества. Для десятимиллионной страны эти пять специалистов в год — даже не капля в море, это попросту исчезающе малая погрешность.

Да и пятьдесят артефакторов — ненамного лучше.

Зато теперь я понял, почему выбор артефактов в этом мире настолько скуден. По сути, широко распространены здесь только защитные артефакты. Все остальное еще попробуй достань. Даже если деньги есть, их попросту некому делать.

На полигоне меня уже ждала внушительная толпа студентов.

Около самой тренировочной площадки стояло всего человек пятнадцать, а вот поодаль собрались чуть ли не три сотни. Видимо, все три курса боевого факультета чуть ли не в полном составе.

Вперед выступил невысокий поджарый мужик лет сорока, гладко выбритый, с очень коротким ежиком черных волос и сеткой морщин вокруг глаз, как будто он всю жизнь смотрел на мир с прищуром. Собственно, он и сейчас так смотрел.

— Господин Раджат? — приветственно кивнул он.

Я кивнул в ответ.

— Меня зовут Каппар Тухипа, — представился он, — я — тренер по боевой подготовке боевого факультета.

Тухипа… Не помню такой фамилии среди аристократов. Я могу не знать совсем молодые роды, так что проверю этот момент, но, скорее всего, он — простолюдин.

Перейдя на магическое зрение, я глянул на тренера и на ближайших студентов заодно. Тренер был магом шестого ранга. Среди студентов, которых я, видимо, и буду сегодня гонять, никого ниже пятого ранга не было. Впрочем, и выше шестого тоже.

— Рад познакомиться, господин Тухипа, — ответил я.

— Я видел ваш спарринг с Чатаньей Мехта на Арене, — сообщил он, — так что ваш уровень в целом я представляю. Как считаете, по пять минут на студента вам будет достаточно?

— Даже много, — хмыкнул я. — Но это если не сдерживаться. Если же вы хотите их чему-то научить на моем примере, то, наверное, имеет смысл ставить мне конкретную задачу.

Я вопросительно посмотрел на него, показывая, что это просто предложение.

— Хорошая идея, — кивнул Тухипа. — Давайте для начала проведем пару спаррингов в свободном режиме, я посмотрю на вас поближе и, возможно, смогу что-то порекомендовать.

— Как скажете, — кивнул я в ответ.

Я подчеркнуто не лез в его зону ответственности и всячески показывал, что вести этот факультатив в любом случае ему. И Тухипа оценил это, похоже. По крайней мере, его недоверчивый прищур стал поменьше, да и взгляд потеплел.

А мне того и надо, собственно.

Я не хочу возиться с детишками, и брать на себя ведущую роль в их подготовке тем более не собираюсь. При этом ректор просила, фактически, помощи в тренировках боевиков. Значит, мне стоит прислушиваться к указаниям тренера. Просто для того, чтобы эти спарринги действительно приносили им пользу.

Чатанья тоже была здесь, кстати. Она кивнула мне издали, но подходить не стала.

Да и кроме нее знакомых лиц было много. Нет, конкретно этих студентов я не знал, но у старых и древних родов все родичи очень похожи внешне, так что я навскидку выделил Дхармоттара, Мохини, Наороджи, Бхарат и Каспадиа.

Первым на площадку против меня тренер вызвал Хаара Бхарат. Четвертый курс, пятый магический ранг. Парень был довольно высоким, но при этом жилистым и пластичным.

Ничем особенным мне этот бой не запомнился. Подловил я его тем же приемом с атакой сверху, как и Чатанью на арене. И вроде должен был он видеть тот бой, но многолетние рефлексы так просто не перебить.

Вторым вышел Гират Наороджи. Пятый курс, шестой ранг. С этим было поинтереснее, шестой ранг — это все-таки какие-никакие секторные атаки. Но тоже, в общем, несложно. Я повторил «бумеранг», который на Турнире использовал, местные спину вообще не прикрывают в бою один на один. И зря.

— Сдерживаетесь, — констатировал тренер, когда я подошел к нему после второго спарринга.

— Конечно, — спокойно улыбнулся я.

— Господин Раджат, мне нужна вся ваша сила, — вздохнул Тухипа. — Я понимаю, что это будет жестко, но и вы поймите. Студенты сейчас видят только то, что вы побеждаете одним неожиданным приемом. Они не видят вашего превосходства в бою. Да, вы показываете им их слабые места. Но им кажется, что стоит только отработать защиту против этого конкретного приема, и все, они вас сметут. Мне же нужно, чтобы они жилы рвали в попытках вас превзойти. А для этого нужно показать тотальное превосходство. Если оно у вас есть, конечно.

Я лишь усмехнулся. Последняя фраза была откровенной провокацией, но отвечать мне было лень. Да и не доказываются такие вещи словами.

— Вам не нужно меня уговаривать, господин Тухипа, — мягко улыбнулся я. — Превосходство так превосходство. Позвольте мне только соперника самому выбрать.

— Конечно, — кивнул Тухипа.

Думаю, он понимал, что даже если для всех остальных студентов демонстрация будет полезной, то конкретно тому, на ком я буду ее проводить, будет крайне неприятно стать грушей для битья. И выбирать для подобного боя представителя дружественного мне рода попросту нельзя. Да и с нейтральными родами лучше так не делать.

Благо, здесь мне повезло, среди боевиков есть парень из рода Каспадиа. Вот уж кого я с удовольствием по арене поваляю. Причем он имеет шестой ранг. Самое то для демонстрации, никто не скажет, что я гонял слабака только потому, что он — слабак.

— Каспадиа, — сообщил я.

— Хорошо. Минутная готовность.

Я вернулся обратно на площадку, а тренер подозвал Каспадиа. Я не слышал, какие указания он дал студенту, но на площадку тот вышел нахмуренный и собранный.

— Никаких ограничений! — громко объявил тренер. — Никакого сдерживания! Покажите нам все, на что вы способны!

Зрители оживились и зашумели. Прав тренер, не воспринимают они меня пока всерьез, даже несмотря на кучу выигранных боев у более высоких рангов. А ведь таких боев уже более десятка было, если с Турнира считать, и это только то, что все видели. И поражений у меня при этом не было вообще.

М-да, мелочь бестолковая. Я понимаю, что так везти не может, тренер это понимает, а они понимать не хотят.

Ладно, я покажу то, от чего они не смогут отвернуться. Здесь уважают только силу? Будет им сила.

— Бой!! — рявкнул тренер.

Каспадиа тут же отправил широкую волну серпов, чтобы подловить меня в самом начале движения. Я практически все свои бои до сих пор начинал с рывка в сторону.

На этот раз я остался на месте. Передо мной вспыхнул полноцветный щит, и все серпы врезались в него. Серпы исчезли, щит устоял.

Не убирая щита, я медленно двинулся вперед.

Между нами было метров пятнадцать, Каспадиа стоял на месте и с упорством и даже каким-то остервенением посылал в меня одну за другой порции все тех же серпов. Это для того, чтобы подловить противника, используют площадные атаки, а если цель стоит на месте — ну или медленно приближается, как я сейчас, — точечные атаки эффективнее. Они банально сильнее.

Я просто шел и подпитывал свой щит.

Гул со стороны зрителей становился все громче, и в нем уже слышались нотки недоумения. Маг шестого ранга более чем за десяток точечных атак не смог пробить щит четвертого? Да, полноцветный щит, но разница у нас аж в два ранга. И ладно бы я ставил эти щиты один за другим, но ведь нет, это был все тот же щит, который я поставил один раз в самом начале.

Я сейчас попросту ломал их преклонение перед рангами. Жестко и наглядно.

В глазах Каспадиа тоже было море растерянности. Я подошел уже достаточно близко, чтобы это увидеть. Он и серпы-то свои кидал, похоже, тупо на автомате.

Держать один щит, кстати, было тяжело. Я его не просто подпитывал, я все новые и новые слои непрерывно плел. Мысленно, конечно, плел и подгонял активацию каждого слоя под вспышку от очередной отраженной атаки. А новые слои еще и встраивать надо было аккуратно, чтобы не разрушить существующий щит. Морока, короче. Никто в реальном бою так работать не будет.

Менять щиты как перчатки на порядок проще, но от меня же просили тотальное превосходство? Пришлось напрячься.

Понимая, что мой щит вот-вот рухнет, я развеял его, дал импульс в ноги и метнулся к противнику. Я оказался рядом через долю секунды, он даже сделать ничего не успел.

Удар в колено, Каспадиа невольно заваливается на бок, но упасть не успевает. Я беру его руку в жесткий захват, выворачиваю ему за спину и ставлю его на колени.

Полигон накрыла мертвая тишина.

— М-да, — протянул тренер и задумчиво почесал бровь.

Я отпустил своего противника и отступил на шаг. Каспадиа с тихим стоном вернул руку в естественное положение и встал.

Он обернулся ко мне и пару секунд посверлил тяжелым взглядом.

Я молча смотрел ему в глаза.

Не знаю, чего он ожидал. Извинений? Ставить противника на колени было некрасиво с моей стороны, но в спарринге, — тем более, максимально жестком по указанию тренера, — вполне допустимо.

Да, я не стал бы этого делать с любым другим студентом, но он — Каспадиа. И я сильно сомневаюсь, что он не в курсе той истории, когда его род играл против меня.

— За что ты так со мной, Раджат-джи? — негромко спросил Каспадиа. — Я тебе ничего не сделал.

— Лично ты — нет, — ровно ответил я. — А из-за интриг твоего рода погибла моя сестра. Считаешь, это недостаточный повод для ненависти?

Я утрировал, конечно, нет у меня ненависти к Каспадиа. Тем более, ко всем подряд Каспадиа, включая молодежь. Но и общаться с ним как ни в чем ни бывало я себе позволить не мог.

— Ты сам ее убил, — ответил Каспадиа с легким удивлением.

— После того, как твой родич подбил ее на предательство. После того, как он поставил ей этот подлый удар. После того, как он вложил в ее руку нож.

Каспадиа нахмурился.

— Я не отрицаю ее вины, — добавил я, — Амайя заслужила свою смерть. Но и отворачиваться от того факта, что Каспадиа внесли в ее предательство весомый вклад, я не собираюсь.

— Нанда Каспадиа мертв, — ровно ответил парнишка.

Да, конкретно исполнителя из рода Каспадиа тогда прикончили мои люди. Но я сильно сомневаюсь, что он действовал самостоятельно.

— И этот факт снимает с вашего рода ответственность за его действия? — хмыкнул я.

На это ответить ему было нечего. Да, бывает, что один представитель рода творит дичь, и род тут ни при чем. Но даже в этом случае он бросает тень на род, и род вынужден как-то реагировать. А от Каспадиа я не то что извинений не дождался, они вообще сделали вид, что их это не касается.

Парень поджал губы и едва заметно склонил голову:

— Я тебя услышал, Раджат-джи. И передам этот разговор старшим.

— Благодарю, Каспадиа-джи, — коротко кивнул я.

Вчера разведка положила мне на стол объёмный доклад по роду Каспадиа. Я дал это задание Биджау сразу после предательства сестры, но предупредил тогда, что вопрос не срочный. Не было у меня на тот момент сил, чтобы отомстить им.

Сейчас для полномасштабной войны родов сил у меня тоже нет. Это не говоря уже о том, что род Каспадиа — марионетки императора.

Хотя нет, стоп, не стоит так перегибать. Никакое раздражение не повод для того, чтобы слишком хлесткими формулировками невольно обманывать самого себя. Каспадиа тесно сотрудничают с ИСБ, вот это факт. Но и полностью под императора они не прогнулись, иначе двойной игры с их стороны не было бы.

Я думал вчера над вариантами. Начинать войну рано. Локальную ответку им кинуть? Например, отжать какой-нибудь полезный заводик? Соблазнительно, но опасно, такие вещи влет могут перейти в ту самую полномасштабную войну родов, и агрессором в ней все равно буду я.

А потом меня осенило. Для начала надо бы выяснить, что вообще Каспадиа думают на эту тему.

Тогда они работали против меня в паре с ИСБ. Они вполне могли быть уверены, что так или иначе ИСБ подомнет меня, и мы с ними окажемся в равных условиях. И в этом случае враждовать нам с ними было бы не с руки. Они могли тянуть с разрешением этого конфликта со мной просто для того, чтобы попозже, когда меня подомнет ИСБ, отделаться чуть ли не символическими извинениями.

Теперь же ситуация совсем иная. Я ведь и императору могу предъявить претензии за действия его спецслужб. Да, у нас не те отношения с императором, но Каспадиа-то этого не знают. А если эта история дойдет до императора — точнее, если он не отмахнется от моих претензий, — то война родов Каспадиа раем покажется.

Я предполагал поднять эту тему на каком-нибудь приеме. Если не с самими Каспадиа, они все-таки довольно редко где-то появляются, то с дружественными им родами. Таких всего три штуки, и тоже все почти затворники, но поймать кого-то из них можно. Я же не спешу.

А этот парнишка Каспадиа просто удачно мне под руку подвернулся.

Как бы это ни выглядело со стороны, я с ним не жестил. Думаю, он и сам понимает, что мой захват мог закончиться его травмой. Причем серьезной травмой, разрыв связок даже целители не вылечат за пару дней.

Я же лишь обозначил свое превосходство в спарринге. Мне нужен был именно этот разговор, и именно на людях, а нас окружало множество аристократов самого разного уровня. Такое уже не замять. Я и сам мог бы начать этот разговор, но так вообще идеально получилось.

Что ж, посмотрим, что теперь будет делать род Каспадиа.

Глава 6

*****

После тренировки, когда я уже направился к выходу из Академии, меня перехватил наследник клана Сидхарт. Давненько мы с ним не общались.

— Рановато ты решил отомстить за сестру, — нейтрально заметил Аргус.

— Я пока только обстановку проясняю, — усмехнулся я в ответ.

— А если Каспадиа пойдут на обострение?

Я бросил на Аргуса насмешливый взгляд.

— Уверен, ты не хуже меня владеешь парой-тройкой очень неприятных для местных плетений, — хмыкнул я. — Мы же больше не скрываемся. Я найду, чем удивить противника.

Аргус понимающе улыбнулся.

Да, мы оба — не диверсанты. Но на фоне скудной местной магии даже нам есть, чем озадачить профессионалов. Это не считая того, что как раз диверсанты у моего рода — одни из лучших в стране.

В общем, тайной войны я не боюсь.

А от прямой военной агрессии аристократов меня все еще защищает слово императора. И даже несмотря на все сопутствующие этому слову подковерные игры, я не вижу причин этим не пользоваться. Зря я, что ли, нервы себе трепал?

— А ты коварный, — с легким оттенком восхищения протянул Аргус.

Показательная реакция, кстати. Наследник великого клана наверняка в курсе большей части интриг императора с этим несчастным словом. У них разведка — не чета моей. Да и следят сейчас за всеми полноцветными магами очень внимательно, я думаю.

Лично мне, честно сказать, не очень комфортно пользоваться защитой императора после того, как я извернулся с плетением сокрытия.

А урожденные аристократы вполне нормально это воспринимают. Оба обошли дух договора, оба пользуются результатами этой сделки, — красавчики. И если одному из них в итоге перепало больше — он вдвойне красавчик. И прогнуть себя не дал, и выгоду поимел.

— Что мое, то мое, — хмыкнул я.

Аргус молча показал мне большой палец и на прощание хлопнул по плечу.

— Удачи, брат! — бросил он и резко свернул на боковую дорожку.

А я чуть было не остановился посреди аллеи. Брат?..

Нет, я понимаю, что это образное выражение, мы уже выяснили, что никак не пересекались в прошлой жизни. Но — брат? Это вот так он ко мне относится?

Чертов Лакшти, мы с Аргусом ведь реально могли лучшими друзьями стать.

*****

После возвращения из Академии у меня было всего два часа перед выездом. Сегодня клан Таджуан давал прием по случаю дня рождения Тирлака, старосты моей группы, и я обещал парнишке быть там.

Все два часа я провел на полигоне. Рабочие клана Рамеш все еще возились с установкой физической части защиты, так что лишних глаз вокруг хватало. Но мне было непринципиально тренировать именно полноцветные плетения. Главное — использовать магию. Любую.

В принципе, я и так довольно часто что-нибудь плел. То артефакты своим людям, то с новыми плетениями для них возился, а это тоже требует проверки множества вещей на практике, то еще какие-нибудь схемы перерабатывал. Плюс занятия в Академии тоже довольно часто включали в себя практику. Теперь еще и спарринги будут.

В общем, магией я занимался как минимум три часа каждый день. Немало, конечно, но если я хочу быстро взять следующий ранг — то и не много.

Браслет-стабилизатор, императорский приз за победу в Турнире, я носил, не снимая. И дело даже не в том, что он мог помочь мне во взятии нового ранга, сколько в том, что с ним любые плетения было намного легче строить.

Например, тот многослойный щит, который я применил в показательном спарринге с Каспадиа сегодня, без стабилизатора я не потянул бы. Слишком ювелирным там требовалось сделать сопряжение действующих и новых слоев щита.

Мой уровень контроля уже балансировал на грани восьмого и девятого. Я проверял, и тестовое плетение моего мира через раз не срывалось при переходе на девятый уровень контроля.

В принципе, и с восьмого уровня контроля возможен был прыжок на следующий магический ранг. Были такие примеры в моем мире. Вот только они были единичными. В то время как случаев перехода на следующий ранг с девятого и с десятого уровня контроля было примерно поровну.

Поэтому теперь, достигнув этой границы девятого уровня контроля, я практически все свободное время проводил на полигоне на заднем дворе особняка.

Была в этом и еще одна причина, о которой я старался не думать. Очень уж задела меня ложь Анданы. Может, конечно, там ерунда какая-нибудь вроде заниженной самооценки, и она попросту не считает свои результаты хорошими, а мне сказала другое, чтобы получить разрешение учиться. Но ведь может быть и не все так просто.

Не хотел я сейчас лишний раз с ней общаться. Ужинаем и спим вместе — и хватит пока. Это этикет и физиология, в конце концов. А именно отношения я поставил пока на паузу. Пусть мои люди докопаются до причин, а там посмотрим.

Андана, кстати, к моему желанию как можно скорее взять новый ранг, отнеслась с пониманием. Внешне, опять же.

М-да, я теперь во всех ее словах, похоже, буду подвох подозревать. Впрочем, сама виновата. Кто ей мешал построить свою речь, — явно заготовленную заранее, между прочим, — так, чтобы прямой лжи там не было?

Не сообразила, не привыкла, не подумала? А ведь это тоже минусы отсутствия аристократического воспитания с детства. И ладно со мной, но ведь она и где-нибудь на людях может так же проколоться.

Нет, я не жалею, что согласился взять в жены бастарда, Андана мне по-прежнему нравится. Но такие вещи нужно не забывать и учитывать. Если, конечно, в ее лжи ничего серьезного не окажется.

Машинально кидая одни и те же атакующие плетения в тренировочный щит, я в какой-то момент осознал, что и скорость построения плетений у меня подросла. Это радует.

Связка «контроль — скорость» не имеет жесткой зависимости, но в общем случае с улучшением контроля растет и скорость. Мысленного построения плетений это не касается, там создание всегда мгновенно, а вот на жестовом очень заметно.

Что ж, еще немного, и я смогу разнообразить свой арсенал. Лишнюю секунду на пару жестов в бою довольно часто можно выкроить. Это не три секунды руками махать.

*****

Прием Таджуан проводили в клановой резиденции в пригороде столицы. Сам род Таджуан имел кусок родовой земли в черте города, но там совсем небольшой клочок был. Не на род даже, скорее на семью.

А клановая резиденция стояла на частных землях, и вот их было вволю. Я таких просторов еще не видел, у Дамаяти и то поместье не такое огромное.

Первое, что бросилось в глаза, — это дети. Подростки, если точнее. Обычно несовершеннолетних на приемах не встретишь, даже молодых людей около двадцати почти не бывает. А если приходят — то это либо наследники родов, либо гении. То есть те, кто в будущем будет играть серьезную роль в жизни рода, и их к этому готовят с самого начала.

А тут именинник сам был еще мальчишкой, поэтому и детей собралось много. Все они, конечно, пришли со старшими родичами, но справа от входа было организовано нечто вроде парка аттракционов и развлечений, и они сконцентрировались здесь. А их родичи ушли дальше в парк, где проходил обычный, по сути, прием.

Зона развлечений была интересной, но соваться туда мне было не с руки. Дети — это хорошо, иногда хорошие отношения с детьми могут дать больше, чем попытки установить контакт с их родителями. Но настолько далекую перспективу я пока не рассматривал. С тем, что есть, управиться бы.

Знакомых на этом приеме у меня оказалось на удивление много. Из нашей группы пришли практически все, включая Аргуса Сидхарт, — который тоже, кстати, предпочел парк, а не зону развлечений, — да и с десяток старшекурсников с родичами я тоже заметил.

Надо признать, налаживать связи Таджуан умеют, этого даже у Тирлака не отнять. Его самого, кстати, я сходу не нашел в пределах видимости.

Одним из первых собеседников я выбрал Аргуса Сидхарт.

Не то чтобы здесь была какая-то строгая последовательность тех, кого нужно поприветствовать, но все же положение и статус играют свою роль. Плюс обычно первыми люди инстинктивно в любой толпе ищут тех, кто им ближе: друзей или хотя бы приятелей. И это тоже показатель, кого ты считаешь своим. Или кто считает своим тебя.

— Шахар, — кивнул мне Аргус, — позволь представить тебе моего двоюродного дядю, Гуратша Сидхарт. Дядя, это Шахар Раджат, наследник рода Раджат.

— Господин Сидхарт, — приветственно склонил голову я.

— Господин Раджат, — кивнул в ответ мужчина.

Он был очень похож на Аргуса, только ниже ростом примерно на полголовы и шире в плечах чуть ли не в полтора раза. Улыбка его при этом была вполне добродушной, да и на мир он смотрел с этаким насмешливым прищуром.

Интересный мужик. Маг седьмого ранга, кстати.

— Как вам здесь? — с легкой улыбкой поинтересовался я.

— Забавно, — хмыкнул Сидхарт-старший. — Все уговариваю племянника пойти глянуть на детские забавы, Таджуан умеют устраивать красочные представления. Но он упрямится. Дела, говорит.

Я бросил насмешливый взгляд на Аргуса, на что тот лениво отмахнулся:

— Не любит дядя все эти формальные разговоры, вот и готов на что угодно, лишь бы сбежать с приема.

— А что тут любить? — фыркнул Сидхарт-старший. — Эти чопорные рожи? Я на них еще лет двадцать назад насмотрелся до тошноты.

Интересная оговорка, учитывая, что выглядел он едва ли на полтинник. Рядовые члены родов и кланов более-менее постоянно начинают ходить по приемам лет в двадцать пять. Да и то, насколько я знаю, никого не заставляют бывать на них постоянно, если род не совсем уж малочисленный. Действительно важных для отдельно взятого клана приемов не так много.

— Ты не смотри, что я молодо выгляжу, — подмигнул мне Сидхарт-старший. — В прошлом году мне семьдесят стукнуло.

— Ого! — не стал сдерживать удивление я. — Вы не женщина, господин Сидхарт, чтобы комплименты вам делать, но я действительно поражен.

— Мой вам совет, юноша, — доверительно произнес он. — Никогда не обижайте лекарей. Даже в мелочах. И будете в мои годы выглядеть так же, если не лучше.

— Э, нет, Шахар, — негромко рассмеялся Аргус. — Дядя лукавит. Лекарей надо не просто не обижать, их надо боготворить. Ну или как минимум одну… одного лекаря.

— Пф, вот так взял и сдал родича, — добродушно усмехнулся Сидхарт-старший.

Интересная информация. Значит, не так уж все плохо в этом мире с медициной, раз лекари могут, как минимум, внешнюю молодость человеку вернуть. Конечно, наверняка, не все лекари поголовно, но сама возможность присутствует. Учту.

Я вообще смотрю, в этом мире очень многое не выставляется напоказ. Только появившись в этом мире, я думал, что тут в магии вообще примитивизм редкостный. А когда начал вживаться, то и дело выяснялось, что и это можно, и это, и даже вот это. Просто далеко не для всех доступны эти сладкие плюшки.

И даже общее миропонимание в части «возможно — невозможно» очень сильно отличается в зависимости от того, кто ты и в каких кругах вращаешься.

*****

Попрощавшись с представителями клана Сидхарт, я начал обходить своих одногруппников. Они были здесь не все, большинство подростков остались в зоне развлечений, но нескольких я все же увидел. Почти ни с кем из их старших родичей я еще не был знаком, и сокурсники охотно представляли меня своим семьям.

Я не делал различий ни по возрасту рода, ни по статусу и влиянию. Кого видел, к тем и подходил.

Да, среди них было мало даже старых родов, что уж говорить о древних или вечных, но мир не ограничивается «высшей» аристократией. Как раз в бизнесе намного удобнее сотрудничать с родами попроще. Гонора у них меньше, а готовности искать компромиссы и изучать что-то новое — намного больше.

Намеков на желание поработать со мной или предложить проект для инвестиций было море, кстати. Чуть ли не каждый новый род так или иначе обозначал темы, на которые мы можем поговорить поподробнее, когда и если мне это будет интересно.

И к некоторым из них я вернусь, пожалуй. Не сразу, через несколько месяцев, когда станет ясно, что из недавних начинаний моего рода взлетело, и какую оно даст прибыль. Денег много не бывает.

Обойдя всех одногруппников и задумавшись, куда дальше, я наткнулся взглядом на представителя рода Наороджи. Был на Турнире участник от них, поэтому в лицо я этого мужчину узнал сразу.

Тот кивнул мне издали и направился прямиком ко мне.

— Господин Раджат, — улыбнулся он. — Рад встрече.

— Господин Наороджи, — кивнул я. — Согласен, хорошо, что мы встретились здесь. А то на свое письмо я так и не дождался ответа.

Вернувшись из Лакхнау, я не забыл про них. Несмотря на всю бредовость предложения, которое передал мне дядя, оставлять такое без ответа нельзя. Только я считал, что этот разговор должен быть лицом к лицу. И вот в этом Наороджи не спешили идти мне навстречу.

— Я не в курсе, к сожалению, — слегка нахмурился Наороджи. — Однако если вы хотели поговорить о нашем предложении…

Он с намеком посмотрел на меня, и я кивнул.

— Тогда, боюсь, я ничем не смогу вам помочь, — договорил он. — Это дело полностью в ведении главы клана.

М-да, их отношение к потенциальным партнерам меня как-то не радует. Предложения как такового нет, одни намеки, на письма они не отвечают, на встречу к главе клана еще попробуй попади. Я за ними бегать должен, что ли?

— Тогда я прошу вас передать главе вашего клана, что род Раджат отклонил его предложение, — ровно произнес я.

— Вы уверены, господин Раджат? — явно удивился Наороджи.

Вот теперь уверен. На кой черт мне союзники, которые еще и не понимают, почему подобное поведение кому-то не по нраву? Совсем зазвездились?

Наороджи — очень мощный клан. Если бы не определенные формальности, они легко встали бы в один ряд с великими кланами. Некоторые вольности им это положение позволяет, конечно, но не настолько.

К тому же, я только что общался с наследником великого клана Сидхарт и его старшим кровным родичем, и что-то там никаким высокомерием и не пахло.

Наороджи могут, конечно, считать Раджат крайне слабым родом, а меня — ничего не смыслящим в жизни мальчишкой. Это не оправдывает их отношения, но умозрительно я их понять могу. Просто работать с ними при таком раскладе я однозначно не буду.

— Уверен, — спокойно кивнул я.

— Хорошо, я передам главе клана ваши слова, — ответил Наороджи.

*****

Побродив по парку, я немного пообщался еще с несколькими знакомыми.

Чатанья Мехта тоже была здесь, правда, не с матерью-ректором, а со старшим двоюродным братом. Тридцатилетний боевой маг шестого ранга, он, похоже, недавно с границы вернулся. По крайней мере, повадки настороженного хищника, готового в любой момент ступить в бой, еще не сгладились до конца. Интересный противник, его я вряд ли смог бы так же безнаказанно гонять по арене, как Чатанью.

Вот кстати. А когда аристократы додумаются выставить против меня не детей, а опытных противников? Как ни крути, школьные бои — это не то. Чтобы понять мой настоящий уровень, надо найти плюс-минус равного соперника.

Чуть позже Хаар Бхарат, мой противник на первом факультативном спарринге в Академии, представил меня отцу, главе своего рода. Хаар — самый младший в семье, его отцу уже далеко за пятьдесят было.

После окончания этого разговора моя чуйка неожиданно начала как-то противно ныть. И Бхарат тут точно ни при чем, мы с ними вполне доброжелательно пообщались.

Это было не то обжигающее ощущение опасности, к которому я уже привык, а что-то непонятное.

Еще через пару разговоров ни о чем, я понял, к чему это.

Ко мне шел глава рода Каспадиа. Шел прямиком, не скрываясь и собирая на себя множество заинтересованных взглядов.

И, судя по выражению его лица, ничего хорошего мне этот разговор не сулил.

Глава 7

*****

— Господин Раджат, — небрежно кивнул глава рода Каспадиа.

— Господин Каспадиа, — ровно тем же ответил ему я.

Каспадиа слегка скривил губы, но я лишь отзеркалил его жест, так что предъявить мне небрежность в общении он не мог.

— Поясните, с чего вдруг вы взъелись на мой род? — потребовал Каспадиа.

Даже так? Невиновным себя выставить решил? Это уже наглость.

— Вы прекрасно это знаете, господин Каспадиа, — холодно ответил я. — Но если вы запамятовали, я намекну. База, где я нашел похищенную сестру.

Обвинить именно его я не мог, и он прекрасно это знал.

— И вы видели там кого-то из моего рода? — картинно приподнял брови Каспадиа. — Именно вы, лично?

Грязно играет. Я тогда в главное здание только войти успел, как Амайя воткнула мне нож в спину. У меня не было возможности хотя бы на поверхностный осмотр. И это он тоже знает, скотина.

— Лично не видел, — признал я и продолжил: — Мои люди видели. И не только видели. Я им верю больше, чем вам.

— Это оскорбление? — прищурился Каспадиа.

— Это факт, — спокойно ответил я.

— Ваши люди… — начал Каспадиа и осекся.

Обвинить во лжи слуг рода — это, конечно, не самого аристократа. Но такое обвинение тоже ведет к войне. А ему она явно не нужна. Он сюда не бросать мне вызов пришел, а поглумиться. Ну или попытаться.

Он не может объявить мне войну, слово императора меня все еще защищает от прямой военной агрессии аристократов. А вот у меня самого руки в этом смысле развязаны. И право защищаться соразмерно атаке было неотъемлемым во все времена.

По сути, Каспадиа хочет меня спровоцировать на войну.

— Ваши люди — это ваши люди, — уже спокойнее произнес он.

Тоже неприятный намек, но в пределах разумного.

— Если же вы хотите в чем-то обвинить мой род, потрудитесь представить хоть какие-то доказательства, — закончил Каспадиа.

Я смотрел на него с хищной усмешкой. Если он надеялся, что я стушуюсь, проиграв ему эту словесную дуэль, то он ошибся.

Вектор наших отношений он определил четко, и я уже даже знаю, в какой ситуации я верну ему эти слова.

— Я вас услышал, господин Каспадиа, — ровно ответил я.

На мой многообещающий взгляд Каспадиа лишь приподнял бровь. То ли провоцировал на какие-то угрозы, которые дадут ему понимание, где ждать удара от меня, то ли еще что. Я не стал разбираться.

Кивнув ему на прощание, я отошел в сторону.

*****

Асанга Нишант, второкурсник, с которым мы сходились на Турнире, пришел на прием в компании своего двоюродного дяди, главы рода.

У Таджуан вообще получился на удивление представительный прием. Мехта, Сидхарт, Наороджи, Нишант, Каспадиа, Бхарат, Раджат — это все древние роды или топовые кланы. Причем из всех них только от Мехта пришли не глава рода и не наследник. Нет, понятно, что до уровня приема у тех же Мехта состав гостей не дотягивает, но для молодого рода — очень и очень неплохо.

И это заслуга Тирлака, я так понимаю. Это мой староста общается со всеми студентами из этих родов так, что они ему не отказали в просьбе принять приглашение. А ведь он даже не наследник, он вообще еще несовершеннолетний.

Перспективный парень, надо поплотнее с ним пообщаться.

— Господин Нишант, Нишант-джи, — кивнул я.

— Господин Раджат, — практически в унисон ответили мне оба представителя рода Нишант.

Я бросил было удивленный взгляд на младшего, а потом сообразил. Это в Академии мы с ним на равных, и там он обратился бы ко мне «Раджат-джи». А здесь и сейчас я — самостоятельный наследник рода, а он — малолетка, сопровождающий главу своего рода.

В присутствии Асанги, кстати, поднимать интересующую меня тему было не очень удобно, я решил все-таки прощупать почву. Очень уж зацепила меня идея с кланом.

— Интересный прием, — нейтрально заметил я. — Клан Таджуан умеет налаживать связи.

— СМИ все-таки, — многозначительно улыбнулся глава рода Нишант.

Не поспоришь. Работа с людьми — их основной профиль. Да и с информацией тоже, пожалуй. По крайней мере, в той части, что касается открытой информации.

— Хорошо быть кланом, — кивнул я.

На кланы, кстати, не распространялся закон о монополиях. Сильный клан вполне мог подгрести под себя какую-то сферу и не пускать в нее никого больше. Свободные роды себе такого позволить не могли.

— Неплохо, — равнодушно откликнулся глава рода Нишант. — Только дорого.

— За определенные преимущества стоит платить, — с легкой улыбкой сказал я.

— Смотря за какие, — хмыкнул Нишант.

— Свобода? Безопасность? Что вы считаете достойным такой цены, господин Нишант?

Глава рода Нишант пристально посмотрел мне в глаза. Думаю, он уже догадался, куда я клоню. Правда, отвечать он явно был не готов.

— Клан — не гарантия, Раджат-джи, — тонко улыбнулся Нишант. — Ни свободы, ни безопасности.

Не понял. Это в мой огород камень или он в целом рассуждает? Так-то да, некоторые кланы напоминают те еще банки с пауками.

— Но это очень хорошая возможность все это себе обеспечить, — нейтрально заметил я.

— Когда у вас будет клан, Раджат-джи, мы можем вернуться к этому разговору. Если вам это будет все еще интересно.

— Конечно, Нишант-джи, — с улыбкой кивнул я.

Глава рода Нишант слегка прищурился, но больше ничем не показал своего недовольства.

Формально я был в праве использовать ровно то же обращение, что и он. Первым перейти на «-джи» с моей стороны было бы наглостью, я — только наследник рода, и я младше. А в ответ — можно. Не обязательно, и даже не всегда желательно, но я намеренно это сделал. Мне его снисходительный тон тоже не понравился.

— Приятного вечера, — добавил я.

Дождавшись прощальных кивков от представителей рода Нишант, я отошел от них.

Ничего не понял. То ли Нишант не доверяет лично мне, то ли я ошибся и ему вообще не нужен клан. Ладно, я подумаю об этом дома. Прием еще не закончен, и расслабляться мне рано.

*****

— Ну надо же, Раджат, — с ехидной улыбочкой произнес незнакомый мне аристократ.

Это был высокий широкоплечий мужик чуть за тридцать с густой шапкой черных волос и почти черными глазами. Его традиционный шальвар-камиз был белым и смотрелся довольно вызывающе, особенно на фоне его непривычно темной кожи.

— С кем имею честь? — холодно приподнял одну бровь я.

— Еще и неприятелей своего рода не знаешь? — хмыкнул мужик. — Нидеха я. Шариз Нидеха, наследник рода Нидеха.

В первый раз слышу, если честно. Нет, в перечне родов и кланов страны я эту фамилию видел, но до сих пор понятия не имел, что Нидеха имеют к моему роду какие-то претензии.

— Не буду врать, что мне приятно с вами познакомиться, господин Нидеха, — с дежурной светской улыбкой ответил я.

Нидеха сначала машинально ответил примерно такой же улыбкой, а потом осознал, что именно я сказал. Улыбку со своего лица он тут же стер и уставился на меня тяжелым взглядом.

Я ответил ему тем же.

Несколько секунд мы сверили друг друга взглядами и молчали.

— Господа, рад вас видеть, — раздался сбоку голос виновника торжества. — Очень рад, что вы оказали мне и моему клану честь присутствовать на моем дне рождения.

Я отвернулся от Нидеха и с улыбкой кивнул Тирлаку.

— Еще раз поздравляю с днем рождения, — сказал я.

— Спасибо, Шахар.

— Мои поздравления, господин Таджуан, — ровно произнес Нидеха и даже выдавил из себя слабую улыбку. — И позвольте оставить вас ненадолго.

— Конечно, господин Нидеха, — с легким недоумением ответил Тирлак.

Проводив его взглядом, я вновь повернулся к Тирлаку.

— Кто это? — прямо спросил я.

— А, ты не в курсе, — удовлетворенно протянул Тирлак. — То-то я думаю, слишком мирно вы беседовали.

Это было мирно? Интересный расклад. Я считал, что такого хамства себе нельзя позволять даже с откровенными врагами, но так думают не все, видимо.

— Род Нидеха был союзником рода Сударшан, — сообщил Тирлак.

И умолк. Видимо, решил, что этого достаточно.

Не хотелось бы ударить в грязь лицом перед мальчишкой, поэтому я начал судорожно вспоминать. Сударшан. Что-то знакомое ведь, и не по перечню родов и кланов. Как раз в перечне такого рода нет.

Точно! Это тот род, который уничтожили Дамаяти в ответ на вероломство их невесты. Девушка тогда получила артефакт-стабилизатор в качестве свадебного подарка от наследника Дамаяти и вместе с ним переметнулась к Раджат.

Ладно, а причем тут Нидеха? Ну были они союзниками с Сударшан два века назад, и что с того?

— Два века прошло, — нейтрально произнес я, просто чтобы дать понять, что я помню, кто такие Сударшан.

— Нидеха немного… как бы это сказать, — помялся Тирлак, — немного слишком помешаны на чести. Они считают, что раз уж род Раджат принял девушку Сударшан, то и все последствия той истории должны были лечь на вас. Или вы должны были как-то защитить Сударшан, я не знаю. В подробности Нидеха никогда не углублялись. Они просто считают несправедливым, что выгоду в той истории получили Раджат, а уничтожили при этом Сударшан.

Назвать выгодой безвозвратно потерянный артефакт и планомерное вырезание рода на протяжении двух веков — это спорно, мягко говоря. И даже если бы артефакт не потеряли, не стоит он кровной вражды с не самым слабым кланом.

Впрочем, ладно, не о том сейчас речь.

— Два века, Тирлак, — повторил я. — Да, мой род в той истории выглядел крайне некрасиво, я это признаю. И свою вину перед Дамаяти я искупил. А эти-то куда лезут?

— Ну вот такие они, Нидеха, — развел руками Тирлак.

М-да, аристократическое общество открывается мне с новой стороны. Нет, в принципе, понять Нидеха можно. Ход их мыслей, я имею в виду. А вот желание раздуть давний конфликт с представителем вечного рода, который их даже не помнит, — это перебор, как по мне. Обозначить свою неприязнь? Ну обозначили, дальше-то что?

— Тирлак, ты случайно не знаешь, Нидеха пакостили моему роду? — поинтересовался я.

— Насколько я знаю, нет, — покачал головой староста. — При встречах они всегда высказывали вам свое «фи», но дальше разговоров дело никогда не шло. Нидеха для этого… слишком помешаны на чести.

Да и плевать, раз так. Словесные перепалки я уж как-нибудь переживу.

— Благодарю, — склонил голову я.

— Да брось, — отмахнулся Тирлак. — Пойдем лучше постреляем!

*****

Уже дома, сидя на веранде с чашкой кофе и глядя в черное небо, усыпанное звездами, я вновь и вновь прокручивал в голове разговор с главой рода Нишант. Меня Каспадиа так не зацепили, как этот невнятный диалог.

Я почему-то был уверен, что Нишант согласится. Не сразу, конечно, и не явно. Поначалу — намеками. Но они должны были быть, а в разговоре с главой рода я не увидел с его стороны даже проблеска интереса.

У рода Нишант явно проблемы. Я помню, как притащил им плетение сокрытия. Как бы оно ни было им нужно, это не оправдывает неадекватного поведения главы рода на наших переговорах. Он же реально род готов был разорить, лишь бы заполучить эту схему. Не обязательно эти проблемы связаны со статусом свободного рода, конечно. Но это очень вероятно.

Тем не менее, Нишант никак не показал, что хочет в клан.

С другой стороны, а мне-то не все ли равно? Изначально за идею клана я уцепился с одной-единственной целью: я хочу свободы. Насколько это вообще возможно в рамках государства и аристократического общества. И свободы я хочу даже не столько для своего рода. А для себя, по сути.

Мне надоели эти бесконечные подковерные игры императора, ИСБ и всех, кому не лень проверить меня на прочность. Слишком много у свободных родов обязанностей, и прописанных в законах, и негласных. Слишком много традиций и правил.

Кланы в этом смысле стоят особняком. В мирное время государству от них требуются только деньги. И все.

Да, интриги как таковые никуда не денутся. Но в статусе клана их станет на порядок меньше. Просто потому, что регламент взаимодействия кланов с остальной аристократией в целом и императором в частности прописан достаточно жестко. И там очень мало возможностей как-то прижать клан.

А все остальное, кроме свободы, для меня было и остается лишь довеском. Начиная с желания собрать в свой клан древние роды, где были полноцветные маги, и заканчивая необходимостью создать изначально сильный клан ради удержания аномалий в Свободных землях. Я замечательно проживу и без всего этого.

Клан считается действующим, если выполнены всего два условия. Первое — в имперской канцелярии зарегистрированы «Основные положения кланового договора». Это даже не сам договор, это его краткое содержание, если грубо. И второе: в клане состоят как минимум два аристократических рода, включая главный.

Найду я один род, который захочет стать частью моего клана? Да легко. Даже если Мохини дадут заднюю в последний момент, никто не мешает мне взять к себе любой вымирающий род, у которого просто нет других вариантов выжить.

Да, это будет так называемый «микроклан». Да, у меня резко просядет финансовая составляющая, потому что мне будет просто не с кем кооперироваться внутри клана. И начать большое дело, которое с лихвой покроет повышенные налоги, у меня не получится. И еще многих вкусных возможностей у микрокланов нет.

Да и плевать. Готов я заплатить такую цену за свою свободу? Да, готов.

И тогда получается, что Нишант прав. Я ерундой маюсь, вместо того, чтобы выяснить, на каких условиях император даст мне клан и даст ли вообще.

Именно это — ключевой вопрос. И без ответа на него даже мои планы по бизнесу смысла не имеют, что уж говорить обо всем остальном.

Глава 8

*****

Первым делом я направил письмо в имперскую канцелярию с просьбой об аудиенции у императора. Что я потеряю, в конце концов, если задам простой вопрос? Да ничего.

Императору от моего клана ни горячо, ни холодно. Подмять меня под себя у него не получилось, и думаю, он понимает, что уже не получится. Отношения у нас с ним не очень? Это да.

В любом случае просьбу дать право на основание клана надо предварять подарком. Были бы нормальные отношения — можно было бы обойтись чем-то символическим, а в моем случае придется притащить что-то серьезное.

Еще бы понимать, что.

Я нашел очень интересную штуку на купленных в качестве свадебного подарка Андане украшениях. Блок сокрытия.

Этот блок скрывает структуру плетения, а любой человек видит на месте плетения то, что он готов увидеть. Если бы я знал, как именно реализуется защита от яда в моем родном мире, этот блок я бы не заметил. А так он показал мне что-то безумно сложное и громоздкое. И дело не в сложности как таковой, а в том, что встроенный накопитель эту монструозную конструкцию запитать физически не мог. И плетение самозарядки на такую мощность тоже рассчитано не было.

Я долго голову ломал, пока не нашел этот блок. Потом проверил его на себе, на ближниках и на паре новых слуг рода, которые никогда не видели полноцветные плетения вживую. Все увидели что-то свое.

Если бы я был уверен, что император даст мне клан — я отдал бы ему этот блок. На мой взгляд, соразмерный подарок. Но для дежурного дара это слишком жирно.

Нужно что-то попроще.

После массы схем плетений, выставленных на Аукционе, уже многим наверняка понятно, что пришельцы умеют читать и минимально править их. Это можно не скрывать. Что бы такое переделать?

Дар-то все равно должен быть полезным, причем желательно — лично императору.

О, так, а что я мучаюсь? Я же прекрасно знаю, чего император хотел. Теперь, когда равноценную «ответку» я уже выдал, урона чести и достоинству рода не будет. Можно и пойти навстречу.

*****

— Что это? — спросил я.

Астарабади положил мне на стол огромный список без каких-либо «шапок», пояснивших бы, что это такое. Просто перечень с именами и фамилиями.

— Это итоговый список потенциальных слуг рода, — ответил Астарабади. — Люди, которых проверили все службы рода. И Марна, и Биджау, и я, и даже частично Рам и Карим по своим каналам. За каждого из них кто-то из нас готов поручиться, остальные просто не против по итогам проверок.

Колоссальная работа, сделанная в очень сжатые сроки, я оценил. Список насчитывал больше двух сотен фамилий, и в самом конце действительно стояли подписи всех руководителей военных служб рода.

— Благодарю, — кивнул я. — И остальным мою благодарность передай.

Астарабади кивнул.

