Светлана Шепот

Рыжая

Глава 1

Цепляясь пальцами за ветки, Ирина упрямо лезла наверх, прочь от возможной опасности. Нахождение на дереве, конечно, не гарантировало полное отсутствие угрозы для жизни, но это было гораздо лучше, чем сидеть на земле, беззащитной перед любым зверем, желающим перекусить. Она отказывалась останавливаться даже для того, чтобы осознать реальность вокруг себя. Инстинкт самосохранения подталкивал вперед.

Посмотрев вниз, Ира решила, что поднялась на достаточную высоту. Ветки стали слишком тонкими. Еще немного — и они начнут гнуться под весом ее тела.

Привалившись спиной к стволу, она с легкой паникой огляделась вокруг. Глаза передавали мозгу картину, которая никак не могла быть настоящей. Вот только и на сон все это не походило. Конечно, для душевного успокоения можно было убедить себя, что окружающее всего лишь снится, но Ирина не любила лгать себе.

Это не сон. В этом она была полностью уверена.

Об этом говорили и гудящие мышцы, и боль в пораненных пальцах, и зуд на голове, и ощущение мира вокруг. Все вокруг дышало реальностью.

Глубоко вдохнув, Ира принялась успокаивать себя. Паника сейчас была ни к чему. Произошло что-то странное, и нужно полностью контролировать себя, чтобы понять и разобраться. Кроме всего прочего, глубинные инстинкты, доставшиеся каждому человеку от самых первых предков, настойчиво шептали об опасности, поджидающей под каждым кустом.

Сердце еще колотилось в груди слишком быстро, но непонимание и растерянность, грозившие превратиться в безумную панику, отступали.

Вдалеке послышался устрашающий рев. Ирина крупно вздрогнула, вцепившись в ветку с такой силой, словно от этого зависела ее жизнь. Дурное предчувствие подкатило к горлу и отдало кислотой. Голова закружилась от страха.

Этот звук не предвещал ничего хорошего. Ира понятия не имела, что за животное может так рычать. Лев? Тигр? Почему-то ей казалось, что эти звери тут ни при чем.

Подождав немного, она медленно выдохнула и расслабила пальцы. Птицы, замолчавшие после крика, снова запели. Видимо, опасность, какой бы она ни была, прошла мимо.

Унимая сотрясающую тело дрожь, Ира села удобнее, морщась от того, как неудобная ветка впивается в ягодицы. Почему-то это вызвало смех. Еще недавно она и подумать не могла, что будет сидеть во враждебном лесу высоко на дереве, вслушиваясь в каждый шорох.

Ее жизнь была спокойной и размеренной, и в ней точно не было места для чего-то столь экстремального!

Убедившись, что поблизости нет ничего и никого подозрительного, Ирина принялась усиленно думать. Нужно было понять, как она оказалась в этом месте. И хотелось бы, конечно, знать, где это и как отсюда выбраться, чтобы попасть домой.

Начала она с мыслей о том, что последнее помнила перед тем, как очнуться около дерева в незнакомом лесу, очень похожем на доисторические тропики.

Утром она встала, как обычно, рано, сделала зарядку, приняла душ, решила позавтракать. В холодильнике обнаружилась пара яиц и немного молока. Окинув удрученным взглядом пустые полки, Ирина решила, что пора за покупками.

До открытия магазинов оставалось еще много времени, поэтому она успела не только поесть, но и набросать примерный план будущей статьи.

Когда-то давно Ира работала как большинство людей. Ходила на работу и тратила на это больше восьми часов в день. Однако потом она нашла иной источник дохода. Это позволило уйти с не слишком любимой работы и заняться тем, что доставляло удовольствие и не отнимало так много времени.

Последнее, что она помнила отчётливо, это как она пыталась обойти очередную лужу. Потом было ощущение падения, закончившееся полной темнотой и потерей сознания.

Затем она очнулась под деревом, в странном лесу, от которого буквально веяло опасностью.

Ирина сама не поняла, почему сразу полезла на дерево, просто что-то внутри буквально затрубило о том, что это будет лучшим решением. Повинуясь внутреннему голосу, она незамедлительно принялась за дело.

Убедившись, что с памятью все в порядке, Ира нахмурилась. Может быть, ее незаметно усыпили и переправили на континент с тропическим климатом? Но зачем и кому это было нужно?

Отсутствием воображения Ирина не страдала. В голову сразу полезли мысли о всяких экспериментах, проводимых подпольными лабораториями. Куда-то ведь деваются все пропавшие без вести люди!

Но зачем ее привезли в какой-то лес?

Ира силой воли отогнала мысль об охоте на людей. К ее огорчению, эта теория казалась очень реальной. По крайней мере, до тех пор, пока она не обратила внимания на свои ноги.

Все предыдущие мысли вылетели из головы. И ничего странного в этом не было, ведь не каждый день ты понимаешь, что тело, в котором оказалась, — чужое! А в том, что оно чужое, Ира была полностью уверена. В конце концов, у нее было сорок с лишним лет, чтобы полностью изучить собственное тело!

Снова пришлось глубоко дышать, чтобы успокоиться. Помогало, откровенно говоря, плохо. И это было простительно. Поверить в то, что она видела, было сложно. Чужое тело, незнакомый лес — ситуация не самая рядовая.

Услышав громкий треск, Ира застыла и опасливо посмотрела вниз. То, что предстало перед ее глазами, могло бы отправить в обморок любого с менее крепкой психикой.

На короткий миг ей показалось, что она сейчас точно потеряет сознание, но мысль, что в таком случае ее новое (пока неизученное) тело полетит вниз, заставила Иру вцепиться в ветку мертвой хваткой.

Она очень надеялась, что ЭТО ее не заметит.

Зверь повел громадной головой из стороны в сторону, громко фыркнул и подошел к дереву, на котором сидела Ира. Ей самой казалось, что в этот момент ее сердце просто остановилось от страха. Она с диким ужасом смотрела, как существо обнюхивает ствол, будто громадная собака.

Единственное, что хоть как-то успокаивало, это убежденность, что существо не сможет залезть на дерево. Об этом свидетельствовало слишком массивное тело, совсем не подходящее для подобной деятельности. Зато мощные задние лапы (передние не выглядели внушительными), на которых стоял зверь, как кенгуру, явно были предназначены для длительной ходьбы.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Снова фыркнув, зверь поднял голову. Ирина забыла, как дышать. Она не верила, что все это происходит именно с ней. Боже, да такое ей даже присниться никак не могло!

Глухо заворчав, существо недовольно оскалилось. А потом неожиданно исторгло такой рев, что Ира едва не поседела от ужаса. Теплый ветер, наполненный запахом гнили, заставил зажмуриться и задержать дыхание. Было очевидно, что именно этот зверь предпочитает на завтрак, обед и ужин.

Ира не двигалась. Ничто в мире не смогло бы заставить ее слезть с дерева. Сразу было понятно, какая судьба ждала бы ее после такого глупого поступка. Она несколько раз поблагодарила природу за данный людям прекрасный и жизненно важный инстинкт. Ире даже думать не хотелось, что произошло бы, останься она внизу.

Зверь глупым точно не был. Недовольно фыркнув, он отправился дальше по своим явно кровожадным делам.

Ирина выдохнула, лишь когда треск затих. Вокруг стояла пронзительная тишина, нарушаемая только шорохом листвы. Птицам, судя по всему, тоже не нравился недавний гость.

И Ира их хорошо понимала.

Вряд ли в мире найдется хоть кто-то, кому понравится настоящий, а главное, живой динозавр!

— Что происходит? — прохрипела Ирина тихо, уже не удивляясь тому, что голос был не ее. Звучал он хрипло и немного грубо.

Новая информация ошеломила, вытолкнула прежние переживания. Динозавр! Уму непостижимо! И это скрывают от людей!

Ирина даже думать не хотела, что произойдет, если такое смертоносное существо попадет на улицы города. От мысленных картин она поежилась, стараясь не обращать внимания на подводящий живот и тошноту.

Те, кто возродил доисторическое чудовище, — настоящие безумцы!

Не нужно было долго вспоминать, чтобы идентифицировать недавнего гостя. Тираннозавр!

Но кто вернул к жизни такое существо? Зачем? Как им удалось скрыть этот факт от мира? Вряд ли кто-то стал бы делать нечто подобное только ради того, чтобы оживить вымерший вид.

В конце концов, если им так хотелось, можно было выбрать кого-нибудь менее агрессивного и опасного! Были ведь среди динозавров те, кто не обладал большим размером и питался только травой!

На этот раз Ирине пришлось приложить много усилий, чтобы успокоиться.

Настороженно прислушиваясь, она принялась осматривать свое тело. Ей требовалось хоть какое-то относительно нормальное занятие, чтобы справиться с шоком.

Тело было однозначно чужим. У нее никогда не было столько шрамов на ногах. Кроме того, кожа на ступнях оказалась очень грубой, словно человек всю жизнь проходил босиком. А еще бывший владелец явно не был любителем ванно-банных процедур.

Вскоре Ира узнала, что осталась женщиной, вернее, молодой девушкой. Груди были совсем маленькими и очень упругими. Тело выглядело юным и миниатюрным. Немного смущала тонкость рук и стройность ног. Казалось, тот, кто всегда ходит босиком и имеет столько шрамов на ногах, должен обладать более мускулистой фигурой.

Потрогав голову, Ирина скривилась. Волосы были обмазаны чем-то очень похожим на грязь и скручены в трубочки. От этого кожа головы сильно чесалась и ощущалась натянутой.

Проведя рукой по лицу, Ира замерла, а потом скосила взгляд. В ноздрях что-то было! Почему-то это шокировало больше, чем «украшение», висящее на нижней губе.

Осторожно ощупывая неожиданные находки, она пришла к выводу, что снимать все это прямо сейчас может быть опасно. Ей не хотелось оцарапаться или как-то иначе навредить телу. Пришлось оставить все как есть. Вряд ли, конечно, она в скором времени найдет здесь зеркало, но хватит любого пруда, ручья или реки.

Черты лица оказались вполне привычными. Нос был тонким и высоким в переносице, а губы имели лишь незначительную пухлость. Вряд ли бывшая владелица была африканкой. Об этом говорила и кожа, слишком светлая для жителей самого жаркого континента.

Осмотр тела немного отвлек. Правда, стоило Ире закончить, как дурные мысли снова полезли в голову, но унывать она не торопилась.

Идей о том, что делать, практически не было, зато присутствовало сильнейшее желание как можно скорее оказаться дома. Однако в ее ситуации любому стало бы понятно, что легко вернуться не получится.

Для начала Ирина не знала, где оказалась. Она даже не знала, в какую сторону идти, чтобы отыскать людей. Вспомнив тираннозавра, Ира поежилась. Не было никаких гарантий, что это чудовище тут одно. Вполне возможно, что этот доисторический парк (заповедник?) заполнен самыми разными хищниками давно минувшей эпохи.

Кроме того, не было гарантий, что встреченные люди будут хорошими. Как-то ведь она здесь оказалась.

Хотя стоп!

Она не о том думает!

Страшно, конечно, задумываться над подобным, но существовал огромный шанс, что место, в котором она так внезапно оказалась, — вовсе не ее мир.

И доказательств этому много.

Верить в нечто подобное не хотелось, но если ожившего динозавра еще можно было как-то объяснить, то как быть с чужим телом?

Перенос сознания? Не слишком ли это сложно?

Ира тряхнула головой, ощущая, как сосульки на голове и «украшения» на лице колышутся, доставляя неудобство.

Существовало одно объяснение, которое могло дать ответ на все вопросы, но оно было настолько невероятным, что верилось с трудом.

После этой мысли она усмехнулась.

Конечно, верить в то, что какой-то сумасшедший ученый возродил доисторического монстра, или в то, что ее сознание каким-то образом и по неизвестной причине перенесли в другое тело, — нормально. А вот поверить, что ее просто закинуло в другой мир, — сложно.

Наверное, все дело в науке. Научились ведь люди клонировать животных. Кто знает, возможно, ученым теперь достаточно одной клетки, добытой из костей, пролежавших в земле миллионы лет, для того чтобы воссоздать давно исчезнувший вид.

Перенос сознания? Мало ли какие эксперименты скрывают от простых людей. Не так давно Ира читала, что планировалась пересадка головы. Правда, все сорвалось, но сам факт говорит о многом. Может быть, в каких-нибудь подпольных, глубоко скрытых лабораториях ученым удалось пересадить мозг из одного тела в другое. Это ведь, по сути, почти вечная жизнь, были бы деньги и связи. Главное — не дать самому мозгу зачахнуть или подхватить какую-нибудь инфекцию или воспаление.

Ирина понимала, что не все достижения науки широко освещаются в массах. Многое остается покрытым тайной.

У нее было две версии того, что с ней случилось. Первая — она попала к каким-то ученым и стала участником экспериментальной программы. Вторая — ее сознание перенеслось в другой мир.

Ирина удрученно вздохнула.

Еще неизвестно, какой вариант хуже. Наверное, все-таки первый. Если она стала не чем иным, как подопытной мышкой, то уйти живой отсюда ей никто не позволит. В ином случае все делалось бы более открыто. А так… она обречена.

Во втором случае Ира могла попытаться выжить. Раз у нее было тело, значит, люди в этом мире существовали. Что очень странно, ведь динозавры жили намного раньше первых людей.

Хотя это все спорно. Историки могли просто утаить правду. Причина? Да кто знает! Взять хотя бы камни Ики, на которых люди изображены вместе с динозаврами. Официальная наука, как всегда бывает с чем-то, не укладывающимся в общепринятую теорию, называет камни подделкой. Те, кому не нравятся установленные кем-то рамки, считают камни Ики подлинными.

Сама Ира не имела четкого мнения по этому поводу. Данных просто не хватало. Камни могли быть как настоящими, так и поддельными, сделанными только для привлечения большего числа туристов в тот район Перу, где они были найдены.

Если предположить, что камни Ики подлинные, то можно сделать несколько интересных выводов.

Первый — люди жили в одно время с динозаврами. Об этом можно судить не только по камням, но и по тому, что она, человек, только что видела живого ископаемого ящера.

Второй — она могла попасть не в другой мир, а в прошлое собственной планеты.

Ира решила, что будет придерживаться этой теории. По крайней мере, до тех пор, пока не появятся доказательства, опровергающие ее.

Все эти размышления заставили Иру немного успокоиться. Да, ситуация была из ряда вон, но ей удалось хотя бы примерно понять, что происходит. Конечно, многое так и осталось неизвестным, а может быть, даже надуманным, но это лучше, чем брести в полной темноте.

Теперь нужно было придумать хотя бы приблизительный план действий. Для начала следовало отыскать людей. Без них никак. Ира сомневалась, что сможет выжить во враждебном мире в одиночестве.

Динозавры безумно пугали. Свирепые, громадные, хищные — худшие соседи, о которых только можно подумать.

Но динозавры не единственная проблема.

Ирина была городской жительницей. Да, работа над многочисленными статьями на различные темы позволила ей обрести много разрозненных знаний, но это вовсе не значило, что она могла успешно применять свои знания в реальной жизни. Как выжить в тропическом лесу в одиночестве? Что тут можно есть? Где брать воду? К каким растениям лучше не подходить близко? В теории она кое-что знала, но этого было бесконечно мало. К тому же ей никогда не доводилось применять свои микроскопические знания на практике.

Господи, да здесь даже в кустики сходить опасно. Достаточно вспомнить самое жгучее растение на земле, растущее в тропических лесах Австралии. Те, кому не повезло прикоснуться к нему, испытывали мучительные страдания.

Вспомнив об этом растении, Ира с подозрением оглядела землю. Ей совершенно не хотелось страдать несколько лет от невыносимого жжения.

Встряхнувшись, она дала себе слово внимательно следить за всем, что трогает, куда садится и обо что опирается. Несмотря ни на что, Ирина отказывалась умирать! Да, все выглядело безнадежно, но, если есть хотя бы один шанс выбраться из этой ямы, она воспользуется им!

Искать людей надо, но где они могут быть?

Учитывая, что здесь все еще живы динозавры, люди должны иметь место, которое могло их защитить от этих хищников. Место крепкое и надежное.

Ира подняла руку и прикоснулась к пирсингу на губе. Судя по виду ее тела, цивилизация не успела уйти далеко. По крайней мере, общество этого острова или континента.

Ничего странного в этом Ира не видела. В ее мире или времени (в зависимости от того, куда или когда она попала) прогресс народов не был однородным. В одних странах люди летали на самолетах и работали в интернете, а в других все еще бегали с копьями, как делали их далекие предки.

В любом случае поблизости могла быть только группа людей, культура которых находилась на первобытном уровне. Об этом свидетельствовали волосы-сосульки, громоздкие «украшения», явно сделанные из костей мелких животных (судя по ощущениям), и состояние ступней этого тела.

Итак, где могли бы жить первобытные люди, окруженные существами, желающими съесть все похожее на мясо?

Определенно у такого народа должно быть хорошо укрепленное убежище. Вряд ли это будет замок, скорее пещера с узким проходом, не дающим крупным хищникам доступа к мирному населению племени.

Еще был вариант с домами на деревьях, но это не очень безопасно. Летающие ящеры тоже существовали. Да и насколько Ира помнила, были такие, кто легко мог ползать по деревьям.

Эта мысль отдалась холодком по всему телу. Ирина торопливо огляделась, решив не слишком углубляться в раздумья, а больше наблюдать за происходящим.

Одно обстоятельство очень занимало ее мысли. А именно — существование птиц одновременно с динозаврами. Насколько она знала, птицы — это далекие потомки древних ящеров, по крайней мере летающих. Как так вышло, что они существуют вместе в одно время?

Впрочем, что сейчас думать. Наука тоже всегда утверждала, что люди появились гораздо позже доисторических монстров.

Ира недовольно скривилась. Ее ум все еще никак не мог до конца осознать происходящее, пытаясь найти всему логическое объяснение. Хорошо, конечно, но не тогда, когда нужно как можно скорее выработать рабочий план.

В ее мире люди с большой вероятностью попробовали бы жить около воды. Ведь она источник не только питья, но и пищи, однако Ира сомневалась, что жители этого мира готовы так рисковать.

Обдумав еще раз различные варианты того, где местные жители могли бы спокойно жить, она все-таки остановилась на пещере. Осталось понять, в какой стороне ее искать. Вряд ли она далеко.

Если следовать логике, то пещера там, где есть горы. А как их найти? Очень просто! Залезть на самое высокое дерево и посмотреть по сторонам.

Ей очень повезло, ведь она уже сидела на дереве. Правда, его высота не была слишком большой. Ира надеялась, что если подняться еще немного, то этого хватит для осмотра.

Наверх она карабкалась с особой осторожностью. Остановилась, только когда стало понятно, что еще немного — и она точно полетит вниз. Верхушка качалась от ветра, и из-за этого Ира начала чувствовать легкую тошноту.

Горы, к ее удивлению, действительно обнаружились. Правда, не близко, что немного смущало. Если поселение так далеко, то как сюда попала девушка? Ответа на этот вопрос у Иры не было.

Обдумав все, она решила, что сидеть на одном месте, конечно, хорошо, но пора уже двигаться. Горы, а значит, и люди, сами к ней не придут.

Спускаться не хотелось. Стоило вспомнить существо, прошедшее здесь недавно, как живот скрутило от тревоги и страха. Несмотря на это, Ира понимала, что не может сидеть на дереве бесконечно. Очень скоро захочется есть и пить. Эти нужды в любом случае сгонят ее вниз.

И это может быть опасно.

Сильная жажда или голод могут существенно снизить ее бдительность. И тогда, ведомая желанием как можно скорее найти еду и питье, она очень легко может попасть в беду.

Даже с учетом всех доводов Ире пришлось потратить некоторое время на то, чтобы убедить себя и успокоиться. В конце концов, собрав всю свою волю в кулак, она начала спуск. При этом Ирина старалась прислушиваться ко всему, что выбивалось из привычных уже звуков леса.

Перед тем как спрыгнуть на землю, Ира замерла на ветке и принялась всматриваться в заросли вокруг. Какой-нибудь хищник вполне мог заметить ее и сейчас ждать, когда она окажется на земле, чтобы броситься вперед.

Нервы звенели, как струны. Сердце колотилось где-то в горле. Тело бросало то в жар, то в холод. Не было никаких сомнений, что она пребывает в сильном стрессе.

Кое-как убедив себя, что никаких опасностей поблизости нет, Ира спустилась. Соскользнув с нижней ветки, она прилипла спиной к стволу, вслушиваясь в любой шорох и присматриваясь ко всему, что вызывало подозрения.

Все выглядело безобидно.

Сделав первый шаг, Ирина снова замерла. Спустя несколько секунд прошла еще немного. Никто не бросился на нее из-за куста и не попытался съесть.

Облегченно вздохнув, она торопливо подобрала палку, лежавшую неподалеку. Так себе оружие, конечно, но лучше, чем ничего. Палкой можно хотя бы в глаз ткнуть.

Если успеешь до того, как тебя перекусят пополам…

Осторожно пробираясь в выбранном направлении, Ира старалась держаться ближе к деревьям, надеясь, что в случае опасности сможет снова быстро забраться наверх.

В какой-то момент она услышала позади громкий хруст, а потом неистовый рев. Сердце испуганно дрогнуло. Сработавший инстинкт бросил Ирину вперед. Она побежала. Все ее существо стремилось как можно скорее убраться подальше от возможной опасности.

Глава 2

Жгучая трава? Осторожность? Разумные доводы? Все это вылетело из головы в одно мгновение. Осталось только одно желание — уйти как можно дальше от угрозы.

Краем сознания Ирина понимала, что поступает неправильно. Что нужно остановиться и забраться наверх как можно скорее. Что громадный динозавр явно способен бегать быстрее, чем она, и это грозит ей очень быстрой смертью, учитывая, какой большой пастью обладал тираннозавр. Господи, да он способен проглотить ее одним махом!

К сожалению, вспыхнувшая паника не оставляла ни шанса. По крайней мере, в самые первые мгновения, когда тело захватил первобытный инстинкт, несомненно, когда-то позволивший ее древним предкам выжить.

Из-за бега и шума, который сама издавала, Ире казалось, что следом за ней кто-то ломится. На самом деле она хорошо понимала, кто это может быть. Одна мысль о гигантском звере переворачивала все в животе.

В какой-то момент ей удалось взять себя в руки. Конечно, не до конца, но сознание перестало напоминать сплошной хаос, в котором царила только одна мысль — бежать. Правда, это все равно не смогло заставить её остановиться. Страх был слишком силен.

Кроме того, вокруг, как назло, были одни кусты, а до ближайшего дерева с ветками, которые позволили бы быстро забраться наверх, еще нужно было добежать.

Заметив подходящее дерево, Ира устремилась в его сторону. Когда до растения оставалось несколько метров, она неожиданно споткнулась. Из-за скорости равновесие было потеряно.

Все произошло так быстро, что Ирина даже не успела сообразить, что случилось. В какой-то момент она отстраненно поняла, что летит вниз. Мир кувыркался. В теле то и дело вспыхивала боль от случайных столкновений с торчащими из земли камнями и корнями.

Зацепиться за что-нибудь никак не удавалось. Ира очень надеялась, что в самом низу ее не ждет какой-нибудь обрыв, падение с которого приведет к смерти.

Цепляясь рукой за все камни и кусты (по крайней мере, пытаясь), Ира, наконец, достигла дна ямы, в которую так неосторожно упала.

Приземление оказалась не менее болезненным, чем падение. Под спиной что-то хрустнуло, а потом послышался писк и рассерженное шипение. Последнее донеслось со всех сторон.

Адреналин в крови заставил Иру действовать быстро и четко. Она мгновенно оказалась на ногах. К ее ужасу, вокруг обнаружились какие-то мелкие динозавры. Ох, да, Ирина помнила, что видела нечто подобное в фильмах. Названия ящеров она не помнила, но это не делало их менее опасными.

Ирина очень четко поняла, что сбежать от них не получится. Судя по длинным и жилистым задним лапам, эти создания любят и могут бегать далеко и быстро.

Сжав пальцы, она с удивлением поняла, что каким-то невероятным образом не выпустила из рук палку. Не то чтобы это ей как-то помогло, но за неимением ничего лучшего сойдет и палка.

Ира не была намерена умирать. Дикая жажда жизни бурлила в ней, толкая на безумства.

Все люди по-разному реагируют на стрессовые ситуации, требующие быстрых, четких, а иногда и сумасшедших решений. Одни цепенеют от ужаса и позволяют худшему случиться. Другие начинают плакать и молить Господа о милости, падая на колени. Третьи бросаются вперед, спасая свою или чужую жизнь. Четвертые просто бегут как можно дальше.

До этого момента с Ирой никогда не случалось ничего, что позволило бы ей узнать, как она сама отреагирует в критический момент. Что ж, теперь она будет знать.

Мелкие ящеры шипели как настоящие змеи, но не нападали. То ли их смущал ее рост, а она была несколько выше этих существ, то ли люди не входили в их привычный рацион.

Как бы там ни было, один из них все-таки решил попробовать. Когда он дернулся вперед, Ира пришла в движение. Палка прицельно опустилась на вытянутый череп. Послышался хруст.

Сердце подпрыгнуло и упало. Вот и все. Палка сломалась! Сейчас они нападут всей стаей и начнут рвать ее заживо. Картинка была такой яркой, что перед глазами все потемнело от страха. Потеря сознания казалась даже благом. Может быть, тогда она умрет, не почувствовав боли?

Когда ящер рухнул на землю, Ира задержала дыхание от неожиданности. В груди огромным цветком вспыхнула надежда, отчего тело обдало жаром. Господи, она давно не испытывала настолько сильных эмоций.

Это не палка хрустнула! Это был череп ящера!

Ирина не могла поверить, что удалось проломить голову ящера с одного удара! Конечно, она била со всей силы, но все равно, разве такое реально? Ей казалось, что кости этих древних существ должны быть гораздо прочнее.

Размышлять над тем, что произошло, не было времени. Вокруг толпилась еще дюжина мелких ящеров, которые явно с интересом поглядывали на павшего товарища, но не спешили приступать к трапезе, пока источник угрозы не будет устранен.

Медленно собравшись с одной стороны, они тянули в направлении Иры шеи и шипели, широко раскрывая пасти и демонстрируя многочисленные зубы.

Ситуация складывалась не самым благоприятным образом. Где-то там, наверху, остался тираннозавр, который в любой момент мог появиться здесь. Если это случится, тогда точно можно будет забыть про возможность выжить.

Проломить голову тираннозавру…

Конечно, можно попытаться, но вряд ли такая попытка закончится чем-то хорошим.

И уйти Ира не могла. Было понятно, что мелкие твари сразу бросятся, стоит ей сделать лишь шаг.

Впрочем, стоять без движения тоже не вариант. Тяжело и прерывисто дыша, Ирина медленно отодвинула одну ногу назад, держа палку перед собой.

Под ступней что-то хрустнуло, отчего Ира рефлекторно опустила взгляд.

Увиденная картина заставила задержать дыхание. Если глаза ее не обманывали (что вряд ли), сейчас они находились в гнезде какого-то крупного динозавра. И гнездо это не было покинутым. Судя по мокрой яичной скорлупе, детеныши вылупились совсем недавно.

Это было очень и очень плохо.

Во-первых, если есть гнездо, то есть и мамочка. Во-вторых, эта мамочка не будет счастлива, когда вернется и увидит, что ее детей кто-то обижает. Вряд ли она станет разбираться кто, что и почему. Съест всех, и дело с концом.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Размышляя над тем, что уходить надо как можно скорее, Ирина заметила маленький, почти съеденный трупик. Жалость сковала горло. Вид погибшего страшной смертью детеныша заставил почувствовать злость и тошноту.

Стало понятно, что именно делали мелкие твари в этом гнезде. Они пожирали детенышей, пока их мать, с большой долей вероятности, ходила на охоту.

Несмотря на то что она отвлеклась, Ира все-таки заметила, как еще один динозавр дернулся в ее сторону. Рука двинулась словно сама по себе. Удар, хруст, труп.

Мелкие гаденыши недовольно заворчали, поглядывая на павших товарищей. Они явно предпочитали питаться теми, кто не мог дать отпор. Один из них, стоявший дальше всего, развернулся и резко скрылся в кустарнике, не желая рисковать.

Ира приободрилась. Может быть, ей удастся справиться с ними максимально быстро? Оставшийся позади тираннозавр нервировал.

В итоге Ире пришлось убить еще пару, прежде чем ящеры полностью усвоили урок и скрылись с места стычки.

Она облегченно выдохнула, но бдительность не снизила. Отступление могло быть лишь тактическим маневром, призванным расслабить противника. Вряд ли, конечно, динозавры были настолько умны, но проверять на личном опыте Ире не хотелось.

Прежде чем бежать дальше, она прислушалась. Вокруг стояла тишина. Это казалось подозрительным, а еще странным. Разве тираннозавр не должен был уже догнать ее? Она провозилась с мелкими вредителями непозволительно долго, так что у него был реальный шанс сократить расстояние между ними до минимума.

Не желая испытывать судьбу, Ира решила уйти подальше. Чужое разоренное гнездо было не тем местом, где можно остановиться и подумать.

Далеко уйти она не успела. Сделав пару шагов, Ирина услышала позади странный звук. В отличие от прошлого раза она не бросилась бежать, а резко развернулась, выставляя палку перед собой. Ира подумала, что вернулись мелкие пакостники.

Взгляд лихорадочно заметался из стороны в сторону. Ничего! Вернее, никого!

Снова послышался звук, похожий одновременно на тихое кряхтение, шипение и рычание.

Ира посмотрела вниз и задержала дыхание. Один из детенышей остался жив! Он выглядел только что вылезшим из яйца. Пасть, полная мелких зубов, то и дело открывалась и закрывалась. Именно из нее доносился этот странный звук, не похожий ни на что, слышанное Ирой раньше.

Осознав, что опасности по-прежнему нет и это всего лишь детеныш, Ирина собралась уходить. Однако в тот момент, когда она отворачивалась, ей удалось заметить, что мелкие гаденыши, с которыми она воевала недавно, никуда не ушли. Один из них точно засел в засаде. И ведь не боятся! Мама этого малыша скоро должна вернуться, она же съест их за то, что они сделали! Но, видимо, жажда довести дело до конца, а потом полакомиться и павшими сородичами была слишком сильна.

Ира замерла. Ее терзали противоречивые чувства. С одной стороны, нужно было уходить как можно скорее, ведь опасность встречи с тирексом все еще существовала. Можно смело прибавить сюда и должную вскоре вернуться мамочку. С другой стороны, сердце не позволяло бросить только что рожденного малыша. Стоит ей уйти, как мелкие гады сразу съедят его!

Бегло оглядев большое, наполненное скорлупой гнездо, Ирина поняла, что ящерка осталась одна. Видимо, гаденыши не успели добраться до нее.

— Я пожалею об этом, — буркнула она себе под нос.

Стремительно подойдя к детенышу, Ира подхватила его на руки и торопливо двинулась прочь. Потом, она подумает обо всем потом, когда найдет более безопасное место.

Надо сказать, только что рожденный детеныш маленьким точно не был.

И поэтому было удивительно, как легко она смогла его нести! Ира ощущала его вес, но он не доставлял ей никаких проблем.

Думать об этом долго Ирина не собиралась. Сейчас нужно было как можно скорее уйти подальше от места происшествия.

Бежать с ношей было сложнее, несмотря даже на то, что малыш подозрительно притих и не делал ничего, что мешало бы бегу. Он словно уснул в ее объятиях, тихо посапывая ей в шею.

Чуть позже, вспомнив этот момент, Ира облилась холодным потом. Боже, о чем она только думала?! Держать пусть и новорожденного, но все-таки динозавра рядом со своей шеей было самоубийственной затеей. Вряд ли ее тонкая кожа могла защитить от его укуса. Ей явно повезло, что ничего не случилось!

Через некоторое время Ира решила, что можно остановиться и подумать. Ее тело оказалось сильным и очень выносливым, что было странно, учитывая, каким хилым оно выглядело. Ирина сомневалась, что в прошлом смогла бы осилить такой бег с препятствиями.

Устроившись под деревом, она сняла с плеча детеныша. Малыш сразу начал недовольно ворчать и льнуть к ней обратно. Видимо, ему понравилось исходившее от ее тела тепло.

Детеныш был очень цепким и совершенно не желал находиться вдалеке от нее. Это было очень странно. Разве он не должен звать свою мамочку? Конечно, Ира была совсем не против, что малыш спокоен и тих, но это вызывало подозрения.

Внимательно прислушиваясь к происходящему вокруг, Ира принялась рассматривать того, кого спасла. Очень скоро стало понятно, к какому виду относится малыш. Это знание заставило волосы на голове шевелиться от страха. И неважно, что они были обмазаны глиной в сосульки! Все равно шевелились.

Господи, она утащила мелкую версию тирекса!

Видимо, тот, кого она видела с дерева, был вовсе не самцом, а самкой, на время покинувшей гнездо. Пока матери не было, гаденыши расправились почти со всеми яйцами, но потом вмешалось провидение в лице свалившейся на дно ямы или оврага Иры.

Ира не знала, что за рев заставил ее бежать без оглядки, но некоторые мысли у нее были. Рекс, или, вернее, Роксана (она решила, что это имя подойдет для женской особи тираннозавра), повстречала кого-то, с кем вступила в бой. Или ревела ее жертва, из которой Роксана вырвала кусок плоти, что более вероятно.

Теперь предстояло понять, что делать с детенышем. Разум твердил, что она очень сглупила, подобрав его. Сердце было удовлетворено, и заткнуть его не получалось. Ирина понимала, что малыш долго не проживет, если его оставить.

Забрать с собой? Для начала его чем-то нужно кормить. Ирина не знала, где брать еду для себя, не говоря уже о существе, которое явно будет поглощать гораздо больше, чем человек. Где-то она читала, что новорожденные тираннозавры набирают каждый день три килограмма веса, а он не берется из воздуха. Это означало, что питаться малыш должен часто и плотно. У нее просто нет ни возможности, ни навыков для того, чтобы добыть столько мяса.

Кроме того, тираннозавры — хищники, а это значит, что однажды он съест и ее, ведь она не его сородич, а просто добыча.

И это не все проблемы!

Если у тирексов хороший нюх, то запах малыша приведет к беглецам разъяренную мамочку. Вряд ли той понравится кто-то посторонний рядом с ее ребенком.

По всему выходило, что от детеныша одни проблемы.

Но как можно было его бросить, когда он трогательно прижимался к ней, укладывая голову на ее колени, словно ласковый котенок, которому нужна защита?

Может быть, оставить его на земле, забраться на дерево и подождать? Мать должна прийти за ним. Но кто даст гарантию, что появится именно мамочка, а не другой динозавр, который с радостью полакомится бесхозным и беспомощным детенышем?

Нахмурившись, Ира вздохнула. Вот точно, не было проблем, купила себе порося. Малыш на порося не был похож, скорее на странную ящерицу или лысую курицу с длинным хвостом, крупной головой и крохотными передними лапами, но сути это не меняло.

Взглянув на мелкого тирекса еще раз, она решила держать его при себе до тех пор, пока сможет. Глупо, конечно, но не удавалось убедить себя оставить его здесь и двигаться дальше без него. Такой поступок был логичным, но не обязательно правильным.

Поднявшись на ноги, Ирина внимательно осмотрелась. Для начала следовало избавиться от запаха, который мог привлечь внимание хищников. Надо было подумать об этом сразу, но хорошо уже то, что она об этом вообще задумалась.

Итак, чем бы обмазаться, чтобы скрыть свой запах?

С подозрением покосившись на листья, Ира отбросила вариант обмазаться соком. Грязь, по ее мнению, была более безопасным вариантом. Кроме того, добыть немного жидкой земли не составляло труда. Судя по повышенной влажности, дожди в этом месте шли постоянно. Поверхность была покрыта толстым и мягким слоем прелой листвы. В воздухе витало множество запахов. Тяжелый дух опавших листьев, начавших гнить, ароматы каких-то растений, древесный запах — всего не передать.

А еще…

Ира настороженно посмотрела вверх. Деревья в этом месте были высокими, их кроны практически закрывали небосвод. Но даже без визуального подтверждения она чувствовала, что вскоре начнется дождь.

Воздух как-то разом стал влажнее. Создавалось ощущение, словно на плечи положили дополнительную тяжесть. Все вокруг будто притихло. Даже ветер. А главный аргумент за то, чтобы искать укрытие, — внезапно стало в разы темнее.

Ирина знала, что в тропиках бывает сезон дождей. В такое время подобные леса становятся очень опасными. Погода приобретает угрожающий характер, а ямы и овраги превращаются на краткое время в озера.

Вряд ли сейчас был такой сезон, учитывая, что самка тирекса отложила яйца именно в углублении. Животные инстинктивно понимают, как лучше действовать, а это значит, что сейчас благоприятный период для кладки.

Несмотря на это, забираться наверх все равно не хотелось. Каждому человеку с детства твердят, что во время грозы нельзя стоять под деревом. С ее везением в последнее время можно было ожидать, что единственная молния, ударившая с неба, попадет именно в тот ствол, за который Ира будет цепляться.

Что же делать?

Размышляя об этом, Ира направилась вперед. Стоять можно до самого потопа, но лучше от этого не станет.

Тирекс на руках захныкал, пытаясь свернуться в клубочек. Ирина осторожно погладила его по спинке, отчаянно ища взглядом место, где переждать грядущий дождь. Удивительно, но после короткой ласки детеныш снова затих, будто понимая, что сейчас она не может уделить ему все свое внимание.

Спустя минут пятнадцать им с малышом повезло. Они наткнулись на поваленное дерево, ствол которого очень удачно переломился, образовав подобие крыши.

Залезать внутрь сразу Ира не стала. Для начала взяла палку как можно длиннее и принялась шуршать там, надеясь, что это изгонит всех, кто решил занять это место до них.

Она хорошо помнила, что в доисторический период крупными были не только динозавры. Обычные насекомые достигали таких размеров, что могли оставить заикой любого современного человека. У стрекозы, например, размах крыльев достигал одного метра! Такая махина и загрызть случайно может!

Ира сознательно отодвинула мысль о громадных мокрицах как можно дальше, но в памяти все равно то и дело всплывал образ многоножки размером больше, чем рост взрослого человека. И неважно, что она питалась травой!

К ее облегчению, из укрытия никто не вылез. Только после этого Ирина осторожно заглянула внутрь. Оставаться на земле все еще было опасно, но выхода не было. Судя по всему, дождь должен был разразиться с минуты на минуту.

Забравшись внутрь, Ира придирчиво осмотрела временное укрытие. Дыр в «потолке» оказалось достаточно много. Если дождь будет сильным (а он точно будет), то они с малышом сильно промокнут. Ирина не хотела заболеть, и уж тем более ей не хотелось подвергать такой опасности детеныша.

Дыры срочно нужно было заделать, но для этого требовались обе руки. Немного поколебавшись, Ира сняла с себя древнего вида юбку, постелила на пол и положила на нее детеныша. Малыш сразу проснулся и попытался подняться на лапы. Безуспешно. Видимо, даже динозаврам требовалось время, чтобы научиться хотя бы стоять.

Нагнувшись, Ирина погладила его по слегка качающейся от напряжения голове.

— Посиди тут. Я быстро, — произнесла она тихо и выскользнула наружу.

Хватать листья незнакомых растений голыми руками Ира не хотела. Поэтому в ход пошла вторая часть скудного гардероба. Теперь она осталась голой, но ее это мало тревожило. Учитывая, что вокруг джунгли, вряд ли кто-то станет за ней подглядывать. Кроме хищников, конечно. Однако сомнительно, что тех будут интересовать ее прелести, если только в гастрономическом плане.

Намотав полоску, заменявшую лиф, на руку, Ирина принялась отрывать самые крупные листы и укладывать их сверху своего укрытия. Наверное, уже было поздно так осторожничать, учитывая, что совсем недавно она стремглав бежала через тропический лес, не обращая ни на что внимания, но сейчас, когда в голове царило относительное спокойствие и порядок, она не могла действовать так же безрассудно.

Работая, Ира не забывала поглядывать по сторонам. Из-за надвигающегося дождя вокруг стояла тишина, так что она была уверена, что услышит угрозу издалека. Мелкие динозавры, может быть, и ходили тихо, но крупные вряд ли могли пробраться между кустов без единого звука.

Кроме этого, она старалась не выпускать из виду вход в убежище. Ей не хотелось, чтобы малыша кто-нибудь съел, пока она отвлечена. С учетом того, какими хитрыми были те мелкие гаденыши, кто-нибудь похожий на них вполне мог тихо пробраться внутрь, надеясь остаться незамеченными.

Ирина успела вовремя. Как только она положила очередной лист на дыру в крыше их временного укрытия, как с неба рухнул дождь.

Поежившись (вода оказалась не очень-то и теплой), Ирина забралась внутрь, сразу обняв встревоженного малыша, которому явно не понравилось ее долгое отсутствие.

Ира никогда в жизни прежде не видела настолько сильного дождя. Создавалось такое впечатление, будто кто-то перевернул над ними ведро, не имеющее дна. Вода в нем не кончалась. И все это лилось на землю, словно задалось целью смыть в мировой океан любую мелочь, попавшуюся на пути.

В такую погоду находиться где-то, не имея убежища, очень опасно. Мало того что дождь не был теплым, так еще не было видно, куда идти.

Шум привлек внимание малыша. Он забавно завертел головой и заворчал. В этом звуке Ире послышался вопрос. Она улыбнулась и погладила детеныша по голове.

— Это просто дождь, — сказала она, а потом высунула руку наружу, сложив ладонь лодочкой. Хватило доли секунды, чтобы она наполнилась. — Вот, смотри, — вернув руку, Ирина поднесла ее к носу крохи, позволяя тому как следует исследовать неизвестное ему вещество.

Малыш заинтересовался. Желая обнюхать воду получше, он наклонился ниже, но, немного не рассчитав, уткнулся в ладонь Ирины. Сразу после этого послышались смешные фырки. Детеныш напоминал щенка, которому не нравилось, что его нос намок.

Ира улыбнулась. Поведение тирекса выглядело забавно милым.

— Не нравится? — она стряхнула воду на землю, размышляя над тем, что динозавры тоже должны пить. Мысль о питье потянула за собой размышления о еде. Живот возмущенно заурчал, напоминая, что совсем не прочь что-нибудь переварить.

Малыш поддержал голодный гул ее живота согласным кряхтением. Ира не сомневалась, что он тоже хочет кого-нибудь пожевать, но сейчас ничего не могла поделать. Она только надеялась, что детеныш не решит закусить ею.

Дождь закончился так же внезапно, как и начался.

Выглянув наружу, Ира убедилась, что солнце вышло из-за туч. Его редкие лучи пробивались кое-где, заставляя воду на поверхности нагреваться.

Выбравшись из убежища, она неловко вернула юбку на место. Лиф был надет еще раньше. Детеныш на ее руках не желал спать. Он заинтересованно вертел головой и принюхивался.

Ира и сама с настороженностью замерла, но вокруг царило относительное спокойствие. Если, конечно, не считать птичьего гомона. Им явно понравился душ, раз они принялись так радостно переговариваться. Это немного раздражало, ведь за этим шумом можно было пропустить приближение кого-нибудь действительно опасного.

Шагнув вперед, Ира взглянула под ноги. Ливень был столь сильным, что ее ступни полностью скрылись под водой. Только сейчас она поняла, что их убежище было размещено на некотором возвышении, отчего эту своеобразную пещеру не затопило водой во время дождя.

Идти по покрытой водой земле было опасно. В ней могли скрываться мелкие ядовитые змеи или насекомые. А еще несложно было не заметить торчащий сучок. Раниться сейчас было плохой идеей. Во-первых, у нее не было времени ждать, пока рана затянется. Во-вторых, так недолго подхватить инфекцию. В-третьих, кровь обязательно привлечет падальщиков и хищников.

Подождать? Но кто даст гарантию, что вода быстро уйдет в землю?

Размышляя, Ирина вздохнула и вытерла пот со лба. В этот момент она поняла, что температура воздуха повысилась. Кроме того, несложно было заметить, как вода начала постепенно испаряться. Это выглядело очень странно.

Хмуро подойдя к одному широкому лучу, Ира с интересом начала наблюдать, как над водой поднимается полупрозрачный пар. Перехватив малыша удобнее, она осторожно подставила руку под луч и удивленно хмыкнула.

Горячо!

Даже думать не хотелось, насколько сейчас жарко за пределами леса. В пустыню сейчас соваться точно не стоило. Такое жаркое солнце легко могло убить человека за считаные часы.

Спустя некоторое время стало еще хуже. Туман сгустился. Причем воздух, буквально напитанный водой, становился все душнее. Видимо, ей повезло очнуться в этом мире ранним утром, а сейчас солнце поднялось достаточно высоко.

Странно, что дождь пошел утром. Насколько знала Ирина, в тропиках дожди обычно бывают в вечернее время или по ночам. Именно поэтому она решила, что прошедший дождь не привычное явление, а лишь случайность.

Притаившись неподалеку от своего убежища, Ира наблюдала, как вода медленно исчезает с поверхности. Большая ее часть, конечно, просачивалась в землю, а не испарялась. Видимо, почва в этом месте была достаточно рыхлой.

Все это значило, что они с малышом через некоторое время смогут продолжить путь. Конечно, даже без воды был шанс пораниться, но меньший.

Грязь нашлась быстро. Достаточно было сдвинуть верхний слой прелых листьев. Посадив детеныша на листву, Ира для начала обмазалась сверху донизу, не пропустив даже лица. Можно было не волноваться, что грязь высохнет. Влажность этого места зашкаливала.

Закончив со своим телом, Ира занялась детенышем. Тот поначалу выглядел встревоженным, но потом притих.

— Такой умный, такой красивый, — тихо ворковала Ирина, время от времени зорко поглядывая по сторонам.

Именно благодаря этому она заметила опасность, притаившуюся неподалеку. Нервно облизнув губы, Ира замерла.

Ей очень повезло, что она вообще смогла заметить это. Змеиная шкура сливалась с окружающей местностью настолько хорошо, что ее обладательницу вряд ли можно было увидеть с первого, а то и с третьего взгляда.

Ира заметила ее лишь потому, что та двинулась не очень вовремя, вернее, очень даже вовремя. Именно движение поначалу привлекло внимание Иры, а потом уже она осознала, на что именно смотрит.

В голове сразу всплыли многочисленные картинки с громадной змеей, питавшейся даже тираннозаврами. Некоторые считали, что это невозможно, учитывая, что змея жила позже тирексов. Но кто на самом деле знает?

Ира вообще была удивлена, что помнила такие мелочи. Она давно заметила, что ее память в последние годы претерпела значительные изменения. Если раньше ей легко удавалось запомнить что угодно, то после того, как она начала активно работать с интернетом, многое прочитанное в скором времени испарялось.

Создавалось впечатление, будто ее мозг знал, что в любой момент можно посмотреть нужное в интернете, поэтому не считал нужным занимать лишнее место, отправляя информацию в самые дальние уголки памяти.

Именно поэтому казалось, что она забывает все очень быстро. Однако на самом деле, судя по тому, как эти знания всплывали в голове, мозг ничего не забыл и сейчас поспешно вытаскивал данные из закромов, тщательно стряхивая с них пыль.

Хотя если она переместилась в другое тело, значит, и мозг у нее теперь другой. Как быть с этим?

Змея, притаившаяся неподалеку, размерами совсем не походила на то гигантское существо, изображения которого легко можно было найти по запросу «динозавр и змея». Но легче от этого не становилось.

Голова их гостьи имела довольно крупный размер. Не было никаких сомнений, что она, постаравшись, сможет проглотить малыша.

Ира не шевелилась, опасаясь, что любое движение спровоцирует атаку. Она видела в роликах, как быстро могут нападать змеи, впиваясь клыками в своих жертв.

Малышу явно не понравилось, что его перестали гладить. Он заворчал, заелозил, поворачивая голову в сторону Ирины.

Дальше все происходило очень быстро. Змея бросилась вперед с разинутой пастью. Ира резко убрала детеныша с линии атаки и подставила для укуса непонятно как оказавшуюся в ее руке палку. Даже под пытками она никогда бы не смогла вспомнить, как заметила рядом эту ветку и успела не только схватить ее, но и выставить перед собой.

Ощутив нечто твердое, пасть рефлекторно захлопнулась. Змея, еще не осознавая, что ее обманули, начала сворачиваться кольцами вокруг своей «добычи». Видимо, прежде чем съесть кого-то, она предпочитала жертву задушить.

Судя по такому поведению, можно было предположить, что змея не ядовита. В ином случае ей было бы достаточно подождать, пока жертва не умрет от яда, а потом съесть, не подвергая себя лишней опасности. Впрочем, ничего нельзя было исключать.

Пока змея крутилась вокруг ветки, Ирина торопливо проверила малыша. Вскочив на ноги, она подхватила его на руки и отнесла в сторону, намереваясь как можно скорее убраться от этого места подальше. Ее взгляд невольно зацепился за камень.

Ира сглотнула и остановилась.

Ей хватило секунды, чтобы принять решение. Убедившись, что поблизости нет больше никакой опасности, она опустила детеныша на землю, а сама подхватила камень и бросилась к змее.

Это была еда! Единственная возможность съесть хоть что-нибудь. И дело не только в собственном голоде, но и в том, что малышу требовалась пища. Он и так ничего не ел сразу после рождения.

Ей не было страшно. Скорее, она ощущала злость и даже некоторую ярость. Что-то подобное Ирина чувствовала в далеком детстве, когда на нее напала соседская собака. Если до нападения Ира опасалась чужого пса, то во время инцидента в нее будто сам дьявол вселился. Ира просто схватила свой ранец и повернулась к опасности лицом. Она помнила, как страх, сжавший на мгновение сердце, почти сразу сменился решимостью. Ирина тогда не думала о ранах, она отбивалась всем, чем могла, готовая убить, если понадобится. А ведь в остальное время она всегда была жалостливой ко всем живым существам.

Так и сейчас. Замахнувшись, Ирина с силой опустила камень на голову змеи. А потом еще раз и еще. Убедившись, что дело сделано, она рухнула на колени, тяжело дыша, словно пробежала несколько километров. Ей хотелось лечь и закрыть глаза. Вместо этого Ира подскочила на ноги и вернулась к оставленному детенышу, не желая надолго оставлять его без присмотра.

Глава 3

Дождавшись, когда адреналин немного схлынет, Ирина принялась размышлять, что делать дальше. Нерешительно взглянув в сторону мертвой змеи, она глубоко вздохнула и сосредоточилась.

Теперь у них с малышом была еда. Правда, это не избавляло от всех проблем.

Как разделать змею? Где взять огонь? Можно ли вообще есть это мясо? Может ли маленький тирекс переварить такую пищу? Это была только часть вопросов, которые волновали Ирину.

Малыш на ее руках слегка заерзал и завертел головой, а потом безошибочно посмотрел на змею, лежащую на земле. Присмотревшись, Ира поняла, что он просто унюхал запах крови.

— Хочешь чего-нибудь пожевать, да? — спросила она и принялась действовать.

Если малыш почувствовал кровь, то это легко могли сделать и проходящие мимо падальщики или хищники. А значит, лучше как можно скорее покончить здесь с делами и уйти, избегая возможных проблем.

Оглядевшись по сторонам, Ирина опустила малыша, а сама подхватила самую острую палку, какую смогла найти.

Ей никогда раньше не приходилось разделывать ничего, кроме курицы или рыбы, но Ире казалось, что принцип не должен сильно отличаться.

Прикасаться к змее было неприятно, но Ирина отодвинула весь негатив на задний план и принялась за работу. Она не собиралась умирать в этом месте! Упрямство заставляло стискивать зубы и работать.

Кроме того…

Ира мельком глянула в сторону малыша, который подобрался к змее вплотную. Теперь он сидел и с любопытством наблюдал за шевелящейся из-за действий Ирины тушей. Казалось, он подумывает укусить змею за бок, но пока не до конца понимает, как именно это сделать.

Озадаченность, отчетливо написанная на мордочке детеныша, вызвала у Иры улыбку. Маленький тирекс, несмотря на свой необычный вид, все равно выглядел милым, как все маленькие дети, независимо от того, к какому виду живых существ они относились.

Выпотрошить змею оказалось не так просто. Ее шкура была довольно прочной, а палка ни в коем случае не могла заменить хороший острый нож.

Чем больше проходило времени, тем сильнее Ирина беспокоилась. Нервно поглядывая по сторонам, она чувствовала, что пора уходить, но не хотелось оставлять еду кому-то другому. В конце концов, это их с малышом законная добыча! Кто знает, когда представится еще один шанс найти что-то съедобное.

Честно говоря, своими действиями она больше уродовала тело змеи, чем действительно вскрывала той брюхо. Кожа сильно портилась, но Иру сейчас больше волновала еда, чем возможность сохранения ценной вещи. Будь у нее нож, она могла бы не только легко выпотрошить тушу, но и снять шкуру.

Наверное…

Ирина никогда не делала ничего подобного, но не сомневалась, что при должной осторожности и аккуратности все должно получиться.

Закончив, она ощутила себя выжатой. Змея к тому времени выглядела так, словно ее растерзали, а не вскрыли.

Собрав все лишнее, а именно потроха и голову (ту, к слову, не так просто было отделить, учитывая, что из инструментов имелись только палки и камни), Ира закопала все как можно глубже. Она надеялась, что это хоть немного поможет удалить запах.

Оставаться в этом месте с каждой минутой становилось все опаснее. Но и тащить разделанную змею с собой в таком виде, как сейчас, тоже бесполезное занятие. Хищники просто пойдут по следу.

В итоге Ирина тщательно обмазала тушу грязью, надеясь таким образом избавиться от запаха. Выглядело не слишком аппетитно, но выбирать не приходилось.

Прежде чем поднимать малыша, Ирина тщательно закрепила грязную тушу на своем теле. Обвернув хвост на талии, она перекинула остальное через плечи так, чтобы верхняя часть свисала ей на спину.

После этого взяла детеныша на руки. Тот немедленно заинтересовался соседством. Грязь ему, судя по всему, не нравилась, но он все равно не оставлял тушу в покое. Видимо, при такой близости запах все-таки пробивался через преграду, дразня аппетит тирекса.

Они шли часа два, не меньше. Только после этого Ирина решила, что удалось отойти достаточно далеко от того места, где ей пришлось убить змею. Голод стал сильнее, как и жажда, отчего Ира пожалела, что не напилась во время дождя. В тот момент пить не хотелось, поэтому она просто не подумала о возможности сохранить воду на будущее.

Выбрав место, она опустила малыша, затем стащила с себя змею. Поведя плечами, Ирина внимательно огляделась, а потом опустила взгляд на лужу, оставшуюся после дождя. Именно из-за нее Ира остановилась. Змею, прежде чем есть, нужно было хотя бы помыть.

Смывать всю грязь она не стала. Очистила один участок и замерла, задумавшись. И что делать? Как это есть? Прямо так?

От одной мысли становилось дурно. Ирина была уверена, что ее лицо сейчас зеленого цвета. Желудок подавал противоречивые знаки. С одной стороны, он был вроде бы голоден. С другой стороны, он ни в какую не желал принимать в себя нечто подобное.

Разжечь огонь не было никакой возможности в отсутствие спичек и сухих дров. Все в этом месте пропиталось водой и вряд ли загорится без предварительной просушки. Ирина знала, что древние люди добывали огонь с помощью камней или палок, но у нее не было навыков, чтобы сделать нечто подобное без должной тренировки. Да и верчение тех же палок требует определенного времени. Ценный и ограниченный ресурс в ее случае.

Конечно, она попробовала постучать одним найденным камнем о другой, но очень быстро поняла, что это бесполезное занятие.

Ира с отвращением и покорностью посмотрела на змею.

Итак, по всему выходило, что придется жевать это сырым.

Тряхнув головой, Ирина ожесточенно посмотрела на мертвую змею. Если для того, чтобы выжить, ей нужно съесть сырое мясо, то она сделает это!

Опустившись на колени перед тушей, она принялась отрывать пальцами небольшие кусочки. Это было несложно. Мясо оказалось довольно нежным, похожим на курятину.

Старательно избегая костей (а они в змее все-таки были, хотя и казалось, что это не так), Ирина складывала кусочки на одном из плоских камней, которые ей посчастливилось отыскать. Камень перед этим был тщательно вымыт в луже. Ира старалась не думать, сколько на нем или на мясе микробов.

Набрав значительную горку, она решила для начала накормить малыша. Мясо было нежным, детеныш был хищником, значит, такая пища должна ему подойти. В любом случае ничего другого у нее не было.

— Ну, давай попробуем, — тихо произнесла Ирина, подхватывая крупный кусочек и поднося его к пасти тирекса. Она слегка опасалась, что тот укусит ее за руку, если кусок будет коротким, поэтому взяла более длинный. Он позволял держать пальцы от мелких, но острых зубов подальше. — Тебе это должно понравиться.

Стоило мясу зависнуть над малышом, как тот рефлекторно поднял мордочку, открыл пасть и схватил кусок. Картина выглядела очень знакомой. Именно так птицы кормят вылупившихся птенцов. Видимо, на раннем этапе развития самки тираннозавров самостоятельно кормили своих детенышей.

Пока Ира размышляла, малыш пережевал мясо. Чавкнув в последний раз, он с надеждой посмотрел на нее и тихо заворчал. Звук не был похож ни на что, слышимое ею раньше.

— Какой молодец, — похвалила Ира и погладила малыша по лбу. Детеныш на мгновение прикрыл глаза, а потом нетерпеливо боднул ее руку, намекая, чтобы она не отвлекалась.

Она тихо засмеялась и практически сразу настороженно огляделась по сторонам. Этот мир вряд ли мог простить расслабленность.

Скармливая малышу кусочки мяса, Ира бессознательно отодвигала тот момент, когда ей самой придется положить в рот нечто настолько неприятное. Она понимала, что ее предки, вероятнее всего, потребляли сырое мясо. Не сразу ведь они придумали, как добыть огонь. Но это не означало, что и она спокойно съест и не поморщится.

Кормление затягивалось. Желудок тирекса явно мог вместить больше, чем казалось. Ирина беспокоилась, опасаясь перекормить детеныша, но тот выглядел так, словно доставшегося ему было очень мало.

— Думаю, этого хватит, — неуверенно заключила она, а потом, наковыряв еще немного мяса, посмотрела на него так, будто оно оскорбило ее родителей. То есть с отчетливой неприязнью. — Ладно, хорошо, — произнесла она резко, подняла кусок и положила его в рот.

Рвотный рефлекс не заставил себя ждать. Все внутренности в одно мгновение сжались, а ведь она даже не проглотила! Упрямо сжав зубы, она, практически не жуя, проглотила.

— Ох, — выдохнула Ирина. — Необычный опыт.

Честно говоря, она даже не распробовала вкус (и не собиралась!), так быстро проглотила.

После первого кусочка последовала очередь второго, затем третьего и так далее. К пятому Ирина приспособилась. Она специально отрывала порции как можно меньше и проглатывала не жуя. Ей было известно, что так делать нельзя, но для первого раза, как ей казалось, сойдет и так.

Малышу не нравилось, что она ест сама, а ему не дает. Он подлез к ней и требовательно приоткрыл пасть. Выглядел он при этом как цыпленок, выпрашивающий еду.

— Еще? Хорошо, — Ира не стала отказывать, но давала меньше, чем до этого. Тирекс ел все, не показывая и виду, что его живот полон.

Спустя некоторое время, когда очищенная часть была съедена, она решила двигаться дальше. Здесь промедление смерти подобно. Да и лучше будет, когда она найдет людей. По крайней мере, она надеялась на это.

После того как малыш понял, что такое эта змея, он всю дорогу пытался отгрызть от нее кусок. Ире пришлось поменять способ крепления к телу оставшейся туши. Не хотелось, чтобы малыш наелся грязи.

Она никогда не умела определять время по солнцу, но здесь инстинктивно ощутила, когда время начало близиться к вечеру. Нужно было искать место, где они могли переночевать, не опасаясь быть съеденными.

Лезть на дерево — не вариант. Ей не хотелось, чтобы тирекс свалился во время сна. Да и сама не была уверена, что, уснув, не упадет. Некоторое время она высматривала какие-нибудь лианы, чтобы использовать как веревки, но почему-то ничего похожего не попадалось. Возможно, в этой части леса такое растение просто не росло.

Ближе к вечеру им улыбнулась удача. Они наткнулись на любопытное дерево. Часть его корней находилась над землей, образуя что-то вроде шатра. При этом они приподнимали землю, отчего сформировался небольшой холм. Если ночью пойдет дождь, то можно не беспокоиться, что их зальет.

Сначала они еще раз поели. Ирина не хотела делать этого около ночного убежища, все еще опасаясь. Во второй раз глотать сырое мясо оказалось не менее неприятно, чем в первый, но Ирина мужественно преодолела отвращение.

После ужина она пролезла между корнями и пробралась до середины. Ира старалась держаться подальше от «потолка», опасаясь каких-нибудь насекомых, но ничего подобного не было, к ее глубочайшему облегчению.

Убедившись, что так просто их отсюда не достать, Ирина немного успокоилась. Обняв тирекса, устроилась удобнее и приготовилась к длительной ночи.

Как только солнце закатилось, она поняла, что ночь в этом месте не менее тревожное время суток, чем день.

Ночь здесь была поистине темной. В какой-то момент Ирине хотелось увидеть небо, чтобы по нему узнать, попала ли она в прошлое или в другой мир. Впрочем, идею покинуть убежище она отбросила сразу, по нескольким причинам.

Первая — даже если это прошлое ее родного мира, звездное небо ей все равно ничего не скажет, так как расположение звезд с течением времени меняется.

Вторая — возможное отсутствие Луны на небе. Луна — это нечто естественное и привычное для любого современного человека. Каждый видел ее в небе и знает о ней хотя бы что-то. Например, что она спутник Земли. Но существует теория, что раньше этого спутника у планеты не было. Ирина не знала, насколько это реально, но читала несколько статей о том, что Луна появилась примерно двенадцать тысяч лет назад.

Если эта теория верна, значит, во времена динозавров самого заметного небесного объекта еще не было. А жаль. Один взгляд на Луну сразу мог развеять все сомнения.

Получается, отсутствие Луны — не показатель. Если теория верна, то это место все еще могло быть прошлым родной планеты Ирины.

Третье — информация о том, что это прошлое именно Земли, ничего не даст. Знания Ирины об этом периоде не были обширными. В конце концов, она не была историком или палеонтологом, просто писала статьи на различные темы. Да, ее работа включала в себя сбор и сортировку материалов, из которых она затем создавала собственные статьи, но времена динозавров особо не интересовали ее, поэтому и знания на эту тему были в лучшем случае поверхностными.

И четвертая причина, не дающая выбраться наружу, — это опасность. Казалось, ночью лес стал еще более активен, чем днем. Вокруг все жужжало, кричало, ревело и трещало. Время от времени вдалеке раздавались душераздирающие визги и крики. Ирина могла поклясться, что пару раз мимо их дерева кто-то пробежал.

Очень сильно беспокоила абсолютная темнота. Ира не знала, что видят лишенные зрения люди, но, сидя в корнях дерева, она была уверена, что именно это — совершенную темноту без единого проблеска света.

Малыш спокойно спал. Видимо, его не беспокоила какофония звуков. Ирина даже позавидовала такому крепкому сну и нервам.

Поначалу она вздрагивала от каждого громкого звука или треска, прозвучавшего рядом с их убежищем, но постепенно напряжение улеглось. Нельзя бояться вечно. Ира задремала.

Назвать это полноценным сном не поворачивался язык. Скорее, она дрейфовала на грани сна и реальности, готовая в любой момент действовать. Это было утомительно, но полностью погрузиться в сон не получалось.

Очнувшись под утро, Ирина какое-то время сидела неподвижно, осмысливая все, что неожиданно появилось в голове.

Это было очень и очень странно.

Еще вчера она ощущала себя исключительно Ириной, а сегодня утром появилось чувство, словно в ее голове кто-то распаковал папку с информацией, которая ранее ей не принадлежала.

Это дезориентировало.

Чуть пошевелившись, Ира глухо застонала оттого, что тело занемело. Кое-как вытянув ноги, она хрустнула спиной и зевнула. Малыш в ее руках пошевелился, но просыпаться не торопился.

Убедившись, что еще слишком рано для похода, она решила исследовать знания, каким-то образом попавшие в голову, будто Ира внезапно вспомнила в подробностях фильм, который, она была уверена, никогда не смотрела.

Прикрыв глаза, Ирина сосредоточилась. Информация легко поддалась желанию и раскрылась окончательно. Не нужно было «просматривать» от начала до конца, Ира просто знала все, что было вложено в ее голову. Разом. Одномоментно.

Осознав, какое богатство ей досталось, она принялась более внимательно всматриваться в картинки прошлого. Да, это было прошлое.

Прошлое этого тела.

До того, как в нем по неведомой причине оказалась Ирина, его занимала другая душа. Сознание? Не совсем понятно, но суть ясна.

Девушку звали Тая. На момент, когда Тая покинула тело, ей было всего пятнадцать лет! Ира не знала, как реагировать на такое откровение. Она хорошо помнила время, когда была подростком, и не могла сказать о нем ничего хорошего. Организм давал жару. Психованность, нервные срывы, вечная ругань со всеми, кто ее не понимает.

Гормоны заставляли умирать от любви к самому популярному мальчику в школе, а гордость не давала признаться в этом даже себе. Именно поэтому, когда остальные девочки томно вздыхали, бросая кроткие взгляды на первого красавца школы, Ирина лишь фыркала, презрительно морщилась, в душе умирая от ужаса, что кто-то может даже просто подумать, будто она тоже влюблена.

В общем, веселое было время. Проходить через все это повторно совершенно не хотелось. Она никогда не была более эмоционально неуравновешенной, чем в подростковом возрасте.

Ирина очень надеялась, что у нее получится держать себя в руках. Все-таки разум в этом теле сейчас гораздо более взрослый.

Тая оказалась в этом лесу не случайно.

Ее принесли в жертву!

Да, именно так.

Дело в том, что девушка была дочерью шамана. У него имелся ученик, очень амбициозный молодой человек, который не желал видеть рядом с собой даже возможных конкурентов на самое выгодное место в племени.

В итоге, когда отец Таи умер, ученик шамана убедил племя в том, что девушка представляет для всех опасность. То, что ему легко удалось это сделать, не было чем-то удивительным. Люди этого времени, мягко говоря, не обладали развитым мышлением.

Самое интересное, что парню удалось убедить в опасности даже саму Таю. Девушка искренне верила, что она зло, от которого нужно избавиться. Именно поэтому, когда вождь принял решение отправить Таю через реку как подношение богам, она спокойно ступила на борт хлипкой лодочки, больше похожей на кусок сдернутой с дерева коры.

Как поняла Ирина, богами местные люди считали именно динозавров. Но это не самое главное. Больше всего ее заинтересовало кое-что другое. В месте, где располагалось племя людей, не было древних ящеров. По крайней мере, тех, кто ходит по земле.

Как такое возможно, было неясно, но одно Ирина знала хорошо: Тая видела только летающих ящеров.

Племя Таи не сидело на месте. Оно постоянно двигалось в поисках еды. Функции каждого члена племени были четко определены.

Женщины и дети занимались собирательством и всеми хозяйственными работами: готовили еду, «шили» одежду, разделывали мясо после охоты, следили за маленькими детьми и так далее. В общем, делали все, чтобы мужчинам не пришлось отвлекаться от главного занятия — охоты.

Да, мужчины этого времени были исключительно охотниками. Больше они не делали ничего. Если шел дождь, они болтали друг с другом, спали, ели, но не работали. Да, еще они могли воевать.

Не все племена были дружелюбными. Некоторые любили нападать на малочисленных соседей, чтобы забрать себе их женщин. Такие стычки случались редко. Территория была давно поделена между племенами, погибать никому не хотелось, поэтому люди предпочитали в большинстве случаев вести разумные переговоры. Очень часто племена добровольно обменивались женщинами. Видимо, даже в это время понимали опасность близкородственных браков.

Стариков в племени не было. Несмотря на то что динозавров на другом острове (континенте?) не водилось, там все еще существовали млекопитающие хищники. Да и кроме них имелось множество причин, почему в первую очередь умирали те, кто ослаблен из-за возраста. Прежде всего болезни. Шаман, конечно, лечил всех, но там, где молодой и сильный организм выкарабкается, более изношенный сломается.

В итоге самым старым в племени был сам шаман, которому на момент смерти было тридцать восемь лет. И он считался человеком весьма преклонного возраста.

Что удивительно, выглядел отец Таи действительно хорошо пожившим. Не глубоким стариком, конечно, но в прошлой жизни она дала бы этому человеку лет шестьдесят пять, а то и все семьдесят.

Вообще, жизнь Таи не была легкой. Прежде всего ее внешность отличалась от внешности остальных. И это было очень плохо, так как, несмотря на солидный для женщины возраст, никто не желал брать ее на ложе.

Да, здесь девушка в пятнадцать лет считалась взрослой. В этом не было ничего удивительного, учитывая, как рано люди умирали. На ложе девушки попадали ровно в тот момент, как роняли первую кровь. Это событие означало, что девушка созрела и готова стать матерью. Из-за большой смертности женщины в племени рожали постоянно. Конечно, они и умирали очень быстро. Учитывая уровень местной медицины, многие роды заканчивались смертью матери и ребенка. А те, кому повезло, умирали из-за изношенного постоянной беременностью организма. К этому добавлялись прочие опасности, подстерегающие всех на каждом шагу.

Внешность Таи действительно была необычной для этого мира. Темно-русые волосы, голубые глаза не слишком ярких оттенков — именно так выглядело абсолютное большинство. И если цвет волос можно было скрыть с помощью глины, которую все наносили на голову, то с глазами сложнее.

В отличие от остальных Тая была рыжеволосой. Причем оттенок не был оранжевым, скорее он был ближе к красному. Глаза тоже отличались от привычных — каре-зеленые, довольно большие, а с учетом худого маленького лица и вовсе казались огромными.

Самое интересное — ни шаман, ни женщина, родившая от него Таю, не имели во внешности ничего необычного. По словам шамана, его родители и родители Давы — матери Таи — тоже были нормальными.

Сама Ирина не видела здесь ничего странного. Иногда природа способна на большие чудачества. Возможно, либо в прошлом у нее были предки с такой внешностью, либо произошла какая-то мутация. Как в ее прошлом мире. Только там изначально все люди имели карий цвет глаз, а потом появился человек с голубыми глазами. Обычная совершенно неопасная мутация.

История с внешностью Таи вылилась в то, что мужчины не захотели брать ее на свое ложе, опасаясь, что такой вид означает скрытые болезни, которые она может передать детям.

Шаман приблизил к себе дочь тоже исключительно из расчетливых соображений. В отличие от других он надеялся, что такие волосы и глаза могут быть проявлением ее шаманской силы. С годами, когда Тая не показала ничего необычного в уме или поведении, он утратил интерес, но все равно держал дочь поблизости, явно не желая признаваться другим, что ошибся и один из его детей оказался таким же, как все остальные. За исключением странной внешности, которая, как показала жизнь, не дает его ребенку (а следовательно, и ему) никаких преимуществ.

Наверное, не стоит говорить, что девочка действительно страдала из-за своей непохожести. Женщины ее опасались, гнали от себя подальше. Мужчины не желали видеть ее в своей постели. Дети насмехались, нередко кидая в нее комки грязи, будто она была их личной игрушкой. Отец игнорировал, полностью разочаровавшись.

Несмотря на все это, девочка часто наблюдала за тем, как работает шаман. Он позволял ей смотреть, надеясь на что-то. Ученик шамана это заметил, поэтому, считая, что она может угрожать его положению, решил избавиться от нее решительным образом.

Ему не составило большого труда убедить племя в том, что Тая опасна. Они и ранее предполагали что-то подобное, поэтому охотно отправили девушку в смертельное путешествие, совершенно не волнуясь о том, что ее ждет на другом берегу.

Услышав далекий гром, Ирина встрепенулась, выплывая из размышлений. Новые знания принесли множество вопросов, но сейчас нужно было позаботиться кое о чем другом.

А именно о воде. Она безумно хотела пить.

Далеко ходить не требовалось. Просто нужно было подождать, когда начнется дождь, а потом немного сдвинуться с места и подставить руки под прохладные струи. Конечно, было бы замечательно набрать воды про запас, но где взять подходящую емкость?

В племени к воде всегда относились двояко. Ее, по понятным причинам, боготворили, ведь вода — источник жизни. Но кроме этого, воду безумно боялись, вернее, боялись того, что в ней могло обитать.

Именно поэтому люди в племени предпочитали не мыться часто. В реках водилось много опасных хищников, любящих охотиться на тех, кто приходит с суши. Как и в озерах.

Мытье под дождем тоже нельзя было назвать безопасным. Несмотря на теплый, даже жаркий, климат, вода, льющаяся с неба, по какой-то причине была прохладной. Из-за этого люди постоянно простужались и, как следствие, умирали.

В итоге в племенах культура мытья тела водой не была распространена. Обычно все просто натирались чем-то вроде глины и ходили так постоянно, время от времени обновляя слой грязи на коже.

Естественно, из-за подобной практики нередко раны на теле, не получив должной очистки, воспалялись. И пусть глина может быть полезной, но в земле слишком много микробов, вызывающих усиленное гноение и даже заражение крови.

Глина в волосах (ее, кстати, смешивали с топленым жиром перед нанесением) тоже имела объяснение. Во-первых, это защищало от мелких насекомых, которые в этом мире все-таки водились. Не желая постоянно чесаться, люди придумали такой способ защиты. Во-вторых, в жарком и влажном климате распущенные длинные волосы — сущее наказание. Голова от жары потеет, чешется, не говоря уже о том, что со временем, если волосы не мыть, они начинают плохо пахнуть. Глина с капелькой жира избавляла от этих проблем. Не полностью, конечно, но достаточно, чтобы не беспокоиться о своей голове постоянно.

Неудивительно, что люди здесь мылись редко. Смыть с себя такое количество грязи не так просто. Нужно много воды. А где ее взять, если никто не желает подходить к рекам и озерам даже близко?

Прогремевший совсем рядом гром заставил Иру поерзать. Облизнув пересохшие губы, она набралась терпения.

Нужно было решить, как действовать дальше. Идти обратно в племя? Если она хочет попасть назад к людям, надо пересечь реку, или то, что разделяет два берега. Учитывая, что «лодку» Таи отнесло довольно далеко вниз, то для успеха Ире нужно подняться выше по течению и учесть, что ее плавательное средство обязательно снесет водой.

Лодка — еще одна проблема. Ирина в отличие от Таи не была безразличной к своей жизни. Не зря люди опасались подходить к воде. Там действительно жили различные монстры. Тая видела их мельком, но Ира хорошо представляла, что могло прятаться под поверхностью воды. Поэтому не желала рисковать жизнью, отправляясь в путешествие на простом куске коры! Это настоящее безумие!

Кроме того, из воспоминаний Таи Ирина помнила, что расстояние между двумя берегами значительное. Честно говоря, она вообще не понимала, как девушке удалось добраться до берега и остаться живой. Это натуральное чудо, которое, впрочем, не продлилось долго, ведь что-то все-таки заставило душу или сознание Таи покинуть тело.

Когда пошел дождь, Ира с готовностью придвинулась ближе к первой щели и подставила ладони, наблюдая, как они мгновенно наполняются водой.

Малыш проснулся и завозился. Открыв глаза, он заинтересовался ее действиями.

— Хочешь пить? — Ирина торопливо проглотила воду и вздохнула с облегчением.

Набрав новую порцию влаги, она аккуратно подсунула ладони под мордочку детеныша. Тот опустил нос в воду и снова зафыркал. Ира тихо засмеялась. Маленький тирекс выглядел очень забавно.

Наблюдая за детенышем, Ирина задумалась, как тираннозавры вообще могли пить. Их пасть была массивной, предназначенной для кусания. Она широко раскрывалась, но такой механизм не очень удобен для питья.

Может быть, они лакали? А им вообще нужна вода? Некоторые виды ящериц, например, довольствуются жидкостью, которую добывают из еды. Другие слизывают воду с камней или травы.

Еще существовал вариант, что тираннозавры пьют как птицы — загребают воду, а потом запрокидывают голову и проглатывают. Однако непохоже было, что ящеры могли провернуть такой трюк. Учитывая, что их шее приходилось держать массивную голову, она выглядела толстой и не слишком подвижной.

Спустя время малыш потерял интерес к воде. Либо не знал, как пить, либо действительно не нуждался в дополнительной жидкости.

Ира еще какое-то время пыталась напоить детеныша, а потом оставила эту затею. Звери прекрасно умеют жить инстинктами, так что, если понадобится, маленький тирекс найдет способ сделать то, что ему требуется.

Напившись, Ирина взбодрилась. Прошедшая ночь была полна тревог, не говоря об ушедшем дне, но, несмотря на все плохое, она все еще была жива. Большое достижение, учитывая, какой мир ее окружал.

Итак, предстояло сделать выбор, куда идти. К горам, с надеждой, что там живет какое-нибудь племя, или к берегу? Второй вариант подразумевал, что она найдет в себе достаточно безрассудности, чтобы переправиться через реку.

Как бы там ни было, но ответ очевиден.

Горы — это, конечно, прекрасно, но нет никаких гарантий, что там живут люди. Ирина, хотя и признавала опасность для себя со стороны рода человеческого, не собиралась всю оставшуюся жизнь бегать наперегонки с динозаврами.

Какой бы удачливой она ни была, госпожа фортуна могла в любой момент отвернуться. И тогда ее вряд ли что спасет. В человеческом поселении, по крайней мере, был хотя бы минимальный шанс выжить.

Возвращаться в племя Таи Ира не собиралась. Она отлично понимала, что ученик шамана, занявший место отца девушки, не отнесется к ее прибытию с большим энтузиазмом. Минимум, что они могут сделать, это просто прогнать. Максимум — убить. Ирине не хотелось проверять, насколько жестоки люди этого времени и на что они могут пойти, следуя своим предрассудкам и страхам.

Оставалось только одно: найти другое племя и прибиться к нему. Конечно, ее внешность покажется им отталкивающей, но этот момент мог оказаться даже благом.

По крайней мере, не нужно будет опасаться, что любой мужчина племени в любое время может потребовать от нее близости. Конечно, местные мужчины не были уродливы, но это не значило, что Ире хотелось отдавать свое тело первому встречному. Воспитанная в совершенно другой среде, она относилась к сексу иначе, чем местное население.

Наверное, стоит отметить, что такого понятия, как «брак», здесь еще не существовало. По крайней мере, в том смысле, к которому привыкла Ирина.

Все жили со всеми.

Конечно, иногда формировались постоянные пары, но и они спустя несколько лет обычно распадались. Женщинам выгодно было иметь детей от нескольких отцов, ведь мужчины в таких случаях обязаны были отдать часть добычи своим детям, а значит, и их матери. Мужчины обеспечивали своих детей, пока те не вырастали.

Именно поэтому, если девушку никто не хотел брать на ложе, она была вынуждена питаться исключительно травами, кореньями и фруктами. Мясо ей могла дать только мать по собственному желанию. Если мать умерла… ну, тут все понятно.

Шаман обычно старался следить, чтобы люди не вступали в близкородственные отношения. Но и этот запрет не был слишком строгим. Брат с сестрой — нельзя. Мать с сыном, отец с дочерью — тоже. Остальное вполне разрешено. Но племена все равно менялись женщинами. Обычно молодыми, матерей с детьми старались не отдавать. Все-таки, каким бы примитивным ни было местное общество, детей здесь ценили. Их любили и воспитывали всем племенем, что неудивительно, учитывая, как часто они умирали во время родов и в первые годы жизни.

Ирина пыталась вспомнить, делал ли отец Таи что-нибудь… сверхъестественное. Мало ли, может быть, в этом мире, кроме динозавров, живущих по соседству с людьми, есть еще и магия, но ничего такого в голову не приходило.

Шаман занимался вполне обыденными, на взгляд Ирины, вещами. Собирал травы, лечил людей, поддерживал огонь. Надо сказать, обязанности не были такими простыми, как могло показаться.

Особенно это касалось последнего занятия. Из-за влажного климата все было пропитано водой. Чтобы развести костер (а местные делали это с помощью камней), нужно было очень постараться. И не факт, что все усилия приносили плоды.

Так что шаман должен был следить за огнем постоянно. Когда племя разбивало стоянку (еще одна причина, по которой Ирина не собиралась искать старое племя Таи, они могли уже уйти далеко), шаман сооружал для костра отдельный шалаш, а потом следил, чтобы пламя не погасло. Во время похода огонь несли в каменной чаше, привязанной полосками кожи к длинной палке, которая покоилась на плечах двух крепких мужчин.

Возможно, кто-то подумает, что проще развести костер на новом месте, но здесь действительно было очень влажно. И неудивительно, учитывая, что большую часть года дожди шли практически каждую ночь или утро. Сухой сезон существовал (Ира подозревала, что это местная зима), но длился от силы два месяца.

Малыш рядом заворчал, вырывая ее из размышлений. Моргнув, Ира поняла, что дождь прошел. Желудок недовольно забурчал, намекая, что пора бы что-нибудь съесть. Вспомнив оставшуюся часть змеи, Ира невольно скривилась, а потом принялась выбираться из убежища, предварительно, конечно, проверив, что рядом никого нет.

После быстрого и мучительного завтрака Ира вместе с детенышем отправилась в обратную сторону. В лесу было не так просто ориентироваться, но по какой-то причине Ирина точно знала, где именно находятся горы. Насколько она поняла, река, разделяющая два берега, располагалась напротив них.

К обеду, когда тело из-за высокой активности снова потребовало пищи, Ира наткнулась на пещеру. Заходить внутрь не стала, опасаясь, что там может кто-то скрываться. Они почти покинули небольшую открытую местность перед пещерой, когда Ирина услышала сзади шорох.

Глава 4

Застыв на мгновение, Ира осторожно оглянулась, все еще надеясь, что ее присутствие не было обнаружено. Она зря на это рассчитывала. Рядом со входом в пещеру застыли десятка два мелких динозавров. Они были в два раза меньше тех, кто напал на гнездо малыша, но их было гораздо больше. И вид они имели не слишком дружелюбный.

Да, размер этих динозавров не внушал большого страха. Они выглядели тощими и небольшими, но было в них что-то не менее тревожное, чем в огромном тираннозавре.

Ира живо могла представить, как эта свора нападет вся разом, отрывая от тела мелкие кусочки. Смерть в таком случае будет гораздо более длительной и мучительной, чем «укус» тирекса. Там хотя бы можно было надеяться, что болезненные ощущения не продлятся долго. Может быть, пару мгновений, не больше.

Тревожно сглотнув, Ирина ощутила, как по спине стекает холодный пот. Напряжение было настолько сильным, что трудно было дышать.

Динозавры глядели на нее так, будто могли стоять неподвижно вечно. Они тянули в ее сторону головы и едва уловимо покачивали кончиками хвостов, напоминая охотящихся кошек. Разве тероподы такое умеют? Да кто их знает! Судя по тому, что она видит, еще как умеют!

Можно было попробовать отбиться. В конце концов, в прошлый раз удалось проломить пару черепов простой палкой. Неясно, как такое могло произойти. Либо черепа у местных динозавров (по крайней мере, тех, с кем она воевала) очень хрупкие, либо ее удары по неизвестной причине вышли сильными. Но это не отменяет того, что палка не сломалась. Хотя, если подумать, мокрая древесина должна быть крепче, чем высушенная.

Можно, конечно, попробовать, но количество динозавров внушало страх. Кроме того, неизвестно, как поведут себя эти существа, когда первый из них падет. Если они кинутся разом, Ира просто не успеет стукнуть каждого.

Убежать?

Тонкие, жилистые задние лапы свидетельствовали о том, что эти создания были рождены для длительного бега.

Стиснув малыша крепче, Ира услышала, как он недовольно заворчал. Она поспешно ослабила хватку, поняв, что давит излишне сильно.

Если бы у нее только было время, чтобы забраться на дерево…

Но кто даст гарантии, что эти динозавры не лазят по деревьям? Их передние лапы пусть и были гораздо короче задних, но все равно, похоже, могли помочь, если их владелец вздумает вскарабкаться на дерево.

Самое интересное, что в отличие от прошлого раза Ирина не ощущала дикого страха. Кажется, ее мозг начал адаптироваться к постоянной чрезмерной опасности этого места. Конечно, она все еще волновалась и чувствовала себя так, словно рядом остановилась смерть, но паники не было.

Сражаться она не сможет. И дело даже не в том, что мелкие твари, вероятнее всего, нападут разом и подвергнут ее одной из самых болезненных смертей, а в том, что у нее на руках детеныш. Драться с таким дополнительным весом — задача не из легких. И она никак не могла его опустить на землю. В таком случае его точно съедят, пока она отбивается.

Взвесив все шансы, Ира решила бежать. Она надеялась, что получится увеличить дистанцию между собой и стаей динозавров. Нужно было выиграть время, чтобы забраться на дерево. Даже если мелкие ящеры способны лазить по деревьям, она могла сбивать их на подходе палкой одного за другим. Такое сражение казалось ей более безопасным, чем на открытой местности.

Решившись, Ирина на миг прикрыла глаза, вдохнула глубже и рванула с места с такой скоростью, какой от себя никак не ожидала. Это настолько сбило ее с толку, что она едва не впечаталась в первое дерево, которое попалось на пути. Увернуться удалось лишь чудом.

Несмотря на грохочущую в ушах кровь, Ира отлично слышала, как мелкие динозавры закричали. Ей показалось, что она уловила в их голосах возражение и легкое удивление. Видимо, они тоже не ожидали, что их жертва, выглядевшая безобидно, скроется в лесу так быстро. Впрочем, внезапное замешательство не остановило их надолго. Очень скоро они последовали за ней.

Ирина быстро привыкла к неожиданной скорости. В первый раз, когда она убегала, заслышав позади рев и шум, была настолько ошеломлена и ослеплена страхом, что ничего не поняла. Сейчас у нее было больше возможности оценить способности доставшегося тела.

Возможно ли, что по какой-то причине сила и скорость людей этого мира превышает возможности любого человека из ее прошлого?

В этом имелся некий смысл. Если подумать, древним людям нужно было быть достаточно сильными и быстрыми, чтобы выжить в такой агрессивной среде. Да, по ту сторону реки не было динозавров, но это не значит, что мир вокруг них не был наполнен иными хищниками. Кроме того, племена проводили много времени в походах. Несомненно, это должно было закрепить увеличенную силу в самих генах.

Возможно ли, что люди стали слабее из-за того, что любыми доступными способами старались облегчить свою жизнь? Сначала они перешли к оседлому образу жизни, потом начали приручать животных. Спустя время появилась различная техника, позволяющая людям внести в свою жизнь дополнительный комфорт и безопасность. Из поколения в поколение человечество просто становилось слабее. Не нужно было больше убегать от голодного саблезубого тигра, зато появились иные задачи, требующие более мощного мышления.

Все эти мысли мелькнули в голове Ирины за доли секунды. Во время бега она почти не думала, сосредоточившись на задаче уйти как можно дальше. Спустя время, решив, что разрыв между ней и динозаврами позволяет ей забраться на дерево, она приступила к поиску того, которое подойдет. Вот только как это всегда бывает, в планы вкралась неожиданность.

«Этот мир точно пытается меня убить», — подумала Ирина за мгновения до того, как налететь на странное существо, рассмотреть которое не успела. Но в одном она была уверена точно: динозавры вряд ли ходят с копьями.

Они вместе с неизвестной формой жизни кубарем полетели вперед. Ирина рефлекторно попыталась защитить от ударов малыша, практически обернув вокруг него свое тело. Тот и сам, словно осознав, что происходит, свернулся в клубок, вжимаясь в нее и цепляясь когтями за кожу. Болезненно, но в тот момент Ирина ничего этого не ощущала.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Когда они остановились, Ира услышала под собой тихий стон. Адреналин, продолжавший бушевать в крови, практически отбросил ее в сторону от подозрительного объекта.

Она собиралась в тот же миг броситься дальше, если бы взгляд не зацепился за лицо того, с кем она разделила падение. Именно лицо! В этом не было никаких сомнений.

— Ох, как хорошо, что я вас встретила! — зачастила Ирина, быстро проверяя детеныша на руках. Малыш был недоволен, но в целом выглядел нормально. — Нам надо уходить. За мной гонятся какие-то мелкие динозавры. Их много, думаю, больше двадцати. И пусть их размер небольшой…

Ирина замерла на середине фразы, потому что в этот момент бросила второй взгляд на человека, который, судя по всему, человеком точно не являлся.

— А, — она даже рот приоткрыла, с удивлением рассматривая странную кожу существа. — Вы кто? — непроизвольно выдала она, а потом вздрогнула, когда тот, кто был похож и в то же время не похож на человека, открыл глаза. Желтые, с вытянутым зрачком, который сейчас пульсировал, будто существо пыталось сфокусировать взгляд.

Ирина отступила на шаг и немного повернула корпус. Таким способом она инстинктивно попыталась скрыть от существа находящегося на ее руках малыша. Это не слишком помогло, наоборот, только привлекло внимание НЕчеловека. Его взгляд мгновенно переместился на мелкого тирекса.

— Ну, думаю, мне пора. Спасибо за общение, но…

Ира не договорила. Услышав шум приближающейся стаи динозавров, она дернулась, а потом развернулась и побежала. В таком диком мире каждый решает свои проблемы самостоятельно! Не очень благородно, конечно, ведь это она привела к незнакомому существу толпу мелких тероподов, но в свою защиту Ира могла сказать, что нечеловек не выглядел слабым. Кроме того, у него имелось настоящее копье. А значит, он воин и может за себя постоять. В отличие от нее, слабой женщины с ребенком на руках!

…

У него действительно не было сосков?

Боже, о чем она думает?! Ире хотелось хлопнуть себя ладонью по лицу, но в этот момент она была слишком занята, чтобы наказать себя за неуместные мысли.

Услышав звуки борьбы и крики, она понадеялась, что неизвестному существу повезет.

Вообще, это столкновение заставляло задуматься. Она не слышала, чтобы в прошлом на Земле жил кто-то, кто выглядел как смесь человека с ящерицей. Тупиковая ветвь эволюции, сгинувшая задолго до появления первых людей?

А, нет, стоп, стоп! Люди тут живут рядом с динозаврами, но ученые об это не знали. Наверное, на этот вопрос ответить просто. Вероятнее всего, скелеты людей и этих людоящеров просто сгнили от времени, а скелеты динозавров оказались прочнее.

Впрочем, какая, собственно, сейчас разница? Наверное, это простое любопытство. Уж очень Ирине хотелось узнать, Земля это или нечто другое.

Далеко убежать Ира не успела. В какой-то момент перед ней буквально выпрыгнул из кустов старый знакомый, отчего пришлось притормозить, если она не хотела насадить живот на выставленное перед ней копье.

Остановившись, она злобно посмотрела на ящера. И практически сразу поняла, что ошиблась. Это был кто-то другой. Понять это оказалось несложно: у первого знакомого расцветка кожи на груди была зеленоватой, у этого — желто-белой. Да и цвет глаз отличался. У того были желтые, у этого — тускло-карие.

Выставленное перед ней копье не внушало оптимизма. Ирина сомневалась, что получится поговорить, учитывая, что Тая никогда в жизни не видела никого подобного.

Ира очень надеялась, что эти существа не переняли привычку своих недалеких сородичей питаться всем, что шевелится, не обращая внимания на разумность еды.

То, что существо стояло прямо перед ней, дало Ирине шанс рассмотреть его лучше. Ящер выглядел странно, но при этом совсем не ужасно. По неизвестной причине эволюция сочла забавным скрестить между собой человека и рептилию.

Ира прищурилась. Вряд ли такое могло произойти само по себе.

Или… все-таки возможно?

Было понятно, что сейчас бежать дальше — не самая хорошая идея, но и оставаться на месте не хотелось. Ира еще помнила, что сзади осталась целая свора мелких динозавров. Конечно, был шанс, что встреченное существо каким-то образом справилось с ними, но Ирина не питала на это надежды. Возможно, будь у ящера пистолет, все могло бы обернуться для него в лучшую сторону, а так… Да и что он мог сделать с одним копьем?

Немного подумав, Ира решила воспользоваться языком местных людей. Она рисковала. Разные виды очень часто враждовали друг с другом. Не было гарантий, что ящеры не испытывают неприязни к человеческому роду. Впрочем, ее внешний вид говорил сам за себя.

Уверенности, что человеко-рептилии знают язык местных людей, не было, но попытаться все-таки стоило. Русский они точно не могли знать.

Язык в племенах людей был не сказать чтобы очень примитивным, но не слишком богатым.

— Не враг, — произнесла Ирина, внимательно отслеживая реакцию ящера. Тот смотрел прямо, чуть прищурившись, но ничем не выдал того, что понял ее. — Позади звери и опасность. Надо уходить.

И снова никаких эмоций не последовало. Ира вздохнула. Кажется, две группы разумных никогда друг с другом не пересекались. Впрочем, возможно, именно эта особь не потрудилась выучить чужой язык. Вариантов, почему так могло произойти, было много.

Шум позади затих. Ирина тревожно оглянулась, прижимая малыша к себе чуть сильнее. Он, будто ощущая ее нервозность, заерзал и сердито засопел.

Спустя некоторое время из кустов выскочил первый знакомый Ирины. Оценив их положение, он немного расслабился и выпрямился.

Ира окинула его быстрым взглядом. Существо оказалось очень высоким. На мускулистом, но при этом довольно жилистом теле, цвет кожи которого варьировался от темно-коричневато-зеленого до светло-зеленого, кроме повязки на бедрах, больше ничего не было. Вторым, на что Ира невольно обратила взгляд, были когти на руках и ногах. Уж очень они казались угрожающими. Судя по толщине, легко их отпилить не представлялось возможным. По крайней мере, вряд ли в этот промежуток времени разумные существа придумали инструмент для этих целей.

Остановив взгляд на Ирине, ящер сжал и так тонкие губы, отчего они стали напоминать ровную полоску. Ноздри человека-рептилии затрепетали, будто он принюхивался. Вскоре выражение лица ящера стало отталкивающим. Если судить по гримасе отвращения, ему совершенно не понравился запах, исходивший от тела Иры. Она не могла его винить. Тая не мылась довольно давно, а потом у Ирины просто не было времени привести себя в порядок. Грязь, пот, кровь и соки от внутренностей змеи — все это смешалось на ней и не могло пахнуть хорошо.

— Эй! — несмотря на понимание, Ирина ощутила себя неловко, поэтому пошла в атаку. — Я не заметила здесь свободных ванных комнат с горячей и чистой водой! Мне пришлось спасать свою жизнь, знаете ли!

Ящер явно прислушался к ее голосу, но по его лицу не было ясно, понимает он ее или нет.

— Думаю, мне пора, — буркнула Ирина, поджимая губы и отворачиваясь от человеко-рептилии.

Не успела она сделать и пары движений, как ей перегородили дорогу. Ира вздохнула. Ну конечно, как будто эти существа дадут ей так просто уйти. Наверное, они людоеды. В ином случае зачем им ее удерживать?

Или они просто охраняют свою территорию, поэтому ловят всех, кто заходит на нее нелегально. Ни то ни другое не сулило Ирине ничего хорошего.

Встреченный вторым ящер зашел ей за спину. Его копье практически уперлось ей в кожу. Первое существо, кинув на нее еще пару взглядов, устремилось вперед. В следующий миг кончик копья вонзился куда-то под лопатку.

— Ах! Смотри, что ты делаешь! — Практически сразу за этим укол повторился. — Да иду я, иду, — буркнула Ирина, чувствуя, как страх все-таки прокатывается холодной волной по телу. Было ясно, что впереди может ждать что угодно. К сожалению, сейчас Ира ничего не могла предпринять. Оба ящера были слишком сильны для нее и что хуже — разумны.

Спустя некоторое время они добрались до небольшой поляны. Здесь Ирина увидела еще около двадцати человеко-рептилий. Все они занимались различными делами и явно были мужского пола. Военный лагерь? Охотники племени? А может быть, у этого вида женщины живут отдельно от мужчин? Ира очень надеялась, что ящеры не польстятся на ее тело. Она даже немного порадовалась за свой плохой запах.

Толком осмотреться ей не дали. Подвели к клеткам (зачем они?) на окраине лагеря и тычками заставили забраться в одну из них. После этого первый ящер, завязав веревку на дверце, последний раз взглянул на пленницу и направился в сторону небольшой группы воинов, которые наблюдали за его приближением, изредка бросая взгляды в сторону клетки с Ириной.

Она с некоторой оторопью посмотрела на «замок» и нахмурилась.

— Ты серьезно, что ли? — едва слышно пробормотала она, не зная, что делать — плакать или смеяться.

Оглядевшись, Ира устроилась удобнее, понимая, что сейчас она все равно ничего сделать не сможет. Клетка была достаточно большой, но явно переносной. Низ, верх и бока были сделаны из переплетенной особым образом толстой лианы.

Сидеть на подобном покрытии было не слишком приятно, но выбора не предоставили. Опустив малыша, Ирина поморщилась от боли в плечах и руках. Детеныш стал как будто бы тяжелее. Да и, честно говоря, он изначально весил много для того, кто только родился. Впрочем, не так много, как предполагали некоторые пользователи интернета. В только что вылупившемся «птенце» тираннозавра явно не было полтонны.

Очутившись на полу, малыш принялся активно исследовать мир вокруг себя. Он уже более уверенно держался на лапах, а голова не качалась так, словно ему было трудно ее держать. Вряд ли он сможет долго ходить, но даже такой прогресс очень хорош. Видимо, из-за опасности окружающей среды детеныши динозавров развивались семимильными шагами, пытаясь как можно скорее окрепнуть, чтобы иметь возможность защитить себя.

Убедившись, что малыш никуда не денется и конкретно сейчас ему ничего не угрожает, Ира перевела взгляд на ящеров. У нее появилась отличная возможность рассмотреть их более внимательно.

Она заметила, что все они то и дело с любопытством поглядывали в ее сторону. Хотелось верить, что именно с любопытством, а не с гастрономическим интересом. Какой бы спокойной она себя ни ощущала, мысль о том, что ее могут съесть, заставляла ощущать тошнотворный страх, настолько глубинный, что подавить его не представлялось возможным.

У этих существ были хвосты — длинные, гибкие, с острыми шипами и кончиками. Многие держали их закрученными вверх, будто в предках этих ящеров затесались скорпионы. Конечно, ящеры не держали их над головой, а просто слегка закручивали дугой. Учитывая острый конец, хвосты вполне могли служить оружием.

Второй факт, привлекший внимание Ирины, — это заостренные уши. Не так она себе представляла эльфов, совсем не так.

Третье — необычные волосы. Вернее, то, в каком состоянии эти существа их держали. Они, как и племя Таи, явно чем-то обмазывали голову, но в отличие от людей материал, который они использовали, был прозрачным. В итоге все эти разумные рептилии щеголяли прической, больше похожей на толстые чуть приподнятые и гибкие кнуты.

Расцветка у всех была разной. Желтый, белый, зеленый, коричневый, черный, иногда даже красный — все эти цвета причудливо перемешивались, из-за чего каждый рептилоид получался уникальным.

У всех цвет кожи на животе, груди и на внутренней стороне рук был в разы светлее, чем на остальном теле. Например, у ящера, встреченного первым, грудь и живот были светло-зелеными, а остальное тело — темно-зелено-коричневым. Самым светлым местом на теле ящеров было лицо. Фактура кожи на лицах сильно отличалась от остального тела. Рисунок, характерный для тела, на лице был таким незначительным, что казалось, будто его там вообще нет.

Если подвести итог, эти создания сильно напоминали некий генетический эксперимент. Создавалось впечатление, будто кто-то взял гены человека и ящерицы и скрестил, получив на выходе такого рептилоида.

Ира прищурилась. В голову полезли всевозможные теории заговора. Дело в том, что на Земле ее времени (или просто на Земле) некоторые люди верили, что всем в мире заправляют разумные ящеры, которые скрываются среди людей.

Она практически сразу отбросила эти мысли. Настолько экзотический облик нельзя было скрыть. И нет, Ирина не верила, что кто-то способен натянуть на себя человеческую кожу, как было в одном фильме про инопланетян!

Пока она размышляла, один из ящеров сказал что-то тому, на кого она налетела во время бега. Тот замер на мгновение, посмотрел в сторону клетки и кивнул.

Ира напряглась. А когда увидела, что ящер подхватил что-то вроде ножа, так вообще почувствовала, как волосы на теле встают дыбом.

Сжав кулаки и зубы, она ощутила себя взведенной пружиной, готовой распрямиться в любой момент. Если эти ублюдки думают, что могут съесть ее безнаказанно, она сделает все, чтобы оставить о себе долговечные воспоминания!

Когда ящер подошел ближе, Ира поняла, что смотрит он не на нее, а на малыша. Это ничуть не принесло облегчения.

Стараясь дышать как можно медленнее, Ирина сделала вид, что ее вовсе не волнует судьба маленького тираннозавра. Он в этот момент обнюхивал землю в дальнем углу клетки.

Сощурившись, Ира подождала, пока самоубийца откроет клетку и просунет в нее туловище вместе с рукой, в которой был зажат нож, а потом бесшумно кинулась вперед и выхватила нож из расслабленной руки. Ящер явно не ожидал нападения, потому как возмущенно крякнул и дернулся в сторону выхода.

Ирина помогла ему — ударив ногой в лицо. Услышав хруст под пяткой, она удовлетворенно улыбнулась, а потом сгребла малыша и бросилась прочь из клетки.

Это было самоубийство! Самое настоящее! Но что она могла сделать? Разве она могла позволить им съесть малыша прямо на своих глазах? Наверное, более рациональный и умный человек поступил бы именно так, не моргнув глазом, но Ирина не могла. Кроме того, где доказательства, что она не будет следующей?

Она не хотела умирать как скотина, определенная на убой. Она лучше погибнет от ран, отбиваясь и пытаясь уйти, чем пассивно примет свою участь.

Хотя она старалась сохранять спокойствие, дыхание из-за взвинченных нервов все-таки было затруднено. Все тело было готово броситься прочь.

Прижимая детеныша к себе одной рукой, Ира внимательно следила за другими ящерами, уверенная, что сейчас все они разом кинутся к ней, и тогда…

Они продолжали просто смотреть на нее. И было в этом что-то жуткое. Казалось, она попала под взгляд змеи, пытающейся ее загипнотизировать.

Господи! Они даже не моргали!

Медленно сделав шаг назад, Ирина наступила на маленький камень и рефлекторно зашипела, слегка вздрогнув. Ящеры странно дернулись и снова замерли на месте.

Ее нервы звенели от натяжения. Шаг за шагом она отступала в сторону джунглей, не замечая ничего вокруг, кроме существ, продолжавших стоять неподвижно.

В тот момент, когда ее ног коснулась первая листва какого-то растения, один из рептилоидов шагнул в ее сторону, но первый ее знакомый взмахнул рукой, останавливая его. Ирина перевела на него взгляд, не понимая его действий.

Почему он остановил одного из своих сородичей? Хочет поохотиться на нее сам? А может, ему просто все равно? Ира очень надеялась, что это равнодушие вызвано ее запахом. Сама она не стала бы есть то, что плохо пахнет. Странно, что он вообще привел ее в свой лагерь.

Войдя в джунгли, Ира развернулась и побежала. Она пока не думала о направлении, стремясь оказаться как можно дальше от тех, кто был опасен не меньше, а может быть, даже больше динозавров.

Несмотря на подстегивающий страх, она старалась обращать внимание на окружающее. Не хотелось попасть в рот доисторической рептилии. И неважно, обладает она разумом или нет.

* * *

Джабай дождался, пока странная ящереана скроется в лесу, а потом повернулся к своим сородичам.

— Оставайтесь тут, — приказал он, перехватывая копье удобнее.

— А ты? — торопливо спросил у него Юдибар, зажимая кровоточивший нос.

Джабай ничего не ответил, да и не обязан был он отчитываться в своих действиях перед другими, просто бросил предостерегающий взгляд на наглеца и устремился в лес.

Найти маленькую ящереану было несложно. Пахла она настолько сильно, что все вокруг забивалось этим запахом.

Бросая взгляд на поломанные листья, на отчетливо видимые следы на земле, Джабай только осуждающе качал головой. Кто ее учил так грубо передвигаться по лесу?

Спустя некоторое время ящер остановился, но не потому, что потерял след (это было просто невозможно!), а из-за того, что достиг цели.

Скользнув к дереву, он аккуратно выглянул. Ящереана сидела на земле, опираясь спиной на поваленный ствол, и явно пыталась отдышаться от бега. При этом она цеплялась за мелкого смертозуба так, словно он был ее собственным ящеренком.

Джабай нахмурился.

Ящереана была странной. Джабай имел глаза, поэтому хорошо видел, что она отличалась от нормальных ящереан и ящеров. Ее кожа была странного оттенка и не имела какого-либо рисунка. Уши были круглыми, а ноги имели иное строение. На ее руках и ногах отсутствовали когти. И самое главное — у нее не было хвоста! Как такое возможно, Джабай даже представить себе не мог. Неужели кто-то отрезал ей хвост?

Со стороны ящереана казалась беззащитней новорожденного ящеренка. Когда Джабай впервые ее увидел, то не знал, что делать, поэтому решил для начала понаблюдать.

Наверное, сажать ее в клетку было плохой идеей, но в тот момент он не придумал ничего лучше. Она выглядела испуганной и готовой сбежать в любой момент.

То, как она поступила с Юдибаром, очень сильно его удивило. Именно поэтому он решил отпустить ящереану и посмотреть, что из этого выйдет.

Следя за ней, Джабай никак не мог определиться, что испытывает в этот момент. С одной стороны, ящереана выглядела необычно, скорее даже уродливо, но было в ней что-то притягательное. Ему не хотелось вредить ей. С другой стороны, было опасно оставлять неизвестную в живых. Она могла привести в их земли своих ящеров. Откуда-то она ведь пришла.

В итоге он решил понаблюдать за ней некоторое время, а потом…

Потом он заберет ее обратно.

Рухнув на землю, Ира прислонилась спиной к дереву и торопливо огляделась, прежде чем облегченно выдохнуть. Вокруг стояла относительная тишина. Ни динозавров, ни человекоподобных ящеров.

Малыш завозился, напоминая о себе. В этот момент Ирина почувствовала, что рука, которой она удерживала детеныша, ощутимо устала.

— Все в порядке, — шепнула Ира, а потом подтащила к себе ближе и уперлась лбом в голову маленького. — Никто тебя не съест, можешь быть уверен, — тихо буркнула она и принялась проверять ребенка на наличие травм.

Малышу не слишком понравилось, что его вертят из стороны в сторону. Недовольно заворчав, он напрягся всем телом, давая понять, что желает спуститься на землю. Ирина не стала препятствовать.

Детеныш в первое мгновение слегка пошатнулся оттого, что под его ногами теперь твердая поверхность, а потом начал бойко и слегка неуклюже переставлять лапы. С каждым шагом получалось у него все лучше, и минут через пять он уже хорошо ходил, правда, иногда все равно спотыкался о веточки и траву. Каждый раз после этого он внимательно осматривал препятствие, будто запоминая, что подобное в будущем надо перешагнуть.

Ира не очень удивилась такой скорости обучения. Учитывая, насколько враждебным был мир вокруг, маленьким динозаврам приходилось вставать на ноги как можно быстрее, если они не желали быть съеденными. Несмотря на то что природа позаботилась о них, крохам все равно не всегда удавалось дожить даже до своего первого дня рождения.

— Какой молодец, — похвалила она. Малыш повернулся на голос и довольно рыкнул. Вернее, попытался, потому что из его горла вырвался щенячий писк, а не рык. Это выглядело забавно. Ирина тихо засмеялась. — Уже совсем большой стал. Скоро маму догонишь. Будешь таким же большим, грозным и сильным.

Детеныш не достаточно окреп, чтобы ходить долго. Спустя время он выглядел уставшим. Было понятно, что его нужно кормить.

Это представляло настоящую проблему. Мясо змеи закончилось, а до возникновения первых магазинов еще много миллионов лет. Вряд ли у них есть столько времени на ожидание.

Ученые классифицировали тираннозавров как хищников. Некоторые утверждали, что эти ящеры могли питаться падалью. Это, конечно, отлично, но по возможности Ира хотела бы избегать как живых, так и мертвых динозавров.

В первом случае ее могут съесть сами ящеры, во втором те, кто придет полакомиться мертвым телом.

Но что теперь делать? Чем кормить кроху? Вряд ли он захочет питаться фруктами или травой.

Вспомнив о еде, Ирина ощутила, что и сама не прочь чего-нибудь перекусить. В ее случае все было значительно проще. Тая прожила в этом мире всю жизнь, пусть и небольшую, поэтому знала, что можно есть, а что нельзя. В отличие от фауны, флора двух берегов, насколько могла судить Ирина, была очень похожей. А это значило, что Ира вполне могла найти какую-нибудь растительную пищу.

Проверив еще раз, что все вокруг спокойно, Ира принялась осматривать прихваченный с собой нож. Он будет очень кстати.

Выглядело оружие… древним. И дело не в старости рукояти или лезвия, а в способе, которым был сделан этот нож. В любом музее истории такие вещи размещены в разделе о доисторическом человеке.

Лезвие было изготовлено из камня с тщательно обработанным и заточенным краем. Камень не походил на обсидиан, скорее, напоминал кремний. Ирина не могла сказать точнее, так как содержимое недр земли ее никогда особо не интересовало.

Рукоять бывший владелец очень аккуратно обмотал полоской кожи. Выглядело это первобытно и не слишком надежно, все-таки Ира привыкла к тонким лезвиям, но выбирать не приходилось. Опять же, торговых центров тут нет, как и денег в ее карманах. Ах да, карманов… В общем, можно продолжать вечно.

Фыркнув, Ирина качнула головой.

— Пора идти, — шепнула она малышу, поднялась и подхватила его на руки.

Пусть ящеры за ней не пошли, оставаться на одном месте все еще опасно. Выбрав направление, она решительно зашагала вперед, не замечая того, кто последовал за ней.

Ира следовала своему предыдущему плану, направляясь в сторону реки. Оставаться на этом берегу, учитывая недавнюю встречу, оказалось еще опаснее, чем она думала ранее. Если есть одна группа разумных ящеров, то наверняка есть и другие. Ей повезло, она смогла ускользнуть, но кто знает, как фортуна повернется в следующий раз.

Кроме всего прочего, на берегу должны быть другие динозавры. Да, это очень опасно, но что делать, если малышу нужно мясо? Охотиться прямо в джунглях? Можно, но как найти хоть кого-то? Выследить? Не смешно! Ира не была охотником, поэтому читать следы совершенно не умела. Да, она замечала иногда вмятины в земле, но сказать точно, когда они были оставлены, не могла.

Пока она шла, у нее сформировался план будущей охоты.

Сглотнув, Ирина на миг зажмурилась. Никогда в жизни она не была более безрассудной.

Глава 5

Всем ясно, что в таком опасном мире лучше держаться подальше от воды. Когда вокруг настолько много опасных хищников, нет никаких сомнений, что возле реки их еще больше, и не только рядом с ней. Не зря ведь люди предпочитают ходить грязными.

В любом случае Ирина собиралась дойти до берега, так что не было никакой разницы. Просто в этот раз первоочередная задача — убить какого-нибудь небольшого динозавра. Сказать просто, но как это сделать и не стать добычей кого-нибудь крупнее и свирепее?

Первое, что нужно было сделать, это отыскать протоптанные тропинки. Ирина очень надеялась, что доисторические ящеры ведут себя как все животные — ходят на водопой одной и той же дорогой.

Она не была охотником, но надеялась, что сможет отличить следы крупных особей от оставленных их мелкими сородичами.

Однако так ли нужно маленьким динозаврам ходить на водопой к реке? Небольшие размеры вполне позволяли им пить утром воду, собирающуюся во время дождя на поверхности земли. Им не было смысла рисковать походами на берег.

