Светлана Шёпот

Седьмая жена короля

Глава 1

— Ты ведь все понимаешь, не так ли? — задала вопрос сухопарая женщина лет сорока. — Твоя сестра слишком чувствительна. Она просто не выдержит. Если она умрет, это будет на твоей совести, Алэйна, — добавила она с нажимом, а потом, словно вспомнив о чем-то, душераздирающе всхлипнула.

Достав сероватый платок из кармашка платья, она промокнула совершенно сухие глаза и с осуждением посмотрела на девушку перед собой.

— Две тысячи золотых монет. — Эти слова были сказаны напевным голосом.

— Что? — женщина недоуменно моргнула и нахмурилась, не до конца понимая, что именно хотела падчерица. — О чем ты говоришь?

— Я говорю о том, дорогая матушка, — последние слова Вероника произнесла с легким сарказмом, ведь женщина не была родной матерью этого тела, лишь мачехой, но упорно просила Алэйну называть ее матерью, — что цена этого замужества — две тысячи золотых монет. Вы даете мне деньги — я соглашаюсь. Простая сделка. И Каталина может спать спокойно.

Жозелин, а именно так звали женщину, возмущенно захлебнулась глубоким вдохом и закашлялась.

— Вам плохо, дорогая матушка? — участливо спросила Ника. Никакой жалости она к мачехе этого тела не испытывала, ведь женщина была той еще змеей. — Принести воды?

Жозелин замахала платком, а спустя несколько секунд, справившись с приступом удивления, откинулась на спинку дивана и принялась тяжело дышать, обмахиваясь рукой.

— И все-таки вам дурно, я сейчас… — Вероника привстала, словно собралась куда-то идти. Ее немедленно задержали.

— Сидеть! — Жозелин еще раз глубоко вздохнула, возвращая пошатнувшееся душевное равновесие. — То есть я хотела сказать, милая, что ничего не нужно. Посиди спокойно пять минут. Я сейчас приду в себя. Просто твои слова оказались для меня немного… неожиданными.

Женщина укоризненно посмотрела на падчерицу, но та не обратила на это никакого внимания.

Жозелин незаметно поморщилась. Нрав девчонки никогда ей не нравился. Дурная кровь! Вся в свою благополучно почившую мать!

Вспомнив о скончавшейся сопернице, Жозелин ощутила, как плохое настроение улетучивается. Правда, благодушный настрой сохранялся ровно до того момента, пока она снова не подумала о недавних словах вздорной девчонки.

— Милая, — начала она вкрадчиво, решив бороться за деньги до конца, — зачем тебе такая сумма? Ты ведь понимаешь, как опасно красивой молодой девушке держать при себе целое состояние?

— Но, матушка! — возразила Ника, прекрасно осознавая, что женщина не захочет отдавать такую сумму. Для этого мира две тысячи золотых монет действительно были внушительным капиталом. — Я ведь буду замужем за королем! Кто посмеет забрать деньги у меня, жены короля?!

— Вот именно! — Жозелин взмахнула руками. — К чему тебе золотые монеты? — спросила она, подумав при этом, что воспользоваться ими падчерица все равно не успеет. Если учесть, какое проклятие нависло над королем, дни Алэйны были сочтены. Ах, если бы только можно было просто настоять! Увы, требовалось согласие невесты. Король, конечно, тиран и кровопийца, но брать в жену девушку, не согласную с этим браком, точно не станет.

«Может, пригрозить смертью?» — подумала Жозелин, окидывая падчерицу оценивающим взглядом. Стоило попробовать.

— Всегда есть вероятность споткнуться на лестнице, — вкрадчиво произнесла женщина, а потом приложила к губам платок, сделав вид, что это не из ее рта вырвалось предупреждение.

Ника с энтузиазмом кивнула.

— Да, я в курсе, — сказала она. — Камень еще может на голову упасть или лошадь понести, — яркая улыбка осветила милое симпатичное лицо. С ней такие фокусы не пройдут. Что ей угрозы мачехи, когда впереди ждет более серьезный противник?

На самом деле Вероника была в ужасе. Мало того что она оказалась в другом мире, так ей сразу не повезло попасть в очень затруднительную ситуацию. Единственное, что она могла сейчас сделать, это попытаться выйти из положения с наименьшими потерями.

Жозелин задохнулась от возмущения. Эта девчонка ей угрожает? Возмутительно! Кем она себя считает?!

Если бы Ника слышала ее мысли, то непременно поспешила бы заверить впечатлительную женщину, что не имела ничего такого в виду, просто озвучила разные способы устранения нежелательных элементов.

— Да как ты смеешь? — выдохнула сквозь зубы женщина. — Я тебя растила, кормила, одевала…

— Полгода, — перебили ее. — Вы замужем за моим отцом всего полгода, дорогая матушка.

Жозелин запнулась, а потом вдохнула и выдохнула. Неужели с девчонкой всегда было так сложно разговаривать? Почему создается такое ощущение, что Алэйна над ней попросту издевается?

— Сто золотых, — начала она торги, решив, что скоро ее желания исполнятся.

Падчерица все равно умрет. Так стоит ли переживать из-за пары ничего не стоящих и не имеющих никакого веса слов? Что ей может сделать девчонка, у которой никого за спиной нет?

Две тысячи, конечно, большая сумма, но Боне были богаты.

Вспомнив о том, что скоро все это богатство окажется в ее руках, Жозелин едва не захлебнулась слюной. Ее фантазия немедленно взбунтовалась. Перед внутренним взором пронеслось счастливое будущее. Нужно просто немного потерпеть. Торопиться некуда.

Сейчас она отдаст падчерицу за кровавого короля. Потом, максимум через пару месяцев, очень правдоподобно поплачет над ее могилой, а после начнет постепенно воплощать в жизнь планы по избавлению от надоевшего мужчины, который не так давно стал ее мужем.

Жозелин до сих пор не верила, что ей все-таки удалось выйти замуж за графа Боне. Она столько лет была его любовницей, что уже и не чаяла когда-нибудь стать официальной спутницей. Не зря говорят, что за терпение воздается!

Хорошо, что она умудрилась двадцать лет назад забеременеть и родить Каталину. Тогда это событие казалось ей концом света. Легкий флирт после очередного бала закончился не так, как планировала Жозелин.

Женщина удрученно вздохнула. Ей столько пришлось пережить за эти годы. Разве она не достойна капельки счастья? Тем более ее нынешний муж ей обязан! Если бы не его несдержанность тогда, двадцать лет назад, Жозелин не пришлось бы столько лет жить как изгою! Он разрушил ее жизнь! Украл молодость!

— Две тысячи, — вырвал ее из тяжелых воспоминаний голос Алэйны.

Неприязненно поглядев на хорошо знакомое лицо (девчонка была вылитой матерью!), Жозелин вернулась в нынешний момент.

— Пятьсот.

— Две тысячи, матушка, — Вероника улыбнулась. — Этого должно хватить на пару платьев и платков.

Женщина ощутила, что ее лицо краснеет от возмущения. Пара платьев и платки?! Да на эти деньги можно купить дом в столице!

Выдохнув, она потерла зачесавшиеся ладони. Подумав немного, Жозелин решила согласиться. Денег было жаль, зато проблема после перестанет быть таковой. А через пару месяцев об Алэйне и вовсе можно будет забыть. С проклятиями не шутят!

Тем более что деньги всегда можно вернуть.

Она саркастично скривила губы, со скрытым презрением поглядев на уверенную в себе девушку. Куда той тягаться с более опытной и преодолевшей столько жизненных препятствий женщиной?

Пустышка!

Кое-что Жозелин очень не нравилось.

В последние месяцы Алэйна выглядела так, будто почти находилась в могиле, а сейчас, ты посмотри, пышет здоровьем и свежестью! А где круги под глазами? Где серая кожа? Где взгляд умирающего животного?

Ничего этого не было!

Жозелин ощущала из-за этого смутную тревогу. Ей вдруг показалось, что с падчерицей что-то сильно не так. Как-то по-другому она держится, смотрит, да даже говорит!

— Хорошо, — согласилась Жозелин, подумав, что нужно как можно скорее отправить девчонку во дворец.

Она ощутила, что все ее планы внезапно оказались под невидимой угрозой.

— Я немедленно поговорю с твоим отцом, — добавила Жозелин и поднялась. Почему-то ей казалось, что следует поторопиться.

— Нужно ли так спешить, дорогая матушка? — чуть удивленно поинтересовалась Ника, едва заметно прищурив глаза.

От нее не укрылось, что собеседница стала очень тревожной.

— Нам не следует заставлять его величество ждать, — наставительно сказала Жозелин, со сладким предвкушением представив, что падчерицу ждет во дворце проклятого короля.

Она ненавидела Марель — мать Алэйны. И эта ненависть естественным образом нашла свое продолжение в отношении к девушке. Даже смерть Марель не могла унять обиду, которую долгие годы таила в душе Жозелин.

Ника не стала спорить, решив, что этим лишь вызовет еще больше подозрений. Она грациозно поднялась, оправила юбку и улыбнулась.

— Тогда я пойду к отцу с вами, дорогая матушка, — пропела она, глядя, как женщина перед ней едва сдерживается, чтобы не поморщиться.

— Я могу сама ему все рассказать.

— Ну что вы, — Ника отмахнулась. — Это ведь мое будущее. Я должна участвовать в его строительстве.

Жозелин немного подумала, а потом все-таки нехотя кивнула. Результат все равно будет прежним, так стоит ли переживать?

Граф Жедом Боне, отец прошлой хозяйки тела, в которое недавно попала Вероника, встретил их удивленно. И для этого имелись причины. Он хорошо знал, что Жозелин на самом деле не любит его дочь от первого брака. А сама Алэйна была слишком слаба после всего, что с ней произошло в последние месяцы.

Вспомнив о поступке первой жены, который стоил слишком дорого, граф нахмурился.

Женившись на Марель, он и подумать не мог, что много лет спустя найдет свою жену мертвой рядом с жертвенным алтарем, на котором будет привязана их дочь!

Это зрелище было настолько невозможным, что он едва мог поверить своим глазам.

После того дня оставшаяся каким-то образом в живых девушка постепенно угасала. Конечно, Жедом заволновался, пригласил мага. Вердикт оказался настолько невероятным, что в него сложно было поверить!

Марель, его милая и добрая Марель, которая всегда выглядела невинной и кроткой, оказалась черным магом, планировавшим отнять у дочери тело, в которое собиралась переселиться после обряда, запрещенного во всех королевствах еще пятьсот лет назад!

Он даже не знал, что Марель была магом!

Откуда? Кто? Когда? Десятки вопросов теснились в голове.

Он корил себя за то, что не увидел этого.

Поначалу был слишком влюблен (хотя это совсем не мешало ему время от времени встречаться с другими женщинами), потом образ тихой и покорной жены настолько укоренился в его голове, что Жедом и подумать не мог, что она может скрывать в себе такую черную суть.

Родителей Марель к этому моменту уже не было в живых, поэтому спросить у них что-либо не представлялось возможным. Сама Марель не хранила при себе никаких дневников или записей.

Графу пришлось полагаться лишь на слова нанятого мага. И тот после проверки тела покойной жены Жедома заверил графа, что его супруга была сильно больна.

Ее духовное тело было повреждено. Вероятно, именно это и стало причиной, по которой она решилась на такой чудовищный шаг.

Граф не был хорошим человеком, но даже для него подобный поступок казался возмутительным. Но волновало его даже не это, а опасность, которая нависла над его головой.

Именно поэтому он как можно скорее после смерти первой жены женился повторно. Этим он словно пытался стереть позорное прошлое.

— Что вас привело ко мне? — спросил он, поднимаясь с кресла, в котором ранее сидел, просматривая финансовые документы.

Денег в этом году удалось собрать еще меньше, чем в прошлом. Проклятые холода плохо влияли на урожай.

— Ах, дорогой, — Жозелин подошла и ласково поцеловала супруга в щеку.

Граф не стал уклоняться, хотя ему не слишком нравилась такая публичная близость. Он в который раз подумал, что поспешил, взяв в жены Жозелин. В тот момент ему хотелось как можно скорее прикрыть преступление первой жены, а давняя любовница, имеющая от него ребенка, казалась подходящим вариантом.

Пусть лучше о нем болтают как о том, кто портит женщин, чем заподозрят в связи с черным магом, практикующим запрещенные ритуалы.

Если такое дойдет до короля, то графа не спасет даже то, что Марель мертва, а Жедом совсем не знал, кем она была! Ему снесут голову в тот же день!

И не только ему, но и всем его домочадцам и даже слугам! Малое ли дело — черный маг! Граф слышал, что король выжег целое поселение, в котором, по слухам, приютился некромант! Ни капли жалости и сожалений! А ведь там жило не меньше пятисот душ!

В обществе, конечно, не обошли вниманием поступок графа. Он много раз слышал, как над ним потешаются из-за того, что он женился на старой любовнице, вместо того чтобы взять в жены молодую девушку. Но в такие моменты граф только облегченно выдыхал. Пусть болтают, главное, что они не знают правды!

— Наша милая Алэйна изъявила желание заменить нашу дорогую Каталину, — грустно вздохнув, произнесла Жозелин. — Я пыталась отговорить ее! — горячо заверила мужа женщина. — Но она настаивает.

Жедом удивленно вздернул брови и посмотрел на тихую дочь. Алэйна выросла настоящей красавицей. Она была даже более привлекательной, чем ее покойная мать. Вот только граф с трудом смотрел на свою младшую дочь. Да, хотя Алэйна была рождена в законном браке, Жозелин удалось забеременеть первой. Глядя на Алэйну, он каждый раз вспоминал об угрозе, которую принесла в его дом Марель. И немного побаивался, что Алэйна могла унаследовать страшный дар матери.

— Это правда? — спросил он, втайне подумав, что подобное было бы лучшим выходом.

Где-то глубоко внутри его сердце екнуло, ведь так думать о вероятной смерти собственной дочери дурно, но граф торопливо затолкал все сомнения в самую темную часть своей души.

Жалость и любовь к дочери ему сейчас не помогут. Он обязан думать более глобально. Если станет известно, кем была ее мать и кем может стать Алэйна, то семью Боне сотрут с лица земли. Он не мог этого позволить!

Ему и так не везло. Он столько лет пытался зачать наследника, но ничего не получилось. Да, именно это и стало причиной столь частой смены любовниц.

И это не оправдание! Возможно, в самом начале он просто немного увлекся, но после ему приходилось думать исключительно о спасении фамилии!

Если он отправит к королю Каталину, то его старшая дочь погибнет из-за проклятия. Печально, но у него есть еще одна дочь. Вот только духовное тело Алэйны явно было повреждено при ритуале! А это означает, что и младшая дочь, рожденная от первой жены в законном браке, очень скоро покинет этот мир.

И что у него останется? Ничего! У него больше нет детей! А сам он давно уже не мальчик. Никакой надежды.

Поэтому мысль отправить к королю именно Алэйну мгновенно показалась Жедому стоящей. Конечно, дочь жаль, но она все равно вскоре умрет, так почему бы не совместить неизбежное с полезным?

А у него в итоге останется здоровая старшая дочь, над которой не будет висеть никакого проклятия.

Потом он отдаст ее за какого-нибудь мелкого барона и обязательным условием женитьбы обозначит то, что фамилия первого сына, родившегося в этом браке, будет Боне. Таким образом он обеспечит семье законного преемника.

Граф знал, что жена грезит отдать дочь за герцогского наследника. Наивная! Ни один герцог не отдаст старшего сына в другую семью. Поэтому им нужно найти кого-то, кто нуждается в деньгах. Такая семья пойдет на подобный шаг с радостью и отречется от первого внука.

Когда дочь решительно кивнула, граф отвернулся. Он не хотел, чтобы кто-то заметил сдержанную радость на его лице. А еще он немного стыдился этого чувства.

Возможно, Жедом руководствовался холодной логикой, но сердце подсказывало, что он обязан был подумать еще и найти иной выход, при котором никому не придется жертвовать собой.

Но это был самый простой и логичный путь, поэтому граф пусть и с угрызениями совести, но все-таки принял его. Он осознавал, что в ином случае придется задействовать слишком много душевных и финансовых ресурсов, а для него это было не слишком привлекательным. Путь наименьшего сопротивления полностью его устраивал.

— Ты хорошо подумала? — чуть прокашлявшись, спросил граф и скользящим взглядом посмотрел на дочь.

— Мы можем поговорить наедине? — вопросом на вопрос ответила Ника. От нее ничего не укрылось. Чем больше она видела, тем сильнее презирала все это семейство.

— Милая, о чем тут еще говорить? — вмешалась Жозелин. Она вдруг испугалась, что падчерица начнет плести свои интриги. — Ты ведь еще совсем недавно слезно умоляла меня отправить именно тебя.

— Не волнуйтесь, — Вероника тихо хмыкнула, — дорогая матушка, мои дальнейшие слова не будут касаться моего замужества.

— О, правда? Тогда о чем?..

— Выйди, Жозелин, — приказал граф, перебив слишком любопытную супругу. Ему не хотелось говорить с дочерью с глазу на глаз, но жена проявляла излишний энтузиазм. Необходимо было поставить ее на место!

Жозелин обожгла мужа недовольным взглядом, поджала губы и все-таки вышла, напоследок посмотрев на падчерицу предупреждающе.

— О чем ты хотела поговорить? — спросил граф и отошел к окну, рассматривая через мутное толстое стекло унылый пейзаж.

На самом деле ему было слегка неуютно. Легкий страх заставлял его держаться подальше от дочери, ведь кто знает, какие силы в ней таятся! А вдруг она уже стала черным магом?!

— Ах, отец, — Ника тихо всхлипнула и села в кресло. Достав из кармашка платок, она принялась утирать слезы.

Она была удивлена тем, как просто смогла выдавить из себя слезы. Раньше у нее не получалось плакать по заказу.

— Мне так страшно, — жалобно добавила она, краем глаза наблюдая, как напряглись плечи графа. — Говорят, король проклят. А еще говорят, что он страшен и суров.

— Не повторяй за глупцами, — проворчал Жедом. Можно подумать, он сам не слышал все эти слухи, которые давно уже стали правдой.

Король действительно был проклят, страшен (не внешне, конечно) и суров. Он никогда не колебался. Если что-то было ему не по нраву, он расправлялся с этим парой взмахов руки! Только подумав об этом, граф ощутил, как у него сводит живот. Его величество ни в коем случае не должен узнать, кем была Марель! Никогда! Ни при каких обстоятельствах!

Повернувшись к дочери, граф поспешно стер с лица любой намек на страх.

— Раз ты решила стать ему женой, то должна отзываться о нем лишь почтительно, — сказал он. — И в любом случае тебе не стоит повторять эти нелепые слухи. Если его величество узнает, тебя будет ждать суровое наказание.

— Да, конечно, — прошептала Ника, содрогаясь. Она наслушалась о короле достаточно, чтобы твердо решить: нужно бежать при первой возможности. — Это такая честь — стать его женой, но, отец, я вынуждена просить тебя о небольшой услуге.

— Говори, — милостиво разрешил граф, расслабляясь, и с легким сомнением оглядел дочь.

Кажется, Алэйна изменилась. После того что случилось с Марель, Жедом старался не слишком часто контактировать с дочерью. Он видел, как она с каждым днем становится слабее. Нетрудно было понять, что черный ритуал нанес Алэйне непоправимый вред.

Возможно, ее можно было спасти, но граф не собирался нанимать целителей. Чем меньше людей будет в курсе этой страшной тайны, тем лучше для него. Он и так сглупил, когда поначалу пригласил мага. За это пришлось позже расстаться с внушительной суммой. Жедом надеялся, что деньги закроют магу рот.

Он с некоторым нетерпением ждал, когда дочь умрет, ведь она представляла угрозу, но несколько дней Алэйна назад начала оживать. Граф был в отчаянии, а тут такая прекрасная возможность!

— Мой гардероб, — словно стесняясь, Ника замялась. — Он совсем не подходит жене короля. Я боюсь, что меня, а значит, и вас, дорогой отец, высмеют в столице.

Граф облегченно выдохнул. Он думал, что дочь заговорит о чем-нибудь серьезном, а дело лишь в простых тряпках! Он хмыкнул. Женщины. Над ее головой нависла угроза смерти, а она думает только о платьях! Эта мысль отдалась в его сердце презрением. Он ощутил себя спокойнее, ведь сам он думал о более возвышенных материях!

— Конечно, о чем ты говоришь, — благодушно сказал он. — Ты могла и не спрашивать меня. Я уверен, Жозелин дала бы тебе пару сотен золотых.

— Но этого мало! — возразила Ника. — В столице все так дорого! Ткани стоят слишком много. На пару сотен я смогу заказать лишь пару платьев! Пожалуйста, отец, мы не можем посрамить нашу семью. Моя покойная матушка… — она многозначительно замолчала, посмотрев на отца из-под ресниц.

Сердце графа испуганно екнуло при упоминании первой жены.

— Хорошо, — торопливо произнес он, чувствуя, как тело покрылось холодным потом. — Скажи, сколько тебе нужно? Только, прошу, не стоит говорить о своей матери в столице. Это… — он запнулся, не зная, как обосновать свою просьбу, а потом неловко выдохнул, — будет неуместно.

Еще бы!

Ника внутренне поморщилась. Она даже в каком-то смысле понимала графа. У нее остались воспоминания этого тела, поэтому она хорошо помнила, что случилось с Алэйной.

Наверное, самым болезненным для девушки было даже не ощущение насильно вытягиваемой из тела души, а чувство глубокого предательства. Она не ожидала такого поступка от собственной матери, ведь та всегда вела себя ласково и нежно.

Ритуал нанес девушке неизгладимую душевную травму. И это не красивые слова! Духовная составляющая Алэйны действительно оказалась повреждена. Связь между душой и телом была нарушена. Магия стремительно покидала тело. И это привело Алэйну к смерти. Да, она пережила ритуал, как подозревала Ника, из-за сильного магического всплеска во время него, а вот справиться с последствиями так и не смогла.

Вместо того чтобы умереть на алтаре, Алэйна боролась за жизнь еще несколько месяцев. Она была крайне слаба, поэтому едва понимала, что происходит вокруг.

Однако если Алэйна не понимала, то пришедшая после ее смерти Ника очень быстро осознала, что дорогие родственники даже пальцем не пошевелили, чтобы помочь умирающей девушке!

Да, услуги мага здесь стоили довольно дорого, но состояние графа позволяло нанять лекаря! Нет гарантий, что тот смог бы помочь, но важно ведь не это, а сам факт заботы! Уже тогда Ника поняла, что жить в этом замке она не останется.

— Три тысячи, — бесстыдно выдала Ника.

Граф поперхнулся воздухом. Посмотрев на дочь, он моргнул и нахмурился.

— Прости?

— Я понимаю, что это много, — всплеснула руками Ника. — Но мне ведь нужны не только платья, но и украшения!

— Дорогая, мне кажется, что… — граф замялся.

Сумма, названная дочерью, была большой. Если собрать все его состояние, то он едва наберет тысяч пятьдесят. И это если продать замок и прилегающие к нему земли! Да и доход в последние годы совсем упал. Постоянные холода и дожди летом убивали урожай на корню. Казалось, будто само небо восстало против его семьи!

— Платья, ленты, украшения, чулки, нижнее белье, — начала методично перечислять Ника. — И это я молчу о зимней одежде. И мне нужен не один набор, а как минимум семь.

— И все-таки такие деньги… — граф был не совсем уверен, что простые тряпки стоят столь дорого.

Он никогда не интересовался ценами на подобные вещи. А женщинам своим просто давал каждый месяц определенную сумму, не особо заботясь, на что они тратят эти деньги.

— Хорошо, — грустно вздохнула Ника. — Я понимаю, что это много. Тогда позволь мне забрать гардероб моей матери. У нее столько украшений…

Граф вздрогнул и поднял руку, безмолвно требуя, чтобы дочь замолчала. Ника послушно затихла, с любопытством глядя на отца этого тела.

— Хорошо, — сквозь зубы пробормотал граф. — Три тысячи — много, но наша семья вполне может себе это позволить. Тебе не стоит позорить нас, являясь к королю в поношенных вещах.

— Правда? — с восторгом спросила Ника. А потом подскочила на ноги и сделала пару шагов вперед, словно намеревалась обнять или даже поцеловать отца в благодарность.

Тот икнул и шагнул назад, поспешно скрыв промелькнувший на лице страх.

— Ну, ну, — сказал он. — Ты ведь знаешь, я не люблю этих нежностей. А теперь ступай. Деньги будут готовы к твоему отъезду.

— Тогда я пойду. Спасибо, отец, — пропела Ника и выскользнула из кабинета.

Она не боялась, что граф расскажет обо всем Жозелин. Мужчины обычно из-за болезненной гордости стараются не распространяться о подобных тратах женам. Он банально побоится вызвать своим признанием многодневные упреки и обвинения. Скорее граф сделает вид, что дела между ним и дочерью Жозелин никак не касаются. А Нике подобное было только на руку!

За пределами кабинета было темно. Из-за слишком дорогого топлива для факелов коридоры замка освещались крайне скудно. Было не только темно, но и очень холодно, ведь отапливались обычно только жилые помещения.

— Госпожа, — позвали ее тихо.

Ника повернулась в сторону голоса и прищурилась. Она едва различила, что угол гобелена на стене немного приподнят.

— Сюда, — добавил голос.

— Эльза? — спросила Ника, узнав свою служанку. Вернее, служанка была, конечно, Алэйны, но после смерти девушки перешла в ее полное услужение.

— Это я, госпожа, — тихо подтвердила Эльза. — Идемте, пока нас никто не увидел.

Приблизившись к стене, Ника скользнула в тайный проход следом за служанкой.

— Все готово, — произнесла Эльза шепотом, когда они отошли от кабинета на достаточное расстояние. — Сундуки Михай спрятал в старом сарае на заднем дворе. Он прикопал их, так что никто не должен найти.

— Пусть присматривает, — приказала Ника. — Мало ли кто случайно наткнется. Вас никто не видел?

— Никто, госпожа, — с нотками гордости сказала девушка. — Господин граф, видать, очень уж любил вашу матушку, раз так и не стал трогать ее вещи. Правильно ли мы поступили, что забрали их?

— Это мое наследство, — уверенно произнесла Ника. — Когда в доме появляется мачеха, то отец становится отчимом.

— Вот уж истину говорите, госпожа, — горячо поддержала ее Эльза, у которой имелся крайне болезненный опыт по этому поводу.

Когда она была маленькой, ее отец женился повторно. Скоро любимая дочь перестала быть таковой, превратившись внезапно в нахлебницу. Мачехе очень быстро удалось убедить главу семейства, что его дочь от первой жены уже взрослая и ей давно пора работать. А ведь девочке тогда было всего пять лет! Хорошо, что она попала в слуги к графской дочери — Алэйне, иначе все могло закончиться не столь прекрасно!

Вероника хмыкнула.

Вряд ли в том, что граф не стал трогать вещи первой жены, виновата его неземная любовь. Он просто панически боялся силы Марель и поэтому всячески старался сделать вид, что никакой жены у него до Жозелин не было.

Сразу после осмотра, когда он в самом начале пытался найти какие-нибудь записи или дневники, граф закрыл комнату Марель и запретил кому-либо к ней приближаться.

Вещи внутри остались лежать на своих местах. Граф явно боялся, что жена наложила на них какие-нибудь проклятия. Ника не стала переубеждать его. Зачем? Это ведь так удобно!

К тому же она знала, что никаких проклятий на вещах Марель нет. Еще Алэйна в свое время перетрогала их, и с ней ничего не случилось. Так что Ника спокойно вошла в комнату матери этого тела и собрала все, что представляло хоть какую-то ценность, после чего приказала Эльзе с Михаем спрятать сундуки где-нибудь, где их никто не найдет.

Можно было, конечно, оставить все в комнате, но она волновалась за сохранность вещей, ведь Жозелин в отличие от своего мужа о силе Марель не знала и вполне могла соблазниться оставшимися от первой жены украшениями.

Почему не забрала до сих пор? Либо не подумала, либо усыпляла бдительность мужа, либо просто считала, что никуда они от нее не денутся. Нику не волновала причина, главное, что драгоценности дождались ее!