— Назначай для них всех дату сбора здесь, в особняке, — добавил я. — Через пару дней, наверное. Проведу еще один ритуал принятия в Слуги. Только секретаря моего предупреди, чтобы накладок не было.

— Принято.

Я вопросительно приподнял брови, мол, еще что-то есть?

— Мы проверили Андану, — сообщил Астарабади.

И ничего крамольного не нашли, судя по его спокойному тону.

— По физической части, скажем так, все чисто, — подтвердил мои выводы Астарабади. — По ее бизнесу все цифры правдивы, прогнозы адекватны. Всех, кто с ней общался, опросили, ничего подозрительного никто не заметил. Лишних вопросов не задает, спорных суждений не высказывает, в пренебрежении к тебе или роду не замечена и так далее. Что касается учебы, Биджау подтвердил, что девочка с детства хотела пойти по стезе бизнеса. До появления в ее жизни представителей клана Дамаяти она даже готовилась к поступлению в Высшую школу бизнеса. Насколько могла, конечно, готовиться девочка из бедного квартала.

Я неопределенно покачал головой. Негусто, в общем-то.

— По итогу, я считаю, — добавил Астарабади, — что ложь нужно искать в области психологии. Возможно, она не считает свои результаты в бизнесе действительно хорошими, хотя тебе сказала обратное. Просто чтобы ты ее учиться отпустил.

— Или на благополучие рода ей наплевать, — подхватил я, — а солгала, опять же, чтобы учиться отпустил. Много предположений можно выстроить.

— Согласен, — кивнул Астарабади. — Но ты же так этого не оставишь?

— Нет, конечно, — вздохнул я. — Поговорю с ней.

— Поделишься итогами потом? — осторожно поинтересовался он.

Не хотелось бы, но основание просить у него было. Как ни крути, моей правой руке нужно знать, где и почему могут всплыть подвохи. Особенно если я действительно в итоге допущу Андану до дел рода.

— Поделюсь, — ответил я.

— Тогда у меня все, — сказал Астарабади.

— У нас новая задача, — сообщил я. — Каспадиа.

Все материалы на этот род разведка мне уже предоставила, но это были, скорее, общие сведения. С чем-то можно было работать сразу, с чем-то требовались уточнения на месте.

— Мне нужна диверсия, — продолжил я. — Максимально обидная, скажем так. Не обязательно причинять серьезный материальный вред, хотя это желательно. Нужен именно щелчок по носу. Идеально, если Каспадиа поймут, кто против них действовал, но не смогут этого доказать даже косвенными фактами.

— На твое участие можно рассчитывать? — уточнил Астарабади.

— Если нужно — да.

— Нужно. Я видел твои тренировки. И подозреваю, ты сам не осознаешь еще одного своего преимущества. Скажи мне, на какое расстояние ты можешь отправить свои плетения?

— Да на любое, — с недоумением ответил я. — Какая разница, куда ему лететь после формирования? С прицельной дальностью — другой разговор, но если ты про принцип — то хоть за горизонт.

— Не понимаешь, — с удовлетворением кивнул Астарабади. — Все мои плетения, например, развеиваются на расстоянии сотни метров от меня.

Чего? Бред какой-то. Когда плетение сформировано и запущено, оно уже никак от мага не зависит.

— Покажи, — потребовал я.

— Что показать?

— Да без разницы, любое атакующее плетение сформируй.

— Тут? — изумился Астарабади.

— Согласен, туплю, — тряхнул головой я. — Пошли на полигон.

Когда мы вышли на заднее крыльцо особняка, я остановил ближника.

— Давай отсюда, — потребовал я.

От нас до тренировочных щитов на полигоне было как раз примерно с сотню метров.

Я накинул на себя легкую ментальную концентрацию, перешел на магическое зрение и принялся наблюдать. Астарабади сформировал классические серпы. Обычные нормальные серпы, и полетели они в щит, как и положено. Долетели тоже без замечаний.

А вот сама структура плетения, когда я воспроизвел ее перед внутренним взором в виде картинки-воспоминания, меня не порадовала.

— Я понял, стоп, — скомандовал я. — Пошли обратно.

Это я, увидев местную схему, машинально выкинул из нее все лишнее, прежде чем использовать самому. Жаль, что я тогда даже не задумался, что конкретно я выкинул, слишком много наворотов там было. Упростил схему под себя и забыл.

Усевшись за свой стол, я достал учебник на четвертый магический ранг и нашел в нем схему стандартных силовых шариков. И да, в ней был ровно тот же косяк, который я увидел в плетении серпов своего ближника.

Кто, интересно, этот извращенец, который заложил такой подвох в эти схемы?

— Ограничение дальности? — догадался Астарабади.

Он уже давно понял, что я не только свои плетения могу создавать, но и все местные схемы вижу как набор отдельных элементов. Элементов, которые имеют для меня физический смысл, а не просто кружево из линий и скруглений.

— Да.

— То есть мы тоже можем бить за горизонт? — у Астарабади загорелись глаза.

— Ты бы лучше задумался, кто и зачем сделал магов этого мира инвалидами? — хмыкнул я. — Ладно один цвет магических нитей, это полбеды. Но вы ведь даже с дальнобойным огнестрельным оружием не сравнитесь. Сотня метров — это смешно. Читать схемы вы не умеете, править их — тем более, про разработку я вообще молчу. Набор доступных схем — крохотный, а все более-менее нестандартные плетения толком не используются, они, скорее, по архивам древних родов пылятся и изредка своеобразной валютой служат… Такое ощущение, что кто-то намеренно делал все, чтобы маги перестали быть внятной силой в этом мире.

— И это было очень давно, — подхватил мою мысль Астарабади. — Как бы не на заре нынешней эпохи.

Да, скорее всего, это было сразу после той войны или вызванного ею катаклизма, который уничтожил мой мир. Может, даже сами выжившие решили так ограничить силу своих потомков. Просто чтобы избежать повторения.

Еще и аномалии… Как-то я начинаю сомневаться, что это природное явление. Уж не из моего ли времени родом эти «устройства» по откачке сырой силы мира?

— Ладно, разберусь, — произнес я.

— А дальнобойные атаки? — с надеждой спросил Астарабади.

— Будут вам дальнобойные атаки, — хмыкнул я. — С тебя схемы всех плетений, которыми пользуются силовики рода.

— Сегодня же папка будет у тебя на столе, — твердо пообещал Астарабади.

Даже не сомневался в нем. Чтобы мой хомяк отказался от новой магической игрушки? Скорее небо на землю рухнет.

*****

К моему удивлению, ответ на мою просьбу об аудиенции пришел очень быстро, к вечеру того же дня. И уже на следующий день была назначена сама аудиенция.

Я даже растерялся от такой скорости. То ли я настолько интересен императору, то ли так удачно совпало, что образовалось неожиданное окно в его расписании. Почему это «окно» отдали мне, тоже непонятно.

Разве что император догадывался, что я иду к нему с просьбой и хотел поставить меня в неловкое положение, не дав подготовить дар? Уж ему-то сейчас уже наверняка понятно, что именно я буду таскать в качестве даров на подобные встречи. Назначение аудиенции обычно дело довольно долгое. Но и плетения за полчаса не переделать.

Ладно, это я уже загоняюсь. Нельзя же везде одни подвохи видеть.

Да и какая мне разница, в конце концов? Я хотел аудиенцию — мне ее готовы предоставить. Отлично же.

Во дворец императора я прибыл за полчаса до назначенного времени. С запасом.

Подождать до собственно нужного времени пришлось, но дольше держать меня в приемной не стали.

Войдя в кабинет императора, я поклонился у дверей. Император поднял на меня глаза от бумаг и молча махнул рукой на кресло для посетителей.

— Слушаю тебя, наследник Раджат, — ровно произнес император, когда я уселся на предложенное место.

Он бросил внешне безразличный взгляд на конверт, который я держал в руках, но, уверен, ему было очень любопытно. Просто он умел это скрывать.

— Ваше величество, прежде всего, я прошу вас принять этот дар, — с легким поклоном из положения сидя и на обеих руках протянул ему конверт.

Несколько секунд он сверлил меня пристальным взглядом, но конверт все же взял. Взял и тут же отложил на столик рядом с собой.

— Что это? — холодно поинтересовался он.

— Это плетение сокрытия, — ответил я.

Брови императора взлетели.

— В форме яйца, — добавил я. — Большой диаметр в половину ладони, маленький — в треть.

Теперь Император еще и голову наклонил к плечу.

— И я даю слово, что это плетение останется только вашим, — закончил я. — От меня эту схему больше никто не получит, я не буду использовать ее сам, ее не будет в моем родовом архиве, и я ни словом ни молчанием не дам понять кому-либо, что она у вас есть.

Император хмыкнул и вернул своему лицу отстраненно-вежливое выражение.

Теоретически мой дар можно было воспринять как извинения.

Нечто подобное этому дару он явно ожидал в прошлый раз, когда требовал от меня Жемчужину Аукциона. Не только само плетение, но и мое слово сохранить тайну. Однако полноценно такое требование тогда озвучено не было, и я с удовольствием воспользовался дырами в формулировках.

Император прекрасно понял, что тот мой демарш был зеркальным ответом на его собственное аналогичное поведение. И мне не за что тут извиняться.

Да, равные отношения с главой государства — это наглость с моей стороны. Не критичная, но спорная, скажем так. И если бы я первым так себя повел, это было бы непростительно.

Однако император не просто начал эту игру сам. Он еще и нехило так облажался. Точнее, ИСБ облажалась, когда не смогла удержать род Каспадиа от двойной игры, в результате которой погибла моя сестра. Но сути это не меняет, за слуг всегда отвечает господин. Император обещал мне защиту, пусть даже только от прямой военной агрессии аристократов, а сам начал действовать в прямо противоположном ключе, да еще и стал косвенной причиной гибели члена моего рода.

После такого обижаться на мой зеркальный ответ он не имел никакого права.

Так что мой сегодняшний дар не был извинением, и это он тоже понял. Сейчас я давал понять, что помню и понимаю его настоящие потребности, по своей инициативе дарю то, что их закроет, и отсекаю любые подвохи со своей стороны.

По сути, я предлагаю начать отношения с нуля. Честные рабочие отношения.

Но и то, что пока невысказанная просьба важна для меня, я тоже дал понять своим даром. И вот это самый слабый момент моего плана. Что называется, этим грех не воспользоваться.

— Я принимаю твой дар, наследник Раджат, — коротко кивнул император. — И готов выслушать твою просьбу.

— Благодарю, ваше величество, — ответил я и склонил голову: — Я прошу вас дать роду Раджат право на основание клана.

Глава 9

*****

Император несколько секунд молча смотрел мне в глаза. Вряд ли мое желание влиться в клановую аристократию стало для него неожиданностью, в этом смысле меня наверняка давно просчитали.

Скорее, он не ожидал, что я приду с этим так скоро.

— А если я не дам тебе клан? — холодно поинтересовался император.

Плохо, но ожидаемо. Я и не думал, что он легко пойдет мне навстречу.

Что ж, придется приоткрыть карты. Купить мне его нечем, всякие «подвиги» в качестве платы за клан я совершать не собираюсь, так что мне остается только давить его логикой. А для этого придется слить часть закрытой информации.

— Не дадите вы — даст правитель другой страны, — пожал плечами я. — Думаете, тот же Непал откажется от вечного рода во главе с полноцветным магом? Пакистан? Шри-Ланка? Или даже Поднебесная?

Император пождал губы и спросил:

— И ты так легко откажешься от своей родины?

— Вы забываете одну простую вещь, ваше величество, — спокойно ответил я. — Я — чужак. И это работает в обе стороны. Не только я вам чужой. Вы, люди этой эпохи, мне тоже чужие. Мой мир умер, как минимум, четыре тысячи лет назад. И, в отличие от тех же Лакшти и Сидхарт, у меня даже в роду нет значимых сдерживающих факторов. Род Раджат — это я. И я буду жить в той стране, где мне комфортно. Для меня весь ваш мир — чужой, и разницы между странами нет никакой.

Император выслушал меня молча и еще какое-то время молчал.

— Не верю, — сказал он, наконец. — Ты жил здесь, пусть даже это было несколько тысячелетий назад. Ты не сможешь так просто отказаться от своей родины.

— Отчасти это так, родину забыть непросто. Однако я вас разочарую, ваше величество, — хмыкнул я. — В прошлой жизни меня звали боярич Игорь Кольцов. И моей родиной была Российская Империя.

Император замер, пристально глядя мне в глаза.

— Предваряя ваш вопрос, — продолжил я, — я не знаю, как именно мои кровные родичи оказались в вашей стране. Да это и неважно. Лично для меня это ничего не меняет. Индия — не моя родина и никогда ею не была.

Император прикрыл глаза на мгновение.

— Я тебя услышал, — ровно сказал он. — И подумаю над твоей просьбой.

— Благодарю, ваше величество, — склонил голову я.

*****

Вернувшись домой, я принял душ, переоделся и привычно устроился в своем кабинете. Однако не успел я открыть первую из лежавших на столе папок, как дверь открылась.

— Ну как? — с порога спросил Астарабади.

Все мои ближники знали, зачем я иду к императору, так что его любопытство понятно.

— Садись, — махнул я рукой на кресло.

Я дождался, когда Астарабади устроится в кресле, и еще пару секунд помолчал. Очень уж забавное у него было выражение лица. Смесь любопытства с надеждой и смущением. Он же прекрасно понимал, что не стоит лезть с такими вопросами к фактическому главе рода.

— Пока непонятно, — все же ответил я. — Император взял паузу.

— То есть он может отказать, — нахмурился Астарабади.

Вот интересно, а мой ближник до сих пор считал, что это формальность, что ли? Самый молодой клан в стране был основан больше ста лет назад, в период разрухи после мировой магической войны. Я почти уверен, что им клан дали просто так, лишь бы повышенные налоги платили. Сейчас такой халявы не будет.

— Может, — спокойно кивнул я.

— И что тогда?

— Посмотрим, — неопределенно покачал головой я. — Возможно, переедем в другую страну.

— Я могу начать наводить справки, — предложил Астарабади.

Рано пока. Император не давал понять и даже не намекал, что не хочет давать мне клан. Его вопрос «а если не дам?» был скорее прощупыванием почвы, он хотел увидеть всю картину. Тон этого вопроса был спорным, да. Но это могло быть обусловлено массой причин, начиная с банальной неожиданности и заканчивая возможным подтекстом, который я в свою просьбу не закладывал.

Тем не менее, по итогу встречи мы с императором расстались очень ровно, и пока это — основной показатель.

Значит, и мне обострять ситуацию рано. А наведение справок для переезда как раз и будет обострением, соглядатаев вокруг меня и моих ближников наверняка хватает.

— Нет, пока не нужно, — ответил я. — Если уж подстраховываться, то делать только то, что будет незаметно со стороны. Например, организацию нового бизнеса можно придержать. Не свернуть, не застопорить, а просто оттянуть чуть-чуть. До прояснения обстановки.

Астарабади задумался, что-то прикинул в уме, а потом сказал:

— Из договоров в стадии заключения у нас только Магади и Дамаяти. А, еще этот, в Лакхнау… Муджариа со своим развлекательным центром.

Я с укором посмотрел на ближника. Уважение к аристократам не подразумевает обязательного пренебрежения к простолюдинам. И демонстрировать такое отношение к моему будущему деловому партнеру, даже если он имеет несоизмеримо более низкий статус, — плохая идея.

— Прости, Шахар, — поднял руки Астарабади, верно истолковав мой взгляд.

Я молча кивнул, принимая извинения.

— Придержи эти договоры, если можешь, — сказал я. — Только отношения с ними не порть. Со всеми троими. Я все же надеюсь, что клан у нас будет, пусть и не сразу. А репутацию мы потом устанем восстанавливать, если что. Нужно будет — заключай эти договоры. Деньги — это наживное, отношения важнее.

— Понял, сделаю.

Астарабади вышел из кабинета, а я задумался. Справки навести, ну-ну. Нет, я вполне серьезно сказал императору о том, что буду жить в той стране, которая меня устраивает.

Просто я не обозначил критерии этого «устраивает». А это, не в последнюю очередь, близость к Свободным землям. Как ни крути, я очень хорошо почувствовал тягу к аномалиям, когда Шанкара про них рассказывала. И это точно влияние родового камня, растворенного в моей крови.

Если нас, чужаков, действительно выдернули сюда ради того, чтобы каким-то образом вернуть нормальную магию, то бегства на другой конец планеты мне Мир не простит.

И значит, выбор другой страны у меня крайне ограничен. Либо Непал, который граничит со Свободными землями с востока, либо Шри-Ланка, которая вобрала в себя часть континента и прилегает к ним с юга.

Предварительно я склоняюсь к Шри-Ланке. Хайдарабад, их самый северный город, в этой реальности очень крупный и развитый. Если бы не Свободные земли в пятидесяти километрах севернее, он давно стал бы столицей страны.

А Непал, — как и Поднебесная, собственно, — этакая вещь в себе. Мой род там навсегда останется чужим, даже если пройдет пара тысяч лет. Слишком уж специфичное у них мировоззрение, слишком пропитаны традициями и собственной философией даже повседневные мелочи.

Ладно, рано пока об этом думать. Очень надеюсь, что я стану кланом здесь. Лень мне еще одну чужую страну изучать и вживаться в нее с нуля.

*****

Так, что у меня тут? После ухода Астарабади времени до ужина осталось чуть больше часа, а папок на моем столе была внушительная такая кучка. Не на час и даже не на полдня работы.

Перебрав их все и просмотрев заголовки, просто чтобы понять темы, я вдруг осознал, что пытаюсь попросту зарыться в текучке. Инстинктивно. А между тем есть одно дело, которое замечательно уложится как раз в этот час. И которое давно пора было сделать. Просто я не хочу, вот и откладываю, а то и вовсе забываю про это.

Хватит малодушничать. Рано или поздно все равно придется с ней поговорить.

Я нажал кнопку вызова секретаря и, когда она заглянула в кабинет, произнес:

— Позови ко мне Андану.

— Да, господин, — слегка поклонилась секретарь и исчезла за дверью.

Бросив еще один взгляд на стопку докладов, я переместился в кресло около чайного столика. Был у меня уголок отдыха в кабинете, но я редко его использовал. Однако разговаривать с невестой через стол, когда сам ее вызвал и имел время подготовиться, было бы некрасиво.

Андана пришла буквально через пару минут. Кивнув мне с порога, она уселась в соседнее кресло и с любопытством посмотрела на меня.

— У меня к тебе вопрос, — произнес я. — Серьезный.

Андана нахмурилась.

— Ты хорошо помнишь, что говорила мне, когда просилась учиться? — спросил я.

— Конечно, — кивнула она.

— Тогда скажи, в чем ты тогда солгала?

Андана вскинула на меня возмущенный взгляд и резко ответила:

— Ни в чем!

Я бросил взгляд на артефакт правды над входной дверью и вновь увидел его белесую муть. М-да, это будет тяжелый разговор, чую.

А ведь если бы не артефакт, я бы ей поверил. И от этого было вдвойне горько. Мне с ней что теперь, только в кабинете под действием артефакта общаться?

— Видишь пластину? — указал я на дверь. — Знаешь, что это такое?

Андана посмотрела в том направлении и замерла. Все она прекрасно поняла, артефакт еще не успел вновь стать прозрачным и незаметным.

— Знаю, — ровно ответила она.

И замолчала. Взгляд она не отводила, но в ее глазах наравне со страхом появилось еще и упрямство.

— Тогда давай мы не будем устраивать долгие игры, и ты просто скажешь, в чем конкретно ты мне в прошлый раз солгала, — предложил я.

Андана пристально смотрела мне в глаза и молчала.

А я понимал, что с каждой секундой мой уровень доверия к ней уходит все ниже и ниже. Уже неважно, на самом деле, что там была за ложь в прошлый раз. Ее поведение сейчас намного красноречивее.

Даже сейчас, когда я поймал ее и наглядно это показал, Андана не хотела признаваться. Она словно тянула время, чтобы найти те формулировки, которые не будут прямой ложью, но и правды при этом не покажут.

И это женщина, с которой я готов был разделить жизнь?

— Ты понимаешь, что сейчас ты делаешь все, чтобы уничтожить мое доверие? — ровно поинтересовался я.

Это последний шанс, который я ей дам. Промолчит — пусть пеняет на себя.

Глава 10

*****

— Хорошо, я скажу, — решилась, наконец, Андана.

Я просто смотрел на нее. Надеюсь, без какого-либо выражения. Я просто ждал.

— Мне плевать на род, — выдохнула девушка. — На все эти ваши аристократические заморочки и прочую чушь. Я сказала тогда, что хочу помочь роду или что-то в таком духе. Нет, не хочу. Я хочу, чтобы у меня была интересная жизнь. Если это будет на пользу твоему роду — я не против.

Андана замолчала и с вызовом посмотрела мне в глаза.

Я бросил взгляд на артефакт. Он остался прозрачным.

Вот только я хорошо помнил ту ее речь. Наизусть практически выучил, пока искал самые паршивые варианты, которые просто обязан был проверить. И ничего про помощь роду там не было.

«Что-то в таком духе», как она сейчас выразилась — да, но именно в духе. Слова совсем иные были.

— В чем еще ты тогда солгала? — спросил я.

На этот раз Андана зло сузила глаза. И промолчала.

Что ж, я угадал, ложь там была далеко не в единственном экземпляре. И сейчас девочка начала тактически верно: первым она выдала то признание, которое шокирует любого аристократа. Вполне вероятно, после этого до остального дело могло и не дойти.

— Говори, — жестко потребовал я.

— Я сказал тогда, что не претендую на роль руководителя бизнес-крыла рода, — ответила Андана. — Так вот, еще как претендую. Это куда интереснее, чем не видеть в жизни ничего, кроме пеленок.

По-человечески я ее понимаю. Конкретно в этом — понимаю. Я вообще не сторонник запирать жену в четырех стенах и требовать от нее только рождения детей и обеспечения быта.

Мне непонятно другое, зачем лгать? Ладно с родом, такое ни один нормальный аристократ не поймет, но что такого в желании занять важную должность?

— В чем ты еще солгала? — вновь спросил я.

— Больше ни в чем, — спокойно ответила Андана.

А артефакт правды, между тем, вновь помутнел.

— Чего?! — изумилась Андана. — Я ни в чем больше в том разговоре не лгала!

Пластина артефакта стала прозрачной.

— А я на этот раз спрашивал не только про тот разговор, — холодно пояснил я.

— Шахар…

Андана подняла на меня растерянный и даже отчасти испуганный взгляд.

По чтению подтекстов — зачет, девочка. Я чуть-чуть не уследил за интонацией, и ей этого оказалось достаточно, чтобы понять изменившееся отношение.

— Закончим на сегодня, — ровно произнес я. — Будешь готова обсуждать остальную свою ложь — приходи.

— Я и сейчас готова! — горячо воскликнула Андана.

— Сейчас я не готов, — все так же ровно ответил я. — Хватит с меня пока.

Я встал и указал ей рукой на дверь.

Андана прикрыла глаза на мгновение, потом сжала зубы и тоже встала. На меня она не смотрела. Склонив голову на прощание, подчеркнуто медленно, как и положено по самому строгому этикету, она развернулась и вышла из кабинета.

Усевшись в кресло за рабочим столом, я тяжело вздохнул.

Нет, конечно, дело не в моих эмоциях. Если бы это имело смысл, я обсудил бы с ней все за один раз, я умею держать себя в руках.

Я просто понял, наконец, насколько огромная пропасть лежит между урожденными аристократами и теми, кому соответствующие нормы поведения не прививали с детства. И понял заодно, что в прошлом мире отец нас всех воспитывал как аристократов. Даже несмотря на то, что титула у него к тому моменту еще не было.

Прямая ложь недопустима ни в какой ситуации — это въелось мне в кровь еще в прошлом мире. Можно блефовать и изворачиваться, можно недоговаривать и создавать ложное впечатление, можно преувеличивать эмоции или смещать акценты. Да все можно, кроме прямой лжи.

По сути, Андану я сейчас воспитывал. Раз уж прорвалось мое нынешнее к ней отношение в холодном тоне, я решил это использовать. Пусть на своей шкуре почувствует, что ее поведение неприемлемо.

С привычкой лгать ей нечего делать среди аристократии. И от жены я такого поведения не потерплю. Либо она расстанется с этой привычкой, либо я расстанусь с ней. Мне такие подставы не нужны.

*****

На ужин Андана не пришла. Ожидаемо от обиженной юной девушки и вновь неприемлемо для аристократки. Что бы ни случилось, держать лицо и соблюдать этикет обязан любой аристократ. В любой ситуации.

М-да, чую придется сдать ее с рук на руки Асан. И через декаду-другую серьезно поговорить с китаянкой. Если Асан скажет, что нормальной аристократки из Анданы не получится, я всерьез задумаюсь, что с ней делать дальше.

Самое смешное, что в этой ситуации даже глава клана Дамаяти будет целиком и полностью на моей стороне. Я могу хоть сейчас поехать к нему и разорвать помолвку. Доказанная ложь что в том мире, что в этом служит единственным безоговорочным критерием изгнания из рода.

Дамаяти мне еще и должен останется за подобное поведение члена своего рода.

Мне не хотелось так поступать с Анданой. Нравилась мне эта девчонка, как ни крути. Да и сама она, если не брать отсутствие нормального аристократического воспитания, делала все возможное для нашего сближения.

Если она сможет стать истинной аристократкой, у меня будет идеальная жена. Для меня идеальная, разумеется. Но сможет ли? Или даже — захочет ли?

— Шахар, привет! — раздался жизнерадостный голос рядом.

Я поднял глаза и увидел Аргуса Сидхарт. Нехило меня эта ситуация с Анданой придавила, раз я даже в Академии не видел и не слышал ничего вокруг. А ведь занятия уже закончились, и я на автопилоте пришел на полигон.

— Привет, — кивнул я.

— Ты чего такой загруженный? — с легкой улыбкой поинтересовался Аргус.

— Да так… дела, — неопределенно покачал головой я и выкинул, наконец, все лишнее из головы.

Еще не хватало тренировочные бои сливать из-за посторонних мыслей.

На полигоне сегодня было значительно меньше народу, чем в прошлый раз. Человек пятнадцать, не больше. Полагаю, праздных зрителей сегодня нет, здесь только те, кто готов выйти против меня на арену.

— Сочувствую, — неожиданно вздохнул Аргус. — Я вообще не представляю, как ты справляешься. Одно дело быть наследником в полноценном роду, и другое… как ты, совсем один.

— Благодарю, — улыбнулся я и подмигнул: — Да прорвемся, забей.

— Во, уже лучше! — просиял Аргус. — А то было ощущение, что ты вообще не здесь.

— Кстати про здесь, — хмыкнул я. — Ты-то что тут делаешь?

— Ну как же, — картинно возмутился Аргус. — Кто мне спарринг обещал? Мне тренироваться не с кем! Раньше хоть Лакшти можно было изредка вытащить на полигон, а теперь что? Этот бука стесняется, видите ли, своего просевшего контроля.

— Без изменений? — нахмурился я.

Это уже начинало напрягать. Понятно, что последствия таких магических травм, какие были у Нерея Лакшти, не проходят за декаду, но чтобы вообще никакого прогресса? Тогда это намного более серьезно, чем я думал.

— Да все у него нормально, — отмахнулся Аргус. — Да, у него теперь не девятый контроль, а четвертый. Ну и плетет он пока довольно медленно. Не то, из-за чего стоит изображать затворника, как по мне.

Ну хоть так. Значит, восстановление идет, и это главное. Не хотел бы я стать тем, по чьей вине наследник вечного рода, да еще и полноцветный маг, станет калекой на всю жизнь.

— Так что, сразишься со мной? — вернулся к теме Аргус.

— Не вопрос, — улыбнулся я, — хоть сегодня. Только после старшекурсников, ладно?

— Договорились, — кивнул Аргус.

Он хлопнул меня по плечу и отошел.

Студенты-старшекурсники уже рассредоточились вокруг тренировочной площадки, а мастер Тухипа как раз давал последние наставления двум парням. Видимо, моим первым противникам на сегодня.

Встретив мой взгляд, Тухипа приветственно кивнул и мотнул головой в сторону площадки. Кивнув в ответ, я вошел в круг.

Буквально через несколько секунд за мной последовал мой первый сегодняшний соперник. Он остановился в десятке шагов от меня и импульсом поднял защитный купол над площадкой.

— Меня зовут Думахт Заратани, Раджат-джи, — приветственно кивнул мне он.

Парень был среднего роста, но даже свободная спортивная форма не скрывала его накачанных мышц. Крепыш и увалень, на первый взгляд. Обманчивое, к слову, впечатление, слишком уж плавно и легко он двигался.

— Рад встрече, Заратани-джи, — кивнул я в ответ. — Готов?

Парень кивнул и в меня полетела волна серпов.

Этот бой мне ничем не запомнился. Я побегал от соперника, он побегал от меня, а закончилось все, как обычно: моим обманным маневром и безоговорочной победой.

Второй бой тоже не преподнес сюрпризов. Разве что сопротивлялся второй боец подольше. Собственно, мне пришлось его конкретно так загонять, чтобы он отвлекся и пропустил мою атаку.

А вот дальше стало интересно.

*****

На песок арены вышла девушка. Я замер, глядя на нее. Краем уха услышал, что ее зовут Ниара Рачираха, но в ответ лишь кивнул, даже представиться не смог. Давно я не видел настолько красивой девушки. Возможно, вообще никогда.

Она была с меня ростом, но очень тоненькой и изящной. Формы при этом у нее были крайне женственные, мой взгляд скользил по изгибам фигуры, не находя ни малейшего изъяна. Большие ярко-синие глаза уставились на меня в упор, а тонкие брови вопросительно приподнялись. Ее кожа даже издали казалась бархатистой…

Так, стоп, Игорюха! Чего ты залип на этой девочке, словно настоящий подросток?

Рачираха, девочка из молодого рода, у которого впервые за восемь столетий их существования появился гений рода. Четвертый курс, девятнадцать лет.

Да, я уже успел изучить основную информацию обо всех сильных студентах Академии. Жаль, фото там не было. Рассмотрел бы ее заранее, не выглядел бы сейчас пускающим слюни идиотом.

— Бой! — рявкнул Тухипа, и в меня тут же полетела волна серпов.

Только в этот момент я очнулся. Машинально поставил полноцветный щит и метнулся в сторону. Плевать, насколько она красива, зевать нельзя. Я пока не настолько прочно укрепил свою репутацию, чтобы ее нельзя было слить в ноль одним позорным боем.

Девушка продолжала посылать волны серпов одну за другой и, кажется, даже наращивала их мощность. Рисунок моего движения она, кстати, читала прекрасно. Щиты мелькали и полыхали постоянно.

Как-то слишком круто для молодой девчонки.

В какой-то момент я остановился и принял ее серпы на щит. Хотел посмотреть повнимательнее на полыхание щита. Что-то тут нечисто.

Щит не просто полыхнул, он разлетелся вдребезги. Только выучка боевого мага позволила мне мгновенно поставить еще один щит на расстоянии ладони от собственного тела.

Еще и чуйка как-то подозрительно начала ныть.

Не может девятнадцатилетняя девчонка из молодого рода иметь такую силу и такую подготовку. Она же на моем уровне бьется.

Рачираха тем временем хищно прищурилась, чем развеяла все свое очарование, и рванула вперед. Не мое магическое усиление, конечно, но на таком уровне работать с праной не все взрослые маги умеют.

Слишком хороший уровень. Да ей никто из студентов, начиная с Чатаньи Мехта, в подметки не годится.

Я поставил сразу три щита один за другим, дождался попадания в первый, и рванул назад. Пока просто назад, чтобы за мельтешением вспышек щитов, она меня не видела.

Как только лопнул первый щит, я резко сменил направление и понесся влево. Быстрее, еще быстрее! Чуйка взвыла сиреной.

За спиной дохнуло жаром. Рачираха, похоже, использовала площадное плетение, но немного промахнулась с оценкой моей скорости.

Я рвал мышцы и связки в попытке убежать от быстро распространяющегося огня, но одна мысль чуть не заставила меня остановиться.

А с какой радости чуйка-то так воет? На нас всех защитные артефакты седьмого ранга. Маг шестого в принципе не способен его пробить. Или сюрпризы еще не закончились?

Кинув себе за спину щит, я прыгнул влево и развернулся в полете. Слишком долго я не видел противника, нельзя так. Она любую гадость могла уже подготовить.

Рачираха неподвижно стояла на месте и пристально следила за мной.

Огненное поле уже прекратило расширяться и потихоньку опадало. Нехилый радиус она выдала, кстати, больше трех десятков метров. Это не круг, правда, а сектор, но все равно внушительно.

— Ты умрешь, — прочитал я по ее губам.

Глава 11

*****

Это еще что за?.. Мало того, что меня гоняет по полю какая-то невнятная девятнадцатилетняя пигалица, так она еще убить меня собирается?

Я впервые встретил фамилию Рачираха, когда информацию о студентах-старшекурсниках читал. С этим родом мы никогда не пересекались.

Ладно, Нидеха, они мне не враги, всего лишь недруги, с которыми неприятно общаться. Это не противник. А о врагах, которые хотят убить, я должен был знать. Не я, так Марна или Асан не могли такое пропустить.

Или все проще, это заказ на убийство?

А откуда у вчерашнего подростка из молодого рода такие навыки? Даже Андана с ее специфичной подготовкой, не смогла бы выдать такой уровень боя. И дело тут не в ранге.

Я отправил в соперницу несколько волн серпов. Пробить ее щит я не предполагал, мне нужно было просто ее отвлечь. Даже чтобы поставить щит мысленным усилием, ей пришлось бы на мгновение отвлечься.

Но нет, девушка этого делать не стала. Она вообще не обратила внимания на мою атаку. Вспыхнул защитный артефакт, который и отразил мои серпы. Собственно, спарринг таким образом она проиграла.

Да только плевать ей было на какие-то там условности.

Рачираха сделала быстрый жест руками, и в меня полетело что-то вроде световой иглы с локоть длиной.

Чуйка вновь взвыла, я рванул в сторону, но это не помогло. Игла повернула за мной.

Да ладно, самонаведение? В этом мире?!

И ведь это не простое плетение, не зря чуйка воет.

Жаль, но придется показывать еще козыри.

Я остановился, развернулся к игле лицом, сдернул с шеи защитный артефакт и выставил его вперед на вытянутой руке.

Второй рукой я сначала одним жестом поправил в артефакте радиус срабатывания. Вплотную к заготовке. Может, артефакт и поврежден, мне некогда разбираться, но мало ли, вдруг сработает?

Затем я активировал отражающий щит, который построил мысленно, и привязал его к металлу защитного артефакта. Очень грубо, буквально на десяток секунд, но привязал. Даже если сам защитный артефакт поврежден, его основа изготовлена из специального магически обработанного сплава. Она-то и была мне нужна.

Мой отражающий щит, теоретически, может отразить плетение более высокого ранга, но для этого масса условий нужна. Не уверен, что тут они соблюдены. А вот заготовка под сильный защитный артефакт как раз и добавит «прочности» отражающему щиту.

Я успел вовремя. Когда я закончил и поднял взгляд, световой игле оставалось пролететь до меня метра два.

*****

Каппар Тухипа внимательно наблюдал за наследником рода Раджат. Это была далеко не первая тренировка с его участием, но интерес ветерана не ослабевал.

Каппару было намного больше лет, чем ему можно было дать, исходя из внешности. Еще пара лет, и он седьмой десяток разменяет. И опыт у него был соответствующий.

В этой стране не принято было считать пограничные конфликты за полноценные войны. Тем не менее, стычкой то, что происходило сорок семь лет назад на южной границе, тоже нельзя было назвать.

Два года в ту локальную войну Каппар Тухипа провел в форте Баджипура, практически в эпицентре непрерывных боевых действий. И он, как никто, мог оценить то, что показывал сейчас наследник рода Раджат.

Этот мальчишка действовал в лучших традициях магов прорыва. Были в ту войну и такие. Боевые маги, которые могли в одиночку проделать брешь в сплошной наступающей линии противника. Маги прорыва шли на острие атаки, и только вслед за ними в эти бреши втягивались армейские отряды.

Очень опасная и очень почетная роль. Магов прорыва боготворили на фронте той войны. Каппар тогда так и не дорос до этого звания, его так и не сочли готовым. И только сейчас, глядя на шестнадцатилетнего мальчишку, Каппар, наконец, понял, почему.

Да, этому мальчишке он и сейчас не ровня. Даже несмотря на свой почти двадцатилетний опыт службы и ранг. Конечно, Каппар продержится против наследника рода Раджат намного дольше студентов. Но в итоге все равно проиграет.

Однако этот бой впервые заставил Каппара инстинктивно напрячься. Он еще не понимал, почему, но чуйка битого жизнью бойца уже подсказывала, что здесь что-то не то.

Каппар потерял с десяток лишних секунд, вглядываясь в мальчишку.

А надо было сразу смотреть на девчонку. Как только ветеран перенес фокус внимания на нее, все встало на свои места. Этой девочке он тоже не ровня.

Как это вообще возможно? Ниару Рачираха он знал уже больше года. Да она в жизни не вытворяла на арене ничего похожего. Обычная девочка из молодого рода, у которого еще просто нет серьезных методик подготовки. Нормативы сдает легко, плетениями своего ранга владеет на среднем уровне, а по тактике даже близко не тянет уровень студентов из древних родов.

Но сегодня она показывала что-то невообразимое. Ее словно подменили.

Додумать эту мысль Каппар не успел.

В руках девочки возникла световая игла, и ветеран окаменел. Он видел такое оружие в ту войну. Всего дважды, и в совершенно безвыходной ситуации. Тогда это оружие спасло ему жизнь.

И он как никто знал, что спасения от этой световой иглы нет. По крайней мере, не с такой защитой, какая сегодня на противниках. Это усиленное атакующее плетение седьмого ранга.

Щиты своего ранга эта световая игла прошивает навылет.

И сделать он уже ничего не успеет. Даже если он своим преподавательским допуском снимет защитный купол над тренировочной площадкой, прикрыть наследника Раджат он просто не успеет.

Да и нечем ему прикрыть мальчишку, Каппар — маг всего лишь шестого ранга. Простолюдин, никогда не имевший доступа к высокоранговым артефактам.

Ветерану оставалось лишь бессильно наблюдать, как световая игла несется к ничего не подозревающему студенту.

*****

— Госпожа Мехта, — раздался мужской голос.

Ректор Академии подняла голову от бумаг и встретила взгляд мужчины, стоящего у двери. Невысокий, худощавый, со стильной стрижкой, в строгом сером костюме с пиджаком и белой рубашкой. Он был спокоен и собран. Как и всегда, собственно.

Она еще ни разу не видела заместителя службы безопасности Академии взволнованным или растерянным.

— Господин Нидеха, слушаю вас, — кивнула ректор и жестом указала на кресло.

Безопасник отрицательно качнул головой и остался на месте.

— Семь минут назад мы нашли студентку четвертого курса, — сообщил он. — Она лежала в кладовой, которая находится за мужской раздевалкой около тренировочного полигона. Связанная и без сознания.

Ректор нахмурилась. Такого рода происшествий в Академии давно не было.

— Девочка пришла в себя? — спросила она.

— Пока нет. Ее доставили в лекарский корпус, и госпожа Салихара сказала, что угрозы жизни нет. Возможно, девочку накачали снотворным, но она в любом случае очнется. Просто не сразу.

— Следы насилия?

— Нет, — покачал головой безопасник. — Кроме следов веревок на руках и ногах, а также гематомы на затылке, больше ничего не обнаружено.

— Расследование? — продолжила расспрашивать ректор.

— Я взял это дело на личный контроль, — кивнул безопасник. — Однако вы должны знать кое-то еще.

Ребира Мехта откинулась на спинку кресла. Ну конечно. Просто так Нидеха не пришел бы лично. Докладывать о подобных вещах ректору безопасники обязаны сразу, но для сообщения простых фактов хватило бы и рядового сотрудника.

— На тренировочном полигоне в настоящий момент проводится факультативная тренировка с участием наследника рода Раджат, — сообщил он. — И найденная нами студентка там присутствует.

— В каком смысле, присутствует?

— Вы позволите? — безопасник указал на окно.

Ребира Мехта кивнула, а затем встала и вместе с ним подошла к окну.

Полигон отсюда был довольно далеко, но разглядеть небольшую группу студентов, окружавших одну-единственную занятую площадку, не составляло труда. Тренировка была не первой, поэтому толп зрителей она уже не собирала. Сейчас там присутствовали только те, кто пришел принять участие в спаррингах.

Накинув на себя плетение дальнозоркости, ректор разглядела также и выходящих в круг юношу и девушку. Шахар Раджат и Ниара Рачираха. Над соперниками как раз сомкнулся защитный купол, когда ректор повернулась к безопаснику и спросила:

— Как зовут найденную вами студентку?

— Ниара Рачираха, — ответил тот.

Не говоря ни слова в ответ, Ребира Мехта развернулась к окну и метнула в него боевое плетение. Стекло без остатка вынесло наружу вместе с магией. Ректор окуталась сферическим щитом и выпрыгнула наружу.

Даже маги девятого ранга не всесильны. Отсюда до полигона она не достала бы никаким плетением, не считая площадных. И уж тем более не попала бы в мечущегося по арене мага, который уже вступил в бой.

*****

Световая игла врезалась в бутерброд из отражающего щита и металла защитного артефакта. Хотя, пожалуй, артефакт все же сработал, вспышка была какая-то неправильная, цвет немного непривычный. Так сразу и не объяснишь, а в глаза бросилось.

Руку, которой я держал артефакт, практически отсушило. Слишком сильный был удар.

Но своей цели я добился: световая игла понеслась обратно.

Рачираха замерла на мгновение от удивления, но тут же прыгнула в сторону. Без толку, я только что это самонаведение в действии видел. Оно не слетает, если атака попадает в отражающий щит, просто цель меняет.

Однако границ самонаведения я не знал, может, там всего градусов двадцать в поправочный сектор заложено. Я рванул наперерез девчонке.

Нет, я не бежал быстрее плетения, но своей цели я добился. Рачираха уже оценила, что в скорости я ее превосхожу, и траекторию мою тоже увидела. Она понимала, что я ее настигну, без вариантов. Даже если она каким-то образом отведет световую иглу, ей это не поможет, я буду рядом буквально через секунду, если она не изменит направление.

Она запнулась, замешкалась на мгновение, решая, что делать. И упустила из виду летящее плетение.

Световая игла в последний момент ускорилась и вошла ей в плечо сзади, а вышла из груди. Пробила навылет тело, это я увидел. И тут же растворилась в воздухе.

Как интересно. То есть дело было не в защитном артефакте. Не могла убийца повесить и на себя тоже испорченный артефакт. Плетение было еще выше рангом? Не верю. Не отразил бы мой бутерброд плетение восьмого ранга. Значит, седьмой, но очень мощный. Навылет пробить защиту седьмого же ранга — это круто.

Я за этот день уже узнал о магии этого мира больше, чем за предыдущий месяц.

Еще сюрпризы будут?

Тело Ниары Рачираха осело на песок арены. Защитный купол схлопнулся, и к нам подбежал тренер. Ему оставалось сделать два шага, когда тело девушки начало меняться.

С нее словно невесомую пелену кто-то стягивал. Лицо вдруг стало значительно смуглее и старше, плечи немного расширились, грудь наоборот уменьшилась. Не прошло и десяти секунд, как перед нами лежал совершенно другой человек. Матерая тетка лет сорока примерно, жилистая и угловатая.

Я поднял ошарашенный взгляд на тренера и увидел его отвисшую челюсть. Ну хоть не только для меня это сюрприз.

— Метаморф, — выдохнул кто-то сбоку.

Лежащее тело уже обступили студенты, которые наблюдали за боем и ждали своей очереди.

Я повернулся на голос. Аргус, кто бы сомневался.

— Артефакт? — наугад предположил я.

Даже после всего увиденного сегодня, я не мог предположить, что кто-то в этом мире владеет плетением такого уровня.

Его и в моем-то мире считанные единицы из магов десятого ранга могли воплотить. Слишком оно было сложным по структуре и при этом капризным к качеству исполнения. Да и не стоило оно того. Невидимость проще и практичнее.

— Да, — коротко кивнул Аргус и, бросив на меня странный взгляд, добавил: — И единственный известный на весь континент артефакт-метаморф принадлежит клану Мехта.

Глава 12

*****

— Это обвинение? — раздался холодный женский голос.

Всех присутствующих накрыла сила разъярённого мага девятого ранга.

Студенты расступились, и вперед шагнула Ребира Мехта. Она не бросила даже короткого взгляда на тело перевертыша, ректор смотрела только на Аргуса.

— Это констатация факта, — спокойно ответил Аргус.

Пару секунд они мерялись взглядами. Потом Ребира Мехта едва заметно усмехнулась и обуздала свою силу. С меня как будто тяжеленный груз сняли. Да и остальные студенты вздохнули с облегчением.

— Я даю слово, что клан Мехта не имеет отношения к этому метаморфу, — сказала ректор.

На этот раз она смотрела только на меня.

Я кивнул, показывая, что услышал ее и принял информацию к сведению. Ребира Мехта — не глава клана и не наследник, конечно. Но провернуть такую акцию, да еще и на территории ее Академии, за ее спиной клан вряд ли мог. Точнее, мог бы, наверное, но не стал бы. Хорошими отношениями внутри рода и клана не разбрасываются.