Вот крупные звери вряд ли могли довольствоваться чем-то малым, но Ире не требовался гигант. Во-первых, она едва ли сможет убить здоровяка вроде тираннозавра. А ведь он не единственный хищный динозавр этого периода. Было как минимум еще с десяток, живших примерно в это время. Во-вторых, некуда девать столько мяса. Конечно, без внимания туша не останется и точно не испортится, но, даже если и так, связываться с монстрами этого времени Ире не хотелось. Она была слишком молода, чтобы умирать.

Вряд ли динозавры позволят ей бродить по берегу, выбирая себе жертву, поэтому придется действовать по ситуации. Впрочем, она в любом случае не сможет убить существо, превосходящее ее собственные размеры в десятки раз.

Динозавры были не единственным потенциальным источником еды. В конце концов, на деревьях еще пели птицы, по земле ползали змеи. Но как их достать? Бросать камни? Очень смешно! Да и к змеям приближаться крайне не хотелось. Один укус мог стать летальным.

Еще был вариант с млекопитающими зверями. Ирина помнила, что в это время должны уже существовать кое-какие представители этого вида, но опять, их надо найти, а потом еще как-то поймать.

В общем, Ира могла надеяться исключительно на свою удачу. Сразу вспомнились те несколько динозавров, которых она убила в гнезде тирекса. Они сейчас очень бы пригодились.

С тем, как именно охотиться, Ирина определилась быстро. Она знала только два варианта.

Первый — напасть из засады. Притаиться за деревом, а в нужный момент выпрыгнуть и всадить нож в шею. Воображение рисовало диковатую картинку, но Ира сомневалась, что ей хватит ловкости на подобное. Перед этим, правда, следовало хорошо обмазаться грязью. Несомненно, у местных хищников отличный нюх.

Второй — яма-ловушка. Менее опасный, по ее мнению, вариант, правда, более долгий и трудоемкий. Для начала следовало найти что-то, чем можно выкопать подходящую яму. Благо земля в этом месте достаточно мягкая. Потом необходимо выточить колья и вкопать их на дно ямы. С этим меньше проблем. Нож есть, палок кругом много. С тем, чтобы прикрыть чем-нибудь ловушку, и вовсе никаких трудностей. Пара веток, крупных листьев — и все готово!

Конечно, придется постоянно посматривать по сторонам, ведь динозавры могут явиться в любой момент, но, по мнению Ирины, это все равно лучше, чем изображать из себя лихого воина без страха и упрека. Да у нее просто не хватит силы пробить шкуру крупного доисторического ящера!

Взвесив еще раз все за и против, Ирина остановилась на яме-ловушке.

Возникала одна существенная проблема — где найти лопату? Если Ира не ошибается, древние люди вместо лопаты пользовались костями. В принципе, это логично. Плоские кости, например лопатки, идеально подходили для этой задачи.

Раз так, остался сущий пустяк — найти бесхозный скелет!

С этим имелась проблема. Никаких костей Ирина за все время здесь не видела.

Шагая вперед, она время от времени поглядывала под ноги, надеясь отыскать хотя бы плоский камень. Однажды ей это уже удалось, но он остался позади, в месте, где она закопала змеиные потроха.

В какой-то момент, отодвинув в сторону очередной громадный лист, Ира резко остановилась. Перед ней предстал овраг. Вспомнив, при каких обстоятельствах она оказалась здесь в прошлый раз, Ирина ощутила дрожь в теле.

Ей совершенно не хотелось встретить разъяренную и все еще убитую горем мамочку детеныша. Ох, может быть, идея пойти к реке все-таки была не слишком удачной? Но что теперь думать, назад ведь не повернешь.

Внимательно осмотревшись по сторонам, Ирина начала спуск. В конце, убедившись, что никаких змей на дне нет, она опустила ногу на землю и переместила на нее вес. Практически сразу Ира вскрикнула и едва не потеряла равновесие из-за того, что нога провалилась под землю. При этом отчетливо послышался хруст трухлявой древесины.

Паника не успела поднять голову, когда Ира поняла, что ничего опасного не происходит. Просто на дне оврага лежало почти сгнившее бревно, сверху заросшее травой, отчего оно казалось поверхностью земли.

Аккуратно, чтобы не оцарапаться, вытащив ногу, Ирина торопливо смахнула с нее толстую личинку, передергивая плечами от омерзения. А ведь люди здесь едят нечто подобное. И не только здесь. В прошлом ее мире в некоторых странах такое блюдо считалось деликатесом.

На этой мысли она замерла и посмотрела на малыша.

— Как тебе такая еда? — спросила она и, морщась от отвращения, подняла двумя пальцами извивающуюся личинку. Внутри все содрогалось от желания выкинуть гадость и уйти как можно дальше от этого места, но Ира не могла не признать, что в таких толстых червях должно быть много полезного белка.

Детеныш вряд ли понял ее слова, но движение привлекло его внимание. Он повернулся в сторону личинки и с интересом принялся наблюдать, как она извивается.

— Хочешь попробовать? — поинтересовалась Ира, поднося личинку ближе.

Из воспоминаний Таи Ира знала, что это личинки довольно крупных жуков. Обычно эти личинки можно найти прямо в земле, но здесь мама-жук, видимо, решила, что гниющее дерево будет лучшим местом для кладки яиц.

Приблизившись, малыш понюхал личинку и фыркнул.

— Это вкусно, — подавляя рвотный рефлекс из-за воспоминаний (Тая, как и ее сородичи, конечно же, ела таких червей), произнесла Ирина, а потом приподняла руку выше, так, чтобы она нависала прямо над мордочкой голодного подопечного.

Малыш сразу узнал движение и с готовностью распахнул пасть. Личинка полетела вниз. Детеныш пожевал ее недолго (увы, размер червяка был несопоставим с маленьким тирексом), а потом выжидательно посмотрел на Ирину.

— Я так и думала, что тебе понравится, — хмыкнула она.

Посмотрев вниз, Ира снова скривилась. Прикасаться к личинкам совершенно не хотелось. Несмотря на воспоминания Таи, сама Ирина считала этих червей мерзкими и отталкивающими.

Опустив детеныша на землю, она с готовностью принялась оттаскивать полусгнившую древесину. Малыш наблюдал за ней с вниманием, а потом, заметив белую личинку, подошел ближе, подхватил ее и практически сразу проглотил. Действовал он при этом аккуратно, так что земля не попала в его рот. Для надежности Ирина даже проверила, бесстрашно открыв ему пасть. Детенышу это не очень понравилось, но он все вытерпел.

— Не стоит есть с земли, — проворчала Ира, откидывая личинок на оторванный лист. — На них и так много лишнего, — добавила она, стряхивая с личинки мелкий мусор.

Закончив, она понаблюдала за тем, как маленький тирекс поглощает личинку за личинкой, а когда он насытился, двинулась дальше.

— Тебе нужно больше ходить, — пропыхтела она, выбираясь на другую сторону оврага. — Еще немного — и я не смогу тебя носить.

Позади что-то хрустнуло. Ирина резко обернулась и замерла, прислушиваясь. Секунды складывались в минуты, но никто к ним не вышел. Немного расслабившись, она решила, что сломавший ветку зверь просто прошел мимо.

Прищурившись, Ира подумала, что это могла быть та банда мелких паршивцев. Может быть, это их охотничья территория, или что-то в этом роде? Она помнила, что в прошлый раз ей легко удалось пробивать их черепа. Это обнадеживало.

Сунув нож за пояс, Ирина подняла удобную палку, подумав, что в схватке с яйцеедами такое оружие будет более надежным.

Передвигаясь дальше, она то и дело посматривала по сторонам и прислушивалась, готовая в любой момент вступить в бой. Спустя некоторое время ей показалось, что она чувствует очень знакомый и характерный запах реки.

Этот запах заставил Ирину вспомнить о рыбе. Интересно, в этот период она уже была или возникла позднее? Наверное, уже была, но, даже если и так, поймать ее вряд ли будет просто.

Отодвинув очередной лист, Ира замерла.

Помнится, она хотела найти скелет. Что ж, ей удалось это сделать.

Не было никаких сомнений, что скелет принадлежал хищному и очень крупному динозавру. На хищность намекали зубы в пасти, а на величину… Ну, тут все очевидно. Размер костей поражал воображение.

Сглотнув, Ирина сделала шаг вперед. Совершенно не хотелось встречаться с тем, кто сумел убить такого гиганта. Может быть, он умер от старости или болезни? Такое ведь бывает?

Подобравшись поближе, Ира осмотрела кости. Судя по бороздкам, кто-то очень потрудился, снимая с них мясо. От этого зрелища по спине пробежал холодок. Она все еще никак не могла привыкнуть к мысли, что и ее в любой момент кто-нибудь может съесть.

В любом случае не стоило жаловаться. Просила скелет? Пожалуйста.

Отыскав то, что лучше всего годилось для копания, Ирина подняла это с земли. Кость была сломанной, но размер и форма вполне подходили.

Прежде чем уйти, Ира некоторое время смотрела на челюсти мертвого существа. Длина самых больших зубов достигала примерно пятнадцати сантиметров. Если их вырвать, то вполне можно использовать как оружие. Вот только как их достать?

Подойдя к черепу, Ирина попыталась расшатать один из клыков, но тот сидел крепко и даже не думал выпадать. Кость, обглоданная кем-то практически до белизны, была толстой и крепкой.

Разочарованно фыркнув, Ира оставила череп в покое. У нее не было никакой возможности достать хотя бы один зуб. Правда, это не значило, что нужно оставлять все кости без внимания. Люди древности делали из них ножи, мало ли, может, и у нее что-нибудь получится.

Отобрав пару костей, которые показались многообещающими, Ирина разместила их на спине, прижав к телу нагрудной повязкой. Было слегка неприятно и неудобно, но она мужественно не обратила внимания на негативные мысли.

Прежде чем покинуть поляну, Ира последний раз посмотрела на злополучный череп и, покусав губу, качнула головой. Вряд ли в этом месте есть кто-то более сильный и свирепый, чем тираннозавр. Зверь, вероятнее всего, умер по естественным причинам.

Пробираясь дальше, Ирина в какой-то момент услышала знакомый звук. Нет, в своей прошлой жизни она не сталкивалась ни с чем подобным, зато Тая пару раз слышала нечто похожее.

Рефлекторно пригнувшись, Ира буквально подкатилась к ближайшему дереву, позволяя листьям папоротника укрыть ее от того, что было наверху.

В тот же момент по земле мелькнула тень. Кроны были густыми, но между ветвями и листьями все же имелись просветы, поэтому мир внизу не был покрыт полным мраком. И тень в воздухе Ирина узнала безошибочно.

Не было никаких сомнений: мимо только что пролетел какой-то крылатый динозавр.

Пару минут ничего не происходило. Ира только вздохнула свободнее (воздушный монстр явно полетел дальше), как в отдалении услышала леденящий душу звук.

Это был крик. За ним последовали хлопки крыльев, а потом щелчки и звуки борьбы. Сразу после этого Ирина услышала хруст ломающихся веток и шорох листвы.

Она не стала прислушиваться дальше, понимая, что происходит. Видимо, в небе встретились два летающих ящера, которые решили вступить в схватку. Ире совершенно не хотелось находиться в месте, которое вскоре может превратиться в арену битвы.

Не успела она пробежать и пары метров, как деревья позади снова начали стонать. Снова крики, щелчки, хлопки громадных крыльев. Честно говоря, крики были громогласными. От этого звука мурашки бежали по коже.

Приближающийся шум только подстегнул Иру. Она не стала бежать назад, юркнула куда-то вбок. Ей хотелось верить, что получится избежать попадания в эпицентр драки. Возможно, два сражающихся птеродактиля (если это были они, конечно) и не заметят ее в пылу битвы, но проверять не хотелось. Кроме того, гиганты могли ее просто случайно придавить. Не говоря уже о ломающихся деревьях, ветки которых тоже могли быть опасны.

Ирине повезло. Летающие ящеры продолжили бой в стороне.

Убедившись, что им с малышом не грозит опасность, Ира снова притаилась, размышляя. Летающие или нет, это все еще было так нужное им мясо. Один из них, вполне возможно, скоро падет. Вот только второй вряд ли позволит кому-то присвоить кусочек. Но не съест же он все?

Подождать?

Опасно. Она не одна такая умная. Звуки борьбы должны привлечь многих мелких хищников и падальщиков.

Инстинкт самосохранения подталкивал к бегству, но голод и забота о малыше настойчиво требовали остаться и найти способ отыскать пищу.

* * *

Джабай с недоумением наблюдал за странной ящереаной. Ее язык не был ему знаком. Это доказывало, что незнакомка прибыла издалека, так как все племена по эту сторону гор говорили одинаково.

Он не представлял, как она выжила в столь длительном путешествии. В этом лесу в любой момент можно было ожидать смертельной опасности. Даже их собственные ящереаны предпочитали не выходить в лес без сопровождения. А они были в разы сильнее, чем это слабое создание.

Вероятнее всего, она потеряла своих спутников совсем недавно. Более разумного объяснения в голову не приходило.

Кроме всего прочего, Джабая удивляли взаимоотношения ящереаны и маленького смертозуба. Разве она не держит его как запасную еду?

Это обстоятельство показывало, что племя странной самки было довольно умным. Собственное племя Джабая только недавно начало использовать эту тактику. Они ловили мелких низших ящеров и держали тех в клетках, забивая, когда это было необходимо.

По лесу ящереана передвигалась так, словно ничего опасного вокруг не было. Она постоянно наступала на ветки, шуршала листьями и разговаривала. Да, голос она не повышала (что уже хорошо), но все равно.

Джабай не знал, что это — глупость или храбрость.

Наблюдая, как она кормит детеныша смертозуба личинками, он только и мог, что осуждающе покачать головой. В их мире каждая крупица еды была ценной, а ящереана тратит ее на то, что съест потом. Неужели она хочет откормить смертозуба, прежде чем забить? Это может быть опасно. Эти низшие ящеры, лишенные разума, были одними из самых опасных и смертоносных существ.

Еще немного — и смертозуб превратится из добычи в хищника.

Джабаю было интересно, зачем ящереана идет к воде. Она ведь знает, что находиться вблизи водоемов даже опаснее, чем в лесу?

Честно говоря, хотелось немедленно схватить ее и утащить подальше. Возможно, ящереана была храброй, но эта храбрость, по мнению Джабая, выглядела как полная глупость. Он даже на мгновение не мог представить, что незнакомка не знает, куда идет. Такого просто быть не могло. Даже те, у кого самый слабый нюх, могли почувствовать воду издалека.

Битва воздушных гигантов не застала Джабая врасплох. Он услышал хлопки крыльев издалека. Конечно, он не мог предсказать драку, но она не стала чем-то неожиданным.

Наблюдая, как ящереана убегает от опасности, Джабай то и дело дергался, порываясь в любой момент кинуться на помощь, но смог сдержать себя. В прошлом ему уже приходилось присматривать за молодыми членами племени.

Вместо того чтобы уходить подальше от поля битвы, незнакомка остановилась и выжидательно замерла, явно прислушиваясь к звукам. Джабай начал волноваться. Ему так и хотелось подойти ближе, дать подзатыльник и крикнуть ей в лицо, чтобы она немедленно уходила.

Любой ящер знал: когда падают гиганты, на место пиршества собираются все, кто находится поблизости. А это значит, что скоро здесь будут десятки опасных особей, желающих полакомиться свежим мясом.

Даже не думая убегать, ящереана как-то нервно вздрогнула и посадила смертозуба на землю. После этого она стянула с верхней части тела полоску кожи. Джабай моргнул, с любопытством рассматривая обнаженную грудь. Еще одна странность. Эти холмы с темными пиками выглядели необычно. Ему хотелось потрогать их и узнать, как они ощущаются. И зачем они вообще нужны?

О, точно! Что-то похожее он видел у покрытых шерстью зверей. Эти существа значительно отличались от низших ящеров, но никого в племени это никогда не волновало. Главное, что мясо таких зверей годилось в пищу.

Джабай был сбит с толку. Эта ящереана слишком отличалась от его сородичей, чтобы быть одной из них, но в то же время она явно была каким-то разумным видом. Из этого следовало…

Что именно из этого следовало, Джабай не успел додумать, так как его внимание привлекли действия неизвестной.

Она с большим трудом разрезала верхнюю одежду на полосы, а потом связала их в длинную веревку. После этого снова заворковала над смертозубом. Спустя некоторое время детеныш был обвязан веревками и размещен за спиной.

Ящереана что-то сказала смертозубу, потом слегка подпрыгнула, будто проверяя, удобно ли маленькому зверю. Джабай никак не мог понять, зачем прилагать столько усилий для сохранения еды. В такой опасной ситуации любой ящер или ящереана давно бы съели детеныша. Это было правильно и логично.

После этого незнакомка направилась в сторону воды, высматривая при этом что-то у себя под ногами. Джабай тоже посмотрел. Ничего необычного он не увидел, кроме сотен различных следов. Ничего удивительного. Около воды всегда много низших ящеров. Одни ходят на водопой, другие охотятся на тех, кто ходит на водопой, третьи подъедают за вторыми.

Спустя некоторое время неизвестная остановилась. Она выглядела очень довольной. Джабай в который раз удивленно моргнул, когда увидел, что ящереана присела и начала… копать.

Ему очень хотелось подойти ближе и посмотреть, что, ради всех ушедших предков, делает это странное создание.

Оглянувшись, Джабай споро забрался на ближайшее дерево, а потом полез дальше. Некоторые ветки были переплетены, поэтому ему не составило труда добраться до дерева, рядом с которым возилась ящереана. Для такого рода перемещений требовалась изрядная ловкость и цепкость.

Зависнув над неизвестной, Джабай устроился удобнее, с интересом наблюдая за происходящим. Было очевидно, что ящереана копала.

Джабай отложил в уме то знание, что для копания можно использовать плоские кости зверей. Не так давно его племя не нуждалось для этого в инструменте, ведь копали они неглубоко, исключительно чтобы вытащить из земли полезные корни. Для этого было достаточно своих когтей и ладоней.

Потом они решили ловить низших ящеров, чтобы съесть их позже. Сначала они пытались загнать зверей в клетки, но это оказалось сложно. Тогда один из собратьев в племени придумал выход.

Ямы.

Поначалу идея казалась глупой, но результат превзошел все ожидания. В итоге теперь поймать низшего ящера для племени было просто. Достаточно выкопать яму в нужном месте и подождать. Зверь обязательно в нее упадет. Потом можно накидывать ему на голову веревку и тащить в клетку.

Копали охотники плоскими камнями. Найти их было несложно, но если есть возможность заменить камни чем-то более легким, то почему бы и нет?

Этот способ был придуман недавно, неужели кто-то еще додумался до него? Судя по тому, что видел Джабай, так и есть.

Ящер нахмурился. С одной стороны, он был рад, что ящереана не пошла на место, куда рухнули воздушные гиганты. С другой стороны, его слегка задевало, что еще одно племя придумало такую хитрую тактику. До этого момента он был уверен, что никто больше о ней не знает. По крайней мере, никто по эту сторону гор.

Ящереана так увлеклась, что не заметила приближения нескольких трупоедов. Джабай напрягся, наблюдая, как три молодые особи подкрадываются к незнакомке.

Эти низшие ящеры были слабыми, но хитрыми. Они предпочитали питаться падалью и теми, кто не может дать отпор. Молодая ящереана не представляла для них никакой угрозы, и они это явно чувствовали, раз не проявляли беспокойства.

Джабай хмуро отметил, что нож незнакомка положила рядом, но сомневался, что оружие чем-то поможет. Он силой воли удержал себя на месте, пообещав, что вмешается, как только поймет, что ситуация полностью безнадежна.

Ящереана копала как ни в чем не бывало. Джабай неодобрительно сжимал губы, удивляясь такой беспечности. Она явно была дочерью кого-то влиятельного, раз ее не научили, как защищать себя.

Дальнейшее показало, что не все в действительности таково, каким может видеться на первый и даже на второй взгляд.

* * *

Ирина не была следопытом, но ей все-таки удалось различить очертания множественных следов. Судя по всему, в этом месте бродило немало разных динозавров. Это было тревожно, но и хорошо.

Для начала она позаботилась о том, чтобы освободить руки. Ходить с обнаженной грудью, конечно, было немного неловко, но она могла это пережить.

Затем Ира выбрала место для будущей ловушки. Стоило начать копать, как сразу стало понятно: просто не будет. Хотя земля наверху казалась податливой, в глубине ее мягкость исчезала.

Обдумав еще раз вариант сходить к месту падения птеродактилей, Ира отбросила эту мысль и продолжила работу. В какой-то момент ощутив, как малыш на ее спине беспокойно заерзал, она на мгновение замерла, прислушиваясь к миру вокруг.

Все было вроде бы спокойно, однако Ира ощутила, как внутренности переворачиваются от ощущения нависшей угрозы. Не было никаких сомнений — кто-то смотрит на нее с гастрономическим интересом.

Переместившись на другую сторону, Ирина осторожно посмотрела туда, откуда исходила опасность. Пришлось напрячь глаза, чтобы заметить желающих полакомиться ее мясом. Это были старые знакомые. Любители чужих яиц и детей!

Сколько их, Ира не видела, но подозревала, что не меньше трех.

Что делать?

Убежать?

Злость и отчаяние придали решимости. Она не сдвинулась с места, но убедилась, что захваченная палка рядом.

Наблюдая, как ящеры крадутся к ней, Ирина почувствовала предвкушение. Она злобно оскалилась, не поднимая при этом головы. Сердце забилось быстрее. Тело стало горячим, готовым к бою. Адреналин в крови зашкаливал.

Когда первый ящер бросился на них, оскалив пасть, Ира вскочила, словно ее тело было взведенной пружиной. Палка сама по себе скользнула в руку.

Замах!

Мгновение спустя послышался хруст. Этот звук прозвучал музыкой. Ирина снова оскалила зубы, теперь ни от кого не скрываясь, и слегка пригнулась вперед, почти врыв ноги в землю для большей устойчивости.

Следующий ящер не успел затормозить — его постигла участь первого. Ира сжала пальцы сильнее и сделала два прыжка вперед, обрушив свое оружие на третью голову. После этого принялась торопливо оглядываться.

Она тяжело дышала и была на взводе. Каждая ветка или лист, качнувшийся от ветра, казались врагом.

Повертевшись некоторое время на месте и убедившись, что никто больше на нее не нападает, Ирина выдохнула и выпрямилась.

— Кажется, — заговорила она дрожащим от напряжения голосом, — наша ловушка сработала. Правда, не так, как мы рассчитывали.

Тирекс за спиной Иры жалобно заворчал. Его голос не был громким, но все равно мог привлечь ненужное внимание.

— Тише, маленький, тише, — пробормотала Ирина. Подняв руку, она наугад похлопала по голове детеныша, пытаясь успокоить его. — Сейчас мы будем кушать. Подожди еще немного.

Собравшись, она подхватила с земли каменный нож и подошла к трем тушам. Ира не знала, что это за динозавры, лишь предположила, что велоцерапторы, хотя и была уверена, что они должны быть меньше. Эти, конечно, тоже не были гигантами древнего мира, но до тираннозавров им было очень далеко.

Попытавшись поднять одну из туш, Ира хмуро констатировала, что не сможет унести много. В итоге она отрезала от динозавров задние лапы. Орудовать каменным ножом оказалось не так просто, но она справилась. По крайней мере, это лучше, чем ковырять мясо простой палкой.

Глядя на шесть ножек, Ирина принялась отвязывать малыша. Ей нужна была веревка, чтобы унести добычу. Прежде чем уходить, она отрезала несколько небольших кусочков и положила на лист перед детенышем, а сама принялась обмазывать ножки грязью и связывать их.

Время от времени она посматривала по сторонам и прислушивалась. Почти закончив, Ира услышала звук разрываемой плоти. Резко обернувшись, она увидела, что малыш, покончив со своей едой, дошел до первой туши и продолжил насыщаться. Сначала Ирина хотела оттащить его (мало ли, вдруг косточкой подавится?), но потом остановила себя. В конце концов, тирекс был не изнеженной городской кошечкой, которая питается исключительно отборным кормом и самыми свежими продуктами, а доисторическим хищником, пусть еще и маленьким.

Наблюдать, как мелкие острые зубы рвут плоть, было одновременно и жутко, и завораживающе. Судя по тому, как легко малыш отрывал кусок за куском, он не испытывал никаких проблем из-за плотной кожи мелкого динозавра.

Спустя время, когда из глубины сознания начала подниматься тревога, Ирина решила, что малыш поел достаточно. Следовало уходить с этого места. Запах крови с большой долей вероятности уже разлетелся по всей округе.

Конечно, многие хищники сейчас отвлечены рухнувшими с неба гигантами, но тот, кому не повезло там, вполне может решить попытать удачу здесь.

— Все, хватит, — произнесла Ирина. Закинув перевязанные ножки за спину, она подняла малыша на руки и выпрямилась. Детеныш совсем не сопротивлялся, но выглядел так, будто ему совершенно не хочется покидать оставшуюся еду. — Потом еще поешь, — пообещала Ирина, направляясь в сторону реки.

Она не забыла о своем намерении перебраться на другую сторону. Этот берег был слишком опасным для них. Там, конечно, тоже водились хищники, но их число несоизмеримо с тем, что творилось в этом лесу.

Долго идти не пришлось. Через какое-то время они вышли на берег, усыпанный крупным песком и камнями всевозможных размеров.

Ира из памяти Таи помнила, что два берега расположены достаточно далеко друг от друга, но все-таки была удивлена, когда увидела очертания земли практически у самого горизонта.

Это действительно река? Может быть, озеро? Хотя вряд ли. Будь это озеро, динозавры водились бы и на другом берегу. В итоге Ирина решила, что это либо очень широкая река (или один из ее участков), либо пролив между двумя континентами или островами. Последнее казалось более вероятным.

Оглядывая ширину водного пространства, Ира еще раз подивилась удаче Таи. Было что-то удивительное в том, что девушке все-таки удалось добраться до этого берега, учитывая, какой хлипкой была ее лодочка и сколько опасностей таилось под спокойной гладью воды.

Выглянув из-за деревьев, Ирина посмотрела по сторонам. Вдалеке она заметила несколько крупных особей на водопое. Эти динозавры ходили на четырех конечностях, поэтому Ира отнесла их к классу травоядных. Впрочем, полной уверенности у нее не было, поэтому она даже не думала приближаться к ним.

День медленно катился к вечеру. А значит, в скором времени им с малышом придется искать убежище. При выборе нужно было учесть многое. Ира сомневалась, что вблизи водоема будет безопасно. Кроме того, ночью или утром снова пойдет дождь. Получалось, что им нужно забраться повыше, захватив с собой что-нибудь, чтобы уберечься от дождя.

В поисках необходимого Ира направилась вдоль берега, стараясь не выходить из-под деревьев. В лесу, конечно, все еще опасно, но ей совершенно не хотелось идти по открытой местности.

Спустя пару сотен метров она остановилась и с удовольствием осмотрела свою находку. Возможно, для кого-то другого это показалось бы мелочью, недостойной внимания, но Ирина знала, что эта вещь облегчит ей жизнь.

Глава 6

Конечно, Ирина предпочла бы увидеть портал в свой родной мир (или время), лучше прямо в квартиру, но, как можно понять, ничего подобного перед ее глазами не было.

Фыркнув на нелепые мысли, Ира начала прикидывать, в каком деле ей помогут найденные лианы. О да, она нашла именно их. Странно, что это растение не росло повсеместно, учитывая, что для таких лесов оно должно быть чем-то обычным.

Подхватив ближайшую лозу, Ира проверила ту на прочность, и улыбка осветила ее лицо. Даже в этом сумасшедшем мире что-то могло радовать. Прочности лианы должно было хватить для элементарных вещей.

Не было гарантий, что эти «веревки» смогут сдержать бревна, из которых она намеревалась построить плот, но попробовать все равно стоило. В любом случае альтернативы не было. Плыть на куске коры? Нет, спасибо, уж лучше сразу просто прыгнуть в воду и подождать, пока ее съедят. Впрочем, для этого можно даже в воду не лезть.

Далеко от этого места уходить Ира не собиралась, поэтому прошла чуть глубже в лес и выбрала дерево, на котором они с детенышем проведут сегодняшнюю ночь. Теперь она могла забраться наверх вместе с малышом. Да и спать наверху привязанной к стволу будет безопасно. По крайней мере, не нужно будет бояться, что они, уснув, свалятся.

Выбранное дерево располагалось очень удобно. Оно стояло посередине поляны и открывало вид на местность вокруг. Если из леса кто-то выйдет, то у Иры будет немного времени, чтобы подняться. Тем более нижняя ветка росла довольно близко к земле, так что проблем для быстрого подъема не было.

Также несомненным плюсом являлось то, что дерево росло на холме. Склон, конечно, был не очень крутой, но он должен замедлить направляющегося в их сторону хищника.

Жалобно заурчавший живот напомнил, что в него давно ничего не попадало. Ирина успокаивающе потерла его и принялась за дело.

Собрав несколько веток, она решила попробовать развести огонь. Не хотелось снова давиться сырым мясом. Стоило подумать об этом, как к горлу подступала тошнота.

Ира помнила два способа разведения огня в диких условиях — с помощью палок и с помощью камней.

Для первого способа требовалась некоторая подготовка. Во-первых, нужны были сами палки. Одна плоская, с углублением, вторая круглая, третья изогнутая в виде лука. Еще нужна была веревка.

Побродив некоторое время поблизости, Ирина отыскала то, что пусть и отдаленно, но напоминало нужные части будущей огнедобывающей машины. Еще минут пятнадцать ушло на то, чтобы приспособиться к трению. Кроме палок и веревки, требовался мох или что-нибудь легковоспламеняющееся.

Перетирая между пальцев трухлявые веточки и листья, Ира глубоко сомневалась, что у нее получится разжечь огонь.

Спустя некоторое время реальность очень четко подтвердила, что каждое дело требует сноровки и долгих часов практики. А еще желательно сухих палок и материала для розжига.

Ира давно бы отбросила бесплодную затею, но сделать это ей не давали несколько вещей. Первая — не хотелось снова жевать сырое мясо. Вторая — малыш так уморительно наблюдал за тем, что она делает, что Ирина не могла заставить себя остановиться. Боги, если бы кто-нибудь сказал ей, что маленький динозавр с не самой привлекательной и симпатичной внешностью может быть настолько потешным в своем интересе к чему-либо, она бы не поверила.

Как бы мило детеныш ни выглядел, Ира все-таки остановилась. С печальным вздохом отложив палки в сторону, она принялась за камни. У нее получилось высечь искру, только когда она попробовала ударить найденный камень ножом. Правда, это все равно ничего не дало. Мокрый мусор не желал гореть.

Подскочив, Ирина с разочарованием бросила камень в сторону леса. На короткий миг ей показалось, что она слышала звук удара и что-то вроде вскрика. Она с сомнением поглядела на деревья и покачала головой. Такого просто быть не могло. Поблизости бродили только динозавры, но они не могли ахать.

Расстроенно посмотрев на кучку сложенного хвороста, Ира покорилась судьбе и принялась думать, как приготовить ужин.

В голову приходило только одно — обмазать каким-нибудь соком прежде, чем съесть.

Из памяти Таи Ирина почерпнула, что можно есть в этом мире, а к чему лучше не приближаться. В лесу имелось множество различных цветов, особенно на открытых пространствах. В принципе, наличие цветов не было странным. Ира знала, что они появились на Земле довольно давно. Да, это все еще могла быть НЕ Земля. Но неважно. Главное, что некоторые виды растений были ядовитыми для людей.

Сородичи Таи старательно обходили их стороной, так как на опыте предков знали, что ядовито в них обычно все, начиная от пыльцы и заканчивая корнями. Съедобная трава, растущая рядом с ядовитыми представителями флоры, тоже игнорировалась.

Ирина не собиралась подвергать сомнению опыт народов этого мира. Исследовательского энтузиазма она не испытывала, понимая, насколько это глупо в ее ситуации.

Да и ни к чему рисковать, когда в это время можно найти множество съедобных растений. Здесь было все: и косточковые плоды, и орехи, и ягоды. Вид и вкус значительно отличался от того, что Ирина помнила, но главное, что их можно было безопасно употреблять в пищу.

Кроме всего прочего, люди из племени Таи активно использовали и съедобную траву, и листья некоторых растений. Одно из них росло неподалеку от холма, на котором они с малышом расположились.

Убедившись, что угрозы нет, Ира подхватила детеныша и спустилась.

Обычно, насколько она знала (правда, не была полностью уверена), суккуленты растут в засушливых районах, но конкретно это растение отлично себя чувствовало в тропическом климате. И судя по его размеру, больше напоминавшему дерево, вода, каждый день падающая с неба, шла ему впрок.

Честно говоря, это чудище выглядело совершенно инопланетно. Нижние листья темно-бордового цвета складывались чашкой, из которой вверх тянулись каплеобразные розовато-красные листья. Эти листья были круглыми и толстыми. Казалось, они готовы лопнуть от воды, находящейся внутри. Из самой сердцевины росли длинные тонкие стебельки со множеством цветочков на концах. Эти бутончики напоминали сирень.

Насколько помнила Ирина, вкус у этого растения кисловато-горький — не слишком приятный, но вполне терпимый. Это как с маслинами. Кто-то их обожает, а кто-то понятия не имеет, как другие едят что-то подобное.

Опустив малыша, Ира отрезала один из розовато-красных листов, выбрав самый небольшой. По руке моментально потек сок, совсем не выглядевший аппетитно.

Решив, что этого будет более чем достаточно, Ирина вернулась на холм. Вокруг по-прежнему было спокойно, хотя Ире иногда казалось, что кто-то за ней наблюдает.

— Погуляй, но далеко не отходи, — попросила она малыша, опуская его на землю. Детеныш тирекса ходил уже очень хорошо. Как и любые дети, время от времени он пытался бегать. Получалось не сказать чтобы хорошо, но следовало отдать должное упорству маленького динозавра.

Наблюдая за ним краем глаза, Ира принялась за приготовление пищи для себя.

Взяв плоскую палку-доску, с помощью которой недавно пыталась разжечь огонь, Ира тщательно обтерла ее. Конечно, идеальной чистоты добиться не удалось, но выбирать не приходилось.

Положив доску на землю, она начала нарезать мясо маленькими кусочками. Его нужно было пропитать соком растения. Для этого требовалась глубокая чашка. Можно было, конечно, просто полить сверху, но в таком случае эффект будет не полным.

В итоге Ирина отрезала верхушку листа суккулента, а потом аккуратно вычерпала мякоть. Эту массу она смешала с кусочками мяса, а затем сложила смесь в получившуюся чашу.

Она не имела представления, насколько вкусно это будет, но надеялась, что не тошнотворно. Отставив лист в сторону, Ира услышала очень знакомый звук.

Резко повернувшись, она увидела, что малыш с довольным видом поедает одну из ножек. Ира вздохнула. Правильно, детей нельзя оставлять без присмотра даже на минуту. А ведь она действительно отвернулась только на миг.

— Оно грязное, — тихо пробормотала Ирина, отбирая кусок. — Дай я хотя бы немного очищу от грязи.

Малыш недовольно заскулил, глядя на нее глазами побитого щенка, но на удивление послушно разжал пасть, позволяя забрать добычу. Очень интересное поведение. Разве хищник вроде него не должен бороться за свою еду до последнего? Или он полностью уверен, что она, забрав это, даст ему что-то другое? А может быть, причина в подчинении тому, кого детеныш считает старшим?

Кто знает. Вряд ли даже ученые могли догадываться обо всех тонкостях взаимодействия между динозаврами.

За то, что малыш был таким послушным, она, конечно же, наградила его, отдав ему вместо одной ножки сразу две. Ира надеялась, что такая тактика даст понять детенышу, что ему следует слушать ее всегда.

Спустя еще некоторое время Ирина решила, что пора ей и самой поесть. Мысленно кривясь, она достала свою еду и мужественно сунула один пропитанный соком кусочек в рот. К ее удивлению, это не было ужасно. Понятно, что жевать сырое мясо, каким бы оно ни было на вкус, все еще неприятно, но за неимением лучшего такая еда вполне годилась в пищу.

Ближе к вечеру Ира забралась вместе с малышом на дерево. Привязав и его, и себя к стволу лианами, она приготовилась к долгой ночи, наполненной тревогами.

* * *

Странная ящереана с каждым новым открытием становилась все интереснее.

Для начала Джабай никак не мог ожидать, что она так легко справится с тремя трупоедами. Они, конечно, не самые грозные хищники леса, но опасные противники. По большей части из-за того, что предпочитают охотиться стаями. А еще они очень быстры и хитры.

Три удара — и три туши. Джабай никогда бы не подумал, что в этом крохотном и хлипком на вид теле может таиться такая сила. Хотя трупоеды были небольшими, их черепа все же имели определенную прочность.

Дальше — интереснее.

Он уже понял, что между ящереаной и мелким смертозубом существует нечто большее, чем он подумал изначально. В конце концов, никто не станет так трепетно заботиться о будущей еде, да еще и подкармливать ее. Каким бы маленьким ни был смертозуб, он быстро вырастет. Джабай очень надеялся, что ящереана осознает всю опасность.

Впрочем, детеныш тоже вел себя странно. Маленький или нет, он все еще был опасным хищником. Смертозубы рождались с жаждой крови, поедая всех, кто не был их матерью. Даже собственные братья и сестры порой становились законным обедом. Особенно более слабые.

Но эта особь по неизвестной причине не только не пыталась напасть на ящереану, но и ластилась к ней, словно странная самка была ее матерью. Джабай никогда не видел ничего подобного, но, кроме тревоги, он испытывал еще и сильное любопытство. Ему было интересно, возможно ли вырастить смертозуба полностью ручным? Одна только мысль казалась одновременно и захватывающей, и нереальной.

Тряхнув головой, Джабай выбросил мысли о том, как их племя может возвыситься с такими мощными союзниками. Воспоминание о своем народе отдалось в груди привычным недовольством и тревогой.

Джабаю не хотелось помнить, при каких обстоятельствах их отряд покинул родной дом. Он гнал от себя дурные мысли, но знал, что рано или поздно ему придется принять окончательное решение.

Тихо рыкнув, он вернулся к мыслям о ящереане. Она явно выбрала место для будущего ночлега. Джабай видел, как самка осматривала дерево, намереваясь провести ночь на нем, и одобрительно покивал. Хорошая мысль.

После этого началось что-то еще более необычное. Джабай едва не вывалился из леса, пытаясь рассмотреть получше то, чем была занята ящереана. Он никак не мог понять, зачем ей нужны палки, но это явно было что-то интересное.

А потом ему прилетело камнем.

Потирая ушибленное место, Джабай хмуро наблюдал за ящереаной. Вначале он подумал, что она заметила его, и даже был готов выйти к ней, раз уж его так легко раскрыли, но спустя некоторое время стало понятно, что попадание в него камнем было простой случайностью. И его это полностью устраивало.

В первый миг он ощутил ошеломление, быстро сменившееся легким гневом, но под конец Джабай оскалился в веселье.

Дальше ящереана зачем-то принялась смешивать отличное свежее мясо с травой. Подумав о получившемся вкусе, Джабай поморщился. Зачем портить хорошую еду?

Нет, ящеры тоже время от времени ели растительную пищу, но никто из них никогда не стал бы смешивать мясо с чем-то еще. Зачем? В этом не было никакого смысла.

Наблюдая за тем, как ящереана ест, Джабай подумал, что в этом сквозит что-то красивое. Она так аккуратно доставала пальцами кусочки, а потом подхватывала их губами, что действие приобретало волнительный характер.

Время от времени она морщилась, отчего лицо приобретало забавный вид. Не нравится? Тогда зачем было издеваться над отличным мясом?

После еды она с задумчивым выражением посмотрела на руки, а потом принялась вытирать их об оторванный большой лист. Не самая удачная идея. Запах мог привлечь кого-нибудь. Любой ящер знает, что делать подобное не стоит.

Кажется, ящереана тоже это понимала, так как лист не был отброшен в сторону. Она закопала его в землю в стороне перед тем, как залезть на дерево вместе с детенышем смертозуба.

Убедившись, что больше самка никуда не пойдет, Джабай и сам забрался на ближайшее дерево. Как это всегда бывает, с приходом темноты в голову снова начали лезть различные мысли. На этот раз он не смог так легко отмахнуться от воспоминаний об отце, последний приказ которого так сильно не понравился Джабаю.

Охота рано или поздно закончится, и им придется вернуться в племя. И тогда ему нужно будет принять решение. Джабай надеялся, что отец к тому времени одумается, но уверенности в этом не было.

* * *

Проснулась Ирина уставшей. Ночь была такой же беспокойной, как и прошлая. Настроение колебалось от отметки «не трогайте меня, иначе я рухну прямо здесь» до «только попробуй приблизиться, убью и жалеть об этом не стану».

Проверив местность, она отвязала недовольного своим положением малыша. Ему явно не понравилось обездвиженное состояние.

— Придется немного потерпеть, — буркнула Ира. На самом деле, у нее не было надежды, что дальше будет лучше. Стоило только подумать о путешествии через пролив, как настроение рухнуло в самые глубины ада.

Завтрак не принес облегчения. Сырое мясо с соком суккулента застревало в горле. Ирина проталкивала его в желудок силой, понимая, что для нормального функционирования организму нужна еда, даже такая.

Детеныш ее переживаний не разделял. Он бодро проглотил оставшиеся ножки, а затем принялся лезть в чашу Ирины.

— Тебе это может не понравиться, — предупредила она, но все-таки сунула малышу кусочек наполовину пропитанного соком мяса.

Маленький тирекс слизнул подношение и не заметил.

Ира удивленно моргнула. Детеныш заметно подрос.

— Эй, — позвала она, оглядывая своего подопечного со всех сторон. — Ты слишком быстро растешь, — в ее голосе звучала озадаченность.

Встав, она подняла малыша на руки. Тот, привыкнув к такому отношению, положил мордочку ей на плечо и прильнул к Ире всем телом.

Ирина сделала пару шагов туда и обратно, а потом снова села, отпустив малыша. Тирекс действительно стал гораздо больше и тяжелее, чем в самом начале.

Вздохнув, она доела завтрак, ничего больше не давая подопечному. Нет, ей не было жалко. Однако кто знает, как его организм воспримет сок суккулента. Один маленький кусок вряд ли станет фатальным, а вот что-то большее может оказаться опасным, если динозавры категорически не употребляют в пищу растения.

Дожевывая последний кусок, Ирина наблюдала за обнюхивающим все подряд малышом. Он выглядел здоровым и подвижным ребенком. Время от времени бегал, обращал внимание на все окружающее, любопытствовал, но был осторожен.

Наверное, в том, что он так быстро рос, была своя логика. Мир вокруг опасный. Вряд ли мамочки динозавров могли предоставить своим детенышам абсолютную защиту на долгий срок, поэтому эволюция позаботилась о бурном росте малышей в первые дни жизни. Вероятно, позже, по достижении определенного возраста и размера, их развитие значительно замедлится.

— Ну все, — она встала, отряхивая с себя мусор, — пора идти.

Прежде чем отправиться в путь, Ирина тревожно посмотрела на небо. Дождя ночью не было, как и утром. Из-за этого сильно хотелось пить. Кроме того, она опасалась, что ливень застанет их около реки в тот момент, когда они не смогут найти убежище. С другой стороны, скрываться на дереве посреди открытой местности — не самая удачная мысль.

Отрубив один нижний лист суккулента, напоминающий формой опахало, Ирина направилась в лес. Дождя еще не было, но это не значит, что его совсем не будет.

Ира оказалась права. Спустя минут пятнадцать небо начало стремительно темнеть.

Отыскав неподалеку от берега несколько больших остроконечных булыжников, окруженных со всех сторон кустами и небольшими деревьями, Ирина с помощью ножа настругала листьев и веток и накрыла ими будущее убежище. Сверху придавила конструкцию листом суккулента. Закончила она вовремя. Дождь, как всегда, просто рухнул с неба сплошной стеной.

Насытив организм водой, Ира дождалась, когда ливень закончится, а потом приступила к делу. Плот она решила строить на берегу. У такого решения была причина — Ира сомневалась, что сможет вытащить готовый плот из леса. Во-первых, тяжело. Во-вторых, деревья и кусты будут ощутимой помехой.

Для начала следовало найти подходящие деревья. Рубить она ничего не собиралась ввиду отсутствия нужного инструмента. Конечно, можно было сделать топор. Палки есть, острый камень найти нетрудно. Для связки можно использовать полоску кожи, в которую превратился ее топ. Вот только как быть с шумом, производимым во время рубки? Впрочем, вряд ли перетаскивание стволов будет тихим.

В общем, для начала Ирина решила обыскать все побережье. Здесь с большой долей вероятности можно было отыскать что-нибудь интересное. Например, те же стволы, которые могло прибить течением.

Воодушевившись, Ира приступила к делу. Осматривая берег, она не забывала поглядывать по сторонам. На удивление окружающая обстановка казалась спокойной.

Отыскав первое идеально подходящее для будущего плота бревно, Ирина невольно улыбнулась. Начало положено, теперь главное, чтобы удача не отвернулась от нее в самый неподходящий момент.

Ире следовало знать, что не стоит дразнить вселенную.

Наткнувшись на еще одно бревно, она принялась планировать, как его перетащить. В этот момент она услышала, как малыш, топтавшийся рядом с ней, порыкивает. Взглянув на него, Ира увидела, что детеныш сильно встревожен. Она вскинула голову и посмотрела в направлении взгляда малыша. В следующий миг увиденное заставило ее оцепенеть.

Морда, похожая на крокодилью, трехпалые передние лапы с острыми когтями, гребень на спине, громадный размер и отвратительное дыхание — именно таким предстал перед Ирой доисторический монстр.

Икнув от неожиданности (как он смог незаметно подобраться к ней с такими-то размерами?!), Ирина рефлекторно шагнула назад, в сторону воды.

Заметив движение, динозавр широко раскрыл пасть и заревел. Воздух мгновенно наполнился еще большим зловонием. Кому-то явно не мешало бы чаще чистить зубы!

От звука и сковавшего все тело страха Ира пошатнулась, а после и вовсе начала заваливаться назад, потеряв равновесие. В голове было пусто. Неудивительно. Вряд ли кто-то мог бы сохранить хладнокровие, оказавшись перед подобной убийственной махиной, способной разом проглотить взрослого человека.

Следующее, что помнила Ирина, это как она, удерживая одной рукой малыша, пытается спастись в воде. Ира не знала, почему решила бежать именно к воде. Вероятнее всего, из-за того, что понимала — на берегу у нее не получится.

Убить с помощью ножа? Даже не смешно! Одна пасть этого существа была размером с нее саму. У Иры не было ни шанса добраться (каким-либо удивительным чудом, не иначе) хотя бы до глаза. В другое место, как она подозревала, бить было без толку. Даже если она пробьет шкуру — что дальше? Ударить в шею? Да ее быстрее съедят, чем удастся подойти на расстояние, достаточное для удара.

Остальные способы убийства также были нереальны. Ира сомневалась, что череп этой рептилии можно пробить обычной палкой. Если только бревном, но бревно ей самой не сдвинуть с места. С камнями то же самое. Булыжник, упавший на голову с высоты, с большой долей вероятности мог стать проблемой даже для этого гиганта, но Ирина не имела силы поднять и бросить камень нужного размера.

В итоге выход оставался один — бег. Так как доисторическое чудовище преградило путь к лесу, Ира могла двигаться только назад — в воду.

Может быть, им повезет и монстр окажется не умеющим плавать? Это была единственная надежда, на которую Ирина могла уповать.

Правда, оставался шанс, что динозавр съест их до того, как они отплывут на достаточное расстояние. Всё-таки чудовище возвышалось над ними на пару метров, а значит, там, где Ирина погружалась под воду с головой, ему было всего лишь по брюхо. А то и ниже.

Страх и жажда жизни активировали все ресурсы тела, которое теперь занимала Ира. Вряд ли Тая умела плавать, зато на это была способна Ирина. Даже с грузом, которому не слишком нравилась вода, она сумела в считаные мгновения оказаться за несколько десятков метров от берега. Причем дно резко понижалось сразу возле берега, так что Ирина все это расстояние проплыла.

Однако удача в этот день смотрела в другую сторону, потому как напавший на них монстр тоже не гнушался плавательными упражнениями. Не зря его морда так сильно напоминала крокодилью!

Отчаяние. Стоило Ире осознать, что динозавр не собирается оставлять их в покое, хотя они уже не на суше, как все внутри нее буквально рухнуло. Не нужно было быть гениальной, чтобы понять: жить им с малышом осталось от силы пару минут. И это при самом удачном раскладе!

Одно радовало — вероятнее всего, они оба умрут очень быстро. Учитывая, какого размера зубы у этой рептилии, можно не сомневаться, что они пробьют тело сразу насквозь. Наверное, такая смерть все же предпочтительнее, чем медленная и болезненная. Если уж выбирать, то лучше умереть именно так.

Ирина, например, однозначно не хотела стать добычей тех велоцерапторов. У них пасти маленькие (конечно, относительно других динозавров), поэтому она могла рассчитывать на долгое умирание, во время которого от ее тела отрывали бы небольшие кусочки.

Остановившись, Ирина резко обернулась лицом к смерти. Малыш, явно сильно напуганный, цеплялся за нее когтями, раня тело, отчего вода окрашивалась красным цветом. Ира не возражала. Какая теперь разница, будут у нее раны или нет? Да и о том, что запах крови может привлечь хищников, больше волноваться не стоило. Они и так уже привлекли одного. Большего им и не надо, хватит этого.

Несмотря на безвыходное положение, жажда жизни, кипящая внутри Ирины, даже не думала угасать. Наоборот, она вспыхнула жарким пламенем, нашептывая самые сумасшедшие идеи, которые только могут прийти в голову обреченного на смерть человека.

До глаз добраться она никак не могла. Это просто невозможно, учитывая размер пасти, заполненной острыми зубами! Кожа на шее даже на первый взгляд казалась толстой и непробиваемой. Про спину и говорить нечего!

Было еще одно место, которое у многих живых существ считалось уязвимым, — брюхо.

Можно было надеяться, что толщина кожи там гораздо тоньше, чем на остальном теле. Имелся неплохой шанс не просто пробить ее, но и разорвать. Вряд ли у рептилии будет настроение гоняться за едой в тот момент, когда собственные кишки плавают вокруг.

Конечно, Ирина не была настолько самонадеянной. Монстр обладал поистине титаническими размерами. Так что вполне вероятно, что кожа даже на его брюхе будет тверже, чем можно себе представить. Хорошо, если удастся ее пробить, о том, чтобы разрезать живот… Об этом она могла лишь мечтать.

Несмотря на все сомнения, внутри горело желание действовать. Терять все равно было нечего. Существовало только два варианта. Либо она покоряется и погибает в пасти рептилии. Без единого шанса выжить. Либо пытается сделать хоть что-нибудь.

Каковы были шансы выжить? Можно себе представить мчащийся грузовик, на пути которого стоит столб с привязанным человеком. Какие шансы у этого человека уцелеть? Зависит от удачи. Если он успеет каким-нибудь образом выбраться из пут, хвала ему и почет. Если нет, то и так понятно.

К тому же тот, кто привязывал этого человека к столбу, постарался и затянул веревки как следует.

Набрав в легкие воздуха, Ира собиралась нырнуть, но не успела.

Словно из воздуха на голове рептилии оказалось другое существо. На самом деле Ирина понимала, что создание просто запрыгнуло туда, но сделало оно это так быстро, что казалось, будто появилось из ниоткуда.

Следующим кадром шла картинка, как существо поднимает длинную палку. Копье? Да, именно копье, но в тот момент Ире показалось, что просто палку.

Увидев, как палка вошла прямо в череп доисторического монстра, Ирина выдохнула и закашлялась, случайно хлебнув воды.

Это было неожиданно и даже нереально. Она не могла поверить, что можно вот так легко пробить череп многотонного гиганта обычной палкой.

Самой рептилии это совсем не понравилось. Настолько, что она пошла ко дну. Не было никаких сомнений, что существу удалось с первого удара добраться до мозга и повредить его.

Ирина не могла понять, что именно чувствует. Внутри смешался адреналин, даже не думающий угасать, решимость, не нашедшая выхода, легкая растерянность, набирающая обороты, и облегчение. С трудом верилось, что им с малышом каким-то образом все-таки удалось выжить.

Вспомнив о детеныше, Ирина встрепенулась и обхватила его одной рукой, поднимая над водой. Малыш недовольно зафыркал, так и не вытащив когти из плоти Иры. Боли сейчас она не чувствовала, так что особо не заметила происходящего.

Спустя некоторое время Ира поняла, кто именно вольно или невольно спас их. Это оказался хорошо знакомый ей рептилоид, от которого, как ей казалось, она успешно ушла.

Она не знала, как относиться к этой новости. С одной стороны, он вроде бы спас их. С другой стороны, ящер мог быть не менее опасен, чем умерший так внезапно динозавр.

Оттолкнувшись ногами от головы мертвого чудовища, рептилоид одним прыжком оказался на берегу. Ира моргнула. Неудивительно, что ему удалось убить монстра одним ударом. Судя по всему, в теле местных разумных рептилий таилась громадная сила.

Поколебавшись немного, Ирина все-таки поплыла к берегу. Находиться долго в воде не стоило. Кровь скоро привлечет сюда множество подводных хищников, отбиться от которых вряд ли получится.

Выбравшись на берег, она наконец заметила, какие глубокие раны на ее теле оставил малыш. Зашипев от резкой боли, она аккуратно отстранила от себя его лапки, даже не думая при этом ругать маленького. Ничего не поделаешь, он действовал инстинктивно, пытаясь удержаться рядом, оказавшись в непривычной среде.

Настороженно поглядывая в сторону стоящего в отдалении рептилоида, Ира принялась осматривать глубокие дырки и рваные царапины в плече и на груди. Будущие шрамы ее мало волновали. В таком мире стоило опасаться вовсе не потери красоты, а многочисленных опасностей, которые в любой момент могли стать концом жизни. Ирина волновалась о заражении крови.

Вода не внушала доверия. Конечно, в ней не было химических отходов, но и без них назвать ее чистой не поворачивался язык. Прокипятить? Но как добыть огонь? А промыть раны все равно надо.

Ире не хотелось верить, что она, избежав участи быть съеденной (пусть и не без посторонней помощи), умрет из-за отсутствия огня.

Глава 7

Джабай недоумевал.

Тому имелось несколько причин.

Первая — с ящереаной оказалось не все так просто. Он долгое время наблюдал за ней, ходил буквально по пятам (она его не замечала), и все было хорошо. По крайней мере, никто не пытался ее съесть. Но стоило ему отвернуться на мгновение (крохотный миг!), как около нее откуда-то появился горбморд.

Вот откуда он там взялся?

Вылез из леса? Тогда почему сам Джабай не услышал ни треска веток, ни шума кустов, ни звука шагов? А ведь горбморд имел колоссальные размеры и совершенно точно не способен передвигаться бесшумно.

В воде да, он очень ловок, но на суше…

Нет и еще раз нет. Это явно было что-то не нормальное.

Раз он не вышел из леса, значит, вылез из воды. Логичный вывод. Но в таком случае как и сам Джабай, и ящереана могли пропустить выход на берег столь большого существа? А ведь оно не только должно было вылезти, но еще и обойти незнакомку, чтобы встать между ней и лесом! Нужно быть полностью слепым и глухим, чтобы не заметить!

Оставался единственный вариант из всех возможных — горбморд изначально был на берегу. И они оба его не заметили! И если молодой и неопытной ящереане подобное можно было простить, то сам Джабай ощущал себя словно вымазанным в отходах. Опытный воин, каким он себя считал, не имел права на подобную слепоту.

Вторая причина — сила, с которой ему удалось ударить горбморда.

Все воины в их племени обладали очень большой силой. И это неудивительно. Будь они хоть немного слабее — и низшие существа давно бы уже проредили их ряды, потеснив с господствующей позиции.

Практически любой из племени легко мог справиться с клыкозубом среднего размера. Кроме ящеренков, конечно. Даже ящереаны обладали пусть и не настолько большой, как самцы, но все-таки внушительной силой. Благодаря этому никому из них не стоило бояться мелких клыкозубов.

Но даже так, ни один воин прежде не был способен убить горбморда одним ударом копья. По крайней мере, Джабай никогда о подобном не слышал. Кости клыкозубов пусть и не были такими же прочными, как кости ящеров, но все-таки имели изрядную толщину. Особенно у столь больших экземпляров.

Сжав в руке копье, Джабай решил разобраться с этим позже. Сейчас его больше волновала молодая ящереана. Выглядела она не самым лучшим образом. И если грязь на теле не была чем-то необычным (после купания ее стало в разы меньше, отчего Джабаю стала видна светлая кожа), то кровь на плече и в районе груди вызывала опасения.

Впрочем, раны издалека не казались слишком серьезными. Вряд ли они могли вызвать какие-то проблемы, но порванная и пробитая кожа наверняка доставляла ящереане болезненные ощущения.

В их племени с такими ранами никто даже не подумал бы возиться. Максимум замазали бы грязью, чтобы остановить кровь. Обычно этого было достаточно.

Немного поколебавшись, Джабай решил посоветовать ящереане этот способ. Незнакомка выглядела растерянной, поэтому могло статься, что раньше она вообще не получала ранений и не знала, что с ними делать.

— Нужно просто замазать мокрой землей, — произнес он.

Ящереана вскинула на него взгляд и прищурилась. Выглядела она при этом сосредоточенной. Джабай мгновенно вспомнил, что она вроде бы не понимает речь его племени.

Ненадолго задумавшись, он присел в отдалении, отложил копье, а потом зачерпнул мокрого песка с грязью и, глядя на ящереану, показал, что нужно делать.

Она внимательно проследила за его действиями, несколько раз недоуменно перевела взгляд с его перепачканного грязью плеча на землю и обратно, а потом взглянула на него так, что Джабай невольно ощутил себя… мягко говоря, не очень умным. Он даже немного смутился, не понимая, откуда взялось такое чувство.

Практически сразу Джабай поднялся, всем своим видом давая понять, что не собирается больше разговаривать с той, кто не ценит его помощь и старания. Повернувшись боком, он, несмотря на легкое недовольство, продолжил следить за ящереаной.

Она еще некоторое время смотрела на него, а потом, сказав что-то смертозубу, направилась в сторону леса. Джабай двинулся следом, продолжая делать вид, что не имеет к ней никакого отношения, просто прогуливается рядом.

Смертозуб не остался сидеть на месте, заковылял за ящереаной. Этим он заработал от Джабая несколько заинтересованных взглядов. Несложно было понять, что именно зверь стал причиной ранений, но ящереана ничего ему не сделала. Очень интересно, почему?

Размышляя об этом, Джабай с большим любопытством наблюдал, как незнакомка принялась осматривать самые большие листья. Не успел он озадачиться вопросом, как все встало на свои места. Ящереана зачем-то искала воду, собравшуюся в листьях после дождя. Этой водой она принялась смывать всю грязь с ран до тех пор, пока они не стали совершенно чистыми.

Джабаю не понравилось такое зрелище. На слишком светлой коже раны выглядели тревожно. Это нервировало его намного сильнее, чем он мог предположить.

Конечно, как и любой воин племени, Джабай давно привык к виду крови и чаще всего выглядящим отвратительно ранениям. Однако рваные раны на светлой коже ящереаны смотрелись чужеродно и по какой-то причине доставляли Джабаю неудобства. Ему хотелось, чтобы никаких повреждений там не было.

Кожа, на которой отсутствовал какой-либо рисунок, даже издалека казалась тонкой и беззащитной. Наверное, такая уязвимость должна причинять много проблем. Ему хотелось подойти и потрогать ее, убедиться — настолько ли она тонка, как выглядит со стороны?

Даже будучи сосредоточенным на своих размышлениях, он не пропустил момент, когда ящереана сунула в рот лист хорошо знакомого ему растения, и скривился, вспомнив, насколько оно горькое. Неужели она так голодна, что способна съесть даже такую еду?

Если так, то он может отрубить пару кусков от горбморда. Вряд ли кто-нибудь уже успел его съесть. Слишком большая туша. Хотя…

Джабай с нетерпением посмотрел в сторону воды. Если не поторопиться, кровь привлечет большое количество подводных хищников. Вряд ли получится совладать с ними всеми, особенно если учесть, что ящеры, включая его самого, не умели плавать.

Не успел Джабай заволноваться о будущей еде, как ящереана с непроницаемым выражением лица вытащила изо рта зеленую массу, посмотрела на нее с сомнением, а потом все-таки принялась замазывать ею свои раны.

Это заинтересовало Джабая. Ничего подобного он раньше не видел. И пусть о пользе слюны ему доводилось слышать (многие матери облизывали ранки ящеренков, утверждая, что они так быстрее заживают), то о том, что трава может как-то помочь, до этого момент он не подозревал.

Затем ящереана оторвала еще несколько листьев, обмыла водой и приложила к закрытым зеленой массой ранам, привязав к телу какой-то тонкой полоской.

Джабай не понимал, зачем столько лишних движений, но не стал выражать своего отношения к подобному лечению. На его взгляд, молодая ящереана слишком переживала за столь незначительные повреждения. Уже к завтрашнему утру все раны должны были затянуться молодой кожей, а через пару дней и вовсе пропасть.

Потом они вернулись на берег. Джабай хотел воспользоваться этим, но сразу понял, что полакомиться мясом горбморда не получится. Неведомо как, но крупного клыкозуба уже утащили на дно.

На самом деле, Джабай во время своей атаки не успел обратить внимание (настолько сильно спешил), что динозавр отплыл от берега довольно далеко, поэтому практически сразу после того, как был повержен, отправился на дно. Аномальным был не только слишком сильный удар копьем, но и сам прыжок.

В своей печали Джабай не заметил, что ящереана подобралась к нему намного ближе, чем раньше. Заметив ее неподвижную фигуру в нескольких метрах от себя, он немного напрягся.

Честно говоря, он не имел никакого понятия, что делать с незнакомкой. Чем дольше он за ней наблюдал, тем больше у него закрадывалось сомнений. Он не знал о существовании других видов разумных существ, поэтому не мог дать точное определение тому, что видел.

Для Джабая мир делился на высших ящеров (тех, к кому принадлежал он сам) и на низших (их еще называли клыкозубами). Конечно, кроме них в лесу и воде водилось множество других существ. Например, часто встречались пернатые клыкозубы или те, кто просто ползал, но, несмотря на все различия, их всех можно было употреблять в пищу.

Да, Джабай никогда не встречал таких созданий, как стоящая перед ним ящереана, но он точно знал: это странное существо — не еда. Ее нельзя есть, ведь она тоже обладает чем-то, что отличает высших ящеров от всех прочих зверей в лесу и в воде. Это свойство роднит их, несмотря на различие их тел.

— Ты хочешь есть? — спросил он, не зная, что еще сказать.

Внимание ящереаны не нервировало, но ему было слегка неуютно под долгим оценивающим взглядом.

Незнакомка что-то сказала. Он, конечно же, ничего не понял, но ему понравилось, как звучит ее голос.

* * *

Сидя на камне, Ирина время от времени косилась в сторону рептилоида. Он даже не думал уходить. Расположился в некотором отдалении и увлеченно жевал кусок мяса.

Мясо, естественно, появилось не само по себе. Его недавно принес сам ящер. Вернее, принес он тушу динозавра. Притащил из леса и положил между собой и Ириной, молча отступив на пару шагов назад.

Несложно было понять, что рептилоид стремится ее угостить. Честно говоря, Ирине хотелось засмеяться. Происходящее выглядело так странно, что не находилось слов для описания.

Двухметровый динозавр на обед — это, конечно, круче, чем чашечка кофе с пирожным.

Вспомнив о сладком, Ира сглотнула слюну. Она не была большим любителем, но сейчас не отказалась бы от воздушного тортика или даже простой плитки шоколада. Мало того, что это вкусно, так еще и признак нормальной жизни.

Ирина очень надеялась, что, приняв динозавра, она не соглашается стать будущим ужином. Кто знает, какие у них тут законы и обычаи.

Пока она терзалась сомнениями, малыш решил, что еда не должна надолго оставаться без внимания. Он спокойно дошел до туши и совершенно бесстыдно впился в переднюю лапу зубами.

— Постой, — попросила Ирина, подбегая к детенышу и оттаскивая его от динозавра.

При этом она мельком взглянула на рептилоида, пытаясь увидеть недовольство или злость. Но тот смотрел с отчетливым интересом и, судя по всему, не собирался препарировать малыша за неуважение или еще что-нибудь в этом роде.

Облегченно вздохнув, Ира хмуро посмотрела на маленького тирекса, а потом и вовсе аккуратно оттолкнула его нетерпеливую мордочку в сторону.

Малыш недовольно заворчал, заелозил, будто щенок, который думает, что с ним играют, а потом неожиданно цапнул Иру за руку. Ее сердце на мгновение рухнуло вниз от испуга.

— Что это ты делаешь? — спокойным голосом спросила она, постаравшись как можно скорее скрыть страх и принять серьезный вид.

Тирекс замер, а потом посмотрел на нее с непониманием. Ирина поджала губы, вздернула брови и с намеком взглянула на свою руку, все еще зажатую между мелкими, но острыми зубами.

Детеныш весь будто бы сдулся. Медленно разжав челюсти, он отошел на шаг и принялся топтаться рядом. Рука оказалась полностью целой, не считая характерных вмятых точек на коже, которые могут остаться после надавливания, но они должны были пройти очень быстро.

Судя по всему, тирекс не собирался кусать всерьез, просто играл. Хотя это все равно вызывало серьезное беспокойство. Сейчас играет, а потом съест.

Честно говоря, Ирина не знала, что ей делать. Наверное, помогла бы практика дрессировки собак, но такого опыта у нее не имелось.

Окинув малыша взглядом, она решила пойти знакомым путем. Раз он провинился, значит, ей нужно показать свое недовольство. Детеныш выглядел сбитым с толку, это могло означать, что он улавливает ее настроение.

Прижав руку к груди так, будто она была поранена, Ирина отвернулась от тирекса, всем своим видом демонстрируя, что не хочет никак с ним контактировать.

Отказывать малышу в еде Ира не стала, но старалась держаться от него подальше или просто игнорировать. Детеныш совершенно точно мог чувствовать отношение.

Это было заметно по его поведению.

Кто когда-нибудь видел, как ведет себя любое живое существо, осознающее свою вину, тот знает, что заметить признаки несложно.

Ира старательно скрывала улыбку, но внутри разливалось облегчение. Ей не хотелось оставлять малыша, поэтому она была рада, что шанс быть съеденной им только что сильно уменьшился.

Как только ситуация разрешилась, Ирина снова обратила все свое внимание на рептилоида. Тот, как оказалось, с большим интересом наблюдал за ними.

Видимо, убивать ее не собираются. В ином случае ящер не стал бы спасать. Да и кормить тоже.

Если так, что ему тогда нужно? Зачем он следовал за ней все это время? Или он просто наткнулся на нее второй раз случайно? Тогда где остальные рептилоиды?

Спокойная атмосфера все равно заставляла Иру нервничать. Она не знала, что ждет в будущем, поэтому ко всему относилась с большим подозрением. Именно поэтому, когда ящер резко встал, Ирина напряглась и заволновалась.

Он не кинулся на нее, даже не подошел, лишь повернул голову в сторону джунглей и застыл как статуя. Вся его поза выглядела напряженной, будто он готов был в любую секунду броситься в бой.

Так длилось пару минут, потом рептилоид расслабился и что-то сказал. Ира, конечно, не поняла, что именно, но вскоре все стало и так ясно.

Из леса на берег начали выходить сородичи ее нового (старого?) знакомого. Все они выглядели настороженными. Им явно не нравилось находиться на открытом пространстве. Или их беспокоило что-то еще.

Ира не знала, те ли это ящеры, которые были с ее знакомым ранее, но, судя по расслабленности первого рептилоида, вышедшие из леса были ему знакомы.

Вскоре разумные ящеры приблизились. Все они то и дело поглядывали в сторону Ирины с малышом, явно озадаченные их присутствием.

Завязался разговор. Ира внимательно прислушивалась, пытаясь понять, о чем речь. Бежать она не торопилась. Ее знакомый не проявил по отношению к ней никакой агрессии, да и пробовала она уже убегать — результат налицо.

Речь местных рептилоидов была своеобразной. В ней присутствовало множество рычащих звуков. Отдельные слова не всегда можно было вычленить, но это лишь потому, что говорили ящеры быстро.

Очень скоро Ирина сообразила, что ее знакомый не рядовой член этой группы. Конечно, слов она не разобрала, но по поведению можно было понять многое. Ее знакомый не выглядел как подчиняющийся, скорее как тот, кто имеет право голоса. Другие рептилоиды рядом с ним пусть и топтались неуверенно, но явно не пытались что-то ему приказать или надавить на него.

Тая, воспоминания которой Ирина приобрела, много раз видела, как мужчины стараются занять полагающееся им, по их мнению, место в обществе. Здесь, в первобытном мире, очень хорошо было заметно, когда сильный духом человек мог подняться над другими, подавляя оппонентов.

Это в ее прошлом наверху мог оказаться человек, у которого больше денег и связей, здесь все было одновременно и сложнее, и проще.

Личная сила приветствовалась, но без внутреннего стержня она мало что значила. В итоге власть находилась в руках тех, кто был силен и физически, и психологически.

Малыш глупым точно не был. Как только на берегу появились рептилоиды, он тут же переместился поближе к Ирине. Правда, грызть свой кусок при этом все равно не перестал, время от времени порыкивая в сторону ящеров.

Вскоре разговор прекратился. Пришедшие рептилоиды разделились. Один остался на берегу — он встал на некотором отдалении и принялся посматривать по сторонам. Остальные вернулись в лес.

Знакомый Ирины постоял еще какое-то время, а потом снова сел и продолжил насыщаться. Можно было заметить, что зубы у него острые, но не такие, как у динозавров.

На несколько мгновений Ира даже ощутила желание заглянуть ему в рот и посмотреть, как там все устроено, но она, конечно же, не стала ничего делать.

Больше чужих зубов ее волновала собственная судьба. Посмотрев в сторону противоположного берега, она вздохнула. Путешествие все еще казалось очень опасным. Может быть, стоит прибиться к рептилоидам?

Ира искоса поглядела на ящера. Они, конечно, опасные существа, но и среди людей трудно будет жить. Кроме того, до последних не только еще доплыть надо, но и их найти. Племена постоянно кочуют, а она следопытом никогда не была. На той стороне нет динозавров, но других хищников хватает с избытком.

После обеда (Ира ради необходимости съела небольшой кусок сырого мяса, стараясь при этом не слишком кривиться) рептилоид встал и снова принялся что-то говорить. Вскоре стало понятно, что он зовет ее за собой.

Немного посомневавшись, она решила рискнуть. Если снова запрут, то она найдет способ сбежать. Главное, чтобы их с малышом не съели сразу.

Подхватив детеныша на руки, Ира медленно направилась вслед за ящером. С каждым новым шагом они уходили от берега все дальше. Она нервничала, не уверенная в правильности своего решения. Сомнения глодали душу и вызывали множество негативных мыслей.

Мясо, естественно, появилось не само по себе. Его недавно принес сам ящер. Вернее, принес он тушу динозавра. Притащил из леса и положил между собой и Ириной, молча отступив на пару шагов назад.

Несложно было понять, что рептилоид стремится ее угостить. Честно говоря, Ирине хотелось засмеяться. Происходящее выглядело так странно, что не находилось слов для описания.

Двухметровый динозавр на обед — это, конечно, круче, чем чашечка кофе с пирожным.

Вспомнив о сладком, Ира сглотнула слюну. Она не была большим любителем, но сейчас не отказалась бы от воздушного тортика или даже простой плитки шоколада. Мало того, что это вкусно, так еще и признак нормальной жизни.

Ирина очень надеялась, что, приняв динозавра, она не соглашается стать будущим ужином. Кто знает, какие у них тут законы и обычаи.

Пока она терзалась сомнениями, малыш решил, что еда не должна надолго оставаться без внимания. Он спокойно дошел до туши и совершенно бесстыдно впился в переднюю лапу зубами.

— Постой, — попросила Ирина, подбегая к детенышу и оттаскивая его от динозавра.

При этом она мельком взглянула на рептилоида, пытаясь увидеть недовольство или злость. Но тот смотрел с отчетливым интересом и, судя по всему, не собирался препарировать малыша за неуважение или еще что-нибудь в этом роде.

Облегченно вздохнув, Ира хмуро посмотрела на маленького тирекса, а потом и вовсе аккуратно оттолкнула его нетерпеливую мордочку в сторону.

Малыш недовольно заворчал, заелозил, будто щенок, который думает, что с ним играют, а потом неожиданно цапнул Иру за руку. Ее сердце на мгновение рухнуло вниз от испуга.

— Что это ты делаешь? — спокойным голосом спросила она, постаравшись как можно скорее скрыть страх и принять серьезный вид.

Тирекс замер, а потом посмотрел на нее с непониманием. Ирина поджала губы, вздернула брови и с намеком взглянула на свою руку, все еще зажатую между мелкими, но острыми зубами.

Детеныш весь будто бы сдулся. Медленно разжав челюсти, он отошел на шаг и принялся топтаться рядом. Рука оказалась полностью целой, не считая характерных вмятых точек на коже, которые могут остаться после надавливания, но они должны были пройти очень быстро.

Судя по всему, тирекс не собирался кусать всерьез, просто играл. Хотя это все равно вызывало серьезное беспокойство. Сейчас играет, а потом съест.

Честно говоря, Ирина не знала, что ей делать. Наверное, помогла бы практика дрессировки собак, но такого опыта у нее не имелось.

Окинув малыша взглядом, она решила пойти знакомым путем. Раз он провинился, значит, ей нужно показать свое недовольство. Детеныш выглядел сбитым с толку, это могло означать, что он улавливает ее настроение.

Прижав руку к груди так, будто она была поранена, Ирина отвернулась от тирекса, всем своим видом демонстрируя, что не хочет никак с ним контактировать.

Отказывать малышу в еде Ира не стала, но старалась держаться от него подальше или просто игнорировать. Детеныш совершенно точно мог чувствовать отношение.

Это было заметно по его поведению.

Кто когда-нибудь видел, как ведет себя любое живое существо, осознающее свою вину, тот знает, что заметить признаки несложно.

Ира старательно скрывала улыбку, но внутри разливалось облегчение. Ей не хотелось оставлять малыша, поэтому она была рада, что шанс быть съеденной им только что сильно уменьшился.

Как только ситуация разрешилась, Ирина снова обратила все свое внимание на рептилоида. Тот, как оказалось, с большим интересом наблюдал за ними.

Видимо, убивать ее не собираются. В ином случае ящер не стал бы спасать. Да и кормить тоже.

Если так, что ему тогда нужно? Зачем он следовал за ней все это время? Или он просто наткнулся на нее второй раз случайно? Тогда где остальные рептилоиды?

Спокойная атмосфера все равно заставляла Иру нервничать. Она не знала, что ждет в будущем, поэтому ко всему относилась с большим подозрением. Именно поэтому, когда ящер резко встал, Ирина напряглась и заволновалась.

Он не кинулся на нее, даже не подошел, лишь повернул голову в сторону джунглей и застыл как статуя. Вся его поза выглядела напряженной, будто он готов был в любую секунду броситься в бой.

Так длилось пару минут, потом рептилоид расслабился и что-то сказал. Ира, конечно, не поняла, что именно, но вскоре все стало и так ясно.

Из леса на берег начали выходить сородичи ее нового (старого?) знакомого. Все они выглядели настороженными. Им явно не нравилось находиться на открытом пространстве. Или их беспокоило что-то еще.

Ира не знала, те ли это ящеры, которые были с ее знакомым ранее, но, судя по расслабленности первого рептилоида, вышедшие из леса были ему знакомы.

Вскоре разумные ящеры приблизились. Все они то и дело поглядывали в сторону Ирины с малышом, явно озадаченные их присутствием.

Завязался разговор. Ира внимательно прислушивалась, пытаясь понять, о чем речь. Бежать она не торопилась. Ее знакомый не проявил по отношению к ней никакой агрессии, да и пробовала она уже убегать — результат налицо.

Речь местных рептилоидов была своеобразной. В ней присутствовало множество рычащих звуков. Отдельные слова не всегда можно было вычленить, но это лишь потому, что говорили ящеры быстро.

Очень скоро Ирина сообразила, что ее знакомый не рядовой член этой группы. Конечно, слов она не разобрала, но по поведению можно было понять многое. Ее знакомый не выглядел как подчиняющийся, скорее как тот, кто имеет право голоса. Другие рептилоиды рядом с ним пусть и топтались неуверенно, но явно не пытались что-то ему приказать или надавить на него.

Тая, воспоминания которой Ирина приобрела, много раз видела, как мужчины стараются занять полагающееся им, по их мнению, место в обществе. Здесь, в первобытном мире, очень хорошо было заметно, когда сильный духом человек мог подняться над другими, подавляя оппонентов.

Это в ее прошлом наверху мог оказаться человек, у которого больше денег и связей, здесь все было одновременно и сложнее, и проще.

Личная сила приветствовалась, но без внутреннего стержня она мало что значила. В итоге власть находилась в руках тех, кто был силен и физически, и психологически.

Малыш глупым точно не был. Как только на берегу появились рептилоиды, он тут же переместился поближе к Ирине. Правда, грызть свой кусок при этом все равно не перестал, время от времени порыкивая в сторону ящеров.

Вскоре разговор прекратился. Пришедшие рептилоиды разделились. Один остался на берегу — он встал на некотором отдалении и принялся посматривать по сторонам. Остальные вернулись в лес.

Знакомый Ирины постоял еще какое-то время, а потом снова сел и продолжил насыщаться. Можно было заметить, что зубы у него острые, но не такие, как у динозавров.

На несколько мгновений Ира даже ощутила желание заглянуть ему в рот и посмотреть, как там все устроено, но она, конечно же, не стала ничего делать.

Больше чужих зубов ее волновала собственная судьба. Посмотрев в сторону противоположного берега, она вздохнула. Путешествие все еще казалось очень опасным. Может быть, стоит прибиться к рептилоидам?

Ира искоса поглядела на ящера. Они, конечно, опасные существа, но и среди людей трудно будет жить. Кроме того, до последних не только еще доплыть надо, но и их найти. Племена постоянно кочуют, а она следопытом никогда не была. На той стороне нет динозавров, но других хищников хватает с избытком.

После обеда (Ира ради необходимости съела небольшой кусок сырого мяса, стараясь при этом не слишком кривиться) рептилоид встал и снова принялся что-то говорить. Вскоре стало понятно, что он зовет ее за собой.

Немного посомневавшись, она решила рискнуть. Если снова запрут, то она найдет способ сбежать. Главное, чтобы их с малышом не съели сразу.

Подхватив детеныша на руки, Ира медленно направилась вслед за ящером. С каждым новым шагом они уходили от берега все дальше. Она нервничала, не уверенная в правильности своего решения. Сомнения глодали душу и вызывали множество негативных мыслей.

На следующий день они вернулись в лагерь, из которого Ира недавно убежала. В этот раз никто даже не взглянул в сторону клеток. Ящер подвел их к одному из поваленных бревен, которые здесь использовались как лавки, и оставил там.

Пока все шло хорошо, но кто знает, что скрывает будущее.

Решив действовать по ситуации, Ирина с облегчением опустила малыша (за эти дни он изрядно прибавил в весе) и села на бревно. Все выглядело безобидно и нормально. Вот только кто даст гарантии, что так будет всегда?

Детеныш потоптался рядом и сел. Выглядел он при этом, несмотря на свой не слишком привлекательный облик, мило и уморительно. Наблюдая за рептилоидами, малыш то и дело порыкивал. Ему явно не нравилось, что они ходят в непосредственной близости, но кидаться он не пытался.

Оторвав от него взгляд, Ира и сама принялась следить за своими то ли спасителями, то ли похитителями.

Ничего особенного те не делали, занимались повседневными делами. Парочка проверяла копья, еще несколько снимали шкуру с некрупного динозавра, часть тренировалась, имитируя поединок, остальные, как поняла Ирина, патрулировали местность и следили, чтобы опасность не стала неожиданностью.

Ее знакомый ящер следил за дерущимися и время от времени что-то им говорил. Он делал вид, что Ира его не интересует, но она могла поклясться, что иногда ощущает его пристальный взгляд.

Было понятно, что сейчас никто вредить ей не собирается. Поэтому Ирина решила заняться делом. Сидеть и ничего не делать, конечно, хорошо, но следовало позаботиться об их с малышом нуждах.

Возможно, им достанется часть мяса убитого рептилоидами динозавра, но не стоит забывать о дожде. Она не заметила поблизости построек, в которых можно было укрыться.

Оглядев местность, Ира еще раз убедилась, что никаких шалашей рядом нет. И не только их. Ничего, что могло бы послужить нормальным укрытием, поблизости обнаружено не было. А ведь лагерь выглядит так, словно рептилоиды тут находятся не один день.

Конечно, дом построить она не могла, максимум — простой шалаш. Проблема была в том, что ничего подобного раньше она не делала. Хотя и видела. Ирина очень надеялась, что здравый смысл ей поможет.

Быть посмешищем не хотелось, поэтому для начала она принялась размышлять. Как сложить ветки, чтобы они не упали им с малышом на голову? Решить эту проблему, как ей казалось, было несложно. Элементарно: нужно, чтобы ветви опирались друг на друга, образуя что-то вроде крыши дома. Однако Ира не была уверена, что этого хватит для устойчивости.

Если так, то нужна подпорка.

Поломав некоторое время голову, Ирина собрала несколько небольших веточек. Она хотела сделать небольшой макет, чтобы убедиться, что ее идея будет работать.

Того, что все рептилоиды с большим интересом наблюдали за ее действиями издалека, она не видела. Все мысли были поглощены решением задачи. Сейчас, когда не нужно было волноваться о внезапном нападении, Ира немного расслабилась.

Взяв две маленькие веточки, она обломала все лишнее и воткнула их в землю. Веточки выглядели как римская цифра пять или знак победы. Наверх Ирина положила еще одну ветку. По идее, именно на эту верхнюю планку будут опираться все боковые ветки. Она надеялась, что это позволит конструкции стать более устойчивой.

Маленький шалаш выглядел не очень красиво. Веточки были кривыми и разной длины, но Иру это мало волновало. Главное, что конструкция действительно должна была получиться более надежной. Особенно если для устойчивости ветки связать лианами.

А можно сделать еще проще. Найти горизонтально растущую ветку и использовать ее как перекладину. В таком случае ничего не придется копать. Лучше найти что-то более толстое, иначе от ветра весь шалаш будет шататься.

Воодушевившись, Ирина принялась более внимательно оглядывать ближайшие деревья. Подходящая ветка вскоре была найдена. Дерево было заметно ниже остальных и росло в окружении нескольких других, более высоких, поэтому можно было не опасаться удара молнии. Конечно, шанс существовал, но тут уже ничего не поделаешь, можно, просто споткнувшись, свернуть себе шею.

Обломав все лишнее снизу (пришлось попотеть), Ира принялась собирать вокруг материал для стен шалаша. Самые большие ветки она связала наверху друг с другом, чтобы сделать конструкцию прочнее. В конце получившееся строение накрыла большими листьями, придавив края к земле камнями.

Со стороны шалаш выглядел неплохо. По крайней мере, Ирина сомневалась, что сможет сделать что-то лучшее в нынешних условиях. К тому же главное — не внешний вид, а то, что этот шалаш позволит им с малышом укрыться от ливня.

Внутрь она натаскала мягких листьев и равномерно разложила их на полу. Потом подумала и принесла еще немного, обустроив будущую кровать. Опробовав получившееся «ложе», Ирина довольно хмыкнула. Грядущая ночь обещала быть самой комфортной за последние дни.

Как только эта мысль мелькнула в голове, Ира сразу насторожилась. Она опасалась, что таким незамысловатым образом могла спровоцировать судьбу. Бывает, подумаешь, что все хорошо, и сразу же что-нибудь валится на голову.

Выбравшись из шалаша, она хмуро оглядела любопытных рептилоидов, которые больше не скрывали своей заинтересованности в ее занятии.

Буркнув на них раздраженно, она направилась к малышу. Он сидел около бревна и что-то жевал. Как оказалось, кто-то из рептилоидов поделился с тирексом куском мяса.

— Толстый будешь, — фыркнула Ира и улыбнулась.

Ее собственный живот жалобно булькнул, напоминая о себе. Она, конечно, ела не так давно, но сырое мясо не могло ее насытить, ведь Ире не удавалось съесть его много.

Напоминание о еде заставило встрепенуться. Сейчас, когда вокруг есть те, кто может следить за окружающей остановкой, у нее была возможность снова попробовать добыть огонь.

Жареное мясо…

Только подумав о его вкусе, она ощутила, как во рту скапливается слюна. Сглотнув, Ира принялась собирать необходимые материалы.

Немного подумав, она решила начать с палочек. Если долго крутить, то дерево вполне может нагреться от трения. Даже совсем мокрая древесина. По крайней мере, Ира очень надеялась на это. Хотя и осознавала, что крутить придется долго, быстро и упорно.

В этот раз подготовка велась основательнее. Спешить с таким ответственным делом она не стала. Выбрала лучшие палки из всех, что удалось найти в округе. Вид у них, правда, не внушал оптимизма, но Ира не расстраивалась. Если не выйдет сразу, она попробует их просушить, уберегая от дождя и выкладывая каждый день на солнце. Учитывая, каким горячим здесь было светило, можно было надеяться, что все получится.

Доевшего мясо детеныша заинтересовала работа Ирины. Подойдя ближе, он некоторое время просто наблюдал и вскоре принялся с серьезным видом кидаться на палки.

Ира весело посмотрела на него, а потом пожертвовала одной палочкой, разрешив малышу основательно ее погрызть. Пару раз приходилось отталкивать расшалившегося детеныша, когда тот, не удовлетворившись одним «подношением», пытался отобрать что-нибудь еще. Это только сильнее дразнило тирекса. Он с удовольствием рычал, пытаясь поймать неуловимые палки, кидался на них, клацая зубами, будто действительно охотился.

Ира не вытерпела и, отбросив работу, принялась щекотать детеныша, тихо посмеиваясь над его растерянным видом. Он явно не ожидал ответной атаки, но, быстро справившись с удивлением, пошел в наступление.

Сначала Ирина беспокоилась, но вскоре с облечением поняла, что малыш даже не пытается укусить ее, просто вертится на месте брюхом кверху, дергая хвостом, головой и лапами.

Наигравшись, детеныш сцапал одну из палок и отошел в сторону. Положив ее рядом, он лег и через некоторое время уснул. Ира облегченно вздохнула, хмыкнула и продолжила с того места, на котором остановилась.

Рептилоиды все это время наблюдали за происходящим. То, что им довелось увидеть, очень сильно удивило их и заинтересовало. Они привыкли, что низшие ящеры — кровожадные, хищные создания, которые только и думают, как бы кого-нибудь поймать и съесть. Поэтому вид играющего маленького смертозуба вызывал у них ступор.

А ведь смертозубы — одни из самых опасных существ. Они едят все, что попадается им на пути. На суше нет более смертоносных хищников.

Поначалу рептилоиды не понимали, зачем командиру понадобилась незнакомая и странно выглядящая ящереана. Они думали, что он просто хочет узнать, где остановилось чужое племя. Но сейчас, увидев, как она спокойно играет с детенышем, словно тот был простым ящеренком, воины задумались. Могла ли она приручить всех низших ящеров? Если так, следовало оставить эту ящереану у себя, а чужому племени отдать одну из менее ценных самок.

И это была не единственная ее странность и необычность. Взять хотя бы нагромождение веток. Их очень интересовало, зачем она это сделала. Да и сейчас с какой-то целью вертит палки. Зачем? Чего хочет добиться?

Заметив, как соплеменники все ближе подбираются к ящереане, даже не думая скрывать интерес, Джабай хмыкнул с превосходством. За время, пока он следил за ней в одиночестве, ему удалось справиться с тем, что ящереана вызывает постоянное любопытство. Видя, как она снова что-то затевает, он уже не так удивлялся.

А вот его соплеменникам еще предстоит пройти этот этап.

Ира пыталась до последнего, но у всякого терпения есть свой предел. Когда спина и руки начали нещадно ныть, она поняла, что без сухих материалов ничего не сможет сделать.

Со злостью посмотрев на палки, она сдержала желание выкинуть их, просто собрала и начала осматриваться. Она хотела найти место, где солнечные лучи достигают земли.

Странное поведение рептилоидов было очевидным. Сложно было не понять, что что-то не так, когда они, стоило ей поднять голову, разом зашевелились и упорно начали делать вид, что сильно заняты.

Ирина прищурилась. Кое-кто совершенно не умеет играть.

Хмыкнув, она встала и направилась к единственному достаточно большому пятну света. Положив для начала на землю большой лист, Ирина разложила на нем палочки и материал для розжига. Оглядев композицию критическим взглядом, набрала еще немного маленьких веточек и мусора, похожего на почти сгнившую траву. Ей показалось, что такое будет сохнуть быстрее, чем свежие растения.

Ужинала Ира найденными неподалеку от лагеря фруктами. Рептилоиды предлагали ей мясо, но она отказалась. Фрукты тоже нужны, они полезные, в них много витаминов и необходимых для организма элементов. А мясо… Если все получится, то скоро она сможет поесть его нормально приготовленным.

Ящеры продолжали странно коситься на нее. Сами они спокойно ели сырое мясо, явно не испытывая от этого никаких проблем. Ирина заметила, что один из рептилоидов тайком попробовал фрукт, но практически сразу выплюнул его и скривился. Выглядело забавно. Фрукт действительно был кисловат, но главное ведь не его вкусовые качества, а то, что он съедобен и полезен.

Ира, конечно же, не оставила палки на улице — утащила с собой в шалаш. Ночью снова пошел дождь. Испытание водой выявило недостатки их убежища. Нет, по большей части все было отлично, но в некоторых местах протекало. Выходить на улицу для исправления протечки Ирина не стала, благо, что протекающих мест можно было легко избежать, отодвинувшись немного в сторону.

Утром рептилоиды начали сборы. По их поведению становилось понятно, что отряд куда-то выдвигался. Ирина подозревала, что они хотели вернуться в племя. Если, конечно, ящеры живут племенами.

Люди собираются в племена — так проще выжить. А рептилоиды, насколько успела понять Ирина, обладают внушительной силой, которая могла позволить им жить в одиночестве или небольшими группами.

Ира все еще немного опасалась за их с малышом безопасность (кто знает, что ждет в конце этого пути), но решила все-таки пойти с ящерами. Кроме того, как она подозревала, никто особого выбора ей не даст.

Выдвинулись они сразу после еды. Ирина была удивлена бесшумностью передвижения рептилоидов. Большая часть группы просто в один момент растворилась в джунглях. Ей было понятно, что эти существа способны двигаться в разы быстрее, чем она, но сдерживают себя.

В течение дня она то и дело опускала малыша на землю, позволяя ему идти рядом. Тому было несколько причин. Он стал еще тяжелее, поэтому ее руки уставали быстрее. А еще тирексу требовались тренировки, иначе его мышцы не окрепнут.

Именно поэтому с каждым разом промежуток, когда малыш шагал на своих лапах, становился все длиннее. Из-за этого передвижение группы еще сильнее замедлилось, но никто не стал ей ничего говорить. Главный ящер только поглядывал на них с интересом, но продолжал идти вперед, подстраиваясь под их темп.

Вечером, когда они остановились, Ирина чувствовала себя разбитой. Долгий путь, постоянная концентрация на детеныше, всевозможные препятствия — все это слишком сильно вымотало ее. Вот только долго отдыхать она не могла. Посидела минут десять и принялась сооружать новое убежище. Поначалу она не обратила внимания, но потом осознала, что нужные ветки лежат подозрительно близко от лагеря. Долго думать не пришлось, чтобы понять: ящеры незаметно натаскали подходящий для постройки материал, явно желая помочь ей со строительством. Почему они сделали это тайно, Ирина не знала, но не стала их разоблачать.

На ужин она все-таки проглотила немного сырого мяса, заедая его знакомыми съедобными листьями. Надо сказать, что плодоносных деревьев на пути встречалось не так много, но ей все-таки удалось захватить несколько фруктов. Их она оставила на десерт.

Следующий день ничем не отличался от предыдущего. Они снова встали, позавтракали, потом отправились в путь. Шли практически весь день, затем выбрали место для ночлега и остановились. За это время Ирина не увидела ни одного динозавра. Либо их убивали охраняющие отряд рептилоиды еще до подхода основной группы, либо отряд двигался дорогой, которую никто из рептилий не использовал.

На третий день, когда группа встала лагерем, Ирина решила снова попробовать добыть огонь. Все это время она носила с собой материалы, не давая им попадать под дождь.

Спустя примерно полчаса от начала трения она заметила небольшой дымок, поднимающийся от точки соприкосновения двух палок. Ира так обрадовалась, что замерла, испортив тем самым всю работу.

Глава 8

Ей хотелось начать заново, но она понимала, что слишком устала, поэтому вряд ли добьется нужного результата, только разочаруется. Конечно, раз получилось извлечь дым, значит, дерево высохло достаточно, поэтому можно было надеяться, что следующая попытка будет в разы короче, чем все предыдущие, но Ира все равно решила отложить добывание огня в сторону.

Пошевелив плечом, она со вздохом отметила, что сегодня боль от ранок значительно меньше. Можно сказать, ее уже почти нет. И неудивительно, учитывая, что сами раны заживали хорошо. Гораздо быстрее, чем на ее теле в прошлом мире.

Было большим облегчением понять, что никакой заразы в кровь не попало. Дождевая вода и компрессы из разжеванной целебной травы сделали свое дело. Ну, еще и удача, конечно же. Без нее никак.

Ужин прошел спокойно. Ящеры все еще косились на нее, но вели себя заметно непринужденнее и расслабленнее в ее присутствии, чем при первой встрече.

Нетрудно было понять, что они, как и люди, испытывали дискомфорт из-за незнакомого человека, с которым вынуждены проводить все свое время. Почему-то Ирина была убеждена — если бы не желание главного, то она осталась бы на том берегу.

Впрочем, если бы не он, ее с малышом давно бы уже не было в живых.

— Надо дать тебе имя, — пробормотала Ира, устраиваясь на ночь в новом шалаше.

С каждым днем ей удавалось строить их все быстрее. Ящеры, осознав, что она понимает, кому обязана удачным расположением подходящих веток, перестали скрываться, притаскивая строительный материал прямо в лагерь.

Самое странное — никто из них не возмущался и не роптал. Они с охотой таскали тяжелые ветки, затем с неиссякаемым любопытством наблюдали, как она строит убежище. Иной раз Ирине становилось немного неловко от такого внимания. Тем более что ящеры постепенно придвигались все ближе.

Ира была уверена: еще немного — и они начнут заглядывать внутрь шалаша во время постройки. Они напоминали любопытных детей, которые немного смущаются чужого человека, но при этом все равно не могут побороть желание узнать больше об объекте своего интереса.

— Надо что-то грозное, — размышляла она вслух, глядя на детеныша. Малыш лежал рядом и смотрел на нее, прислушиваясь к звукам ее голоса. — Можно было бы остановиться на Рексе, но это слишком просто, — вздохнула Ира. — Да и ты ведь не собака, не так ли?

Детеныш, конечно же, не ответил, только как-то тяжело вздохнул и закрыл глаза.

— Эй, подожди, — прошептала Ирина чуть громче. — Мы тут серьезный вопрос решаем. Не смей спать, — в ответ на это она услышала лишь фырканье, отчего тихо рассмеялась. — Ладно, ладно, — не стала настаивать, решив, что малыш прав — пора спать. Вот только мысль уже захватила, и мозг начал самостоятельно подбирать подходящие имена. — Надо что-нибудь рычащее и грозное, — сквозь сон пробормотала Ира. С этими мыслями она и уснула, а утром, проснувшись, поняла одну важную вещь.

— А ты мальчик или девочка? — спросила она озадаченно у малыша. Детеныш, естественно, не обратил на нее никакого внимания. — Как бы нам узнать?

Никаких внешних половых органов Ирина не заметила, поэтому понятия не имела, как определять пол у рептилий. Честно говоря, этот вопрос никогда ее не интересовал, поэтому она даже не думала что-либо читать по данной теме. А ведь у тех же змей есть разделение по половому признаку, хотя внешне они все выглядят как гладкие чулки.

Или нет?

Ира моргнула, а потом поморщилась. Последнее, о чем ей хотелось думать, — это о том, как выглядят половые органы змей и ящериц. Естественно, они прячут их внутри своего тела.

Снова вздохнув, она взглянула на малыша и решила выбрать имя, которое можно дать как мальчику, так и девочке. Задача усложнялась.

Ира думала весь день, перебирая в голове всевозможные варианты. В конечном итоге остановилась на двух: Ра и Рю.

По ее мнению, эти два имени звучали достаточно универсально, короткие, с рычащим звуком в начале. Кроме того, оба имени имели свою историю.

Ра был верховным божеством в древнем Египте. А еще Ирина читала, что Ра — это славянский бог солнца, рожденный из яйца в начале времен. Довольно символично, как ей казалось.

А Рю — это мифическое существо Японии. Рю — дракон, имевший влияние на грозу и дождь. Самое интересное, что по преданиям у него было три пальца на передних лапах. Интересное совпадение. Третий палец малыша был совсем небольшим, но он все-таки имелся.

Ира очень ответственно отнеслась к выбору имени детеныша. Всё-таки это ведь не кто-то посторонний, а ее малыш. Несомненно, нужно взвесить все варианты и выбрать самый хороший и удачный.

В итоге Ирина остановилась на имени Ра. Если долго тянуть букву «р», то получалось что-то вроде рыка, который издает малыш. Р-р-РА! Прямо один в один.

Кроме того, славянский мир Ире был ближе, чем далекая и непонятная Япония.

— Ра. Как тебе такое имя? — серьезно спросила Ирина у малыша.

Тот никак не отреагировал, лишь взглянул на нее, но, когда понял, что ничего интересного она ему не предлагает (например, кусок мяса), продолжил шагать вперед с самым сосредоточенным выражением, какое только могло появиться на морде маленького тираннозавра. Выглядело это очень забавно.

Немного поколебавшись, Ира решила подумать еще немного. Мало ли, вдруг ее осенит и в голову придет еще более удачное имя для тирекса.

Еще один день прошел по привычному сценарию. Вечером группа встала лагерем. Ирина для начала позаботилась об укрытии и ужине, а потом достала палки с твердым настроем довести дело до конца. Она даже кусочек мяса приготовила, намереваясь поджарить, когда получится добыть огонь.

Тот, кто имеет терпение, может покорить весь мир! Весь мир Ирине не был нужен, она согласна была хотя бы на огонь.

После появления дыма сердце Ирины ускорилось. Она снова заволновалась, но в этот раз смогла удержать себя в руках. Спустя некоторое время, увидев первые язычки слабенького пламени, Ира ощутила себя так, будто совершила нечто невероятное.

Она не помнила, когда в последний раз ее душу наполняло такое сильное ликование. Ни с чем не сравнимое чувство было просто потрясающим. Подкладывая к огоньку высушенный материал, Ирина улыбалась как сумасшедшая, не замечая, что ящеры окружили ее, с непередаваемым выражением глядя то на нее, то на разгорающийся огонь.

Джабай тоже смотрел. В этот момент он ощущал целую гамму эмоций.

Климат в их лесах был влажный, поэтому можно было не опасаться появления огня. Обычно тот обрушивался с неба вместе со сверкающей молнией, пожирал отдельные деревья, а потом затухал, не найдя для себя подходящей пищи. Джабай не знал, зачем огонь вообще спускался с неба, если на земле для него нет еды, главное, что усвоил каждый ящер, — огонь разрушителен и опасен.

До этого дня никто из них не мог даже подумать, что огонь способен выглядеть так безобидно. Маленький, хрупкий, он едва трепетал под пальцами ящереаны и уж точно не казался грозным.

С одной стороны, Джабай опасался, что огонь может разрастись, поглощая всех, кто посмел вызвать его. С другой стороны, настолько маленький враг особо не пугал, да и выглядел он полностью прирученным.

Отмерев, Джабай озадаченно переглянулся с соплеменниками, а потом посмотрел на увлеченно грызущего кость смертозуба. Потом их дружный взгляд вернулся к огню, а затем и к ящереане.

Могло ли быть так, что странная незнакомка способна управлять всем опасным и непредсказуемым в мире? Сначала смертозуб, о свирепости которого все ящеры знали с самого детства, теперь огонь.

Если низший ящер казался им чем-то все-таки более понятным и знакомым, то огонь воспринимался всеми не меньше, чем божество.

Когда первое ликование прошло, Ирина обратила внимание на окружающую обстановку. Рептилоиды выглядели немного ошеломленными и очень любопытными. Они окружили ее, но близко не подходили, переводя взгляд с нее на огонь с таким недоверчивым выражением, словно она внезапно отрастила вторую голову.

— Что? — спросила она и нахмурилась.

Главный ящер что-то сказал. Осознав, что его слова для нее непонятны, он ткнул когтистым пальцем на огонь, а потом обвел руками окружающее пространство, изобразив на лице испуг.

Ирина обдумала эту пантомиму и не сразу, но все-таки поняла, что рептилоиды опасаются, как бы тут все не загорелось. От этого предположения хотелось смеяться. Она четыре дня сушила палки, чтобы суметь добыть огонь, о каком пожаре идет речь? Да вся эта вода вокруг загорится только в одном случае — если с неба польется лава! И то не факт.

— Все будет нормально, — успокоила всех Ирина, покачав головой.

После этого она сунула в небольшой костерок мокрую ветку. Та, конечно же, не загорелась, даже дыма пришлось дожидаться довольно долго.

Главный некоторое время напряженно смотрел на ветку в огне, а потом Ира заметила, как его лицо расслабляется. Кажется, ящер понял, что она хотела продемонстрировать.

Улыбнувшись, Ира спохватилась. Дров она насушила мало, а мясо еще не поджарено! Сейчас все прогорит, и что тогда делать?

Подскочив, она схватила свой будущий ужин и торопливо нарезала (точнее, накромсала, так как каменным ножом, который она и не думала отдавать владельцу, что-то порезать аккуратно было довольно проблематично) мясо на куски. Как только все было готово, Ирина быстро насадила кусочки на заранее приготовленные заостренные палочки.

Держать их все в руках она не собиралась, просто воткнула свободными от мяса концами в землю. Другая сторона под тяжестью провисала над костром. Схема была неидеальна, но для первого раза сойдет. Потом обязательно нужно будет придумать что-нибудь более удобное.

Через некоторое время поляну начал заполнять ароматный запах поджаривающегося мяса.

Сглотнув слюну, Ира взяла один «шампур» и осмотрела слегка подгоревшее с одной стороны мясо. Сил ждать больше не было.

Облизнув губы в предвкушении, она усердно подула на кусочек, чувствуя нечто вроде эйфории от того, что вскоре ощутит. Все-таки еда занимает значительное место в жизни каждого человека. Вкусно поесть любят все. За редким исключением, конечно.

Сейчас, когда мечта всех последних дней была так близка к осуществлению, Ирина медлила, с упорством мазохиста оттягивая момент блаженства. Впрочем, не прошло и тридцати секунд, как она впилась зубами в мясо, едва не умирая от знакомого вкуса, разлившегося во рту.

Первый кусок Ира съела, не обратив внимания ни на что. И только на втором поняла, что вкус отличается от того, что она ожидала и к чему привыкла. В первый миг Ирина подумала, что различие вызвано тем, что это мясо динозавра, но потом поняла, в чем подвох.

В погоне за огнем и жареным мясом она совершенно забыла о некоторых «мелочах». Например, таких, как соль.

Глухо застонав от разочарования, Ира глянула на пустую ветку в своей руке, словно это она во всем виновата. Перевернув мясо, Ирина задумалась.

Настоящую соль никто ей на блюдечке, конечно же, не принесет, а значит, придется вспоминать, где ее взять. Откуда люди вообще берут соль? Насколько знала Ирина, ее выпаривают из морской воды. А еще добывают в карьерах. Видимо, в тех местах когда-то было море, которое испарилось, оставив соленый слой, со временем занесенный землей.

Вспомнив о воде, Ира попыталась вспомнить, какой была на вкус вода в реке. Это ведь вполне мог быть пролив, а значит, вода должна была иметь повышенную соленость, но в момент попадания в воду Ирина была настолько напугана, что совершенно не обратила внимания на этот нюанс.

Рыть землю по понятным причинам она не собиралась. Выходило, что нужно искать альтернативные решения. И они у Ирины были.

Для начала мясо можно приправить соком растений. Хотя бы того суккулента, который она уже ела. Не соль, но сгодится для придания мясу немного более насыщенного вкуса. Кроме уже знакомого растения, Тая знала несколько интересных травок, вкус которых точно должен обогатить мясо.

Подумав, что не все потеряно, Ирина взбодрилась. Соль в умеренных количествах важна для организма, но пока можно обойтись и заменителями. Кроме того, существовал еще один способ.

О нем Ира только читала и никогда не пробовала сама. Насколько она помнила из статьи, соленый порошок можно было добыть путем сжигания древесины. Вряд ли это, конечно, была настоящая соль (хотя все может быть), но вкус, как утверждал автор статьи, должен быть именно соленым.

Для получения соленой воды необходимо сжечь некоторое количество древесины, желательно лиственных пород. Потом залить пепел теплой кипяченой водой и дать настояться. Далее можно будет добавлять эту воду в блюда или выпарить соль, по желанию.

Посмотрев с отчетливым блеском в глазах на оставшуюся золу, Ира начала прикидывать, во что ее собрать. Чем дольше она думала, тем больше проблем выявлялось. Во-первых, не было емкости, куда можно налить воду. Придется сделать из чего-то котелок, который выдержит нагрев и не растечется грязевой лужей от воды. Во-вторых, запас сухих дров иссяк. Отсюда следовало, что новый костер она сможет разжечь только через четыре дня.

Это немного подпортило настроение, но не настолько, чтобы впасть в отчаяние. Оставалась еще съедобная трава. Не совсем то, чего хотелось, но лучше, чем ничего.

Снова взбодрившись, Ирина встала и, не обращая внимания на ящеров, все еще толпящихся рядом, отправилась на поиски. Из памяти Таи она знала, что нужная травка растет везде, главное — хорошо поискать.

Спустя минут десять Ире повезло. Довольно хмыкнув, она нарвала полную ладонь длинных листочков с толстым стеблем. Трава напоминала щавель.

Вернувшись к костру, она замерла, глядя, как рептилоиды передают от одного к другому одну из палок с мясом. Каждый из них тщательно обнюхивал мясо, а потом передавал шампур соседу. Никто явно не собирался пробовать, хотя было видно, что им интересно.

— Просто укуси, — произнесла Ирина, когда шампур дошел до главного. Он смотрел дольше всех. На его лице были заметны следы внутренней борьбы. С одной стороны, он явно хотел попробовать, а с другой, сомневался, что это будет вкусно.

Вскинув на нее взгляд, он поколебался и все-таки сунул мясо в рот. Вряд ли он понял, что именно она сказала, но посыл был понятен и без слов.

Некоторое время он медленно жевал, задумчиво глядя в сторону, а потом чуть нахмурился. Его соплеменники, в молчании наблюдавшие за ним, тут же принялись о чем-то его спрашивать. Видимо, им хотелось знать, каково это на вкус.

Блаженства на лице главного ящера Ирина не заметила. Ничего удивительного, учитывая, что они привыкли к простому сырому мясу. Но даже так, отвращения тоже не было.

Прожевав, он что-то сказал соплеменникам, а потом посмотрел на Ирину с интересом.

— Больше не дам, — сразу заверила его Ира. — Самой мало, — буркнула она. Если ящеры могут питаться сырым мясом, то у нее сегодня первый нормальный ужин с момента попадания в этот мир. Конечно, относительно нормальный, но жаловаться она не собиралась.

Вернувшись к почти угасшему костру, она устроилась рядом. Взяла новый шампур, сняла с него кусочек и обернула его листком. Пыли на растении Ирина не обнаружила. Ничего удивительно, если каждую ночь или утро идут дожди, откуда взяться пыли. Единственное, что могло испортить кристальную чистоту, — это следы от каких-нибудь слизней, но ничего подобного Ира не заметила.

Закончив с приготовлениями, она откусила кусочек и принялась задумчиво его жевать. Трава придавала мясу интересный вкус. Соли все еще не хватало, но тут уж ничего не поделаешь.

Заметив взгляд главного ящера, направленный на мясо с листом, Ира сжалилась и завернула ему порцию, грозно покосившись на остальных. Такую толпу она точно не собиралась кормить. Одно дело оторвать от сердца два кусочка, и совсем другое — отдать все.

Кроме того, непохоже было, что ящеру понравилось жареное, скорее, ему было просто интересно. Ирина справедливо посчитала, что остальные вполне могут пережить муки неутоленного любопытства. В конце концов, они, в отличие от нее, не голодны.

Второй кусок ящер принял с большей готовностью. Убедившись, что ничего страшного его не ждет, он уверенно сунул в рот весь кусок и принялся медленно жевать.

Если судить по его физиономии, мясо с травой понравилось ему чуть больше. К слову, лицо рептилоида не выглядело страшным. Если, конечно, не обращать внимания на некоторые… особенности. Например, зеленоватый цвет кожи, отчетливо виднеющийся змеиный рисунок на челюстях и висках, необычный цвет глаз с вытянутым зрачком и острые зубы во рту. В остальном ящер походил на человека. Если подумать, даже на симпатичного мужчину.

Моргнув, Ира качнула головой, выбрасывая странные мысли. В отличие от ее прошлого тела, этому всего пятнадцать. Кроме того, на кого она смотрит? Это даже не человек, а ящер, пусть и человекоподобный. Если физически они смогут как-нибудь быть вместе, то как быть с детьми? Ирина, конечно, не собиралась рожать прямо сейчас, но в будущем ей определенно хотелось иметь тех, кто продолжит нести ее гены через время.

Вряд ли такое возможно с ящером. А раз так, значит, даже думать не стоит. На развлечения у нее точно нет времени. Следует выжить и обустроить мир вокруг себя так, чтобы жизнь была более или менее комфортной и безопасной. Да, сейчас она под защитой, но кто даст гарантии, что их группа уже завтра не наткнется на стаю особо свирепых динозавров, которые съедят всех и не заметят?

Обдумав все, Ирина решила, что позже, когда получится немного обустроиться в этом мире, она вернется к людям.

Перед тем как лечь спать, Ира собрала подходящий хворост и материал для розжига. Хворост перевязала кожаной лентой, которую соорудила из своего топа, а материал сложила в большой лист, затем свернув его и прикрепив к хворосту.

На следующий день, водрузив вязанку на спину, она последовала за ящерами, внимательно наблюдая за гордо вышагивающим рядом Ра. Малыш выглядел таким самостоятельным, что Ирину так и тянуло улыбнуться.

Всю дорогу она тихо разговаривала с ним, обращаясь к нему по имени. Вряд ли детеныш понимал то, что Ира ему говорила, но явно реагировал, когда она повышала голос, если он отвлекался слишком сильно и пытался отойти от группы в погоне за чем-нибудь интересным.

Кроме общения с малышом, Ира внимательно поглядывала по сторонам, стремясь отыскать глину. Она сомневалась, что ее можно отыскать прямо на поверхности. Все-таки в этом лесу растения очень быстро вырастали, а потом умирали и сгнивали. Из-за этого слой прелой листвы и перегноя был очень толстым. Несложно было догадаться, что прослойку с глиной нужно искать на внушительной глубине. Наверное, будет в разы проще найти ее на каком-нибудь склоне. Например, в овраге.

Ведь из чего-то надо было делать котелок. Ира не оставила надежды поесть соленого жареного мяса.

Под вечер они остановились около какой-то пещеры, к слову очень подозрительной.

Ирина помнила, как в прошлый раз, проходя мимо пещеры, «подцепила на хвост» целую стаю мелких динозавров. Не хотелось повторять этот опыт, но ящеры выглядели уверенными и спокойными.