По ее подсчетам, оставшиеся от матери драгоценности тянули не меньше чем на тысячу золотых. Много, но недостаточно! За двадцать лет совместной жизни должно было скопиться гораздо больше ценностей. Но их не было в ее комнате.

Раз нет там, тогда где они?

Глава 2

Встав посередине комнаты, Ника принялась напряженно размышлять, куда мать ее нового тела могла спрятать оставшиеся драгоценности.

— Думай, голова, шапку куплю, — прошептала Ника, прищуриваясь.

Если следовать логике, Марель должна была заранее готовиться к такому серьезному шагу, как переселение души. Она оставила в комнате лишь самую малость, чтобы полное отсутствие ценностей не вызвало подозрений. И куда-то спрятала все остальное, чтобы потом иметь к собственности неограниченный доступ.

Зачем она это сделала? Боялась, что за время адаптации к новому телу граф куда-то денет вещи самой Марель? Опасалась, что муж не разрешит «дочери» унаследовать то, что принадлежало когда-то «матери»?

Нику озарило.

Марель ведь собиралась стать Алэйной!

А раз так, значит, драгоценности должны были находиться в месте, доступном Алэйне!

Вероника более цепким взглядом осмотрела комнату, в которой жила последние дни.

— Где же? — прошептала она и принялась заглядывать в каждый угол.

Спустя некоторое время она рухнула на кровать и раскинула руки в стороны. Нет, все не могло быть настолько легко. Пусть в комнату Алэйны почти никто не заходил, но слуги все же время от времени здесь убирались. Вряд ли Марель стала бы так рисковать.

Спустя пару минут напряженного размышления Ника вскочила с кровати. Схватив факел, она осторожно приоткрыла дверь и выглянула наружу. Тишина. Никого. Неудивительно, учитывая, что стояла глубокая ночь.

Вероника не могла долго ждать, ведь уже завтра начнутся активные приготовления к ее отъезду. Выскользнув в холодный коридор, Ника поежилась и направилась в сторону отдаленной и почти позабытой обитателями замка винтовой лестницы, ведущей на самый верх.

При этом она прислушивались к любым шумам, которые могли предупредить о чьем-то приближении. Жаль, что нельзя погасить факел. Даже с памятью Алэйны она вряд ли сможет пройтись по замку в полной темноте.

Добравшись до лестницы, Вероника замерла. Убедившись, что никого поблизости по-прежнему нет, она поднялась.

Дверь открылась без шума.

На лице Ники медленно появилась довольная ухмылка.

Не было сомнений, что петли регулярно смазывали!

Оказавшись внутри, Ника прикрыла за собой дверь и повела факелом из стороны в сторону. Башня имела крохотный размер и явно была заброшенной. Когда-то давно сюда стащили какие-то ящики, да так о них и позабыли.

В далеком детстве Алэйна любила здесь играть. Ей нравилась высота башни и то, что ее здесь никто не мог найти. Она могла часами любоваться видом из небольшого окна. Вероника хорошо помнила, что об этом ее укрытии знала только Марель. Алэйна сама рассказала матери однажды.

Если судить по слою пыли, тут давно никого не было. Но если присмотреться, становилось понятно, что кто-то пытался скрыть свое пребывание здесь.

Сунув факел в крепеж на стене, Ника отодвинула несколько ящиков, открыв доступ к тайнику в полу. Когда-то давно его нашла Алэйна. Она прятала там разные детские ценности вроде красивого камня или выструганной Михаем деревянной куклы. Отец не разрешал дочери играть с ней, а Алэйне очень нравилась кукла, поэтому вместо того, чтобы выбросить, девочка спрятала ее здесь.

Тайник скрывался за камнем, который требовалось чем-то приподнять. Подцепить его пальцами не представлялось возможным. Алэйна для этого раньше держала здесь специальную ветку.

Оглядевшись, Ника торжествующе хмыкнула. Нужная ветка лежала неподалеку. Вскоре с ее помощью она подняла плоский камень и едва не вскрикнула от чувства победы.

На дне тайника лежало несколько пусть небольших, но сундуков!

— Да! — воскликнула Ника шепотом, радостно и любовно оглядев сундучки.

Они оказались на удивление тяжелыми. Озадачившись, Ника приоткрыла один и пораженно замерла. Внутри лежали не украшения, а золотые монеты! Неудивительно, что сундучки весили так много!

Проверив остальные, Вероника довольно улыбнулась. Она не стала считать, но была уверена, что находка потянет на несколько тысяч монет.

Не было и речи о том, чтобы снести сундучки вниз самой. Пусть они были маленькими, но их вес внушал уважение. Она просто выбьется из сил, пока будет переносить их по одному в свою комнату. Да и опасно это — оставлять деньги у себя! Мачеха наверняка заинтересуется, что падчерица хранит там такое тяжелое.

Вернув все на место, Ника поднялась. Отряхнув запыленную юбку, она подхватила факел и направилась в свою комнату.

Кое-как уснув, она распахнула глаза раньше, чем солнце поднялось от горизонта.

— Как спалось, госпожа? — спросила Эльза, заправляя кровать.

— Хорошо, — легко солгала Вероника. — Пусть Михай сегодня вечером придет ко мне.

Эльзе было любопытно, но она не стала спрашивать, просто передала просьбу Вероники парню. Тот не заставил себя ждать, как только стало вечереть, явился в комнату Ники.

Михай был одним из личных слуг Алэйны. Она, Эльза и Михай были примерно одного возраста. Если Эльза заботилась о внешнем виде хозяйки, еде и чистоте в комнате, то Михай взял на себя тяжелую работу. Например, именно он таскал ведра с водой, когда Алэйне хотелось принять ванну. Еще он чистил камин и приносил для него дрова.

Михай попал к Алэйне случайно. Его едва не забил до смерти торговец, решивший, что мальчишка украл у него какой-то заморский фрукт.

Проезжавшая мимо с отцом юная дочь графа увидела происходящее и, образно говоря, остановила руку купца. Она заплатила ему за фрукт и забрала мальчика с собой, уговорив Жедома позволить беспризорнику стать ее личным слугой.

С тех пор Михай был полностью предан своей госпоже. Вместе с Эльзой он заботился об Алэйне, ставя ее приказы выше распоряжений графа или графини.

Ника не была до конца уверена в верности этих двоих, но у нее не было выбора. Она не могла самостоятельно перемещать тяжелые сундучки с сокровищами.

При любом раскладе, подумала Вероника, максимум, что она потеряет в случае предательства, это деньги. Зато сразу узнает, что доверять Михаю и Эльзе нельзя. Лучше проверить их верность в такой малости, чем потом горько жалеть.

— Надо спрятать их, — шепотом сказала Ника, держа факел так, чтобы Михаю было лучше видно сундуки.

Да, этой ночью они поднялись на башню вдвоем. Если Михаю и было интересно, куда и зачем они идут, то он молчал.

Услышав ее слова, парень просто кивнул и принялся доставать сундучки.

— Идите спать, госпожа, — сказал он. — Я все сделаю сам.

Вероника посмотрела на его простое, покрытое бледными веснушками лицо и кивнула.

Оставив Михаю один из факелов, она вернулась к себе в комнату. Доверять было сложно, но Ника заставила себя успокоиться.

Она не может бродить по замку вместе с ним. Если его поймают, Михай всегда сможет придумать какую-нибудь убедительную ложь. А ее хождения вместе со слугой точно не поймут.

— Михай просил передать, что все сделано, госпожа, — шепнула ей утром Эльза.

Ника кивнула и выдохнула. Пока все шло хорошо.

Этот день она потратила на размышления.

Вряд ли кто-то ожидает от Алэйны, что она ослушается отца и бросится в бега. Когда они поймут, что она не приедет в столицу, станет уже поздно. К этому моменту она будет так далеко, как только возможно.

Но все равно следует выбрать самое неочевидное направление, чтобы сбить возможную погоню со следа!

Итак, в какую сторону бежать?

Лицо Ники озарилось, а на губах заиграла предвкушающая улыбка. Ее светло-серые, похожие на прозрачные озера глаза мягко засветились.

Вряд ли от молодой девушки, которая практически не покидала замка своих родителей, ожидают какого-нибудь хитроумного хода. Ее с большой долей вероятности будут искать в самых очевидных направлениях. А именно — в противоположной стороне от столицы!

Все ведь логично? Человек, который хочет сбежать, будет стремиться оказаться от нежелательного места как можно дальше. Раз так, то ехать туда ни в коем случае нельзя! Два других направления Вероника тоже отвергла.

Оставалось только одно — на юг. Прямо в столицу! Вернее, она собиралась в какой-то момент обогнуть ее и проехать мимо. Вряд ли те, кто будет преследовать ее, догадаются, что она проскользнула прямо под их носом!

Вероника тихо рассмеялась, но в следующий миг оборвала смех. Не стоит праздновать победу заранее, иначе небеса рассердятся на такую самоуверенность и обрушат на наглеца заслуженную кару!

Прикрыв рот рукой, Ника поглядела наверх.

— Ничего такого, — прошептала она и вздохнула.

Раньше она не была настолько верующей, но трудно сомневаться в существовании некой высшей сущности, когда ты каким-то образом оказалась в другом мире. Не совсем доказательство, но лучше перестраховаться, чем потом жалеть!

В середине дня к ней в комнату явилась старшая сестра. Ника совсем не хотела с ней общаться, но все-таки впустила. Ей было интересно, что хочет сказать Каталина. Если опираться на память прошлой владелицы тела, сестра Алэйны была той еще актрисой.

— Ах, сестра! — взволнованно воскликнула Каталина, бросаясь к Нике. Схватив ее руки, она посмотрела на Веронику большими заплаканными глазами.

Застывшие в них слезы и покрасневшая кожа вокруг глаз намекали, что девушка сильно расстроена.

Ника прищурилась. Она ни на грамм не верила, что Каталина действительно сочувствует судьбе сестры.

— Это так печально! — продолжала Каталина. Ее бесформенные крупные губы слегка подрагивали. — Говорят, его величество ужасен! Он убивает своих жен! Что нам делать?! Он убьет тебя! Ах!

Вскинув руки, Каталина прижала их к груди, а потом, словно лишившись всех сил, рухнула в кресло. Откинувшись на спинку, она положила ладонь на лоб.

— Мне дурно, — отчиталась Каталина. — Сестра, зачем ты взяла на себя этот брак? Ты не должна была! Как я теперь буду жить, зная, что именно я стала причиной твоей смерти?!

«Эй, я еще не мертва!» — хотелось возразить Нике, но она лишь с интересом продолжила наблюдать концерт.

Каталина была настоящим талантом.

— Что мне теперь делать? — на глазах Каталины навернулись слезы, которые потом чистыми ручейками потекли по белоснежным щекам.

Ника восхитилась.

Ей самой никогда не удавалось плакать так красиво! Обычно в такие моменты у нее закладывало нос, а лицо мгновенно краснело и опухало. И это не говоря о том, как всякий раз кривилось лицо, когда она рыдала или пыталась сдержать плач. Вероника даже не знала, в какой момент выглядела хуже!

За одно это умение нужно отдать Каталине должное! Ей явно пришлось приложить много усилий, чтобы овладеть столь мощным оружием!

Подумав немного, Ника решила, что и из этой ситуации можно что-нибудь выгадать. Устроившись удобнее в соседнем кресле, она состроила печальное лицо, а потом, вытащив платок, еще и покашляла в него несколько раз, стараясь придать своему облику болезненный и несчастный вид.

Она сразу уловила, с каким жадным интересом за ее кашлем наблюдает Каталина. Правда, заметив, что Ника смотрит на нее, девушка попыталась мгновенно вернуть прежнее несчастное выражение.

— Еще и твое здоровье, — плаксиво протянула Каталина. — Откажись, сестра! Я скажу матушке, чтобы нас снова поменяли! — решительно выдала она, приподнимаясь.

Каталина явно рассчитывала, что Вероника ее остановит, но Ника не собиралась этого делать, с любопытством ожидая, что сестра предпримет дальше.

Осознав, что никто ее задерживать не собирается, Каталина рухнула обратно в кресло.

— Ах, я совсем забыла, что матушка велела мне не беспокоить ее. У нее разболелась голова от переживаний. Она легла отдохнуть до ужина!

— Ей сейчас тяжело, — понимающе кивнула Ника, а потом еще раз кашлянула в платок.

Взгляд Каталины вдруг стал опасливым. Она явно подумала, что болезнь сестры может оказаться заразной. Ника заметила, как та посмотрела в сторону двери. Ну уж нет! Раз пришла, значит, приноси пользу!

— Я все хотела тебя попросить, — якобы замявшись, Ника замолкла.

— О чем, сестра? — нетерпеливо спросила Каталина, подгоняя ее.

— То ожерелье… Ах, нет, мне совсем не стоит говорить о нем! Просто оно так подходит к моему изумрудному платью, — Ника вздохнула.

Каталина напряглась. Ей совсем не хотелось отдавать свои драгоценности, но следовало поддержать образ милой и понимающей сестры.

— О, ты можешь взять его, конечно. Я сейчас принесу, — Каталина поднялась.

— Я пойду с тобой, — Ника шустро последовала за сестрой, предвкушая будущую добычу.

В комнате Каталина нехотя открыла шкатулку с драгоценностями и принялась в ней копаться в поисках упомянутого ожерелья.

— Ох, а вот это очень подойдет к другому моему платью! — воскликнула Ника, бесцеремонно вытаскивая красивый кулон с желтым полупрозрачным камнем. — Ты ведь не против, сестра?

Она посмотрела на Каталину несчастным умоляющим взглядом.

— Тебе не стоит переживать, — продолжила Ника замогильным голосом, — я прикажу, чтобы после моей смерти все украшения вернулись к тебе.

Каталина приободрилась. Действительно, что она переживает? Вряд ли его величеству будут нужны вещи покойной жены. Вероятнее всего, он просто прикажет вернуть их в семью умершей супруги. А если Алэйна еще и оговорит это специально, то у короля не будет причин забывать о такой мелочи.

— Ах, конечно, дорогая! — Каталина радушно улыбнулась и нехотя пододвинула шкатулку к Нике. Хотя все ее украшения вернутся, отдавать их все равно очень не хотелось. — Ты можешь выбрать, что тебе нравится.

— Правда? — Вероника округлила глаза, а потом смущенно улыбнулась. — Ты самая лучшая сестра на свете! Мне так повезло!

После этих слов Вероника забрала себе практически все, что было более или менее ценным и красивым, совершенно не ощущая стыда.

Дорогой папочка все равно надарит любимой дочери новых драгоценностей, а Нике в ее полной опасностей свободной жизни лишняя копейка совсем не помешает!

Каталина наблюдала, как ее любовно выбранные украшения исчезают в бездонных карманах сестры. В какой-то момент скорбное лицо преобразилось, на миг став злорадным. Пусть радуется! Ей все равно недолго осталось! Вскоре не только эти украшения, но и все состояние семьи будет в их с мамой руках!

Распрощавшись, Ника торопливо вернулась в свою комнату. Мало ли, вдруг еще передумает!

Сгрузив драгоценности на кровать, Вероника вспомнила лицо Каталины и усмехнулась. В следующий раз притворщица десять раз подумает, прежде чем строить из себя доброго и щедрого человека! Пусть ценит то, что произошло, как урок!

Сложив украшения в свободную шкатулку, Ника позвала к себе Эльзу. Девушку не нужно было ждать, она всегда находилась где-нибудь рядом на случай, если госпоже что-то понадобится.

— Садись, — сказала Ника, кивая в сторону кресла.

Эльза неуверенно повиновалась. Обычно она не сидела в присутствии господ, но и спорить сейчас явно было неуместно.

Вероника придирчивым взглядом осмотрела служанку. Предстояло рассказать ей о планах, время поджимало. На днях Ника будет отправлена в столицу. Велик был шанс, что Эльза, переступив порог комнаты, в тот же миг побежит докладывать Жозелин.

Нике было сложно доверять. Она не была юной или наивной. В конце концов, за плечами осталось достаточно много лет прошлой жизни. За это время она успела узнать, какими на самом деле бывают люди, поэтому образ преданной и верной служанки никак не мог полностью ее убедить.

Но выбора не было! Она не могла сбежать самостоятельно. Вернее, конечно, могла, но только в том, что было на ней. И Ника сомневалась, что при таком раскладе убежит далеко.

Собравшись с мыслями, она принялась объяснять все Эльзе, наблюдая за ее мимикой. Девушка слушала внимательно, возмущалась в нужных моментах, охала и ахала, качала недовольно головой, а под конец и вовсе немного расплакалась.

— Я пойду с вами, госпожа, — уверенно выдала Эльза. — И Михай пойдет. Я знаю. Он любит вас. Вернее, не любит. Нет, конечно, любит, но не так. Вы не подумайте. Ох, я хотела сказать…

— Я поняла, — Ника кивнула и улыбнулась. Все выглядело хорошо и убедительно, но Вероника не собиралась расслабляться. — С Михаем я поговорю сама.

Еще через час из ее комнаты вышел Михай. Парень был молчаливым человеком, поэтому много не говорил. После короткого объяснения нынешней ситуации он просто кивнул и заверил, что его госпожа именно Алэйна и следовать он будет только за ней.

На следующее утро Михай, одевшись теплее, отправился на телеге в соседнюю деревню. Если кто-то и удивился, то ничего не сказал. Парень иной раз выезжал из замка с разными поручениями, поэтому никто даже не думал его останавливать.

И на покрытые старыми тряпками сундуки люди тоже не особо обратили внимание. У слуг в замке было полно дел, так что им некогда было смотреть по сторонам и рассуждать, куда и зачем кто-то поехал.

Если кто и удивился, что Михай не вернулся к вечеру, то не думал об этом долго. Мало ли какие дела задержали личного слугу молодой госпожи! А на следующее утро та госпожа и сама покинула замок, так что о Михае вспомнила только лишь пара молоденьких служанок, которым нравился парень. Да и то о его отсутствии они горевали недолго, обратив взгляд на тех, кто был рядом.

Задвинув шторку на окне, Вероника плотнее закуталась в теплый плащ и спрятала замерзающий нос в меху.

— Холодно? — участливо спросила служанка, сидящая сейчас вместе с госпожой в повозке.

Карету тряхнуло. Тихо выругавшись себе под нос, Эльза поправила горячие камни в специальном железном держателе, установленном посередине кареты.

Ника поерзала на месте. Скамейка была очень жесткой! Хорошо, что она додумалась постелить на нее пару шкур.

— Нормально, — отмахнулась Ника и погрела руки дыханием. Потом протянула пальцы к «печке». Она очень надеялась, что в дороге не будет слишком трясти. Иначе держатель точно упадет, а горящие камни вывалятся наружу! — Интересно, как скоро на нас нападут? — произнесла она шепотом.

— Что? — спросила Эльза, не расслышав тихий шепот госпожи.

— Ничего, — хмыкнула Вероника. — Холодно, говорю.

— Это да, — немедленно согласилась Эльза. — Но говорят, что в столице тепло. А! Мы ведь не едем в столицу, — шепотом закончила девушка, вспомнив о деле.

Пару дней они ехали без каких-либо проблем.

Если, конечно, не считать проблемами затекающее от жесткого сиденья тело, желание снять с себя неудобную верхнюю одежду, постоянную тряску, сомнительное удовольствие облегчаться в холодном неприветливом лесу, а то и вовсе посередине поля! Пища тоже была весьма скудной. Сухое мясо и постепенно черствеющий сыр и лепешки — не самое полезное питание, но деваться было некуда.

Кроме кучера, управляющего повозкой, их сопровождало шестеро воинов. Это было достаточно много. Ника знала, что в подчинении у графа имеется около полусотни воинов — и это здесь считалось очень хорошей военной поддержкой. Больше было только у герцогов и, конечно, у самого короля.

А вот на пятый день, ближе к вечеру, на них все-таки напали. Вероника удивилась такой поспешности. Неужели мачеха оказалась настолько нетерпеливой?

За свою жизнь Ника не волновалась. Главное — не лезть в пекло, и ее не тронут, ведь мачехе нужно, чтобы падчерица все-таки доехала до столицы и вышла замуж за короля. В ином случае ей придется отдать за проклятого правителя собственную дочь. При таком раскладе Жозелин скорее сама станет охранять дочь мужа, чем позволит навредить ей!

Услышав снаружи шум, Ника отодвинула занавеску и выглянула на улицу. Эльза рядом заволновалась, быстро поняв, что происходит. Вцепившись в руку Вероники, она принялась уговаривать хозяйку бежать через другую дверь.

Ника не стала ее слушать, лишь наблюдала за представлением, разыгранным специально для нее. Не было никаких сомнений, что воины, посланные якобы отцом, подчинялись графине. Они сражались так, будто с трудом могли оторвать меч от земли! Вероника отчетливо видела веселые улыбки на бородатых лицах и взгляды, бросаемые время от времени в сторону кареты.

Алэйна вполне могла бы и поверить, тем более что во время «сражения» наглецы специально кричали очень громко, явно рассчитывая напугать впечатлительную девушку. Вот только Алэйна давно отправилась на перерождение, а вместо нее появилась совсем другая личность, от которой не укрылись все ужимки начинающих актеров.

— Им нужно взять пару уроков у Каталины, — пробормотала Ника и усмехнулась.

«Сражение» очень быстро достигло финала. «Бравые» воины оказались побеждены разбойниками. Рухнув как подкошенные, бойцы принялись изображать из себя смертельно раненных. Нападавшие увлеченно насмехались над ними, а потом принялись с удовольствием запугивать скрывающихся в карете девиц.

Эльза, побелевшая от страха, едва не рухнула в обморок, когда дверца кареты открылась, а в проеме показалось заросшее лицо местного криминального элемента.

— Эй, парни, смотрите, какие у нас тут красотки! — крикнул он и засвистел. Эльза схватила вытащенный из-за пазухи нож и встала перед Никой.

— Пошел прочь! — крикнула она дрожащим голосом, при этом ее колени заметно тряслись, а сама она едва держалась в сознании.

— Положи тыкалку, малышка, — усмехнулся мужчина, но взгляд его стал более серьезным. — Поранишься еще.

Вероника не обманулась грязным и лохматым видом. Перед ней стоял хорошо обученный воин. Ничего удивительного. Доверять такое важное дело простым разбойникам нельзя. Тут она мачеху хорошо понимала.

Окинув взглядом пустое пространство, «разбойник» пошло ухмыльнулся, а потом захлопнул дверцу.

— Пусто! — донесся до их ушей его громкий голос.

Вероника вздохнула и сильнее закуталась в плащ. Она лишь надеялась, что ее уловку не обнаружат до самого конца.

— Он… — Эльза шокированно застыла. Она готовилась к противостоянию, а их почему-то не тронули. Растерянно посмотрев на свою госпожу, служанка моргнула и нахмурилась. Картина мира не складывалась. Разве разбойники сейчас не должны вытащить их из кареты, чтобы грязно надругаться? — Просто так ушел, — закончила девушка шепотом, словно боялась, что громкий голос спровоцирует напавших на них людей.

Вероника спокойно кивнула, пряча замерзшие пальцы глубже в складки плаща. Несмотря на уверенность, что их не тронут, она сильно нервничала. А еще беспокоилась, что ее уловку разгадают раньше времени. Если такое случится, с ними точно не станут церемониться!

Вряд ли убьют (хотя исключать случайность не стоит), а вот в остальном уверенности не было.

Карету начало шатать. Эльза вскинула голову, прислушиваясь.

— Снимают багаж, — догадалась она и побледнела.

Девушка бросила на госпожу быстрый взгляд. Она поражалась тому, каким спокойным выглядело лицо Алэйны. И пусть по напряженной линии челюсти и более бледному цвету лица можно было догадаться, что та нервничает, в целом младшая дочь графа выглядела безмятежной.

Снаружи засмеялись.

Эльза снова вздрогнула и все-таки села, настороженно прислушиваясь к каждому подозрительному звуку.

— Они ведь не… — начала она и замолчала. Сглотнув, Эльза понизила голос и закончила предложение: — Не догадаются?

— Будем молиться, чтобы удача была на нашей стороне, — тихо отозвалась Ника.

У нее самой сердце колотилось где-то в пятках от страха. Один неверный шаг, простая случайность — и ее маленькая уловка будет разоблачена!

Шум снаружи начал постепенно затихать, а через какое-то время карета дернулась и помчалась вперед.

Ника схватилась за скамью, удерживаясь на месте. Эльзе так не повезло, рывок заставил ее упасть на пол. Налетев на держатель для камней, она сдавленно охнула. Вероника бросилась помогать, опасаясь, что девушка может обжечься, но карету замотало из стороны в сторону.

— Поднимите юбки, госпожа! — вскрикнула Эльза, когда от тряски один из камней вывалился из железной печки на пол и стал кататься из стороны в сторону.

Ника не спорила. Отпустив опору, за которую держалась, она попробовала подобрать ткань, но карету снова мотнуло. Из-за этого Вероника едва не свалилась на пол, но рука Эльзы вовремя помогла ей избежать падения.

— Идиот, что он делает?! — закричала служанка. — Он собрался нас убить?!

Вероника стиснула зубы. Либо лошади, чего-то испугавшись, понесли, либо это еще одно представление для них.

Тряска продолжалась не меньше часа. Хорошо, что камень, вывалившийся из держателя, постоянно катался по полу. Древесина просто не успевала нагреться достаточно, чтобы загореться.

Когда их транспорт резко затормозил, обе девушки все-таки упали вперед. Эльза снова ударилась о держатель, а сама Ника свалилась на пол, только чудом избежав падения на камень.

Ощутив жар около руки, она резко отдернула ладонь и встала. У нее немного кружилась голова, а еще сильно тошнило. Не думая ни о чем, Ника распахнула дверь и вылетела наружу. Свежий воздух, хлынувший потоком в легкие, принес небольшое облегчение.

Сзади нещадно ругалась Эльза, она пыталась выкинуть из кареты огненный камень, который уже начал прожигать деревянный пол.

* * *

Жозелин нервно ходила из стороны в сторону. Она нервничала. Посланные воины вскоре должны были вернуться с принадлежащими ей деньгами.

Сначала она хотела дождаться смерти падчерицы, но потом подумала, что неизвестно, когда девчонка умрет. За это время той вполне удастся потратить часть денег. И куда потом девать ненужные платья?

Конечно, их можно было продать, но часть суммы все равно будет утеряна, ведь вещи с чужого плеча всегда продавались по более низкой цене, чем абсолютно новые. Да и если кто-то узнает, что платья принадлежали покойной жене короля, то о продаже вообще можно будет забыть. Люди суеверны. А еще существовал шанс, что на карету нападут настоящие разбойники!

Нет, нет, Жозелин не могла спокойно спать, зная, что ее деньги находятся в такой опасности! Именно поэтому она выждала всего пару дней и отправила людей захватить сокровища.

Охрану Алэйны она подкупила заранее — сопровождающие не станут сильно сопротивляться, когда придет время. Все было десять раз обговорено и выучено. Жозелин даже не сомневалась в успехе, просто какой-то червячок сомнений не давал покоя.

Подумав о гордой падчерице, которая посмела требовать от нее, Жозелин, деньги, женщина сначала криво улыбнулась, а потом и вовсе рассмеялась. Боже, какой наивной может быть молодость! Как хорошо, что ее такая участь избежала!

Жозелин искренне считала, что ее собственный разум всегда был более ясным и цепким, чем у других.

Поздно ночью, когда до рассвета оставалась всего пара часов, верный слуга принес ей весть, что посланные на задание люди вернулись. Женщина мгновенно взбодрилась.

Заговорщики действовали быстро и тихо. Никому не хотелось разбудить спящего графа! Да и от глаз остальной прислуги замка следовало таиться. Слухи были ни к чему.

Вскоре несколько крепких мужчин, тела которых графиня окинула жадным похотливым взглядом, внесли внутрь комнаты сундуки. Жозелин возбужденно облизнула губы. Поклажи было больше, чем она думала! Неужели у девчонки было столько вещей?

Откинув крышку первого сундука, Жозелин на миг замерла, а потом принялась открывать лежащий наверху сундучок. Когда ей это удалось, она торжествующе рассмеялась. Внутри лежало золото! Ее любимое, прекрасное, бесконечно красивое золото!