В данном случае, ее слову можно верить.

Я опустился на колени и перевернул труп на спину. Раз Мехта не имеют отношения к артефакту, который был здесь применен, значит, это мой трофей.

Если я его найду, конечно. Так-то артефакт мог накладывать чужую личину разными способами. В том числе и единовременно, то есть наложил — и забыл, далее присутствия собственно артефакта на теле перевертыша уже не требовалось.

И, судя по тому, что артефакта на теле наемницы я не нашел, так оно и было.

У нее вообще ничего не было, кроме защитного артефакта, который выдавали всем студентам перед спаррингами. Очень жаль, мне пригодился бы такой трофей.

— А также я обещаю, что все причастные будут наказаны, — добавила ректор.

Это она сейчас, видимо, успокаивала родителей через детей. Понятно же, что дома все присутствующие расскажут своим старшим об этом происшествии. Репутацию Мехта этот метаморф прилично подмочил, и Мехта этого с рук не спустят.

Интересно, а откуда ректор знает, кому мстить? Или пока общие слова?

— Вы знаете, кто это организовал? — спросил я.

— А вы — нет? — удивилась Ребира Мехта. — Господин Раджат, тут все предельно прозрачно.

Ректор осеклась, окинула взглядом заинтересованные лица студентов и добавила:

— Однако давайте продолжим этот разговор в моем кабинете.

— Хорошо, — кивнул я.

*****

Когда мы дошли до кабинета ректора и устроились в креслах, Ребира Мехта бросила на меня слегка насмешливый взгляд и поинтересовалась:

— У вас вообще нет никаких предположений, господин Раджат?

— Никаких, — коротко качнул головой я.

— Что ж, значит, Каспадиа просчитались, — хмыкнула она.

— Каспадиа?

— Вы оскорбили ребенка рода Каспадиа на этой же арене несколько дней назад. На приеме сразу после этого глава рода Каспадиа высказал вам свое недовольство. Реакции с вашей стороны не последовало, по крайней мере, той, какую ожидал род Каспадиа. И они пошли дальше, отправив к вам убийцу. Ровно на то же место и в тех же обстоятельствах они решили вернуть «должок». Очень наглядно, по-моему.

То есть эти уроды вообще не считают себя виноватыми в смерти моей сестры, так что ли?

Все, что изложила Ребира Мехта, было бы логично, если бы я начал конфликт на пустом месте. Хотя нет, даже так получился бы перебор. Жесткий спарринг, да еще и по указанию тренера, — это не то, за что убивают. Тем более с применением таких артефактов.

— Или вы успели им как-то ответить после приема? — спросила ректор.

— Не успел, — усмехнулся я.

— Я так понимаю, вы вообще не ожидали столь жесткой реакции от Каспадиа?

— Вы правы, — кивнул я. — На том спарринге я прощупывал почву. Как ни крути, Каспадиа приложили руку к предательству моей сестры, и спустить им это я не мог. Но да, я ожидал скорее извинений, пусть даже формальных, чем покушения.

— Вы недооцениваете род Каспадиа, — тонко улыбнулась Ребира Мехта. — Вас ведь неоднократно предупреждали. Я лично вас предупреждала.

Да, было такое. И да, должного значения я этому не придал. Род, подконтрольный ИСБ, — это действительно клеймо. Сложно воспринимать всерьез чьих-то подчиненных. Особенно если с их начальством ты уже разобрался или, как минимум, играешь на равных.

— Я даже догадываюсь, в чем корень вашего пренебрежения, — продолжила Ребира Мехта. — Род, подконтрольный ИСБ, так?

Я молча кивнул.

— Очень непростой род, — многозначительно посмотрела на меня ректор. — Вы ведь это знаете?

— Род с многократно стертой историей, — процитировал я Астарабади.

— Верно, — кивнула Ребира Мехта. — И я не понимаю, почему вы не задали себе вопрос: каким образом Каспадиа остались способны на двойную игру? Они ведь действовали вразрез с планами императора и ИСБ. Как минимум в эпизоде с вашей сестрой.

Дьявол, она права. Это ведь очевидно. Если они играют на две стороны, то подконтрольность ИСБ тут весьма условная. И значит, вторая сила, на которую Каспадиа работают, должна быть как минимум сравнима с ИСБ.

— Международный картель? — наугад предположил я.

— Именно, — кивнула ректор. — Каспадиа, Манджунату и Рихпута. Если мы говорим о нашей стране, эту тройку я могу назвать с уверенностью.

Каспадиа — понятно, с Манджунату я тоже сталкивался, правда, там мы краями разошлись, а вот про Рихпута в первый раз слышу. Надо будет поднять информацию по ним.

— Я другого не понимаю, — сказал я. — Откуда такая резкость? Зачем Каспадиа острый конфликт в родной стране? Я ведь действительно готов был принять от них извинения и забыть об этой истории. Амайю все равно уже не вернуть.

— Возможно, они вас не поняли, — пожала плечами ректор. — Возможно, посчитали, что за сестру вы захотите отомстить в любом случае.

Или не так все просто было в той истории.

Я бы на месте Каспадиа действовал именно так, как они сейчас, только в одном случае: когда войны не избежать. А это значит, что они совершили то, что простить нельзя.

Одно дело, если Амайю уговорили предать род. Здесь вина — пятьдесят на пятьдесят, то есть она и сама «хороша».

И другое, если ее вины там не было.

— Благодарю за пояснения, — склонил голову я.

— Господин Раджат, — произнесла Ребира Мехта, — имейте в виду еще одно. Я не спущу Каспадиа этого метаморфа. Они не просто устроили показательную акцию на территории моей Академии, они еще и на репутацию моего клана ухитрились бросить тень. И только по чистой случайности я успела появиться на полигоне вовремя и опровергнуть подозрения в наш адрес. Я сильно сомневаюсь, что Каспадиа не могли организовать покушение на вас иначе. А раз они выбрали именно этот путь, клан Мехта отныне им враг.

Это, кстати, Каспадиа сделали явно зря. Иметь во врагах великий клан никому не пожелаешь.

— Поэтому, когда вы будете принимать решение, — добавила Ребира Мехта, — помните, что против Каспадиа у вас есть сильный потенциальный союзник.

— Я вас услышал, госпожа Мехта. И обязательно это учту.

*****

Андана весь вечер и полночи не находила себе места после разговора с Шахаром. И утром, когда он уехал в Академию, ей стало только тоскливее.

Понятно же, что отношение парня к ней изменилось. Андана никогда прежде настолько наглядно ничего подобного не видела. Буквально несколько минут разговора — и все. Была любимая невеста, а стала… непонятно кто.

И главное, из-за чего? Девушка так толком и не поняла, что она сделала не так. Ложь? Да можно подумать, он сам никогда не врет. Все люди врут, просто ловят на этом не всех. Ей вот не повезло, ее поймали.

Ну и что с того? Обязательно из этого трагедию делать? Ему ведь ее ложь ничем не навредила. По сути-то она сказала правду: она хочет учиться. И эта суть не изменилась от ее маленьких женских хитростей.

Тем не менее, где-то на инстинктивном уровне Андана чуяла, что для Шахара все это куда серьезнее. От детских шалостей отношения не рушатся в пропасть.

Ближе к обеду Андана не выдержала и пошла искать Асан. Старуха, конечно, очень давно перестала быть аристократкой, но вряд ли она все забыла. Может, хоть китаянка объяснит, чего Шахар на нее так въелся?

Асан увела девушку на террасу и приказала никому их не беспокоить.

Это был первый момент, который Андана для себя отметила. И ведь правда, нечего обсуждать дела господ на глазах у слуг. Только слухов внутри рода ей еще и не хватало.

— Рассказывай, — тепло улыбнулась Асан, когда они устроились в плетеных креслах.

На столике между ними стояли чашки с чаем и тарелки со всевозможными сладостями. Слуги уже привыкли подкармливать будущую молодую госпожу всякими вкусняшками и приносили их даже если она просила просто чай.

Андана сделала глубокий вдох и начала говорить. Все с самого начала, все по-честному. Это не Шахар, старуха мягче и лояльнее. Да и она женщина, в конце концов. Признаться другой женщине в своих проколах намного проще, чем мужчине и, уж тем более, будущему мужу.

Девушка вывалила на старуху все: и факты, и свои мысли, и отдельные фразы Шахара, которые ее задели, и свои страхи, и предположения, — все, что только приходило в голову.

Когда Андана закончила, Асан еще какое-то время молчала.

— Совсем ты запуталась, я смотрю, — сочувствующе вздохнула китаянка.

Андана лишь молча кивнула. Она уже чувствовала, как у нее на глаза наворачиваются слезы, и не хотела показывать свою слабость.

— Тогда давай разбираться, — слегка улыбнулась Асан. — Начнем с простого. Ты знаешь, что Шахар — полноцветный маг?

— Да, — Андана с недоумением глянула на старуху. — А причем тут это?

— Сколько ему лет? — продолжила Асан, не обращая внимания на вопрос девушки.

— Шестнадцать, — так же, не задумываясь, ответила Андана.

— Думай, девочка, — насмешливо отозвалась Асан. — Всегда сопоставляй известные тебе факты. Ты знаешь, что он — полноцветный маг. Ты знаешь, что он пришел к нам… откуда-то. То есть ты знаешь, что он — не тот Шахар, который родился в этом теле шестнадцать лет назад. Так?

Андана распахнула глаза и замерла. И ведь ничего нового Асан сейчас не сказала. Да, Андана все это знала, только слепой и глухой в особняке еще не знал, что их господин — древний маг. Только Андана почему-то ни разу не задумалась об этом всерьез.

— И сколько ему лет? — осторожно спросила Андана.

— Как минимум, он — ровесник твоего отца, — ответила Асан. — Я думаю, что даже старше. Такое у меня ощущение сложилось.

Андана похолодела.

Уж чему-чему, а опыту Асан девушка доверяла. Особенно если это касалось людей или отношений. Старуха очень редко высказывала свои наблюдения, но если уж говорила — ей можно было верить смело.

Андана считала, что мужа можно и нужно немного переделывать под себя. Не всерьез, нет, — да и не позволит никакой нормальный мужик себя прогнуть, — но по мелочи, особенно в отношениях, можно.

Однако то, что сработает на ровесниках, точно не сработает на взрослых опытных мужчинах. И хорошо, если ее потуги вызовут улыбку, а не отторжение.

Только теперь Андана поняла, наконец, что ее так зацепило в последнем разговоре с Шахаром. Он не стал с ней дальше разговаривать, и дело тут было не в его эмоциях. Уж с чем-чем, а с контролем у Шахара никогда проблем не было.

Он не обижался на любимую девушку — он воспитывал ребенка.

И это понимание заставило Андану зажмуриться. Она ему не ровня и никогда ею не была, что бы там себе не воображала. Первая же спорная ситуация сразу расставила все на свои места.

Вся предоставленная ей свобода — это сугубо его добрая воля. И злоупотреблять этим не следует, это Андана поняла четко.

Девушка вздохнула, сделала глоток чая и вновь устремила взгляд на Асан.

— Если это было простое, то что тогда сложное? — спросила Андана почти жалобно.

Глава 13

*****

— Сложно соответствовать главе вечного рода, — ровно произнесла Асан.

Андана вздрогнула. Вроде, и сказала это старуха спокойным тоном, но было в ней в этот момент что-то… подавляющее. Аристократы сказали бы сразу: древняя кровь. Андана просто слегка вжала голову в плечи.

— Ты понимаешь, что это не просто слова? — жестко глянула на нее Асан. — Я могу снова прочитать тебе лекцию об основах мира аристократии. Но, уверена, ты слышала все это не раз. О том, что аристократы всегда держат свое слово. любой ценой и в любых обстоятельствах. О том, что достоинство и честь важнее жизни. О том, что каждый аристократ — лицо своего рода. О том, что одна неосторожная фраза может стать причиной войны на уничтожение.

Асан сделала паузу, и Андана кивнула. Да, все это и многое другое она слышала не раз. И Асан права, она никогда не воспринимала это всерьез. Подумаешь, какие-то заморочки аристократов. Андана никогда не собиралась вливаться в чуждое ей общество, и потому все это пропускала фактически мимо ушей.

Ситуация изменилась, и осознала она это только что. Сейчас, глядя на давно лишенную титула старуху, Андана понимала: вот кто достоин быть рядом с Шахаром. Ни годы, ни смерти близких, ни бегство из родной страны, ни жалкая судьба на чужбине ее не сломили. Перед девушкой сидела истинная аристократка.

Андана впервые в жизни поймала себя на том, что хочет быть на кого-то похожей.

— Род превыше всего, — через какое-то время сказал Асан. — Тебя ведь это больше всего отталкивает?

Андана вновь кивнула.

— Хорошо, я объясню на примере, — продолжила китаянка. — Если тебя поймали на лжи, твоим детям жизни в обществе не будет, им никто никогда не поверит на слово, их просто не примут как равных. Потому что их воспитывала ты. Если ты — достойный человек, то и им авансом доверяют. Если же ты запятнала свою репутацию, ты бросила тень на своих детей, в первую очередь. А через них — и на их детей. Твои дети, твои потомки — это и есть род.

Андана прикрыла глаза, а потом и вовсе отвернулась. Она невидяще смотрела на двор внизу и все больше сжимала кулаки.

Это же так просто! Почему она сама до этого не додумалась? Все эти возвышенные слова вроде «блага рода» имеют очень жизненное толкование. Дети. Ее будущие дети. А потом и их дети, ее внуки. Это пока внуки кажутся ей чем-то далеким, но ведь даже сейчас понятно, что она от них не отвернется, и тоже будет их любить и о них заботиться. Так почему же понятие «род» ей прежде казалось чужим?

Честь важнее жизни? А ведь если перед ней будет стоять выбор: умереть, но оставить о себе достойной впечатление, или стать изгоем вместе со своими детьми, — она выберет первое, не задумываясь.

И так со всем. Каждую «бессмысленную заморочку» аристо можно разобрать так же. И в каждом постулате будет смысл. Очень близкий и глубокий смысл, если ты не собираешься быть одиночкой по жизни.

— Поняла, я вижу, — улыбнулась Асан и встала. — Я оставлю тебя. Прими пока все это. И не вини себя, что была слепа раньше. Твоих воспитателей я бы казнила за халатность, раз они не удосужились объяснить тебе все на простых примерах.

— Спасибо тебе, Асан, — слабо улыбнулась Андана сквозь слезы.

— Думай, девочка, — Асан мягко погладила ее по голове. — Всегда думай и смотри с разных сторон. На любые ситуации. На любые слова. На любых людей.

— Я постараюсь.

— Ты — умница. У тебя все получится.

Асан последний раз провела ладонью по густым светлым волосам девушки и скрылась за дверью, ведущей в дом.

Андана так и осталась сидеть в плетеном кресле, глядя вдаль. Ей нужно было многое переосмыслить. Если она хочет быть хорошей женой Шахару, пора избавляться от простолюдинского наследия в себе. И никто за нее эту работу не сделает.

*****

Дома, к моему удивлению, меня ждали не только люди, но и конверт из имперской канцелярии. Новое приглашение на аудиенцию к императору.

Очень странно. Что так быстро-то? За пару дней даже отказы обычно не дают, по крайней мере, не на такие просьбы, как у меня.

Или эта аудиенция вообще не связана с предыдущей? Тогда с чего такая срочность? Даже на приемы было принято посылать приглашения как минимум за три дня, что уж говорить о встречах на таком уровне.

В прошлый раз скорость ответа на мое письмо и назначения аудиенции еще могла быть обоснована любопытством императора, но теперь-то что?

Ладно, бесполезно гадать, завтра узнаю.

На сегодня у меня только одна важная задача: принять людей в род. Во дворе особняка я уже вижу непривычно много народу, но это точно не все. Часть наверняка в казармах гвардии ошивается, часть еще не подошли. Время еще есть.

— Шахар? — в мой кабинет заглянул Астарабади и взглядом спросил разрешения зайти.

— Садись, — кивнул ему на кресло.

— Все в силе? — уточнил он.

— Да, — подтвердил я.

Ритуальный вопрос, ритуальный ответ. Нет, дела, конечно, могли появиться, но я даже не представляю, что могло бы заставить меня отменить или перенести ритуал. Разве что внезапное нападение на поместье.

Все остальное, включая даже внезапную аудиенцию у императора, — это пренебрежение к своим людям. После такого я сам себя уважать не буду.

— Тогда у меня к тебе… вопрос, — замялся Астарабади.

— Что, опять неучтенных людей притащил? — хмыкнул я.

В прошлый раз Астарабади привел на ритуал несколько человек, о которых мы не договаривались. Но там и ритуал был выборочным.

Сейчас же я решил принять всех оставшихся.

Все службы рода набирали и готовили людей, начиная с гвардии и заканчивая бизнес-крылом. Все новички прошли проверки и безопасников, и разведчиков, и кое-какие внутренние испытания. К тому же, среди них не было ни одного, за кого не поручился бы кто-то из действующих слуг рода.

В общем, тянуть с принятием в род и устраивать им предварительное «боевое крещение» я не видел смысла. Лишние несколько месяцев подготовки уже ничего не изменят.

— Да, — кивнул Астарабади.

Да где он их берет?

Я вопросительно приподнял брови.

— Помнишь Джампа? — спросил Астарабади. — Сарих Джампа, маг-простолюдин седьмого ранга, который измененное плетение сокрытия для тебя испытывал.

— Помню, — кивнул я.

И помню, что становиться слугой рода он не хотел. История там та еще, я до сих пор не понимаю, как можно было выкинуть детей на улицу после смерти их родителей-слуг, но тем не менее. Свою позицию Сарих мне тогда озвучил твердо.

— Он хочет принести тебе клятву, — сообщил Астарабади.

— Мне или роду? — уточнил я.

— Тебе.

Интересный ход. В ближники совсем незнакомого человека я не допущу, но личная клятва не обязательно подразумевает именно это. Это просто личная верность.

— Он же не хотел связываться с аристо, — напомнил я. — Что изменилось?

— Он хочет остаться в команде Аукциона, — пояснил Астарабади. — А поскольку все люди Аукциона станут твоими людьми, ему не будет там места. Постороннего до дел рода я не допущу.

Я мимолетно улыбнулся. Быстро он вжился, я смотрю. И радует, что дела рода он сразу ставит выше любых других приоритетов, несмотря на многолетнее сотрудничество с тем же Сарихом.

— И если он принесет мне клятву, то останется на своем месте? — уточнил я.

— Да, — кивнул Астарабади. — Если ты позволишь, конечно.

— А сам он чего хочет?

Вынудить сильного мага подчиниться, особенно после принесения им магической клятвы, можно. Но смысла я в этом не вижу. Меня вообще никогда не радовали люди, работающие из-под палки. Толку с них обычно мало.

— Он хочет остаться в команде Аукциона, — повторил Астарабади. — Но он понимает, что подчиняться тебе ему придется в любом случае. И он готов к этому.

— Слушай, Феришт, — раздраженно фыркнул я, — ты своими словами можешь нормально объяснить? Что за казенные фразы?

— Я не знаю, Шахар, — вздохнул Астарабади. — Как сильнейший маг Аукциона, он мне нужен. И в команде с ним никогда проблем не было. Но как он будет общаться с тобой, особенно учитывая его историю, я не знаю. Лично я предпочел бы вообще держать его от тебя подальше. Но с клятвой так не получится.

— Да почему не получится? — пожал плечами я. — Приму клятву — и работайте дальше, как прежде.

— А если тебе от него еще что-то понадобится?

— Договоримся, — хмыкнул я. — Не только мне ведь, ему тоже может что-то понадобиться. Он — мне, я — ему. Нормальное сотрудничество.

— Это несколько не то, что может себе позволить слуга, — нахмурился Астарабади.

— А он и не будет слугой, — ответил я. — Подскажи ему, что есть клятва вассала. И все встанет на свои места.

— Как скажешь, — вздохнул Астарабади. — Я надеюсь, что он оттает со временем, но гарантий не дам.

— Давай пробовать. Клятву вассала, если что, можно в любой момент расторгнуть. Не сработаемся — я его отпущу. А если сработаемся — маг седьмого ранга, пусть даже мирной специализации, мне лишним не будет.

— Понял, — решительно кивнул Астарабади. — Я приведу его… завтра?

— Послезавтра.

— Хорошо.

После разговора с Астарабади я вышел через заднюю дверь особняка и остановился на ступенях крыльца, как и в прошлый раз.

Только сейчас людей на полигоне было значительно больше.

Гвардия подтянула почти всех своих знакомых по службе в армии. В основном, ветеранов, но были и те, кто не стал заключать новый контракт ради шанса войти в мой род.

Диверсанты тоже брали вояк, но, в основном, молодых, которых еще можно было переучить. Рам в свое время спрашивал, сколько у него есть времени на подготовку новичков. Я дал ему год, чтобы подтянуть хотя бы половину новичков на свой уровень. И это более чем достаточный срок, судя по количеству его людей здесь. Иначе их было бы в разы меньше.

Биджау поскромничал, рядом с ним стояло всего семеро новых разведчиков. Все какие-то безликие, без ярких примет и характерных повадок. Я бы сказал, гражданские, но поостерегусь. Биджау — тот еще жук, и людей себе наверняка набрал соответствующих.

Даже управленцев из бизнес-крыла рода было больше.

Самая разношерстная группа была у безопасников. Впрочем, у них и задачи намного разнообразнее.

Я видел списки, здесь должно было собраться чуть больше двухсот пятидесяти человек. Казалось бы, небольшая цифра, но в реальности толпа была огромная.

— Сегодня для всех нас знаменательный день, — чуть усилив плетением голос, начал я. — Вы станете частью большего, чем отдельно взятая семья. Вы будете работать не только на будущее своих детей, теперь за вашей спиной встанет гордость тысячелетий. Вы станете частью вечного рода, его опорой, его щитом и силой. Вы своими руками будете творить очередную страницу истории. Одну из многих в бесконечном круге жизни. Род Раджат сегодня станет еще чуть-чуть сильнее. Я верю, что вы приложите все свои силы, чтобы не посрамить честь, чтобы приумножить силу, чтобы продолжить и развить то, что будет жить вечно. От сих и далее мы все — единое целое. Мы — род Раджат.

Я не стал мудрить и практически слово в слово повторил ту речь, которую говорил в прошлый раз. Зачем что-то менять, если оно работает?

Я перевел взгляд на Карима и кивнул ему. Процедуру и очередность принятия в слуги рода я тоже решил не менять. Первым подходил командир подразделения, за ним по одному подходили и давали клятву его люди.

Их было очень много, поэтому сегодня ритуал растянулся почти на три часа.

И я даже думать не хочу, сколько возни с переоформлением документов им еще предстоит. Но это уже не потребует моего участия. Письмо в имперскую канцелярию я уже подписал, дальше они сами будут бегать по инстанциям.

Главное, что род Раджат вновь стал сильнее. Пока еще этого мало. Чуть больше полутысячи человек по меркам аристократии — это ни о чем. Но я все еще в начале пути.

И останавливаться на достигнутом не собираюсь.

*****

На следующий день к императору я поехал сразу после Академии.

Повезло, что в этот день у меня не было факультативного спарринга. Конечно, ради аудиенции спарринги можно было бы отменить, но такие вещи лучше делать заранее. Форс-мажоры никто не любит, и свои планы есть у всех.

Во дворец я приехал за полчаса до назначенного времени, но меня сразу провели к императору. Хороший знак.

— Садись, Шахар, — кивнул на кресло император.

Сегодня он встречал меня не за столом в своем кабинете, а в небольшой гостиной, где стояло несколько кресел и чайный столик.

— В прошлый раз твоя просьба оказалась для меня неожиданной, — продолжил император. — И я не объяснил тебе того, что стоило сказать сразу.

Я немного напрягся. Общий тон встречи не был похож на подготовку к отказу, но конкретно эти слова ничего хорошего не предвещали. Впрочем, посмотрим. Возможно, я просто слишком привык ждать подвоха.

— Чтобы ты понимал мою позицию, я обозначу то, чем является аристократия. В любой стране мира. Кланы — это финансовая стабильность государства. Официальный вклад кланов в бюджет страны составляет около двадцати процентов. Это непосредственный бизнес кланов и тот бизнес, что так или иначе находится под их прямым контролем. Однако есть еще производства, в которых кланы имеют долю или свой интерес. Официальное влияние кланов там минимально, но фактически без их одобрения не происходит ничего. Это еще процентов пятнадцать. Итого треть бюджета страны — это кланы.

Неожиданно. Помнится, когда я анализировал открытую статистику страны, взятую из библиотеки Академии, доля всей аристократии в бюджете была около десяти процентов.

— Свободная аристократия — это военный и управленческий резерв, — продолжил император. — Они обязаны работать на благо страны, поддерживать правопорядок, а также активно участвовать в политической и социальной жизни общества. Опять же, в том или ином виде. Они — элита, которая служит наглядным примером всему населению. Они задают тон и вектор развития общества, в том числе и в плане традиций и моральных устоев. На них вольно или невольно равняются все простолюдины. По сути, все их привилегии основаны именно на этом: они полезны государству.

— А в военное время? — заинтересовался я.

— В военное время кланам ставится конкретная тактическая задача, и они выполняют ее своими силами. А свободные аристократы вливаются в армейские структуры на те позиции и должности, куда их направит высшее армейское командование.

Я все больше хочу клан. О преимуществах кланов даже в военное время я не знал.

— К чему я это? — риторически спросил император. — К тому, что кланы, если смотреть в корень, в свое время заслужили право на независимость. Относительную конечно, но тем не менее. И теперь они могут себе позволить стоять в стороне до последнего.

Император посмотрел мне прямо в глаза и продолжил:

— Принципиально я готов дать тебе право основать клан, наследник рода Раджат. Однако сначала я хочу получить пользу для своей страны. Такую, чтобы к тебе и твоему роду больше никогда не было вопросов в части вашего права стоять в стороне. Такую, чтобы ваш вклад в развитие страны был очевиден и неопровержим во все времена.

Нехило он загнул. Мне аж интересно стало, а все остальные кланы, которые получили свой статус не в голодные времена, так же масштабно расплачивались?

— Ты — чужак, — добавил император. — Думаю, у тебя есть, что предложить моей стране.

Нацеленность императора на древние знания была очевидна и раньше. Сейчас он просто это озвучил. И одним артефактом, каким бы уникальным он ни был, тут не отделаться. Не после таких формулировок.

А главное, у меня практически не было времени на размышления. Оговаривать мой «вклад» надо сразу. Я не могу сейчас взять паузу и уйти, иначе потом он может сказать, что этого недостаточно. Причем на любой дар, что бы я ни придумал в итоге.

Что ему можно предложить?

Глава 14

*****

— Ваше величество, позвольте и мне кое-что пояснить, — мягко начал я.

Император кивнул.

— Как вы догадываетесь, я уже многое попробовал по части магии в этом мире, — начал я. — В том числе и обучить своих людей полноцветным плетениям.

Император понимающе хмыкнул, и его взгляд стал более заинтересованным.

— У меня не получилось, — с извиняющим жестом развел руками я. — Не знаю, почему, местные маги не могут вытянуть магическую нить непривычного для себя цвета, но факт есть: они этого не могут. И я ничего не могу с этим сделать.

Император нахмурился. Да, я тоже в свое время не ожидал подвоха именно здесь, так что его разочарование прекрасно понимаю.

— Я с радостью отдал бы вам базовые знания по полноцветной магии, — продолжил я. — И, думаю, вы бы их приняли. Но я не хочу снова играть в эти игры. Вам эти знания будут бесполезны, ваши маги просто не смогут это воплотить.

— Я ценю твою честность, — слегка улыбнулся император. — И вижу, что предложение у тебя все-таки есть.

— Есть, — кивнул я. — Все это я рассказал только для того, чтобы мое предложение не показалось вам слишком… скупым.

Император хмыкнул и жестом предложил мне продолжать.

— Я могу изменять простые параметры плетений, — сообщил я. — В том числе, и ваших плетений. Думаю, вы уже догадались, что плетение сокрытия, которое было выставлено на Аукцион и то, которое я преподнес в дар вам, — это немного измененные варианты стандартного плетения сокрытия. Того самого, которое скрывало мой приз за победу в Турнире.

— Умеешь ты делать деньги из воздуха, — весело фыркнул император.

— Умею использовать возможности, — с легкой улыбкой поправил я и добавил: — Надеюсь, что умею.

— И это знание ты предлагаешь мне, — предположил император.

— Да, — кивнул я. — Я могу составить для вас нечто вроде методички, которая позволит в довольно широких пределах менять простые параметры плетений. Такие как размеры щитов или количество серпов в одной атакующей волне.

Император задумался. Думаю, он понимал, что эти знания есть не только у меня. Однако так же он понимал и то, что никто ему эту информацию не отдаст, ни за какие деньги и ни при каких обстоятельствах. Это станет тайной рода или клана. Такими преимуществами не делятся.

— Ты можешь работать с любыми плетениями? — уточнил он. — Ранг для тебя вообще не имеет значения?

Плетение сокрытия, если что, это седьмой ранг, и вряд ли он это забыл. Видимо, его интересуют плетения на высшие ранги. Либо, как вариант, наиболее мощные боевые плетения.

— Если вы имеете в виду атакующие площадные плетения, — ответил я, — то я не готов ответить. Я ни одной схемы таких плетений в руках не держал, и потому просто не знаю, как там реализованы эти простые параметры. И есть ли они там вообще.

— А в твоем мире как было?

— Жесткий каркас, придающий форму, то есть круг, полукруг или сектор. А радиус действия определялся только влитой в плетение силой.

Император кивком принял мой ответ и ненадолго задумался.

— Эти простые параметры, — произнес он, — одинаковые для всех типов плетений? Размер щита и размер атакующего серпа меняются одинаково?

— Если говорить о сопоставимых величинах — да. То есть если делать серп размером со щит, то действия по изменению размера будут одинаковыми. Если же мы говорим о серпах размером с палец — то нет, там другой подход.

— И все это будет в твоей методичке?

Император пристально посмотрел мне в глаза, и я понял, что клан у меня будет. Не откажется он от таких знаний.

— Да, все это будет в моей методичке, — подтвердил я.

— Что ж, внушительно, — медленно кивнул император. — И очень весомо. Как вклад в развитие страны — бесценно.

Еще пару секунд император смотрел отсутствующим взглядом куда-то в сторону, а потом поднял на меня глаза.

— Этот вклад достоин права на основание клана, — подвел итог он.

— Благодарю, ваше величество, — я поклонился из положения сидя и, выпрямившись, добавил: — Я постараюсь внести свой вклад в развитие нашей страны в кратчайшие сроки.

— С нетерпением жду твой вклад, будущий глава клана Раджат, — тонко улыбнулся император.

*****

Усевшись в машину, я удовлетворенно откинулся на спинку кресла. Дело почти сделано, право на основание клана у меня уже фактически в кармане. Осталось методичку написать.

Это долго, конечно, потому как одно дело — просто знать и пользоваться, и другое — изложить все с самых азов так, чтобы стало понятно совершенно необученному человеку. Пару декад мне придется с этим посидеть, и это минимум.

Но в любом случае, это конкретное дело и вполне обозримые сроки.

А вот дальше… Я до сих пор довольно слабо себе представляю, как именно функционирует клан. Общее представление о кланах я имею, как и любой аристократ. Те же «Положения о Кастах» я читал внимательно и не один раз. Однако этого мало.

Для начала хотелось бы увидеть вживую хоть один клановый договор. Желательно реально работающий, доказавший веками свою эффективность и со всеми внесенными за эти века правками и дополнениями. Только кто ж меня к таким документам подпустит?

Хотя стоп.

У меня же есть в должниках кланы, и не абы какие, а Мехта и Сидхарт. Под жесткую клятву неразглашения я вполне могу обменять долг клана на действующий клановый договор. По крайней мере, мне этот обмен кажется вполне равноценным. Осталось узнать их мнение на эту тему.

Ну и кстати, а хватит ли мне одного кланового договора?

Я ведь никак не проконтролирую, что именно мне отдал клан. Да, ложь в мире аристократов — это нонсенс. Однако в ситуации, когда проверить подлинность документа невозможно по определению, возможны варианты. Точнее, это моя паранойя нашептывает, что возможны варианты, а так-то я никогда в жизни не скажу ничего подобного вслух.

И тем не менее, два клановых договора — это намного лучше, чем один.

Стоит ради своей паранойи спускать такой актив, как долг великого клана? Спорный вопрос.

Долг Мехта я все равно должен использовать в течение своей жизни, они дали слово помочь лично мне. Поэтому и клановый договор я в первую очередь потребую с Мехта. Сближаться с этим кланом и дальше я не хочу, а любая масштабная помощь от них будет выглядеть именно как сближение. Слишком много у нас с ними уже было общих дел.

К тому же, мне нельзя забывать о разнице в силе. Это пока мы в более-менее мелких и локальных делах сотрудничаем, можно говорить о равноправии. И то вклад Мехта в этих делах, если смотреться со стороны куда весомее, чем мой.

А масштабная помощь клана Мехта может меня и вовсе в зависимое положение поставить. Особенно если сначала мы вместе отомстим Каспадиа, — слон и моська, иначе не скажешь, — а потом я еще и долг клана в виде какой-то военной помощи потребую. Это уже чуть ли не как покровительство будет выглядеть.

Осторожнее нужно с такими вещами. Репутацию в среде аристократов очень легко потерять, мне такого не надо. Пусть уж лучше долг клана Мехта будет возвращен тихо и незаметно для общества.

Что же касается клана Сидхарт, тут ситуация тоже неоднозначная.

Этот долг обещан моему роду, то есть срока давности он не имеет, им и мои потомки смогут воспользоваться. Тут вопрос скорее, в каких отношениях будут род Раджат и клан Сидхарт на момент исполнения долга. Помощь ведь и довольно символической может оказаться.

У меня отличные отношения с Аргусом, но — только с ним одним. С его кланом я вообще никак не взаимодействовал. Плюс нужно учитывать, что Сидхарт состоят в союзе с Лакшти. При любом конфликте интересов клан Сидхарт просто обязан будет встать на сторону Лакшти, и личное мнение Аргуса никакой роли здесь не сыграет.

Это пока не истек срок прикрытия императора от прямой агрессии аристократов, Лакшти не может объявить мне войну. А по истечении срока он с удовольствием это сделает.

Ввяжется в эту войну клан Сидхарт? Не уверен, это от многих факторов зависит, но такой вариант все же не исключен. И тогда долг клана-противника станет очень спорным активом. Слишком многое будет зависеть от ситуации на тот момент и от самого главы клана Сидхарт.

Ладно, пока начнем с Мехта, а там посмотрим.

Можем, и придержу я в итоге долг клана Сидхарт. В конце концов, за несколько веков отношения могут измениться много раз, так что зря я, наверное, заранее обесцениваю долг великого клана.

*****

Дома Астарабади встретил меня прямо на стоянке. Едва я вышел из машины, он тут же вытянулся в струнку и принялся сверлить меня вопросительным взглядом.

Не нужно даже гадать, что он хотел и не решался спросить. Все ближники прекрасно знали, куда я еду.

— Все будет, — с легкой улыбкой кивнул я.

Астарабади выдохнул и расплылся в предвкушающей улыбке.

Ему-то, интересно, чем мешал статус свободного рода? Хотя нет, зря я так. Ему статус как раз и мешал. Как ни крути, к бизнесу кланов совсем иное отношение, их элементарно проверками и запросами намного меньше дергают.

— Ты ради этого меня встречал? — поинтересовался я.

Не тот человек Астарабади, чтобы не выдержать пятнадцати минут ожидания, пока я приму душ и приду в свой кабинет.

— Нет, конечно, — ответил он. — Мы подготовили акцию. Поедешь с нами?

Мы разговаривали на улице, и здесь гарантий от дистанционной прослушки у нас не было. Она маловероятна, конечно, но не невозможна. Блокировки волновой связи нет, а магическая защита, которая такую функцию включает по умолчанию, еще не закончена. Поэтому и цель Астарабади прямо не назвал.

Хотя я его и так понял. Никаких акций, кроме как против Каспадиа, я не собирался проводить в ближайшее время.

— Мое участие в плане есть? — спросил я.

— Нет, — ответил Астарабади. — Но для подстраховки я бы хотел, чтобы ты присутствовал.

Вот сейчас я не понял его посыла. На этой операции не будет никого, кроме нас.

Несмотря на прозрачный намек Ребиры Мехта на совместную месть Каспадиа, я не стал их привлекать к операции. И, по возможности, постараюсь этого не делать и в дальнейшем. Слишком разные у нас весовые категории.

Если Ребира Мехта пойдет на операцию сама, мы все будем у нее на подхвате. Да мы ей и не нужны, по большому счету. В оцеплении постоять разве что, пока она развлекается.

А если Мехта отправят на операцию клановую гвардию, то мне придется лично идти в бой, чтобы хоть как-то уравнять выставленные силы. Демонстрировать свои навыки профессионалам в реальном бою — это не то же самое, что гонять вчерашних подростков на полигоне.

В общем, клан Мехта — слишком крупный игрок. Я в любом случае окажусь на вторых ролях в нашей связке, и это опасно близко к грани «прятаться за чужую спину». Не нужна мне такая репутация. Сам разберусь.

— Хорошо, я с вами, — ответил я.

— Выезжаем через полчаса, — предупредил он.

Я кивнул и направился в дом. Они отлично рассчитали время, я даже душ принять успею.

Глава 15

*****

Глава рода Магади мрачно смотрел на окно своего кабинета. Он развернулся в кресле за рабочим столом так, чтобы Шанкара оказалась не напротив него, а сбоку. Напротив теперь у него было окно.

Глава рода только что выслушал девушку, и новости его не порадовали. По большей части. Даже маг восьмого ранга, которого можно было принять в род через свадьбу не стоил тех проблем, информацию о которых притащила Шанкара.

А история с ее отрядом вообще ни в какие ворота не лезла.

С нее глава рода и решил начать, слишком уж эта ярость мешала ему думать.

— Тайена ко мне, немедленно, — нажав кнопку селектора, рявкнул глава рода.

— Да, господин Магади, — донесся в ответ голос секретаря.

Глава рода с хрустом размял пальцы и вместе с креслом развернулся к Шанкаре.

— Маг восьмого ранга нам в роду пригодится, — ровно сказал он. — Но прежде чем дать тебе добро на свадьбу, я хочу на него посмотреть. В следующий раз, когда соберешься домой, тащи своего архонта с собой.

— Хорошо, — кивнула Шанкара.

— Он тебе действительно нравится или это только ради рода? — поинтересовался глава рода.

— В основном ради рода, — пожала плечами Шанкара. — Но он не вызывает у меня отвращения, если ты об этом.

Глава рода только молча хмыкнул. Повезло роду на этот раз с козырем. В родовом архиве было полно историй о неуправляемых козырях рода. Как только козыри осознавали, насколько они ценны для рода, большинство тут же шло вразнос.

В Свободные земли Шанкара отправилась по своему собственному желанию. Глава рода не стал ей тогда препятствовать, у козырей рода всегда есть свои задачи, и никто, кроме них самих, этих задач обычно не знает и не понимает. Да и сами они чаще всего следуют своей интуиции и мало что могут объяснить. Именно поэтому козырю рода всегда дается практически полная свобода действий.

И сейчас Шанкара его порадовала. Девочка оказалась мало того, что взрослой и адекватной, так она еще и о роде думает. Не в рамках своих задач, как козырь, а как обычный член рода, заинтересованный в его усилении.

Раздался короткий стук в дверь, и на пороге появился глава службы безопасности рода. Он приветственно кивнул аристократам и уселся в кресло рядом с Шанкарой.

— Рассказывай, — оскалился глава рода. — С каких пор ты считаешь себя выше аристократов?

Безопасник бросил взгляд на Шанкару, но девушка сидела с совершенно невозмутимым лицом.

— Уже нажаловалась? — хмыкнул он.

— Да как ты смеешь?! — с размаху треснул кулаком по столу глава рода.

Стол жалобно скрипнул, но выдержал.

— Кассий… — начал было безопасник.

— Господин Магади! — жестко прервал его глава рода. — Раз ты не понимаешь, что вольное обращение к аристократам не дает тебе права не выполнять приказы, будешь обращаться по всей форме!

— Господин Магади, — сжал зубы безопасник, — позвольте уточнить, в чем моя вина?

— Своими действиями ты поставил под сомнение слово аристократки, — холодно сообщил глава рода.

Безопасник перевел изумленный взгляд на Шанкару.

За эти дни пути домой, когда он был частью объединённого отряда сопровождения девушки, она ни словом не обмолвилась о той истории с неподчинением. Тайен все это время старался наладить с ней отношения, и ему даже казалось, что она немного оттаяла.

Заодно он исподволь убеждал ее, что свои проблемы аристократ должен уметь решать сам, а не прятаться за авторитетом главы рода. И опять же ему казалось, что он заставил девушку серьезно задуматься на эту тему.

К концу пути безопасник был практически уверен, что глава рода не узнает от нее подробностей того, что происходило в поместье архонта.

Сейчас же Шанкара посмотрела на него совершенно равнодушно, и Тайен понял, что вновь просчитался. Плевать ей было на все его подколки и манипуляции. Он даже злости в ней не вызывал, что уж говорить о сочувствии или доверии.

— Я не знал, — покаянно склонил голову безопасник.

— А тебе и не надо было знать, — вновь завелся глава рода. — Тебе достаточно было выполнять приказы!

— Я выполнял, — поднял на него упрямый взгляд Тайен.

— Вот как? — усмехнулся глава рода. — Я тебе приказал собрать отряд, который перейдет в полное подчинение Шанкары. Что тебе было непонятно в словах «полное подчинение»? Или скажешь, Риташ сам додумался наплевать на приказ госпожи?

Безопасник отвел взгляд.

— До тех пор, пока ее приказы не противоречат моим, ты обязан ей подчиняться, — рявкнул глава рода. — Как и любому аристократу из рода Магади! По праву крови. Ты — потомственный слуга рода, почему я должен тебе объяснять прописные истины?!

Безопасник молчал.

— Я снимаю тебя с должности, — ровно сообщил глава рода. — Мне не нужен во главе службы безопасности человек, который не понимает своего места в роду.

Безопасник вскинул на него напряженный взгляд.

— Думаешь о том, что с твоей должности уходят только вперед ногами? — хмыкнул глава рода. — Правильно думаешь. Но шанс у тебя будет. Мизерный, но будет.

Глава рода перевел взгляд на Шанкару.

— Теперь ты, — сказал он. — Ты тоже хороша. Ты понимаешь, что если бы бойцы видели твою готовность убивать за неподчинение приказу, они чихнуть в сторону не осмелились бы? У вояк очень хорошая чуйка на такие вещи. Будь ты сильным командиром, у тебя не было бы с ними проблем. Согласна?

— Согласна, — спокойно кивнула Шанкара.

— Ты уже показала свою готовность убить Тайена, — одобрительно улыбнулся глава рода. — Поэтому с этого момента его жизнь в твоих руках. Он войдет в твой отряд, а дальше делай с ним, что хочешь. Сможет он ужиться с тобой — пусть живет. Не сможет — я не расстроюсь, если ты его прикончишь. Заслужил.

Глава рода перевел взгляд на безопасника.

— А персонально для тебя, — добавил он, — мой последний приказ. С этого момента ты полностью и безоговорочно подчиняешься Шанкаре. Ее интересы — твои интересы. Ты жив до тех пор, пока ты ей полезен. Лично ей, и никому больше.

— Остальные тоже смертники? — ровно спросила Шанкара, имея в виду свой бывший отряд.

— Тоже, — кивнул глава рода. — Но их я тебе не отдам, слишком сложная задачка для начинающего командира. Новый отряд наберешь сама. И мой тебе совет, проверяй их на лояльность сразу.

— Благодарю, — склонила голову Шанкара.

— Тайен, ты свободен, — бросил глава рода. — Можешь идти сдавать пост своему заместителю.

Безопасник остался на месте, только перевел взгляд на Шанкару.

— О, ты небезнадежен, — хмыкнул глава рода и тоже посмотрел на девушку.

— Свободен, — ровно сказала Шанкара.

Безопасник кивнул на прощание и вышел из кабинета.

*****

На этот раз в операции принимали участие только диверсанты. Мы не собирались брать объект штурмом, он нам ни к чему, достаточно было испортить товар. Ну и репутацию Каспадиа заодно.

Перевалочная база противника стояла за чертой города, с северо-востока. До ближайших пригородных построек было всего пару километров. Столица разрастается, и скоро Каспадиа в любом случае пришлось бы искать другое место. После нашей диверсии они этим займутся сразу, скорее всего.

По сути, это был обычный склад. Огромный полуцилиндрический ангар с двумя асфальтированными подъездными дорогами для грузовиков, колючка по периметру прилегающей территории и несколько наблюдательных вышек. Последние были намеренно сколочены кое-как, из обрезков досок и подручных материалов.

Главным фактором маскировки здесь была незаметность. Хорошо укрепленная военная база под боком у жилых районов столицы привлекла бы очень много внимания к себе. А так это выглядит просто как пародия. По сути же, обычный склад с хозяином параноиком, которому еще и денег на свою паранойю жалко.

Серьезный охранный периметр был внутри. Из всей площади огромного ангара под товар использовалось максимум пятьдесят квадратных метров в центре. Все остальное было отдано на откуп безопасности.