Косясь на вход, Ира расположилась на некотором отдалении, стараясь держать Ра как можно ближе к себе. Малышу не слишком нравилось, что его новообретенную свободу ограничивают, но, несмотря на недовольство, он все-таки не отходил далеко.

Постройка шалаша не заняла много времени. К этому моменту Ирина уже научилась делать все быстро и чтобы было удобно. Жареного мяса не осталось. Хворост для разведения костра еще не высох, но это не значило, что нельзя было придумать какое-нибудь занятие.

Например, снять, наконец, все украшения, которые давно уже надоели Ирине. Ранее все происходило слишком быстро и тревожно, поэтому не находилось времени остановиться и заняться собой.

Честно говоря, Ира давно хотела отмыть это тело. Правда, беспокоили всевозможные насекомые, которые тут уже существовали. Особенно комары. Если на покрытое грязью тело они садились с неохотой, то вряд ли обойдут стороной беззащитную кожу. Но помыться все равно не мешало.

Ира уже давно ощущала собственный запах, грязь спасала ненадолго. Даже в доисторическое время, окруженная лишь ящерами и динозаврами, не имея никаких средств по уходу за телом, она чувствовала потребность выглядеть максимально хорошо.

Больше всего волновали волосы. Потребуется много воды, чтобы отмыться от глины. Конечно, оставлять их после мытья распущенными будет полной глупостью. В лесу и так невыносимо жарко, а длинная грива вскоре начнет раздражать. Голова быстро вспотеет, волосы снова станут грязными и повиснут неопрятными сосульками.

Пока Ира размышляла, во что бы набрать дождевой воды для помывки, ящеры собрались в пещеру. Заметив, как небольшая группа рептилоидов вошла внутрь, она быстро нашла взглядом главного и облегченно выдохнула. После того как тот спас ее, Ирина ощущала себя более спокойно, видя его поблизости.

Спустя некоторое время группа вернулась. Никто из них не был встревожен или ранен. Добычи с ними тоже не было, а значит, эта пещера по какой-то причине оказалась необитаемой.

Заинтересовавшись, Ира решила сходить и посмотреть, что внутри. Необходимости в этом не было, но человеческое любопытство неистребимо.

— Ра, идем со мной, — позвала она. В пещере все равно безопасно, а оставлять малыша без присмотра не хотелось.

Оставив в покое очередную палку, тирекс побежал вслед за ней. Бегал он еще плохо, забавно переваливаясь с ноги на ногу, но главное ведь не красота, а старания и успех.

Внутри пещеры было темно. Около входа сюда ещё добирались солнечные лучи, но чем дальше Ира продвигалась, тем темнее становилось. А еще прохладнее. Воздух пах сыростью и затхлостью. Становилось понятно, что слишком далеко она не уйдет. Что-то подсказывало Ирине, что ее новые знакомые отлично видят в темноте, поэтому для них окружающий мрак не был препятствием.

Осознав, что без огня толку в ее исследованиях нет, Ира повернула назад. Малышу явно не слишком нравилась окружающая обстановка. Он жался к ее ногам и был очень тих.

Возле выхода взгляд Ирины зацепился за стены. В первые мгновения она даже не поняла, что именно ее заинтересовало, но чем дольше смотрела, тем необычнее казался внешний вид камней.

Сказать по правде, она никогда не бывала в пещерах. В прошлом мире они ее не интересовали. Конечно, Ира видела фотографии, смотрела фильмы о спуске людей в пещеры, но сама даже рядом не была.

Несмотря на это, сейчас, глядя на гладкие стены, Ирина начала подозревать, что без участия разумных существ здесь не обошлось. Слишком гладкими выглядели камни.

Оглядевшись еще раз внимательнее, она не заметила ничего нового, поэтому покинула темную пещеру и вернулась на стоянку. Дойдя до своего шалаша, Ира села на приготовленный заранее лист и задумалась.

Если предположить, что пещера рукотворная, значит, в этом месте когда-то жили люди, способные сделать нечто подобное. Ира сомневалась, что соплеменники Таи могли так хорошо обработать камень. Однако люди в этом мире не единственная разумная раса.

Ирина взглянула на рептилоидов. Главный, как оказалось, все это время наблюдал за ней, но стоило ему поймать ее взгляд, как он сразу отвернулся.

Занятая собственными мыслями, она не придала этому никакого значения. Больше всего ее сейчас интересовало, на что способны знакомые ей ящеры.

Взглянув на их копья, Ира засомневалась, что к созданию пещеры могли приложить руку ящеры. Сколько же усердия нужно, чтобы камнями долбить камни? Тем более, как она уже заметила, укрытие от дождя им не особо требовалось. Хотя, если быть точной, Ирина не знала, где именно пережидали ливень ящеры, но с большой долей вероятности на деревьях, укрытые кронами.

В целом развитие людей и ящеров этого мира, судя по всему, было примерно на одном уровне, то есть крайне примитивным. Для создания чего-то большого никаких средств ни у тех ни у других просто не было.

Из этого следовало несколько выводов.

Первый — Ирина ошиблась и пещера все-таки природного происхождения. Мало ли как получились такие гладкие стены. Природа вообще весьма затейлива и способна на то, о чем человек даже подумать не может.

Второй — ее оценка ящеров или людей не совсем верна. Может быть, какому-нибудь племени в прошлом очень понадобилась пещера, поэтому они лет сорок долбили ее каменными ножами, доводя все до совершенства.

Третий — в прошлом люди или ящеры могли стоять выше в своем развитии, чем сейчас, но потом, по неизвестной причине, откатились назад, вернувшись к каменным ножам и копьям. Также в этом месте могла жить некая цивилизация, развитие которой продвинулось вперед чуть дальше, но потом она вымерла, оставив существам будущего свое каменное наследие.

В ее мире тоже хватало древних архитектурных памятников, внешний вид которых выходил за рамки возможностей людей соответствующей эпохи. В одной части земли люди бегали с каменными топорами за мамонтами, а в другой погибшие позже народы строили величественные храмы.

Последние мысли успокоили бурю внутри Ирины. Действительно, зачем ей переживать, ведь ничего необычного, в принципе, не произошло. Планета большая, разумные существа развиваются по-разному.

После этих размышлений Ира потеряла интерес к пещере и вернулась к мыслям о том, где помыться. Можно было, конечно, просто выйти под дождь, но вода, льющаяся с неба, все же была довольно прохладной. Пятью минутами точно не обойтись, значит, придется стоять долго. А это чревато нехорошими последствиями. Болеть Ирина отказывалась. Из-за отсутствия нормального лекарства любая болезнь могла оказаться последней.

По всему выходило, что нужно собрать где-то дождевую воду, а потом уже помыться. Сразу появлялось несколько проблем. Одна из них — емкость. Вторая — их постоянное передвижение. Все эти дни группа шла вперед, практически без остановок.

Ира сомневалась, что в прошлой жизни смогла бы выдержать такой марафон, но тело Таи было крепким и выносливым. Неудивительно, учитывая, сколько ее племя находилось в движении.

С проблемами Ирина решила справляться по одной. Для начала требовалась емкость. Самым очевидным выходом казалась выкопанная в земле яма. Конечно, ее придется накрыть листами, чтобы вода не просачивалась сквозь землю, но это мелочь. Главное — выкопать яму подходящего размера.

Можно было и не копать. Просто во время пути достаточно было посматривать по сторонам, выискивая подходящее углубление. Обдумав этот вариант, Ира решила, что он более удачен.

Оставалась проблема с постоянным передвижением. Но тут Ира решила поступить очень просто. Найдя подходящее углубление, она просто сделает вид, что смертельно устала. Ящерам не останется ничего другого, как встать лагерем. Конечно, они могут двинуться дальше без нее, но что-то подсказывало Ирине, что они так не сделают.

На следующий день ей повезло. Ближе к вечеру она отыскала взглядом подходящую яму. Честно говоря, к тому моменту она уже разочаровалась и действительно очень устала. Целый день рыскать глазами из стороны в сторону — весьма утомительное занятие. Кроме того, с каждым днем малыш становился все более активным, выматывая Иру все больше. Да, она больше не носила его на руках, но каждую секунду концентрировала на нем внимание, и это сильно утомляло.

Несмотря на усталость, Ира построила укрытие, повыдергала из ямы все крупные растения, а потом устлала дно самыми большими листьями, которые только смогла найти. Она старалась уложить их так, чтобы вода не просачивалась через щели.

Ящеры все это время снова с интересом наблюдали за ней, явно желая знать, что и зачем она делает. Когда Ира оставила подготовленную яму в покое, они еще минут десять ходили вокруг нее (вокруг ямы, а не Ирины), усиленно размышляя о том, к чему это сделано.

Все им стало понятно на следующий день сразу после того, как закончился дождь.

Покосившись на столпившихся недалеко ящеров, которые давно уже перестали скрывать свой интерес к ее действиям, Ира вздохнула. Оголяться полностью было слегка неловко.

По отношению к ящерам у нее было двоякое ощущение. Вроде бы не люди, чего их стесняться? Все равно ведь никто из них не взглянет на ее тело с интересом. Но предательская мысль, что они существа мужского пола, не давала полностью отбросить стыд.

— Цирк вам тут, что ли? — буркнула Ира раздраженно, передернув плечами и бросив на ящеров недовольный взгляд. Жаль, что они ее не понимают. Возможно, будь у них один язык, она смогла бы донести до них мысль, что вот так бесстыдно наблюдать за тем, как девушка моется, — не очень вежливо.

Поджав губы, Ирина все-таки сбросила с себя последнюю одежду и молниеносно скользнула в воду. Ящеры даже моргнуть не успели, как она уже скрылась под водой по самую шею. Хорошую яму она себе нашла. Водичка, правда, оказалась прохладной, отчего у Иры в первое мгновение дыхание перехватило.

Хорошо, что она вчера вечером придавила листья камнями. Поначалу она не подумала об этом, но спустя время стало понятно, что легкие листья просто всплывут на поверхность, а вода, ничем не удерживаемая, просочится в землю.

На поверхности плавало множество сбитых дождем листьев, так что тело Ирины не было видно.

Довольно улыбнувшись, она вытянула ноги, тут же стукнувшись пальцем о камень. Сердито зашипев, Ира глянула в сторону переговаривающихся ящеров так, словно это они во всем виноваты.

Сидеть в яме долго она не собиралась. Во-первых, вода действительно была прохладной, во-вторых, им скоро выходить. Именно поэтому Ирина задержалась всего на пару минут, чтобы грязь на теле намокла, а потом принялась тереться пучком заранее приготовленной травы. Подниматься она не собиралась, проделывая все прямо под водой.

Ра крайне интересовало то, чем она занимается. Пока Ирина купалась, он с недоумением ходил рядом с ямой, явно пытаясь понять, что она делает. Глядя на него, Ира то и дело посмеивалась, подумывая завлечь тирекса в воду, но потом отказалась от этой идеи. Ни к чему ребенку такой стресс. Если захочет, то сам войдет, инстинкт ему в этом поможет.

Когда тело по ощущениям стало чистым, Ира принялась за голову. Тут, как и ожидалось, все было очень плохо.

Отмывать волосы пришлось долго. Да и то до конца промыть не вышло. В итоге вода в яме стала грязной, пришлось вылезать. Проделать это быстро не получилось, отчего Ира испытывала еще большее раздражение, особенно когда увидела, что ящеры чем-то сильно удивлены.

* * *

Джабай испытал сильнейшее желание подойди к ящереане. Он и раньше видел, что ее кожа в значительной степени отличается, но все равно оказался не готов к новому виду незнакомки.

Даже издалека кожа казалась мягкой. Хотелось прикоснуться и узнать, настолько ли она нежная, как кажется на первый взгляд.

Ящереана выглядела со стороны еще более хрупкой и маленькой. Бледная, тонкая, нажмешь чуть сильнее — и сломаешь. Удивительно, как такое создание способно выжить в их мире. Сейчас, глядя на нее, Джабай больше не сомневался, что она не имеет к ящерам никакого отношения. Это совершенно другой вид, отчего, даже несмотря на свою непохожесть, она казалась ему очень привлекательной.

Поначалу ее волосы были темными, а потом, когда высохли, Джабаю пришлось удивиться еще раз. Они имели необычный цвет.

Он смотрел на огненные всполохи как зачарованный. В голове было пусто. Странная, хрупкая, некрасивая, но при этом завораживающая своей необычной внешностью, незнакомка заставляла всех смотреть на нее не отрываясь.

Заметив, что его соплеменники не отводят от ящереаны взгляд, Джабай ощутил недовольство и желание вызвать кого-нибудь из них на бой, а лучше — всех сразу. По какой-то неведомой для него причине он считал эту самку своей, пусть и не представлял, что с ней делать. Честно говоря, он не думал об этом, просто испытывал какие-то смутные чувства, значения которых толком не знал и даже не осознавал.

— Почему все еще здесь? — резко спросил он, оглядывая серьезным взглядом соплеменников. — Балиад! Осмотрись! Грарас — еда! Роридак — иди с Грарасом.

Названные хмуро взглянули на него, но ослушаться не посмели, разошлись по делам.

— Юдибар, проверь тропу, — продолжил раздавать указания Джабай, стараясь не смотреть в сторону ящереаны. Он решил подумать о своих ощущениях потом, когда они прибудут в племя. Сейчас явно не до этого.

Глава 9

Когда волосы высохли, Ирина принялась вытряхивать из них застрявший песок. Они действительно оказались рыжими, яркого, очень красивого цвета. Состояние волос на удивление было не таким плохим, как могло бы показаться. Что этому поспособствовало — неясно.

Промыть их хорошо, конечно, не получилось, поэтому ни о какой шелковистости речи не шло. Да и зачем она тут? Все равно с распущенной гривой в таком климате долго не походишь, упаришься.

Была бы возможность купаться каждый день, а то и по два раза на дню — другое дело. А так смысла ходить растрепанной нет. Проще шевелюру состричь, но жалко. Значит, придется активнее искать глину и снова обмазывать волосы.

Закончив на пока с волосами, Ирина принялась за украшения. Пока группа никуда не двигалась, у нее появилось, наконец, время убрать их. Носить на себе кости — удовольствие ниже среднего. Дырки, конечно, останутся, но это лучше, чем непонятное нечто на лице.

Осторожно сняв все лишнее, Ира ощутила себя человеком. Жара немного портила настроение, как и насекомые, вдруг решившие, что чистое беззащитное тело — отличная закуска.

Услышав рядом звук, Ирина резко обернулась. Вместо Ра, который все это время крутился рядом, изрядно отвлекая, она увидела главного ящера. Рептилоид стоял очень близко, держа в руках наполненный чем-то лист.

Ира встала, глядя на визитера вопросительно и слегка растерянно. Всё это время рептилоиды старались ограничивать общение с ней. Мало того что они не понимали друг друга, так сама Ира еще и опасалась их. А они, явно ощущая ее дискомфорт, старались держаться подальше. Правда, это не мешало им любопытствовать.

— Что такое? — спросила она, хотя и понимала, что все без толку, ящер все равно ее не поймет.

Вместо ответа главный протянул ей лист. Ира опустила взгляд и тут же удивленно вскинула брови. Это определенно была глина! И где он только ее нашел?

— О, — она чуть заторможенно кивнула. — Спасибо, это мне точно пригодится.

Протянув руку, она осторожно приняла лист, мимолетно коснувшись чужой ладони. Ящер, и так стоявший спокойно, буквально застыл, будто его парализовало. Ира слегка улыбнулась, пытаясь таким образом извиниться за неловкое движение. Ему, наверное, не слишком приятно прикасаться к существу другого вида.

Она даже не обиделась. Честно говоря, сама Ирина толком не осознала прикосновения. Кожа рептилоида, как ей показалось, была обычной температуры и не вызывала никаких отталкивающих ощущений. Но кто знает, может, в отличие от нее, ящеру было противно.

— Прошу прощения, — повинилась она. — И еще раз спасибо.

Рептилоид что-то сказал, а потом замер.

— Что?

Он повторил, а затем указал когтистым пальцем на глину. Вид острого, чуть закругленного, даже на вид опасного когтя заставлял задержать на нем взгляд. Было в этом что-то притягательное.

Встрепенувшись, Ира медленно повторила за рептилоидом, подумав, что он пытается научить ее своему языку. Это была хорошая идея. Давно пора, иначе она так и будет пребывать в неведении о многих вещах.

Ящер качнул головой и снова произнес слова. На этот раз медленнее и более разборчиво. Ира послушно повторила. Он не улыбнулся, но по его виду сразу стало понятно — она сказала правильно.

Затем рептилоид начал указывать пальцем на все подряд и называть предметы. При этом делал он это так быстро, что не было никакой возможности не то что повторить, но даже точно расслышать звучание слов.

— Подожди, — перебила его Ирина. — Медленно, — попросила она, а потом на примере с глиной показала, как следует говорить.

Постепенно к ним подтянулись другие ящеры и начали предлагать слова. Было забавно видеть, как они оглядываются по сторонам, желая найти что-то, о чем еще не упоминалось. Главный сначала терпел их, но Ира видела, как с каждым мгновением он становится все более хмурым, пока спустя время он все-таки не взорвался, отослав остальных по каким-то делам.

Ирине даже показалось, что у него сейчас начнется нервный тик. Свою улыбку она почти успешно подавила. Эти грозные ящеры могли выглядеть как сущие дети.

После разгона зевак между Ириной и рептилоидом воцарилась немного неловкая тишина. Кашлянув, Ира указала на глину и, перехватив лист одной рукой, второй показала, что хочет сделать.

Ящер понятливо кивнул и немного деревянной походкой отправился к тем своим соплеменникам, что сейчас разделывали небольшого динозавра, явно пойманного на завтрак.

Обмазываться снова глиной не хотелось, но Ира понимала, что без этого защитного покрытия ей будет сложнее. Поначалу она думала, что местные жители занимаются ерундой, покрывая свои тела грязью, но, пожив в этом мире совсем недолго, осознала полезность этой процедуры.

Для волос глину она приготовила особым способом. В племени Таи некоторые женщины добавляли в смесь сок одного растения, напоминающий по консистенции густое жирное молоко. Употреблять в пищу его было нельзя из-за очень горького вкуса. В глину его добавляли, чтобы сделать ее более мягкой. И действительно, после того как Ира выжала несколько толстых листков, масса стала походить на податливый пластилин.

Спустя некоторое время ее голова снова была покрыта тонкими красными сосульками. Тело тоже стало красноватым.

Как только глина заняла свое место, насекомые потеряли к ней всякий интерес. Ира облегченно вздохнула. Неудивительно, что она до этого момента не обращала на них внимание. С момента попадания ей постоянно приходилось обмазывать себя грязью, отбивая свой запах. Конечно, изначально она делала это не для того, чтобы отпугнуть комаров, но эффект был все равно достигнут.

Ирина не могла оставить в стороне вопрос глины. Она столько дней всматривалась в землю, пытаясь найти хотя бы намек на этот материал, а ящер просто сходил куда-то и принес. Как же так?

Естественно, что она, закончив с приведением себя в порядок, сразу отправилась на поиски главного рептилоида. Обнаружить его не составило труда — он о чем-то разговаривал с одним из своих людей.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ Ра, конечно же, увязался следом.

Заметив их приближение, ящер замолчал и выжидательно посмотрел на них. При этом Ирина заметила, как его взгляд мимолетно скользнул по ее телу.

— Мне нужна глина, — сказала она сразу, а потом повторила слово «глина» на языке рептилоидов. Для надежности Ирина огляделась по сторонам, постаравшись сделать вид, словно что-то ищет.

Ящер, судя по лицу, ее понял. Кивнув сородичу, он направился в сторону. Ира последовала за ним, предвкушая, что будет делать с находкой.

Для начала нужно соорудить самый простой котелок. Как раз через пару дней хворост высохнет, и она сможет обжечь свое творение. Ирина сомневалась, что такой температуры и количества огня будет достаточно, интуиция подсказывала, что процесс должен занимать в разы больше времени, а температура для обжига требуется намного выше, но выбора все равно не было. Никто не мог запретить ей пробовать.

Ящер привел их к яме, больше походившей на провал в земле. Глубокая, с практически отвесными стенками, немного жутковатая трещина на поверхности.

Спокойно спрыгнув на дно, ящер посмотрел на Ирину снизу, явно дожидаясь, когда она спустится. Он ведь не хочет, чтобы она так же просто спрыгнула? Глубина дыры была не меньше трех метров! Несложно было понять, что без травм может и не обойтись.

Шагнув назад, Ира качнула головой, давая понять, что не собирается прыгать. Ящер постоял некоторое время в растерянности, а потом легко выскочил наружу. Ира посмотрела на него с приоткрытым от удивления ртом. Как такое вообще возможно? С места, без разбега, на одной силе ног, взять и прыгнуть вверх на три с лишним метра!

Впрочем, о чем она? Видела ведь, как он убил того динозавра, который пытался ее съесть. Тогда он тоже прыгал.

Ящер не стал ждать, пока она додумает все свои мысли, он просто резко подхватил ее на руки и спрыгнул вниз вместе с ней. Сердце Иры дернулось от неожиданности. Все произошло настолько быстро, что она не успела даже осознать, как уже стояла на дне ямы.

Рептилоид сразу поставил ее на ноги и отошел. Ирине показалось, что он усиленно сдерживает желание спрятать руки за спиной.

Не зная точно, как реагировать на произошедшее, она фыркнула и подняла голову вверх. Малыш крутился на краю ямы, явно желая быть ближе к матери, но глубина ямы была слишком большой. Он недовольно порыкивал, выглядя несчастным и растерянным.

— Ра, оставайся там, — попросила Ирина, замечая, как от звука ее голоса малыш начал успокаиваться, но далеко от кромки ямы не отошел, внимательно наблюдал за каждым ее движением.

Удостоверившись, что детеныш не собирается делать глупости, Ира посмотрела на стену перед собой и, потрогав ее, отколола кусочек. Это действительно была красная глина!

Ящер что-то сказал. Она повернулась к нему с вопросительным видом. Он повторил, указывая рукой вокруг. Кажется, урок нового языка продолжался.

Ира не стала отказываться от получения новых знаний, послушно заучивая все слова, которые назвал рептилоид. А потом в голову пришла идея. И как она не подумала об этом раньше?

Захваченная мыслью, она временно отбросила глину и приблизилась к ящеру. Тот заметно напрягся, но не двинулся с места. Ира видела, как крылья его носа слегка трепещут, будто он усиленно пытается уловить какой-то запах, но в этот момент ее волновало кое-что другое.

— И-р-а, — произнесла она четко и медленно, а потом положила раскрытую руку себе на грудь. Имя Тая она не стала использовать, решив, что оно принадлежало той ушедшей девочке. — Ира, — повторила она.

Она произнесла это несколько раз, а потом направила руку на ящера, всем своим видом давая понять, чего хочет.

— Ира, — повторил он. Наверное, точно так же мог бы говорить Ра, если бы умел. «Р» в ее имени звучала как рычание рассерженного зверя, но Ирина не стала поправлять. Кивнув, она выжидательно посмотрела на него. — Джабай, — резко сказал ящер. Либо он понял все с первого раза, либо это слово означает нечто совсем иное. Кто знает, может, «джабай» — это грудь на языке рептилоидов или самоназвание их вида.

Немного подумав, Ира решила считать это слово все-таки именем. Если нет, никто ее не осудит. Потом, когда язык станет более понятен, она узнает все точно.

— Приятно познакомиться, — сказала она и улыбнулась.

Между ними разлилось молчание. Ира не знала, что еще сказать, Джабай тоже молчал, в итоге ей пришлось, откашлявшись, отойти от него и приступить к тому, чем она намеревалась заняться изначально. Правда, перед этим Ирине пришлось вспомнить, зачем она вообще оказалась в этом месте.

Глина, да, точно!

Глина — это котелок, в котором можно будет замочить золу для получения соляного раствора. Кроме того, в этом котелке можно будет что-нибудь сварить. А еще, когда будет время, можно слепить себе сковороду. Даже в это время хорошая сковородка будет очень кстати. Ни одна хозяйка не откажется от приобретения сковороды. И если тут нет магазинов, где ее можно купить, то ничего не поделаешь, придется сделать самой.

Встав перед стеной глины, Ирина сложила руки на груди и задумалась.

Итак, как все это правильно сделать? Память послушно начала выдавать строчки из статей, прочитанных когда-либо по этой теме.

Информация не была полной, так Ирина никогда особо не старалась запомнить нечто настолько бесполезное для нее в том мире. Скажите на милость, зачем среднестатистической женщине из небольшого городка, которая в любой момент могла сходить в магазин и купить все, что нужно, знать, как сделать посуду своими руками?

Конечно, есть люди, чья работа связана с этим, есть те, кто занимается лепкой как хобби, но Ира не относилась ни к первой, ни ко второй группе. Единственное, что у нее было, — это пара прочитанных статей, большую часть которых она просто пролистала в поисках нужной на тот момент информации.

Она очень надеялась, что этих знаний будет достаточно. Повезло, что она вспомнила, где взять соль в лесу. И то не факт, что этот способ сработает. Как поняла Ирина, автор статьи имел в виду обычный лес, а не тропический. Но ведь разницы нет, не так ли? Что там деревья, что тут.

Сосредоточившись, Ира прищурилась. Для того чтобы лепить посуду из глины, для начала эту глину надо подготовить. Это логично, учитывая, что в ней наверняка много различного природного мусора. Вряд ли камни будут способствовать прочности посуды.

Ирина понимала, что любое вкрапление заставит посуду потрескаться.

Подготавливать глину было не так сложно, однако на это требовалось время. Насколько Ира знала, достаточно было поместить глину в яму с водой. Более тяжелые камни оседали на дно, а наверху оставалась только сама глина, которую спустя какое-то (Ира точно не помнила, какое именно) время нужно было аккуратно вычерпать. По возможности процедуру необходимо было повторить несколько раз, чтобы получить на выходе хорошо подготовленный материал.

Даже так результат вряд ли мог быть идеальным. Некоторые люди замачивали глину на годы, но Ира не знала, зачем они это делали. Может быть, глина должна была не просто намокнуть, а как-то закваситься? Кто знает. Ждать несколько лет она точно не собиралась.

Честно говоря, у нее были проблемы даже с днями. Не стоило забывать, что отряд все еще двигался.

Наверное, это был тот момент, когда уже можно было начинать себя жалеть и опускать руки, однако Ирина отказывалась так легко сдаваться.

У нее было два варианта.

Она могла подождать с посудой и солью до места прибытия. Должны ведь они когда-нибудь остановиться? С большой долей вероятности там, куда они идут, есть еще одно, а то и несколько подходящих для ее целей залежей глины. Ящеры явно хорошо знакомы с этим даром земли, а значит, в курсе, где его еще можно отыскать. В крайнем случае можно будет просто накопать самой.

Ирина не знала точно, везде ли есть слой глины, но надеялась, что долго искать не придется.

Еще она могла уговорить рептилоидов притормозить. В конце концов, она слабая маленькая девушка, которой очень сложно передвигаться вперед такими темпами, практически без отдыха! День или два в таком мире вряд ли могут сыграть большую роль. Ира сильно сомневалась, что здесь следят за точным временем. Даже если ящеров кто-то где-то ждет, он вполне может подождать еще немного.

Хороший вариант, но как донести свою мысль до ящеров?

Покосившись на продолжавшего стоять истуканом Джабая (она все еще надеялась, что это его имя), Ира открыла рот, желая попросить отсрочки с путешествием, но в этот момент с поверхности донесся тревожный звук.

Вскинув голову, Ирина настороженно прислушалась. Практически в тот же момент все ее тело прошила холодная дрожь.

Ра!

Сначала она услышала треск, шорох листвы, потом рык, а затем голос Ра.

— Ра! — вскрикнула она, кинувшись прямо на стену. Она собиралась выбраться из этой ямы и защитить своего малыша.

Боже, какой идиоткой она была! Знала ведь, насколько опасно это место, и все равно оставила маленького одного! Это все ящеры! Спокойствие и защита расслабили ее, притупили бдительность. Из-за этого она совершенно позабыла, что они живут в опасном мире, где каждый шаг может стать последним!

Хватаясь за выступы, Ира упорно карабкалась наверх. Делала она это на удивление быстро. В более спокойном состоянии она вряд ли смогла бы повторить нечто подобное, но в тот момент ее волновала не содранная с пальцев кожа и не поломанные ногти, а безопасность существа, которое доверилось ей, которое считало ее своей матерью. Она сама себя таковой считала!

Выбравшись из ямы, Ира даже не подумала отдыхать. Она сразу подняла голову, выискивая малыша и угрожающую ему опасность. В тот момент Ирина не думала, что может не справиться с напавшим на Ра хищником. Главное — добраться, убедиться, что с детенышем все в порядке, а уж потом можно думать, как защитить своего малыша.

Первое, что увидела Ира, это спина рептилоида. Очень знакомая спина. Во время их путешествия она множество раз разглядывала Джабая со всех сторон, поэтому хорошо запомнила шрамы на его коже.

Честно говоря, когда она поняла, что малышу может угрожать опасность, Ира забыла обо всем. В том числе и о том, что ящер может очень легко вытащить ее, всего лишь прыгнув вверх. Это понимание заставило Ирину скрипнуть от злости зубами. Злилась она на себя. Запаниковала, забыла о такой отличной возможности избавить себя от потери времени. В такие моменты лишняя секунда может стать роковой.

Ее взгляд недолго держался на спине Джабая, практически сразу зацепился за лежащее у его ног тело.

Ира вскрикнула и бросилась вперед. Подбежав, упала на колени и занесла руки над лежащим малышом.

— Ра? — позвала она, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, а страх стальными тисками сдавливает грудь.

В ответ малыш открыл глаза и запищал, но даже не попытался встать.

Живой!

Облегченно выдохнув, Ирина принялась хаотично исследовать небольшое тело тирекса и очень быстро нашла причину его состояния. На боку виднелась рана от зубов.

Желудок Иры перевернулся от сострадания и беспокойства. Ох, в этот момент она очень хотела забрать эту рану себе. Пусть болит у нее, но не у малыша. Она вполне могла вытерпеть это, а маленькому такое ни к чему.

Прикрыв на короткий миг глаза, Ирина втянула носом воздух и силой воли заставила себя успокоиться. Сейчас уже нельзя было ничего изменить. В будущем она будет умнее, вспомнит, в каком мире они живут, и не будет такой беспечной. Правда, это не значит, что она перестанет винить себя в том, что произошло сегодня.

Но это потом, а сейчас нужно было срочно позаботиться о Ра.

О полном спокойствии можно было только мечтать, но Ира уже могла воспринимать реальность более адекватно, чем пару минут назад.

— Я просто посмотрю, — пообещала она, глядя в наполненные болью глаза малыша. Ирине хотелось плакать от бессилия и собственной глупости, но она отвела взгляд и снова посмотрела на рану.

При повторном осмотре стало понятно, что все не так плохо, как могло показаться на первый взгляд. Хищник, напавший на детеныша, был небольшим, и шкура Ра, ставшая за последние дни гораздо прочнее, чем при рождении, выдержала удар очень хорошо. Зверю не удалось пробить ее слишком глубоко, поэтому не хватало лишь небольшого кусочка кожи, вырванного чужими зубами.

Будто подтверждая мысли Ирины, что удача не обошла их сегодня стороной, Ра дернулся, а потом и вовсе поднялся на ноги. Видимо, до этого он лежал из-за шока, в который впал из-за нападения и боли. Ничего подобного он ранее не испытывал, поэтому его тело явно испытало сильный стресс.

— Не вставай, — потребовала Ира и аккуратно заставила малыша снова лечь. Чем больше он сейчас будет двигаться, тем сильнее пойдет кровь.

Детеныш неохотно подчинился. Лежа на земле, он выжидающе смотрел на Ирину, будто верил, что она может избавить его от ужасных ощущений в боку. Этот взгляд заставил ее снова испытать сильную вину. Вздохнув, Ира затолкала ее как можно глубже, чтобы не мешалась. Сейчас необходимо собраться, а не предаваться самобичеванию.

Успеет еще сгрызть себя, сейчас главное — Ра.

Малышу явно не нравилась своеобразная повязка на теле, которую соорудила Ирина. Он несколько раз пытался дотянуться до нее, но его шея не была достаточно гибкой для такого трюка. Когда он лег на землю и попробовал стянуть мешающий предмет с тела путем трения, Ире пришлось отчитать детеныша. Результат был, только недолгий. Вскоре она заметила, как Ра очень подозрительно бродит рядом с деревьями. Ирине не составило труда понять, что задумал ее беспокойный ребенок.

Еще недавно Ира планировала каким-нибудь образом уговорить ящеров остановиться хотя бы ненадолго, чтобы она могла подготовить глину для лепки. Они действительно остановились, вот только Ирина и думать забыла о глине. Все ее внимание было направлено на раненого малыша.

Самое интересное, что Ира не просила главного об остановке. Просто так вышло, что в тот день они никуда не пошли. И на следующее утро никто даже не подумал собираться. Рептилоиды выполняли свои обычные обязанности, время от времени поглядывая на Ирину, зорко следящую за Ра.

В итоге минуло уже четыре дня, а отряд продолжал оставаться на месте.

Джабай все это время наблюдал за Ирой.

Почему-то ему было приятно узнать ее имя. Оно оказалось очень красивым и прекрасно ложилось на язык. Было в его произнесении странное удовольствие, корней которого он не понимал.

Оно походило на победный клич, на радость от успешной охоты, на предвкушение, текущее по венам.

Когда она представилась, первой мыслью Джабая было то, что он никогда не слышал ничего подобного ранее. Такое имя не было известно их племени. Впрочем, это было неудивительно, учитывая, что и сама ящереана имела столько отличий от их вида.

А потом на мелкого смертозуба напали. Джабай сам не понял, как оказался наверху и убил копьем обидчика маленького зверя. Тот был ранен, но не смертельно. Волноваться точно было незачем.

Ящереана явно думала иначе. Она была в ужасе и сильно расстроена. Джабаю не понравилось выражение ее лица, поэтому он, сам не понимая зачем, пнул мертвого хищника, будто жалея, что убил слишком быстро, да еще и одним ударом.

Наблюдая за тем, как Ира ухаживает за смертозубом, Джабай решил, что они пока никуда не пойдут.

— Но почему? — спросил Роридак, озадаченно переводя взгляд с ящереаны на Джабая и обратно.

— Смертозуб ранен, — ответил он так, будто это должно было все объяснить.

— Добить и съесть, — предложил Юдибар. Возможно ли, что он до сих пор обижен на то, что ему сломали нос? Так ведь он давно зажил. Не дело высшему ящеру так долго таить такую мелкую обиду.

Джабай смерил Юдибара суровым взглядом, отчего тот стушевался и отступил. Остальные соплеменники тоже посмотрели на провинившегося. Им не было понятно, как он мог предложить такое. Все они прекрасно видели, как ящереана относится к маленькому смертозубу. Да и сами уже, если говорить честно, немного привыкли к мелкому. Он оказался довольно забавным. Им нравилось наблюдать, как он играет или грызет ветки. Иногда, когда очередная хворостинка оказывалась слишком строптивой и била его по носу, смертозуб смешно злился, скалясь и нападая на обидчицу словно на живое существо.

— Мы можем его понести, — внес предложение Грарас.

— Ни к чему сложности, — отмахнулся Джабай. — Мы никуда не спешим. Останемся тут на пару дней, потом пойдем дальше.

Ящеры согласились с его решением, пусть не все понимали необходимость остановки. Сам Джабай видел, как встревожена ящереана, поэтому хотел дать ей время успокоиться. Они двинутся дальше, когда самка поймет, что с ее смертозубом все хорошо.

Через день после нападения Ира снова принялась вызывать огонь. Джабай немного волновался. Не разозлится ли столь могущественное божество из-за того, что его так часто дергают?

Когда огонь затрепетал над ветками, Джабай слегка расслабился. Ничего страшного не произошло. Гроза не началась, огонь вел себя игриво и послушно, будто ему нравилось, что его призвали. Может быть, все так и есть?

Когда над поляной поплыл уже знакомый запах, соплеменники Джабая не спешили к ящереане. Те, кому удалось попробовать сожженное огнем мясо, не нашли его вкусным. Своим мнением они, конечно же, поделились с остальными.

В отличие от них Джабай не был столь категоричен.

Да, свежее мясо только что убитого зверя было привычным и вкусным. Джабай ел его с самого детства и никогда даже не думал, что с подобной пищей нужно что-то делать, не считая сушки на солнце. Племя таким образом сохраняло еду на более поздний срок. Не всегда охота заканчивалась хорошо, поэтому племени требовалась гарантия, что их не застигнет голод.

Но, несмотря на это, Джабай не нашел сожженное огнем мясо невкусным. Оно было… странным. Темные части имели необычный вкус, от которого щипало язык. Они немного горчили, но это не ощущалось неприятным, наоборот, казалось, этот привкус вызывал еще больший голод.

В общем, с таким мясом все было в точности так же, как и с самой Ирой. Вроде не то, к чему привык, некрасиво или не очень вкусно, но в то же время что-то не дает полностью отказаться и забыть.

Именно поэтому, увидев, что Ира разожгла огонь, он подошел ближе и сел напротив, выжидательно замирая.

Она что-то сказала, а потом улыбнулась. Первый раз за последние дни. Правда, ее взгляд при этом снова быстро скользнул по спокойно лежащему неподалеку смертозубу. Тот из-за ранения был менее активным, чем обычно, но умирающим точно не выглядел.

Джабаю казалось, что даже самки в племени так сильно не волновались о ящерятах. Мир был наполнен опасностями, поэтому каждый был всегда готов, что рано или поздно кого-то не станет. Ящерята не исключение. Они всегда активны, любопытны, поэтому нередко им приходится столкнуться со смертью раньше, чем они готовы к этому.

— Зачем ты сжигаешь мясо? — спросил он, решив продолжить обучение языку.

Ира забавно наморщила нос, задумчиво глядя на него. Она явно пыталась понять, что именно он сказал. Джабай и не думал раздражаться, начал показывать на предметы и называть их. Некоторые понятия ему пришлось изображать только мимикой. Например, как объяснить слово «зачем»? Вот и приходилось вопросительно смотреть.

Отвечать Ире пришлось в том же духе.

Вскоре он узнал, что мясо она сжигает потому, что для нее так вкуснее, чем свежее. Джабай не думал, что сам сможет всегда есть исключительно горелое мясо, но вполне допускал, что кому-то могло нравиться только такое.

Разговаривать с ней было интересно, и пусть им приходилось кривить лица и размахивать руками, чтобы донести свою мысль до собеседника, все равно это увлекало.

Так он узнал, что сырое мясо Ире совершенно не нравится, вызывает тошноту.

Джабай не совсем был уверен, что понял точно, но, кажется, мясо можно не только сжигать на огне. Что еще Ира собиралась с ним делать, Джабай не знал.

Она явно рассказывала о чем-то увлекательном, вот только полностью ее понять не получалось. Ящереана, понимая, что не до конца донесла свои мысли, зачем-то принялась просить его принести глины.

Джабай не стал спорить или отказываться. Ему самому было интересно, что она задумала, поэтому он быстро сходил за большим куском. Увидев количество принесенного материала, ящереана смешно округлила глаза, а потом засмеялась. Джабай замер, вслушиваясь в этот звук. Он, как и имя, звучал красиво.

Стряхнув оцепенение, он сосредоточился на ее действиях. Ира смешала глину с водой, но не стала разводить ее до жидкого состояния. Затем она руками размяла тугой комок и принялась что-то лепить.

Спустя время глина приняла странную форму, похожую на яму. Джабай с интересом оглядел необычный предмет. Он знал, что глина способна становиться податливой, если смочить ее водой, но никому из племени никогда не приходило в голову делать из нее какие-то предметы. Какой в этом смысл? Тронешь, она снова изменится.

Закончив делать странную яму вне земли, Ира принялась что-то показывать. Она с серьезным видом поставила получившийся предмет на огонь, потом принесла в листе воды, сделала вид, что наливает эту воду внутрь вещи. Затем начала «закидывать» туда же мясо и травы.

Джабай хмуро наблюдал за ее пантомимой. По отдельности он понимал, что она делает, но никак не мог понять зачем. Впрочем, в конце Ира изобразила, как ест получившуюся смесь из воды, мяса и трав и получает от этого удовольствие.

— Зачем складывать все в яму и мешать, если можно просто съесть по отдельности? — спросил он, желая разобраться полностью.

Через некоторое время он понял, что вода на огне как-то меняется, отчего вещи, сложенные в яму, тоже становятся другими. Видимо, это как с сожженным мясом.

— Так делай, — сказал он, недоумевая, почему Ира медлит. Все ведь есть.

Ящереана поняла его, это было видно по ее лицу. Она вздохнула и принялась объяснять, почему не может сделать все то, о чем сказала, прямо сейчас.

* * *

Выздоровление Ра шло семимильными шагами. Судя по всему, регенерация динозавров была на очень высоком уровне. Людям такая скорость и не снилась. По крайней мере, в прошлом мире. Здесь, как заметила Ира, раны на ее теле заживали немного быстрее, чем она помнила.

В этом месте люди явно были сильнее и выносливее, чем в ее прошлом мире. Возможно, причина крылась в иной атмосфере или в давлении, заметно выше привычного. Сложно не заметить, что воздух здесь был как будто гуще. Правда, Ира обратила на это внимание не сразу. Поначалу было не до этого. Наверное, именно такая густая консистенция воздуха и помогала громадным ящерам летать. В ином случае вряд ли они смогли бы оторваться от земли.

Ее нынешнее тело родилось в этой среде, поэтому Ирина не ощущала негативных последствий такого давления. Возможно, именно из-за него ее тело было таким сильным (в разы сильнее прошлого) и выносливым.

Как только Ра смог уверенно ходить, не ощущая слабости из-за ранения, группа двинулась дальше.

Ира больше не ощущала себя так, будто вышла на прогулку по доисторическому лесу, в котором ей нечего опасаться, ведь рядом охрана, способная защитить от чего угодно. Как показала жизнь, даже самая надежная преграда иногда имеет щели. Да и не обязаны ящеры ее защищать и уж тем более следить за сохранностью Ра.

С каждым днем общение между ней и Джабаем становилось все активнее. Он явно был очень любознательным ящером. Ему было интересно все, что она делала. И он не стеснялся задавать вопросы, хотя по какой-то причине старался не подходить слишком близко.

Обдумав этот момент, Ира решила, что другому существу просто неприятно к ней прикасаться. Такое, наверное, вполне нормально. Всё-таки они принадлежали к разным видам. Сама их природа должна была заботиться, чтобы они чувствовали отторжение друг от друга.

Ирина помнила, как Джабай спрятал руки за спиной, когда ему пришлось поднять ее. Да, после того произошло многое, но этот момент по какой-то причине все-таки врезался в память. Наверное, Ирине было немного обидно за такое отношение, но она привычно затолкала негативные эмоции как можно глубже.

С каждым днем ее понимание языка ящеров становилось лучше. Если поначалу казалось, что их язык примитивен, то вскоре она изменила свое мнение. Да, он не был таким сложным и красочным, как русский, но слов в нем хватало.

Конечно, до полного освоения еще далеко, но уже сейчас она могла задать вопрос и почти понять ответ.

Надо сказать, Джабай оказался терпеливым учителем. Он не раздражался, когда она ошибалась. Спокойно повторял одно и то же слово столько раз, сколько требовалось. Поправлял раз за разом, с энтузиазмом выстраивал предложения, помогая понять, что они означают. Озвучивал различные эмоции, охотно показывая их на себе.

Было занимательно наблюдать за тем, как он изображает, например, смех или злость. В нем явно жил превосходный актер.

— Почти пришли, — сказал он в один из вечеров, когда группа остановилась на ночлег. Ира в этот момент уже привычно сооружала шалаш для них с малышом, заметно набравшим вес за время путешествия.

— Куда мы идем? — тщательно подбирая слова, спросила Ира.

Джабай сказал что-то непонятное. Ирина переспросила. Минут через пять тщательных объяснений она поняла, что ящер имел в виду что-то вроде поселения или племени. В общем, место, где живет много других ящеров.

В принципе, она догадывалась об этом, но узнать точно оказалось несколько тревожно. Всё-таки она не рептилоид. Как племя Джабая воспримет ее? А Ра? Вдруг они испугаются его и убьют сразу, как увидят?

Эта мысль заставила Иру нахмуриться.

— Ра? — задала она короткий вопрос, всем своим видом давая понять, о чем именно тревожится.

— Я позабочусь, — ответил Джабай. Его голос звучал уверенно, но Ирина заметила легкую рябь в глубине его необычных глаз.

— Не пойдем. Снаружи. Ждать. — Ирина напряженно сжала пальцы в кулак. — Ты скажешь. Потом войдем, — спустя несколько секунд добавила она.

Джабай сжал губы. Он явно хотел поспорить, но потом, словно о чем-то вспомнив, кивнул, соглашаясь.

Ирина не знала, радоваться ей или начинать беспокоиться. Что-то ведь изменило решение Джабая. И интуиция подсказывала, что ее слова и нежелание не имеют к этому никакого отношения.

Глава 10

Что они скоро достигнут конца пути, было заметно по атмосфере в группе. Ящеры с каждым днем становились все более хмурыми и тревожными. Каждый из них старался держаться рядом с Джабаем.

Тот, в отличие от остальных, изо всех сил делал вид, что его ничего не беспокоит. Такое поведение нравилось Ирине.

— Там ждет плохое? — все-таки спросила она как-то раз. Мало ли, вдруг ей вообще не стоит идти в племя рептилоидов. Раз сами ящеры так волнуются, то ей, наверное, и вовсе надо впасть в панику.

— Нет, — Джабай выпрямился чуть сильнее, посмотрев на нее сверху вниз. Разница в росте у них была внушительной. — Они глупы. И все.

Он кивнул на своих соплеменников, которые сейчас проверяли уже виденные Ириной клетки. Откуда они вообще взялись? Ира помнила, что видела их в последний раз в лагере, когда впервые встретилась с рептилоидами. Потом клетки на глаза ей не попадались. Неужели ящеры все-таки несли их, только по какой-то причине не приносили на место стоянки? Ира сомневалась, что все дело в ней, но другого ответа у нее не было. Видимо, рептилоиды решили, что ей не понравится видеть клетки после того, как они заперли ее саму в одну из них при первой встрече.

Ира не поверила Джабаю. Пусть она и не была самым большим знатоком чужих душ, но что-то нашептывало ей, что ящеры волнуются не просто так. И волнение это не было предвкушающим. Они чего-то опасались. И эти опасения передались Ирине. Она была в ответе не только за себя, но и за малыша.

Переведя взгляд на Ра, Ира улыбнулась. В последнее время детеныш нашел себе новую забаву. В нем просыпались инстинкты охотника, поэтому он пытался поймать все, что двигалось и хотя бы отдаленно выглядело как еда. Иной раз доставалось и проходящим мимо рептилоидам, но надо отдать малышу должное — он хватал их за ноги, но старался не кусать сильно.

Поначалу ящеры не знали, как реагировать, а потом втянулись и специально давали Ра возможность поохотиться на них. При этом они каждый раз усложняли задачу, будто тренируя его действовать в различных условиях. Конечно, делалось это негласно, и вроде бы все происходило просто случайно, но Ирина видела правду.

Она была им благодарна. Эти навыки помогут Ра, если сама Ира в какой-то момент не сможет больше за ним присматривать. Как ни посмотри, а это опасный мир.

— Снаружи, — сказала она твердо, снова взглянув на Джабая.

Ящер некоторое время смотрел на нее, а потом все-таки кивнул, соглашаясь.

После этого их общение стало несколько натянутым. Он явно не обрадовался, что она не доверяет его слову. Ирина сожалела, что ущемила его гордость, но не собиралась отступать. Лучше так, чем потом сокрушаться. Если остальных что-то беспокоит настолько сильно, то ей самой лучше поберечься.

Постепенно Ирина начала замечать, что пустые ранее клетки стали заполняться мелкими динозаврами. Судя по всему, ящеры не хотели возвращаться домой без добычи.

Ире даже стало интересно, что они делали так далеко от своего племени. Ходили за мясом? Не смешно! Их отряд был в нескольких неделях пути от дома. Чтобы найти парочку динозавров, не обязательно было уходить в такую даль. Единственный ответ, который Ирина смогла придумать, — это исследование новой территории.

В конце концов однажды Джабай остановился.

— Здесь, — произнес он, глядя на Ирину. — Будешь тут. Роридак, останешься с ней.

Некоторые ящеры посмотрели с пониманием, но ничего не сказали.

Роридак, не споря, отошел от группы и встал рядом с Ирой.

— Туда, — указал он в сторону. — Река. Укрытие есть.

Ирина кивнула и последовала за ящером. Ра мало волновало, что отряд разделился. Он спокойно посеменил за Ириной, поглядывая по сторонам в поисках зазевавшейся добычи.

Перед тем как скрыться в густых зарослях, Ира обернулась. Ее взгляд тут же встретился с глазами Джабая. Он смотрел на нее так, словно до сих пор сомневался в правильности принятого решения. Спустя несколько секунд он отрывисто кивнул и отвернулся, последовав за соплеменниками.

Сердце Ирины сжалось от дурного предчувствия. Она дернулась вперед, вытягивая руку, будто хотела удержать ящера, но в последний момент затормозила. Глупость какая! Что с ним может случиться? Они вернулись в свое племя. Там их люди (вернее, рептилоиды). Матери, отцы, сестры, братья… Жены, в конце концов. Дети. Все они ждали возвращения отряда, поэтому не стоит беспокоиться.

Верно ведь?

Джабай шагал вперед уверенно, стараясь не показывать никому нервозности, бушевавшей внутри. Ему не хотелось возвращаться в племя. Именно поэтому их «охота» затянулась так надолго. В нем жила надежда, что за время путешествия ему удастся понять, как поступить, но вот он снова здесь, а решение так и не найдено.

Их, конечно же, быстро заметили. Из ближайших кустов навстречу шагнул один из преданных отцу Джабая воинов.

— О, ты вернулся, — произнес Жардис. Он даже не пытался добавить в голос радость. Всем было отчетливо заметно его разочарование.

— Рад, что ты все еще жив, — поздоровался Джабай аналогичным образом. Только глухой не услышал бы в его голосе насмешки.

Жардис оскалил клыки, но в бой не бросился. Спустя пару мгновений его поза стала расслабленной, а лицо приобрело отталкивающее выражение. Джабай мысленно поморщился. Раньше, когда он был еще молод, его всегда удивляло желание отца окружать себя исключительно неприятными ящерами. Это потом, когда он вырос и стал лучше понимать характеры соплеменников, причина такого положения открылась ему.

— Отец здоров? — вежливо спросил он, еще больше укрепляясь в желании оставить племя.

— Вождь пребывает в прекрасном здравии, — Жардис насмешливо глянул на него, но Джабай отказывался хоть как-то реагировать на провокации. Вместо этого он отрывисто кивнул и прошел мимо воина, не удостоив его больше ни единым взглядом.

Выйдя из-под защиты деревьев, группа оказалась на открытой поляне, которую племя использовало для стоянки. Прямо за ней была пещера, где более слабые члены пережидали непогоду. Раньше племя всегда перемещалось, но потом отец Джабая нашел это место, и оно ему понравилось.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ Всем было понятно, что вождь планирует остаться здесь если не навсегда, то очень надолго. Хотя ничего особо не изменилось. Соплеменники занимались своими обычными делами. Ящеры проверяли копья, следили, чтобы ни один хищник не подобрался незамеченным, ели, спали или отдыхали. Ящереаны присматривали за ящерятами, разбирали мясо, выделывали шкуры на одежду, ели, спали.

Джабай не понимал, почему отец не желает, чтобы племя двигалось. Кочевой образ жизни казался Джабаю более удобным. Когда племя стояло на месте, окружающая среда постепенно истощалась. Низшие ящеры, чувствуя угрозу, покидали опасный район. Из-за этого охотникам приходилось уходить от своих семей все дальше.

С одной стороны, было ясно, что отец не просто так держит племя на одном месте, с другой стороны, Джабай прекрасно осознавал, что при новом образе жизни менять нужно не только что-то одно, но и все остальное. Клетки для удерживания низших ящеров были первым шагом, но этого было очень и очень мало. Если так пойдет дальше, то племени придется тронуться с места.

Некоторые ящереаны заметили, что их партнеры вернулись, отчего в лагере поднялся шум. Ящерята тоже бросились к вернувшимся охотникам, приветствуя отцов.

Понаблюдав за радостью соплеменников, Джабай сжал губы и направился к месту, где обычно отдыхал отец.

Даже издалека было видно, как удобно устроился вождь племени. Он лежал на шкуре какого-то пушистого зверя, увлеченно поедая большой кусок мяса. За трапезой он не замечал ничего, включая и сына.

Джабай некоторое время смотрел, как вождь ест, а потом решил дать о себе знать.

— Отец, — позвал он, привлекая к себе внимание.

Верховный ящер вскинул голову и лениво посмотрел на Джабая.

— Ты долго, — упрекнул он сына.

Не было никакой надежды на то, что отец проявит беспокойство о причине задержки отряда. Джабай хорошо знал, что вождю безразличны обстоятельства.

— Мы заполнили клетки.

— Это не должно было занять у вас так много времени, — в голосе вождя послышалось подозрение и недовольство.

Джабаю резко расхотелось рассказывать отцу про найденную ящереану. Внутри все восставало против этого. Поначалу Джабай думал, что ящереана может заинтересовать родителя так же, как заинтересовала его самого. Она ведь интересная, разве кто-то может устоять и не понаблюдать за ней чуть дольше? Но сейчас, глядя на вытирающего с подбородка мясной сок отца, Джабай начал утрачивать первоначальную уверенность. И все-таки он не верил, что может произойти что-то плохое.

Он не успел ничего сказать в свою защиту — позади послышался шум.

— Вождь! — услышал он голос Жардиса. — Посмотри, что я нашел!

Сердце Джабая ухнуло вниз. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, о чем, вернее, о ком идет речь.

Резко повернувшись, он увидел, как Жардис толкает перед собой Иру. Она выглядела испуганной и рассерженной. Оглядев пространство вокруг, Джабай не увидел смертозуба, но, судя по тому, что ящереана не была убита горем, можно было предположить, что Ра спрятался до того, как их обнаружили.

Роридака тоже не было видно.

Заметив приближающегося подчиненного с кем-то странным, вождь приподнялся, явно заинтересовавшись находкой.

— Что это? — спросил он, поднимаясь на ноги.

— Она со мной, — поспешил сказать Джабай. Он стремительно приблизился к паре и встал между Ирой и Жардисом, взглядом заставив того опустить копье и отойти.

— С тобой? — вождь выглядел удивленным и сбитым с толку. — Ты привел это в качестве мяса?

— Что? — Джабай на секунду потерял дар речи. — Нет! Отец, она разумна!

— Она? — взгляд вождя стал еще более заинтересованным. — Это самка?

Подойдя к ним, вождь без лишних церемоний сдернул с Иры шкуру, прикрывавшую ее ниже талии, и с отвращением оглядел пучок волос.

— Омерзительно, — прокомментировал он.

Ира что-то сказала, а потом сделала шаг вперед и вырвала из рук отца Джабая свою одежду, сразу торопливо прикрывшись.

— И зачем тебе… это? — спросил вождь. После этих слов он подошел ближе и без предупреждения положил когтистую руку на один из холмов на груди Иры. Судя по ее болезненному вскрику, сжал он слишком сильно.

Джабай не смог этого стерпеть. Он резко оттолкнул отца и завел Иру себе за спину.

— Зачем ты это сделал? — спросил он, желая убедиться, что ящереана цела, но инстинкт воина не позволил отвести взгляд от сильного противника. Джабай не был уверен, когда собственный отец превратился в противника, но анализировать времени не было.

Вместо ответа вождь поднял руку, внимательно осмотрел когти, а потом слизнул капельку крови. Задумчиво подняв взгляд, он посмаковал вкус и довольно кивнул.

— Вкусно. Для начала с нее нужно смыть всю грязь, чтобы не скрипела у меня на зубах.

Вся сущность Джабая перевернулась и встала на дыбы. Он не мог поверить, что слышит подобное от отца. Да, Джабай знал, что вождь может пойти на некоторые жертвы ради того, чтобы племя жило лучше. Собственно, это и стало проблемой, подтолкнувшей Джабая к размышлениям о будущем. Но все равно ему с трудом верилось, что кто-то может вот так просто съесть разумное существо.

— Она разумна! — еще раз произнес он, надеясь достучаться до рассудка отца.

— Не вижу проблемы, — вождь пожал плечами. — Она не нашего вида. Значит, я могу съесть ее.

— Разве тебе не интересно, кто она такая, откуда, где ее племя? — чем дальше Джабай говорил, тем больше поражался тому, насколько отец стал другим. Или он сам просто не замечал этого раньше?

Его слова заставили вождя задуматься. Желание попробовать новую еду отошло на второй план. Он не мог не согласиться с доводами сына. Нужно было для начала узнать, где водятся такие мягкотелые существа.

Одного взгляда на странную самку хватило, чтобы понять — эти существа совершенно беззащитны. Нет ни когтей, ни клыков, да и кожа оказалась тонкой и непрочной. Небольшого нажатия хватило, чтобы оставить порезы. Эти существа могут в будущем стать отличным кормом для его племени. Да, они разумны, но при этом невообразимо уродливы, поэтому другие ящеры вряд ли станут испытывать к ним жалость или сочувствие. Очень удобно.

Может быть, их даже можно будет содержать в клетках. Низшие ящеры, даже самые маленькие, все еще были довольно сильны, поэтому часто ломали прутья или выгрызали в них дыры и скрывались в лесу. А такие создания вряд ли способны на нечто подобное.

Да, очень удачная мысль. Будет еще лучше, если они окажутся плодовитыми. Тогда можно будет не убивать их сразу, дождаться потомства, а уж потом резать.

— Как быстро вырастает ваш вид? — задал вождь интересующий его вопрос. Хорошо, если эти существа растут быстро. Если нет… Ну, тогда придется что-нибудь придумать.

Джабай мог выдохнуть, но не стал этого делать. Ему было понятно, что ничего хорошего Иру не ждет.

Он должен был решить. Прямо сейчас. Откладывать больше не было причин.

— Я вызываю тебя на бой! — выпрямившись, четко произнес Джабай, глядя отцу в глаза.

Раньше отец был для Джабая неоспоримым авторитетом. Он считал его лучшим ящером. Сильный, справедливый, на него хотелось равняться, его уважение хотелось заслужить. Именно эти желания толкали Джабая вперед. Он занимался с копьем каждый день, отрабатывая удары до мозолей на ладонях. Он бегал дольше и дальше остальных, со временем научился без труда взбираться куда угодно, будь это скала или высокое дерево. Сила его удара становилась все внушительнее.

При этом Джабай старался не забывать о своих моральных качествах. Он, подражая отцу, внимательно отслеживал любую проблему и пытался найти самое оптимальное решение, которое принесло бы пользу всему племени.

Однако чем взрослее становился Джабай, тем отчетливее он видел, что образ отца, нарисованный в его голове, не соответствует действительности. Он возвел родителя на высокую гору, забывая, что издалека мелочей не видно.

Постепенно стало понятно, что отец вовсе не такой, каким виделся в детстве.

И Джабай растерялся. Он не знал, что делать.

Отец был вождем. Он преследовал только одну цель — благополучие всего племени. И на пути к этой цели он не собирался останавливаться ни перед чем. Его не волновали беды и чаяния отдельных представителей его народа, главное, чтобы все племя могло существовать без проблем.

И однажды отец решил, что слабые члены группы тянут все племя назад. К этой категории он относил самых старых ящеров, тех, кто был сильно ранен на охоте, не сумев потом оправиться, и тех, кто от природы обладал более слабым телом.

Вождь считал, что эти ящеры не могут передвигаться с той же скоростью, что остальные, и заметно замедляют все племя. Кроме того, такие члены часто становятся легкой добычей хищников, порой подвергая опасности более ценных соплеменников, которые пытаются защитить их и в итоге погибают в бою. На них приходится тратить еду, которая может пригодиться тем, кто приносит в разы больше пользы.

Пока все это не было озвучено для других, но Джабай, как сын и преемник вождя, знал подробности.

С одной стороны, Джабай понимал, что отец заботится обо всем племени. Он хочет, чтобы оно было сильным, а слабые члены действительно часто становились проблемой и в долгосрочной перспективе могли угрожать общему выживанию, ведь от рожденных со слабым телом часто рождаются ящерята с различными заболеваниями.

С другой стороны, каждый из соплеменников обладал личностью, и Джабаю казалось несправедливым, что кто-то должен умереть лишь потому, что от природы ему досталось менее приспособленное для выживания тело.

Это была дилемма, которую Джабай никак не мог решить. Он сочувствовал более слабым и хотел найти выход, который позволил бы всем жить в мире.

Кроме того, у него и в мыслях не было бросить вызов отцу, поэтому он подумывал просто уйти из племени, забрав с собой всех, кто так или иначе не вписывался в стандарты его родителя.

Долгие походы стали привычным делом. Джабай искал место, хотя не до конца был уверен, что воплотит задуманное в реальность. Он колебался. Мир вокруг действительно был жестоким, так, может быть, вождь прав и те, кто слаб, не имеют права жить? Каждый раз, когда эта мысль посещала его, все внутри Джабая восставало.

Он сразу вспоминал ящеренка, рожденного с вывернутой ножкой. Малыш с трудом мог ходить, но его мать, несмотря на это, безумно его любила, не замечая проблемы. А как быть с Додголом? Самый старый из ящеров едва мог прожевать мясо, но все ящерята в племени обожали его интересные рассказы. Он учил их многим вещам, помогал понять мир вокруг. В детстве Джабай любил Додгола не меньше, чем собственного отца. Джабай вырос, а Додгол все еще жив и по-прежнему учит следующее поколение ящерят многим ценным вещам.

Отец Джабая был умным вождем. Он не собирался решать проблему слабых членов кардинально. Джабай знал, как все будет происходить. Сначала случится какая-нибудь мелочь, а спустя время племя само решит, что от тех, кто тянет на дно, нужно избавиться.

Эта способность вождя вызывала в Джабае одновременно зависть и негодование. Он сам был более прямолинеен, поэтому его натуре такая хитрость и подлость были противны. Но он готов был признать, что подобное умение очень полезно для управления племенем.

Желание отца съесть Иру стало последней каплей, которая помогла ему принять решение.

Он победит отца на поединке, а потом предложит тем, кто захочет, уйти вместе с ним из племени.

Джабай мог убить родителя и встать во главе племени, но он не собирался этого делать. Вопреки всему, его отец был почитаем многими ящерами, поэтому они могут не принять над собой того, кого не желают видеть вождем. Это вызовет множество проблем, вплоть до внутренней войны. Джабаю не хотелось смерти кого-то из соплеменников.

Поэтому он решил победить и уйти, забрав с собой своих ящеров. Тех, кто хочет стоять с ним рядом. Тех, кто не ударит в спину только потому, что не рад новому лидеру.

— Ты бросаешь мне вызов? — удивленно спросил вождь. Его взгляд изменился практически мгновенно. Если только что в нем можно было заметить тепло по отношению к сыну, то теперь вождь смотрел на Джабая с холодом и безразличием.

Этот взгляд ранил Джабая, но вместо того, чтобы отступить, он кивнул, сильнее сжимая копье в руке.

— Да, отец, я вызываю тебя на бой.

— Не называй меня отцом, мелкое отродье, — рыкнул вождь и без предупреждения бросился вперед.

* * *

Ирина знала язык достаточно, чтобы понять: ничего хорошего их не ждет. Да и как не понять, когда все вокруг кричало об опасности.

Немного нервно дернув плечом, Ира мельком глянула в сторону леса и замерла, задержав дыхание. Ра, высунув мордочку из-за куста, тревожно смотрел на нее.

Ирина огляделась по сторонам и убедилась, что все сконцентрировали внимание на Джабае и другом ящере, явно обладавшем властью в этом месте. Ирина сузила глаза и дернула пальцами, давая Ра знак снова скрыться в лесу. Она будто услышала, как малыш скулит от нежелания. Надо было отдать ему должное: маленький тирекс четко улавливал настроение толпы и грозящую ему опасность.

Когда они с выделенным для охраны ящером отошли немного вглубь леса, на них кто-то напал. Ира была уверена, что прежде не видела этого рептилоида.

Быстро сориентировавшись, она кинулась в лес. Ра последовал за ней. Нести его она больше не могла, но этого и не требовалось. Он уже мог бежать сам, пусть и не так быстро, как хотелось бы.

Неудивительно, что их нагнали, но перед этим Ира приказала Ра спрятаться в кустах. Она не была уверена, что именно подействовало, но детеныш юркнул в густые заросли и затих. Практически сразу после этого на Иру налетел напавший на них рептилоид.

Ее привели в поселение. После краткого и не самого приятного знакомства с вождем племени, как подозревала Ирина, все вокруг взорвалось безумием.

Оттеснив ее назад, Джабай обменялся с ящером парой резких слов, а потом вождь, что-то рыкнув, кинулся вперед, занося руку для удара.

Ира рефлекторно дернулась назад. Никто ее не держал и не обращал на нее внимания, поэтому она поспешила отойти подальше. Раньше, в далекой молодости, пару раз она оказывалась рядом с дерущимися людьми. С того времени Ирина хорошо запомнила, что в такие моменты лучше как можно скорее оказаться на разумном расстоянии от конфликта, иначе есть риск получить травму.

Постепенно вокруг дерущихся собралось все племя. Ирина кое-как могла рассмотреть, как удары сыпались один за другим. Когти, и так огромные, как ей казалось, стали еще больше. Мощные тела двигались быстро, как машины смерти. Оба ящера были похожи на гибкие хлысты. Оба высокие, жилистые, невообразимо сильные и устрашающие.

Ирина замерла в неуверенности. Что делать? Уйти? А Джабай? За время их путешествия они сдружились, поэтому казалось предательством вот так оставить его.

А вдруг он проиграет? Тогда ей не стоит ждать ничего хорошего. Ее совершенно точно убьют. Ра вряд ли после этого ждет судьба лучше. Вероятнее всего, его тоже очень быстро поймают и съедят.

Был шанс, что Джабай выиграет бой. Что это могло им дать? Если так подумать, в таких случаях племя должно перейти под руку победителя. Право сильного. Тогда она могла бы не волноваться за свою жизнь.

Это если Джабая не ранят смертельно. Тогда другой ящер легко может его добить. Нечестно? Но кого это волнует в подобном диком обществе?

По всему выходило, что Ирине разумнее всего уйти прямо сейчас, пока все заняты и не обращают на нее внимания, ведь шанс проигрыша Джабая был очень высок. Наверное, ей все-таки не стоило так рисковать.

Сделав неуверенный шаг назад, Ира остановилась. Из-за столпившихся ящеров она не видела боя, но по звукам могла понять, насколько ожесточенной была схватка. Драка приводила рептилоидов в восторг. Все что-то выкрикивали, трясли руками и дергались. В общем, вели себя как самые заядлые болельщики.

Ирина волновалась за Джабая. Ей не хотелось уходить, но ситуация была слишком опасной для нее. Кто-то сказал бы, что она должна верить в друга, но Ира трезво смотрела на мир и вполне могла просчитать последствия его возможного проигрыша.

В этот момент кто-то схватил ее за локоть. Едва сумев подавить вскрик, Ира резко повернулась. Это был один из ящеров отряда Джабая. За время совместного путешествия она немного привыкла к ним и начала различать. Как оказалось, рептилоиды не были одинаковыми. Они различались очень многим: расцветкой, рисунком на коже, длиной волос, ростом, рельефом мышц, чертами лица. Все как у людей. Просто с первого взгляда это было не так заметно.

Это был Балиад. Как поняла Ирина, у него было крайне острое зрение и прекрасная наблюдательность, поэтому обычно именно его отправляли на разведку.

— Где Роридак? — то и дело поглядывая с тревогой на толпу, резко спросил он.

— Не знаю, — на языке рептилоидов ответила Ирина. — Напали. Мы ушли. Быстро. Не видела.

Балиад отрывисто кивнул, а потом, ничего больше не говоря, потащил Иру в сторону леса.

— Подожди, — запротестовала она. И пусть мгновение назад у нее самой были мысли уйти как можно скорее, сейчас, когда ящер вел ее прочь от драки, она вдруг ощутила, что не хочет уходить, не узнав судьбу Джабая. — Джабай. Остаться.

— Нет, — Балиад бросил на нее короткий взгляд, но не остановился. — Опасно. Он победит. Тогда вернемся.

Ирина перестала сопротивляться. Спотыкаясь, она оглянулась назад.

Он победит. Он обязательно победит.

Роридака они нашли довольно быстро. Сама Ирина не помнила дорогу, но, судя по всему, ящеры отлично ориентировались благодаря своему нюху.

Увидев лежащее на земле тело, Балиад быстро подошел к нему и присел рядом, проверяя, жив ли товарищ. Вскоре послышался облегченный выдох.

Ира подошла ближе, с колотящимся сердцем рассматривая рану на боку ящера. Из-за крови нельзя было понять, что стало причиной ранения, но можно было предположить, что копье. От когтей остались бы другие следы.

Оглянувшись по сторонам, Ира сразу поняла, что схватка была короткой. Наверное, в проигрыше сыграла роль неожиданность нападения. Учитывая, насколько у ящеров хороший слух и нюх, удивительно, как врагу удалось подобраться незамеченным так близко. Да и зачем? Разве они не из одного племени? Впрочем, учитывая, что Джабай сейчас сражается с вождем, выходит, здесь и раньше было не все так просто.

Их внимание привлек шум неподалеку. Ирина вздрогнула, резко обернувшись, но сразу успокоилась, когда увидела Ра.

— Молодец, — похвалила она его. Присев на корточки, Ира погладила малыша по голове и коротко обняла. Ее затопило облегчение. Конечно, это еще не конец, но пока они все живы и здоровы.

Скосив взгляд на лежащего без сознания Роридака, она вздохнула.

Почти все.

Заметив, как Балиад пытается приложить к ране кусок грязи, Ира решила вмешаться. Она просто не могла смотреть на такое варварство.

Отпустив Ра, она поднялась и подошла к ящерам, один из которых сейчас явно пытался добить соплеменника.

— Подожди, — попросила она. — Дай я. Надо лекарство. Не грязь. Вред.

Балиад посмотрел на нее с некоторым сомнением, а потом все-таки уступил место.

Найти нужную траву не составило труда. Она росла тут как сорняк, практически везде. Вода тоже вскоре была найдена. К сожалению, ее оказалось не так много (листья растения, в котором Ира нашла воду, были не очень большими), но даже это уже было хорошо.

Обработав рану, Ирина с некоторым сомнением посмотрела на Роридака. Вряд ли рептилоид выживет с такой глубокой раной. Неудивительно, что он потерял сознание. Видимо, копье вонзилось так глубоко, что болевой шок отключил сознание.

Ира не была врачом, но даже она могла сказать, что в таком месте от подобных ран должны умирать. Шанс развития инфекции был очень высок. Вряд ли ящер дезинфицировал свое оружие перед ударом.

Рядом снова послышался шум. Балиад напряженно сжал копье, но вскоре стало понятно, что это всего лишь члены отряда. Они были не одни. С ними шли незнакомые Ирине ящеры.

Один из них, увидев Роридака, бросился вперед. Упав на колени, он осторожно прикоснулся к лицу раненого ящера, а потом подозрительно втянул носом воздух. Плачет?

Присмотревшись внимательнее, Ира поняла, что это вовсе не он, а она. Да, это была женская особь рептилоидов. Отличить от мужчины ее оказалось не так трудно, хотя никаких особых признаков не было.

Речь о груди.

Она отсутствовала.

Но в остальном, если присмотреться, становилось понятно, что это женщина. Более низкий рост. Слабо развитая мускулатура, хотя намного лучше, чем у самой Ирины. Плавные движения. Явная женственность лица и фигуры.

С отрядом Джабая пришли не только женщины, но и дети. Кроме того, Ирина заметила несколько более старых рептилоидов. Еще несколько были покалеченными. Не заметить этого было сложно.

Внимательно осматривая одного ящера за другим, Ира подметила одну общую черту. Все они были жилистыми. Не было ни одной хотя бы умеренно полной особи.

В племени Таи тоже не было толстых, но несколько женщин обладали чуть более пышной фигурой, чем остальные. А у многих мужчин в возрасте (этого времени) имелся небольшой, выпирающий вперед живот.

Поначалу все внимание ящеров было направлено на Роридака, но потом кто-то из детей заметил Ра. Сначала поднялся крик. Малыши явно испугались маленького динозавра. Взрослые ящеры как один напряглись и обратили на Ра более пристальное внимание. Мужчины вскинули копья, явно желая поразить наглеца, подобравшегося так близко.

Ира едва успела встать перед Ра, закрывая его собой. Одно из копий ударилось в землю прямо перед ней. Видимо, ящер в последний момент успел отклонить удар, но не смог полностью остановиться.

Ирина прикрыла глаза от прошившего тело страха. Когда она бросалась вперед, то не задумывалась о последствиях, действовала инстинктивно.

Содрогаясь от острого переживания, она кое-как обратила внимание, что среди ящеров поднялся крик. Те, кто путешествовал вместе с ней, очень быстро пытались объяснить остальным, что все в порядке и никого убивать не надо.

Когда атмосфера перестала быть такой напряженной, Ирина облегченно выдохнула.

Пока все в порядке.

Глава 11

Уклонившись от одного удара, Джабай попал под другой. Бок обожгла жгучая боль. Стиснув зубы, он не позволил вырваться изо рта ни единому звуку. Тем более он не мог рассчитывать на передышку. Отец явно решил, что ему не нужен такой недостойный сын. Судя по силе ударов и их скорости, он и не думал сдерживаться.

Джабай все еще не мог до конца поверить, что все вылилось именно в это.

Получив новую рану, на этот раз в руку, он выбросил из головы лишние мысли и полностью сосредоточился на бое. Было понятно, что отец не собирается его щадить. Раз так, Джабаю следует оставить прошлое позади.

Перестав уклоняться, он сам нанес удар, пришедшийся вождю в плечо. Джабай внутренне поежился. Ему было некомфортно сражаться с отцом, но он отчетливо осознавал необходимость происходящего.

Вождь мощным прыжком отскочил назад. Некоторое время он смотрел на Джабая, дышащего чуть тяжелее, чем до начала боя, потом медленно перевел взгляд на кровоточащее плечо.

Практически сразу послышался разъяренный рык. Джабай успел лишь моргнуть, когда отец оказался рядом. Молодой ящер сам не понял как, но ему удалось уклониться от удара. Если бы он не отреагировал вовремя, его голова покинула бы отведенное природой место.

Чем дольше длилось сражение, тем выше становилась скорость. Джабай чувствовал, как все внутри него горит. Тело гудело и ощущалось одним пульсирующим сгустком. Он едва осознавал реальность. Все его внимание было направлено только на ящера напротив.

Постепенно тела обоих все больше покрывались порезами. Вождь был сильнее, но Джабай обладал большей выносливостью и изворотливостью. Он удачно избегал практически всех ударов отца, но если это не удавалось, то на его теле моментально появлялись глубокие раны.

Было понятно, что нужен план. Джабай не хотел убивать родителя. Почему-то это казалось совершенно неправильным, хотя он и догадывался, что живой вождь может доставить множество проблем в будущем. Вряд ли отец будет благодарен, если проиграет. Это может пошатнуть его положение как вождя племени. Другие ящеры увидят эту уязвимость и захотят бросить вызов.

Вождь, конечно, поставит их на место, но злобу на сына затаит. В таком случае Джабаю придется уходить очень далеко, чтобы отец до него не дотянулся.

Ко всему прочему, проигрыш для вождя унизителен. Даже если отец и захочет оставить Джабая в покое, соплеменники не поймут его, сочтут это слабостью. И опять вождю придется отражать все больше вызовов, пока на одном из них его не убьют.

Джабай не знал, что делать. Ни один из вариантов ему не нравился. Убивать родителя не хотелось, но и победа над ним сулила будущие проблемы, как ему самому, так и отцу.

Спустя некоторое время Джабаю пришлось признать, что выбора все равно нет. Сейчас, в этот момент времени, в разгаре боя он не мог повернуть все назад. А значит, ему нужно было воплотить один из вариантов в жизнь.

Все решил случай. Точнее, один из ящеров, который решил повести нечестную игру.

Джабай к тому моменту ощущал усталость и слабость, но отказывался проигрывать. Вождь тоже выглядел изрядно помятым. Это замедлило его, но не остановило.

Возможно, Жардис решил, что этот момент подходит лучше всего, чтобы избавиться сначала от одного, а потом от другого соперника. Звание вождя могло смутить многие умы. Впрочем, конкретно этот ящер никогда не нравился Джабаю. И это было взаимное чувство.

Уклоняясь от очередного удара, он случайно заметил, что Жардис стоит слишком близко. В другой момент это не показалось бы странным. Жардис любил бои и всегда старался быть в первых рядах. Но в этот раз в его руке было копье, и оно было направлено прямо на Джабая. Не было никаких сомнений, что от смерти Джабая отделяет несколько мгновений. Было случайностью, что он повернулся к Жардису, чтобы увидеть атаку. В ином случае копье прилетело бы ему в спину.

Джабай рефлекторно дернулся, уходя из-под удара. Копье пролетело мимо. В тот же момент его сердце сжалось от страха, буквально закровоточив от пронзившей Джабая мысли. Короткий сдавленный крик сзади подтвердил его догадку.

Резко обернувшись, он увидел, как его отец оседает на землю, пораженный копьем своего воина прямо в грудь. Удар оказался удачным. Свет жизни моментально ускользнул из глаз вождя.

Джабай резко выдохнул, а потом повернулся в сторону Жардиса. По лицу ящера можно было увидеть, что он не ожидал такого результата, но и против ничего не имел.

Заметив направленный на него взгляд, он дерзко улыбнулся. Джабай не стал размениваться на слова, просто прыгнул вперед, в одно мгновение оказавшись рядом с Жардисом.

Следующее, что он помнил, это как его когти разрезают горло убийце его отца. Ящер отшатнулся, но было уже поздно. Из ран хлынула кровь. Жардис схватился за горло руками и захрипел.

Вскоре он рухнул на землю. Ящеры, пораженные развитием событий, отхлынули назад, глядя на умирающего Жардиса с недоумением и страхом.

Где-то неподалеку послышался горестный вой. Оторвав взгляд от мертвого ящера, Джабай увидел молодую ящереану. Вырвавшись из толпы, она рухнула рядом с телом и трепетно прикоснулась к его лицу.

Джабай ощутил легкий укол. Даже у тех, кто вмешивается в чужой бой, нападая со спины, есть любящие их ящеры. Их боль можно было понять, но изменить что-либо Джабай не мог. В конце концов, Жардис сам выбрал свою судьбу. Одно неверное решение стоило ему жизни.

Прекратив плакать, ящереана вскинула голову и с ненавистью посмотрела на Джабая. Он напрягся. Поднимать руку на самку ему совсем не хотелось.

— Ты!.. — взревела она, а потом выпрямилась и кинулась на него, целясь когтями в лицо.

Джабай отшатнулся, ощущая растерянность. Одно дело сражаться с вождем или с любым другим ящером, и совсем другое — причинять боль одной из ящереан.

От решения этого вопроса его спасли соплеменники. Те, с которыми он недавно вернулся из похода. Они окружили обезумевшую от горя ящереану и оттеснили ее от Джабая. Он вздохнул с облегчением. То, что у нее отняли доступ к убийце возлюбленного, не заставило ящереану замолчать. Наоборот, казалось, она начала кричать еще сильнее, кусая и царапая ящера, удерживающего ее подальше.

Вздохнув, Джабай поморщился от боли. Вся верхняя часть тела была покрыта разной глубины ранами. Некоторые до сих пор кровоточили.

Окинув потерянную толпу взглядом, он и сам на несколько мгновений ощутил замешательство. И что теперь делать? Он собирался бросить вызов отцу, победить, а потом спокойно уйти. Но все пошло не так, как он планировал.

Повернувшись, Джабай взглянул на отца. Вокруг тела уже суетились ящереаны — жены вождя. Ни одна из них не выглядела убитой горем, но, судя по лицам, они были расстроены. Кроме того, все они то и дело бросали на Джабая различного рода взгляды.

Некоторые из ящереан были злы, другие смотрели как-то оценивающе, расчетливо. Ему не нравилось происходящее, поэтому он решил отойти.

— И что дальше? — громко спросил один из ящеров, остановив Джабая этим выкриком.

— Что дальше? — переспросил он, не совсем понимая, о чем его спрашивают.

— Кто будет вождем? Ты?

После этого вопроса толпа замолчала, а потом ящеры снова принялись переговариваться. Кто-то недоумевал, не понимая, почему возник такой вопрос. Ясно ведь, что победитель должен стать вождем. Другие высказывались против, ведь вождя убил не Джабай, а Жардис, пусть и случайно. Значит, бой нельзя было считать полностью честным.

Первые на этот довод возражали, ведь Джабай убил самого Жардиса. Из этого выходило, что именно он становился единственным победителем. Но вторым не нравилось такое объяснение. Они утверждали, что второй «бой» был проведен не по правилам. Все произошло слишком внезапно, намерения не были озвучены, соперники не имели шанса подготовиться к схватке.

Спор становился все накаленнее. Джабай и сам не знал, на чью сторону встать. Вождем этого племени он быть не хотел. Многие ящеры здесь ему никогда не нравились. Они поддерживали отца и полностью разделяли его мнение, в то время как сам Джабай имел другие взгляды на жизнь. Ему не хотелось, встав во главе, каждый день бороться с настроенными против него.

С другой стороны, он был жив в отличие от его соперников. Разве важно, что привело их к смерти, если они теперь мертвы, а он нет? Конечно, сам он уважал правила боя, но в этом конкретном случае Джабай не желал брать на себя ответственность за срыв поединка, превратившегося непонятно во что.

Моргнув, он вспомнил кое о чем важном. Как только эта мысль посетила его голову, он сразу принялся высматривать Иру в толпе, чтобы убедиться, что ей никто не причинил вреда в этой суматохе.

Нигде не находя ее, он слегка запаниковал. Его взгляд становился все холоднее, а тело напряженнее.

— Где она? — резко спросил он стоящего рядом ящера из его отряда.

Тот сразу понял.

— В лесу неподалеку. Вместе с ней наши ящеры.

Джабай облегченно выдохнул. Он был благодарен друзьям за то, что они увели ящереану подальше от боя. В такие моменты всегда можно ожидать какую-нибудь неприятность.

— Мы решим все позже! — крикнул он в толпу, а потом развернулся и поспешил в лес.

Ему хотелось самому убедиться, что с Ирой все хорошо.

Прежде чем нырнуть вглубь леса, Джабай последний раз взглянул на тело отца и ощутил, как в душе ворочается горечь. Отведя взгляд от погибшего вождя, он сжал губы и поспешил прочь.

Заметив Джабая, Ирина облегченно выдохнула. Она, конечно, верила в его силу, но мало ли что могло случиться во время драки.

Окинув ящера испытующим взглядом, она поджала губы и поспешила к нему.

— Твои раны, — произнесла Ира, оглядывая многочисленные повреждения. Она не понимала, как живое существо может вообще ходить с такими глубокими и рваными порезами. Она была уверена, что все эти увечья причиняют сильную боль при каждом движении. — Лечить.

Джабай взглянул на нее и кивнул, предостерегающе посмотрев на одну из женщин, спешившую к нему с куском грязи. Ирина поморщилась, представив себе последствия такого «лечения».

Женщина остановилась и неуверенно улыбнулась. Ира ощутила накатывающее волнами раздражение. Схватив Джабая за неповрежденную руку, она двинулась в сторону от толпы, уводя его подальше от суматохи.

Ра посеменил следом.

Судя по его мордочке, он не чувствовал себя комфортно, окруженный таким большим количеством ящеров. Особенно его нервировали дети. Любопытные ящерки не могли пройти мимо такой интересной штуки, как ручной динозавр. Подходить близко они опасались, но это не мешало им то и дело громко что-то выкрикивать, привлекая к себе внимание, а потом испуганно пищать, когда Ра все-таки поворачивал к ним голову. Судя по довольным лицам, дети были в восторге от такой игры. Чего нельзя было сказать о самом Ра.

Ирина привела Джабая к месту, где лежал раненый Роридак. Ящер не так давно пришел в сознание, но вставать Ира ему запретила. Тот вроде бы возмутился, но Ирина видела, что приказ «лечащего врача» он принял с тайным облегчением. Видимо, какой-то мудреный мужской кодекс не позволял ему просто так лежать из-за столь «несерьезной раны», но распоряжение Иры давало ему легальное оправдание для бездействия.

Усадив Джабая на притащенный кем-то толстый ствол, Ира принялась кружить.

Чем жарче становилось, тем быстрее испарялась вода, пойманная в ловушку больших листьев. Если растение находилось на открытом месте, куда солнце проникало беспрепятственно, то можно было не рассчитывать найти в нем воду. А вот в низинах и затененных местах стоило попытать удачу.

Ящеров под рукой было много, поэтому вскоре они с большим интересом принесли множество листьев, заполненных водой. Ире даже не пришлось показывать, как сворачивать листья, чтобы вода не пролилась. Либо они уже делали это, либо просто быстро сообразили.

Для начала Ирина хорошо промыла раны Джабая, стараясь не обращать внимания на пристальный взгляд ящера. Вряд ли он знал, что смотреть так на другого человека невежливо.

— Вождь? — спросила она, желая отвлечь себя и Джабая от немного неловкой ситуации. Хотя сама Ирина не была уверена, каким образом простое лечение превратилось во что-то неловкое и смущающее.

— Мертв, — ответил он и поморщился.

— Больно? — забеспокоилась Ира, подумав, что надавила на рану слишком сильно.

— Нет. — Джабай качнул головой. — Не я убил. Жардис.

Ирина на короткий миг остановилась, но продолжала прижимать к ране кашицу из целебных трав. Веревок у нее не было, но не так давно она нашла способ изготавливать что-то вроде бинтов. Для этого не понадобилось придумывать ничего сложного.

Многие растения в здешнем лесу имели большой размер. Даже обычная трава часто вырастала почти по пояс, а то и выше. В этом не было ничего удивительного. Благоприятная среда и желание любого растения получить как можно больше света заставляли местную флору стремиться вверх.

Одна из трав напоминала осоку. Длинные, тонкие и узкие листья идеально подходили для плетения. Кроме того, они были еще и прочными. Именно из них Ирина сплела плоские косички, которыми вполне можно было обвязывать раны. «Бинты» из них получались гибкими и крепкими. Конечно, любому ящеру не составило бы большого труда разорвать их, но этого не требовалось.

— Зачем? Твой бой, — Ире было интересно, что там произошло, но она все равно не жалела, что пропустила драку. Насилие никогда ее не привлекало.

— Ударил в спину. Случайно попал в вождя.

— Твою спину? — ахнула Ирина, ошеломленно глядя на Джабая. Тот просто кивнул, с интересом рассматривая «бинты». — Он? Жив?

— Я убил его, — ящер взглянул на нее, будто желая узнать ее мнение по этому поводу.

Ира ощутила облегчение. Тот ящер был для нее никем, и ей не хотелось, чтобы рядом бродил кто-то способный ударить в спину. Наверное, ей следовало проявить терпение или всепрощение, но, откровенно говоря, делать этого она не собиралась.

Закончив с ранами Джабая, Ирина оглядела его с ног до головы. Вид у ящера был крайне забавным. Она не удержалась и весело фыркнула.

— Красивый!

Только после того, как слово прозвучало, Ирина поняла, что именно сказала. Это был тот самый момент, когда она могла начинать смущаться, но Ира решила этого не делать. Глубоко вздохнув, она вскинула голову и твердо посмотрела в лицо Джабая.

Он смотрел на нее с интересом, будто изучал. От этого взгляда хотелось поежиться и скрыться. Она вдруг внезапно осознала свою неприкрытость.

— Ира тоже красивая, — внезапно сказал Джабай.

— Спасибо, — буркнула Ира. Она давно научилась принимать комплименты. Правда, в этом конкретном случае это могла быть всего лишь ответная любезность. Вроде как она похвалила его внешность, и Джабаю пришлось сделать подобное в ответ. — Мне надо…

Ира махнула рукой назад, не находя слов, чтобы оправдать желание отойти от ящера. Тот молча кивнул. Ирина отошла на пару шагов, а потом, поискав глазами Ра, отправилась к краю поляны, подальше от толпы.

Усевшись на первую попавшуюся удобную поверхность, Ирина нашла взглядом Джабая и принялась рассматривать его. Она сказала, что он красивый, но имела в виду вовсе не привлекательность. Обмотанный травяными бинтами, ящер выглядел забавно.

Вот только шутка каким-то образом трансформировалась в нечто иное. И сейчас, следя за тем, как Джабай разговаривает со своими людьми, Ира решила оглядеть его еще раз.

Красив ли ящер? Несомненно, он в значительной степени отличался от любого мужчины, который когда-либо нравился Ирине. Неудивительно, ведь люди и ящеры относятся к разным видам.

Зеленоватая кожа, змеиный рисунок на теле, иное строение ног, громадные когти на всех пальцах, хвост, в конце концов, — все это должно было отталкивать, но не делало этого.

Наверное, Джабай действительно был красивым. Если не обращать внимания на цвет кожи, можно было увидеть, что черты его лица привлекательны. Кроме того, его тело имело четкий рельеф. Витые мышцы буквально кричали о силе и ловкости.

Засмотревшись на то, как двигается Джабай, Ира облизнула вмиг пересохшие губы и тряхнула головой.

Несомненно, он был притягателен, но это совершенно неважно. У них все равно ничего не может быть. Лучше не идти против природы.

Вытряхнув подобные мысли из головы, Ирина обратила внимание, что все это время гладила подобравшегося к ней Ра по голове. Бедный тирекс убежал от детей под ее защиту. Те явно опасались Ирину, так как смотрели издалека, даже не пытаясь подходить.

— Утомили они тебя, да? — шепнула Ира, поразившись, каким большим стал Ра. Сейчас она даже думать не могла о том, чтобы поднять его. У нее просто не хватит на это сил.

Детеныш, конечно же, ничего не сказал. Вместо этого он уткнулся ей в плечо, спрятав мордочку ото всех, словно пытался сделать вид, что никого, кроме них, здесь нет.

Ира посмеялась над ним, а потом снова обратила внимание на ящеров. Сейчас их стало заметно больше, чем раньше, десятка три или четыре. Все они возбужденно разговаривали друг с другом. Ирина понимала лишь отдельные фразы — ящеры говорили слишком быстро, поэтому она не могла разобрать все.

Из выхваченных слов становилось ясно, что все беспокоятся о будущем. Ира не совсем понимала, что именно их так волнует. Если Джабай победил вождя, то он должен возглавить племя, верно? Но, судя по всему, все было не так просто.

Очень часто звучали слова о том, что нужно уходить. Зачем уходить? Куда? Кому именно? И почему? На эти вопросы ответов не было, но Ира не собиралась искать Джабая, чтобы получить пояснения.

Да искать и не требовалось, она отлично его видела. Джабай явно был для всех этих ящеров лидером. Они смотрели на него и ожидали его решения.

Дискуссия длилась недолго. Вскоре Джабай отдал какой-то приказ, и все ящеры засуетились. Ира буквально ощущала витающее в воздухе предвкушение и легкий страх. Становилось понятно, что группа планирует куда-то идти.

Встав, она подошла к одному из воинов. Она помнила его, он был с ними в путешествии.

— Идем? Куда?

Рептилоид обратил на нее внимание.

— Другое место. Племя делится.

— Почему?

— Джабай — вождь. Другие не хотят.

Ирина кивнула и снова отошла. Итак, им предстоит еще одно путешествие. Она испытывала по этому поводу двоякое чувство. С одной стороны, племя, к которому они стремились, не оставило у Иры положительного впечатления. С другой стороны, ей надоело бродить по лесу. Хотелось обосноваться на одном месте и начать уже заниматься серьезными вещами.

В любом случае выбора не было. Отделяться от ящеров она не собиралась, это было бы самоубийственной идеей. Ира ее даже не рассматривала.

Ощутив прикосновение, она вздрогнула и вскинула взгляд. Джабай каким-то образом оказался прямо перед ней.

— В порядке? — спросил он тревожно.

— Да, — Ира кивнула.

— Идем? — задал он вопрос и сделал два шага назад, увлекая ее за собой.

— Идем, — твердо ответила Ирина и последовала за ним.

В этот раз передвигались они в разы медленнее. Ничего странного в этом не было. В большой группе по ходу движения всегда возникали разные тормозящие ситуации. То мамочка потеряет из виду своего ребенка, который, заметив что-то интересное, притормозил или, наоборот, убежал вперед. То пожилой или искалеченный в бою со зверями ящер слишком устанет и попросит передышку.

После первого дня Ирина с удивлением поняла, что значительная часть ящеров в группе имела какие-либо проблемы со здоровьем. Ей казалось, что за молодым Джабаем должны были последовать такие же сорвиголовы, которые не боятся перемен. Обычно ведь так бывает, не так ли? А тут ситуация явно была иной.

Ира не вытерпела, решив в тот же вечер утолить свое любопытство. Перед тем как начать строить укрытие, она подошла к Джабаю с вопросом. Правда, ей пришлось долго думать, как сформулировать мысль.

— Почему они? — спросила она, про себя размышляя, что нужно как можно быстрее учить язык.

Вместо ответа ящер, снимавший шкуру с динозавра, посмотрел на нее с явным непониманием.

Ирина покрутила в голове слова, которыми могла описать то, что видела. К ее огорчению, словарный запас не был слишком велик, поэтому она могла использовать только минимум.

— Старые. Больные. Не воины, — коротко произнесла она, очень надеясь, что все это не звучит неправильно. Меньше всего ей хотелось кого-то обидеть или оскорбить. Особенно если учесть, что даже старые ящеры были на порядок сильнее и быстрее ее самой.

— Почему нет? — задал вопрос Джабай. Ему не слишком понравилось, что Ира акцентировала внимание на этом моменте, но он не спешил делать выводы.

— Обычно любят… — Ирина поглядела по сторонам, будто где-то могло быть написано подходящее слово. Спустя несколько секунд она придумала, как описать то, что было в ее мыслях. — Постоянно. Дом. Защита. Путь. Трудно. Им тяжело.

Джабай осмыслил сказанное и облегченно выдохнул, а потом улыбнулся. Подозвав одного из ящеров, он велел ему закончить разделку туши, а сам встал. Вытерев руки от крови о первый попавшийся куст, он отошел от группы чуть подальше и сел прямо на землю.

Ирина огляделась. Заметив подходящий лист, формой отдаленно напоминающий лопух, она наклонила его к земле и села, устраиваясь удобнее.

Ра мгновенно пристроился рядом, удовлетворенно положив голову ей на колени. Дети за день пути немного остыли к нему, но, как только группа встала лагерем, их любопытство разгорелось заново.

— Мой отец, вождь, — начал Джабай, — хотел убить их.

Ира недоуменно моргнула, глядя на ящера рядом с видимым вопросом в глазах, побуждая тем самым говорить дальше.

— Он считал, что они обуза. Что им не надо жить. Те, кто слаб телом, несут болезни своим детям. Старые ящеры — медленные, бесполезные. И все они потребляют еду. А ее трудно достать.

Ира не знала, как прокомментировать подобное. Ее современное воспитание восставало против такой мысли. Каждый человек, в их случае ящер, имеет право на жизнь, ведь любая жизнь бесценна. Но если посмотреть на это с точки зрения первобытного человека, то некая логика в подобном радикальном решении была видна.

Вождь обязан заботиться о процветании племени. Ему выгодно, когда члены группы сильные и выносливые. Те, кто слаб, действительно могут нести с собой различные проблемы.

Взять, например, искалеченного в бою. Получив увечье, он больше не может приносить пользу своему народу. Если у него есть родственники, то они могут заботиться о нем. А если нет? Тогда забота о таком соплеменнике ложится на плечи остального племени. Другие должны кормить его, следить, чтобы с ним все было в порядке. Защищать в случае нападения хищников.

Вряд ли кому-то захочется усложнять свою жизнь ради постороннего человека. Да, они соплеменники, но любой в подобное время с большой долей вероятности будет заботиться о своей семье, а не о том, кто требует ресурсов, не отдавая ничего взамен. Суровая правда жизни.

Моргнув, Ирина с большим интересом посмотрела на Джабая. Она вдруг поняла, что конкретно этот ящер мыслит довольно прогрессивно. Судя по всему, он взял на себя обязанность защищать и поддерживать всех, кто не может делать это самостоятельно.

Видимо, смотрела она слишком долго, потому что в один момент Джабай повернулся к ней и вопросительно вскинул брови.

Ира смутилась и резко отвернулась.

Ах, все становилось сложнее.

Резко встав, она рефлекторно стряхнула с себя несуществующий мусор. Джабай с некоторым недоумением проследил за ее быстрыми и чуть дергаными движениями. Ему было непонятно, почему она начала вести себя так странно.

— Пойду. Убежище. Поздно, — пояснила Ирина и торопливо направилась в сторону, где собиралась строить шалаш.

Ра, недовольный, что его разбудили, да еще и голову скинули так небрежно, все равно поплелся следом за Ирой. Время от времени он косился в направлении детворы, готовый юркнуть в кусты при любой угрозе с их стороны.

Как только Ира начала строить шалаш, ящеры, с которыми она путешествовала до прихода в племя, по привычке натаскали ей подходящих веток. Она с улыбкой поблагодарила их и принялась за дело.

Вскоре Ирина заметила, что несколько женщин пристально наблюдают за ней, даже не пытаясь скрыть любопытство. Такое внимание немного нервировало. Она буквально кожей ощущала чужие взгляды. Благо, в них не было враждебности. Надо отметить, что пару раз за время пути ей удалось почувствовать чужое недовольство, правда, она так и не поняла, от кого именно оно исходило.

— Что не так? — все-таки не вытерпела она, поворачиваясь к женщинам.

Ящерки обрадованно подскочили к ней и принялись что-то спрашивать. Говорили они так быстро, что Ирина не могла выловить ни одного знакомого слова.

— Медленно! — попросила она, вскинув руку.

Женщины резко замолчали и переглянулись.

Затем одна из них указала когтем в сторону шалаша, который возводила Ирина.

— Что это? — почти по слогам спросила она. Ира подавила желание закатить глаза. Пусть она и просила говорить медленно, но не настолько же!

— Шалаш, — пояснила она, решив быть более терпимой. Кроме того, ей и самой было интересно пообщаться с ящерками.

Та, что спрашивала, повторила за Ириной и изобразила на лице непонимание.

— Укрытие от дождя, — пояснила Ирина, обратив внимание на то, как Ра, забравшись внутрь почти готового шалаша, заволок туда палку. Он давно перестал их грызть, но, видимо, таким способом пытался внести свою лепту в строительство. — Молодец, — похвалила его Ирина, укладывая палку в стороне. Та никак не помогала, но и не мешала, так что пусть лежит.

Ящерки снова заговорили, явно желая вернуть ее внимание себе. Ира не стала игнорировать их. Судя по всему, им хотелось подойти ближе и посмотреть. Ира не стала препятствовать. По мере того как женщины задавали вопросы, она спокойно отвечала, а потом принялась показывать, как правильно все делать.

Спустя некоторое время плохое знание языка перестало быть барьером. Каким-то образом они смогли нормально общаться. К словесной форме подключились движения и мимика.

— Нет, нет, не так, — прервала Ирина Ратаю (где-то в середине процесса они успели перезнакомиться). — Сначала нужно сделать так, чтобы верхняя перекладина держалась устойчиво, — пояснила она, а потом покачала воткнутые в землю палки. — Иначе все рухнет.

Ратая — совсем еще молодая ящерка — понятливо покивала, а потом подхватила лежащий неподалеку камень и принялась стучать по палкам сверху, вбивая их глубже в землю. Другие женщины охотно повторили за ней.

Ирина не узнавала, зачем им всем шалаши, если они прежде никогда не нуждались в укрытиях от дождя, но отказывать в помощи не собиралась.

Через некоторое время к ним присоединилось несколько ящеров. Они все представились, правда, Ира не запомнила большинство имен. Слишком они были для нее необычными.

Один из решивших помогать им ящеров был очень стар. Его звали Додлог. Он говорил медленно и степенно, смотрел на Иру с любопытством, но добродушно.

— Зачем они? — спросил Додлог. — Есть ведь деревья. Они всегда скроют.

— Плохо, — Ира покачала головой, а потом начала разъяснять свою точку зрения, особенно упирая на то, что кроны деревьев не полностью укрывают от дождя, а иногда с неба бьет молния, способная убить мгновенно.

Додлог не был полностью убежден. Ничего удивительного. Пожилые люди не очень любят перемены. Зато молодым ящеркам явно понравилась задумка. Они довольно ловко для первого раза строили шалаши. Если у кого-то что-то не получалось, то остальные помогали или просили Иру объяснить еще раз.

Вскоре на краю лагеря образовался небольшой «палаточный городок». Ящерки были довольны. Они весело переговаривались, смеялись, то и дело влезая в шалаши и вылезая обратно.

Ирина подозревала, что для них это не более чем забава, но была уверена — стоит им ощутить преимущества на себе, как они в дальнейшем сами будут строить шалаши, забыв о том, что дождь можно переждать на дереве.

Кто-то там, наверху, явно желал помочь Ире приучить местных ящеров к более цивилизованной жизни. Ночью разразилась такая сильная гроза со штормом, что находиться снаружи было крайне неприятно.

Слушая завывание ветра, шум ливня и периодически оглушающий гром, Ирина хвалила себя за предусмотрительность.

В самом начале она строила свои укрытия, не особо усердствуя, но с каждым разом добавляла новых деталей для укрепления конструкции.

И сейчас, прижимая к себе встревоженного Ра, она ощущала, что настал момент триумфа. Шалаш под напором ветра и дождя дрожал и качался, но оставался на месте. Внутрь не попало ни капли, хотя Ира могла представить, какой ад творился снаружи.

Вспомнив о ящерах, лишенных укрытия, она вздрогнула всем телом. Оставалось надеяться, что иммунитет рептилоидов достаточно силен, чтобы пережить эту ночь без последствий.

В принципе, она была не против пригласить кого-нибудь в свой шалаш, дав тем самым крышу над головой, но где искать спрятавшихся ящеров? Они в любом случае постарались укрыться как можно лучше. Искать их в темноте при такой погоде — самоубийство. Ирине оставалось верить, что матери не допустят страдания своих детей. А старики достаточно опытны, чтобы надежно спрятаться.

Утром, когда ураган прекратился, Ира с осторожностью выбралась наружу. Вид леса удивил ее. Деревья и кусты вокруг выглядели знатно потрепанными. Обычно после дождя растительность слегка пригибало к земле, а листья повисали на некоторое время мокрыми тряпочками, но сегодня все было в разы хуже.

Кроме этого, поверхность земли была покрыта водой по самую щиколотку. Хорошо, что Ира давно уже строила свои укрытия на возвышениях. Конечно, не всегда удавалось найти подходящий холмик, но в этот раз ей и еще нескольким ящерам повезло.

Вместе с ней из других шалашей вылезли ящерки, которые вчера активно перенимали ее опыт. Судя по их лицам, они были удивлены прошедшей ночью. Ира видела, как практически каждая из них с благодарностью смотрит на свое укрытие. Особенно были впечатлены те, у кого были дети.

— В порядке?

Рядом будто из воздуха возник Джабай. Выглядел он слегка помято. Кажется, оставшимся снаружи ящерам действительно пришлось несладко.

— Да. Остальные? — тревожно спросила Ирина.

— Додлога придавило веткой. Ногу поранил. Другие устали, хотят спать, есть, но в остальном хорошо.

Как помнила Ирина, Додлогом звали того самого старика, который накануне интересовался, зачем Ира строит шалаши.

— Он нормально?

— Да, — кивнул Джабай. Окинув Иру быстрым взглядом, он поспешил к своим людям.

— Очень хорошо! — восторженно воскликнула одна из ящерок рядом с Ириной.

От неожиданности Ира вздрогнула и, повернувшись к крикунье, вопросительно на нее посмотрела.

— Укрытие. Дождь. А там сухо! Очень хорошо, — едва не по слогам произнесла девушка, помня о том, что Ирина не до конца выучила язык.

— Для этого я его и строю, — Ира улыбнулась.

Надо отдать ящерам должное — они быстро оправились от испытания. Спустя некоторое время группа двинулась дальше. А вечером, когда встали лагерем, Джабай приказал строить шалаши всем.

Никто не выглядел возмущенным или несогласным. Ящерки за день успели рассказать, как хорошо они себя чувствовали, пережидая в сухости и тепле, в то время как за стенами их укрытия бушевал ураган. Учитывая их энтузиазм, спустя пару часов после пробуждения большинство ящеров были полностью убеждены, что им тоже нужно сделать что-то подобное.

Так что вечером, прежде чем заняться обычными делами, все бросились строить себе укрытия.

Ира наблюдала за ними, подмечала, кто и где ошибается, и с готовностью вмешивалась в их работу. Надо отдать ящерам должное — никто не отмахнулся от наставлений. Рептилоиды внимательно слушали, переспрашивали, когда чего-то не понимали, и пытались повторить действия Ирины в точности.

— Зачем ты это ешь? — спросила Ратая, подсаживаясь ближе. К этому моменту все построили себе временные дома и занялись обычными вечерними делами.

Ирина, например, ужинала найденными по пути фруктами и орехами. Хотелось нормальной еды, но она решила терпеливо подождать, пока новое племя не остановится где-нибудь на долгое время.

Проглотив прожеванный кусочек, Ира посмотрела на фрукт в руке. И как объяснить ящеру причину?

— Вкусно. Полезно, — произнесла она, а потом добавила уже не так уверенно: — Потому что могу.

— Вкусно? — Ратая слегка нахмурилась, а потом подняла с листа еще один фрукт и вопросительно посмотрела на Иру. Ирина кивнула, разрешая.

Ящерка осторожно откусила кусочек и принялась жевать. Судя по лицу, особо вкусно ей не было, но и противно тоже.

— Мясо вкуснее, — выдала она, но фрукт все-таки доела. С интересом посмотрела на горсть орехов.

— Полезно, — настояла Ира, подталкивая к девушке орешки.

— Правда?

— Волосы красивые, кожа, ногти, — произнося это, она вдруг ощутила себя продавцом чудодейственных пилюль.

Ира сомневалась, что ящерам пойдет на пользу полный переход на вегетарианскую диету, но немного витаминов еще никому не вредило. Да и растительные волокна помогут лучше очищать кишечник. Сейчас Ирина могла только посочувствовать пищеварительному тракту рептилоидов.

На третий день путешествия Ира ощутила, как ее охватывает дурное предчувствие. Слишком все в последнее время было тихо.

— Птицы беспокойны, — произнес Джабай.

Судя по его хмурому лицу и сосредоточенности, он разделял тревогу Ирины.

Что-то было не так.

Глава 12

— Что-то плохое? — Ирина с выжиданием посмотрела на него. Вряд ли, конечно, у него имелся готовый ответ, но вдруг ему что-нибудь все-таки известно.

Вместо ответа Джабай качнул головой. Птицы пусть и были хорошим индикатором всего необычного, но не могли точно сказать, что именно их тревожит.

Постепенно лес становился все тише. Что-то надвигалось.

Джабай принялся раздавать приказы. Он отправил своих ящеров во все стороны, приказав следить за окружающей местностью.

Группа остановилась. Идти вперед в такой тревожный момент было неразумно. Они не знали, какая опасность приближается, поэтому следовало проявить максимум осторожности.

— Найти укрытие, — предложила Ирина. Ей вдруг стало некомфортно находиться на открытой местности. Конечно, их со всех сторон закрывали деревья, кустарники и высокие травы, но, по ее мнению, этого было мало.

— Пещера, — дополнила Ира. Сейчас ей хотелось иметь вокруг себя толстые стены из камня, которые не позволили бы опасности подобраться ближе.

Джабай огляделся по сторонам с задумчивым видом, явно пытаясь вспомнить расположение ближайших пещер. Спустя некоторое время он произнес:

— Близко ничего нет.

Ира задумчиво покусала губу. Где еще группа могла спрятаться? На деревьях? А если к ним приближается очередной ураган? Предыдущий вполне мог быть только первой ласточкой.

Овраг? Во время дождя овраги заполняются водой. Конечно, не полностью, но довольно сильно. Кроме того, Ира подозревала, что вся вода в оврагах может быть текучей. В общем, это не вариант.

Тогда что?

Шалаши? Можно, но и они не казались Ирине достаточной защитой. Почему-то разум рисовал что-то ужасное впереди.

Она понимала, что это может быть просто паника, но все равно хотелось обезопасить себя и всех остальных максимально надежно.

Может быть, она зря паникует?

В этот момент из ближайших кустов вынырнул Роридак. Все-таки регенерация у ящеров была превосходной. Еще недавно Роридак выглядел так, будто собирался проведать предков на том свете, а уже сегодня он спокойно ходит, и ничто не выдает недавнего ранения, кроме шрама на теле, конечно. Правда, тот был практически незаметен.

— Шиподраи, — коротко произнес он.

Ирина не знала этого слова, поэтому не сразу поняла, что он имел в виду.

Мгновенно переведя взгляд с Роридака на Джабая, она успела заметить, как лицо ящера сразу стало сосредоточенным и хмурым.

— Уверен? — уточнил он.

Роридак отрывисто кивнул, нервно сжимая копье.

— Большое стадо.

— Насколько? — забеспокоился Джабай еще сильнее.

Роридак задумался. Он не выглядел уверенным.

— Не знаю, — признался он. — Деревья мешают считать. Но много.

Джабай задумчиво отвел взгляд.

— Надо уходить, — заключил он. — В какую сторону они идут?

— Туда, откуда мы идем.

— Хорошо, поворачиваем вбок. Предупреди всех.

— Да.

После этого Роридак снова скрылся в густых зарослях.

Ирина понимала, что сейчас не время, но все равно спросила:

— Шиподраи?

Джабай мельком взглянул на нее и кивнул.

— Да. Едят траву, но большие. Все тело покрыто острыми шипами, кроме брюха. Даже глаза прикрыты. Живут большими стадами. Злые. Нападают на всех, кто попадается на пути, кроме сородичей.

— А почему птицы молчат?

— Шиподраи опасны. Убивают всех. Следом за стадом обычно идет множество мелких хищников. Они поедают тех, кого убивают шиподраи. Большое стадо все меняет в округе.

— И зачем они куда-то идут?

— Большие. Надо много еды. Постоянно ходят, все поедают. Хищники опасаются к ним приближаться. Шиподраи плодятся. Никто не может сдержать.

Ирина нахмурилась. Эти динозавры могли стать проблемой в будущем. В природе все взаимосвязано, и когда один вид выбивается вперед, то равновесие нарушается.

Если шиподраи продолжат бесконтрольно размножаться, то они разрушат все. Поедая слишком много растений, они погубят множество других травоядных видов. Следом за ними вымрут хищники, которым нечего будет есть. Люди и ящеры тоже ощутят на себе дисбаланс.

После принесенных новостей группа изменила маршрут. Все ящеры понимали уровень угрозы, поэтому ускорились. Джабай отправил одного из своих воинов обратно в покинутое ими племя, предупредить оставшихся сородичей о надвигающейся опасности. Пусть они и разделились, а их мнения не совпадали, но смерти ящерам Джабай не желал.

Биже к вечеру, когда все немного расслабились, решив, что удалось уйти с пути агрессивного стада, они буквально налетели на динозавра, вид которого заставил Ирину удивиться.

Для начала расцветка динозавра позволяла ему оставаться незамеченным среди листвы, несмотря на громадные размеры. До тираннозавра ему было далеко, но небольшим ящерам и людям вполне хватило бы и того, что было.

В длину динозавр достигал примерно десяти метров, в высоту — около трех. Уже этого было достаточно, чтобы любой разумный человек постарался бы скрыться как можно скорее.