Присев на кровать, она принялась копаться в сундучке. Исступленно погладив монеты, она наткнулась пальцами на золотую брошь. Вытащила ее и полюбовалась на свое отражение в полированном металле. Она заметила кусочек ткани, выглядывающий из-под золота, но не придала этому никакого значения — эйфория все еще была сильна.

Удовлетворившись осмотром, она принялась проверять остальные сундуки. Не во всех было золото. Имелись и те, в которых лежала просто одежда.

Жозелин уже собиралась приказать сложить сундуки в подготовленной для них комнате, когда все-таки обратила внимание на ткань под монетами. Чуть нахмурившись, она отодвинула золото и украшения в сторону. Под ними обнаружилась матерчатая подкладка. Сердце тревожно сжалось.

Резко схватив тряпку, она рывком выдернула его из сундучка. Золотые монеты рассыпались по полу, но Жозелин не придала этому значения. Она тревожно глядела на холщовый мешочек на дне.

Отбросив дорогую ткань, она принялась дрожащими пальцами развязывать тугой узел. Когда ей это удалось, Жозелин на миг замерла, а потом все-таки открыла горловину.

Ее сердце в тот же миг едва не остановилось!

— Мерзавка, — прошептала она с такой ненавистью, что у наблюдающих за ней людей мурашки по коже побежали. — Мерзавка! — закричала графиня, пытаясь вытащить из сундука мешок. — Я убью тебя! Убью! Убью!

Подошедший в тревоге слуга, желавший помочь госпоже, увидел, что внутри мешочка лежали обычные серые камушки.

Вскинув голову, Жозелин прищурилась и посмотрела на главу отряда. Может быть, не стоило обвинять глуповатую падчерицу? До этого момента та не выказывала никакой склонности к хитрости. Однако удивленный и растерянный вид любовника показывал, что тот и сам не знал, как обстоят дела.

Жозелин схватила одну из монет и с силой сжала в руке.

Падчерица или любовник? Кто из них посмел?! У кого хватило смелости плюнуть ей в лицо?!

Ярость клокотала внутри. Женщина быстрым взглядом окинула брошенные ей, будто милостыня, монеты. Хотелось скривиться и выкинуть их, но жадность, вечно властвовавшая над остальными чувствами, не позволила такой расточительности.

— Собери их, — холодно приказала она, отходя от сундука на несколько шагов. — Если пропадет хоть одна монета, я сниму с тебя шкуру, — пригрозила Жозелин.

Дождавшись, когда дрожащий слуга выполнит приказ, она выставила его вон из комнаты, оставшись наедине с любовником.

— Девчонка обманула нас, — отойдя от сильного удивления, хмыкнул мужчина. Подойдя к столу, на котором стояла шкатулка с собранными монетами, мужчина схватил золотой кругляш и подбросил его вверх, а потом ловко поймал.

— Ты разве не проверял сундуки? — холодно спросила Жозелин, все еще пытаясь взять свою ярость под контроль.

— Смотрел, конечно, — хмыкнул мужчина. — Но у нас не было времени перетряхивать сундуки полностью.

— Ты куда-то спешил? — резко поинтересовалась женщина, желая излить свое разочарование на любовника.

— К тебе и спешил, — похабно улыбнувшись, мужчина подошел ближе.

— Нужно было смотреть внимательнее!

Мужчина раздраженно дернул щекой.

— Да кто знал, что девчонка решит обмануть всех? С чего она вообще это провернула? — он кивнул в сторону перетряхнутых сундуков. — Обычно люди таким не занимаются.

— Так, может, это и не она вовсе? — вкрадчиво сказала Жозелин.

Мужчина замер. Его спокойное лицо медленно начало превращаться в маску отчужденности и скрытой агрессии. Женщина тревожно сглотнула. Она хорошо знала нрав своего любовника. Не хотелось зря его провоцировать.

Конечно, разъяренный вид ее крайне возбуждал, но она прекрасно понимала, что человек перед ней может быть исключительно жестоким. Вряд ли его остановит высокий титул, если ему вздумается ее убить.

— Осторожнее со словами, дорогая, — глухим голосом предупредил он.

Жозелин резко отвернулась. Она поежилась и принялась потирать внезапно замерзшие плечи.

— Я просто хотела сказать…

В следующее мгновение она ощутила сзади прижавшееся мужское тело. Сильная рука легла ей на горло. Женщина задрожала. Внутри вспыхнул страх, смешанный с возбуждением. Даже разочарование из-за денег отступило на второй план.

— Ну, ну, — заворковал мужчина. — Ты просто ошиблась. С кем не бывает, — усмехнулся он. — Девочка оказалась более умной, чем мы рассчитывали. Я просто догоню ее и спрошу, куда она дела наши деньги. Думаю, это будет лучшим решением.

Жозелин кое-как кивнула и прикрыла глаза, ожидая, что будет дальше. Она уже предвкушала следующий час, но мужчина внезапно отстранился.

— Думаю, стоит поспешить, — бросил он насмешливо и спокойно вышел из комнаты. Монета, которую он до этого подкидывал в воздух, давно перекочевала ему в карман.

Глава 3

— Ты убить нас хотел?! — крикнула Эльза, кидаясь к кучеру.

Подхватив с земли тонкую ветку, она принялась хлестать мужчину. Тот лишь бормотал, что у него не было выбора, но особо не защищался. Ветка была совсем тонкой и вряд ли причиняла ему серьезный вред.

— Хватит, — тихо попросила Ника. — Нам нужно поспешить.

— Да, да, госпожа, — закивал кучер, кланяясь.

В этот момент они услышали топот копыт. Вероника напряглась, ведь это могли вернуться «разбойники», догадавшиеся проверить сундуки более тщательно. Но нет, это оказалась «отважная» охрана.

Сыграв свою роль, они нагнали карету. Теперь им нужно было действительно защитить дочь графа, чтобы та смогла добраться в столицу без помех.

— Прошу простить нас, госпожа, — повинился начальник группы. — Нам не удалось защитить ваши вещи, — он понурил голову и сжал кулаки, словно на самом деле сильно переживал из-за неудачи. Единственной его раной была небольшая царапина на щеке, из которой давно уже не текла кровь.

— Вы собираетесь их искать? — спросила Ника, хмурясь. Она сделала вид, что сильно обеспокоена потерей багажа.

— У нас приказ охранять вас, госпожа! — громко произнес мужчина. — Мы не можем гнаться за каждым душегубом. Хорошо еще, что все остались целы.

Ника и не рассчитывала, что потерянные вещи кто-то кинется догонять. Настаивать она в любом случае не собиралась, спросила лишь для того, чтобы все выглядело более натурально.

— И за что вам только господин деньги платит? — ворчала Эльза. Она, конечно, знала, что не следует искать потерянные сундуки, но ситуация все равно ее сильно раздражала.

— Поспешим, — поставила точку Вероника и забралась обратно в карету.

Эльза скользнула следом. Как только дверца кареты закрылась, она хитрым взглядом посмотрела на госпожу.

— Удалось? — шепотом спросила она. Ее глаза сверкали от восторга, а ведь еще недавно девушка была крайне напугана!

— Тише, — шикнула на нее Ника, едва заметно улыбнувшись. — Рано радоваться, — перешла она на шепот. — Они вполне могут проверить сундуки на ближайшем привале. Нам нужно уйти как можно дальше.

После этого каждый новый день, отделяющий их от графства и от подставных разбойников, встречался Никой и Эльзой с благословением. Чем дальше они уезжали, тем больше убеждались, что никто из наемников не подумал проверить сундуки повторно. Это было настоящей удачей.

Ближе к столице погода начала меняться — стало теплее. Вероника не могла сменить плащ, ведь все ее вещи по легенде были украдены. Поэтому она сняла его, оставшись в одном платье.

— Скоро столица, — произнесла однажды Эльза. — Осталось совсем немного.

Ника кивнула. По ее подсчетам, до центрального города королевства осталась всего неделя пути. Наемники их так и не догнали, но с каждым днем Вероника ощущала, как усиливается тревога. По всему выходило, что «разбойники» должны добраться до них со дня на день.

— Завтра, — пробормотала Ника. Эльза кивнула.

На следующий день под вечер они встали на стоянку. Вероника едва могла сидеть. Чувство приближающейся опасности заставляло подниматься волоски на теле.

Ночью, когда все стражи спали, усыпленные подсыпанным в еду сонным порошком, Вероника с Эльзой стояли на перекрестке, дожидаясь Михая. Существовал шанс, что парень не приедет. Он вполне мог давно уже сбежать со всем золотом. Если к утру Михай не явится, решила Ника, то им с Эльзой придется воспользоваться запасным планом. Оставаться с охраной и дальше Вероника не хотела.

Когда ожидание стало совсем невыносимым, Ника услышала тихий стук копыт. Они с Эльзой переглянулись и юркнули в кусты неподалеку, решив для начала посмотреть, кто едет.

— Думаете, это Михай? — шепотом спросила Эльза, невольно прижимаясь к госпоже плотнее, словно надеялась, что это поможет справиться с нервной дрожью.

— Тише, — попросила Вероника.

Отодвинув нависшую над ними ветку, она сосредоточила внимание на дороге.

Вскоре они увидели всадника. Сердце Ники рухнуло от страха. Михай уехал на телеге! Никаких всадников здесь быть не должно! Неужели «разбойники»?!

Не успела она сильно запаниковать, как человек подъехал ближе.

— Это Михай! — воскликнула Эльза и принялась выбираться.

Ника не спешила. Она внимательно посмотрела по сторонам, но, кроме Михая, никого больше не увидела. Осторожно встав, она выбралась из кустов и вопросительно посмотрела на парня.

— Телега медленная, — произнес тот, спешиваясь. — Я продал ее.

— А вещи? — спросила Ника, подходя ближе. Она все еще посматривала по сторонам, опасаясь, что Михай мог ее предать.

— Простите, госпожа, я взял на себя смелость потратить немного золота, — смущенно признался парень, прикасаясь пальцем к кончику носа.

— Потратить? — изумленно произнесла Эльза. — Ты потратил деньги госпожи? Ты в своем уме?!

— Тише, Эльза, — одернула ее Вероника, а потом обратилась к парню: — Объясни.

— Я подумал, что на телеге мы далеко не уедем. Продал ее. Но денег не хватало на трех лошадей, — пояснил Михай. — Я оставил остальных чуть дальше отсюда. Вещи сложил в тюки и привязал к бокам.

Ника выдохнула. Впрочем, до конца она расслабляться не стала.

— Так чего мы стоим? — прошептала Эльза. — Куда идти?

— Сюда, — ответил Михай и неуверенно поглядел на Нику, словно проверяя, насколько та зла из-за его инициативы.

— Веди, — велела Вероника, даже не думая сердиться.

Она действительно не сообразила, что на телеге они далеко не уедут. Сейчас нужно как можно скорее покинуть это место. Чуть позже можно будет продать лошадей и снова купить телегу, она будет привлекать меньше внимания, чем три всадника. Хотя, если так подумать, верхом можно проехать даже там, где нет пути, а для телеги нужна дорога.

К облегчению Вероники, около лошадей никто не ждал. Она боялась, что Михай предал ее, но нет, вокруг по-прежнему было тихо и безлюдно.

— Сядете боком? — спросил Михай, помогая Нике залезть на лошадь. — В платье неудобно.

Ника сразу отбросила эту затею. Она опасалась, что попросту соскользнет с седла, ведь сама Вероника никогда на лошадях не ездила, а на опыт Алэйны нельзя было положиться, тот был весьма скудным.

Вместо того чтобы мучиться, Ника решительно перекинула ногу через круп и села по-мужски. Если Михай и был удивлен, то слова не сказал.

Поправив платье, Вероника подумала, что следовало надеть штаны. Наверное, чуть позже, когда они будут в большей безопасности, она на всякий случай переоденется.

Как только эта мысль появилась в голове, Ника оценивающим взглядом окинула фигуру Михая. Парень был заметно крупнее, но его вещи все равно должны были подойти.

— Лучше ехать по лесу, — предложил Михай. — Недавно дождь прошел. На дороге не так много отпечатков. Если за нами будет погоня, нас легко смогут выследить.

— А по лесу? — спросила Ника. — Разве следопыты не найдут следы там?

Михай наклонился и что-то нацепил на копыто своей лошади. После этого он выпрямился и повернулся к Веронике.

— Я надел на ноги лошадей мягкие мешочки. Они позволят немного скрыть следы. Поедем по более каменистому пути.

Ника сомневалась, что подобное как-то улучшит их положение, но возражать, конечно, не стала.

Вскоре они выдвинулись в путь. Михай ехал впереди. Следом за ним Ника. Замыкала малочисленную колонну Эльза. Судя по тому, как уверенно девушка держалась на лошади, ей и раньше доводилось ездить верхом. А вот Веронике приходилось туго. Все казалось неудобным. Ей не очень нравилось сидеть, настолько широко раздвинув ноги. Лошадь покачивалась, отчего Нике казалось, что она в любой момент может упасть. Ощущение живого тела под собой заставляло желудок завязываться узлом. В этот момент Ника поняла, что никогда не будет поклонницей верховой езды. Она немного боялась лошади и была уверена, что та это знает.

Сначала, когда было еще не так светло, они ехали достаточно медленно, но по мере того, как поднималось солнце, их скорость возрастала.

— Надо спешить, — пояснил Михай, заметив хмурое выражение на лице госпожи. — Наша скорость слишком мала. Я могу повести вас, госпожа. Вам просто нужно будет держаться крепче. Хотите? — спросил он, глядя выжидающе.

Кто-то другой, возможно, возмутился бы, ведь подобное предложение задевало гордость, но Ника лишь кивнула и отдала узды, а сама схватилась за седло, крепче стискивая зубы.

Они остановились только ближе к обеду. Вероника едва смогла сползти с лошади. Ее немного мутило от напряжения. Ноги и спина начали болеть, но Ника не собиралась жаловаться.

Когда она выдвинула предложение им с Эльзой переодеться в мужскую одежду, ее встретили два непонимающих и даже шокированных взгляда.

— Надеть одежду Михая? — уточнила Эльза и посмотрела на парня. Тот выглядел сильно смущенным. — Но женщины не носят штанов.

— Знаю, — кивнула Ника. — Но в штанах будет удобнее. И три всадника мужчины привлекут меньше внимания, чем едущие верхом женщины в платьях.

Чем дольше думала Вероника, тем больше ей казалось, что идея стоящая. Если для местных штаны на женщине были чем-то невероятным, то сама Ника не ощущала никаких проблем с их ношением. В конце концов, в прошлой жизни она очень часто ходила в джинсах. И не только в них.

Михай все-таки поделился своими вещами.

Переодевшаяся Эльза вскоре оценила такой вид одежды. Она, словно модель на подиуме, принялась расхаживать туда-сюда, требуя заверений, что такой наряд ей к лицу. Михай, к которому она и приставала, не знал, куда деть глаза от смущения. Все его лицо покраснело.

Волосы были проблемой, но отрезать их Вероника опасалась. Вместо кардинального решения она заплела косу и обернула ее вокруг головы, повязав сверху шарф. Выглядело странно, но Михай заверил ее, что вид нормальный и не слишком подозрительный.

Кроме штанов и рубашек, Михай поделился с ними и простыми, довольно старыми на вид плащами. При этом парень постоянно извинялся, что его одежда настолько ветхая, но Ника не обратила на изношенность никакого внимания. По ее мнению, так было даже лучше.

Наскоро перекусив, они отправились дальше. Вероника очень надеялась, что все ее труды окупятся и у них получится уйти от погони. А что погоня была, Ника не сомневалась.

* * *

Джарей внимательно осмотрел недавнее место стоянки. Ему нетрудно было понять, как давно это место покинули люди. Прошло явно чуть меньше суток.

Смущало его только одно — на перекрестке следы расходились. Казалось, отряд по какой-то причине разделился.

Недовольно прищурившись, он повернулся к ищейке. Золотая монета, которую Джарей забрал у любовницы, давно перекочевала к магу поиска. Маг был откровенно слабеньким, но его способностей должно было хватить для того, чтобы отследить след, оставшийся на монете.

— Их тут нет, — сказал Джарей, недовольно глядя на мага.

Тот безразлично на него посмотрел, достал монету и потер ее в руках. На его лице появилось задумчивое выражение, словно он к чему-то прислушивался.

Когда Джарей только взял монету, он опасался, что дочь графа к ней не прикасалась. Но им повезло — хитрая девица дотронулась до золота прежде, чем оно попало в сундук, предназначенный для Жозелин.

Джарей думал, что девчонка, опасаясь возмездия, сбежит от своих конвоиров в тот же день, как избавится от подложных сундуков. Но она по какой-то причине продолжала следовать намеченному пути, который привел их практически к столице.

С каждым днем Джарею становилось все интереснее! Ему хотелось знать, что она задумала. А еще поймать ее и посмотреть, как Алэйна будет изворачиваться. Неужели дочь графа действительно просто хотела защитить свое золото от жадных рук мачехи?

Каждый прошедший день, приближающий отряд Джарея к столице, намекал, что дело обстоит именно так. Мужчина даже начал немного разочаровываться. И вот новый сюрприз! Группа явно разделилась и направилась в разные стороны. Почему?

— Туда? — прервал его мысли ищейка, кивнув головой в направлении леса.

Джарей широко и хищно улыбнулся. Ему снова стало интересно. Посмотрев в указанную сторону, он быстро подошел к лошади и запрыгнул на нее. Следы на дороге его больше не интересовали.

— Вперед! — крикнул он и пришпорил лошадь. Та всхрапнула и с готовностью двинулась с места, ступая в тихий, немного сумрачный лес.

Спустя пару дней охранники, которые отправились на поиски сбежавшей дочери графа, вернулись к перекрестку. Каждый отряд потерпел неудачу.

Мужчины хмуро переглянулись. У них был четкий приказ — доставить Алэйну к королю. Они обязаны были присматривать за ней, чтобы дочь графа явилась ко двору целой и по возможности невредимой.

Все шло хорошо, они даже немного расслабились, пока однажды не проснулись днем, обнаружив, что ни девчонки, ни ее служанки в лагере нет.

Быстро посовещавшись, они отправились искать, решив, что девушки просто отошли по делам за первые попавшиеся кусты. Через пару часов стало понятно, что девица сбежала!

Это не было для мужчин неожиданностью. В конце концов, все королевство знало, что король проклят и его жены умирают. Неудивительно, что дочери графа не хотелось для себя такой участи. Но даже понимание не смягчило сердца охранников.

Если они не доставят девчонку к королю, то им не избежать наказания от графини. Кто знает, что для них придумает Жозелин, когда узнает, что падчерица сбежала.

Рассудив, что следует как можно скорее найти сбежавшую подопечную, они разделились и отправились в разные стороны, рассчитывая, что уйти далеко беглянки не могли. И вот спустя пару дней они собрались вновь. Ни у кого из них не было хороших новостей.

— Что делать? — спросил у товарищей один из мужчин. Если поначалу он, как и остальные, был уверен в скором разрешении проблемы, то сейчас запаниковал.

— Нужно вернуться и доложить, — предложил второй.

— Нет, — не согласился третий. — Нам нужно продолжить поиски. Если графиня узнает, что девчонка сбежала, мы лишимся голов.

Все посмотрели на него скептически. Так ли велика их вина, чтобы лишать за это жизни?

— Что? — третий фыркнул, нервно поглядев по сторонам. — Только не говорите, что не понимаете, — добавил он, а потом, увидев растерянность на лицах товарищей, грязно выругался. — Девчонка должна была стать женой короля!

Воины обдумали эту мысль и кивнули. В ней не было ничего нового. Все в графстве Боне знали, что младшая дочь (к слову, рожденная в законном браке!) вскоре должна пасть жертвой страшного проклятия.

Оглядев непонимающие лица, третий еще раз выругался, а потом принялся объяснять.

— Его величеству нужна жена. Обычно этой чести удостаивается старшая дочь семьи. Понимаете? — третий многозначительно всех оглядел.

Вскоре на лицах некоторых начало появляться робкое осознание, которое вскоре трансформировалось в отчетливый страх.

— И что? — спросил второй, который не понял ровным счетом ничего из сказанного.

— А то, — не выдержал четвертый, молчавший до этого, — что если нет младшей дочери, то королю отвезут старшую. Когда она умрет от проклятия, графиня сдерет с нас шкуру за то, что мы упустили девчонку! Ведь именно по этой причине ее родной дочери придется заменить младшую сестру!

Второй, обдумав слова товарища, резко побледнел. Оглядевшись по сторонам, он зябко поежился, будто ему вдруг стало очень холодно. Потерев шею, он растерянно посмотрел на остальных.

— Сбежим? — робко предложил он.

Умирать ему точно не хотелось. Найти девчонку не представлялось возможным. Можно, конечно, еще поискать, но теперь ему начало казаться, что каждый день промедления приближает его к неминуемой, очень болезненной и мучительной смерти.

Воины быстро переглянулись. Эта мысль мелькнула в голове у каждого. Никто из них не ощущал себя виноватым в том, что произошло. Ясно ведь как день, что их чем-то опоили! Иначе они вряд бы спали так долго. А раз так, то и умирать никто из них не собирался.

— Сбежим, — согласился третий и принялся сдирать с одежды все признаки того, что он когда-либо служил под знаменем графа Боне. — Но сначала нужно кое-что сделать.

Несколько дней спустя небольшой купеческий караван наткнулся на место трагедии. Около дороги стояла разбитая карета со следами мечей и топоров. Неподалеку виднелись почерневшие следы крови, а в лесу вскоре была найдена разодранная и окровавленная одежда.

Было очевидно, что на небольшую группу напали. Забрав все ценное, преступники оставили на дороге лишь изломанную карету и трупы, которые после утащили в лес дикие звери.

— Поспешим, — тревожно приказал купец, оглядываясь по сторонам. Наверное, стоило усилить охрану. Поглядите, какие зверства случаются! А ведь столица совсем рядом! Куда только смотрит король?!

Никто не стал спорить с владельцем каравана. Люди с опаской обогнули страшное место, стремясь оказаться от него как можно дальше. А еще недавние охранники в это время упорно мчались прочь от столицы и графства Боне, спасая собственную жизнь.

* * *

Ника не позволяла себе разваливаться, хотя за несколько дней пути верхом все ее тело нещадно болело и просто умоляло о пощаде.

Каждое утро после долгой, наполненной тревожным сном и нервозностью (Веронике все время казалось, что в любой момент из-за ближайшего куста выскочат преследователи) ночи она кое-как забиралась на лошадь. Ее поддерживала лишь мысль, что после того, как они покинут королевство, можно будет отдохнуть хотя бы немного.

— Никогда больше не буду ездить верхом, — проворчала она, уже почти профессионально покачиваясь в седле. Сложно не научиться держаться правильно, когда тебе приходится несколько дней подряд заниматься усиленной практикой.

Эльза и Михай пытались пару раз убедить ее отдохнуть, но Вероника отмахивалась.

Она чувствовала дыхание опасности, подбирающееся сзади. Иногда она говорила себе, что это всего лишь нервозность и излишнее воображение. Но потом вскакивала среди ночи, едва унимая бешено колотящееся сердце. В такие моменты у нее волоски на теле вставали дыбом. Вероника была уверена, что за ней кто-то идет. И эта уверенность была настолько сильной, что от нее не получалось отмахнуться.

Вскоре они обогнули столицу и углубились в леса за ней. Ника думала, что после этого ее нервы хоть немного успокоятся, но ничего подобного не произошло.

— Хотите пить? — спросила Эльза, наблюдая, как госпожа тревожно ходит по крохотной хижине, на которую они наткнулись в пути.

Произошло это как раз тогда, когда они искали место для ночлега. Хижина выглядела старой. Хозяин явно давно покинул ее, оставив небольшой дом разваливаться глубоко в лесу. Убранство внутри было скудным, но никто не жаловался. Михай с Эльзой даже немного прибрались, отчего в доме стало капельку уютнее.

После ужина, состоявшего из давно зачерствевшей лепешки, куска сыра и сушеного мяса, беглецы отправились отдыхать. Перед этим Михай накормил лошадей и дал им воды, которую добыл в колодце рядом с домом.

— Нет, — отмахнулась Ника.

— Зерно скоро закончится, — предупредил Михай. Перед побегом он озаботился кормом для лошадей, но заготовленные мешочки были не бесконечными. — Через два дня мы должны выйти к деревне. Можно купить там.

Вероника сжала губы. Ей не хотелось выходить к людям. Рано! Казалось, стоит высунуть нос из леса, как по их душу придут! Но и отказаться она не могла. Лошадей действительно нужно было чем-то кормить.

Травой? Когда бедным животным есть траву, если они целыми днями идут вперед? Изредка маленькому отряду, конечно, приходилось останавливаться на короткий отдых, но этого явно было чрезвычайно мало!

— Хорошо, — обреченно согласилась она. Не хотелось морить лошадей голодом. Они и так после такого марафона выглядели уставшими и жалкими.

Ночью, когда Эльза и Михай уже спали, Ника поднялась с устроенной для нее лежанки и вышла из хижины. Отчего-то темнота была не такой глубокой, как должна была быть в середине ночи.

Подняв голову, Вероника поискала в небе светило, но не заметила ничего, кроме ярких звезд. Да и они частично перекрывались тихо шелестящими от легкого ветра густыми кронами деревьев.

Вдали ухнули. Ника невольно поежилась. Лес выглядел пугающим и словно настороженным. Казалось, из темноты смотрят сотни глаз, ожидая ее дальнейших действий.

В следующий момент она услышала приглушенные хлопки. Вздрогнув, Ника прижалась спиной к двери. На покосившийся столб, зачем-то вкопанный старым владельцем хижины в землю, села птица. Вероника выдохнула. Птица не человек. Она им явно не враг.

Когда перед глазами перестало все плясать от всплеска адреналина, Вероника оглядела ночную гостью. Это оказалась сова.

— Привет, красавица, — вежливо поздоровалась Ника, недоумевая, что ночная хищница здесь делает.

Понятно, что птица живет в лесу. Но разве она должна вот так просто выходить к человеку? Веронике казалось, что любые дикие звери или птицы сторонятся людей. Если они, конечно, не какие-нибудь волки, которые вполне могут рассматривать человека как пищу.

Вместо ответа сова ухнула и повернула голову в сторону Ники. На миг показалось, что глаза хищницы вспыхнули голубовато-зеленым светом. Такое бывает у кошек, когда на них попадает свет в темноте.

Жутко!

— Можно тебя погладить? — зачем-то спросила Вероника. Интересно, совы могут переносить какие-нибудь болезни? Вот голубей в городах точно лучше не трогать!

Решив, что потом можно помыть руки, Ника, влекомая любопытством, отлепилась от двери и пошла вперед. Сова не сдвинулась с места, наблюдая за ней своими пугающими глазами. Они, правда, больше не светились, но от пристального взгляда птицы все равно было жутковато.

Подойдя ближе, Вероника протянула руку и осторожно прикоснулась к перьям. К ее большому удивлению, сова даже не думала улетать. Она лишь вертела головой, а потом угрожающе щелкнула клювом рядом с наглыми пальцами, которые тянулись к ее голове.

Тихо засмеявшись, Ника хотела усилить напор, но в этот момент услышала новые хлопки. Повернувшись, она увидела, как на конек крыши хижины усаживается еще одна сова.

— О, вас тут много, — прошептала Вероника удивленно, а потом увидела, как к сове на крыше присоединилась еще пара птиц.

А вот теперь это точно было очень странным!

Сглотнув, Ника убрала пальцы от первой гостьи, едва подавив желание спрятать руку за спиной.

Вскоре весь конек был усеян птицами, которые то и дело вертели головой, время от времени тихо ухали и иной раз сверкали глазами.

Это явно было противоестественным!

Ника не знала, что происходит и как с этим справиться, поэтому просто торопливо зашла внутрь хижины, решив, что после этого птицы уберутся подальше.

Подождав какое-то время, она тихо открыла дверь и выглянула наружу. К ее удивлению, птицы не исчезли. Они теперь сидели везде, где могли разместиться. Ближайшие ветки были усыпаны этими существами. Ника нервно икнула и захлопнула дверь. Получилось слишком громко.

— Кто там? — проснулась от шума Эльза. Приподняв голову, она вгляделась в темноту. По-хорошему ей следовало испугаться, но девушка не полностью проснулась, поэтому даже не подумала, что их мог найти неприятель.