По дороге сюда я узнал от Астарабади неожиданно много интересного, и не только про сам товар, контрабандой которого промышляют Каспадиа.

— Что именно они там хранят?

— Чуршим, — ответил он.

И замолчал. Нет, он серьезно считает, что этого непонятного слова достаточно?

— Что это? — спросил я.

— Ты не знаешь? — в свою очередь удивился он. — Я думал, все аристократы этим балуются.

— Не знаю, — коротко ответил я. — Рассказывай.

— Это порошок, смесь из трав, — начал Астарабади. — Амла, брингарадж, трифала, моринга — там много чего есть, и все эти травки по отдельности безобидны. Ими в темные века девчонки голову мыли. В деревнях и сейчас, наверное, моют. Тем не менее, все эти травки содержат массу полезных элементов. Плюс в этом порошке есть пара уникальных травок, даже названия которых держат в секрете. По сути, в самом порошке нет ничего запрещенного. Просто на границе с Поднебесной он идет по разделу специй. И облагается безобразно высокими пошлинами. Причем с обеих сторон.

— Это же не обычная контрабанда? — уточнил я. — Иначе ты так не удивлялся бы, что я не знаю этот порошок.

— Пока он не обработан — да, это просто контрабанда. А обработка магией делает этот порошок одной из двух главных составляющих так называемой «специи роста».

Бросив взгляд на мое непонимающее лицо, Астарабади вздохнул и продолжил:

— Вторую часть делают в Поднебесной. Сайсейяр она называется. Тоже смесь из нескольких трав, которые растут только у них где-то на высокогорье. И сейсейяр тоже требует обработки магией. Каспадиа сидят на канале обмена. От нас идет чуршим, из Поднебесной — сайсейяр. В итоге и наши, и их аристо имеют ту самую «специю роста».

— Что за специя?

— Ее маленьким детям дают вместе с едой. Считается, что именно эта специя способствует формированию большого магического источника, и потом она тоже помогает магу быстро развиваться.

Очень интересно было бы глянуть статистику.

У меня давно был вопрос, как Мехта стали великим кланом, имея за спиной меньше двух тысяч лет истории. И откуда у них столько сильных магов заодно.

Как правило, чем старше род, тем мощнее у них родовой камень, тем больше его магии уже аккумулировано в крови рода, тем сильнее аристократы этого рода. Мехта ломали для меня эту стройную картину одним фактом своего существования.

Если предположить, что одна специя заменяет собой несколько столетий становления древней крови, то многое встанет на свои места.

— И эта «специя роста», конечно, безумно дорогая? — предположил я.

— Разумеется, — кивнул Астарабади. — Если ты подумал про Мехта — то да. Именно они самый яркий и наглядный пример. Абсолютно все дети аристо этого клана каждый день на протяжении как минимум десяти лет едят эту специю. Мехта этого даже не скрывают.

А что тут скрывать? Этот факт показывает благосостояние клана как нельзя лучше. К тому же, у них сейчас аж два гения есть в молодом поколении. Да и в предыдущем поколении была как минимум Ребира Мехта.

Полезная специя, я смотрю. Надо разузнать про нее поподробнее. На будущее.

— На этом складе чуршим уже обработанный или еще нет? — спросил я.

— А это самое интересное, — оскалился Астарабади. — Его здесь как раз и обрабатывают. Мы накроем не только сам товар, но и магов, которые с ним работают. Это очень редкие спецы, между прочим.

— И восстановить такие кадры Каспадиа будет неоткуда, — понимающе кивнул я.

— Именно. Только обучить с нуля.

Астарабади на мелочи не разменивается, похоже. До покушения в Академии я бы сказал, что он перегнул с выбором цели операции. Я просил «пощечину» для Каспадиа, а он выбрал полноценный «удар под дых».

Но сейчас — самое то. Соразмерный ответ.

Главное, чтобы нас тут не спалили. Полноценную войну, да еще и с международным картелем, мой род пока не потянет.

Тем временем Астарабади бросил взгляд на свой сигнальный браслет и нажал на нем какую-то кнопку. В ответ начали загораться все остальные кнопки. Шесть отрядов — шесть сигналов. Все готовы, я так понимаю.

Астарабади удовлетворенно кивнул своим мыслям и бросил взгляд на меня.

— Начинаем, — сообщил он и нажал еще одну кнопку.

Следующие полтора часа мы с Астарабади так и пролежали в перелеске, периодически поглядывая на ангар. В зоне видимости ничего не происходило. Впрочем, и не должно было. Диверсанты работают тихо, это не штурм.

А когда они еще и все поголовно моими артефактами невидимости обвешаны, то вообще никто ничего не должен понять. Теоретически.

В какой-то момент раздался взрыв. Ангар вздрогнул и раскрылся изнутри, как цветок. Прямо по центру его «крыши» между листами покореженного металла вырвалось пламя.

Я бросил удивленный взгляд на Астарабади.

— Этого не было в плане, — нахмурился тот.

Мой ближник принялся нажимать кнопки на браслете и отслеживать ответы, а я накинул на себя легкую концентрацию и внимательно осматривал доступный периметр базы. Благо земля на расстоянии метров триста от нее была очищена от любой растительности.

Заметив первого бегущего человека, я пихнул локтем Астарабади и жестом указал в ту сторону.

Мы оба понимали, что беглеца надо брать. Мы не знаем, видел ли он кого-то из наших людей, но такая вероятность есть. Внутри со всеми свидетелями диверсанты разберутся сами, а этого придется брать нам.

Этих, точнее. За первым беглецом последовали еще два. Правда, они бежали намного медленнее первого.

— Я за шустрым, — бросил я.

Вскочив, я рванул в сторону под прикрытием деревьев. Мне предстояло сделать дугу в сотню метров, чтобы встать на след первого беглеца.

— Принял, — уже мне в спину ответил Астарабади.

Я набирал скорость, все чаще подавая импульсы в ноги и ломясь напрямик сквозь кусты. Плевать на шум, сюда все равно прямо сейчас никто не прибежит, противник своей базой занят.

А беглеца мне упускать нельзя. Это вполне может оказаться вопросом жизни или смерти рода.

Глава 16

*****

Беглец был магом-обработчиком, похоже. Во всяком случае, его бело-голубая куртка хорошо выделялась на фоне растительности и явно намекала на то, что он не военный. Будь он в камуфляжке, я давно упустил бы его в лесу.

А так я увидел его издали и даже не стал заканчивать дугу, чтобы встать на его след. Рванул наперерез.

Какое-то время расстояние между нами бодро сокращалось, а потом он меня заметил. И ускорился.

Я поначалу даже не понял, почему расстояние перестало сокращаться. Я как следовал за ним метрах в тридцати позади, так и следовал. Не скажу, что я подавал магические импульсы в ноги на пределе, но это точно было далеко за гранью возможностей местных. Так я думал до сих пор.

А в какой-то момент беглец еще и отрываться от меня стал.

Я сжал зубы и увеличил частоту подачи магических импульсов. Плевать, что завтра я с постели не встану, я не могу его упустить.

Кусты я не замечал давно, а теперь еще и между деревьями лавировал с риском влететь в одно из них. Мир сузился до одного бело-голубого пятна куртки, мелькающего впереди.

Расстояние до беглеца стало вновь сокращаться, но медленно и неохотно.

Куда он бежит, интересно?

Пару секунд мне потребовалось, чтобы сориентировать изначальное направление относительно базы и вспомнить карту. Юго-восток с отклонением больше к востоку. Там километров десять леса, а дальше есть какая-то проселочная дорога.

Его там ждут? Вполне возможно.

Пробежали мы уже километра три, и непохоже, что он устал. Это я скоро свалюсь от такой интенсивности магического ускорения.

Расстояние между нами сократилось едва ли на треть. Двадцать метров осталось, и мне их никак не одолеть. Тело уже подводит, я чувствую, как то и дело дергает мышцы. Еще десяток секунд — и начнутся микросудороги, от которых ноги подламываются. На такой скорости я в первое же дерево на своем пути влечу.

Я сжал зубы и в следующий импульс влил побольше силы. Мне надо его достать. Прямо сейчас и любой ценой.

Магический импульс отозвался вспышкой боли. Плевать. Еще чуть-чуть…

В этот момент мир смазался. Я рванул прямо к бело-голубой куртке с какой-то немыслимой скоростью. Меня хватило только на то, чтобы выставить перед собой руки. Беглеца я фактически снес.

Он рухнул на землю. Мое непонятное ускорение пропало внезапно, я запнулся и приземлился сверху на него. Мужик аж крякнул, инерцию-то никто не отменял.

Скатившись с него, я, не вставая, двинул ему ногой в челюсть. Этого хватило, чтобы его глаза закатились и он потерял сознание.

Я кое-как сел и попытался отдышаться. Сердце бешено колотилось, воздуха откровенно не хватало, а ноги уже начали ныть, и эта боль только нарастала. Чую, дожидаться своих людей я буду здесь. Сам обратно, да еще и с грузом в виде упитанного пленника, я просто не дойду.

Когда руки перестали дрожать, я сплел магическую веревку и опутал ею пленника. Не только руки и ноги, я его с запасом замотал. Практически кокон получился.

Так, а теперь можно полежать и подумать. Что это было? Опять шакти?

После боя в Свободных землях, где моя шакти внезапно проявила себя как идеальная защита, я пытался повторить этот эффект.

Сама по себе огненная «броня» вызывалась без проблем. Но на полигоне она не держала даже плетения магов пятого ранга. Астарабади кидал в меня тогда простенькие силовые шарики ради эксперимента. Хорошо, он додумался перестраховаться, и его шарик задел меня только по касательной по плечу.

И сколько бы экспериментов я ни ставил, так и не смог понять, как вызвать именно защитные свойства шакти. Допускаю, что они активируются только при реальной угрозе жизни. А если нет? Такие вещи надо заранее знать и уметь.

С этим непонятным ускорением была та же беда. Оно впервые проявилось еще на тренировке в Академии, чуть ли не в первые дни, но повторить я его до сих пор не мог. А сегодня, смотри-ка, все как-то само собой получилось.

И опять же, я не вижу в этом системы. Как его активировать-то?

Вот, вроде, и есть у меня уникальные фишки, которые никто не сможет повторить, но толку с них? Я и сам их повторить не всегда могу.

А еще мне это что-то напоминает…

Местные не могут нащупать способ работы с разными цветами магических нитей. А я не могу освоить особенности их магии. Шакти — это тоже магия, просто завязанная на кровь. Ничего подобного в моем мире не было.

Значит ли это, что проблемы мира влияют не только на них, но и на меня?

Интересный вопрос. Если это действительно так, то у меня появился шкурный интерес в том, чтобы «починить» мир. С непробиваемой защитой-шакти я сразу выйду на принципиально другой уровень силы.

И убить меня не смогут даже монстры уровня Ребиры Мехта.

Надо закончить дела с получением клана и еще разок съездить в Свободные земли. На пару с Шанкарой, уверен, мы быстро разберемся с аномалиями.

*****

Когда мы вернулись домой, из машины я вышел с трудом. Ноги горели огнем, а от каждого напряжения мышц темнело в глазах.

Пока я стоял, опираясь на открытую дверцу машины, ко мне подошла Асан. Старуха укоризненно покачала головой и присела возле меня на корточки. Ее светящиеся желтым магическим светом руки мягко прошлись по моим икрам, и мне немного полегчало. Не совсем, конечно, но до душа доберусь.

— Спасибо, — слабо улыбнулся я ей.

Она вновь молча осуждающе покачала головой и скрылась в доме.

Я обернулся к Астарабади.

— Жду тебя с итогами операции, — сказал я и, оценив свое состояние, добавил: — Через час.

— Буду, — кивнул он.

Около лестницы на втором этаже меня уже ждала Асан. И после душа она меня тоже ждала. И в кабинет она пришла вслед за мной.

Китаянка каждый раз подпитывала мои мышцы праной, и это сильно облегчало мне жизнь. Казалось бы, совсем крошечные порции энергии, что они могут изменить? Но в руках потомственного лекаря прана реально становилась спасением.

Астарабади появился ровно через час.

— Садись, — махнул ему рукой на кресло я.

— Сработали чисто, — начал доклад он, заняв место напротив меня. — Все свидетели мертвы, кроме того беглеца, которого ты взял живым.

Мне почудилась легкая укоризна во взгляде Астарабади, но я ее проигнорировал. Понятия не имею, зачем взял пленника живьем. Так получилось. Не убивать же его теперь сразу? Вдруг расскажет что-нибудь интересное.

Пленник, кстати, оказался магом всего-то третьего ранга. И при этом ему было далеко за пятьдесят. Судя по всему, он довольно рано понял, что отдавать все свое время развитию магии для него бессмысленно, и переключился на работу с праной. Иначе я просто не понимаю, как он мог соперничать со мной в скорости.

— У нас потерь нет, — продолжил Астарабади, — двое легко ранены. Четыре артефакта невидимости разряжены практически полностью.

— Тащи, — кивнул я в ответ на его немой вопрос.

В принципе, мои артефакты может заряжать кто угодно. Но мои люди заметили, что после моей зарядки артефакты работают дольше, чем на силе любого другого мага, включая пятые ранги. Понятия не имею, почему так, но факт налицо.

И если для тех же щитов это не критично, у нас еще ни один щит в бою до конца не разрядился, то разряженные артефакты невидимости они теперь все время пытаются подсунуть мне.

— Что касается базы, цель выполнена полностью, — сообщил Астарабади. — На базе было около тонны сырого порошка и около ста двадцати килограмм обработанного магией. Также там работало четверо гражданских магов. Порошок уничтожен или рассеян полностью, из магов-обработчиков в живых остался только твой пленник.

— Идеальная операция? — хмыкнул я. — И никаких проблем?

— Я бы не назвал идеальной операцию, в которой трем из четырех главных объектов удалось вырваться за периметр, — проворчал Астарабади. — Если бы не ты, одного беглеца мы еще и не поймали бы.

Это да. Чуйке Астарабади даже я могу позавидовать. Он же позвал меня с собой просто на всякий случай, не было там для меня дел по плану. И моя чуйка тоже молчала.

Что ж, я учту на будущее: от интуиции опытных военных отмахиваться нельзя.

— Но по итогу-то все идеально, — пожал плечами я. — Молодцы, отлично сработали.

— По итогу да, — кивнул Астарабади. — Но Раму я хвост накручу. Расслабились, тоже мне!..

Я улыбнулся, глядя на бурчание своего хомяка, и отправил его к Раму. Пусть диверсантам мозг выносит, пока не остыл.

*****

Остаток дня для меня был крайне муторным. Время тянулось, как неподатливая резина, а организм скрипел и стонал. Ненавижу ощущать себя дряхлой развалиной, поэтому я еще и злился.

Хорошо, что все когда-нибудь заканчивается. Надо признать, спать я ложился с облегчением. Учитывая количество праны, которое влила в меня за день Асан, завтра уже должно стать полегче.

Однако спокойно уснуть мне не дали.

Дверь открылась, и ко мне в комнату тенью проскользнула Андана. Небо было чистым сегодня, луна светила ярко, так что наряд невесты я оценил. Тоненькая ткань ночной сорочки — или как эта тряпочка называется? — в таком освещении казалась прозрачной. А фигура у Анданы была шикарной.

Даже несмотря на боль и общую вымотанность, мой организм отреагировал на эту картину вполне однозначно. Эх, чую усну я не скоро теперь.

Андана поймала мой восхищенный взгляд, довольно улыбнулась и медленной, намеренно дразнящей походкой двинулась к кровати. А комната у меня немаленькая, если что. Под конец ее шествия, мне уже хотелось вскочить и наброситься на нее.

Но я, конечно, сдержался. Не буду портить девочке удовольствие.

Подойдя почти вплотную и оценив мой напряженный взгляд, Андана спустила лямки с плеч, и сорочка упала ей под ноги. Еще пару секунд покрасовавшись без ничего, девушка нырнула ко мне в постель.

Судя по всему, она хотела мне что-то сказать, но это я уже потом понял. Часа полтора спустя. Когда мы оба лежали мокрые на смятых простынях и пытались отдышаться.

— Шахар, — негромко начала Андана, — прости. Я была не права. Я больше не буду тебе врать.

А, вот она к чему. Я не сразу вспомнил, что наш последний разговор наедине закончился не то чтобы тихо и мирно. Ужины, на которых мы встречаемся каждый день, это немного не то. Там полно слуг, не поговоришь спокойно.

— Мне? — хмыкнул я.

— Вообще не буду врать, — поправилась Андана.

Я помолчал, ожидая продолжения. Дело ведь не только во лжи. И даже не в простолюдинской привычке лгать как таковой.

Я, честно сказать, после ее лжи много вариантов рассматривал, вплоть до возможного предательства, и прикидывал, можно ли родичей связать магической клятвой. Примерно такой же, как и слуг.

И понял, что это нереально. Точнее, можно, но смысла в этом особого нет.

Клятва роду не убережет от предательства. Та же Амайя искренне считала, что дядя в роли главы рода будет лучше меня. Для рода лучше.

Конкретно в моей ситуации, когда род Раджат — это я, клятва роду могла на ней сработать. Тоже не факт, потому что Амайя не входила в основу рода, родового камня она не касалась никогда, и, соответственно, прямого влияния он на нее не имел. Но все же шанс был.

А в общем случае клятва роду вообще ничего не даст.

Личная же клятва главе рода — это очень спорная штука. Во-первых, она перекроет самостоятельность наследника как таковую. Он даже главой рода сам стать не сможет, пока его отец жив. А во-вторых, ни один род не застрахован от плохого главы. Или даже от его сумасшествия. И если у такого человека не будет противовесов в роду, он за свою жизнь вполне может успеть уничтожить род.

И это я еще ухудшение отношений не брал в расчет. Как сын будет относиться к отцу, который заведомо ему не доверяет и требует клятву? Пусть даже клятву верности роду. А дальние родичи при этом вообще могут почувствовать себя лишними.

В общем, я отказался от этой идеи.

Свои — это свои. Нельзя низводить своих до уровня слуг. Не сумел построить с родичами нормальные отношения или разрушил эти отношения — сам виноват. И никакая магия тут не спасет.

— Мне Асан объяснила, — добавила девушка и запнулась. — В общем, много чего объяснила. Я постараюсь стать нормальной аристократкой. Мне пока сложно, я еще не привыкла следить за каждым своим словом, но… Шахар, я стану. Обязательно!

Надо не забыть завтра поблагодарить Асан за такой подарок. Я так и не успел попросить ее присмотреть за Анданой, но просьбы, как оказалось, не нужны. Эти двое и без меня неплохо спелись, я смотрю. И это замечательно. Никто лучше Асан не справится с воспитанием будущей жены главы вечного рода.

— Станешь, я в тебя верю, — с улыбкой кивнул я. — А пока с тебя слово. Я уже знаю, что слово ты держать умеешь, несмотря ни на что. И твоему слову я верю прямо сейчас.

— Даю слово, что больше никогда не допущу прямую ложь! — торжественно заявила Андана и тоже улыбнулась.

Умница, подобрала хорошую формулировку, причем строго в духе аристократии.

И я очень надеюсь, что это был последний камень преткновения. Андана мне по-прежнему нравится, и я действительно хочу видеть ее своей женой.

— Спасибо, милая, — сказал я и вновь подмял ее под себя. — Продолжим?

— Да!

Глава 17

*****

Утро было недобрым. Точнее, как утро… В Академию в таком состоянии я все равно идти не собирался, так что проснулся ближе к обеду. Анданы рядом уже не было, хотя засыпали мы вместе. Где-то на рассвете.

Первым делом после душа и завтрака я взялся за обещанную императору методичку. Меня никто не торопит, конечно, но и работы там далеко не на один день.

Для начала неплохо бы вообще понять, что я туда буду вносить.

Простые вещи, вроде изменения размеров щитов и расстояния, на котором они появляются, — это само собой. Не вижу здесь ничего особенного. Это я подобные вещи делаю машинально в зависимости от ситуации, а местные просто заранее найдут для себя несколько удобных вариантов и будут пользоваться только ими. Грубо говоря, вместо одного щита местный маг теперь будет иметь три-четыре.

То же самое с атакующими плетениями. Если сейчас магических серпов в атакующей волне у них бывает или пять, или десять, то теперь появится еще и двадцать. Ну и пара вариаций с большими или меньшими размерами серпов.

Интересные расклады могут сложиться, если кто-то додумается до составных щитов или атак. С рук такое сделать сложно, а вот в артефакты запихнуть — вполне. Идея «бутерброда» из щитов лежит прямо на поверхности.

Но даже это ерунда. Я не представляю, сколько слоев нужно сделать в «бутерброде» щитов, чтобы их не пробил маг более высокого ранга. Против равных это действительно стоящая вещь, но рисунок боя с более сильным противником она не изменит.

А вот дальность атаки может стать серьезным преимуществом. И это тоже простой параметр, если уж начистоту.

Своим людям я уже показал, какой блок отвечает за дальность и как замкнуть любое плетение вообще без него. То есть теперь их атака будет лететь хоть за горизонт.

С прицельной дальностью — вопрос отдельный, это не снайперская винтовка с точной оптикой, но если на той стороне крупный отряд с дальнобойным огнестрелом, это не имеет особого значения. Да и не ожидающий такого подвоха вражеский маг очень увидится широкой волне серпов. Прям-таки смертельно удивится.

И как раз дальность мои маги освоили влет. Забавно, что самое полезное улучшение их плетений оказалось еще и самым простым в исполнении.

Готов я отдать Империи такой козырь? Я надолго завис на этом вопросе.

С одной стороны, не хотелось бы, слишком уж ценная плюшка.

А с другой стороны, я же сам обозначил в разговоре с императором, что не хочу больше играть ни в какие игры. Я вывел — или попытался вывести — эти отношения на уровень честности.

Да, честность в любой сфере каждый понимает по-своему.

Но конкретно дальность плетений рано или поздно всплывет, уже хотя бы потому что мои люди этим будут пользоваться. И если однажды император задаст мне прямой вопрос, является ли дальность простым параметром, мне ему что, врать придется? Или юлить и выкручиваться, мол, я не обещал вам все простые параметры? Грош цена тогда моим словам о прекращении игр.

А если посмотреть на этот вопрос под другим углом: стоит ли эта плюшка клана? Отвечая честно, да, я считаю это знание равноценным клану.

Значит, и думать тут не о чем. Будут императору все простые параметры. Точнее, все, до каких я смогу додуматься. Так-то я никогда в жизни не писал учебников, могу случайно что-то упустить.

*****

Обед я пропустил, закопавшись в попытках сформировать хотя бы структуру методички для императора. И сделать ее так, чтобы было понятно не только мне. Просто, последовательно и всеобъемлюще. Что называется, выберите любые два.

А за пару часов до ужина ко мне заглянула Андана.

— Шахар, есть минутка? — спросила она от двери.

— Заходи, — улыбнулся я.

Обычно идеально выглядевшая и подчеркнуто спокойная девушка сейчас была не то чтобы растрепанной, но явно забегавшейся. Она и ко мне заглянула на ходу и по делу, похоже.

— У меня вопрос, — сказала Андана, усевшись в кресло. — Я договорилась о выкупе пяти из восьми участков вокруг нашего. Четверо жильцов съедут в течение декады, а один запросил месяц на переезд.

Быстро она, однако. Я рассчитывал, что мы займем весь наш «квадрат» только ближе к зиме. Есть у девочки деловая хватка, похоже, не зря она учиться рвется.

— Скажи, пожалуйста, а нам хватит одного нашего квадрата? — спросила Андана.

Хороший вопрос. Теперь, когда клан у меня практически в кармане, имеет смысл разворачиваться шире. Один квадрат со стороной меньше полукилометра никак не потянет на клановую резиденцию.

— Есть варианты? — уточнил я.

— Да, — кивнула Андана. — Нам предлагают полный квадрат. Прямо напротив нашего центрального входа.

— В чем подвох? — приподнял брови я.

— В цене, — хмыкнула Андана. — Род Алимеш подсуетился и выкупил все девять участков. Нам же он предлагает этот квадрат за двойную цену.

Какие хитрые и ушлые ребята. Алимеш — молодой род, причем совсем молодой, они аристократами стали то ли три, то ли четыре поколения назад. Я их запомнил только потому, что видел их парня на Турнире в Академии, и он очень неплохо держался для третьего ранга.

А главное, вовремя-то как. Я понимаю, что это совпадение, не могли они знать о моем желании получить клан и, уж тем более, о том, что я договорился с императором. Скорее всего, они просто заметили деятельность Анданы и решили рискнуть.

Ей они дорогу не перешли, повода для конфликта нет, а перепродать нам землю можно задорого. Ну а если мы откажемся, земля в столице, пусть даже на окраине — не тот актив, который будет тяготить. Столица расширяется, земли медленно, но верно дорожают.

Красавцы. Нет, серьезно, молодцы, так ловить момент нужно уметь.

— Торговаться будут? — спросил я.

— Не знаю, — ответила Андана. — Я пришла спросить, интересно ли нам это предложение в принципе.

— Интересно, — кивнул я. — И больше тебе скажу, я даже за двойную цену готов этот квадрат взять. Уже хотя бы за то, что они избавили нас от волокиты с выкупом, отсроченными переездами и оформлением кучи бумаг, они заслужили свою наценку.

— Но не вдвое же! — возмутилась Андана.

— Может, и не вдвое, — улыбнулся я. — Но это тебе решать. Торгуйся. Только не упусти это предложение, земля нам нужна. И я одобрю даже двойной ценник.

— Я поняла тебя, — кивнула Андана. — Спасибо!

— И еще момент, — добавил я. — Начинай заниматься не только нашим квадратом, а всеми соседними. Наш в приоритете, но и остальные нам тоже нужны. Нечего отдавать лишнее всяким Алимеш, раз ты сама готова этим заниматься.

— Только хотела это спросить, — улыбнулась Андана. — Конечно, я займусь!

Денег все это потребует довольно много, но клановая резиденция полтора километра на полтора километра — намного лучше, чем четыреста пятьдесят на четыреста пятьдесят метров. В один наш квадрат даже текущий состав моего рода полностью не поместится, а я намерен и дальше усиливать сначала род, а потом и клан.

— Какая площадь нам нужна в итоге? — уточнила Андана. — Просто, возможно, проще будет выкупить не все соседние квадраты, а по две линии в какую-то одну сторону. Не знаю пока, поэтому и спрашиваю.

— Минимум шесть квадратов, если это будет в итоге прямоугольник два на три, — ответил я. — В идеале девять, чтобы общий большой квадрат получился. Но восемь в виде прямоугольника два на четыре тоже сойдет.

— Хорошо, я поняла. Тогда у меня все, — заключила Андана и посмотрела на меня горящими глазами.

Ей явно не терпелось заняться новым делом.

— Беги уже, — улыбнулся я.

Андана вскочила, перегнулась через стол, коротко поцеловала меня в губы и вылетела из кабинета.

Нет, все-таки повезло мне с будущей женой. Такая деятельная натура мне в семье точно пригодится.

*****

— Хорошая акция, — одобрительно кивнул глава клана Мехта. — Чистая, показательная, и убойная в своей эффективности.

— Это не мы, — с улыбкой покачала головой Ребира Мехта.

Она не сомневалась, что глава рода уже в курсе уничтожения перевалочной базы Каспадиа, и примерно представляла, что именно он подумал. Ребира и зашла к нему, собственно, чтобы сразу развеять его заблуждения.

— Что?! — вскинулся глава клана. — Только не говори, что мальчишка сам это провернул.

— Сам, — кивнула Ребира.

— Он отказался от нашей помощи? — все еще не мог поверить глава клана.

Старик машинально покачивал головой и смотрел куда-то сквозь собеседницу.

— Он не отказывался, — поправила женщина. — Кивнул и принял к сведению, но пользоваться не стал.

— Разведка, — задумчиво начал прикидывать глава клана, — план, диверсанты, зачистка свидетелей… И ведь никто ничего не видел.

Глава клана с недоумением и ноткой восхищения покачал головой.

— Неру, я давно пыталась донести до тебя мысль, что мы ему не нужны, — хмыкнула Ребира и, убедившись, что глава клана осознал масштаб и уровень проведенной родом Раджат операции, добавила: — Что не получилось у меня, то получилось у самого Шахара, похоже.

— Ты еще скажи, что чуршим он оттуда не забирал, — глава клана вновь устремил на женщину острый взгляд.

— Не забирал, — подтвердила она. — Там все уничтожено. А что не уничтожено, то рассыпано тонким слоем пыли по всей базе.

— Силушку собрал, а мозг не вырастил, — вздохнул глава клана. — Там же товара на пару миллиардов было.

— А ты уверен, что это не входило в его план? — насмешливо улыбнулась Ребира. — Раджат, как ни крути, бедный род. А богатые Мехта как раз и могли наплевать на добычу.

— Хочешь сказать, он нас подставил? — нахмурился глаза клана.

— Не думаю, — покачала головой женщина. — Скорее, он действительно не подумал, что обработанный чуршим имеет огромную ценность. Но определенную толику сомнений этот факт Каспадиа добавит.

Глава клана вновь вздохнул и на несколько секунд замолчал.

— Что ты предлагаешь? — спросил он, наконец.

— Да все то же самое, — пожала плечами Ребира. — Не надо дополнительных планов, не надо давить или подсовывать ему помощь. Медленно, аккуратно сближаемся. Да, это будет долго, но зато естественно и надежно.

— Ладно, работай, — отмахнулся глава клана. — И постарайся все-таки форсировать сближение.

Старик так и не отказался от своей основной линии, и Ребира лишь вздохнула.

Хорошо хоть, общение с наследником Раджат глава клана полностью оставил за ней, и у нее есть возможность заранее сглаживать углы. Пока этого хватает, но что дальше? Неру слишком спешит. Нельзя так с вечными родами, и тем более с этим свободолюбивым мальчишкой.

Впрочем, Ребира умела ждать. Она была уверена, что постепенно, за пару лет, исподволь убедит главу клана в своей правоте. И Шахара она точно так же будет убеждать исподволь: мелкими намеками, полутонами, фразами с двойным подтекстом. Ненавязчиво, но неуклонно.

Главное, чтобы за это время никто из них не успел сделать никаких резких движений. Иначе последствий не предскажет даже интуит.

*****

За полчаса до ужина в мой кабинет заглянула секретарь.

Я поднял на нее взгляд и сразу нахмурился. Она еще не очень долго работала на меня, но различать эмоции на ее всегда практически ничего не выражающем лице я уже научился. И сейчас она явно принесла нехорошие, на ее взгляд, новости.

— Слушаю, — кивнул я ей.

— Господин, только что был звонок из резиденции рода Каспадиа, — доложила она. — Просили организовать разговор главы рода с вами через десять минут.

О, объявились. Долго они что-то, их базу мы еще вчера днем разнесли в хлам. Пытались найти какие-то следы, ничего не нашли и решили взять меня нахрапом? Ну-ну, удачи им.

— Соединяй по готовности, — кивнул я.

— Слушаюсь, — слегка поклонилась женщина и исчезла за дверью.

А я хищно оскалился. Моя очередь издеваться над потенциальным противником.

Глава 18

*****

— Наследник Раджат, приветствую, — раздался в трубке голос главы рода Каспадиа.

— Приветствую, господин Каспадиа, — ровно ответил я.

Мне стоило изрядного труда удержаться от улыбки. Он меня не видит, конечно, но такие вещи в голосе обычно чувствуются. Рано пока его дразнить. Да и разговор, при всей внешней простоте, будет для меня очень скользким.

— Чем тебе моя перевалочная база помешала? — с места в карьер начал Каспадиа.

Он изрядно зол, похоже, раз сходу так подставился. Я думал, мы сначала долго будем кругами ходить.

— Интересное начало разговора, — хмыкнул я. — А вы видели там кого-то из моего рода?

Судя по заминке, Каспадиа не понял отсылку к его же словам на приеме. Ладно, я напомню.

— Лично вы? — продолжил я. — Хотя ладно, пусть не лично. Хоть кто-то из ваших людей видел там хоть кого-то из моих?

Вот теперь Каспадиа меня точно понял. И, судя по шумному выдоху, он сейчас пытался удержать себя в руках. Да, мы не на приеме. Но личные оскорбления наедине непростительны точно так же, как и на людях, поэтому ничего чересчур резкого он себе позволить не может.

— Нет, — признал он. — Но если тебя там не было, то откуда ты знаешь, какую именно базу я имею в виду?

— Вы считаете мою разведку настолько плохой, что она могла не узнать о взрыве в ближайших окрестностях столицы? — поинтересовался я.

Каспадиа замолчал и задумался, похоже.

Я ему сейчас вторым смысловым слоем подкинул вопрос о том, на что вообще способна моя разведка. И он должен был неизбежно прийти к выводу, что провернуть такую операцию моему роду не под силу. В одиночку, по крайней мере.

— Мехта, — выдохнул Каспадиа.

Это был даже не вопрос, просто мысль вслух, скорее всего.

— Зря вы задели Мехта, — нейтрально заметил я. — Метаморфа они вам не простят. Как и я, впрочем.

— Да вы достали! — рявкнул Каспадиа. — Я не имею никакого отношения к этому метаморфу!!

О как. Неожиданно. И как же безумно жаль, что он не сидит в кресле напротив меня. Отклик артефакта правды мне сейчас нужен был позарез.

Потому что если это действительно не Каспадиа, то я упустил из виду какого-то другого своего врага. Лакшти? Это первое, что приходит на ум. Но теперь, без хоть каких-то косвенных доказательств, я больше пороть горячку не буду.

Соврал Каспадиа или не соврал?

Аристократы не допускают прямую ложь, это аксиома. Но в данном конкретном случае доказать, что он солгал, будет невозможно. Кто ж даст залезть в свою родовую сокровищницу? А без этого любое обвинение во лжи — просто пустое оскорбление.

Тем не менее, он мог и не соврать. И эту вероятность я тоже обязан учитывать.

— Я вас услышал, господин Каспадиа, — медленно произнес я.

— Хорошо, — неожиданно спокойно ответил он. — А базу я тебе не спущу.

— Если же вы хотите в чем-то обвинить мой род, господин Каспадиа, потрудитесь представить хоть какие-то доказательства, — ответил я.

И вот теперь улыбку в голосе я уже не скрывал.

Да, это зеркальная ответка, и я хотел, чтобы он это осознал. Нечего подобными словами разбрасываться. Лучше бы мне вернуть ему эти слова на людях, точно так же, как их произнес он, но так тоже сойдет.

В следующий раз он поостережется мне такие фразы бросать.

— Я тебя услышал, Раджат-джи, — ровно сказал он. — Всего хорошего.

— Всего хорошего, Каспадиа-джи, — ответил я.

*****

Я положил трубку и откинулся на спинку кресла. Не идеально, но все-таки хорошо я его уел, аж некоторая гордость за себя появилась. Удовлетворенная ухмылка сама собой выползла на мое лицо.

— Красиво, — раздался шелестящий голос из ниоткуда.

Я подобрался и окинул взглядом абсолютно пустой кабинет. Глюками я не страдаю, так что это точно не голос в голове. Невидимка? До появления чужаков плетения невидимости в этом мире не было, но не стоит забывать, что я здесь не единственный пришелец.

В дальнем углу кабинета по воздуху пошла характерная рябь, и через пару секунд проявился человеческий силуэт. А еще через пару секунд я понял, что это за гость. Китаец. Тот самый, с которым мы бились на пустыре.

Долго он здесь, интересно?

На моем кабинете по-прежнему висит полноцветное плетение контроля периметра, так что проникнуть в мое отсутствие он не мог. И проскользнуть вслед за кем-то из моих ближников не мог. Все чужаки сейчас пока еще слабые маги. Думаю, максимум пятый ранг уже кто-то из нас мог взять, но этого все равно недостаточно, чтобы плетение невидимости полностью скрывало быстрые движения.

Значит, он зашел вслед за мной. Возможно, еще утром, кстати. Или даже вчера. Вряд ли он больше двух дней тут сидит, смысла в этом просто нет. А за последние два дня в этом кабинете я не обсуждал ничего сверхсекретного, так что не критично.

Хотя неприятно, конечно. Ладно, завтра клан Рамеш замкнет магическую защиту вокруг территории моего особняка, и хотя бы таких проникновений я больше не буду опасаться.

— Добрый вечер, — спокойно кивнул гостю я и указал на кресло. — Присаживайтесь, раз уж раскрылись.

— Я здесь недавно, — улыбнулся китаец, отвечая на мой невысказанный вопрос. — Можете не опасаться утечки информации, меня послали не за этим.

Я бросил взгляд на артефакт правды и убедился, что тот остался прозрачным. Ну хоть так.

— Зачем же вы здесь? — спросил я.

— Мой господин, Лианг Сей-Сун, передает вам наилучшие пожелания, господин Раджат, — ритуально склонил голову китаец. — А кроме этого, он просил меня предупредить вас. Мы понимаем, что род Каспадиа провинился перед вами. Мы тоже не прощаем вмешательства в семейные дела и понимаем вашу реакцию. Однако чуршим — это дело далеко не только рода Каспадиа. Поплатятся за свою халатность, бесспорно, именно они. Они виновны в том, что не уследили за чуршимом, они виновны в том, что вмешались в вашу семью. Но господин Сей-Сун просит вас в будущем, по возможности, не задевать интересы других сторон, кроме рода Каспадиа.

Витиевато, как это любят китайцы, но более чем доходчиво. Картель не собирается вступаться за Каспадиа до тех пор, пока я не трогаю его интересы.

Проблема только в том, что своих интересов, не связанных с контрабандой, у рода Каспадиа крайне мало. Любой эффективный удар по Каспадиа — это удар по интересам картеля в том числе.

Я не понимаю только, почему они пришли сразу ко мне? Мехта они совсем не подозревают в этой диверсии?

— Почему вы уверены, что это была акция моего рода? — спросил я.

— Мы наблюдали, господин Раджат, — тонко улыбнулся китаец. — И я лично видел вас около перевалочной базы Каспадиа.

М-да, а вот это прокол. Я же с самого начала понимал, что кто-то из пришельцев может знать плетение невидимости, но вел себя при этом так, словно оно — мой личный эксклюзив.

Ладно, если только китайцы его применяют, сейчас это полбеды. А если в следующий раз это будут люди Лакшти?

— Я вас услышал, — кивнул я, — и благодарю господина Сей-Сун за мудрость и понимание. Я ни в коем случае не преследую цель навредить другим сторонам, кроме рода Каспадиа. Если я в следующий раз каким-то образом затрону их интересы, это будет случайность. И в этом случае я буду готов обсудить компенсацию причиненного вреда.

Китаец расплылся в понимающей улыбке.

Да, мне действительно проще оплатить им ущерб, чем ждать удара в спину еще и от них. В конце концов, деньги — это всего лишь деньги.

— Вы мудры так же, как и мой господин, — склонил голову китаец. — И я с радостью передам ему ваши слова. Благодарю вас за ваше время и понимание. Не смею вас больше отвлекать.

— Передайте господину Сей-Сун мои наилучшие пожелания, — кивнув на прощание, добавил я.

— Непременно, — мимолетно улыбнулся китаец и выскользнул из моего кабинета.

Все это хорошо, но у меня появилась еще одна головная боль. Надо браться за разработку мер против невидимок. Магическая защита их не пропустит, но это касается только моего нынешнего участка. А с остальными, которые мы рано или поздно выкупим, надо будет поработать.

И это будет непросто.

Полноценную систему обнаружения невидимок, как это делали в моем родном мире, я просто не потяну, рангом еще не вышел. Да и не знаю я ее досконально. А полумеры… Да уж, придется поломать голову.

*****

На следующий день в Академии я первым делом направился к ректору. Ходить я уже мог довольно свободно, но снова рвать мышцы магическим ускорением смысла не видел. Проживут студенты декаду без спаррингов со мной.

— Господин Раджат, — с улыбкой кивнула мне Ребира Мехта и жестом указала на кресло.

— Госпожа Мехта, — приветственно кивнул я и уселся в кресло.

— Красивая акция, поздравляю, — произнесла она.

Я неопределенно покачал головой и молча улыбнулся. Я не был уверен, что на ее кабинете есть защита от прослушки, а без нее давать даже косвенные подтверждения не хотел. Понятно же, что она имеет в виду разгром базы Каспадиа.

— Госпожа ректор, — начал я через несколько секунд, — у меня к вам просьба. Не могли бы вы перенести мои тренировки с этой декады на следующую?

— Что-то случилось? — слегка нахмурилась женщина.

— Ничего особенного, — нейтрально улыбнулся я. — Перестарался с ускорением.

Ребира Мехта удовлетворенно хмыкнула. Подтверждение моего участия в операции против Каспадиа она получила. Но даже если пересказать этот разговор со всеми нюансами, посторонний ничего не поймет. Этого я и добивался.

— Не вижу в этом проблемы, — пожала плечами ректор. — Сейчас изменю расписание и скину вам и старшекурсникам. Следующую декаду работаем каждый день?

— Да, придется, — согласился я.

— Договорились. Еще что-то?

— Если у вас есть время, — кивнул я.

— Слушаю вас внимательно.

— Скажите, госпожа Мехта, вы проводили расследование по случаю с метаморфом? — спросил я. — Не поймите меня превратно, я ни в коем случае не лезу в дела вашей Академии. Но если вы можете сказать мне что-то, что укажет на личность заказчика, я был бы рад это услышать.

Ректор несколько секунд пристально смотрела мне в глаза.

— Вас смутило то, что преображение произошло на территории Академии? — уточнила она.

Если это проверка, то какая-то примитивная. Я вообще не знал подробностей, в том числе и таких.

Впрочем, сам по себе момент интересный. Дети рода Каспадиа здесь, конечно, учатся. Но я сильно сомневаюсь, что им доверили бы родовую реликвию, они и близко не наследники рода. В отличие от Нерея Лакшти, например.

Хотя это все вилами по воде, конечно.

— Меня смутил глава рода Каспадиа, — ответил я, — который прямым текстом сказал, что не имеет к этому метаморфу никакого отношения.

— Вот оно как, — откинулась на спинку кресла Ребира Мехта. — А мне он этого не говорил.

Я молча пожал плечами. Я-то тут причем? Каспадиа и мне это ляпнул, скорее всего, потому что его достали скрытыми обвинениями еще до нашего разговора. Мое просто последней каплей стало.

— И вы ему верите? — спросила ректор.

Я неопределенно покачал головой. Без разницы, верю я ему или нет, вслух усомниться в слове другого аристократа в подобном разговоре — это ничуть не меньшее оскорбление, чем высказать это ему в лицо.

— Да, я тоже склоняюсь к другой кандидатуре заказчика, — сказала ректор. — Как вы догадываетесь, прямых доказательств у меня нет, но…

— Кто?

Глава 19

*****

— Манджунату, — ровно ответила Ребира Мехта.

— Это посредники, — отмахнулся я. — А настоящий заказчик?

— Думаю, вы и сами это знаете, — хмыкнула ректор. — В Академии не так много людей, кто способен заставить ушлых посредников переступить через свои принципы и взять заказ на смерть.

Я могу знать или думать, что знаю, что угодно. Но мои догадки — это мои догадки. Подтвердить их, причем неявными жестами, скорее всего, или самой назвать имя вслух — это совершенно разная степень ответственности.

Я продолжал молча смотреть ей в глаза.

Потом буду думать, откуда у мелкого рода мог взяться артефакт, который на всем континенте известен в одном-единственном экземпляре. Сейчас мне нужно ее дожать. Не нравятся мне подтексты, которые идут от Мехта в последнее время.

— Лакшти, — наконец, сказала Ребира Мехта. — Но повторюсь, железной уверенности у меня нет.

— Я вас услышал, — кивнул я. — Благодарю.

Ректор слегка прищурилась.

— Вы мне не верите? — с холодком в голосе поинтересовалась она.

— Почему вы так решили? — удивился я. — Верю, конечно.

Видимо, слишком спокойно я отреагировал на имя Лакшти. Либо это опять какой-то странный заход от клана Мехта, который мне не понравится.

— Но действовать исходя из моих слов вы больше не будете, — хмыкнула ректор.

— Так, стоп, — практически перебил я ее. — Давайте сразу кое-что проясним.

Ребира Мехта напряглась.

Я сходу понял, куда она клонит, и мое терпение на этом закончилось. Таких намеков мне не надо. Только потому, что она завела эту тему наедине, я сейчас еще продолжаю этот разговор. Подобные вещи надо обрубать сразу и жестко.

Однако защиты от прослушки здесь, скорее всего, нет.

Я сделал пару быстрых жестов, и нас накрыл серый купол радиусом в пару метров. Как раз хватило, чтобы стол и два наших кресла оказались внутри.

— Звукоизоляция, — коротко пояснил я в ответ на ее вопросительный взгляд и продолжил: — Так вот, давайте я сразу кое-что поясню. Я уничтожил базу Каспадиа не потому, что вы мне что-то сказали. Приказ подготовить диверсию против Каспадиа я отдал своим ближникам еще до случая с метаморфом. Если помните, Каспадиа мне на приеме задолжал. И я просто вернул ему этот должок.

— Тем не менее, ваша цель могла быть другой, — неопределенно качнула головой ректор.

— Не могла, — отрезал я. — О цели операции я узнал уже по пути на базу. Цель выбирали мои люди и со мной они не советовались. Я не отказываюсь от ответственности за них и их решения, я просто поясняю, почему ваши слова никак не повлияли на мои действия. Поясняю в первый и последний раз. Я никогда не действовал с подачи клана Мехта и не собираюсь этого делать впредь. Не нужно пытаться намекать на то, чего нет.