Но больше всего поражал внешний вид. Динозавр был весь покрыт коричневатыми шипами и наростами, которые практически полностью закрывали кожу. Выглядел он весьма устрашающе.

Кроме того, Ира заметила, что конец длинного хвоста заканчивался большой и явно очень тяжелой бляшкой.

Динозавр стоял на четырех толстых ногах, задние были немного длиннее передних.

Ирина смутно помнила, что видела в интернете картинки чего-то подобного, но тогда этот динозавр не казался настолько пугающим.

Доисторический монстр до их появления мирно жевал листья, но стоило ему заметить рядом с собой живое существо, как его поведение моментально изменилось.

Сперва он очень шустро для такого даже на вид тяжелого существа повернулся к ним задом, а потом поднял хвост и резко опустил его.

Тут же послышался грохот. Звук был такой, будто кто-то сбросил свысока пару камней весом в несколько тонн. Ирине показалось, что сама земля немного задрожала. Птицы, давно уже молчавшие, взлетели и устремились прочь.

Удовлетворившись демонстрацией силы, динозавр повернулся к ним и, открыв пасть, заревел. От звука по спине Иры побежали мурашки. Она не имела представления, как можно убить такой танк, буквально закованный в колючую броню. Неудивительно, что хищники предпочитают обходить этих существ стороной. Да, Ирина была уверена, что это и есть тот самый шиподрай.

Все эти мысли пронеслись в ее голове со скоростью света. Решение о том, что делать, было принято моментально. Повернувшись, она мельком успела заметить, как динозавр махнул хвостом, словно рассерженный кот. Этим он задел ближайшее дерево, ствол которого надломился от силы удара. Дерево начало падать прямо на них. Вряд ли танку это причинит какой-то вред, а вот ей и ящерам мало не покажется.

Убегая, Ира еще очень надеялась, что динозавр не рванет следом за ними. В самом деле, он ведь не хищник! Зверь вел себя так, словно хотел просто напугать. Зачем ему догонять то, что убегает? К тому же такое тяжелое существо вряд ли может быстро…

Не успела она додумать, как ощутила, что ее подхватывают на руки. Ирина вскрикнула от неожиданности, но вскоре поняла, что это Джабай.

— Медленно, — буквально прорычал он.

— Ра! — всполошилась Ирина, пытаясь вывернуться из рук ящера, но тот не позволил, прижимая к себе сильнее. Настолько сильнее, что Ира невольно охнула, ощутив, как ее кости затрещали. Осознав, что делает, Джабай ослабил хватку, кинув на нее мимолетный извиняющийся взгляд.

— Его возьмут.

— Убедиться.

Джабай не стал спорить, просто свернул немного в сторону и поравнялся с другим ящером, который нес в руках Ра. По лицу рептилоида не было заметно, что вес малыша доставляет ему хоть какое-то неудобство. Надо отдать детенышу должное — он сидел на руках спокойно, хотя и старался вертеть головой.

Увидев Ирину, он тихо заревел, но практически сразу замолчал, будто осознавал, что шуметь не стоит.

Спустя некоторое время сзади послышался треск. Не было никаких сомнений, что это упало дерево. Ира облегченно вздохнула. Благодаря скорости ящеров им удалось избежать этой опасности. Она очень надеялась, что спастись удалось всем. Всё-таки среди их группы были пожилые ящеры и покалеченные.

Не успела она расслабиться и попросить Джабая отпустить ее, как услышала громкий топот и треск ломаемых кустов. На короткий миг Ира недоуменно застыла, а потом испуганно охнула.

Он гонится за ними?! Серьезно?! Зачем? Какой неправильный динозавр!

Травоядные существа не должны бегать за другими видами! Они должны мирно есть траву, и все!

Выглянув из-за плеча Джабая, Ирина сжала пальцы на его плечах чуть сильнее. Пока никого сзади видно не было, а шум постепенно становился все более далеким.

Но Джабай и остальные не останавливались. Группа передвигалась практически до самой ночи. Только после того, как вокруг стало темно, ящеры затормозили. Перед этим Джабай как-то замысловато крикнул, явно давая понять сородичам, что можно снизить темп.

— Нормально? — спросил ящер. Спустив Иру на землю, он с тревогой осмотрел ее (на этот раз, как она заметила, он не стал так быстро убирать руки).

— Все хорошо, — заверила его Ирина и поспешила к Ра. Малыш выглядел уставшим и слегка встревоженным. — Мы ушли? — задала она вопрос, проверив детеныша.

Джабай на мгновение задумался, а потом все-таки кивнул.

— Да, думаю, да. Большое стадо, — он недовольно качнул головой.

Ирина вздохнула и потерла пальцами переносицу. Найдут ли они где-нибудь в этом мире покой? И как тут обустраиваться, когда в любой момент такое стадо может пройти через твой дом, переломав постройки и убив всех, кто попадется на пути?

Одно она знала точно — нужно найти такое место, где никто не достанет их, ни тираннозавры, ни эти шипастые психи.

Сурово поджав губы, она посмотрела на Джабая. Нужно было многое обсудить и решить. Ящер много путешествовал, как она поняла, значит, должен был знать безопасные места.

Ирина недовольно заворчала, когда идущий впереди ящер резко остановился, из-за чего она едва не врезалась в него. Забравшись чуть выше, она выпрямилась, радуясь, что в этом теле у нее пока не болит спина. Воспоминания заставили Иру скривиться, но все недовольство мгновенно растворилось, когда она увидела картину перед собой.

После разговора с Джабаем прошло несколько недель. Тогда они обстоятельно все обсудили. Насколько Ира поняла, ящер все еще колебался, какой образ жизни выбрать для племени — кочевой или оседлый.

Ощутив опасность для своего безмятежного будущего, Ирина приложила все силы, расписывая все преимущества пребывания на одном месте.

Как бы стыдно ей ни было использовать как довод стариков и искалеченных ящеров, но она с готовностью выдвинула свой главный на тот момент аргумент, какой могла придумать.

— Не все в твоем племени сильны и выносливы. Им требуется место, где они могут жить, ничего не опасаясь.

Конечно, слова прозвучали более криво и кособоко, поскольку словарный запас Ирины был не столь обширен, но результата она все равно добилась. Джабай задумался, а потом признал ее правоту. В первую очередь ему следовало думать о тех, кому не по силам постоянно передвигаться на большие расстояния.

Ира выдохнула.

Джабай размышлял пару дней, а потом уверенно куда-то их повел. Шли долго, Ирина не считала, но, по ее мнению, прошло несколько недель. За это время не произошло ничего особенного, если не считать момента, когда она решила снова поджарить мясо.

Те, кто ранее не видел ничего подобного, были ошарашены ее действиями. Многие испугались. Особенно дети и ящерки. Но когда они убедились, что огонь полностью приручен, Ирина еле отбилась от всех любопытных.

В тот день она едва смогла поесть приготовленного для себя мяса. Всем хотелось попробовать. И если отказать ящеру-воину было, в принципе, легко, то устоять перед просящими глазами ребенка или той же Ратаи — немыслимо трудно.

Ира тяжело и грустно вздыхала, всем своим видом давая понять, на какую жертву идет, но все равно делилась. Благо, что она подумала о подобном заранее, поэтому подготовила больше дров и мяса. Этого, конечно, все равно не хватило на всех, но без подготовки было бы хуже.

Приготовленное на огне мясо, как можно было предположить, пришлось по вкусу не всем. Чем старше был ящер, пробующий деликатес для этого мира, тем активнее ему не нравилось. Видимо, сказывались сложившиеся вкусовые предпочтения.

А вот дети и молодые ящеры и ящерки были открыты для всего нового. Они охотно дегустировали новое блюдо. Многие при первом укусе кривились, но потом, распробовав, с некоторым недоумением понимали, что вкус не так плох, как казалось изначально.

Были и те, кто нашел жареное мясо очень вкусным. Их было меньшинство. Именно они активно спрашивали, что еще можно сделать, и выражали готовность таскать хворост для просушки.

В следующий раз, когда Ира жарила мясо, она подготовилась еще лучше. Соли добыть пока не удалось, но вокруг было полно съедобной травы и кореньев. Многое из этого отлично сочеталось с приготовленной на огне едой.

Некоторые коренья выглядели как одичавшие родичи облагороженных людьми культур. Ирине удалось отыскать нечто отдаленно напоминающее по виду и вкусу морковь. Она рассудила, что это морковкин далекий предок.

Ира не знала, где зародилась эта культура, но не видела ничего странного, что нашла что-то подобное в тропиках. В конце концов, она до сих пор так и не поняла, ее это мир или другой. Так что здесь все могло быть.

И вот теперь, спустя время, они здесь. Ира не могла сказать, откуда появилось это ощущение, но вдруг поняла, что они пришли туда, куда стремились все это время.

От открывшегося вида перехватывало дыхание. В прошлом Ире не приходилось много путешествовать, но как человек, имеющий доступ к всемирной паутине, она видела множество разных пейзажей и стран. И сейчас, глядя на величественную, окруженную неприступными каменными стенами долину, понимала, что картинки из интернета никак нельзя заменить реальностью. Они не передают энергетику, буквально сочившуюся из каждого камня, дерева, куста и травинки.

Осознав, что не дышит, Ирина закашлялась. Говоря о месте, которое они могли бы считать своим домом, она и подумать не могла, что Джабай приведет их в настолько хорошее место.

Когда первоначальный шок и эйфория прошли, Ирина принялась мыслить рационально, выискивая все плюсы и минусы это места. Хотя, надо сказать прямо, все внутри неистово сопротивлялось поиску изъянов, но Ира мужественно задавила протесты. Это необходимо было сделать.

Долина, окруженная горами, выглядела многообещающе. Больше всего Ире нравилось, что горы напоминали скалы-стены. По таким любому динозавру будет сложно взбираться и спускаться. Летающие, правда, все равно представляли опасность, но Ирине хотелось верить, что эти рептилии не станут летать так высоко.

Еще одним плюсом было озеро около одной из скал. В нем наверняка пресная вода. Ира очень на это надеялась. В него падал громадный водопад. Из озера вода никуда не текла, так что можно было предположить, что где-то есть подземная река или множество небольших ручейков, уносящих лишнюю жидкость за пределы долины.

Не было никаких сомнений, что в лесу, покрывающем их новый дом, водится множество динозавров, но где их в этом мире нет?

«На той стороне», — услужливо подсказало подсознание, но Ирина отмахнулась от него. Она не собиралась в этот конкретный момент времени возвращаться к людям. Ее телу все равно еще слишком мало лет, чтобы думать о детях. За время его взросления многое может измениться. Например, люди могут сами сюда прийти.

На первый взгляд, долина казалась изолированной. По крайней мере, Ира не видела выхода из нее. Просто круг из отвесных скал, внутри которого растет лес и существует озеро с водопадом.

Как могло появиться такое чудо природы? Единственное, что приходило на ум, это гигантский кратер вулкана. Однако разве бывают настолько низкие и настолько громадные вулканы? Просто немыслимо, что в прошлом могла существовать гора таких размеров, которая позже плавно ушла под землю. Если это и был вулкан, то давно и прочно потухший. По крайней мере, Ирина надеялась на это.

В любом случае, если такой громадный монстр начнет извергаться (в чем Ира сильно сомневалась), то он изменит облик всей планеты. Так что не имело смысла волноваться. Уйти достаточно далеко, чтобы избежать последствий, они все равно не смогут. На другой конец мира не так легко перебраться.

Была у нее еще одна версия — кратер от метеорита. Однако, глядя на размер долины, Ира боялась представить, какие разрушения на планету мог принести метеорит, упавший здесь. Вряд ли кто-то пережил бы такой апокалипсис.

— Отличное место, — с улыбкой произнесла Ира, когда заметила, что Джабай смотрит на нее. Ей показалось или он действительно облегченно выдохнул?

Чувствуя зуд от предстоящих в будущем дел, Ирина едва не подпрыгивала, проклиная повышенную активность молодого тела. Сдерживать энтузиазм оказалось не так просто. Не спасала даже усталость от длительного перехода.

Ей пришлось притормозить. Джабай не собирался спускаться вслепую. Он подошел к делу очень ответственно. Для начала он с отрядом воинов хотел обойти всю долину (на этом моменте Ира недоверчиво качнула головой), и только после того, как они убедятся в отсутствии большой опасности, спустятся остальные.

Все в группе согласились с решением Джабая.

Воины начали собираться в поход, а остальные обустраиваться, настраиваясь на длительное ожидание.

Ирина, немного поколебавшись, решила остаться. Ей не хотелось бродить по лесу, выискивая опасности. Для этого были привыкшие к подобному ящеры. А она будет только путаться под ногами.

Джабай не мог решить, нравится ли ему решение Иры. С одной стороны, он понимал, что они с соплеменниками справятся быстрее и лучше без кого-то столь… неподготовленного. С другой стороны, ему не хотелось постоянно волноваться за Иру, размышляя, все ли в порядке в оставленной группе.

Но делать было нечего — несколько воинов стремительно умчались в сторону долины, пообещав справиться так быстро, как только можно. Джабай был с ними, хотя уходить явно не хотел. А ведь сам предложил эту идею.

Возможно, как вождю ему следовало остаться, но хотелось лично убедиться, что место, выбранное им для племени, будет полностью безопасным.

Стоило Ирине увидеть, как ящеры исчезают в густых зарослях, она ощутила вспыхнувшее волнение, которое с трудом удалось подавить. Как оказалось, ей тоже не хотелось расставаться с Джабаем.

Настало время ожидания. Внезапно Ирина поняла, что не знает, что делать с появившимся свободным временем. Обычно ее дни были заполнены различными делами, а сейчас она только и могла думать об ушедшей в долину группе. Делать ничего не хотелось, в голове царила пустота.

Настроение подпортили еще и малоприятные дни. Ира помнила об отличном нюхе ящеров, поэтому старалась держаться подальше от остальных. Стадия смущения прошла уже давно. В тот первый раз, когда организм решил, что пора, она не знала, куда себя деть.

Ситуацию ухудшало еще и то, что под рукой ничего не было, поэтому приходилось пользоваться тем, что давала матушка природа. А давала она весьма мало, учитывая, что кругом были только деревья да кусты.

Ире пришлось извернуться, чтобы придумать хоть что-нибудь. В итоге в дело пошла та же трава, тщательно сплетенная в нечто, отдаленно напоминающее нижнее белье, и «вата».

Конечно, настоящей ваты у Ирины не было. Вместо нее имелись травянистые волокна. Их она снимала с крупных орехов и деревьев, на которых они росли. Чем-то эти растения напоминали кокосовые пальмы.

Волокна могли служить еще и отличным топливом для розжига, но Ира берегла их, так как достать достаточное количество материала было сложно.

Легкую боль Ира снимала обезболивающей травой. В критические дни она жевала ее постоянно.

Сев возле дерева, Ирина устало выдохнула и стукнулась макушкой о ствол. Тянущее ощущение в животе заставило поморщиться.

Рядом послышался тихий шелест. Распахнув глаза, она повернула в ту сторону голову.

Первым, что она увидела, был кончик хвоста. Не сразу, но Ира поняла, что это Ра. Малыш, который давно перестал быть маленьким детенышем, вымахав так, что поднимать его больше никто не хотел.

— Что ты делаешь? — спросила она, подумав, что не видела Ра в последние минут пятнадцать. Обычно он возился где-нибудь рядом, стараясь далеко не отходить.

Ра, конечно же, не ответил. Каким бы умным ни был маленький тирекс, говорить он не умел. Вместо этого хвост начал качаться еще интенсивнее. Ира поняла, что малыш что-то тащит.

Наверное, следовало встать и посмотреть, но двигаться не хотелось, и не было сил, поэтому она с легким интересом продолжила наблюдать за происходящим.

Спустя некоторое время из кустов показались задние лапы. А еще Ира услышала забавное пыхтение и, не сдержавшись, тихо рассмеялась. Ра порой бывал очень смешным. И не скажешь, что это смертоносный ящер.

Не вытерпев, Ира все-таки встала. Любопытство победило нежелание и лень. Подойдя к кусту, она некоторое время наблюдала за дергающимся хвостом, а потом раздвинула ветви и взглянула на то, что делал Ра.

Удивленно моргнув, Ирина замерла с приоткрытым ртом.

Некоторое время она так и стояла, а потом перевела взгляд на тирекса. Как оказалось, малыш выпустил добычу изо рта и теперь стоял, глядя на нее с ожиданием.

Немного нервно сглотнув, Ирина улыбнулась.

— Молодец, — похвалила она, мельком взглянув на мелкого динозавра. Судя по свежей крови, Ра убил его сам. И когда только успел? — Настоящий добытчик, — добавила она, а потом присела, едва уклонившись от ветки, которая чуть не воткнулась ей в глаз, и погладила его по носу. — Такой сильный, смелый, хороший Ра.

Малыш, будто понимая ее слова, приободрился, глядя на добычу с видом победителя, смотрелся он при этом весьма уморительно.

Как оказалось, убитый Ра динозавр зацепился за корягу, поэтому малыш никак не мог подтащить его ближе. Ира помогла освободить добычу, но больше трогать не стала. Ей было интересно, что будет дальше.

Ра пару раз обошел труп, а потом потащил его в сторону, где несколько воинов разделывали мелкие туши недавно пойманных рептилий.

Надо было видеть их лица, когда они (и другие) увидели тянущего мертвого динозавра Ра. Первые несколько секунд все сидели застыв, а потом подскочили разом, будто подброшенные пружиной. Ирина слышала их удивленные и вопросительные восклицания. Ей нравилось недоумение, написанное на их лицах.

И пусть сама она тоже не подозревала, что Ра будет способен охотиться, Ира все равно ощущала гордость и родительское превосходство. Конечно! Это ведь ее малыш! Как могло быть иначе?

Ее ребенок — самый талантливый и умный. В этом не было никаких сомнений.

После этого Ира стала замечать, что Ра все больше времени проводит в отдалении от лагеря. Он охотился. С одной стороны, Ирина понимала, что ничего с этим поделать нельзя. Не могла ведь она запретить ему делать то, что заложено в него самой природой. Да и вряд ли запрет улучшит их отношения. С другой стороны, волнение за малыша не давало спокойно спать. Каждый раз, когда Ира видела, что он уходит в заросли, душа застывала от страха, что Ра не вернется, наткнувшись на кого-нибудь более сильного.

В итоге она не вытерпела.

— Хочешь, чтобы я смотрел? — спросил один из ящеров, оставленных Джабаем. Звали его Грарас.

— Да. Он маленький еще. Я волнуюсь, — объяснила Ирина, надеясь, что ее просьба не звучит глупо.

Грарас задумчиво взглянул на дремлющего после обеда Ра.

— Хорошо, — произнес ящер спустя некоторое время. — Самому интересно посмотреть.

— Спасибо, — выдохнула Ира. — Но не мешать, — всполошилась она. — Он сам. Учится. Полезно.

— Конечно, — Грарас понятливо кивнул, а потом продолжил обматывать копье полоской кожи.

Ирина хотела уже уйти, но в последний момент зацепилась за его действия и заинтересовалась. Кожа выглядела мягкой и тонкой. Она не видела такой у динозавров. Даже у самых маленьких и молодых шкура выглядела толстой и прочной.

— От кого это? — спросила она, указывая пальцем на кожу.

Грарас не казался раздраженным тем, что она мешает ему. Он взглянул на Ирину, а потом на материал в своей руке.

— От безногого ящера, — пояснил он.

Ирина не сразу, но поняла, что Грарас имел в виду змею. А ведь кожа у нее действительно должна быть тонкой. Однако как ее выделать так, чтобы она не потеряла своей эластичности?

Отойдя от работающего ящера, Ирина села рядом с Ра и начала вспоминать. В прочитанных ею статьях попадались способы выделки кожи, но она не была уверена, что помнит все. Кроме того, большинство авторов описывали современные способы, компоненты для которых требовалось покупать.

К ее огорчению, сейчас из всего доступного имелся лишь древесный уголь. По всему выходило, что и шкурами она сможет заняться только после того, как группа встанет постоянным лагерем. Тогда она сможет насушить много дров, сделать котелок, добыть соль и так далее.

Хотя постойте!..

Был еще один простой способ. Кажется, им пользовались индейцы в Америке. Шкуру или кожу натирали глиной, смешанной с мочой, а затем пропитывали жиром или мозгами. Конечный этап — просушка над костром.

…

По крайней мере, эти ингредиенты найти легче, чем дуб, необходимый для дубления, в тропиках.

Правда, Ирине не хотелось даже думать, как она будет объяснять ящерам, зачем отмачивать шкуру в не слишком приятных жидкостях тела.

Ожидание затягивалось. Ира с каждым днем нервничала все сильнее. Окружающие ящеры, в отличие от нее, никакого волнения не выказывали. Видимо, они привыкли, что охотничьи группы часто задерживаются в походах надолго.

Когда Ирина наткнулась на глину, то подумала о провидении. В самом начале, когда группа встала лагерем, она сделала большой шалаш и насушила гораздо больше хвороста, чем все предыдущие разы, вместе взятые. Сама реальность подсказывала Ире, чем заняться.

Копать яму она не стала. Просто нашла неподалеку подходящую и слегка углубила ее. Затем обложила дно большими листьями и придавила их к земле плоскими камнями. Те, кто видел ее купание в прошлый раз (надо будет еще раз соорудить себе бассейн), подумали, что она решила снова поплескаться в воде.

Вопросы задавали только ящерки, но Ирина отвечала туманно, говоря, что позже они сами все поймут.

На следующее утро ее ждала полная яма воды. В нее она натаскала глины. Это действие привлекло внимание всех. Ира отмахивалась от вопросов.

Долго ждать она не стала. На третий день, разложив перед ямой лист, Ирина принялась очень осторожно доставать глину, стараясь не задевать нижний слой. Насколько она поняла, все тяжелые камешки должны были осесть.

Глина была жидковатой, из такой точно ничего не сделаешь, поэтому Ира дала ей стечь и только после того, как признала материал приемлемым, принялась лепить.

Сначала размяла, не потому, что помнила об этом моменте, просто настраивалась. Затем скатала несколько длинных сосисок и начала соединять их между собой, стараясь придерживаться задуманной формы.

Она была настолько поглощена работой, что не заметила, как многие ящеры собрались вокруг нее. Всем было интересно, что еще нового задумала странная ящереана, которая ею точно не являлась. Ящеры тихо перешептывались, строя догадки. После того как предмет в руках Ирины начал приобретать форму, догадок стало больше.

Спустя некоторое время Ира закончила, чувствуя, как все тело гудит от напряжения. Оглядев получившийся котелок, она скептически похмыкала и принялась оглаживать его смоченными в воде руками, надеясь таким образом убрать недочеты.

Получилось… терпимо. До идеала далеко, но для первого раза вполне достойно. Осталась самая малость — высушить и обжечь.

С сушкой было не так просто. В столь влажном климате все сохло очень долго. На солнце, насколько Ира помнила, выставлять глину тоже нельзя было.

Ящеры не остались в стороне. И если взрослые довольно быстро потеряли интерес, когда поняли, что в ближайшем будущем ничего интересного не произойдет, то дети, как это часто бывает, не могли так просто отступить. В итоге однажды Ира отвернулась от котелка буквально на минутку, а потом нашла в нем несколько глубоких дырок. Сразу было понятно, что кто-то особенно любопытный тыкал в него когтями.

Тяжело вздохнув, Ира покорно исправила повреждение и продолжила ждать. Спустя неделю она признала горшок пригодным к обжигу. К тому моменту она полностью извелась. Ящеры продолжали спокойно жить, не выказывая никакой нервозности. Одна она дергалась на каждый шорох, чувствуя, как сладко замирает сердце. Вот только каждый раз, понимая, что шум не имеет ничего общего с вернувшимся отрядом, Ирина разочаровывалась и впадала в черную меланхолию. До следующего раза.

Себе она объясняла такую нетерпеливость опасениями потерять умелых воинов. Со скрипом признавалась, что скучает по Джабаю, но тут же заверяла себя, что просто привыкла к ящеру, ведь именно он для нее по какой-то непостижимой причине стал символом безопасности. Наверное, это случилось после того, как он спас ее от динозавра, убив его одним ударом. Подсознание подсуетилось, запечатлев образ ящера как надежного защитника, рядом с которым можно ничего не опасаться.

В самой глубине души Ира понимала, что на самом деле происходит, но все равно пыталась убедить себя, что ничего подобного нет. Она и рептилоид? Даже не смешно! У такой пары просто нет будущего. Да, возможно, они смогут взаимодействовать физически, но «плодов» своих трудов им все равно не видать. Тогда какой смысл? Любовь? Глупость. От вождя будут ждать потомства, а Ирина не сможет ему этого дать. Через пару лет совместного проживания Джабай, утолив страсть (которой, возможно, даже и не было), найдет себе подходящую ящерку и оставит короткую интрижку с существом другого вида позади.

Если так, зачем ввязываться в заранее обреченные отношения? Это принесет только боль и разочарование. Да, первое время будет терпко сладко, весь мир будет казаться прекрасным, зато потом реальность покажет себя во всей красе. Так что нет, Ира не готова к тому, что могло ждать в будущем, если она позволит крошечной части своего сознания завладеть ее вниманием полностью.

Все эти мысли не мешали ей подолгу всматриваться в умиротворяющий пейзаж долины, меланхолично вздыхать и скучать.

Когда пришло время обжига, Ира попыталась вспомнить, сколько нужно держать глиняное изделие в огне. В памяти отпечаталось что-то про восемь часов. От одной мысли о том, сколько придется сжечь дров, становилось тоскливо. Ира сомневалась, что ее запасов хватит для поддержания огня все это время.

Обдумав этот момент более тщательно, она решила использовать сырые дрова. Кидать их в огонь не стоит, но можно обложить ими костер, чтобы сохли. Через пару часов их можно будет закинуть в огонь, а на их место положить другие.

Будущее топливо Ира выискивала со всей тщательностью и дотошностью, на которые была способна.

Ящеры, как обычно, обратив внимание, что в один из дней Ира начала активно носить в лагерь дрова, выразили желание помочь. Ирина подробно рассказала, что именно ей нужно. Через пару часов возле лагеря появилась гора нормального хвороста, который по всем признакам подходил.

Вот что ей нравилось в ящерах, так это их активность. Никто из них не ленился. Когда появлялось какое-то дело, они брались всей группой, выполняя задание быстро и эффективно. В стороне не оставался никто. Ира ни разу не слышала жалоб или скулежа о том, что это бесполезное дело, или что-нибудь в этом роде.

Над устройством костра она тоже долго думала. В итоге соорудила нечто похожее на печь. Конечно, до настоящей печи ее потугам было далеко, но Ира очень надеялась, что и получившееся поможет в ее деле.

Она собрала по округе камни. Вырыла яму. Сверху на яму положила несколько длинных камней. Вокруг этого сооружения построила стены. Камни соединила между собой все той же глиной.

По идее, все должно было работать просто: в яме под печью разжигается костер, огонь идет наверх. Горшок Ирина планировала поставить внутрь печи. Огонь, поступающий снизу, будет обжигать изделие.

Саму печь по периметру можно будет обложить сырыми дровами.

Над всей конструкцией Ира думала долго. Раньше ей не приходилось беспокоиться о чем-то подобном. Помогала элементарная логика и необходимость сделать что-то для облегчения задачи.

Глава 13

Когда настал час икс, все ящеры собрались посмотреть, что она такое новое задумала. Они стояли в отдалении и перешептывались, явно строя догадки.

За проведенное в этом мире время Ирина научилась добывать огонь быстрее. Она теперь не просто правильно вертела палку, вовремя подставляла под искры материал для розжига, но и натренировала свое терпение. Оно и раньше было хорошим, но после нескольких месяцев эта черта характера стала просто выдающейся.

Это было известно всем, так что ящеры быстро поняли, что Ира снова будет иметь дело с приручением огня. Ящерки и молодые ящеры сразу засуетились, подтаскивая ближе куски мяса.

Не советуясь ни о чем с Ирой, они сноровисто принялись разрезать его на более мелкие кусочки и нанизывать на палки. Молодые члены племени весело переговаривались друг с другом, занимаясь уже привычным делом, но все равно нет-нет да с недоумением поглядывали на странную конструкцию, сооруженную Ириной.

Пока им было непонятно, к чему столько трудов.

Ира не спешила их просвещать. Прежде чем костер в печи разгорелся слишком сильно, она аккуратно поставила внутрь котелок, отметив, что в следующий раз об этом нужно будет позаботиться заранее.

Сверху она накрыла печь плоским камнем. Он не прилегал плотно, оставляя зазоры, но ничего лучше найдено не было.

Ящеров это сразу заинтересовало. Особенно тех, кто хотел поджарить мясо. Они недоумевали, обходя печь по кругу. Ира понимала их растерянность: если нет открытого огня, на чем жарить подготовленные кусочки?

У самой Ирины эта задача не вызывала никаких проблем. Мясо вполне можно было положить на камень сверху. Он со временем должен нагреться достаточно, чтобы походить на раскаленную сковороду. Трогать его до окончания обжига Ира точно не планировала. Вскоре он станет слишком горячим, чтобы прикасаться к нему.

— Сверху, — пояснила Ирина, показывая на «крышку». — Огонь нагреет. Камень станет горячим. Мясо поджарится.

Ящеры скептически отнеслись к этим словам, но, чуть подумав, все-таки разложили мясо на камне. Конечно, Ирине пришлось сжечь изрядное количество дров, прежде чем мясо начало поджариваться, но она все равно собиралась держать огонь активным на протяжении долгих часов.

В тот день ящеры насытились приготовленной пищей как никогда ранее. Хватило всем.

Ира не собиралась сидеть перед костром сложа руки. Нет, она восприняла идею сковороды с большим интересом, ведь приготовить на ней можно не только мясо.

В дело шло все. Корни некоторых растений и найденные в лесу овощи оказались довольно вкусными, поджаренные на камне. Другие, наоборот, становились пресными.

И Ирина занималась не только этим. Не забывая подбрасывать дров, она пыталась придать мясу и овощам с корнями как можно более изысканный вкус, используя все, о чем могла только подумать, — съедобные цветы, орехи, травы, редкие ягоды, фрукты.

Результаты были. Все, что помогало улучшить вкус, тщательно запоминалось.

Как можно было ожидать, более сладкие блюда больше нравились детям и ящеркам. Мужчины предпочитали что-то пряное. Ира очень жалела, что нет соли, но не горевала.

Все закончилось, когда под печью прогорела последняя охапка хвороста. Сразу доставать изделие Ира не полезла. Для начала следовало подождать, пока печь остынет.

К этому моменту все ящеры насытились. Даже те, кто не очень любил приготовленную на огне еду, поддавшись общему настроению, целый день периодически что-нибудь закидывали на «сковороду», чтобы потом попробовать результат.

Наблюдать за ящерами было интересно. Они вели себя как дети, которым хочется сделать что-то и поглядеть, к чему это приведет.

Ближе к ночи Ира спихнула сверху камень и заглянула внутрь печи. Разочарование нахлынуло приливной волной. Умом она понимала, что с первого раза вряд ли могло получиться что-то хорошее, но сердцу было обидно за зря потраченное время.

Ирина так расстроилась, что даже доставать расколотый на части бывший котелок не стала. Забралась в шалаш вместе с Ра и, немного покрутившись, уснула.

Утром, вспомнив о своей неудаче, она не позволила унынию взять верх. В конце концов, первый блин всегда комом! Москва и Рим не сразу строились! И так далее и тому подобное.

Выбравшись наружу, она сразу заметила какое-то оживление возле одного из ящеров, который уже с утра разделывал пойманного динозавра небольших размеров. И когда только успел? Утро ведь!

Зевая, Ира приблизилась, желая узнать причину оживления. Поначалу она толком ничего не поняла, но вскоре заметила, что все смотрят на камень в руках ящера. И что в нем особенного?

Ей понадобилось немного времени, чтобы во всем разобраться. Оказалось, что ее неудача не была такой уж фатальной.

Утром самый любопытный из ящеров полез посмотреть на содержимое печи. Найдя осколки, он достал один и случайно порезался об острый край. Это сразу же пробудило в нем любопытство. Он решил разрезать им мясо.

Кажется, излишне говорить, что многим очень понравилось, насколько острым оказался этот черепок.

Правда, всех слегка огорчала хрупкость осколков, но ящеры, судя по всему, довольно быстро научились обращаться с ними аккуратнее.

Ира отдала им все черепки, а сама решила подготовить глину чуть лучше. Видимо, в ней было много крупного сора, поэтому котелок и лопнул, развалившись на части.

Она, конечно, была рада, что рептилоиды, несмотря на ни что, довольны, но хотелось все-таки реализовать задуманное.

Вздохнув, Ира оглядела пустую площадку около печи. Все принесенные дрова были сожжены. Требовалось начинать все сначала.

Окинув взглядом свой шалаш, Ирина решила, что нужно больше места.

Походив по вытоптанной площадке, она наметила в голове план.

Ящеры охотно откликнулись на просьбу о помощи, с любопытством выслушали все, что она им сказала, и направились в лес. Если судить по их заинтересованным взглядам, им хотелось узнать, что нового она придумала.

Вскоре лагерь начал заполняться длинными ветками. Оглядев их одну за другой крайне внимательно, Ира убрала с одной стороны все лишние отростки и листья.

— Нужно закинуть один край сюда, а второй туда, — пояснила Ирина, указывая на подходящие для задуманного деревья.

Она решила построить обычный навес, который закрыл бы всю площадку. Это позволит находиться на улице даже во время дождя. Кроме того, под навесом можно будет оставлять дрова. Конечно, повышенную влажность это не отменяло, но от нее никуда не деться.

Ящеры сноровисто и легко закинули выбранные палки туда, куда указала Ира. Крыша должна была получиться немного кривой и косой, все-таки ветки на деревьях не росли идентичными, но это никого не волновало. Главное, чтобы крыша заслонила от падающей с неба воды.

Когда палки были уложены, Ира попросила крепко привязать их к стволам деревьев найденными в лесу лианами. Затем сверху поперек были уложены другие ветки, на этот раз с листвой.

Первое же испытание дождем показало, что этого недостаточно. Тогда Ирина вспомнила о больших листьях лопухов. Вместе с остальными она уложила с одной стороны больше веток и накрыла сверху лопухами. Убедившись, что крыша получилась покатой, они прижали все более тяжелыми ветками.

Это принесло желаемый результат. Следующий ливень крыша выдержала. Как и рассчитывала Ирина, вода скатывалась вниз по большим листьям и лилась на землю.

Ящеры оценили новинку. Теперь многие во время дождя и не думали уходить в свои шалаши. Ира сразу заметила, что многим нравится сидеть под навесом, наблюдая за дождем с таким взглядом, словно ящеры находились в каком-то трансе.

Закончив с крышей, Ира принялась носить дрова. И снова рептилоиды не остались в стороне. Вскоре все открытое пространство было заполнено хворостом. Большое количество сохло дольше, но Ирина никуда не торопилась.

Ей все равно нужно было подготовить глину. А раз она решила на этот раз действовать более аккуратно, то времени на это требовалось больше.

В итоге Ирина трижды замачивала одну и ту же глину. Под конец, как ей показалось, материал стал выглядеть идеально.

Когда верхние слои дров просохли, а глина была признана годной, она решилась на повторный эксперимент.

Сначала лепка. В отличие от прошлого раза Ира действовала медленно и вдумчиво. Спустя несколько часов из-под ее рук вышел более совершенный котелок. Рассматривая его со стороны, она видела, что ему все равно далеко до идеала, но пока не имела представления, как добиться лучшего результата.

Сушке она также посвятила больше дней. При этом старательно выбрала место, а затем проверяла изделие дважды в день. Все шло хорошо. Котелок не потрескался и со временем стал выглядеть более сухим, но Ира не торопилась растапливать печь, ждала, понимая, что глина должна просохнуть и изнутри.

Спустя неделю она решила, что пора.

Помня свои мысли с прошлого раза, она сначала опустила в печь котелок, а потом уже развела огонь.

Ящеры, заметив начало обжига, воодушевились и снова весь день таскали к сковороде мясо, овощи и фрукты. С прошлого раза многие определились со своими предпочтениями, поэтому действовали уже более целенаправленно.

Дров в этот раз было больше. Ира поддерживала огонь до самой ночи. Крышку она оставила на ночь и сняла ее только утром. Прежде чем заглянуть в печь, Ирина глубоко вздохнула, мысленно готовясь к новой неудаче. Она пыталась убедить себя, что это ничего не значит и…

У нее получилось!!!

Ира едва не подпрыгнула и не запищала от радости. Кое-как совладав с эмоциями, она аккуратно достала котелок. Он выглядел прекрасно. И неважно, что с одной стороны у горловины небольшая часть откололась. Такая мелочь! Главное, что сам котелок остался целым.

В этот момент сзади зашуршали листья. Ира, улыбаясь, повернулась. Лишь чудо не позволило ей выпустить котелок из рук.

Сердце радостно дрогнуло.

Однозначно, утро не могло быть еще более прекрасным.

Джабай устал. Ему так хотелось вернуться, что он невольно подгонял всех, сокращая время отдыха. Удавалось одергивать себя только при мыслях, что усталость в один момент может дорого им обойтись.

В итоге, как бы ему ни хотелось вернуться к своим сородичам (Джабай старался не думать, что по большому счету тянет его вовсе не к соплеменникам), они планомерно проверили долину.

Как оказалось, в этом месте не водилось больших ящеров. Это было вполне логично. В такой практически изолированной среде даже небольшое стадо крупных травоядных (а они чаще всего жили именно группами) могло уничтожить всю растительность.

То же и с хищниками: крупному для поддержания жизни требуется много мяса; если не будет больших травоядных, то он уничтожит всех мелких, а потом умрет сам, от голода. Если, конечно, не найдет выхода из скалистой ловушки.

Мелкие ящеры вполне могли проникать в долину и покидать ее по проторенным тропам, для передвижения по которым требовался малый вес, ловкость и цепкость. Большим существам путь сюда был заказан.

Крупных летающих ящеров Джабай тоже не заметил. В принципе, в их отсутствии была логика. Им тоже требовалось много еды, а здесь поймать ее было крайне затруднительно — лес в долине был как нигде густым. Высокие и необычайно толстые деревья закрывали весь обзор на землю.

Понимая, что в этом месте охотиться сложнее, летающие ящеры, если и могли перебраться через высокие скалы, явно не задерживались здесь надолго.

Лес вообще удивил Джабая. Он, конечно, привык к виду больших деревьев, но в долине они достигали такого размера, что сложно было допрыгнуть даже до самой низкой из ветвей.

Из-за того, что мощнейшие кроны закрывали свет солнца, внизу царил прохладный полумрак. Несмотря на это, между стволами росло множество растений, правда, их все равно было меньше, чем в любом другом знакомом Джабаю месте.

Добравшись до озера, они обошли его практически по кругу, но не нашли вытекающей из него реки. Вода в озере оказалась пригодной для питья.

Спустя какое-то время Джабай признал, что в долине нет ничего опасного. Раньше он никогда не исследовал эту местность настолько пристально. Долина не была ему интересна. Даже странно, что он особо не думал о ней до тех пор, пока Ира не перечислила признаки идеального места для спокойной жизни.

Она много еще чего говорила, но большинство вещей остались для Джабая непонятными. Поля? Огороды? Дома? Эти и другие слова не были ему знакомы. Конечно, она попыталась объяснить ему значение, но Джабай разобрал далеко не все.

Он не понимал, зачем строить большие сооружения, если для ночевки достаточно найти укромный уголок или, на худой конец, построить шалаш. Не мог осознать, чем может быть полезно выращивание овощей или трав, если их можно легко пойти и собрать в любой момент. Зачем тратить столько сил и энергии на то, что можно взять, просто протянув руку?

Конечно, он осознавал, что еда не бесконечна, но, по его мнению, было достаточно обычного планирования. В конце концов, ящеры могли перейти на другое место, когда в ближайшей местности закончится еда. Старики и покалеченные? Долгое путешествие доставит им трудности, но ведь племя не собирается кочевать постоянно. Перейти с одного места на другое раз в несколько месяцев вполне по силам даже им.

От привычной жизни было трудно отказываться. Джабай не мог представить, что однажды будет годами сидеть на одном месте. Он привык к совсем другому положению вещей.

Но слова Иры вызывали в нем любопытство, пусть и смешанное с долей непонимания. Ему хотелось посмотреть, как это будет выглядеть. И он был готов перенять все полезное, что сможет узнать в процессе.

Возвращалась группа в приподнятом настроении. Джабай едва сдерживал себя, чтобы не перейти на сумасшедший бег. И пусть соплеменники вполне могли поддерживать его темп, ему не хотелось, чтобы они задались вопросом, почему он так торопится.

Чем ближе они подходили к лагерю, тем сильнее Джабай чувствовал волнение. Он никак не мог понять, с чем оно связано, но был уверен, что сильно хочется увидеть Иру.

Он и сам не заметил, что на подходе все-таки увеличил скорость. Нюх вел его в одном конкретном направлении. Его не волновали кусты, мешающие пройти. Он просто пробрался через них.

Увидев Иру, державшую в руках что-то незнакомое, Джабай облегченно выдохнул. С ней все в порядке. И чего так волновался? Непонятно.

— Что это? — спросил он, незаметно для себя подходя слишком близко к Ире. Настолько, что он невольно навис над ней, внезапно удивляясь тому, какая ящереана все-таки маленькая. И ведь видел это, знал, но после того, как ему с отрядом пришлось столько времени пробыть вдали от племени, это привычное ранее знание ударило с новой силой.

Маленькая, странная, совершенно не похожая на ящеров, но такая красивая с этой широкой улыбкой и сверкающими глазами. Хотелось… Чего-то сильно хотелось, но чего именно, Джабай никак не мог разобрать. Наверное, обнять ее и укрыть от любой опасности. Она ведь такая хрупкая, тронь — и сломается.

Как только в их мире могло появиться настолько нежное существо?

Он много раз думал об этом, но так и не смог найти нормального ответа. Единственное, что приходило в голову, — это мощь всей группы. Возможно, племя Иры настолько большое, что вместе они могут противостоять опасностям окружающего мира.

— А? — Ира моргнула. Ее улыбка немного увяла, о чем Джабай сразу же пожалел. И зачем что-то спрашивал, мог бы просто смотреть! Опустив голову, Ира снова улыбнулась. На этот раз казалось, словно вокруг нее образовалось сияние, настолько ящереана была счастлива. Джабай прищурился и недобро посмотрел на странную вещь в руках Иры. Ему не нравилось, что что-то может вызвать у нее такие сильные эмоции. — Ах, это! Это потрясающе! — заверила она его, приподняв предмет выше. — Это котелок!

Слово звучало так, будто объясняло все на свете и каждый ящер должен был проникнуться, едва услышав его.

— Для чего он? — продолжая нависать над Ирой, задал Джабай еще один вопрос. Отходить не хотелось. Втянув ноздрями воздух, он удивился, что когда-то мог счесть запах Иры неприятным. Для любого ящера этот запах был силен, но сейчас, по прошествии времени, он казался Джабаю притягательным и приятным.

— Варить еду, — коротко пояснила Ира.

Джабай моргнул, отвлекаясь от своих мыслей и пряча подальше желание обнюхать ящереану везде, где только можно. Нехотя отстранившись, он кое-как вспомнил, что когда-то она рассказывала ему о том, что еду можно не только обжигать в огне, но еще и «варить».

Помнится, он тогда удивился, что Ира не делает этого, хоть и имеет все, что для этого нужно.

Переведя взгляд на котелок, Джабай с большим интересом оглядел предмет. Ничего подобного раньше он не видел. И на глину это походило очень отдаленно. Скорее на принявший странную форму камень.

Протянув руку, он хотел прикоснуться к нему, но Ира убрала котелок подальше.

— Сломаешь, — буркнула она, проверяя котелок, словно Джабай мог повредить его одной силой намерения. — Ты сильный. А он хрупкий.

Джабаю было немного обидно, что не дают потрогать предмет, но стоило ему услышать о силе, как он сразу забыл и об обиде, и о котелке.

— Думаешь, сильный? — спросил он отстраненно. По крайней мере, попытался, чтобы так казалось. Он даже посмотрел в другую сторону, всем своим видом давая понять, что предмет разговора практически его не волнует. На самом деле все внутри гордо раздувалось от мысли, что его силу заметили.

Ира как-то странно прищурилась, и на ее губах появилась не совсем обычная улыбка. Ему показалось или в ее глазах действительно сверкнуло веселье?

Джабай чуть нахмурился. Он ведь не выглядел сейчас смешным, нет?

— Конечно. Сильный. Очень, — серьезно произнесла Ира и кивнула. Джабай моментально выбросил предыдущие мысли из головы. — Нет никого сильнее. Правда. Я не видела.

Ящер не понял почему, но его плечи сами собой развернулись сильнее, а грудь выдвинулась вперед. Он чувствовал себя великолепно. Хотелось пойти и сразиться с каким-нибудь особо свирепым низшим ящером. Обязательно его победить и притащить в лагерь, удерживая только за хвост.

И положить у ног Иры.

Он буквально видел восхищенный блеск в ее глазах. Ему представлялось, как она благосклонно принимает подарок, постоянно повторяя, что никого сильнее Джабая в жизни не видела.

На последней мысли Джабай внезапно запнулся, смутившись. Все, что он сейчас представил, было частью ритуала ухаживания. До этого момента он и не подозревал, что ему хочется сделать что-то подобное.

Неловко переступив с ноги на ногу, он взглянул на Иру тревожно.

— Пойду.

— Конечно, — Ира кивнула.

Она заметила, как поведение ящера резко изменилось. Ей было интересно, в чем причина, но она не стала спрашивать. Вряд ли это как-то касалось ее персоны. В отличие от многих других Ирина знала, что мир не вертится вокруг нее.

Вместо того чтобы уйти немедленно, Джабай задержался. Он сам не понял почему, просто внезапно ощутил, что не хочет уходить именно сейчас. Вообще, чувство было двояким: с одной стороны, он стремился оказаться от Иры подальше, с другой, ему хотелось побыть рядом чуть дольше.

В итоге он решил занять внезапно ставшую неловкой тишину рассказом о том, что они обнаружили в долине.

— Нет крупных хищников, — поделился он своими наблюдениями.

Поглядев по сторонам, Джабай сел прямо на землю, не зная, куда деть руки. Ничего подобного с ним раньше не случалось. Он нервничал.

— Это хорошо, — Ира аккуратно поставила котелок, заметив, что остальные ящеры наблюдают за ними издалека, но подходить близко даже не думают.

Ящерки даже детей придержали, хотя те и хотели как можно скорее посмотреть, что же получилось в печи.

— Воду в озере можно пить, — добавил Джабай.

Ира кивнула и села напротив. Она ощущала неловкость, витающую между ними, но старалась делать вид, что все в порядке.

— А мы тут навес сделали, — сказала она и внутренне поморщилась, понимая, насколько топорно прозвучали ее слова. Не хватало еще неловкого, глупого смеха, и картина была бы полностью завершенной.

Джабай непонимающе на нее посмотрел. Вместо ответа Ира кивнула наверх. Ящер вскинул взгляд и замер. Казалось, до этого момента он совсем не обращал внимания на внешний мир.

— Это… — Джабай рывком поднялся и принялся осматривать конструкцию. — От дождя? — сделал он предположение, восхищаясь оригинальностью задумки. Сам он никогда бы не придумал сделать что-то подобное. И пусть листья уже завяли, но толщина покрова должна была до сих пор сдерживать обычный напор воды, льющейся с неба каждый день.

— Верно, — Ира улыбнулась. Ей нравилось воодушевление и восхищение Джабая. Ей вообще очень импонировала эта черта характера в местных жителях. — Котелок. Надо было много сухих дров. Вот мы и сделали.

Джабай опустил взгляд и безошибочно посмотрел в сторону глиняной посуды. Он не мог представить, что для создания чего-то столь маленького нужно было строить такую большую крышу.

В тот же момент ящер увидел и печь. Удивленно моргнув, он приблизился и заглянул внутрь, затем принимаясь осматривать пока еще непонятное нечто.

Ира тоже поднялась. Подойдя ближе, она улыбнулась, заметив, что Джабай с интересом рассматривает свою испачканную в саже руку.

— Здесь горит огонь, — пояснила она. Подхватив котелок, Ирина осторожно опустила его внутрь печи, а затем закрыла крышку, воссоздав картину обжига. — Вот тут, — она указала на ямку под печкой, — дрова. Они горят. Огонь поднимается вверх. Котелок печется.

— Зачем?

— Должен стать твердым. В мягком котелке ничего не сваришь, — пояснила Ира, радуясь, что ее речь с каждым днем становится все лучше. — А пещеры там есть? — перескочила она на другую тему.

Посуда и процесс ее изготовления увлекали, но долина тоже вызывала интерес. Хотелось послушать о ней больше.

— Не заметили, — ответил Джабай. Они с соплеменниками посматривали на скалы, но ничего похожего на пещеры действительно не видели. Попадались небольшие углубления, но ничего многообещающего. От дождя, может быть, пару ящеров укроют, но не все племя точно.

Ира кивнула. С одной стороны, пещеры — это хорошо. В них всегда можно найти укрытие, а то и вовсе приспособить для проживания. С другой стороны, Ирина не хотела жить в пещере. И дело не в предубеждениях или страхе. Просто она считала, что ящерам будет полезно построить свои дома. Пещера, на ее взгляд, была аналогом собирательства. Нечто простое и доступное, для чего не требуется прилагать усилия и задействовать ум. Из-за легкости получения желаемого развитие мозга приостанавливается.

Слушая о том, какие в долине высокие деревья, какие травы Джабай заметил, каких динозавров они в этот отрезок времени успели поймать и съесть, Ира легко улыбалась, ощущая умиротворение.

Вскоре к ним присоединился Ра. Ира немедленно вспомнила, что тот начал сам охотиться.

Джабай впечатлился, с уважением поглядев на маленького (правда, уже не такого и маленького) тирекса.

В итоге в тот день Ира так и не попробовала что-нибудь сварить. Не было сухих дров, да и ящеры были возбуждены возвращением сородичей, поэтому в лагере весь день царил легкий хаос.

А на следующий день их ждал спуск в долину.

* * *

— Держись ближе, — попросила Ирина малыша, нервно поглядывая на опасную тропу.

Она не знала, так ли ведут себя маленькие тираннозавры, которых воспитывают биологические родители, но ей, кажется, попался уникум. Возможно, он насмотрелся на детей ящеров, потому что скакал по камням в точности как они.

Иру это нервировало. Она боялась, как бы он не соскользнул с очередного камня и не ушибся слишком сильно, но сам детеныш, судя по ловкости и силе прыжков (разве эти динозавры должны быть такими прыгучими?!), совершенно не переживал.

Неодобрительно посмотрев в сторону детей, Ира вздохнула и смирилась. Это точно их дурное влияние! И почему ящерки не одернут своих избалованных малышей? Неужели они не боятся, что кто-нибудь из них свернет себе шею?

Когда один из детенышей все-таки споткнулся и покатился вниз, Ирина ощутила себя так, будто ее настигла временная смерть. Сердце в груди буквально остановилось от страха.

Не успела она дернуться вперед, как проказник затормозил, зацепившись за очередной камень, и подскочил на ноги, будто не он мгновение назад скользил по склону. Тут же донесся его смех. Дети окружили его, восхищаясь чем-то и выпытывая подробности падения, будто и не видели все сами.

Мать мальчика спросила у него, все ли нормально, и, дождавшись кивка, потеряла к теме интерес.

Ира отняла руку от груди и вздохнула. Эти ненормальные ящеры сведут ее с ума!

— Даже не думай повторять, — строго предупредила она Ра, который как-то подозрительно смотрел на стайку детей.

Постепенно малыши немного отстали от него, но все равно при каждом удобном случае стремились включить Ра в свои игры. Если поначалу тирекс пугался их активности, то постепенно начал позволять маленьким ящеркам втягивать себя в забавы.

Глянув на Иру все еще снизу вверх, Ра подпрыгнул, а потом поскакал к малышне, которая, увидев его приближение, оживилась. Если судить по тому, как дети бесстрашно и весело повисли у него на шее, они тирекса больше не боялись.

Ира очень надеялась, что малыши не станут воспринимать остальных динозавров как друзей. Ра растет с людьми и ящерами, но остальные звери по-прежнему опасны. Надо будет поднять эту тему с другими взрослыми.

Что-то обсудив, дети снова принялись увлеченно скакать с камня на камень.

Ира, не спуская с них глаз, догнала Джабая и пошла с ним рядом. Ящер коротко посмотрел на нее, но ничего не сказал.

— Ты выбрал место? — спросила Ирина.

— Возле озера. Хорошая, большая поляна, — ответил Джабай. — Вода близко.

— А солнце? — встревожилась Ира. Ей не хотелось жить под палящими лучами местного светила. Хватило того, что при спуске им часто приходилось оказываться вне защитного укрытия крон. На скалах деревьев росло мало. Если бы не глина на теле, Ирина была уверена, что ее кожа давно бы обгорела.

— Деревья далеко друг от друга, но ветки наверху переплетены, — успокоил ее Джабай. — Тень. Хорошо.

Пока они шли, Ира думала о том, что нужно будет сделать в первую очередь.

Сначала она, конечно, все-таки сварит себе суп. Твердая пища начала уже надоедать. Но это дело пусть и не одного дня (дрова надо еще высушить), но все-таки не нечто глобальное.

Наверное, первым делом надо обратить внимание на дома. Нужно построить нормальный поселок. Посуда, еда, вещи — этим можно заняться во время отдыха.

Решено! Дома будут ее первоочередной задачей.

Спустя некоторое время Джабай довел племя до выбранной поляны. Ира все внимательно осмотрела и удовлетворенно кивнула. Место на самом деле было отличным.

Поляна располагалась на небольшом возвышении, так что можно было сразу сказать, что вода не станет задерживаться в центре поселения, а стечет вниз.

До озера не близко, но и не так далеко. Получалось, что с одной стороны поселок будет прикрыт водой, с другой — скалой. Осталось обезопасить только две стороны.

Да, Ирина не собиралась отказываться от забора. И пусть взрослым ящерам мелкие динозавры вряд ли навредят, но есть дети, которые часто лезут куда-нибудь, а потом ранятся, а то и погибают из-за недосмотра родителей и своего любопытства.

В первый день Ирина обошлась обычным шалашом. Ей очень нравилось, что укрытие построила не она одна, но и все остальные. Отлично, раз ящеры признали полезность домов, то их не должно отпугнуть строительство чего-то более сложного.

Ночью она долго не могла уснуть, размышляя, как именно строить будущий дом. Было несколько вариантов. И в итоге Ира выбрала тот, который вполне могла воплотить в жизнь собственными силами. Это будет не так надежно, как каменная крепость, но и не так шатко, как простой шалаш.

Утром она засомневалась. Позавтракав, Ирина села в некотором отдалении от всей группы и снова принялась просчитывать варианты.

Ночью она решила, что сплетет из длинных тонких веток стены, а потом обмажет конструкцию глиной. Сверху накроет чем-нибудь, и дом готов.

Ничего сложного. Такая постройка была вполне ей по силам. Но, обдумав все еще раз, Ира пришла к неутешительному выводу, что в местном влажном климате подобное строение не простоит долго. Глина вряд ли высохнет достаточно, чтобы противостоять проливным дождям. Со временем ее просто вымоет. Да и палки быстро сгниют.

Сделать кирпичи и из них сложить дом? Даже не смешно. Для обжига потребуется громадное количество дров. Она для одного котелка сушила целую неделю! Ире даже думать не хотелось, сколько времени займет обжиг нужного количества кирпичей.

Сделать саманные блоки? Где их сушить? Выставлять на солнце и каждый вечер убирать? Куда? Нужно будет строить огромный навес. Да и без дождя воздух был слишком влажный. Большой блок вряд ли высохнет полностью.

Оставалось два варианта.

Первый — привычная изба. Толстые бревна, сложенные друг на друга, как спички. Наверное, каждый ребенок в детстве собирал избушку из спичек. Конечно, в местах стыков придется подрубить, но в принципе это решаемо. Нет топора? Можно сделать из камня. Просто выточить. Люди в каменном веке как-то ведь использовали орудия труда из камня.

Здесь сразу встает несколько проблем. Она не сможет сделать все это самостоятельно. Тяжелые бревна еще надо будет найти и доставить. Потом обстругать в местах скрепления. Затем все соединить. Без грубой мужской силы точно не обойтись.

Конечно, никто не говорил, что она должна делать все без посторонней помощи, но Ире хотелось принять самое активное участие в строительстве.

К тому же бревна очень быстро сгниют. Намного быстрее, чем в умеренном климате. С такой влажностью и дождями Ира не дала бы им больше пары лет. Это слишком мало, учитывая затраченные усилия. Хотелось, чтобы дом послужил хотя бы пару десятков лет.

И если первая проблема не была слишком серьезной, то быстрое гниение дома Иру совершенно не устраивало.

Оставался последний вариант — каменный дом.

Задача казалась сложной, но такой способ решал сразу несколько проблем. Камни не гниют — это раз. Их не обязательно обрабатывать, достаточно найти булыжники примерно одинаковой формы — это два. Она вполне может заняться этим сама, просто камни нужно искать небольшие, чтобы удобнее было носить, — это три.

Конечно, не все так просто, как может показаться на первый взгляд. Для начала нужно понять, как построить так, чтобы стены в один далеко не прекрасный момент не упали. Наверное, для придания устойчивости их нужно делать более толстыми. Не стоит забывать и о ровности.

Как с проблемой выравнивания справлялись строители в ее мире? Кажется, у них был специальный прибор. Названия Ира не помнила.

Человеческий глаз не всегда может быть точен. Чуть увлечешься, и стена получится кособокой. А значит, может в любой момент упасть на голову жильцам.

Единственное, что Ира могла придумать, это натянуть веревки между двумя палками. Стены можно строить по ним.

Воды здесь на холме можно было не опасаться. Во время дождя она сразу стекает вниз. Значит, пол не обязательно делать высоким. Но с другой стороны, вода будет медленно, но верно подтачивать основание дома, вымывая связывающий камни материал.

Схватившись за глиняные сосульки на голове, Ирина едва не взвыла.

Что делать?

Ночью все казалось таким простым. Сплести короб, обмазать глиной — и вперед!

— Что-то случилось?

Ира подпрыгнула от испуга и неожиданности, но, вскинув голову, расслабилась. Это был Джабай. За своими мыслями она не заметила, когда тот подошел к ней так близко.

— Да, — призналась Ирина. — Думаю. Дом хочу построить. Не знаю какой.

Джабай слегка озадачился. Покосившись на шалаш, он присел рядом с Ирой.

— Этот плох? — осторожно поинтересовался он, не понимая, чем не устроило ящереану нынешнее укрытие.

— Временный, — она вздохнула, а потом посмотрела на Джабая более серьезно. Может быть, проблему стоит поделить между двумя головами? — Нужно что-то серьезное.

— Не шалаш? Тогда что?

Джабай видел, что Ира расстроена, поэтому всеми силами хотел ей помочь. Заметив, как при его словах красивые глаза ящереаны блеснули, он подобрался и приготовился слушать. Что-то подсказывало, что сейчас он услышит много интересного.

Глава 14

Растерянно оглянувшись, Ира мотнула головой. Еще недавно они с Джабаем обсуждали плюсы и минусы различных материалов, решая, из чего все-таки лучше построить дом. И вот сейчас, спустя какое-то время, вокруг собралось все племя, с азартом и увлеченностью споря, как лучше всего поступить.

Когда ее проблема с домом стала общей? В какой момент? И как она могла это упустить?

Нет, Ира не была против, просто творившееся вокруг сильно удивляло.

Ящеры взялись за обсуждение со всем жаром, на какой только были способны. Для начала Ирине, конечно, пришлось несколько раз рассказывать, что она хочет сделать, и объяснить, почему этот вопрос ее так волнует.

Зато потом, когда до всех присутствующих на внезапном собрании дошла суть проблемы, они принялись сначала обсуждать, а потом и спорить.

Ящеры разделились во мнениях. И им совершенно не мешало, что они никогда прежде в глаза не видели ни одного дома. Ирина расписала все настолько подробно, насколько позволяло ей знание языка.

Она никак не могла решить, ленивы ящеры или же просто не ищут легких путей. Большинство выступало за строительство каменного дома. Однако поначалу такой вариант мало кому нравился. Всё-таки ящеры привыкли к окружению леса. Но все переломил один-единственный аргумент — простоит пару десятков лет.

То ли они могли по достоинству оценить нечто столь долговечное, то ли им просто было лень строить дома каждую пару лет.

К общему мнению так и не пришли. И Джабай не спешил останавливать соплеменников. Он наблюдал за спором со стороны, время от времени подкидывая спорщикам различные аргументы или опровергая чьи-то слова, когда ему казалось, что кто-то говорит глупость.

Ира тоже молчала. Только как-то растерянно. Она никак не ожидала, что дойдет до такого. Хорошо хоть, ящеры не лезли в драку с теми, чье мнение отличалось.

Спустя еще какое-то время некоторые принялись пытаться сложить миниатюрные домики из подручных материалов, чтобы доказать собеседникам свои слова. В этот момент Ира встрепенулась. Она не собиралась кого-либо в чем-то убеждать, просто поправляла ящеров в тех местах, где они что-нибудь не так поняли. Удивительно было, насколько серьезно они ее выслушивали, а потом вступали в спор, вооруженные новыми знаниями.

Одно Ира поняла точно: ящеры — крайне азартные существа.

Кто и когда предложил построить несколько вариантов домов, чтобы посмотреть, какой прослужит дольше и будет удобнее, никто не мог сказать. Но в один момент простой спор перерос в планирование.

Схватив Джабая за руку, Ирина с недоумением наблюдала, как все племя делит территорию поляны на квадраты, на самом деле собираясь строить поселок из разных домов.

— Это нормально? — приглушенно спросила она. Ящеры давно забыли о них с Джабаем. Насколько Ира поняла, они разделились на группы поклонников того или иного способа строительства.

— Почему нет? — Джабай хмыкнул, покосившись на руку Ирины. Прикосновение было очень приятным. — Так они решат свой спор. И ты узнаешь, какой вариант лучше.

— Но что делать мне? — шепотом задала она вопрос больше даже самой себе.

Она думала, что общими усилиями получится решить, как лучше действовать, а получилось что-то непонятное.

— Начни с простого, — посоветовал Джабай.

Ира заторможенно кивнула, а потом заметила, где находится ее рука. Слегка смутившись (но не подав виду), она спокойно убрала ее. Джабай прав.

— А ты? — поинтересовалась она.

— Помогу тебе, — ответил он. — Потом подумаю. Посмотрю, что будет у других.

Приняв решение, они вместе (Ра, конечно же, увязался следом) направились в лес. И не только они.

Некоторые ящеры выбрали легкий вариант, а были еще и те, кому нравился вариант с бревнами. Их не пугала сложность, им казалось, что в таком доме будет хорошо жить. Не холодный камень, но и не ненадежные веточки.

Набрать подходящих веток оказалось не так просто. Деревья в долине действительно были очень большими. Поэтому Джабаю приходилось залезать повыше и уже оттуда скидывать материал.

Ирина оттаскивала все в сторону и снимала мелкие отростки, оставляя голую ветку. Когда строительного материала набралось достаточно, они втроем (как же без Ра, который носился рядом, явно считая происходящее новой игрой?) отправились назад.

По возвращении в лагерь Ира еще раз поразилась той кипучей энергии, которая буквально била фонтаном из ящеров. А ведь еще утром они ползали как сонные мухи, выполняя привычные дела, не требовавшие от них ни активности, ни излишнего энтузиазма.

Стряхнув оцепенение, Ира приступила к своей первой попытке построить нормальный дом.

Но долго заниматься своими делами не получилось. Дело в том, что она заметила, как криво ящеры делят территорию. Только представив себе, как деревня будет выглядеть после застройки, Ирина мысленно скривилась. Ее внутренний перфекционист (который, к слову, не так часто поднимал голову) взвыл, потребовав от нее принять меры.

Когда она все-таки вмешалась в раздел территории, то рептилоиды поначалу не совсем понимали, что не так, но вскоре прониклись объяснениями. Хотя, судя по их озадаченным выражениям, они не до конца понимали ситуацию.

Ира подошла к делу основательно. Все-таки здесь их новый дом, который в дальнейшем с большой долей вероятности будет расширяться, а значит, надо учесть очень многое.

Собрав всех ящеров вокруг себя — вернее, они сами собрались, — Ира начала чертить на земле палкой план будущей деревни.

Для начала они совместными усилиями определили, что лучше всего будет строить кругом. Центром решили сделать самый верх холма. И пусть он не очень выделялся, но определить его было легко. Там будет построен дом вождя. Это решение ящеры приняли единодушно. Джабай слегка смутился такой сплоченности соплеменников, но не стал сопротивляться. Ире казалось, он все еще до конца не привык, что теперь он вождь, а не просто командир небольшой группы воинов.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ Дальше обсуждение немного застопорилось. Многие хотели жить ближе к вождю, но Ира не позволяла превратить обсуждение строительства в балаган.

— Значит, так, — выпрямившись, произнесла она, сурово глядя на притихших ящеров. К этому тону Ирина прибегала очень редко. Ей никогда не нравилось давить на окружающих силой своего характера, но иной раз приходилось. — Вокруг дома вождя будут стоять дома из камня, — договорив, она вскинула руку, заставляя замолчать желающих снова поспорить. Она понимала, что, кроме неопровержимых аргументов, ящеры ничего не примут. — В случае нападения каменные дома послужат защитой нашего лидера. Дерево быстро сгниет. Придется снова строить. Дома с краю будут мешать носить материалы. Камни не гниют. На окраину материал доставить легче.

Ящеры, выслушав ее, на некоторое время задумались, а потом неохотно согласились. Ничего удивительного, что после этого некоторые поменяли мнение и решили прибиться к «клану каменных домов».

Следующим кольцом должны были идти постройки из бревен. И на самом краю — легкие дома, сделанные из веток и глины.

На этом Ирина не остановилась. Раз ящеры выказывают такой энтузиазм к строительству, почему бы не подкинуть им еще парочку проблем?

Ее до сих пор волновала вода. Стекая вниз, она будет подтачивать нижние слои построек. Выходило, что об этом необходимо позаботиться заранее.

Сделать это можно было только одним способом — построить что-то вроде сливной системы. Ирина точно не знала, как это организовать, но она, как и любой другой житель Земли (по крайней мере, цивилизованной ее части), видела, как устроены водостоки.

Крыши нужно делать под наклоном, чтобы вода с них скатывалась в прикрепленные к краям водостоки, а оттуда — в вырытые каналы. Их можно чем-нибудь накрыть сверху, чтобы не приходилось постоянно перепрыгивать.

Чем больше объясняла и чертила Ирина, тем более заинтересованными выглядели ящеры. Некоторые, правда, начали хмуриться, а затем убеждать других, что такие сложности ни к чему, но большинство не слушало, найдя идею укротить воду восхитительной.

Несмотря на явное понимание, Ира видела, что ящеры не до конца осознают, что делать. Поэтому она взяла на себя обязанность поделить холм на квадраты и обозначить места, где в дальнейшем они пророют траншеи для отвода воды.

Задача была не из легких. Холм не был маленьким. Чертить палкой по земле тоже не особо получалось из-за растительности. Джабай, молчаливой тенью следовавший за ней, предложил свои услуги. После этого Ире осталось только мысленно представить себе будущую деревню, а потом указывать Джабаю места, которые нужно отметить.

Направив энергию ящеров в нужное русло, Ирина довольно вздохнула. Вот теперь, пожалуй, можно было продолжить строительство своего дома.

Она озадаченно нахмурилась. Вот только где строить? По ее схеме выходило, что с краю, но приготовленный ими с Джабаем материал лежал недалеко от центра.

Поджав губы, Ира вздохнула. Придется перетаскивать.

— Что ты делаешь? — спросил Джабай, когда она подхватила пару палок и потащила в сторону.

Ира остановилась и непонимающе посмотрела на него.

— Я буду строить из веток и глины. Мне вниз, — она кивнула в сторону, где ящеры, выбравшие самый простой вариант, возились с материалами для постройки.

— Здесь, — отбирая ветки, произнес Джабай.

— Но здесь будет стоять твой дом, — возразила Ирина.

— Ты одна. Одной опасно. Будешь со мной. Потом я помогу тебе построить твой дом, — отведя взгляд в сторону, пообещал Джабай.

Ира моргнула на это заявление, а потом нахмурилась, обдумывая услышанное. Это что же получается, Джабай выразил желание, чтобы она жила с ним? Она правильно поняла? Но зачем? Хочет держать непонятную женщину рядом с собой, чтобы наблюдать за ней? Или, может быть, чтобы Ира помогала ему по хозяйству? Все-таки Джабай холост, а мужчины, как знала Ирина, не особо любят напрягать себя домашними делами. По крайней мере, большинство мужчин. Есть, конечно, исключения, как не быть.

Честно говоря, она сама не особо любила домашние хлопоты, но деваться некуда, кому-то надо стирать, убирать и готовить. Все это постепенно стало привычкой, но иной раз хотелось плюнуть и сказать, что больше она к плите или ведру с тряпкой не подойдет.

Тряхнув головой, Ира выбросила лишние сейчас мысли, сосредоточившись на реальности.

Стирать Джабаю было особо нечего. Одна жесткая кожаная набедренная повязка, больше похожая на доспех, и все. Готовить? Он, конечно, ел жареное мясо и овощи, но основной его рацион все равно пока составляло сырое мясо. Уборка? Что-то подсказывало Ирине, что доисторическому рептилоиду грязь вокруг будет безразлична.

Значит, слежка.

Вздохнув, Ира согласно кивнула. Нервировать ящера своим отказом не хотелось. Раз он считает, что должен держать ее при себе для наблюдения, так тому и быть.

Для начала они вместе с Джабаем начертили на земле линии, намечая будущие стены. Действовать приходилось на глаз, тщательно все вымеряя, чтобы дом получился более или менее ровным.

— Что дальше? — с интересом спросил Джабай, переводя взгляд с нарисованных линий (землю перед этим они очистили от лишней травы) на Ирину.

Ира чуть нервно дернула плечом. Он так спрашивает, будто она когда-нибудь прежде делала что-то подобное. Единственное, на что она сейчас могла опираться, это приобретенный в прошлой жизни опыт и некоторые статьи.

Никогда раньше ей не приходилось думать, что она будет заниматься строительством. Впрочем, идеального воплощения от нее все равно никто не ждал.

— Надо вкопать глубоко, — подхватив более толстую ветку, произнесла она.

Ира не знала, сколько таких вертикальных точек требуется на одну стену, но посчитала, что слишком много не надо.

— По углам. Вот тут, — Ира указала на углы будущего дома. — И еще здесь и здесь.

В итоге получалось, что на каждую стену будет по пять точек опоры.

Джабай понятливо кивнул, а потом забрал у нее палку. У Ирины чуть челюсть не отвисла, когда она увидела, как он одним мощным ударом погружает палку в землю практически на треть. Она и забыла, насколько сильны ящеры! Это просто невероятно! Видеть нечто подобное оказалось весьма шокирующим.

Прокашлявшись, она покачала палку, вернее, попыталась. Та стояла намертво.

— Слишком глубоко, — заключила Ира, стараясь вернуть себе спокойный и собранный вид.

Джабай снова просто кивнул и немного выдернул ветку.

— Не пойдет, — Ира качнула головой и попросила достать палку полностью. После этого накидала в ямку небольших камней, пытаясь таким образом заполнить пустоту внизу. — Вставляй обратно.

Джабай подчинился. Все это время он с интересом наблюдал за действиями Иры, не задавая вопросов. То ли и так все понимал, то ли ему было интересно сделать свои выводы, не полагаясь на слова.

Ирина думала, что они провозятся с вкапыванием долго, но благодаря чрезвычайной силе ящера ей только и оставалось, что показывать места и наблюдать, как очередная ветка без труда погружается в землю.

В итоге это занятие отняло у них не больше пятнадцати минут, большую часть из которых Ира примерялась, проверяла ровность будущих стен и высоту вставленных в землю палок.

— Хорошо, а теперь будем делать так, — начала она, подхватывая более тонкую и гибкую веточку. Ее длины не хватало на всю стену, но этого и не требовалось, не зря ведь они сделали несколько опорных точек.

В прошлой жизни Ирине не доводилось плести корзины, но она видела, как они выглядят. А раз так, значит, ей по силе было повторить технологию.

Джабай, понаблюдав за ней некоторое время, присоединился. Вдвоем у них получалось в разы быстрее. Остановились они, только когда ветки закончились. Их не хватило на весь дом.

Отряхнув руки, Ирина огляделась и тут же заметила, что большая часть ящеров стоит неподалеку, явно наблюдая за их работой, а строительство деревни по какой-то причине приостановилось.

— Что случилось? — задала она вопрос, недоуменно сдвигая брови. Разве они не должны были сейчас в поте лица строить свои дома?

Ответ оказался банальным.

Когда первый энтузиазм прошел, ящеры поняли, что сделать что-то ранее не деланное не так просто, как казалось сначала. В общем, требовалась помощь и подсказки.

Те, кто решил строить дома из палок и глины, быстро среагировали, торопливо повторяя все за Ирой и Джабаем. Но все равно многие совершали во время работы мелкие ошибки, которые грозили в будущем стать проблемой.

Одна пара сделала кривые стены, другая вплела горизонтальные ветки на излишне большом расстоянии друг от друга, третья воткнула палки в землю слишком глубоко.

Были и те, у кого все получилось хорошо с первого раза, но такие ящеры остались в меньшинстве.

Те, кто хотел строить дома из камня и бревен, вообще застопорились на ранних стадиях, не совсем понимая, как подступиться к началу строительства.

И все они с выжиданием смотрели на Иру.

Отказывать она, конечно же, не собиралась. Тут ведь не конкурс, в котором должен определиться победитель, а серьезное мероприятие, где нет места для утаивания информации.

— Хорошо, — Ирина кивнула, размышляя, как лучше поступить. Она не могла бегать от одного дома к другому, так как опасалась, что в суматохе о чем-нибудь забудет и совершит ошибку. — По очереди, — решила она. — Сначала этот дом, — Ира кивнула в сторону их с Джабаем творения. — Потом кому-нибудь сделаем дом из камня. Другие будут внимательно смотреть. И сразу повторять.

Ящеры прекрасно поняли концепцию. Кроме того, такой подход их полностью устроил, так как на время освобождал часть племени от работы. Те, кто оставался свободным от строительства, должны были заняться другими делами. Мясо, в конце концов, само себя не поймает. А того, что исправно притаскивал в лагерь Ра, на все племя не хватало.

Разрешив вопрос, Ира сосредоточилась на продолжении строительства. Те, кто выбрал дома из палок, остались рядом, чтобы наблюдать за процессом и позже повторить его.

Перед этим Ирина, правда, поправила тех, кто совершил ошибки при строительстве своих домов. Ящеры расторопно все исправили.

Так как материал быстро закончился, они с Джабаем отправились за новыми ветками. Наблюдатели последовали за ними. Как-то так вышло, что вскоре вся группа была привлечена к добыче материала.

Мужчины забирались на деревья и ломали ветки, а женщины внизу убирали лишнее, оставляя лишь голые палки.

Не стоит и говорить, что сбор материала прошел гораздо быстрее, чем предполагалось. Вернувшись в поселение, вся группа как-то так естественно начала заниматься постройкой вместе с Ирой и Джабаем. Пока она плела одну стену, остальные взяли на себя другие. Из-за такого количества рук главный каркас был сделан очень быстро.

Уже на этой стадии ящеры было очарованы и впечатлены тем, что получалось.

— Что дальше? — спросил Джабай, входя через дверь в дом, который имел лишь сплетенные стены.

Ира с сомнением поглядела на получившийся результат. Как человека, видевшего, какие дома на самом деле могут строить люди, хижина из веток посреди тропического леса не особо ее впечатляла. Конечно, некую гордость, что она приложила руку к строительству, Ира все-таки испытывала, но ей казалось, что могло бы получиться и лучше.

Все смотрели на нее с ожидающим интересом, а Ира сомневалась. Что дальше? Она и сама хотела бы знать. В принципе, было только два варианта. Первый — доведение стен до конечного результата. То есть принести глину и обмазать все ею. Второй — крыша.

В итоге Ирина решила для начала доделать стены, а потом уже заняться крышей.

— Нужно много глины.

Джабай кивнул и спокойно повел всех в определенное место. Когда разведчики осматривали долину, он отметил несколько точек, где имелась эта красноватая земля.

Яма, из которой можно было достать глину, располагалась в некотором отдалении от поселения. Требовался способ доставить материал к месту строительства.

Тяжелую глину нельзя было унести в листьях. Немного подумав, Ира решила, что для этой цели подойдут носилки. Ничего сложного в сооружении чего-то подобного она не видела.

Найти материал для носилок тоже было просто. Две длинные палки и множество коротких, плюс лианы. Их, кстати, в этом лесу было очень мало, но все-таки удалось отыскать недалеко от озера. Лопатами отлично служили плоские кости и камни.

Ира не знала, нужно ли замачивать глину для обмазки, но решила, что это лишний труд. Возле дома ящеры вырыли неглубокую яму, куда скидывали принесенный с помощью носилок материал. Нужна была вода. Пусть носить ее из озера и было недалеко, но никакой посуды, кроме котелка, не имелось, а им много не наносишь.

После короткого совещания было решено отложить дальнейшее строительство на завтра. Утром ожидался дождь, который решит проблему доставки воды.

Все вышло, как Ира и предполагала. Правда, возникла новая проблема. Яма была небольшой, и глины на весь дом не хватило. Требовалось либо ждать нового дождя, либо придумывать способ принести воду.

Ждать Ира не слишком любила.

Но что она могла придумать? Изготовить еще один котелок? Долго. Поискать камни чашеобразной формы? Не так уж часто в природе встречается нечто подобное. Выдолбить что-то из дерева? Тоже не так быстро, хотя весьма интересная мысль. Посуду ведь можно делать и деревянной. Она не самая безопасная, но вполне может пригодиться.

Ирине требовалось нечто, отвечающее двум главным критериям. Первое — это можно сделать быстро. Второе — оно должно быть достаточно прочным, чтобы выдержать хотя бы пару литров воды.

Единственное, что Ира быстро могла придумать, — это веревочная переноска. Конечно, в сумке воду не унесешь, но внутрь такой авоськи (очень крупного плетения) можно положить что-нибудь способное удерживать воду.

На помощь, как всегда, пришли растения. А точнее, довольно крепкие листья. Конечно, можно было не затрудняться с плетением сумок, а принести воду просто в листьях, но это было неудобно.

Ирина сплела множество косичек, которые затем переплела (на самом деле кое-как соединила между собой) в подобие глубокой сумки. Веревки она делала толстыми. Не хотелось, чтобы вода разлилась, если одна из косичек внезапно порвется.

Потом положила внутрь несколько листов.

Скептически оглядев свою работу, Ирина могла лишь вздохнуть. Выглядело криво, уродливо и ненадежно. Наверное, после тренировок изделие выглядело бы лучше, но сейчас оно смотрелось крайне убого.

Ящеры моментально выразили любопытство. Стараясь не показывать свою неловкость из-за не слишком презентабельного вида переноски, Ира объяснила ее назначение.

Понятно, что одной авоськой не обошлось. Быстро смекнув, как это делается, ящерки под чутким руководством Ирины принялись за работу. Конечно, получалось у них не намного лучше, чем у нее, все же не было практики.

В любом случае свою функцию странное изделие выполняло — оно удерживало воду, позволяя ее перенести от озера к яме.

Сначала, конечно, пришлось немного сложно. Ящеры двигались слишком быстро и неаккуратно, поэтому переноски порой рвались, но вскоре Ирина поняла, как действовать.

Ящеры по ее просьбе выстроились цепочкой от поселка до озера. Переноски передавались из рук в руки, сначала пустые, а потом полные. Таким способом удавалось очень быстро заполнить яму.

Конечно, даже так некоторые ухитрялись как-то повредить авоськи (уронить, проткнуть листья когтями, дернуть сильнее, чем следовало), но в общей сложности справились они хорошо.

Ящерам понравился этот опыт. Они никогда не занимались ничем подобным, поэтому выглядели заинтересованными и возбужденными. Особенно когда начали размышлять, где еще пригодится такой способ доставки.

После того как проблема транспортировки воды была решена, все принялись за дальнейшее строительство.

Это было веселое время. Очень часто Ирина не могла сдержать смех, наблюдая за тем или иным ящером. Надо отдать рептилоидам должное — даже видя ее веселье из-за их неуклюжести, они не обижались, а смеялись вместе с ней. Другие часто подхватывали их смех, поддразнивая отличившихся. Впрочем, в следующий момент дразнящие могли оказаться на месте тех, над кем недавно подшучивали.

В такой приятной атмосфере они закончили обмазку стен. Теперь посреди холма возвышался глиняный квадратный короб, высота которого позволяла укрыть внутри даже рослого ящера.

Рептилоиды осматривали получившееся строение таким взглядом, словно не они только что вместе со всеми приложили усилия для его возведения. Они были поражены, воодушевлены и чрезвычайно любопытны.

Больше всего шума поднялось от детей. Маленькие ящеры выглядели так, словно перед ними внезапно произошло необъяснимое чудо.

Ирине очень импонировало, что ящеры (и большие, и маленькие) даже не пытаются скрыть свои чувства. Она привыкла, что в ее прошлом мире люди старались спрятать эмоции, поэтому такая открытость казалась ей необычной.

— Осталась крыша? — спросил у нее подошедший Джабай.

Ира вскинула голову и улыбнулась ему.

— Не только, — ответила она.

Крыша, несомненно, важна, без нее нет смысла во всем остальном, но, кроме нее, нужно было сделать еще водостоки. Плюс всякие мелочи вроде ковриков, занавесок, дверей и прочего. Кровати. Или что-то подобное.

К тому моменту, как все немного успокоились, приготовившись продолжать, реальность напомнила им, что ночь совсем близко.

В темноте много не построишь, даже с учетом того, что тьма ящерам не помеха. В итоге пришлось прерваться, хотя Ирина видела, как рептилоидам хочется закончить начатое, чтобы посмотреть, что получится.

На следующее утро все встали так рано, как никогда прежде.

Ящеры буквально вибрировали от нетерпения. Они смотрели на Иру с ожиданием, и любому было понятно, как сильно им не терпится приступить к работе.

Сама она ночью долго размышляла, как построить крышу. По всему выходило, что делать ее надо под большим уклоном, чтобы стекала вода. При этом покрытие должен быть широким настолько, чтобы полностью закрывать глиняные стены. Ирине не хотелось, чтобы очередной дождь все размыл. Хорошо еще, что они вчера вечером, перед тем как лечь спать, сообразили накрыть стены листьями. В ином случае, Ира не сомневалась, упругие струи нанесли бы существенный ущерб влажной глине.

Чтобы объяснить, как все будет выглядеть, Ира взяла несколько небольших веток нужной формы. А потом собрала всех ящеров вокруг и принялась рассказывать.

— Как и при постройке шалаша, нам нужны опоры для крыши. Их мы разместим по краям. Сверху положим еще одну палку. Она будет удерживать один край покрытия. Другой край будет опираться на перекладины около стены.

Для рассказа понадобились не только палочки, но и камни, выполняющие функцию стен. Ира ощущала себя ребенком, который внезапно решил поиграть с материалами с улицы, воображая, что строит из них настоящий дом. Эта мысль заставила ее вспомнить, как в раннем детстве она играла с другими детьми в магазин, используя вместо денег листья. А еще варила еду из грязи, пытаясь накормить потом этим угощением товарища по игре — отца почтенного семейства.

Коротко улыбнувшись воспоминаниям, Ира вытряхнула их из головы и сосредоточилась на деле.

Подходящие палки были оперативно притащены в лагерь. Джабай поступил с ними, как и с опорами, — одним слитным движением воткнул в землю в определенных местах. При этом его мускулы настолько красиво двигались под кожей, что Ира поймала себя за непристойным разглядыванием. Самым смущающим в этом было то, что Джабай также заметил ее взгляд.

Показалось или он после этого действительно начал слегка красоваться перед ней?

Прищурившись, Ирина проследила, как Джабай, излишне напрягшись, подпрыгнул с перекладиной в руках, четким движением уложив ее на концы подпор в виде буквы «V».

Приземлившись, Джабай, совершенно не стесняясь, посмотрел на Иру, словно хотел убедиться, что ее взгляд следует за ним. Фыркнув, Ирина отвернулась, постаравшись скрыть улыбку.

Такой дурачок.

Конек крыши располагался довольно высоко, поэтому даже ящерам приходилось подпрыгивать, чтобы достать до него. Требовалась лестница или стремянка. Последнее предпочтительнее. Благо сделать ее не составляло никакого труда, все необходимое имелось: длинные и короткие палки, плюс лианы для закрепления.

В идеале нужны были гвозди, чтобы зафиксировать короткие палки ровно, но за неимением этих важных изделий Ирина привязала палки к торчащим сучкам. С таким подходом горизонтальные палки ложились криво, но тем не менее свою функцию стремянка выполняла.

Наличие такой полезной вещи намного улучшило качество работы.

После того как верхний держатель был установлен, ящеры сделали подобное около стен, только на этот раз высота перекладин была чуть выше стен. На них будет опираться нижний край балок.

Сразу после того как стремянка была опробована, Джабай закрепил верхнюю (коньковую) поперечную балку, привязав ее к опорам. Дальше требовалось работать в команде.

Джабай стоял на стремянке около конька. С двух сторон ящеры подавали ему балки, один конец которых укладывался на нижние перекладины. Скрещивая палки над коньковой балкой, Джабай связывал их лианами, не давая соскальзывать вниз.

Затем на эти балки укладывались другие, на этот раз горизонтально, и тоже тщательным образом привязывались. Таким образом получился каркас крыши. Теперь его оставалось всего лишь чем-нибудь накрыть.

Легко сказать, да сложно придумать, чем именно накрыть крышу. Можно было, конечно, использовать простые листья, но они очень быстро сгниют. Ире не хотелось каждую пару недель менять перекрытие.

Своими сомнениями она поделилась с Джабаем. Тот внимательно оглядел получавшийся дом, а потом внезапно предложил стоящий выход из положения.

В идеале крышу нужно было покрыть глиняными черепками, но Ире даже думать не хотелось, сколько придется сушить дров, чтобы подготовить достаточное количество материала хотя бы для одного дома.

Влажность этого места была настоящей головной болью.

Джабай предложил накрыть дом шкурой динозавра. Несложно было понять, что ящеры как-то обрабатывают шкуры, ведь нижнюю половину своих тел они все-таки прикрывали.

Ира уже успела убедиться, что шкуры обработаны крайне плохо и больше похожи на застывшие доспехи, но главное — они не гнили.

Поэтому идея Джабая убить большого динозавра и снять с него шкуру не показалась Ирине такой уж плохой. Если для ношения застывшая кожа была не слишком удобна, то для покрытия дома ее вполне можно было использовать.

Конечно, Ира согласилась.

Джабай воодушевился. Правда, имелась одна небольшая проблема — в долине не было больших динозавров, получалось, что нужно выйти за ее пределы.

Ящерам такое положение вещей не показалось проблемой. Мужчины быстро собрались (похватали копья) и, попрощавшись с близкими, дружной группой умчались к выходу из долины.

Все произошло так стремительно, что Ира не успела ничего толком обдумать. Когда последний ящер скрылся из вида, она только вздохнула и качнула головой.

Так как делать пока было нечего, она решила помочь оставшимся ящерам со строительством их домов.

Очищая ветки и обмазывая глиной стены, она размышляла над тем, какой стала ее жизнь. Еще совсем недавно Ира и помыслить не могла, что будет заниматься чем-то подобным. Жизнь была спокойной и размеренной. А сейчас? Сейчас все происходящее с ней больше напоминает приключенческий фильм, чем реальность. Хотя, стоит признать, в последние недели стресса и неожиданных событий стало в разы меньше, чем в самом начале.

Вспомнив, как в первое время приходилось постоянно спасать свою жизнь и опасаться каждого куста, Ирина вздрогнула и поспешила поблагодарить богов за то, что ей удалось натолкнуться на рептилоидов. Вполне возможно, что без их помощи она вместе с малышом давно бы уже белела костями на солнце.

Отряд на этот раз вернулся очень быстро. Не прошло и трех дней, как Джабай снова ступил на землю будущего поселения. Ира удивилась такой скорости, но потом, вспомнив, как быстро могут передвигаться ящеры, успокоилась. Наверное, группа очень спешила, а еще им явно повезло наткнуться на добычу недалеко от входа.

Из рассказа Джабая она поняла, что группе действительно улыбнулась удача. Не успели они отойти от входа на несколько километров, как налетели на стадо травоядных динозавров. К облегчению Ирины, это не были агрессивные шиподраи.

Шкуры не были обработаны. Ящеры их просто сняли и свернули. С собой они принесли не только будущее покрытие для домов, но и много мяса.

Ира сразу засуетилась. Столько мяса даже их достаточно большая группа не могла съесть до того, как продукт испортится. Нужно было как-то сохранить пищу.

Она знала только два доступных варианта. Первый — засушить на солнце. Второй — закоптить.

Первый казался самым простым. Солнце на открытой местности пекло так, что мясо могло не просто засушиться, но и поджариться!

Ирина развела бурную деятельность, на время даже позабыв о шкурах.

По идее, мясо нужно было сперва замариновать, но соль Ира пока не добыла, поэтому поступила иначе, очень надеясь, что все получится как надо.

Для начала добыча была порезана на тонкие полоски. Конечно, она не работала одна. После того как удалось объяснить свою затею ящерам, те с готовностью предложили помощь. Мясо нарезали тонкими кусочками. Для этого использовали те самые черепки, которые остались после первой неудачной попытки сделать котелок.

Пока мясо резалось, Ирина сделала крутой отвар из смеси трав. Затем каждый кусочек на несколько секунд окунался в кипящий настой. Ровно на столько, чтобы верхний слой слегка обварился и запах свежей крови исчез. Когда этот этап был пройден, мясо было нанизано на ветки и развешано на открытом участке.

Для надежности и придания запаха Ирина развела на некотором отдалении костер и попросила одного из ящеров присматривать за ним, время от времени подкидывая в огонь хворост. Дым от костра специальным опахалом (куском коры) направлялся в сторону мяса. Это отпугивало насекомых и добавляло мясу приятный запах дыма (по крайней мере, Ирина надеялась, что так будет).

Позаботившись о ценном продукте, она переключила внимание на шкуры.

Глава 15

Как оказалось, ящеры о них уже позаботились. Причем весьма интересным способом. О таком варианте очистки шкур от лишних кусочков плоти она читала, но не думала, что когда-нибудь увидит подобное в реальности.

Ящеры нашли большие муравейники и разложили шкуры рядом с ними. Да, муравьи здесь уже были, правда, их размеры немного отличались от того, что привыкла видеть Ирина.

В большую сторону.

Насколько она поняла, насекомые должны были удалить лишнее мясо, оставшееся на шкуре. К ее удивлению, муравьи справились за сутки. Ирина, когда поняла, насколько эффективными они могут быть, ощутила себя немного неловко. Бурное воображение сразу стало подкидывать одну картинку страшнее другой.

После того как шкуры были очищены, ящеры сунули их в ямы с водой. Дети весело потоптались на них, отчего со дна поднялась грязь и муть, но никого это не смутило. Ирина не вмешивалась, с интересом наблюдая за происходящим. Материал для покрытия крыши не обязательно должен был быть мягким.

В воде шкуры отмокали пару дней, затем ящеры вытащили их на солнце, растянули и придавили концы камнями. После высыхания шкуры выглядели жесткими. Ирина даже опасалась, что они могут лопнуть, если их согнуть. Но опасалась она зря. Шкуры пусть и с трудом, но все-таки гнулись.

Когда материал для покрытия был готов, Джабай вместе с несколькими ящерами старательно накрыл им крышу, тщательным образом привязав к палкам.

Выглядело это, честно говоря, по-варварски. Осталось только прикрепить над входом какой-нибудь череп — и атмосфера дикого времени будет воспроизведена полностью.

Ира не знала, сколько продержится такое покрытие. Все-таки высокая влажность и постоянные дожди могли заставить гнить даже то, что гнить вроде бы не должно.

В отличие от нее рептилоидам нравилось все. Судя по их лицам, они явно были впечатлены размерами и формой дома. Они напоминали Ире людей, которые только что купили нечто, на что очень долго копили деньги. Обычно такие люди многие месяцы сдувают пылинки с новой собственности, долго еще не решаясь поверить, что это теперь принадлежит им.

Внутри дом не был поделен на комнаты. Ирине стоило подумать об этом заранее, но на тот момент возведение каркаса казалось первоочередной задачей. Немного подумав, она решила, что потом поставит что-нибудь вроде ширмы, отделив для себя закуток. Все-таки это не ее дом.

Первая ночь была неспокойной.

Для начала им с Джабаем нужно было озаботиться подстилками. И если ящер не видел ничего плохого в том, чтобы поспать на голой земле, Ира отказывалась ночевать в таких экстремальных условиях. Для себя она притащила в дом охапку мягких листьев, решив позже придумать какой-нибудь матрас.

Ра, привыкший к комфорту, потребовал своей доли листьев. Джабай, наблюдая, как они устраиваются, не вытерпел и тоже соорудил себе постель.

Внутри дома пахло все еще мокрой глиной, землей и свежими листьями. Кроме того, присутствовал еще один сильный запах. Несложно было догадаться, что так пахнет шкура динозавра.

Глядя в проем окна, Ира думала, что нужно будет сделать ставни и закрывать их на ночь. А еще требовалась дверь. И какой-нибудь очаг посредине комнаты. Огонь должен изгнать сырость, и глина высохнет быстрее.

Почему-то в эту ночь было значительно холоднее, чем обычно. Свернувшись клубком, Ира шумно вздохнула, сжимая зубы.

— Что-то случилось? — моментально отреагировал Джабай.

Разве он не спал?

— Ничего, — отозвалась Ирина. — Просто немного холодно.

Сказав это, она представила, как Джабай предлагает ей лечь рядом с ним, чтобы он мог ее обнять. Или просто встает и ложится рядом, притягивая к себе сильной рукой. Предвкушающая дрожь прошлась по телу, а всю нижнюю половину охватил томительный жар.

Фыркнув на свои фантазии, Ира перевернулась на другой бок и прижалась к безмятежно спящему Ра.

— Накрыть тебя листьями? — спросил Джабай, вместо того чтобы предложить свое тело.

Приподнявшись, Ира вытащила из-под себя несколько широких листов и накрылась ими.

— Спасибо. У меня есть, — ответила она, ощутив разочарование. Отругав себя за неуместные мысли, она зажмурилась и постаралась уснуть.

Утром, проснувшись, она еле выползла из вороха листьев. Сонно моргая, Ира пыталась понять, когда пара листов превратилась в добрый десяток. Так ничего и не придумав, она зевнула и выбросила из головы инцидент, совершенно не замечая пристального взгляда Джабая и того, что собственная постель ящера стала в несколько раз тоньше.

После первой проведенной внутри дома ночи стало понятно, что крышу в нескольких местах нужно поправить. Днем они вместе с Джабаем устранили все огрехи.

Ящеры, выбравшие такие же материалы для строительства, с повышенным энтузиазмом принялись за свои дома. Им явно хотелось получить такой же результат. Так как они все помогали строить, теперь ошибок было меньше. Не сказать, что их вообще не было, но ящеры старались.

Остальные, чтобы у других появилась возможность как можно скорее приступить к постройке собственных домов, бросились им на помощь. Таким образом строительство глиняных домов проходило в ускоренном темпе.

Ира тоже помогала, но при этом размышляла, как быть с водой. Реальность показала, что одних водостоков мало. Необходимо рыть каналы вокруг домов, чтобы отводить лишнюю воду от стен. Причем сами улицы следует немного приподнять, чтобы вода не стекала по ним, а сразу устремлялась в каналы, затем сбегая к подножию холма.

Работа казалась трудоемкой.

В один из дней Ирина подробно объяснила Джабаю, что, как ей казалось, необходимо было сделать. Ящер внимательно выслушал, а потом позвал на совет Балиада, Грараса, Роридака и старого Додлога.

— Это надо делать уже сейчас, — произнесла Ирина. — Вода бежит с неба каждый день. Дома внизу будет подмывать.

Ящеры как один закивали. Все они видели, что происходит во время ежедневного ливня. Если у верхнего дома особых проблем не было, то нижним постройкам сильно доставалось, когда постоянный поток воды подмывал глиняное основание. Не было никаких сомнений, что спустя время всю глину внизу просто вымоет.

На совете было принято несколько решений.

Первое — одна группа ящеров начнет копать каналы немедленно. Второе — рвы вокруг нижних домов будут самыми глубокими. Третье — основание глиняных домов будет обложено камнями. Четвертое — из-за возможности попадания воды внутрь домов не через крышу, а через размытое основание, полы не должны оставаться земляными.

Честно говоря, Ира при планировании построек о многом не подумала, но ее нельзя винить, ведь она никогда не занималась чем-то подобным, более того, даже не думала, что когда-нибудь ей придется строить хижины в тропическом лесу. Поэтому многие проблемы вылезали одна за другой по мере того, как дело двигалось вперед.

Полы.

Да, это была настоящая проблема. Постоянно спать на земляном полу было плохой идеей. Даже с учетом толстого слоя листьев или будущего матраса. Нужны были кровати. А учитывая возможность попадания воды внутрь домов, необходимо было поднимать полы над поверхностью.

В итоге было решено выложить полы в домах толстым слоем камней, после этого пойдет древесное покрытие, а сверху накрыть толстыми травяными циновками, сплетенными из заранее высушенного материала.

Центр дома отводился под очаг. Его было решено основательно обложить камнями, чтобы огонь не добрался до деревянного покрытия и циновок.

Чуть позже Ирина предложила соорудить печку. Это было более надежно и удобно. Правда, она понятия не имела, как сделать трубу для отвода дыма. Единственный вариант, приходящий ей в голову, — слепить из глины.

Саму печку она планировала сделать максимально простой. Не потому, что не хотелось мучиться с чем-то затейливым, просто Ира не знала, как сделать что-то сложнее.

После совещания ящеры перераспределились. Небольшая часть начала копать каналы вокруг нижних домов, уже частично построенных. Остальные бросились доделывать сами дома, сразу внося изменения: некоторые ящеры принялись таскать камни и укладывать их внутри дома, другие рептилоиды отправились в лес за покрытием для пола. А ящерки под руководством Ирины пошли выбирать материал для циновок.

Около озера они нашли растение, напоминающее бамбук. Ира сразу воодушевилась, вспомнив, что взрослые растения должны быть полыми внутри. Это можно было как-нибудь использовать. Например, сделать из стеблей водостоки. Ира слышала, что после высыхания бамбук становится прочным как камень.

Внимательно осмотревшись, она поняла, что большая часть леса с одной стороны озера состоит исключительно из бамбука.

Немного подумав, она решила, что молодые побеги вполне можно использовать для создания толстых циновок. А еще бамбук можно есть.

Отыскав для пробы невысокий, не больше полуметра, побег, Ирина сорвала его и принялась очищать. Ящерки с интересом следили за ней.

Очистив небольшой участок, Ира осторожно откусила кусочек и принялась жевать. На вкус напоминало древесину, но выделяющийся сладкий сок скрашивал негативное впечатление.

Заметив, что Ирина не кривится, ящерки немедленно последовали ее примеру. Очень скоро все они уселись кружком и принялись сосредоточенно жевать бамбук. Так как большинство из них были молодыми, то вкус понравился практически всем.

Стоящие неподалеку ящеры, которых Джабай выделил для охраны женщин, не вытерпели и присоединились. Как и Ра, которому было очень интересно, что такое они затеяли.

Делать циновки из молодого бамбука ящерки отказались, аргументировав тем, что еду не следует класть на пол, а потом еще и ходить по ней. Пришлось искать другой материал. Благо вскоре им посчастливилось отыскать тростник. Ира не была полностью уверена, что это именно он, все-таки здесь другой мир или другое время, но растение подходило под описание тростника идеально.

Ира смутно помнила, что тростник часто растет в засоленных почвах. Она задумчиво посмотрела на землю под ногами. Возможно ли, что здесь где-нибудь можно найти соль? Хотелось бы, но озеро ведь совсем не соленое.

Ох, а корни тростника тоже можно есть. Насколько Ира помнила, раньше их сушили и перетирали, делая муку, из которой пекли лепешки. Сама она корни тростника никогда не пробовала, но в статьях указывалось, что они чуть сладковатые. Кроме сушки, их еще можно запекать и варить.

Все это она рассказала ящеркам. Те немедленно выдернули несколько растений, желая попробовать что-то новое. На этот раз они не возражали против использования тростника для циновок, ведь они не ели сами стебли, только корни. Наоборот, такое безотходное потребление показалось им удачной идеей.

Пока доставали тростник, все измазались в грязи, но никого это особо не расстроило. Разве что кроме ящеров. Да и тех волновала безопасность ящерок, ведь в воде могло водиться что угодно. И чаще всего это «что угодно» бывало зубастым и хищным.

После короткой отповеди женщинам пришлось вспомнить о своей безопасности. Веселье немного снизило градус, но полностью не исчезло. Ящеры, коршунами следящие за их группой, не были полностью довольны, но молчали.

После снятия пробы ящерки пришли к выводу, что такая еда вполне приемлема. Ира про себя тихо радовалась, ведь в растительных продуктах много полезных элементов.

После короткого перекуса все заинтересовались самими стеблями. Ирина показала, как должны будут выглядеть циновки, о которых она столько говорила. Ящерки не сочли способ плетения сложным. Честно говоря, Ира не стала изобретать что-то замысловатое. Зачем? В их положении явно не до красоты. Позже, когда быт станет хотя бы немного не таким хаотичным, можно будет подумать о чем-то, кроме удобства.

Ра во время этой прогулки тоже отличился. В какой-то момент Ира услышала громкий всплеск. Ящеры моментально вскинули копья, направив их в сторону шума.

В зарослях камыша послышались звуки борьбы. Спустя некоторое время все затихло, прежде чем все уловили новый шорох. Еще через пару минут из зарослей показался знакомый хвост.

— Ра! — вскрикнула Ирина, делая шаг вперед. Ящер, стоящий рядом, моментально отреагировал, свободной рукой преградив ей путь. Ира схватилась за нее, с тревогой глядя на выползающего из камышей малыша.

Что-то эта ситуация ей напоминала…

Ирина нахмурилась, а потом ахнула, увидев, как детеныш вытаскивает что-то из воды.

Очень скоро стало понятно, что Ра каким-то образом удалось поймать громадную змею. Когда он с трудом вытащил большую ее часть из воды, Ира невольно поежилась и отступила на шаг. И не она одна была испугана размерами змеюки.

Хвост рептилии все еще пытался скрутиться кольцами. Ирина ощутила отчетливый ужас, вспомнив, что змеи во время охоты или в моменты опасности обвивают свою жертву или нападающего хвостом и пытаются задушить попавшего в ловушку.

Ра очень повезло, что ему удалось быстро убить змею, в ином случае, Ирина не сомневалась, его не только задушили бы, но еще и съели, проглотив целиком. Конечно, размер Ра не был уже маленьким, но Ира помнила, что змеи способны поглотить добычу намного больше, чем можно предположить.

Первым порывом было отругать малыша, чтобы он больше никогда не делал ничего подобного, но почти сразу она вспомнила, что Ра — хищник. Охота в его крови. Тем более вокруг полно других опасностей. Она не может запретить ему все. Убить ведь может не только доисторическая анаконда, но и любой из динозавров.

Смирившись с тем, что ругань не выход, Ирина улыбнулась и похвалила тирекса, а потом решила, что нужно будет ему показать, как змеи убивают крупную добычу, чтобы малыш в другой раз был очень осторожен.

Ящеры тоже хвалили Ра. Они одобряюще похлопывали его по голове, с уважением глядя на полностью вытащенную из воды змею. Ира тоже на нее смотрела, но в отличие от других — расчетливо.

В ее голове уже мелькали мысли, куда можно пристроить змеиную кожу. В отличие от толстой шкуры динозавров, эта была тонкой. Если ее правильно выделать, то Ира, наконец-то, сможет сделать себе более или менее пристойную одежду.

На кону стояла ее одежда, поэтому Ирина постаралась выудить из памяти максимум знаний о дублении кожи и использовать все, что могла получить от природы в нынешних обстоятельствах.

Конечно, она понимала, что в тесном одеянии ей будет просто жарко, так что решила обойтись короткой юбкой и чем-то вроде топа, прикрывающего грудь.

А еще Ира хотела соорудить себе подобие босоножек. Это тело привыкло ходить босиком, но обувь защитит ноги от ран. В плотных сапожках она вряд ли сможет ходить — ноги в такой жаре и влажности быстро сопреют, — а вот босоножки с плотной подошвой будут хорошим вариантом.

Кожу со змеи снимал Джабай. По просьбе Иры он делал это настолько аккуратно, насколько возможно в нынешних условиях. Пользовался он одним из черепков, оставшихся после первой неудачной попытки сделать горшок.

Наблюдая за его ловкими движениями, Ира решила попробовать сделать керамические ножи. Судя по тому, что она видела, ящеры довольно быстро научились орудовать хрупкими инструментами.

Когда шкура была стянута, они вместе с Джабаем соорудили несколько рам. Ничего сложного: соединили между собой четыре длинные палки так, чтобы получился квадрат.

Снятую шкуру натянули на рамы и поставили их неподалеку от муравейника. Можно было просто положить шкуру на землю, но Ира подумала, что так будет лучше. В натянутой коже не оставалось никаких складок, в которых могли бы остаться кусочки плоти. Муравьям будет легче добраться до мяса.

Пока насекомые занимались очищением кожи, Ира принялась за отвар для замачивания шкуры. Нужна была соль, но, пока такая роскошная вещь не попалась на пути, она решила обойтись отваром из растений. Все последнее время Ирина внимательно запоминала, какова на вкус та или иная трава, если ее заварить.

Она много раз пробовала отвар из дубовой коры (всегда хорошо помогавший в прошлом при воспалении десны или нёба), поэтому легко могла представить себе, как должны ощущаться дубильные свойства травы.

В итоге Ира выбрала несколько трав и сделала из них очень крепкий отвар. Затем подготовила яму и вылила в нее охлажденный отвар, а потом добавила еще пару котелков прокипяченной воды. Все это заняло у Иры пару дней — как всегда, не было сухих дров, но она и не торопилась, шкура все равно еще очищалась.

Убедившись, что муравьи поработали хорошо, они с Джабаем сняли шкуру и замочили в отваре. Тщательно накрыв яму, Ира приготовилась ждать сутки или около того.

Кажется, далее кожу следует держать в сухом темном месте для просушки, но не стоило и мечтать отыскать в этом лесу такой уголок.

При этих мыслях Ирина поглядела в сторону скал. Если бы получилось найти какую-нибудь пещеру, жизнь стала бы проще. Конечно, там тоже не будет абсолютно сухо, но, наверное, все-таки не так влажно, как в лесу, где каждый день идет дождь, а солнце испаряет все, что падает с неба.

На всякий случай Ира повторила замачивание еще раз после того, как кожа немного высохла. Затем за неимением соли натерла ее древесной золой. Потом выбила и, натянув на раму, поставила недалеко от костра.

Ирина очень надеялась, что всех проделанных манипуляций будет достаточно, чтобы кожа стала мягкой и не воняла.

Ящеры все это время с любопытством наблюдали за их танцами вокруг змеиной кожи. Некоторые даже находили излишние движения смешными, не понимая, зачем так сильно стараться, если результат будет тем же.

После того как шкура высохла, Ира еще раз протерла ее древесной золой, помяла, выбила, а затем свернула рулоном и положила в доме. Через пару суток она достала кожу.

Стоило ящерам заметить это, как они сбежались к дому Ирины с Джабаем, желая увидеть, что получилось.

Ира немного нервно огляделась, передернула плечами, словно пытаясь скинуть чужое внимание, а потом начала разворачивать рулон. К ее облегчению, кожа ощущалась мягкой. Наклонившись, Ирина понюхала кожу с обратной стороны. Вроде ничем не пахло.

Когда ящерки поняли, что шкура не жесткая, а очень мягкая, со всех сторон послышались удивленные и восхищенные возгласы. Всем немедленно захотелось потрогать кожу, ощутить самим, так ли она мягка, как выглядит.

— Что здесь? — услышали все голос и затихли, оборачиваясь к стоящему неподалеку Джабаю.

Он с группой мужчин сегодня утром ушел на охоту и теперь вот вернулся, чтобы увидеть около своего дома все племя.

Ира тоже посмотрела в его сторону. Почему-то ей внезапно стало смешно. Может быть, потому, что Джабай в этот момент очень напоминал ей Ра?

Ящер стоял на некотором отдалении, удерживая мертвого динозавра размером с быка за хвост. Заметив ее взгляд, Джабай встрепенулся. Черты его лица расслабились. Шагнув вперед, он дотащил динозавра до их дома и небрежно отпустил хвост, сделав вид, что ничего странного не происходит.

Вот только это было не совсем так.

Обычно все охотники приносили добычу в одно место, откуда все племя забирало себе необходимые кусочки. Так как все жили на виду, то никто даже не думал брать больше, чем требуется. Да и зачем, если необработанное мясо все равно сгниет?

Правда, после того как Ира показала ящерам способ сушения, положение стало немного меняться. Первая партия сушеного мяса была принята очень хорошо. Всем понравилось, что не нужно зависеть от постоянной удачи. Охота ведь тоже не всегда заканчивается добычей.

Проблемы не обошли стороной, ведь следовало озаботиться емкостями для хранения сушеного мяса. Из-за влажности его все равно нельзя было держать слишком долго, но даже так оно хранилось значительно дольше, чем сырое.

В идеале надо было выкопать погреба, наделать глиняных кувшинов, в которых можно было хранить сушеное мясо, но пока ящеры обошлись чем-то вроде собственноручно сплетенных корзинок.

Назвать этих кривых монстров гордым словом «корзинка» у Ирины не поворачивался язык, но другого названия она не могла придумать. Сами ящеры готовы были просто сложить мясо на листья, и дело с концом. Но Ире такой примитивный способ не нравился, поэтому она постаралась всех убедить, что так делать не стоит, а если и стоит, то только в исключительных случаях, когда другого выхода нет.

Она была твердо уверена, что чем больше ящеры думают, тем быстрее шагнут вперед в своем развитии. Они и сейчас были довольно умны (даже слишком, если честно), им просто не хватало воображения и потребности в переменах. Необходимости.

Зачем к чему-то стремиться, когда все вокруг и так устраивает? Ире еще повезло, что в ящерах, видимо, природой было заложено много, очень много любопытства.

Поэтому то, что Джабай притащил динозавра к их дому, было странным. Ирина прищурилась, пытаясь понять, случайно ли он сделал это, или за подобным жестом что-то стоит.

Оглянувшись, она поняла, что и другие сочли происходящее крайне интересным. На некоторых лицах было написано странное недоумение. А пара ящеров так мерзко ухмылялась, что Ире захотелось встать и стукнуть их чем-нибудь.

Первое она успешно сделала — поднялась на ноги. Правда, никого бить не стала. В конце концов, она ведь не варварка какая-то, а цивилизованная женщина, которая может гордо проигнорировать то, что ей не нравится.

— Мне понравилось сушеное мясо, — пояснил Джабай. — Это нам. Часть для племени я уже отнес.

Ах, вот оно что…

Ирина выдохнула.

С одной стороны, она почувствовала облегчение. Ничего странного в действиях ящера не было. Он просто захотел иметь собственный запас сушеного мяса. Это даже хорошо.

С другой стороны, на короткий миг она подумала, что этот жест значит что-то иное. Она не была уверена, что именно, но на подсознательном уровне понимала, что все не так просто. Да и взгляды соплеменников говорили о многом. И то, что все не так, заставило ее ощутить разочарование.

Если говорить прямо, Ира не могла до конца сформулировать все, что волной пронеслось в ее разуме и душе.