— Это я, — прошептала Ника. — Спи. Все нормально.

Девушка, услышав голос госпожи, зевнула, а потом повернулась на другой бок и снова уснула.

Вероника потерла внезапно озябшие руки и решила, что на сегодня ей хватит странностей. Добравшись до лежанки, она зарылась лицом в плащ и утомленно вздохнула. При этом Ника совсем не думала о том, что даже внутри хижины, где царила кромешная темнота, она видела лучше, чем должна была.

Утром никаких сов поблизости она не обнаружила и облегченно выдохнула, посчитав, что это было какое-то недоразумение или вообще просто сон. В свете дня ночные страхи показались Нике надуманными и глупыми. Она лишь фыркнула, пообещав себе в следующий раз не сходить с ума.

Ближе к вечеру погода резко изменилась. На безмятежном весь день небе собрались темные тучи. Поднялся ветер. Не было никаких сомнений, что вскоре разразится гроза.

Надежного укрытия на ночь долго не удавалось найти, но под самый вечер им посчастливилось наткнуться на полуразрушенное деревянное здание, от которого остались лишь стены и крыша. Еще была дверь. Правда, вся в щелях и висящая практически на одном честном слове. Что здесь было раньше — неизвестно.

— До границы осталось совсем немного, — пытаясь разбавить гнетущее молчание, произнесла Эльза.

Общительной девушке было слегка неуютно среди двух молчунов. Особенно в этом плане отличался Михай. Парень говорил исключительно по делу, в ином случае из него нельзя было вытянуть ни слова! А к госпоже с лишними разговорами не полезешь. Вот и приходилось любительнице поболтать находить такие темы, чтобы поговорить хоть о чем-нибудь.

Никто на ее слова не отреагировал. Все и так знали, что скоро смогут ощутить себя более свободно. Зачем лишний раз озвучивать очевидное?

Эльза едва не заплакала, когда ее просто проигнорировали. Она насупилась, хмуро обтирая уставшую за день лошадь.

В какой-то момент Вероника, сосредоточенно помогавшая ухаживать за животными, замерла, а потом медленно, словно внезапно став деревянной, выпрямилась.

Михай посмотрел на нее вопросительно, но Ника ничего не сказала, лишь сглотнула.

Небо осветилось вспышкой. Спустя несколько мгновений послышался разрывающий звук грома. Лошади, напуганные громким треском, принялись беспокойно вырываться.

Резко обернувшись, Вероника прищурилась, всматриваясь в темную чащу позади.

Снова сверкнула молния, а после на землю обрушился ливень.

— Что такое? — встревоженный непонятным поведением, спросил парень. Он всматривался в побелевшее лицо госпожи, не понимая, что с ней.

Посмотрев в направлении ее взгляда, Михай никого и ничего не увидел. Неужели она боится грома?

Они с Эльзой тревожно переглянулись, не зная, что предпринять. Секунды складывались в минуты, а их госпожа продолжала стоять неподвижно, пока в какой-то момент не дернулась, будто от удара.

Михай хотел прикоснуться к ней, но заметил какое-то движение. Резко повернувшись, он увидел, как из той самой чащи один за другим выходят люди.

Испуганно побледнев, он встал перед госпожой, намереваясь защитить ее собственной жизнью. Даже сквозь шорох дождя он услышал позади себя долгий выдох, а потом и тихий обреченный смешок.

Группа людей между тем приблизилась. Михай, стиснув зубы, быстро осмотрел каждого. Не было сомнений, что им на пути попались не достойные члены общества, а настоящие разбойники.

— Почти сбежала, — хохотнул тот, кто стоял впереди. Он смотрел точно за спину Михая. Это смутило парня. Они с госпожой знакомы? Или эти слова предназначались Эльзе? Михай сомневался в последнем.

— Не понимаю, о чем вы, — произнесла Ника, решив играть до конца. — Мы с вами раньше встречались?

Незнакомец громко рассмеялся. Он весело сверкнул глазами и сделал шаг вперед.

Глава 4

Джарей гнал группу вперед на максимальной скорости. В этот момент он испытывал ни с чем не сравнимый азарт настоящей охоты! Даже выслеживание хищников так не восхищало и не воодушевляло его.

Он наслаждался хитростью и осторожностью девчонки. Каким-то образом беглецам удавалось не оставлять после себя даже намеков на существование. Это говорило, что их ведет опытный следопыт, который точно знает, как заметать следы.

Тот, кто знает, как найти, будет знать и как скрыть.

Это не могла быть девчонка, ведь дочь графа вряд ли обучали чему-то настолько для нее бесполезному. А значит, изворотливой юной госпоже удалось привлечь на свою сторону очень искусного и знающего человека.

Джарей не давал своим людям долго отдыхать. Те даже не пытались возмущаться, прекрасно знали, что нужно найти золото. К тому же вся группа состояла исключительно из азартных людей, так что эта погоня нравилась им не меньше, чем самому Джарею.

А однажды, когда небо начало затягиваться тучами, Джарей понял, что те, кого они так долго преследовали, совсем недалеко. Он шумно втянул воздух и улыбнулся.

— Близко, — подтвердил его догадку ищейка.

Люди вокруг тоже заулыбались. В последние дни они даже начали немного переживать. Граница приближалась. Конечно, такая мелочь их вряд ли бы остановила, но в другом королевстве потребовалась бы бо́льшая осторожность. Но им повезло — они догнали!

Беглецов было всего трое. Ничего нового. Джарей уже знал об этом. Парень, стоящий впереди, его мало волновал, как и девица, вцепившаяся в лошадь так, словно та могла чем-то помочь. А вот юная госпожа, облаченная в мужской костюм, интересовала Джарея безмерно. Он никогда ранее не видел, чтобы женщина надевала мужские одежды!

Шагнув вперед, он хотел отодвинуть мешающее тело. Парень напрягся, давая понять, что так просто не сдвинется с места. Джарей нахмурился, а потом махнул рукой. Несколько человек мгновенно скрутили недовольно вскрикнувшего мальчишку и оттащили в сторону.

— Осторожнее! — воскликнула юная госпожа, глядя на своего слугу с тревогой.

Джарей окинул взглядом обтянутые тканью ноги. Его величеству знатно повезло!

— Что вы хотите? — спросила дочь графа и посмотрела прямо и пристально. В светлых глазах полыхала ярость. Очень возбуждающее зрелище! Жаль, что он не имеет права хотя бы попробовать. — Мы вам не мешали!

— Ну, ну, — произнес Джарей, подходя ближе. К его удивлению, дорогу ему перекрыла трясущаяся от страха девчонка, которая совсем недавно цеплялась за лошадь.

Оглядев белое от ужаса лицо, он признал в девушке ту, что так храбро в прошлый раз наставляла на него нож. Тот, к слову, снова был в ее руке.

Джарей бросил уважительный взгляд на Алэйну. Надо же, ей удалось отыскать таких верных людей! Не каждый готов пожертвовать собой ради другого человека! Это достойно восхищения!

Кивнув, он позволил своим людям убрать с дороги еще одно препятствие.

— Я убью вас! — закричала оттаскиваемая в сторону девчонка, которой явно не нравилось такое отношение. Однако она не могла справиться с закаленными в бою крепкими мужчинами. — Только троньте! Я убью вас! Загрызу!

— Ах ты! — послышался болезненный вскрик. Видимо, угрозы у фурии не расходились с действиями.

Джарей усмехнулся, но не стал смотреть, что там происходит. Его сейчас интересовала только дочь графа. И она стояла прямо перед ним.

Естественно, он не собирался ничего с ней делать. Ему еще дорога была голова! Но посмотреть ведь можно? А посмотреть было на что! Один взгляд чистых и прозрачных, будто глубокие озера в затененном лесу, глаз чего стоил.

Эту девушку хотелось подразнить, чтобы вызвать больше эмоций на милом лице.

— Не нужно строить из себя дурочку, — проворковал Джарей, делая шаг вперед.

В этот момент прямо перед ним что-то пролетело. Джарей рефлекторно отшатнулся, недоуменно моргая. Щека начала наливаться пульсирующим жаром. Подняв руку, Джарей прикоснулся к лицу кончиками пальцев, а потом посмотрел на них. Кровь?

Он удивленно моргнул и нахмурился. Откуда на его лице рана?

Сбоку что-то ухнуло.

Джарей вскинул голову и посмотрел в ту сторону. На посеревшем от времени, давно покосившемся столбе сидела сова.

Повернув голову под немыслимым для человека градусом, она посмотрела на Джарея круглыми глазами, которые (он был точно уверен!) на миг мигнули зловещим зеленым светом.

— Что за?.. — изумился Джарей, не до конца веря, что рану ему нанесла птица, чиркнув по щеке пером. Или клювом? Когтями? Такое вообще возможно?

Потянувшись к оружию на поясе, он хотел проучить наглую ночную хищницу, но та взлетела и вскоре скрылась за дождевой завесой.

— Вот паршивка! — выругался мужчина, а потом, выкинув эпизод из головы, вернул внимание дочери графа. — Так вот… — заговорил он снова, настраиваясь на прежний лад, но ему опять помешали. — Да чтоб вас! — закричал он и все-таки вытащил меч, глядя на улетающую птицу, которая секунду назад бесцеремонно клюнула его в голову.

Ника смотрела на происходящее с приоткрытым ртом. Она не могла поверить, что обычные птицы будут вести себя столь странно. Было видно, что по какой-то причине мужчина им совершенно не нравился, отчего они решили допечь его. Удивительное дело!

Остальные, видевшие все произошедшее, также были удивлены. Эльза так и вовсе, не сдерживаясь, принялась смеяться.

— Советую тебе замолчать, девочка, — пригрозил Джарей.

Ситуация выводила его из себя. Он хотел всего лишь немного подразнить дочь графа, но эти проклятые птицы явно искали смерти! А кто он такой, чтобы отказывать столь настойчивым созданиям в их желании?! Всего лишь человек!

Оскалившись, он крутанулся на месте, но никого поблизости не было. Дождь мешал хорошо видеть, да и паршивка не спешила показываться на глаза.

С подозрением посмотрев по сторонам, Джарей медленно вернул взгляд к девушке перед собой. Но при этом он дергался от каждого непонятного шороха. Ни о каком веселье речи больше не шло! И это только злило Джарея.

— Золото куда дела? — грубо спросил он, не собираясь больше расшаркиваться.

— Не понимаю, о чем вы говорите, — Ника решила отпираться до последнего.

Недовольно хмыкнув, Джарей приказал своим людям осмотреть почти развалившееся строение, в котором остановились на ночь эти трое. Он был уверен, что на этот раз девчонка взяла ценности с собой. Граница близко, дочь графа явно собиралась ускользнуть в ближайшие дни через нее. А раз так, то и деньги обязана была уже держать при себе.

Когда несколько человек направились к сараю, на них из тьмы ночи налетело несколько пернатых разбойников. Вскрикнув от неожиданности, мужчины принялись отмахиваться. Джарей несколько секунд смотрел на это расширенными глазами, а потом злобно прищурился.

Он не собирался терпеть унижение от проклятых птиц!

Стремительно приблизившись к дочери графа, он схватил ее за горло и сжал пальцы. Зловеще оскалившись, Джарей приблизился к бледному в тусклом свете лицу и нагло осмотрел девчонку.

— Отзови своих пернатых друзей, — произнес он, размышляя, лизнуть ли ему белоснежную щеку, или это будет слишком. Ему все еще хотелось сохранить голову на плечах!

— Я не понимаю, — прохрипела Ника, вцепляясь ногтями в удерживающую ее руку, — о чем вы. Я ничего не делаю!

— Да что ты говоришь? — обманчиво ласково спросил Джарей, сжимая пальцы чуть сильнее.

Не удержавшись от соблазна напугать еще немного, он качнулся вперед. В его действии усматривался определенный посыл, пусть мужчина ничего выходящего за пределы и не собирался делать.

В тот же момент реальность между двумя телами расцвела тьмой. Джарей мгновенно заметил это и понял, что происходит, но сделать ничего не успел — его отшвырнуло от девушки на десяток метров.

Протаранив телом ближайшие кусты, Джарей отплевался от попавшей в рот паутины и привстал, глядя туда, где он стоял всего пару секунд назад.

Из темноты начали вырываться короткие ветвистые молнии, треск которых почти перекрыл шум дождя.

Джарей тяжело вздохнул, а потом резко поднялся на ноги, нарисовал на лице испуганное выражение и выскочил из кустов.

— Уходим! — закричал он, толкая все еще державшего маленькую служанку товарища, подгоняя его. — Немедленно! Быстро, быстро! — торопил он всех, а потом помчался в сторону, откуда они не так давно вышли.

Его люди толком ничего не поняли, но, поглядев на зловещую, пропитанную магией тьму, которая продолжала увеличиваться, извергая во все стороны устрашающие разряды молний, поспешили за своим лидером. Уже вдали от места происшествия они вскочили на лошадей и, не щадя животных, помчались прочь.

— Что случилось?! — спросил один из приближенных к Джарею людей. — Почему мы так быстро ушли?!

— Позже! — крикнул Джарей и пришпорил коня. — Поверь, ты не хочешь встречаться с тем, кто туда пришел, — пробормотал он себе под нос и хмыкнул. Он должен был подумать об этом, когда увидел проклятых птиц!

Пока разбойники мчались прочь, Ника с двумя верными спутниками наблюдала, как непонятная штука росла в размерах. Ко всему неизвестному Вероника предпочитала относиться с большим подозрением. Именно поэтому, позвав всех, скрылась в сарае, плотно закрыв за собой дверь.

А что еще она могла сделать? Уехать? Лошади не были готовы, а без седла она вряд ли уедет далеко. Убежать? Ночной лес может быть даже опаснее, чем непонятная черная субстанция, швыряющая во все стороны молнии. Веронике не хотелось переломать ноги, в панике бегая по наполненному поваленными деревьями, камнями и кочками лесу.

А тут, за дверями, их могут и не заметить. Просто нужно вести себя тихо. Вдруг эта вещь, не отыскав никого в обозримой близости, уберется подальше? Ника очень на это надеялась.

Со стороны улицы не доносилось ни звука. Если, конечно, не считать шума дождя. Нервы натягивались все сильнее. Сердце колотилось так, словно намеревалось вырваться из груди. Ника судорожно вдохнула и приникла ухом к старой двери. Заметив небольшую щель, она чуть присела и выглянула наружу.

В тот же миг ей показалось, что тусклый свет загородило что-то черное! Ника едва не вскрикнула и отшатнулась. Она закрыла рот рукой, глядя на дверь в священном ужасе. Все тело обдало ледяным холодом. Она сглотнула, пытаясь унять сотрясающую дрожь. Даже разбойники так сильно не пугали! Секунда сменялась секундой, но ничего не происходило. Когда Ника подумала, что ей показалось, в дверь с той стороны постучали!

Они втроем отпрянули от двери, словно та внезапно превратилась в ядовитую змею. И замерли. Секунды складывались в минуты, а по ту сторону слышен был только дождь. Когда терпение начало заканчиваться вместе с истрепанными за последние дни нервами, все переглянулись.

— Может, открыть? — спросила шепотом Эльза.

Ника отметила, что девушка явно бессознательно вцепилась в Михая, а тот, в свою очередь, аккуратно обнимал Эльзу.

— Ни за что, — отвергла подобный поступок Вероника.

— Но ведь стучат, — выдала весьма ценное замечание Эльза, хотя сама при этом тряслась, как осиновый лист на ветру.

— Уже ночь. Мы не принимаем, — попыталась пошутить Ника.

Еще через пару минут они решили, что гость, кем бы он ни был, ушел. Но никто из них не успел расслабиться, ведь в дверь снова постучали, на этот раз более настойчиво.

— Кто там?! — собрав все свое хлипкое мужество, громко спросила Вероника, на всякий случай отойдя от двери. Слуги последовали ее примеру.

На вопрос никто не ответил, лишь дождь, казалось, стал сильнее.

— Нехорошо, промокнет ведь, — посетовала Эльза, борясь с противоречивыми эмоциями. С одной стороны, ей было безумно страшно. А с другой стороны, разве кто-то зловредный стал бы стучаться?

Ника со скепсисом посмотрела на девушку. Так и хотелось спросить, серьезно ли та говорит что-то подобное или пытается юмором разбавить напряжение.

— Если не представитесь, я не открою! — предупредила Ника, воинственно глядя на дверь. Правда, никакой храбрости сама она в этот момент не ощущала.

— Терион Эймос Даркан, девятнадцатый король Вилласии, — послышался голос позади них.

Кровь в венах Ники застыла от неожиданности и ужаса. Она хотела закричать, но нижнюю часть лица словно свело судорогой. Зато Эльза не испытывала по этому поводу никаких проблем.

Едва не запрыгнув на Михая, она закричала так, что у всех моментально заложило уши! Надо сказать, у девушки был поистине сильный и пронзительный голос! И казалось, с каждой секундой тон крика только повышался!

Кричать вечно Эльза не могла. В какой-то момент девушка закрыла рот и принялась набирать в легкие воздуха, явно собираясь пойти на второй круг. Михай, осознав, что их ждет повторный удар, торопливо зажал ей рот.

Ника выдохнула от облегчения. Казалось, у нее до сих пор звенит в ушах, но радость от того, что не придется снова слушать крик Эльзы, прошла очень быстро. Ника вспомнила, что предшествовало этому, несомненно, самому впечатляющему звуку, который ей когда-либо доводилось слышать.

В тот же момент Вероника побледнела и впилась взглядом в стоящего позади них незнакомца. Хотя он ведь представился.

Как там его имя?

Так, постойте! Разве это ее должно сейчас волновать?! Не нужно ли беспокоиться о том, что недавно тут, кроме них троих, никого не было?! Как этот человек попал сюда?!

— Кто вы? — быстро спросила она, прижавшись спиной к двери. Рукой Ника нащупала ручку, собираясь бежать при первой удобной возможности.

— Я уже представился, — произнес глубокий и низкий голос. Казалось, он вибрирует, вызывая во всех, кто его слышал, легкую дрожь. — Мое имя — Терион Эймос Даркан. И я девятнадцатый король Вилласии.

Ника сжала кулаки. В ушах звенело. Мысли путались. Она никак не могла до конца поверить в то, что слышала. Король? Он сейчас действительно сказал, что является каким-то там по счету королем?

Напряжение было невыносимым, поэтому Вероника заставила себя расслабиться и шумно выдохнула.

— Отлично, — пробормотала она. — Вам не следовало нас так пугать. Заблудились, ваше величество? — спросила она, не до конца веря, что в таком захолустье может встретиться король какой-то Вилласии.

Оглядев неожиданного гостя, она отметила и высокий рост, и хорошее телосложение, и горячую внешность.

Темный.

Это слово хорошо характеризовало человека перед ней. У него даже кожа была очень смуглой, словно он часто бывал на жарком солнце.

«Южанин?» — подумала Ника, вспомнив, что местность, в которой она теперь жила (и которую так торопилась покинуть), славилась затяжными дождями, прохладой и частыми туманами. Вряд ли здесь можно было загореть до такой степени.

Вопрос Ники явно заставил мужчину слегка удивиться. Он странно на нее посмотрел, а потом шагнул вперед.

Если бы не дверь позади, Вероника с радостью отступила бы на шаг, но, к сожалению, отходить было некуда. Она только и могла, что вжаться в дверь сильнее, напрягаясь. Мало ли что у этого человека в голове! Додумался ведь он назваться королем!

И снова постойте!

Он ведь сказал, что король Вилласии, не так ли?

Едва эта мысль пришла в голову, как Ника задохнулась и побледнела. Неудивительно, учитывая, что Вилласия — это название королевства, в котором сейчас и находилась Ника! За короля именно этой страны она должна была выйти замуж!

Как он тут оказался?

Пока Вероника слегка паниковала и негодовала из-за своей медлительности, мужчина успел приблизиться к ней почти вплотную.

Михай с Эльзой попытались перегородить дорогу, но их внезапно задержала тьма, обвившаяся черными лентами вокруг рук и ног. При этом тьма закрыла им рты.

Судя по всему, королю не понравились крики Эльзы, вот он и решил перестраховаться!

Осознав, что человек, о котором она сейчас думает, стоит прямо перед ней, Ника неожиданно икнула. Звук вышел громким и очень неловким!

— Прошу прощения, — смутилась она.

Для того чтобы посмотреть мужчине в лицо, ей пришлось поднять голову. Когда ее взгляд столкнулся с совершенно черными и гипнотическими глазами короля, Вероника ощутила, как у нее душа уходит в пятки. Выйти за него замуж? Она еще не сошла с ума!

Сейчас, глядя в лицо мужчине, Ника очень хорошо поняла, почему короля все так боятся и называют страшным!

Нет, его внешность была на высоте, этого не отнять. Но! Было в облике правителя нечто настолько жуткое, что внутри все застывало от ужаса! Черные глаза казались безднами, в которые лучше не вглядываться! Ника даже не могла подобрать точного слова, чтобы описать взгляд короля, настолько тот был пугающим и подавляющим!

— Как прошло ваше путешествие? — спросила Ника, криво и натянуто улыбнувшись. — Устали с дороги? Наверное, проголодались? Ах, у Эльзы всегда получается такая изумительная похлебка! Вы не представляете! Хотите попробовать? — спросила она, нервничая с каждой секундой все больше. Она очень надеялась, что этот человек не прикажет казнить ее на месте.

Король молчал. Ника едва могла дышать от ощущения нависшей смерти. В какой-то момент чувство давления исчезло. Вероника вдруг поняла, что все это время смотрела в глаза короля.

— Хочу, — произнес тот внезапно, отчего Ника даже не сразу поняла, о чем идет речь.

— Что? — спросила она, чувствуя огромное желание быть в каком-нибудь совершенно другом месте.

— Похлебку, — пояснил король, а Вероника удивилась, насколько неуместно такое обыденное слово звучало из уст этого мужчины.

Она никак не могла объяснить свои ощущения, но подобное слово никак не подходило его образу жуткого и мрачного человека. В этом был даже какой-то юмор, но смеяться Нике совсем не хотелось.

— О-о-о… Просто прекрасно! — преисполнилась она фальшивым энтузиазмом. Положив руку на грудь мужчине, Ника слегка оттолкнула его. Конечно, сдвинуть короля с места ей не удалось, но у нее и не было такого стремления, она лишь хотела обозначить, что ей нужно больше пространства. — Тогда вы немного посидите, а мы все сделаем. Хорошо?

Король некоторое время смотрел на нее, а потом опустил взгляд на касающуюся его руку. Ника отдернула ладонь, будто внезапно обожглась.

— Прошу прощения, — повинилась она, пряча кисть за спиной.

Она очень надеялась, что ей не отрубят столь своевольную конечность! Мало ли, вдруг никому не разрешено касаться короля.

Его величество ничего на это не сказал, просто взглянул еще раз в лицо Вероники, будто пытался что-то для себя то ли понять, то ли решить, а потом все-таки отошел на пару шагов.

Ника подавила облегченный выдох. Ей не хотелось, чтобы король подумал, будто ей настолько неприятно его присутствие.

Когда Эльзу освободили от черных лент тьмы, она подлетела к своей госпоже и схватила ту за руки, бросая злые взгляды в сторону правителя. Ника в этот момент только и могла, что обливаться внутренне слезами. Так и хотелось велеть Эльзе умерить пыл, ведь от их поведения сейчас, возможно, будет зависеть выживание в будущем!

— Идем, идем, — поторопила она Эльзу. — Столько дел, а у нас костер давно потух! Ох уж этот дождь! — преувеличенно бодро выдала Ника и неловко засмеялась.

Король никак не отреагировал, просто стоял и смотрел. Ужас какой-то! Прямо мороз по коже от такого взгляда!

Вскоре Ника вместе с Эльзой суетились, пытаясь приготовить запоздалый ужин. Ника из-за переживаний больше мешала, поэтому Эльза в какой-то момент не выдержала и отобрала всю работу, попросив госпожу просто наблюдать.

— Какой он жуткий, — поделилась впечатлениями девушка, шепотом.

— Тихо ты, — прошипела Ника, а потом повернулась к стоящему королю и изобразила на лице улыбку. — С ума сошла? — вернув внимание к Эльзе, тихо спросила она. — А вдруг он услышит? Хочешь, чтобы всех нас тут и казнили?

— Простите, госпожа, — извинилась Эльза, опасливо покосившись в сторону короля.

Поймав его пронзительный взгляд, она на миг застыла. Ложка, которой Эльза мешала варево в котелке, упала из ее ослабевших пальцев. Судорожно сглотнув, она опустила голову, снова схватила ложку и принялась усиленно работать.

От взгляда Ники ничто не укрылось. Она понимала, что следует подойти к королю и развлечь его беседой, но ей крайне не хотелось этого делать.

Окинув взглядом помещение, она заметила, что Михай хмуро сидит в стороне, не сводя глаз с короля. От подобного поведения кому угодно стало бы неуютно, но его величество никак не выдавал своего недовольства.

Покосившись в сторону клубящейся по углам тьмы, Вероника сглотнула и взяла себя в руки. Ей необходимо было хоть как-то разбавить жуткую и нервную атмосферу. Иначе сегодня точно кто-нибудь умрет! И этим кем-то явно будет не король!

Хотелось кусать ногти от расстройства! Она почти успела! Еще бы чуть-чуть! Самую капельку! И здравствуй, другая страна!

Ника мысленно вздохнула. Ей стоило отбросить иллюзии. Никто не давал гарантий, что в другом королевстве будет полная безопасность.

Неужели все ее планы теперь неосуществимы? А как же золото? Она с такой любовью собирала его! И что, теперь придется все отдать? Ну уж нет!

Ника слегка тряхнула головой и укорила себя.

Сейчас следует думать совсем не об этом. Что деньги? Тлен! Есть кое-что более серьезное, а именно — ее жизнь! Если в ближайшем будущем она не придумает, как избавиться от навязанного брака, то умрет! Это куда серьезнее, чем потеря блестящих кругляшей.

Хотя денег было жаль, это да.

Вероника тяжело и обиженно вздохнула, кинув на короля сложный взгляд. Мужчина был хорош. Но одна только мысль, что свадьба с ним приведет к смерти, отбивала все желание любоваться. А еще этот мрак…

Взгляд будто сам по себе прикипел к клубящейся тьме, которая даже не думала рассеиваться. Когда-то давно, еще в прошлой жизни, магия восхищала Нику, но после переселения розовые очки разбились.

Здесь магия была поистине чем-то страшным. Взять хотя бы тот ритуал, из-за которого прошлая владелица этого тела отправилась на перерождение!

Что делать? Что делать? Что делать?

Этот вопрос так и крутился в голове. Вероника нервно мялась, а потом решила действовать по ситуации.

Для начала стоило произвести хорошее впечатление, чтобы король не решил избавиться от нее еще до брака. Нике не хотелось запомниться людям как та невеста, которую проклятие поразило еще до свадьбы. Это будет настоящим унижением!

Позже, когда отношения наладятся, можно будет попробовать договориться. В крайнем случае она может предложить денег за свободу. Король он или нет, деньги всем и всегда нужны! Тем более что целое королевство, должно быть, убыточное предприятие. А где бедному королю взять денег? Вот она и предложит свое, можно сказать, кровно заработанное золото!

Встряхнувшись, Ника плавной походкой направилась к королю. И пусть она говорила себе, что сделала это ровно в тот момент, как все решила, на самом деле тянула до последнего, пока атмосфера вокруг не стала совсем невыносимой.

— Прекрасный вечер, не правда ли, ваше величество? — пропела она, натягивая на лицо улыбку. Вероника очень надеялась, что получилось сделать улыбку дружелюбной, а не похожей на гротескный оскал.

Король ничего не ответил, лишь оглядел ее, а потом перевел глаза на котелок, около которого возилась Эльза.

«Голоден он, что ли?» — подумала Ника, неловко переступая с ноги на ногу. И как прикажете расслаблять его, когда он даже говорить с ней не хочет?!

— Вы можете быть спокойны, — продолжила она, решив не сдаваться после первой неудачи. — У Эльзы просто золотые руки! Ее похлебка — нечто невероятное! Особенно она хороша на свежем воздухе, — Ника дружелюбно рассмеялась, как бы предлагая «собеседнику» присоединиться, но король остался безмолвен. — Кстати, как вы меня нашли? — спросила она прямо, а потом сама испугалась такой прямолинейности. Что она делает?!