Ребира Мехта пару секунд пристально смотрела мне в глаза, после чего склонила голову и произнесла:

— Я приношу свои извинения. Мои формулировки были некорректны.

Я кивком принял ее извинения.

— Благодарю, мне это важно, — сказал я. — Особенно важно в свете просьбы, с которой я к вам обращаюсь.

Ректор глянула на меня с интересом.

— Я прошу предоставить мне для изучения ваш клановый договор, — продолжил я. — Мне не нужны имена и реквизиты, разумеется, но мне нужен полный договор, со всеми закрытыми приложениями и допсоглашениями. И, конечно, я готов дать любые клятвы неразглашения, а также слово, что вашего кланового договора не увидит никто, кроме меня.

По мере того, как я говорил, выражение ошеломления на лице женщины становилось все более явным. В какой-то момент мне даже показалось, что она готова испепелить меня на месте за подобную наглость.

Она уже даже открыла рот, чтобы что-то мне высказать, но не успела.

— В счет долга клана, — добавил я.

Ребира Мехта клацнула зубами, и ее взгляд стал более осмысленным. Помолчав пару секунд, она уже спокойно спросила:

— Хотите вступить в наш клан?

— Нет, — ответил я. — Хочу создать свой клан.

Ректор приподняла брови, но комментировать это не стала.

— Вы наверняка понимаете, что я не могу решать вопросы такого уровня сама, — сказала она.

— Конечно, — кивнул я. — С этой просьбой я собирался на днях прийти к главе вашего клана. Однако раз уж мы с вами так удачно скрылись от чужих глаз…

Я с намеком указал на изолирующий купол и не стал заканчивать фразу. Пусть думает, что хочет, опровергать не буду.

— Не хотите лишний раз светить наши связи, — понимающе хмыкнула ректор.

Я сжал зубы. Нет, моя отповедь до нее не дошла, похоже. Все равно она пытается исподволь привязать меня к своему клану, пусть даже только словами. И когда Мехта успели настолько изменить свое отношение ко мне? Или я раньше этого просто не замечал?

Ладно, я учту. Придется еще увеличить дистанцию с Мехта, а то с такими друзьями никаких врагов не надо.

— Хорошо, я передам вашу просьбу главе клана, — добавила она.

— Благодарю, — ответил я и развеял изолирующий купол.

*****

Ребира Мехта проводила взглядом наследника рода Раджат и криво усмехнулась своим мыслям. Неудачно получилось. Глава клана со своей манией поскорее заполучить древние знания накрутил ее, и она позволила себе лишнего.

А мальчик еще и более чувствительным к намекам стал за это время. Пообтерся, видимо, в среде аристократов и стал чутко ловить все полутона.

Если бы не ее ошибка и последующие извинения, на его просьбе о получении кланового договора можно было сыграть. И куда лучше, чем на имени Лакшти. Тем более, что для Ребиры выполнить его просьбу будет действительно сложно.

Она заранее представляла, как отреагирует глава клана. Да он взовьется до потолка от возмущения и еще долго потом будет ядом плеваться. И не дай забытые боги Шахару попасться ему на глаза. Главное, чтобы глава клана на эмоциях не выкинул ничего.

С другой стороны, долг клана есть долг клана. И не выполнить просьбу парнишки глава клана не сможет. Просьба серьезная, но и долг великого клана — не ерунда.

Странно только, что Шахар решил действовать заранее. Ребира поняла бы эту просьбу, будь у него уже на руках право на основание клана. А пока даже никаких слухов на эту тему нет.

Впрочем, это не показатель, надо разведку озадачить. Потому что если Раджат действительно станет кланом, это очень многое изменит. Сейчас, когда они свободный род, единственный реальный вариант заключить союз — это отдать замуж за него клановую девочку.

А с кланом все станет одновременно и проще, и сложнее.

Союзы между кланами — рядовое явление, на них практически не накладывается законодательных ограничений.

Однако и положение у клана по определению прочнее, чем у свободного рода. И значит, прикрытие Мехта наследнику Раджат будет попросту не нужно. Это сейчас он балансирует между многими полюсами силы и может сорваться в любой момент, после чего вынужден будет хвататься за все свои связи, начиная с Мехта.

А когда станет кланом, ему на многое можно будет наплевать. И на неравный клановый союз при таком раскладе он не пойдет.

Впрочем, голова обо всем этом будет болеть не у нее. На это глава клана есть, вот пусть он и думает. После того, как перебесится, конечно.

*****

Дома меня ждал Фарнавис Рамеш. Магическая защита была, наконец, практически готова, и аристократ из клана Рамеш прибыл на итоговую доводку и сдачу объекта.

Его люди провели все подготовительные работы, и даже большую часть магических плетений ставили рядовые члены клана, а вот финальную часть он взял на себя. Я с интересом следил за замыканием контура защиты.

Рамеш прошелся по периметру территории особняка, везде смыкая в только ему понятном порядке блоки защиты. Причем у меня сложилось впечатление, что это просто ритуал. Физического смысла именно в таком порядке замыкания я не увидел. Как вариант, это просто обманка для слишком любопытных.

Закончив с магической частью, Рамеш обернулся ко мне и торжественно произнес:

— Господин Раджат, я клянусь своей магической силой и жизнью, что никому и ни при каких обстоятельствах не раскрою никакую часть схемы установленной мной защиты, а также ни коим образом не воспользуюсь этим знанием сам. От сих и далее управление магической защитой этого особняка подвластно только вашему роду.

— Благодарю, господин Рамеш, — склонил голову я.

— Однако я должен также вас предупредить, — лукаво улыбнулся он. — Мой клан дает гарантию на штатную работу нашей защиты в течение пятидесяти лет при соблюдении двух условий. Первое: ни один накопитель не должен разряжаться в ноль. Это нужно отслеживать очень внимательно и вовремя их подзаряжать. И второе: отсутствие постороннего вмешательства в схему.

Интересно, на кой черт местным лезть в схему, которую они не понимают? Или это предупреждение только для меня?

— Вы предупреждаете меня, потому что я чужак? — усмехнулся я.

— Я всех предупреждаю, — отразил мою усмешку Рамеш. — Бывают, знаете ли, энтузиасты, которые пытаются установить что-то еще поверх нашей защиты. А потом у нее отказывают отдельные функции. Поэтому я предупреждаю всех: любые эксперименты — это риск заказчика. И мы заранее слагаем с себя любую ответственность за это.

— Я вас понял, учту, — кивнул я.

— Что ж, тогда позвольте откланяться. Было очень приятно с вами работать, господин Раджат, — кивнул он на прощание.

Еще бы. Обещанный бонус за скорость вместе с окончательным расчетом я перевел им еще вчера. Сразу, как получил сообщение, что замыкание защиты назначено на сегодня, и на него прибудет аристократ Рамеш.

Любому приятно получить больше денег за стандартную работу. Скорость-то обеспечивал не сам Рамеш. Точнее, не своими руками он это делал, его непосредственное участие в любом случае предполагалось только на финальном этапе.

Мне, в общем-то, без разницы, кто и что конкретно делал. Главное, что свои обязательства клан Рамеш выполнил и в оговоренные сроки уложился с запасом.

— Взаимно, господин Рамеш, — кивнул я.

Проводив гостя, я вернулся к стене и вгляделся в свежеустановленную защиту. Клятва Фарнависа Рамеш навела меня на одну интересную мысль.

Я еще в своем мире привык к тому, что ни один алгоритм не терпит общих слов или двояких толкований. Любая формулировка должна быть однозначной, и все остальные варианты должны быть надежно отсечены еще на стадии алгоритма.

Рамеш сказал: «не воспользуюсь этим знанием сам». И это значит, что такая возможность у него была. Именно ее я и хотел найти.

В общем случае магическая защита замыкается на кровь рода. Собственно, первым делом под присмотром Рамеш я сделал именно это, и только потом он пошел соединять воедино все блоки. Строго говоря, он их присоединял к тому первому блоку, который уже был завязан на мою кровь.

Защита пропустит всех слуг рода по умолчанию, их пропуск — это клятва. Магическая клятва служения, что бы они там ни думали, дается не лично кому-то из рода, магия привязывает их именно к крови рода. Дяде, например, слуги рода вынуждены будут подчиняться точно так же, как и мне.

И каким боком тут совершенно посторонний мне Рамеш, я не понял.

У меня ушло почти полчаса, чтобы разобраться в подробностях идентификационной части защиты. Как ни странно, ничего нового для себя я там не увидел. И только прокручивая уже в который раз все подходящие под алгоритм условия, я сообразил. Клятва же!

Любая магическая клятва привязывается, по сути, к крови рода. Не только клятва служения. Клятва неразглашения тоже магическая, и работает ровно так же. Рамеш только что дал мне клятву, и тем самым он получил бы допуск внутрь, если бы сам себя не ограничил.

Забавная дыра в защите.

Интересно, Рамеш знал о ней или формулировка клятвы у них стандартная, призванная успокоить паранойю заказчика?

Ладно, черт с ним, с Рамеш. Мне срочно нужен список людей, которые когда-либо давали мне или представителям моего рода какие-либо клятвы. И если со мной проблем не будет, я на память не жалуюсь, то как вычислить всех, кто клялся предыдущему главе рода или его сыновьям?

Не завидую я Марне, изрядная головная боль свалится на родовую службу безопасности.

Ну и про эксперименты Рамеш был прав. У меня уже руки чешутся кое-что поправить. Я, конечно, не спец в стационарных защитах, но я хоть читать эти плетения умею, в отличие от местных.

И, пожалуй, не буду отказывать себе в этом желании. Должны же и у меня быть новые игрушки?

Глава 20

*****

Следующая декада прошла на удивление спокойно.

Ни Каспадиа, ни Лакшти ничем о себе не напоминали, никаких даже мелких стычек с юными аристократами в Академии не было. Пара приемов, приглашения на которые я получил довольно давно, тоже ничем не запомнились. Разве что я на них Андану брал с собой. Мне пора уже отвыкать ходить по приемам в одиночестве, а ей наоборот — привыкать к обществу аристократов. Дома тоже все шло на редкость гладко.

Прям затишье перед бурей какое-то.

Я возился попеременно то с магической защитой территории особняка, то с методичкой для императора, в кои-то веки стабильно много времени уделял тренировкам и в спокойном режиме решал текущие задачи внутри рода.

Силовые подразделения укрупнялись и переформировывались с учетом новых людей, недавно принятых в род. Бизнес-крыло рода тоже окрепло и постепенно набирало обороты. Финансовые отчеты радовали глаз.

Андана выкупила еще пару соседних с нами участков. И соседний квадрат, который нам предлагал ушлый молодой род Алимеш, мы тоже выкупили. Причем за полуторную цену, а не двойную, как они хотели сначала. Невеста у меня торговаться умеет, не в первый раз это замечаю.

Марна и Карим уже с азартом обсуждали генплан нашего будущего кланового квартала и периодически приходили ко мне с очередным вариантом. Я в этом ничего не понимал, поэтому регулярно посылал их к Астарабади.

Дадабхаи неожиданно подкинул мне работы. Из моего секретаря он уже поднялся до должности церемониймейстера рода, но приемы я устраивал, мягко говоря, нечасто, так что и работы у него пока толком не было. Сейчас он натаскивал мою новую секретаршу, но в какой-то момент пришел ко мне с предложением.

По сути, роду нужен был полноценный секретариат. Один человек — или двое, как в данном случае — уже не вытягивал весь объём работы с внутренней документацией. Да и не дело это личного секретаря, если уж на то пошло.

— Что ж, ты это предложил — тебе и организовывать секретариат, — обрадовал я его.

— Но, господин… — попытался было возразить Дадабхаи.

— Пока будешь совмещать две должности, — продолжил я. — Найдешь или воспитаешь себе преемника — оставишь за собой одну. Причем любую, тебе решать, какую именно. Лично я предпочел бы видеть тебя во главе секретариата рода, это более важная должность. Но людей у нас пока мало, так что выбирай преемников из того, что есть. А лучше готовь себе смену на оба направления.

Дадабхаи устремил на меня вопросительный взгляд.

— У нас впереди клан, — намекнул я. — И там тоже будет много направлений и служб, которые еще только предстоит создать.

— Я понял, господин, благодарю за доверие, — он низко поклонился из положения сидя.

*****

Мехта прислали мне клановый договор под конец декады. Без предупреждения, без каких-либо переговоров и уточнений. Просто в какой-то момент у моих ворот появился курьер клана Мехта и сообщил, что он имеет посылку, которую должен передать лично в руки наследнику рода Раджат.

Клятву с меня не потребовали, — видимо, Ребире Мехта хватило моего слова, — но на всех томах договора стояли плетения самоуничтожения. Ключ к плетению курьер передал мне вместе с коробкой.

Коробка была внушительная, кстати. В моем мире в такие по пять-шесть пачек бумаги для принтера помещалось. Нехилый у них клановый договор, однако.

На одного только его беглое прочтение у меня ушло три дня. Я, конечно, еще и в Академию ходил и пару часов в день уделял тренировкам, но тем не менее.

И только почитав клановый договор Мехта, я понял, насколько был прав, когда решил потребовать себе образец до создания своего клана. Очень много там подвохов. Даже не вникая в тонкости законодательства этого мира, я видел в договоре многое из того, что изменить не получится. Другие роды клана на это попросту не пойдут. Это достать действующий клановый договор сложно, а основы наверняка многим известны.

Я закрыл последний толстенный талмуд и нажал кнопку вызова секретаря.

— Прикажи подать кофе на террасу, — попросил я женщину, когда она заглянула в кабинет.

— Да господин, — поклонилась она и исчезла за дверью.

Привычно замкнув плетение самоуничтожения на чужом клановом договоре, я вышел из кабинета и переместился на свежий воздух. А там и кофе подоспел.

Очень о многом заставил меня задуматься клановый договор.

Первым и основным сейчас был состав и структура клана. Роды-основатели, которые и образовывали клан, имели очень много привилегий. Настолько много, что я теперь вообще не понимал, с кем мне можно клан основать.

Это называться клан будет по имени главного рода, но по факту таких родов может быть несколько. Все роды-основатели, собственно.

Не поэтому ли Мохини подбивал меня на создание клана, а не взялся за это сам? С императором общаться не надо, выбивать право на создание клана не надо, нести бремя главного рода, который отвечает за все остальные роды клана, тоже не надо, — но его права как рода-основателя при этом будут фактически равны правам главного рода.

Это сейчас, пока я жив и у руля, критичных проблем не будет. Но стоит главному роду ослабнуть, другой род-основатель может чуть ли не полностью власть в клане перехватить. А если в моем роду одни малолетние дети останутся?

Я уже понял, что много родов-основателей в моем клане не будет. Преимущества такого подхода не перевешивают минусы в моих глазах. Однако второй род для основания клана мне нужен все равно.

И в идеале этот род должен быть обязан мне жизнью. Не глава рода и не наследник — род как таковой. Только в этом случае мой род навсегда останется в клане главным и формально, и фактически.

Где мне взять род, стоящий на грани уничтожения? Причем не просто стоящий, мне его нужно спасти в последний момент. По сути, дождаться уничтожения рода и вытащить одного-единственного наследника вместе с родовым камнем.

Мало того, что это само по себе отдает подлостью, так еще и нехилые проблемы в дальнейшем сулит. Враги, которые благополучно уничтожали этот гипотетический несчастный род и уже почти уничтожили, явно не станут смотреть на мои выкрутасы спокойно.

Впрочем, можно сделать проще — вывести кого-то из своих ближников в отдельный род, и вместе с ним основать клан.

Могу я как глава клана дать герб новому роду до фактической даты начала функционирования клана? Люфт по времени между получением права на основание клана и регистрацией «Основных положений кланового договора» в имперской канцелярии может быть существенным. Но это не значит, что все это время я буду оставаться в статусе свободного рода.

Точно знаю, что налоги я буду платить как клан сразу после получения бумаги, дающей право на основание клана. Значит, и привилегии клана вполне могут начать действовать сразу.

Надо Астарабади озадачить, наверняка среди людей Аукциона есть грамотные юристы.

*****

Декада отсрочки вышла, и я вновь направлялся на полигон Академии на факультативные спарринги со старшекурсниками.

Надо признать, время я взял со слишком большим запасом. Я полностью восстановился дня за три, но не переигрывать же все еще раз? А теперь мне предстоит декада спаррингов каждый день.

На полпути навстречу мне вышел Нерей Лакшти. Давно его не видно было. Его, конечно, заперли в Академии на месяц, но я на занятия сюда тоже хожу, так что могли и раньше пересечься.

— Раджат-джи, — небрежно кивнул он мне.

— Лакшти-джи, — ответил тем же я. — Как ваше самочувствие?

Понятно, что он ко мне не просто так подошел, но я решил быть вежливым до конца. Ну или пока он мне повода не даст перейти на другой тон. Зачинщиком в глазах аристократов я быть не хочу, хватит и того, что я его чуть не покалечил.

— Нормально, — отмахнулся Лакшти. — Если захочешь повторить, я готов.

Что-то он на удивление мирно настроен. Даже провоцирует как-то лениво, что ли.

Я окинул его магическим взглядом. Уровень контроля так не определить, конечно, но явные разрывы или перекосы энергетических каналов обычно видно. И ничего подобного у Лакшти не было. Вероятно, и правда оправился.

— Как-нибудь, обязательно, — нейтрально улыбнулся я.

— Думаешь, раз получишь клан, то отделаешься от меня? — хмыкнул Лакшти. — Не надейся. Я тебя и в статусе клана достану.

Уже слухи пошли или у Лакшти разведка настолько хороша? А, стоп, туплю. Его отец же возглавляет имперскую канцелярию. Уж если кто и может знать о моем будущем клане, так это глава рода Лакшти.

— Чего ты на меня так взъелся? — мирно спросил я. — Только из-за отказа войти в ваш союз?

Лакшти пристально посмотрел мне в глаза.

— А этого мало? — приподнял бровь он.

— Может, и не мало, — пожал плечами я. — Но теперь-то ты чего добиваешься? К вам я не вступил и уже не вступлю. Ты меня теперь только убить можешь. Но что-то мне подсказывает, что мы еще огребем проблем из-за смерти части полноцветных магов. Не зря же нас сюда в таком количестве выдернули.

Лакшти сузил глаза и какое-то время словно к чему-то прислушивался.

— Неужели чуешь, что я прав? — не удержался я.

Зря, кстати. Ему ли не понимать, что совершенно не обязательно лгать, чтобы создать у собеседника кардинально ошибочное представление о предмете разговора. Достаточно выхватить лишь одну грань из всего широкого спектра подтекстов.

Я сейчас не врал. Я никогда не вру, незачем это.

Однако я практически уверен, что у нас нет ограничения по времени, и «спасать мир» вопреки всему остальному совершенно не обязательно. У нас есть, как минимум, все время нашей жизни. И это логично, потому что проблемы с магией здесь начались явно не вчера. Лишний десяток лет ничего не решит.

К тому же, совершенно не факт, что мир от нас хочет только решения проблемы с магией. Вполне возможно, есть и другие задачи для чужаков. Иначе нас не было бы столько, для «спасения мира» хватило бы и одного полноцветного мага.

Я понимаю Шанкару, которая рванула в Свободные земли и взялась за выяснение подноготной проблемы магии сразу. Дело не в том, что ее родовой камень гонит. Просто девчонкам что в этом мире, что в том, живется не очень, они в любом случае зависимы от мужчин. В той или иной мере. Сашу и в прошлом мире это бесило, я помню.

Здесь же она просто увидела возможность взяться за дело, в котором ей никто не указ. Даже глава рода не посмеет встать между козырем рода и тем, что этот козырь ощущает своим предназначением. В Свободных землях она свободна. Насколько это вообще возможно для человека, имеющего род и воспитание аристо.

И даже ее выбор мужа я понимаю. Да, Архонт — маг восьмого ранга. Но он простолюдин, а она — козырь древнего рода. И никакие традиции не позволят ему при таком раскладе навязывать жене свою волю. Это он придет в ее род, в конце концов.

— В чем-то прав, — неохотно признал Лакшти. — Но за выжженные магические каналы ты мне еще заплатишь.

— А ты мне за метаморфа? — парировал я.

Лакшти на мгновение вильнул взглядом. Права была ректор, это его рук дело.

— Предлагаешь мир? — высокомерно фыркнул он, когда понял, что выдал себя.

— А он тебе нужен?

Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза.

— Я не приму тебя равным, и не надейся, — произнес, наконец, Лакшти. — Не помню я твоего рода в своем прошлом мире. И значит, ты мне не ровня. Из выживших беглецов наверняка, как и Бхаскара.

— И что это меняет? — хмыкнул я. — Я на твое положение и сейчас не претендую. Мне вся эта политика на хрен не сдалась. Сам не понимаешь, зачем мне клан?

— Устраняешься, — сделал вывод Лакшти.

— Да, — подтвердил я. — Ты же вечный, должен не хуже меня чувствовать: Мир нас так просто не отпустит. Не выполним свою задачу — паршиво будет всем. Но нам с тобой больше всех. Потому что только у нас родовой камень в крови растворен. Сожжет к чертям. Изнутри.

Пока я говорил, Лакшти все сжимал и сжимал зубы, пока желваки на скулах не заиграли. Возможно, он не думал на эту тему прежде, но сейчас отвернуться от моих слов уже не мог. Он знал, что я прав.

— Надо будет — будем сотрудничать, — бросил Лакшти. — А в остальном — не попадайся мне на глаза.

Я лишь насмешливо приподнял бровь. Это действительно забавно прозвучало, учитывая, что сейчас он сам ко мне подошел. Я этой встречи не искал.

— Нет, я тебя все-таки когда-нибудь прикончу, — зло фыркнул Лакшти. — Бесишь!

Я только хмыкнул и проводил взглядом его удаляющуюся спину.

А потом задумался. Нет, он что, серьезно? Не будет больше этой вражды, покушений и подстав? Не верю. Может, я параноик, но не верю. Не тот человек Нерей Лакшти, чтобы так просто оставить меня в покое.

Ну и что это было тогда?

Глава 21

*****

Уже в зоне видимости полигона с боковой аллеи ко мне вышла Джина Бхаскара. Девушка приветственно кивнула и пристроилась рядом, мне даже шаг сбавлять не пришлось. Тактичная девочка, не стала останавливать меня для разговора.

— Бхаскара-джи, — кивнул я.

— Договаривались же по именам? — слегка нахмурилась она.

Не помню, честно говоря. Последняя наша встреча вообще без обращений обошлась, а при первом знакомстве меня слегка иные вещи занимали.

— Извини, привычка, — улыбнулся я. — Рад тебя видеть, Джина.

Девушка на улыбку не ответила. Она внимательно и как-то отстраненно всматривалась в меня и хмурилась все больше.

— Что-то в тебе изменилось, Шахар, — сказала она, наконец.

— Что именно? — удивился я.

Это на каком уровне она перемены отслеживает, интересно? Как маг я не вырос и никаких иных прорывов не совершил. Про физические данные и говорить нечего. Разве что выглядеть я стал еще на пару лет постарше, хотя и не факт.

Единственное, в чем я на ощущениях продвинулся — это в части «починки» мира. Сейчас закончу с подготовкой тыла в виде клана и вплотную займусь аномалиями.

— Не знаю, — мотнула головой Джина. — Надо поговорить. И не на бегу.

Мы уже почти дошли до полигона, так что времени сейчас и правда не было. Но ее тон мне все равно не понравился, не люблю, когда посторонние люди пытаются мне указывать.

Я насмешливо приподнял бровь.

— Извини, — спохватилась Джина и склонила голову. — Я прошу уделить мне полчаса твоего времени, когда тебе это будет удобно.

— Конечно, — легко кивнул я. — Позволишь пригласить тебя в гости?

— Не имею ничего против, — улыбнулась Джина, — но ты вряд ли захочешь говорить в присутствии моего родича.

А, точно. В этом мире незамужние женщины в одиночку по гостям не ходят. По делам — допустимо, а в гости — нет.

— Давай лучше завтра после твоей тренировки здесь, в парке прогуляемся? — предложила она.

— Хорошо.

*****

Около тренировочной площадки мне сразу бросился в глаза незнакомый взрослый маг. Лично не знакомый, конечно, так-то не узнать представителя рода Дхармоттара было сложно.

Очень серьезный род. Вечный, во главе которого стоит маг девятого ранга.

Незнакомцу не было и тридцати лет на вид, но от него почти физически веяло опасностью. Хотя, казалось бы, маг шестого ранга — не такая уж крупная величина. Однако студенты этого ранга выглядели пушистыми котятами на его фоне. Боевой маг, опытный, собранный, в любой момент готовый ко всему. Скорее всего, он все еще находится на действующей службе в армии, причем не в тылу.

Я удивлялся, почему против меня до сих пор не выставили взрослого противника? Ну вот, выставили, похоже.

Студенты расступились, когда Дхармоттара шагнул мне навстречу.

— Господин Раджат, — приветственно кивнул он. — Меня зовут Миташ Дхармоттара.

— Господин Дхармоттара, — склонил голову я. — Рад знакомству.

— Мои младшие родичи рассказывали о вас, — продолжил Дхармоттара, — и я не смог сдержать своего любопытства. Окажете мне честь выйти против меня на спарринг?

Я бросил взгляд на тренера, который стоял в шаге от нас и с интересом прислушивался к нашему разговору.

— Да, это я его пригласил, — кивнул он на мой невысказанный вопрос.

— Зачем?

— Не самому же мне с тобой биться, — хмыкнул Тухипа.

— Почему нет? — поинтересовался я.

— Любой исход можно обернуть против кого-то, — неопределенно покачал головой тренер.

Этого пассажа я не понял. Кого он сейчас имел виду? Меня, Академию, Мехта? Ну да ладно, мне все равно, с каким конкретно боевым магом биться.

Вопрос в том, нужен ли мне подобный бой вообще.

Я перевел взгляд на Дхармоттара. Тот спокойно смотрел мне в глаза и ждал моего решения.

Боевой маг — это не студенты, с ним мне придется намного сложнее. И риск засветить свои пока еще тайные козыри повышается многократно.

С другой стороны, мне и самому любопытно. У меня не было до сих пор подобных противников.

Я бился с двумя магами седьмого ранга, но и их я не назову полноценными противниками. Наследник Дамаяти тупо простоял весь бой на месте, закуклившись в свою сферическую защиту и, видимо, считая ее непробиваемой для нас. А Гриди вообще «дутым» седьмым рангом оказался, у него ни одного плетения на свой ранг не было в арсенале.

Поэтому я понятия не имею, как пойдет наш бой с Дхармоттара. И вытяну ли я его вообще. А такие вещи надо знать, и лучше их выяснять не в смертельном бою.

Да, я раскроюсь еще чуть-чуть. Но и опыт я получу бесценный.

— Конечно, господин Дхармоттара, — кивнул я и жестом указал на площадку. — Если вы готовы, то прошу.

— Всегда готов, — хмыкнул Дхармоттара.

Ну да, о чем я. Он же боевой маг. Сейчас, пока он в тонусе на службе, он в любой момент мгновенно выдаст верную реакцию и хороший уровень боя.

*****

Миташ Дхармоттара вышел на тренировочную площадку и развернулся к сопернику. Мальчишке было лет двадцать на вид, а по факту он еще младше. Глава рода, конечно, просветил Миташа, что внутри там сидит взрослый чужак, но это все было теорией. До настоящего момента.

Сейчас, глядя как этот якобы мальчишка двигается, Миташ понимал, что внешность — иллюзия. Он словно на своего коллегу смотрел. Причем на куда более опытного коллегу, чем он сам.

А четвертый магический ранг перестал смущать Миташа, стоило ему увидеть вспыхнувший полноцветный щит, который отразил его серпы шестого ранга.

Это будет очень интересно, мысленно оскалился Миташ.

Боевой маг рванул в сторону, стоило только полыхнуть первому щиту противника. И сразу же, на ходу он начал закидывать чужой щит все новыми и новыми атаками. Простенькими, но это неважно. Главное — засветить щит.

Да только мальчишка поступил точно так же. Он побежал в другую сторону. И тоже послал в сторону Миташа пару каких-то простеньких атак.

Простеньких, хех… Миташ едва удержал щит, когда в него врезалась первая полноцветная атака. И это четвертый ранг?!

Миташ сбросил последние остатки расслабленности. Не мальчишка, и не слабак. Равный боевой маг. И только так. Слить бой чужаку только из-за подспудного высокомерия будет совсем уж непростительным позором.

Миташ затормозил и развернулся к противнику. Парень в этот момент сделал ровно то же самое. Они оба сместились практически на девяносто градусов от своего начального положения, и расстояние между ними осталось прежним.

*****

Зеркало. У меня не было других определений.

Обменявшись первыми ударами и проверив на прочность чужие щиты, мы с Дхармоттара снова оказались практически в начальной позиции и на секунду замерли.

Мы действовали одинаково. Атаковали, ставили щиты, бегали — мы все делали чуть ли не идентично. Давно я не встречал равных по подготовке соперников. И все мои снисходительные мысли о том, что, в принципе, нормально тут учат боевых магов, мгновенно выветрились из головы.

Он действительно мне равный. Без всяких скидок и допущений. И мой четвертый полноцветный ранг действительно равен местному шестому.

Ну и что мне с тобой делать? Как победить фактически себя?

Времени на размышления Дхармоттара мне не дал. Он вновь сорвался в сторону, и в меня снова полетели серпы.

Щит, щит, щит.

Ладно, пойдем сразу с козырей. Не хочу я затягивать бой, он сейчас вспомнит, что у него есть еще и цилиндрические щиты, и я устану его из-за них выковыривать.

Два жеста — щит. Короткий рывок в сторону. Два жеста — щит. Снова в сторону. Повторить.

По умолчанию все щиты привязаны к магу. Двигается маг — двигается щит.

Я же сейчас ставил стационарные щиты. Они оставались там, где я их поставил, вне зависимости от моего местоположения. Я выстроил пятиметровую стену из щитов, и рванул обратно, спрятавшись за ними.

Когда Дхармоттара выпустил широкую волну серпов, чтобы подловить меня в движении, полыхнула вся стена моих щитов.

Я не видел, что делает противник, но и он меня не видел. Мы находились метрах в пятнадцати друг от друга, и полноценно контролировать зону в пять метров шириной с такого расстояния практически нереально. Хоть миг, но понадобится, чтобы поймать взглядом противника и послать атаку в его сторону.

Я добежал до края своей стены щитов и бросил за спину горсть силовых шариков. Они ударили в песок прямо у противоположного края стены. Там взметнулся фонтанчик песка, и Дхармоттара отреагировал на движение. Не мог не отреагировать, у него рефлексы так поставлены.

А я через крохотную долю секунды вылетел из-за другого края стены щитов. Уже напитав ноги магическими импульсами, конечно.

Перевести взгляд и довернуть руку на меня Дхармоттара успел. Но его атака ушла поверх моей головы, я был уже слишком близко, и я был готов. Я просто низко пригнулся на бегу.

Однако, надо отдать ему должное, щит мысленным усилием он поставить успел. Не тот, правда. Стандартный щит пригоден для отражения огнестрела и магических атак, а я летел все-таки не настолько быстро. И через его щит прошел свободно.

Я сбил его с ног, и мы покатились по песку.

В отличие от студентов, Дхармоттара не растерялся и взять себя в захват не позволил. Он тут же сбросил меня с себя и вскочил на ноги. Зря.

Я не стал тратить на это время, из положения лежа подбил его ноги, и он свалился снова. Я перекатился к нему и навалился сверху. Уже занес было кулак, тоже заранее напитанный магией, — а то мало ли, он доспех духа держать умеет, — но Дхармоттара крикнул:

— Сдаюсь!

Сдержать удар я уже не успевал, оставалось только перенаправить его не в лицо противнику, а в песок рядом с его головой.

— Тьфу, тьфу, спасибо, — отплевался от песка Дхармоттара.

Я встал и отступил на шаг. Он вскочил следом одним движением.

В его глазах плескалось просто море азарта и любопытства.

— Подтянешь меня в рукопашке, Раджат-джи? — с открытой улыбкой попросил Дхармоттара.

— Красавцы! — тренер подошел к нам, не дав мне ответить, и демонстративно вскинул руки в победном жесте.

Затем он обернулся к студентам, которые наблюдали за боем и сообщил:

— Вот это настоящий уровень боевых магов. То, к чему вы должны стремиться. То, что в идеале нужно уметь при выпуске, чтобы иметь право называть себя настоящим боевым магом, а не рядовым салагой. И если мне кто-то еще раз будет кивать на свой низкий магический ранг, я разозлюсь. И буду гонять этого неудачника до самого выпуска. Господин Раджат нам уже много раз демонстрировал, что ранг — не панацея. Да, его магия сильна. Но вы хоть заметили, что он ни разу за все время спаррингов не применил плетений, которые не свойственны четвертому рангу? Все щиты — плоские, все атаки — одиночные или групповые. Никаких площадных плетений, никаких цилиндрических щитов. И что же? А ему этого хватает. Потому что подготовка — это не только магия!..

— Пс! — раздалось сбоку.

Я посмотрел на Дхармоттара, и он глазами указал в сторону.

Мы отошли на несколько шагов.

— Это надолго, — негромко хмыкнул Дхармоттара. — Когда Тухипу несет, это надо просто переждать с серьезным лицом. Но мы-то не его студенты?

Я усмехнулся.

— Так что, потренируешься со мной? — вновь спросил Дхармоттара. — Я пока не знаю, что предложить тебе взамен, но, уж поверь, главу своего рода я растрясу на вкусные плюшки!

— Ничего не имею против, — улыбнулся я в ответ.

Такие связи, как Дхармоттара, лишними точно не бывают.

Да, я засвечу свои возможности. Скорее всего, вообще все, если тренировки будут хоть сколько-нибудь длительными.

Но, во-первых, это всего один род, который еще и хорошо ко мне относиться будет. А во-вторых, я и сам в полной мере изучу возможности местных магов. Этот спарринг показал, что они способны преподнести мне массу неприятных неожиданностей.

— Отлично! — радостно хлопнул меня по плечу Дхармоттара. — Жди приглашения в гости. И сразу бери с собой спортивную форму, мой отпуск не бесконечен, я время терять не намерен!

Глава 22

*****

Дома меня уже ждал юрист Аукциона. Точнее, уже мой юрист, он же принес магическую клятву моему роду вместе со всеми людьми Аукциона.

И, кстати, надо будет отобрать его у Астарабади, грамотный спец оказался. А то юридической службы у моего рода до сих пор нет. Есть пара человек, которые работают на меня в Лакхнау, но, во-первых, их мало, а во-вторых, они далеко, и дергать их в столицу нет смысла. Род растет, и полноценная юридическая служба все равно будет нужна.

Мы с юристом проговорили несколько часов. Показать ему клановый договор Мехта я не мог, но задал почти все вопросы, которые у меня возникли.

И он прояснил главное: сразу после получения права на основание клана у меня появляются все обязанности и привилегии клана. Так что да, я могу хоть на следующий день после получения клана выдать герб кому угодно.

Что ж, раз мой хитрый план реален, я даже знаю, кого я сделаю аристократом. Собственно, у меня и вариантов-то особо нет.

Это же не просто формальный статус. Новоявленный аристократ в глазах общества будет им равным. С него будет точно такой же спрос, как со всех остальных, и никакие отговорки вроде получения статуса аристократа вчера, не сработают. Получил статус — обязан соответствовать.

Если же новоявленный аристократ уронит свою репутацию, он и меня заденет тем самым. Это я в глазах общества стану тем, кто раздает гербы кому попало.

На примере Анданы я уже увидел, что такое не урожденный аристократ. Я просто не смогу за короткое время из взрослого простолюдина воспитать нормального аристократа. И значит, у меня есть только один вариант.

Асан.

Вот уж кто не ударит в грязь лицом, так это урожденная аристократка древнего рода. Китаянка еще и мне фору даст, спорю на что угодно.

Да, с восстановлением уничтоженного рода Муйи я могу получить очень много проблем. От китайцев в первую очередь.

Однако это будет не сразу, и не факт, что будет вообще.

Во-первых, у Асан нет родового камня. И восстановить его далеко не так просто, как формальное имя рода.

А во-вторых, Асан — старуха. У нее уже не может быть детей. Если мы не найдем артефакты принятия в род, которые позволят ей передать кому-либо свою родовую способность, род умрет вместе с ней.

При таком раскладе, пока Асан будет одна в своем новом роду, она никому не помешает. Да, китайцы, скорее всего, побурчат на официальном уровне. Может, даже опять ко мне посланника пришлют. Но этим дело и ограничится.

А для меня это и вовсе идеальный вариант.

Я сделаю все, чтобы род Муйи выжил. Если уж нам не повезло в свое время, и мой родовой камень не признал ее своей, буду биться за ее род. Слишком уж ценная у нее родовая способность. И если у меня все получится, ее наследники — тут даже не скажешь «потомки», они все приемыши будут, — однозначно окажутся обязаны моему роду самим своим существованием.

Если же Асан так и умрет в статусе последней из рода, то мой род окажется единственным живым родом-основателем клана.

Я нажал кнопку вызова секретаря и, когда она заглянула в кабинет, приказал:

— Позови ко мне Асан.

*****

Асан выслушала меня с каменным лицом и еще какое-то время молчала.

— Снова стать аристократкой, — горько усмехнулась она, — пусть и под самый закат жизни… Соблазнительно. Но, боюсь, ты просто не понимаешь, какие силы приведешь в движение этим своим демаршем.

— Поясни, — нахмурился я.

— Род Муйи уничтожен, — веско произнесла Асан. — И никто не позволит тебе его возродить. Даже индийский император на это не пойдет. Пусть Индия и Поднебесная сейчас сравнимы по силе и влиянию в регионе, повод к войне никто из них не даст.

— К войне? — изумился я.

Нет, я понимал, что возрождение уничтоженного рода — это проблемы, но такого масштаба не ожидал.

— Это фактически кража крови, — пожала плечами Асан. — Мой род сформировался в Поднебесной. Там он жил, там же и умер. Восстановить такой род в другой стране — это почти то же самое, что украсть национальное достояние.

Неожиданно.

То есть получается, и у меня с переездом в другую страну все могло быть далеко не так просто, как я себе представлял? Я ведь не узнавал подробности, чтобы императора не провоцировать. Просто обозначил ему этот вариант как потенциальную угрозу, и все. Странно, что это сработало, раз так.

С другой стороны, сложно и невозможно — это разные вещи. Ради последней из рода старухи никто портить отношения с соседями не будет, а молодого полноцветного мага наверняка захотели бы видеть у себя многие.

— А сменить фамилию невозможно, — вздохнул я.

Мой план по созданию клана разваливался на глазах.

— Да почему? — приподняла одну бровь Асан. — Можно взять другую фамилию. Не любую, есть определенные правила, но можно. Новая фамилия должна показывать связь с уничтоженным родом, и в то же время не давать права на преемственность.

Увидев мое непонимающее лицо, Асан фыркнула:

— Приставка или суффикс к фамилии нужен. И означать он должен что-то вроде «дальний родич».

— И ты готова на это пойти? — осторожно уточнил я.

Как ни крути, фамилия — это память о предках. И у нее ничего не осталось, кроме, собственно, фамилии и родовой способности.

— Готова, — спокойно кивнула Асан. — Мизерный шанс на сохранение крови рода, пусть даже этот род будет известен под другой фамилией и в другой стране, это лучше, чем ничего.

— Почему мизерный?

— Родовой камень, — напомнила Асан.

Да, она уже объясняла мне когда-то, что родовой камень можно заменить, но процесс сживания нового камня с кровью рода занимает пару столетий. Но я так понял, что это в среднем. Наверняка бывали исключения. Да и методы ускорения этого процесса наверняка есть.

— Можно ускорить процесс слияния камня с кровью рода? — спросил я.

— Проблема не в слиянии, — тонко улыбнулась Асан. — Где ты чистый родовой камень возьмешь?

— А где их обычно берут?

— Обычно, — хмыкнула старуха. — Нет никакого «обычно», Шахар. Ты знаешь, как образуется новый магический род?

— Понятия не имею.

В моем мире родовых камней не было вообще, как явления. И родовых способностей, которые здесь называют шакти в Индии или даосси в Китае, тоже не было.

Да, у древних родов и в моем мире были свои преимущества. Сила копилась в их крови веками и тысячелетиями, ребенок древнего рода в среднем был на пару рангов сильнее простолюдина уже в момент формирования магического источника. И развивались члены древних родов быстрее. Правда, тут могла не только кровь играть роль, но и родовые методики обучения.

А в остальном у нас аристократы ничем принципиально от магов-простолюдинов не отличались. Просто другое сословие со своими неписанными законами и традициями.

— Ты наверняка встречал молодые роды, — начала издали Асан, — и считаешь, что их много. Больше, чем старых и, уж тем более, древних.

Я молча кивнул.

— Это не так, — покачала головой Асан. — Если ты поднимешь статистику, то древних родов меньше всех, да. Но старых и молодых родов примерно поровну. Старые и древние роды, в большинстве своем, имеют родовые земли или какие-то свои регионы, в которых их влияние велико уже давно. И они стараются никого туда не пускать. А молодые, еще не привязанные к земле и крупным производствам, скапливаются в столице. И здесь они все на виду. Это не молодых родов в столице много, это древних и старых мало.

Логично, кстати. Многие аристократические роды сидят по своим «вотчинам», а их представителей можно встретить ну разве что в Академии или на крупных императорских приемах. Я знал это, просто, видимо, не отдавал себе отчета в масштабах.

— Молодых родов мало, потому что достать родовой камень — проблема? — спросил я.

— Да, — кивнула Асан. — Родовые камни добывают в Свободных землях. И никто не знает, где конкретно появится следующий и как именно они вообще зарождаются. Просто в какой-то момент кто-то находит очередной родовой камень. Бывает, он прямо под ногами валяется. А бывает, проходит несколько десятилетий без подобных находок.

— И за каждый камень разворачивается бойня, — понимающе хмыкнул я.

— Разумеется, — отразила мою ухмылку Асан. — Ты вспомни, сколько стран граничит со Свободными землями. Там не зря такой хаос творится. Эту территорию хотели бы взять под контроль все. Да только сил, превосходящих все остальные страны, вместе взятые, нет ни у кого. Вот и обходятся сильной границей и бесконечными рейдами вглубь территории Свободных земель.

Я, наконец, понял, зачем прежний глава моего рода отправлял на границу своих родичей. И почему послал туда родителей Амайи после смерти родителей настоящего Шахара.

Про традицию держать на границе отряд родовой гвардии я слышал и раньше. Просто думал, что аристо таким способом тренируют и обкатывают своих бойцов. Кому нужна необстрелянная гвардия?

А оказывается, там есть шанс еще и сорвать куш. Уверен, чистый родовой камень стоит космических денег.

— Допустим, мы нашли камень, — произнес я. — Что дальше? Ты сможешь с ним сжиться?

Асан выразительно приподняла брови, явно поражаясь моему оптимизму, но все же ответила:

— Смогу. Если успею, конечно. В естественном варианте процесс настройки родового камня на кровь рода занимает от сорока до семидесяти лет. Я уложусь в пятнадцать максимум. Возможно, и лет за десять справлюсь. Если проживу столько.

— Хорошо, — подвел итог я. — То есть основная проблема — это сам камень.

Асан молча кивнула.

— Тогда давай пока остановимся на том, — продолжил я, — что ты вновь станешь аристократкой. С новой фамилией. А я буду искать способ раздобыть тебе чистый родовой камень.

— Как скажешь, — улыбнулась старуха и добавила: — Но есть еще кое-что, что ты должен знать. Уверена, что тебя это не остановит, но сообщить я обязана.

Я подобрался. Чую неприятности.

— Ты ни разу не спросил, кто уничтожил мой род, — ровно произнесла Асан. — Это сделал клан Сей-Сун.

Эх… Нет, она права, меня это не остановит.

Конечно, нет ничего хорошего в том, чтобы получить врага на ровном месте. Я уже задел их интересы, когда навел шороху на перевалочной базе Каспадиа. Теперь еще и собираюсь возродить род, который они стерли с лица земли. В обоих случаях конкретно против клана Сей-Сун я ничего не имею и вредить им не собирался. Просто так уж сложилось. Но кого это волнует?

И от своих намерений я не отступлю, Асан мне нужна, свой клан дороже, как ни крути.

Да, Асан права, знать об этом я обязан. Клан из Триады — не та угроза, на которую можно махнуть рукой.

Одна старуха, пусть даже она снова станет аристократкой, вряд ли им чем-то помешает. А вот когда и если у меня появится возможность ввести в ее род преемников, клан Сей-Сун станет проблемой. И мне в тот момент нужно уже быть готовым к войне с ними.

— Спасибо, — кивнул я. — И да, ты права, меня это не остановит. Выбирай себе новую фамилию. Думаю, у тебя есть декада. Когда я получу право на клан, все документы на твой род уже должны быть готовы для отправки в имперскую канцелярию.

— Хорошо, — ответила Асан и вновь горько улыбнулась. — И спасибо тебе, Шахар. Слишком поздно, слишком мизерный шанс, но я все равно благодарна тебе за эту надежду. Уходить последней из рода и не иметь даже призрачного шанса что-то изменить — это слишком тяжело.

Я сжал зубы. Асан говорила спокойно, с улыбкой даже, но я практически видел ее боль и обреченность. Врагу не пожелаю остаться последним осколком уничтоженного рода, и вот так, год за годом, десятилетие за десятилетием, терять по капле остатки веры хоть во что-то.