— Да. Хорошо, — Ирина кивнула.

Джабай медленно выдохнул, постаравшись сделать вид, что все в порядке и это не он только что с замиранием ждал ответа. Мельком взглянув на товарищей, он заметил, как те скалят зубы, явно желая немного подразнить его.

Джабай провел множество дней в размышлениях. Он даже пытался смотреть заинтересованным взглядом на других ящереан. Те чувствовали это и моментально начинали вести себя перед ним иначе, давая понять, что они с радостью разделят с ним не только жизнь, но и просто ложе.

Вот только ни одна из них не могла заставить Джабая ощущать что-то, кроме защитного инстинкта, который преобладал в нем при мыслях о своем племени. Да, ящереаны в его племени были красивыми. Их тела выглядели идеально. Каждая из них могла родить ему сильных и крепких ящерят, которые в дальнейшем станут продолжением, силой и опорой племени.

Однако что-то было не так. Разговаривая с очередной ящереаной, он то и дело искал взглядом Иру. Как только он понял это, то сразу осознал, что делает так всегда. Ему хотелось видеть ее постоянно. Касаться. Стоять как можно ближе. Слышать голос, ощущать запах.

Джабай не знал, что делать. Она была другой. В глубине разума он понимал, что все это не совсем правильно. Они разные. Разве он может желать существо другого вида?

С каждым днем становилось все хуже. Он злился, когда видел возле Иры какого-нибудь ящера. Несколько раз ему пришлось напомнить своим товарищам, что им не стоит быть слишком навязчивыми.

В такие моменты многие из них смотрели с недоумением, словно не понимали, о чем идет речь. Но не все. Один выглядел разочарованным.

Стоило Джабаю увидеть эту эмоцию, как он моментально вспыхнул, желая прикончить наглеца. Он сразу понял, что тот крутился рядом с Ирой не просто так, а потому, что хотел ее.

Неприемлемо!

Этот инцидент подтолкнул Джабая. Он решил, что стоит попробовать. Именно поэтому первым делом он принес Ире свою добычу. Она приняла ее. Значит, у него был шанс.

И Джабая мало волновало, что Ира, возможно, не знает обычаев его народа. Главное — результат!

Шкуру принесенного динозавра Ира решила обработать по новой методике. Чем дальше, тем яснее становилось, что шкура на крыше в таком климате не самый хороший вариант. Черепицу Ирина по-прежнему не могла себе позволить, значит, нужно было снова думать.

Пока Джабай возился с разделкой туши, Ира обратила внимание на подготовленную змеиную кожу. Пришло время заняться одеждой!

И как всегда происходило в этом мире, стоило ей подумать о чем-то, как сразу вылезло множество проблем.

Первое — где взять иглу? Второе — нужны нитки!

Сами ящеры поступали просто — связывали набедренные повязки чем-то вроде толстых жил. Дыры пробивали кончиками копий. Одна дырка с одного края, вторая с другого. И все.

Можно было, конечно, сделать так же, но Ирине не хотелось.

Она слышала, что из бамбука можно делать гвозди. Ира понятия не имела, как такое возможно, но если бамбук при высыхании становится похож на камень, то почему бы и нет.

Она немедленно решила этим воспользоваться. Позаимствовала у одного из ящеров керамический осколок и принялась стругать бамбуковый стебель, выбрав не самый молодой, но и не старый.

Сделать невероятно тонкую иглу у нее вряд ли получилось бы, поэтому Ира ограничилась подобием толстого шила. Если оно будет твердым как камень, то должно пробить кусок кожи. Для обуви она выстругала более толстое шило.

После положила свои поделки сушиться.

После расспросов ящерок стало понятно, что они сами действительно использовали жилы в качестве ниток. Попадалась Ире как-то статья с описанием, как подготовить жилы, но большая часть информации была успешно забыта. Особенно запомнились слова, что высушенные жилы можно пропускать через зубы, якобы для выравнивания и смачивания слюной. Это показалось Ирине мерзким, поэтому она даже не думала так делать.

Жилы добыл Джабай. Он не задавал вопросов, так как уже знал, для чего они могли понадобиться. Затем Ира их тщательно просушила и разделила на волокна.

Кожу резала все тем же осколком, работая настолько аккуратно, насколько возможно. Правда, получилось все равно немного рвано в некоторых местах, но не критично.

Для ее некрупного тела много материала не понадобилось. Повертев в руках кусок кожи, Ира пришла к выводу, что не будет сшивать края намертво. Что-то вроде шнуровки с боков будет тем что надо. И практично, и красиво.

Наделав дыр в обоих кусках, Ира соединила части с помощью жил, оставив концы свободно свисать со всех сторон.

После этого надела получившуюся юбку. Та, естественно, слегка болталась, но так и было задумано. Ира просто затянула жилы. Теперь по бокам у нее была шнуровка, как на кроссовках. Через шнурки виднелась тонкая полоска кожи. Низ юбки свисал свободно, не мешая ходьбе.

Топик Ира сделала аналогичным образом. Только взяла не две части, а одну узкую и длинную и соединила концы между грудями. Получилось просто и удобно. Кожа была мягкой, нигде и ничего не натирало, плюс всегда можно было легко снять такую одежду и надеть повторно.

С босоножками было больше мороки. Для начала Ирина вырезала из толстой, плохо обработанной кожи подобие подошвы. Сделала несколько слоев и прикрепила разрезанную на ленты кожу к верхнему. Теперь нужно было соединить несколько подошв в одну. Ирина не хотела сшивать их, опасаясь, что жилы перетрутся в самом низу.

На помощь пришла смола деревьев. При застывании она склеивала все, что попадалось в ее липкие сети.

Собрав все части будущей подошвы, Ира оставила их высыхать, придавив камнем, а сама занялась набедренной повязкой для Джабая. Ей показалось, что будет уместно изготовить одежду и ему. А еще можно придумать какое-нибудь украшение из полосок кожи. Выглядела змеиная шкура очень красиво, грех не воспользоваться. Себе она тоже что-нибудь точно сделает.

Немного подумав, она решила, что подарок Джабаю лучше делать из более толстой кожи. Он охотник, ему не помешает лишняя защита, пусть и такая несерьезная. Толстая шкура, прикрывающая чресла, все-таки лучше, чем тонкая змеиная.

Свою мысль Ира воплотила в жизнь после того, как тщательным образом обработала шкуру динозавра. Она получилась толстой и жесткой, но это было то, что надо.

Так как это был подарок, то Ира вложила в него больше сил. Для начала она вырезала два куска кожи. Потом из змеиной шкуры сделала еще два кусочка. Сверху эти куски были более узкими, снизу — широкими. Это в будущем позволит Джабаю делать широкие шаги, не опасаясь, что набедренная повязка скует его движения.

Куски змеиной кожи она пришила (кто бы знал, скольких усилий это от нее потребовало!) к толстым частям. Сверху в двух местах продела шнур для притягивания толстых частей друг к другу.

Ира очень надеялась, что это будет удобно.

Джабай как-то странно на нее посмотрел, когда она передала ему повязку, но Ира не обратила на это внимания. Если честно, в последнее время она старалась смотреть на ящера как можно реже.

Ее тело реагировало весьма недвусмысленно, и Ира опасалась, что ящер своим чутким нюхом сможет уловить ее возбуждение. Именно поэтому чем сильнее становилось желание, тем больше она отдалялась от Джабая, стараясь взять свое тело под контроль.

Получалось пока плохо, но она старалась.

* * *

После долгих размышлений Ирина пришла к выводу, что крышу в этом месте можно сделать исключительно из двух материалов, не опасаясь, что придется каждый год все переделывать.

Глина и бамбук.

Глину нужно было обжигать, бамбук сушить. Естественно, проще было высушить бамбук. Правда, мороки с этим все равно было много. За день стебли не могли высохнуть полностью, поэтому их каждый вечер приходилось заносить домой.

Когда Ира в первый раз решила разжечь очаг в доме, она очень быстро поняла, что идея иметь в доме печку не самая удачная. Было слишком жарко. С одной стороны, огонь высушивал влажный воздух, с другой — становилось настолько душно, что воздуха не оставалось даже при открытой двери и окнах.

После этого очаг был оставлен в покое. Дыру заложили, хотя и не заделали наглухо. На всякий случай. Мало ли, вдруг будут слишком холодные ночи. Тогда огонь в доме пригодится.

Пока сушился бамбук для крыши, Ирина вместе с остальными ящерами доделывала глиняные дома на окраине деревни. Затем все дружно приступили к каменным постройкам.

Для начала Ира решила, что стоит построить один дом. Потом по его примеру можно будет заниматься и остальными.

Так как здесь тоже была важна ровность стен, Ира попросила ящеров воткнуть в намеченные углы палки. Они должны были стать ориентиром, чтобы не отклониться от задуманного. Плюс к этому она начертила линии на земле.

Немного подумав, Ирина решила, что не помешает сделать что-то вроде неглубокого фундамента. Конечно, копать на метр вглубь земли она не собиралась, достаточно было, по ее мнению, сантиметров двадцать — тридцать. В конце концов, она не собиралась строить нечто грандиозное. Просто хижину.

Ящеры быстро справились с задачей. И тут Ирина озаботилась вопросом, чем соединять камни. Просто глиной? Можно, конечно, но вряд ли такая постройка простоит долго. Достаточно ли будет для прочности добавить песка?

Откровенно говоря, Ирина не знала, чем в далеком прошлом пользовались предки для строительства домов. Даже то, как делают цемент, раньше ее не волновало. В самом деле, кому интересно, из чего смешивают цемент? Наверное, только тем, кто тесно связан со строительством или хотя бы раз что-то строил своими руками. Ни тем ни другим Ира раньше не была.

Прочитанные статьи тоже не особо помогали. Хотя кое-что вытащить из памяти все-таки удалось. Например, что кладочную смесь можно сделать из глины, песка и извести.

Глина у нее была, песок можно отыскать возле озера. Но где взять известь?

Ирина несколько дней ходила задумчивая, пытаясь вспомнить все, что связано с этим белым материалом. Единственное, что она знала четко, это что известь нужно гасить водой и что ею раньше белили все, до чего дотягивались руки. Известь является хорошим антисептическим средством и помогает бороться с влажностью.

Последнее очень нравилось Ире, поэтому она решила, что, как только вспомнит способ добычи такого полезного материала, побелит дом и изнутри, и снаружи.

Спустя два дня ее осенило. Она вспомнила, что известь делают из определенных камней, которые очень долго обжигают в огне, а затем гасят водой. При последнем действии нужно быть крайне осторожными, так как это может быть очень опасно.

Это новое знание привело ее на берег озера. Если ящеров и интересовало, почему она вдруг так сильно заинтересовалась мелкими камнями, то они молчали, лишь наблюдая на некотором расстоянии.

Пытаясь рассуждать логически, Ирина отобрала несколько камней, которые, по ее мнению, могли являться тем самым неизвестным ей известняком. Известь похожа на молотый мел. Значит, камни должны быть тоже чем-то похожи на него.

Осматривая очередной булыжник, Ира тихо вздыхала и сетовала на отсутствие под рукой такого удобного интернета, в котором все можно посмотреть.

Раньше, читая разнообразную информацию, Ирина даже не пыталась запомнить прочитанное. Зачем, если всегда можно снова загуглить и посмотреть? Еще повезло, что она хоть что-то сейчас могла вспомнить из прочитанного.

После того как камни были тщательным образом отобраны, Ира поняла, что без очередных проблем не обойтись. Для начала требовалась бо́льшая емкость.

Отложив в сторону известь, она приступила к лепке посуды. Пока большой котел высыхал в тени, она налепила множество глубоких тарелок и кружек. Строительство ведь все равно застопорилось, почему бы не привнести в этот мир немного удобств?

Глава 16

Все это время Ира старалась не обращать внимания на то, как ведет себя Джабай. Она отлично понимала — что-то происходит, но противоречивые эмоции, борющиеся с доводами разума, заставляли ее делать вид, что все в порядке.

Джабай по-прежнему каждый раз, приходя с охоты, большую часть добытого мяса приносил домой. Им не требовалось столько! Разговор об этом зашел практически сразу, потому что Ира просто не знала, куда девать мясо. Даже втроем они не могли столько съесть.

Ящер в ответ лишь качнул хвостом и сказал, что она может делать с мясом все, что ей заблагорассудится.

Ира еще какое-то время стояла, не полностью понимая, что происходит, а потом тяжело вздохнула. В итоге с мясом она действительно начала делать что хочет.

Сушила, жарила, варила, отдавала другим ящерам, а под конец подумала, что надо еще попробовать его коптить.

Сказано — сделано. Благо, что крохотный опыт копчения у нее был. В итоге все из той же глины и камней был возведен короб, стоявший точно над одним концом вырытой траншеи. На другом конце длинной ямы было углубление, в котором Ира затем развела костер.

Траншею она накрыла, чтобы дым шел по ней прямиком в короб. Процедура копчения была простой. Сначала мясо замачивалось в отваре, потом слегка просушивалось, чтобы убрать лишнюю влагу, а в конце нанизывалось на палки и подвешивалось в коробе. Потом короб закрывался крышкой, а в другом конце траншеи, в яме, разводился костер, куда то и дело следовало подбрасывать какие-нибудь приятно пахнущие палочки.

Огонь нужно было поддерживать долго. Благо требовался только дым, а не сам огонь, поэтому не нужно было сжигать дрова без меры. Но даже так приходилось заготавливать больше хвороста, чем раньше, ведь Ирина занималась не только этим, но и посудой.

Ящеры, видя такую повышенную активность, и сами излучали энтузиазм. Все они помогали по мере сил и понимания. Никогда не отмахивались, не высмеивали неудачи и восхищались тем, что в итоге получалось.

Были, конечно, те, кто не до конца понимал, зачем все это нужно, но их голоса были тихими. Сама Ира считала, что эти ящеры просто ленятся что-либо делать, поэтому и ворчат.

Возможно, большинство действительно не понимало, зачем им столько всего, но их тянуло вперед неизмеримое любопытство. Многие по истечении времени больше не задумывались, что раньше прекрасно обходились без домов, посуды, приготовленной на огне еды или мягкой одежды. Да, да, опыты Ирины с кожей не прошли для племени бесследно. Практически сразу все ящерки изъявили желание получить то же самое. Бедным ящерам не оставалось ничего другого, как направиться на охоту за змеями. Целую неделю племя питалось исключительно змеиным мясом.

Затем шкуры выделывали тем способом, который показала Ирина, а твердые набедренные повязки носили только самые упертые и те, кому нравилась именно такая одежда.

Самое интересное — ящерки начали прикрывать грудь полосками кожи, хотя у них самой груди вовсе не было, но их это, судя по всему, совершенно не смущало.

После того как большой котел высох, Ира подумала, что можно было загасить известь в яме, предварительно обработанной так, чтобы в известь не попадала грязь, а вода не просачивалась в землю. Но дело уже было начато, поэтому она отмахнулась от более легкого варианта, решив довести все до конца.

Для обжига чего-то столь объемного пришлось строить большую печь в некотором отдалении от поселка. В строительстве, как обычно, участвовали все ящеры.

Ира нервничала. Она не была уверена, что такой большой предмет обожжется равномерно, не рассыпавшись в процессе.

Когда котел был поставлен внутрь печи, многие ящеры поместили рядом свои изделия. Ира не была удивлена, так как видела, что ящеры делали из глины ножи, а ящерки лепили чашки и кружки.

Когда все место было заполнено поделками (даже дети решили поучаствовать), костер под печью был разведен.

Как-то так получилось, что вокруг костра спустя некоторое время образовалось что-то вроде… праздника.

Днем все просто сидели неподалеку и общались, потом кто-то принес мясо. Конечно, это не осталось незамеченным. Как и раньше, все кинулись жарить еду на крышке. Стало веселее. Вскоре несколько ящерок принесли разные плоды. Хаотично возникший праздник разрастался. Вечером, когда стемнело, ни капли не уставшие ящеры решили, что пришла пора танцев.

Пока ящеры хлопали в ладони, изображая музыку, ящерки весело выплясывали вокруг печки.

Ирина, поддавшись настроению, даже что-то спела. Ящерам понравилось, судя по тому, с каким энтузиазмом они начали повторять за ней русские слова. Получалось плохо, но кого это волновало?

И как-то так получилось, что она оказалась на одном бревне с Джабаем. Когда Ира поняла это, то ощутила, как ее сердце подпрыгнуло и возбужденно забилось, словно что-то предвкушая.

— Я никогда не видел их такими, — признался Джабай, искоса поглядывая на Иру. В свете от костра она казалась еще меньше и воздушнее. Красноватый оттенок кожи выглядел потусторонне и необычно.

Джабай знал, что Ире не нравится наносить на себя глину. В последнее время она пыталась найти что-нибудь на замену, но пока положительных результатов не было.

— Иногда веселиться надо. Полезно, — отозвалась Ирина, стараясь ничем не выдать своего волнения.

Честно говоря, она не совсем понимала, в чем дело. Она ведь давно уже все решила, не так ли? Никакой любви с ящерами! Кроме того, ее нынешнее тело слишком молодо для таких вещей!

Ах, возможно ли, что все дело именно в нем? Подростковые гормоны дают о себе знать, толкая на безрассудные поступки?

Задумавшись, Ира с тяжелым вздохом признала, что в этом есть смысл. В принципе, она понимала, зачем природа это делает. В такие сложные времена людей постоянно окружает опасность. Есть большой шанс умереть, не оставив после себя потомства. Все в природе нацелено на то, чтобы вид (любой, будь то животное или растение) стремился к продолжению. Это основа выживания.

Пятнадцать лет — прекрасное время, по мнению природы, чтобы оставить после себя частичку жизни. Тело молодое, сильное, пока еще не обремененное болезнями и последствиями травм.

Учитывая, что в эти времена люди умирали гораздо раньше, чем современники Иры, то пятнадцать — внушительный срок. Практически половина жизни.

Ее тело созрело, поэтому гормоны внутри бушуют, подталкивая выполнить свой долг перед человечеством и миром, причем делают это весьма настойчиво.

Эта особенность останется с людьми надолго, если не навсегда. Именно поэтому подросткам даже в ее время так сложно справляться с собственным телом. Любовь в этом возрасте всегда безумная и страстная.

Ира очень надеялась, что взрослый разум способен хоть немного тормозить тело, но сейчас, так близко к Джабаю, ее надежда казалась глупой.

Почему тело вообще реагирует? Разве они не разных видов? Природа ведь должна была позаботиться об этом, нет? Они никак не смогут зародить новую жизнь, так почему тогда она плавится, желая прикоснуться к ящеру и сделать хоть что-нибудь?

Впрочем, на свете всегда были те, кого мало волнует продолжение рода. Их тела могли реагировать на что угодно. И ладно, когда это что-то безобидное, но были и настоящие извращенцы. Например, педофилы, которых Ирина презирала всей душой.

Могла ли она причислить себя к извращенцам, которых возбуждают ящероподобные создания?

Чуть повернувшись, Ира задержала взгляд на зеленоватой коже, на рисунках, покрывающих тело Джабая, на внушительных когтях, которые, судя по виду, могли легко вскрыть грудную клетку.

Она отвернулась. Опять вздохнула. Кажется, все очень плохо. Она официально может считать себя извращенкой. Ведь все вышеперечисленное возбуждает ее, заставляет тело подрагивать от сладкой истомы.

— Что-то не так? — голос Джабая прозвучал слишком близко.

Ира вздрогнула и резко обернулась, ощутив, как по позвоночнику вниз покатилась жаркая волна.

Его лицо действительно было рядом. Настолько близко, что Ирина могла чувствовать на своей коже чужое дыхание. Узкие зрачки чуть пульсировали, словно не могли решить, какую форму принять. Впрочем, вскоре они дрогнули и расплылись, увеличиваясь.

Почему-то эта картина едва не заставила Иру застонать. Она стиснула колени, просунув между ними сложенные лодочкой руки.

Она была уверена, что Джабай слышит грохот ее сердца. Самой Ирине казалось, что ее тело дергается вслед за ударами.

Она давно позабыла, насколько сильным может быть желание. Голова начала слегка кружиться, а дыхание сбиваться. Ира пыталась взять себя в руки и хоть немного успокоиться, чтобы не выдать себя, но получалось, откровенно говоря, плохо.

— Все в порядке, — ответила Ирина, кое-как вспомнив, что он о чем-то ее спрашивал.

— Правда? — Джабай приблизился еще немного. Ира едва не застонала от досады. В ее голове почему-то так и не появилось мысли, что она вполне может отодвинуться сама. — Ты пахнешь по-другому, — произнес он. Его ноздри слегка затрепетали.

Все внутри Ирины похолодело. Жар сменился испугом. Она и сама не могла понять, почему так сильно задрожала. Ее ноги сдвинулись еще сильнее, вот только смысла в этом явно было мало.

— Я… — начала она и запнулась. Паника подкатила к самому горлу. В этот момент Ира не помнила, что она взрослая и умудренная опытом женщина. Прошлое перестало иметь значение. Контроль был утерян. — Мне надо отойти! — слова прозвучали громче, чем ей хотелось.

Смутившись еще и из-за этого, она вскочила на ноги и понеслась в сторону леса. Ей требовалась минутка. Всего одна минутка, чтобы вернуть контроль над собой.

Жаль, что никто не собирался давать ей этого времени.

Как только она оказалась под кронами деревьев, подальше от толпы, Ира ощутила, как кто-то схватил ее за руку.

Прикосновение было неожиданным. С учетом того, насколько взвинченными были ее нервы, неудивительно, что Ира вскрикнула, мгновенно попытавшись вырваться из захвата.

— Успокойся, это я, — услышала она над собой встревоженный голос Джабая.

Остановившись, Ира привалилась к стволу дерева и судорожно вздохнула.

— Не пугай меня так, — попросила она, потирая грудь. От волнения и возбуждения сердце, казалось, колотилось в десятки раз быстрее, чем положено природой.

— Прости. Я не знал, что ты так отреагируешь, — покаялся Джабай. Вместо того чтобы отойти от нее, он, наоборот, сделал шаг вперед.

Ирина мгновенно замерла. Близость ящера вновь взбудоражила все ее нервы.

— Что… что ты хочешь? — едва не заикаясь, спросила она, вжимаясь в ствол позади еще сильнее.

— Ничего, — как будто даже немного растерянно ответил ящер.

— Тогда зачем пошел за мной?

— Ночью в лесу может быть опасно, — произнес он, а потом, чуть подумав, добавил: — Днем тоже.

— Я хотела побыть одна, — резко сказала Ира.

Она и сама не понимала, на что злится сейчас. На то, что Джабай не дал ей времени прийти в себя. На то, что считает ее ребенком, которому требуется постоянная защита. Что весьма глупо с ее стороны, ведь она сама не против быть под защитой. Умирать ей точно не хотелось. Или на то, что он ничего до сих пор не сделал.

Стоило последней мысли мелькнуть в сознании, как Ира разозлилась еще больше. Теперь уже на себя.

— Опасно, — стоял на своем Джабай, сделав еще один шаг вперед. Теперь он стоял так близко, что Ира ощущала его присутствие всем телом. Не нужно говорить, что все внутри было за то, чтобы Джабай сделал еще один шаг и вжал, наконец, ее в это треклятое дерево.

Тряхнув головой, Ирина облизнула пересохшие губы и принялась глубоко и медленно дышать, надеясь, что это позволит ей хоть немного успокоиться.

— Нам нужно остановиться, — чуть сипло произнесла она.

— Почему? — мгновенно спросил Джабай, явно сразу поняв, о чем идет речь.

— Мы не можем ничего сделать.

— Почему? — повторил он свой вопрос. Ира раздраженно дернула плечом.

— Это ни к чему не приведет, — ее голос звучал неуверенно. — Мы разных видов, — закончила она, ощущая, как внутренности обдает холодом разочарования.

Она и сама все это знала. Понимала, что ей стоит быть благоразумной, не нужно давать лишнюю надежду ни себе, ни Джабаю. Страсть быстро закончится, а дальше их вряд ли будет ждать что-то хорошее. И если Джабай выплывет из этого с легкостью, учитывая, что вокруг него много прекрасных ящерок, то Ирине придется остаться в одиночестве, не имея возможности построить жизнь с тем, кто будет с ней до конца.

В конце концов, она давно уже не подросток, поэтому должна в первую очередь думать о будущем, а не о том, чего хочет ее тело в этот конкретный момент. Мимолетная слабость может стоить слишком дорого.

Все это Ира понимала головой, но душа и проклятое сердце даже слушать не хотели доводов разума. Они льнули к ящеру, наплевав на все.

Это только сильнее сердило Ирину. Конечно, не им ведь потом придется думать, как решить проблему! Они будут просто истекать кровью, плакать и страдать, в то время как голове придется справляться с последствиями необдуманных действий!

Подняв руку, Ира более решительно положила ее на грудь Джабая, создавая подобие барьера.

— Мы не должны делать этого, — более твердо сказала она, не понимая, кого больше хочет убедить — себя или Джабая. — Ничего не получится.

— Мы не пробовали, — тихо сказал ящер. Судя по тону, ему не хотелось принимать правду без борьбы. Он явно был упрям.

— И не будем! — горячо высказалась она, вздрогнув от одной мысли о том, чтобы попробовать. И не от отвращения, а от сладкого предвкушения.

Стоило только представить, каково это будет — пробовать, как дыхание снова начало сбиваться. Рука слегка задрожала. Словно почуяв ее сомнения, Джабай попытался подойти ближе, но Ирина вывернулась и отскочила на пару шагов.

— Нет, — твердо произнесла она, не обращая внимания на то, что все ее существо сейчас кричало обратное.

Она была взрослой и благоразумной.

Кто бы только знал, как Ирина сейчас был расстроена из-за этого.

— Ничего не будет, — добавила она, выпрямляя спину. — Эта связь не принесет пользы. Тебе стоит… — Ира сглотнула, чувствуя, как все в ней протестует против следующих слов, но все-таки закончила: — Найти себе подходящую ящерку.

Ревность когтями впилась в сердце, но Ирина проигнорировала ее, молясь, чтобы силы воли хватило до конца этого разговора.

Джабай еще какое-то время смотрел на нее. В какой-то мере он понимал нежелание Иры связывать с ним свою жизнь, но отступать от своего намерения не собирался.

Кивнув, он отошел на пару шагов, давая ей больше пространства. Сейчас он отступит. Просто нужно больше времени. Джабай умел ждать. Очень хорошо умел.

Отступление

Моал стоял на берегу и с жадностью всматривался в противоположный берег.

Земля богов.

Моал презрительно фыркнул. Только те, у кого отсутствовал мозг, могли принять простых зверей за богов. Да, звери были необычными, слишком большими и свирепыми, но это никак не делало их богами.

Моал не был глупцом. Он прекрасно знал, что боги повелевают дождем, ветром, огнем и многими другими вещами, на которые не может воздействовать человек.

Богом никак не мог быть тот, кого можно коснуться или убить. Это ложные боги! Люди в своей слепоте и страхе возвели на пьедестал тех, кто был значительно ниже человека из-за отсутствия разума.

Конечно, Моал отчетливо понимал, насколько сильны звери другого берега, но это знание только будоражило его кровь. Его губы сами по себе растягивались в зловещей улыбке, а руки тряслись от сдерживаемого желания.

О, он прямо сейчас мог ощутить горячую кровь этих существ, текущую по его рукам и губам. Он будет пить эту божественную жидкость, забирая их силу и свирепость.

— Это самое узкое место, — произнес один из его людей рядом.

Моал, вынырнув из своих фантазий, раздраженно взглянул на мужчину. К чему было говорить это? Он сам всех сюда привел, так как давно уже выяснил, в каком месте безопаснее всего перебираться на другой берег.

— Все готово? — спросил он, сдерживая лишние слова, стремящиеся сорваться с языка.

Честно говоря, он бы с радостью оторвал Кану голову, посмотрев потом, как кровь будет обильно вытекать из развороченного тела, но нельзя. Людей не так много, чтобы настолько бездарно убивать всех подряд. Хотя, видят всемилостивые боги, ему очень этого хотелось.

— Да, — словно ощутив нависшую угрозу, Кан отступил на шаг, с тревогой и опасением глядя на своего вождя.

Спокойный вид и дружелюбное лицо не могли обмануть охотника. Он знал, насколько несдержанным на самом деле был их лидер. И пусть Моал старался не причинять лишнего вреда своим людям, то, как он поступал с противниками, могло напугать любого.

Именно поэтому Кан решил говорить кратко и по делу. Не хотелось однажды ощутить, как чья-то (Моала) чужая рука вырывает из его груди сердце.

Несмотря на страх, Кан все-таки не мог промолчать в одном серьезном деле. Повернувшись на миг назад, он хмуро оглядел ожидающее приказа племя. Должны ли они действительно вести в такое опасное место всех, включая детей и женщин?

— Нужно ли?.. — начал он, поворачиваясь обратно к Моалу. В тот же момент его взгляд наткнулся на пристальные и холодные глаза вождя. Лидер смотрел на него как хищник, выжидающий, когда жертва ошибется, чтобы иметь шанс вонзить в ту когти и клыки и разорвать на части. — Нет, ничего, — в тот же миг пробормотал Кан, отступая назад в страхе. В этот миг он, как никогда, был рад, что еще не взял себе женщину и не завел детей. В случае беды он всегда может уйти и прибиться к другому племени.

Кан надеялся, что этого не будет, но сейчас будущее казалось ему мрачным. Он до сих пор плохо понимал, зачем вождю вести племя в такое опасное место. Разве им плохо было жить здесь? Разве они голодали или не хватало женщин и детей?

Нет — был ответ на оба вопроса.

Их племя было самым большим. Они были сильны и могущественны. Остальные племена разбегались в стороны, когда понимали, кто движется в их сторону. Если это не удавалось, то они сами отдавали своих женщин, лишь бы остаться в живых.

Тогда почему?

Кан не понимал.

— Тогда вперед, — приказал Моал, снова устремляя взгляд на противоположный берег. Трусы его не волновали. Он их презирал.

В тот же момент несколько крепких мужчин столкнули в воду толстые бревна и, не давая им уплыть, принялись связывать их между собой оторванной лианой.

Моал некоторое время наблюдал со стороны, а потом спустился к людям и принялся работать вместе со всеми. Лианы под его руками рвались, стоило приложить чуть больше усилий, отчего мужчина недовольно хмурился, но не останавливался, четко контролируя свои действия.

Спустя некоторое время вдоль берега покачивалось достаточное количество соединенных между собой бревен. Этого должно было хватить для переправы всего племени.

Пару раз Моалу и другим приходилось убивать слишком близко подплывших к ним монстров, но это не остановило людей. Вернее, самого Моала. Остальные и рады бы оставить опасную затею, но своего вождя они опасались сильнее, чем простых зверей.

Как только все было готово к отплытию, Моал махнул рукой и забрался на первый плот, давая понять остальным, что пора выдвигаться.

Люди, неуверенно переглянувшись друг с другом, несмело последовали за вождем.

Все они испытывали противоречивые чувства к своему лидеру. С одной стороны, он всегда заботился о племени. Никого не трогал и следил, чтобы всем хватало еды. С другой — многие из них видели, насколько на самом деле Моал жесток.

До этого момента большинство из них это особенно не волновало. Какая разница, как умирают враги? Главное, что они сами живы и здоровы. О посторонних пусть заботятся те, кто взял на себя такую обязанность.

Вот только все изменилось, когда Моал вдруг решил, что нужно плыть на другой берег.

Все они хорошо знали, кто там живет. И пусть многие из них никогда не видели наземных богов, но раз или два им доводилось сталкиваться с летающими существами.

Если те, кто летает, настолько огромны и свирепы, то вряд ли сухопутные боги будут мельче и дружелюбнее.

И тут они поняли, что никак не могут возразить вождю. Каждый из людей помнил, как Моал расправлялся с врагами. Никому в племени не хотелось оказаться таким врагом. Поэтому все молчали, выполняли приказы и с тревогой ожидали будущего, которое виделось исключительно мрачным.

Забравшись на плоты, люди расселись, пытаясь не думать, что ждет дальше.

Оглядев все племя, Моал удовлетворенно кивнул и приказал отплывать. В тот же миг на каждом плоте самые крепкие мужчины оттолкнулись от берега длинными шестами.

Не слишком бурный поток подхватил бревна и потащил вниз по течению.

Люди, встревоженные тем, что оказались во власти одной из непредсказуемых стихий, утратив контроль, вцепились руками в бревна.

На одном из плотов кто-то заплакал. Практически сразу плач подхватили еще несколько женщин. За ними следом захныкали дети, напуганные необычными обстоятельствами. Кого-то стошнило. То ли от страха, то ли неприятного покачивания.

Моал не обращал на это внимания, зорко следя за тем, куда плывут бревна. Он понимал, что далеко от берега утратит способность контролировать плот, поэтому заставил всех взять с собой широкие и плоские куски коры. С их помощью можно было немного управлять движением.

Течение относило бревна все дальше от берега. Все шло хорошо. Женщины и дети постепенно умолкали, успокаиваясь.

Моал не отводил взгляда от поверхности воды. Он отлично знал, какие существа живут под водой. Не единожды видел, как некоторые из них выходят на берег. А ведь есть много тех, кто никогда не бывает на суше.

В тот момент, когда он решил, что удача сегодня на их стороне, сзади послышался громкий всплеск. Моал резко развернулся и успел заметить, как крайний плот исчезает в громадной пасти.

Сердце дрогнуло. Не от жалости или чего-то подобного, а от предвкушения.

Моал облизнул губы и растянул их в улыбке. Сейчас его не волновало, что люди моментально запаниковали. Что еще один плот перевернулся, задетый слишком большой волной. Да и на тех, кто от страха свалился в воду, не сумев удержаться, ему было плевать. Больше всего его волновала возможность убить кого-то настолько большого.

Одна проблема — чудовище жило под водой. Моал в отличие от многих своих соплеменников умел плавать. Но погружаться под воду надолго ему не хватало дыхания. Да и оружие…

Он глянул на свое копье и недовольно скривился. Таким нельзя нанести значительный ущерб. Хотя если целиться в глаз, то можно достать до мозга. Настроение сразу же поднялось.

Моал ждал следующего нападения, но время шло, а ничего не происходило. Вскоре ему пришлось признать, что чудовище по какой-то причине решило оставить людей в покое. Недовольно рыкнув, Моал отвернулся и устремил взгляд вперед.

Течение отнесло их далеко от того места, к которому, по расчетам Моала, они должны были причалить. Пришлось потрудиться, чтобы выбраться на берег. За время путешествия племя потеряло довольно много людей, но мужчина не считал, что потери так уж велики.

Главное, он там, где хотел быть. Остальное не так важно.

Слабым людям на земле богов все равно не выжить. Ему же лучше, если они отсеются в самом начале. Зато потом рядом с ним будут стоять только те, кто достоин.

— Вперед, — приказал он и махнул рукой, направляясь вглубь леса.

Глава 17

Ира ощущала себя неловко. Все это было явно излишне. Она попала непонятно куда, неясно с какой целью, ее жизнь превратилась во что-то невообразимое, а она при всем при этом умудрилась влюбиться! Это было так глупо! Напоминало те самые моменты, когда главные герои фильма начинают целоваться, хотя ситуация требует немедленной реакции на события.

Наверное, кто-то считал подобное романтичным и трогательным, но Ирину такие моменты всегда только раздражали. По ее мнению, героям следовало для начала полностью устранить угрозу для жизни или оказаться от хаоса как можно дальше, а потом уже предаваться любви.

Особенно комично было, когда счет шел на минуты, но герои внезапно решали потратить это время не для того, чтобы вытащить себя из опасности, а на поцелуи!

Раздраженно тряхнув головой, Ира с ожесточением отрезала кусок мяса, который собиралась поджарить на обед.

Наверное, дело было в том, что Джабай с самого утра ничем не показывал, что между ними что-то произошло. Это по неизвестной причине злило.

Фыркнув, Ирина замерла.

Господи, она сама себя не узнавала. Все эти перепады настроения, метания и прочая любовная чепуха были ей так несвойственны, что сбивали с толку.

То она не хочет, чтобы между ними что-то было, то злится из-за того, что он не обращает на нее внимания, делая вид, что все в порядке. Наверное, в мире не существовало более непоследовательной женщины, чем она. Нужно собраться и взять свою жизнь под контроль, перестав вести себя как идиотка!

Ира не доверяла своему благоразумию, поэтому решила, что работа будет лучшим способом выбросить глупости из головы.

Она давно решила, что между ней и Джабаем ничего не будет, поэтому следовало забыть обо всем и сосредоточиться на действительно важных вещах. Все эти эмоции спустя время утихнут. Главное, не давать им подпитки.

Да, все верно, именно так она и поступит.

Искусственно изобразив преувеличенно бодрое настроение, Ира приготовила себе еды, силой воли отодвигая клубок эмоций в дальний угол души.

К этому моменту племя успело сделать очень многое. Все глиняные дома были построены. Они плотным кольцом окружали будущий поселок.

Большой котел выдержал обжиг. Конечно, не все получилось идеально, но небольшая трещина и скол на самой каемке были пустяком. Ира решила не придавать этому большого значения.

Ящеры получили назад свои поделки. У одних вышло хорошо, у других изделия потрескались и рассыпались, но никто не был огорчен. Все увлеченно копались в осколках, радуясь, как дети, когда удавалось отыскать крупный и острый.

Теперь Ирина собрала дрова, чтобы обжечь камни, в которых подозревала известняк.

Кроме того, ящеры прорыли внушительные каналы вдоль всех участков, уже оценив их пользу. Хотя стало ясно, что необходимо приподнять фундамент домов и общие дорожки, чтобы вода стекала в каналы. Сейчас она просто потоком неслась вниз, частично собираясь в траншеях, но не полностью.

Всем было понятно, что впереди ждет много работы.

— Как ты, малыш? — спросила Ира, когда Ра подошел к ней и, развалившись на земле, подсунул голову ей под руку. За это время он сильно вырос. Еще немного — и перестанет проходить в двери. Когда он стоял, его глаза находились на уровне глаз Иры. И ей казалось, что с каждым днем он растет все быстрее.

Вместо ответа Ра что-то заворчал принимаясь с энтузиазмом грызть покрытую мясом кость. Услышав хруст, Ира инстинктивно поежилась, но не ощутила страха.

С каждым днем Ра становился все более самостоятельным. Он охотился практически с каждой группой, выходящей за пределы поселения. Да и так его часто можно было увидеть ускользающим в лес. Ире было понятно, что Ра приспособился жить в дикой природе, но привязанность к ней не позволяет тирексу насовсем оставить поселок.

С одной стороны, Ирина радовалась, что ребенок настолько умел и находчив. С другой — становилось грустно, ведь он так быстро вырос. Кроме того, кто знает, вполне возможно, что однажды Ра решит, что человеческая мать ему больше ни к чему.

Погладив Ра по голове, Ира поджала губы и встала. Вся эта встряска с Джабаем сделала ее излишне сентиментальной. Пора было брать себя в руки.

Взгляд Ирины сам собой нашел Джабая в толпе на некотором отдалении. Заметив, что рядом с ним крутится одна из ящерок, Ира ощутила острый укол в груди. Нахмурившись, она отвернулась, делая вид, что ей все равно.

* * *

Стараясь ни на что не обращать внимания, Ирина с головой погрузилась в работу. А дел у нее было достаточно.

Первое — собрать и просушить достаточно дров, чтобы обжечь камни. Хворост она собирала с помощью ящеров рядом с поселением, решив заодно очистить территорию от всего лишнего. Так будет удобнее и чище.

Второе — насушить тростника, которым Ира собралась накрывать крышу. Кроме того, из него же она хотела сделать сток. Значит, нужно было срубить те растения, что выросли достаточно большими, а потом как-то разделить их пополам.

Такие половинчатые стебли она решила разместить по краям крыши. Каждый их конец будет упираться в трубу, а та — в канал, по которому вода будет стекать вниз по холму.

Еще одним актуальным вопросом стали отходы. Не нужно было гадать, ящеры не справляли нужду в одном месте. Конечно, знакомые с тем, насколько отвратительным может быть запах, они пытались все закопать, но все равно было понятно, что проблему нужно решать как можно скорее.

Ирина решила убить двух зайцев одним выстрелом. В принципе, почва здесь была богатой, но это не мешало запастись компостом на будущее.

В один из вечеров она подняла вопрос постройки туалетов за пределами поселения. О том, чтобы строить их внутри, не могло идти и речи — нюх ящеров был слишком чутким. Конечно, туалет можно чем-нибудь прикрыть, но при такой жаре Ира сомневалась, что запах получилось бы как-то удержать.

Идею ящеры встретили с большим энтузиазмом. Им самим надоело постоянно опасаться ступить куда-нибудь не туда.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ Бамбука для крыш требовалось много. И его нельзя было оставлять на ночь на земле. Можно было просто прикрыть, но это не показалось Ирине надежным. В итоге они с ящерами построили что-то вроде держателей, которые позволяли раскладывать бамбуковые палки на некотором отдалении от земли. На ночь все накрывалось шкурами.

Каждый дом соорудил себе по такой стойке, ведь не только Ирине требовалась крыша над головой. Многие ящеры уже признали, что накрывать дом шкурами — не самая удачная идея. Хотя те, кто обрабатывал их по методике Ирины, не видели больших проблем, правда, и они признавались, что от шкур все равно немного попахивает.

С каждым днем Ира ощущала все большую неловкость, оставаясь в доме Джабая. Они практически перестали говорить, хотя и не по вине ящера. Тот и раньше не отличался большой разговорчивостью, а сейчас, когда Ира старалась избегать его, их взаимодействие свелось к минимуму.

Спустя время она поняла, что ей следует покинуть его дом. В самом деле, разве это не странно, что она живет с ним под одной крышей? Они не друзья, не муж с женой, даже не любовники. Конечно, так ему было проще наблюдать за ней, но сейчас Ирине это оправдание не казалось достаточным для того, чтобы держать ее под самым носом.

К тому же чем глубже становилась пропасть между ними, тем больше ящерок крутилось рядом с Джабаем. Ире совсем не хотелось ждать момента, когда Джабаю придется прямым текстом просить ее уйти, чтобы привести в дом свою жену.

Именно по этой причине Ирина поглядывала на пустые участки, пытаясь примерно понять, какое место будет самым удобным для нее. Ей требовалось что-то большое. Ра рос, ему нужно было все больше места. Она не собиралась оставлять его спать под открытым небом.

Конечно, когда он достигнет пика своего роста, она вряд ли сможет разместить его в доме, но для этих целей можно придумать большую пристройку. Тираннозавры все-таки очень крупные существа.

Когда хворост был готов, Ирина приступила к обжигу камней. Для начала она планировала подготовить небольшое количество, чтобы понять, те ли это камни. Не хотелось тратить время и дрова на бесполезный мусор, который не отвечает ее нуждам.

В мире, где нет часов, отмерять время можно было только по солнцу, но за последние месяцы Ирина научилась этому умению. Конечно, вряд ли она угадывала точно, но более или менее ориентироваться научилась.

Это, кстати, не избавило ее от желания сделать часы. Так как до механизмов было далеко, все, что она могла придумать, — это солнечные часы. Казалось, сделать их просто — воткни палку в землю, и дело с концом, но не тут-то было. Ире пришлось повозиться, чтобы найти нужную сторону, куда будут обращены часы. В общем, часы не были такой уж необходимостью, Ире было просто интересно.

Камни обжигались примерно пять часов, после чего приобрели вполне подходящий цвет. Ира ощутила воодушевление. Кажется, все должно получиться!

Ира хорошо помнила, что гасить известь может быть очень опасно. Если известь хорошая, то все будет кипеть, брызгаться, плюс должен появиться пар, который желательно не вдыхать. И вообще, лучше делать все осторожно и на некотором расстоянии и быть готовой отскочить.

Ящеры не могли пройти мимо. Ира их даже понимала. Здесь было так мало развлечений, что скучающий мозг хватался за любую возможность увидеть и узнать что-то новое. И ей нравилось это.

Они собрались в некотором отдалении. Хотя поначалу толпились рядом, пока Ира не упомянула, что это может быть опасным.

Она очень надеялась, что все получится.

Для побелки хижины Ирина решила смешать смесь один к двум — одну часть извести и две части воды. Высыпав камни в большой котелок, она набрала в маленькую кастрюлю воды и приблизилась.

Плеснув воды на камни, она с замиранием сердца начала наблюдать за реакцией. Дым появился сразу. Ира едва не подпрыгнула от радости, но постаралась урезонить себя. Известь могла быть некачественной, такой, в принципе, тоже можно побелить, но хотелось бы более хорошего результата.

Вода начала кипеть. Пара появилось больше. Ящеры в отдалении загудели, вытягивая шеи в желании посмотреть, но не приближались. Ира и сама отошла. Конечно, все не выглядело настолько плохо, но испытывать судьбу не хотелось.

Когда реакция завершилась, Ирина налила еще воды, а потом взяла длинную палку и принялась аккуратно мешать. На сухой материал внизу попала вода, известь снова начала кипеть. Спустя время все закончилось. Ирина радостно созерцала молочно-белую жидкость. Не было никаких сомнений: у нее получилось то, что она и хотела.

Ящеры, поняв, что угроза (какой бы она ни была) миновала, подошли ближе, с любопытством рассматривая результат. Одна из ящерок попыталась сунуть коготь в известь, но Ира не дала, предупредив, что нельзя играть с такими вещами.

Она сразу озаботилась тем, чтобы предупредить всех — пить эту жидкость ни в коем случае не следует, иначе можно умереть мучительной смертью.

На самом деле, Ирина понятия не имела, так ли это, но подозревала, что ничего хорошего человека, а в их случае ящера, не ждет, если он хлебнет извести. Судя по тому, как проходит реакция при гашении, можно предположить, что слизистая будет обожжена.

Перелив немного жидкости в маленький котелок, Ирина подхватила его и направилась к дому. Она заранее сделала кисточку, правда, перед этим пришлось проявить немного смекалки. Впрочем, в этом времени без творческого подхода ко всему никак не обойтись.

Ира сделала кисть из засушенной травы. Собрала пучок, крепко связала полоской кожи, а потом тщательно обрезала мохнатый край. Получилось неплохо. Причем Ира была уверена, что эта трава не размякнет слишком быстро. Выбирая материал, она заметила, что некоторые растения, высыхая, несмотря на все дожди и влагу, долго сохраняют свою форму. Это идеально подходило, ведь она не собиралась пользоваться кистью бесконечно. Ей нужно было только побелить дом, а потом трава может с чистой совестью размокать и гнить.

Как и раньше, ящеры быстро решили принять участие в побелке. Кисточек для них не было, поэтому Ирине пришлось прерваться. Через некоторое время, когда все желающие получили рабочий инструмент, побелочные работы возобновились. Не нужно говорить, что за день покрасить они успели не только дом Джабая. К сожалению, закончилась побелка, а так, Ирина была уверена, ящеры покрасили бы все, до чего могли дотянуться.

Всем очень понравились белоснежные дома. Особенно когда они высохли и стали действительно ослепительно-белыми.

На следующий день около печи Иру ждала гора камней. А сами ящеры весь день ходили и собирали хворост для просушки. Всем хотелось иметь такие же дома, как у вождя и тех счастливчиков, кому перепало немного побелки накануне.

Ира не дала сбить себя с курса. Она помнила, что поначалу занялась поисками извести из-за того, что хотела добавить ее в связывающий раствор. Конечно, не годилось добавлять камни, поэтому, как только новая порция извести была готова, Ирина отдала часть ящерам, а остальное мелко покрошила, добавив в смесь песка и глины.

Пока одни ящеры белили свои дома, она с другими укладывала первый слой камней. Можно было предположить, что строительство — долгое дело, но с такой толпой энтузиастов дело продвигалось очень быстро, отчего Ирине приходилось всех тормозить.

Ей казалось, что нельзя складывать стену в один прием. Необходимо делать это постепенно, давая нижним слоям затвердеть, иначе в какой-то момент все может пойти не так, и стена попросту рухнет из-за не засохшего связывающего материала.

Если бы не это, то и каменные дома были бы возведены в считаные дни.

Случались и заминки. Все-таки ящеры не всегда до конца могли понять, что от них требуется, но стоило Ирине раз что-то показать, как они все схватывали на лету.

В какой-то момент Ира осознала, что дождя нет уже несколько дней. Это понимание вызвало в ней растерянность. Она так привыкла к этому явлению, что отсутствие утреннего ливня беспокоило.

Так она узнала, что есть месяцы, когда дождь идет не так часто, хотя все равно случается.

Было еще кое-что интересное.

Ира заметила, что воздух в племени как будто изменился. Сконцентрировавшись на этом, она внезапно осознала, что вокруг нее множество пар. Причем многие из них еще совсем недавно даже не думали как-то демонстрировать свои отношения. А сейчас словно у всех внезапно начался медовый месяц.

— Что происходит? — шепотом спросила она у Ратаи.

Та непонимающе на нее посмотрела, отчего Ире пришлось пояснить более подробно. Когда ящерка поняла, о чем ее спрашивают, она слегка покраснела и отвела взгляд, косясь в сторону одного из ящеров.

— Время кладок, — произнесла она спустя время, все еще смущаясь.

Ира моргнула и нахмурилась.

— И что это такое? — задала она новый вопрос.

Ящерка на секунду замерла, а потом посмотрела на Иру так, словно ее разрывали противоречия. С одной стороны, хотелось поговорить на эту тему. С другой — она крайне чего-то смущалась.

Постепенно в голове Ирины начали крутиться шестеренки. Динозавры размножаются с помощью яиц. Ее знакомые рептилоиды явно имели в предках ящеров.

От осознания Ира слегка побледнела. Она и сама не могла понять, что именно ее так шокировало. Просто в какой-то момент в груди так сильно екнуло, что она едва не вскрикнула от неприятных ощущений.

Внезапно захотелось вскочить на ноги. Бездействие резко начало раздражать, но она удержала себя на месте, только взгляд метнулся в сторону Джабая. Ира сама не осознала, насколько разочарованной в этот момент себя почувствовала.

Теперь, когда стало понятно, что ящеры яйцекладущие (дикость какая, они ведь почти люди!), шанс, что она сможет быть с Джабаем, упал практически до нуля. В отличие от них, люди этого мира рожали детей, а не откладывали яйца. Это могло значить одно — они совершенно несовместимы.

Оторвав взгляд от ящера, Ира встряхнулась. В душе внезапно вспыхнула последняя надежда. И неважно, что еще совсем недавно Ирина всеми силами отказывалась быть с Джабаем. Главное, она знала, что теоретически они все-таки могут быть вместе. Может быть, ее предположения неправильные?

— Это то, о чем я думаю? — осторожно спросила она, внимательно глядя на Ратаю.

Ящерка покраснела еще сильнее. Она отвела взгляд и неуверенно кивнула.

— Вы откладываете… яйца? — прозвучало больше утвердительно, чем вопросительно. Ирина нервно сглотнула. Сама мысль, что подобное возможно, казалась ей смехотворной.

Ратая снова кивнула, посматривая по сторонам так, будто искала, за что можно зацепиться взглядом.

Ира едва не отшатнулась. Последние капли надежды растворились в небытии. Теперь она точно знала, насколько их с Джабаем виды разные. И если раньше это была лишь теория, то сейчас она получила полное доказательство.

Максимум, что они могут дать друг другу, это они сами, без потомства. И если Ирина могла это пережить (все-таки у нее когда-то уже были дети), то вряд ли Джабай согласится отказаться от продолжения своего рода. Для существ этого времени размножение было приоритетной задачей.

— Расскажи, как это происходит? — попросила Ирина, тщательно скрывая горечь и боль в голосе.

Ей не хотелось показывать кому-либо свое состояние. На самом деле сейчас Ире хотелось куда-нибудь уйти, чтобы побыть одной, подумать, найти утерянное равновесие, но это могло вызвать вопросы. Поэтому она продолжила спрашивать, делая вид, что все в порядке.

— Или вам нельзя об этом говорить? — уточнила она. Под «вами» она имела в виду всех ящерок, не конкретно Ратаю.

Кто знает, вдруг существует обычай, запрещающий ящеркам открыто говорить об этом периоде. Ирина читала, что в Англии в прошлом благовоспитанной леди не пристало говорить о беременности и родах. Даже показываться на людях с животом считалось неприличным.

— Почему? — Ратая искренне удивилась. — Просто это так… неловко, — призналась она, смутившись.

Ира кивнула. Ратая была совсем еще молоденькой, неудивительно, что такие темы вызывали у нее подобные эмоции. В юности Ира тоже старательно обходила такие личные вопросы, а если и говорила о них, то исключительно с подружками и шепотом.

— Если тебе неловко, то я спрошу кого…

— Нет, нет, — Ратая схватила Иру, словно та собиралась немедленно встать. Аккуратные коготки впились в тонкую кожу, но Ирина даже не поморщилась, хотя опасливо замерла. У ящерок коготки были значительно меньше, чем у ящеров, но вряд ли царапины от них будут менее болезненными. — Я расскажу, — добавила Ратая и хихикнула, вмиг превратившись в обычную девочку-подростка.

Убрав руку, она поерзала на месте, переложила изящный хвост с одной стороны на другую, поглядела по сторонам, а потом вздохнула.

Ира начала раздражаться, но терпеливо ждала, когда Ратая соберется с силами заговорить на такую интимную тему.

— Пришло время для кладок. Дожди стали реже.

После этих слов она посмотрела на Иру так, словно сказанное объясняло все. В принципе, так оно и было, но у Ирины имелось несколько вопросов.

— И где вы обычно делаете гнездо?

Ратая снова вспыхнула.

— В безопасном месте, — тихо ответила она. — Ящер делает, а потом показывает выбранной паре. Если ей нравится, она… — ящерка замялась, неловко поглядывая на Ирину, — ну, она позволяет ему…

— Ладно, я поняла, — Ира вздохнула, избавив девушку от необходимости вдаваться в подробности. И так понятно, что разрешала ящерка, если ей нравилось предоставленное гнездо.

Ревность снова вспыхнула в груди адским пламенем. Интересно, Джабай тоже где-то соорудил гнездо?

В этот момент ей захотелось встать и уйти. Куда-нибудь далеко. Так далеко, чтобы больше не видеть и не слышать.

Ире пришлось приложить усилия для подавления своего желания. Оно было опасным для жизни. В конце концов, она была взрослой женщиной, не пристало ей действовать столь опрометчиво.

Наблюдать за брачными играми ящеров будет горьковато, но просто нужно сделать вид, что все в порядке. Проще простого. Она была уверена, что справится на все сто.

— И как формируются пары? Ящер просто выбирает каждый год понравившуюся ящерку, и все? — спросила Ира, не желая заканчивать неловкий для Ратаи разговор.

Мелочно и недостойно хорошего человека, но внутри Ирина ощущала что-то вроде злобного удовлетворения от неудобства девушки. Подумаешь, неловко ей, переживет, Ира вот вообще человек и не может быть с тем, кто ей нравится, и ничего, живет же!

Осознав свои последние мысли, Ира на миг замерла, а потом одернула себя. Господи, она действительно ведет себя глупо и недостойно взрослой женщины. Девушка перед ней не виновата, что Ирина сейчас находится в теле другого вида.

— Прости, я…

— Нет, конечно, — фыркнула Ратая, не обратив внимания, что Ира хотела что-то сказать. — Пары живут вместе годами, но гнездо ящер каждый раз строит новое, — девушка снова зарделась. Видимо, тема именно гнезда была интимной.

— Почему?

— Раньше мы всегда ходили с места на места. Со временем все гниет.

Ну да, глупый вопрос. Действительно, вряд ли гнездо в таком климате могло прослужить долго.

Внутри Ирины боролись два чувства: любопытство и отрицание.

С одной стороны, хотелось посмотреть, как выглядит то самое гнездо. Маленькое оно или, может быть, наоборот, настолько большое, что оба ящера могут поместиться в нем вместе? Где его строят? На земле? На дереве? В корнях деревьев? Из чего его делают?

С другой стороны, Ирина не хотела лишний раз напоминать себе, насколько они с Джабаем разные. Это совершенно точно причинит ей боль. Поэтому лучше не вспоминать, не думать и не смотреть в ту сторону.

— Значит, ящеры всю жизнь живут с одним партнером?

— В основном, — кивнула Ратая. — Но бывает по-разному. Когда кто-то умирает, оставшийся может выбрать другую пару. Иногда пары просто расходятся, чтобы построить гнезда с другими.

— Я не видела, чтобы кто-то проявлял… — Ирина нахмурилась, осознав, что не знает, как на языке ящеров звучит слово «любовь». — Привязанность, — подобрала она наиболее подходящее значение.

Ратая моргнула, явно не совсем понимая вопрос, поэтому Ире пришлось подробно объяснить, что именно она имела в виду.

— Зачем это кому-то показывать? Все остается в гнезде, — Ратая смутилась. Видимо, одно только упоминание о гнезде могло вогнать ее в краску.

— А сколько обычно получается яиц? — Ирина подозревала, что вопрос выходит далеко за рамки приличия, но не могла удержаться. Ей хотелось знать больше. И пусть эта тема по-прежнему ощущалась на языке горечью, но все равно вызывала интерес.

— Одно, — Ратая ответила спокойно. — Иногда два, но редко.

— И оно большое? — Ирина понизила голос. — Через какой срок рождается младенец?

— Большое, — девушка показала руками размер. По мнению Ирины, яйцо не было таким уж большим. Конечно, в разы больше куриного, но вряд ли дотягивало до страусиного. — Но я не видела сама, — признала ящерка немедленно. — Только по рассказам. Растут ящерята быстро. К следующему сезону дождей они уже бегают и даже немного разговаривают, — ответ не на тот вопрос, ну ничего, тоже важная информация.

Ого, действительно быстро. Насколько Ира поняла, «сухой» сезон длится тут всего несколько месяцев, а если точнее, примерно три. Конечно, приблизительно, ведь никто прежде не удосуживался считать дни, так что Ирина опиралась лишь на собственные воспоминания. Да, узнав о смене сезонов, она покопалась в доставшейся ей памяти и нашла этот момент.

Смена сезонов была чем-то не очень значительным для ее предшественницы, поэтому воспоминания отошли на задний план. Именно поэтому Ирина не обратила на них внимания сразу.

Сразу после своего попадания ее интересовали другие вещи.

— Думаю, я узнала достаточно, — произнесла Ира, выпрямляясь. Она и не заметила, как наклонилась к Ратае, будто не хотела, чтобы их подслушали. Наверное, со стороны они выглядели подозрительно со своим шушуканьем.

На самом деле, Ирине хотелось узнать больше. Например, ее интересовало, занимаются ли ящеры любовью за пределами брачного сезона? Но она не стала спрашивать об этом.

Уже позже она узнала некоторые подробности о том, как у ящерок проходит беременность. Оказалось, что все не так просто, как ей виделось. Для начала женщины здесь не откладывали яйцо в тот же сезон, в который оно было… зачато. Они носили его в себе (внимание!) девять месяцев! Ровно столько, сколько длится сезон дождей. Поэтому зачатие обычно происходит под конец сухого сезона.

На следующий год, как только дожди переставали идти каждый день, ящерки откладывали яйца. «Дозревало» яйцо примерно месяц. Два месяца у ребенка был ускоренный темп роста. Он вырастал из крохотного младенца до существа, способного самостоятельно бегать и даже немного говорить. Естественно, для этого ему требовалось много пищи.

Это открытие позволило Ирине посмотреть на ящерок новым взглядом. И тогда она внезапно поняла, что живот у некоторых действительно немного больше, чем у большинства.

Он не был огромным, так что она даже засомневалась, но осторожные вопросы подтвердили, что да, именно эти ящерки носят в себе новую жизнь.

Ирина заторопилась. Как бы ее ни мучила ревность, она не желала становиться препятствием для Джабая. Он наверняка захочет привести в дом жену. И самой Ире не хотелось наблюдать за этим с близкого расстояния.

— Что ты делаешь? — неожиданно возникнув рядом словно призрак, задал вопрос Джабай, наблюдая за тем, как Ира намечает очертания своего будущего дома.

— Буду строить тут дом, — пожав плечами, она глянула на него как можно безразличнее. С того напряженного вечера они старались не приближаться друг к другу, держа максимальную дистанцию не только в физическом плане.

— Для кого? — по какой-то причине сегодня Джабай не стал довольствоваться короткими ответами.

— Для себя, — Ира выпрямилась и прямо посмотрела на ящера.

— Зачем?

Ей захотелось крикнуть, но она, конечно же, подавила неуместный порыв, лишь длинно выдохнула, избавляясь от части раздражения. Находиться рядом с Джабаем в последние дни стало настоящим испытанием для нервов. Вся ее сущность трепетала, но Ирине приходилось гасить любые эмоции.

— Я узнала, что у вас наступило время кладок. Не хочу мешать тебе налаживать жизнь, — ответила она честно и рассеянно повертела палку.

Не зная, куда себя деть, Ира продолжила заниматься делом. Правда, ее внимание было направлено исключительно на Джабая. Она едва ли различала линии перед собой, делая все автоматически.

— Тебе плохо в моем доме? — спросил ящер, нахмурившись. Он выглядел недовольным и даже капельку рассерженным.

— Ты меня слышал вообще?! — чуть громче, чем хотелось, спросила Ирина, от полноты нахлынувших в мгновение чувств отбрасывая палку в сторону. Об этой вспышке она пожалела практически сразу. Хотела ведь вести себя сдержанно!

— Слышал, — в отличие от нее Джабай выглядел невозмутимым. — И не понимаю, как сезон кладок касается меня. Я не собирался в ближайшее время заводить семью, поэтому твой уход необязателен.

— В любом случае мне пора заиметь свой дом, — упрямо произнесла Ира. — Лучше я сделаю это сейчас, когда поселок только строится. Кроме того, Ра растет, скоро он перестанет проходить в двери. Мне нужно специальное место для него.

— Мы можем построить рядом с домом еще одно помещение, специально для него.

— Нет, — Ира вскинула руку. — Я все решила. Твой дом — это твой дом. Я не имею к тебе никакого отношения. Мы просто соплеменники, не более. Поэтому я не могу жить в доме вождя. Возможно, ты не заметил, но ящеры уже давно поглядывают на нас, подозревая всякое.

Джабай выглядел крайне недовольным. Он понимал, что не может удержать упрямую ящереану силой, но от его слов она отмахивалась, словно от надоедливой мошкары, даже не думая слушать его доводы.

Ему хотелось взять ее за плечи и слегка встряхнуть, чтобы глупые мысли покинули голову, перестав портить им обоим жизнь. Он понимал ее страхи, но во многом из того, что она говорила, не видел смысла.

В итоге Джабай решил отступить на шаг назад, чтобы потом сделать сразу два вперед. Он позволит ей жить в отдельном доме, но все в племени будут знать, что эта ящереана его. Живут порознь? Ничего необычного. Иногда ящерам приходилось долго и упорно ухаживать за выбранной парой прежде, чем та ответит согласием. Никого в племени такое не удивит. Наоборот (Джабай едва не закатил глаза к небу), многим понравится подобное развитие событий. Конечно, не тем ящереанам, которые желают разделить с ним гнездо. А всем остальным, тем, кто так любит следить, как развиваются чужие отношения.

— Хорошо, — согласился он, замечая, как в глазах Иры вспыхнуло несколько эмоций. Она явно была удивлена таким развитием событий.

Но было там еще что-то. И Джабай был уверен, что это разочарование. Эта мысль заставила его довольно зажмуриться. Ящереана сопротивлялась, но он знал, понимал, что все дело в глупости, которую она себе вбила в голову, на самом деле Ира хотела его, хотела быть с ним вместе. И это было главным.

В конце концов, то, что она будет жить в другом доме, не означает, что он не сможет проводить с ней время. Да и не сказать, что Джабай сильно привязался к собственному жилищу. Он мог ночевать где угодно. И дом Ирины будет не менее хорошим местом для ночевки и жилья, чем тот, в котором они жили сейчас.

— Я помогу тебе, — произнес он, отбирая у нее палку и начиная чертить линии, по которым в будущем будут стоять стены их нового дома.

Глава 18

Поселение быстро росло. Глиняные дома были построены, стены каменных строений возведены. Многие каналы были вырыты, а тропинки между ними приподняты. Ирина предложила тем, кто не может таскать тяжелые камни или помогать со строительством, заняться мощением дорожек. В эту категорию попадали в основном дети. Они и хотели помочь, но чаще всего просто мешали взрослым, отвлекая. Правда, это не значило, что они не хотели внести свой вклад в строительство.

Идея мощения улиц была принята ими на ура. Конечно, Ирина не собиралась делать нечто сложное. Она просто предложила детворе носить мелкие камешки и вбивать их в землю. Она понимала, что такие тропинки вряд ли продержатся долго, но сейчас не хотелось заниматься еще и ими. Поэтому она отдала их на откуп детям, подумав, что, когда все дома будут построены, а часть проблем решена, можно будет позаботиться и о дорогах.

К ее несказанному удивлению, малыши оказались весьма смышлеными. Они быстро поняли, что плоские и кривые камни не подходят. Первые быстро вымываются дождем, по вторым не так удобно ходить.

В итоге, после долгих размышлений (Ира не вмешивалась, ей было интересно узнать, что придумают дети), они определили идеальную форму камня. Он должен был совмещать две вещи — плоский верх и острый низ. На эту мысль их натолкнул очередной образец, принесенный одним из их товарищей.

Камень чем-то напоминал зуб с острым корнем и приплюснутым верхом. Конечно, детям не удалось отыскать нечто совершенно идентичное, но они поняли концепцию и принялись выискивать похожие.

Как и взрослых ящеров, малышей нельзя было остановить, когда они чем-то увлекались. Камнями покрывались не только тропинки, но и выкопанные каналы. Ирина не препятствовала, понимая, что это на некоторое время сдержит разрушение рвов.

Дети так увлеклись, что вскоре все тропинки и каналы выглядели сделанными из камня. Они всовывали камешки во все щели, которые только могли найти.

Высохший бамбук занял свое место на крышах. Всем пришлось изрядно постараться, чтобы перекрыть крыши. Следом ящеры взялись за водостоки.

Глядя на то, что получается, Ира не могла поверить, что еще несколько месяцев назад ящеры ничего не умели. Многие из них ловко справлялись с различными трудностями, быстро учились и начинали предлагать собственные идеи по улучшению того или иного элемента.

Из бамбука они сделали не только крыши, но и двери со ставнями. Ничего сложного в этом не было. Главная проблема состояла в том, что их нужно было добавлять в тот момент, когда глина была еще мокрой. Потом она высыхала, и вбить в нее удерживающую дверь или ставни палку оказывалось сложной задачей.

Вообще, местный бамбук оказался универсальным материалом, пригодным для очень многого. Благодаря своей нежной структуре и затвердеванию после высыхания, это растение служило отличным подспорьем в работе строителей.

Ира даже подумывала сделать из него дом. А что? После того как бамбук высыхал, он становился настолько твердым, что даже гниение не должно было стать для него большой проблемой.

Когда каменные дома были возведены, все племя обратило взор на деревья. Пришло время деревянных построек.

В этот раз все работали уже более уверенно. Ирина видела, что ящерам нравится создавать жилища своими руками. Каждый день они поднимались с хорошим настроением и не желали расходиться до самой темноты.

Исключением были влюбленные парочки. Да, присмотревшись внимательнее, Ирина поняла, какие из ящеров состоят в недавно созданных отношениях. Витала вокруг них особая атмосфера, которую при желании оказалось сложно не заметить.

К слову сказать, несмотря на то что вокруг царила настоящая дикость (вряд ли этот период можно было назвать даже каменным), влюбленные ящеры вели себя вполне прилично. Никто не обнимался прилюдно, не целовался и уж тем более не занимался сексом при других.

Если бы Ирина не знала, на что нужно обращать внимание, она никогда бы не поняла, что кто-то из ящеров находится в разгаре отношений.

Она задавалась вопросом: почему так? Неужели ящеры настолько холодны и сдержаны, что не ощущают потребности выказывать чувства своей половинке так часто, как только можно, невзирая на тех, кто находится в это время поблизости?

Впрочем, она быстро одернула себя. Эта другая раса. Кто знает, какие эмоции они на самом деле ощущают. Да и про обычаи другого вида не стоило забывать.

Чуть позже Ирина узнала, что ящеры вовсе не стесняются показывать свои отношения и они их показывают, просто не так, как люди. Все, что касалось телесного контакта, они считали слишком интимным, чтобы выставлять напоказ. Ласки, поцелуи и прикосновения оставались тем, что можно делать исключительно наедине друг с другом, ведь никому не хотелось показывать другим, как выглядит партнер, когда ему хорошо. Это было предназначено исключительно для их глаз.

Через месяц после начала сухого сезона случилось событие, к которому Ирина не знала, как относиться.

С одной стороны, все они сильно испугались. С другой — впоследствии выходка некоторых членов племени привела к положительному результату.

Но обо всем по порядку.

В тот день все было как обычно. Утром все встали, позавтракали и отправились по делам. Небольшой отряд, взяв с собой Ра, поспешил на охоту. Несколько ящеров занялись подготовкой всего необходимого для копчения будущей добычи. Еще пара направилась собирать известняк — в племени закончилась известь, которая требовалась для побелки новых домов. Большая часть ящеров осталась доделывать дома.

Поселок был практически достроен. Оставалось поработать лишь над мелочами. Кое-где нужны были двери, на паре домов отсутствовала крыша, не везде были готовы полы, и так далее.

Да и в остальном дела тоже шли хорошо. Удалось установить водостоки практически везде, за исключением тех домов, где отсутствовала крыша. Весь холм стараниями детей был покрыт камнями, включая каналы. Прошедший недавно дождь доказал, что это работает, но, естественно, в будущем придется сделать что-то более серьезное.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ Многие ящеры к этому моменту могли самостоятельно сделать все, что делала ранее Ирина, будь то простое разведение костра или обжиг глины.

Оглядывая поселок, Ира не могла поверить, как много было сделано за такой короткий срок. И это был не конец. У нее на уме имелось еще несколько идей. Кроме того, даже построенное всегда можно улучшить. Сначала они поймут, какие дома лучше всего переносят местный климат, а потом такими же ударными темпами переделают все остальные.

Когда пришло время обеда, обнаружилось, что из похода не вернулась одна группа детей. Они ушли с утра на поиски подходящих камней (нужно было доделать небольшой участок в самом низу холма) и не вернулись.

Конечно, никто и никогда не отпускал детей в поход без сопровождения. Каждый раз с ними отправлялись несколько ящеров, должных зорко следить, чтобы с малышами ничего не случилось.

К тому же в последнее время динозавры, поняв, что в этой местности появились пусть и мелкие, но свирепые хищники, покинули район озера. Ирина не удивилась бы, узнав, что они вообще ушли из долины.

Естественно, все начали волноваться, когда поняли, что дети не вернулись. Джабай немедленно взял ситуацию под контроль, приказал собирать поисковый отряд. Уверенные действия вождя немного снизили панику и утихомирили разгорающийся хаос.

Буквально через минуту в лес выдвинулась группа из десятка ящеров. Все хотели пойти с ними, но Джабай велел племени оставаться на месте, иначе это могло только навредить.

Ира хотела сказать, что будет лучше, если пойдет как можно больше ящеров, ведь в таком случае они смогут осмотреть бо́льшую территорию, но потом вспомнила, что эти создания — прекрасные следопыты. Джабаю не составит труда отыскать след пропавшей группы детей.

Атмосфера в племени стала тревожной. Все дела были забыты. Ящеры сбились в кучу, видимо пытаясь таким образом успокоить себя. Если кто-то и решался говорить, то только шепотом. Ящерки, чьи дети не вернулись, старались держаться, только не всегда получалось. Иногда над поселком слышался тихий плач.

Ирина тоже нервничала. Пусть это были не ее дети, но какая разница. Это все равно были маленькие и беззащитные существа, нуждавшиеся в заботе. Кроме того, за время, проведенное вместе, она давно уже привыкла к непоседливым крохам.

Нервы напряженно звенели.

Наблюдая, как ящеры успокаивают своих подруг, она тихо вздыхала. Ей хотелось, чтобы рядом был кто-то, кто мог бы одним прикосновением прогнать тучи и стереть печаль с сердца.

Но никого рядом не было. Ящерам сейчас явно было не до нее. В этот момент она как никогда ощущала себя чужой. Конечно, никто не смотрел на нее враждебно, не прогонял, но без Ра и Джабая в такой напряженный момент исчезло нечто важное.

Кстати, о Ра. Его не удалось удержать. Когда отряд отправился за детьми, малыш, только что вернувшийся с охоты, хвостиком поспешил следом. Обычно, когда ящеры шли на промысел, Ра выглядел довольным и воодушевленным. Сегодня он, будто понимая ситуацию, шел быстро и даже как-то хмуро.

Когда нервы уже не выдерживали, отряд, наконец, вернулся.

Племя вздохнуло с облегчением — дети были вместе с Джабаем. Тут же поднялся крик и шум. Женщины бросились к малышам, стараясь отыскать своего ребенка, мужчины не отставали.

Ира стояла в стороне и улыбалась. Сердце щемило каждый раз, когда она видела, как ящерки обнимают своих крох, плача и целуя их куда придется. Детки сначала терпели, а потом начали тихо бурчать, стараясь увильнуть от излишней, по их мнению, нежности.

Отцы стояли неподалеку. По их притворным хмурым взглядам можно было понять, что они тоже рады, но в воспитательных целях стараются выглядеть суровыми.

Ирина тихо засмеялась. Ящеры, возможно, отличались от людей, но не так сильно, как могло бы показаться.

— Как ты, мой хороший? — спросила она, обнимая подошедшего Ра за шею.

Малыш, которого называть так не поднимался язык, вымахал настолько, что его голова сейчас возвышалась над Ириной. Стремительный рост начал притормаживаться, но все равно Ра развивался быстро. Через год, Ира была уверена, она не сможет дотянуться до его нижней челюсти даже в прыжке, если он не пригнется.

Ра, конечно же, словами ответить не мог, но вместо этого использовал язык тела. Ощутив ее объятия, Ра прильнул к Ирине всем телом и немного наклонил голову, прикрыв глаза. При этом малыш выглядел довольным. Казалось, еще мгновение — и он ляжет на спину и даст ей погладить живот, как делают собаки, полностью доверяющие своим хозяевам.

Ра не был собакой, но умом ничем не уступал этим замечательным животным, а порой и превосходил.

Выяснять, что случилось и почему дети не вернулись к намеченному сроку, Ира не стала, понимая, что все равно вскоре это станет известно всему племени.

Так и вышло, во время ужина Ратая немедленно рассказала Ирине, что произошло.

Оказалось, что дети под охраной взрослых отыскали в скалах неподалеку пещеру. Так как малыши за этот месяц осмотрели все ближайшие окрестности в поисках камней нужной формы, они решили проверить таинственную пещеру. Возможно, необходимый материал мог храниться там.

Взрослые, обсудив это между собой, не увидели в подобном плане ничего страшного. От любых зверей они могли защитить, сама пещера не казалась опасной. Скалы выглядели внушительно и крепко.

В итоге вся группа направилась на разведку. Поначалу, как и было задумано, все искали камешки, но потом так увлеклись необычной пещерой, что позабыли причину и уходили все дальше и глубже.

Сильное любопытство, свойственное этому виду, на сей раз сыграло с ними злую шутку. Пещера манила их как загадка, увлекая в свою глубь.

Никто из группы даже не подумал останавливаться. Опасности они не видели, поэтому спокойно и даже весело шли дальше, потеряв счет времени из-за того, что солнце не проникало под землю. Благодаря своему зрению они великолепно видели в темноте, поэтому ни о чем не беспокоились.

Никаких зверей им не встретилось, лишь камни, но из глубины тянуло интересным запахом. Так что группа двигалась дальше, пока не вышла к большому подземному озеру. Оно находилось в громадной пещере, своды которой терялись в темноте.

Озеро показалось им необычным, поэтому они немедленно принялись все осматривать. И снова потеряли ощущение времени. В себя они пришли, только когда за ними явился Джабай вместе с остальными. Лишь тогда взрослые, сопровождающие детей, поняли, наконец, что потратили гораздо больше времени на исследования, чем рассчитывали.

После короткого осмотра озера все направились обратно, желая как можно скорее успокоить оставшееся в поселке племя. Джабай строго отчитал взрослых ящеров, которые поступили так безответственно. Те прониклись, но все равно на время были отстранены от присмотра за детьми.

Ирине стало интересно, что за озеро находится внутри горы, поэтому спустя несколько дней она уговорила одного из ящеров отвести ее туда. Каким-то образом по пути сопровождавший ее ящер сменился Джабаем.

Она хотела отказаться от его компании, но не стала. Во-первых, Джабай был упрям, поэтому не согласится со своей «отставкой». А скандалить попусту Ире не хотелось. Во-вторых, внутри она ощущала довольство. Ей нравилось, что Джабай рядом.

Конечно, говорить ему об этом она не собиралась. Ни за что!

Вход в пещеру был узким. Неудивительно, что изначально группа Джабая его не заметила. Кроме того, рядом со входом росли густые заросли какого-то кустарника, перекрывающие вид практически полностью. Заметить отверстие в стене можно было, только подобравшись вплотную. Вряд ли кто-то из взрослых полез бы в заросли, а вот маленькие дети вполне могли найти проход. Так и случилось. Это потом уже следующие за ребятами ящеры немного расчистили путь, так что Ира с Джабаем смогли подобраться к скалам с относительным комфортом.

В отличие от прошлой пещеры, вид которой натолкнул Ирину на мысли о ее рукотворном происхождении, эта выглядела полностью природной. Внутри было заметно прохладнее, чем снаружи. И чем дальше они шли, тем холоднее становилось.

Ирина думала, что устала от жары и будет блаженствовать в относительном холоде, но, как оказалось, ее тело, привычное к высокой температуре, не оценило свежесть воздуха внутри горы. Поежившись, она почувствовала себя неуютно.

Кроме того, ей было неудобно из-за темноты вокруг. Она не обладала великолепным зрением ящеров. Благо, что подумала об этом заранее, приготовив подобие факела. Так как ткани у нее не было, Ира ободрала с пары деревьев кору с выступившей смолой. Хотя древесина была пропитана соками и водой, благодаря смоле она все равно горела. Этот факт Ирина подметила не так давно и, конечно же, сразу обратила новые знания себе на пользу.

Из-за влаги дерево не горело быстро, поэтому вполне могло послужить факелом. На всякий случай Ира взяла с собой несколько палок. Впрочем, даже если они все сгорят, она была уверена, что Джабай все равно выведет их обратно. Он в отличие от нее видел в темноте очень хорошо.

Не имелось никаких сомнений, что они спускались. Ирине приходилось быть осторожной — на полу везде валялись камни различного размера.

Спустя некоторое время они наконец достигли своей цели. Оценить размеры пещеры у Иры не получалось, так как внутри царила кромешная тьма. Факел не мог осветить все пространство, поэтому Ирине приходилось довольствоваться небольшим пятачком света. Но по лицу Джабая она могла определить, что размер пещеры его впечатлил.

Озера Ира тоже не видела, поэтому направилась вперед. Через десяток шагов она резко остановилась. В круг света попал странный камень, немедленно вызвавший у Иры интерес.

Нахмурившись, она присела рядом, с любопытством осматривая находку. Взгляд соскользнул с камня на землю рядом.

Она постучала по камню ногтем, а потом подняла палец и, немного подумав, сунула его в рот. Не слишком безопасное занятие, ведь на камне могло находиться что-нибудь опасное, но, к облегчению Ирины, вещество, покрывающее булыжник, не было ядовитым. По крайней мере, она надеялась, что в налете не будет чего-то подобного.

Губы сами собой расползлись в улыбке. Резко встав, Ира заторопилась вперед. Долго идти не пришлось. Через пару шагов ее ноги достигли воды. Подняв факел выше, она попыталась оглядеться. Чем больше Ира видела, тем сильнее билось ее сердце. Она не понимала, как нечто подобное могло оказаться внутри горы, но не собиралась жаловаться.

Это было настоящее соленое озеро.

Возможно, под этим местом протекает подземная река, берущая начало в океане. Или здесь когда-то давно находилось море, потом произошел сдвиг тектонических плит, отчего образовались горы.

Честно говоря, Ире было все равно, каким образом внутри гор возникло это поистине чудесное озеро, главное, что оно существовало.

— Что это такое? — спросил Джабай рядом.

Ирина настолько сильно погрузилась в свои мысли, что голос ящера стал для нее настоящей неожиданностью. Она резко вздрогнула, испуганно пискнув, а потом сделала невольный шаг в сторону. Ей не удалось удачно поставить ногу, отчего она запнулась и, взмахнув рукой, начала падать.

Джабай отреагировал сразу, попытавшись ее поймать, но не успел на долю секунды — Ирина рухнула прямо в воду. Факел, угодивший туда же, быстро потух.

Пещера погрузилась в темноту.

Когда первый испуг прошел, Ира замерла. Она чувствовала на языке знакомый вкус соли. За эти месяцы Ирина настолько отвыкла от подобного ощущения, что никак не могла понять, нравится ей это или нет. Ее язык не был готов к такому вкусовому взрыву.

— Соленая, — пробормотала она, ощущая, как ее вздергивают вверх. Джабай не стал ждать, пока ее разум успокоится, он немедленно выдернул ее из воды на берег.

— В порядке? — взволнованно спросил он, проверяя Ирину на повреждения. Она сейчас не ощущала никакой боли, поэтому сразу же заверила его, что все хорошо.

— Это соль, — восторженно произнесла она, раздражаясь из-за того, что не может видеть лица Джабая.

В отличие от нее сам ящер все видел прекрасно. Он смотрел прямо на нее и не мог отвести взгляд. Глаза Иры горели и сверкали. Все ее лицо преобразилось. Она была настолько воодушевлена, что казалось, словно внутри нее сияет настоящее солнце.

Кроме всего прочего, вода сделала свое черное дело. Капли стекали по коже, привлекая внимание Джабая. Он сглотнул. Ему хотелось слизнуть их или хотя бы стереть пальцем. А еще ему хотелось прикоснуться к шее Иры, там, где под кожей билась беспокойная жилка, Это биение влекло его. Он желал припасть к пульсации губами, ощутить драгоценную жизнь.

Губы Иры были влажными. Ее язык то и дело проскальзывал между ними, словно она пыталась что-то слизать. Это зрелище действовало на Джабая очень недвусмысленно. Все его тело было напряжено. Возбуждение устремилось вниз. Жар опалил чресла, заставляя сильнее сомкнуть зубы.

— Теперь наша еда станет еще вкуснее, — горячилась Ира, продолжая о чем-то рассказывать. Джабай пытался ухватиться за ее слова, но его внимание соскальзывало, концентрируясь на совершенно других вещах. — Мы сможем хранить пищу дольше. Соленое мясо, рыба. Надо будет посмотреть, есть ли в озере рыба. Ты здесь? — внезапно задала она вопрос, беспокойно глядя туда, где должен был стоять Джабай.

— Конечно, — ответил он, поморщившись. Его голос звучал глухо и хрипло. В этот момент Джабай поблагодарил природу, не давшую Ире хорошего зрения. В ином случае она давно бы заметила его интерес.

В принципе, Джабай не стеснялся своего состояния, но не желал показывать его Ире до поры до времени. Ему казалось, что она испугается, если поймет. Слишком рано. Ящереана все еще активно сопротивлялась их отношениям, поэтому ему следовало вести себя осмотрительно.

— Тогда почему ты молчишь? — спросила Ирина, ощутив себя неуютно в темноте и тишине.

Первоначальная радость и воодушевление прошли, и она ощутила дискомфорт. Внутри пещеры было прохладно, а она насквозь промокла. Да и света не хватало. Можно было, конечно, зажечь еще один факел, однако Ира не собиралась купаться, поэтому не захватила с собой сухих палок и материала для розжига. Она рассчитывала, что всегда сможет зажечь новый факел от предыдущего. Кто знал, что она свалится в озеро, потушив огонь.

— Слушал тебя, — солгал Джабай. Он совсем не слушал. Ну, вернее, лишь отчасти. Он понял, что Ира нашла в этом озере что-то очень полезное. Джабай и не помнил, была ли она когда-нибудь настолько же сильно воодушевлена. — Это соль. И она полезна.

— Верно, — Ирина улыбнулась. — Мы сможем ее использовать. Хотелось бы мне знать, насколько это озеро большое.

Джабай сразу перевел взгляд с лица Иры на тихую гладь воды. Хотя, стоит признаться, делать это ему не хотелось.

— Оно немного меньше, чем то, что снаружи, но все равно большое.

— А белый налет? — нетерпеливо спросила Ирина.

Протянув руку, она вцепилась в Джабая. Он, ощутив горячее прикосновение, невольно замер. Ему на миг показалось, что щупальца восхитительного жара расходятся от места прикосновения по всему телу, стремительно пробираясь к самому низу.

Вдохнув глубже обычного, он сфокусировал взгляд на прибрежных валунах, покрытых белым налетом. Земля рядом также была вся усыпана чем-то белым.

«Соль», — напомнил он себе.

— Его много, — ответил он и заметил новую улыбку. — Вокруг озера много камней. Все они покрыты… солью. Земля тоже белая, — продолжил он после того, как немного полюбовался радостным выражением лица Иры.

Ирина хотела бы задержаться в пещере дольше, но без света делать там было нечего. Поэтому спустя время она, повздыхав немного, решила, что лучше вернуться.

Вот только стоило ей сделать первый шаг, как ногу прострелила боль, а тело начало заваливаться вбок.

На этот раз Джабай успел ее поймать.

Подхватив ее на руки, Джабай невозмутимо замер. Ира тоже застыла. Она не ожидала, что все произойдет так быстро. Тело затопило множеством различных эмоций. Она невольно смутилась, ощутив под руками твердость мускулов и очень приятную на ощупь кожу.

— Все в порядке, все в порядке, — торопливо заверила она, отчего-то зачастив. — Просто споткнулась. Поставь меня.

Джабай только глянул на нее сверху вниз и качнул головой. Отпускать он ее не собирался точно, потому что видел, что она не просто споткнулась. За миг до падения Ира скривилась, словно от внезапной боли.

Покосившись на ее ноги, Джабай уверенным шагом направился к выходу.

— Что ты делаешь? — спросила Ирина. Не заметить движения она не могла. — Я могу идти сама!

— Так будет лучше, — невозмутимо ответил Джабай, шагая вперед. — Быстрее. Ты не видишь в темноте, а на земле полно камней.

Ирина не могла не согласиться. По пути вниз она видела, что полы пещеры усыпаны булыжниками различных размеров. Без возможности видеть она была уверена, что, пока выйдет из этого места, точно покалечится.

Поэтому она притихла на руках Джабая, не забыв состроить самое недовольное выражение лица, на которое только была способна. Так она пыталась скрыть от ящера, насколько на самом деле ей нравилось такое положение вещей.

Обратная дорога прошла в молчании. Не сказать, что они много болтали по пути вниз, но все-таки порой перекидывались парой фраз. Сейчас Ирина, погруженная в свои ощущения, даже не думала о чем-то говорить, а Джабай… Ну, Джабай и вообще никогда не был особо разговорчивым. Кроме всего прочего, он опасался, что Ира начнет вырываться, если он внезапно скажет что-нибудь не то. И обязательно покалечится еще сильнее.

Если говорить честно, он был рад нести ее на руках, хотя причина этого ему совершенно не нравилась. Но это не мешало наслаждаться ощущением мягкой и горячей кожи и практически неощутимым весом Иры.

От нее исходил жар и аромат земли, смешанный с чем-то приятным. Он давно заметил, что запах Иры часто меняется, иногда становясь настолько притягательным, что сдерживать порывы становилось крайне сложно. Джабай не знал, от чего это зависит, но в такие моменты пытался держаться как можно дальше, опасаясь, что выдержка изменит ему.

Вот и сейчас аромат снова становился гуще и сильнее. Облизнув губы, Джабай оторвал взгляд от сосредоточенного лица Иры и постарался смотреть исключительно вперед.

Сама Ирина в этот момент пыталась отрешиться от происходящего и мысленно составляла список дальнейших дел.

Соленое озеро — это просто великолепно. Наконец она сможет поесть полноценную пищу. Да и мясо теперь можно будет хранить дольше. Представив себе чуть солоноватое копченое мясо и тушеные овощи, Ира сглотнула вязкую слюну. Как бы она ни старалась придать еде хороший вкус, без соли та все равно оставалась пресной. Ситуацию не спасали даже многочисленные травы.

А еще с помощью соли можно лучше обработать шкуры. Сплошные плюсы.

Осталось только правильно добыть ее. Камни и земля на берегу озера, конечно, были покрыты соленым налетом, но просто так собрать его нельзя, ведь соль в таком случае получится смешанной с грязью. Чувствовать хруст песка на зубах при еде Ирине не хотелось.

Значит, необходимо как-то очистить соль.

В принципе, соль растворяется в воде, а грязь нет. Если залить землю, смешанную с солью, водой, то вся грязь со временем осядет на дне, а вода станет соленой. После этого достаточно будет слить воду в чистую емкость и выпарить жидкость на солнце. То же самое можно будет проделать и с простой водой из озера.

Только представив себе белоснежные кристаллики соли, Ирина почувствовала, как во рту собирается слюна. Как давно она не ела хорошую и вкусную еду!

Когда они вышли на солнце, Ира снова попыталась соскочить на землю, но Джабай одним движением пересек все попытки. Вместо того чтобы снова спорить, она недовольно посмотрела на него, но промолчала, позволяя отнести себя домой.

Ее дом, кстати, был почти достроен. Осталась самая мелочь.

Все в племени с интересом наблюдали за их шествием. Ира смутилась от такого пристального внимания, Джабай не выказал ни малейшей эмоции.

Внутри дома он положил Иру на тщательно оборудованную кровать, сделанную из бамбука и сушеной травы, покрытой сверху обработанной шкурой местного пушистого зверя. На самом деле, кровать Ирины чем-то действительно напоминала гнездо. Когда она думала над тем, как лучше всего обустроить спальное место, то неосознанно ухватилась за мысль о гнездах.

Это вышло совершенно случайно!

Она снова заметила, что Джабай с каким-то непередаваемым выражением смотрит на кровать. Этот взгляд каждый раз заставлял сердце Иры биться чаще. И всегда, всегда она ощущала себя так, будто неведомым образом дает ему непрозрачный намек на что-то. Наверное, нечто подобное она могла бы ощутить, пригласив домой заинтересовавшего ее мужчину, а потом показав ему кровать в спальне. Самый непрозрачный намек, который только можно придумать, чтобы дать понять человеку, чего ты от него ждешь.

Но ведь умышленно она ничего подобного не делала! Это действительно получилось совершенно случайно. Она просто не знала, как сделать кровать удобнее и мягче, а потом ей пришла мысль соорудить каркас, внутрь накидать толстый слой тщательно высушенной травы, а потом накрыть ее либо листьями, либо шкурами.

Листья были недолговечны, а шкуры динозавров мало отличались комфортом — слишком жесткие, и поверхность не очень приятная на ощупь. И тогда в ее руки попала шкура местного пушного зверя. Джабай принес с очередной охоты и отдал Ирине. Она не стала отказываться. И пусть ей пришлось очень долго избавляться от запаха (да и то, как ей казалось, мех все равно слегка пованивал), оно того стоило. Теперь Ира спала как королева. Кровать была мягкой и удобной.

Не так давно она даже начала делать настоящий матрас. Конечно, никакой ткани под рукой не было, но это не значит, что она не могла придумать альтернативу.

Подходящее растение уже было найдено, и работа начата. Ира знала, что предки ее мира делали одежду из крапивы, но не помнила деталей процесса. Это никак не заставило ее отступить. Она могла экспериментировать сколько угодно. Главное, Ира знала: ткань или ее подобие можно изготовить из травы.

Своими экспериментами Ирина хотела убить сразу несколько зайцев. Ткань нужна была не только для изготовления матраса. В первую очередь из нее хорошо было бы сделать одежду. Шкуры в таком климате — жаркий и неудобный материал. Легкие юбки и топики подошли бы лучше всего. И прилично, и легко.

Конечно, ящерам, как ей казалось, безразлично, даже если она будет ходить совершенно голой, но самой Ирине не нравилась нагота. Именно поэтому она при первой возможности сшила себе более достойную одежду. Кожа змеи была тонкой, но все равно в жару липла к телу и натирала в местах соприкосновения.

Матрас, одежда, постельное белье, полотенца, да хотя бы те же шторы! Ткань определенно облегчила бы бытовые трудности. Например, сейчас при приготовлении пищи даже руки нечем было вытереть, если вдруг чем-то испачкался. На выручку, конечно, приходили листья, но это все равно не то.

Оставив Ирину в кровати, Джабай вышел из дома, но вскоре вернулся с охапкой шкур. После того как Ира обустроила свою кровать, идея использовать для сна мягкие шкуры показалась ему очень хорошей. Поэтому он подготовил пару штук и для себя.

И сейчас Джабай под взглядом Ирины невозмутимо расстилал их на полу около противоположной стены.

— Что ты делаешь? — спросила она, хмуро глядя на его действия. Ее сердце то замирало, то снова начинало бешено стучать. В голове все спуталось, поэтому она никак не могла понять, нравится ей происходящее или нет.

— Пока ты не поправишься, я буду спать здесь, — невозмутимо ответил Джабай. — На окраине опасно. Ты не можешь ходить. Я присмотрю за тобой.

Джабай испытывал противоречивые эмоции.

С одной стороны, он был рад, что у него, наконец-то, появился повод официально перебраться в дом Иры. До этого момента он никак не мог отыскать достаточно веской причины, чтобы остаться здесь ночевать. И неважно, что в остальное время суток он практически жил здесь.

С другой стороны, ему не нравилось, что для этого Ире пришлось пораниться. Он бы предпочел найти какой-нибудь другой предлог. Тем более что в последние дни ему удалось подобраться к ней очень близко.

— Это не обязательно, — слабо воспротивилась Ирина. — Твоя ящереана…

— У меня никого нет, — резко перебил ее Джабай. Ему надоело постоянно слушать о какой-то самке, которой у него не было и в помине. Единственная, кого он хотел, это Ира, но она почему-то решила, что им не судьба быть вместе, поэтому ему приходилось изворачиваться змеем.

— Но…

Джабай пресек дальнейшие слова одним взглядом. Ира вздохнула.

— Хорошо, оставайся, — согласилась Ира. — Но только до тех пор, пока моя нога не заживет! — поспешила добавить она.

Джабай кивнул и отвернулся, стараясь скрыть довольное выражение лица. Дело сделано, он внутри.

Осталось самое трудное — убедить ящереану, что он будет для нее отличной парой.

Покосившись в сторону кровати, Джабай едва смог удержать дрожь.

У них даже гнездо уже было. Конечно, не он его собирал, но практически все материалы для его создания подготавливал именно он, начиная от сборки и сушки бамбука, заканчивая добычей мягких шкур!

Глава 19

Подняв факел повыше, Ира огляделась.

С ее первого визита в эту пещеру прошло несколько дней. Ей не терпелось как можно скорее проверить доставшееся им сокровище, но Джабай был непреклонен, не позволяя ей подняться с кровати. Если ей что-то требовалось, то он едва ли не носил ее на руках, бдительно следя, чтобы с ней ничего не случилось.

Подобное поведение одновременно и раздражало, и вызывало довольство. В прошлом она была самостоятельной женщиной и не нуждалась в повышенной опеке. Она просто подвернула ногу! По мнению Ирины, подобная травма не была такой уж опасной. В прошлом, когда она получала легкие ушибы или растяжения (споткнулась, упала или что-то в этом роде), муж, конечно, ухаживал по мере сил, но уж точно не таскал ее на руках при каждом удобном случае.

Именно это и вызывало раздражение. Она не была смертельно больна! Тогда почему Джабай вел себя так, словно она рассыплется, если встанет самостоятельно с кровати?

С другой стороны, такая повышенная забота была приятной.

В конце концов, когда нога перестала болеть, Ирина вздохнула с облечением. Ей никогда не нравились противоречивые эмоции. Это выматывало. Поэтому она встретила день, когда смогла ходить самостоятельно, как новое рождение и освобождение.

В отличие от нее Джабай, казалось, не был так рад, но в тот момент Ирина не обратила на его кислое выражение лица никакого внимания.

Идти в пещеру сразу после выздоровления она не стала — дала ноге зажить полностью, опасаясь, что малейшая новая травма снова уложит ее в постель, на этот раз на несколько недель.

И вот она снова здесь.

В этот раз они пошли не вдвоем. На озеро собралась целая группа ящеров.

Перед ними стояла задача исследовать это место. Так как пещера была большой, а света не хватало, Ирина решила, что ящерам следует разойтись в разные стороны и отыскать подходящие места для костров. Для этой цели снаружи был захвачен хворост.

Ящерам не требовался свет, но Ира не видела за пределами пятна света от факела, поэтому надеялась, что костры помогут ей оценить пещеру.

Спустя некоторое время ей это удалось. И пусть она все равно не видела пещеру полностью, но костры разгоняли достаточно темноты, чтобы она могла хоть немного осмотреться.

Первое, что она поняла, — уровень воды в озере какое-то время назад был выше. Об этом свидетельствовал налет на камнях. Вода была совершенно спокойной, никаких волн. Тогда откуда на береговых камнях соль? На земле она могла просто выступить на поверхность, а на булыжниках?

Нет, решила Ирина, озеро просто было выше, но постепенно уровень воды начал снижаться, открывая соленые берега.

Второе, что она увидела, это еще один проход, уходящий куда-то вглубь гор. Он находился на противоположной стороне от коридора, через который они попали сюда.

Ира не могла пройти мимо. Конечно, соленое озеро ее волновало, но как проигнорировать громадную темную дыру в стене?

Собравшись, отряд отправился исследовать новую территорию.

Найденный проход был заметно шире и чище. Иногда на земле встречались соленые проплешины. Казалось, будто соль поднималась откуда-то снизу, просачиваясь прямо через камни и землю.

Ира понятия не имела, как такое возможно, поэтому поглядывала на пол с некоторой опаской. Совершенно не хотелось провалиться в какое-нибудь подземное море.

Шли они до тех пор, пока Ира не устала окончательно. Становилось понятно, что тоннель тянется очень далеко. Он то уходил вниз, то снова поднимался.

— Думаю, нам следует вернуться, — предложил Джабай, когда они все-таки остановились. В последние часы он постоянно поглядывал в сторону Иры, но та из упрямства не желала тормозить.

Как бы Ирине ни хотелось возразить, она была вынуждена согласиться с Джабаем. Собираясь исследовать пещеру, они не взяли с собой много продуктов, лишь достаточное количество, чтобы провести в горе день. И еще немного на всякий случай. А сейчас становилось понятно, что путешествие может занять намного больше одного дня.

— Да, хорошо, — согласила она и поднялась. Джабай снова хотел подхватить ее на руки, но Ира лишь предостерегающе на него посмотрела, расправила плечи и направилась назад.

Под конец она так устала, что едва шевелила ногами. Поврежденная лодыжка снова начала ныть, но Ира упрямо шагала вперед, не замечая обеспокоенного взгляда Джабая. Впрочем, ему вскоре надоело видеть, как она с каждой минутой все сильнее хромает, он подхватил ее, прижав к себе. И его мало волновали вялые возмущения и практически неощутимая борьба.

Вскоре Ирина решила, что сопротивляться бесполезно, да и, честно говоря, не особо хочется, поэтому затихла, вздохнув с облегчением. Джабай на это только покачал головой, но невольно улыбнулся. Она была милой и забавной, поэтому он не возражал против такого поведения. Главное, чтобы ее упрямство не вредило ей самой, с остальным он вполне мог жить.

Другие ящеры, глядя на них, ухмылялись, обмениваясь понимающими взглядами, но вслух не комментировали. Они давно догадались, с какими трудностями приходится сталкиваться вождю, и не хотели неосторожным словом или действием свести на нет все его усилия.

Джабай, конечно, спокойный ящер, но кто знает, что он сделает, если разозлится. Проверять на своей шкуре не хотелось никому.

Несколько дней отряд отдыхал. Джабай не собирался лезть под землю сразу после возвращения. Они готовились, собирая все необходимое, начиная от хвороста и заканчивая едой.

Ира тоже не стала торопить события, хотя ей очень хотелось узнать, куда ведет второй тоннель.

Желая взять с собой как можно больше еды, она решила, что пришла пора сделать рюкзаки. Раньше такая вещь никому не требовалась, ведь ящерам не обязательно было брать с собой что-то на охоту, кроме ножей и копий. А сейчас становилось понятно, что без запасов не обойтись. Под землей они не заметили ничего съедобного, кроме соли.

Наверное, не стоит и говорить, что Ира никогда не шила рюкзаков. Ей подобное не требовалось. Но благодаря тому, что она имела представление, как это должно выглядеть, у нее получилось сделать нечто похожее. Не идеально, конечно, но свою функцию такая заплечная сумка выполняла.

Шила она не в одиночестве. Ящереаны, чьи мужья или просто близкие собирались в поход с Джабаем, присоединились к ней, когда поняли, что именно она делает.

Шили из кожи, для большего удобства комбинируя шкуру ящера и змеи. Новая вещь многим понравилась, хотя они тоже понимали, что рюкзаки нужны, лишь когда необходимо что-то взять с собой при долгом переходе.

Впрочем, после обсуждения рюкзакам нашлось и другое применение. После того как рацион племени стал разнообразнее, ящеры часто приносили из леса фрукты, овощи, травы и съедобные коренья. Ящерки признали, что рюкзак в этом деле будет хорошим подспорьем.

Когда с сумками было покончено, Ирина занялась продуктами. Несомненно, они возьмут с собой копченого мяса и сушеного — последнего на всякий случай. Но кроме этого, Ирина хотела сделать что-то вроде лепешек.

Зерна у нее не было, и его аналога она тоже не нашла. Но Ира читала, что раньше люди делали муку из корней тростника, и не могла пройти мимо подобного. Раньше они уже ели эти корни, поэтому ей не составило труда собрать их. Затем она тщательным образом высушила их в печи и растолкла в каменной чаше. Конечно, полноценной чашей найденный камень не был, но формой ее отдаленно напоминал, а главное, булыжник идеально подходил для целей Иры.

Пара щепоток добытой соли, довольно серая мука, пара птичьих яиц, которые прочно стали входить в повседневный рацион ящеров, и вода. Конечно, до привычной муки тому, что получилось у Ирины, было ой как далеко, но нечто вроде лепешек ей все-таки удалось сделать.

И даже вкус вышел вполне приличным. Чтобы лепешки продержались дольше, она их тоже засушила, превратив в сухари. И вес меньше (хотя ящерам с их силой было все равно, сколько килограммов на себе тащить), и не так быстро испортятся.

Копченое и сушеное мясо, засушенные до каменной твердости лепешки, съедобные корешки, которые можно было поджарить на костре или съесть просто так, и засушенные кусочки фруктов. Последнее, к слову, очень пришлось по вкусу детям. Они, как и маленькие люди, очень любили все сладкое, поэтому фрукты нравились им больше, чем взрослым. А сухофрукты так и вовсе покорили их умы.

После того как все было готово, отряд выдвинулся в путь. Джабай пытался отговорить Ирину идти с ними, из-за чего они даже немного поругались, так как Ира не желала оставаться в поселке. Джабай пусть и не был полностью доволен, но настаивать не стал.

Пещера, на его взгляд, не выглядела опасной.

* * *

Поворачивать назад уже не было смысла — они зашли слишком далеко. С каждым новым днем их запасы истощались все больше, а конца тоннелю не было видно.

Несколько раз он разветвлялся, и группе приходилось выбирать направление. Разделяться они не стали, опасаясь, что впереди ждут опасности, которые лучше встречать вместе.

Ящеры с каждым днем становились все беспокойнее. Ира их хорошо понимала — неприятно так долго находиться глубоко под землей. Особенно для тех, кто привык к лесу.

Ей и самой начало уже казаться, что каменный потолок постепенно становится все ниже, нависая над ней многими тоннами смертоносной породы.

Впрочем, это ведь так и было, верно? Над ее головой действительно застыли тонны камней, которые в любой момент могли обвалиться.

Конечно, камни держались на вид прочно, но кто знает, вдруг в этом месте случаются землетрясения. Да и если нет, всегда бывает первый раз.

— Назад вернемся быстрее, — заверил ее Джабай однажды, когда они сидели около огня, пожирающего последний хворост. Они старательно экономили, но все имеет тенденцию заканчиваться.

После того как дрова прогорят, единственное, что будет давать свет, — это факелы. На этот раз Ирина взяла их достаточно, чтобы в самый неподходящий момент не остаться без света.

— Нам не нужен свет. Да и бежать мы будем быстро.

Ира кивнула. Она понимала, что сейчас они шли довольно медленно, что неудивительно, ведь следовало быть внимательными. Можно, конечно, бежать на полной скорости, но кто знает, что ждет впереди. Вдруг пропасть. А вот назад ящеры действительно могли бежать, ведь путь уже разведан и проверен.

Дотянувшись до бочонка с водой, Ира приоткрыла крышку и зачерпнула немного. Ровно столько, чтобы хватило на пару глотков. Про воду она вспомнила в самый последний момент. Ирина не была уверена, сколько протянут без воды ящеры, но собственные возможности не хотела проверять, поэтому начала быстро думать, в чем можно нести воду.

Для этой цели нельзя было просто сшить бурдюк из кожи, как для еды. Пока еще она не научилась настолько хорошо выделывать шкуры. Ира была уверена, что через несколько дней вода в таком бурдюке начала бы вонять тухлым мясом.

Передернув плечами, она начала думать. И тут на помощь пришел вездесущий бамбук. Его стебель имел идеально круглую форму, и его можно было разделить на части. Так появились бочонки. Дно Ира тщательным образом заклеила с помощью смолы, а потом сделала из кожи ремни и обмотала ими бочонки. Для надежности дно поддерживалось еще и шкурами. Кроме того, бочонки можно было носить на спине, как рюкзак.

Если ящеры и возражали против того, что их нагружают как ломовых лошадей, то слова не сказали. Ирина и сама взяла небольшой бочонок и рюкзак с едой. Пусть Джабай и выглядел не слишком довольным из-за этого, она не собиралась делать вид, будто отличается от остальных и ей нужны какие-нибудь привилегии. Пусть размер ее емкостей был меньше, но и сама она была в разы слабее. Да и вода с едой лишними точно не будут.

И вот они уже много дней в пути. Все постепенно заканчивается, кроме проклятого тоннеля, ведущего все дальше.

— Еще немного — и мы выйдем с другой стороны планеты, — мрачно пошутила Ирина, вздрогнув, когда хворост в костре щелкнул, разбрасывая во все стороны искры.

Джабай посмотрел на нее. Он не разобрал некоторых слов, но переспрашивать не стал. В этот момент у него была другая задача — он пытался решить, идти дальше или лучше вернуться.

Пока он думал, ящеры начали подниматься. Привал был окончен. Костер догорел, сами они отдохнули и перекусили.

Отбросив мысли в сторону, Джабай решил двигаться вперед еще пару дней. Затем он совершенно точно прикажет повернуть назад. Обратный путь будет не таким долгим, но ведь Ира не сможет бежать наравне с ними. Значит, он понесет ее на руках. Так будет быстрее.

Приказ о возвращении пришлось отложить, поскольку уже на следующий день впереди неожиданно забрезжил свет, заставивший всех удивленно переглянуться. Они ожидали увидеть еще одну большую пещеру или тупик, но никак не выход.

Подгоняемые любопытством, они ускорили шаг. И уже через пару минут все стояли на границе между светом и тенью. Ящеры вместе с Ириной снова принялись переглядываться. На лицах отражались различные эмоции.

Джабай, как и прочие его сородичи, был удивлен. Ему не терпелось узнать, куда вывела их пещера. Но кроме этого, он ощущал настороженность. Он понимал, что здесь может быть опасно, поэтому немедленно вышел вперед, загораживая собой Ирину — она, будто подгоняемая любопытством, высунулась дальше всех.

Как только чужая спина перекрыла обзор, Ирина недовольно вскрикнула и высунулась из-за нее. Не было сомнений, кто именно встал перед ней.

— Осторожнее, — произнес Джабай, делая шаг в сторону света.

После долгих дней, проведенных в темноте, разгоняемой лишь тусклым светом факелов и костров, он невольно зажмурился. Впрочем, секунду спустя Джабай распахнул глаза, опасаясь пропустить угрозу.

Замерев на месте, он подождал, но никто нападать не спешил. Вокруг было тихо, если не считать шелеста листвы и других обычных шумов леса. Вдалеке раздавались крики животных и птиц. Жизнь текла своим чередом, как и везде. Такой другой, но в то же время такой знакомый лес.

Ирине хотелось последовать за ним, но она терпеливо ждала, пока Джабай все проверит.

Сам ящер в этот момент смотрел вперед и удивленно моргал. Нет, он и раньше видел большое количество воды, но сейчас, глядя сверху на водную гладь, внезапно понял, что вид очень красивый.

— Все нормально? — спросила Ирина, а потом, не дожидаясь ответа, все-таки подошла к Джабаю.

Она огляделась. Вид, открывшийся перед ней, захватывал дух. Он будто сошел с картинки какого-нибудь курортного буклета.

Прямо под ними распростерлось море зелени. Тропический лес был покрыт мерцающей дымкой пара — такой всегда поднимался над землей после дождя, когда солнце, сбросив с себя одеяло туч, начинало припекать с удвоенной силой.

Прямо за ним виднелось то ли море, то ли большое озеро. Издалека вода казалась нестерпимо голубой, покрытой мелкими волнами. Громадное небо нависало над ними, словно гигантский купол лазурного цвета.

Все было таким ярким, насыщенным, что глаза через пару минут начали слезиться.

Отвернувшись, Ирина несколько раз моргнула, а потом оглядела ближайшее пространство. Очень скоро она поняла, что они стояли на скальном выступе. Создавалось впечатление, будто большой кусок скалы в какой-то момент откололся и съехал вниз, открывая вход в пещеру. Больше всего Иру заинтересовала еще одна дыра, красующаяся чуть выше тоннеля, через который они вышли.

В принципе, после стольких дней путешествия по темному ходу у нее не возникло желания немедленно забраться в еще одну нору, но кое-что привлекло ее внимание основательно.

Вход во вторую пещеру был подозрительно ровным. Природа, конечно, порой удивляет, но лучше все-таки посмотреть.

Другие ящеры тоже заметили пещеру наверху. Один из них, сняв с себя почти пустой рюкзак и бамбуковый бочонок, ловко забрался по стене. Ира с завистью смотрела, как ящер ползет наверх. С ее ракурса он напоминал причудливую ящерицу. Особенно примечательным было то, как он помогал себе хвостом.

Спустя время ящер скрылся внутри пещеры, а Джабай отдал приказ разбить лагерь. Теперь, когда они попали в лес, следовало удвоить внимание. Здесь уж точно должны водиться желающие закусить невнимательным мясом. А все они для низших ящеров были не чем иным, как обычной едой.

Еще через какое-то время, когда все уже начали немного беспокоиться об ушедшем в пещеру товарище, тот появился. Так же ловко спустившись, он протянул что-то Джабаю. Ира, не сдержав любопытства, моментально материализовалась рядом.

И тут же распахнула от удивления глаза.

Протянув руку, она вопросительно поглядела на Джабая. Ящер, озадаченный таким поведением Иры, передал найденный соплеменником предмет ей.

Осторожно взяв найденное, Ирина повертела предмет в руке. В этот момент ее голова готова была взорваться от предположений. Ира никак не могла понять, что происходит. Ей казалось, что она каким-то образом попала в прошлое. На крайний случай — в другой мир, находящийся на заре своего становления.

Но…

Если это так, то как тогда здесь мог оказаться кусок пластиковой трубы?!

Видимо, выражение на лице Иры было настолько впечатляющим, что Джабай, заметивший его, сразу забеспокоился.

— Что? — спросил он, переводя взгляд с непонятного предмета в руке Ирины на ее лицо.