— После ужина отправляемся, — внезапно произнес король, проигнорировав все сказанное.

Вероника сжала кулаки. Ей не нравилось, когда от нее отмахиваются. Прищурившись, она мельком посмотрела на короля.

Зря он так с ней, очень зря!

Глава 5

— Он действительно ест, — прошептала Эльза, наклоняясь к Нике ближе.

Этот шепот даже шум дождя снаружи не смог заглушить! Вероника едва удержалась, чтобы не стукнуть девушку, которой явно не дорога была собственная жизнь.

Кинув на служанку быстрый предупреждающий взгляд, Ника дождалась, пока та осознает и втянет голову в плечи, виновато затихнув, а потом посмотрела на короля и улыбнулась ему. На этот раз у нее вышло гораздо лучше.

Да, король действительно ел простую походную похлебку, даже не думая жаловаться. Вероника не лгала, когда говорила, что Эльзе такая еда удается, но они давно не покупали продуктов, поэтому мяса в похлебке было мало, да и в целом она выглядела жидковатой.

Ужинали в тишине. Михай ел в стороне, бросая на короля долгие взгляды. Эльза нагло уселась рядом с Никой, будто пытаясь таким образом оказать то ли моральную, то ли физическую поддержку.

Король садиться не стал. Неудивительно, учитывая, что вместо стульев тут был простой хлам. Вместо этого он ел там, где встал сразу после знакомства. С того момента мужчина не сдвинулся ни на шаг.

Вероника, обдумав все заранее, решила пока вести себя тихо и покладисто. Сначала попробует договориться, там видно будет. Главное — установить с королем хоть какой-то контакт!

Когда последняя капля похлебки была съедена, а чашки и котелок тщательно вымыты, король внезапно взмахнул рукой. Ника, собиравшаяся спросить, где будет ночевать его величество, придержала вопрос.

А все из-за магии.

Тьма вокруг, явно повинуясь воле человека, стянулась из углов в одно место. Михай, мимо которого проплыл большой черный сгусток, хмуро отшатнулся, не желая соприкасаться с такой устрашающей энергией.

Спустя несколько секунд тьма собралась в центре. Как только пара чернильных облаков слилась воедино, в глубине черной массы начало пощелкивать. Вскоре весь шар был объят молниями.

Запах озона усилился. Ника ощутила, как все волоски на теле встали дыбом.

Те, кому магия не принадлежала, дружно отошли от грозового облака подальше, невольно переглядываясь. Неужели король путешествует с помощью этой магии? Это антинаучно! И страшно. Второе даже более важно, чем первое.

Спустя некоторое время облако резко вытянулось, превратившись в овал. В центре грозовой бури появилось спокойная гладкая область серого цвета. Король взглянул на них и кивнул в сторону облака.

— Ваше величество, — начала Ника, нервно улыбаясь, — что вы хотите?

— Вперед, — произнес мужчина, глядя на них выжидательно. — Это портал, — соизволил он все-таки объяснить. — Выход в королевском замке.

Ника еще раз переглянулась с остальными. Она вдруг обнаружила в себе огромное недоверие к так называемой магии.

Наверное, следовало восхищаться чем-то настолько волшебным. Вот только дело в том, что перед ней был не радужный единорог, источающий вокруг себя великолепие сказочной магии! В паре метров от них клубилась страшная и жуткая магическая штуковина, которую наколдовал не менее жуткий и, по мнению большинства людей в королевстве, проклятый король, выглядящий как самое настоящее зло!

Нет, нет, она на это не подписывалась! Спасибо большое!

Именно так, Ника в это верила, должен выглядеть отрицательный герой — привлекательный, обладающий устрашающей магией, правящий целым королевством и творящий в свободное от работы время свои преступные дела!

Возразить Нике никто не дал. Король просто подхватил ее под локоть и повел к порталу.

— Постойте, — произнесла Вероника, медленно начиная тормозить. — Вся эта магия как-то негативно на меня действует, — призналась она. — Мне душно и дурно. И давление, кажется, поднялось! Или упало? Точно, упало. То-то я думаю, отчего такая слабость.

Король лишь хмыкнул и повел Нику дальше, даже не думая отказываться от своих планов.

— Меня стошнит, — предупредила она, прищуриваясь. — Точно вам говорю, ваше величество. Стошнит меня прямо на царский ковер!

— Он королевский, — внезапно поправил мужчина, как показалось Нике, весело сверкнув своими зловеще черными глазами.

— Вам смешно? — опешила Вероника, уже всерьез начиная упираться. — Вы смеетесь надо мной, да? Ах, какое у вас черствое сердце! А ведь мне совсем дурно!

— Все будет хорошо, — пообещал король, а потом внезапно подхватил упирающуюся Веронику на руки и шагнул в грозно потрескивающий магический портал.

Ника только и успела ахнуть и вцепиться в широкие плечи, обтянутые плотной тканью, как мир вокруг вспыхнул и потемнел.

— Я ослепла! — крикнула она, в панике прижимаясь к телу, удерживающему ее на руках очень близко. — Вы мне заплатите за это! — принялась она грозиться. — Черствый человек! Кто так делает? Без предупреждения! И посмотрите, что теперь! Я ослепла!

— Открой глаза, — произнес спокойный голос, в котором слышались нотки смеха.

— Что? — Ника замерла, а потом смущенно опустила голову, подавив желание спрятать лицо, чтобы никого не видеть. А еще лучше было бы провалиться сквозь землю!

Сверху все-таки послышался смешок, который мгновенно привел Веронику в себя. Распахнув глаза, она пару раз моргнула, а потом принялась вырываться из рук короля, желая как можно скорее оказаться на твердой земле. Ее безмолвную просьбу выполнили — в следующий миг Ника покачнулась на своих ногах, но, к своей радости, не упала.

— С вами все в порядке, госпожа? — тревожно поинтересовалась Эльза, поправляя Нике волосы. — Как смешно, они стоят дыбом, — поделилась Эльза во весь голос, заставив Веронику застыть соляным столбом.

Мало ей унижений?!

Вскинув руки, она лихорадочно начала приглаживать действительно отчего-то торчащие во все стороны волосы.

Это все проклятая магия! Она виновата!

Убедившись, что все в порядке, Ника вздохнула и нашла взглядом короля. Тот стоял около двери, сложив руки на груди, и наблюдал за ней. На его лице было написано легкое удивление, смешанное с интересом. Казалось, его величество и сам не знает, как реагировать на то, что происходит перед ним.

Вскинув подбородок, Вероника спрятала смущение, связанное с недавними событиями, и принялась осматривать место, в которое они прибыли.

Не успела она оглядеть новую территорию, как ее привлек шум около двери. Оказалось, король решил покинуть их теплое общество.

— Уходите, ваше величество? — спросила Ника, а потом вспомнила, что ее драгоценное золото осталось в лесу. — Мои вещи!

— Их доставят позже, — произнес король. — Спокойной ночи, — достаточно вежливо пожелал он, а потом вышел и закрыл за собой дверь.

На ключ!

Пометавшись по комнате, Ника рухнула в кресло и откинулась на спинку, сдерживая поднимающийся в душе гнев. Вот так просто взял и утащил к себе! И запер! А Михай? Куда король его дел? А ее золото? Лошади? Между прочим, они денег стоят!

— О, посмотрите, госпожа, какая мягкая тут кровать! — крикнула Эльза из соседнего помещения.

Оказалось, здесь были еще комнаты, соединенные между собой. Вероника хмыкнула. Вот у кого крепкие нервы! Никакие печали Эльзе нипочем.

Вздохнув пару раз, чтобы успокоиться, Ника принялась за осмотр своей тюрьмы. Встав, прошлась в сторону, где слышалась возня, и заглянула в комнату. Эльза любопытным зверьком обследовала спальню, не пропуская ни одного угла.

Ника и сама осмотрелась.

— Неплохо, — прокомментировала она и, подойдя к кровати, погладила большую пушистую шкуру чисто белого цвета.

— Неплохо? — изумилась Эльза. — Это великолепно! Какое богатство, — вздохнула она, сверкая глазами. — Посмотрите на эти сундуки, госпожа. Они обиты золотом! А эти камни! Это ведь изумруды! Какая красота. А вот еще, — она подошла к начищенной до зеркального блеска пластине в человеческий рост, вставленной в массивную раму. — Даже у господина графа не было столько денег, чтобы купить подобную красоту. Ой, какая я толстая!

Ника хмыкнула. Зеркала — проклятие всех женщин. Если бы не они, многие избежали бы излишнего стресса из-за своей внешности.

Подойдя к пластине, Ника оглядела себя. Тело ей досталось отличное, но, кажется, пластина действительно немного полнила. Или это просто мужская одежда так невыгодно смотрелась?

Кроме спальни в соседней комнате обнаружилась умывальня, разделенная на две части. В одной находилась уборная, в другой купальня.

Ни о каком водопроводе и канализации, конечно, речи не шло. Воду в большую ванну таскали ведрами, а отходы несколько раз в день выносили слуги. По крайней мере, именно так было в графском замке.

В отличие от хозяйки, Эльза восхищалась каждым камешком и полоской металла. Для Ники, видевшей и более впечатляющее в прошлой жизни, все это богатство не было чем-то невероятным.

— Как думаете, госпожа, он оставит Михая в живых? — внезапно спросила остановившаяся посреди комнаты Эльза, а потом, душераздирающе всхлипнув, заплакала.

Вероника слегка опешила. Ничто не предвещало!

— С чего бы королю убивать Михая? — не поняла она.

— Ну как же? — Эльза вскинула руки. — Говорят ведь, что он жесток. Вы видели его? Он такой… такой… — Эльза зарыдала сильнее, пряча лицо руками.

Ника беспомощно погладила ее по спине и пообещала, что все будет хорошо. Она сомневалась, что король станет убивать слугу. Вроде для этого не было причин, не так ли?

А слухи о том, что король безумен, вполне могли возникнуть из-за козней недоброжелателей. Ей он безумным не показался. Странный, молчаливый, жуткий — это да, но не безумный. Хотя рано пока говорить.

К моменту, когда Эльзе удалось немного взять себя в руки, дверь в комнаты открылась. Ника вскинула голову, наблюдая, как несколько слуг заносят внутрь сундуки.

Молчаливо расставив их вдоль стены, они торопливо поклонились и удалились. Вероника переглянулась с Эльзой. Девушка, мгновенно поняв, что от нее требуется, шмыгнула носом и подошла к сундукам. Откинув крышку первого, она принялась копаться в нем, выясняя, что им принесли.

— О! — воскликнула Эльза, вытаскивая из сундука одно из платьев, явно принадлежащее Веронике.

— Мои вещи? — спросила Ника, подошла ближе и проверила второй сундук.

Как оказалось, король вернул все, что у нее было при себе, включая золото. Она, конечно, не пересчитывала, но сомневалась, что его величество опустится до утаивания пары монеток.

Любовно оглядев свои с трудом заработанные деньги, Ника вздохнула свободнее. Ну вот, так жить гораздо лучше! И пусть она все еще заперта, но, когда есть деньги, можно надеяться на лучший исход.

Немного поболтав, Ника решила идти спать. Время было уже позднее, кто знает, что ждет завтра.

Эльза устроилась в гостиной. Там стоял топчан, приличный на вид и даже удобный. Эльза могла поместиться на нем без проблем.

Скинув наконец плащ, который все это время висел на плечах, Ника подошла к окну с толстым и совсем мутным стеклом и попыталась рассмотреть хоть что-нибудь снаружи. Бесполезно. Во-первых, было темно. Во-вторых, прозрачность стекла оставляла желать лучшего.

Посетовав на жизнь, Ника продолжила раздеваться. Когда она уже собиралась задуть стоящие на столе свечи, в стекло неожиданно что-то ударило. Подпрыгнув от испуга чуть ли не на метр, Вероника развернулась практически в воздухе и расширенными глазами поглядела на окно.

— Кто… там? — спросила она, прижимая руку к груди.

Никто не ответил. Если не считать повторного удара. Ника, как только услышала его, отшатнулась, а потом выбежала из спальни.

— Госпожа? — спросила Эльза, не успевшая еще уснуть.

— Кто-то стучит в окно, — пояснила Вероника, внезапно смутившись своей пугливости. Подумаешь, стучит! Это может быть простая ветка!

Откинув одеяло, Эльза поднялась и направилась в спальню Ники, выглядя при этом крайне воинственно.

— Ух я им сейчас задам, — ругалась она.

— Кому? — моментально поинтересовалась Ника. Неужели Эльза знает, кто здесь стучит по ночам? Откуда? Подобные знания наводят на нехорошие мысли!

— Это могут быть только мальчишки! — уверенно выдала Эльза. — Они нас всегда так пугают. Стучат в окно по ночам, а потом убегают!

— Но мы сейчас не дома, — напомнила Вероника.

Эльза почти споткнулась. Остановившись, она медленно повернулась к Нике и взглянула на нее расширившимися в одно мгновение глазами.

— Я забыла, — проскулила она и покосилась в сторону окна. — Если это не мальчишки, тогда кто? Мамочки…

Ника, застыв, выдохнула, а потом подняла руку и потерла двумя пальцами переносицу. После такого даже страх исчез.

Когда в окно постучались еще раз, она просто подошла и распахнула створки, на миг удивившись, что это вообще возможно. В ту же секунду она заметила темную тень, метнувшуюся к ней. Ника отшатнулась, чтобы избежать столкновения с несущимся на нее предметом.

Когда мимо что-то пролетело, она только и смогла, что задушенно пискнуть. Зато Эльза заголосила так, что весь замок, Вероника была уверена, встал на уши.

— Это просто сова! — закричала Ника, когда разобралась с личностью ночного гостя, вернее, гостьи.

Эльза замолчала только после этих слов. Покачнувшись, девушка осела на пол, глядя на сидящую на столе птицу с остатками ужаса в глазах. Но не успела Вероника выдохнуть, как комнату заполнило множество народу. Стражники, услышав шум, не могли не проверить, что случилось.

— Страшно, — причитала Эльза, глядя на Веронику круглыми глазами, наливающимися слезами.

— Все в порядке, — принялась заверять всех сама Ника, мило улыбаясь охранникам.

Те некоторое время сурово оглядывались, выискивая врага, а потом перевели растерянные взгляды на новую жительницу замка.

— Кто кричал? — начал допытываться главный стражник.

Он делал, как обычно, обход, когда услышал истошные крики. Звук был такой, словно бедняжку четвертовали заживо! Неудивительно, что он стал действовать максимально быстро, намереваясь спасти несчастную от страшной участи.

— Все в порядке, — повторила Ника, глядя на плачущую Эльзу. — Просто птицу испугались.

— Что тут происходит? — внезапно со стороны двери донесся суровый холодный голос.

Стражники, моментально забыв о «пострадавших», развернулись и поклонились.

— Ваше величество! — гаркнул главный стражник, обозначая свое присутствие.

Ника, посмотрев на короля, подавила нервную дрожь. Ей совсем не хотелось привлекать к себе лишнее внимание! Чем меньше король смотрит в ее сторону, тем легче ей будет договориться с ним, а после исчезнуть на просторах этого мира.

— Ах, — улыбнувшись еще милее и дружелюбнее, Вероника взбодрилась и «кинулась на амбразуру», — не стоит переживать, ваше величество, — пропела она, подходя ближе. — Просто моя служанка испугалась безобидной птицы. Знаете, мы, девушки, такие впечатлительные натуры! Чуть что — и сразу в крик или слезы. Я не виню Эльзу, сама жутко испугалась! Вы не представляете, как это страшно, когда к вам в комнату влетает птица. А ведь некоторые люди считают, что это дурной знак! Хорошо, что залетела всего лишь сова, к слову, символ мудрости, а не какая-нибудь ворона! Вот если бы это была она, то нам с Эльзой пришлось бы страшиться. Но нам повезло! Разве не прекрасно?

Закончив, Ника выдохнула и сглотнула. Она выдала всю тираду практически на одном дыхании, отчего ей срочно требовался воздух!

Все вокруг молчали. Даже Эльза, плачущая практически навзрыд, тихо всхлипывала и поглядывала на госпожу с легким удивлением. Охранники так и вовсе смотрели прямо, не скрывая своего ошарашенного из-за странной речи состояния.

Ника даже не думала смущаться. Она стояла ровно, расправив плечи и глядя только на короля. Тот, судя по всему, не удивился. Он хмыкнул, а потом сдвинулся с места. Все в помещении сразу напряглись; Эльза испуганно икнула, стражники, вспомнив о своем положении, снова опустили голову, а Вероника заулыбалась еще сильнее, будто это могло хоть как-то ее спасти.

Перед тем как приблизиться, король подхватил одеяло с кровати, а затем накинул его на тело Вероники.

Та сразу вспомнила, что собиралась спать и на ней не было ничего, кроме местного нижнего белья! Да, одежда для сна в этом мире была довольно закрытой, но для местных жителей Ника сейчас выглядела практически голой!

— Совы — птицы мудрости? — внезапно спросил король, поправляя уголки одеяла.

— Да, — чуть заторможенно ответила Вероника и кивнула.

— Первый раз слышу, — признался правитель, а затем повернулся к стражникам. — Возвращайтесь к работе.

— Да, ваше величество! — дружно гаркнули мужчины и торопливо покинули спальню.

Король, убедившись, что посторонних лиц в комнате больше нет, мельком глянул на сидящую на столе сову и, пожелав еще раз спокойной ночи, вышел и сам.

Оставшись в одиночестве, Ника с Эльзой переглянулись. Кажется, буря миновала.

— Простите, госпожа, — повинилась девушка, вставая с пола и вытирая покрытое слезами лицо. — Это произошло само собой.

Вероника вздохнула, но не стала отчитывать Эльзу за причиненные неудобства. В конце концов, она ее хорошо понимала. Собственный крик Нике удалось сдержать только чудом. Больше всего ее сейчас интересовала вовсе не Эльза и даже не ее извинения, а некое пернатое «чудовище», которое перепугало их до икоты!

Повернувшись к столу, Ника с любопытством посмотрела на продолжающую спокойно сидеть сову.

— Ну и что ты тут забыла? — спросила она, подходя ближе. Кажется или это действительно та самая сова, которую она видела в лесу около полуразрушенной избушки? — Мы с тобой уже встречались, не так ли? — задала Вероника новый вопрос, внимательно осматривая коричневое оперение ночной красавицы.

— Они не умеют говорить, — вставила свои пять копеек Эльза, за что немедленно получила от Ники укоряющий взгляд.

— Я знаю это, — очевидное все-таки пришлось произнести вслух. Вдруг Эльза не поймет одного только взгляда. — Но я уверена, что уже видела эту сову. Кроме этого, разве тебе не кажется странным, что она так настойчиво ломилась ко мне в комнату?

— Может, это какой-нибудь маг? — внезапно озвучила дельное предположение Эльза.

Ника напряглась. Она не была лесной отшельницей, видела много фильмов в прошлой жизни и читала много книг, поэтому знала, что в мире фэнтези могут существовать люди, способные оборачиваться животными. Оборотни, анимаги, перевертыши — как только не называют таких людей!

— Э-э, — выдала Вероника красноречиво, плотнее закутываясь в одеяло, накинутое на ее плечи королем. — Добрый вечер, — поздоровалась она, в этот момент ощущая себя донельзя глупо!

Сова на эти слова лишь повернула голову в другую сторону.

— Мне кажется, надо выгнать ее, — предложила шепотом Эльза, подобравшаяся к Нике вплотную.

— Думаешь, это какой-то извращенец? — спросила Вероника, прищуриваясь.

Сова, как ей показалось, возмущенно переступила с лапы на лапу. Неужели они правы? Или просто померещилось?

— А зачем еще кому-то так настойчиво пробираться в комнату молодой девушки? — прошептала Эльза и двинулась к кровати. Подхватив подушку, она с воинственным видом (явно решила отомстить за свой прежний испуг) направилась к ничего не подозревающей птице. — Ну я тебе сейчас! — пригрозила Эльза и замахнулась.

Сова не стала ждать, пока грозное орудие возмездия обрушится на ее голову, ухнула и стремительно вылетела вон из комнаты.

Подбежав к окну, Эльза выглянула на улицу, осмотрелась, а потом закрыла створки.

— Улетела, — сказала она и, вернув подушку на место, отряхнула руки, словно радуясь удачно завершенному делу.

После этого Ника с Эльзой перебросились еще парой слов и отправились все-таки спать. Конечно, Веронику волновала личность совы, но она не была до конца убеждена, что это был человек.

* * *

Ночная хищница влетела в гостеприимно распахнутое окно и жалобно ухнула, будто пытаясь с порога рассказать обо всех своих злоключениях. Приземлившись на специально подготовленную для нее ветку, она повернула голову к хозяину кабинета, но тот не обратил на нее никакого внимания — в этот момент мужчина был занят. Он рассматривал искусно сделанный портрет Алэйны Боне.

Глава 6

На его лице была написана глубокая задумчивость.

Король — а человеком, который рассматривал портрет Алэйны, был именно он — ожидал от своей новой невесты все что угодно, но девушка его несказанно поразила.

Каждый раз, когда люди узнавали, кто он, Териону приходилось наблюдать на их лицах определенную гамму эмоций. Сначала они ничего не понимали, потом приходило осознание, после которого лицо каждого человека искажалось ужасом.

Терион давно не встречал исключений. Даже самые смелые и гордые люди хотя бы на миг, но все-таки пугались. Если не его темной силы, то личности, ведь в королевстве только слепоглухой не знал, насколько король жесток и скор на расправу. И это не говоря о так называемом проклятии, которое наводило ужас на всех девушек брачного возраста.

А от Алэйны Терион не ощутил уже знакомого кислого привкуса страха. Да, на ее лице проскользнула эта эмоция, но ему показалось, что Алэйна больше изображает ужас, чем ощущает его. Это заинтересовало его, и он стал наблюдать.

Хотя следует сказать, что девушка заинтриговала его намного раньше их первой встречи.

Поначалу, когда ему донесли, что Боне самовольно подменили одну дочь другой, Терион рассердился. Однако, хотя все в королевстве были уверены в его взрывном темпераменте и быстрой руке, скорым на действия он не был. Терион решил посмотреть, что за девушка Алэйна Боне.

Он давно уже потерял надежду найти себе спутницу жизни, но многочисленные неудачи не отвратили его от попыток. Ему не хотелось верить, что судьба, предсказанная когда-то давно, неизбежна. Терион желал сам управлять своей жизнью, поэтому пытался раз за разом, несмотря на все неудачи и слухи, которые начали ходить вокруг него.

Терион никогда не удерживал женщин рядом с собой силой и не собирался делать это и впредь. Осознав, куда стремится Алэйна, он решил отпустить ее, поэтому никак себя не проявлял до самого последнего момента.

И легкая жалость в душе от несостоявшейся личной встречи не убедила его изменить решение. Если девушка настолько не хочет за него замуж, что готова днями напролет мчаться через лес, надев мужское одеяние, то ему просто следует забыть о ней.

Именно это Терион и собирался сделать, но когда увидел, что Джарей приблизился к Алэйне слишком сильно, то не сдержался.

Терион недолго сокрушался из-за своей внезапной импульсивности. Всем его вниманием завладел необычный во всех смыслах человек.

Алэйна была интересной, когда он наблюдал за ней глазами фамильяров или через призму тьмы, но стала еще более интригующей, когда он встал перед ней в собственном теле.

Терион не мог понять, что именно не так. Ее слова, жесты, аура — буквально все было каким-то иным. Даже аромат, исходящий от хрупкого тела, казался другим, отчего привлекал внимание.

Каждое ее слово пробуждало в Терионе ворох эмоций.

Она была забавной. Ее хотелось подразнить сильнее, чтобы посмотреть, как вспыхивают бледные щеки возмущенным (стыдливым, смущенным) румянцем. Хотелось узнать, какое выражение бывает на ее лице в разных ситуациях.

Подобная необычная увлеченность сильно насторожила его.

Терион не был глупцом и понимал, что его враги могли прибегнуть к низкому плану. Все в королевстве знали, что он снова остался без жены, поэтому недоброжелатели вполне могли попытаться подобраться к нему таким способом.

Интересно, что они использовали? Какое-то темное запрещенное любовное зелье, которым опрыскали Алэйну? Или что-то еще?

Он понимал, что его могли хорошо изучить и подсунуть девушку, которая соответствует его вкусам. В голове Териона уже возник вероятный план гипотетических врагов. И он вынужден был признать, что эта идея выглядела гениальной. Все превосходно укладывалось в схему, даже смерть Марель Боне и последующая болезнь самой Алэйны.

Марель, видимо, не была готова отдать любимую дочь на растерзание «чудовища», поэтому ее устранили как мешающий элемент. Это логично. Обычно именно матери больше всего боятся за своих детей.

После того как заговорщики убрали раздражающую женщину, они накачали Алэйну любовным зельем, которое заставило ее тело источать приятный аромат. Терион подозревал, что без мощной темной ведьмы, способной сварить нечто подобное, и частиц его тела не обошлось. А это значит, что в его окружении снова завелись предатели, ведь он внимательно следил, чтобы нигде не оставлять ни волос, ни ногтей, ни тем более собственной крови.

После подобной процедуры тело Алэйны неизбежно должно было начать изменяться, подстраиваться. Отсюда и болезнь.

Но как же побег?

Тут возможны варианты.

Либо заговорщики верили, что сам Терион больше заинтересуется, если девушка будет всеми силами показывать, что не хочет замуж. В конце концов, в свете всех слухов, такое поведение должно выглядеть логичным.

Либо согласие девушки не было получено. Узнав, что ее ждет, она приложила все силы, чтобы ускользнуть как от нежеланного брака, так и от людей, решивших все за нее.

Терион не очень верил во второй вариант, поэтому легко отбросил его, сосредоточившись на первом.

Неудивительно, что Джарей все-таки нагнал девушку и ее слуг (а слуги ли?). Со стороны выглядело, что беглецы прилагают все силы для того, чтобы как можно скорее покинуть королевство, но сейчас Териону казалось, что они недостаточно старались.

Неудивительно. Он уже все для себя решил, поэтому каждый шаг, который раньше вызывал в нем любопытство, стал восприниматься с подозрительностью.

Вздохнув, Терион положил портрет на стол и встал. Подойдя к одной из своих сов, он погладил красавицу по голове.

— Вас тоже к ней влечет, не так ли? — спросил он.

Не так давно, когда он увидел одного из своих фамильяров в комнате Алэйны, то немного удивился. В этот раз он никого не посылал следить за невестой, но птица отчего-то сама решила наведаться в гости. Такого раньше не происходило.

Видимо, зелье, которое применили на Алэйне, было достаточно сильным, чтобы сбить с толку даже фамильяров. В этом имелся смысл, ведь фамильяры — практически часть своих хозяев.

— Не стоит привязываться, — сурово посоветовал Терион. Сова повернула голову и мрачно на него посмотрела. — Она уйдет так же, как другие.

Птица ухнула, захлопала крыльями, а потом улетела, напоследок чувствительно клюнув хозяина в макушку. Терион удивленно проследил за удаляющимся силуэтом и почесал голову.

— Что это на нее нашло? — озадаченно спросил он у тьмы.

Та колыхнулась по углам, а потом будто истаяла, этим выдавая то ли недовольство, то ли упрек, суть которого Терион никак не мог понять.

Вернувшись за стол, он собирался поразмыслить над тем, кто его предал, но в дверь тихо постучали. Отвлекшись от мыслей, Терион разрешил войти. Человек, посетивший его этой глубокой ночью, был королю знаком.

— Я думал, ты сейчас на границе, — произнес король, наблюдая, как один из его доверенных людей проходит в кабинет.

На мужчине был черный плащ с глубоким капюшоном, отлично скрывавший личность человека от случайных взглядов. И пусть тому, кто прятал лицо, не приходилось путешествовать через весь замок, нельзя было исключать случайность.

— Ваше величество, — поздоровался вошедший и опустился на одно колено, упираясь кулаком правой руки в пол. Левую он положил на грудь, а голову склонил, глядя себе под ноги. Всем своим видом мужчина выражал готовность служить своему правителю.

— Поднимись, — приказал Терион.