С другой стороны, Асан получила свой шанс, а вместе с ней получил шанс и ее род.

И я сделаю все, чтобы помочь ей реализовать этот шанс. Есть у меня кое-какие мысли про зарождение родовых камней.

Куда-то же должна деваться та прорва силы, которую выкачивают аномалии?

Глава 23

*****

— Отправили клановый договор мальчишке? — ровно спросил глава клана Мехта.

Слишком ровно. Ребира Мехта хорошо знала своего троюродного брата, и ничего хорошего этот тон не предвещал.

— Отправили, — кивнула она.

— И что в ответ?

— Зашел ко мне в Академии, поблагодарил, — пожала плечами женщина. — А чего ты ожидал?

— Сказал небось, что долг клана закрыт? — практически выплюнул глава клана.

— Да.

Глава клана зло поджал губы и замолчал.

— Неру, да что тебе не так? — всплеснула руками Ребира Мехта.

— Установить слежку за мальчишкой, — приказал глава клана. — Разведке отдай приоритет при этом. Я хочу знать о его планах и о том, где с этими планами можно пересечься.

— Неру!.. — изумленно воскликнула Ребира.

Когда глава клана не отвечает на вопросы, это еще хуже. Ребира понимала, что просьба наследника Раджат будет воспринята тяжело, но не думала, что глава клана разозлится настолько.

— Мне надоело, — соизволил он, наконец, объяснить свои эмоции. — Я, глава великого клана, должен бегать за сопляком?! Не будет этого, хватит! Чем больше времени проходит, тем больше мы отстаем от Сидхарт. У них-то наследник, небось, не зажимает древние знания. Мне не нужен этот мальчишка через десятилетия. Мне нужны древние знания сейчас!

Ребира только молча вздохнула. Плакало ее плавное и естественное сближение с вечным родом. Когда главе клана что-то нужно сейчас, его ничто не остановит. И даже вероятность настроить наследника Раджат против себя не заставит его действовать аккуратнее.

— Неру, ты ничего не получишь от него силой, — предприняла последнюю попытку достучаться до главы клана Ребира.

— Зачем силой? — хмыкнул глава клана. — В последнее время появились осторожные слухи о том, что император собирается предпринять очередную попытку взять под контроль Свободные земли. Или их часть хотя бы. Говорят, половина земли будет принадлежать тем, кто ее завоюет. Уверен, мальчишка рванет туда за землями в числе первых. А там… всякое может случиться. Отныне клан Мехта принимает от него плату за помощь только знаниями!

Ребира отвела глаза на пару секунд, а потом решительно подняла взгляд.

— Неру, я отказываюсь в этом участвовать, — твердо сообщила она. — Я не буду его подставлять или заманивать в твои ловушки.

— Что? — изумленно уставился на нее глава клана.

— Что слышал, — отрезала Ребира. — Ты совершаешь ошибку, и участвовать в этом я не хочу.

— А если я прикажу? — вкрадчиво поинтересовался глава клана.

— Тогда приказывать будешь на каждом шагу, — зло прищурилась женщина. — Пальцем не пошевелю больше без приказа.

Глава клана еще пару секунд посверлил ее взглядом.

Он прекрасно знал, что такое исполнители, неспособные или не желающие проявить хотя бы минимальную инициативу. Тупые болванчики, которых нужно дергать и направлять чуть ли каждую минуту. Такой головной боли себе не хотел ни один нормальный руководитель.

А уж чтобы из строя фактически выбыл самый сильный маг клана — врагу не пожелаешь.

— Ладно, не участвуй, — махнул рукой он. — Мешать хоть не будешь?

— Не буду.

— Иди уже, — фыркнул глава клана. — Нашла же на кого родной клан променять, а!..

— Не смей! — резко вскинулась Ребира. — Я клан не предаю. И его интересы тоже. А вот ты…

— Вон! — рявкнул глава клана.

Ребира Мехта молча поднялась с кресла и вышла из кабинета.

*****

На следующий день после факультативного спарринга в Академии меня уже ждала Джина Бхаскара. Студенты еще переодевались, а я быстренько принял душ и вышел к ней.

— Привет, — улыбнулся я.

— Привет, — кивнула девушка и неторопливо двинулась в сторону аллеи.

Я последовал за ней. По пути нам изредка встречались люди, так что мы просто перебрасывались ничего не значащими вежливыми фразами.

На самой аллее никого не было. Студенты после окончания занятий, в основном, или уже разъехались по домам, или еще обедали в столовой, если жили на территории Академии.

— Ты ведь что-то нашел, да? — неожиданно спросила Джина, когда убедилась, что вокруг нас пусто.

Она остановилась около небольшого фонтанчика с изображением то ли бегемота, то ли еще какого-то местного зверя и развернулась ко мне лицом.

Я встретил ее взгляд и тоже попытался вглядеться в нее. Понятия не имею, как она чуяла то, что ее заинтересовало во мне, но я тоже так хотел. Ничего не добился, кстати. Моя чуйка на ее счет вообще молчала.

Джина мой взгляд истолковала по-своему. Она сделала пару жестов, и нас накрыл серый полупрозрачный купол изоляции.

Да, в нашем мире это тоже было растяжимое плетение, и ее третий магический ранг ничуть не мешал с ним работать. Просто мой купол был полностью глухим, а через ее купол можно было рассмотреть силуэты и отдельные «крупные» движения. Звуки же не пропускала ни одна версия купола.

— Давай начнем издалека, — предложил я. — Что ты вообще думаешь о нашем призыве сюда?

— Мы нужны миру, — пожала плечами Джина. — А для чего конкретно? Не знаю. очень уж много тут проблем. Начиная с численности магов и заканчивая тем, что они не могут с разными цветами магии работать.

Ага, то есть она тоже пробовала учить местных, и у нее тоже ничего не вышло.

— Я полагаю, у всего этого — один исток, — сказал я.

— Согласна, — кивнула Джина. — Но я ничего не нашла, что могло бы сыграть такую роль.

Я коротко рассказал ей об аномалиях и об оттоке магии около них. О самой Шанкаре и об источнике своих знаний в принципе я, разумеется, умолчал.

— Мне нужно в Свободные земли, — сделала вывод Джина. — Ты же собираешься туда? Возьмешь меня с собой?

— Как ты себе это представляешь? — хмыкнул я. — С тобой кто-то из родичей ехать должен. Или хотя бы жених, на худой конец.

Джина поморщилась.

— Все время забываю, — сказала она. — Уже только ради снятия этих дурацких ограничений хочется замуж выскочить поскорее.

Это да, замужним женщинам здесь позволено намного больше. В том числе и путешествовать или ходить в гости в одиночку. Немного нелогично, как по мне, ну да ладно.

— А обоснуешь ты свою поездку как? — поинтересовался я.

— Так там же полно объектов древних, — равнодушно пожала плечами Джина. — И я вполне могу их чуять. Теоретически, конечно, я понятия не имею, так ли оно на самом деле. Но главе моего рода этого хватит. Кто ж откажется от живого детектора объектов древних?

Не знал, кстати.

— Правда полно? — уточнил я.

— Ну как полно, — вздохнула Джина. — Из шестнадцати известных на сегодня в нашей стране объектов древних девять находятся в Свободных землях.

— Что они собой представляют, эти объекты?

— Сама не видела, но, судя по описанию, это наши лаборатории. А все эти артефакты, которые тут так ценят — просто побрякушки из нашего времени.

Очень интересно. Я так и предполагал, но получить подтверждение своим мыслям — это ценно.

— Я пока еще изучаю каталоги, — добавила Джина, — но уже вижу, что как минимум половина артефактов древних — это то, что в наши времена было чуть ли не в каждом доме. Правда, встречается и то, что ставит меня в тупик.

— Понятно, — кивнул я. — А как эти объекты древних ищут?

— Да кто как. По большей части, случайно натыкаются, — фыркнула Джина. — Как и на родовые камни.

Вот кстати, про родовые камни.

Интересно, почему местные не додумались до версии, что родовые камни формируются в аномалиях? Про сами аномалии-то они знают. Как минимум, архонт знал. Правда, отсутствие восстановления магии там наблюдается только у слабых магов, а таких практически нет ни в армии, ни среди наемников. Самоубийц в принципе мало.

В общем, отток силы местные могли и не заметить.

Впрочем, а с чего я решил, что вообще никто здесь не знает об этом? Кто-то вполне может предполагать подобный вариант, просто такой информацией не делятся со всеми подряд. Даже если она не подтверждена.

А мы, чужаки, вполне вероятно, сможем эту гипотезу проверить. Со временем. Особенно если Шанкара, которая явно увлеклась загадкой аномалий, что-то интересное найдет.

У меня появляется все больше причин стремиться в Свободные земли. Правда, не прямо сейчас, к сожалению.

— Думаешь, родовые камни… — начал я.

— Да ты и сам так думаешь, — хмыкнула Джина. — Аномалии. Может, кстати, и объекты древних там же, внутри.

— А остальные объекты тогда как нашли? Аномалии же проверяли, нет там ничего.

— Ну, сдохнуть может любой механизм и любое плетение, — пожала плечами Джина. — Просто аномалии могут скрывать еще рабочие объекты, а то, что нашли — это уже объекты со сдохшей защитой, например.

Возможно, и так.

— Да масса версий может быть, — продолжила Джина. — Бессмысленно строить теории тут, надо ехать туда и проверять.

— Надо, — согласился я. — Но это пока без меня.

Джина вскинула на меня вопросительный взгляд, и я пояснил:

— Это у тебя полно родичей, а у меня в роду делами больше некому заниматься.

— И ты туда же, — поникла девушка. — Политика, род, интриги… А кто миру помогать будет?

— Так помогай, — хмыкнул я. — Стать спасителем и оказаться при этом с голой задницей я как-то не горю желанием, знаешь ли. Да и много ли мы в Свободных землях одни сделаем? Нужны люди, ресурсы, деньги, в конце концов. Я рад, что у тебя все это есть.

— Извини, — опустила голову Джина. — Просто у меня такое ощущение, что я бесполезна тут. И родовой камень меня прям-таки подзуживает. Теперь, когда ты рассказал про аномалии, меня безумно тянет сорваться в Свободные земли прямо сейчас.

— Так езжай, — ответил я. — В чем проблема-то?

Джина неопределенно покачала головой и не ответила.

Видимо, не так все просто в ее роду. Наверняка ее родичи уже оценили преимущества полноцветной магии. А вот понять, что эта девочка в прошлом была сильным магом с явно не самым простым характером, вряд ли успели вовремя. Не удивлюсь, если у них сейчас очень натянутые отношения. Ее они удержать не смогут, но и выделять ей нормальный отряд вполне могут отказаться.

— Если нужны люди, могу отправить с тобой отряд своей родовой гвардии, — предложил я. — В обмен поделишься информацией, которую там найдешь, и будем квиты.

— Спасибо, Шахар, — улыбнулась Джина. — Я подумаю.

Уверен, моим предложением она не воспользуется, но рычаг давления на родню я ей сейчас дал роскошный. И я очень удивлюсь, если с таким козырем она провалит переговоры с главой своего рода.

Надо бы Шанкару предупредить, кстати. Если они с Джиной случайно встретятся около какой-нибудь аномалии, может получиться неловко.

*****

Дома меня уже ждали два письма. Точнее, писем было явно больше, но мне на стол положили только эти два.

Глава рода Дхармоттара приглашал посетить их резиденцию в любое удобное для меня время, и глава рода Мохини тоже просил о встрече.

Причем Мохини просил, по возможности, быстро. Намеками, разумеется, но довольно прозрачными, ошибиться тут было сложно. Странно, но ладно.

Дхармоттара я ответил письмом и предложил приехать к ним завтра после Академии, а Мохини я позвонил.

— Что-то срочное, Мохини-джи? — уточнил я после обязательных приветствий и пары вежливых вопросов в духе «как дела?».

— Нет, что ты, Раджат-джи, — я услышал в его голосе улыбку. — Просто мне кажется, нам с тобой стоит обсудить… твой визит к императору.

Тоже параноик, мысленно усмехнулся я, не стал по телефону говорить о клане. Понимаю, сам такой же.

И да, он прав. Нам пора встретиться и расставить все по своим местам. Не знаю, что конкретно себе планировал Мохини, но я ему эти планы точно обломаю. Не будет он у меня родом-основателем клана.

Но такие вещи говорят только в лицо.

— Согласен, Мохини-джи, — ответил я. — Есть у меня… новости.

Я намеренно сделал многозначительную паузу, пусть напряжется. Не хочу, чтобы этот разговор стал тяжелым только для меня.

— Если есть желание, заезжай в гости, — предложил Мохини. — В любое удобное для тебя время, хоть сегодня.

— А, кстати, у меня как раз сегодня свободный вечер, — откликнулся я. — Не возражаете, если я через пару часов заеду к вам?

— Конечно, Раджат-джи, — вновь послышалась улыбка в голосе Мохини. — Раздразнил ты мое любопытство, так что я с нетерпением тебя жду.

И все-таки, я хочу видеть этот род в своем клане. Может, конечно, им просто с главой рода повезло, но мне реально нравятся Мохини.

Эх, не провалить бы мне эти переговоры, без подготовки-то. Но и назад сдавать уже поздно, сам напросился.

— Тогда до встречи, Мохини-джи, — ответил я.

Глава 24

*****

По дороге к резиденции рода Мохини я и так, и эдак крутил предстоящий разговор.

Надежного варианта я так и не нашел. Очень многое зависело от настроения главы рода Мохини и от серьезности его планов, которые я намеревался разрушить. Я просто не знал, насколько ему вообще нужен клан как таковой.

Мохини никогда не были сильным родом, это не уровень Лакшти или Дхармоттара. Но и совсем уж слабаками их не назвать. Так, нормальный среднячок по всем параметрам.

Давил ли император на них, нужна ли им была формальная свобода так же, как мне? Понятия не имею. Кровной вражды в стадии обострения сейчас у них точно не было, явных врагов тоже. А перспективу и подноготную я, опять же, выяснить еще не успел. Не так-то это просто — собрать информацию об истории взаимоотношений древнего рода.

В общем, я уже понимал, что зря поспешил с назначением этой встречи.

И в то же время, было ощущение, что этот разговор должен состояться сейчас. Как будто гнало что-то изнутри, словно потом времени попросту не будет.

Глава рода Мохини ждал меня в гостиной. Традиционный чай, сладости, пара минут дежурного обмена любезностями.

Когда Мохини начал поглядывать на меня с нетерпением, я перешел к делу.

— Я поговорил с императором, — сообщил я.

Глава рода Мохини с интересом и немым вопросом посмотрел на меня, явно ожидая продолжения.

— Я благодарен вам за совет не множить сущности и сразу обратиться с вопросом клана к императору, Мохини-джи, — я слегка поклонился из положения сидя. — И в благодарность скажу: я договорился с императором, клану Раджат быть.

— Когда? — Мохини практически в охотничью стойку встал.

— Точной даты у меня пока нет, — покачал головой я. — Но в пределах месяца, если вам это так важно.

— Важно, благодарю, — кивнул Мохини и лукаво улыбнулся: — А фактически когда будем основывать клан?

Что ж, этот момент настал. Поехали!

— Я буду основывать клан, — веско поправил я его.

Мохини встретил мой жесткий взгляд и подобрался.

— Тебе все равно нужен для этого еще один род, — произнес он.

— Нужен, — согласился я. — И это будет род, который обязан мне самим фактом своего существования.

Мохини слегка нахмурился. Я действительно поломал ему планы, сейчас это было видно. Однако и явной агрессии я в нем не увидел. Тут еще можно сгладить углы и надеяться на нормальное сотрудничество в будущем.

— Давайте начистоту, Мохини-джи, — чуть мягче добавил я. — Наши с вами роды пока ничего не связывает. А наши с вами хорошие личные отношения не дают гарантии, что так будет и с нашими наследниками. Или со следующими поколениями наследников. За право на клан я заплатил очень дорого, и с властью в клане я не расстанусь. Никто не подвинет мой род ни сейчас, ни в будущем.

— Понимаю и одобряю, — ответил Мохини с хмурым выражением лица. — Планы ты мне, конечно, сломал, но ты в своем праве. И я тебя понимаю, сам о безопасности думал в первую очередь.

— Благодарю, — кивнул я и решил сразу закинуть удочку. — Я по-прежнему хочу видеть ваш род в своем клане, Мохини-джи, здесь мои планы ничуть не изменились. Как только мой клан будет основан, я сразу же приду к вам с предложением. Если, конечно, вы не откажете мне прямо сейчас.

— Что ж, приходи-приходи, — немного повеселел Мохини. — Но на легкие переговоры даже не рассчитывай!

Я хмыкнул в ответ. Нравился мне этот мужик. Как бы он ни был расстроен или выбит из колеи, он все равно шутил и оставался на редкость приятным собеседником. Чую, даже «сложные переговоры» в его исполнении будут для меня на порядок проще, чем рядовая встреча с тем же главой клана Мехта, например.

— А кого еще хочешь в клан? — тут же поинтересовался Мохини.

— Мне по-прежнему нравится ваша идея собрать в клан роды, где появлялись полноцветные маги, — слегка улыбнулся я.

Удачно он вопрос задал, сейчас подчеркнуть, что он уже внес вклад в формирование моего клана, очень даже в тему. Подсластить пилюлю сломанных планов, так сказать.

— Три рода, и это включая нас с тобой, — неопределенно покачал головой Мохини. — Но ты серьезно? Нишант?

Я с недоумением глянул на него.

— А что с ними не так? — осторожно поинтересовался я.

— Нишант до сих пор верят в забытых богов, — многозначительно объявил Мохини.

Не понял, что здесь такого. Здешняя Индия сильно отличается от той, что была в моем мире. Влияние какой бы то ни было религии или религиозных учений здесь минимально.

Даже всякие традиционные символы вроде колеса сансары или тех же кармических знаков остались только в орнаментах и украшениях, по сути. И богов тут упоминают, в основном, в расхожих выражениях вроде: «не дай забытые боги!».

Ну помнит кто-то этих богов, и что с того?

— Не понимаешь, — констатировал Мохини. — Все эти древние верования, на самом деле, все еще довольно сильны в стране. В столице этого не чувствуется, а в глубокой провинции ты и не был, по сути. Вряд ли в вашем родовом поместье были эти устаревшие веяния.

Я молча кивнул.

— Ладно, не буду заходить так издали, — усмехнулся Мохини. — Остановимся на Нишант. Они верят в карму. Точнее, не столько в карму одного человека, сколько в карму рода. Они считают, что их род в чем-то там провинился в глубокой древности, и теперь несут эту скорбную долю на своих плечах. Я после раскрытия Лакшти и смерти части полноцветных магов специально поинтересовался. Этих деяний предков Нишант никто не помнит. Ни аристократы, ни даже разведка мне ничего не сказали на эту тему. В общем, даже если Нишант когда-то и накосячили, повода для многовекового искупления там точно нет.

Я слушал внимательно, но пока не понимал. Да какая разница, во что они верят? Главное — что они делают и как живут.

— По меркам аристократов, Нишант — нищие, — продолжил Мохини. — И нет, это не случайность. Бывает, что в роду несколько поколений подряд урождаются беззубыми. Именно в плане бизнеса беззубыми, ну нет у них деловой хватки, и все тут. Это нормально, с каждым древним родом такое случалось. Нишант же, если можно так выразиться, идейно нищие. Они никогда ничего не делают для повышения своего благосостояния. Да и статуса тоже, в общем-то. Довольствуются малым, тем, что есть. По древним верованиям отринуть все мирское — это и есть путь к просветлению. Полностью отказаться от мира они не могут, но сделают все, чтобы это мирское занимало как можно меньше их времени и внимания.

Вот тут Мохини заставил меня задуматься. Я проверю, конечно, эту информацию, но по первому впечатлению иметь подобное у себя в клане я не хочу. Зачем мне отшельники? Да еще и идейные нищие, которых кормить и содержать в итоге будет клан?

— То есть вы против Нишант в клане? — уточнил я.

Настораживало только то, что идею клана с древними родами, в которых появлялись полноцветные маги, сам Мохини изначально и предложил. Что, он тогда про Нишант этого не знал? Зачем предлагал-то?

— Да не сказал бы, — пожал плечами он. — Просто предупреждаю, что этот род довольно специфический.

— Я вас услышал, Мохини-джи, — склонил голову я. — И обязательно подумаю на эту тему.

Возможно, с Нишант можно взять что-то другое? Они вполне могут оказаться сильными бойцами, например. Когда гвардию содержать не на что, тут волей-неволей будешь тренировать родичей, иначе сожрут. Или, как вариант, с погружением в древнюю мифологию могут открыться интересные знания в части древних же артефактов…

В общем, вариантов много, надо копать.

— Тогда я жду тебя с предложением, Раджат-джи, — подвел итог Мохини. — И, если мы будем не первыми в твоем клановом списке, я обижусь.

— Вы будете первыми, — пообещал я.

*****

— Что, не получилось? — едва усмехнулся старейшина рода.

— Не получилось, — спокойно пожал плечами глава рода Мохини. — Жаль, конечно, что мы не будем родом-основателем, но…

— Да не надо мне демонстрировать твое показное равнодушие, — фыркнул старейшина. — Сам же расписывал, какие преимущества это дает! И как роды-основатели наследуют друг другу, и как можно власть в клане перехватить, и как можно воспитать малолетнего наследника мальчишки так, чтобы он фактически нашим стал.

— Да не собирался я его убивать, — хмыкнул глава рода. — Но парень больно авантюрный. С Дамаяти он быстро помирился, это он молодец. Так теперь на Каспадиа полез! А еще и с Лакшти на ножах… Забытые боги его знают, куда его понесет в следующий раз. В Свободных землях захочет кусок родовых земель заиметь? Были бы мы родом-основателем, так хоть варианты подхватить клан остались бы.

— Ты бы лучше дал команду разведке выяснить, что там за род такой, который обязан Раджат своим существованием. Что-то я не припомню таких. А история должна была быть громкая, если тот род на грани стоял.

— Думаешь?.. — вскинулся глава рода Мохини.

— Практически уверен, — кивнул старейшина. — Что уж проще, чем дать герб кому-то из слуг?

— Но это значит…

— Что все твои якобы запасные варианты реальны, — вновь кивнул старейшина. — Кроме, разве что, наследования главному роду клана.

— Да это и в случае рода-основателя не прошло бы, — отмахнулся глава рода. — Не те сейчас времена, о братских родах уже полтора тысячелетия как забыли, и вряд ли что-то подобное получилось бы протащить в клановый договор.

Старейшина неопределенно покачал головой, но спорить не стал.

— Ты подумай, — вместо этого сказал он. — На твоем месте, я бы убрал мальчишку при случае. Какие бы роды в клане ни состояли, с полноцветным магом именно мы фактически станем главным родом клана.

— Нет, отец, — решительно мотнул головой глава рода Мохини. — Запасные варианты я проработаю, но сам вредить Шахару не буду. Если парень не свернет себе шею в ближайшие годы, из него выйдет отличный лидер. Это сейчас он только на ноги встает, но хватку уже видно. А через пару-тройку десятилетий он выведет свой клан на очень приличный уровень. Я такое не потяну.

— Ты не потянешь, пришелец потянет, — пожал плечами старейшина. — Наверное…

— А смысл это проверять? — хмыкнул глава рода. — Когда нормальный лидер, он же полноцветный маг, уже есть?

Несколько секунд они молча смотрели друг другу в глаза.

— Ладно, делай, как знаешь, — сдался старейшина. — Посмотрим, может, и правда, что-то хорошее выйдет.

*****

Домой я вернулся к ужину, и после него снова засел в кабинете.

Запрос на встречу с императором я направил уже несколько дней назад, а методичку так и не закончил еще. Смешно будет, если император внезапно решит принять меня завтра — и ведь было уже такое! — а у меня ничего не готово.

Там немного осталось, в общем-то. Но сесть и таки закончить у меня уже третий день подряд не получалось. Сегодня я решил просидеть хоть всю ночь, но доделать уже эту несчастную методичку.

Увесистый труд получился, кстати. Одни изменения размеров точечных атакующих плетений чего стоили.

Это я привык оперировать размерами от ногтя до пальца, там одна и та же структура. А когда стал систематизировать информацию, вспомнил, что серпы и в рост человека сделать можно. В боях магов такие ни к чему, а вот для пробития каменных стен — самое то. Пришлось и с этим типоразмером возиться. И со всеми промежуточными заодно.

Со щитами та же история. У меня щит размером в ладонь, например, еще с прошлого мира на рефлексе, и я очень хорошо понимаю его ценность. Особенно когда он имеет структуру «абсолюта», работающего против всего, включая ножи и кулаки, и отработан на постановку в сантиметре от тела. Здесь я таких плетений не встречал, но мало ли?

Про всякие мелочи вроде толщины, плотности, длины и так далее, даже не говорю. Все это простые параметры, и я честно изложил их все в своей методичке. Да, магическая веревка — не самое распространенное плетение, но тем же диверсантам эти сведения очень даже пригодятся.

— Господин, — раздался голос секретаря от двери.

Да что ж такое, и сегодня не дают поработать спокойно!

— Слушаю, — кивнул я ей.

— Письмо из имперской канцелярии, — сообщила она и, сделав несколько шагов вперед, положила конверт мне на стол.

— Спасибо, — кивнул я.

Женщина скрылась за дверью, а моя решимость закончить работу с методичкой сегодня лишь окрепла. Дата встречи уже назначена, она в этом конверте, и тянуть мне больше некуда.

Хоть до утра просижу, но доделаю методичку, наконец.

Глава 25

*****

Шанкара сидела в позе лотоса и неотрывно смотрела на пустую круглую поляну в сотню метров диаметром.

Вокруг мирно шуршало мелкое зверье и то и дело раздавались птичьи голоса. Все люди, включая Шанкару, давно замерли в неподвижности, и лес ожил, не видя в них опасности.

Девушка даже не видела толком круг аномалии перед собой. Она скорее прислушивалась к чему-то далеко за гранью человеческого восприятия. Этот метод работал и в прежней жизни, нужно было только суметь отключить мысли и дать волю подсознанию, а здесь тем более не сработать не мог.

Шанкара полагалась сейчас даже не столько на собственную интуицию, сколько на связь с родовым камнем. Козырь рода — это даже не интуит, это намного круче.

Однако что-то ей мешало. Какое-то подспудное ощущение не опасности даже, скорее необъяснимой тревоги. Неуютно ей здесь было.

И это несмотря на то, что на этот раз глава рода Магади отправил с ней куда более сильный отряд. Сейчас вокруг девушки расположилось не только больше двух десятков гвардейцев рода и почти десяток боевых магов, но и младший ученик архонта, маг шестого ранга.

Нечего им было бояться здесь в таком составе. Это дальше в глубь Свободных земель встречалось всякое, в том числе и сильные отряды других стран, а меньше, чем в сотне километров от границы Индийской Империи сравнимых сил не водилось.

В очередной раз отодвинув на задний план тревожные ощущения, Шанкара вновь упрямо вгляделась в аномалию.

У нее еще при первом знакомстве с аномалиями возникла ассоциация с лабораториями ее родного времени, очень уж размер поляны подходящий. Теперь же она была в этом практически уверена.

Среди ее людей все знали о ее полноцветной магии, так что оперировать привычными плетениями Шанкара могла свободно. И несколько простеньких полноцветных «ключей» дали очень знакомый отклик. Отклик неверного пароля.

Визуально это никак не проявилось, но ощущения сродни слабому разряду тока девушка помнила очень хорошо по своему миру.

У нее не было возможности подбирать код. Магия как не восполнялась раньше, так не восполнялась у нее и теперь. К тому же, было опасение, что с десяток к ряду ошибочных ключей могут привести к самоуничтожению лаборатории. Вряд ли, конечно, но такая вероятность была.

Да и метод перебора вряд ли сработает, там могут быть десятки тысяч комбинаций «ключей».

Если эти лаборатории действительно остались от ее современников, то нужно просто найти к ним подход. Не могли ученые ее времени не понимать, как подействует на мир такой чудовищный отток магии. И большую часть последствий они тоже вполне могли предвидеть.

А что гарантирует невозможность для местных попасть внутрь аномалии? Полноцветные плетения. Собственно, отклик на неверные полноцветные ключи это подтверждал. Ради интереса Шанкара проверила: на одноцветные плетения аномалия вообще не реагировала.

Могли ее современники оставить лазейку для себя? Не просто могли — должны были. Кто-то же обслуживал лаборатории, хотя бы поначалу.

Нужен ли тут был вообще универсальный ключ? Не обязательно, но шанс есть.

Ключ, который знает и сможет применить любой полноцветный маг.

Еще бы сообразить, что именно может быть таким ключом. Как ни крути, общеизвестных, повседневных плетений в ее мире было на порядок больше, чем здесь.

Шанкара в какой-то момент практически провалилась в транс и уже инстинктивно нащупала решение, но резанувшее по нервам ощущение опасности выбило ее в реальность.

Не меняя позы и не делая резких движений, девушка положила руку на сигнальный браслет и отбила код тревоги. Все бойцы ее отряда почувствовали характерную вибрацию своих браслетов.

Однако ни единого лишнего звука вокруг не раздалось. Все они были опытными воинами и выдавать врагу свою готовность не собирались.

Через полминуты Шанкара почувствовала вибрацию своего браслета.

«Уходим, схема 1». Схема 1 подразумевала спокойный уход, который для потенциального противника выглядел бы беззаботным. Якобы они ни о чем не подозревают.

Шанкара встала и демонстративно потянулась.

— На сегодня все, — негромко сказала она ближайшему бойцу. — Возвращаемся.

— Принято, — кивнул тот и отбил команду на своем браслете.

Через несколько минут вокруг девушки собралась большая часть отряда, и они легким бегом направились прочь. Одна двойка ушла вперед, еще одна чуть отстала от отряда, еще шестеро бойцов обеспечивали боковое охранение.

Ученик архонта пристроился рядом с Шанкарой и едва слышно спросил:

— Противник?

— Да, — так же тихо ответила девушка.

— Где?

Шанкара прислушалась к своей чуйке. Ясно же, что этот сигнал ей, по сути, дал родовой камень. Сама она была пока не того класса бойцом, чтобы так чувствовать опасность.

Мысленно «попробовав» все направления, Шанкара ответила:

— На семь часов.

Ее заминка не осталась незамеченной.

— Интуит? — прищурился ученик архонта.

— Да.

Он на бегу уважительно склонил голову и скользнул вперед и в сторону, а затем растворился где-то в чаще.

Вернулся ученик архонта только минут через двадцать.

— Не знаю, кто это, — сообщил он, — но отряд серьезный. Я только пару их мобильных заслонов прошел, и дальше соваться побоялся, чтобы не вспугнуть. Думаю, это за тобой.

Шанкара только хмыкнула. Очевидный вывод. Теперь она понимала, почему ей было так неуютно около аномалии. Если за ними следили, то видели и ее полноцветную магию. Грех не попытаться захватить подобного уникума.

Особенно когда архонта и его старшего ученика в его поместье нет. Туда даже прорываться бессмысленно, магическая защита после нападения Гриди и так на ладан дышала, а без сильных магов она и вовсе ничего не стоит.

— Полноцветные артефакты у тебя есть? — спросил ученик архонта.

— Есть один.

— Тогда оставь мне его, — предложил он, — а сама бери пятерку самых сильных бойцов и иди напрямую к границе. Я с остальными задержу их, а твой артефакт на какое-то время их обманет. Есть, к кому обратиться на границе?

Шанкара неопределенно покачала головой.

На этот раз дежурного отряда рода Магади на этом участке границы даже в планах не было, а явиться в форт — это риск. Да, если погоня будет на хвосте, лучше рискнуть раскрытием, но это крайний случай. А из остальных вариантов…

Только Игорь.

Варианты посланий разным людям у Алисии в форте были заготовлены заранее, связной от Шахара там тоже дежурил, так что Шанкаре нужно было только указать своей личной служанке номер письма.

— Готовьтесь, — тихо сказала Шанкара. — После того, как аварийный сигнал уйдет, противник нападет сразу.

Ученик архонта бросил взгляд на командира отряда Шанкары, который тоже держался поблизости, и тот кивнул.

Через несколько минут бега состав бойцов вокруг Шанкары сменился. Это те, кто пойдет с ней в Империю. Остальные начали по чуть-чуть отставать.

— Готовы, — доложил командир отряда.

Шанкара поддернула рукав рубахи повыше, аварийный связной браслет был закреплен у нее на руке выше локтя. Она нажала нужную кнопку и кивнула командиру.

Тот махнул рукой, и отряд разделился надвое.

— Удачи, — шепнул ей напоследок ученик архонта.

*****

У ворот родовой резиденции Дхармоттара меня встретила юная аристократка. Неожиданно, честно говоря, обычно представители рода у ворот гостей не встречают. По крайней мере, меня еще ни разу не встречали.

Девчонке было лет пятнадцать, еще школьница, похоже. От ее пестрого сари рябило в глазах, и я даже затруднялся определить, какие цвета там были преобладающими. Желтый и красный, наверное.

Мой взгляд приковали ее волосы. Простая коса, очень похожая на русскую, была в мое запястье толщиной. Коса лежала у девушки на плече и спускалась почти до колена.

— Господин Раджат, — слегка поклонилась девушка. — Меня зовут Дейра Дхармоттара. Позвольте проводить вас к главе рода.

— Конечно, госпожа Дхармоттара, — приветственно кивнув, улыбнулся я.

— Шахар! — раздался радостный вопль откуда-то сбоку.

Я повернул голову и увидел бежавшего к нам Миташа Дхармоттара, того самого боевого мага, с которым пару дней назад мы спарринговались на полигоне Академии.

— Привет, — улыбнулся он, остановившись около нас. — Рад, что успел тебя встретить.

— Привет, — кивнул я.

— Миташ, — едва заметно поморщилась Дейра. — Ты бы хоть при гостях вел себя прилично.

— Видал? — хмыкнул боевой маг и подмигнул: — Серьезная девочка, повезет кому-то с женой. Весь род по струнке ходить будет.

Я нейтрально улыбнулся, не желая влезать в семейные подколки.

Судя по всему, они не всерьез пикируются, но мало ли? Чужаку в таких диалогах делать нечего. Хотя наблюдать за ними было забавно, этого не отнять. Да и доверие, раз при мне они не считают нужным строить чопорные лица и изъясняться шаблонными фразами, тоже льстило.

— Я сама выберу, за кого выходить замуж, — неожиданно заявила Дейра. — Захочу — выйду хоть за простолюдина!

Улыбка Миташа стала натянутой.

Я перевел слегка вопросительный взгляд на него. Не то, чтобы я требовал объяснений, но было любопытно. Обычно подобная вольность мало кому из девчонок позволялась, и, уж тем более, это было редкостью в древних родах.

— Это традиция рода Дхармоттара, — со вздохом пояснил он. — Наши предки издревле так выявляли наиболее сильную склонность ребенка. Совсем мелким, года в два-три, детям обещают много разного в качестве подарка на совершеннолетие. Ребенок запомнит только то, чего очень хочет. Это ему и подарят. Это и есть его наиболее сильная склонность.

— Свобода? — с улыбкой перевел я взгляд на Дейру.

— Ну если это можно так назвать, — хмыкнул Миташ.

— Самостоятельность, — серьезно сказала Дейра. — Я сама. Все сама! С детства так было.

— Достойно, — кивнул я.

— Идемте уже, — фыркнул Миташ. — Глава рода нас заждался, наверное.

— Я пойду, раз ты тут, — бросила взгляд на родича Дейра. — Ты же проводишь гостя?

Миташ кивнул.

— Надеюсь встретиться с вами на полигоне, господин Раджат, — сказала Дейра уже мне.

— Взаимно, — улыбнулся я.

*****

Глава рода Дхармоттара ждал нас в гостиной. В отличие от многих других домов, здесь гостиная обставлена была почти в классическом стиле.

Циновки на стенах были с изображениями древних богов, это я по четырехрукому Шиве догадался. Пол покрывал огромный ковер с кругом сансары. Чайный столик был совсем низеньким, но сидеть полагалось все-таки не на полу, а на таких же низких креслах.

Очень традиционный род, эти Дхармоттара, я смотрю.

И глава рода, и Миташ были одеты в светло-бежевые шальвар-камиз с идеально белыми жилетами.

— Господин Раджат, — приветственно кивнул мне глава рода Дхармоттара, — рад встрече, присаживайтесь.

— Господин Дхармоттара, — формально склонил голову я и только потом направился к креслу.

Мощь мага девятого ранга чувствовалась с порога. Он не давил, нет, но и не сдерживал свою силу намеренно.

К моему удивлению, Миташ не ушел, а тоже плюхнулся в кресло рядом с главой своего рода. Тот вообще не обратил на него внимания, видимо, так и было задумано.

Несколько минут, пока принесли и разлили чай, мы обменивались общими вежливыми фразами. Чай, кстати, оказался черным.

— Я знаю, что масала-чай вы недолюбливаете, — слегка улыбнулся глава рода Дхармоттара, заметив мое удивление.

Очень многозначительная фраза. Сомневаюсь, что я интересовал этот род прежде. А значит, информацию обо мне их разведка начала собирать буквально пару дней назад, после спарринга с Миташем. За такое время выяснить столь мелкие подробности — это сильно.

— Благодарю, — склонил голову я. — Ваше внимание к гостям поражает.

— В определенных вещах мы очень традиционны, — усмехнулся глава рода. — И да, гостеприимство входит в этот список.

Миташ все это время молчал, а я начал подозревать, что застряну здесь надолго.

Судя по всему, к делу глава рода Дхармоттара переходить не спешит, и это тоже одна из древних традиций. Развлекать гостя разговорами можно часами. Особенно при первом визите, чтобы показать то самое гостеприимство.

Впрочем, Дхармоттара тут же показал мне, что я был не прав.

— Скажите, Раджат-джи, вы уже думали о том, как будете выдавать замуж своих дочерей? — спросил глава рода Дхармоттара.

Я адресовал ему вопросительный взгляд. Это он настолько вперед планирует будущее? Неужели проверяет почву на тему брака следующих, — в моем случае, еще не существующих, — поколений?

Тема, в принципе, интересная, но я действительно пока не задумывался об этом. Это ж когда еще будет. Мне бы сегодняшние проблемы решить и род, а потом и клан на ноги поставить.

— Пока нет, — ответил я.

— Тогда чуть поясню, — скупо улыбнулся он. — Родовой камень растворен в нашей крови. У вечных родов просто нет понятия «основа рода», у нас все дети, по умолчанию, уже несут в себе родовую способность. И, как вы понимаете, к себе в род мы можем принять кого угодно в качестве супруга, кровь с растворенным в ней родовым камнем все равно сильнее. А как быть с дочерьми? Всех их мужей в свой род принимать? Род, конечно, разрастется, но и союзников у него не будет. Равных, по крайней мере.

А, понял, это не политика, это торг. Уверен, так просто он подробности мне не расскажет и попросит что-то взамен.

— И как быть? — заинтересовался я.

Проблема-то, конечно, весьма отдаленная для меня, но это не значит, что я упущу полезную информацию.

— Догадываетесь, что это закрытая информация? — риторически уточнил Дхармоттара.

— Конечно, — спокойно кивнул я и с ожиданием посмотрел на него.

Мне действительно было любопытно, что Дхармоттара обозначит в качестве «цены» за эти сведения.

Как-то мне не верилось, что они тоже окажутся охотниками за древними знаниями. Наверняка их предложение будет поинтереснее.

Глава 26

*****

— Потренируйте моих родичей, — предложил глава рода Дхармоттара. — И я отдам вам эту информацию как плату.

Эх, шикарное предложение! Да только если я хочу хороших отношений с этим родом, принимать его нельзя.

Во-первых, это слишком неравноценный обмен. Я не тренер мирового уровня и не смогу ничему серьезному научить его родичей. А просто практика с необычным противником этого не стоит.

А во-вторых, «плата» в контексте тренировок — это очень спорный момент сам по себе. Платят наемным сотрудникам. Между равными оперируют понятиями «услуга» и «дар».

Сомневаюсь, что Дхармоттара специально использовал слово «плата». Не выглядел он заправским интриганом, да и в политической жизни страны, насколько я знаю, практически не участвовал. Тем не менее, слово прозвучало, и принимать «плату» я не стану.

Правда, это вовсе не значит, что нам нельзя договориться иначе.

— Нет, — с сожалением покачал головой я. — Дхармоттара-джи, давайте начистоту. Эти тренировки нужны не только вам, мне тоже нужно понимать возможности магов этого мира. Поэтому принять закрытую информацию в качестве платы за тренировки я не могу. Я готов предложить вам в обмен на эту информацию кое-что из древних знаний. Это будет равноценно.

— Достойно, — склонил голову Дхармоттара. — И я с радостью и благодарностью принимаю ваше предложение.

— Как вы смотрите на это, чтобы ваши плетения летели за горизонт? — поинтересовался я.

*****

Когда наследник рода Раджат ушел на полигон к Миташу, глава рода Дхармоттара откинулся на спинку кресла и едва заметно улыбнулся.

Эти чужаки вызывали у него смутные сомнения с самого раскрытия Нерея Лакшти, и этот разговор во многом был именно проверкой. Как ни крути, эти люди выросли совсем в другую эпоху. Кто знает, какие там правила и нормы были в ходу? А не понимая логики собеседника, строить с ним какие-то отношения довольно рискованно.

Наследник Раджат порадовал. Как минимум, понятия чести в ту эпоху тоже были в ходу. И, похоже, они мало чем отличались от современных.

Конечно, изначально предложенный главой рода обмен закрытой информации на тренировки был неравноценным, он прекрасно это понимал. И если бы наследник Раджат принял этот обмен как должное, глава рода Дхармоттара сделал бы все, чтобы в дальнейшем не иметь с чужаками никаких дел. Никому не нравится сажать себе на шею нахлебников. Особенно если эти нахлебники не понимают, что в их поведении не так.

Когда же глава рода Дхармоттара понял, что именно Раджат предоставил на полноценный обмен, у него волосы встали дыбом. Теперь уже несоразмерность ощущалась в другую сторону.

Хотя, чуть подумав, он успокоился на эту тему. Ограничение дальности плетений — а точнее, его отсутствие — это не уникальное знание. Им владеют, как минимум, все чужаки. Четверо.

И информация о ритуале блокировки родовых способностей вечных родов перед вступлением в брак тоже не уникальна. Все вечные ею владеют. Пятеро.

Нормальный обмен. Полезный обеим сторонам.

Глава рода Дхармоттара понимал, что рано или поздно знание о дальнобойности плетений разойдется широко. Его получат не все, конечно, но многие.

Род Дхармоттара получил это знание в числе первых. Это временное преимущество, и его нужно использовать прямо сейчас. Но и это дорогого стоит. Как минимум, при захвате Свободных земель родовая гвардия Дхармоттара будет одной из лучших.

Дхармоттара уже довольно давно почивали на лаврах, слишком силен и богат был род. Пора уже снова наглядно продемонстрировать свой уровень. И для этого новые знания придутся как нельзя кстати.

Очень интересно будет еще и посмотреть на родовую гвардию Раджат в Свободных землях. Почему-то глава рода Дхармоттара был практически уверен, что они там встретятся.

Предложение о совместных действиях с ними и Наороджи наследник Раджат в свое время отклонил. Делать одни и те же предложения дважды в аристократической среде не принято, но можно ведь сделать иное предложение. Похожее, но иное.

Надо только выяснить, что было причиной отказа в прошлый раз. Если неопределенность со статусом земель, то эта причина быстро отпадет сама собой.

Уже скоро император объявит об этом официально. В истории страны откроется новая страница. И в этой кампании так или иначе поучаствуют все значимые аристократы страны.

Глава рода Дхармоттара нажал кнопку селектора и произнес:

— Пригласите ко мне Дейру.

Дейра, слегка улыбнулся глава рода. Самая младшая и самая любимая дочь. И, несмотря на свои всего лишь пятнадцать лет, она уже играет весомую роль в политике рода.

Это для гостей и непосвященных девочка представляется эдаким бунтарем. Глава рода в свое время очень вовремя заметил склонность дочери кичиться своим особым положением и обещанной ей свободой выбора, и сделал это ее фишкой.

Теперь даже не все кровные родичи понимают, чего на самом деле стоит эта девочка.

Дейра не была гением в плане обращения с магией. Магический резерв при инициации у нее сформировался на третий ранг, и за три последующих года она едва-едва переползла на четвертый. Не от лени, тренировалась Дейра наравне со всеми детьми рода. Просто нет у нее к этому таланта.

Однако род Дхармоттара стал столь могущественным в том числе и потому, что ценил не только силу.

Дейра уже в пятнадцать лет стала выдающимся интуитом. И, что особенно ценно, со склонностью к аналитике.

Поначалу это было неочевидно, девочка с самого детства пыталась подводить разумные аргументы под свою интуицию, и потому многие ее теории звучали дико. Но когда род разобрался в ее способностях, к Дейре стали прислушиваться даже старейшины.

Аналитик-интуит — редчайшая специализация. И такие люди едва ли не ценнее магов девятого ранга.

— Вызывал, отец? — улыбнулась с порога Дейра.

— Проходи, — улыбнулся в ответ глава рода. — И расскажи мне, что ты думаешь о нашем госте.