— Это… — ее голос звучал хрипло и слабо. Вместо того чтобы сказать что-то еще, она снова принялась вертеть кусок пластика. Она очень надеялась, что ошиблась, но нет, это действительно был хорошо знакомый ей материал.

Вскинув голову, Ира глянула в сторону дыры в стене.

— Мне надо туда, — немедленно произнесла она, отбрасывая пластик. Сейчас ее занимало слишком много мыслей, поэтому мусор интересовал мало.

Привыкнув в прошлом к окружению этого материала, она не считала его чем-то ценным. Тем более кусок выглядел потрепанным.

Джабай не стал возражать, так как не видел в желании Иры какой-то проблемы. Наверх она забралась самостоятельно. Пришлось, правда, немного попотеть. Так ловко, как ящеры, двигаться Ира не могла. Кроме того, пальцы постоянно соскальзывали, отчего она умудрилась заполучить несколько ушибов и царапин.

Забравшись наверх, она выпрямилась во весь рост и перевела дыхание. Задача оказалась немного сложнее, чем сперва казалось. Зато за время подъема удалось немного успокоиться и проветрить голову.

Первым, что она увидела, было громадное гнездо. Без сомнений, какое-то время назад здесь гнездился летающий динозавр или большая птица.

Гнездо было сделано из веток, перьев, мха и покореженных пластиковых труб. Видимо, птица где-то нашла последние и решила, что они послужат отличным строительным материалом.

Вскоре стало понятно, где именно она их взяла. Стоило Ире оглядеть стены, как загадка разъяснилась. Пластиковые трубы раньше были приделаны к стенам под самым потолком, скрывая провода, обрывки которых можно было заметить до сих пор.

Попросив кого-нибудь достать ей несколько ниток проводов, Ира принялась разглядывать их. Металлические внутренности практически сгнили. Или лучше сказать, полностью заржавели? Окислились? Ирина не знала, как правильно назвать процесс распада металлов под действием времени и влажности.

В отличие от начинки, пластиковое покрытие проводов все еще оставалось целым. Неудивительно, учитывая, как долго этот материал не поддается гниению. Насколько она знала, счет идет на сотни лет. И это если пластик будет лежать в земле. На открытом воздухе он, вполне возможно, продержится еще дольше. Правда, влажность ускоряет процесс.

Взволнованно облизнув пересохшие губы, Ирина поглядела вглубь тоннеля.

Сколько лет этому месту? Двести? Триста? А может, тысяча?

Нужно учитывать, что до какого-то времени все здесь было перекрыто камнями. Это потом, когда кусок скалы откололся, внутрь пробрался влажный воздух, ускорив процесс распада материалов.

Так что да, этим проводам и трубам вполне могло быть неимоверно много лет.

Ирине не терпелось посмотреть, что внутри. Что она может найти там? Какие секреты скрывает это место?

Ее буквально потряхивало от нетерпения. Привычный мир в одну секунду стал более сложным, чем казался прежде.

— Пойдем туда? — спросил подошедший ближе Джабай. Он с интересом смотрел на предметы в руках Иры.

Ему и самому хотелось взглянуть на таинственную пещеру, вызвавшую у Иры такие сильные эмоции, но он с радостью отложил бы новые исследования на будущее. В конце концов, их не было в поселении очень долго, отчего он уже начал беспокоиться об оставленных там ящерах.

Конечно, уходя, он оставил сильную охрану, но беспокойство не отпускало. Если они сейчас снова полезут вглубь горы, то кто знает, сколько времени это займет.

Услышав вопрос, Ира встрепенулась. Опустив практически рассыпающиеся в ее руках от времени провода, она покусала губы и вздохнула. Как бы ей ни было интересно, она тоже понимала, что они и так уже задержались.

Впрочем, ей ведь не обязательно ходить с другими ящерами, пока те охотятся, добывая еду на обратную дорогу. И уж тем более ей не нужно было исследовать хотя бы поверхностно побережье.

У них было еще несколько дней прежде, чем они повернут назад. Все это время Ирина хотела потратить на осмотр этого места.

Отряд разделился. Одна его часть направилась на охоту и на исследование побережья, другая двинулась вглубь нового тоннеля.

Первая группа передала второй все оставшиеся запасы. Как бы группе Ирины ни хотелось попробовать свежего мяса после длительного перерыва, никто не стал возмущаться.

Вскоре Ирина поняла, что раньше стены тоннеля были покрыты каким-то металлом, но от времени он полностью рассыпался. Это не было удивительно, учитывая, какая высокая влажность в этом месте.

Ира надеялась, что в глубине, там, где немного суше, сохранилось хоть что-нибудь. В какой-то мере ей повезло. Только не с железом, а со стеклом.

Увидев на полу осколки стекла, в первое мгновение она застыла, пораженная этим видом. Ира была уверена, что больше никогда в жизни не увидит ничего из прошлой жизни. Но вот сейчас, глядя на такую обычную картину (кто же не видел разбившегося на куски стекла?), она ощутила, как к горлу подкатывают рыдания.

Все это время она отгоняла мысли о прошлом. Она верила — то, что осталось позади, никогда больше не станет частью ее мира. Конечно, временами накатывала тоска, но Ирина волевым усилием загоняла ее в самые глубины разума.

Ничего нельзя было изменить, так зачем мучить себя постоянными переживаниями, думая об одном и том же? Это не принесет пользы.

И вот сейчас сначала кусок пластика, а потом и эти проклятые осколки словно вытащили все изнутри, заставляя Иру судорожно вдохнуть влажный воздух. В глазах защипало. Она отвернулась, будто картина, представшая перед ней, была невыносимой для взгляда.

— Ты в порядке? — моментально встревожился Джабай, заметив странное поведение Иры.

— Да, да, все хорошо, — ответила она, кивнув. — Просто вспомнила кое-что, — добавила Ира, собирая вырвавшихся демонов обратно и пряча их туда, откуда им удалось сбежать.

Она бледно улыбнулась Джабаю и постаралась сделать вид, что все в порядке. Ящер на это лишь неодобрительно качнул головой, давая понять, что его не обмануть искусственной улыбкой.

Чем дальше они шли, тем яснее становилось, что место сделано людьми. Впрочем, это и так было понятно, пластик служил тому доказательством.

К сожалению, время не пощадило ничего, кроме стекла. Но и ему тоже досталось. Ира подозревала, что раньше оно было вставлено в перегородки или из него делали ящики. Со временем металл, сдерживающий стекло, сгнил, отчего стекло упало на пол и разбилось.

Была надежда, что в самой глубине, там, куда не добралась влага, осталось хоть что-нибудь, но Ирина не тешила себя иллюзиями. Судя по всему, это место простояло настолько много лет, что в нем сгнило практически все.

На третий день блужданий Ира решила, что смысла идти дальше нет. Пора было возвращаться.

Уже после, сидя у костра и вдыхая запах свежего жареного мяса, она пыталась понять, что происходит.

Однозначно сказать, что это за мир и время, она все еще не могла. Прошлое? Тогда получалось, что во времена динозавров раса людей настолько продвинулась вперед в своем развитии, что могла создавать пластик и стекло. И если со вторым не все так сложно, кажется, в ее мире стекло придумали еще пять или шесть тысяч лет назад, то как быть с пластиком? Этот материал, насколько Ира знала, появился совсем недавно.

Учитывая это, выходило, что цивилизация, построившая эти тоннели, была не просто развитой, а равной или почти равной по уровню современному обществу Иры. А это означало полеты на Луну, компьютеры в кармане, интернет, банковские карты и прочие блага цивилизации.

Если так, то где сейчас все это? Катакомбам не меньше нескольких сотен лет, так куда делась эта цивилизация? Развилась настолько, что покинула планету, отправившись бороздить космос?

Ира даже посмотрела в небо, словно могла увидеть зависший над ними космический корабль.

Она сильно сомневалась в подобном исходе. Если такое и правда произошло, какая-то часть населения все равно должна была остаться. И что-то подсказывало Ире, что бо́льшая часть. Вряд ли в космос отпустили бы простых обывателей.

Все это прекрасно, конечно, но как быть с ящерами и динозаврами? Они откуда взялись?

Запутавшись окончательно, Ирина решила оставить пока эту тему. Потом, когда будет время, они исследуют тоннель полностью. Может быть, тогда у нее появятся хоть какие-нибудь зацепки.

* * *

С появлением соли в их жизни еда стала в разы вкуснее. По крайней мере, для Ирины. Ящеры, как обычно, отнеслись к новшеству с любопытством, но с разумной осторожностью. За время, пока их группа собиралась в поход по тоннелю, Ире удалось добыть немного этого белого вещества. Совсем немного, так как время было ограниченно, поэтому тратила она каждый раз очень мало, но даже такое количество кардинально меняло вкус.

Кроме того, Ира заметила, что в какой-то мере даже привыкла к пресной еде, отчего подсоленная казалась первое время непривычной. Впрочем, все вскоре встало на свои места.

За время похода она истратила практически все, что взяла. На обратный путь ей точно не хватит, как бы она сейчас ни экономила.

Вздохнув, Ира решила, что беречь соль нет смысла, поэтому со спокойной душой приправила мясо.

Сидя около костра, она краем уха слушала, как ящеры рассказывают Джабаю, что видели в окрестностях. Особенно ее заинтересовал рассказ о большом камне, лежащем на берегу, по которому удобно проходить дальше в воду.

Пирс?

Вполне возможно. Раз здесь была некая база, значит, люди должны были как-то сюда добираться. По воде — один из вариантов.

А вдруг в мире все еще есть цивилизация, просто по какой-то причине оставившая этот район без надзора?

Или не оставившая…

Неуютно поежившись, Ира снова посмотрела по сторонам, выискивая камеры наблюдения или что-нибудь в этом роде. Мало ли, вдруг это все — один большой проект? Реалити-шоу? И сейчас по другую сторону экранов сидят люди, едят попкорн и наблюдают, как другие существа выживают в дикой природе, вынужденные жить по соседству с древними ящерами.

Тряхнув головой, Ира попыталась вытолкать из нее подобные мысли. Вряд ли ее предположения реальны.

Если дела обстоят так, то как быть с людьми по ту сторону реки? Ее новое тело раньше принадлежало девушке, которая родилась и выросла в доисторическом племени.

Территория, по которой постоянно двигалось ее племя (и не только оно), была огромной. Покопавшись в памяти, Ира не нашла ничего, что могло хотя бы намекнуть на цивилизацию, неважно, ушедшую или существующую. Ира была уверена, что вокруг девушки царил первобытный мир.

Если в том районе когда-то что-то и было, то прошло достаточно лет, чтобы это «что-то» успело полностью раствориться в природе. Ирина читала, что если люди внезапно исчезнут, то уже через сто тысяч лет на планете не останется практически ничего, что свидетельствовало бы об их существовании. Возможно, в земле можно будет отыскать какие-нибудь мелочи, но этого катастрофически мало.

Но как тогда быть с пещерой? Пластик вряд ли протянул бы сто тысяч лет.

С легким раздражением посмотрев на мясо, Ира откусила немного и принялась жевать. Она ненавидела загадки! Хотелось знать, что происходит!

А ведь она уже видела похожую необычную пещеру! Ира даже замерла на миг. Верно, когда она только встретила Джабая (как давно это было!) и других ящеров, то по пути к племени они останавливались около пещеры. Она тогда еще подумала, что камни носили следы ручной обработки. Получается, что свидетельств больше, чем она думала? Хотя даже это не приближает ее к разгадке.

Мысли Ирины соскользнули с темы пещер на то, как давно она уже в этом мире. К своему удивлению, она вдруг поняла, что ее нынешнему телу должно уже исполниться шестнадцать. Местные жители не ведут счет дням так, как это делали сородичи Ирины в прошлом мире, но прекрасно ориентируются в них, опираясь на смену сезонов. Тая родилась примерно в это время.

Подумав о возрасте, она сразу вспомнила Ра. Она скучала по нему. Так как они не знали, сколько времени займет поход, то не стали брать малыша с собой. Все-таки ел он уже довольно много, поэтому они не могли захватить достаточно еды, чтобы он не голодал по пути. Ра, конечно же, был не очень доволен таким решением, но смирился. За последние месяцы он сильно вырос, но Ира все равно беспокоилась о нем, надеясь, что с маленьким все хорошо.

Занервничав, она попыталась не думать, чтобы не издергаться зря. Получалось с трудом, но спустя время ей удалось утихомирить желание оказаться в поселении немедленно.

Продукты на обратный путь практически были готовы, поэтому группа должна была выдвинуться в путь в самое ближайшее время. Они собирались задержаться еще на день. Ира согласилась с этим.

На следующее утро часть ящеров осталась следить за копчением мяса, а другая часть, в которую входила и Ирина, отправилась к пирсу. Ей хотелось посмотреть, верны ли ее догадки.

Когда они уже подходили к берегу, Джабай, шедший чуть впереди, резко остановился и вскинул руку. Группа немедленно заняла боевую позицию. Ирина замерла, вслушиваясь в привычные звуки леса. Кроме них, она ничего не слышала.

Первое время…

Но спустя несколько минут ей послышались голоса людей.

…

Ей ведь показалось, не так ли?

Глава 20

Да, Ирина была уверена, что говорят именно люди. Во всяком случае, она это предполагала, ведь язык, на котором общались неизвестные, был родным для Таи. Его знание осталось с Ирой, к тому же оно настолько плотно сплелось с ее сознанием, что в первое мгновение она подумала, что люди говорят на русском!

Признаться, это произвело на нее шоковое впечатление.

Сердце Иры забилось быстрее. Она не знала, как реагировать. Первым, что она ощутила, было разочарование, поняв, что появление людей значит для нее окончание одного этапа и начало нового.

Она должна будет пойти с ними?

Это ведь логично, не так ли?

Все должны жить с себе подобными. Человеку нечего делать среди ящеров, где его не ждет никакого будущего. Среди людей она сможет найти себе новую семью — мужа, от которого будет способна родить детей.

И Джабай, наконец, избавится от неуместных желаний, выбрав себе хорошую ящерку.

Все это было так правильно, что скрипело на зубах противным песком.

Ира скривилась, а потом посмотрела на Джабая. В груди все на миг застыло. Она вздохнула, признаваясь себе, что не хочет уходить от него.

Кроме того, Ира вспомнила, как люди относились к Тае в ее племени. Внешность девушки отпугивала их. Кто даст гарантии, что в новом племени не произойдет чего-то подобного? Не хотелось быть убитой из-за первобытных предрассудков.

Да, Ира была уверена, что это другая группа людей. Соплеменники Таи были слишком трусливы, чтобы перебраться через канал.

Мужские голоса приближались. Становилось понятно, что люди не знают про ждущий впереди отряд человекоподобных ящеров. Впрочем, это неудивительно, учитывая, какой тихой была группа Джабая. Все они, словно хамелеоны, слились с окружающей средой. Конечно, никто не поменял окрас, просто из-за неподвижности молчаливых ящеров было очень сложно заметить среди зеленого буйства красок.

Вскоре из ближайших кустов вышел высокий и даже с виду сильный мужчина. Ира невольно выдохнула, застыв на месте. Никогда прежде ей не доводилось видеть настолько крупного человека. В прошлом она видела в интернете и по телевизору настоящих богатырей, но в жизни все было куда скромнее.

Мужчина, наконец заметив их, замер. Его не слишком красивое лицо превратилось в устрашающую маску. Он весь напрягся, переводя взгляд с одного ящера на другого, безошибочно находя их среди окружающей зелени.

Ира сжалась. Сейчас, глядя на этого человека, она поняла, что и ее прошлые соплеменники неуловимо отличались от людей, к которым привыкла Ирина. В принципе, это неудивительно, учитывая, какую жизнь приходилось вести местному населению.

— Что за уроды? — буквально прорычал мужчина, прищуриваясь.

Его взгляд упал на Иру. Она невольно сделала шаг назад и сглотнула. В тот же миг перед глазами возникла знакомая спина. Джабай, оказавшись в одно мгновение рядом, закрыл Иру собой.

— Женщина? — пророкотал человек со смесью удивления и неприкрытого вожделения. — Давно у меня не было женщины.

В воздухе буквально повисло воинственное настроение. Ирина была уверена, что может пощупать напряжение руками. Она сглотнула, подумав, что нужно что-то делать. Это был первый встреченный в этом мире человек. Не хотелось, чтобы его убили до того, как она хоть что-нибудь узнает. В то, что мужчина чем-то сможет навредить ящерам, Ира не верила, так как сама видела, настолько сильны соплеменники Джабая, да и он сам. Никакому человеку, даже самому крепкому, с ними не сравниться.

Поэтому Ира выглянула из-за спины Джабая и улыбнулась. Получилось немного натянуто.

— Привет, — поздоровалась она, стараясь не ежиться, когда темные глаза мужчины переместились с лица Джабая на нее. На короткий миг показалось, что на нее направили заряженное ружье. — Меня зовут Ира. А вас?

Человек замер на миг, а потом засмеялся. И смех у него был такой громкий и страшный, что Ирина вцепилась в плечи ящера перед собой, во все глаза глядя на веселящегося мужчину. Что-то было в нем странное, даже безумное.

Одно Ира знала точно: ей не хочется долго находиться в обществе этого незнакомца.

Но она задавила неуместные эмоции. В конце концов, вокруг нее несколько сильных ящеров, зачем опасаться какого-то человека?

Смело выйдя из-за спины Джабая, Ира снова улыбнулась, стараясь не обращать внимания на жадный взгляд, пробежавшийся по ее телу. Ящеру явно не понравилось ее самоуправство, судя по недовольному взгляду, брошенному в ее сторону.

Ирина его проигнорировала, размышляя над тем, что еще сказать. За время, проведенное в этом времени или мире, она немного растеряла умение находить темы для разговора с незнакомыми людьми.

— Так как вас зовут? — напомнила она, вспомнив, что мужчина так и не представился.

— Моал, — ответил тот. Ире показалось, что он слегка расслабился. Правда, искры безумия так и не погасли в глазах, просто стали чуть слабее.

Внезапно Ирина подумала, что не верит в его расслабленную позу. Мужчина напоминал хищника, желающего усыпить бдительность жертвы своим покладистым видом.

— Хорошее имя, — произнесла Ира, хотя понятия не имела, что оно значит, но надо было о чем-то говорить. — Вы охотитесь здесь для племени? — продолжила она светскую беседу.

Моал хмыкнул. Из ближайших кустов к нему присоединились еще несколько мужчин. Было в них что-то странное, но Ира никак не могла понять, что именно ей не нравится. Ну, кроме того, что все они впились в нее взглядом, как страдающий от невыносимой жажды — в бутылку прохладного пива в летнюю жару.

Возможно, кому-то подобное внимание могло бы польстить или обрадовать, вот только Ира ощущала себя неловко и тревожно.

Наверное, они слишком долго были в походе, раз так сильно изголодались по женскому вниманию. Ира не завидовала их женам, когда они снова встретятся. Долгий и страстный секс — это, конечно, хорошо, но не тогда, когда твой партнер больше напоминает голодное чудовище, чем внимательного любовника.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ Ира решила держаться Джабая. Она собиралась присоединиться к людям, когда встретит их, но сейчас, при взгляде на незнакомцев, от ее решения не осталось и следа. Она еще не сошла с ума идти с мужчинами, которых ничто не удерживало от изнасилования.

— Почти так, — кивнул Моал, подавив желание облизнуться.

Он действительно давно не видел женщины. После того как его племя пересекло большую воду, они попали в очень опасный мир. И если сам Моал и несколько самых сильных из его людей смогли пережить многочисленные встречи с чудовищами этого леса, то подавляющему большинству племени повезло меньше.

Вспомнив тех, кто в страхе разбежался, когда они в первый раз натолкнулись на свирепого гиганта, Моал презрительно скривил губы. Такие слабаки ему были ни к чему. Поэтому он и не собирался защищать их или искать. Ничего удивительного, что половина не вернулась.

Женщины и дети пропали или погибли в самые первые недели путешествия. Все они были слабыми и никчемными, а еще невообразимо тупыми. Встретив опасность, обе эти группы обычно начинали верещать и убегать, даже не думая хоть как-то себя защитить.

Кто-то из мужчин пытался обвинить его в том, что он завел их в такое опасное место, но Моал решил эту проблему быстро — оторванная голова не может изрыгать бесполезные звуки.

К этому моменту в живых остался только он и несколько самых сильных мужчин. Моал знал, что они желают убить его, однако духу на это у них не хватало. И это только разжигало в нем еще большее презрение. Он с предвкушением ждал, когда они наберутся храбрости, представлял, как переломает смельчаку ноги, оставив потом в одиночестве.

Единственное, о чем Моал не подумал, это о том, что без женщин будет слегка неудобно. В последние дни он испытывал постоянное возбуждение. И убийство монстров уже не спасало. Ему хотелось подмять кого-нибудь под себя, глубоко погрузиться в горячее тело.

В принципе, подойти мог кто угодно, даже один из выживших соплеменников, но Моалу повезло. Они встретили настоящую женщину, пусть и окруженную уродливыми созданиями, похожими на смесь чудовищ и людей.

Кажется, кто-то когда-то испытывал те же затруднения, что и Моал. Но в отличие от него, неизвестному повезло меньше, поэтому тот не нашел ничего лучше, чем воспользоваться первым подвернувшимся чудищем. Не самая плохая идея, по мнению Моала.

— Совместная охота? — предложил Моал, решив усыпить бдительность зеленошкурых. Это позволит ему спокойно умыкнуть женщину, которую те по какой-то причине охраняют.

Кроме того, ему нужно было узнать больше. Возможно, у этих существ есть свои женщины.

Моалу подобное показалось весьма интересным. Новый опыт он любил и уважал.

Чем больше Ирина общалась с Моалом, тем подозрительнее становилась. Мужчина, конечно, мог быть просто параноиком, поэтому ничего не говорить о своем племени, но у нее создалось впечатление, что все не совсем так. А вернее, совсем не так.

Ира невольно сравнивала эту группу с отрядом Джабая, с которым она повстречалась в самом начале своего пути по этому миру. В то время она, конечно, была немного растеряна из-за попадания, но даже так отчетливо помнила, каким было поведение ящеров.

Люди сейчас напоминали ей стаю волков, которые пытаются выглядеть овцами.

Их голоса были преувеличенно дружелюбными, особенно если вспомнить, как Моал отозвался о ящерах в самое первое мгновение, когда только их увидел.

Да и в поведении людей можно было заметить множество подозрительных моментов. Того, как они время от времени переглядывались, не заметил бы только слепой.

Не было никаких сомнений, что Моал был доминантным лидером в своей группе. Он не терпел неподчинения. Однажды Ирина увидела, как он бьет ногами одного из соплеменников за то, что тот случайно толкнул его.

Джабай тоже заметил этот инцидент, но в отличие от Иры у него было лучшее место для обзора и более зоркие глаза. Поэтому он прекрасно понял, что человек попытался якобы случайно толкнуть своего вождя на торчащий из земли сук.

Позже Джабай подошел к погруженной в землю ветке и внимательно ее осмотрел. Края были тщательно обработаны и обмазаны чем-то нестерпимо воняющим. Это вещество скрывало, что над веткой поработали, но Джабаю казалось, что дело вовсе не в сокрытии.

Конечно, у ящеров очень высокая скорость регенерации. В прошлом раны лечились очень просто — их смазывали грязью. Но не любая грязь могла подойти. Джабай хорошо знал, что иной раз раны после нанесения смеси могли воспалиться еще сильнее.

Могло ли быть так, что человек пытался ранить вождя для того, чтобы эта неприятная смесь попала в тело мужчины?

Джабай сузил глаза. Он совершенно не переживал за здоровье чужого вождя. Честно говоря, он не доверял человеку. А еще ему безумно не нравилось, каким откровенным взглядом мужчина смотрел на ЕГО ящереану.

В такие моменты Джабай едва мог сдержать в узде свой гнев. Ему хотелось броситься вперед и сразиться с противником. Он буквально ощущал, как под его руками ломаются кости. Эти образы вызывали у него удовлетворение.

К сожалению, приходилось сдерживать свои порывы. Нельзя было кидаться на всех, кто чем-то не угодил. Если у этих людей есть племя, то можно установить с ними контакт. В долгосрочной перспективе это могло оказаться выгодным для его собственного народа.

Конечно, кроме этого, Джабай ощущал тревогу. Ящеры и люди были разными видами, а в природе один вид практически всегда стремился уничтожить другой, чтобы занять более выгодную позицию. И если учесть, что и люди, и ящеры были по сути хищниками, то не было никакой надежды, что они смогут жить в мире.

Джабай не знал, была ли практика тайного убийства вождя нормальной для людей, но после инцидента стал наблюдать за ними еще пристальнее, пытаясь понять, как они взаимодействуют друг с другом. Ему не мешало даже то, что он не понимал языка.

Вскоре стало понятно, что Моал держит соплеменников в полном подчинении не за счет уважения, а за счет давления. Он действительно был заметно сильнее остальных, но Джабай не понимал, почему другие просто не задавят его числом.

С одной стороны, вождя нужно выбирать только во время поединка. Это был древний закон, которому следовали неукоснительно. С другой стороны, действия Моала не выглядели как действия вождя. Он относился к своим людям словно к своей собственности, с которой мог делать все, что хотел. Джабай не знал почему, но ощущал, что такое поведение в корне неверное и несет лишь вред.

Чувствуя от Моала угрозу, Джабай не стал показывать вход в тоннель. Все они усиленно делали вид, что, как и группа Моала, находятся в этой местности исключительно ради охоты.

Они задерживались. Джабаю не хотелось, чтобы люди проследили за его отрядом и узнали местонахождение поселка. Невольно пришлось раскрыть секрет сушеного мяса, про копчености Джабай велел молчать.

Чем больше проходило дней, тем чаще Джабай замечал, каким безумством светятся глаза вождя людей, когда он смотрит на Иру. Ящеру стало понятно, что пришло время выбирать: либо они уходят, либо разбираются с проблемой здесь и сейчас радикальным образом.

Все решилось внезапно.

Так, наверное, всегда бывает. Когда что-то оттягиваешь, в какой-то момент обстоятельства обрушиваются на тебя ворохом, и тебе только и остается как можно скорее решать проблемы.

День был таким же, как и многие другие, то есть жарким и душным. Джабай не заметил никакой подозрительной активности среди людей, правда, это нисколько его не успокоило. Ему казалось, что вчера и позавчера группа чужаков вела себя слишком тихо. Настолько, что они невольно притягивали взгляд, вызывая подозрения.

Из-за этого он провел весь день, остро реагируя на любое движение рядом. Соплеменники поглядывали на него с недоумением, но он отмахивался от их безмолвных вопросов. Ира пару раз спросила, все ли у него нормально, на что он только кивнул, стараясь в течение дня быть к ней как можно ближе. Ему показалось, что такое поведение ее немного раздражает, но она терпела, словно понимая его тревогу.

— Нам пора уходить, — заговорил Джабай вечером у костра. День прошел, ничего так и не случилось, но ящер решил, что это был знак, что следует уходить как можно скорее.

— А как же люди? — тут же спросила Ира.

Нет, она, конечно, не хотела уходить с ними, но сейчас немного волновалась. Как бы не вышло, что Джабай оставит ее сам. Вероятность подобного была смехотворно маленькой, но кто знает. Ирина была уверена: если такое произойдет, она немедленно скроется в лесу. Для нее не было никакого секрета в том, чего хотят мужчины. Ира была не намерена обслуживать всю их толпу. Ни одного из них!

Возможно, такой поступок будет означать для нее смерть, но Ирина уже жила в этом мире одна, поэтому у нее имелись причины верить, что она способна выжить в одиночестве. Страшно, конечно, но не страшнее, чем быть растерзанной толпой голодных мужиков, не обремененных нормами морали.

— Нам нужно сделать так, чтобы они не пошли за нами, — сразу ответил Джабай.

— Мы хотели посмотреть на их племя, — напомнила Ира разговор, произошедший у них сразу после встречи с людьми.

В тот день они решили заняться совместной охотой и по возможности узнать о племени людей чуть больше, а лучше посмотреть на них. Риск существовал, но Ирина была уверена, что ящеры могут справиться и с куда бо́льшим количеством противников.

— Они чего-то не договаривают, — добавила она практически сразу, прищуриваясь.

Джабай кивнул. Это было очевидно.

— Возможно, нет никакого племени, — сказал он задумчиво.

Ира кивнула.

— У меня сложилось такое же впечатление.

Остальные ящеры, сидящие рядом, тоже закивали. Все они внимательно вслушивались в беседу, так как им давно уже хотелось оставить подозрительных людей и отправиться, наконец, домой.

— О чем вы говорите?! — громко прервал разговор Моал, которого невероятно злило, что он не понимал язык зеленошкурых. И тем более его бесило, когда они говорили на нем в его присутствии. Знали ведь, что он не понимает! Моал воспринимал подобное как насмешку.

— Переведи ему, — попросил Джабай, коротко глянув на чужого вождя. — Мы говорим о том, что нам пора возвращаться домой.

Ирина послушно перевела, с тревогой наблюдая за Моалом. У нее не было никаких сомнений, что человек не согласится с подобным. Он выглядел так, словно хотел контролировать все на свете.

В последние дни он даже ящерами пытался помыкать и всегда злился, когда те смотрели на него непонимающе и отходили подальше. Казалось, еще немного — и он начнет замахиваться на них, желая таким образом заставить их подчиняться. В такие моменты Джабай всегда оказывался рядом, безмолвно предупреждая чужого вождя. Моал нехотя отступал, после с ненавистью глядя в чужую спину. Еще никто и никогда не противостоял ему настолько открыто. Если бы не желание узнать о существах больше, то Моал давно показал бы этому уродцу, где его место!

— Мы проводим вас, — моментально сказал Моал, даже не думая отставать от ящеров. Он намеревался узнать, где их племя, большое ли оно и какие там женщины. После этого можно будет убрать всех, кто не захочет подчиняться.

— Нет, — тут же ответил Джабай, нахмурившись. Он не собирался вести людей к своему племени.

Ира с тревогой перевела его отказ. Она видела, как побагровел Моал. От мужчины во все стороны буквально полыхнуло бешенством. Она думала, что он сейчас набросится на Джабая, но, к ее удивлению, человек каким-то образом сумел взять себя в руки.

— Хорошо, — согласился людской вождь внезапно и улыбнулся, стараясь показать дружелюбие. Проблема была в том, что в отличие от выражения на лице в его глазах плескалось столько гнева, что обмануть своей улыбкой он мог исключительно не понимающего ничего ребенка. Ни Ира, ни Джабай детьми точно не были. — Нам тоже пора. Наши жены уже заждались нас, — добавил он и засмеялся, словно сказал какую-то шутку. Его люди поддержали его нестройными смешками, но Ирина видела — никто из них юмора не оценил.

Из-за чувства тревоги Ирина долго не могла уснуть. Ей казалось, что все вокруг мешает сну, начиная от звуков и заканчивая вечерней духотой — сегодня, по мнению Иры, она была даже сильнее, чем обычно.

Она не знала, когда уснула, просто в какой-то момент вынырнула из тьмы бессознательности на поверхность. Не составило труда понять, что именно ее разбудило. Ощутив на своем лице чужую руку, она мгновенно начала отбиваться, хотя не до конца во всем разобралась. Какая разница, кто закрывает ей рот? Главное, что этого вообще не должно быть, значит, действие несет угрозу.

Сознание отмечало различные мелочи вспышками. Адреналин, сразу же хлынувший в кровь, заставил мир разбиться на отдельные фрагменты.

Ладонь была большой. Настолько, что легко закрывала все лицо, кроме глаз. А еще от нее сильно воняло. Несмотря на поднимающуюся к горлу брезгливость, Ира попыталась укусить чужую руку.

Частично ей это удалось, но напавший человек и не подумал освобождать ее, просто навалился на Иру всем телом, к слову совсем немаленьким. Ирина едва не задохнулась от тяжести. Ей показалось, что ребра сейчас треснут. Вздохнуть было нереально, как и пошевелиться, но она все равно вертелась словно змея в надежде, что это хоть как-то поможет.

Вскинув руки, Ира попробовала оттолкнуть человека, но ничего не вышло. Казалось, словно она толкает стену — никакого результата. Тогда Ирина принялась бить по чужим плечам, но это опять никак не впечатлило мужчину. В конце концов она подняла руки вверх и схватила человека за голову, а вернее — за покрытые грязью волосы. Дернув их как можно сильнее, она услышала приглушенный рык, а потом ощутила удар в бок.

Боль была ослепляющей. Ире на миг показалось, что она сейчас потеряет сознание. На глаза непроизвольно навернулись слезы.

На долю секунды захотелось прекратить борьбу, ведь сопротивление явно сулило большие неприятности. Кто знает, куда мужчина ударит в следующий раз. Однако мысль эта мелькнула в голове и растворилась в злости и упрямстве.

После удара Ирина начала вырываться еще активнее, подключив все свободные части тела.

Особой пользы это не принесло. Спустя вечность человек вздернул ее вверх и, перекинув через плечо, куда-то помчался.

В первое мгновение Ира ничего не делала, только дышала, осознав, что все это время практически задыхалась. У нее кружилась голова, болел бок, а еще немного подташнивало.

Впрочем, в себя она пришла довольно быстро и принялась снова всячески демонстрировать похитителю, что такое положение вещей ее абсолютно не устраивает. На окружающий мир Ирина все это время не обращала внимания, занятая попытками освободиться, поэтому для нее стало настоящим сюрпризом, когда ее неведомой силой сорвало с чужого плеча.

Ира вскрикнула. Все вокруг завертелось, отчего она никак не могла понять, что происходит. Сознание не успевало за событиями.

В конце концов Ирина вернула себе здравый разум. Быстро оглядевшись по сторонам, она поняла, что оказалась на земле. Тело действовало само по себе. Вскочив на ноги, Ира бросилась вперед, пытаясь отыскать укрытие, из которого можно будет осмотреться.

Сзади послышался новый рык и звук борьбы.

Сердце колотилось у самого горла. Ира сама не поняла, как оказалась на одном из ближайших деревьев. Раньше, до встречи с отрядом Джабая, деревья для нее были синонимом безопасности, неудивительно, что тело в опасной ситуации действовало согласно старым алгоритмам. Угроза? Значит, нужно забраться повыше!

Немного придя в себя, Ира начала анализировать произошедшее. Получалось плохо, так как мысли все еще скакали в голове как сумасшедшие.

Услышав треск, она вздрогнула и, обхватив руками ствол, осторожно посмотрела вниз. Ничего не было видно. Неудивительно, учитывая, что все еще стояла ночь. Вернее, если судить по небу, очень раннее утро.

Немного успокоившись, она все-таки поняла, что произошло. Видимо, Моал, после того как узнал, что ящеры уходят, дошел до точки кипения и решил действовать.

Не было никаких сомнений, что Джабай или кто-то другой из ящеров заметил ее похищение. Если так, то звуки внизу не могли быть ничем иным, кроме драки.

Встревоженная, Ира спустилась ниже, желая видеть, что происходит.

* * *

Джабай не чувствовал ничего. Его ярость была настолько сильной, что затмила все остальные эмоции, отчего создавалось впечатление, будто он полностью утратил способность чувствовать.

Даже желание убить не вызывало внутри него никакого отклика. По сути, это не было даже желанием, просто целью, которую он собрался достичь.

Никто и никогда не должен даже допускать мысль, что смеет взять то, что принадлежит ящеру. Конечно, Ира не была его собственностью в полном смысле этого слова, он не распоряжался ею и не повелевал, но она была ЕГО.

И совершенно неважно, в каком плане. Его ящереаной или его соплеменницей. Даже если бы он не считал ее своей ящереаной, он все равно пришел бы в ярость. Как вождь, Джабай обязан был защищать тех, кто шел за ним, кто доверял ему свою жизнь, выполнял его приказы. А Ира ясно дала понять, что не хочет идти с людьми, пусть они и были с ней одного вида. Раз так, значит, она все еще принадлежала его племени.

Он ни в коей мере не собирался принимать действия людей или прощать им подобное. И уж точно он не собирался закрывать глаза и делать вид, что самка другого вида его не волнует, спокойно отпустив с теми, с кем ей предназначила быть сама природа.

Все происходило быстро, но недостаточно быстро для того, чтобы сбить Джабая с толку. Его разум мгновенно стал холодным и невосприимчивым. Догнать Моала с Ирой не составило для ящера труда.

Превосходное в обычное время зрение обострилось еще сильнее, а скорость увеличилась.

Для начала он постарался убрать Иру из зоны будущего боя. Ему не хотелось, чтобы она случайно поранилась. Конечно, от врага он оторвал ее немного грубо, но в таких условиях мягче никак не получалось.

Оставив Иру на земле, Джабай тут же толкнул запнувшегося человека дальше. Мужчина полетел вперед, рыча при этом, как дикий зверь. Джабай не стал ждать, пока тот придет в себя, налетел с серией ударов, каждый из которых попал точно в цель.

Перед тем как полностью сосредоточить внимание на противнике, он краем глаза заметил, что Ира быстро встала и стремительно убежала в лес. Джабай очень надеялся, что ей не попадется на пути никакого животного, способного причинить вред.

Человек оказался сильным, но все-таки не настолько сильным, как ящер. Кроме того, он был заметно медленнее. К тому же на стороне Джабая была темнота. Он уже знал, что люди не видят во мраке ночи, и без зазрения совести пользовался этим преимуществом.

Правда, спустя некоторое время Джабай усомнился, что конкретно этот индивидуум не обладает ночным зрением. Казалось, человек прекрасно видит все его атаки и вовремя блокирует их.

— Зачем тебе чужая женщина? — рыкнул Моал, уходя из-под удара. На самом деле, видел он плохо, но инстинкты, отточенные за множество боев, как с людьми, так и со зверями, не подводили.

Джабай ничего не ответил. И не потому, что не хотел, он просто не понял вопроса. Моал в пылу битвы совершенно забыл о языковом барьере. Решив, что противник просто игнорирует его, он рассвирепел еще больше. Его и так выводило из себя, что пришлось воровать женщину, словно он не имел на нее никаких прав. Будто он был каким-то простым неудачником! Все женщины принадлежали ему, а он всегда мог прийти и взять ту, какую захочет! Они обязаны были быть рады понести от него!

Сама мысль, что приходится прилагать такие усилия, чтобы иметь возможность взять женщину, заставляла Моала взрываться от гнева.

Как он и думал, зеленошкурые оказались очень сильными. Он видел это раньше, но не подозревал, что уродцы сильны настолько.

Искра страха вспыхнула в его сердце. Первоначальный азарт начал уступать инстинкту самосохранения. Если раньше, сражаясь с чудовищами этого места, Моал знал, что выиграет, то сейчас у него такой уверенности не было.

Тело налилось усталостью, болью и тяжестью. Вопреки здравомыслию, это только сильнее разозлило его. Моал бросился вперед с намерением убить наглеца, который решил, что ему можно безнаказанно делать все что вздумается. Даже та искра страха и оставшаяся капля благоразумия не смогли его остановить. Он просто проигнорировал все это, будучи полностью уверенным, что, как и всегда прежде, справится с врагом.

В тот же момент что-то его остановило. Замерев на месте, Моал непонимающе моргнул, а потом ощутил, как по телу разливается боль.

Джабай вытащил керамический нож из начавшего заваливаться тела и отошел на шаг. В глазах противника все еще плескался гнев, смешанный с безумием, но затем в них промелькнуло непонимание и удивление.

Впрочем, вскоре глаза человека закатились, а сам он рухнул на землю без сознания.

Противник был еще жив, но Джабай не стал добивать. У него не было никаких сомнений, что человек вскоре умрет. Если к этому не приведут травмы, то постараются звери. Запах крови вскоре привлечет всех хищников поблизости. Но вероятнее всего, мужчина не доживет до того момента, как здесь появится первый из них. Его дыхание было слабым, как и сердцебиение.

Больше всего Джабая волновала Ира. Она убежала ночью в лес, так что он беспокоился о ее сохранности, не желая тратить ни одной лишней секунды. Поэтому стоило человеку упасть, как Джабай развернулся и бросился в ту сторону, где скрылась Ирина.

Долго искать не пришлось. Витающий в воздухе запах привел к дереву, на котором скрывалась Ира. Он мысленно похвалил ее за смекалку. Найти укрытие было лучшей мыслью, чем пробираться ночью через лес. Тот, кто плохо видит в темноте, наверняка производил бы много шума, на который немедленно сбежались бы хищники.

Вскоре он укрыл Иру в своих объятиях, чувствуя, как хрупкое тело дрожит. Джабай снова ощутил гнев. Ему невыносима была мысль, что из-за беспечности он едва не потерял свою ящереану.

Он явственно ощущал от людей угрозу, поэтому собирался расстаться с ними прямо с утра. Можно было уйти ночью, но бродить по темноте небезопасно даже для ящеров. Ночь — время охоты многих хищников. В это время их в разы больше, чем днем.

Ощущая тревогу, он велел ящерам расположиться подальше от людей, надеясь, что таким образом удастся предупредить неожиданные ситуации.

Для надежности в эту ночь ящеры решили бодрствовать по трое. Обычно они обходились двумя ночными стражами, чтобы один следил за другим, ведь ночью всегда тянет уснуть, несмотря на царящую вокруг напряженность.

Три ящера точно не упустят ни малейшей опасности. Джабай так думал. На деле все оказалось иначе.

Для надежности Джабай решил стать одним из охраняющих, намереваясь поспать после того, как опасность минует отряд.

Однако за несколько часов до рассвета он внезапно ощутил сонливость. Бороться с ней оказалось очень сложно, но Джабай пытался. Он много ходил, пил, ел, занимался упражнениями, надеясь, что они разгонят кровь и прогонят сон.

Два других ящера, не сдержавшись, уснули. Джабай пару раз будил их, но они спустя время снова засыпали.

В подобном не было ничего нормального, но в тот момент все мысли Джабая были направлены на борьбу со сном. Честно говоря, сонливость была настолько мягкой (пусть и настойчивой), что он даже не заподозрил злого умысла. Да и не сталкивался он раньше ни с чем подобным.

Тем более что в лагере было все спокойно. Люди спали на другом конце поляны. Костер, в который пару часов назад подкинули дров, практически догорел.

Часовой, оставленный для охраны, тоже спал, свалившись с пенька прямо на землю недалеко от костра. Он громко храпел, отчего Джабаю хотелось подойти и толкнуть его. Шум мог привлечь ночных хищников.

Из-за спокойствия окружающей обстановки Джабаю плохо удавалось концентрировать внимание. Ничего не происходило. Никакой опасности видно не было. Даже звери, насколько он мог слышать, обходили поляну стороной. Уже это было странным, но сознание из-за желания сна было настолько спутанным, что Джабай только радовался этому, даже не думая размышлять над причинами.

Эта умиротворенность в какой-то момент смогла полностью убаюкать его. Ему показалось, что он всего лишь моргнул, но когда открыл глаза, то увидел перед собой перекошенное лицо человека, стоящего рядом с камнем в руках.

Судя по замаху, не было никаких сомнений в намерениях недоброжелателя. Джабай увернулся. Сон, властвовавший над его телом всего секунду назад, словно смыло волной.

Вскочив на ноги, он стремительно огляделся, понимая, что люди, еще недавно казавшиеся спящими беспробудным сном, подкрадываются к ящерам явно с не самыми дружелюбными намерениями.

Джабай был удивлен. Обычно он легко мог сказать, когда кто-то действительно спит, а когда просто притворяется. У спящего существа и дыхание заметно иное, и сердцебиение. Благодаря хорошему слуху Джабай без труда мог отличить одно состояние от другого.

Единственное оправдание, которое он смог придумать, это необычная сонливость, владевшая им совсем недавно. Видимо, из-за нее его чувствительность притупилась, что и сыграло людям на руку. А может, все дело в том храпе, на котором он невольно концентрировался?

Люди очень быстро поняли, что что-то пошло не так. Правда, это не спасло того, кто пытался подобраться с камнем к Джабаю. Одним движением его горло было перерезано острыми когтями.

Увидев, как умер соплеменник, люди на миг замерли, а потом бросились врассыпную. Они не собирались умирать лишь потому, что их проклятому вождю, которого все они ненавидели до глубины души, захотелось забрать себе то, что явно принадлежит более сильному существу.

Они очень надеялись, что Моал, наконец, получит то, что заслужил.

Глава 21

Дождавшись, когда высокая спина скроется за деревьями, человек осторожно вышел из-за дерева. Царящая вокруг темнота постепенно рассеивалась, уступая входящему в права новому дню, поэтому он уже отчетливо видел лежащую на земле фигуру.

Где-то поблизости хрустнула ветка. Человек вздрогнул всем телом и замер. Он боялся, что ящер вернулся, но проходили минуты, а ничего не происходило. Лишь вдалеке послышался грозный рык. Человек сглотнул. Ему даже представлять не хотелось, кто именно рычал.

Он ненавидел это место.

Всех этих зверей, выглядевших словно специально созданными для убийства. Даже те, кто ел только траву, могли убить человека одним движением, вздумай тот подобраться слишком близко.

Толстая шкура, мощные рога, ноги, свирепый нрав — все это только часть того, чем были одарены местные существа.

Кан понимал, что в подобном месте простому человеку не выжить. Здесь могут существовать лишь те, кто силен, как их новые знакомые, или безумен, как их умирающий сейчас лидер.

Вспоминая все, что с ними произошло, Кан все больше удивлялся переменам в Моале. Нет, вождь всегда был слегка безумен, но до того, как они попали на этот берег, он хотя бы немного беспокоился о племени. После создавалось впечатление, будто все, что его волнует, — это охота и постоянные схватки с самыми сильными зверями и победы над ними.

На своих соплеменников Моал стал смотреть безразлично, будто ему внезапно стало плевать, что с ними всеми случится.

Не сказать, что Кан сильно о ком-то заботился, он всегда был эгоистом, беспокоясь в первую очередь о собственной безопасности, но даже ему становилось дурно, когда все новые и новые члены племени погибали в пасти местных чудовищ.

Чем больше людей умирало, тем сильнее остальные боялись Моала. С одной стороны, они понимали, что только вождь может защитить их от зверей этого места, ведь только он бесстрашно выходил вперед при любой встрече с монстрами. С другой стороны, многие осознавали, что в конце концов ничто их не спасет, если немедленно не повернуть назад.

В итоге никто ничего так и не сделал. Страх перед царившей вокруг опасностью и перед полностью безумным вождем парализовывал тех, кто мог сделать хоть что-то.

Люди надеялись, что все как-нибудь само образуется. Это ведь не они погибли, верно? Значит, все еще хорошо. Лично с ними ничего не случится, ведь они быстрее, чем те, кому не повезло, умнее, хитрее, осмотрительнее. Так думал каждый.

Можно было просто уйти, но все понимали, что это будет дорога в один конец. В одиночестве в таком месте не выжить никому. Поэтому они только и могли, что идти дальше.

Люди немного пришли в себя только тогда, когда не осталось ни одной женщины и ребенка. Однако это понимание ничего им не дало и не заставило действовать. Страх перед вождем был слишком силен. Не было никаких сомнений: если они нападут, то смогут его убить, но перед этим Моал заберет многие жизни. Никому из мужчин не хотелось, чтобы одной из этих жизней была его собственная.

Они стали пытаться убить его тихо, но Моал, будто благословленный самими богами, играючи выскальзывал из любой ловушки. Единственное, что было хорошо, он ни разу не заподозрил, что ловушки были подстроены намеренно. В ином случае, Кан не сомневался, никого из них уже не было бы в живых. Такой зверь, как их лидер, не побоялся бы убить всех. И одиночество в таком жутком месте его не остановило бы.

Потом произошла встреча с ящерами, и как итог — сейчас Моал лежал окровавленный на земле и умирал.

Кан оскалил зубы в зловещей улыбке, которая, правда, быстро слетела. А все из-за того, что ему показалось, будто Моал пошевелился. Безумный ужас перед вождем все еще владел сердцем охотника, и ему казалось, что такой монстр может встать на ноги и выжить, не обращая внимания на распоротый живот.

Кан не собирался оставлять ему ни одного шанса. Подскочив, он занес над головой вождя приготовленный заранее камень и с силой опустил его.

Кана трясло. Он не мог поверить в то, что делал. Его тошнило и мутило. Внутренности скручивались от тревоги и страха.

Закончив, он, тяжело дыша, упал на землю, отбросив камень от себя так, словно тот был покрыт омерзительными червями. Схватив руками волосы, Кан тихо всхлипнул и качнулся из стороны в сторону.

Через несколько минут мужчина подскочил на ноги и принялся с ненавистью пинать теперь уже точно мертвое тело.

— Ну?! — закричал он и засмеялся. — Как тебе такое? А? Молчишь? Теперь ты ничего не сможешь сделать!

Выкрикивая эти слова, Кан продолжал издеваться над телом бывшего вождя, ощущая триумф и сладость победы. И его не волновало, что это вовсе не он убил ненавистного человека.

В себя он пришел, только услышав рык где-то поблизости. Икнув от страха, Кан съежился и отскочил от трупа. А потом, сглотнув, метнулся в сторону деревьев, намереваясь как можно скорее убраться из этого места.

С него было довольно, поэтому Кан всем существом стремился туда, где безопасно. Он хотел вернуться на берег, на котором живут люди.

* * *

Ирина была слишком увлечена своими переживаниями, так что не сразу сообразила, в каком положении они находятся. Она перепугалась, и ей требовалась обычная поддержка близкого существа. В этот момент Ира хорошо осознала, что ближе Джабая у нее нет никого, кроме Ра, но ее любимый малыш сейчас далеко и никак не может появиться рядом в одну секунду.

Ничего подобного с ней никогда ранее не случалось. Паникующий мозг все прокручивал и прокручивал варианты возможного будущего, в котором Джабай по какой-то причине не успел их догнать.

Постепенно она немного успокоилась и начала чувствовать чужое тело, тесно прижатое к ней. Отстраняться не хотелось, наоборот, Ира совершенно неосознанно прильнула ближе. Поняв, что именно сделала, она даже не подумала отодвигаться и притворно извиняться.

Прикасаться к Джабаю было приятно. Крепкое и сильное тело будило в ней различные эмоции.

Ира глубже вдохнула влажный предутренний воздух и прикрыла глаза. Еще минутку. Минутку, а потом она снова возьмет себя в руки и вернет привычную дистанцию. От этих мыслей почему-то захотелось расплакаться. Списав такое состояние на произошедшие события, Ирина постаралась сдержать неуместные сейчас слезы.

Как она поняла, все уже закончилось, так к чему плакать?

— Ты убил его? — спросила Ира.

— Нет, но он мертв, — спустя некоторое время ответил Джабай, который знал, что случилось с вождем людей.

Когда он уходил от потерявшего сознание человека, то отлично слышал, как из леса вышел один из соплеменников мужчины. Дальнейшие события тоже не остались секретом. Кого-то другого могла поразить такая жестокость со стороны человека, но Джабай давно понял, что в этой группе что-то не так. Жестокость порождает жестокость. Поэтому такая расправа стала закономерным итогом.

Если бы Моал не третировал своих соплеменников, то существовала вероятность, что человек, вышедший из леса, не убил бы его, а помог спастись. Вероятность небольшая, но не нулевая, как в их случае.

Ирина не знала, как реагировать на смерть вождя людей. С одной стороны, он хотел обидеть ее, да и выглядел Моал безумным. С другой стороны, прошлая жизнь накладывала на нее свой отпечаток. Всё-таки большинство людей в ее прошлом мире относились к смерти крайне негативно.

Немного подумав об этом, Ира решила выбросить Моала из головы. В конце концов, здесь не привычное цивилизованное общество. Да и скорбеть о том, кто хотел причинить ей боль, глупо.

— Спасибо, — поблагодарила Ирина, начиная отстраняться. — За то, что спас.

Джабай мгновенно нахмурился. Он был недоволен собой и своими ящерами. Он не должен был спасать Иру, необходимо было изначально предотвратить возможность ее похищения. Он плохо справился со своими обязанностями, поэтому лишнее напоминание о неудаче портило ему настроение.

— Я должен был знать лучше, — мрачно произнес он, даже не думая отпускать Иру.

— Мы не боги, всего знать не можем, — тут же ответила она, чувствуя сопротивление. Сначала Ирина подумала, что Джабай просто не понял еще, что она хочет освободиться из его рук, но вскоре стало понятно: мягкое удерживание вовсе не случайность. — Как ему это вообще удалось? — попыталась она развить тему, надеясь, что Джабай увлечется рассказом и неосознанно ослабит внимание на объятиях.

Ящер хмуро моргнул и пересказал все события, произошедшие на стоянке.

Ире не нужно было думать дважды. Отец Таи был шаманом. Много знаний он ей не передал, но кое-что Ира все-таки помнила. Например, она хорошо знала, что шаманы пользуются одной травой. Добавляя ее в костер, они вдыхали дым и погружались в некое подобие транса.

Шаман, по его словам, делал это, чтобы иметь возможность взаимодействовать с богами, но Ирина понимала, что эта трава — что-то вроде местного наркотика.

Тая испытывала на себе ее воздействие. И сейчас Ирина могла точно сказать, что дым от нее имел очень сильный снотворный эффект. К тому же трава вызывала у человека легкие галлюцинации, которые можно было принять за обычный сон, который, к слову, всегда хорошо запоминался. Наверное, имелось еще какое-то влияние, но Ира не знала точно.

Постепенно те, кто часто вдыхал дым, привыкали к нему и вырабатывали способность противостоять снотворному эффекту. Именно поэтому шаманы не засыпали, а впадали в транс, позволяя навеянным галлюцинациям овладеть их мозгом.

Ира не видела среди группы мужчин хоть кого-то похожего на шамана. Получалось, что тот либо хорошо замаскировался, либо передал секрет травы другим людям.

Ирина почему-то не сомневалась, что такой человек, как Моал, мог вырвать у шамана необходимую информацию и угрозами, затем используя ее по своему усмотрению.

Она так сильно углубилась в размышления, что не сразу заметила изменения в их с Джабаем положении.

Ящер чуть отстранился, но руки не опустил. Почувствовав его взгляд, Ира подняла голову, тут же забывая, как дышать.

Его лицо было слишком, слишком близко!

Не успела она понять, как реагировать, Джабай преодолел оставшееся между ними расстояние и накрыл ее губы своими.

Тело прошило электрическим током, после которого все внутри вспыхнуло жаром. Ощущения были настолько яркими и неожиданными, что Ира вздрогнула и отшатнулась. Хватка Джабая немедленно стала крепче. Он едва не втиснул ее в себя, недвусмысленно давая понять, что отпускать не собирается.

Возможно, в любой другой момент Ира возмутилась бы подобному самоуправству, но сейчас в ее голове воцарился хаос, поэтому она могла лишь замереть, позволяя себе целовать.

Ступор не продлился долго. Ее сущность начала отвечать. Возражения, причины, оправдания — все это было сметено простым желанием быть с тем, кто нравится.

Если бы сейчас кто-нибудь спросил ее имя, вряд ли Ира смогла бы его назвать. Прошлое и будущее стало таким незначительным, неважным в этот момент. Главное — этот конкретный миг, внутри которого слилось все.

Ирина задрожала, чувствуя, как ее охватывает возбуждение. Она поняла: если сейчас не остановится, то зайдет слишком далеко. Ира не помнила, почему именно это плохая идея, но что-то внутри, какой-то противный червячок, всеми фибрами души ненавидимый ею, не давало полностью погрузиться в столь долгожданное наслаждение.

Резко дернувшись, она все-таки смогла отойти от Джабая. Прижав руку к горящим огнем губам, Ирина тяжело дышала, вновь отыскивая потерянное где-то пару мгновений (столетий?) назад душевное равновесие.

— Ты… — прохрипела она. Ее тело было против того, что все закончилось. Ирина ощущала разочарование, отчего ей хотелось шагнуть вперед, вцепиться в Джабая и довести дело до конца. — Я… Не нужно, — едва не прохныкала она. Чувство беспомощности охватило с головой. Зачем она борется? Кому и что хочет доказать? Почему сопротивляется?

Доводы. У нее ведь были какие-то доводы, не так ли? Почему она хотела держаться от Джабая подальше?

Ах, ну да.

Ира все вспомнила.

Несовместимость видов, невозможность иметь детей, предстоящая боль от расставания, туманное будущее. Если сейчас, будучи просто соплеменницей, Ира могла рассчитывать, что у нее все будет хорошо, то что с ней станет после неизбежного расставания с Джабаем? Отвернется ли от нее племя? Придется ли ей уйти? Станут ли ящеры над ней издеваться или смеяться? Какой будет ее жизнь?

Конечно, она могла отбросить все сомнения и кинуться в любовную авантюру с головой, вот только Ира не была молоденькой девочкой, которая не думает о собственном будущем и последствиях своего выбора. Она хорошо понимала: когда Джабай отвергнет ее, племя может повернуться к ней спиной.

Ей нужен был запасной выход, надежность и стабильность.

Ясно, что нельзя просчитать все, и всегда есть место случаю, но Ирина хотела бы иметь хоть какие-то гарантии на будущее.

Прикрыв на миг глаза, она пару раз глубоко вздохнула, а потом впилась острым взглядом в Джабая. Было понятно, что этот настырный ящер не собирается оставлять ее в покое. Значит, нужно говорить. Обычно так поступают все взрослые и разумные люди. Они говорят, задают вопросы, получают ответы и проясняют все, что им не понятно. Этим Ирина и собиралась заняться, но только после того, как они закончат все дела с людьми.

— Мы поговорим. Потом, — твердым голосом сказала она, чувствуя сильную нервозность. С одной стороны, она была рада, что вскоре не нужно будет больше думать обо всем этом и избегать Джабая, наблюдая за ним издали. С другой стороны, Ирина опасалась, что после разговора ее жизнь кардинально изменится, и не в лучшую сторону. — Сейчас нам нужно решить что-то с людьми.

Джабай смотрел на нее так, словно единственным его желанием было немедленно продолжить с того момента, на котором они прервались.

Честно говоря, его взгляд был слегка безумным, и это вызывало в Ире странные ощущения. И страшно, и лестно, и словно хочется подразнить еще сильнее, чтобы увидеть, как самоконтроль Джабая окончательно рушится. От одной этой мысли сладкая дрожь сотрясла все тело. И это не осталось незамеченным. На мгновение показалось, что атмосфера вокруг стала еще более тяжелой. Ира задержала дыхание, ощущая себя зверьком, на которого направлен взгляд хищника. Она замерла, четко осознавая, что стоит ей пошевелиться, как это сразу спровоцирует Джабая.

Минуты, казалось, тянулись бесконечно. Ирина не имела представления, сколько они стояли бы так, но в какой-то момент ближайшие кусты дрогнули и к ним вышел один из соплеменников. Джабай тут же посмотрел на него, а Ирина облегченно выдохнула.

На легкое разочарование она постаралась не обращать внимания.

Ящер выглядел виноватым. В предрассветных сумерках Ира плохо видела, но не заметить это было сложно.

И вину он чувствовал не только за то, что они уснули в патруле, но и за то, что ему пришлось прервать вождя в такой ответственный момент.

Когда он пришел доложить о ситуации, то видел, что атмосфера между ящереаной и лидером напряженная, но не придал этому особого значения. И только в последний момент, выходя из кустов, уловил отчетливый запах возбуждения.

Понимание прошило с ног до головы. Ящер так спешил с новостями, что не проявил осторожности. Нетрудно было понять, что он прервал что-то очень важное, поэтому он мгновенно ощутил вину.

Все давно знали, что лидер «охотится» за этой маленькой ящереаной. Они не могли проигнорировать это, иной раз беззлобно поддразнивая Джабая, но в большинстве своем поддерживая его выбор.

Да, Ира была существом другого вида. Поначалу она казалась некрасивой, но со временем они привыкли и стали понимать, что это не так. Она выглядела иначе, но в этой странной неправильности замечалась нестандартная и непривычная для них красота.

Хрупкое тело, тонкая светлая кожа без каких-либо узоров, необычный, но все равно манящий запах, отсутствие хвоста — чем дольше каждый всматривался, тем притягательнее для них выглядела Ира.

Все ящеры стали понимать, что вождь просто быстрее остальных увидел эту необычную красоту.

Кроме всего прочего, Ира хранила в голове многие знания. Раньше они не понимали, зачем что-то строить или делать, но, увидев результат своих трудов, большинство навсегда изменило свое мировоззрение. И это была заслуга этой маленькой ящереаны. Разве они могли выступить против нее и не принять выбор своего вождя? Тем более что каждый из них был многим обязан Джабаю. Каким бы ни был его выбор, они собирались поддержать его.

— Что случилось? — голос Джабая был низким и немного угрожающим. Он был недоволен, что их прервали, но в то же время благодарен. Джабай понимал: еще немного — и он бросился бы на Иру, возможно оттолкнув ее от себя тем самым еще сильнее.

— Что нам делать с… — ящер запнулся и посмотрел на Ирину, — людьми? — закончил он неуверенно.

Если Ира нравилась ящерам, то вот мужские особи ее вида не привели никого в восторг. Конечно, они и не должны были, но все равно контраст слишком большой! Кроме того, по какой-то причине люди оказались довольно агрессивными.

Поняв, что у них ничего не получилось, люди, конечно же, постарались как можно скорее скрыться. Однако убежать от видящих в темноте и имеющих большую силу и скорость ящеров им не удалось, поэтому вскоре все они были пойманы и приведены в лагерь, дожидаться решения вождя.

Джабай несколько раз моргнул, пытаясь вспомнить, о чем или о ком идет речь. Его мысли все еще витали около Иры, поэтому он не сразу сообразил, что именно говорит соплеменник.

Вспомнив о людях, он мельком посмотрел на Ирину и поджал губы. Оставлять за спиной врага не хотелось, но Джабай не был уверен, что Ира даст ему убить их. Как бы там ни было, они одной с ней крови. Она может проявить к ним жалость.

Ира сразу поняла, что людей не ждет ничего хорошего в будущем. И ее немедленно начали раздирать противоречия. Казалось бы, оставшиеся люди ничего плохого ей не сделали и, насколько она поняла, никому из ящеров навредить тоже не успели, но она понимала, что они опасны.

И не столько для нее, сколько для ящеров в целом. Тая знала, что на этом берегу живут боги, но представляла их гигантами, сильными и свирепыми. Другие люди, как считала Ирина, тоже думали лишь о динозаврах, но что будет, если они узнают, что здесь живут человекоподобные разумные существа, которые в несколько раз сильнее и быстрее?

Два варианта.

Первый — они решат, что именно эти ящеры и есть боги.

Второй — они испугаются. Когда люди пугаются, от них можно ожидать чего угодно, вплоть до нападения.

Итак, если люди на другом берегу узнают о ящерах, то, вполне возможно, захотят заранее устранить угрозу, которая в будущем может стать неотвратимой.

Или нет. Тут не угадаешь.

Кроме того, Ира знала, что местные жители очень берегут собственную жизнь, поэтому могут просто покинуть места своего обитания, стремясь уйти от опасной зоны как можно дальше. Бегство — еще один возможный вариант развития событий.

Закусив губу, Ира отвернулась. Она не знала, что делать и как правильно поступить, поэтому оставила право решать Джабаю. Хотя, стоит признаться, в душе у нее царил полный раздрай.

Сам Джабай тоже не испытывал по поводу своего предстоящего выбора ничего хорошего. Ему не хотелось никого убивать. По своей природе он был достаточно миролюбивым, правда, эта его сторона никогда ему не мешала. Когда нужно, Джабай забывал о ней и делал то, что нужно.

Он понимал, что люди опасны, и не хотел оставлять их за спиной. Однако он осознавал, что убийство такого количества людей может негативно сказаться на Ире. Это с большой долей вероятности оттолкнет ее от него. Но даже так он намеревался довести дело до конца. После ему придется потратить много времени, чтобы вернуть благосклонность Иры. Он был готов к этому.

Вернувшись в лагерь, они увидели, что ящеры согнали людей в центр, не давая тем уйти. Люди выглядели встревоженными и испуганными. Это было ожидаемо. Правда, была одна странность в центре плотного кольца людей, которая мгновенно привлекла внимание Иры и Джабая.

После разбирательства стало понятно, что каким-то невероятным образом одной из женщин повезло выжить. Возможно, выжило больше, но конкретно этой женщине посчастливилось быть найденной проходящим мимо ящером.

И это было не все. Женщина не просто выжила сама, она умудрилась сберечь и своего ребенка. Глядя на трясущуюся мать, Ира ощутила тугой комок в горле.

Джабай мгновенно нахмурился.

Одно дело — убить мужчин, но хладнокровно умертвить существо, дарующее жизнь, и невинного детеныша он никак не мог. Это было за гранью его возможностей.

Соплеменники понимали его беспокойство. Они и сами поглядывали в сторону людей со сложными эмоциями. Выжить в таком месте было крайне сложно. Любой рожденный ребенок сразу становился неприкосновенным. Его любили всем племенем, холили и лелеяли, защищая от опасностей. Поэтому убить беззащитное существо ни у кого не поднялась бы рука. И неважно, что ребенок был другого вида.

Ящеры даже на охоте старались обходить стороной малышей и их матерей, сосредотачивая внимание в основном на самцах.

Ситуация резко стала сложнее в разы.

Джабай понимал: если убийство мужчин Ира еще могла как-то простить, то смерть матери с ребенком навсегда разрушит то, что у них есть сейчас.

И что делать? Убить мужчин, а женщину и ребенка оставить? В одиночестве они долго все равно не проживут. Да, им удалось спастись и как-то продержаться, но, судя по их истощенному виду, выжить они смогли только потому, что все время прятались.

Взять с собой в племя? Можно, конечно, но Джабай видел, что несколько мужчин явно приходятся женщине с ребенком родственниками. Если он сейчас убьет их, это поселит в сердце женщины ненависть к ящерам. Кто знает, во что в будущем это выльется. Джабаю не хотелось приводить в свое племя такую скрытую угрозу.

Можно было убить других, но оставить в живых женщину, ребенка и их родственников. Тогда какой смысл умертвлять остальных?

Вздохнув, Джабай потер лицо. Все было так просто еще совсем недавно, но появление этих двоих все разрушило. Одно Джабай знал точно: он не хочет оставлять этих людей позади.

Попросив Иру узнать, откуда они взялись, Джабай принялся ждать. Вскоре Ира рассказала ему короткую и печальную историю племени, выслушав которую ящер ощутил ненависть к погибшему вождю людей. В этот момент он презирал его больше, чем кого-либо за свою прежнюю жизнь. Даже покойный отец не вызывал в Джабае столько негативных эмоций.

В итоге Джабай решил отправить людей обратно на свой берег. Да, возможно, в будущем они станут угрозой, но он не сомневался, что рано или поздно люди все равно узнали бы, что здесь кто-то живет.

Если один смог преодолеть разделяющее два берега расстояние, то почему бы это не сделать еще кому-нибудь?

А ведь, кроме группы Джабая, существовали и другие племена ящеров. Они вполне могли переплыть на другую сторону, чтобы отыскать лучшие места для охоты или даже просто из любопытства. Странно уже то, что такое еще не произошло.

Столкновение двух видов было лишь вопросом времени.

Раз так, то Джабай решил, что лучше будет не таиться, вздрагивая каждую секунду от страха, что о тебе узнают, а подготовиться к возможному столкновению.

Вряд ли оно, конечно, произойдет скоро (если произойдет вообще), но следующим поколениям явно следует более внимательно посматривать на другой берег.

* * *

После того как стало понятно, что людей отправят обратно на другой берег, две группы начали активно сотрудничать. Конечно, ящеры не доверяли людям, но те все понимали, поэтому старались не приближаться.

За исключением одного человека.

Спасенная женщина, как только осознала, что убивать их никто не собирается, сразу стала смелее. Заметив Ирину, она без стеснения подошла и завязала разговор.

— Твой вождь тоже был дураком? — спросила женщина, поглаживая цепляющегося за ее руку ребенка по голове.

Ира моргнула, не понимая, о чем идет речь. Только спустя время она наконец разобралась. Женщина подумала, что Иру постигла та же судьба, что и ее.

Ирина не стала никого разубеждать.

— Ничего, — женщина бодро улыбнулась. — Кто-нибудь из наших мужчин обязательно тебя возьмет. Родишь детей. Хорошо, что выжила.

После этих слов она как-то странно покосилась на Иру.

— Что не так? — прямо спросила Ирина, не любящая ходить вокруг да около.

— Твои глаза, — с готовностью откликнулась выжившая. Судя по энтузиазму, она была рада возможности поговорить об этом. — Они странные. Это может стать проблемой. Вряд ли кому-то такое понравится, — с сомнением протянула она, окидывая Ирину взглядом. — Тебе лучше не смотреть на мужчин прямо. Опускай глаза, так будет лучше.

Ира поперхнулась воздухом, услышав это. Она и забыла, что среди людей ее внешность считалась не совсем обычной. И это женщина еще не видела цвета волос.

— Я не собираюсь на тот берег, — резко бросила Ира.

Только после того, как эти слова сорвались с ее губ, она поняла, что сказала.

Не собирается? Но ведь она хотела в будущем найти людей, чтобы создать семью? Это ли не шанс?

Внезапно Ирина поняла, что нет, не шанс. Ей не хотелось покидать ящеров. И даже гипотетические будущие дети не могли заставить ее сейчас уйти.

Кроме того, она поняла, что из-за внешности ее будущее среди людей вряд ли станет счастливым.

Оглянувшись на Джабая, который в этот момент перетягивал два громадных бревна лианой, Ира вздохнула и улыбнулась.

Женщина, ошеломленная ее последними словами, сразу уловила настроение собеседницы. Проследив за взглядом, выжившая передернула плечами.

— Хочешь остаться с этими уродами? И не страшно тебе?

— Они не уродливы, — немедленно возразила Ира, переводя сердитый взгляд на женщину.

— Да? — та со скепсисом оглядела ближайших ящеров и снова передернула плечами. — Ты слепа! Посмотри, у них ноги в обратную сторону вывернуты, и эти хвосты! Только у животных есть хвосты!

— Что не так с их хвостами? — Ирина внезапно развеселилась.

Лично ей очень нравился хвост Джабая. Он был очень грозным оружием, а еще иногда его кончик так забавно покачивался, что Ирине всегда приходилось прилагать усилия, чтобы сдержать себя и не попросить у Джабая разрешения потрогать его. Почему-то прикосновение к этой части тела казалось Ире чем-то очень интимным.

Женщина смотрела на нее так, словно Ирина внезапно сошла с ума.

— Ты дура? — участливо и с неприкрытой жалостью спросила она. — Ах, хорошо. Как знаешь. Мне же лучше. Сейчас, когда я единственная женщина, посмотри, сколько мужчин возьмут меня на ложе, — она счастливо улыбнулась. — Каждую ночь новый любовник. Возможно, они даже подерутся ради того, чтобы взять мое тело. Много мужчин — много еды. Много еды — хорошая жизнь.

Договорив, она довольно хмыкнула, явно предвкушая будущую сладкую жизнь.

Ирина не стала кривиться. Она понимала, что это другое время и люди здесь мыслят совершенно иными категориями.

Если сама Ирина, как дитя иной цивилизации и времени, считала секс чем-то личным и интимным, то для местных людей соитие не было чем-то сокровенным.

Женщина перед ней рассматривала свое тело исключительно как инструмент, который поможет жить более сытной и счастливой жизнью. К тому же ей приходилось заботиться не только о себе, но и о ребенке.

После этого разговора женщина больше не пыталась убедить Ирину отправиться с ними. Видимо, ей действительно нравилась мысль быть единственной среди такого количества мужчин.

Сами мужчины если и поглядывали в сторону Иры, то близко не подходили. Все они видели, что ящеры очень бдительно следят за ней, поэтому никому не хотелось испытывать судьбу.

Когда плоты отплыли на довольно большое расстояние, Ирина ощутила себя так, будто только что своими руками захлопнула дверь в один из вариантов своего будущего.

По какой-то причине это не огорчало ее, а дарило чувство облегчения. Вздохнув, она повернулась к Джабаю, немедленно натыкаясь на его взгляд.

— Жалеешь? — спросил он хмуро.

Ира на миг замерла, а потом качнула головой.

— Нет, — ответила она.

Задерживаться они не стали. И так пришлось потратить больше времени, чем они собирались. Как бы ни защищено было их племя, ящеры все равно волновались и хотели как можно скорее убедиться, что с их родственниками и возлюбленными за время отсутствия отряда ничего не случилось.

Джабай приказал завалить проход в тоннель. Ему не хотелось оставлять такое место без присмотра. Тем более проход был достаточно большим, так что по нему вполне мог пройти любой из самых крупных хищных ящеров. Травоядные гиганты вряд ли, конечно, пролезут, но Джабая волновали вовсе не они.

На завал пришлось потратить еще какое-то время. В дальнейшем можно будет просто убрать пару крупных камней, чтобы пройти. Так как растения в местном климате росли очень быстро, то внешняя сторона вскоре затянется ими так, что даже самый зоркий глаз вряд ли заметит какую-либо странность.

Назад двигались с большой скоростью. Для этого Ирине пришлось оставаться на руках Джабая. Поначалу ей было очень неловко, потом волнительно, но спустя несколько часов она приноровилась к ощущению чужого тела. Да и к необычному чувству полета в полной темноте тоже быстро приспособилась. Первые часы ее сердце, конечно, замирало, когда Джабай слишком резко прыгал с камня на камень, но вскоре это стало привычным.

Настолько привычным, что Ирина даже заснула в пути, крепко прижимаясь к телу ящера. Джабай время от времени поглядывал на ее безмятежное во сне лицо, находя его очень милым.

Другие ящеры, заметив его умиротворенную улыбку, начали слегка притормаживать. Они понимали, что Ире пришлось за последнее время пережить многое, поэтому с радостью собирались дать ей возможность поспать подольше.

Если Джабай и заметил их уловку, то ничего не сказал.

Выносливость ящеров была в разы больше, чем у простого человека, поэтому двигались они очень долго. При этом им не требовалось часто делать передышки. Но, несмотря на всю их силу, даже ящерам иногда требовался отдых.

Так как бежать было сложнее, чем идти, то во время привалов ящеры поглощали много еды и воды. Припасы испарялись заметно быстрее, чем раньше. Ира даже начала тревожиться, что еда закончится до того, как они выйдут наружу.

Но беспокоилась она напрасно.

В темноте с редкими остановками Ирина потеряла счет времени и не могла сказать точно, когда был день или ночь. Поэтому, когда Джабай сказал, что они прибыли к соленому озеру, Ирина была поражена до глубины души.

Ей казалось, что прошло всего три или четыре дня. Разве такое возможно? В ту сторону они шли несколько недель!

Но факт оставался фактом. Они действительно добрались до соленого озера.

За время, проведенное в пути, Ира очень хорошо выспалась, так что сразу сказала, что от озера до поселения пойдет своими ногами. Очень хотелось размять уставшее от бездействия тело.

Первым, кого она увидела, был Ра.

И снова Ирина была поражена. Конечно, она вырастила Ра, поэтому сразу узнала его, но его громадный рост был совсем не тем, что она помнила. Теперь ему нужно было наклонять голову, чтобы посмотреть ей в глаза. Когда Ра выпрямлялся, то Ирине приходилось вытягивать руку вверх, чтобы коснуться кончика его носа.

— Малыш! — вскрикнула она, когда Ра принялся осторожно тереться о ее тело головой. В этот момент он напоминал гигантского кота, который дождался любимого хозяина. — Чем они тебя кормили? Ты, наверное, съел всех в этой долине! Иначе я не понимаю, как ты так быстро вырос.

Очередной толчок был слишком сильным, и Ира, смеясь, упала на землю. Ра, скаля зубы, тоже рухнул, с удовольствием позволяя ей гладить его везде, куда дотягивались руки.

— Большой, совсем большой мальчик, — приговаривала Ира, все еще находясь в некотором шоке от такого быстрого темпа роста. Ей было понятно, что Ра никак не сможет больше войти в ее дом. Он просто не поместится в нем! Кроме того, еще немного — и малыш не сможет выйти из долины, а запасы еды не бесконечны.

Джабай так же, как и другие в группе, был удивлен размером Ра. Честно говоря, он слегка волновался. Он отлично помнил, что этот вид хищников чрезвычайно опасен. Да, Ра вырос с Ирой, но кто даст гарантии, что в один момент у низшего ящера не перещелкнет что-нибудь в голове и он не решит съесть свою хозяйку?

Конечно, он понимал, что убедить Иру отпустить Ра на волю не получится. Во-первых, Ирина не согласится. Во-вторых, сам Ра вряд ли покорно уйдет. Поэтому Джабаю только и оставалось, что пристально следить, чтобы в случае необходимости успеть предотвратить беду.

В отличие от него Ира не думала, что Ра сможет однажды обернуться против нее, ведь он был ее ребенком! Но она понимала, что проблема питания существует и с каждым днем становится все острее.

Нужно было думать, как накормить и все племя, и растущего прямо на глазах Ра.

Глава 22

Когда группа вернулась в поселение, многих из отряда удивил вид собственного дома. Нет, в поселке ничего кардинально не изменилось с того момента, как экспедиция Джабая отправилась в поход. Но почему-то облик домов и улиц показался спустя время чем-то фантастическим. Они словно заново знакомились с миром, который так резко стал другим.

С племенем все было в порядке. Никто не нападал, еды хватало вдоволь, воды тоже.

В тот же вечер спонтанно возник праздник. Ящеры, оставшиеся в поселении, с открытыми ртами слушали рассказы товарищей, которым посчастливилось увидеть и узнать столько нового.

О людях говорили с осторожностью и так, чтобы не слышала Ира. Нетрудно догадаться, что люди никому не понравились, но если кто-то после этих рассказов и изменил отношение к самой Ирине, то никак этого не показал.

Когда ночь стала совсем темной, Ира решила, что пора домой, и, встав, направилась в сторону своего жилища. Ра давно ушел. Насколько Ирина знала, он уже не ночевал дома, а укладывался спать где-то в лесу поблизости. Добравшись до своего домика, Ирина шагнула вперед и тут же испуганно вскрикнула. Рука рефлекторно дернулась вперед, отчего внезапно возникшему рядом ящеру пришлось уворачиваться от факела.

— Боже! — выдохнула она, с осуждением смотря на Джабая. — Напугал! Что ты тут делаешь? Зачем подкрадываешься? А если бы я тебя ударила?

— Все в порядке. Я увернулся, — бесстрастно ответил Джабай.

Ирина замерла. Он подумал, что она о нем беспокоится? Нахмурившись, Ира отвернулась и шагнула в дом, где сразу повернулась к Джабаю. Тот следовал точно за ней.

— Что ты делаешь? — спросила она, прищуриваясь.

— Иду спать, — честно ответил Джабай, уже понимая, к чему идет дело.

— Иди к себе домой! Это мой дом. Моя нога не болит. Тебе не нужно за мной присматривать. В лесу рядом Ра, он никого сюда не подпустит.

— Хм, — «глубокомысленно» протянул Джабай, не собираясь так просто сдаваться.

Ирина фыркнула, а потом с улыбкой на губах захлопнула дверь прямо перед носом Джабая.

Ящер вздохнул, недовольно глядя на хлипкую преграду. Ему ничего не стоило открыть ее, но он не стал этого делать. Постояв немного, он скрылся в лесу, собираясь подождать до тех пор, пока Ирина не уснет. Во сне она не сможет его прогнать. Утром? Он что-нибудь придумает.

Побродив немного по краю поселения, Джабай пошел в свой первый дом. Войдя внутрь, он задумчиво потер подбородок. Он не хотел жить здесь в одиночестве, но, пока этот дом стоит, у Иры всегда будет предлог отогнать его от себя. Значит, надо сделать так, чтобы появилась уважительная причина не возвращаться сюда.

Подпрыгнув, Джабай схватился за одну из палок на потолке и с силой дернул. Дерево не могло устоять перед силой ящера.

На следующее утро все увидели, что крыша самого первого построенного дома рухнула. Ящерам, конечно, стало интересно, что случилось. А виновник разрушения в этот момент счастливо спал рядом с Ирой, обнимая ее одной рукой и позволяя ей спать на своей груди. Сон Джабая был спокойным и сладким. Он выглядел как тот, кого совершенно не гложет совесть.

Проснувшись, Ира сладостно вздохнула и прильнула к сильному телу рядом. Ей было хорошо и уютно, вставать совершенно не хотелось.

Повозившись немного, она зевнула и решила подремать еще немного.

Она почти заснула, когда ее мозг подал сигнал, что что-то во всем этом не так. Замерев на миг, Ирина подскочила, непонимающе глядя на тело рядом.

Джабай!

— Что ты тут делаешь? — немедленно спросила она и безжалостно толкнула спящего ящера в бок. На самом деле Джабай уже не спал, но сделал вид, что толчок его разбудил.

— Сплю, — хрипло ответил он, «сонно» моргая. Весь вид ящера так и кричал об обиде.

— Не заговаривай мне зубы! — вспыхнула Ира. — Я ведь сказала тебе идти домой.

— Мне негде больше спать, — «несчастно» признался Джабай, отчего Ирина проглотила свои следующие слова. Она встревожилась.

— Что случилось?

— Крыша моего дома рухнула, пока нас не было.

— Ох, — Ира была удивлена, правда недолго. Вскоре в ее голове забрезжило подозрение. Посмотрев на Джабая пытливо, она спросила: — Ты ведь не делал этого, не так ли?

Джабай постарался состроить на лице непонимание, вот только актером он был очень плохим. Ира практически сразу все поняла.

— Ах ты! — воскликнула она, но больше ей ничего сказать не удалось, потому что Джабай резко перевернул её на спину и поцеловал.

* * *

Раскладывая хворост для сушки, Ира невольно вернулась мыслями к поцелую, который произошел утром. Он оказался неожиданным. В какой-то момент она совсем потеряла голову, забывшись. Удовольствие оказалось слишком пронзительным, и останавливаться совершенно не хотелось.

Если бы их не прервал шум снаружи, то, Ира была уверена, они зашли бы намного дальше, чем обычные объятия и поцелуи. От этих мыслей Ира смутилась. Все внутри нее сладко сжалось.

Спустя мгновение она тряхнула головой, выбрасывая из нее лишнее. К сожалению, ее мозг считал произошедшее достаточно важным, чтобы вот так просто отказаться от анализа.

Воспоминания сразу вернулись. В итоге Ире не оставалось ничего другого, как принять их и позволить себе погрузиться в размышления.

После того как она поняла, что с людьми ей не по пути, все приобрело немного иной оттенок. Если не с людьми, то с ящерами?

Сев на землю, Ира оглянулась по сторонам. Столько всего сделано. Они вместе построили настоящий поселок. Ящеры теперь едят приготовленную на огне еду, ходят в совершенно другой одежде, спят не на деревьях или под первым попавшимся кустом, а в настоящих домах.

Конечно, все это можно было построить и организовать и в другом месте, но, вспоминая всех людей, с которыми она лично или Тая когда-либо встречалась, Ира понимала: с людьми так просто не будет.

Ее соплеменники всегда плохо принимали что-то новое. Все необычное сначала долго рассматривалось, прежде чем входило в жизнь, а иной раз и отвергалось. Не стоит забывать и о власть имущих в племенах. Вожди могут посчитать, что Ира претендует на их место, а у таких людей разговор короток. Неважно, что Ира принесет удобства, главное, что она со всеми своими новинками станет угрозой для их власти.

Достаточно вспомнить ученика отца Таи, который почувствовал в девушке препятствие, а ведь сама Тая ничего для этого не сделала. Хорошо хоть, что ее просто выгнали из племени, а не убили.

К тому же не стоит забывать о ее внешности.

Ира удрученно опустила голову. Не было никаких сомнений, что ее жизнь среди людей будет сложной, хорошо, если долгой, но существовал большой шанс, что еще и короткой.

Хочет ли она ради вероятных детей мучиться всю жизнь? А что будет, если дети родятся с ее цветом глаз и волос? Какая жизнь всех их ждет?

Поджав губы, Ира вздохнула.

Ей, конечно же, хотелось иметь детей, но она понимала, насколько пребывание среди людей может быть опасным. Оставалось одно — устроить свою жизнь среди ящеров.

А потом…

В конце концов, ей всего шестнадцать, у нее есть еще время. Кто знает, какие возможности появятся позднее. В любом случае с детьми лучше не торопиться. В таком опасном мире в первую очередь следует обеспечить полную безопасность себе, и только тогда можно будет думать о рождении ребенка.

Кроме того, будущая вероятная беременность весьма беспокоила Иру. В мире, где нет даже элементарных лекарств, рожать было очень страшно. Она, конечно, знала, что в прошлом ее мира женщины, несмотря на опасность, все равно как-то рожали, но знание это спокойствия не приносило. Рожать, может быть, и рожали, вот только сколько женщин умирало во время или после родов — только богу известно.

В общем, Ира решила не торопить события и посмотреть, что будет. Шанс всегда может появиться неожиданно.

Теперь нужно было решить, что делать с Джабаем. От одной мысли о ящере у нее подрагивал живот. Не было никаких сомнений — она крепко и прочно влюбилась.

Эта мысль почему-то даже слегка удивила. Ирина не думала, что ее когда-нибудь настигнет настолько жаркая влюбленность. Она думала, что чрезмерные эмоции остались в далекой молодости, когда каждое прикосновение к любимому ощущалось как удар током.

Мысли снова покатились в сторону утреннего поцелуя. Ей пришлось силой возвращать поток размышлений в нужное русло.

Итак, Джабай. Что с ним делать? Предательское воображение немедленно подкинуло парочку картинок 18+, но Ирина стойко затолкала эту пошлость в самые дальние уголки разума, решив, что вернется к ним позже.

Можно было сдаться и посмотреть, что будет. Эта мысль очень и очень нравилась Ире. Настолько, что сердце мгновенно ускорилось, а тело задрожало от предвкушения.

Ей пришлось прибегнуть к помощи дыхательной гимнастики, чтобы успокоить разбушевавшееся тело.

Когда возбуждение схлынуло, Ира покачала головой. Проклятые гормоны не оставляли ей выбора.

Кроме того, она очень сомневалась, что сам Джабай так просто сдастся. Как показала реальность, ящер был очень изворотливым. Пусть не очень хорошим актером, но, судя по всему, упорства ему было не занимать.

Она помнила, что собиралась поговорить с ним. Эта мысль заставила Иру поднять глаза в поисках Джабая. Ящер нашелся неподалеку. Он то и дело бросал в ее сторону взгляды, от которых Ира снова начала возбуждаться.

Слегка смутившись, она опустила взгляд, внезапно услышав тихий смешок. Вскинув голову, Ирина заметила, как несколько ящеров с улыбкой поглядывают на Джабая. Сам ящер в этот момент тихо рыкнул на них, но, заметив, что Ира смотрит в его сторону, сделал вид, что ничего не было.

Недолго думая, Ирина встала и направилась к нему. Пора было все прояснить окончательно. Заметив ее действия, Джабай бросил хворост, который разделял на мелкие части, и выпрямился.

Ире оставалась до него всего пара шагов, когда к Джабаю торопливо подошел один из соплеменников.

— Вождь, Грарас вернулся. У него есть важные новости.

Ирина остановилась, услышав это, и заметила, как на лице Джабая проскользнуло разочарование, сразу сменившееся настороженностью и внимательностью.

— Он в порядке? — спросил Джабай, нехотя отводя взгляд от Иры.

— Не совсем, — на лице ящера была написана тревога.

Ирина заволновалась.

— Идем, — быстро произнес Джабай и торопливо направился за указывающим дорогу ящером. Ира не отставала. Вскоре за ней образовалась целая толпа. В таком маленьком сообществе новости разносились со скоростью лесного пожара в засушливую погоду.

Грарас действительно оказался ранен. Казалось, кто-то пожевал его ногу, а потом выплюнул.

Увидев приближающую толпу, ящер попытался встать, но Джабай махнул рукой, с тревогой глядя на рану соплеменника.

— Что случилось?

Ира замерла, с ужасом рассматривая ранение. Ничего подобного она раньше не видела. Конечно, было понятно, что ящера пожевал какой-то динозавр, но от понимания легче не становилось.

Заметив, что одна из ящереан торопится к Грарасу с комками грязи, Ира скривилась. Она уже рассказывала им, насколько важно содержать раны в чистоте. Но, видимо, в экстремальной ситуации новые знания отходили на второй план, а вперед выступали те, что подпитывались в сознании долгими годами.

Она решительно остановила ящерку, взяв лечение в свои руки. Постепенно все вспомнили ее наставления. Спустя недолгое время Грарас лежал у себя дома с перебинтованной ногой, зафиксированной несколькими палками. Простому человеку для лечения такого серьезного ранения потребовалось бы много времени, но у ящеров была более сильная регенерация. Но даже так Ира сомневалась, что ящер встанет в ближайшие два или три месяца.

Тем же вечером Ира узнала, в чем было дело. Во время общего разговора она была занята лечением и толком не слушала, так что новости узнала самой последней.

Оказалось, что Джабая очень беспокоили другие племена ящеров, поэтому некоторое время назад он отправил разведку, чтобы узнать, как дела обстоят у других.

Все дело в том, что их племя начало вести оседлый образ жизни. Раньше, когда они кочевали, выстраивали свой маршрут так, чтобы не столкнуться с другими племенами. Остальные поступали точно так же. Конечно, ящеры не воевали друг с другом, но конфликты время от времени случались, поэтому племена старались часто не контактировать. Только в случае острой необходимости.

Их поселение находилось в отдалении от обычных маршрутов племен, но Джабай не был полностью уверен, что никто к ним не придет, ведь иногда пути все же менялись.

Джабай не хотел находиться в неведении, поэтому и отправил своих людей для наблюдения.

Грарас принес интересные новости.

В одном из племен появился новый вождь, который решил объединить всех под своей рукой. Он не действовал жестко, но планомерно собирал племена вокруг себя.

Ранение Грараса не имело к чужому вождю никакого отношения. Ящеру просто не повезло на обратном пути, но остальные увидели в этом зловещее предзнаменование и сильно забеспокоились.

Следом за Грарасом в поселение вернулось еще несколько ящеров, отправленных Джабаем на разведку некоторое время назад. Они подтвердили слова своего не слишком удачливого товарища. Молодой вождь одного из племен действительно начал собирать других под свою руку.

Причины никто не знал, но ходили слухи, что активную деятельность он начал после того, как вернулся с длительной охоты. Если так, то, несомненно, во время той охоты что-то произошло. Впрочем, молодой ящер мог вынашивать свои идеи долгое время.

— Это место очень далеко от основных маршрутов, — произнес Роридак. — Им понадобится много времени, чтобы отыскать нас. Да и Джабай сильней его.

— Ты этого не знаешь, — укорил его Грарас. — Судя по всему, этот ящер очень силен, учитывая, что за такой короткий срок ему удалось подчинить себе пять племен. Он победил каждого вождя.

— Они были старые!

— Опытные! — с жаром заспорил раненый. Казалось, он даже не обращал внимания на свое состояние и готов был встать и сразиться с оппонентом не только на словах. — Молодость не всегда плюс, особенно если нет никакого опыта.

— Что значит опыт, когда тело не способно бороться? — усмехнулся Роридак.

Наверное, они могли бы спорить и дальше, но хмурое выражение на лице Джабая привело их в чувство. Замолчав, ящеры посмотрели на вождя. Им хотелось знать, что обо всем этом думает именно он. Ирина, наблюдавшая за спором со стороны, тоже с любопытством взглянула на Джабая.

Честно говоря, ситуация сильно тревожила. Ира помнила, как ее приняли в прошлом племени. И не было никакой уверенности, что посторонние ящеры будут относиться к ней хорошо. Существовала большая вероятность, что впереди ее ждало мало приятного.

— Для начала нужно узнать его мотивы, — спокойно произнес Джабай. — Действовать будем исходя из них.

Ящеры, молчавшие до этого, тихо загудели, соглашаясь. Действительно, прежде чем спорить, следовало узнать подробности. В первую очередь — зачем чужой вождь собирает всех ящеров вместе.

В конце концов, это очень глупо. Большая группа быстро истощит ресурсы ближайшей территории, да и передвигаться таким количеством неудобно.

Выбрав несколько ящеров, Джабай отправил их узнать обо всем как можно больше. В поселении еще какое-то время царила нервозная атмосфера, но вскоре все успокоились.

Опасность прямо сейчас никому не грозила, поэтому не было нужды постоянно находиться в настороженности.

За этими волнениями Ирина забыла, что хотела поговорить с Джабаем. Ее сильно беспокоило происходящее за пределами долины. Не хотелось оказаться неподготовленной к событиям.

— Долина хорошо защищена. Если мы заблокируем проход, то никто не сможет войти сюда без потерь, — рассуждала она, продолжая прерванное занятие по подготовке хвороста. Джабай, ломающий ветки рядом, внимательно слушал. Он и сам был встревожен. — Но в таком случае мы окажемся изолированными. Это не очень хорошо. И если с водой проблем нет, то с едой не все так хорошо. Даже если мы сможем держать осаду долго, со временем наше племя съест всю живность в долине.

— Не очень хорошо, — согласился Джабай.

— Можно будет, конечно, обойтись овощами и фруктами, но вряд ли вы продержитесь долго исключительно на растительной пище.

— Вряд ли, — ящер кивнул. Овощи и фрукты — это вкусно, но без мяса точно не обойтись.

— У нас есть еще тоннель, — напомнила Ирина. — Если станет совсем плохо, мы сможем уйти через него на другую сторону гор.

— Дома не хочется бросать.

— А что поделать? — Ира беспечно пожала плечами.

Конечно, ей и самой не хотелось бросать столько трудов, но если речь шла о выживании, то она могла уйти, не оглядываясь. Дома — это материальные вещи. Их всегда можно построить заново. Но если ты умер, то другого шанса уже не будет. Если ты, конечно, внезапно не переродишься. Однако полагаться на такую удачу — плохая идея. Лучше ценить то, что дано изначально.

— Главное, что мы будем живы. Уходить сразу не обязательно. Помнишь те клетки, которыми вы пользовались, когда мы только встретились?

Джабай нахмурился, размышляя над словами Иры. Спустя время он вспомнил.

— Да-да, те самые клетки, в одну из которых вы когда-то посадили нас с Ра, — со смехом произнесла Ира. Тогда она была ужасно напугана, но сейчас, вспомнив, как именно их заперли, ощутила сильный прилив веселья. — Они могут нам пригодиться. У меня есть план, послушай, — отсмеявшись, тихо сказала Ира и, отбросив хворост, подсела ближе к Джабаю.

— Сухой сезон скоро закончится, снова начнутся постоянные дожди. Из-за влаги растения растут очень быстро. Это очень полезно. Если мы поймаем небольших травоядных и сможем удержать их на одном месте, то охотникам не придется выходить за пределы долины.

— Но мы все равно быстро их съедим, — произнес Джабай задумчиво.

Изначально, когда его ящеры только начали использовать клетки, идея держать еду постоянно рядом казалась ему хорошей, но потом практика показала, что не все так просто.

Клетки были небольшими, пойманных низших ящеров надолго не хватало. В конце концов этот метод был признан бессмысленным. Проще было принести с охоты крупного зверя, чем пленить мелкого, тащить его в племя, а потом еще кормить и охранять, чтобы не сбежал. Много лишних действий, а результат в итоге все равно не такой эффективный, как простая охота.

В какой-то мере Ирина понимала настроение Джабая. Действительно, зачем мучиться, когда можно выйти в лес и принести более крупную добычу? Меньше проблем.

Ящеры поколениями занимались охотой, она была для них чем-то привычным. Кроме того, как подозревала Ира, в этом деле была замешана и мужская гордость. Убить большого свирепого зверя — разве не доблестно?

Она понимала, что охота имеет большое значение для ящеров. Вот только сейчас нужно было решить, что важнее: привычное действие или благоразумие.

— Это все потому, что не нужно было съедать всех.

— Не нужно? — Джабай нахмурился.

— Верно. Вам просто следовало позволить им размножаться.

Джабай, выслушав ее, медленно кивнул. В этом был смысл.

— Тогда нужно будет сделать клетки больше.

— А лучше загон, — посоветовала Ира. — Огородить определенную часть леса, расчистить ее и выпустить один вид травоядных рептилий. В отсутствие хищников им не нужно будет беспокоиться о своей безопасности. Они смогут просто есть, расти и размножаться.

— Загон? — переспросил Джабай, услышав новое слово.

Ирина кивнула и принялась объяснять, что именно имела в виду.

— Так можно всю долину разделить на части, поселив в каждом секторе свой вид зверей. Назначить на каждый участок смотрителя, чтобы следил за порядком и выявлял проблемы.

— Какие проблемы? — Джабаю очень нравилось то, что он слышал. Конечно, такое разведение низших ящеров полностью противоречило духу охоты, но он не мог не признать, что подобное было весьма полезным для племени.

Самое главное, что у его соплеменников всегда будет еда, остальное не так уж и важно. Да и за рептилиями нужно будет присматривать, так что ящерам все равно найдется работа.

— Да мало ли может быть проблем, — Ирина пожала плечами. — Болезнь, драки между самцами или проломы в заборе. Нужно будет еще следить, чтобы они не съели всю растительность на участке, иначе потом придется нам самим высаживать там что-нибудь. Вот ящеры и будут контролировать и постоянно проверять, чтобы дела шли хорошо и стабильно.

— Для начала надо вычистить лес от хищников, — задумчиво произнес Джабай. — И еще раз проверить долину на наличие других проходов.

— Хорошая идея, — согласилась Ира. — Нам совсем не нужно, чтобы сюда кто-то тайно пробрался.

— Пойду займусь, — отбросив хворост, Джабай встал и стремительно двинулся в сторону других ящеров.

Ира поглядела ему вслед и перевела взгляд на палку в своих руках. Джабай выглядел увлеченным. Раз так, то она могла надеяться, что вскоре долина станет чем-то вроде фермы по разведению динозавров.

Размышляя о будущем, Ира нахмурилась. Она ведь что-то хотела сделать до того, как подняла тему с разведением рептилий. Совсем из головы вылетело.

— Ну, значит, не так важно, — отмахнулась она, прогнав из головы навязчивую мысль, что она о чем-то совершенно забыла. — Если это важно, то потом обязательно вспомню, так что нечего переживать.

Решив так, Ира принялась размышлять над своими планами на будущее.

В принципе, племя двигалось вперед быстрыми темпами. У них была соль, еда, дома, одежда и защищенное место.

По первым результатам можно было с уверенностью сказать, что каменные дома для местного климата не очень хороши. Главная проблема состояла в том, что днем камень сильно нагревался, а ночью отдавал тепло. Из-за этого даже с наступлением темноты и прохлады в таких домах было жарко.

В общем, во время эксплуатации были выявлены некоторые просчеты, которых Ира не учла. Но ей простительно, ведь она прежде никогда даже не думала о том, чтобы строить дом в тропическом лесу.

В частности, здания получились слишком закрытыми, отчего воздух плохо циркулировал и застаивался. Необходимо было сделать еще несколько отверстий, и не только в стенах, но и в крыше.

Из-за плохой циркуляции влажный воздух задерживался внутри, из-за чего на стенах появлялась сырость. Такая среда была очень благоприятной для любого грибка. Древесина гнила быстрее, да и в домах появлялся не очень приятный запах. Плюс к этому постоянная жара, которая в домах не спадала даже ночью.

Ящеры пока не проявляли особого недовольства, им все еще нравилось иметь собственное жилище, но Ирина подозревала, что такое благодушие не продержится долго. Всегда найдется тот, кому все не по нраву.

Ей не хотелось проблем в племени, поэтому она начала размышлять над тем, как первой поднять тему. Ничего сложного, как оказалась, в этом не было.

Достаточно оказалось посетовать в разговоре с Ратаей, как вскоре вокруг собралась толпа ящерок, согласных со словами Иры. Им нравились дома, но хотелось больше комфорта. Некоторые вещи их не очень волновали, например, тот же грибок. Ящерки не видели в нем ничего плохого, но жара по ночам и застойный воздух им не нравились.

Ирина только порадовалась, что решила возглавить обсуждение. В ином случае все могло сложиться не очень хорошо для нее.

— Можно просто сделать дырки в потолке, — предложила одна из ящерок.

— В произвольном месте нельзя, — качнула головой Ира, наблюдая, как в стороне собираются небольшой группой ящеры. Судя по всему, Джабай решил не откладывать новый осмотр долины в долгий ящик. — Не забывайте, что вскоре дожди будут идти каждый день. Вода будет лить прямо в отверстия.

Похоже, некоторые ящерки совсем забыли об этой «маленькой» проблеме.

— Тогда можно в стенах, — робко предложила другая ящерка.

— Недостаточно, — Ира вздохнула. — Горячий воздух всегда поднимается наверх.

— Тогда все равно придется делать дыру в потолке! — первая ящерка хлопнула рукой по ноге. Выглядела говорившая при этом так, словно собиралась драться со всеми за свою идею.

— Верно, — Ира не стала больше с ней спорить, тем более она понимала, что ящерка права. — Просто нужно решить, где лучше сделать отверстия. Надо сделать так, чтобы и воздух выходил, и вода внутрь дома не попадала.

— Разве такое возможно? — робко спросила та, что предложила пробить стены.

— Почему нет? — Ира улыбнулась. — Просто нужно будет сделать для дырки свою крышу.

Она вспомнила, что на дымоходах в ее прошлом мире делали что-то вроде козырьков. Ирина не знала, как это правильно называется, но предполагала, что они были построены именно для того, чтобы не допустить попадания воды во время дождей в дымоход. Эту систему можно было использовать и здесь.

Подхватив палку, Ира начала чертить на земле рисунок. В этот момент она ощутила толчок в спину и, подняв голову, увидела Ра.

— Что такое? — спросила Ирина, поднимаясь.

Свободной рукой она погладила малыша по опущенному носу. С каждым днем Ра становился все более устрашающим. Некоторые дети уже не осмеливались играть с ним, опасаясь. И пусть Ра за все время не причинил никому вреда, страх перед чем-то настолько большим и смертоносным был естественным для многих.

Конечно, не все дети сторонились Ра. Подавляющее большинство все еще любило играть с ним. Иногда можно было увидеть, как он возит на спине пару ящерят или вертится юлой, стараясь убрать хвост от чьих-нибудь загребущих ручек.

В такие моменты Ра выглядел веселым. Правда, Ира все равно поглядывала на такие игры с тревогой. Размер малыша уже был немаленьким. Она опасалась, что он случайно наступит на кого-нибудь или заденет хвостом. Она не сомневалась, что Ра не сделает ничего умышленно, но несчастных случаев никто не отменял.

Ра словно и сам все понимал, поэтому все реже и реже играл с детьми, стараясь больше времени проводить со взрослыми ящерами или за пределами поселения. Вполне возможно, что возня с детворой просто стала ему неинтересна.

Ответить словами Ра, конечно, не мог, он просто посмотрел в сторону группы ящеров под предводительством Джабая.

— Хочешь пойти с ними? — спросила Ирина, а потом улыбнулась. — Иди, конечно.

Притянув к себе нос Ра, она звонко чмокнула его, а потом погладила по этому месту.

Малыш довольно сверкнул глазами и умчался в сторону собирающегося в поход отряда.

* * *

Не успел отряд выдвинуться, как в поселение примчался один из ящеров Джабая, оставленных около входа в долину.

Джабай знал, насколько сложно отыскать проход, но не исключал случайности. Ему ведь однажды повезло, так почему бы кому-нибудь другому тоже не найти вход?

Поэтому он оставил пару ящеров для наблюдения. И вот один из них сейчас вернулся, выглядя возбужденно и крайне взволнованно.

Ира сначала не обратила внимания на шум в мужской группе, но вскоре несколько ящерок рядом с ней начали проявлять нетерпение.

Устремив взгляд в сторону Джабая, она прищурилась, пытаясь понять, что происходит. Явно что-то случилось за пределами поселения. Пришедший ящер был ей знаком, но она была уверена, что давно его не видела, значит, он находился в дальнем патруле.

Встав, она стряхнула с себя мусор и прилипшую землю и направилась к Джабаю.

Добравшись до группы, она не стала ничего спрашивать, просто прислушалась, и вскоре все более или менее прояснилось. Правда, легче от этого не стало.

Джабай с каждым новым словом хмурился все сильнее. Ему не нравилось то, что он слышал. Еще совсем недавно они с Ирой придумали стратегию, как обезопаситься от набирающего силу чужого вождя, а теперь этот вождь пришел к порогу их дома.

Сжав зубы, Джабай бросил взгляд на ящеров вокруг себя, и сразу заметил рядом Иру, выглядевшую хмурой и серьезной. Ему хотелось с ней поговорить. Его ящереана была очень умна, и у нее всегда была пара идей.

Конечно, не все, что она делала, было идеальным, но Джабай признавался сам себе, что в отличие от нее у него порой и вовсе не было каких-либо мыслей по поводу тех или иных вещей.

Возможно ли, что все люди такие? Может ли быть так, что подобный разум является их исключительной особенностью? Эта мысль не очень нравилась. Джабай уже успел понять, насколько полезным может быть такой человек. Если все люди будут схожими, то рано или поздно они уничтожат ящеров.

Вспомнив людей, Джабай выдохнул. В отличие от Иры они не показались ему слишком умными. Хотя уловка с травами была изобретательна, но в ней не было чего-то очень необычного. В некоторых племенах ящеры тоже многое придумывали, когда хотели тайно устранить соперника.

— Как твои ящеры не заметили их?

Джабай моргнул, сбрасывая с себя задумчивость. Оказалось, что за это время Ира успела подобраться к нему ближе.

— Я так понимаю, они шли на довольно большом расстоянии позади. Мои патрульные не слышали и не видели их, зато те могли следовать за ними, ориентируясь по остаточному запаху. Наш нюх очень чуток, и мы можем уловить запах существа, прошедшего мимо несколько дней назад. Сейчас засушливый сезон, дождей не так много. Обычно вода смывает запах быстрее, но нам не повезло.

— Как думаешь, что ему надо?

— Он сказал, что хочет просто поговорить.

— Ты ему веришь? — Ира встревожилась.

— Нет, — Джабай качнул головой. — Но отказаться встретиться я не могу. Если я откажусь, тогда он придет в долину. У него много воинов, ему не будет трудно подавить одного или двух ящеров.

— Я пойду с тобой.

— Нет, — мгновенно ответил он. — Не пойдешь.

— Но…

— Ты возьмешь всех ящереан и ящерят и пойдешь в сторону пещеры. Если ситуация обострится, я пошлю к вам ящеров. Они уведут вас отсюда.

— Я…

— Не спорь, — сурово оборвал ее Джабай. В этот момент он не собирался отступать.

И у такого поведения было несколько причин.

Во-первых, он не хотел, чтобы Ира подвергала себя лишней опасности. Кто знает, вдруг чужой вождь нападет сразу, как они появятся?

Во-вторых, он опасался, что необычный вид Ирины может спровоцировать конфликт. Джабай еще не забыл своего отца, у которого практически сразу появились неправильные мысли. Конечно, не все ящеры такие, но лучше поостеречься. Пока он не убедится в добрых намерениях другого вождя, ни за что не покажет ему Иру.

Да и потом, возможно, тоже.

Не было никакой нужды чужому ящеру смотреть на то, что принадлежало ему. И в долину он его не поведет. Он, конечно, желал своим собратьям процветания, но не собирался так просто передавать чужаку все знания.

— Ты должна позаботиться о тех, кто не может сделать этого сам, — закончил Джабай, поставив точку в этом небольшом споре.

Ира посмотрела на него, а потом нехотя кивнула, соглашаясь.

Глава 23

Как только в племени стало известно, что происходит, многие запаниковали. Джабаю пришлось приложить некоторые усилия, чтобы успокоить всех и скоординировать дальнейшие действия.

Ящеры начали немедленно готовиться к возможной драке. Ящерки — собирать еду и все необходимое, чтобы в любой момент покинуть дома, не опасаясь что-либо забыть.

Сложнее всего было тем, кто сейчас охранял кладки. Не было и речи о том, чтобы бросить яйца. В случае опасности матери собирались забрать их с собой. Из-за этого группе придется идти очень осторожно, ведь яйца были хрупкими, любое потрясение могло навредить будущим детенышам.

Кроме того, в поселении имелся один раненый ящер, которого придется нести. Для этих целей были сооружены носилки.

Еду и прочее собирали сразу. Как только все было готово, Джабай забрал с собой часть ящеров и отправился на встречу с чужим вождем.

Перед уходом он ловко воспользовался своим положением и без препятствий получил еще один поцелуй от Иры. Повод был, конечно, не очень приятный, но Джабай все равно остался доволен.

Когда поселение осталось позади, Джабай стер со своего лица все эмоции и сосредоточился, иногда посматривая на ящера, который вел их вперед. Все это могло быть ловушкой, так что Джабай даже не думал расслабляться.

Не обремененные ящереанами и детьми, они могли двигаться с поразительной скоростью, преодолевая громадные расстояния в короткий срок.

На последнем отрезке пути отряд замедлился. Ящеры напряглись, в любую минуту ожидая удара. Они окружили Джабая кольцом, зорко посматривая по сторонам и прислушиваясь ко всему подозрительному.

Время шло, а ничего не происходило. В итоге спустя время они оставили вход позади и углубились в лес.

— Вы быстро.

Стоило этой фразе повиснуть в воздухе, как отряд Джабая моментально остановился, ощетинившись во все стороны копьями.

Джабай выпрямился, глядя в одну точку перед собой. Ящера не было видно среди листвы, но сейчас, когда Джабай принюхался, то смог уловить едва заметный запах чужака.

— У нас не было причин оттягивать встречу, — спокойно ответил Джабай.

В тот же момент листва расступилась, и к ним вышел высокий и крепкий телом ящер. Он цепко оглядел направленные в его сторону копья и кивнул чему-то.

— Следуйте за мной, — бросил он и одним слитным движением снова скрылся среди листвы. Спустя пару мгновений ничто не напоминало, что здесь кто-то недавно стоял.

Возможно, на кого-то другого такое проявление силы могло бы произвести впечатление, но только не на Джабая. Его воины тоже не были неуклюжими ящерятами, поэтому подобная ловкость не была для него чем-то необычным.

Не сговариваясь, отряд двинулся вперед. И пусть ящера они больше не видели, зато отчетливо ощущали чужой запах. Вскоре количество запахов увеличилось.

Джабай нахмурился. По словам патрульного, с чужим вождем пришла пара десятков ящеров, но сейчас он выделял гораздо больше запахов.

Его соплеменники также ощущали это, поэтому начали беспокойно поглядывать в его сторону. Джабай ничего не сказал, продолжая двигаться вперед. У них не было выбора. Они могли только идти дальше.

Вскоре перед ними предстала поляна. В центре лежало большое бревно, на котором сидел незнакомый ящер. Остальные собрались вокруг него, занимаясь своими делами.

Оглядевшись, Джабай нахмурился. Что-то его беспокоило. Нет, опасности он не ощущал. Это было что-то другое.

Двинувшись вперед, он подошел к чужому вождю и сел рядом. Ящер искоса поглядел на него, потом подхватил кусок свежего мяса и протянул пришедшему.

Джабай взял, в душе почувствовав небольшое облегчение. С врагом никто мясом делиться не будет. Конечно, чужак мог лгать, но все равно пока ситуация складывалась хорошо.

— Что ты хотел? — спросил Джабай, подумав, что за время, прожитое с Ирой, он незаметно привык есть приготовленную пищу. Конечно, он и другие ящеры все еще время от времени баловали себя свежим мясом, но их вкус постепенно начал меняться.

— Это очевидно, — глубоким голосом ответил чужак. — Объединения.

Джабай удивленно посмотрел на другого вождя. Он не представлял, что может быть в голове чужака. Конечно, Джабай знал новости о том, что этот ящер сливает племена, но все равно слышать это вот так было странно.

— Это неразумно, — сказал он спустя время. — Мы не случайно разделены на маленькие племена. Так удобнее добывать себе пищу. Большое количество ящеров в одном месте очень быстро уничтожит все живое вокруг на многие километры. Кроме этого, передвижение большой группы ящеров может быть очень опасным для самых слабых членов племени.

Чужой вождь серьезно кивнул. Он не мог этого не знать. В конце концов, любой ящер прекрасно был осведомлен о причинах образа жизни, который вели племена.