Человек немедленно подчинился и скинул капюшон, устремляя взгляд на короля. В серьезных глазах нетрудно было заметить отчетливую нервозность и некое ожидание. Казалось, вечерний посетитель был готов к тому, что король нападет прямо с порога.

— Итак? — чуть раздраженно поинтересовался Терион, дожидаясь, пока мужчина объяснил причину своего раннего прибытия. На странное душевное состояние он решил пока внимания не обращать. К тому же что-то подсказывало Териону, что он уже знал причину непонятного поведения мужчины. — Насколько я знаю, тебе еще рано появляться в столице. Любую информацию ты мог отправить через зачарованную мною лично шкатулку. Что привело тебя во дворец?

Мужчина на миг застыл. Было видно, что он пытается скрыть свои эмоции, но у него это плохо получалось — Териону было несложно заметить нерешительность и во взгляде, и во всей позе.

— Я посчитал, что необходимо лично донести до вас, мой король, сведения, которыми я обладаю. К тому же… — человек слегка замялся, но спустя секунду все-таки продолжил: — Я был недалеко.

После этих слов мужчина отвел взгляд и вздохнул. Он и сам понимал, что такая откровенная ложь никак ему не поможет, но он должен был попытаться!

Король вздернул бровь, когда услышал эти слова, и, оглядев человека с головы до ног, хмыкнул.

— С камнем перехода, который я тебе дал, ты всегда, можно сказать, недалеко, — едко, с плохо скрытым сарказмом прокомментировал Терион последние слова. — А теперь правду! — потребовал он. Его взгляд мгновенно изменился, став жестким и пронизывающим.

Человек вздрогнул, будто в его тело ударила молния, немедленно упал на оба колена и склонился почти к полу.

— Прошу меня простить, ваше величество, — начал он, не поднимая головы. Страха в его голосе не слышалось, только отчетливая вина и сожаление.

Терион только удрученно вздохнул. Он столько пытался отучить людей падать перед ним на колени каждый раз, когда он был недоволен. Но все бесполезно!

Давление темной магии было слишком сильным. Даже самые крепкие духом люди не могли сопротивляться этому долго. Что уже говорить о тех, кто готов служить?

Кроме этого, человек перед ним явно ощущал за собой вину, поэтому при первом удобном случае воспользовался положением, выказав глубокую покорность чужой воле.

Хороший ход, ничего не скажешь! Он явно знал своего короля очень хорошо и умело пользовался чужими слабостями! Все-таки не зря именно его Терион выбрал одним из агентов для внедрения в Аданию.

— Встань, — приказал Терион, мысленно стягивая тьму подальше от мужчины. С людьми он любил разговаривать, глядя им в лицо, а не наблюдая их макушку! Когда человек подчинился, Терион добавил: — Говори.

— Да, мой король, — мгновенно отозвался человек. — Глава тайной разведки Адании дал мне задание. Я обязан любой ценой склонить графа Боне на сторону их страны. Некоторое время назад я приступил к выполнению задания.

— Став любовником новоиспеченной графини? — король хмыкнул. — Надо сказать, у тебя оригинальные методы работы, Джарей. Не думаю, что это хороший способ. Граф вряд ли будет сотрудничать с тобой, если узнает, чем ты занимаешься по ночам в комнате его жены, — добавил он, с легким весельем глядя на подчиненного.

— Я это учел, ваше величество, — со всей серьезностью кивнул Джарей. — Граф обязательно об этом узнает, — его губы растянулись в едкой улыбке. — В свое время, конечно же.

— Это будет полное фиаско, — король полностью поддержал идею Джарея. — Эйден умрет от ярости.

Терион откинулся на спинку кресла и, сцепив пальцы на животе, принялся размышлять о врагах, которые не оставляют мысли когда-нибудь покорить Вилласию.

Королевство обширно и обладает богатыми ресурсами, которые никому не дают покоя. В прошлом на страну часто нападали, но в последнее время Вилласия, благодаря ряду умных правителей, стала слишком сильной.

Пару раз соседи образовывали союзы с целью захвата, но даже короткие стычки (так сказать, предварительные пробы) показали, что победа достанется им большой кровью.

Кроме этого, правители Вилласии всегда зорко следили за любыми возможными альянсами, вовремя засылая нужных людей, которые сеяли раздор. Если враги и догадывались, почему все их усилия не срабатывают, то молчали, не желая расписываться в своем бессилии. Но во все времена существовали те, кто не оставлял попыток захватить богатое королевство, отняв у него земли и людей.

Одним из таких людей был нынешний глава тайной разведки Адании герцог Эйден Парсон. Человеком герцог был амбициозным и даже в некотором смысле умным.

Только вступив в должность, он немедленно разработал план, который, по его мнению, должен был привести к краху Вилласии и ее завоеванию.

План был прост. Эйден намеревался перетянуть на свою сторону как можно больше людей, принадлежащих к аристократии королевства. Особенно тех, кто владел землей на границе. Их лояльность могла гарантировать Адании беспрепятственный проход для войск.

В принципе, Терион отдавал молодому главе должное — его план вполне мог сработать. Вот только было одно «но».

Он мог сработать исключительно в том случае, если бы никто не знал об этом плане. А главное, чтобы о нем не знал король Вилласии.

Увы, Терион был в курсе. И не потому, что догадался о коварных планах соседа. Просто в каждой стране у него имелись глубоко внедренные агенты, которые докладывали о любой подозрительной деятельности.

Некоторые люди жили в чужих королевствах так долго, что никто и подумать не мог, кем они являются на самом деле. Конечно, предательства случались. В конце концов, даже лучшие агенты были всего лишь людьми, а значит, пороки человечества не обошли их стороной.

— А теперь, — продолжил Терион, — ты скажешь мне, что привело тебя сюда на самом деле. Или ты так заработался, что забыл о своем прошлом докладе, в котором рассказывал мне ровно то же самое, что и сейчас?

Джарей натянуто улыбнулся. Он никак не мог признаться, что причина его посещения была донельзя глупой. Мужчине просто хотелось убедиться, что король не держит зла за слишком фривольное поведение с его невестой — Алэйной Боне.

Когда Джарей решил немного подразнить эмоциональную девчонку, он и представить не мог, что король будет за ними следить! И не просто следить, а придет лично, стоит Джарею только подойти к девушке ближе дозволенного.

В этот момент Джарей обливался внутренними слезами, умоляя короля забыть об увиденном. Он ничего такого не хотел! И не имел в виду! У него было просто небольшое помутнение разума! Он все понял и больше так точно не будет!

Джарей не мог всего этого сказать! Даже в мыслях подобные слова казались ему глупыми. Он не собирался падать еще ниже в глазах своего короля. Но! Хорошо, что он заранее озаботился и придумал еще одну причину, которая вполне могла служить оправданием его пребывания здесь.

Джарей мысленно похлопал себя по плечу, одобряя собственную продуманность.

— Графиня послала меня отнять деньги, которые вашей невесте удалось собрать со своих родственников.

Терион не удивился, так как был в курсе. Конечно, он узнал не сразу, а только после того, как провел небольшое расследование.

Вот тогда через тьму он и узнал, как сильно негодовала мачеха Алэйны из-за уплывших из рук денег. Вникнув в суть глубже, Терион одобрил действия девушки, отметив, что она еще продешевила. Надо было просить больше!

— Тебя беспокоит, что она может повесить отсутствие денег на тебя? — спросил Терион.

Джарей энергично кивнул. В принципе, он мог просто отмахнуться от претензий графини. Задобрить похотливую женщину было чрезвычайно легко.

А если она все-таки будет настаивать, Джарей может просто уйти. И у него появится отличное оправдание, почему не получилось перетянуть графа на сторону соседей. Конечно, по голове его за это не погладят, но руководству придется смириться с его провалом.

Если бы не мысль, что Эйден пошлет еще кого-нибудь на замену, кто не будет к Вилласии лоялен, Джарей обязательно так бы и поступил.

— Можешь сказать правду, — разрешил Терион.

— Правду? — уточнил Джарей, опасаясь как-то не так понять короля.

— Скажешь, что не успел и люди короля догнали беглецов первыми.

— О, — Джарей просиял и поклонился, а потом поспешно принялся прощаться.

Судя по всему, его величество не собирался его казнить за слишком вольное поведение. В ином случае ему пришлось бы туго.

Повернувшись к двери, Джарей слегка ухмыльнулся. Радость, что удалось избежать наказания, туманила разум. Может быть, в его действиях не нашли ничего странного? Невесту ведь до недавнего времени король даже не видел! А Джарей служит ему уже очень давно! Неудивительно, что его величество ничего не сказал. И это правильно! Невест у правителя Вилласии было и будет много, а вот преданных подчиненных очень мало. Их надо холить и лелеять!

— И да, Джарей, — внезапно окликнул король. Сердце мужчины дрогнуло. Все тело покрылось ледяным потом. Он застыл, опасаясь повернуться, но понимал, что сделать это надо.

Медленно развернувшись, Джарей посмотрел вопросительно.

— После того как закончишь с этим заданием, отправишься в Хоухвай.

Мужчина около двери едва смог удержать себя. Хотелось сесть на корточки и вцепиться в волосы, выдирая их с корнем! Не заметил? Отпустил? Как бы не так! Явно не стоило недооценивать своего короля!

— Да, ваше величество, — улыбнувшись деревянными губами, Джарей как на шарнирах развернулся и покинул кабинет.

Терион, наблюдавший за ним, усмехнулся. Возможно, только возможно, он не стал бы наказывать Джарея, но тот посмел нагло прийти во дворец, выдумывая различные причины. Это было непростительно! Хотя нет, наказать излишне любвеобильного подчиненного в любом случае следовало!

Хоухваем называли скрытый глубоко в горах полигон. Там проходили жесткую подготовку все самые верные воины королевства. Инструкторов Хоухвая называли дьяволами.

Это место одновременно и ненавидели, и вспоминали с благодарностью. Оно сделало из воинов тех, кем они сейчас являлись. Но это не мешало им вспоминать, какие чудовищные тренировки и испытания пришлось преодолеть для достижения своей цели.

Джарей тоже там был. Он до сих пор порой просыпался в холодном поту, когда ему снился предвкушающий оскал инструктора!

Мужчина не думал, что когда-нибудь придется пережить это еще раз! Он готов был ползать на коленях перед королем, умоляя отменить наказание (а отправка в Хоухвай была не чем иным, как наказанием), но понимал, что это ничего не изменит. Оставалось только принять свою судьбу.

Вспомнив об одном условии, Джарей даже замер на миг. Король ведь сказал, что сначала следует закончить с нынешним заданием?

Если так, он готов заниматься этим бесконечно долго!

Приободрившись, Джарей пошел быстрее, прикидывая, как потянуть время так, чтобы это не выглядело подозрительно.

Терион в кабинете встал и подошел к окну. Сложив руки за спиной, он даже не вздрогнул, когда из тьмы в углу кто-то появился. Слегка склонив голову, неизвестный терпеливо ждал, но долго ожидать не пришлось. Вскоре король повернулся.

— Отправишься за ним, — приказал Терион. — Ничего не делай. Просто наблюдай.

Неизвестный еще раз поклонился и снова растворился в темноте, напоследок оглядев короля черными провалами глаз.

Это был один из теневых стражей. Существа темной стороны мира не были людьми, пусть и выглядели похоже.

Обычно они не терпели над собой власти, но тьма была благосклонна к Териону. Она ему подчинялась. И теневикам пришлось принять этого человека, ведь они не могли ставить себя выше своей матери.

Самого Териона не волновало, почему эти пугающие загадочные существа подчиняются ему, главное, что они это делали. Благодаря этому он получил в свои руки великолепный козырь, помогающий ему следить за всем и всеми. Там, где теневики были бесполезны, ему помогали фамильяры, а туда, куда не могли проникнуть птицы, всегда способны были просочиться теневики. Увы, даже с такими великолепными помощниками Териону все еще приходилось прибегать к помощи людей.

Закончив с делами, он отправился в спальню, располагавшуюся совсем рядом. Рядом были и комнаты, в которых поселили его новую невесту. Проходя мимо двери, Терион остановился. Стражники, охраняющие вход, даже не пошевелились, не выдавая своей заинтересованности ни движением, ни лишним взглядом.

— Все спокойно? — спросил Терион.

Стражник, к которому он обратился, вытянулся еще сильнее.

— Да, ваше величество.

Король кивнул и прошел мимо, подавляя странное и совершенно несвойственное ему желание войти в комнату и посмотреть, как выглядит девушка во сне.

Терион тряхнул головой и нахмурился. В тот же миг он решил, что завтра обязательно проведет проверку на любовное притяжение!

Все эти мысли были очень и очень подозрительными. Раньше ему никогда не доводилось думать, как выглядит та или иная женщина, когда спит! Какая, собственно, разница? Она все равно не задержится рядом с ним надолго. Он никому не позволит собой манипулировать!

Глава 7

Ника, к собственному удивлению, хорошо выспалась. Она готовилась к тому, что всю ночь будет вертеться, опасаясь, что безумный, как о нем говорили в народе, король решит избавиться от будущей жены еще до свадьбы! Но кровать оказалась настолько удобной, а сама Вероника уставшей, что ее отключило практически в тот момент, когда голова коснулась подушки.

Перевернувшись на спину, она потерла лицо, а потом раскинула руки в стороны, глядя в потолок.

Мысли сами собой свернули к королю. Тот был действительно очень привлекательным. Если бы не слухи о проклятии и том, что всех его жен постигает ужасная участь, она обязательно бы попробовала построить с этим мужчиной отношения.

Но все упиралось в возможную смерть самой Вероники. Умирать она не хотела, даже ради самого великолепного мужчины!

Она молода, красива, полна сил, так почему должна уходить из жизни из-за того, что другой человек проклят?!

Все эти мысли привели к тому, что она задалась вопросом, как умирали прошлые жены короля.

Она много раз слышала про ужасную участь, но ни разу о том, что именно случалось с несчастными девушками. Это было интересно! Она должна узнать об этом больше!

Загоревшись идеей, Ника подскочила с кровати и огляделась.

Вчерашнюю одежду надевать не хотелось. Во-первых, это был мужской костюм, а тут, в замке, вряд ли поймут, если она наденет нечто подобное. А во-вторых, одежда просто была грязной.

Эльза, как оказалось, уже не спала.

— Доброе утро, госпожа, — поздоровалась она и ярко улыбнулась. — Я приготовила вам наряд на сегодня, — обрадовала девушка Нику. Подойдя к одному из кресел, Эльза приподняла выбранное платье. — Это подойдет? — все-таки спросила служанка, подумав, что госпожа может не одобрить ее выбор.

— Отлично, — согласилась Ника. Ей было все равно, какое платье носить, все они были для нее одинаково неудобными. Верхняя часть (слава всем богам, хоть без корсета!) слишком узкая, а нижняя — длинная и пышная.

Вероника, конечно, не спотыкалась при ходьбе, словно инстинктивно управляясь с такими нарядами, но все равно скучала по удобным штанам, джинсам и юбкам до колена.

— Сгодится, — добавила она и увидела на столе еду. Желудок немедленно жалобно заурчал, но не успела она приступить к еде, как в дверь постучали.

Ника рефлекторно хотела пригласить человека войти, но потом вспомнила, что не одета. Подхватив платье, она ушла в свою комнату, попросив Эльзу узнать, кто пришел.

— Это Михай, — радостно оповестила ее девушка спустя пару минут. Вероника, узнав, что с парнем все в порядке, облегченно вздохнула. Она действительно о нем волновалась. — Спрашивает, не хотите ли вы принять ванну? Он может принести горячей воды.

Вероника встрепенулась. Ванну принять она очень хотела!

— Да! — она кивнула. — Принеси мой завтрак сюда. Я поем тут, пока Михай носит воду.

Эльза нахмурилась.

— Госпожа, вредно есть перед принятием ванны, — поучительно произнесла девушка.

— Я знаю, знаю, — отмахнулась Ника. — Я не стану долго лежать в горячей воде. Просто помоюсь быстро, и все.

Эльза кивнула, удовлетворенная таким ответом, и вышла. Вскоре она вернулась с подносом, на котором стояли чашки с едой.

— Я все проверила, — с гордостью начала она. — Еда не отравлена.

Вероника удивленно на нее посмотрела.

— То есть? — немного растерянно поинтересовалась она. — Ты ела из моих чашек?

Эльза чуть смутилась, но быстро пришла в себя и, приблизившись, зашептала.

— Госпожа, король ведь проклят, помните? — спросила она и продолжила, не дожидаясь, пока Ника кивнет: — Каждую его жену постигала незавидная участь. Я подумала, что мне следует проверить вашу еду, вдруг с ней будет что-то не так. Я каждый раз использовала чистые ложки, — быстро заверила девушка, слегка волнуясь.

Вероника посмотрела на еду, источающую соблазнительные ароматы, и кивнула. На самом деле, здравая мысль. Кто знает, как работает то проклятие.

— Но я не хочу, чтобы ты пострадала, — подняв взгляд на служанку, сказала Ника. Она действительно так думала. Если Эльза умрет от яда, предназначенного самой Веронике, то эта мысль после не даст спокойно жить!

Девушка замерла на миг, а потом, посмотрев на свою госпожу, едва не заплакала от трогательности момента.

— Все в порядке! — заверила Эльза. — Я готова защищать вас.

— Нет, — отмахнулась Вероника. — Так не пойдет. Мы должны придумать что-то другое.

Они обе задумались о том, как действовать, чтобы никто из них не пострадал.

— Я могу, — начала Эльза неуверенно, — готовить вам сама, — предложила она.

Ника заинтересовалась. Стряпня Эльзы действительно была хороша. Вот только пустят ли ее на королевскую кухню?

— Я поговорю с королем, — пообещала Ника. — И себе тоже готовь. И Михаю. Это ведь не трудно будет? — забеспокоилась она возросшей нагрузкой для Эльзы.

— Все в порядке, — служанка улыбнулась. — Так даже будет удобнее. Мне всегда трудно подгадать порцию на одного человека. Получается либо слишком много, либо слишком мало.

Ника скептически глянула на Эльзу. Она не была уверена, что на троих количество еды рассчитать проще, чем на одного, но спорить не стала.

Определившись с планом, они разошлись. Вернее, Эльза отправилась контролировать, как набирается ванна, а Ника принялась за завтрак. Обычно она любила есть только после всех утренних процедур, но сегодня была слишком голодна.

Еда была максимально простой и очень сытной для утреннего приема пищи. Мясо с каким-то овощем, отдаленно похожим на картофель. Горячий хлеб с хрустящей корочкой. Тарелка ароматной каши и очень вкусный, правда, не слишком сладкий компот.

Ела Ника медленно и обстоятельно, обдумывая, где ей узнать подробности проклятия короля. По-хорошему следовало не выяснять ничего, а бежать, но можно ведь совместить два дела, не правда ли? Любопытство — такая штука, которую иногда бывает очень сложно игнорировать.

Жаль, что все придется переложить на плечи слуг. Ника была уверена, что только другие слуги могут помочь им узнать больше о замке и способах скрыться из него, не вызывая при этом подозрений.

После еды Вероника, как и обещала, быстро помылась, не забыв уделить внимание волосам. У этого тела они были длинными и густыми, насыщенного каштанового цвета, а на солнце переливались золотистыми искрами. Очень красиво!

Фенов тут, конечно, не было, поэтому приходилось сушить так. Потом Эльза всегда заплетала Нике сложную косу, которая была и красивой, и удобной. Обычно в прическу Эльза добавляла пару нитей жемчуга, который придавал внешнему виду Вероники еще большую привлекательность. В дороге никто из них не мудрил, даже косы Эльза плела простые. Но Ника снова была в обществе, поэтому приходилось одеваться соответственно.

После того как она полностью приготовилась к новому дню, к ней неожиданно явился король!

— Ваше величество, — пропела Ника, мягко улыбаясь и изображая книксен. — Я очень рада видеть вас в это чудесное утро, — добавила она, выпрямляясь. — Что привело вас в нашу скромную… обитель? — сказав это, Вероника отчаянно пыталась понять, достаточно ли было словесных кружев, или она слишком прямолинейна.

Терион внимательно оглядел невесту, еще раз убеждаясь, что та полностью соответствует его вкусам. Действительно, как под него подбирали!

— Нужно провести пару ритуалов, — произнес он, не утруждая себя лишними словами и приветствиями. Если ее подослали враги, то и церемониться с ней не стоит!

Ника напряглась. У нее после просмотра воспоминаний Алэйны на слова вроде «ритуал» образовалась стойкая аллергия!

— Это так необходимо? — спросила она, натянуто улыбаясь.

Терион подметил чужую напряженность и прищурился. Кажется, кто-то не ожидал, что ее так быстро поймают! Мысленно хмыкнув, он с неким наслаждением кивнул, готовясь наблюдать новый концерт. А что концерт будет, Терион даже не сомневался. Девчонка сейчас поймет, что ее могут поймать, и начнет всеми силами пытаться избежать разоблачения! Ее сжатые челюсти и хмурый взгляд о многом сказали Териону.

— Да, — ответил король, наблюдая, как огромное нежелание появляется на милом и симпатичном личике. — Идемте, — добавил он и отошел в сторону, пропуская ее вперед.

— А что за ритуал? — Ника не собиралась куда-то слепо идти.

Мало ли какие у них ритуалы. Положат сейчас на алтарь и выпустят всю кровь! А потом будут ходить и охать, что очередная «жена» не выдержала тени ужасного королевского проклятия!

Вероника была не согласна с подобным сценарием от слова «совсем»!

— Ничего серьезного, — Терион решил, что можно немного приоткрыть завесу, тем более ритуал выявления любовных манипуляций над человеком действительно был довольно несложным. — Идемте.

Ника не собиралась двигаться с места. Да, это он говорит, что ничего серьезного! Маньяки тоже не сразу сообщают своим жертвам, что хотят их убить! Сначала они милые и улыбаются, и только после показывают свое настоящее лицо.

— А можно чуть подробнее? — спросила она, состроив заинтересованное лицо.

— Вот дойдем, и узнаете, — Терион даже не начал терять терпение, но если так продолжится еще минут десять, то ему придется силой вести девушку на ритуал. Он хотел знать правду и не намеревался держать рядом с собой человека, который мог быть опасен.

— Я надеюсь, мне не нужно будет ложиться на алтарь? — задала Вероника новый вопрос.

Она понимала, что не может просто отказаться. Судя по решительному виду короля, тот готов волоком ее тащить, если она откажется. Ей хотелось сказать нет, но, кажется, в этом вопросе никто слушать ее не будет.

Неужели ее новой жизни скоро придет конец? А ведь она так многого не успела! Ничего еще толком не видела, нигде не бывала! Что за несправедливость?

Услышав слова Алэйны, Терион удивленно вскинул брови. Все выглядело очень странно.

Алтари использовались исключительно в темных ритуалах и обрядах, большинство из которых были давно запрещены во многих королевствах, и Вилласия не исключение. Большинство простых жителей даже не знают ничего об этой стороне жизни.

Что она хочет ему сказать, упоминая алтарь?

— Никаких алтарей, — заверил Терион, наблюдая за малейшими изменениями на красивом лице.

Слова короля ничуть не успокоили Веронику. Он ведь мог и солгать, но отказаться от навязанного ритуала она никак не могла.

Убежать? Даже не смешно! Ее поймают в два счета!

Мозг лихорадочно пытался придумать выход из положения. Новую идею, вспыхнувшую в голове, Ника встретила с безумной радостью.

Быстро скривившись, она положила руку на живот и чуть согнулась.

— Кажется, в еде что-то было, — состроив болезненное выражение на лице, произнесла она, бочком продвигаясь к креслу. — Так болит живот. Ах, тошнит ужасно.

Терион наблюдал за происходящим с интересом.

В ином случае, услышав слова девушки, он мгновенно вызвал бы целителя, но сейчас даже самая отменная игра не могла его обмануть.

Почему-то подобное выступление вызвало у него улыбку. Девушка не казалась опасной, а ее поведение только забавляло, вместо того чтобы злить или раздражать.

Вздохнув, он подошел к креслу и, подхватив тихо пискнувшую (даже это было крайне забавным!) Алэйну, направился к выходу.

— Что вы делаете?! — испуганно спросила Ника, свисая вниз головой с плеча короля.

Какая постыдная поза! Ее же сейчас все увидят! Что о ней подумают?!

— И уберите руку! — громко потребовала она, ощутив чужую ладонь на ягодице.

Король, к ее удивлению, просьбу выполнил и руку убрал. Ника выдохнула, правда, в следующий миг разозлилась сама на себя.

— Мужлан! — припечатала она, сгорая от стыда за свое положение. — Пещерный человек! Грубиян! Как вы посмели?! Отпустите меня сейчас же!

— Не кричите, миледи, — фыркнул король, которого совсем не задевали сыпавшиеся на его голову оскорбления. — Если не хотите, чтобы сюда сбежался весь замок и увидел ваш вздернутый вверх прелестный зад.

Ника буквально задохнулась от подобных слов. Ее лицо, и так красное от прилива крови, стало совсем пунцовым.

На мгновение Вероника пожалела, что отправила Эльзу к другим слугам узнать что-нибудь полезное, но потом пришлось признать — простая служанка вряд ли смогла бы ее спасти.

— Вы готовы идти самостоятельно? — спросил Терион, понимая, что девушке некомфортно находиться в таком положении слишком долго.

Вероника очень хотела плюнуть в лицо этого невыносимого человека! А еще ударить его! Вот прямо пнуть куда-нибудь! Как он только посмел так с ней обращаться?! Но она понимала, если сейчас не ответит утвердительно, то ее постыдное положение сохранится еще на какое-то время.

— Отпустите меня, — сказала она спокойнее, надеясь, что король не станет ждать более вежливых просьб.

К ее облегчению, его величество действительно не ждал вежливости, аккуратно поставил на пол, придерживая, чтобы она не упала, потеряв ориентацию в пространстве после резкой смены положения.

Перекинув косу на спину, она фыркнула и сложила руки на груди.

— Вам, ваше величество, никто не говорил, что вы слишком грубы с женщинами? — спросила она и прикусила язык.

Сказать хотелось совсем другое, но вряд ли король стерпел бы обвинение в том, что все его жены раньше срока ушли из жизни именно из-за того, каким мужланом он был. Это были очень грубые слова, и Ника была рада, что вовремя остановила себя.

— Нет, — признался король. И он говорил правду. Большинство людей просто его боялись, поэтому не решались сказать что-то настолько неуместное по отношению к нему. — И я не груб, — возразил внезапно он, удивившись из-за этого не меньше, чем Ника.

— О, — Вероника хмыкнула. — Поверьте мне, вы очень грубы. Дам принято носить на руках, а не через плечо. Каменный век давно остался в прошлом.

Ника мысленно проклинала свой язык. Что она делает? Зачем все это говорит? Она никогда не была настолько безрассудной!

Отвернувшись от короля, она огорченно нахмурилась. Если ее не вскроют при ритуале, то точно казнят за слишком дерзкий язык.

— Вы хотите, чтобы я понес вас на руках? — спросил Терион, наблюдая за невестой. Ее явно что-то расстроило.

Глубоко вздохнув, Ника опустила руки и присела в реверансе.

— Прошу прощения за грубость, ваше величество. Не знаю, что на меня нашло. Помутнение какое-то, не иначе, — вежливым и безразличным голосом произнесла Вероника. Выпрямившись, она спокойно посмотрела на короля.

Терион внезапно подумал, что прежний огонь в ее глазах и колкие слова нравились ему больше, чем приторная вежливость, пришедшая вместо них.

— Все в порядке, — немного разочарованно ответил Терион и посторонился, жестом приглашая Нику вперед.

— Стоит ли мне идти первой? Я ведь не знаю дороги.

— Тогда идите рядом, — спокойно отозвался Терион, понимая логичность заданного вопроса. — Кроме того, мы уже почти пришли.

Вероника удивилась. Ей казалось, что они обязательно должны спуститься в подвал, ведь именно там обычно проводят всякие ритуалы.

Она с некоторой опаской и явным нежеланием смотрела на дверь в комнату. Терион, подметив ее эмоции, внезапно огорчился. За время, пока они шли, а потом препирались, он совсем забыл, что следует воспринимать эту девушку как вероятного врага. А сейчас, увидев выражение на ее лице, вспомнил и повторно ощутил всплеск разочарования.