— Интересный, — хмыкнула девушка, устроившись в кресле. — И…

Ее взгляд стал отсутствующим, а лицо словно совершенно утратило какие бы то ни было краски. Увидь ее сейчас кто-то впервые, дал бы ей лет сорок.

— Опасный, — тягуче продолжила Дейра. — Опасный… нет, вокруг него опасно. Нестабильно. Непредсказуемо. Он не виноват, он не сам, он — катализатор!

Сделав этот вывод, Дейра моргнула, и все вернулось на свои места. Теперь это вновь был пятнадцатилетний подросток, который с любопытством смотрел на отца.

— Считаешь, он ничего не решает? — приподнял бровь глава рода.

— Почему? — удивилась Дейра. — Он — нормальный аристократ. Сильный, целеустремленный, активный. В нем эта энергия прямо кипит, и он действует. Очень интересный парень, я бы за ним понаблюдала.

— А катализатор? — подтолкнул ее глава рода.

— Для мира он — катализатор, — неопределенно качнула головой Дейра. — В его присутствии происходит то, что без него не случилось бы. Или случилось бы позже и… как бы это сказать, сложнее, что ли. Словно он захватил с собой кусочек своего бурлящего мира, и это внутреннее движение провоцирует наш мир.

Глава рода задумался. Дейра пока еще не очень внятно излагала то, что ощущает как интуит, но сами ощущения передавать уже научилась. Если не обращать внимания на формулировки, а вникать в суть, с ее слов можно было понять многое.

И да, дочь словно бы ярче подсветила то, что глава рода и сам ощутил рядом с наследником рода Раджат. Перемены.

— Спасибо, милая, — улыбнулся глава рода. — Если хочешь, можешь понаблюдать за ним.

Его улыбка стала совсем уж лукавой, и Дейра нахмурилась.

— Ты на что намекаешь?

— Я не намекаю, я прямо говорю, — усмехнулся глава рода. — Твой выбор — в твоих руках.

— И ты отдашь меня в другой род?! — изумленно вытаращилась она на отца.

— У тебя есть мое слово, — напомнил глава рода. — Или ты думаешь, Дхармоттара могут не выполнить свое обещание?

Дейра неверяще смотрела на отца. Да, она давно сжилась с мыслью, что выбор мужа будет полностью за ней. Но воспитание налагало свой отпечаток, и о благе рода она думала все равно. Роду нужны интуиты, поэтому вариант уйти в другой род она подсознательно исключала, скорее уж действительно талантливого простолюдина себе нашла бы.

Только сейчас Дейра осознала, насколько полную свободу ей предоставляют родичи.

— Спасибо, — прошептала девушка.

— Лишь бы ты была счастлива, красавица, — с горькой улыбкой ответил глава рода.

— Вряд ли я буду счастлива без вас, — хитро подмигнула Дейра и пулей вылетела из кабинета отца.

Там Миташ и Шахар на полигоне развлекаются. И она еще может успеть на это посмотреть!

*****

— У тебя защитный артефакт есть? — спросил Миташ по пути на полигон поместья.

В отличие от моего крохотного участка, резиденция Дхармоттара занимала больше двух квадратных километров. Полноценный полигон для учений крупных войсковых соединений и здесь, конечно, было не сделать, но для тренировок магов у них было все.

Площадка полигона была размером метров триста на триста примерно, и делить ее на более мелкие участки не стали. Защита накрывала сразу всю площадь. Я аж зубами скрипнул, когда осознал масштабы подобного расточительства. Это ведь запредельно дорого.

Да и избыточно, в общем-то. Такие просторы нужны, по сути, только магам восьмого и девятого рангов. Остальным и сотни метров хватит.

Но раз Дхармоттара могут себе это позволить, то почему бы и нет? Мне-то с моими плетениями, не имеющими ограничения дальности, оно только на руку. Удивлю противника лишний раз.

— Седьмой ранг, — кивнул я.

— Отлично, тогда я могу не сдерживаться! — с предвкушением потер руки Миташ.

— Да ты и так можешь, — хмыкнул я. — Спорим, не поймаешь?

— Да ты! — возмутился боевой маг. — Это я в Академии не стал площадные плетения применять, больно мало там места, у тебя просто шансов не осталось бы, но тут-то!..

— Ну посмотрим, — насмешливо улыбнулся я.

— На что спорим, что достану?

Миташ, похоже, не на шутку распалился и в порыве азарта готов был сделать действительно серьезную ставку в этом споре.

— Я не приму твою ставку, — серьезно ответил я. — Просто поверь на слово, ты не возьмешь меня площадными атаками. Никакими.

Наткнувшись на его упрямый взгляд, я только головой покачал:

— Сам сейчас увидишь.

Мы уже подошли к тренировочной площадке, и Миташ сделал кому-то знак рукой. Я обернулся и увидел мага, стоявшего около тренировочных щитов.

За пределами площадки, конечно, не только щиты были, там еще масса разнообразных магических тренажеров стояла, но издали их было не рассмотреть толком. Потом как-нибудь подойду поближе и даже опробую, возможно. Это явно не последняя моя тренировка у Дхармоттара.

Незнакомый маг приветственно кивнул нам и стукнул себя в грудь.

Стоило нам пересечь границу площадки, как за нашими спинами тут же поднялись щиты. Причем, судя по исходящей от них мощи, эти щиты были далеко не шестого ранга, а, как минимум, восьмого. Если не девятого.

Вот же богатые показушники, хмыкнул я. Но впечатлили, этого не отнять. Я себе такое расточительство смогу позволить еще нескоро.

Миташ кивнул на центр площадки и сорвался с места. Просто чтобы стартовую позицию побыстрее занять. Я остался на месте. А смысл бегать? Главное, чтобы между нами было нормально расстояние.

Оказавшись в центре площадки, он обернулся и крикнул:

— Готов?!

Я махнул рукой и тут же рванул в сторону.

Глава 27

*****

Миташ с ходу отправил в меня волну огня. Не объёмное плетение, секторное пока, но легче от этого не стало. Я в который раз проклинал свою лень.

Вот что мне стоило отойти от защитного барьера по периметру площадки хотя бы метров на тридцать? Зато пространство для маневра расширилось бы в разы. А сейчас я сам себя фактически прижал к барьеру.

Жадно мне было демонстрировать очередной козырь сразу.

С другой стороны, он же ни черта не поймет, за стеной огня банально не видно ничего. Зато красиво будет.

И пусть еще попробует вынудить меня применить это во второй раз.

Я остановился, развернулся лицом к катящейся на меня стене пламени и материализовал в руках два клинка. Точнее, это выглядело как материальные ножи в локоть длиной, а по факту это всего лишь плетение.

Скрестив руки с «ножами» перед лицом, я шагнул вперед. Чужое пламя ярилось, недовольно гудело и рвало «ножи» из рук, но достать меня не могло. Я шаг за шагом шел вперед.

Когда до границы пламени остался один шаг, я накинул на себя легкую ментальную концентрацию. Можно было и с «ножами» выйти из пламени, но это ж всю интригу порушит.

А так я поймал тот самый момент. Прокатившись мимо, последние завихрения пламени словно бы забрали с собой мои «ножи». Из огня я вышел демонстративно неторопливым шагом и с пустыми скрещенными руками перед лицом.

Я опустил руки и насмешливо приподнял бровь.

У Миташа в прямом смысле отвисла челюсть.

— Как? — только и смог прохрипеть он.

— А ты не видел, что ли? — наивно удивился я. — Ну извини, твои проблемы. Защищайся!

С двух рук я отправил в него две волны серпов, причем летели они с немного разной скоростью. Одним щитом тут не отделаться.

Миташ поднял щиты на рефлексе и тут же рванул в сторону.

Вот теперь поиграем. Попробуй теперь заставить меня повторить этот трюк с рассечением объёмного плетения!

*****

Набегались мы с Миташем от души. Через сорок минут у обоих языки уже лежали на плечах, но сдаваться мы не собирались.

Остановила нас Дейра. Девочка пришла на полигон минут через двадцать после начала нашего спарринга и наблюдала за нами очень внимательно. И остановила она нас вовремя. Как раз на той границе, где усталость уже может превратить азарт в злость.

Миташу, кстати, так и не удалось заставить меня снова идти напролом через объёмное плетение. А когда я уже после тренировки предложил просто показать этот прием, он отказался. Сказал, теперь это дело чести — загонять меня так, чтобы я вновь применил это в бою.

Что ж, я только за. Мне тоже очень понравилась тренировка, давно я с таким азартом не носился по полигону. Это тебе не нудное одиночное отрабатывание одного и того же плетения днями напролет.

Дома на столе меня ждало письмо. Все подряд мне на стол уже давно не клали, так что конверт заставил немного напрячься.

«У меня важные новости. Жду тебя через трое суток в твоем родовом поместье. Со мной связи нет и не будет, иду напрямую из глубины Свободных земель. Ш.М.»

И дата внизу — сегодняшняя.

Я даже на секунду не задумался над расшифровкой инициалов, такой непосредственной бесцеремонностью на моей памяти обладал только один человек.

Саша, что б тебя!..

Она правда считает, что неполные двое суток — еще сутки сразу закладываем на дорогу — достаточно, чтобы выкроить окно в делах? Я фактически глава рода, между прочим. Нет, я понимаю, что она и в родном мире была оторванным от жизни аналитиком, но не настолько же? Или тут просто волю почуяла?

Эх, и ведь придется ехать. Саша, конечно, всегда была довольно бесцеремонной, особенно когда дело касалось тех сфер, что были ей не интересны, но не настолько, чтобы поднимать панику на ровном месте.

А еще я помню, что Саша никогда не просила помощи. Даже если она ей реально была нужна. Не знаю, почему, может, ее настолько зависимость от кого-то напрягала, что она предпочитала сдохнуть, но в одиночку. Факт в том, что эта просьба о встрече от нее вполне могла быть как раз завуалированным криком о помощи.

Так что вариант отмахнуться и забыть я даже не рассматривал.

Повезло еще, что встреча с императором у меня завтра. Я не смог бы себе позволить сорваться не пойми куда до того, как отдам обещанную методичку. Меня просто не поняли бы. Ни император, ни аристократы. Если бы мне было настолько плевать на будущий клан, император мог обидеться и вовсе его не дать.

Вот интересно, а как Шанкара вообще передала это послание, раз с ней нет связи? Заранее заготовила шаблоны сообщений, пронумеровала их, а потом тупо нажала нужную кнопку на сигнальном браслете? Смешно будет, если она случайно это сделала.

Ну а из форта передать послание в столицу — это несколько часов. Я оставил там своего связного, ему только до Лакхнау нужно было добраться и найти там телефонную будку.

*****

Шанкара опустилась на одно колено, уперлась плечом в толстый ствол дерева и прикрыла глаза. За полдня бегства она стала фактически живым сканером для своего маленького отряда.

Опасность для себя или своего рода хорошо ощущают не только интуиты, однако козырь рода — это совершенно другой уровень. Еще сегодня днем, при первом обнаружении противника, Шанкара могла дать только примерное направление на большую группу врага. И то только потому, что они все «фонили» агрессией в ее адрес.

Сейчас она чуяла даже скрытых в чаще леса одиночных наблюдателей, которые вообще не имели ничего против нее. Они не собирались нападать, да и не было шансов у одиночек. Однако шлейф отдаленной опасности стелился за ними, как дым.

И девушка безошибочно их чуяла.

Где-то вдали раздался приглушенный звук одиночного выстрела. Уж на что-что, а на экипировку глава рода Магади в этот раз не поскупился, артефактные патроны были у всех ее гвардейцев. И большую часть сегодня днем, при разделении отряда, отдали ее сопровождающим.

Рядом с девушкой из зарослей вынырнул командир отряда.

— Этот готов, — тихо сообщил он.

— Похоже, он был последним, — произнесла Шанкара и открыла глаза. — Еще через часок проверю, но, вроде, мы оторвались.

— Принял, — кивнул гвардеец. — Цель та же?

— Да.

— Тогда идем зигзагом. Границу будем пересекать в районе форта Арджау.

— Другие варианты есть? — поморщилась Шанкара.

В форте Арджау служили родичи Шахара, и именно там в прошлый раз шла подготовка к его рейду за ней. Цели он, конечно, не называл, но среди аристократов дураков мало. Могут сопоставить.

— Форт Мирешт, — предложил командир отряда. — Это крюк в несколько часов, но там будет даже проще. Я знаю там пару хороших ребят, все проверки пройдем там быстрее.

— Хорошо, тогда Мирешт, — кивнула Шанкара. — Транспорт там дадут?

— Дадут, но я не советую, — качнул головой гвардеец. — Транспорт легко отследить. А если мы уйдем в леса сразу после границы, цель нашего похода не узнает никто.

Шанкара вздохнула.

На свою физическую форму она не жаловалась и в прошлом мире, а уж тут за нее взялись еще более серьезно. Умение обращаться с праной в разы поднимало выносливость и прилично добавляло скорости, а родовые методики позволяли учиться быстро. Однако удовольствия в беге Шанкара все равно не находила.

— Идем пешком, — решила она. — Расчетное время прибытия?

— Двое суток, если сократить отдых до трех часов в сутки.

Из всего отряда праной хуже всех владела как раз Шанкара, но и ее уже нельзя было назвать новичком в этом деле.

— Нормально, — отозвалась Шанкара. — Вперед!

*****

На встречу с императором я ехал напряженным. Мало того, что сама встреча нерядовая, так еще и Саша добавила неясностей.

Вот интересно, что я буду делать, если император сейчас пару дней на изучение моей методички возьмет? У меня очень приличный томик получился, с полпинка даже я сам бы там не разобрался, вручи мне кто-то что-то подобное.

Я старался делать методичку попроще, в том числе и по структуре. Крупные разделы, подзаголовки по темам, группировка тем по схожим принципам и логичные переходы от темы к теме, — я умею нормально оформлять документацию. Но информации получилось много, и она все равно требует времени, чтобы вникнуть.

В общем, если император возьмет паузу — он будет в своем праве.

Ладно, рано я всполошился. В конце концов, лично императору-то эти знания зачем? За него воюет армия. Ну или гвардия рода, на худой конец. Сам он вряд ли что-то из моей методички будет применять, разве что из любопытства ее пролистает.

Император ждал меня в той же гостиной, где мы с ним встречались в последний раз. Кресла, чайный столик, даже разноцветные сладости, казалось бы, были теми же самыми. Как будто и не прошло с того дня двух декад.

— Садись, — кивнул мне на свободное кресло император.

— Ваше величество, — поклонился я у двери и только потом прошел в комнату.

— Да садись уже, — азартно улыбнулся император.

Его любопытный взгляд был прикован к свертку в моих руках.

По сути, это была обычная папка размера А4 моего мира, просто я ее в подарочную бумагу завернул. Надо было хоть в книжку переплести, что ли. Не подумал я об этом. Не люблю все эти лишние красивости, и потому регулярно упускаю подобные вещи из виду.

Я устроился в кресле и на двух руках, с небольшим поклоном из положения сидя, протянул сверток императору.

— Ваше величество, я прошу вас принять этот дар от рода Раджат, — сказал я. — Хоть я и чужак изначально, однако я всячески желаю процветания и благополучия стране, которая стала моей второй родиной. И надеюсь, что мой дар позволит нашей Империи начать очередной виток развития и приумножить свою силу.

Император едва заметно улыбнулся. Что ж, он понял мой посыл, это радует.

Я сейчас просто сглаживал ту резкость, которую проявил при объяснении, почему мне все равно, где жить. Разумеется, невозможно полюбить чужую страну за несколько месяцев. По крайней мере, точно не так, чтобы назвать ее второй родиной. Я сейчас просто показывал свои намерения. И да, я действительно хотел прижиться именно здесь.

Теоретически, можно было бы съездить в Российскую Империю и посмотреть на свою настоящую родину в этой эпохе. Правда, я слишком хорошо знаю своих соотечественников. Человек с индийской внешностью никогда не станет там полностью своим. И то, что я на самом деле русский, мало что изменит.

Я везде в этом новом мире буду чужаком, с этим пора смириться.

Раз Мир вытащил меня именно сюда — что ж, попробую обжиться здесь. Тем более, стартовые позиции в Индии у меня более чем неплохи.

Император взял у меня сверток, одним движением содрал подарочную упаковку и раскрыл папку.

— Угощайся, — буркнул он, небрежным жестом махнул в сторону стола и углубился в чтение.

Не зря я короткое вступление написал, похоже. Именно его император прочитал внимательно, а дальше просто прошелся по оглавлению и пролистал отдельные разделы.

Пока император изучал мой дар, я успел выпить чашку черного чая, налить себе еще одну и даже снова напрячься. Я просто не понимал: ему действительно настолько интересно или он время тянет?

А если время тянет, то зачем? Ждать мне вообще подвохов от него или нет?

В состоянии ли он сам оценить ценность тех знаний, которые я предоставил, или это все-таки будет отдано специалисту? Если нужна экспертиза, то сегодня я ответа и вовсе не услышу.

В какой-то момент мне даже пришлось придерживать циркуляцию праны в своем теле. Кажется, еще никогда в этом мире я так не волновался.

Наконец, император закрыл папку, отложил ее на дальний край стола и поднял голову.

Я подобрался и встретил его взгляд. Сейчас все решится.

Глава 28

*****

— Ты заслужил право на основание клана, наследник рода Раджат, — торжественно сообщил император. — С этого момента род Раджат больше не является свободным родом. Я отдам указания сразу после твоего ухода, канцелярия оформит бумаги за декаду. Однако полноценно кланом ты станешь только после официального объявления об этом. Успеешь за декаду организовать прием?

— Конечно, ваше величество, — склонил голову я. — Примите мою искреннюю благодарность, вы исполнили мою мечту.

— Ты сам ее исполнил, — довольно хмыкнул император. — Я действительно не припомню, чтобы кто-то вносил больший вклад в развитие моей империи.

— Благодарю, — я поклонился из положения сидя.

С вежливостью лучше перебрать, я всегда так считал.

К тому же я и правда был ему благодарен. Император не стал припоминать мне прошлое, хотя на мою зеркальную ответку с жемчужиной Аукциона он мог реально обидеться. Оставайся я по-прежнему свободным родом, это было бы некритично. Не настолько велика та обида, чтобы не забыться со временем, да и оба мы в той истории были хороши. Но сразу, сейчас, она могла и сыграть.

Однако на этот раз император действительно честно расплатился за мой дар. Без подвохов и уверток.

— Первое приглашение пришлешь мне, — добавил император. — Прямо сегодня вечером. Открытое, именное. Я дам официальное подтверждение своего присутствия, и после этого можешь собирать остальных гостей.

— Как скажете, ваше величество.

— И еще, — император бросил на меня острый взгляд, — ты уж не сочти за труд выкинуть из списка приглашенных пару фамилий. Не заслужили они еще права присутствовать на одном приеме со мной.

Я напрягся, хоть и понимал, что отказать не имею права.

По традиции прием в честь образования нового рода или клана устраивают виновники торжества. Однако всем понятно, что главным действующим лицом на этом приеме будет тот, кто вручает право. На клан, в данном случае. И именно он, по факту, определяет список гостей.

Хорошо еще, что император мне готовый список гостей не вручил.

— Каких именно фамилий? — уточнил я.

— Пришлю вместе с подтверждением моего присутствия, — ответил император. — Ты же выполнишь эту мою маленькую просьбу?

— Разумеется, — кивнул я.

— Тогда больше я тебя не задерживаю, — слегка улыбнулся император. — У нас обоих образовалось много дел.

*****

Дома я первым делом вызвал Астарабади и поинтересовался, что с подготовкой моей поездки на родовые земли. Я не знал, что случилось у Шанкары, поэтому в подготовку вообще не вмешивался. Если мой хомяк отправит со мной половину родовой гвардии, возражать не буду.

Выслушав Астарабади и убедившись, что все уже готово, я обозначил, что мы выезжаем через два часа.

После этого я потребовал к себе Дадабхаи. Тот появился практически мгновенно, словно чуял, что будет нужен и крутился где-то поблизости от моего кабинета.

— На тебе организация приема, — сообщил я ему. — Меня не будет, вполне вероятно, несколько дней, так что справляться придется тебе одному. Прием по случаю образования клана Раджат.

— Господин, — судорожно вдохнул Дадабхаи и захлебнулся эмоциями.

— Процедуру знаешь, я надеюсь, — полувопросительно произнес я.

— Конечно, господин, — он поклонился из положения сидя. — Но… там же нужна ваша подпись… И не одна…

— Это можно и заранее, — пожал плечами я. — Приглашение императору — это полчаса работы. Я еще не уеду, успею подписать. А дальше тебе общаться с имперской канцелярией, там моя рука не нужна. Или нужна?

— Не уверен, — качнул головой Дадабхаи. — Может потребоваться.

— Пфф, ну дай мне пару чистых листов, я подпишу их на всякий случай, — предложил я.

Дадабхаи широко распахнул глаза и застыл.

Рискую, это я и сам понимал. Такие вещи вообще-то никому в руки не отдают, на чистом листе с моей подписью что угодно можно изобразить, хоть дарственную на родовые земли.

Но, с другой стороны, слуги против рода не пойдут. А если внутри рода, то дядю Ривана конкретно Дадабхаи вообще никогда в глаза не видел, ему он никто.

Разве что кража бумаг теоретически возможна, но с замыканием магической защиты и это крайне маловероятно.

Однако повод еще чуть-чуть возвысить Дадабхаи просто отличный.

— Я тебе доверяю, — глядя ему в глаза сообщил я. — И уверен, что ничем не рискую в этом случае. Ты все сделаешь, как надо.

— Благодарю, господин, — вновь поклонился Дадабхаи. — Можете на меня положиться. А приглашения остальным гостям?

Вот тут я задумался. По идее, мне придется собирать довольно много аристократов, и половине из них просто напечатанное приглашение не отправишь. Те же Дхармоттара или Сидхарт подобного пренебрежения не поймут.

Тем более, что территория особняка у меня относительно небольшая, и собирать я буду только самую верхушку родов и кланов.

— Печатай пока пустые бланки приглашений, — решил я. — Подпишу их все перед отъездом. Имена и текст сам впишешь, когда список от императора придет.

— А ваш список гостей?

— Тот же, что и в прошлый раз, — ответил я. — Плюс все вечные роды, великие кланы и роды или кланы с магами девятого ранга. Ограничение — по два человека от рода или по четыре человека от клана. Магам девятого ранга отправляй персональные приглашения. И роду Магади еще пошли приглашение, вдруг решат приехать. Если останутся места — приглашай самые сильные из древних родов. С Асан посоветуешься, политический расклад в общих чертах она должна знать. Только без Каспадиа и Манджунату, этих мне даром не надо.

— Понял, господин. Если позволите, я пойду готовить приглашения.

— Конечно, иди, — кивнул я.

*****

Стопку распечатанных пустых приглашений Дадабхаи принес мне буквально через полчаса, а с приглашением императору обещал вернуться чуть позже.

От его попыток добиться моего одобрения дизайна карточек я попросту отмахнулся. Не хочу в это вникать. Выглядит нормально, а что означают все эти украшательства, я не знаю и знать не хочу. Этикету соответствует? Ну и отлично.

Пока я подписывал приглашения, в кабинет заглянула Андана.

— Шахар, есть минутка? — спросила она от двери и замялась. — Это, наверное, не срочно, но ты же не знаешь, на сколько уезжаешь?..

— Проходи и рассказывай, — кивнул на кресло я. — Только я буду невежливо смотреть на эти несчастные бумажки, ты уж извини, милая.

— Да, конечно, — улыбнулась Андана и села в кресло. — В общем, я почти закончила с выкупом нашего квадрата. Осталась только одна вредная тетка. Не хочет она продавать нам свой участок, и все тут.

Невеста нахохлилась, словно обиженный воробей.

И почему всегда находится такая «вредная тетка», а? Я еще в прошлой жизни массу таких историй слышал. Как только требуется выкупить определенный кусок земли, хоть один упертый жилец, но найдется.

— Ты предлагала ей денег? — уточнил я.

А то мало ли, Андана щедростью не отличается.

— Двойную цену, — кивнула девушка.

Извини, милая, плохо я о тебе думал. Умеешь ты, когда нужно, усмирить свою воинственную прижимистость.

— Аргументы? — спросил я.

— Этот участок купил еще ее муж, когда был жив, — вздохнула Андана. — И дети ее тут выросли. Они уже взрослые, учатся в специализированных школах сейчас, но периодически приезжают в гости к матери. Я так понимаю, этот дом дорог всей семье.

М-да, печально. В смысле, я понимаю эту женщину и ее мотивы. Проблема в том, что без последнего участка весь наш квадрат, да и в целом будущая клановая резиденция, теряет смысл. Там будет элементарно защитный периметр не замкнуть.

Плюс к тому именно ее дом вынесут первым при любом нападении. Через дорогу он не имел бы особого значения для диверсантов или бойцов противника, а как вклинивающийся в нашу линию защиты будет бесценным подспорьем.

— А она понимает, что станет первой жертвой, если что? — поинтересовался я.

— Не понимает и понимать не хочет, — покачала головой Андана. — Это в первый раз она со мной вежливо говорила и рассказала, почему ей дом дорог. А во второй просто на порог не пустила. Бросила из-за двери, что дом не продаст, и все.

А вот это уже наглость. Не открыть дверь аристократке, особенно зная, кто она такая, — это за гранью. И ведь ничего плохого ей Андана сделать не успела.

— Тебе будет ее жалко, если мы испортим ей жизнь? — приподнял бровь я.

— Нет, — хмыкнула Андана. — Я ей сочувствую, но тетка неприятная. И уж некоторые фразы вроде «да подавитесь своими деньгами!» я ей никогда не прощу.

Ясно, будем давить.

— Тогда давай так, — предложил я. — Соседние с ней участки уже свободны?

— Один, — ответила Андана. — Второй освободится через четыре дня.

— Начни с того, который свободен. Сносите дом и организуйте на том участке все самые шумные работы. Их же все равно где-то делать надо? Вот пусть они ведутся там. С утра до ночи, можно по сменам. Но! Строго в разрешенное законом время. Нам претензии не нужны.

Андана лукаво улыбнулась, на лету схватив мой замысел.

Да, мы не будем шуметь ночью. Но даже за разрешенные четырнадцать часов в сутки в бесконечном шуме можно сойти с ума. А уж если это продолжается день за днем…

— Спасибо, Шахар!

— И еще одно, милая, — добавил я. — Когда она поймет, что была не права, не сбивай цену. Не надо глумиться над человеком, еще не хватало, чтобы она снова взбрыкнула и закусила удила. Сколько ты ей предлагала в последний раз, столько и заплати за ее участок.

— Я тебя поняла, так и сделаю, — серьезно кивнула Андана.

Она встала, перегнулась через стол и поцеловала меня в губы.

— Удачной тебе поездки, милый! — подмигнула она и выскользнула из кабинета.

*****

— Что? Клан?!

Глава рода Каспадиа развернулся к секретарю вместе с креслом. На его лице изумление смешалось с неверием и зарождающейся яростью.

— Да, господин, — кивнул секретарь. — Только что пришло подтверждение из имперской канцелярии. Начата процедура оформления нового клана с Раджат в качестве главного рода.

— Невероятно, — ошарашенно прошептал глава рода. — Как этот жадюга расщедрился на клан?.. Когда вообще в последний раз был образован новый клан?

— Шестьдесят восемь лет назад, — ответил секретарь.

— То есть ни он сам, ни даже его отец не давал никому клан, — сделал вывод глава рода Каспадиа. — Только дед нынешнего императора, под самый конец правления… Очень интересно. И чем мальчишка его купил?

— Не знаю, господин, — виновато опустил голову секретарь.

— Да это риторический вопрос, — отмахнулся от него глава рода.

Еще несколько секунд он обводил блуждающим взглядом свой кабинет. А потом вдруг устремил на секретаря сосредоточенный жесткий взгляд.

— Это неприемлемо, — категорично заявил глава рода. — Мы не можем позволить мальчишке получить клан. Что у нас с наблюдением за ним?

— Час назад кортеж Раджат выехал на юг, — сообщил секретарь. — Предположительно направляется в Лакхнау.

— И ты молчал?! — вновь взвился глава рода Каспадиа.

— Это вторая новость, которую я пришел вам сообщить, — ровно ответил секретарь.

— Поднимай гвардию, — приказал глава рода. — Всех доступных и готовых выехать прямо сейчас наемников тоже стягивай к Лакхнау. Мальчишку нужно уничтожить. И другого шанса у нас не будет.

Глава 29

*****

— Я согласен на ваши условия, — спокойно кивнул архонт.

Глава рода Магади пристально посмотрел на гостя.

Когда Шанкара рассказывала об этом человеке, у главы рода сложилось немного иное мнение о нем. И уж точно даже мысли не было о том, что с ним так легко будет договориться. Как ни крути, маг, который уже не первое десятилетие держал в кулаке немалые земли и неслабые боевые силы, не мог оказаться простаком.

Впрочем, глава рода предлагал вполне адекватные условия.

У него не было цели подавить будущего родича и свести его на положение слуги. Да и никто в здравом уме с магом восьмого ранга в такие игры играть не стал бы, он же будет самым сильным магом не только рода, но и всего клана, если они договорятся.

— Почему? — спросил глава рода. — Я понимаю, зачем мне вы и ваши земли. Собственно, я все это подробно изложил. Но я не понимаю ваших мотивов. Сейчас вы — единоличный правитель на своих землях. Почему вы готовы отдать их под наше управление?

— Это ненадолго, — хмыкнул архонт. — Я не знаю в подробностях, что у вас в Империи происходит, но столько родовой гвардии я в Свободных землях не видел за несколько лет, сколько за последние декады туда набежало. Что-то затевается. А я держу свои земли, по сути, только своей личной силой. В Свободных землях пока попросту нет мне равных. Однако у меня нет иллюзий, если ко мне придут аристо, ранг меня не спасет.

Глава рода понимающе усмехнулся. Слухи о грядущем завоевании части Свободных земель под эгидой императора дошли уже даже в их медвежий угол.

Объяснять это пока еще гостю глава рода не стал, однако его чуйку отметил. Ранг не застилал магу глаза, и это радовало.

Также радовала честность. Гость не стал петь лживые дифирамбы Шанкаре и преувеличивать свое желание видеть ее своей женой. Главную роль в его мотивах это играть не могло, и это понимали все, включая саму Шанкару.

— К тому же, — продолжил архонт, — я хочу видеть своих детей аристократами. И желательно, в составе сильного рода или клана. Мне повезло с потенциалом, мне повезло с выбранным в свое время путем развития. А насколько повезет им… Не хочу я это проверять. Крепкий тыл и проверенные веками методики надежнее.

И это тоже глава рода мог понять. На этом, по сути, вся философия аристократов стояла.

— И чтобы закрыть эту тему, — добавил архонт. — Я не знаю своих предков дальше отца. И сходство фамилий меня сильно выбило из колеи. Я даже не знал, что в Империи существует род Магади. Знал бы — пришел бы к вам сам, и намного раньше.

— Благодарю за откровенность, — склонил голову глава рода. — И, надеюсь, мы сработаемся. Я подтверждаю заключение договора между моим родом и Эштаном Магада на обозначенных ранее условиях.

— Я подтверждаю заключение договора между мной и родом Магади на обозначенных ранее условиях, — эхом откликнулся архонт.

Пару секунд мужчины молча смотрели друг другу в глаза, а потом глава рода улыбнулся:

— Когда вы будете готовы принять войска?

*****

— А расскажи-ка мне, что там с Лакшти? — спросил я у Астарабади уже в машине. — Не нравится мне, как они притихли в последнее время.

За старшую в столичном особняке на этот раз осталась Асан, пора ей вновь привыкать к роли аристократки. И ей, и слугам рода. А Астарабади, как я и предполагал, взял с собой половину гвардии, отряд диверсантов, несколько разведчиков и безопасников, и сам возглавил всю эту сборную солянку.

Ехать нам было далеко, так что успеем многое обсудить. Дома я вечно чем-то занят, и времени на несрочные дела попросту не остается. Разведка же пространных докладов не делает.

Зря, кстати, надо бы указать Биджау на это упущение. Просмотреть по диагонали текст — это намного быстрее, чем обсудить все голосом.

— Судя по всему, готовят себе место возле императора, — неопределенно покачал головой Астарабади.

— Что? — с недоумением переспросил я.

— Слухи, что император хочет вернуть контроль над частью Свободных земель, уже даже среди простолюдинов ходят, — хмыкнул Астарабади. — И, судя по всему, в этой авантюре будет предложено поучаствовать всем желающим. Вот только до сих пор непонятно, что будет со статусом захваченных земель. Если они все станут частью империи, то какой в этом смысл для аристо? А если родовыми — то аристо сами там друг друга перебьют, никакого внешнего врага не надо.

— И Лакшти?.. — подтолкнул я в нужном направлении своего ближника.

— А Лакшти, похоже, что-то знают. По крайней мере, еще месяц назад такой демонстративной лояльности императору они не проявляли. На них уже другие аристократы с недоумением начинают поглядывать. И все это оправданно только в одном случае: если родовые земли после завоевания достанутся только избранным.

Легко, кстати. Немного зная императора, вообще не удивлюсь, если награждать родовыми землями будет лично он. Причем не столько за заслуги, сколько «по велению души».

— А в наш адрес что? — продолжил расспрашивать я.

— Пока ничего, — пожал плечами Астарабади. — Биджау говорит, практически все аристо, до которых он хоть как-то дотянулся, уверены, что в ближайшее время все сливки общества встретятся там, в Свободных землях. Не удивлюсь, если Лакшти там нас и будет ждать.

— Ты тоже поддался общей уверенности? — усмехнулся я. — Сам подумай, на кой нам эти приграничные пустоши?

Астарабади посмотрел на меня с непониманием.

— Много Империя не отхватит, согласен? — вздохнул я. — В Свободных землях полно других игроков, которые тоже точат зубы на эти территории. Даже половину Свободных земель Индии никто не отдаст. А на войну с соседями император не пойдет уже хотя бы потому, что самые боеспособные соединения, начиная с гвардий сильнейших родов и кланов, будут в Свободных землях. И по мановению его руки они оттуда не снимутся. А если снимутся и потеряют все уже завоеванное, ему это потом так аукнется, что лучше бы не.

— Согласен, — кивнул Астарабади.

— Ну пусть даже треть Свободных земель Индия оттяпает. Я думаю, намного меньше, но допустим, треть. Ты понимаешь, что там ничего нет? Ни инфраструктуры, ни населения, ничего. Возможно, кому-то с природными ресурсами повезет, но даже это потребует гигантских вложений. Зачем нам это, если у нас есть практически неосвоенный регион Лакхнау? Со своими родовыми землями там, заметь. Сделав из Лакхнау транспортный узел на пути к этим новым территориям, мы выиграем намного больше, чем если начнем медленно и натужно осваивать дикие джунгли.

Астарабади глянул на меня задумчиво-заинтересованным взглядом.

— То есть тебе не нужен еще один кусок родовых земель? — уточнил он.

— Нам его не достанется, и не надейся, — фыркнул я.

— И воевать мы там не будем? — упрямо продолжил гнуть свое Астарабади.

— За земли — нет, не будем, — ответил я. — Но это не значит, что Свободные земли нас не интересуют.

*****

Риана шла по столице и с улыбкой смотрела на прохожих, на играющую детвору, на гомонящих торговцев уличной едой. Солнышко уже не так жарило, как летом, чувствовалось приближение холодного времени года, но пока еще это была просто комфортная желанная прохлада.

Поймав себя на этой улыбке и тихой радости жизни, Риана в очередной раз мысленно поблагодарила своего господина. С тех пор, как она поступила на службу к господину Раджат, ее жизнь изменилась. На самом деле, она по-прежнему была всего лишь наемным работником, но девушка с самого начала предпочитала называть это службой.

Обязанности просты и понятны, щедрая оплата позволяет помогать семье, а защита аристократа, прикрывшего ее словно невидимым крылом, и вовсе бесценна.

Поначалу Риана еще удивлялась, зачем господину все эти разнообразные открытые сведения, которые он запрашивал, но в последнее время она и сама начала потихоньку вникать. Ее основной обязанностью уже довольно давно стали сбор и сортировка новостей. У господина попросту не было на это времени.

Риана всю декаду делала подборку новостей по разным сферам жизни, начиная с технических изобретений и заканчивая светскими новостями, и перед очередными выходными предоставляла ее господину со всеми ссылками на первоисточники. Где-то он сразу указывал на неполноту данных, где-то наоборот объяснял, что вот это и это можно было проигнорировать. Риана слушала внимательно и училась. У нее самой постепенно менялся привычный взгляд на мир.

Другие задачи господин подкидывал ей редко. Девушка понимала, что у него в роду точно есть личный секретарь, и вряд ли один, так что ей спихивают самую простую и объёмную работу. Но она была рада и этому. Простые, но преданные люди тоже нужны, и Риана еще не рассталась с мечтой принести клятву роду Раджат.

Лучше бы, конечно, совершить какой-нибудь выдающийся поступок, после которого ее точно не смогут не взять в род, но это были только мечты. Где мирная городская девочка — и где подвиг уровня аристо?

Когда сзади на девушку налетел какой-то человек и обхватил ее, прижав ее руки к телу, Риана даже пискнуть не успела. С визгом тормозов рядом остановилась машина, и через секунду Риана оказалась уже в салоне. С двух сторон ее зажимали весьма габаритные мужчины, а в следующую секунду ускорение вжало ее в спинку заднего сидения.

Машина уже сорвалась с места, а Риана все еще только набирала воздуха в грудь, чтобы закричать.

Мозг при этом работал быстрее тела. Это похищение. И эти люди — враги господина. Сама по себе юная студентка Академии, маг первого ранга, явно никому не нужна. Значит, ее будут использовать против господина.

Хотела подвиг? Вот тебе возможность.

Это была ее последняя мысль перед тем, как один из мужчин прижал к ее лицу гадко пахнущую тряпку, и девушка провалилась в темноту.

*****

До родовых земель мы добрались только через шестнадцать часов. И это еще водители гнали по трассе, как ненормальные, благо внушительный картеж аристократа, на всякий случай, пропускали почти все. Ну и гаишники — или как они тут называются? — связываться с нами откровенно не хотели.

Очень жаль, что в этом мире самолеты не получили широкого распространения. Понятно, что их слишком легко «дезориентировать», учитывая повальную любовь местных к блокировкам волновой связи, но все равно жаль. Куча лишнего времени на дорогу уходит.

Перед проемом ворот машины встали. Самих ворот здесь не было со времен штурма родового поместья, но магическая защита еще как-то держалась, и проем был затянут едва заметной радужной пленкой.

Бойцы высыпались из машин и взяли под контроль все подступы, а я направился к проему ворот. Пешком, разумеется.

Теоретически магическая защита должна пропускать машины, если внутри находятся члены рода или его слуги. Но я понятия не имею, как она настроена, а машины все-таки новые, их защита раньше не видела.

Коснувшись радужной пелены, я настроился на защиту. Меня она приняла, как родного, и тут же посыпались блоки-обманки, открывая настоящую суть. Пара минут — и я открыл проход.

Все машины и бойцы втянулись внутрь, и вход за ними я закрыл.

Понятия не имею, здесь ли уже Шанкара, искать небольшой отряд в лесу можно долго, но если здесь — найдет способ дать о себе знать. Достаточно банально выстрелить в стену, чтобы защита подала мне сигнал.

Моей задачей пока было оценить состояние защиты. И подлатать, что смогу.

Я давно собирал магические кристаллы-накопители, намереваясь ею заняться, и, конечно, привез их с собой. Такая оказия, грех не воспользоваться. Саму защиту я собирался переделать, но не прямо же сейчас? А стандартная защита намного лучше, чем ее отсутствие. Нужно всего-то пару десятков накопителей поменять.

Мои люди уже разместились в привезенных с собой палатках, приготовили еду на походных горелках, поужинали и легли спать. Те, кто не остался дежурить, конечно. А я все еще возился с первичным осмотром.

В самых критичных узлах я менял накопители сразу, но, в основном, просто вникал в суть. Защита, кстати, хиленькая оказалась. Шестого ранга.

Я помню, что прежний глава рода погиб, сражаясь с магом седьмого ранга. И теперь уже я не понимал, зачем при том штурме нападавшие с таким упорством долбились в ворота? Этот маг седьмого ранга мог попросту перегрузить нашу защиту и выжечь ее на любом участке стены. С другой стороны, он бы тогда против главы рода вышел уже с пустыми резервами.

Ладно, это дело прошлое.

С осмотром я закончил, в целом защита даже жива, хоть и дышит, мягко говоря, на ладан. Дальше уже завтра буду разбираться, все равно Шанкару ждать.

Ан нет, не прав. Практически тут же, стоило мне про нее вспомнить, где-то за стеной раздался одиночный пистолетный выстрел, и тут же полыхнула защита около ворот. Лениво так, все же не ее уровень угрозы.

Вот и Шанкара. Что ж, посмотрим, что у нее за «новости».

Глава 30

*****

Шанкару сопровождали трое бойцов. Судя по повадкам — все маги. Не самый лучший выбор, магам без огнестрельного прикрытия неодаренных работать не так удобно, ну да кому что. Огнестрел, кстати, был у них всех, так что, возможно, я и не прав.

Внутрь я их проводил просто: высовывал свою ладонь за пленку магической защиты, брал за руку и затаскивал человека в ворота. Защита бурлила, но это «фи» было исключительно в мой адрес на ментальном уровне, гостей оно не цепляло.

— Параноик, — хмыкнула Шанкара, оказавшись внутри.

Не сказал бы. Конкретно сейчас я не перестраховывался, так действительно было проще. Я мог бы и снять защиту, как снимал ее, когда мои машины въезжали. Но это энергии требует прилично, а напрягаться мне было лень.

— Все? — уточнил я у Шанкары, когда четвертый маг оказался внутри.

И да, все четверо и правда оказались магами, такое невозможно не почувствовать при физическом контакте.

— Да, — кивнула девушка.

— Тогда располагайтесь, — приглашающе махнул я рукой на палаточный лагерь.

Шанкара окинула взглядом руины и сочувствующе покачала головой. Но промолчала, умница. Ненавижу жалость в свой адрес.

Астарабади уже доложили, и он первым из моих людей встретил гостей. Им отвели две палатки: поменьше для Шанкары и побольше для ее людей.

Через несколько минут, бросив рюкзак в свою палатку, Шанкара подсела ко мне. Я ждал ее у дежурного костра. Интересно же, зачем она вытащила меня в такую даль.

Когда она устроилась напротив, я вручил ей кружку только что заваренного чая и улыбнулся:

— Рассказывай!

Девушка сделала пару глотков чая и устремила на меня азартный взгляд.

— У меня есть идея, как вскрыть аномалию, — с гордостью сообщила она.

Что?.. Вот это и есть ее «срочные новости»?!

Я прикрыл глаза и сделал пару глубоких вдохов. Крыть матом аристократку мне воспитание не позволяло, а других слов у меня пока не было.

Тем не менее, оставлять эту ситуацию, как есть, нельзя. Она ж повторится рано или поздно. Оно мне надо?

— Шанкара, — тихо начал я. — Ты хоть отдаешь себе отчет, как все это выглядит? Я понимаю, ты упиваешься сейчас своей свободой. Козырь рода, которому и так-то никто слова поперек не скажет, так у тебя еще и в роду куча родичей. А за спиной рода есть и клан, к тому же. Воля вольная, поздравляю! И я искренне за тебя рад, ты же всегда этого хотела.

Шанкара открыла было рот, но я не дал ей вставить слово.

— А теперь оглянись, — продолжил я. — Как считаешь, эти руины наглядно показывают состояние моего рода или недостаточно? Ты понимаешь, что я — фактически глава рода? Практически уничтоженного, заметь, рода! И ты в безальтернативной форме просишь встретиться с тобой у черта на куличках только для того, чтобы поделиться абстрактной идеей? Ты серьезно?!

Шанкара отвела взгляд и тихо произнесла:

— Извини.

Ну нет, так не пойдет. Если она сейчас замкнется, я из нее слова больше не вытяну. Не то чтобы никогда, но довольно долго. Некогда мне с чужими заморочками разбираться, своих проблем хватает.

— Саша, — уже мягче начал я. — Не верю я, что ты только ради этого меня с места сорвала. Рассказывай.

Шанкара тяжело вздохнула, и я понял, что был прав. Не умеет она просить помощи нормально. И в том мире не умела, и в этом ничего не изменилось.

— Мы уходили от преследования, — ровно сказала она. — И непонятно было, уйдем ли. Я… я надеялась, что ты меня подстрахуешь.

Понятно. Никого из своего рода или клана рядом не было, и Саша неосознанно потянулась в поисках защиты ко мне. Точно так же, как еще в прошлой жизни привыкла нырять под мое крыло.

— Ушли? — спросил я.

— Да, на границе «хвост» стряхнули, — не поднимая глаз, ответила Шанкара.

— Молодцы, — спокойно кивнул я.

Девушка подняла на меня взгляд и уже куда более уверенно и осознанно сказала:

— Извини. Нет, правда, извини. Я как-то не подумала, что ты — глава рода. Хотя знала, в общем-то.

— Принято, — вновь кивнул я.

Ну а что теперь-то уже? Шанкара осознала свою ошибку, это радует. Надеюсь, больше такого не повторится.

— Раз уж мы все равно здесь, — в ее глазах зажегся лукавый огонек, — я могу немного компенсировать тебе потерянное время.

Я глянул на нее с интересом.