— Я знаю, что при объединении будет проблемно прокормить всех, но у нас нет выхода. Ящерам придется меняться, — спокойно произнес чужак. Казалось, его совершенно не волновали сказанные Джабаем слова. Он сам все знал и понимал, но все равно был намерен действовать именно таким образом.

— Причина?

Чужак мельком взглянул на Джабая, а потом посмотрел вперед, будто куда-то вдаль.

— Вокруг нас вода.

— Что? — Джабай нахмурился. Слова чужака становились все более непонятными. Он даже посмотрел на землю, но никакой воды не увидел. Сейчас был сухой сезон, дожди шли редко, так что даже луж нигде не осталось.

— Вода, — настойчиво повторил чужой вождь. — Она вокруг нас. Я обошел наши земли по кругу. Это заняло у меня много времени. Я шел по берегу, а потом добрался до того места, с которого начал.

Джабай удивился. Он тоже много путешествовал, но ему никогда не приходило в голову пойти по берегу, чтобы прийти… куда? Их земли были обширными, так что ему всегда хватало мест, где он еще не был.

Информация от чужака заинтересовала Джабая. Ему нравились те, кто думал более широко.

— Хорошо. Я понимаю. Но какое это имеет отношение к тому, что ящеры должны объединиться?

Чужак перевел взгляд на него. Его ярко-зеленые глаза были слегка туманными и совершенно безмятежными. Джабай насторожился. Личность чужого вождя казалась ему странной.

— За водой есть другая земля, — спустя время снова заговорил чужак. — Я был там.

Услышав это, Джабай напрягся. Ему не требовалось продолжение, чтобы понять, что именно чужой вождь мог увидеть на другом берегу.

— И? — осторожно спросил он.

Чужак немедленно впился в него взглядом, а потом внезапно улыбнулся, показывая острые зубы. Он выглядел так, будто нашел в лице Джабая того, кого давно искал.

— Ты тоже знаешь, — это не было вопросом. — Ты видел их?

— Кого? — осторожно поинтересовался Джабай, стараясь выглядеть сбитым с толку.

На самом деле он отлично понимал, что чужой вождь каким-то образом добрался до другого берега, а там встретился с людьми. Похоже, эта встреча взволновала его настолько, что он решил объединить всех ящеров.

— Маленькие, нелепые, покрытые красной землей, — пояснил чужак.

— Видел, — не стал лгать Джабай. — Они называют себя людьми.

— Люди, — протянул чужак, снова переводя взгляд на растительность перед собой. — Они слабые, медленные и неуклюжие. Но их так много. А еще они едят как-то иначе, — в его голосе послышались нотки сомнения. Он явно не знал, как именно к этому относиться. Впрочем, спустя пару мгновений вождь стряхнул с себя мимолетное оцепенение и продолжил: — Они могут управлять огнем, заставляя его делать то, что им хочется. Где ты их видел?

Выражение лица Джабая стало очень сложным. Он знал, что именно нужно сказать. Говорить о человеке, оставленном в племени, он точно не собирался.

— Они добрались до нашего берега, но большая часть погибла. Остальных я отправил обратно.

Чужак резко повернулся к нему. Некоторое время он смотрел на Джабая, а потом поднял кусок недоеденного мяса и откусил от него. В этот момент ящер выглядел очень странно. Джабай все больше и больше ощущал дискомфорт.

Он знал, что некоторые ящеры по какой-то причине начинают терять разум. Неужели он столкнулся именно с таким недугом?

— Вот как, вот как, — пробормотал чужак. — Они добрались до нас. Я так и знал.

После этих слов чужой вождь отвернулся и снова задумался. Джабай подождал немного, а затем задал вопрос:

— Получается, ты хочешь объединить нас потому, что опасаешься людей?

— Ты ведь должен понять, что объединение ящеров может попросту убить многих из нас? — задал Джабай еще один вопрос, не дождавшись ответа на предыдущий. — Если мы соберемся все в одном месте, то нам вскоре нечего будет есть. Да, мы будем перемещаться с места на места, но низшие ящеры будут легко сбегать от такой большой толпы. Когда нас мало, мы можем передвигаться незаметно и быстро, но так не получится, когда нас станет в десятки раз больше.

Джабай говорил серьезно, внимательно наблюдая за чужаком. Постепенно он немного расслабился, поняв, что второй вождь был еще слишком молод. Видимо, перед принятием решения тот не оценил все риски.

— Мы будем вынуждены гоняться за уходящими от нас стадами. Кроме того, следить за таким количество ящеров будет сложно. Неизбежно многие погибнут из-за недостатка внимания. Особенно это касается ящерят. Если сейчас малое количество ящеров в племени позволяет его членам бдительно следить за любым непоседой, то, когда ящеров станет больше, внимание начнет рассеиваться. Люди на другом берегу. К чему нам волноваться о них?

На самом деле Джабай так не думал. Он понимал всю опасность другого вида, но не считал, что необходимы настолько радикальные меры.

В конце концов, люди также были разделены на племена. Между двумя видами простиралась вода, в которой скрывалось множество опасностей.

В общем, Джабай искренне считал, что прямо сейчас людей опасаться не стоит. Можно спокойно развиваться, просто нужно помнить о том, что где-то там таится угроза, о которой не стоит забывать.

Спешить ни к чему.

— Ты не веришь, что они могут быть опасны, — произнес чужак.

Он и сам все прекрасно понимал, но другой вид вызывал у него опасения. Он не хотел ждать, пока те придут и уничтожат их. Почему-то ящер не сомневался, что люди решат именно уничтожить, а не объединиться или договориться о сотрудничестве.

За время своего длительного путешествия он видел достаточно, чтобы иметь такое мнение. Он никогда не вступал с людьми в контакт, просто наблюдал издалека. Он видел, насколько жестокими они могут быть даже к себе подобным.

Ящер долго думал, зачем убивать одного из членов своего племени, чтобы съесть его, когда вокруг столько разнообразной еды, но так и не смог понять их мотивов. Кроме того, он видел, что люди едят не только мясо. Тогда почему?

Если они так безжалостны к тем, кто рядом, то что будет с ящерами, когда эти существа узнают, что здесь, в окружении большой воды, живет кто-то, кто отличается от них?

Сначала вождю даже понравились эти люди. Они выглядели страшными, но были забавными. Маленькие, слабые, на первый взгляд совершенно беззащитные. Так длилось ровно до того момента, как он увидел то нелогичное убийство с последующим поеданием убитого. Это полностью отвратило его и заставило задуматься о том, что ящерам следует как-то себя обезопасить.

И тогда ему в голову пришла идея объединения. Если они соберутся все вместе, то никакие люди не будут им страшны. Они раздавят всех, кто придет к ним с плохими намерениями.

Он пытался предупредить остальных, но никто ему не верил. Многие даже сомневались, что другой вид разумных вообще существует. И тогда он решил действовать силой. Он готов был сделать это ради безопасности ящеров.

Джабай был первым ящером, который знал, что где-то за пределами их земель живет еще один разумный вид. Это воодушевляло вождя и вселяло в него в некотором смысле даже радость. Вот только ему не нравилось, что другой не слишком беспокоится.

— Карок.

— Что?

— Мое имя. Меня зовут Карок.

Вождь решил для начала подружиться с Джабаем. Сперва он собирался жестко подавить того в случае отказа, но сейчас ему хотелось поговорить больше на давно волнующую его тему. Ему нравилось делать это с тем, кто знал больше, а значит, вполне мог понять его опасения. И разделить их.

— Джабай.

— Расскажи мне о людях больше, — попросил Карок, давая понять одному из подчиненных, что хочет еще еды. Один из ящеров немедленно поднес вождю большие куски мяса, сложенные на крупный лист. — Ты видел, как они едят друг друга? — с искренним любопытством спросил он.

Джабай, в этот момент откусывающий мясо, подавился.

Ящеры совершенно спокойно употребляли в пищу низших, но есть себе подобных для них было строгим табу.

Да и зачем, когда вокруг столько нормальной еды?

Джабай задумался над тем, что услышал. Возможно ли, что у тех людей была причина сделать нечто подобное? Но какая? Голодание? Неужели на той стороне так мало еды? Наказание за что-то ужасное? Какое преступление может оправдать такой поступок? Да и не легче ли просто убить?

— Нет, не видел, — признался Джабай.

Он невольно вспомнил Иру. Она была очень придирчивым едоком. Забудьте о несвежем мясе, даже чуть подгнившие фрукты и овощи переставали рассматриваться ей как нормальная еда. Она не выбрасывала их, но тщательным образом убирала все испорченное.

Джабай очень сильно сомневался, что Ира могла когда-либо есть мясо себе подобного существа.

— А я видел, — Карок поморщился, с легким отвращением глядя на кусок мяса в своей руке.

Он не понимал до конца, но увиденное вызывало в нем отвращение. Если так подумать, сам он вполне мог съесть человека. Некоторые из них казались очень даже аппетитными. Слабые, лишенные защитного слоя кожи, без особого оружия на теле, они выглядели так, словно умоляли попробовать их.

Наверное, их мясо должно быть нежным и сочным.

Карок даже сглотнул.

Все портила их явная разумность.

Она вызывала дискомфорт. Все-таки есть глупое животное проще, чем кого-то с похожим разумом.

В общем, Карок мог видеть в людях добычу, но, когда он думал о том, что те поедают друг друга, у него в голове образовывалась пустота. В итоге, так и не поняв, как к этому относиться, он решил считать людей опасными.

— Даже если и так, — начал Джабай, взяв себя в руки. — Я не понимаю, к чему спешить. Наша земля окружена водой, людям не так просто прийти сюда. Да и чего нам бояться? Мы значительно сильнее их.

— Они могут разговаривать с огнем, — произнес Карок, делясь своими опасениями. — Ящеры не способны на это. Что стоит этим людям направить гнев богов на нас?

Джабай не знал, что сказать. Он понимал, что люди не настолько могущественны, как казались Кароку. Он даже подозревал, что того беспокоит вовсе не склонность людей есть друг друга, а именно их непонятная способность укрощать огонь.

Если подумать, до встречи с Ирой сам Джабай тоже был бы очень сильно встревожен таким умением. Он помнил, как ему впервые довелось увидеть разведение костра. Тогда он был ошеломлен и крайней насторожен.

Ирина казалась ему кем-то могущественным. Разве можно приручить такую разрушительную стихию? Какой силой должно обладать смертное существо, чтобы вот так просто удерживать бога?

Потом уже стало понятно, что с огнем не все так просто. Конечно, Ира до сих пор в глазах Джабая осталась кем-то необычным, но легкий страх перед ней непостижимым образом рассеялся.

Это знал Джабай, вот только как ему объяснить Кароку, что люди вовсе не настолько сильны, не упоминая при этом Иру?

Вспомнив людей, встреченных на берегу, Джабай приободрился.

— Огонь не так страшен, как нам кажется. Даже мы умеем им управлять.

После этого он показал Кароку, как правильно добывать огонь. Сам Джабай научился уже давно, поэтому не видел в этом никакой трудности. А вот Карок был поражен. Когда слабый лепесток огня затрепетал над сухим хворостом, его взгляд изменился.

— Тогда мы можем захватить их. Нам нечего больше бояться, — произнес он довольно.

— Захватить? — Джабай насторожился. Он помнил, о чем думал его отец, когда увидел Ирину.

— Почему нет?

— Но зачем они нам?

— Тогда уничтожим.

Взгляд Джабая снова стал очень сложным. Ему так и хотелось спросить, все ли в порядке в голове этого странного чужака.

Одно Джабай понимал точно. Люди очень сильно задели Карока, но тот явно не знал, как теперь с ними поступить. Они интересовали его, но в то же время пугали, поэтому ящера и бросало из крайности в крайность.

На короткий миг Джабай даже подумал, что стоит познакомить Карока с Ирой, тогда тот сможет прийти к какому-то одному решению, но практически мгновенно эта мысль была отброшена в сторону. Ни за что! Он никогда не будет знакомить с Ирой кого-то настолько нестабильного!

Раз так, то оставалось только одно.

— Нам нужно изучить их лучше, — произнес Джабай, выпрямляясь во весь рост. — Мы должны пойти и исследовать их более тщательно.

* * *

Джабай не стал возвращаться в долину. Он волновался, что Карок последует за ним. А Джабаю очень не хотелось показывать чужому вождю поселение и Иру.

Когда он предложил исследовать людей, Карок мгновенно согласился и воодушевился. Было в этом что-то знакомое.

Наверное, именно так они сами выглядели в первые дни знакомства с Ирой. Не было никаких сомнений, люди вызывали у всех ящеров без исключения живейший интерес.

Джабай отправил часть отряда обратно в долину с наказом защищать племя, а сам направился с Кароком в ту сторону, где, по словам чужака, было самое удобное место для переправы на другую сторону.

Как вождь, Джабай немного волновался об оставленном позади племени, но верил, что ничего в его отсутствие не случится. В поселении осталось много сильных воинов. К тому же сама долина была хорошо защищена. В ней не имелось никого опасного. Ра был самым грозным из обитающих там сейчас хищников.

У племени была еда, вода и защита. Джабаю не стоило сильно беспокоиться.

Больше всего его волновала Ира. Он расстался с ней не так давно, а уже начал скучать. Не хватало ее запаха рядом, присутствия, голоса, но он сознательно подавлял неуместные эмоции.

Джабай очень надеялся, что она будет благоразумной и ничего с ней за время его путешествия не случится. Прежде чем его ящеры ушли, он внушил им, чтобы они всем племенем следили за единственным человеком.

Еще он приказал тщательно охранять все входы и выходы из долины. Никто не должен был пройти мимо, а в случае серьезной опасности все должны были скрыться в пещере, затем завалив вход настолько хорошо, насколько вообще возможно.

Бросив последний взгляд в сторону оставленного позади дома, Джабай устремился за безумным вождем.

Он до сих пор не знал, что думать о Кароке. Джабай опасался, что этот ящер навлечет на весь их вид беду. В конце концов, они действительно ничего не знали о людях.

До побережья они добирались очень долго. Даже со скоростью ящеров прошло больше четырех недель. Не было никаких сомнений, что суша, окруженная, по словам Карока, водой, имела очень большой размер.

Приходилось иногда останавливаться, ведь, несмотря на свою силу, ящерам все же требовалась еда и вода. А также отдых.

Места, по которым они шли, не были знакомы Джабаю. Он никогда не бывал в этой стороне.

Наконец, спустя время они вышли на берег. Джабай бросил взгляд вперед и сразу понял, что имел в виду Карок, говоря об удобном месте.

Противоположный берег здесь действительно был намного ближе, чем в других местах. Джабай мог легко различить деревья и даже какие-то коряги на суше около кромки воды.

— Как мы переберемся? — спросил он, осматривая берег.

Вопрос был задан лишь для того, чтобы услышать о способе, которым воспользовался в прошлый раз сам Карок. Как-то ведь он должен был переплыть на другой берег.

Джабай помнил, как они в прошлый раз строили плоты, поэтому собирался и сейчас сделать то же самое. Материала, судя по тому, что он видел, вполне хватало. Кое-где можно было заметить поваленные деревья и голые бревна, явно долгое время находившиеся в воде. Да и лианы имелись. Так что проблем с постройкой плотов быть не должно.

Дожидаясь ответа, Джабай начал более внимательно оглядывать берег. А потом подошел к одному из бревен и рывком поднял его, осматривая со всех сторон.

Дерево было почти сгнившим от времени, проведенного в воде, поэтому Джабай безжалостно отбросил его. Такое вряд ли долго удержится на плаву. Развалится еще на полпути.

Оглядев поваленные деревья, он пришел к выводу, что не так давно в этом месте проходил большой травоядный ящер. Обычно такие гиганты паслись на открытых местностях, очень редко забредая в густой лес.

Самыми большими травоядными зверями, которые бродили по лесу, были шиподраи. Но даже они не могли оставить таких разрушений. Джабай заинтересовался. Такие следы могли принадлежать только длинношею. Вот уж кого сложно убить простым копьем!

— Что ты делаешь? — с любопытством спросил Карок, наблюдая за действиями Джабая.

— Думаю о том, как мы будем перебираться на другую сторону.

— Но зачем тебе для этого деревья?

Джабай замер на мгновение, а потом с подозрением поглядел на чужого вождя.

— Как ты перебрался в прошлый раз? — резко спросил Джабай.

Карок моргнул, а потом ответил невинно:

— Вплавь.

Джабай смотрел на другого вождя с некоторым недоверием и недоумением. Как столь безрассудному ящеру удалось прожить так долго? Одно дело лес, где все знакомо и привычно. В лесу застать ящера врасплох может только другой ящер. Неразумному зверю такое практически не под силу.

Вода — совершенно другое дело.

Если в лесу ящеры могли полностью контролировать ситуацию, то в воде они утрачивали этот контроль, поэтому могли полагаться только на волю богов.

Учитывая, как много всякой живности водилось в воде, странно, что Кароку удалось пересечь разделяющее два берега расстояние, не расставшись с жизнью.

— В этот раз мы поступим иначе, — сурово произнес Джабай. Его тон давал понять всем, что он не потерпит возражений.

Если Карок и хотел что-то сказать, то не стал. Во-первых, ранее он еще не видел нового знакомого настолько суровым. Это вызывало любопытство. Во-вторых, ему было интересно, как они переправятся, если вплавь нельзя. Может быть, полетят? Но они не имеют крыльев. Пойдут по дну? Но они не способны дышать под водой.

В общем, его голова была забита всевозможными вариантами, каждый из которых был очень далек от реальности.

Карок даже додумался до того, что они поймают летающего ящера и каким-то образом заставят его перенести отряд с одного берега на другой. Эта идея настолько ему понравилась, что он немедленно начал оглядываться по сторонам в поисках того, кто им поможет.

Джабай не обращал внимания на странного вождя. В основном ящеры имели стабильный разум, но, видимо, иногда у некоторых случались какие-то сбои. Будь у него выбор, он давно бросил бы Карока и вернулся в свое поселение. Но чем дольше он размышлял о чужом вожде, тем лучше понимал: подобную странную личность следует держать в поле зрения.

Кто знает, что он затеет, если дать ему возможность. Одно объединение чего стоит. Джабаю казалось, что Карок сам не до конца понимает, что делает. Возможно, тот действовал интуитивно, основываясь на туманных предположениях и собственных выводах, но это не отменяло самих действий. Несколько вождей лишились жизни, а их племена были вынуждены присоединиться к другим. Безумные поступки Карока влияли на жизнь окружающих. Именно поэтому Джабай хотел присмотреть за ним.

Не заметив поблизости никакого летающего ящера, Карок, наконец, обратил внимание на действия Джабая и его ящеров. К тому моменту те уже собрали в одну кучу пару десятков подходящих стволов, очистив их от грязи, водорослей и лишних сучков.

Эти приготовления не могли не заинтересовать Карока. Он даже вызвался помогать, хотя не понимал, зачем и что они делают. Остальные ящеры тоже принялись за работу.

Таким темпами сбор материала был закончен в самые короткие сроки, после чего Джабай приступил к изготовлению плотов.

Когда первый плот был спущен на воду, Карок некоторое время смотрел недоуменно, а потом одним мощным прыжком запрыгнул на него. Плот покачнулся, отчего Кароку пришлось слегка присесть.

Джабай сдержался, хотя ему очень хотелось пожурить чужого вождя, словно расшалившегося ребенка. Наблюдая, как Карок с интересом исследует плот, раскачивая его, Джабай продолжал связывать бревна длинным куском лианы.

— Это поплывет? — спросил Карок и опустил голову прямо в воду. Ему хотелось посмотреть, как плот выглядит снизу. Из-за действий ящеров вода около берега была мутной, поэтому ему ничего не удалось рассмотреть.

— Конечно, — авторитетно ответил Джабай, затягивая узел. Услышав легкий треск, он ослабил действие, опасаясь, что лиана не выдержит силы натяжения и лопнет. — Так безопаснее, чем пересекать воду вплавь.

— Хм, — Карок подскочил на ноги и отбросил с лица грязные пряди. Когда он наклонялся, они упали в воду, и состав, которым ящер смазывал волосы, размок, превратившись в некрасивую жижу. — Но как он поплывет?

— Увидишь, — Джабай криво улыбнулся и перестал обращать на Карока внимание.

Тот, в свою очередь, не прекратил создавать проблемы. За время, пока ящеры делали плоты, Карок несколько раз свалился в воду, не удержавшись на плоту, который периодически покачивался от легких волн. Еще пару раз он был укушен за ноги какими-то агрессивными созданиями, живущими около берега. И один раз, нырнув глубоко, запутался в прибрежных водорослях и изрядно хлебнул воды.

Джабай старался не обращать на него внимания, но с каждым новым инцидентом его глаз начинал подергиваться сильнее.

Даже Ра, когда был малышом, вел себя спокойнее и благоразумнее!

Когда они доделали плоты и двинулись в путь, Джабай вздохнул спокойнее. Он думал, что все закончилось.

Увы, это было только начало.

* * *

Через пару недель после ухода группы Джабая Ира поняла, что еще немного — и она сойдет с ума от беспокойства. Она ничего не могла делать, иной раз из-за постоянной тревоги замирала и уходила глубоко в свои мысли.

Все казалось невыносимым.

Жара, не дающая спать по ночам, а ведь Ира была уверена, что адаптировалась к местному климату.

Шумящие ящеры, которые не выказывали никакого волнения о своем ушедшем вожде. Глядя на них, Ира испытывала двоякие чувства. С одной стороны, она была рада, что ящеры не взвинчены. С другой стороны, подобное отношение казалось ей слишком безразличным. Разве они не переживают? Как они могут вести себя так спокойно, когда ящер, который так сильно помог им ранее, сейчас, возможно, находится в смертельной опасности.

Еда не насыщала, наоборот, Ира не могла нормально есть. Аппетит практически пропал. Ирина просто заставляла себя принимать пищу, потому что понимала, что не может отказаться от еды совсем.

Интерес к чему-либо улетучился. Она вяло реагировала на попытки ящеров предложить какие-то идеи. Наоборот, лишнее внимание раздражало. Ире хотелось побыть где-нибудь одной, там, где она могла просто посидеть и подумать. Вернее, предаться своей меланхолии.

Краем ума Ира понимала, что ее поведение не совсем нормальное, но беспокойство за Джабая не давало выбраться из этого состояния.

Когда она, казалось, брала себя в руки, новые мысли заполоняли разум, снова заставляя чувствовать бессилие и душевный гнев из-за невозможности быть рядом и узнать, что с Джабаем и как у него дела.

Так длилось пару недель. С каждым днем становилось все хуже, поэтому Ира решила, что нужно что-то делать.

Чтобы осознать это, пришлось приложить массу усилий. А уж для того, чтобы начать действовать Ирина должна была активировать всю силу воли, которую только имела.

В итоге она решила на некоторое время отдалиться от племени. Веселая и спокойная жизнь ящеров ее угнетала. Ира желала им счастья и была рада их непосредственности, но собственное эмоциональное состояние не давало полностью принять все это.

В общем, Ира решила, что пришла пора завершить исследование пещеры.

Пластиковые трубы и крошки разбитого стекла все еще будоражили разум. Конечно, из-за ситуации с Джабаем тема подозрительной пещеры не выглядела такой привлекательной, как в прошлом, но это было все-таки лучше, чем все остальное.

Ирина не боялась уходить из племени.

Во-первых, она, конечно, не пойдет одна. За ней последует пара ящеров и Ра. Рост и сила Ра достигли той стадии, когда многие другие хищники старались обходить стороной территорию, на которой чуяли запах взрослеющего тираннозавра.

Во-вторых, в прошлый раз она не заметила в пещерах ничего опасного. Лес за ее пределами? Кроме людей, встреченных в прошлый раз, берег не был чем-то примечательным. Так что ящеры и Ра вполне могут справиться с любыми опасностями.

В-третьих, Ирина помнила, как быстро ящеры в прошлый поход по пещере преодолели обратный путь в племя. Даже если Джабай вернется за время ее отсутствия, то ему потребуется мало времени, чтобы догнать их.

Атмосфера вокруг племени была благожелательной, им ничто не угрожало, поэтому Ира не боялась оставлять ящеров. Для надежности она попросила проверить все вокруг долины. Отчеты были благоприятными. Никакой разумной жизни поблизости найдено не было. Да и стада травоядных динозавров, пасущихся рядом, не могли навредить племени, пробравшись неведомым образом в защищенную со всех сторон долину.

В итоге все было решено.

Ночью перед уходом Ира размышляла над тем, чтобы все-таки остаться и заняться разведением динозавров, но не нашла в себе силы начать.

Тем более что ящеры в племени уже этим занимались. Не так активно, как под надзором вождя, но результаты все-таки имелись. Например, были сделаны несколько клеток, в которых содержались совсем молодые динозавры. Кроме того, группы охотников из каждой вылазки приносили яйца.

Дело в том, что Ира рассказала, как у нее появился Ра, поэтому многие воодушевились, решив тоже обзавестись подобным компаньоном.

Ирина не противилась, но призывала всех быть крайне осторожными. Конечно, не нашлось ни одного достаточно безумного храбреца, который набрался бы смелости заиметь яйцо тираннозавра. В основном яйца принадлежали неопасным мелким травоядным.

Первого вылупившегося «птенца» Ирина не видела, так как в это время была на пути к таинственной пещере, которая должна была открыть то, что в ней хранилось множество лет.

Глава 24

Путешествие немного взбодрило Иру. В пути ей нужно было быть внимательной, иначе из-за задумчивости или рассеянности легко было споткнуться и упасть, переломав парочку костей.

Эта концентрация помогала справиться с нервозностью. Иногда, правда, когда мысли о Джабае внезапно вторгались в разум, Ирина ощущала, как сердце в груди болезненно сжимается от тоски и переживаний.

Вперед они шли в умеренном темпе. Иногда Ира останавливалась и прислушивалась. Ей все время казалось, что она слышит позади какой-то звук. Воображение заставляло думать, что сейчас из темноты выйдет догнавший их Джабай.

Конечно, никакого особого шума не было. Просто разум Иры играл с ней, вводя в заблуждение. Когда никто так и не выходил из теней на свет, Ира расстраивалась. Она понимала, что ведет себя глупо, но ничего не могла поделать.

В итоге к концу пути она выглядела еще более издерганной.

Прежде чем выйти на свет, им пришлось разобрать заваленный вход. Сильно раскапывать его не стали, просто убрали пару больших камней, чтобы можно было пролезть.

После этого они переночевали на площадке перед входом в пещеру, а утром забрались наверх. Все в тоннеле выглядело точно так же, как в прошлый раз.

Мельком оглядевшись, Ира направилась вперед. У них не было много еды, поэтому они решили осмотреться около входа, а потом заняться подготовкой запасов, которые позволили бы исследовать это место, не возвращаясь каждый день к выходу.

Проверив вход в пещеру и не найдя никаких опасностей, Ира с ящерами вернулись на площадку. Не желая привлекать к ней лишнее внимание (мало ли, вдруг где-то поблизости снова люди бродят), они решили спуститься в лес.

Там, отыскав подходящее место, разбили лагерь. Один из ящеров отправился на охоту, второй остался с Ирой. Спустя пару часов ушедший на промысел ящер вернулся с небольшим динозавром. Они втроем быстро разделали добычу и нарезали мясо на кусочки.

Через пару дней, когда часть мяса высохла, а вторая закоптилась, они свернули лагерь и тщательно скрыли свои следы. Конечно, вряд ли таким способом можно было обмануть чуткий нюх ящера, но люди едва ли смогли бы что-то заметить.

Перед тем как углубиться в пещеру, Ирина внимательно осмотрела место под входом. Спустя некоторое время она пришла к выводу, что часть скалы по какой-то причине откололась. Когда это случилось, вход в тоннель стал открыт.

Это походило на оползень.

Причина? Ирина понятия не имела, что могло вызвать подобное. Возможно, в этом районе когда-то случались землетрясения. Или это мог быть грандиозный шторм на море. Она сомневалась, что сила волн могла разрушить часть скалы, но кто знает, может, к тому времени сама скала уже была повреждена и ей требовался лишь толчок.

Если предположить, что внутри тоннеля раньше была прохладная сухая среда, то после попадания влажного воздуха разрушение всего, что находилось в пещере, должно было ускориться.

Ира размышляла над этим, потому что ей хотелось понять, как давно разумные существа построили это место. По всему выходило, что давно, но насколько давно?

Вернувшись в тоннель, они не стали ждать, отправились в путь сразу.

Поначалу не попадалось ничего интересного. Конечно, было заметно, что это место построили существа, обладающие разумом. Оно не возникло само по себе. Природа способна на удивительные вещи, но вряд ли ей удалось бы создать настолько гладкие стены, пол и потолок. Все выглядело рукотворным.

Плюс к этому остатки пластиковых труб и кусочки стекла.

Спустя некоторое время по бокам тоннеля стали появляться дверные проемы, которые вели в пустые комнаты. Чем дальше шли исследователи, тем больше комнат появлялось.

Меланхолия Ирины немного рассеялась. Ей становилось все интереснее узнать, что это такое. Не было никаких сомнений, что подземное строение было каким-то правительственным объектом.

Да, Ирина читала о подземных городах прошлого, но на фото и видео те пещеры выглядели не так «гладко», как место, в котором они находились сейчас.

Через пару дней тщательных поисков Ира с ящерами обнаружили лестницу, ведущую вниз. Хорошо, что она тоже была каменной, иначе пришлось бы искать способ спуститься.

Шагая вниз, Ирина внимательно смотрела под ноги и размышляла, как там Ра. Его пришлось оставить в лесу, так как подняться к входу в это место он никак не мог. Она очень надеялась, что ее малыш не попадет в неприятности, пока они бродят под землей.

Ра, конечно, уже очень большой и вообще молодец, но она все равно переживала. Мало ли кто ему может встретиться.

Вздохнув, Ира сосредоточилась на реальности. Что толку переживать? Ее ребенок вырос достаточно большим, чтобы суметь позаботиться о себе. Она должна верить в него и давать больше свободы.

Если стены еще кое-как можно было посчитать творением природы (с очень большой натяжкой), то вот лестница рассеивала последние сомнения.

Никаких перил не было. Видимо, они были сделаны из поддающегося гниению материала, поэтому со временем от них ничего не осталось. Если не считать каких-то затвердевших кучек в тех местах, где должны были находиться перила.

Лестница вела куда-то в глубину, но они не стали сразу спускаться в самый низ, остановившись на следующем этаже.

Осмотрев местность рядом, Ирина нашла что-то вроде шахты лифта. Посветив факелом, она не увидела дна.

— Что это за место? — спросил один из ящеров, с опасением заглядывая внутрь шахты.

— Кто знает, — отозвалась Ира. — Может быть, мы найдем что-то, что подскажет нам.

— Я думаю, тут кто-то раньше жил, — вмешался в разговор второй ящер. — Все так аккуратно сделано, — пробормотал он задумчиво, погладив рукой по стене. — Похоже на наши каменные дома, только аккуратнее.

Ира не стала отрицать.

— Тот, кто построил это место, просто обработал камни, чтобы они выглядели гладкими.

— Разве такое возможно? Камень ведь твердый.

— Возможно, но нужны специальные инструменты. И еще это долго. И я не совсем уверена, как это делать.

Ира не лгала. Она понимала, что камни обработаны, но понятия не имела, как именно. Возможно, их нарезали с помощью специальной пилы? Или просто сделали раствор, а потом залили в формы? Наверное, в старину камни обрабатывали вручную, каким-нибудь зубилом, но это казалось Ире запредельно долго и тяжко. Уж проще сделать кирпич или обойтись простым камнем.

К тому же практика уже показала, что лучше строить из более легкого материала, который, возможно, быстро нагревается, но при этом так же быстро и остывает, позволяя ящерам наслаждаться ночной прохладой. Тем более что днем ящеры обычно занимаются различными делами, а не сидят по домам. А вот ночью им должно быть комфортно.

Размышляя над этим, Ирина внезапно осознала, что внутри строения довольно прохладно. Ничего удивительного. Если стена может нагреться, то вряд ли подобное произойдет с толстым слоем камней.

А ведь здесь вполне можно жить. Прохладно, и можно закрыть проход. Это позволит забаррикадироваться, если вдруг кто-то решит напасть. Правда, надо еще найти дополнительный выход. На всякий случай. К тому же неизвестно, бывают ли в этой местности землетрясения.

Впрочем…

Ирина огляделась внимательнее.

Кое-где лежали разного размера камни. Пол был покрыт толстым слоем пыли. На стенах в некоторых местах виднелись тонкие сеточки трещин.

Несмотря на все это, разрушения были минимальными. Если бы этот район был сейсмически активным, такое большое подземное сооружение давно бы разрушилось.

В любом случае для начала необходимо все исследовать.

Следующий этаж был еще больше. Комнаты здесь имели громадный размер. Ира никак не могла понять, чем раньше здесь занимались.

Может быть, это бомбоубежище? Вряд ли. Их вроде бы строят глубоко под землей, а не в горе.

Тогда что?

На ум приходил только какой-нибудь исследовательский центр. Возможно, здесь изучали разные породы полезных ископаемых. Или это могла быть секретная военная база, или не очень секретная. И размер подходящий.

Никакой техники, конечно, не осталось, но ее могли вывезти, или она просто сгнила. Последнее даже более вероятно, учитывая слой грязи на полу.

Проверив второй этаж, они продолжили спускаться. На следующем этаже обнаружили множество комнат, буквально усыпанных стеклянной крошкой.

Ира долго размышляла, зачем в комнатах столько стеклянных предметов, но ничего правдоподобного придумать не могла. На ум приходили только аквариумы или что-то вроде этого.

Может быть, комнаты внутри разделялись стеклянными перегородками?

Они осмотрели еще два этажа, но Ирина так и не нашла ничего, что могло намекнуть на происхождение этого сооружения. Все давно сгнило и превратилось в прах. Остались только голые стены и едва заметные следы былого содержимого.

Ирина решила, что ничего интересного они тут больше не найдут. Место было пустым, но его вполне можно использовать для своих нужд. Уже хорошо.

На очередном этаже, когда и Ира, и ящеры потеряли всякий интерес, им попалась особенно большая комната. Сначала ничего примечательного они не заметили, но потом наткнулись на нечто, показавшееся необычным.

В одной из стен была большая трещина. Они бы не обратили на нее внимания, но один из ящеров от нечего делать поднес к ней факел и заглянул внутрь. Он не ожидал ничего там увидеть, однако, к его удивлению, трещина была не простой.

Он сразу же подозвал Иру, и она тоже взглянула. Ей не составило труда понять, что за стеной находится пустое пространство.

Прочитанные когда-то книги о приключениях моментально заставили подумать о скрытых сокровищах. Интересно, конечно, найти клад, но что делать в доисторическом мире с деньгами? Ладно еще украшения. Их хотя бы носить можно, а деньги?

Впрочем, если деньги будут золотыми или серебряными, то из них тоже можно сделать украшения. Достаточно проделать отверстие и повесить на ниточку.

Осознав, в каком направлении потекли мысли, Ирина встряхнулась. Она даже еще не видела, что там, а уже думает об украшениях.

Преграду удалось убрать достаточно легко. Ящерам не оставило труда разбить ее. Внутри обнаружилась ниша. Если там что-то и было раньше, то сейчас все исчезло.

Поворошив слой пыли и грязи, Ирина неожиданно отыскала что-то блестящее. При ближайшем рассмотрении это оказался какой-то благородный металл. Возможно, золото. Кажется, оно намного более устойчиво, чем то же железо.

Количество его было очень маленьким, но Ирина все равно переворошила мусор и забрала все найденные золотые пластинки и капельки себе. Любовь людей к золоту, кажется, заложена у них в крови.

Ире не нужны были деньги или украшения, но она не могла и подумать, что золото можно так просто оставить тут, в мусоре.

Как оно сюда попало?

Неожиданно в голову Иры пришла идея, что золото могло находиться в компьютерных платах. Такое ведь возможно? Может быть, это были некие информационные носители, укрытые кем-то от посторонних глаз. Вот только время не пощадило ничего.

Эти мысли будоражили.

Оглядевшись расчетливо, Ира подошла к ближайшей стене и постучала. Если есть один тайник, то почему бы не быть другому.

Услышав звук, Ирина почувствовала, как сердце дрогнуло в груди. Определенно, за стеной был еще один сейф. Никаких трещин она не заметила, значит, преграду нужно убрать так, чтобы ничего не повредить.

Свою мысль она тщательным образом изложила ящерам. Те поняли и принялись осматривать стену, пытаясь найти, с чего начать.

Никаких зацепок не было. Ровный камень выглядел так, словно никто даже не думал что-то за ним прятать.

Разбивать стену без необходимости не хотелось. Вдруг за ней что-то осталось?

В итоге ящерам пришлось ковырять преграду просто так. Они начали снизу. Сперва сделали небольшую дырочку, а потом принялись аккуратно отламывать небольшие кусочки.

Когда Ирина смогла заглянуть внутрь, то едва не потеряла сознание от волнения.

Там были книги!!!

Как такое возможно?! Даже сталь сгнила вместе с пластиком, от последнего остались лишь фрагменты. Как могла сохраниться бумага?!

— Осторожнее! — Ирина буквально танцевала вокруг ящеров, которые не до конца понимали ее ажиотажа. — Не дайте ничему упасть внутрь.

Терпеливо дождавшись, когда преграда будет убрана полностью, Ира тревожно сглотнула и протянула руку к первой книге. Она все еще не могла поверить, что видит нечто подобное. У нее даже слезы на глазах навернулись. Как давно она что-то читала?

Это было еще в прошлой жизни.

Невесело хмыкнув, Ирина оценила иронию своих мыслей и, наконец, коснулась заветной обложки. В тот же момент книга, выглядевшая только что идеальной, рассыпалась пылью. И если бы такое случилось только с ней. Нет, все внутри сейфа в один миг превратилось в кучу мусора.

Сердце Иры замерло на миг, а потом заныло.

Она надеялась, что сможет спасти отдельные кусочки, но все, что Ирина брала в руки, просто рассыпалось. Видимо, даже изолированная от внешнего мира среда не спасла книги от полного разрушения.

Разочарование было настолько сильным, что хотелось плакать и кричать.

Сокрушаться можно было бесконечно, но это никак не помогло бы Ирине вернуть рассыпавшиеся прахом книги.

Немного успокоившись, она отошла чуть подальше от стены, попросив ящеров продолжить осмотр.

Теперь у нее было еще больше доказательств, что место, в которое она попала, не такое простое.

Прошлое?

Однако вокруг слишком много необычного, начиная с разумных ящеров и заканчивая тем фактом, что люди, по идее, не должны были жить в один период с динозаврами. И это если не обращать внимания на подозрительное сооружение и книги, которые она видела только что своими глазами.

В принципе, этот период все равно мог быть прошлым ее мира, только до привычной цивилизации людей на планете жил кто-то еще.

Подобным образом великие империи прошлого возникали, а потом погибали, и на их место приходили другие. Так и здесь.

Возможно, с человечеством в целом случилось что-то подобное. В прошлом люди могли быть более развитыми, но по какой-то причине весь прогресс был утрачен, и человечество регрессировало до нынешнего состояния.

Если такое случилось, то не было никаких сомнений, что прежняя цивилизация погибла очень давно.

Во-первых, нынешние люди выглядели совершенно дикими. Вряд ли они бы опустились так низко, случись апокалипсис вчера или даже сто лет назад.

Во-вторых, вокруг осталось слишком мало следов былого величия. Конечно, Ирина не побывала во многих местах на планете, но раньше она входила в племя, которое неустанно кочевало. Им на пути не попадалось ничего необычного.

В общем, это вполне могло оказаться прошлое.

Существовала также вероятность, что это не прошлое, а будущее. Ее цивилизованный мир в какой-то момент рухнул и начал путь заново. Однако такая версия казалась сомнительной из-за наличия динозавров и разумных ящеров.

— Кажется, здесь есть еще что-то, — прервал ее размышления один из ящеров.

Стена, на которую он указывал, выглядела прочной и ровной. На ней не было ни трещин, ни других повреждений. Убедившись, что быстро ее не разрушить, Ира снова попросила действовать осторожно.

Дожидаясь, пока преграду уберут, она бродила рядом, бросая в сторону стены нетерпеливые взгляды. Что они найдут на этот раз?

Очень скоро ответ предстал перед ней.

Сначала Ирина даже не поняла, что именно видит, а потом застыла в удивлении. Протянув руку, она на миг замерла. Прошлый опыт с рассыпавшимися книгами оставил на ее душе след. И пусть предметы перед ней выглядели хорошо, она все еще боялась, что внешний вид обманчив.

Спустя некоторое время Ирина подошла ближе и встала на цыпочки, пытаясь рассмотреть, что именно изображено или написано на тонкой пластине серебристого цвета, лежащей поверх еще десятка похожих.

Видно было плохо, так что она попросила ящеров помочь. Тот, к которому она обращалась, не до конца ее понял. Подойдя к проделанной дыре, он взял верхнюю пластину и протянул ее Ире.

Сердце Ирины на миг сжалось от легкой паники, но не успела она и рта раскрыть, чтобы предупредить ящера, как тот уже протягивал ей пластину с непонимающим выражением на лице. Он явно не знал, почему она сама не могла взять пластинку.

— Спасибо, — просипела Ира, перед глазами которой пронеслась вся ее жизнь.

Аккуратно забрав явно металлический предмет, она впилась в него взглядом. Для начала пришлось сдуть с него пыль. Как только это было сделано, Ира задержала дыхание. Вся пластина была покрыта какими-то символами и мелкими рисунками, причем не только с одной стороны, но и с другой.

Удостоверившись, что предмет в ее руках не рассыплется, она начала изучать его более внимательно.

Это определенно был какой-то язык. Только Ира ничего не понимала. К тому же на пластине было изображено множество различных формул. Все это было ювелирно вырезано на металле, которому удалось каким-то образом пережить множество лет. Ирина подозревала, что пластина сделана из какого-то прочного сплава, пусть та и выглядела как простой кусок нержавейки.

Оторвавшись от закорючек, Ира попросила ящеров осторожно вытащить остальные пластины, потом села в углу и принялась внимательно рассматривать добычу. Она не знала языка, но, кроме письменности, пластины содержали еще и крохотные рисунки.

А их понять было вполне возможно.

Пробираться через непонятные символы было очень сложно. Буквы имели знакомые очертания, но это никак не помогало Ире понять смысл слов, в которые они складывались.

На формулы Ирина не смотрела. Школу она закончила давно, поэтому даже простейшее успешно выветрилось из ее головы, а что-то сложное выглядело так же непонятно, как незнакомый язык.

Одна из пластин, как показалось Ирине, была полностью заполнена то ли длинной формулой, то ли каким-то математическим вычислением. Ее она сразу отложила в сторону, не пытаясь разобраться точнее.

С рисунками было проще. Изучая их, Ира чувствовала себя трехлетним ребенком, который только и может, что картинки в книге рассматривать.

Несмотря на это, она продолжала вглядываться в выдавленные кем-то когда-то рисунки.

Первая партия просмотренных пластин содержала информацию, явно связанную с ДНК. Знакомую всему миру спираль Ира могла легко опознать.

ДНК…

Значит ли это, что подземный комплекс действительно был чем-то вроде исследовательского центра?

Оглядевшись по сторонам, Ирина решила, что такое объяснение вполне имело право на существование. Наверное, в этой большой комнате когда-то располагалась библиотека или что-то в этом роде.

Она не понимала, зачем кто-то решил спрятать данные в стене. Ирина могла лишь предположить, что этот некто пытался сохранить знания. Выходило, что в первом отсеке действительно могли храниться компьютерные платы или иные цифровые носители.

Вернувшись к просмотру пластин, Ирина начала всматриваться в картинки более внимательно.

Когда впервые появилось изображение эмбриона, ее сердце дрогнуло. Неужели здесь проводили эксперименты на людях?

Ира нахмурилась. Проскользнувшая только что мысль очень не понравилась. Однако чем дольше Ира рассматривала пластины, тем больше убеждалась, что ее первое впечатление было верным.

Все стало еще сложнее, когда она увидела изображение какого-то животного, очень похожего на мелкого динозавра. Существо было скрюченным и страшным, явно не приспособленным к жизни.

Отложив пластину в сторону, Ира прикрыла глаза и вздохнула.

Множество мыслей витали в ее голове. Одна не лучше другой. Она пыталась не делать поспешных выводов, но все указывало на то, что это место раньше было не слишком приятным.

Взяв себя в руки, она продолжила осмотр.

Ира не могла ничего прочесть, но с помощью рисунков в ее голове в скором времени выстроилась стройная цепочка событий, которые здесь произошли.

Когда-то в этом месте изучали ДНК динозавров, и какому-то умнику пришла в голову идея оживить их. Это было успешно проделано, хотя Ира не имела представления, как такое возможно. Но если судить по картинкам и реальности за пределами комплекса, это все-таки удалось. Значит, люди в своем развитии достигли того уровня, когда невозможное стало возможным.

После того как эксперименты прошли успешно, кто-то решил, что этого недостаточно.

Держа в руках пластину, на которой было изображено, как ученые скрещивают два вида, Ирина чувствовала себя очень неоднозначно. А все потому, что в результате у этих ученых в конце концов получился не кто иной, как хорошо знакомый Ирине человекоподобный ящер!

Да, все верно. Ученые прошлого каким-то невообразимым образом соединили ДНК человека и динозавра.

Как? Зачем? Почему?

Десятки вопросов витали в ее голове, но все они исчезли, когда Ира подумала о том, насколько сильны ящеры.

Война.

Это ответ на все вопросы. В прошлом она смотрела множество фильмов о том, как люди стремились создать идеальных солдат.

Ирина не верила, что кто-то будет вкладывать безумные деньги в исследования из простого интереса. И у нее не было никаких сомнений, что денег в такие разработки было вложено огромное количество. Подобный масштаб могла спонсировать только богатая страна. К тому же ни одно правительство не оставило бы такие исследования без внимания.

Итак, по всему выходило, что кто-то когда-то решил воссоздать динозавров, а потом пошел еще дальше, соединив две ДНК между собой. Результат получился отличным, ведь вид, который удалось вывести в конечном итоге, оказался устойчивым и сильным.

Но потом что-то произошло. Цивилизация рухнула. Человечество откатилось назад в своем развитии. Динозавры расплодились, а разумные ящеры зажили собственной жизнью, забыв, кто был их создателем.

Вполне возможно, что причиной катастрофы стала та самая война, для которой выводили разумных ящеров. Однако конец людям настал слишком быстро, и они не успели воспользоваться своим новым оружием.

Конечно, все это было только на уровне догадок и предположений. Ира не понимала чужую письменность, поэтому в ее распоряжении были лишь картинки, и, какими бы детальными они ни были, все равно существовала пусть и небольшая, но вероятность, что она все поняла неправильно.

Обдумав эту мысль тщательнее, Ирина отбросила ее. Вариантов на замену не было, поэтому она решила считать свою версию событий правильной.

Вскоре ящеры обнаружили еще один тайник. Там тоже были пластины, на этот раз каменные. Видимо, тот, кто их создавал, очень хотел донести знания до потомков.

Проверив каменные таблички, Ирина убедилась, что они повествуют ту же историю, поэтому безразлично отложила их в сторону.

Затем они осмотрели оставшиеся этажи и не нашли больше ничего больше примечательного. Подземный комплекс выглядел пустым и заброшенным. Все, что тут когда-либо было, давно уже подверглось гниению и разрушению.

Перед тем как отправиться обратно, Ира сложила найденные таблички обратно в ниши. Конечно, преграду восстановить они не могли, но почему-то ей не хотелось оставлять плоды чужих трудов валяющимися на полу.

Если ящеров и интересовали пластины, то они ни о чем не спрашивали. Хотя сами просмотрели каждую. Они, возможно, не поняли всего, но самую суть все-таки уловили, судя по их хмурым лицам.

Возвращаясь на поверхность, Ира пыталась все же понять, в какое время она попала. В итоге, после долгих размышлений, она решила считать, что это все-таки будущее. Это казалось более вероятным.

Она даже смогла найти объяснение тому, почему язык на табличке не был ей знаком. На самом деле, все очень просто.

Если бы пластины были сделаны в ее времени, то с большой долей вероятности были бы написаны на английском. Его Ира знала очень и очень плохо, но даже так все равно узнала бы с первого взгляда.

По всему выходило, что таблички были сделаны много веков спустя после того, как Ирина покинула свое время. Язык очень пластичен, и вряд ли современники Ирины могли бы понять своих предков, живших, например, несколько тысяч лет назад.

Теория с будущим была самой вероятной. Видимо, к тому времени, как ученые научились возвращать к жизни давно исчезнувшие виды и сплетать чужеродные структуры ДНК, язык изменился настолько, что стал для Иры совершенно незнакомым.

В большинстве книг, в которых герои куда-то попадали, у их перемещения была причина. Воля богов, случайность, какая-либо миссия, которую мог выполнить только герой или героиня, компенсация за преждевременную смерть и так далее.

Но какова причина у Иры?

Она должна что-то сделать? Если так, то почему ей никто ничего не сказал?

Может быть, ее миссия состоит в том, чтобы вернуть людям былое величие? Тогда она уже не справилась, ведь ей совсем не хотелось возвращаться к людям.

Не получится ли так, что некто могущественный сотрет ее сознание из мира за эту оплошность?

Прежде чем испугаться, Ирина выбросила подобные мысли из головы. Если бы кто-то хотел от нее что-то, то обязан был ей сказать. Раз этого не случилось, значит, все не так просто.

Когда Ирина думала об этом, ей пришла в голову одна из прочитанных когда-то статей о том, что внутри каждого человека сохранены абсолютно все знания предыдущих поколений. Крупицы этих знаний формируют личность и определяют таланты.

Не зря ведь постоянно говорят, что дети похожи характером на того или иного родственника. Это все потому, что этот родственник «позаимствовал» часть знаний от более далекого предка или предков.

Например, дар писать картины. Кто-то когда-то проявил интерес к этой теме и научился рисовать. Потом завел жену и детей, передав последним свои знания через ДНК. Эти знания могли оставаться спящими, но они не исчезли. Дар мог проявиться через одно, а то и через десять, двадцать поколений.

Есть еще кое-что интересное. Можно вспомнить всех тех людей, которые выживали после удара молнии и начинали бегло говорить на каком-нибудь языке, который раньше не учили. Или на многих языках, даже мертвых!

Если применить к этим случаям теорию передачи знаний, то все становилось понятно. Удар молнии просто разблокировал спящие знания, и человек вспоминал опыт своих предков.

Или же гипноз, с помощью которого люди вспоминали свои прежние жизни. Может быть, они вспоминали вовсе не свои, а жизни предков? Гипноз просто помогал им получить доступ к глубоко скрытым внутри знаниям.

Никакой магии, только наука!

Опираясь на эту теорию, можно было предположить, что сама Ирина была далеким предком Таи. В момент смерти девушки спящие знания открылись, ушедшую личность заменила личность Иры.

Вздохнув, Ирина решила больше не думать на эту тему. Слишком сложно и вызывает неопределенные чувства. Вместо этого ей следует подумать кое о чем более интересном.

Например, о том, что ящеры наполовину люди!

Эта новость кружила голову и заставляла Иру чувствовать себя готовой в любой момент взлететь.

Сильно радоваться она не спешила, ведь существовала большая вероятность, что они все-таки несовместимы друг с другом. Но даже так Ирина никак не могла унять волнения.

Если она и Джабай произошли от одного вида, то, возможно, они смогут иметь общих детей?

Конечно, ящеры размножались с помощью яиц, но кто знает, как все пойдет, если ребенок будет развиваться внутри Ирины. Вряд ли это будет яйцо.

Все эти мысли создавали в голове сумбур. Ире было страшно. А вдруг у них получится, но ребенок родится инвалидом? Ей не хотелось обрекать своего малыша на страшные мучения.

Стоило подумать, что ребенок может родиться с отклонениями, из-за которых его ждут многочисленные страдания, как она ощутила холод, пронзивший внутренности.

Каждая мать хочет своему дитя счастья. Она желает, чтобы он был здоров и счастлив. Ирина не была настолько эгоистичной, чтобы из-за своего стремления быть с Джабаем и иметь детей обрекать невинных существ на мучительную жизнь.

С другой стороны, ген ящеров мог быть неустойчивым. Например, если у обоих родителей цвет глаз голубой, то и их ребенок родится голубоглазым. Но если у одного родителя карие глаза, то вероятность появления кареглазого ребенка будет намного выше, чем голубоглазого, потому что темный цвет — доминантный признак.

Так и здесь. Может быть, пока ящеры заводят детей исключительно с ящерами, будут рождаться такие же ящеры. Но стоит кому-то переключиться на человека, как родится человеческий ребенок.

Эта мысль воодушевляла.

Поднимаясь к выходу, Ира долго обдумывала все это. В итоге перед самой поверхностью она приняла решение попробовать. Ира не знала, что именно повлияло на нее, возможно, любовь к Джабаю. Наверное, не самое лучшее решение — планировать будущее под воздействием настолько сильных эмоций, но Ирина не испытывала никаких противоречий.

Теперь оставалось два препятствия. Первое — Джабай все еще не вернулся. Второе — возраст самой Ирины.

Ее телу было всего шестнадцать. Да, возможно, в далеком прошлом женщины рожали и в пятнадцать, и в тринадцать лет, но Ирина не собиралась так рисковать. У нее не было никаких сомнений, что ранний возраст для родов может быть опасен. Тем более что тут не существовало никакой медицины.

Ее тело еще не полностью сформировалось, бедра были слишком узкими, поэтому имелась большая вероятность, что она не сможет сейчас родить самостоятельно.

По всему выходило, что взросление Таи началось очень поздно. Тело до сих пор имело подростковый облик. Поэтому следовало подождать немного, чтобы тело обрело более женственные формы, которые позволят в будущем легче родить.

Здесь не было никакой контрацепции. Это усложняло жизнь Ирины. Ей, конечно, хотелось заняться с Джабаем любовью, но как убедить его быть осторожным? Поймет ли он, почему именно они должны быть остерегаться?

Размышляя над этим, Ира ощущала, как тело нагревается изнутри. Лицо покраснело от одних мыслей. Гормоны моментально взбесились.

Глубоко вдохнув и выдохнув, Ира оставила мысли о будущих сладостях. В любом случае для того, чтобы что-то планировать, надо сначала дождаться возвращения Джабая.

Вспомнив о том, что он ушел, Ирина снова почувствовала отступившую было из-за всех новостей и событий тоску. Ей немедленно захотелось его видеть.

Она снова начала размышлять над тем, где он сейчас, цел ли или ранен. А может, с ним произошла какая-нибудь беда и ему некому помочь. Желание немедленно отправиться на поиски было настолько сильным, что Ира едва смогла его подавить.

В самом деле, куда она пойдет? Она скорее сама заблудится, чем кого-то найдет в доисторических джунглях.

Бессилие злило, но приходилось усмирять свои желания.

Как только они вышли на солнце, все сразу зажмурились. После темноты подземелья яркое солнце оказалось очень болезненным для глаз.

Спустившись, они сразу столкнулись с ожидающим их Ра. Судя по всему, малыш ждал уже давно. Он успел несколько раз поохотиться и оставил часть своей добычи им.

Наблюдая за тем, как уже довольно крупный тираннозавр играет с одним из ящеров, Ира вдруг подумала, что разумность Ра могла происходить из того, что он не был чистым динозавром. Кто знает, что добавили ученые, чтобы воссоздать практически разрушенные временем ДНК древних рептилий. Они могли добавить что-то от других животных, а может быть, даже от человека. Процент был настолько маленьким, что никак не повлиял на внешний вид, зато коснулся мозга. Теория была хороша и объясняла, почему Ра такой умный. Впрочем, кто знает, вдруг динозавры сами по себе всегда были такими?

Ира отбросила лишние мысли и полезла обниматься к Ра. Тот встретил ее с восторгом. Он тоже соскучился.

Глава 25

Рывком поставив Карока на ноги, Джабай проклинал тот день, когда этому ящеру пришла в голову идея обойти их земли по кругу, а потом еще и сплавать на соседний берег. Если бы не это, Карок ничего не узнал бы о людях и даже не стал думать об объединении всех племен.

Джабай долго размышлял, но так и не смог понять, как настолько невезучему ящеру удавалось до сих пор выживать. Он даже заподозрил, что над ним издеваются, но сам Карок и его ящеры вели себя так, словно ничего необычного не происходило. Это немного сбивало с толку. Они сговорились?

Если так, то Джабай не понимал, зачем это делать? Может быть, они хотят вывести его из себя, чтобы сокрушить в момент сильного гнева? Другой идеи у него не было.

Отойдя на шаг от покрытого грязью Карока, Джабай встал так, чтобы оказаться рядом с одним из ящеров чужого вождя. Вел себя Джабай при этом как ни в чем не бывало, будто это произошло случайно.

— Ему всегда так не везло? — спокойно спросил он, наблюдая, как Карок охапкой листьев счищает с себя жидкую грязь.

Честно говоря, было удивительно, что им удалось добраться до другого берега без потерь. Часть пути прошла хорошо, но перед самым концом Карок умудрился каким-то непостижимым образом перевернуть тяжелый плот! Неудивительно, что ящеры, находившиеся там, свалились в воду. А ведь они практически не умели плавать.

Джабай не имел представления, как им все-таки удалось выжить и добраться до берега. Когда все ощутили под ногами твердую землю, он едва не убил Карока, но в последний момент сдержался, опасаясь, что чужие ящеры немедленно отреагируют на угрозу своему вождю и нападут.

Он не боялся битвы, но ему не хотелось терять соплеменников. Во время боя чья-то смерть неизбежна, особенно когда противник так силен. А Карок имел силу, бесспорно. Иначе ему не удалось бы объединить несколько племен, победив их старых вождей.

После этого не проходило и дня, чтобы Карок не попал в какую-нибудь беду. Все происходило вроде бы случайно, сам он неизменно оказывался в относительном порядке, зато находящиеся рядом ящеры страдали. Ничего на первый взгляд серьезного, но все равно неприятно.

Вот и сейчас. Карок умудрился сбить гнездо каких-то кусачих насекомых. После этого он упал в грязевую яму, отчего насекомые проигнорировали его и напали на других ящеров, идущих рядом.

Даже Джабаю досталось. Не обращая внимания на зуд в укушенной руке, он посмотрел на своего невольного собеседника.

— Ему везет, — не согласился ящер, косясь в сторону Джабая.

И пусть они путешествовали вместе довольно давно, чужие ящеры все еще сторонились соплеменников Джабая. Это только еще больше напрягало и вызывало подозрения.

Вскоре ящеры немного успокоились и отправились дальше. Некоторые даже посмеивались друг над другом, вспоминая, как товарищи убегали от насекомых, чтобы не быть ужаленными.

Джабай не участвовал в обсуждении, внимательно наблюдая за красноватой точкой на своей руке. Такие небольшие повреждения, по идее, не должны были доставлять особых неудобств. Организм ящеров справлялся за короткий срок и с более серьезными ранами. Так почему ему казалось, что укус с каждым мгновением становился все более неприятным?

Беспокоясь, он спросил об этом ящера из своего отряда. Его тоже покусали. Тот подтвердил, что сила жжения от укусов постепенно становится сильнее.

Джабай не был глупцом, поэтому сразу понял, что все не так просто с этими насекомыми. В местных лесах росло много растений, которые умели выделять яд, способный навредить живым существам.

Если существовали такие растения, то почему бы не быть и ядовитым насекомым?

Обозначив проблему, Джабай добился остановки отряда. После этого он сел и внимательно осмотрел чуть вздувшийся участок. Ему показалось, что внутри что-то темнеет. Насекомое оставило внутри его тела жало?

Поджав губы и нахмурившись, он достал керамический нож и безжалостно выкорчевал чужеродный элемент из своей плоти. Внутри действительно обнаружился тонкий шип.

Сначала Джабай хотел, как привык, приложить к ране кусок грязи. Но потом вспомнил наставления Иры и принялся искать растение, которым она всегда пользовалась, обрабатывая раны. Найдя, он аккуратно разжевал его и привязал к ранке.

Закончив, Джабай велел остальным ящерам сделать так же. Те, кого укусили в труднодоступных местах, должны были попросить товарищей помочь с этим.

За время путешествия две группы ящеров более-менее сработались, но некая отчужденность все равно присутствовала, поэтому ночевали все отдельно друг от друга, сохраняя приличную дистанцию.

Исполнившись подозрениями, Джабай проверил всех, кого укусили насекомые. Большинство из них оказались из его отряда, но были и входящие в группу Карока. Если бы не последнее, Джабай решил бы, что все подстроено.

Он посчитал, что Карок вряд ли стал бы подставлять своих ящеров. Если так, то инцидент с насекомыми действительно был простой случайностью.

Ночь прошла неспокойно.

Большую часть времени было слишком жарко. Даже привыкшие к высоким температурам ящеры, укушенные насекомыми, чувствовали себя оказавшимися на солнце в самый жаркий период дня.

Жар время от времени сменялся минутами холода. Тогда их тела тряслись, а сами они заворачивались в листья, будто не они только что мучились от нестерпимого жара.

Несмотря на плохое самочувствие, Джабай зорко старался наблюдать за чужими ящерами. Он, конечно, убедил себя, что Карок не сделал этого специально, но полного доверия у него не было.

Ему хотелось подойти и спросить у другой группы, как чувствуют себя их пострадавшие, но не стал. И ящерам своим приказал быть как можно тише. Ему не хотелось показывать чужакам своих слабостей.

На самом деле, Джабай сильно переживал. Ситуация казалась очень опасной. Он не был уверен, что другая сторона не тронет их, узнав о проблемах.

К тому же существовала вероятность умереть от яда. Конечно, обычно регенерация ящеров очень быстро справлялась с ранами, но кто знает, как их организм отреагирует на подобное отравление.

Когда к утру самочувствие начало улучшаться, Джабай выдохнул с облегчением. Если Карок и имел свои соображения на этот счет, то ничего не сказал и никак этого не показал. Чужие ящеры выглядели нормально. Никто за ночь не умер.

И пусть Джабай был практически уверен, что произошедшее не было спланированным, он пообещал себе не терять бдительности.

Два дня все было спокойно. Укушенные ящеры полностью избавились от проблем со здоровьем. После того как беда миновала, многие посчитали произошедшее забавным.

На третий день случился еще один инцидент.

Карок снова споткнулся и упал. На этот раз никакой ямы с грязью под его ногами не было, зато была просто яма. Вернее, крутой овраг.

Никто не успел толком отреагировать, как Карок запнулся о торчащий из земли корень, взмахнул руками и с шумом скрылся среди кустов.

Ящеры на миг замерли, а потом, услышав треск ломаемых веток, бросились следом.

Джабай внимательно наблюдал за происходящим. В первое мгновение ему тоже хотелось кинуться за упавшим, но он усилием воли сдержал инстинкт.

Первыми за вождем помчались чужаки. Следом, будто их подхватило волной, побежали ящеры Джабая. Он даже не успел притормозить всех, только некоторых.

Ощутив сильную хватку на своих руках, они смутились.

Для начала Джабай внимательно осмотрелся вокруг. После этого раздвинул ветки и глянул вниз. Видно ничего не было, если не считать поломанных кое-где ветвей и примятых растений.

Спускались они тоже осторожно.

В самом низу перед ними предстала крайне любопытная картина.

Большая часть ящеров стояла по пояс в какой-то жиже. Все пытались выбраться, но у Джабая сложилось впечатление, будто с каждым движением они погружаются все глубже.

Последним, кого заметил Джабай, был Карок. Чужой вождь сидел на громадном бревне и выглядел растерянным. Измерив взглядом расстояние от бревна до берега, Джабай решил, что допрыгнуть до него вполне можно.

Подойдя к краю, он присел и попытался понять, что именно удерживает его ящеров в плену. Если бы это была простая грязь или вода, те давно бы уже выбрались.

Спустя некоторое время он так и не понял причины, но решил больше не разбираться, ведь некоторые его ящеры погрузились в нечто уже по грудь.

— Не двигайтесь! — предупредил он всех и начал думать, как вытащить попавших в ловушку.

Оглядев ящеров, Джабай заметил, что большая часть застрявших принадлежит именно его племени. Осознание этого факта заставило его немедленно оглядеться. Только тогда он понял, что большая часть чужаков каким-то образом избежала погружения.

Они стояли посреди этой ловушки на чем-то, что помогало им оставаться на поверхности.

Отметив это, Джабай решил сосредоточиться на своих товарищах. Вместе с теми, кого ему удалось задержать, он принялся отламывать длинные палки. И пусть Джабай не знал точно, что нужно делать, он действовал интуитивно.

На их земле тоже существовали такие места, но ящеры в них не попадали, потому что всегда старались действовать осторожно. Да и в большинстве своем все передвигались только по знакомой территории.

На мысль о длинной палке его навело бревно, на котором так удобно устроился Карок. Если ящеры не могут выбраться сами, то их нужно вытащить. Заходить в явно опасную среду Джабай не собирался, поэтому решил воспользоваться подручными средствами.

Постепенно удалось вытащить всех. Последний ящер погрузился в жижу с головой, хорошо, что за мгновение до этого он успел схватить протянутую палку.

Джабай был очень рад, что удалось удержать хотя бы часть своих соплеменников, один он точно не смог бы вытащить всех вовремя.

Когда ящеры оказались на берегу, Джабай отошел в сторону и рухнул на землю. Руки тряслись от напряжения и концентрации.

Оторвав ближайший лист, он вытер лицо и посмотрел на то, как Карок пытается перебраться с дерева на берег.

Сейчас, когда волнение несколько спало, Джабай заметил, что дерево вовсе не упало. По какой-то причине оно росло так странно. Это было даже не отдельное дерево, а большая ветка. Ствол дерева рос, как и положено, вверх, а низкая ветка стелилась над жижей.

Карок выглядел напуганным произошедшим. Вот только Джабай лишь сузил глаза, внимательно наблюдая за чужаком. Ему не нравились такие совпадения.

Вечером, собравшись около костра, он и его соплеменники начали делиться впечатлениями. К этому моменту всем удалось избавиться от грязи. Правда, не от запаха. Подозрительная жижа была очень вонючей, а запах от нее стойким.

На этот раз еще меньше ящеров воспринимали пережитое как обычное приключение. Многие подошли слишком близко к смерти, поэтому не сочли сегодняшний день забавным.

У большинства на лицах была написана тяжелая работа мысли. Сам Джабай также был задумчив.

— Когда мы шли по нашей земле, то случайно вышли к пещере, в которой было полно мелкозубов, — внезапно произнес один из ящеров, посмотрев в сторону чужаков.

Те не разжигали костра. Просто сидели возле своего вождя и ели сырое мясо.

— Мелкозубы не опасны для нас, — вступил в разговор второй ящер, хмыкнув.

Многие ящеры считали так же. Мелкозубы были практически самыми мелкими низшими ящерами. Даже несколько десятков не представляли какой-либо опасности. Конечно, будь их пара сотен, отряду пришлось бы туго, но такими большими группами мелкозубы собирались крайне редко. Обычно только во время гнездования.

В эти периоды они находили подходящую пещеру и занимали ее. Такими большими группами они собирались, чтобы охранять будущее потомство от более крупных ящеров.

Тысяча мелкозубов вполне была способна навредить или отогнать практически любого крупного низшего ящера. А то и вовсе убить.

— Они собирались гнездиться, — настаивал первый. — Почему их было так мало?

Ящеры задумались.

— Полагаю, они просто не успели собраться вместе, — предположил Джабай.

Остальные ящеры покивали, соглашаясь.

— Когда мы переходили реку, бревно, соединяющее берега, сломалось и уплыло.

Все тут же вспомнили этот инцидент. Карок прошел по дереву почти до конца, но оступился. Испугавшись, он одним мощным прыжком оттолкнулся от поверхности и прыгнул на берег. Вот только трухлявое бревно, пролежавшее в воде много лет, не выдержало напора и треснуло. Поток воды довершил урон — ствол практически сразу сломался пополам.

Река во время дождей была очень бурной, в засушливый сезон более спокойной, но течение все равно оставалось стремительным. Кроме того, ночью прошел сильный ливень, предвещавший скорое начало дождливого сезона. Уровень воды поднялся.

Обычно дерево опиралось на валуны, поэтому оставалось на месте, но, когда оно переломилось, вода неумолимо потащила обломки вниз по течению.

Все бы ничего, но в этот момент на дереве, кроме Карока, было еще несколько ящеров, Джабай в том числе. Чтобы не быть утянутыми под воду, им тоже пришлось прыгать. Некоторые ящеры, из шедших сзади, не смогли дотянуть до безопасной зоны и рухнули в воду. К их счастью, возле берега было много камней, так что они смогли удержаться, правда, все равно получили мелкие раны.

— Оно было уже старым, — уверенно произнес один из ящеров, поглядывая на товарищей, словно искал у них поддержки. — Вот и сломалось от легкого толчка.

— Можно было перейти реку в другом месте, — настаивал первый. — Там намного уже и безопаснее.

— Мы этого не знаем. Это только со слов чужака так. Кроме того, разве мы не решили, что до того места идти слишком далеко?

— Кто именно решил? — не успокаивался первый.

Ящеры растерянно переглянулись.

Джабай нахмурился сильнее. Все эти мелкие инциденты до недавнего времени его не особо волновали. Он считал, что до берега они добрались спокойно и с ними ничего необычного не случалось.

В конце концов, в жизни всегда что-то происходит, так стоит ли беспокоиться о каждой мелочи?

— А помните, там, где мы спускались с очень крутого склона, Джабай едва не сорвался? А ведь внизу было много камней.

— Просто совпадение, — один из ящеров, молчавших до этого, пожал плечами.

Он, как и Джабай, не видел в этих маленьких происшествиях чего-то необычного. Во время практически каждой охоты всегда что-нибудь случалось. То кто-нибудь споткнется не вовремя, то запнется, то головой заденет за торчащий сук или растущий горизонтально ствол.

— Но перед этим я слышал стук, словно удар камня о камень.

— Просто камень у кого-то из-под ног сорвался вниз и немного нашумел.

Ящеры заспорили. Джабай тоже был уверен, что слышал стук. В тот момент все его усилия были направлены на удержание равновесия, а потом он и вовсе выбросил произошедшее из головы. Мелочи действительно случались всегда. В этом нет ничего подозрительного.

Так почему сейчас у него такое чувство, что он что-то упускает?

— А гнездо смертозуба? — первый ящер, спорящий громче прочих, даже привстал, чтобы посмотреть на тех, кто все еще считал все эти события простой случайностью. — Нам повезло, что самого смертозуба не было рядом в тот момент.

— Даже если бы и был, Джабай просто убил бы его, — горячился еще один ящер.

— Тише, — попросил Джабай.

Его сразу услышали и замолчали, а потом взглянули на лидера выжидающе.

— Одно я могу сказать с уверенностью, — начал Джабай. — Этот берег для нас очень опасен. Взять хотя бы насекомых. Нашим телам никогда раньше не вредили столь мелкие укусы. Но стоило нам подвергнуться нападению насекомых здесь, как мы сразу отреагировали. Возможно, это потому, что мы раньше никогда с таким не сталкивались.

— Надо возвращаться, — глядя прямо на своего вождя, убежденно выдал первый. — Это все не случайно. Мы не знаем этой земли. Не знаем, что за звери тут живут, какие опасности здесь таятся. Если мы будем беспечны, то погибнем.

Джабай нахмурился, мельком взглянув на чужаков.

— Я согласен с тобой, — спустя время произнес он. — Действительно, происходит что-то странное. Но мы не можем просто уйти. Карок пойдет следом. И мы приведем его прямо в племя.

— Убьем его, — первый прищурился, кровожадно сжимая в руке керамический нож.

— Он не один.

— Других тоже убьем.

Стоило ему сказать это, как сидящий рядом дал драчуну подзатыльник.

— Угомонись, — ворчливо произнес более рассудительный ящер. — Не так просто убить сильный отряд. Это тебе не низшие существа. Драка будет такой, что только часть из нас выживет. Ты думаешь, Джабай медлит просто так? Если бы все можно было решить простым убийством, мы давно были бы уже дома со своими ящереанами.

Первый сердито взглянул на говорившего и почесал ушибленный затылок.

— Он прав, — вздохнул Джабай. — У Карока много ящеров. Все они довольно сильны. Прямой бой принесет нам много потерь. И мы не можем просто уйти. Они выследят нас и нападут на племя.

— И что нам делать?

— Пока идти дальше, — вместо Джабая ответил миротворец. — Что еще? Нам нужно быть очень внимательными.

— Верно, — согласился Джабай. — Еще представится шанс воспользоваться ситуацией.

Его не волновало, что это не слишком благородно. Больше всего его сейчас беспокоила безопасность своих ящеров.

На третий день после этого разговора им довелось убедиться, что им вовсе не кажется — Карок действительно по какой-то причине решил убить их не открыто, а окольным путем.

Джабай не понимал, к чему такие сложности. Не проще ли просто вызвать вождя, то есть его самого, на бой и победить?

И тут он кое-что осознал.

Карок либо был не настолько силен, как представлялся всем, либо просто имел трусливый характер, предпочитая убивать противников не напрямую, а посредством якобы случайных событий.

Была еще вероятность, что Кароку так больше нравится. Не зря ведь он выглядел безумным. Может быть, такому ящеру, как он, обычный поединок казался банальным и неинтересным, а убить противника, подстроив несчастный случай, представлялось более захватывающим.

Если подумать, Джабай даже понимал логику чужака.

Во время боя любой ящер подвергался опасности. Произойти могло все что угодно. Любая случайность могла стать причиной проигрыша, а значит, и смерти. Мало кто желал так рисковать. Только те, кто был очень силен и уверен, что справится со всеми непредвиденными обстоятельствами, безрассудно шли вперед.

Джабай и сам долго тянул с вызовом своего отца на бой. Он понимал, насколько силен прежний вождь, поэтому не торопился, хотя ему и хотелось все решить окончательно.

И опять же, кто знает, каким мог быть результат, если бы в их бой тогда не вмешались. Вполне возможно, что Джабай давно бы уже погиб, как и многие из его соплеменников.

При способе, который выбрал Карок, опасаться должен был не он, а его противники, которые даже не знали, что им следует о чем-то волноваться.

Сам Карок в этот момент мог ощущать себя хищником, ведущим послушную и ничего не понимающую жертву в ловушку, где для нее настанут последние минуты жизни.

Наверное, в этом было какое-то извращенное удовольствие.

Вызывал ли он своих прошлых противников на бой или все они погибли от какой-либо «случайности»?

Джабай не страдал милосердием и мягкостью, когда речь заходила о его личной безопасности и безопасности его соплеменников. Но и безрассудным он никогда не был. Прежде чем действовать, если того не требовала ситуация, он предпочитал во всем хорошо разобраться и разработать план. И только после этого предпринимать какие-либо шаги для достижения своей цели.

Конечно, в критический момент он готов был действовать немедленно, но пока ничего срочного не было, Джабай выбирал тщательное планирование.

В итоге, когда у него появились доказательства (еще один подозрительный случай), что Карок совсем не так прост, как может показаться на первый взгляд, Джабай принялся составлять план.

Не было никаких сомнений, что Карока следует убить. Вряд ли тот отступит от своих замыслов и легко отпустит Джабая с соплеменниками.

Да и если отпустит, кто даст гарантии, что позже Карок не придет с большим количеством ящеров в племя Джабая и не уничтожит всех, кто будет ему мешать? Никто не мог знать наверняка.

Карок был опасен для Джабая и его товарищей, а также для тех, кто остался в племени. Возможно, он назвал настоящую причину, по которой так стремится объединить племена, но после всего произошедшего Джабай уже не особо верил в это.

С такой способностью к планированию Карок не мог не придумать способа избавиться от людей. Да, возможно, их много, больше, чем ящеров (хотя это лишь предположение), но Карок вполне мог воспользоваться всеми своими наработками, чтобы завести большинство людей в различные ловушки.

Судя по всему, люди так же, как и ящеры, жили племенами. Здраво рассуждая, люди могли представлять для ящеров опасность исключительно в случае своего объединения. Пока люди разделены на небольшие группы, они безопасны.

Любой из его соплеменников легко мог справиться с десятком, а то с двумя десятками людей. Ящеры действительны были очень сильны по сравнению с другой расой.

Несмотря на это, Джабай не испытывал к людям презрения. Он понимал: если тем в голову придет мысль объединиться, то они смогут стать реальной угрозой.

Кроме того, Джабай помнил Иру.

Если среди людей будет хотя бы еще один такой человек, способный придумывать вещи, казалось бы, из ничего, то люди очень быстро продвинутся в своем развитии. И кто знает, к чему это приведет. Возможно, никакая сила и выносливость ящеров уже не спасет.

Так почему же Карок, если он так опасался людей, не пошел и не убил их? Почему он решил, что лучше для начала объединить ящеров? И ведь с его умом (Джабай верил, что его догадки верны и Карок действительно очень умен, хотя и пытается доказать обратное своими действиями) он должен был понимать, что большому количеству ящеров будет сложно жить вместе.

Может быть, все дело в банальной жажде власти? Способен ли умный ящер жаждать чего-то настолько обыденного? Почему нет?

Спустя неделю после инцидента с засасывающей грязью начался сильный ливень. Не было никаких сомнений, что сезон дождей снова вступил в свои права.

На следующий день после дождя группа Карока исчезла. Все случилось так быстро и неожиданно, что никто не успел отреагировать.

— Куда они делись? — Джабай хмуро принюхался. Из-за дождя все запахи были практически смыты. Кроме того, ящерам Карока каким-то образом удалось полностью убрать свой природный след.

— Ушли под самое утро, — виновато ответил ящер, который патрулировал в это время. — Мне показалось, что я услышал шум в отдалении. Пошел проверить, а когда вернулся, здесь уже никого не было.

— Не переживай, — Джабай хлопнул ящера по плечу, — тебя просто отвлекли.

К этому моменту все ящеры уже были на ногах. Они были готовы немедленно броситься в погоню, однако отсутствие привычного ориентира сбивало с толку. Обычно даже дождь не был для их носов сильной помехой, но сейчас все они по какой-то причине потеряли обоняние.

— Мне кажется, вокруг лагеря что-то рассыпано, — отряхнув руки, доложил один из ящеров. — Вещество не ощущается само по себе, но полностью стирает все недавние запахи на местности, даже наши собственные. Чувствуете?

Джабай принюхался, к своему удивлению замечая, как его собственный запах медленно растворяется. Вскоре у него возникло ощущение, что вокруг не было ничего, кроме естественных ароматов леса и прошедшего дождя.

Это сильно нервировало. Джабай ощутил себя внезапно ослепшим. Никогда раньше он не чувствовал ничего подобного. Страх пробрался в сердце. А вдруг нюх пропал навсегда? Как тогда охотиться? Но главное даже не это. Как теперь вернуться в свое племя?

Оглянувшись, Джабай понял, что понятия не имеет, откуда они пришли. Лес казался одинаковым со всех сторон. Раньше ящеры всегда полагались на нюх, а теперь, когда были лишены его, чувство направления тоже пропало.

В глазах товарищей он увидел тот же страх. Глубоко вздохнув, Джабай собрался. Ему не следовало показывать растерянность перед соплеменниками.

— Не надо паниковать, — приказал он жестко. Грубый голос привел остальных в чувство.

Ящеры ощутили, как недавний страх, схвативший за горло, слегка ослабил напор, пусть и не пропал совсем.

— Это очередная уловка. Либо запахи скоро вернутся, либо… — Джабай сжал кулаки и упрямо выпятил подбородок вперед, — мы доберемся до дома без него!

— Я предлагаю уйти из этого места, — высказался тот ящер, который недавно предположил, что вокруг может быть что-то рассыпано.

Все согласно закивали, втайне надеясь, что нюх вернется сразу, как только они покинут опасную зону. Не успели они уйти далеко, как вокруг затрещали кусты. Ящеры замерли. И пусть, кроме нюха, у них был еще и слух, но, оглушенные потерей и все еще погруженные в переживания, они не заметили, что к ним кто-то приближается.

Выругавшись, Джабай хотел отреагировать, но сразу наткнулся на торчащий из зарослей кончик копья. Подняв глаза, ящер увидел в зарослях внимательный взгляд, устремленный на него.

Сразу после этого их окружила группа людей, выглядевших крепкими и воинственными. Джабай вскинул руку, призывая своих товарищей не делать глупостей. Не хотелось раньше времени накалять обстановку. Он встречал не так много представителей другого вида, большинство из них были не самыми приятными, но он все еще надеялся, что не все люди носят в сердце дурные намерения.

Получив сигнал, ящеры расслабились, не собираясь нападать на людей. Правда, это не помешало им внимательно следить за копьями и действиями этих существ. Несмотря на свое проявленное дружелюбие, им не хотелось быть убитыми или раненными.

Люди начали разговаривать между собой, время от времени громко спрашивая о чем-то ящеров. Джабай пожалел, что в свое время не стал учить язык людей у Иры. Сейчас ему это очень пригодилось бы. Конечно, некоторые слова он все-таки смог запомнить, но этого было крайней мало.

Спустя некоторое время один из людей подошел к Джабаю и жестами велел протянуть руки вперед. Джабай не стал сопротивляться. Человек начал связывать его запястья тонкой полоской кожи. Другие ящеры возмутились таким отношением к своему вождю, но Джабай утихомирил их.

Кожа была непрочной. Он в случае необходимости мог легко порвать ее. Но делать это на глазах у людей пока не собирался, опасаясь, что его сила напугает другой вид, отчего мирные переговоры могут сорваться.

Другие не понимали, зачем нужны эти уловки, но подчинились, позволяя связать свои руки. После того как ящеры проверили полоски кожи на прочность, они расслабились. Эти оковы действительно не могли их удержать.

Это понимание успокоило их. Ящеры принялись рассматривать людей и местность вокруг. Нюх все еще не вернулся, что очень сильно расстраивало.

Под неусыпным конвоем все они были доставлены в племя людей. Идти пришлось несколько часов.

Затем ящеры оказались в окружении многочисленных людей. Джабаю и остальным было очень интересно посмотреть, как живут люди. Племя оказалось не таким большим — от силы человек сорок.

Больше всего ящеров интересовали женщины. Им было любопытно взглянуть на них. Джабай, заметив их, сразу вспомнил Иру. Почему-то казалось, что ни одна из женщин, которых он видит, не была такой красивой, как она.

Все они ходили с голой грудью. Было немного неприятно видеть плоские мешочки, которые свисали вниз, иногда до самого пупка. Даже у молодых женщин грудь отчего-то сильно обвисала.

Крепкие ноги, широкие бедра, узкие плечи и странные груди. Джабай еще раз убедился, что Ира выглядит в десятки раз лучше. Видимо, по какой-то причине одни люди сильно отличаются от других.

Имея возможность в любой момент освободиться, ящеры затаились, лишь поглядывали по сторонам и тихо делились впечатлениями.

Они все помнили Иру и то, сколько всего полезного она привнесла в их жизнь, поэтому им было странно видеть, что люди живут практически так же, как и сами ящеры до встречи с Ирой. Единственным отличием было то, что люди умели разводить костры и ели, насколько они поняли, готовую пищу.

Об этом говорил костер, разожженный в центре поляны, и нечто вроде горшка. Горшок, к слову, выглядел сделанным из камня, а не из глины, как привыкли ящеры.

Еще из примечательного был странной формы камень неподалеку от костра.

Когда ящерам надоело стоять, они уселись на землю, продолжая наблюдать за бытом людей. К их удивлению, племя вело себя очень спокойно. Казалось, их совсем не волнует, как выглядят ящеры. Джабай посчитал это подозрительным.

Ближе к полудню их увели с поляны. Теперь ящеры не были на виду у всех, но все равно могли видеть, что происходит в центре племени.

Когда солнце достигло зенита, люди начали разжигать костер сильнее, а потом принялись с дикими криками плясать вокруг него. После этого непонятного действа все окружили привлекший внимание ящеров камень. Спустя какое-то время на него легла одна из женщин. Люди вокруг хлопали в ладоши, кричали и смеялись. Даже сама женщина время от времени хихикала.

Ящеры собрались вместе, с любопытством наблюдая за происходящим. Они то и дело выдвигали предположения о том, что будет дальше. Никто из них точно не ожидал, что подошедший к камню наряженный в какие-то немыслимые одежды человек, вытащит заостренную палку и резко опустит ее прямо женщине на грудь.

Джабай всем телом дернулся от неожиданности. Путы вокруг запястий затрещали. Не было никаких сомнений, что понадобится всего небольшое усилие, чтобы они полностью порвались.

— Что он только что сделал? — удивленно прошептал один из ящеров. — Он убил ее? Зачем?

Никто ему не ответил.

Нахмурившись, Джабай все-таки избавился от непрочных пут. Ранее он не делал этого потому, что не хотел нервировать людей. Ему казалось, если те будут считать ящеров слабыми, то не станут относиться к ним настороженно. Это могло помочь найти общий язык и разрешить ситуацию мирно.

Однако он никак не ожидал стать свидетелем убийства. В голове сразу возникли слова Карока о том, что люди едят себе подобных.

— Что нам делать? — послышался шепот рядом.

Джабай не успел отреагировать и выйти к людям. В тот момент, когда он сделал шаг вперед, на поляну вышел…

Карок!

Это обстоятельство заставило Джабая запнуться. Остановившись, он в некоем ступоре наблюдал, как подошедший к камню с убитой женщиной Карок что-то сказал стоящему рядом человеку.

Разодетый мужчина широко улыбнулся и быстро начал что-то говорить, а потом поднял руки и стал показывать на группу плененных ящеров. Сначала Джабай ничего не понял, так как говорили они на языке людей, но сценка с запястьями подсказала ему, что ящер и человек вполне могут говорить о его отряде.

То, что мужчина затем указал в сторону Джабая с соплеменниками, только подтвердило подозрения.

Слова мужчины не слишком понравились Кароку, судя по его прищуренным глазам. Он что-то переспросил. Человек запнулся и снова показал на руки, а затем покачал головой и принялся в чем-то горячо убеждать ящера.

Потом он подскочил к мертвой женщине на камне и, схватив тело за руку, дернул его в сторону ящера, а затем, к шоку Джабая и его соплеменников, наклонился и впился зубами в плоть.

— Что он делает? — придушенно шепнул один из ящеров рядом с Джабаем.

Слышать о чем-то подобном было не слишком приятно, а видеть — в десятки раз хуже. Было в этом действии что-то невероятно противоестественное.

Джабай не стал больше терпеть. Он отодвинул ветку и вышел на поляну. Разряженный мужчина тут же застыл, заметив его появление, а Карок ощутимо напрягся.

— Что это значит? — немедленно спросил Джабай у чужого вождя, взглядом требуя ответов.

Вообще-то, он уже сделал кое-какие выводы, и ответы не были ему особо нужны, но он решил, что следует узнать больше.

Карок вздохнул и неприязненно поглядел на человека рядом. Тот весь сжался, отступая на шаг и невольно потащив за собой и убитую. Заметив это, он отбросил ее руку и вытер рот, размазывая нанесенную на кожу белую и красную краску.

— Джабай! — воскликнул Карок, как-то неуловимо меняясь. Еще мгновение назад он выглядел спокойным и решительным, а сейчас в нем стало сквозить ничем не прикрытое детство. — Хорошо, что ты нас нашел. Мы заблудились.

Сказав это, он сделал шаг и «споткнулся» о камень, тут же неуклюже рухнув на землю. При падении он задел рукой сам булыжник, явно больно ударившись. Послышалось рассерженное шипение.

Даже без недавней сцены Джабай больше не верил Кароку. Сложив руки на груди, он поджал губы и требовательно посмотрел на ящера.

Карок мельком глянул на него, будто пытался оценить степень доверия. Заметив взгляд Джабая, он на короткий миг затих, а потом почесал голову. После этого резко поднялся и сел, поворачиваясь в сторону Джабая.

— Совсем нет? — спросил он с наигранной надеждой.

Джабай качнул головой.

— Точно нет? — задал Карок еще один вопрос, просяще заглядывая в глаза напротив.

Джабай остался непоколебим. Он продолжал смотреть на ставшего серьезным Карока, и любому стало бы понятно, что ему требуются ответы.

Сам Карок в этот момент выглядел так, словно его чем-то обидели. Джабай не верил ящеру, поэтому был напряжен. Он понимал, что время обмана прошло, значит, Кароку придется решать, как действовать дальше. С большой долей вероятности это могло привести к нападению, и, скорее всего, внезапному.

— Ну-у-у, — протянул Карок, а потом резко изменил положение тела. Еще секунду назад он сидел и выглядел полностью расслабленным, а в следующий миг стоял на ногах. — Я пытался, — буркнул он и кинулся вперед с невероятной скоростью.

Глава 26

Джабай увернулся от удара. В этот момент он ощутил облегчение. Ему надоели танцы вокруг да около. Честный бой — это то, что должно было состояться уже давно. Ему изначально не следовало отправляться куда-то с Кароком.

Он пытался быть разумным, действовать согласно представлениям о лучшем выборе, но, как показала реальность, иногда прямота — самое лучшее решение.

Хлесткий удар, которым он попытался достать Карока, нашел лишь воздух. Его противник не был слаб. В любом случае Джабай не собирался недооценивать его, намереваясь действовать так, словно перед ним самый опытный и сильный враг, которого он только мог встретить в жизни.

Краем глаза он заметил, что на поляну высыпали ящеры Карока, и едва сумел увернуться от брошенного копья.

Судя по всему, противники не собирались играть честно. Это и раздражало, и находило понимание в душе Джабая.

С одной стороны, он был возмущен, ведь не дело воинам вмешиваться в бой вождей. Будь на их месте Джабай, вряд ли после такой драки он ощутил бы полное удовлетворение от хорошо проделанной работы.

С другой стороны, разве есть разница, как действовать? Главное ведь победа. Мертвому ни к чему гордость.

В общем, в некотором роде Джабай чужаков даже понимал. На войне не выбирают средства для достижения желаемого.

Но он сейчас был на другой стороне, поэтому ему крайне не понравилось, когда снова пришлось уворачиваться от удара Карока, а потом блокировать рукой еще одно копье.

Не успел Джабай серьезно рассердиться, как на помощь пришли его ящеры. Избавившись от несерьезных пут, они высыпали на поляну и заблокировали всех чужих ящеров, отвлекая внимание тех на себя.

Джабай даже не подумал расслабляться. Хотя прочие угрозы были устранены, всегда имелось место для случая.

И действительно, во время боя с Кароком Джабай оказался близко к камню, на котором все еще лежала мертвая женщина. Перехватив летящий в него кулак, Джабай резко дернул Карока, едва не сломав ему руку. Ящер извернулся ужом и вырвался, предварительно пнув Джабая по ноге.

В этот момент Джабай ощутил легкий укол в районе правого бока. Скосив на миг глаза, он увидел разряженного человека. Мужчина стоял рядом и смотрел на него дикими глазами. При этом он держал заостренную палку, которой еще недавно убил женщину, и пытался этой палкой проткнуть Джабаю бок.

Нахмурившись, Джабай толкнул мужчину в сторону. Человек вскрикнул от неожиданности и вскинул руки, налетая на камень. Упал он очень неудачно, при падении ударившись головой о край камня.

Джабаю некогда было проверять самочувствие врага, поэтому он сразу переключил внимание на Карока, но на короткий миг подумал, что вряд ли мужчина остался жив. Во-первых, отчетливо был слышен хруст. Во-вторых, крик оборвался слишком резко. Впрочем, возможно, мужчина просто потерял сознание, а хрустело что-то другое.

Карок нападал холодно и быстро, направляя все удары в жизненно важные точки. Он явно старался вывести противника из строя как можно скорее. Кроме того, очень быстро стало понятно, что Карок не гнушается нечестными приемами — Джабаю едва удалось увернуться от удара по очень деликатному месту.

Чем дольше они дрались, тем больше ран появлялось на теле Джабая. И не все они были результатом сражения с самим Кароком. Даже в бою ящеры чужого вождя находили момент, чтобы как-то ранить Джабая.

Ему несколько раз доставалось прилетевшими со стороны копьями, камнями и ударами когтей. В большинстве случаев удавалось уворачиваться или блокировать удары, но иногда он не успевал.

В какой-то момент он заметил, что Карок начал тяжело дышать, и тогда Джабай понял, почему чужак так стремился закончить бой. Его выносливость не была хорошей.

Когда Карок пропустил серьезный удар, он на короткий миг замер, а потом резко развернулся и устремился в сторону леса. Стало понятно, что он желает отступить, чтобы перевести дух. Джабай не мог позволить ему сделать это и кинулся следом, выжимая из своего тела все, что мог.

Догнав беглеца, Джабай прыгнул вперед и навалился на спину Карока, а потом, схватив его голову с двух сторон, резко дернул. На миг ему показалось, что вся поляна замерла, но это оказалось всего лишь иллюзией, ведь в следующее мгновение он почувствовал, как спину опаляет резким жаром, отчего Джабай дернулся и упал вперед.

Отпустив голову врага, Джабай завел руку за спину и резко выдернул впившееся в тело копье. Действовал он инстинктивно, желая как можно скорее избавиться от боли. Это желание и заставило вытащить предмет, который ее доставлял.

Откатившись в сторону, он быстро огляделся. Ящеры все еще сражались. Не было понятно, кто именно ранил его, да это и не так важно.

Поглядев на Карока, Джабай приблизился и быстро проверил его на предмет наличия жизни. Вот только стоило тронуть чужую голову, как стало понятно — Карок мертв. Ни одно живое существо не может сохранить жизнь с головой, которая держится на теле исключительно благодаря коже.

Облегченно выдохнув, Джабай поднялся, морщась от боли в ране на спине, и отправился помогать своим ящерам.

В скором времени все враги были перебиты. К сожалению, несколько ящеров Джабая не смогли избежать смерти. На самом деле, погибло слишком много. Именно этого он и опасался, задумываясь о прямом противостоянии.

Когда бой закончился, Джабай едва стоял на ногах. Пусть остальные ящеры Карока не были вождями, это не отменяло того, что все они обладали силой и способностями к бою. Не зря они были приближены к чужаку.

Оглядев своих выживших, Джабай сжал губы и вздохнул. Их осталось чуть больше половины от изначального количества. Наверное, следовало радоваться, что не погибли все, ведь чужаки действительно были сильны, но почему-то не получалось.

Следующие полчаса все они отдыхали и заботились о своих ранах, ведь досталось не только Джабаю. Людей на поляне больше не было, если не считать мертвецов. В самом начале боя не все успели убежать, попав под удары, как тот странно одетый мужчина. Он, к слову, так и не встал.

Ящеры привыкли, что опасно находиться рядом с источником крови слишком долго, она может привлечь сильных хищников, с которыми так просто не справиться. Поэтому они не разрешали себе отдыхать долго, стремясь как можно скорее покинуть опасную зону. Если в обычное время ящеры вполне могли себе позволить встретить одного или даже двух хищников, то сейчас, ослабленные и раненные, они не собирались рисковать.

Проверив чужаков и добив тех, кто оказался жив, они оставили только одного, чтобы обо всем расспросить. Затем забрали своих товарищей и поспешили отойти от поляны подальше. Людей они не трогали. Честно говоря, после всего случившегося у ящеров Джабая и у него самого не осталось никакой веры в то, что им удастся встретить более или менее нормальных людей. За исключением Иры.

Отыскав подходящее место, чтобы укрыться на пару дней, ящеры слегка расслабились. Павших товарищей они закопали в некотором отдалении.

Сначала все смыли кровь и обработали раны. Действовали они по технологии Иры — применяли не грязь, а разжеванную траву, которую привязывали к телу сплетенными бинтами.

После того как с ранами было покончено, все поели в тишине. Каждый молчаливо оплакивал погибших соплеменников. Все они были кому-то друзьями или родственниками.

Закончив с едой, ящеры поделились на смены. Те, кому не повезло, отправились патрулировать, остальные рухнули на землю и практически сразу заснули от усталости. Конечно, было еще рано, день, но тяжелый бой, пусть и довольно быстрый, выпил все силы. Плюс раны, которые тоже выматывали.

Ящеры немного оправились только на следующий день. До этого они действовали по инерции, находясь в некотором трансе от произошедших событий.

Как только ступор сошел, Джабай вспомнил, что они захватили с собой пленника. Никто не собирался возиться с ним. Раны не стали обрабатывать, просто залепили грязью, чтобы не воняли кровью на всю округу.

Ящер не желал ничего говорить, даже угроза смерти не страшила его, потому что он понимал, что в любом случае умрет, так почему бы не насолить врагу перед смертью?

Вот только умереть можно по-разному. И ящер очень скоро понял, что если будет молчать, то умереть быстро ему никто не позволит.

И тогда он заговорил.

После того как Джабай вытянул из него все, что мог, то даровал легкую смерть. А потом задумался.

История, которую поведал ящер, была весьма занимательной. Оказалось, что Карок родился очень болезненным ящеренком. Он всегда был слабее остальных, но слабость тела компенсировал жестокостью и хитростью.

Манипулируя остальными и подстраивая ситуации в свою пользу, ему удалось взобраться на самую вершину. Конечно, ему все же пришлось драться за звание вождя племени. Вот только и тут он не спешил действовать честно. Карок дождался (а может, и поспособствовал), пока вождя ранят на охоте, а потом в самый подходящий момент вызвал его на бой.

Но это было не так интересно, как стремление Карока к еще большей власти, вызванное, как Джабай подозревал, слабостью и трудным детством. Вряд ли ящерята спокойно относились к тому, кто слабее. Сложные отношения в племени наверняка сделали Карока более озлобленным.

Однажды Карок решил, что все племена должны стать его, однако драться с каждым вождем честно он не собирался. К этому времени Кароку удалось собрать вокруг себя тех, кого совершенно не волновали методы борьбы. Главным для них был результат. Они охотно помогали ему плести интриги и заводить чужих вождей в различные ловушки, после этого беспощадно убивая.

Такая же участь ожидала и Джабая с его ящерами, но те, словно заговоренные, смогли избежать всего для них приготовленного. И тогда Карок решился на отчаянный шаг. Он повел их на другую землю.

Неизвестно, когда и каким образом Карок впервые попал на землю людей, но ему это удалось сделать еще до того, как ему пришла в голову мысль встать во главе всех ящеров.

Поначалу, еще будучи рядовым ящером в племени, он постоянно где-то пропадал, но тогда это никого не беспокоило. Какая разница, где бродит один из членов племени, ведь единственное, где он мог быть, это на охоте. Другой причины, по мнению остальных, просто не существовало. Только гораздо позже некоторым особо доверенным ящерам стало известно, что Карок очень часто проводил время на другом берегу.

До того как Карок сделал это, большинство ящеров вообще не интересовались далекой землей. Во-первых, их охотничьи угодья не простирались настолько далеко, поэтому у них не было причины идти до самой воды. Во-вторых, ящеров волновала по большому счету лишь еда, которой и на этом берегу было достаточно. Поэтому таинственные земли, до которых еще нужно добраться, подвергнув себя опасности, совсем их не привлекали. Зачем рисковать, если можно найти еду здесь, в ближайшем лесу? Тем более что вернуться с добычей с того берега будет крайне сложно или вовсе невозможно, ведь в воде водилось множество хищников, которых сразу привлечет запах крови.

В общем, экспедиция до другого берега всем казалась бессмысленной затеей. В отличие от Карока. Он был хитрым, но еще и любопытным. Исследуя земли, он не мог пройти мимо такой загадки, поэтому, придумав способ, добрался до другой земли и отправился в свое первое путешествие.

Неизвестно, как именно он плыл в первый раз, но во все последующие, когда он возвращался на землю людей со своими ящерами, они пользовались громадными стволами деревьев. Их пришлось очень долго искать, а потом еще и переносить к воде.

На том берегу их ждал сюрприз: существа, которые сначала испугались их вида, а потом, узнав, откуда прибыли ящеры, стали поклоняться им.

Кароку это, естественно, очень понравилось. За время, проведенное среди людей, ящеры узнали о них многое. Карок даже успел выучить язык маленьких существ.

Больше всего ему нравилось, что люди сами убивали себе подобных, а потом смиренно подносили плоть своих соплеменников ему. К слову, остальным ящерам в его свите такое отношение людей тоже пришлось по вкусу.

Когда Джабай не попался в ловушки, подготовленные и давно уже зарекомендовавшие себя, Карок решил повести его на другой берег.

С помощью людей он узнал много интересного об окружающем мире. Например, что укус некоторых насекомых может быть смертельным. По какой-то причине такие насекомые любили жить только в определенной местности и практически не встречались в землях ящеров. Кроме того, Карок хорошо знал все ближайшие болота, в одном из которых и хотел утопить Джабая.

Когда ни одна ловушка не сработала, Карок решил использовать людей. Для начала он избавил противника от нюха, применив порошок из одного растения, о котором Кароку рассказал шаман племени людей. Ящер не знал, по какой причине растение так влияет на нюх, но разбираться, конечно же, не стал. Больше всего его волновал результат, а не то, как это работает.

В итоге, лишив Джабая и других ящеров нюха, чтобы те не смогли отыскать самого Карока, ящер приказал людям окружить группу и как можно прочнее связать.

Карок был уверен, что противник не станет сопротивляться. По мере путешествия он сформировал свое мнение о Джабае и решил, что тот очень мягкий. Если так, значит, он не станет нападать на беззащитных существ без большой на то необходимости.

А если все-таки нападет…

Кароку тогда просто придется найти еще одно племя, которое будет ему поклоняться. Людей ему не было жаль. Да и как он мог их жалеть, если воспринимал исключительно как еду, которая способна долго храниться и самостоятельно прыгать ему в руки.

Люди должны были связать ящеров настолько хорошо, насколько возможно, чтобы те даже со своей силой не смогли выбраться. Карок несколько раз уточнил этот момент, но люди, видящие в ящерах богов, не могли относиться к ним столь непочтительно, поэтому пренебрегли его советами, обойдясь лишь узкими полосками кожи на запястьях.

Это и стало ошибкой Карока. Он не ожидал, что люди не послушают его. Появившись на поляне, он был полностью уверен, что Джабай с соплеменниками окутан путами так, что даже вздохнуть свободно не может.

Конечно, Карок собирался убить Джабая, даже не развязывая веревок, а потом вернуться и захватить племя, заверив всех, что Джабай погиб в честном поединке с ним.

Оставшиеся в живых ящеры должны были подтвердить его слова. Конечно, просто так никто из них не стал бы этого делать, но Карок знал, куда давить.

Ящеры всегда были сильны духом и смелы, поэтому многие из них могли перенести с достоинством пытки, чтобы потом умереть с чистой совестью. Но практически у каждого дома оставались ящереаны и ящерята. Кароку было достаточно упомянуть их, как многие ящеры ломались и обещали сделать и сказать что угодно, лишь бы их близких никто не трогал.

Эту схему Карок проворачивал уже несколько раз, поэтому хорошо знал, что делать. Кроме того, часть ящеров переходили на его сторону сами, не дожидаясь уговоров или пыток. Им не было никакой разницы, кто станет вождем.

Узнав все это, Джабай не мог не признать, что Карок мог бы стать хорошим лидером, если бы направил свою деятельность в другое русло. Возможно, у него все получилось бы, но удача по какой-то причине отвернулась от Карока, столкнув его с Джабаем.

— Пора домой, — произнес он на следующий день после боя.

К этому моменту нюх полностью вернулся, поэтому ящеры могли попробовать найти дорогу к берегу. Немного беспокоила рана на спине, но Джабай не счел ее достаточно веской причиной, чтобы откладывать возвращение.

* * *

Возвращаясь, Ирина ощущала непреодолимое предвкушение. Все внутри рвалось вперед. Она думала, что к этому времени Джабай должен был уже вернуться домой. Спать было просто невозможно. В голову постоянно приходили мысли о том, как они встретятся. Ира прокручивала многочисленные сценарии, порой ругая себя за такое ребячество. В конце концов, она взрослая женщина, а ведет себя как влюбленная девочка.

В общем, Ира вздыхала, осуждала себя, пытаясь взять свое эмоциональное состояние под контроль, практически не спала и вся издергалась.

И каким же было ее разочарование, когда они вернулись в поселение, но оказалось, что группа Джабая так и не вернулась.

В тот момент Ирина ощутила, как из нее вынули душу и хорошо встряхнули. Солнечный и теплый день внезапно стал отвратительным. Раздражение моментально подняло голову.

Поджав губы, она ушла домой.

Там ее встретила тишина. Это только еще больше рассердило Иру. Не удержавшись, она пару раз громко выругалась. Внезапное раздражение сменилось тревогой и тоской.

А что, если с ним что-то случилось?

Подскочив, Ирина сделала пару кругов по комнате, а потом все-таки насильно успокоила себя и села на кровать.

Даже если с ним что-то и случилось, то сделать она не могла ровным счетом ничего. Эта мысль убивала, но отрезвляла. Ирина не знала, в какую сторону Джабай с отрядом направился, и не имела ни малейшего понятия, как далеко они сейчас от поселения.

Она не была следопытом.

Но ведь сами ящеры могли взять след. Конечно, Джабай ушел давно, но, может быть, для ящеров такой промежуток времени не помеха и они все равно смогут найти следы?

Воодушевившись, Ира отправилась к воинам. Переговорив с ними и поделившись переживаниями, она получила заверения, что несколько ящеров вскоре отправятся по следам отряда. Оказалось, что остальные в племени тоже беспокоились о своем лидере. Им всего лишь требовался толчок, и Ирина успешно его дала.

Несколько дней Ирина ходила как неприкаянная. Она замирала от любого шума. Ей постоянно казалось, что это обязательно должен быть Джабай.

Спустя неделю Ира решила, что дальше так продолжаться не может, иначе она сойдет с ума от беспокойства. Ей требовалось чем-нибудь занять себя, чтобы это отвлекло от однообразных мыслей и страхов.

Она обратила свое внимание на племя и поселение.

Дома были построены. Сейчас все они проходили испытательный срок. Ящеры, построившие дома, жили в них и делали выводы. Предстояло выбрать, какой тип построек лучше всего подходит для местного климата и больше всего им нравится.

Уже сейчас, по истечении небольшого времени, появились некоторые результаты, но племя решило дать домам ровно год. После этого постройки, проявившие себя хуже всего, будут снесены, а на их месте будет поставлены те, что оказались более удобными. Поэтому заниматься домами не было никакого смысла.

Сливы тоже были сделаны. Канавы для отведения дождевой воды находились в прекрасном состоянии. Дорожки все были покрыты камнями. Поселение в целом выглядело очень хорошо. Конечно, до поселков, к которым привыкла Ирина, этому месту было еще далеко, но это было значительно лучше, чем шалаши или ночевки под первым попавшимся кустом.

С едой тоже все обстояло неплохо. Многие ящеры оценили вкус готовой еды. Кроме того, все семьи, в которых кому-то из членов нравилась приготовленная пища, построили около своих домов небольшие личные печи. Надо сказать, получилось у них хорошо.

Можно было вспомнить еще множество рецептов, но это не казалось чем-то важным. Ирина и так каждый раз при приготовлении еды рассказывала или показывала что-нибудь новое. Ящеры, обладающие хорошей памятью и врожденным любопытством, всегда с охотой подхватывали новое, внедряя это в свою жизнь или отвергая, если новинка приходилась не по душе. Последнее случалось крайне редко.

Можно было подкинуть пару идей с мебелью. Комфорт для хорошей жизни все-таки важен. Ирина привыкла завтракать, обедать и ужинать, сидя на стуле за столом, из чашки, с помощью ложки, вилки и ножа.

До этого момента ей приходилось смиряться с неудобствами, но она решила, что пора с этим заканчивать. Посуда, в принципе, у них уже была, осталось позаботиться о прочих мелочах.

Стулья и столы вполне можно было сделать из бамбука. Этого материала было много, рос он быстро, да и выглядела бы такая мебель очень подходящей этой эпохе и климату.

Конечно, никаких продвинутых инструментов в распоряжении Ирины не было, поэтому приходилось работать с молодым бамбуком.

Для начала она продумала концепцию будущей мебели, потом попробовала сделать что-то подобное из простых палок и веревок, а после, когда получившийся результат ее вполне устроил, взялась за бамбук.

Для начала подготовила его: нарезала, измерила, сделала достаточное количество половинок подходящей для будущей мебели длины и положила заготовки сушиться. Дело намечалось долгое, поэтому Ире требовалось еще какое-то занятие.

Пару дней после того, как она положила готовые детали сушиться, Ирина плела циновки. Монотонная работа в какой-то мере спасала, позволяя погрузиться в подобие медитации, но очень скоро повторяющиеся действия начали раздражать.

В итоге Ирина отправилась на исследование ближайшей территории. Конечно, под присмотром ящеров. В одиночку ее никто бы не отпустил, да и сама она не стала бы так рисковать. Хватило того времени, когда она только попала в этот мир. Ира могла быть безрассудной, но без веской причины рисковать собой не собиралась.

Она не знала, что ищет, да и, честно говоря, не искала что-либо конкретное. Просто ей требовалось отвлечение.

В первый же день своего внезапного похода она наткнулась на ценную находку. Посчастливилось отыскать полезное растение, клубни которого должны были идеально вписаться в рацион. Это был батат.

Тем же днем двое ящеров, сопровождающих Иру, пробовали новое приготовленное блюдо. Не всем нравится сладкий вкус этого картофеля, но он богат витамином А, поэтому есть его нужно, хотя бы немного.

Ящерам батат понравился, хотя сильно впечатленными они не выглядели. Все-таки вкус сладкого картофеля был далек от того, чем они привыкли питаться годами до появления Ирины.

Медленно жуя, Ирина наблюдала за ящерами, вспоминая о том, что узнала не так давно. По всему выходило, что половина генов ящеров досталась им от людей. Можно сказать, люди являлись одним из родителей ящеров. Вторая половина генов принадлежала динозаврам.

Динозавры делились на хищников и травоядных. Люди были всеядными. Ящеры до этого момента предпочитали питаться исключительно мясом, но, как можно было заметить, другая еда тоже им подходила.

Кроме того, Ира заметила, что ящеры разделились на несколько групп.

Одна группа отвергала любую растительную пищу, отдавая предпочтение прежнему мясному рациону.

Вторая группа любила овощи и фрукты даже больше, чем мясо, очень часто отказываясь от второго в пользу вегетарианского питания.

А третья часть легко могла поглощать все продукты, не отдавая предпочтений чему-то одному. Конечно, у них имелись любимые блюда, но они с удовольствием ели как мясо, так и траву с овощами и фруктами. Этот тип ящеров очень любил все новое. Они смело вводили в свой рацион орехи и ягоды, бамбуковые стебли, коренья и прочие вещи, к которым остальные подходили с особым недоверием.

Ирина посчитала, что ящеры делятся на эти типы из-за набора генов. Хищники, травоядные и люди (всеядные). Тип питания определяется тем, каких генов в ящерах больше.

Понятно, что это были всего лишь догадки, никаких научных подтверждений у Иры не имелось. Да и не обладала она достаточными знаниями в области генетики, чтобы с точностью утверждать, что все так, как она думала.

Батат рос не очень далеко от поселения, но все-таки на значительном расстоянии. Он был сытным и полезным, поэтому Ирина решила пересадить часть ближе к дому. Места вокруг поселка много. Ящеры пока не были готовы к возделыванию земли, но батат мог стать первой ступенькой на пути к освоению земледелия.

После возвращения домой Ирина показала всем свою находку, а потом, конечно же, приготовила. Наблюдая, как ящеры пробуют что-то новое, она еще раз отметила, что те, кто предпочитал питаться мясом, не проявляют особого энтузиазма к овощу, а вот вегетарианцы и всеядные нашли такую еду восхитительной.

Всем хотелось чем-нибудь заняться, поэтому ящеры с готовностью приняли идею перенести часть батата ближе к поселку.

Некоторое время они толпой ходили по окраине деревни, выискивая подходящие места для посадки, обсуждали и спорили, а потом, определившись, отправились за «добычей».

Ира не была уверена, как правильно сажать батат, поэтому выбрала несколько способов. Первый и самый простой — клубень в землю. В детстве именно так она сажала обычную картошку. Второй — с помощью отростков.