Он был практически уверен, что Алэйна подверглась какому-то ритуалу. Поначалу он хотел без разговоров от нее избавиться, если это подтвердится, но сейчас в нем поселилось желание узнать, был ли ее выбор осознанным, или ее используют втемную.

Терион понимал, насколько глупа подобная недальновидность, но по какой-то причине на этот раз хотелось рискнуть.

Он вздохнул. Сколько раз ему нужно испытать горький вкус разочарования, чтобы окончательно смириться? Те слова, сказанные когда-то давно, явно были взяты из полотна судьбы. Ему нужно просто перестать сопротивляться и принять то, что ему уготовано.

Взглянув на девушку перед собой, Терион принял окончательное решение, что это последний раз. Если она окажется врагом, он отошлет ее из замка и больше никогда не назовет ни одну из женщин этого мира своей невестой или женой.

Оглядевшись по сторонам, Ника удрученно вздохнула — бежать было некуда. Поэтому пришлось все-таки войти в комнату, которая казалась ей по меньшей мере филиалом ада.

На удивление все внутри оказалось довольно обычным, но Ника не расслаблялась. Она знала, что иногда самые безобидные вещи могут быть не тем, чем кажутся.

Центр достаточно большой комнаты был свободен от каких-либо предметов мебели. На каменном полу виднелась начертанная белой краской… пентаграмма? Ника не была уверена, как назвать круг с вписанными в него символами. Раньше она не особо интересовалась такими вещами.

Вдоль правой стены стояли шкафы с дверцами из мутного грубого стекла. Внутри угадывались очертания каких-то предметов. У противоположной стены, прямо напротив двери, располагался стол со множеством котелков разного размера. Слева Ника заметила стеллажи. Если судить по царившему там хаосу, на них давно никто не наводил порядок. Свитки, книги, изогнутые колбы, перья, какие-то камни, пучки трав — все смешалось на заметно пыльных полках.

Рядом со столом она увидела мужчину. Тот стоял спокойно и ждал, пока они войдут.

— Ваше величество, — поприветствовал он короля, когда дверь за ними закрылась. — Миледи.

— Не будем терять времени, — приказал Терион, даже не думая представлять людей друг другу.

Ника с трудом сглотнула и едва подавила желание попятиться. Она опять огляделась по сторонам, словно еще раз пытаясь найти несуществующее спасение.

— Я крови боюсь, — предупредила она. — И кричу всегда, когда мне больно. Сильно кричу.

Король с мужчиной переглянулись.

— Нам нужна лишь капля, этого будет достаточно, — произнес, наверное, все-таки маг. Ника не знала, как их отличить, но подозревала, что король вряд ли пригласил бы на ритуал обычного человека.

— А это зачем? — кивнула она в сторону знака, который мысленно решила называть дьявольской пентаграммой. — Демонов будем вызывать? — спросила она и нервно рассмеялась.

— Нет, — король, поняв, что самостоятельно Ника ни за что не приблизится куда надо, подхватил ее под руку и повел к магу. — Сегодня мы не станем никого вызывать.

— А вообще? — спросила Вероника. В ушах от волнения звенело. — Вообще вызываете?

— Это запрещено, — ответил король.

— Но все-таки возможно? — Ника даже сама себя раздражала своей некстати прорезавшейся въедливостью.

— Приступим, — Териону совсем не надоело наблюдать за явно паникующей девушкой, но он не мог делать это долго.

Маг на его слова кивнул и шагнул вперед. Подхватив руку Вероники, он намеревался уколоть ее, но та отдернула ладонь.

— А ее прокипятили? — с подозрением спросила Ника. — Инфекцию еще занесете какую-нибудь! Не дам колоть, пока не прокипятите!

Ни Терион, ни маг не поняли до конца, в чем проблема. Зачем кипятить иглу? И почему простой укол может стать причиной инфекции?

— Перестаньте сопротивляться, — достаточно мягко для своего не слишком терпеливого характера попросил Терион. Маг, слышавший его, донельзя удивился. Он хорошо знал, насколько жестким мог быть король. Несвойственные правителю интонации в голосе звучали странно. — Это все равно произойдет. С вашего согласия или нет.

— Это насилие! — пискнула Ника, а потом все-таки протянула руку. — Ну хоть над огнем подержите, что ли, — попросила она.

Маг вопросительно глянул на короля. Терион кивнул, разрешая.

Чувствуя себя донельзя глупо, мужчина подошел к факелу и поднес кончик иглы к огню, пытаясь уберечь руки от ожога.

— Грязными руками потом острие не трогайте, — попросила Вероника, немного расслабляясь. По всему выходило, что убивать ее не собираются. Иначе не стали бы потакать.

Уголки губ Териона дернулись. Маг, заметивший это, поспешно отвернулся, запоминая день, когда ему удалось увидеть нечто небывалое.

Вскоре мужчина вернулся, показывая Нике почерневший от пребывания в пламени кончик иглы.

— Копоть нужно убрать, — опасливо поглядывая на обоих мужчин, произнесла Вероника.

Маг, глядя прямо на нее, вытащил из кармана белоснежный платок и демонстративно вытер иглу. После этого взял ее руку и примерился иглой в палец.

— Я надеюсь, вы в него не сморкались? — спросила Вероника, переживая. Не стоило говорить о копоти, ведь на любой тряпке тут больше микробов, чем на той игле.

Мужчина от ее слов едва не дернулся. Прикрыв глаза, он глубоко вздохнул, успокаивая себя. Видят боги, он поймет короля, если и седьмая жена в конце концов где-нибудь сгинет! Невыносимый характер!

Терион, наблюдающий за происходящим, едва сдерживал смех. Его Алэйна больше забавляла, чем раздражала. Он видел, насколько зол один из его приближенных, но не собирался ничего менять или как-то ограничивать девушку.

— Ай! — вскрикнула Ника, а потом немедленно принялась жаловаться: — Вы это специально, не так ли? Что я вам сделала? Знаете, как больно?

— Это всего лишь укол! — возразил маг, едва сдерживаясь, чтобы не сказать что-то более грубое. Только воспитание и присутствие короля останавливали его.

— Вы воткнули слишком глубоко! С девушками нужно нежнее. Не удивлюсь, если у вас нет ни жены, ни невесты.

Лицо мужчины перекосило. У него действительно никого не было, но это только потому, что он сам ничего не хотел! Да, именно так! И вовсе не из-за, что он втыкает иглы слишком глубоко!

Как одно вообще связано с другим?

Кинув на девушку уничижительный взгляд, мужчина развернулся и чеканным шагом отправился обратно к столу.

— Подойдите сюда, миледи, — сквозь зубы попросил он, не скрывая раздражения.

Про короля он и не вспомнил. И неудивительно, ведь Терион постарался снизить ощущение своего присутствия. Происходящее казалось ему забавным, поэтому он не желал, чтобы Алэйна сдерживала свой нрав из-за него. Побочным эффектом стало то, что его подчиненный несколько забылся.

С опаской подойдя к столу, Ника заглянула в один из котелков. Там бурлила какая-то жуткая жижа.

— Я это пить не стану! — мгновенно открестилась она. — И не заставите!

Маг скрипнул зубами так, что звук разнесся по всей комнате. Вероника с жалостью на него посмотрела.

— Надеюсь, у вас хороший стоматолог, — сочувственно произнесла она.

— Просто капните в него крови, — резко бросил мужчина, даже не собираясь уточнять, кто такой стоматолог.

— Одной хватит? — по-деловому спросила Ника, занося руку над котелком. Она решила, что процедура не так страшна, как ей поначалу казалось.

— Вполне, — кивнул мужчина, немного успокаиваясь. — Но не больше трех.

Вероника отвела от него взгляд и принялась выдавливать из пальца кровь. По какой-то причине та совсем не хотела покидать уютное и привычное тело. И непонятно было почему. То ли дело в пережитом стрессе, то ли в холоде, царившем в коридоре и в этой комнате.

— Ну? — спросил маг, когда через минуту Ника все еще держала руку над котелком, а результата не было.

— Почему-то не идет, — пожаловалась она.

В тот же момент она ощутила, как сзади кто-то подошел. Испуганно икнув, она дернулась и тряхнула рукой.

Маг с расширенными глазами наблюдал, как кровь падает капля за каплей в котел. Одна, две, три… четыре!

Жидкость внутри сначала застыла, а потом начала стремительно менять цвет и бурлить.

— Отойдите! — предупредил мужчина, отступая на шаг.

Ника последовала его примеру, но позади все еще кто-то был. Сильные руки обняли ее и оттянули от стола подальше. Она совсем не обратила на это внимания, наблюдая, как бурая жидкость, превратившись в ярко-алую, пеной вытекает из котла. При этом она угрожающе шипела, а иногда даже брызгалась, как раскаленное масло на сковороде.

Спустя минуту процесс прекратился. Пена спала, превратившись в простую жидкость, похожую на чуть подкрашенную красным воду.

Маг устало вздохнул и потер лоб.

— А больше нет? — спросила Ника, с легкой жалостью глядя на человека. Тот, наверное, варил, старался, а она все испортила.

Хотя это ведь не ее вина!

Резко обернувшись, она недовольно взглянула на того, кто ее напугал. Это оказался король! Вероника замерла, внезапно поняв, что совсем расслабилась. И вообще, почему он к ней обниматься полез?

Выпутавшись из его объятий, Ника кашлянула и снова поглядела на мага.

— Если больше нет, то я пойду?

Мужчина глянул на нее, а потом мстительно улыбнулся.

— Как это нет? Все у меня есть! Только палец придется снова колоть, — ухмыльнувшись, он хотел сказать что-то еще, но его взгляд наткнулся на суровое лицо короля. — Или не надо. Думаю, мы сможем выжать каплю из старой ранки. Да, определенно сможем.

Ника сначала непонимающе на него посмотрела, а потом оглянулась. Король еще какое-то время смотрел на мага, а после медленно опустил взгляд на нее и вопросительно вздернул брови.

Вероника покачала головой и отвернулась. А затем отошла на шаг. Терион едва сдержал желание шагнуть следом. Приятный аромат, шедший от девушки, притягивал, подобно магниту.

— Вот сюда попробуйте, миледи, — попросил уже более вежливо мужчина, не обратив внимания на немного напряженное взаимодействие между королем и его новой невестой.

Ника не стала на этот раз спорить. Подошла, занесла руку над котлом и послушно выдавила каплю крови.

Чувства Вероники в этот момент были в легком смятении. Она до сих пор ощущала на себе чужие руки. И прикосновение это отчего-то не было неприятным. Скорее наоборот.

Когда капля крови упала в жидкость, Ника быстро отдернула руку, опасаясь, что снова переборщит, и принялась с интересом наблюдать за тем, что будет происходить дальше. Маг и король тоже устремили взгляды в котел.

Секунды складывались в минуты, но ничего не происходило. Ника заметила, что лицо короля стало задумчивым и немного растерянным.

— Ничего нет, ваше величество, — произнес спустя минуты три маг. — Ее кровь полностью чиста.

— Ошибки быть не может? — решил все-таки уточнить Терион.

Мужчина хотел было оскорбиться, но передумал, просто кивнул головой в сторону еще одного котла.

— Можем повторить.

Вероника не стала ждать, пока ее попросят, просто подошла и выжала из уже начавшего побаливать пальца еще одну крохотную каплю. Все-таки иглы в этом мире слишком толстые!

И снова молчание. Снова напряженное ожидание. И ничего. Жидкость осталась прежнего цвета и консистенции.

— Ничего, мой король, в ее теле нет ни одного зелья.

Терион кивнул, давая понять, что принимает такой результат.

— Все? — спросила Вероника.

— Нет, еще проверка магических потоков, — ответил король, но Ника не очень поняла, что именно будут проверять. Ее магия? Так ее нет. Была, да только после ритуала, проведенного покойной матерью этого тела, вся магия испарилась.

— Миледи, встаньте в центре круга, — попросил маг и принялся расставлять в случайных, казалось, местах зажженные свечи.

— Будет больно? — поинтересовалась Вероника, с опаской вступая в круг.

Мало ли, вдруг ее хотят принести в жертву какому-нибудь демону. Хотя вряд ли. Да и видно было, что ее первоначальные страхи оказались беспочвенными. Король что-то искал внутри нее. Вот только что?

— Нет, — успокоил ее маг и обратился к королю: — Ваше величество, прошу вас, встаньте немного дальше.

Терион не стал спорить. Он понимал, что исходящие от него потоки темной магии могут помешать светлому ритуалу. Пусть ритуал не прервется, но результат может выйти не совсем точный.

Дождавшись, когда король выполнит его просьбу, мужчина возвел руки к потолку и затянул речитатив на непонятном для Ники языке.

Она сначала не была впечатлена, но вскоре увидела, как вокруг рук мага начала формироваться слегка светящаяся энергия. Ника, затаив дыхание, наблюдала за этим.

Одно дело — видеть нечто подобное по телевизору, и совсем другое — лично!

Краем глаза заметив свечение внизу, Вероника опустила взгляд и едва не отпрыгнула в сторону. Пентаграмма под ней была объята полупрозрачным белым пламенем!

Глава 8

— Это… — начала она с опаской, пытаясь убрать ноги от огня как можно дальше, — так и должно быть? Сразу говорю: я не ведьма. Нет у меня никакой магии. Незачем меня жечь!

Маг, продолжающий читать заклинание, на мгновение сбился, отчего огонь взметнулся ввысь, заставив Нику испуганно ойкнуть.

Она открыла рот, желая отчитать мужчину за непрофессионализм, но, подумав, решила не болтать под руку. Кто знает, что произойдет, если этот пиротехник внезапно разозлится или потеряет контроль над магией.

У нее едва не случилась истерика, когда белый огонь окружил ее, а потом обрушился. Ника хотела отскочить (это уже не шутки!), но неведомая сила не выпустила ее из круга.

— А? — она недоуменно моргнула, когда все-таки поняла — огонь совсем не горячий и не оставляет следов на теле. — Предупредить нельзя было? — моментально разозлившись, Вероника сложила руки на груди и прикрыла глаза, сжав губы.

Безобразие! Им, наверное, было очень весело наблюдать, как она трясется от страха!

Маг перестал читать заклинание и сосредоточился. Ни он, ни тем более король даже не думали потешаться на Никой. Они оба следили за ритуалом, не желая пропустить ни малейшей мелочи.

Выражение на лице проводящего ритуал мужчины с каждым мгновением становилось все сложнее. Спустя некоторое время он махнул руками, и огонь с круга словно сдуло ветром.

— Все? — поинтересовалась недовольно Вероника, вопросительно глядя на мага.

Тот в этот момент открыл глаза и посмотрел на нее со смесью эмоций.

— Проблемы? — немедленно спросил Терион. Он тоже заметил в ритуале некую странность, но не был достаточно квалифицирован, чтобы полностью расшифровать потоки магии.

Маг встрепенулся.

— Мне бы хотелось сделать еще одну проверку, ваше величество, — сказал он, глядя на короля напряженно.

Сердце Териона упало. Он внезапно очень расстроился, догадавшись, что именно могло насторожить мага. Видимо, над Алэйной все-таки проводили какой-то ритуал.

В первое мгновение он хотел отказаться от дополнительной проверки. Уже полученного результата было достаточно, чтобы понять — новая попытка спасти свою жизнь провалилась.

Однако что-то его остановило. Для себя Терион решил, что это всего лишь из-за слишком напряженного выражения на лице подчиненного, а вовсе не из-за того, что крохотная часть надежды никак не могла оставить его.

— Действуй, — разрешил Терион. Сложив руки на груди, он отошел к двери, желая держаться подальше от девушки, которая может все-таки оказаться его врагом.

Да что может?! С большой долей вероятности она им и была. Сколько можно врать самому себе? Нет никаких сомнений, что Алэйну подослали к нему специально.

— Что-то не так? — встревожилась Ника, ощущая общую напряженность. Она перевела взгляд с одного мужчины на другого, отмечая, с какой внимательность они смотрят на нее. От этих взглядов становилось не по себе!

Что их могло так насторожить? Может быть, их удивило, что у нее нет магии? Ведь Алэйна была одаренной. Вдруг король знал об этом и сейчас они вместе с магом сильно удивились, не обнаружив в ней ни зачатка силы?

Наверное, все именно так.

— Все в порядке, — явно солгал маг. — Просто нужно проверить кое-что еще. Вы позволите, миледи?

Ника очень удивилась, что ее вообще об этом спрашивают. Вместо того чтобы едко отказать, она нехотя кивнула.

— Больно будет? — на всякий случай снова уточнила она. Что поделать, не хотелось ощущать это неприятное чувство. Никто не может винить ее в этом.

Маг покачал головой, а затем приблизился и поднял руку на уровень груди. Вероника подавила желание отойти на шаг и осталась на месте. Она с любопытством наблюдала, как на руках мужчины замерцал свет, который вскоре будто погрузился в ее грудь.

В солнечном сплетении поселилось что-то теплое и невесомое. Несмотря на приятное чувство, Нике хотелось, чтобы маг прекратил и изъял эту силу из ее тела.

Секунды складывались в минуты, и, когда Вероника уже хотела отойти, наплевав на последствия, маг аккуратно вытянул магию и отступил.

Он со странным выражением посмотрел на короля, будто не зная, с чего начать.

— Итак? — требовательно спросил Терион, ожесточая сердце. Он был готов к тому, что услышит, даже не думая расстраиваться.

— Ваше величество, — произнес маг слегка растерянно. — Я не знаю, как сказать…

— Говори как есть, — приказал Терион.

Ника кинула на короля короткий взгляд, а потом постаралась встать от него как можно дальше. В этот момент ей показалось, что аура его величества слишком гнетущая. Страшно почему-то не было, просто немного не по себе.

— Над ней был проведен ритуал, — произнес все-таки мужчина.

Терион замер, ощущая, как внутренности сковывает холодом. Пусть он и сказал себе, что готов ко всему, но слышать подобное было обидно. Возникло такое чувство, словно его внезапно предали.

— Страшный ритуал, — продолжил маг. Закусив кончик большого пальца на правой руке, он опустил голову и принялся расхаживать по комнате, яростно что-то обдумывая.

Когда эти слова прозвучали, Ника застыла соляным столбом. Ее сердце мгновенно ускорилось.

Боже, боже, боже! Она даже не могла подумать, что эти люди способны найти следы того, что случилось с Алэйной не так давно! Что теперь делать? Узнают ли они, что в этом теле теперь другая душа?

Как в этом мире поступают с теми, кто захватывает чужие тела? Но она ведь не специально! Так получилось! Кто-то или что-то сделало это за нее, не спросив согласия!

— Я удивлен, — забормотал мужчина. — Сильно удивлен. Непонятно как… Такое случалось лишь однажды… Нет, нет, это было исключение! Но ведь сейчас… Очень интересно, — замолчав, он посмотрел на Нику каким-то маниакальным взглядом.

— Что? — встревоженно спросила она, отступая на шаг назад.

Терион с каждым мгновением хмурился все сильнее. Что-то было не так, но он никак не мог понять, в чем, собственно, дело.

— Касиус? — позвал он мага, желая услышать, наконец, результат.

Мужчина, названный Касиусом, встрепенулся. Его безумный взгляд медленно изменился. В нем появилась осмысленность, правда, Ника все равно видела, что в его глазах до сих пор проскальзывает нечто подозрительное. Она твердо решила в будущем держаться от этого человека подальше.

При условии, конечно, что это будущее для нее наступит.

— Да, да, прошу прощения, ваше величество, — повинился маг, потирая руки, словно гоблин, почуявший выгоду. Ника судорожно сглотнула, пытаясь стать незаметной. Она молилась всем богам, чтобы никто ничего не понял. — Дело в том, что не так давно над этой девушкой был проведен черный ритуал, запрещенный во многих королевствах более пяти сотен лет.

— Что за ритуал? — спросил Терион, бросая короткий взгляд на сжавшуюся Веронику.

В его душе поднялось презрение. Видимо, все она хорошо знает!

Как… жаль.

— Это ритуал, придуманный гениальным магом, — пустился в объяснения Касиус. — Вольстар Эденбаргский был выдающейся личностью своего времени! — воскликнул мужчина, взмахнув руками.

Терион дернулся, словно его ударила молния. Ему не нужно было повторять дважды, чтобы понять, о ком идет речь. В конце концов, он был королем и темным магом, поэтому хорошо знал историю всех запрещенных ритуалов.

Он не стал останавливать Касиуса. Погрузившись в свои мысли, Терион практически не слышал, о чем тот говорил.

— И чем он так известен? — с легкой дрожью в голосе спросила Ника в надежде, что в процессе болтовни узнает что-нибудь, что сможет ее спасти.

— А? — маг недоуменно моргнул, а затем, прокашлявшись, продолжил: — Как этого можно не знать? Хотя прошу прощения, вы действительно вряд ли могли иметь доступ к такой информации. Вольстар — гений своего поколения! — озаботился проблемой сумасшедших.

— И чем они ему мешали? — спросила Вероника, изобразив на лице искреннюю заинтересованность и легкое замешательство.

— Он верил, — продолжил мужчина, бросив на девушку предупреждающий взгляд, явно слегка рассерженный, что его прервали, — что любое сумасшествие можно вылечить, нужно лишь дать необходимый покой мятущейся душе. И он придумал ритуал, с помощью которого можно было вынуть душу и поместить ее в сосуд. Нескольких часов вдали от тела, по его мнению, должно было хватить, чтобы разум человека исцелился.

Ника удивленно моргнула и подумала, что этот Вольстар и сам был тем еще безумцем. Как ему вообще в голову пришла такая странная идея? На что он опирался, строя подобную теорию?

— Звучит не очень хорошо.

— У господина Эденбаргского были исключительно благие намерения! — горячо заверил ее мужчина, словно подумал, что кто-то смеет сомневаться в доброте покойного мага. — К сожалению, у него ничего не получилось, — Касиус удрученно вздохнул. — Вернее, ритуал работал, но опытным путем удалось выяснить, что сумасшествие после не проходит. Самым удручающим стало то, что пациенты просто умирали, когда их души отделялись от тела.

«Ничего удивительного», — едко подумала Ника.

— Кроме этого, — продолжал Касиус, — больные во время ритуала испытывали настолько сильные муки, что было гуманнее дать им дожить век, погрузившись в свою болезнь, чем подвергать настолько сильным пыткам. Вольстар записал результаты и скрыл информацию. Но у него имелся ученик, который увидел в этом ритуале темный потенциал. Он выкрал записи, а намного позже, когда ему было уже за пятьдесят, преобразовал ритуал, сделав из него еще более страшную вещь. Этот человек исказил желание своего учителя! — возмутился Касиус, напряженно хмурясь. Вспомнив, для чего он начал все это говорить, маг пропустил большую часть речи и перешел к сути: — После преобразования ритуал позволял заменить одну душу другой.

— Темный обмен, не так ли? — внезапно заговорил Терион, слегка напугав и Нику, и Касиуса — они оба снова забыли, что в этой комнате находился еще один человек.

— Именно!

Темный обмен позволял черным магам, приблизившимся к концу своей жизни, продлевать ее бесконечное количество раз, захватывая для этого молодые и сильные тела ни в чем не повинных людей.

Очень долго этот ритуал пользовался большой популярностью. Какое-то время его использовала высшая аристократия королевств, чтобы избежать смерти.

Одним из условий ритуала было близкое родство между хозяином и сосудом. В смутный век, когда в мире царствовал хаос и всеобщая вседозволенность, многие аристократы (в то время практически все они были еще и магами) не гнушались специально заводить детей для того, чтобы после выбрать себе наиболее привлекательный сосуд.

Женщинам в этом плане было сложнее. Им приходилось довольствоваться более дальним родством. Или самим рожать себе сосуды. Зато мужчины ни в чем себе не отказывали.

Тогда появилось право первой ночи. Аристократы с удовольствием пользовались простыми женщинами, зачиная детей, которых позже могли изъять из семьи, чтобы сделать сосудом. Случалось это в том случае, если ребенок был красив внешне и здоров физически.

Некоторые аристократы даже не ждали смерти. Подобравшись близко к пожилому возрасту, они меняли тела, не желая страдать от болезней, приходивших со старостью, и от последствий разгульного, невоздержанного образа жизни.

Они не жалели тела, в которых находились. Зачем, если в случае болезни тело всегда можно поменять? Благо детей было предостаточно!

Этот ритуал спровоцировал одну из самых длительных и кровопролитных войн в истории королевств.

Началось все с того, что однажды один из магов решил, как обычно, поменять себе тело. Для этого он выбрал самого красивого и крепкого юношу, которого смог найти среди своих детей, но во время ритуала что-то пошло не так.

Парню удалось отстоять свое тело, но он никому не сказал об этом. Очень убедительно сыграв роль герцога, молодой человек принялся воплощать в жизнь свой рисковый план.

Ему не нравился порядок, который царил в мире. Он решил изменить его, вырвав с корнем черную магию, отнимающую жизнь у невинных людей.

И началась война.

Юноше, вернее тогда уже мужчине, удалось сесть на трон. Темный обмен был занесен в список запрещенных ритуалов. Его проведение каралось немедленной казнью. Кроме него новый король запретил еще множество вещей, которые так или иначе могли вредить воле или здоровью человека.

Право первой ночи упразднили. Простые люди смогли вздохнуть свободнее. Никто более не мог отнять у них детей. Кроме этого, запретили еще множество ритуалов, для которых требовались различные части человеческого тела, будь то печень или еще бьющееся сердце.

Конечно, черные маги продолжали действовать вне закона, но благодаря усиленной чистке их становилось все меньше. К тому же новый король приказал сжигать все материалы по вредоносной магии. Информация начала исчезать. Поколение за поколением гниль вычищалась. Она все еще таилась по темным углам, но ее было в сотни раз меньше, чем в те темные для простых людей века.

— Полагаю, вам удалось отбить атаку, миледи? — внезапно спросил Касиус у Ники.

— Простите? — она вопросительно глянула на мага.

— Атаку, — спокойно повторил мужчина. — Человек, который пытался завладеть вашим телом, ведь умер, не так ли?

Умер? Ника судорожно вздохнула. Неужели они не видят?

Удача?!

— Да, — она кивнула, а потом неожиданно поняла, что плачет.

Отлично! Она не собиралась, но, видимо, стресс сделал свое дело. Ей слезы сейчас только на руку! Главное, чтобы все выглядело как можно натуральнее.

— Она умерла, да, — повторила Ника, кивнув пару раз, и, обхватив себя руками, всхлипнула. — Это было ужасно. Так больно! — продолжила она. — Я думала, что все кончено, но моя магия… Моя магия… — Вероника судорожно втянула воздух в сжавшиеся легкие. — Моя магия сделала что-то. Я не знаю, что именно. Потом была темнота. Я очнулась. Все болело. Мне казалось, что из меня тянут силы.

— Это поразительно, — восхитился Касиус, подходя к девушке ближе. — Я видел внутри вас остатки вашей магической силы. Вернее, следы былого могущества. Я уверяю вас, ваше величество, — он повернулся к королю, глядя на него сияющими глазами, — миледи должна была стать одной из самых могущественных магесс за последние сто лет!

— Могла стать? — Терион находился в какой-то прострации. Слезы Алэйны заставляли его ощущать растерянность. Он просто не знал, что ему делать и о чем думать.

— Могла, — уверенно кивнул Касиус. — Я полагаю, что магия защитила ее, не позволила душе черного мага обосноваться внутри. Это поразительно! — повторил он. — Жаль, но черный ритуал был слишком мощный. Магия спасла миледи, но за все нужно платить.

Он многозначительно замолчал, с жалостью и восхищением глядя на Нику. Касиусу хотелось изучить последствия проведенного ритуала более полно, но он подозревал, что его величество не позволит.

— Я больше не маг, — Вероника утерла слезы и посмотрела на короля с извиняющейся улыбкой. — Магия покинула меня полностью.

— Жаль, что вам так не повезло, миледи, — сокрушался Касиус. — Вы второй человек в истории, которому удалось отстоять свое тело во время темного обмена. Мы должны тщательным образом задокументировать это. Для потомков. Такая информация может быть полезна будущим поколениям.

— Спасибо, Касиус, — вмешался король, заметив, какие отчаянные взгляды Алэйна бросает в его сторону, косясь при этом на мага с заметной опаской.