— Ты же хочешь найти свое родовое хранилище? — уточнила Шанкара.

— Еще бы, — хмыкнул я.

— Тогда показывай свои подземелья!

В этом вся Саша. Дайте ей интересную загадку — и она сутками напролет будет турбовеником крутиться.

— Давай завтра? — осторожно предложил я. — У нас обоих был не самый легкий день, на дворе давно ночь. Предлагаю отдохнуть и начать поиски с утра.

Мы ведь в подземелье вполне можем надолго зависнуть. А если действительно найдем хранилище, то зависнем однозначно, уж я так точно. Что-то меня не греет перспектива провести пару суток без сна, когда в этом нет жесткой необходимости.

— Зануда, — картинно надула губы Шанкара и тут же усмехнулась: — Покажи хоть, где вход. Сама там часик поползаю перед сном. Там же нет чего-то секретного?

— Нет, ничего.

С прошлого раза «туннель» к люку в подземелье, который я проделал в развалинах особняка, неплохо сохранился. Я его еще днем проверил.

Проводив Шанкару к нему, я нырнул в свою палатку. Завтра, все завтра.

*****

М-да, нехорошо получилось. Саша бродила по подземелью под бывшим особняком рода Раджат и прокручивала в голове отповедь Игоря.

Прав он, что уж тут.

И в той, и в этой жизни у девушки за спиной были родичи, которые и брали на себя основную массу дел рода. И он что в той, что в этой жизни — наследник рода.

В той жизни времени у него, как и у любого хорошего руководителя, было полно. По крайней мере, для него никогда не было проблемой выкроить несколько часов на встречу с невестой. И она привыкла, что ей он рад всегда.

Потому у нее и мысли не возникло, что на самом-то деле расклад изменился, а статус наследника рода здесь и там — это очень разные вещи. Саша просто не подумала о том, что Игорь сейчас весь род тянет на себе в одиночку. И за главу рода, и за несуществующих родичей. И это при общем плачевном, прямо скажем, состоянии дел.

Ладно, ошиблась, осознала, извинилась, и извинения Игорь даже принял — так что проехали. Впредь надо быть аккуратнее, только и всего.

Подземелье было скучным. Точнее, оно было практически таким, как под особняком ее рода, только поменьше. Впрочем, тут и территория меньше, и особняк был меньше, судя по развалинам. Нечего тут особо осматривать.

Мысли Саши вновь съехали на Игоря.

Он изменился. Новый мир и новые цели должны были наложить свой отпечаток, это неизбежно. Саша и по себе это чувствовала. Для нее за эти три месяца прошла, как будто, пара лет. Для Игоря, скорее всего, тоже.

Между ними больше нет того жаркого огня, как в родном мире, когда искры летели от одного взгляда друг на друга. Но и равнодушия нет. Как и любая женщина, Саша безошибочно чуяла, что она ему небезразлична.

Насколько? Это следующий вопрос.

И неплохо было бы его прояснить, хотя бы для себя.

*****

На следующий день Шанкара подняла меня чуть ли не на рассвете. Вот же неугомонная! Самой не спится от азарта, и другим не даст поспать.

Хотя ладно, это я с недосыпа ворчу, так-то вскочил мигом, мне же тоже интересно.

Выпив по кружке кофе и перекусив вчерашними пирожками, мы с Шанкарой спустились в подвал.

Осматриваться девушка не стала, она еще вчера, похоже, здесь все излазила. Она потянула меня прямиком в дальний от люка угол. Там располагался узкий коридор с одной-единственной дверью в конце.

— Вот! — Шанкара торжествующе указала на символ на этой самой двери.

Колесо сансары в традиционной упрощенной трактовке изображалось как круг с восемью спицами. Эти «украшения» встречались очень часто в Индии. Их вырезали на деревянных дверях, использовали как основу орнамента на металлических ограждениях, а про резные каменные «кружева» я и не говорю. Это настолько привычный и расхожий символ здесь, что я практически сразу перестал обращать на него внимание.

— И? — скептически уточнил я.

Ничего необычного в очередном колесе сансары на одной из дверей я не увидел.

— Это единственное колесо сансары в этом подземелье, так? — уточнила Шанкара.

Я мысленно пробежался по подземелью и больше нигде этого круга действительно не вспомнил.

— Возможно, — пожал плечами я.

— Единственное, — сообщила Шанкара. — Я дома излазила все, а потом еще и архивы рода перерыла. Именно это — указание на вход в родовое хранилище. И у тебя тут другого колеса сансары я тоже не нашла.

— И что нам это дает? — заинтересовался я.

Найти вход — это отлично. Еще бы знать, как его открыть.

— У нас вход активируется каждый раз в новом месте при смене главы рода, — ответила Шанкара. — Точнее, место, куда нужно приложить кровь, меняется. Но оно всегда на этом колесе сансары. У тебя тут… его просто нет.

Девушка вздохнула и принялась пристально изучать деревянную резьбу.

— Да, пожалуй, — задумчиво ответила каким-то своим мыслям Шанкара.

— Что? — спросил я.

— Должно сработать и тут, — сказала она. — Это же делали древние. То есть наши современники или близкие потомки. Сансара. Что главное в этом понятии?

Я недобро прищурился. Всегда ненавидел страсть Саши к загадкам. Точнее, к ее любви загадывать эти загадки собеседникам, когда ей самой ответ уже очевиден.

— Понятия не имею, — фыркнул я.

— Ну же, Игорь! Сансара — это круговорот. Неважно, чего именно, трактовки могут сильно различаться в разных эпохах. Но это всегда круговорот.

— И? — осторожно подтолкнул я ее.

— Сколько магических цветов существует? — неожиданно спросила она.

— Шесть, — машинально ляпнул я.

Желтый, красный, синий — три основных сектора на цвето-функциональном шаре. Между ними «переходные» сектора: оранжевый, фиолетовый, зеленый.

— Да ну? — насмешливо приподняла бровь Шанкара.

— Восемь, — понял я.

Еще есть же и полюса: белый и черный. Все сектора на цвето-функциональном шаре сходятся к двум полюсам, меняя свои оттенки по пути.

Я с интересом уставился на круг с восемью спицами.

— Цвето-функциональный шар? — уточнил я у Шанкары.

Она молча кивнула.

— Так просто? — не мог поверить я.

— А много ты людей знал, которые способны были сделать цвето-функциональный шар своими руками? — насмешливо поинтересовалась Шанкара.

Логично. Это как пистолет для местных. Знают о нем все, в руках держало большинство, многие отлично стреляют — но кто из них способен с нуля сделать хотя бы чертеж, не говоря уже о воплощении в железе?

Мы, чужаки, владеем всеми цветами магии, да. Но это не значит, что каждый из нас способен сделать филигранные переходы между цветами на одной магической нити, да еще и скрутить все это в единую конструкцию шара. Про форму-основу и боковое сопряжение оттенков я вообще молчу.

— Ты сам-то умеешь? — нахмурилась Шанкара.

— Умею, — кивнул я. — А ты?

— Тоже, — коротко бросила девушка и устремила на меня азартный взгляд. — Давай уже, открывай. Интересно же!

Шустрая какая. Можно подумать, она не знает, что сделать даже временный цвето-функциональный шар — это с полчаса возни, как минимум. Долговременная стабильность мне от него не нужна, поэтому всего полчаса.

Пока я формировал цвето-фунциональный шар, Шанкара молча сопела у меня над ухом. Что она пыталась разглядеть у меня через плечо, интересно? Сказала же, что и сама это умеет.

Когда шар был готов, Шанкара отступила на пару шагов в сторону.

Я сделал глубокий вдох и поднес на ладони переливающийся всеми оттенками цвета шар к резному рисунку колеса сансары на двери.

Глава 31

*****

Цвето-функциональный шар в моей руке неожиданно расширился в несколько раз. Он фактически сравнялся размером с рисунком колеса сансары на двери.

Несколько секунд он слегка мерцал, то увеличиваясь, то уменьшаясь, словно подгонялись размеры, а потом вдруг исчез.

Я машинально отдернул руку, ощутив боль, словно от касания иголкой, и увидел выступившую каплю крови на большом пальце.

— Приложи руку, — тихо прошипела Шанкара.

Я поднес раненный палец к центру колеса сансары.

Дрогнувшую реальность я почуял сразу. Только и успел, что схватить за руку Шанкару, и нас втянуло внутрь… я даже не знаю, как это охарактеризовать… складки пространства?

Мы оказались внутри небольшого помещения с низким потолком. Ничего подобного в подвале под разрушенным особняком точно не было.

Если бы не способ попадания сюда, я бы сказал, что это обычная комната примерно пять на пять метров. Потолок был на высоте метра два всего, мне даже пригнуться хотелось инстинктивно.

Комната была заставлена открытыми металлическими стеллажами по всему периметру, за исключением «дверного проема» за моей спиной. И на всех стеллажах что-то лежало. Где-то небольшие коробки, где-то крупные ящики, где-то отдельные предметы вроде массивного подсвечника или статуэтки четырехрукого Шивы. В дальнем углу в стеллаж была встроена стойка с мечами, и она не пустовала.

Кое-где в верхней части стеллажей были вмонтированы тусклые светильники. Что-то разобрать в этом неверном освещении было можно, но только в общих чертах.

Это и есть мое родовое хранилище, похоже.

А я по глупости притащил сюда члена другого рода. Интересно, Шанкара получила постоянный доступ сюда или это разовая акция?

— На противоположной от входа стене должна быть еще дверь, проверь, — посоветовала Шанкара. — У нас таких комнат три.

— Спасибо, — кивнул я.

Двинувшись вперед, я отметил, что Шанкара осталась на месте. Она даже не стала особо осматриваться, всем своим видом показывая, что ей неинтересно. Тактичная девочка, я оценил.

Впрочем, в подобных вещах Саша всегда такой была.

Дверной проем — точнее, стеллаж, который сдвигался в сторону на манер раздвижной двери — подсветился неярким контуром при моем приближении.

Вторая комната была хранилищем «золотого запаса» рода. Вместо стеллажей здесь по стенам штабелями были сложены слитки из драгоценных металлов. Серебро, золото и, видимо, платина. Не силен я в этом. В одном углу стоял узкий короб, доверху заполненный камнями. Тоже драгоценными, надо полагать.

А вот в третьей комнате были артефакты. Здесь, как и в первой, стояли открытые металлические стеллажи, но они были практически пустыми. Только одна секция у входа была заполнена. Однако стоимость ее содержимого явно в разы превосходила все остальное, вместе взятое.

Что ж, Шанкара оправдана. Ради родового хранилища я бы еще раз сюда сорвался в таком же авральном режиме.

Я уже собирался возвращаться, когда мой взгляд зацепился за знакомый браслет.

Да не может этого быть!..

Я взял в руки эту игрушку и только головой покачал. Да, это действительно браслет-стабилизатор. Тот самый, когда-то подаренный сбежавшей невесте, из-за которого разгорелась родовая война Раджат и Дамаяти. Ну или очень похож.

Вот только сейчас браслет не работал. Даже не особо вглядываясь, я видел, что плетение «поплыло». Где-то отдельные нити были словно бы потертыми, где-то они слишком утончались или провисали. Разрывов я не заметил, но это ни о чем не говорит. Бывают повреждения и похуже разрывов.

Вернув браслет на место, я вышел к Шанкаре. Сам я могу надолго зависнуть здесь, а гостью надо хоть на улицу выпустить, что ли.

Шанкара по-прежнему стояла у входа и, судя по отсутствующему взгляду, думала о чем-то своем.

*****

Шанкара окинула взглядом чужое родовое хранилище, но быстро потеряла к нему интерес. Так, отметила разве что разительное сходство с хранилищем Магади, словно эти помещения по одному проекту строили, и все.

Куда больше ее интересовал сам подход.

Способ открытия хранилища оказался очень спорным. Если род по каким-то причинам потерял доступ к своему хранилищу, то для местных это фактически приговор. Никто из них не способен сплести цвето-функциональный шар.

С другой стороны, все маги основы рода должны иметь доступ к родовому хранилищу, это очевидно. И если все они убиты — род мертв. А хранилище, соответственно, уже никому не пригодится.

Правда, нынешние главы древних родов не понимают этой логики, похоже.

Даже ей дядя не дал доступ к родовому хранилищу сразу после ритуала принятия в род. Забыл или вообще не собирался — это другой вопрос. Факт в том, что если бы она осталась в этот момент последней из рода, хранилище точно так же "захлопнулось" бы, просто потому что все знакомые ему маги мертвы.

И тогда получается, что открытие по цвето-функциональному шару — это просто "сервисная" функция из тех времен, когда древние маги только строили хранилища и настраивали их на свою кровь.

Теперь, в свете этого вывода, многое виделось иначе.

Во-первых, цвето-функциональный шар вполне мог открыть и аномалию, "сервисные" функции у схожих объектов вполне могут быть одинаковыми. Особенно если создатели у них одни и те же. И это нужно будет проверить первым делом после возвращения в Свободные земли.

А во-вторых, если ее современники оставили как минимум два типа строений — родовые хранилища и аномалии — то могут быть и другие.

Ну и в третьих, уже сейчас понятно, что аномалии — не случайность. Да, возможно, там что-то пошло не так, не зря же в мире становится все меньше и меньше магии, но задумка изначально была очень масштабной, похоже.

Словно ее современники хотели полностью изменить мир.

Вполне могло оказаться, что после катаклизма, который уничтожил цивилизацию ее эпохи, полноцветные маги решили не допустить повторения подобной катастрофы. Они еще владели всей полнотой знаний, но понимали, что выжившие не смогут удержаться на этом уровне, и цивилизацию ждет сначала откат, а потом ее придется строить чуть ли не с нуля. И рано или поздно, если оставить все, как было, история повторится.

Как ни крути, современная магия очень сильно отличается от магии ее родной эпохи. И дело не столько в отсутствии полноцветных плетений, сколько в родовой магии. Этого не было в ее мире. Ни родовых способностей, ни родовых хранилищ, завязанных на кровь.

В новой эпохе приоритет явно был отдан древним родам. С очень большой вероятностью, эти роды — как раз потомки тех древних магов, которые перекроили мир. Выжившие уже не верили в человечество, но дали шанс своим потомкам.

Нужно очень внимательно изучить все аспекты родовой магии. Только так можно понять, что еще могли изменить древние выжившие и, соответственно, что, кроме аномалий и хранилищ, имеет смысл искать сейчас.

Но сначала — вернуться в Свободные земли и вскрыть хотя бы одну аномалию.

*****

Разведчики подали тревожный сигнал, едва Шахар с гостьей спустились в подземелье под руинами особняка.

Астарабади поднял всех бойцов по тревоге и удвоил посты на стенах.

Защитная система на родовых землях была стандартной, эту конфигурацию он знал и управлять ею умел. Управленческий допуск Шахар дал своему ближнику еще вчера, так что у Астарабади было время освоиться.

Очень жаль, что боеприпасов для стационарных пулеметов и ракетометов было критически мало. Все, что осталось после удачного штурма, превратившего родовое поместье в руины, — это действительно остатки. Астарабади сейчас отчаянно жалел, что не притащил с собой еще и грузовик крупнокалиберных боеприпасов.

Кто ж знал, что тут до сих пор рабочая система защиты? Шахар всегда говорил о родовой земле не иначе как «руины».

Впрочем, радоваться надо, что есть хотя бы что-то. А уж действующий замкнутый периметр — и вовсе подарок судьбы.

Еще через полчаса вернулся один из разведчиков лично.

— Неизвестный противник, — доложил он. — Зашли с запада, скорее всего, с трассы. Предположительная численность — до пяти сотен бойцов. Автоматы, пулеметы, огнеметы. Ракетометов и минометов не наблюдается. Укомплектованность магами — в среднем армейский стандарт. Противник действует небольшими отрядами, уровень общего руководства и взаимодействия неизвестен. Время выхода на дистанцию прицельного огня — пятнадцать минут.

— Наемники? — уточнил Астарабади.

— Частично — да, — кивнул разведчик. — До трети общей численности — точно наемники. Еще треть не идентифицирована. Остальные — чья-то родовая или клановая гвардия. Очень много магов относительно неодаренных, очень слаженные действия.

— Расположение?

— Клановая гвардия в центре. Наемники с севера. С юга… скорее всего тоже наемники, но туда мы еще не подобрались, только издали глянули. На клановых непохожи.

— Принято, — кивнул Астарабади. — Приказ по диверсионному крылу: рассредоточиться и отойти от противника на безопасное расстояние. По возможности, охватить силы противника со всех сторон, кроме линии боестолкновения. Только наблюдать, не высовываться. Увидите что-то опасное — даете сигнал, который соответствует номеру вашего квадрата. Отсчет квадратов стандартный, с первого в северном углу по линии боя.

— Принял, выполняю.

Разведчик скрылся за каменной стеной периметра.

К Астарабади подошли маги из сопровождения гостьи, госпожи Магади. Они уже наверняка поняли, что ожидается нападение, и явно ждали указаний. Они не были его подчиненными, но, как и все опытные военные, понимали необходимость общего руководства в случае масштабного боя. Возмущаться и качать права можно будет потом, а сначала нужно отбиться.

Да только Астарабади не знал их квалификации, а они не знали принятых в чужом роду схем взаимодействия.

— Ко входу в подземелье, — коротко бросил им Астарабади. — Встретите свою госпожу и прикроете ее. Ну и Шахара заодно.

Маги молча ударили себя кулаками в грудь и метнулись к руинам особняка.

На смену им шагнул командир родовой гвардии. Астарабади хотел было кого попроще из столицы взять, но сейчас был рад, что Карим настоял на своем личном участии. Как ни крути, опыта командования обороной у Астарабади не было.

— На мне магическая защита, — сообщил Астарабади. — А ты принимай командование бойцами.

— Хорошо, — кивнул Карим. — На что мы можем рассчитывать?

— Полчаса, — вздохнул Астарабади. — Если повезет — минут сорок. Шахар поменял кое-какие накопители вчера, но это капля в море. Долго защита не продержится. Я буду отслеживать и вливать силу точечно, если получится, но… сам понимаешь.

Карим спокойно кивнул. Сорок минут боя под магической защитой шестого уровня — это намного лучше, чем пустые стены. За сорок минут можно успеть многое.

— Доклад разведчика слышал? — уточнил Астарабади.

— Слышал, — кивнул Карим. — Людей уже распределил. Тебе маги в помощь нужны?

— Нет. Шахар дал доступ к защите только мне, больше никто не сможет вмешаться.

— Понял. Удачи!

Карим хлопнул Астарабади по плечу и отошел.

До атаки оставалось всего несколько минут, если верить разведке.

Астарабади мысленно потянулся к защитной системе родовых земель. Она, конечно, на ладан дышит, но у нее есть как минимум одна незаменимая функция. Волновая блокировка.

Пусть попробуют эти разношерстные пять сотен противников повоевать в условиях отсутствия связи.

*****

— Спасибо, — сказал я. — За мной долг.

— Сочтемся, — отмахнулась Шанкара и тут же лукаво улыбнулась: — Ты доволен? Не зря я тебя из столицы вытащила?

— Не зря, — улыбнулся я в ответ. — Но больше так не делай. Встречу с императором я не буду отменять даже ради второго родового хранилища.

— А сейчас ты… — неверяще начала она.

— Сразу после него я поехал к тебе, — ответил я на ее невысказанный вопрос.

Шанкара состроила умильно-виноватое выражение лица, но развивать эту тему не стала.

— Идем? — спросила она, развернувшись к выходу.

— Да.

Я вновь взял ее за руку и приложил свою ладонь к двери.

И вновь я не отследил момент перемещения. Словно мигнуло все на мгновение — и мы оказались в подземелье разрушенного особняка.

Вот только здешние звуки мне не понравились. Сверху доносился приглушенный перестук автоматных очередей.

Переглянувшись, мы рванули к выходу на поверхность.

Глава 32

*****

Астарабади стоял, упираясь руками в стену. Он давно закрыл глаза и опустил голову. Даже от внешнего восприятия и то попытался отрешиться, насколько смог. Никакого смысла вслушиваться в перестрелку, стоя внизу и не имея обзора, нет.

У него только одна задача сейчас — удержать стационарную защиту.

Опыт диверсанта у Астарабади за спиной был огромный. И со стационарными защитами он дело имел. Не изнутри, как сейчас, разумеется, но представление об их работе он имел более чем неплохое.

Бессмысленно вливать силу пятого ранга в защиту шестого. Да и не сравнится резерв одного одаренного с сотнями камней-накопителей по емкости.

Была бы защита в нормальном состоянии, никакого «управления» ей не понадобилось бы.

А ослабленная защита то и дело «прогибалась». Шахар поменял самые разряженные накопители вчера, и именно это сейчас и спасало. Где-то энергии осталось совсем мало, но где-то ее было и полно. Дыр не образовалось, Шахар все-таки знал, похоже, что делал, но перекосов хватало.

По сути, вся роль Астарабади сейчас сводилась к перераспределению энергии.

Нагрузка снаружи на стену тоже не была равномерной. Где-то противник стрелял поверх защиты, точно выцеливая бойцов и, как следствие, попадая, в основном, в щиты магов. А где-то встречались мазилы, которые и всю обойму могли в стену засадить.

Поначалу Астарабади еще пытался что-то разобрать в хаотичной мешанине срабатываний отдельных секторов защиты. Пытался — и не успевал.

Теперь уже он практически отпустил лишние мысли и полагался только на интуицию. Иначе не успеть. Иначе защита рухнула бы еще несколько минут назад.

Астарабади уже вымотался. Он не отдавал себе в этом отчета, но его ноги уже дрожали, а корпус то и дело пошатывало.

Тем не менее, он импульсами направлял сгустки силы туда, где они нужны. Раз за разом. Минута за минутой.

У него нет права отступать. Там, за его спиной, человек, которому он принес клятву верности. Он должен защитить господина любой ценой.

И он это сделает.

*****

Я взлетел по лестнице к люку, ведущему на поверхность, вывалился в туннель и нос к носу столкнулся с магами из отряда сопровождения Шанкары. Своими телами они мало того, что напрочь перегораживали узкий туннель, так еще и путь освобождать явно не спешили.

— Наружу! — рыкнул я.

— Господин, мы…

— Вон!!

Их практически вынесло во двор волной моей бесконтрольной шакти. Там мои люди умирают, а эти придурки собираются мне что-то объяснять?

Выскочив из туннеля следом, я наткнулся взглядом на уже активированные боевые плетения в их руках.

Серьезно? Они собираются атаковать меня на моей родовой земле? Совсем жить надоело?

— Отставить, — холодно приказала Шанкара из-за моей спины.

Маги безропотно погасили плетения и опустили руки.

Однако! Растет девочка, мимоходом отметил я. В нашей реальности она на такое была не способна.

Я уже бежал в этот момент по направлению к стене, на которой собралась большая часть моих бойцов. За их спинами, внизу стоял Астарабади. Он упирался в стену обеими руками, опустив голову при этом, и явно держался на последнем издыхании. Защиту подпитывал, что ли?

На моих глазах вся фигура Астарабади полыхнула силой, и он начал оседать на землю. Вовремя я выбрался из подземелья.

Шелестящие шаги за спиной я слышал, поэтому, ни на мгновение не усомнившись, бросил:

— Ты на правый фланг, я на левый. Даю доступ к управлению магической защитой.

— Принято, — отозвалась Шанкара и свернула в сторону.

Я подал в ноги несколько магических импульсов подряд и затормозил у стены ровно в тот момент, когда магическая защита начала мерцать. Из-за стены уже слышался предвкушающий рев нападающих. Ну нет, ребята, не так быстро.

Я послабее Астарабади как маг, но сила далеко не всегда решает. И рано или поздно этот Мир выучит у меня эту простую истину.

Первым делом я влил в защиту чуть ли не половину своего резерва. Мне нужно было выиграть хотя бы пару секунд.

Защита восстановила свою целостность, и из-за стены донесся разочарованный рев.

Я пробежался мысленным магическим взглядом по защитным плетениям.

Твою же мать!.. Это решето, которое уже не спасти.

Но еще какое-то время я своим людям дать смогу.

Метнувшись на пять метров вправо, я впечатал обе ладони в стену и где-то жестами, где-то мысленными импульсами подлатал этот участок. Ненадолго, но еще минут пятнадцать продержится.

Еще два метра правее. Тут всего две нити соединить — и у этого сектора появляется еще полчаса.

Еще метр. Тут совсем плохо.

— Карим! — заорал я во весь голос. — Сумку с накопителями мне, быстро!!

Один из бойцов спрыгнул со стены и со всех ног помчался к палаткам. Резервистов уже не осталось, на стенах были абсолютно все бойцы, которые приехали со мной. Даже маги Шанкары поднялись на стену на том участке, который взяла на себя девушка.

Бросив на нее мимолетный взгляд, я увидел, что она мечется вдоль стены точно так же, как и я.

Жаль, что нас здесь только двое. Сейчас для латания стационарной защиты даже навыки, в общем-то, не нужны, равно как и ранг. Достаточно просто владеть всеми цветами магических нитей. Подбираешь цвет и обновляешь рвущиеся нити, всего-то.

Шесть шагов влево. Трещащая под нагрузкой нить. Одна-единственная.

Мгновение — и я двигаюсь дальше.

Через десяток прыжков вдоль стены ко мне подбегает боец с сумкой. Накопители. Сейчас станет полегче. Местами латать нити не обязательно, достаточно влить в них свежую силу.

Зачерпнув горсть накопителей, бросаю бойцу:

— К Шанкаре, живо!

Он тут же срывается с места.

Над головой продолжают греметь автоматные очереди. Изредка коротко рявкает пулемет. Еще реже гулко бухают взрывы гранат, причем я даже не знаю, наших или чужих.

Я продолжаю метаться вдоль стены и латать расползающуюся магическую защиту.

Я не вижу картину боя, я не представляю себе расклад и перспективы, но сейчас все это неважно. Есть у меня тут, кому командовать. Справлялись они как-то до меня, и сейчас справятся. Я просто заменил выдохшегося Астарабади на поддержании стационарной защиты.

Вот без нее нам точно конец.

Накопители я даже не пытаюсь менять, это слишком долго, я их тупо впечатываю в стены там, где напряжение плетений критично.

Это не по правилам, так нельзя. Для определения места установки накопителей требуется очень много расчетов. Там безумное количество переменных, чтобы не возникало перекосов, застойных зон и слабых мест. Мне некогда, я просто верю своей интуиции.

Я сейчас гроблю и накопители, и саму защиту. Уже завтра все это рухнет, и восстановлению подлежать не будет.

Плевать. Нам сегодня надо выжить.

А сделать это будет непросто. Судя по звукам огнестрела со стороны противника, к нам чуть ли не армия заявилась.

Я прыгал вдоль стены уже на автомате. Ноги горели от постоянных магических импульсов, левая щиколотка уже пару раз подламывалась, но я не обращал внимания.

Пока защита держится, я буду ее латать.

Где-то справа раздался тихий стон. Не знаю, как я услышал его сквозь сплошную канонаду стрельбы. Замерев на мгновение, я повернул голову вправо. В двадцати метрах от меня на землю оседала Шанкара.

Вот теперь, похоже, все.

Меня одного не хватит на всю стену.

*****

Ну надо же, четвертый ранг!

Шанкара рухнула на землю и криво усмехнулась. Долгожданное событие. Желанное в любых других обстоятельствах, но только не сейчас.

Девушку скрутило судорогой, и почти сразу накрыло волной внезапного жара, изнутри поднялась тошнота. Сила пошла вразнос, поднимая маленькие смерчики пыли вокруг нее.

— Шанкара, ты слышишь меня?

Знакомый голос едва пробился сквозь пелену боли и жара, но сил ответить у нее не было. Девушка сейчас даже глаза открыть не могла.

Шанкара свернулась клубком и краем сознания понимала, что кто-то из ее людей пытается ей помочь. Однако прямо сейчас ей было ни горячо, ни холодно от их действий. Ни они, ни сама девушка ничего не смогут сделать в ближайшее время.

Источник расширяется скачкообразно, и это крайне неприятный процесс для носителя. Сила, по сути, перехлестывает через край и ищет для себя новые границы. Часть выплескивается и во внешний мир.

— Я подстрахую, — донесся тот же голос.

Шанкару подхватила какая-то сила и мягко окутала полностью. Эта сила не была ласковой, но она была надежной. Сразу понятно было, что во внешний мир из этого кокона не вырвется ничего.

— Шанкара, я знаю, ты меня слышишь, — вновь раздался голос. — Не пытайся усмирить свою силу. Мы здесь, мы подстрахуем, ты никого не заденешь и ничего не разрушишь. Просто отпусти. Я понимаю, что это сложно, но чем более расслабленной ты будешь, тем быстрее этот процесс закончится. Можешь смело выплескивать все, это никому не навредит.

Расслабиться. Легко сказать!

Человеческий организм вообще плохо приспособлен к пропусканию силы через себя. По сформированным энергетическим каналам — да, а просто через плоть — нет. Не зря навыки физического ускорения, которые представляют собой, по сути, просто подпитку мышц чистой силой, даются не каждому. Не любит организм чистую магию.

Сейчас волны неконтролируемой силы прокатывались по ее телу одна за другой, вызывая все нарастающую боль. И чем дольше этот процесс будет длиться, тем выше риск необратимого физического повреждения.

Шанкара пробежалась мысленным взглядом по телу. Все методики знакомы еще по родному миру, она все это проходила не раз. Нужно просто взять себя в руки и сделать.

Расслабить плечи. Вдохнуть полной грудью. Медленно выдохнуть. Чуть изменить положение руки, а то так недолго и судорогу схватить. Отпустить мышцы пресса. Ноги разместить поудобнее. Да, вот так.

А теперь просто дышать. Глубоко и медленно. На счет четыре, если получится. Ну или хотя бы на три…

Шанкара потеряла счет времени. В тишине и темноте не осталось даже мыслей. Только дыхание и боль.

*****

Я думал, хуже быть уже не может?

Наивный!

Я свалился вслед за Шанкарой меньше, чем через пять секунд. И даже сходу понял, что происходит.

Пятый ранг.

Держу пари, и Шанкара сейчас выходит на свой четвертый.

Да ладно, ну почему сейчас-то?! Более неудачного момента я захотел бы — не придумал.

Нет, я все прекрасно понимал. Браслет-стабилизатор сделал свое дело, я уже с пару декад как вышел на девятый уровень контроля. Новый ранг мог настигнуть меня в любой момент.

И эта запредельная гонка по латанию защиты была прям-таки канонической. Чаще всего бывает именно так: новый ранг приходит в момент пикового напряжения всех составляющих. С безумным напряжением как тела, так и мозга, и энергетических каналов. В боевых условиях, все верно.

Сейчас — в прямом смысле, в боевых.

Без нас с Шанкарой магическая защита стены простоит еще минут десять. Если очень повезет — пятнадцать.

Мы не пройдем расширение источника за это время.

А даже если пройдем — сразу после взятия нового ранга мы будем беспомощны. Чтобы сплести что-то условно-внятное, понадобится несколько суток непрерывных тренировок на новом ранге. Мне. И только потому, что я — боевой маг, у меня очень хороша базовая подготовка.

Шанкару же на декаду можно считать недееспособной в магическом плане.

Меня уже накрыло волной жара и боли, организм уже начал магическую перестройку, но мозг отказывался отключаться. Я судорожно искал решение.

Не собираюсь я подыхать вот так!

Глава 33

*****

Магическая защита моих родовых земель трещала по всем швам. Она еще не расползалась, но я уже видел отдельные набухающие от перегрузки нити, которые вот-вот лопнут.

Над Шанкарой ее маги раскинули защитный купол. Судя по ее неподвижно лежащей фигуре, девушка уже ушла в себя и включилась в процесс расширения источника. И ее маги тоже не отвлекались на внешние факторы.

Завидую я вере этих людей в меня. Уверен, они видели, что меня тоже накрыло сменой ранга, но почему-то решили, что я справлюсь.

Моя гвардия тоже по-прежнему спокойно вела бой. Никто не обернулся, никто не дернулся даже, хотя не заметить нелады со стационарной защитой было сложно.

У меня перед глазами уже все плыло. Боль и жар от пульсирующего магического источника накатывала волнами, но я пока не мог себе позволить отключиться.

Мне нужно найти решение. Прямо сейчас.

Иначе мы все тут сдохнем.

Думай, Игорь, думай! У тебя осталось всего несколько секунд, трансформацию источника нельзя придерживать вечно. Честно говоря, до сих пор я вообще не знал, что переход на следующий ранг можно хоть как-то замедлить. Пусть даже всего на пару минут.

А что тут думать, собственно? Стационарной магической защите осталось жить минут десять.

Укрепить ее? Как, черт возьми? Я уже не могу пользоваться магией. И не смогу, пока мой источник не устоится в границах нового ранга.

Перекинуть управление на кого-то? Из магов пятого ранга у меня остался только Карим. Астарабади так и не пришел в себя. Карим — боец до мозга костей, он никогда в жизни не имел дела со сложной магией. К тому же он — командир родовой гвардии, именно он сейчас управляет боем. Не вариант.

А больше некому. Да и толку не будет. Судя по состоянию защиты, никто больше нескольких минут не продержит защиту. Это Астарабади продержался минут пять-семь до моего прихода, но тогда и защита была в куда менее плачевном состоянии.

Забить на защиту, отдать приказ спасать Шанкару? Как хозяин я обязан защищать гостя в первую очередь. Допустим, мои люди меня даже послушают. Скорее, правда, они и меня тоже попытаются вытащить.

Шансов уйти у нас будет мало.

Но даже если мы сможем уйти, большая часть моей гвардии поляжет здесь. Они просто вынуждены будут оставить сильный заслон, чтобы дать маленькому отряду хоть какой-то шанс скрыться. Мой род мгновенно лишится практически всей военной силы. Даже если я выживу здесь, «беззубый» род мигом сожрут в столице.

Я сжал кулаки, осознавая, что вариантов нет.

Во мне поднималась глухая ярость и жажда крови. Кто бы ни был этот урод, который так удачно подловил меня на руинах родового поместья, я его уничтожу. Понятия не имею как, но уничтожу. И его, и весь его род. Под корень.

И я выживу, несмотря ни на что. Ни черта у него не выйдет!

Сквозь мутную пелену я увидел, как во все стороны от меня разошлась волна непонятной силы. А, здравствуй, шакти.

Давно у меня спонтанно не просыпались родовые способности. Интересно, это просто из-за моей ярости или шакти мне сейчас действительно способна помочь?

Маги, окружавшие Шанкару, вздрогнули и резко развернулись ко мне.

Ближайшие гвардейцы на стене тоже бросили взгляды за спину.

А моя шакти так и продолжала распространяться волной, охватывая все большую и большую площадь.

И в какой-то момент, практически на границе восприятия, я ощутил… нечто. Огромную, вальяжную силу, от которой веяло ощущением вечности.

Она слегка дрогнула, словно фыркнув в ответ на прикосновение моей шакти.

Родовая сила взбесилась. Вот это я хорошо прочувствовал, меня словно током прошило, а кровь того и гляди должна была закипеть.

Неизвестная сила вновь дрогнула. На этот раз — угрожающе.

В этот момент я сумел сконцентрироваться на мгновение и послал в ее сторону магический импульс. Понятия не имею, как, но я вложил туда один-единственный приказ-просьбу: помоги!

Неизвестная сила осторожно коснулась меня. Буквально едва тронула, чтобы опознать. Только у меня в глазах потемнело от мощи, которую она в себе несла. Это даже не девятый ранг, это куда круче. Я о таких океанах силы даже мечтать не смел.

«Свой» — донеслось удовлетворение силы.

И в меня хлынул поток энергии.

Последним волевым усилием я направил этот поток в стационарную магическую защиту и только после этого позволил себе вырубиться.

*****

Почувствовав прикосновение какой-то новой силы, Тайен вздрогнул и обернулся. Нечто похоже он чувствовал от своей госпожи, когда та захлестнула удавку у него на шее. Ярость мага древнего рода сложно было с чем-то спутать.

Но кто? Наследник рода Раджат точно так же, как и Шанкара, сейчас валялся на земле и пытался обуздать свой расширяющийся источник. Он вообще не должен был остаться в сознании, по идее.

Да только больше некому.

Чужая шакти расползалась по двору и придирчиво «ощупывала» каждого незнакомца. Слуг своего родного рода она не тронет, а вот насчет людей другого рода у Тайена были изрядные сомнения.

Бывший начальник службы безопасности рода Магади был одним из трех магов, которые пришли на родовые земли Раджат вместе с Шанкарой.

И если поначалу он к своему новому «назначению» отнесся резко отрицательно, то со временем все стало далеко не так однозначно. Шанкара сумела завоевать его уважение. Уже одно то, что бывший безопасник не слышал от нее ни единого слова жалобы за все эти декады в походных условиях, говорило о многом.

А уж когда он увидел, что она вытворяет со стационарной магической защитой, остатки его скепсиса и вовсе улетучились. На такое не способен ни один маг этого мира.

Сейчас Тайен был готов защищать госпожу любой ценой.

И дело не в том, что его обязывала к тому клятва. Было у безопасника опасение, что глава рода свяжет его с девчонкой жесткой клятвой: умрет она — умрет Тайен. Шанкара отвергла тогда такой вариант и взяла с него обычную клятву личной верности.

Она просто заслуживала жизни, как никто.

Тайен уже раскрутил внутренний магический поток и был готов вновь и вновь обновлять магический купол над Шанкарой.

Однако чужая шакти лишь «облизнула» купол снаружи и покатилась дальше.

Тайен выдохнул было, но тут же вновь вытянулся в струнку.

Из центра двора, из руин родового особняка Раджат потянуло чем-то куда более мощным и значимым. Словно чужая шакти пробудила что-то настолько древнее и непостижимое, что у всех магов волосы на голове зашевелились.

Тайен не знал точно, что там было. Нечто отдаленно похожее на эту жуть ощущалось в подвале родового поместья Магади, и безопасник давно предполагал, что так фонит родовое хранилище.

У аристо там что, ручные монстры из древних легенд на цепи сидят?

Глупость, конечно, но ничего другого Тайену в голову не пришло. Не может сила быть живой и самостоятельной. Ею кто-то должен управлять.

Через мгновение тело наследника Раджат полыхнуло ярчайшей энергетической вспышкой, а новая сила хлынула к границам родовых земель. По отношению к мощи, которой веяло из руин, это был всего лишь жалкий ручеек, но по меркам мага пятого ранга — бурная полноводная река.

И вновь стационарная магическая защита родового поместья Раджат начала трещать. Только теперь не от непомерной внешней нагрузки, а от вливающейся в нее силы.

Все перекосы в плетениях выравнивались на глазах, кое-где срастались уже лопнувшие магические нити, и даже отдельные дыры запирались сплошными силовыми заплатками.

Тайен смотрел на это светопреставление расширившимися глазами.

Он думал то, что делают Шанкара и наследник Раджат — невозможно? Ерунда.

Сейчас на его глазах безликая сила кроила защиту на свой лад. Сама. Наследник Раджат давно потерял сознание, ею сейчас попросту некому управлять.

Гвардейцы рода Раджат уже начали наглеть. Они перестали прятаться за стену, то и дело то один, то другой вставали в полный рост и поливали противника свинцом, вообще не думая об укрытии. Стационарная защита уже давала им такую возможность.

Тайен этого не видел, но догадывался, что ряды врага сейчас резко редеют. Одно дело — перестрелка из укрытий без возможности нормально прицелиться, и другое дело — выкашивать цели сплошным потоком свинца.

Подтверждая его выводы, ответный огонь становился все слабее с каждой минутой. И в какой-то момент он умолк совсем. Вероятно, штаб противника скомандовал отступление.

Однако все это шло фоном.

Тайен продолжал наблюдать за преобразованием стационарной магической защиты.

Магические нити плетений набухали, впитывая все больше и больше этой непонятной силы. Кое-где плетения уже поплыли, нити начали сливаться.

Через несколько минут отдельных нитей стало уже не различить. Вся каменная стена периметра была пропитана сплошным энергетическим полем.

Это уже далеко не шестой ранг защиты.

Да полно, есть ли у нее вообще теперь ранг? Такого не делают и никогда не делали. Отдельный маг не способен так напитать энергией даже площадь размером с ладонь. А тут — больше километра стены высотой в два человеческих роста.

Когда сияние энергии в магическом зрении стало практически слепящим, вновь полыхнуло. На этот раз — вся стена.

Проморгавшись, Тайен увидел, что магическая защита стала словно бы литой. Теперь это были не плетения, а ровный энергетический щит во всю стену по всему периметру. И его было уже едва видно в магическом зрении.

Что бы это ни было, оно, похоже, переходило в своеобразный спящий режим.

Тайен поежился. Не дай забытые боги кому-либо снова разбудить эту монструозную «защиту».

*****

Я пришел в себя от дикой ломоты во всем теле. Не знаю, сколько я провалялся, но я все еще жив. Значит, справился.

Открыв глаза, я окинул взглядом то, что было доступно. Моя голова была повернута на бок, так что доступно было многое. Все тот же двор моего родового поместья с руинами зданий, палаточный лагерь моей гвардии — целый, как ни странно, — и люди, спокойно передвигающиеся поодаль.

— Жив? — раздался голос Астарабади.

Я с трудом повернул голову и встретил его обеспокоенный взгляд. Мой ближник сидел возле меня на земле и явно ждал тут моего пробуждения. Странно, что они меня в палатку не утащили.

— Мы не стали тебя трогать, — словно прочитал мои мысли Астарабади. — Никто не понял, что ты натворил, так что решили оставить тебя на месте. Мало ли.

— А что я натворил? — хрипло поинтересовался я.

Астарабади молча кивнул себе за спину.

Я сначала не понял, а через пару секунд прикипел взглядом к магической защите периметра. Точнее, уже бывшей магической защите, наверное.

Понятия не имею, что это за сплошная стена на месте плетений, но называться обычной стационарной защитой она не может точно.

— Это я? — удивился я.

Мозг ворочался медленно и неохотно, но я все помнил. И свой новый ранг, и шакти, и новую непонятную силу.

Хотя почему непонятную? Я же за полчаса до боя открыл родовое хранилище. Не узнать этот странный привкус силы было невозможно.

Как я ухитрился связать силу родового хранилища и периметр родовых земель — отдельный вопрос. Что из этого вышло — тем более.

И разбираться со всем этим я буду потом.

Сейчас главное, что мы выжили и отбились. А мы точно отбились, иначе не бродила бы моя гвардия так расслабленно между палатками.

— Докладывай, — потребовал я.

— Семеро раненных средней тяжести, двенадцать легко раненных, шесть магов с полным истощением источника, — начал Астарабади. — Боеприпасы на критически низком уровне, в среднем осталось по два магазина на человека. Боезапас к тяжелому вооружению отсутствует полностью. Личные накопители полностью пусты.

И тем не менее, мы отбились.

Да уж, вовремя меня накрыло. Еще пара минут боя — и стрелять гвардейцам стало бы попросту нечем.

— Что с гостями? — спросил я.

— Госпожа Магади взяла новый ранг, пришла в себя, сейчас отдыхает.

— А защита? — с некоторой опаской поинтересовался я.

Астарабади вскинул на меня горящий взгляд:

— Я понятия не имею, во что она превратилась. Но работает… Шахар, это невероятно. Мы последних бойцов противника добивали, стоя в полный рост на стене. И до нас даже пули не долетали. Не было щитов, не было даже видимой пелены, но все огнестрельные атаки словно вязли в чем-то невидимом и ссыпались под стену бессмысленными кусками железа. Надо испытывать, но, думаю, ее и ракетой не пробить.

— Я подумаю, — с легкой улыбкой кивнул я.

Переведя взгляд на стену, я еще несколько секунд ее рассматривал.

Говорят же, нет худа без добра. Теперь я, пожалуй, соглашусь. Где бы я еще такое чудо взял, сложись обстоятельства чуть иначе?

— Так и будешь валяться тут? — хмыкнул Астарабади.

Он протянул мне руку, но я смог только сесть. Голова кружилась, перед глазами мерцали звездочки, и слабость была дикая.

— Есть что пожрать? — спросил я.

— Найдем, — кивнул Астарабади. — Давай, поднимайся уже!

Кое-как встав на ноги, я фактически повис на плече у своего ближника. Герой, мать его!

Ненавижу слабость. Особенно свою.

Мы не успели и двух шагов сделать по направлению к палаткам, как раздался усиленный мужской голос откуда-то из леса:

— Господин Раджат, не хотите ли увидеть свою помощницу?

Я подобрался, и через мгновение раздался голос Рианы:

— Господин Раджат, не надо ради меня…

Ее голос оборвался на полуслове.

Надеюсь, они всего лишь плетение усиления звука на ней развеяли, а не что похуже сделали. Я их все равно уничтожу, но, если они додумались девчонку ударить, легкой смерти им не видать.

— Надо, детка, надо, — вновь донесся тот же голос. — У вас пятнадцать минут, господин Раджат, чтобы выйти за периметр своей крепости. Тогда у вас будет шанс вернуть свою девочку. Я жду!

Вот же уроды. Не смогли добраться до моих родичей или слуг, так вместо этого поймали несчастную студентку-первокурсницу.

И я тоже хорош. Что мне стоило вовремя подумать о защите единственного человека, который на меня работает, не будучи при этом слугой рода?

Ну и как мне ее вытаскивать в таком состоянии, да еще и без магии?

Content

Наследник рода Раджат — 5

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33