Великой пересадкой ящеры занимались несколько дней. Не успокоились, пока не засадили бататом все подходы к поселению. Никого не остановил даже начавшийся сезон дождей.

Ира помнила, что несколько ящеров ушли вслед за Джабаем, но, к ее разочарованию, даже с началом сезона дождей они так и не вернулись.

Дождь никак не мог остановить ее. Ирине требовалось что-нибудь делать, чтобы не погружаться в меланхолию.

Когда с бататом было покончено, она решила заняться разведением динозавров. Тем более что ящеры давно уже собирались это сделать.

По идее, сперва следовало составить карту долины, расчертить ее на квадраты, а затем делать загоны и помещать в них группы динозавров. Однако Ирине показалось, что это слишком сложно. По ее мнению, для начала достаточно будет построить хотя бы один загон.

Так они и поступили. Определили место недалеко от поселения, затем отметили палками будущую стену.

Закончив, все собрались на совет. Нужно было решить, каких именно динозавров они собираются разводить. От этого зависело, насколько толстой и высокой будет стена.

Ни у кого не имелось ни малейших сомнений, что это будут травоядные ящеры. Хотя они порой тоже бывают свирепыми, но не настолько, как хищники. Кроме того, мясо травоядных динозавров в разы нежнее, чем у хищников.

Ирина, как и прочие обитатели Земли, знала некоторые виды динозавров, но, как показала практика, ее знания были лишь крупицами. В итоге она отдала полный контроль над выбором ящерам. Они в отличие от нее знали больше, всю жизнь взаимодействуя с этими существами.

После обсуждения выбор пал на динозавров, которые, судя по внешнему виду, должны были эволюционировать в птиц. Об этом свидетельствовали перья на передних лапах и хвосте, своеобразный клюв и хохолок на голове. Впрочем, последнее не было признаком всех птиц, но Ире этот динозавр напоминал курицу.

Размером это существо не было большим, но и маленьким его нельзя было назвать: примерно полтора метра в высоту, метра три с половиной в длину. Питались они растениями, плодами, но не брезговали насекомыми и падалью.

Конечно, можно было выбрать кого-нибудь меньшего размера, но ящерам нравилось мясо этого динозавра, а Ира не видела причин возражать.

В итоге после того, как решение было принято, ящеры поделили обязанности.

Первая группа занялась сборкой клеток, чтобы сдерживать пойманных динозавров до тех пор, пока не будет возведена стена вокруг загона.

Клетки ящеры уже делали, поэтому не видели в этом ничего сложного. В группу были выделены те, кто уже имел опыт такой работы. Они пообещали сделать первую партию как можно скорее.

Вторая группа отправилась на поиски кладок. С этим могли возникнуть сложности. Сухой сезон закончился, так что существовала большая вероятность, что к этому моменту все детеныши уже вылупились. Но это не значило, что искать не стоит. Всегда существовали особи, откладывавшие яйца поздно, отчего маленькие динозавры не успевали вылупиться до начала сезона дождей.

Ящерам было сказано собирать все кладки, которые они найдут. В пищу употреблять их, конечно, не следовало, ведь к этому моменту во всех яйцах уже должна была зародиться жизнь.

Не имело значения, кто из них вылупится. Раз они собрались разводить динозавров, то любой травоядный или относительно всеядный вид подходил. Проблема была только с хищниками. Растить их на еду можно, конечно, но прокормить подобных существ будет сложно.

Тогда ящеры вспомнили, что хотели себе таких компаньонов, как есть у Иры. Неизвестно, получится ли повторить опыт, но ящеры были намерены попробовать. Для начала решили воспитать одного или двух, а там видно будет.

Третья группа, самая многочисленная, должна была начать постройку стены.

Ирина перемещалась между группами.

Такой подход хорошо отвлекал, к тому же иногда ящерам все же требовался присмотр. Особенно тем, кто делал стену.

Слишком толстой и прочной делать ее не стали, решив обойтись частоколом из бревен. Не было никаких сомнений, что эта работа даже у сильных ящеров займет много времени. К тому же требовалось много материала.

Хорошо, что ящеры обладали повышенной силой и скоростью. Материал стаскивали с ближайших окрестностей. В ход шли только упавшие стволы. Никто из ящеров не хотел без необходимости рубить деревья. Все понимали, что лес — это их дом. Кроме того, если срубить деревья, то окружающая среда претерпит значительные изменения, возможно, погибнут многие растения, не привыкшие к палящему солнцу. А растения ящерам были необходимы. Это ведь еда для динозавров, которых они собрались разводить.

В общем, племя после объяснений Ирины очень бережно относилось к окружающей природе, собирая только то, что упало. По этой причине ящерам приходилось с каждым разом уходить все дальше в поисках подходящих бревен для строительства стены.

Ирина считала, что в таком подходе есть свои плюсы и минусы. Плюс состоял в том, что они очищают территорию от мусора, давая растениям больше места. Минус — все поваленные деревья рано или поздно должны были стать питательной средой для будущих растений. Но хорошо то, что выросшая на этом месте трава позже станет перегноем, если, конечно, до этого ее не съест какой-нибудь динозавр.

Бревна на месте очищались от веток и сучков. Практически все ветки тоже забирались. Одна их часть шла на постройку клеток. Ветки, которые были слишком кривыми, отправлялись в сушку, чтобы потом стать топливом для костров.

Ящеры настолько увлеклись рассказами Ирины о сохранении окружающей среды и чистоты леса, что не могли сидеть на месте. Практически все поселение, за исключением самых маленьких и их мам, вышло в лес, чтобы очистить ближайшую территорию.

К этому моменту динозавры, напуганные непонятной деятельностью, постарались отдалиться от поселка. Остались лишь птицы и насекомые. Конечно, и те и другие могли оказаться опасны, особенно для мелких ящеров, но никто не трясся над своими детьми слишком сильно, лишь присматривали издалека на всякий случай.

Неудивительно, что вскоре весь лес около поселка был буквально испещрен вытоптанными тропинками. Постоянные дожди заставляли землю размокать. Ходить по грязи никому не нравилось. Не спасала даже толстая прослойка из сгнившей растительности.

Вскоре Ирина заметила, что ящеры стали по своей воле изредка таскать камни и прикрывать ими самые сложные участки. Она ничего не говорила, только наблюдала, как племя начинает проявлять инициативу. Было видно, что ящеры действуют неосознанно, до конца не понимая, к чему стремятся.

Однажды во время вечернего отдыха около костра кто-то из ящеров пожаловался, что утром едва не упал, наступив в небольшую грязевую яму.

Несколько ящеров подхватили эту тему. Потом кто-то похвалил детей за то, что они так хорошо выложили камнями дороги в поселке. Те порадовались, смущенно отнекиваясь.

Ирина тихо наблюдала за этим обменом, с замиранием сердца ожидая результатов.

И они не заставили себя ждать. Один из детей предложил облагородить тропинки и за пределами поселка.

Ира не сдержала улыбки. Она смотрела на ящеров как на своих сделавших первый самостоятельный шаг детей.

Непередаваемое ощущение!

Было так волнительно осознавать, что еще недавно эти существа спали под первым попавшимся кустом и ели сырое мясо, даже не подозревая, что могут что-то сделать самостоятельно, как-то изменить мир вокруг себя.

Но было в этом чувстве кое-что еще. Какая-то нотка грусти. Неужели она вскоре станет совсем ненужной? Ведь зачем им какой-то беспомощный человек, если они и сами все могут?

Если она не сможет им больше ничего дать, то будут ли они по-прежнему приветливы с ней или вышвырнут из своего дома за ненадобностью?

Старый страх напомнил о себе.

Сжав кулаки, Ира прикрыла глаза и выдохнула, стараясь успокоиться.

Ничего не будет. Ящеры не люди. Они не поступят с ней так жестоко. Да и не все люди настолько неблагодарны. Среди рода человеческого много хороших представителей, просто плохие дела всегда освещаются широко, поэтому кажется, что все люди порочны, злы и гнилы. Но это совсем не так.

За свою жизнь Ире приходилось сталкиваться с разными людьми. Добрых и хороших среди них было в значительной степени больше, чем тех, кто причинил ей какое-то зло.

Джабай. Внезапно в ее голове возникло это имя. Ирине хотелось, чтобы он, наконец-то, вернулся. Прошло так много времени с тех пор, как он ушел. Все ли с ним нормально?

Ирина не понимала до конца, что в этот момент ей хотелось, чтобы кто-то надежный был рядом. Она и сама обладала силой и стойкостью, иначе ей бы не удалось выжить в подобном месте так долго. Однако в такие моменты хотелось ощутить поддержку и заботу.

Шум неподалеку привлек ее внимание. Открыв глаза, Ира сначала замерла, а потом подскочила на ноги, впиваясь взглядом в вернувшихся ящеров. Именно их посылали за Джабаем.

Все племя собралось вокруг пришедших, требуя ответов.

— Мы дошли до берега. Следы обрываются там, — начал свой рассказ один из ящеров. — Они отправились за воду.

Глава 27

— За воду? — медленно переспросила Ирина, ощущая, как холодеют руки.

Ящеры намного сильнее людей, но никто не отменял численного превосходства. Впрочем, люди всегда почитали жителей этого берега как богов, так, может, все обойдется?

Эта мысль придала уверенности.

— Нам нужно перебраться на ту сторону и последовать за ними, — уверенно произнесла она. — Вдруг им нужна помощь? Их слишком давно нет.

Многие ящеры согласно закивали. В принципе, все они привыкли, что Джабай уходит куда-нибудь надолго, но этот раз отличался. Во-первых, он ушел не только со своим отрядом. Во-вторых, насколько они знали, до этого момента он никогда не перебирался на другой берег. Впрочем, никто из них точно не знал, где бывал Джабай.

Да и что такого опасного может быть на другой земле? Уж точно никого и ничего опаснее, чем в их собственном лесу. Если Джабай здесь мог справиться практически с любым низшим ящером, то и на чужом берегу вряд ли мог найтись хищник, способный навредить их сильному вождю.

Все они помнили о людях, но, глядя на Ирину, многие ящеры, которые лично не встречались с мужчинами, не видели в другой расе ничего опасного. Люди, по их мнению, были чрезвычайно слабыми существами, которые не смогут навредить даже простой ящереане, не говоря уже об опытном и сильном охотнике.

Те, кто встречался с отрядом людей, также не были встревожены. Мужские особи другого вида не произвели на них никакого впечатления.

Несмотря на все это, многие ящеры находили долгое отсутствие Джабая тревожащим. Такого бы не случилось, останься он на этой стороне.

После некоторой дискуссии было принято решение отправиться на другой берег и последовать за Джабаем. Никто особо не волновался, что вождю не понравится такое самоуправство. Они всегда могли объяснить свои намерения беспокойством за него.

Ящерам не нужно было долго собираться. Большую часть времени они потратили на то, чтобы отговорить Иру от мысли идти с ними. Они понимали, что Джабаю не понравится, если они подвергнут его ящереану опасности, и совершенно не хотели сталкиваться с гневом вождя. И хотя тот большую часть времени был терпеливым и понимающим, его возможное недовольство только еще больше пугало.

Ирина стояла на своем, убеждая, что под защитой таких сильных ящеров ей нечего бояться. Неизвестно, что именно подействовало, лесть или ее упрямство, но ящеры все-таки сдались.

Выступили они сразу. Ира взяла с собой немного еды на случай, если у охотников не будет времени заниматься добыванием пропитания в дороге.

Группа выдвинулась из поселения на рассвете, провожаемая всем племенем. И хотя было раннее утро, даже самые маленькие ящерята уже не спали.

Двигаться под защитой ящеров действительно было просто. Пару раз встречались хищные динозавры, но воины быстро с ними справлялись.

Очень помогал Ра, следующий за ними по пятам. Он настолько удачно охотился, что ящерам не оставалось никакой работы, кроме разделки туш. К тому же многие динозавры издалека чувствовали запах сильного молодого зверя, поэтому обходили группу стороной.

Не боялись лишь крупные хищники, которые хотели защитить свою территорию от посягательств юнца, поэтому нападали первыми.

Ра вырос уже настолько большим, что Ира не могла так просто дотянуться до его носа рукой. Тирексу приходилось наклонять голову, если он хотел получить ласку.

Иногда Ира глядела на его клыки и поражалась своей храбрости. По идее, ей следовало бояться этого большого существа, но страха не было. Глядя на Ра, Ирина поняла, что легко может видеть его эмоции и практически знать, о чем он думает. Не то чтобы у малыша была богатая мимика, но получалось угадывать его состояние даже по самым незначительным изменениям.

Две недели спустя после выхода из дома шедший впереди ящер внезапно остановился и поднял руку, призывая остальных остановиться. Он быстро пояснил, что навстречу кто-то движется. Другие охотники подтвердили его слова. Ирина заволновалась. За время путешествия они не встречали других ящеров. И не потому, что избегали их, просто этот маршрут, по словам временного лидера, не был слишком популярен. Ближайшие племена предпочитали кочевать на некотором отдалении от столь глухих мест.

Может ли быть так, что это Джабай? Свой вопрос Ирина задала вслух.

После этого ящеры все обратились в слух. Они тревожно вглядывались в зеленую стену, а потом, как по команде, расслабились, заулыбавшись. Ирине не требовалось больше никаких ответов.

Выдохнув, она сорвалась с места и побежала вперед, пробираясь через высокие папоротники и кусты. Сзади что-то крикнули, но Ира не стала слушать. Заметив рядом движение, она увидела бежавшего бок о бок с ней Ра. Благодаря своему размеру он заметно лучше справлялся с мешающейся растительностью.

В голове Иры мелькнула мысль залезть на него, но практически сразу пропала. Малыш не ездовая лошадь. Да и на уговоры и объяснения придется потратить время. Быстрее добежать самой.

Сзади ломились ящеры. Судя по их ругани, им совершенно не понравилось самоуправство и безрассудство Иры, но сейчас ее это мало волновало. Неизвестно, откуда взялись силы, но она умудрялась бежать так быстро, что никто не мог ее поймать. Или не хотел, боясь в процессе поимки навредить.

Запутавшись в очередных кустах, Ирина начала вертеться, пытаясь отцепить от себя тонкие гибкие веточки, усеянные мягкими шипами. За этим занятием она не заметила, как споткнулась о камень, спрятавшийся под опавшей гниющей листвой.

Взмахнув руками, Ирина с тихим писком начала заваливаться вперед, готовясь встретиться с землей. В принципе, падение в таком месте не должно было навредить. Все-таки земля в лесу была покрыта толстым слоем листьев, но иногда встречались опасности вроде камней или острых палок, которых следовало избегать.

Не успела она испугаться, как чужие руки подхватили ее и задержали падение. Ира вскинула голову и мгновенно ощутила, как у нее перехватывает дыхание.

Эти глаза она могла узнать даже спустя тысячу лет!

— Джабай, — выдохнула она и кинулась вперед, обнимая ящера.

Тот мягко приобнял ее за талию и прижал к себе, с удовольствием вдыхая такой неправильный, но любимый запах. Ему так этого не хватало все эти месяцы.

Он и забыл, какой маленькой и хрупкой была Ира. В его руках она казалась совсем крохотной, нажми чуть сильнее — и сломаешь. И эта особенность невообразимо нравилась ему. Джабаю хотелось подхватить Иру на руки, закружить, а потом отдать весь мир.

— Я так скучала, — призналась она, совершенно не осознавая, что говорит вслух. Ее сердце колотилось настолько сильно, что этот стук могли слышать другие ящеры. Она была в этом уверена. — Ты долго, — немедленно обвинила Ирина Джабая, стараясь скрыть смущение из-за прошлой реплики.

— Я тоже, — произнес Джабай, и Ира забыла, как дышать. Казалось, такие сильные и яркие эмоции должны были остаться где-то в прошлом, но вот они, сковывают ее, заставляя умирать от нахлынувшего счастья.

Отцепляться от Джабая не хотелось, но Ирина, собрав всю свою волю, все-таки сделала это. Правда, отстраниться от ящера полностью так и не удалось. Хотелось касаться его, словно потеря контакта могла значить возвращение долгих изматывающих месяцев разлуки.

Всмотревшись в черты лица ящера, Ирина забеспокоилась.

Что-то было не так.

Джабай выглядел изможденным и слишком усталым. Темные синяки под глазами кричали о бессонных ночах, а лихорадочно блестящий взгляд настораживал. В этот момент Ира поняла, что температура тела Джабая выше, чем должна быть.

— Что случилось? — немедленно спросила она, ощущая, как тревога сковывает горло. Отодвинувшись еще немного, Ира принялась рассматривать Джабая, выискивая повреждения.

— Все в порядке, — ответил он, не желая портить такую желанную встречу столь незначительными вещами.

— Не лги мне, — Ира сурово поджала губы, становясь полностью серьезной. Не было никаких сомнений, что Джабай чувствует себя чрезвычайно скверно. Настолько, что больше не может скрывать свое состояние.

— Это всего лишь мелочь… — снова попытался Джабай, но его немедленно перебили.

Ирина ничего не сказала, просто вскинула твердый взгляд. Ящер вздохнул, сдаваясь. Момент был упущен. Он думал, что ему удастся на волне чувств поцеловать Иру и еще немного потрогать ее. Прикосновения к мягкому хрупкому телу были такими приятными, что выпускать ящереану из своих рук совершенно не хотелось.

— Просто рана, — признался он, с большим усилием отпуская Иру и поворачиваясь к ней спиной. Было немного неловко и стыдно признаваться своей ящереане, что его тело никак не может справиться с таким пустяком. Это было очень оскорбительно для столь сильного ящера.

Ирина тут же впилась взглядом в прикрытое самодельными бинтами место.

— Присядем, — произнесла она.

После того как они с Джабаем устроились удобнее, она аккуратно убрала все бинты и внимательно всмотрелась в воспалившуюся и начавшую подгнивать по краям колотую рану.

Не было смысла тянуть с лечением до дома — там все равно не хранилось стратегического запаса лекарств. А травы были везде одни и те же. Поэтому Ира приступила сразу, как увидела проблему.

— Нужна вода, — пробормотала она, снимая рюкзак, к которому был привязан небольшой походный котелок. В отличие от ящеров, которые по-прежнему вполне могли употреблять сырое, Ира любила готовую еду и питаться долгие недели исключительно жареным мясом ей не хотелось.

Джабай что-то пытался возразить, но ему хватило пары строгих взглядов. Ящер затих, наблюдая, как все торопливо принимаются за дело. Ему хотелось сказать, что рана не настолько серьезная и нет смысла переживать, но он видел: уговоры бессмысленны.

Вскоре костер был разведен, на него водружен котелок, заполненный водой из ручья неподалеку.

Пока вода нагревалась, Ирина рассматривала рану. Не было сомнений, что нужно удалить сгнившую плоть, проверить чистоту внутри, тщательно промыть, а потом зашить.

И если котелок она с собой взяла, то вот иглы нет. Кроме того, местные иглы (придуманные, кстати, ею самой) были настолько толстыми, что зашить ими кожу будет проблематично и весьма болезненно. Значит, придется обойтись без этого.

Можно ли заклеить рану смолой? В прошлом ее мире существовал медицинский клей для ран. Ничего серьезного она им, конечно же, не склеивала, только легкие порезы от ножа или бумаги.

Покосившись в сторону деревьев, Ирина решила отказаться от этой идеи. Не хотелось потом выковыривать застывшую смолу из раны.

Когда вода закипела, Ира вымыла нож. После дала воде немного остыть. Следующим шагом промыла рану, стараясь действовать как можно аккуратнее. Джабай время от времени напрягался, но молчал.

— Будет больно, — предупредила Ирина и принялась как можно аккуратнее срезать сгнившую плоть, вслух комментируя свои действия.

Она не была хирургом, поэтому вид воспаленной раны с потемневшими краями заставлял ее бледнеть, но мысль, что если она не сделает этого, то Джабай может умереть, подталкивала к действию.

Убрав гниль, Ирина отошла на пару шагов и сделала несколько глубоких вдохов. Руки слегка тряслись, чем сильно злили.

Ей пришлось заниматься дыхательной гимнастикой еще минут пять, прежде чем эмоциональное состояние немного стабилизировалось.

Первый этап был пройден. Теперь нужно было понять, по какой причине столь небольшая рана воспалилась. У ящеров прекрасная регенерация. Они выживают и с куда более сильными ранениями. Небольшая дыра, по идее, никак не должна была навредить.

Если так, значит, что-то не давало ране закрыться. На ум приходила заноза. Внутри что-то застряло. Джабай понятия об этом не имел, поэтому даже не подумал вытащить.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Джабай, наматывая на себя бинт.

— Что ты делаешь? — немедленно задала вопрос Ирина, останавливая его руку.

— Ты ведь закончила? — ящер взглянул вопросительно и остановился.

— Нет, — Ира качнула головой, снова разматывая бинты.

Джабаю явно хотелось спросить что-то еще, но Ира жестом велела ему вернуться в исходное положение.

— Там что-то застряло, — все-таки начала говорить она, понимая, что не должна держать Джабая в неведении. — Поэтому рана не закрывается и гниет. Если не достать это, то будет еще хуже.

Джабай ничего не сказал, просто сел прямо, молчаливо давая разрешение на дальнейшие действия.

Было больно.

Очень больно!

Он старался не дергаться, понимая, что это все только ухудшит, но ничего не мог поделать с рефлексами, заставляющими тело вздрагивать.

Ира хорошо понимала, насколько ковыряние в ране может быть болезненным, поэтому торопилась, стараясь при этом все равно быть аккуратнее.

В итоге спустя какое-то время она все-таки нащупала твердый и острый предмет. Еще через несколько минут предмет был вытащен. Отбросив его в сторону, Ира сначала проверила, что в ране ничего не осталось, потом все снова промыла и задумалась, как стянуть края.

Раз шить было нечем, то Ирина прибегла к имеющимся средствам. А именно — к бинтам. Торс Джабая был туго перетянут. Кроме того, Ирина уложила его на заранее подготовленную подстилку спиной вверх.

— Придется пару дней полежать так, чтобы края схватились, — сказала она, проверяя через бинты, как ощущается рана. Полностью соединить края с помощью такого способа не удалось, ведь ей пришлось срезать часть плоти. Но это все-таки было лучше, чем ничего.

Оставалось надеяться, что регенерация ящеров не подведет и Джабаю не придется лежать неподвижно слишком долго.

К сожалению, воспаление так просто не желало сдаваться. Ира еще несколько раз промывала рану и убирала гной. Ей пришлось вспомнить все, что она знала о местных растениях. Перепробовала все. И обмывала рану отваром, и прикладывала различные травяные смеси, но первые несколько дней Джабаю становилось только хуже.

Отчаявшись, она еще раз проверила рану. Ничего не нашла, поэтому ей только и оставалось, что продолжать начатое.

Никаких антибиотиков у нее не было. Она примерно помнила, из чего их можно сделать, но не имела представления, как именно можно добыть такое нужное вещество.

Где достать зеленую плесень? Насколько Ирина знала, та растет только на изделиях, в которые добавлены дрожжи. За неимением нужного она решила попробовать использовать любую найденную плесень, которой в таком влажном климате имелось большое количество.

Отчаянные времена требуют отчаянных мер. Очень точное высказывание. В любой другой момент Ира не осмелилась действовать столь опрометчиво, но идей больше не было, а Джабаю с каждым днем становилось хуже.

Она подозревала, что дело не только в самой ране. Возможно, была уже заражена кровь. Эта мысль приводила в ужас.

Ящеры бродили целыми днями вокруг, напоминая безмолвные тревожные тени. Они ничего не говорили, только охотились или молчаливо наблюдали за Ирой и вождем издалека.

Ра, словно ощущая эмоции Иры, первое время старался подбодрить ее, но потом, осознав, что все бесполезно, так же, как и остальные, отошел на задний план.

Неизвестно, что помогло. Многочисленные травы (знания о некоторых принадлежали еще Тае), плесень или сильный иммунитет ящеров, но спустя пару недель практически безнадежной ситуации Джабай начал медленно поправляться.

Ирина и хотела порадоваться, и опасалась. Каждый раз, когда она видела улучшения, сердце тревожно сжималось. Она хотела улыбнуться, но потом страх сковывал тело, отчего все вокруг плыло.

Самый темный час — перед рассветом.

Спустя неделю, как Джабаю стало лучше, его состояние внезапно, буквально в один момент, ухудшилось. Ира проснулась ночью от тихих стонов. Подскочив, подобралась к Джабаю.

Он горел!

Температура была запредельной.

Ужас нахлынул с такой силой, что Ирина сама едва не потеряла сознание, но ей удалось сдержать себя.

Сначала она немного отдышалась, а потом принялась сбивать температуру. Она едва не обливала Джабая холодной водой, которой ящеры запаслись в достатке за эти дни.

Так как им пришлось надолго остановиться на одном месте, ящеры давно построили шалаши. В одном из них Ира и ночевала вместе с Джабаем. У нее не было и мысли отселиться от него.

После того как она несколько раз обтерла ящера, Ира начала поить его водой и соками. Она не знала, что еще делать! Надеялась, что сильный организм ящера все-таки справится. Нужно всего лишь подтолкнуть, насытить его витаминами и нужными элементами, дать больше воды.

Под самое утро, когда было так темно и тихо, словно вся жизнь ушла из этого места, Джабай, как показалось Ирине, на несколько мгновений перестал дышать.

Она едва не сошла с ума и не умерла рядом с ним. Все внутренности перевернулись и застыли.

Это было ужасно.

Настолько, что держать себя в руках не было никакой возможности.

Задушенно захрипев, она подползла ближе и вцепилась в плечи ящера, принимаясь его трясти.

Он не мог умереть!

Не мог!

Как же так?!

Все ее существо кричало и корежилось от боли и отрицания. Ей хотелось схватиться за свое лицо и расцарапать его. Может быть, эта боль могла бы заглушить душевную.

Ужасно! Как же ужасно больно!

Конечности онемели, как и остальное тело. В затылке заныло, в голове что-то запульсировало. Не было сомнений, что давление поднялось так сильно, что еще немного — и что-нибудь внутри точно лопнет.

Из глаз полились слезы.

Ира рухнула на грудь Джабая, сотрясаясь от дрожи всем телом. Мыслей не было. В голове воцарился вакуум. Она задыхалась и была уверена, что еще мгновение — и умрет. Но ей было все равно.

Какая разница?

Разве это важно?

Когда она услышала легкий кашель, то поначалу не придала этому значения. И только после того, как до нее дошло, что грудь под ней вздымается, Ирина ощутила нечто вроде всепоглощающей эйфории.

Никогда прежде она не испытывала настолько большой радости и облегчения.

Резко подняв голову, она впилась взглядом в лицо Джабая.

Глаза ящера были открыты, а сам он дышал.

Дышал! Он дышал!

* * *

Первые дни после того, как Джабаю стало лучше, Ирина относилась к его состоянию с повышенным подозрением. Она еще помнила свои чувства, когда ей на миг показалось, что ящер умер.

Она не расслаблялась, находилась при нем постоянно. Рану проверяла по нескольку раз в день, с громадным облегчением понимая, что та начала затягиваться. Причем настолько стремительно, что это было видно невооруженным глазом. Конечно, Ира не замечала, как стягивается плоть, но каждый раз, когда она осматривала рану, ей казалось, что та стала меньше.

Сам Джабай выглядел хорошо. Его настроение улучшилось. Он с явной радостью позволял заботиться о себе, осознав за время болезни, что ему приятно видеть Ирину рядом с собой так часто.

Джабай не был благородным, поэтому без угрызений совести пользовался своим положением. Он прекрасно осознавал, что Ира переживает, поэтому позволяет ему больше обычного.

Он постоянно касался ее, оправдывая это тем, что ему хочется ощутить кого-то рядом. Ирина часто сама обнимала Джабая, когда видела его несчастный взгляд. Вот только скорбное выражение на лице хитреца исчезало сразу, стоило Ире обнять ящера, и возвращалось, когда она отстранялась. Это было возмутительно и нечестно, но Джабай совершенно не волновался о своем недостойном поведении. Он давно понял, что так просто Ирину ему не получить, поэтому загнал совесть поглубже и использовал все возможные приемы, даже не совсем честные.

Дошло до того, что Ира практически не вылезала из объятий Джабая. Сначала она не придавала этому значения, но однажды мельком заметила, как один из ящеров, увидев их положение, красноречиво ухмыльнулся.

От этого ее сердце подозрительно сжалось. Прищурившись, Ира резко посмотрела на Джабая. Тот этого не ожидал, поэтому не успел убрать с лица выражение «кот, сожравший целую крынку сметаны». Впрочем, надо отдать ему должное: несчастный вид вернулся практически сразу.

Но было уже поздно.

И Джабай это понял.

Медленно отстранившись, Ира поджала губы, а потом, совершенно ни о чем не жалея, треснула недоделанного актера кулаком по плечу.

Удар вряд ли был болезненным. Он нес в себе простое послание. Ира была взбешена, что ее так просто обвели вокруг пальца, воспользовавшись добрыми намерениями.

После случившегося она еще долго не подходила к Джабаю. А ящеру, который не смог сдержать улыбку, досталось от вождя так, что он еще несколько месяцев старался обходить парочку стороной.

— Не понимаю, почему ты злишься, — со вздохом признался Джабай. На самом деле, он все понимал, но ему хотелось вернуть возможность обнимать Иру, когда хотелось. Именно поэтому спустя некоторое время он решил прощупать почву.

Ирина, конечно же, не поверила. На его слова она лишь фыркнула и отвернулась.

— Мы все равно вместе, так почему я не могу обнять тебя и поцеловать? — продолжил Джабай.

— Ничего не будет до свадьбы, — резко ответила Ирина. На самом деле, она так не думала. Да и какая свадьба в доисторическом мире? Кому здесь важно что-то столь необязательное?

— Свадьба? — моментально заинтересовался Джабай. Ему хотелось знать, что это такое. Если вещь, то он достанет ее в кратчайший срок. — Ты хочешь это съесть?

Ира засмеялась. Она знала, конечно, насколько сильно свадьбы съедают бюджет семьи, но еще никогда не слышала, чтобы кто-то пытался съесть саму свадьбу!

— Это не еда. Это… — она запнулась, пытаясь найти подходящее объяснение, — обычай. Ритуал, через который проходят молодые прежде, чем стать семьей.

Джабай нахмурился, переваривая услышанное.

— Испытания? — спросил он чуть позже.

— Ну… — протянула Ирина. — Не совсем, но что-то вроде.

— Значит, мне нужно пройти испытания, чтобы мы смогли, наконец, спокойно делать, что хотим? — Джабай не понимал, зачем все это нужно. Ничего подобного у ящеров не было. Если не считать ритуала ухаживания. Вспомнив о нем, он задумался. Могла ли быть свадьба чем-то похожим? — Я согласен.

Ира недоверчиво покосилась на него. Качнув головой, она вздохнула и принялась подробно объяснять, что на самом деле представляет собой свадьба. Это ведь не просто событие, после которого ничего не изменится. Нет, тут все в разы сложнее.

По мере рассказа Ирина вспомнила, что давно хотела поговорить с Джабаем о многих вещах. Момент был подходящим.

Сейчас они сидели в походном шалаше. Не так давно лагерь отправился отдыхать. В центре поляны все еще горел костер, около которого сидел один из дежуривших ящеров.

Сегодня дождь должен был начаться раньше. Это чувствовалось в воздухе. Пахло влагой и приближавшейся грозой.

Ирина сидела рядом с Джабаем бок о бок. С их места хорошо был виден костер и Ра, мирно спавший неподалеку. Тирекс настолько вырос, что большая часть его тела скрывалась в кустах, а на поляне лежала лишь голова. Из приоткрытого рта текла тонкая ниточка слюны. Кажется, ему снилось что-то вкусное.

Начать нелегкий разговор о детях и сексе Ира решила издалека, а именно — рассказала, что она нашла в пещере на берегу озера. Джабай внимательно слушал и уточнял.

Ирине было нелегко растолковать ему многие термины. Сложно объяснить существу, которое еще недавно ело сырое мясо, не знало, что огонь можно контролировать, а дома строить, что такое ДНК. Поэтому Ира упрощала, как могла.

На лице Джабая ничего не отражалось. Он просто слушал.

— Получается, нас сделали люди? — спустя время чуть недоверчиво спросил он.

Ира кивнула.

— Да. Для войны.

Это Джабай понять мог, хотя не представлял, как кто-то может быть настолько умен. Впрочем, посмотрев на Иру, он вынужден был признать, что люди действительно могли обладать развитым разумом. Может быть, поэтому они настолько слабы телом? Ресурсы ведь не бесконечны. Они могут питать либо одно, либо другое.

— Если все упростить, то вы получились из людей и динозавров, — Ира кивнула в сторону спящего Ра.

Джабай глянул на тирекса с большим скепсисом. Он не понимал, как такое возможно. Ему не была понятна часть про какие-то гены и цепочки, поэтому он мыслил просто. Чтобы получился ребенок, одна особь должна спариться с другой особью. Представив, как человек спит с динозавром вроде острозуба, Джабай ощутил, как у него нехорошо скрутило живот.

Люди прошлого были сумасшедшими!

Увидев, как позеленело лицо Джабая (довольно неоднозначное выражение, учитывая, что кожа ящера всегда была зеленоватой), Ирина могла представить, о чем он думает.

Она вздохнула и потерла переносицу. Конечно, с ее стороны было глупо думать, что ящер может до конца разобраться в настолько сложных вещах. Она сама не все понимала, только в общих чертах, а уж существу этого времени осознать, что люди могли соединять что-то настолько маленькое, невидимое невооруженным глазом, чтобы получить гибрида, и вовсе было сложно.

Неудивительно, что Джабай пошел в своих рассуждениях привычным путем.

— Люди не спали с динозаврами, — сказала Ирина.

— Да, я понял, — Джабай оторвал взгляд от Ра. Несмотря на его слова, на самом деле это было не так.

— Ладно, — Ира решила, что отошла от темы. Главное ведь совсем не то, как ученым в прошлом удалось соединить людей и динозавров. — Речь сейчас не об этом. Мы с тобой разных видов. По крайней мере, я так думала раньше. У разных видов не может быть совместных детей.

Джабай кивнул. Он не понимал, почему так, но видел, что в природе все строго разделено. Даже низшие ящеры, по сути, являющиеся чем-то одним, размножаются только с себе подобными. Шиподраи с шиподраями. Острозубы с острозубами. И так далее.

— Но теперь, когда я узнала, что в вас есть часть от людей, все стало иначе, — продолжила Ира, внимательно наблюдая за Джабаем, готовая объяснять все непонятное, если у него возникнут трудности.

Услышав ее слова, ящер встрепенулся.

— Ты хочешь сказать?..

— Я не знаю, — тут же поспешила прервать его Ира. — Но есть шанс, что у нас все-таки может получиться, — ее последние слова прозвучали слегка скомканно. Как бы там ни было, но обсуждать такие вещи с любимым в первый раз оказалось непривычно.

— Тогда… — Джабай воодушевился, но Ира снова его перебила.

— Может получиться, — с нажимом произнесла она. — Но это не значит, что получится точно.

— Но мы можем попытаться. Верно? — Джабай подобрался, хищно глянув в сторону Иры. Казалось, он собирается начать пытаться немедленно.

— Верно, — Ирина слегка отстранилась, готовая дать отпор. — Но тут мы приближаемся еще к одной проблеме.

Ящер сразу нахмурился. Честно говоря, его слегка раздражало столько препятствий. Он не понимал, почему нельзя просто взять и заняться чем-то очень приятным. Все-таки как с людьми трудно.

— Тела людей слабее, — Ира чуть поерзала. — Беременность — сложный период. Мое тело не до конца развилось, — она сглотнула и сильно смутилась. Ира понимала, что должна донести до ящера мысль, что им следует быть осторожнее, что ей пока рано рожать, что она должна подготовиться к столь серьезному шагу, но все равно было неловко говорить так прямо.

— Не до конца? — Джабай нахмурился.

Ирина кивнула.

— Я еще не выросла полностью, — говоря это, Ира надеялась, что ее слова соответствуют действительности. Существовал большой шанс, что миниатюрное телосложение останется с ней навсегда. Если так, то придется смириться с тем, что есть.

Джабай замер. А ведь он никогда не думал об этом. Сейчас, смотря на Ирину, он внезапно понял, что она действительно отличается от всех людей, которых он видел прежде. Наблюдая за людьми, когда стоял в кустах со связанными руками, он и сам думал, что Ира у него маленькая и хрупкая по сравнению с другими людскими женщинами. В тот момент это вызывало в нем гордость, ведь ему нравилась его ящереана, и ее вид казался ему самым красивым. Но что, если все не так просто?

— Я могу подождать, — произнес он.

И пусть Джабаю очень хотелось сделать с Ириной очень многое, но он вполне мог завязать свои желания узлом. Если это будет значить безопасность любимой ящереаны, то он готов на многое.

Ира выдохнула и улыбнулась. Она поблагодарила высшие силы за то, что ей на пути попался именно Джабай. Пусть он многого не знал, но все равно обладал выдающимся для такой среды умом.

Когда угроза немедленной беременности перестала давить на Иру, ее настроение моментально изменилось, став чуточку игривым.

— Мы не должны спешить с детьми, но мы можем попрактиковаться, — тихо сказала она, опуская взгляд. — И да, я хотела сказать, что, даже если мы все-таки совместимы, существует шанс, что у нас ничего…

Договорить Ира не успела. Она и сама не поняла, как оказалась лежащей на спине. Напряженный Джабай, сверкая голодными и жадными глазами, нависал сверху.

— Разрешено? — чуть хриплым голосом спросил он.

— Объятия, — ответила Ира. Кое-как вытащив прижатые к телу руки, она подняла их и обняла Джабая за шею.

Ящер коленом раздвинул ей ноги и удобно уместился между ними. Ира хотела сказать, что это не совсем то, что она имела в виду, но промолчала. Их положение было очень волнующим.

— Еще? — потребовал Джабай, замирая.

— Поцелу…

Договорить ей снова не дали. Ящер целовал так, словно пытался съесть. Он кусал, лизал, оттягивал, и все это было настолько потрясающим, что Ира очень быстро начала задыхаться, ощущая, как тело пылает от моментально вспыхнувшего желания.

Опершись на локоть, Джабай принялся второй рукой ощупывать тело Ирины. Он был нетерпеливым и жадным. Его бедра тесно прижимались к ней, потираясь. Он тяжело дышал и вообще выглядел так, словно едва может держать себя в руках.

В шалаше стало жарко. Ирина закинула одну ногу на талию Джабая. Это только еще больше распалило его.

Тонкие губы ящера спустились к шее Иры, а спустя миг она ощутила боль.

Он укусил ее!

Вскрикнув, она оттолкнула его, прижимая ладонь к шее.

— Что ты делаешь? — задыхаясь, спросила Ира.

Взгляд Джабая плыл. Ящер смотрел на нее, будто не понимая, чего от него хотят. Медленно, но к нему вернулось осознание содеянного.

— Прости, — повинился он. — Я не должен был кусать так сильно.

Джабай действительно ощущал себя скверно. Он знал, что его ящереана очень хрупкая, но все равно не смог совладать с инстинктами.

— Все в порядке, — заверила его Ирина, замечая, насколько расстроенным выглядит Джабай. — Просто будь аккуратнее.

Она опустила руку. Ящер сразу увидел небольшую ранку на коже, из которой сочилась кровь. Ее запах тут же наполнил помещение.

Вспомнив, что его сейчас смогут ощутить другие ящеры, Джабай немедленно припал к ранке губами, зализывая место укуса. Ира под ним выгнулась, и это практически отключило его мозг.

Утром Ирина даже не подумала скрывать ранку на шее. На самом деле та была очень маленькой, поэтому не должна была доставить какие-то проблемы.

Если кто-то из ящеров и смотрел на ее шею, то Ира не придавала этому значения, зато Джабай всем своим видом сразу дал соплеменникам понять, что за лишний взгляд в неположенное место можно получить наказание. Например, внеурочное патрулирование.

Глава 28

После того как болезнь Джабая отступила, группа вернулась в поселение в рекордно быстрые сроки. По пути Ирина все-таки проехалась на спине Ра. Она не собиралась этого делать, все вышло случайно.

В один из вечеров они игрались с Ра, валяясь на мягкой, подсохшей за день подстилке из листьев. Тирекс с удовольствием крутился, стараясь не придавить своим немалым телом Иру.

Все было спокойно, но в один момент в кустах неподалеку что-то зашуршало, и Ра отреагировал очень резко. Он быстро вскочил на ноги, готовясь к любой опасности, которая могла появиться из-за кустов.

Ирина за секунду до этого чесала толстые кожаные наросты у него на шее. Когда Ра начал вставать, она рефлекторно ухватилась за них. Тирекс в тревоге не заметил легкой тяжести.

В итоге вышло, что Ира повисла на малыше. А еще точнее, она криво лежала на животе в месте, где шея переходила в спину.

В кустах снова что-то прошуршало. Ра насторожился еще сильнее. Он настолько был поглощен происходящим неподалеку, что совершенно не замечал пассажира.

— Эй! — крикнула Ира, испугавшись.

Все произошло так быстро, что она не успела отреагировать. Для Ра ее вес был незначительным, поэтому, вставая, он не почувствовал никакого сопротивления.

Ра под ней чуть вздрогнул. Его голова повернулась в ту сторону, где, по идее, должна была находиться Ира.

— Я тут, — произнесла она и шлепнула своего ребенка по коже. Конечно, удар этот не принес малышу никакого вреда, учитывая, насколько толстой была его шкура и маленькой ладонь Ирины. — Опустись на землю.

Вместо того чтобы сразу подчиниться, Ра еще раз принюхался. Не было сомнений, что рядом побывал какой-то мелкий сородич. Большинство из них старались избегать общества Ра, но имелись и исключения. Небольшие падальщики, любящие держаться поблизости от крупных хищников. Обычно хозяева территорий их не трогали, ведь падальщики были слишком небольшими, чтобы целенаправленно охотиться на них. Поэтому юркая мелочь иной раз смелела, подходя очень близко.

К этому моменту тот, кто шуршал в кустах, давно уже сбежал, поэтому Ра обратил все свое внимание на новую игру. Да, он посчитал, что это выглядит забавным.

Он принялся шагать по небольшой поляне, на которой они отдыхали, располагавшейся рядом с лагерем. Ящеры в это время занимались своими делами. Поправляли оружие, разделывали добычу, готовили пищу. А Ира, давно не проводившая время с Ра, решила немного поиграть с ним.

Она никак не рассчитывала, что в итоге ее будут возить по этой самой поляне, как мешок с картошкой.

Находиться вниз головой ей не нравилось, а Ра не желал останавливаться, поэтому она собралась с силами и забралась на тирекса. Пришлось повозиться, чтобы перекинуть через него ногу.

На самом деле, сидеть на Ра было не менее неудобно, чем лежать. Приходилось слишком сильно раздвигать ноги. Кроме того, жесткая шкура терла нежную кожу бедер. Но в остальном было в этом что-то захватывающее.

Ящеры, конечно же, заметили, что происходит на поляне. Побросав свои дела, они побежали смотреть новое развлечение. Ира верхом на Ра казалась еще меньше, чем была на самом деле.

Спустя несколько минут ей все-таки удалось убедить малыша, что на земле она чувствует себя в разы лучше. Возможно, кому-то подобное передвижение могло понравиться, но только не Ирине. Даже за эти минуты она получила массу дискомфортных ощущений.

Оказавшись на земле, Ира начала причитать. Конечно, все не было настолько плохо, но сказывались не самые удачные дни.

Ящеры послушали ее и решили проверить все лично. Долго уговаривать Ра не пришлось. Казалось, тирекс был за любую забаву, если только она не включала в себя голодовку и боль.

Первым, конечно же, пошел Джабай. Тирексу даже не пришлось ложиться на землю, чтобы ящер смог на него забраться. Джабай просто оттолкнулся от земли и вскочил на Ра.

Усевшись удобнее, он критическим взглядом осмотрелся, а потом попросил малыша двигаться. Тот, словно понимая, что с Джабаем можно не церемониться, рванул с места так, что ящер едва не слетел со спины, успев в последний момент крепче сжать ноги и схватиться за массивную шею.

Вскоре эти двое исчезли в лесу. Ящеры и Ира, оставшиеся на поляне, могли слышать лишь треск ломающихся кустов.

Вернувшийся спустя пару десятков минут Джабай, выглядел взволнованным. Ящер был встрепанным, его лицо заметно горело от прилившей крови. Сразу было видно, что такой «аттракцион» ему, в отличие от Ирины, очень понравился. Хотя сама Ира не совсем понимала восторгов, учитывая, что ящеры способны двигаться быстрее, чем тираннозавры.

Скептически посмотрев, как все остальные после поездки на Ра разделяют восторги Джабая, Ира оставила ящеров и малыша в покое. Возможное, ей следовало пресечь подобное баловство. Всё-таки не дело это, кататься на ее ребенке, но сам Ра выглядел не менее восторженно, чем ящеры. У Иры просто не поднялась рука запретить ему веселиться.

После этого инцидента Ира заметила, что слегка охладевшее отношение ящеров к Ра (все-таки размер малыша впечатлял и заставлял опасаться его) вновь пошло в гору. И не просто пошло, оно взлетело.

Ящеры буквально вились вокруг тирекса, напоминая Ирине подростков, которые увидели во дворе своего дома крутой мотоцикл или автомобиль.

Она не вмешивалась, наблюдая со стороны.

После начала таких ежевечерних заездов ящеры начали открыто заботиться о Ра. Раньше они воспринимали Ра как рядового члена племени. Да, несмотря ни на что, его слегка опасались, поэтому старались слишком не приближаться, но и не шарахались. Но как только они почувствовали вкус езды — все!

Ра доставалась самая вкусная еда. Несколько ящеров следили, чтобы он не спал в сырости. Они строили ему шалаш! Большой! Каждый вечер! Плюс к этому они додумались мыть Ра.

Ирина наблюдала за этим с некоторым недоумением и даже смехом.

Выглядело это на самом деле забавно.

Они действительно напоминали мальчишек, которые заполучили в руки свое первое транспортное средство. Именно по этой причине они готовы были сдувать с него пылинки.

Джабай, как вождь, пытался действовать серьезно. Иногда он странно поглядывал на Иру, будто чтобы убедиться, что она не считает его действия смешными или чрезмерными. Ирина держала лицо бесстрастным, чуть не умирая со смеху в душе.

Боже, они были поразительными.

Конечно, если бы Ра был против подобного отношения, то она быстро поставила бы всех на место. Ей было бы неважно, что ящеры думают и хотят. Вот только, глядя на довольную морду тирекса, который блаженствовал, когда кто-то елозил по его шкуре мочалкой из жестких трав, Ира не находила в себе силы запретить поездки.

Все чаще вокруг костра поднималась тема о том, что всем им необходимо получить яйца тираннозавров. И если раньше многие относились к этой идее равнодушно, не до конца понимая, зачем нужен такой большой и прожорливый член семьи, то после «инцидента» ящеры даже не вспоминали о трудностях.

Когда они вернулись в поселение, лихорадка под названием «катание на Ра» обрела новую силу.

Стоит отметить, что ящерки относились к такой забаве более прохладно, чем ящеры и дети. Не все, некоторым очень нравились подобные развлечения, но большинство ящерок успокаивались после одной, максимум двух поездок.

Сложнее было с взрослыми ящерами и детьми. И те и другие были полностью очарованы новыми возможностями.

Встретили их, кстати, с ликованием. Не было сомнений, некоторые ящеры уже начали думать, что вождь погиб. Было радостно узнать, что даже так никто не покушался на должность Джабая.

За время их отсутствия кое-что изменилось. Например, племя успело построить не один, а целых два загона! И не только построить, но и очистить от диких динозавров, заселив туда выбранные стада травоядных зверей.

Кроме этого, сейчас строился третий загон.

К тому же те, кто держал при себе яйца, желая получить компаньона вроде Ра, добились своего. Из яиц вылупились детеныши. Правда, не всем повезло. Некоторые яйца оказались пустыми.

Среди вылупившихся малышей не было ни одного тирекса. Кого-то это расстроило, а кто-то воспринял подобную новость с равнодушием. Главное, что компаньон есть, а как он будет выглядеть, не так уж и важно.

После поездок на Ра многие ящеры стали глядеть на своих маленьких товарищей с большим расчетом. Не было сомнений, что после того, как малыши вырастут, ящеры попытаются оседлать их.

Кстати, о седлах.

Ира не стала утаивать эту информацию, ведь подобное снаряжение когда-нибудь может спасти чью-то жизнь. Всё-таки удержаться на спине динозавра без дополнительных приспособлений достаточно сложно.

Конечно, Ирина не помнила точно, как должно выглядеть седло, да и не подошло бы обычное на динозавра, поэтому отдала детали на откуп самим ящерам, просто изложив идею в общих чертах.

А потом принялась с интересом наблюдать, как эти деятельные существа воплощают в жизнь что-то для себя новое.

* * *

— Итак, — произнес Джабай, выжидающе глядя на Иру.

К этому моменту ажиотаж вокруг поездок немного спал. Ящерам удалось сделать мягкое седло, которое помогало им удерживаться на не слишком удобной спине тирекса.

Подобное украшение не очень нравилось Ире, но она по-прежнему не вмешивалась, лишь наблюдала за реакцией самого Ра. Малыш не выглядел недовольным, наоборот, происходящее занимало и веселило его.

Седло больше напоминало простую попону, но свою функцию вполне выполняло.

— Итак?.. — Ира с интересом поглядела на Джабая, ожидая продолжения.

— Свадьба, — слово ящер произнес с некоторым сомнением, словно опасался, что неправильно запомнил. — Как это происходит?

После того как они вернулись, Джабай поселился у Иры. Причем сделал это так, будто все в порядке вещей.

Ирина в тот момент оглядела его с ног до головы, а потом вздохнула и… смирилась.

Да, смирилась. Ей стало понятно, насколько упрям Джабай. Было очевидно, что он будет идти вперед до тех пор, пока не добьется своего. Она могла снова выкинуть ящера на улицу, но что-то подсказывало: не пройдет и дня, как он найдет причину оказаться в доме, а то и в постели.

Собственно, за постель Ира билась еще долго. Сопротивлялась поначалу больше из принципа. Казалось, что такое поведение только раззадоривает Джабая. Подметив это, Ира без зазрения совести скидывала надоедливого ящера со своей кровати, затем с замиранием сердца ожидая его дальнейших действий.

Действия обычно не заставляли себя ждать.

Дом постепенно становился все уютнее.

Намаявшись с сушкой бамбука, Ира все-таки добилась своего и изготовила из него мебель. Первые стулья оказались неказистыми, но чем больше Ира делала мебель, тем лучше у нее получалось.

Как и всегда — ящеры не оставили ее занятие без внимания.

Спустя время в домах уже можно было увидеть не только кровать-гнездо, но и стол со стульями.

Племя привыкло, что пищу все принимают вместе. Сначала, когда не было Иры, ящеры собирались вокруг убитой туши и поглощали ее, отрывая кусок за куском. После того как Ира принесла им огонь, ящеры начали проводить приемы пищи около костра.

Затем снова все изменилось. Появились дома. Ящеры стали более самостоятельными. Все они постепенно начинали ощущать вкус не одиночества, а уединения.

Кому-то нравилось проводить много времени только со своей семьей, а кто-то больше любил шумные компании.

Первым стало проще удовлетворять свои потребности, когда Ирина показала, как построить печь. Миниатюрные печи появились практически около каждого дома. Любители уединения могли теперь есть только со своей семьей.

Постепенно культура есть за столом в кругу семьи стала входить в жизнь ящеров. Конечно, оставалось еще много тех, кому нравились шумные сборы вокруг общего костра, но было понятно, что спустя какое-то время старый строй уйдет в прошлое, а посиделки у одного костра станут чем-то особенным, а не обыденным.

Кроме некоторой мебели, в домах появилось множество различных полок и что-то вроде шкафов. Ире просто надоело, что вещи лежат на полу, вот она и сделала свою первую полку, а потом и вовсе соорудила шкаф. Так как металла не было, Ира просто привязала дверцы на веревке. Не слишком долговечный, но вполне рабочий вариант.

Полки вешались на вбитые в стену гвозди, сделанные из того же бамбука. Вообще, он оказался универсальным материалом, из которого можно было сотворить многое.

Новая конструкция домов позволяла им хорошо проветриваться, поэтому ящеры больше не задыхались от невыносимой жары в помещениях по ночам.

После похода Джабая прошло довольно много времени. Очередной сезон дождей подходил к концу. Все это время ни она, ни он не поднимали тему свадьбы. Честно говоря, Ира думала, что ящер давно уже забыл об этом, да и сама не вспоминала о ней.

В самом деле, какая свадьба в доисторическом мире? Конечно, это будущее, но какая разница, когда вокруг бродят динозавры?

Но Джабай сумел ее удивить. Оказывается, он ничего не забыл.

— Почему сейчас? — удивилась Ирина. В конце концов, после похода прошло уже несколько месяцев.

— Ты была занята, — Джабай пожал плечами.

Ирина, услышав это, задумалась. Она не могла не признать, что Джабай прав. Все эти месяцы она чем-то занималась, ни на минуту не останавливаясь.

И не потому, что кого-то или чего-то избегала. Просто ей хотелось сделать мир вокруг уютнее и безопасней.

Вспомнив, как свадьбы проходили в ее мире, Ира вздохнула. Белое платье она точно не сможет сделать, если только грубый аналог. Такие тонкие ткани ей не по силам. Не говоря уже о тонкой вышивке, ажурных украшениях или каких-нибудь стразах.

И это касалось не только платья, но и аксессуаров. Вот скажите, на милость, как изготовить, например, фату? Да никак! А раз никак, значит, не нужно и думать.

Какой мир, такие и свадьбы!

Конечно, до полного варварства опускаться не стоит, но можно все подогнать под местный колорит.

Пусть ткани и грубые, но невесту можно украсить цветами. Их, к слову, тут достаточно. На ноги что-нибудь типа легких босоножек с завязками. И практично, и симпатично.

В остальном…

Пожалуй, достаточно будет простого пира.

Конкурсы?

Лишняя суета! Хотя ящерам может понравиться, но Ирина не находила в себе сил заниматься чем-то настолько глупым.

Выкуп невесты?

У кого Джабай должен будет ее выкупать? Ни родственников, ни близких друзей Ира не нажила. Только Ра и есть.

Отказавшись от всего этого, Ира начала вспоминать свадьбы, о которых читала в книгах или статьях.

Как обычно играют свадьбы в фэнтези?

Обмениваются кровью? Спят в первый раз на каком-нибудь алтаре? Проходят через магические арки?

Ничего из этого Ире не нравилось. Кровь свою она проливать не хотела, да и заниматься любовью на камне тоже. А уж арок магических здесь и совсем нет.

Хотя…

Кто знает, мир ведь большой, а Ирина видела лишь маленькую часть.

Но сейчас не время думать об этом.

В старину, например, молодые занимались в первый раз любовью перед большим количеством родственников. Ирина скривилась. Тоже не вариант. И без чужих глаз и контроля как-нибудь справятся.

Вспомнив ночи, которые они с Джабаем проводили вместе, Ира слегка смутилась. Им приходилось сложно, постоянно нужно было контролировать себя, иначе все могло зайти слишком далеко. Хуже всего приходилось ящеру, но тот честно держал себя в руках, понимая, что его несдержанность может ему дорого обойтись.

Одно радовало — Ирина постепенно приобретала все более женственные формы, теряя свою подростковую угловатость. Груди наливались, а бедра становились шире и округлее. Да и сама она стала немного выше, хотя все еще была заметно ниже ящерок.

Благодаря постоянной физической активности, тело Иры было крепким. В прошлом она не занималась спортом, поэтому имела обычное телосложение, почти лишенное мускулов. Здесь все было иначе.

Вернув мысли к теме свадьбы, Ира снова вздохнула.

— Ничего сложного в этом нет, — начала она неуверенно, так и не придумав, что именно со всем этим делать. — Жених, — она указала рукой на Джабая, — и невеста одеваются в красивые одежды.

В этот момент Джабай посмотрел на себя.

— Во что-нибудь особенное, — уточнила Ира. — Потом кто-то важный в племени должен связать их вместе. Например, вождь или шаман. После обязательного поцелуя, который скрепляет узы, все празднуют. Много еды, песен, танцев и так далее. А ночью молодые в первый раз занимаются любовью.

— Мне нравится, — торопливо произнес Джабай.

Ира прищурилась. Что-то ей подсказывало, что ящеру нравится именно последняя часть ее рассказа.

— Через год и проведем, — хмыкнула она. — Ты ведь не против? — спросила она и состроила невинное выражение.

То, что дается с трудом, и ценится выше. Конечно, Ира не специально дразнила своего ящера, просто она опасалась. Ей не хотелось рисковать. Она была взрослой девочкой, поэтому могла держать свои порывы в узде, пусть ей и приходилось бороться с гормонами этого тела. К тому же прикосновений, поцелуев, взаимных ласк у них было много, так что вряд ли Джабай мог жаловаться.

После этого разговора дни потекли дальше. Сезон дождей заканчивался. Ящерята с прошлого года подросли, как и динозавры, которых ящеры взяли на воспитание.

Ирина наблюдала за ними. Было видно, что разумные ящеры очень сильно влияли на динозавров, делая тех умнее диких сородичей.

Теперь в поселении и за его пределами часто можно было увидеть ездоков. Да, ящеры не могли не приспособить своих компаньонов к ездовой практике.

Ра тоже нравились новые жители поселка. Он, к слову, стал совсем взрослым. Малыш — хотя сейчас назвать его так уже не поворачивался язык — даже в поселение перестал заходить. Однажды он немного не рассчитал и хвостом снес крышу на одном доме. А ведь всего лишь хотел повернуться.

Ирина иногда каталась на нем, но очень редко. Зато Джабай на охоту теперь постоянно ездил верхом на Ра. Другие ящеры сильно ему завидовали, но им приходилось ждать, пока их малыши подрастут.

С чужими племенами Джабай решил не связываться. Да, он победил Карока, но для самого Джабая чужаки представляли собой лишь головную боль.

Их надо было сначала найти. Потом привести в поселение. Построить для них дома. Научить всему, что умели другие. И хорошо, если чужаки не будут доставлять проблем, в чем и Джабай, и Ира сомневались. А это значило только одно — ссоры и склоки.

Нет, Джабай не хотел этого, поэтому оставил все как есть.

То, что Джабай не хотел пока иметь с другими племенами никаких отношений, не означало, что он полностью о них забыл. Он понимал, что его племя, пусть и хорошо спряталось в долине, все равно в любой момент могло быть найдено.

Обычно группы ящеров не вступали в конфликт, если не случалось чего-то экстренного, но Джабай понимал, что зависть и жадность могут толкнуть на безрассудства даже самых мудрых вождей.

Глядя на поселок, Джабай осознавал: если это место будет найдено, то конфликта не избежать. Чужаки захотят забрать все это себе. И хорошо, если они ограничатся только поединком вождей. А ведь могут решить забрать все силой, спровоцировав более масштабный бой.

Поэтому он хотел защитить поселение еще лучше.

Для начала нужно сделать так, чтобы ни один посторонний не мог приблизиться к нему. Значит, часть ящеров должна патрулировать территорию за пределами долины. И не только.

За самой долиной тоже нужно всегда присматривать. Враг вполне мог пробраться через горы. Маловероятно, конечно, но Джабай не собирался ничего исключать.

Вход в долину тоже всегда охранялся. Как и проход в пещеру с соленым озером.

Когда он заговорил об этом с Ирой, она предложила придумать какое-нибудь более совершенное оружие. Первое, что она показала ему, — это лук. По крайней мере, именно так Ирина назвала изогнутую палку, концы которой соединяла тонкая и крепкая веревка.

Джабай не был впечатлен тем, как работал этот лук. Стрелы — еще одно незнакомое слово — летели не так уж и далеко. Кроме того, они не попадали в цели. Да и удар был настолько слаб, что вряд ли пробил бы кожу ящера.

Ира заверила его, что это прототип и на самом деле луки могут быть очень грозным оружием, просто нужно сделать правильно и научиться им пользоваться.

Джабай не стал сразу отбрасывать эту идею, пусть и относился к ней с некоторым пренебрежением. Возможно, для людей такое оружие могло быть опасно, но не для ящеров. Они десять раз успеют уклониться от настолько медленно летящей стрелы.

Вот только Ирине, как ему показалось, не понравилось его выражение, потому что она упрямо нахмурилась и полностью погрузилась в создание нового образца лука.

Джабай не мешал ей.

Следующий лук был немного прочнее. Ящеру пришлось признать, что стрела, угодившая в цель, уже может стать опасной. Вот только удар все еще был слаб. Да и летела тонкая палочка с заточенной костью на одном конце и пучком оперения на другом криво и неуверенно.

И снова Ира продолжила работу.

Если честно, Джабаю нравилось ее упорство.

Третий вариант был еще успешнее. На этот раз Ирина не показала Джабаю результат сразу. Она несколько дней упорно избегала его. Сначала ящер не придал этому значения. Мало ли куда ящереана могла ходить. Она постоянно чем-то занята.

Но потом он увидел ее с одним из молодых ящеров.

Это моментально заставило его нахмуриться и почувствовать неудовлетворение. Ему не нравилось, что Ира находила время пообщаться с другими ящерами, зато не могла уделить ему даже пары минут в день, постоянно исчезая куда-то.

Конечно, Джабаю было несложно выследить ее, но он упорно отказывался это делать. Хотя, стоит признаться, после недели таких отлучек он был готов отступить от принятого решения и найти Ирину. Так долго он смог продержаться только потому, что на Ире не было чужого запаха.

И вот, к облегчению Джабая, он наконец узнал, что Ира делала все это время. Оказалось, что она тренировалась управляться с луком, взяв в помощники того самого ящера, которого Джабай видел около нее много раз за последние дни.

О, он хорошо запомнил этого ящера, пообещав себе, что в будущем того ждет множество смен патрулирования за пределами долины.

После проведенной демонстрации, когда Ире удалось попасть стрелой точно в центр мишени, сделанной заранее, Джабай решил признать поражение. Ему не хотелось, чтобы его ящереана снова отдалилась от него лишь для того, чтобы что-то ему доказать.

И пусть он все еще не был до конца убежден, что ящерам нужны эти луки (стрельба в лесу была не такой уж простой), он решил сделать вид, что согласен с Ирой. Чуть позже, рассмотрев оружие со всех сторон, опробовав его и взвесив все за и против, Джабай пришел к выводу, что такой предмет вполне может пригодиться.

Например, на открытых пространствах.

Ящеры были контактными бойцами. Даже свои копья они предпочитали вонзать во врага. Конечно, бросить его они тоже могли, но не в далекую цель.

В общем, они пришли к пониманию и согласию. Хотя стоит признать, что больше Джабаю понравились дубины, тоже новшество от Иры.

Толстые палки с каменными шипами в руках любого ящера становились смертоносным оружием.

Однажды один из ящеров, патрулирующих снаружи, принес весть, что мимо мигрирует стадо шиподраев. Это было ближе к началу сухого сезона, поэтому Джабай сразу подумал о яйцах.

Шиподраи были свирепыми зверями. Они питались травой, но нрав их был еще хуже, чем у хищников. Природа наделила их смертоносным оружием, которым они мастерски пользовались. Даже острозубы не всегда решались выйти на бой с шиподраями, особенно если последних было больше.

Отряд ящеров проследил за проходящим мимо стадом. Шиподраи должны были остановиться где-то на небольшой срок, чтобы дать время самкам отложить яйца, а самим яйцам вылупиться.

Надо сказать, что такие остановки всегда негативно сказывались на местности. Большое стадо за пару месяцев съедало всю растительность поблизости и разгоняло живность.

Джабаю очень не нравились эти низшие ящеры. Слишком разрушительными они были.

Ира, после того как узнала новость, тоже вспомнила этих динозавров. Даже странно было, что в этом месте существовало нечто подобное. Замкнутый мир находился в хрупком равновесии, а шиподраи заметно выделялись своей способностью уничтожать растения на больших участках за короткий срок. Наверное, если бы не частые дожди и жаркое солнце, шиподраи давно бы уничтожили это место. Экосистему спасала только способность быстро восстанавливаться благодаря большому количеству воды и света.

В первый раз, когда Ира увидела шиподраев, то подумала, что их надо уничтожить. Их существование могло грозить большой опасностью. Но потом, хорошо все обдумав, она не стала спешить с выводами.

Да, шиподраи были свирепыми и прожорливыми, но как-то ведь вся система держалась все эти годы. Возможно ли, что шиподраи были вписаны в это хрупкое равновесие?

Видимо, так и было.

Проходящее мимо стадо было большим. Оно уничтожало всю растительность на своем пути, кроме, конечно, больших деревьев, и оставляло после себя слой экскрементов. Как известно, это хорошее удобрение. К тому же из-за большого веса зверей и из-за дождей отходы не оставались на поверхности, они перемешивались с землей и с гниющей травой.

Благодаря погоде уничтоженная растительность возрождалась в кратчайшие сроки. Несомненно, шиподраи помогали лесу очищаться и обновляться.

Но что насчет количества? Какими бы полезными ни были шиподраи, если их станет слишком много, все рухнет.

Оказалось, тут все было не так просто. Как и прочим динозаврам, шиподраям было не так легко размножаться. Да, они были свирепыми и сильными, но из десяти яиц в гнезде хорошо, если выживало одно или два.

А после того как ящеры обратили внимание на этих зверей, не осталось и этого.

— И что вы собрались делать с ними? — со скепсисом спросила Ирина, глядя на аккуратно сложенные яйца шиподраев. Она даже думать не хотела, чего стоило ящерам выкрасть их. Все-таки шиподраи славились своей вспыльчивостью и свирепостью.

— Вырастим их компаньонами, — ответил Джабай, любовно оглядывая кучку яиц.

Он только представил, как он и его ящеры будут выглядеть верхом на ком-то настолько быстром и устрашающем, как настроение сразу поднялось до отметки «превосходно».

С такими защитниками им нечего будет больше опасаться.

Правда, стоял вопрос прокорма. Впрочем, десяток шиподраев не должен был слишком их объесть. В конце концов, кругом густой лес!

Ира не стала говорить что-то против этой идеи. Она видела, насколько другими выглядели динозавры, воспитанные ящерами, и не могла не признать, что звери, живущие среди ящеров, в десятки раз умнее, чем их дикие сородичи.

К концу сухого сезона из яиц вылупились маленькие злобыши. Ира назвала их именно так. Шиподраи даже в самом нежном возрасте были свирепыми и злыми. Они грозно шипели, всегда поворачиваясь лицом к предполагаемому врагу. Поначалу с готовностью кидались на любого, кто появлялся поблизости, невзирая на размер.

Надо было видеть Ра, когда один из маленьких шиподраев решил, что укусить «врага» за хвост — хорошая идея. Ира тогда смеялась до слез, настолько был забавным вид озадаченного Ра. Судя по всему, малыш не мог поверить, что нечто столь маленькое может быть настолько смелым. Конечно, вреда смеленышу он не причинил, но после всегда старался держать хвост подальше.

Постепенно злобыши привыкали. Они становились менее агрессивными, но лишь по отношению к тем ящерам, кто мелькал перед их глазами постоянно. Когда Ирина поняла это, она попросила всех соплеменников по очереди бывать рядом с шиподраями. Она хотела, чтобы эти маленькие злыдни запомнили всех членов племени. И не только их, но и динозавров, живущих рядом с ящерами.

Чем старше становились злобыши, тем спокойнее они себя вели. Ира даже подумала, что они совсем растеряли свою свирепость. Но это было не так.

Стоило им однажды увидеть динозавров, запертых в загонах, как злобыши тут же принялись буйствовать, явно желая уничтожить противников, хотя те не собирались им как-то вредить.

Успокоить мелких злодеев смогли лишь их хозяева. Ирина не представляла, как это возможно, но, когда рядом с разъяренными шиподраями появились их ящеры, те присмирели, делая вид, что это не они совсем недавно собирались прорваться в загон, чтобы уничтожить чужаков.

После этой демонстрации Ирина вздохнула спокойнее. По всему выходило, что своеобразная привязка ящер — компаньон работает.

Глава 29

Загол удовлетворенно выдохнул и вытянул ноги. Он лениво посмотрел на почти полностью обглоданную тушу низшего ящера, даже не думая двигаться с места.

После того как Карок покинул их племя, жизнь Загола изменилась. Конечно, не сразу.

Поначалу все было как раньше. Он был простым ящером, одним из многих. Понятно, что, как и у большинства, у него время от времени появлялись мысли о том, чтобы сразиться с вождем за его место.

Быть вождем желали многие. Всем хотелось есть больше мяса, затрачивая при этом меньше сил. Не стоит забывать и об уважении, и ящереанах, готовых лично свить гнездо, лишь бы вождь обратил на них внимание.

Дальше мыслей Загол не заходил. Он понимал, что бой с вождем племени — не самое легкое дело. Лишаться жизни раньше времени не хотелось.

Пока Загол мечтал, Карок начал действовать, сместив вождя. Загол не был глупым, он сразу попытался прибиться к новому лидеру. Это ему удалось. Чем больше времени он проводил с Кароком, тем больше понимал: честный бой для дураков! Загол дураком себя не считал. Пусть он и видел, что Карок не так силен, как прошлый вождь, но вокруг него собрались ящеры, мимо которых так просто не пройдешь.

Загол ждал удобного момента. Он не был так хитер, как Карок, да и силой особой не обладал, но за время, пока находился под рукой вождя, он успел у того кое-чему научиться.

Это помогло ему, когда Карок отправился в очередной поход и не вернулся.

Загол ждал. Он тихо и мирно исполнял обязанности заместителя вождя, всеми возможными способами делая так, чтобы ни у кого не возникло и мысли попробовать захватить племя.

Но ждал он вовсе не возвращения вождя. На самом деле, Загол мечтал, чтобы тот где-нибудь сгинул.

В конце концов его терпение иссякло. Он решил, что ждать больше нечего. Карок явно погиб, иначе давно бы вернулся с очередной победой.

Загол объявил себя вождем. К тому моменту ящеры в его племени привыкли к руководству Загола, поэтому особо никто не возражал. А те, кто был против, быстро погибли во время охоты. Да, Загол умел учиться.

Спустя два сезона после того, как Карок покинул племя, Загол чувствовал себя великолепно. Он был тем, кем всегда хотел стать. Возможно, ему не хватало силы или хитрости, но его это мало волновало. Ящеры вокруг спокойно принимали его лидерство.

На самом деле многие уже давно заметили: все, кто хоть раз высказывался о том, что хочет бросить вызов вождю, погибали тем или иным образом в самое ближайшее время.

Ящеры не были глупы и могли связать эти события между собой.

Именно поэтому никто не возражал. К тому же не был Загол таким уж плохим вождем. Без причины никого не убивал и не бил, да и еды хватало.

Племя, как обычно, кочевало. Благодаря Кароку оно заметно увеличилось, но Заголу удавалось руководить им.

Все было хорошо, но однажды Заголу пришла в голову идея сходить в ту сторону, куда ушел Карок. Ему было интересно, что там. Вернее, хотелось посмотреть на племя, о которое сломал зубы Карок.

Если говорить прямо, то Загол намеревался захватить его. За время правления его самоуверенность подросла. Откуда-то появилась мысль, что он может сделать то, чего не смог Карок.

Новое племя — новая рабочая сила, а главное — новые ящереаны. Так-то Загол старался не портить всех подряд, выбирал только самых красивых. Но к этому моменту все они ему надоели, так что хотелось чего-то нового.

И вот однажды племя направилось по стопам Карока.

Загол предвкушал.

Чего он не ожидал, так это того, что ящеры, которых он ищет, придут к нему сами.

Услышав треск кустов, Загол сначала насторожился, а потом, вынырнув из блаженной неги, подскочил на ноги. Не было никаких сомнений, что к ним приближается какой-то крупный зверь.

Когда из кустов показалась морда шиподрая, Загол едва не удобрил землю. Вскрикнув, он попытался резко развернуться, но внезапно запутался в своих ногах и рухнул на землю. От страха его парализовало. Он не мог подняться сразу, поэтому принялся отползать, с ужасом глядя на свирепого зверя.

Кажется, он кричал, но совершенно этого не замечал. В конце концов, больше не пытаясь бежать, Загол закрыл глаза и отвернулся. К настолько стрессовой ситуации он не был готов.

Время текло, но ничего не происходило.

Наконец, Загол услышал легкое покашливание. И доносилось оно откуда-то сверху.

Загол не мог поверить в то, что видел.

На шиподрае сидел ящер!

Как такое возможно?!

Эти низшие ящеры были такими же свирепыми и опасными, как острозубы! Никто в своем уме не подумал бы даже близко подходить к ним, не говоря уже о том, чтобы усесться сверху.

Сглотнув, Загол опустил взгляд на морду шиподрая. Из глотки зверя вырвалось глухое рычание. Не было никаких сомнений, что тот мечтает кинуться вперед, но его что-то останавливает.

И почему вообще жующие траву звери такие агрессивные?!

Сердце Загола готово было разорваться от страха, особенно когда он увидел, что из ближайших кустов выходит еще один шиподрай с ящером на спине!

Сколько их?

Кто эти безумцы?

Как им удалось подчинить настолько грозных зверей?!

Вопросов было море, но что-то подсказывало Заголу, что никто не станет отвечать ему ни на один.

— Кто вы и что делаете на нашей территории? — заговорил с Заголом первый ящер. Он был очень молод, но взгляд выдавал твердую уверенность в себе.

Еще бы, подумал Загол, ему не быть уверенным! Если бы сам Загол сидел верхом на шиподрае, он тоже мог быть уверен!

— Мое имя… кха, — он откашлялся и медленно встал, опасаясь спровоцировать шиподраев на атаку. Всем было известно, насколько они агрессивны. — Загол, — закончил он тихо, переводя взгляд с ящеров на шиподраев и обратно.

— И? — Джабай, а это был именно он, вздернул брови, побуждая вторженца продолжать. Честно говоря, на имя чужака ему было откровенно плевать. Единственное, чего он хотел, это знать причину присутствия отряда чужаков на территории его племени.

— Мы просто… — взгляд Загола забегал по сторонам. Он никак не мог сказать, что хотел посмотреть на племя, на которое нацелился Карок, и, возможно, сделать его своим. Что-то подсказывало Заголу, что сидящему верхом на шиподрае ящеру такие слова совсем не понравятся. — Проходили мимо, — выдавил он, решив, что у него и так достаточно ящеров. Ни к чему еще одно племя. Их ведь кормить придется, присматривать за ними. Одни проблемы!

— Да? Очень хорошо, — Джабай хмыкнул. Его не смогли обмануть слова Загола. Убивать ящера он не собирался. Судя по всему, шиподраи произвели на чужака неизгладимое впечатление. Вряд ли тот еще когда-нибудь придет на их территорию. — Вас проводят.

Загол вскинул взгляд, а потом облегченно выдохнул. Упоминать Карока он не стал. Мало ли, вдруг между его прежним вождем и этим племенем произошел какой-нибудь конфликт. Заголу не хотелось отвечать за грехи того, кто с большой долей вероятности уже давно в земле.

Да уж, неудивительно, что Карок не вернулся.

Странно, что вообще напал. Разве он не видел, на что способны эти ящеры?

Загол прищурился. А ведь не зря он думал, что Карок в последнее время стал слишком самоуверен. Вот и поплатился. Видимо, даже шиподраи показались ему мелочью, не достойной опасения.

Но Загол не такой. Он осторожен.

Зачем ему ругаться с такими сильными противниками? В конце концов, он слышал, что ближе к большой горе есть еще одно племя. Не могут ведь все племена быть такими сильными?

Нет, он точно знал, что не могут, а значит…

— Тогда мы пойдем, — заискивающе улыбнулся он и попятился. Его ящеры уже давно сгрудились в кучу неподалеку. Как только они отошли на некоторое расстояние, то сразу сорвались с места, уносясь от угрозы подальше.

Джабай проследил за ними, а потом хмыкнул и приказал проследить за беглецами.

Чужаков заметили заранее. Патрули своевременно принесли новость о том, что к поселению движется чужой отряд.

Джабай решил применить тактику устрашения.

К этому моменту все шиподраи выросли и привыкли ходить под седлом, слушаясь своих ящеров. Поэтому Джабай включил их в план «напугай врага так, чтобы он убегал, ломая ветки».

Как показала жизнь, план полностью удался. Чужаки перепугались.

Развернув шиподрая, Джабай направился в сторону входа в долину. Очередной сухой сезон заканчивался. Вспомнив, какое событие ждало его дома, ящер ощутил, как все тело вспыхивает возбуждением.

Та самая свадьба, о которой они с Ирой говорили, казалось, вечность назад. Не так давно Ирина сказала, что время пришло.

Он не мог поверить, что ему удалось сдерживать себя столько времени.

* * *

Как только закончился еще один дождливый сезон, Ира начала подготовку к свадьбе. Она решила, что время пришло. С момента ее попадания прошло почти три года. За это время произошло многое.

Перекидывая петельку на петельку, Ира вспоминала недавние события.

Не так давно Ра решил, что вырос достаточно, чтобы завести свою семью. Ни одна из самок, росших в племени, не понравилась привереде. Хотя те, следует отметить, делали все возможное, чтобы привлечь внимание Ра.

Выйти из долины такому большому динозавру было не так просто. Через обычный проход пробраться он точно не мог — размеры не позволяли. Оставался только один вариант — пещера с соленым озером. Туннель, ведущий на берег, был достаточно высоким и широким, так что Ра вполне мог по нему пройти.

Одного тирекса никто, конечно, не отпустил. Каким бы самостоятельным и взрослым он ни был, Ира все равно попросила пару ящеров присмотреть за ним. Те согласились сразу. Ра в племени все любили, поэтому не хотели, чтобы он попал в беду во время своих романтических каникул.

Ира скучала по нему. Она надеялась, что Ра вернется, как только закончится сухой сезон. Возможно, даже не один. Конечно, его подругу в племени вряд ли будут приветствовать, все-таки дикие динозавры крайне опасны, а вот детенышам соплеменники точно обрадуются.

За прошедшее время поселение очень сильно изменилось. Исчезли каменные дома. После долгих испытаний ящеры пришли к выводу, что в местном климате лучше строить что-то более легкое и проветриваемое.

Самым удобным для строительства материалом оказался вездесущий бамбук, легкий и прочный.

Ящеры очень быстро пристрастились к комфорту. Их дома стали выглядеть более удобно и больше не напоминали приземистые землянки. У всех домов появились открытые веранды и беседки, в которых ящеры собирались семьей по вечерам. Чаще всего во время ужина и после него, когда солнце заходило, а воздух становился не таким горячим.

Улицы пришлось переделывать. Камешки, найденные детьми, не могли удержать буйную зелень, стремившуюся вырваться на свободу.

В итоге ящеры поступили радикально: сняли верхний слой земли, а потом засыпали все мелкими камнями, сверху уложив крупные плоские булыжники.

Даже так кое-где можно было увидеть пробивающуюся зелень, но ее стало во много раз меньше.

Вокруг поселения была самая настоящая плантация батата. Протоптанные ухоженные тропинки змеились во все стороны долины, которая давно уже была поделена на загоны. В них обитали травоядные звери, возможно даже не подозревающие о том, что живут в неволе.

Кроме посуды, мебели, тканей и всего остального, Ирина привнесла в это время еще пару вещей. Ей надоело купаться в озере, поэтому она быстро соорудила для себя душ и умывальник.

Проблемы с доставкой воды имелись только в течение сухого сезона. В остальное время в специальных баках набиралась дождевая вода.

Большие емкости делались просто. Плелся каркас из тонких веток, который тщательно обмазывался глиной. Затем снаружи изделие крепко оплеталось лозами, а изнутри обмазывалось смолой одного из деревьев. Эта смола имела очень полезное свойство — она затвердевала до состояния камня, не трескаясь при этом.

Готовое изделие оставляли в пещере, высыхать. Для этого было выбрано самое сухое и прохладное место. После того как все высыхало, емкость можно было использовать для хранения воды. Или чего-нибудь другого. Конечно, на печь такую вещь ставить было нельзя.

Для детей ящеры соорудили небольшое озерцо, так как отпускать малышню на настоящее озеро взрослые опасались. Там все еще водились опасные существа. Например, громадные водные змеи.

После всех изменений поселение было не узнать. Конечно, до современного вида ему оставалось очень далеко, но оно все равно выглядело уютно и красиво.

Кое-где рядом с домами росли деревья, надежно укрывая своей кроной от палящего солнца. Во многих дворах ящерки посадили различные цветы для красоты, чем очень оживили поселок.

Ира помнила, сколько скандалов пережили семьи, когда кто-нибудь из ящеров случайно или специально наступал на посаженное или выдергивал цветы.

Перекинув еще одну петлю, Ира посмеялась, вспомнив, как сама пару раз всыпала Джабаю за неаккуратность. Да, Ирина была первой, кто выкопал в лесу цветущий куст и посадил около дома.

Любовно оглядев пышно цветущие растения, Ира продолжила работу. День свадьбы приближался, поэтому она торопилась закончить свой наряд.

* * *

Ирина нервничала. Одернув край связанной ее собственными руками кружевной туники, она вздохнула и прикрыла глаза.

Ее немного раздражало это волнение. В конце концов, они с Джабаем уже столько живут вместе, так что с того, что пришло время их свадьбы? Она даже не была официальной!

В самом деле, кому есть дело до непонятного обряда в этом мире, где еще недавно разумные питались сырым мясом?

Ящеры приняли идею провести что-то новое с воодушевлением, но Ирина понимала, что они не относятся к этому настолько серьезно. По крайней мере, обряд ухаживания, которому следовали все ящеры, вызывал в них больше чувства ответственности и эмоций, чем какая-то непонятная свадьба.

В итоге, после многочисленных объяснений, ящеры решили считать свадьбу чем-то вроде очередного праздника с некоторыми интересными моментами. Не более того.

Возможно, в будущем этот обряд обретет свое таинство, но пока ничего такого не было и в помине.

Ира поначалу раздражалась, но потом махнула рукой, прекрасно понимая, что образ мыслей нельзя изменить за один день.

Честно говоря, она сама не понимала, зачем ей вся эта возня. Возможно, она просто немного скучала по оставленному в прошлом дому?

Как обычно, стоило подумать о том, что было когда-то давно, навалилась тоска. Ира встряхнулась, запрещая себе хандрить. Какой смысл думать о том, что навсегда осталось лишь в ее воспоминаниях? Она не откажется от них, но и не станет себя терзать.

Стараясь очистить мысли, она еще раз осмотрела себя. Ратая, сидящая на стуле, с восхищением оглядывала работу Иры. Да, Ирине пришлось потратить много времени, чтобы сделать эту тунику. Вязание никогда не было ее сильной стороной. Крючком она вязала, но очень давно. Ира помнила, что существовало множество схем для создания красивых кружев, но сама она делала только самое простое. Поэтому в этом времени пришлось проявить немного фантазии и упорства.

Результат не был идеальным, но туника все равно получилась очень неплохой.

Так как вязка была крупной, Ирина надела под низ нечто вроде топа и короткой юбки. На талию повязала связанный и украшенный пояс. Украшала его она разными вещами: красивыми перьями, застывшими кусочками янтарной смолы и ракушками, найденными на берегу.

Возможно, наряд был немного диковатым, не имеющим ничего общего с нарядами невест ее прошлого, но даже так одежда в значительной степени отличалась от того, что привыкли носить ящеры и она сама.

Покрывать волосы глиной Ира не стала. Она тщательно их вымыла и завила с помощью веревочек и мягких кусочков коры. Таким способом она завивала волосы в далеком детстве. Получалось довольно привлекательно.

Немного подумав, Ира не стала собирать волосы в прическу, оставила распущенными. Буйные рыжие кудри очень подходили к ее необычному наряду. Она лишь закрепила на локонах большой белый цветок.

— Это… — Ратая явно не находила слов. Она смотрела на Иру во все глаза, переводя взгляд с одного предмета на другой, очень часто останавливаясь на волосах. Не было никаких сомнений, что она никогда не видела кудрей.

— Иди посмотри, все ли готово. Если да, то скажешь мне.

Ратая заторможенно кивнула и выскочила из дома.

Ира вздохнула и села.

Со свадьбой она действительно не стала придумывать ничего сложного. Просто обряд, потом пир, танцы и брачная ночь. Все очень просто, без лишней мишуры.

Угощения уже были готовы. Столы расставили на поляне, которую ящеры использовали для обычных посиделок около костра.

Он, кстати, тоже будет. Насколько Ирина знала, Джабай решил зажарить на нем тушу небольшого динозавра.

Какая свадьба без музыки?

Ира не могла оставить все так, как есть. Поэтому «придумала» барабаны. Ящеры понятия не имели, как на них играть, но энтузиазма им было не занимать. Спустя время они с удовольствием стучали по новым инструментам, выдавая что-то вроде ритмичной музыки.

Вспомнив грохот, который выходил у новоиспеченных музыкантов, Ира поморщилась. Наверное, ей все-таки не следовало заходить так далеко, но смысла жалеть уже не было. Ящерам понравилось, так что они теперь ни за что не откажутся от барабанов. Тем более что те очень гармонично вписались в их натуру.

— Все готово! — крикнула Ратая, вбегая в дом.

Ирина на миг замерла, стараясь унять бешено заколотившееся сердце, а потом медленно, с достоинством поднялась на ноги. Нет причин нервничать. Все давно обговорено. Она сама решила, что будет свадьба.

Ире до сих пор казалось, что ее затея с этим мероприятием в подобных условиях немного смехотворна, но отгоняла от себя эти мысли. Свадьба была чем-то вроде дани ее прошлой жизни.

Выйдя из дома, Ира на миг зажмурилась, а потом открыла глаза и решительно направилась по дороге в сторону, где располагался алтарь.

Да, да, его тоже сделали. На самом деле, алтарем служил большой камень, формой напоминающий молот. Его нашли случайно, а потом притащили в поселение в надежде использовать для чего-нибудь. Ни для чего он не пригодился, и на некоторое время о нем забыли, но потом его нашла Ира и решила, что это будет алтарь.

Затем Джабай по ее просьбе немного довел его до ума. С помощью более крепких камней он аккуратно сбил все лишнее. Конечно, даже так алтарь выглядел как грубый камень определенной формы, но после облагораживания он все-таки казался немного лучше.

Алтарь был размещен неподалеку от озера, практически около скалы. К нему вела вымощенная камнем дорога. За ним ящеры под присмотром Иры построили из бамбука беседку. Вокруг ящерки посадили множество цветущих кустов. К этому моменту большинство из них уже прижились и не выглядели чахлыми и вялыми.

Подходя к месту, Ира увидела стайку детей вместе с подросшими динозаврами, выбранными ими себе в напарники.

Стоило им увидеть Ирину, как дети сначала замерли с открытыми ртами, а потом подскочили и помчались в сторону алтаря с беседкой, во все горло крича, что она идет. Детеныши динозавров бросились следом за своими ящерами.

Выглядело все это забавно.

Все племя собралось около алтаря, стоя по обе стороны дороги. Даже Ра был здесь. Не так давно он вернулся из своих романтических путешествий с несколькими крохотными детенышами.

Ящеры, которые присматривали за ним, сказали, что их мать охотно рассталась со своими детьми. Ирина не понимала, как это возможно, но предположила, что динозавры как-то общаются друг с другом и Ра смог объяснить подруге, что их дети вместе с ним будут в полной безопасности. Ира еще помнила, при каких обстоятельствах сама нашла Ра.

Было в этой картине нечто сюрреалистичное. Хвостатые ящеры, смешанные с динозаврами всех возрастов, беседка, украшенная цветами и зелеными лозами, каменный алтарь и старый Додлог, услужливо согласившийся сыграть роль священника. Или работника ЗАГСа.

На этой мысли Ира невольно фыркнула, а потом вдохнула и выдохнула. Это просто нервы.

Ее взгляд упал на стоящего рядом с алтарем Джабая. И пусть чувство чего-то нереального довлело над ней, Ира отбросила это в сторону, сосредоточившись на своем будущем муже.

Джабай походил на статую. Он стоял неподвижно с расширенными глазами и приоткрытым ртом. Ирина не сразу поняла, что с ним, а потом смутилась, осознав, что ее внешний вид по какой-то причине шокировал его.

Пытаясь справиться с неловкостью, она опустила взгляд и слегка одернула тунику. И только после этого снова посмотрела на Джабая. Тот выглядел лучше, если не считать того, как сверкали его глаза. Ирина краем сознания отметила, насколько беспокойным стал хвост практически мужа, а потом смело двинулась дальше.

— Кхм, кхм, — прокашлялся Додлог, а потом важно выпрямил чуть согнутую спину. — Дамы и господа, мы собрались здесь, чтобы сочетать браком эту замечательную пару.

Ира едва смогла удержать улыбку. Конечно, текст писала она, а Додлог заучивал его под ее руководством. Старику понравилось. Ему казалось, что многие незнакомые слова звучат важно и солидно. После того как он узнал, что они значат, Ира часто слышала, как он называл ящерок дамами, решив, что такое обращение делает его более внушительным. Надо сказать, ящеркам такое тоже нравилось. Услышав от Додлога его протяжное «дамы», они часто начинали смущенно хихикать. И происходило это независимо от их возраста.

— Сегодня самое прекрасное событие в вашей жизни, — продолжал Додлог громким и внушительным голосом, в котором слышались нотки гордости. — С этого дня вы будете неразрывно связаны в горе и радости. А сейчас я хочу, чтобы вы перед всеми этими свидетелями подтвердили, что ваше согласие стать супругами является искренним, взаимным и добровольным. Прошу ответить вас, невеста.

— Да, — ответила Ира, замечая в своем голосе дрожь. Он был переполнен эмоциями.

— Прошу ответить вас, жених, — важно продолжил Додлог. Старик никак не мог поверить, что ему выдалось участвовать и возглавлять нечто настолько величественное и необычное. Именно поэтому он тщательно выучил все слова, а сейчас слегка нервничал, опасаясь что-нибудь забыть.

— Да, — твердо и уверенно сказал Джабай. Все это время он не сводил взгляда с Иры, словно боялся, что она внезапно исчезнет.

— Вы согласились при свидетелях. Ваш брак отныне становится полностью действительным. А сейчас я прошу вас поставить свои подписи.

Ира взглянула на глиняную табличку. Когда она планировала свадьбу, этот момент показался ей довольно символичным, поэтому она решила внести его.

Табличка делалась заранее. Для начала из лоз изготавливался каркас, потом в него помещалась влажная, но не жидкая глина. Некоторое время конструкция сохла. К моменту церемонии глина стала такой, что на ней еще можно было писать, но при этом она не разваливалась на части. Позже табличку планировалось поставить в прохладное место, а затем запечь в печи.

Ира с Джабаем шагнули вперед. Подхватив специальные палочки, они по очереди начертали на глине символы, должные обозначать их подписи. Ира знала, что после того, как она рассказала об этой части, Джабай долго думал над своим знаком, а потом еще и тренировался.

Ира до этого момента не видела символ Джабая. Она немного нетерпеливо взглянула на его сторону таблички. Подпись Джабая не имела ничего общего с тем, что привыкла видеть Ирина. Знак выглядел как иероглиф, очень похожий по своему очертанию на дом.

Положив палочки, они практически одновременно отступили назад. Додлог придирчиво оглядел табличку и удовлетворенно кивнул.

— Поздравляю! — внезапно воскликнул он, отчего Ира невольно вздрогнула. — Отныне вы муж и жена. Можете поздравить друг друга.

Джабай хорошо знал, что он должен делать, поэтому немедленно повернулся к Ире, притягивая ее к себе и накрывая ее губы своими. Ира слышала, что Додлог что-то еще говорит, а ящеры возбужденно перешептываются, но ей не было никакого дела до всего этого. Все ее существо было сосредоточено только на Джабае. Он был центром ее жизни, ее надеждой, покоем и бесконечной любовью.

Глава 30

Время стремительно летело вперед.

Ира не могла поверить, что прошло уже несколько месяцев после того, как они с Джабаем сыграли свадьбу.

Первая брачная ночь запомнилась ей болью, сладостью и ощущением бесконечного восторга. Несмотря на то что принять в себя Джабая в первый раз было довольно болезненно, Ирина не стала зацикливаться на этом моменте, стараясь сосредоточиться на многочисленных ласках и ощущении принадлежности.

Одного раза ящеру явно было мало, но он все-таки подчинился, когда Ирина сказала ему, что ей требуется время для восстановления. Впрочем, это никак не могло лишить их уже привычных ласк губами и руками.

Ира не рассчитывала, что забеременеет сразу. Да и, честно говоря, слегка опасалась этого. В конце концов, уровень медицины в этом месте не стал выше. Его просто не было. Травы и коренья, конечно, помогали, но никак не могли заменить квалифицированную помощь дипломированных врачей.

Кроме того, она не могла отрицать, что их с Джабаем виды все-таки отличались, пусть ящеры и имели в структуре своей ДНК часть от человека. Но вторая половина принадлежала динозаврам. И эта особенность могла сыграть с ними злую шутку.

Даже если они могли иметь совместных детей, никто не мог гарантировать результата с первого раза.

Так она думала, пока однажды не ощутила тошноту.

Это могло быть простым отравлением или временным явлением, но Ирина сразу поняла — оно!

Стоило ей осознать это, как все краски схлынули с ее лица. Она снова подумала о том, что здесь нет больниц, врачей и лекарств. Никто не придет ей на помощь, если возникнут какие-то проблемы.

Эта мысль была первой, но ее смыло осознание, что внутри нее зародилось живое существо, которое в будущем станет самостоятельной личностью.

Восхитительное чувство завладело ей полностью. Она помнила, как в тот момент глупо улыбалась и ничего не могла с собой поделать. И ее не волновало, каким родится ребенок, зачатый человеком и ящером.

Не было никаких сомнений, что он будет самым необыкновенным.

По-другому и быть не могло.

Ирина, конечно, не стала сразу говорить Джабаю о своем положении.

После того как первая эйфория схлынула, она забеспокоилась. Ира помнила, что ящерки не рожают детей в прямом смысле этого слова, а откладывают яйца.

Тогда что растет внутри нее? Ребенок или яйцо?

Мысль была тревожной, но, обдумав ее как следует, Ира решила, что не должна так сильно беспокоиться, иначе это может навредить и ей, и ребенку.

Джабаю она сказала, только когда живот стал заметен. Она до сих пор помнит, каким глупым стало лицо ящера. Он выглядел так, словно его несколько раз стукнули пыльным мешком. Пару минут ящер совсем не двигался, выпав из мира.

А потом начался натуральный кошмар.

Джабай, судя по всему, и сам понимал, насколько все неопределенно. И это явно сводило его с ума. Он носился с Ирой так, будто она могла рухнуть и разбиться в любой момент.

Поначалу он хотел запретить ей любую деятельность, едва не закрыв в доме, вернее, не приковав к кровати. Ире пришлось выдержать настоящий бой только для того, чтобы отстоять свое право вести обычную жизнь.

Джабай немного отступил, правда, приставил к ней одну из ящерок, велев неустанно следить за Ириной. Это раздражало, но Джабай не желал и слышать о том, чтобы оставить ее без присмотра.

Атаке подверглось и питание Иры. Ящер таскал ей фрукты, ловил рыбу, собирал орехи и ягоды, охотился на динозавров, мясо которых было более нежным, чем у тех, на кого обычно обращало внимание племя. В общем, делал все, чтобы на тарелке Ирины каждый день оказывалась самая свежая и вкусная еда.

Вскоре стало понятно, что внутри Иры рос именно ребенок, а не яйцо. Живот стал слишком большим. Она не хотела даже думать о том, что вероятность развивающегося внутри яйца все еще существовала.

* * *

Схватки становились все короче. Не было никаких сомнений, что ребенок желает увидеть мир. Ира схватила руку Ратаи, сжимая ее крепче.

Ирина, конечно, была рада, что ее малыш, наконец, скоро появится на свет, но хотелось, чтобы все закончилось как можно скорее. Она не была любительницей боли.

Она знала, что Джабай сейчас мечется под дверями дома, сходя с ума от волнения, но у нее не было сил думать еще и о нем. Она устала и ощущала себя разбитой.

Напрягшись в очередной раз, Ирина почувствовала, как ребенок вышел из нее. Сначала была полная тишина, если не считать взволнованного и хриплого голоса одной из ящерок, которых она несколько месяцев учила принимать роды. Только Ира прислушивалась вовсе не к ним.

Когда прозвучал первый крик ребенка, напряжение покинуло ее.

Все хорошо. Она смогла. Все прошло хорошо.

— Дай мне его, — сипло попросила Ирина, концентрируя взгляд на крошечном человечке в руках ящерки. Она еще не видела доказательств, но точно знала, какой пол у ребенка.

Это был мальчик.

* * *

Услышав перешептывание и тихий смех, Ира замолчала и грозно посмотрела на аудиторию. Взгляд моментально отыскал рыжую макушку.

— Никита, — предупреждающе произнесла она.

— Это не я! — моментально открестился старший сын.

Ира вздохнула и потерла переносицу.

Ну да, конечно, так она и поверила.

Окружающие, явно устав, зашевелились, обрадовавшись короткой передышке. Но снисхождения у своего учителя они не нашли. Ира одарила каждого строгим взглядом, не разбирая, ребенок перед ней или взрослый.

— Это не он, — добавил спустя некоторое время ее средний сын, видимо подумав, что мать не поверила словам старшего брата, раз так долго молчит. И по этой причине поспешил встать на защиту неугомонного родственника. Кто его еще защитит, если не младший брат?

— Ярослав, — обреченно вздохнула Ирина.

Она, конечно, была рада, что ее дети стоят друг за друга горой, но не дело это — покрывать темные делишки.

Да, имена у сыновей были родом из времени Ирины. Она назвала их сама. Джабай не вмешивался. Он был счастлив уже тем, что у него рождаются дети, поэтому право давать имя отдал полностью в руки Иры.

— Мам, мы сидели тихо, — вторил среднему сыну младший. Да, все верно, за последние десять лет Ира умудрилась родить троих. Джабай был в восторге, сама Ира считала себя сумасшедшей.

Честно говоря, она никогда решилась бы на что-то подобное. Но в этом мире и беременность, и роды проходили в разы легче, чем она помнила. Возможно, сказывалось то, что их с Джабаем дети рождались небольшого размера. Поначалу Ира думала, что это как-то скажется на их развитии, но потом стало ясно, что младенцы, родившиеся крохотными, очень быстро росли, по крайней мере в первые месяцы. Точно так же, как дети ящеров.

Сама беременность тоже протекала значительно легче. Конечно, Иру иногда тошнило, она испытывала различные трудности со своим телом, но все это никогда не доставляло ей слишком больших проблем.

— И ты туда же, Даниил, — Ирина изобразила на лице разочарование. Младший сын был самым послушным. У него был ее характер. Тихий домашний мальчик, любящий послушать рассказы матери.

Вообще, три сына заметно отличались по характеру.

Старший, Никита, был натуральным хулиганом, но злости в нем не было. Он любил шалить и лезть туда, куда лезть было категорически запрещено. Хитрый и пронырливый, он мог пробраться в любую щель, как самая натуральная змея.

Средний сын, Ярослав, будто впитал в себя былинную силу. Мальчик был добрым, рассудительным, спокойным и прирожденным защитником. Обожал своих братьев и родителей, решив, что защита семьи лежит не только на плечах отца.

Даниил, самый младший, которому не так давно исполнилось пять лет, имел кроткий и всепрощающий нрав. Он любил тихие вечера и рассказы. Ласковое солнышко, которое всегда хотелось обнять и поцеловать.

Вот только даже он не мог избежать влияния братьев. Поглядите, такой малыш, а уже пищит, покрывает братьев. Где это видано?

Дети впитали в себя черты обоих родителей. И это касалось не только личностей, но и примечательной внешности.

Все трое не имели хвостов, пойдя в этом в мать. Их кожа была такой же светлой, как у Иры, но на ней отчетливо выступал зеленоватый рисунок, более темный на спине и шее и светлый спереди.

Колени они тоже взяли у Иры, а вот сила, ловкость и скорость полностью были переняты у отца. Ирина иногда даже терялась, когда понимала, насколько сильными были ее дети. Поднять одной рукой валун весом в двадцать килограммов было для них просто пустяком!

Сейчас Ира вела дневную школу. Да, она не могла обойти стороной такую вещь, как письменность.

В остальном их жизнь не слишком изменилась. Племя постепенно развивалось. Мышление ящеров медленно, но верно менялось. Они давно уже могли придумывать что-то самостоятельно, не боясь экспериментировать и искать лучшие пути.

За это время к их порогу несколько раз добирались другие племена, но Джабай не пускал их в долину. Хотя от торговли не отказывался.

Понятно, что диким ящерам нечего было им предложить, кроме шкур и мяса. Все это Джабай и сам мог достать.

Вот только имелось кое-что, из-за чего Джабай не мог полностью изолироваться от других племен.

Новая кровь.

Племя не могло позволить себе полную уединенность. Пускать чужаков к себе домой Джабай не хотел так же сильно, как и отдавать ящереан своего племени. Но никто не мог запретить ему брать чужих женщин. Не для себя, конечно.

Ира кровожадно усмехнулась. Пусть только попробует.

Чужаки всегда пытались отдать им за превосходные товары больных или сильно раненных ящерок, которые были для постоянно кочующего племени обузой.

Джабай забирал всех. Те, кто мог вылечиться, делали это, а потом спокойно жили, выбрав себе мужа. А смертельно больные просто доживали свои дни в спокойствии. Правда, перед тем как попасть в долину, ящерки должны были пережить двухмесячный карантин за пределами поселения. Это требовалось для того, чтобы понять, что их болезнь не заразна и не принесет в племя беду.

Если какое-то племя и хотело на них напасть, то вид ящеров верхом на шиподраях и тираннозаврах отбивал это желание, как и тяжелые зубастые дубинки, которыми воины мастерски владели. А уж прилетающие из-за кустов тонкие палки со смертоносными наконечниками и вовсе приводили чужаков в ужас.

Люди тоже не были забыты. Время от времени племя поглядывало на противоположный берег. Пару раз Джабай даже ходил туда, но с людьми не контактировал, решив, что не желает выступать в роли божества.

Так они и жили: тихо, мирно, развиваясь все больше и больше.

— Сидите тихо, молодые люди, — строго произнесла Ира. — А сейчас мы запишем еще несколько слов. Будьте внимательны, завтра я спрошу с каждого и попрошу повторить то, что я говорила сегодня.

Ощутив легкий толчок, Ирина рефлекторно положила руку на живот.

Да, она была снова беременна. Ира искренне считала, что полностью лишилась разума. Вот только все равно была счастлива.

Заметив краем глаза движение, Ирина подняла взгляд и увидела идущего к ним Джабая.

Он улыбнулся ей.

Она улыбнулась ему.

…

На этот раз точно будет девочка!

Эпилог

Эмма поправила край юбки и со вздохом устроилась удобнее.

С тех пор как ей начали сниться странные сны, она толком не высыпалась, поэтому сильно уставала. Вот только других совершенно не волновали ее трудности. Мир по какой-то причине не переставал двигаться вперед.

О, она очень бы хотела, чтобы все замерло и позволило ей поспать суток пять, не меньше.

Подумав о том, что завтра начнутся экзамены, Эмма поежилась, ощутив холодок ужаса. Она не сдаст!

Все эти сложные термины, длинные слова, законы приводили ее в натуральную панику. И почему она не послушала маму? Сидела бы сейчас делала наброски для рекламных баннеров и многочисленных голограмм. Хорошая, непыльная работа, требующая лишь развитого воображения и таланта рисования. И то и другое у Эммы было.

Она понятия не имела, откуда приходят все эти мысли об удивительных местах, но разбираться не собиралась, предпочитая считать, что это всего лишь буйная фантазия.

Взять, например, ее последние сны…

— Вы меня слушаете, Тодовски?

Эмма вздрогнула, вскидывая глаза. Рядом стоял профессор, глядя на нее неодобрительно, но выжидающе.

Хотелось поежиться. Эмма тревожно сглотнула и торопливо кивнула.

— Да, профессор, — пискнула она, мысленно проклиная свою фантазию, сны, усталость и невнимательность.

— О, правда? — мужчина глянул на нее недоверчиво и даже насмешливо. — Тогда будьте так любезны, повторите последнее, о чем я говорил, — попросил он.

Эмма еще раз сглотнула, стараясь не смотреть в глаза профессора. Ей было неловко. А еще казалось, что он видит ее насквозь. Наверное, так оно и было.

— Я… — Эмма запнулась. — Вы сказали…

— Да-да? — мужчина слегка наклонился. Из-за этого движения свет попал на его зрачки, которые немедленно сузились и вытянулись.

Эмма невольно засмотрелась на это, а потом, испугавшись, перевела взгляд на отчетливый рисунок на светлой коже. Из-за возраста профессора он был чуть размытым, но все еще сохранял определенную красоту.

— Вы сказали… — Эмма вся сжалась. Как бы ей сейчас хотелось быть той женщиной из снов — сильной, решительной, безрассудно смелой.

— Вы сказали, что последние исследования доказали, что все ящерлюды возникли от одной-единственной пары. В нашем генотипе были найдены следы, указывающие на это. Это не значит, что в генах ящерлюдов нет следов других наших предков, но все они в определенный период времени имели отношения с потомками одной-единственной пары.

Услышав это, профессор резко перевел взгляд на молодого ящера, сидящего рядом с Эммой.

— Очень хорошо, — протяжно произнес мужчина, выпрямляясь. Эмма вздохнула спокойнее, ощутив, как давление на нее исчезает. — Вот только я спрашивал не вас, Шикдай. Вы все запомнили, Тодовски? — взгляд профессора снова сосредоточился на Эмме.

Девушка быстро кивнула.

— Прекрасно, — мужчина поджал тонкие губы, сложил руки за спиной и направился обратно к голоэкрану, на котором крутились какие-то старые таблички.

— Ты в порядке? — тихо спросил Шикдай, наклонившись ближе к Эмме.

Она кинула на него благодарный взгляд и снова кивнула, слегка смутившись. Откровенно говоря, из-за снов она ощущала себя такой разбитой, что не замечала практически ничего вокруг. В ином случае Эмма вряд ли набралась бы храбрости сесть с таким симпатичным парнем. Шикдай был признанным королем на их потоке. Даже профессора многое спускали ему с рук. Вряд ли только из-за его внешности. Скорее потому, что отец Шикдая был одним из самых богатых ящерлюдов в стране.

— Нашим археологам, — донесся до Эммы голос профессора, и она решила сконцентрироваться на лекции. Внимание Шикдая волновало, и она опасалась, что может выдать свою заинтересованность, — не так давно посчастливилось отыскать эти таблички. Как вы видите, — профессор щелкнул пультом, и голограмма изменилась, — все они покрыты древними письменами. После ряда исследований было выяснено, что эти таблицы были созданы примерно в третьем тысячелетии до нашей эры. Они превосходно сохранились лишь по той причине, что содержались в идеальных условиях. Дешифровщикам древней письменности удалось узнать из них очень многое. Вы, наверное, удивляетесь, почему я рассказываю вам об этом, ведь мы с вами изучаем не археологию и уж точно не собираемся в будущем стать языковедами. Вот только эти таблички связаны с нашей сегодняшней темой. Насколько вы помните, не так давно я заверил вас, что была доказана теория первой пары, ставшей прародителями всех ящерлюдов. Это уникальное исследование потребовало многих лет работы и колоссальных вложений. Но вернемся к нашим табличкам. Из них дешифровщикам, как я уже сказал, удалось узнать многое. Но самым интересным именно для нас является то, что они могут раскрыть нам имена той самой пары.

По рядам студентов прокатилась волна шепота. Сегодняшняя лекция, по мнению многих, была самой интересной. Даже Эмма, смертельно уставшая и рассеянная в последние дни, сосредоточилась на том, что говорит профессор. Она не могла понять почему, но вид табличек задевал что-то внутри нее.

— Тихо, тихо, — попросил профессор. — Да-да, вы все верно поняли, мои дорогие. Нам удалось узнать, как звали первую пару, от которой произошли все ящерлюды. Это удивительно. У вас есть какой-то вопрос, Доргот?

— Простите, профессор, — послышался позади Эммы голос одного из сокурсников. — Но как мы можем быть уверены, что это именно они?

— Я понимаю, — произнес профессор, когда студент сел на место, ожидая ответа. — Уверяю вас, эта информация полностью подлинная. На этих таблицах записана удивительная история, — договорив, он быстро взглянул на часы. — Но это тема для другой лекции. У нас осталось мало времени.

— Так как их звали, профессор? — выкрикнул кто-то из заднего ряда. Другие студенты поддержали его. Всем было интересно, а профессор, если судить по тому, как он начал деловито собираться, не желал утолить их любопытство.

Мужчина на мгновение замер, а потом кивнул.

— Хорошо, это не займет много времени.

Щелкнув пультом, он указал на еще одну табличку.

— Вот здесь написаны их имена, — он увеличил изображение, позволяя студентам рассмотреть непонятные письмена. — Ее звали Ила, а его Жабр. Ну, довольны? На сегодня лекция закончена, можете быть свободны.

Эмма не слышала последних слов. Она сидела оглушенная. В ее голове проносилось множество картин, которые она видела во сне. Сейчас все словно вставало на свои места. Нечто громадное поднялось в ее душе и охватило ее невыносимым трепетом.

— Ира, ее звали не Ила, а Ира, — прошептала Эмма, закусывая от напряжения губу. — Меня звали…

— Жабр? — произнес голос рядом с легкой усмешкой. — Надо же, как исковеркали.

Эмма резко повернулась к Шикдаю.

— Что ты сказал? — спросила она.

Посмотрев на нее темными глазами, он улыбнулся, отчего сердце Эммы едва не запело. Такая знакомая улыбка…

— Я сказал, что не Жабр, а Джабай.

Стоило последнему звуку утихнуть, как сердце Эммы задрожало.

— Ты? Но…

— Тут неподалеку есть симпатичный ресторанчик. Не хочешь зайти? — перебил ее Шикдай. Его взгляд был каким-то странным, полным скрытого смысла и тайн.

Эмма сама не поняла, как кивнула. На лице Шикдая снова появилась улыбка.

— Идем?

Оба молодых ящерлюда встали. И если девушка выглядела оглушенной, то парень буквально светился, то и дело поглядывая на спутницу взглядом, полным счастья и чувства собственности.

— Что ты думаешь о снах? — спросил он, когда они вышли из здания.

Эмма вздрогнула и посмотрела на Шикдая. Она немного успела прийти в себя, поэтому сейчас не выглядела такой рассеянной, как вначале.

— Я думаю… — Эмма запнулась, пытаясь подобрать подходящие слова, — думаю, что они должны что-то значить, — прошептала она тихо, однако слух у ящерлюдов был великолепный, такой же, как у их далеких предков, поэтому Шикдай все прекрасно расслышал.

— Какое совпадение, — Шикдай снова просиял. Обычно он был более сдержан, но сегодня не мог удержать свои эмоции. — Я тоже так считаю. Наверное, нам стоит обсудить это более подробно. Что думаешь?

Эмма некоторое время молчала, а потом кивнула.

Шикдай снова улыбнулся, но ничего больше не сказал.

Они молчаливо шли по улице, давно забыв о том, куда поначалу собирались. Молчание не было для них проблемой. Постепенно в их душах что-то все больше и больше сдвигалось.

Сны перестали быть снами, превратившись в давние воспоминания.

Словно опасаясь чего-то, парень с девушкой сплели пальцы, крепко держась друга за друга, а потом затерялись в толпе.

Конец

Вот и все, дорогие мои. Еще одна моя история подошла к концу. Надеюсь, вам понравилось и вы хорошо провели время, следуя за героями этой книги.

Спасибо всем, кто поддерживал меня во время написания, оставлял комментарии, дарил награды и лайки. Ваша поддержка много значит для меня.

Всего вам хорошего.

С любовью

Ваш автор.

Content

Светлана Шепот
Рыжая

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Отступление

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Эпилог