Терион усмехнулся про себя. Обычно это его боятся и держатся ближе к другим людям в поисках защиты.

— Больше ничего нет? — спросил он на всякий случай.

— Нет, ваше величество, — ответил Касиус.

Он давно забыл, как приведенная королем девушка раздражала его поначалу. Единственное, что ему сейчас хотелось, это поговорить о прошедшем ритуале, узнать все подробности до мелочей.

Любая незначительная деталь может быть очень полезной. Кто знает, почему только королю древности и этой девушке удалось избежать страшной участи. Между ними должно быть что-то общее! Он обязан узнать это!

— Уверен? — уточнил Терион, не желая ошибиться из-за того, что его маг был слишком взбудоражен «интересными» особенностями, открывшимися во время проверки.

Касиус выпрямил спину. Стерев с лица все неуместные эмоции, он поклонился.

— Да, мой король. Темный обмен — единственный ритуал, который был проведен над этой девушкой. Он не увенчался успехом. Я отчетливо вижу, что вторженцу, кем бы он или она ни были, не удалось полностью отделить прежнюю душу от тела. Душа все еще излечивает нанесенные раны, но это более не грозит смертью.

Терион, выслушав ответ, кивнул и перевел взгляд на невесту.

— Идемте, миледи, нам следует поговорить, — произнес он, а потом развернулся и направился к выходу.

Ника сглотнула и, подхватив юбки, чинно последовала за королем. В принципе, все самое страшное уже произошло. Они ни о чем не узнали. Можно поблагодарить всех богов, которые за ней присматривают.

Странно только, почему маг не увидел, что душа в теле другая. Может быть, телу все равно, кто внутри, и через время оно начинает воспринимать любую душу как свою собственную?

Вероника была взволнована предстоящим разговором, поэтому даже не рассматривала замок, по которому они шли, не до того было. Хотелось знать, что скажет король, поэтому она пыталась представить себе тему разговора.

Понятно, что она будет касаться ритуала. Наверняка он спросит, кто сделал это. Нужно ли говорить, или лучше промолчать?

Ника помнила, как сильно боялся отец этого тела, что кто-то узнает о Марель.

Вероника ощутила, как сердце тревожно сжалось.

А ведь, по слухам, король не терпит ничего темного! В народе рассказывают о всяких зверствах, которые он совершил, пытаясь уничтожить тьму!

Но разве он сам не темный маг?

Ника поглядела по углам, обращая внимание на клубящуюся следом за ними тьму.

Неужели его величество желает уничтожить всех темных магов, чтобы единолично властвовать над мраком?

С другой стороны, она пока не увидела в короле того жестокого деспота, которым его представляли обычные люди. Да, жутковатый, молчаливый, с лицом больше похожим на кирпич, но он совсем не походил на кровавого тирана, карающего за любую оплошность.

Так и подмывало спросить, правда ли, что он уничтожает любого, кто имеет хоть какое-то отношение к темной магии, но Ника молчала.

По поводу Марель она решила рассказать, если король спросит. В любом случае нетрудно будет понять, что именно произошло в доме Боне. Уж слишком подозрительно для знающего человека будет выглядеть смерть Марель и последующая болезнь Алэйны.

— Проходите, миледи, — произнес Терион, когда они дошли до его кабинета.

Он хотел отвести невесту в свою комнату, но решил пока этого не делать. Он не был до конца убежден, хотя и понимал, что упорствует в своих предположениях лишь из упрямства. Не доверять проведенным ритуалам было глупо.

Конечно, нельзя было исключать предательство Касиуса, но это уже из разряда больной паранойи. Однако на всякий случай Терион решил проверить мага еще раз.

— Спасибо, — поблагодарила Ника и, пройдя в кабинет, удобно устроилась в гостевом кресле.

— Желаете чего-нибудь выпить? — изображая из себя радушного хозяина, поинтересовался Терион, хотя единственное, чего ему сейчас хотелось, — это узнать как можно больше подробностей.

— Простой воды, пожалуйста, — мило улыбнувшись, попросила Ника, а потом приняла из рук короля серебряную кружку, наполненную до краев из стоящего на столике неподалеку кувшина. Тоже серебряного.

Ника медленно пила, оглядывая полутемный кабинет, освещенный только парой свечей. На короля она старалась не смотреть. Тот вскоре сел за стол — прямо напротив нее — и принялся сверлить ее тяжелым взглядом, от которого становилось не по себе.

— Спасибо, — поблагодарила Ника и поставила кружку на стол, принимая самую благовоспитанную позу из всех, на какие только была способна. — Вы хотели о чем-то поговорить со мной? — задала она вопрос и изобразила на лице робкую и смущенную улыбку. — Позвольте спросить: о чем именно?

Глава 9

— Почему вы бежали? — неожиданно даже для самого себя спросил Терион и нахмурился.

Разве его должно волновать нечто столь обычное? Если девушка ни в чем не замешана, то неудивительно, что ей не хотелось за него замуж. Репутация безумца и кровавого тирана, который ест жен на завтрак, распространилась далеко за пределы королевства. Впервые Терион пожалел, что не стал в свое время пресекать подобные слухи.

Несмотря на то что вопрос он посчитал глупым, отзывать его Терион не стал. Было интересно, что скажет по этому поводу Алэйна.

Та если и удивилась, то виду не подала, лишь еще раз смущенно улыбнулась.

— Понимаете, ваше величество, — начала Ника, панически пытаясь придумать подходящий повод для побега, который никоим образом не заденет чувства сидящего напротив короля. Нельзя ведь прямо сказать, что ей дорога жизнь, поэтому она при первой же возможности пустилась в бега! — Я всегда мечтала увидеть другие края, — принялась воодушевленно вещать Вероника. — Я была рада, что стану вашей женой, но для начала хотела посмотреть на разные достопримечательности нашего изумительного мира. Я ведь так молода, совсем неопытна! Разве такому мудрому королю будет интересна глупышка, которая бывала разве что в поместье да в соседнем городе! Я не могла допустить, чтобы вашему величеству стало со мной скучно! Поэтому решила, что мне просто необходимо перед свадьбой набраться жизненного опыта. А где, как не в увлекательном путешествии, делать это?

Терион моргнул, потом еще раз моргнул, неверяще глядя на невесту. Она действительно сказала что-то подобное?

— На дорогах полно разбойников, — зачем-то произнес он.

— Конечно! — Ника воодушевленно улыбнулась. — Для этого я взяла с собой Михая. Он очень сильный юноша! Ах, а еще я собиралась быть очень осторожной. Запредельно осторожной!

— Поэтому вы поехали по лесу, а не по дороге?

— Верно, — Вероника с готовностью кивнула. — Я подумала, что на дорогах может быть опасно.

— А как же жизненный опыт? — с некоторым сарказмом поинтересовался Терион. Он отлично понял, что невеста нагло лжет ему прямо в глаза, но почему-то даже это его не разозлило. Он вдруг подумал, что в будущем сможет не раз это ей припомнить.

Как только у него проскользнула эта мысль, Терион нахмурился. В будущем? О чем он? Вряд ли у них будет совместное будущее.

— Ну знаете, — Ника возмутилась. — Опыт опытом, но здравый смысл отметать в сторону все-таки не стоит. Тем более что в лесу тоже много интересного. Да и не собирались мы постоянно там прятаться.

Король несколько секунд сверлил ее взглядом, от которого Веронике хотелось поерзать. Но она мужественно давила в себе порывы, понимая, что любое неловкое движение выдаст ее ложь с головой.

— Значит, — протянул Терион медленно, подаваясь немного вперед, — вы согласны выйти за меня замуж?

Сердце Вероники екнуло. Она едва сдержалась, чтобы не выдать своего смятения от такого вопроса. Зачем так сразу, прямо в лоб? Он хочет, чтобы она умерла со страху?!

— Конечно! — восторженно произнесла она. — Но не так скоро, — добавила быстро, когда заметила, что король хочет что-то сказать. — Ваше величество, послушайте. Мы с вами так молоды, а по статистике восемьдесят процентов ранних браков заканчиваются разводом! Это ведь так ужасно! Мы должны подойти к нашему браку с мудростью и осторожностью, чтобы после прожить в радости долгие годы, до самой старости. К чему нам спешить? Для начала следует узнать друг друга лучше. Ах, я так переживаю!

Ника едва не плакала от глупостей, которые срывались с ее языка. Она видела, какими глазами король смотрит на нее. Может быть, если он посчитает ее сумасшедшей, то не станет настаивать на браке? Было бы просто прекрасно! Вот только где гарантии, что после этого ее не запрут в какой-нибудь местной клинике, начав ставить опыты?

Ей требовалось время! Так просто ведь не убежишь из замка короля. Необходимо для начала узнать обо всех входах и выходах, желательно тайных. Вычислить лучшее время для побега. Подкупить охранников и слуг. Все это нельзя сделать сразу, не вызывая никаких подозрений!

— Почему ваши родители вдруг решили, что именно вы станете моей невестой? — задал вопрос Терион. И снова не тот, который хотел задать изначально. Впрочем, подумал он, какая разница, в какой последовательности спрашивать. В любом случае ведь все узнает.

Ника запнулась. Она собиралась продолжить сыпать на короля фактами и доводами, а тот внезапно поменял тему разговора.

Вообще, наверное, странно, что Боне так просто заменили одну дочь другой. Разве так можно? Если приказ был выписан на Каталину, то именно она и должна была явиться в столицу.

Вероника задумалась, решая, как поступить. Она прищурилась, размышляя, стоит ли топить родителей этого тела и так называемую сестру? Те с радостью подменили одну дочь другой, не волнуясь о проклятии! Их мало волновало, что Алэйна вскоре должна умереть. Так почему она, Ника, должна жалеть этих людей, отводя от них гнев короля?

— Хотя постойте, дайте я угадаю, — хмыкнул король, удобнее устраиваясь в кресле. — После ритуала вы сильно болели, существовал большой шанс, что ваши дни сочтены. Слухи о моей жестокости заставили ваших родителей действовать. Они решили, что лучше пусть умрет та, что уже почти мертва, чем здоровая дочь. Я прав?

Вероника фальшиво замялась и отвела взгляд в сторону. Она ведь играет милую и невинную деву! По характеру ей положено броситься на защиту родителей, но легкая обида за их выбор обязана оставить след в душе, отсюда и небольшая заминка.

— Они просто переживали за Каталину, — выдала она со вздохом, а потом упрямо посмотрела на короля. — Я сама вызвалась. Вам не стоит…

— Вызвались потому, что рассчитывали сбежать? — Вероника замерла. — Или вас просто поставили перед фактом?

Ника молчала. Защищать людей, которые так просто согласились со смертью дочери, она не собиралась. Пусть король сам делает выводы, тем более что у него очень хорошо это получалось.

— Что с ними станет? — решила она все-таки спросить. Какой бы циничной она себя ни считала, ей не хотелось стать причиной чужой смерти. Даже таких людей, как Боне.

— Ничего, — Терион пожал плечами.

На самом деле он ощущал странную злость, направленную на семью подданных. Он отлично понимал, что именно могло там произойти, и его злило, что Алэйне пришлось столкнуться с несправедливостью. Терион не понимал, почему его заботит нечто подобное, но ему хотелось стереть из души Алэйны столь тяжелую обиду, которая явно должна причинять девушке боль.

— Или вы хотите, чтобы я их казнил? — скучающе поинтересовался он. На самом деле, ему лично такой вариант нравился больше. В конце концов, Боне с чего-то решили, что могут обмануть короля, подсунув ему вместо одной дочери другую. Это тянуло как минимум на весомый штраф.

— Нет, — торопливо ответила Ника. Она, конечно, хотела отомстить, но не так. — Я думаю, что ваше величество в своей мудрости сможет отыскать приемлемое наказание за столь небольшой проступок. Мне кажется, матушка очень хотела подобрать для Каталины хорошую пару. Но разве она может выбрать что-то поистине достойное моей прекрасной и милой сестры? Душа и сердце Каталины невообразимо милосердны. Только ваше величество способен найти человека, который будет полностью соответствовать настолько неординарной личности. — Ника замолчала, кротко и чуть испуганно глядя на короля. Не слишком ли она много себе позволила?

Терион в ответ дернул уголком губ. Девушка, сидящая напротив, нравилась ему все больше. Какое коварство! Просто прекрасно.

— Хорошо, у меня как раз есть на примете идеальный вариант, — неожиданно согласился он, чем сильно удивил Нику.

Терион имел очень злопамятный характер. Наверное, это можно было считать минусом, но ему было совершенно безразлично, кто и что про него подумает.

Пусть наказание уже было назначено, но ему казалось, что этого недостаточно. Иначе его ведь и за мягкотелого могут принять!

Терион с предвкушением представил, как вытянется лицо Джарея, когда король «наградит» его за хорошо проделанную работу на благо королевства.

— Это была ваша мать? — спросил Терион внезапно, заставив Нику поперхнуться словами. А ведь ей хотелось узнать, кого именно он выбрал в жены для артистичной сестрицы Алэйны. Но, видимо, это станет сюрпризом. — Родная мать, — уточнил он.

Вероника моргнула, но слезы в этот раз даже не подумали литься из глаз. Тогда она горестно вздохнула и прикрыла в трагичном жесте глаза, чуть откинувшись на спинку кресла.

Взгляд Териона сам по себе опустился на обтянутую тканью грудь девушки. Из-за этой позы она очень выгодно подчеркивалась и заметно выделялась.

Он сухо сглотнул. Выглядело очень и очень привлекательно. Если бы не уверенность, что невеста всем существом желает сбежать, то он подумал бы, что она решила соблазнить его.

— Это было ужасно, — шепотом поделилась Ника.

И она не врала. Пусть ей самой не пришлось проходить через это, но воспоминаний Алэйны хватило, чтобы навсегда отбить у Вероники желание связываться с магами и любыми ритуалами.

— Вы знаете, откуда она узнала о темном обмене? — по-деловому спросил Терион, мысленно прося девушку сесть, наконец, ровно.

Когда его взгляд все-таки покинул пару притягательных холмов, то невольно зацепился за белоснежную и явно тонкую кожу на длинной шее.

Он внезапно подумал, что на ней великолепно смотрелись бы его отметки.

Чертыхнувшись, Терион встал и неловко прошелся по кабинету.

Ника, понятия не имеющая, что случилось с королем, на миг замерла, краем сознания отслеживая беспокойную походку мужчины, а потом, решив, что добавила к образу достаточно трагичности, убрала руку и села ровно.

Со стороны короля послышался облегченный вздох.

Прищурившись, Вероника мельком глянула на него, пытаясь понять, что с ним случилось, пока она изображала напуганную прошлыми событиями бедняжку.

— Понятия не имею, — призналась Ника, не обнаружив в короле ничего странного. Если не считать, конечно, того, что он сейчас стоял спиной к ней. Разве это вежливо? — До момента, когда очнулась на алтаре, я даже не догадывалась, что матушка обладает столь страшной магией. Она всегда была тиха и добра ко мне. Я до сих пор не могу поверить, что все это правда!

— А ваш отец? — Терион, прогнав наконец несвоевременное возбуждение (кажется, в его постели давно никого не было), вернулся за стол. — Как вы думаете, он был в курсе?

Вероника никогда не забывала о том, какие слухи ходили про короля, поэтому, широко распахнув глаза, посмотрела на него со страхом.

— Вы убьете его?

— С чего мне убивать вашего отца? — удивился Терион.

И Ника не сдержалась. Слишком любопытно ей было, сколько в тех слухах правды, а сколько выдумок.

— Но я слышала, — начала она чуть дрожащим голосом, — что вы смели в одно мгновение целую деревню, когда узнали, что там живет черный маг. Говорят, вы не терпите даже духа таких людей в нашем королевстве. Это правда?

Ника понимала, что, будь все иначе, она вряд ли решилась бы задать королю такой вопрос. В конце концов, народная молва окрасила его облик в кровавые цвета, приписав буйство нрава и жестокость, от которой нет никакого спасения.

Вот только за последние часы, которые ей довелось пробыть в обществе этого человека, она не увидела и толики того, о чем говорят люди.

Да, неулыбчив, да, выглядит довольно сурово и грозно, но в остальном вполне обычный человек. Наверное, именно это и придавало Нике храбрости, позволяя играть и нести чепуху. В другом случае ей пришлось быть более осторожной.

Она внезапно поняла, что все это время в каком-то смысле играла с его величеством, а тот будто поддавался ей.

Да нет, подумала она, не может быть! Ее игра была великолепной, а речи убедительными и логичными!

Терион после ее слов несказанно удивился. Правда, внешне это сложно было понять. Со стороны казалось, что лицо его никак не изменилось, только взгляд стал чуть иным. Но невнимательный человек едва ли смог бы заметить нечто столь незначительное.

— Правда, — не стал отпираться Терион.

Ника, услышав это, невольно сжалась в кресле. За последние часы ей начало казаться, что все слухи, блуждающие вокруг правителя этих земель, — всего лишь выдумка. Но он сейчас сам признался! Неужели и прочие вещи были правдой?

Если так, следует быть еще более серьезной!

— Только в этом деле есть небольшая мелочь, о которой никто не говорит, — добавил король, отчего Ника замерла в ожидании. Что он сейчас скажет? Поведает, что таких деревень было больше, чем одна?

— Какая? — спросила она, ощущая, как внутренности скручивает от волнения. От всех этих стрессов она скоро лишится волос на голове!

— В той деревне действительно жил черный маг, — сложив руки на животе, пустился в рассказ Терион. Раньше он никогда даже не думал, чтобы оправдаться перед кем-то, но сейчас ему почему-то стало неуютно от мысли, что Алэйна будет считать его настоящим монстром. — С помощью своей нечистой магии он поработил всех жителей, превратив их в живых, послушных его воле мертвецов.

Ника ахнула и отшатнулась. В этом мире существуют зомби?

— Эти мертвецы источали яд, который отравлял всю округу. Нет, животным и растениям он не причинял вреда. Но любой человек, побывавший поблизости от этой деревни, внезапно хотел остаться там. Сами понимаете, что после этого с ними происходило.

— Они умирали? — шепотом спросила Ника.

Терион полюбовался на расширенные глаза невесты, подумав, что даже в напуганном состоянии она выглядит прекрасно.

— Верно, — кивнул он. — Умирали и становились полностью подвластными магу, пополняя его армию. Так что да, я действительно выжег целую деревню, в которой было не меньше пяти сотен человек.

— Но почему? — Вероника нахмурилась и задумчиво посмотрела на свои сложенные на коленях руки.

— Что почему? — поинтересовался Терион, с любопытством ожидая, что скажет невеста.

Он еще хорошо помнил: когда его прошлая жена узнала обо всем, она со страхом отшатнулась и сказала, что более жестокого и бессердечного человека ей до сего момента не встречалось.

Терион ни тогда, ни сейчас не понимал, почему именно он в этой ситуации жесток. Наверное, разум впечатлительных женщин работает как-то иначе, и мужчине никогда не постичь его.

— Почему вы не пресекли эти слухи? — спросила наконец Ника, вскидывая на короля хмурый взгляд. — Вы должны понимать, как важно для короля доброе имя. Народ должен любить вас, а не бояться. Неужели вам все равно, что о вас говорят?

Терион удивленно замер. На мгновение в голове поселилась полная пустота. Он просто смотрел на девушку перед собой и не знал, как реагировать на ее слова.

Она не стала его укорять? Не испугалась и не отшатнулась?

Он прищурился, пытаясь увидеть фальшь. Раньше ему доводилось встречать людей, которые старались завоевать его расположение ложной тревогой и волнением, которых не испытывали.

Ему не хотелось вспоминать те дни. И Терион совершенно точно не желал больше ощущать себя наивным глупцом.

Вот только Алэйна не смотрела на него с тревогой или сочувствием. Ничего подобного на ее лице не было. Казалось, ей лишь немного любопытно. Никаких преувеличенных эмоций. Ничего.

Неужели ее действительно просто интересует ответ на вопрос? В это сложно было поверить.

— Мне все равно, — спокойно ответил Терион, внимательно наблюдая за девушкой. Как она поступит? Возмутится? Рассердится? Или равнодушно пожмет плечами?

— Это очень глупо, — просто сказала она, а потом округлила глаза и закрыла рот рукой, словно испугавшись возмездия за дерзость и неуважительное отношение к королю.

Терион внезапно понял, что сейчас она сказала именно то, что думала. Алэйна действительно только что назвала его глупцом? Вот так просто?

— То есть, — принялась лепетать она, убирая руку, — я хотела сказать, что это очень, эм, мудро с вашей стороны, — она льстиво улыбнулась, однако Териона не мог обмануть столь непрочный фасад, — но недальновидно, — она несчастными глазами посмотрела на него. — Простите, ваше величество.

Казалось, Алэйна просто не может удержать в себе неприятную для него правду.

Выражение на лице девушки было настолько сложным, что Терион не выдержал и слегка улыбнулся, хотя, видят боги, ему хотелось рассмеяться в голос.

Она приоткрыла рот, набирая в легкие воздуха, словно хотела что-то сказать, но в последний момент передумала и отвернулась.

Терион ощутил сожаление. Ему хотелось услышать все, что она может сказать. И сейчас он ненавидел свою репутацию, ведь именно она пугала Алэйну.

Мысли вернулись к недавнему вопросу.

Он действительно плевал на то, что о нем говорят в народе. Дядя — младший брат его отца — всегда говорил, что самодостаточным и уважающим себя людям никогда не будет дела до мнения остальных. Они не должны оглядываться на других, строя свою жизнь.

Терион был с ним согласен. По крайней мере, в тот момент. Ему нравилась свобода, и он презирал необходимость считаться с мнением народа.

В конце концов, разве он виноват в чужой глупости? Тем более, Терион был убежден, люди будут выдумывать небылицы даже в том случае, если он не будет делать ничего. А раз так, зачем вообще обращать внимание на необразованных невежд? Так было до сегодняшнего дня.

Но почему простой вопрос Алэйны вызвал в его душе сомнения? Может быть, следовало уделить этому аспекту больше внимания?

— Я сказала что-то смешное? — внезапно спросила Алэйна, глядя хмуро и серьезно. Складывалось впечатление, что она все-таки не выдержала и спросила то, что ее интересовало.

— Я не смеюсь, — холодно произнес он.

— Вы смеялись, — настояла она. — Я видела. Совсем недавно.

И Терион снова поразился и внезапно подумал, что на этот раз следует приложить больше усилий.

Надежда, как и в прошлые разы, с готовностью отозвалась, но Терион не дал ей расцвести. Он хорошо помнил вкус разочарования, поэтому не спешил кидаться с головой в новый омут.

Он решил, что на этот раз будет подходить к браку с осторожностью. Сейчас слова Алэйны, что они должны повременить, показались ему вполне уместными. Однако это не значит, что он позволит невесте, которая явно желает сбежать от него, бродить по миру.

Мысль о том, что Алэйна на самом деле не испытывает к нему ничего, кроме желания держаться подальше, отозвалась в сердце неприятным уколом.

Если до этого дня Териону было многое безразлично, то сейчас ему внезапно захотелось оправдаться перед этой девушкой, убедить, что он совсем не такой, как о нем говорят.

Терион стиснул кулаки и с подозрением глянул на Алэйну. Она чиста, но это ведь не значит, что сам он не подвергся каким-то образом любовному заклятию.

Все верно! Следовало проверить и себя!

Подсознательно он понимал, что темная магия вряд ли позволила бы одурманить своего носителя, но Терион не мог придумать больше ни одной причины, почему эта девушка так на него влияла.

Ника поняла, что ей не ответят, еще до того, как задала вопрос, поэтому ничуть не удивилась молчанию короля.

Интересно, их отношения достаточно дружеские, чтобы ей сошел с рук вопрос о бывших женах короля? Просто ей было жизненно важно узнать, насколько правдивыми в этом случае были слухи. Что именно скрывалось за словами «ужасная участь»? Смерть? Пытки? Что-то еще более трагичное Вероника никак не могла придумать.

Она очень надеялась, что и здесь, как в случае с деревней, люди все не так поняли. Если это так, она даже подумает, чтобы остаться. Правда, смущало, что жены все-таки куда-то исчезли.

Не успела она додумать, как король резко встал, привлекая к себе внимание. Его лицо было сосредоточенным и хмурым. Он выглядел так, словно о чем-то внезапно вспомнил. Неужели забыл выключить утюг?

— Вас проводят, — произнес он и стремительно покинул помещение.

Ника так и осталась сидеть с приоткрытым ртом. Прищурившись, она поглядела на закрывшуюся дверь и вскочила на ноги.

— Какой хам, — буркнула она, нервно пройдясь по комнате. — Будто мысли прочитал, — недовольно прошептала, не понимая, что могло заставить короля так резко завершить разговор.

Рухнув обратно в кресло, она невольно вздрогнула, услышав, как дверь снова открылась. Неужели вернулся? Нет, это оказалась Эльза. Ника внезапно ощутила горький привкус разочарования. Одернув себя, села ровнее и с ожиданием поглядела на служанку.

— Идемте, госпожа, — произнесла девушка и посторонилась, давая проход. Ника оглядела помещение, но решила, что лучше отправиться к себе. Там можно было спокойно поговорить.

В коридоре их ждали несколько охранников. Как только Ника оказалась в зоне их видимости, они окружили ее, то ли защищая от неведомой опасности, то ли не давая сбежать. Что-то подсказывало Веронике, что верен именно второй вариант.

Насупившись, она вздернула подбородок, подобрала длинные юбки и стремительно направилась за Эльзой. Уже в своих комнатах, оказавшись подальше от глаз бдительных охранников, она выдохнула и выжидающе поглядела на служанку.

— Я многое узнала, госпожа, — шепотом поделилась та.

Ника опустилась на диван и жестом попросила девушку сесть рядом. Эльза с готовностью присела, наклонилась к уху Ники и принялась нашептывать новости, которые ей удалось раздобыть за эти пару часов. Удивительно, но девушка оказалась очень проворной. Ей даже удалось составить пару вполне рабочих планов, которые могли позволить им беспрепятственно покинуть замок короля.

Глава 10

Терион, добравшись до Касиуса, попросил проверить и его. Маг, впервые услышав от своего короля подобное указание, окинул его странным взглядом.

— Что? — спросил Терион, нахмурившись еще сильнее.

— Ничего, ваше величество, — пробормотал маг, поспешно смешивая ингредиенты для зелья выявления. Он еще не сошел с ума, чтобы говорить королю о своих подлинных мыслях!

— Говори, — потребовал Терион, грозно глядя на мага.

Касиус мысленно обругал себя. Не было ни шанса, что король оставит брошенный в свою сторону странный взгляд без внимания. Стоило быть более осторожным!

Конечно, Касиус знал, что его величество вовсе не такой безумец, как о нем говорят, но это не делало Даркана мягким и наивным человеком.

— Просто я подумал, — начал Касиус и замялся, понимая, насколько глупыми были его мысли, но раз король требовал, то маг обязан был их озвучить. — Это девушка, она довольно мила, — продолжил он и незаметно поморщился, вспомнив, как поначалу будущая жена короля нервировала своими капризами.

— И что? — Терион глянул на мага с предупреждением.

— Нет! — Касиус попытался в тот же миг дать понять, что ни в коем разе не претендует на девушку. — Я не о том, мой король! Она мне совсем не интересна. Вернее… — он запнулся, не желая лгать королю. — Интересна, — взгляд Даркана стал поистине угрожающим, заставив бедного мага обливаться холодным потом. И это только подстегнуло его поторопиться с объяснениями: — Не в том плане! Ваше величество! Она интересна мне из-за своей магии! Точнее, из-за ритуала, который был над ней проведен!

Договорив, он оперся руками о стол и постарался выровнять сбившееся от тревоги дыхание. Поистине, его величество порой пугает!

Услышав объяснение, Терион смягчился.

— Ты ведь хотел сказать что-то еще? — спросил он, не понимая, чего так сильно испугался маг. Разве он угрожал? К чему столько драматизма?

Вот только Терион не обращал внимания на тьму, которая скалилась по углам, смотря на мага голодными безднами глаз. Касиус в отличие от него все прекрасно видел и понимал, поэтому только и мог, что беспомощно улыбаться, радуясь, что удалось все объяснить вовремя.

— Я просто подумал, ваше величество, — отдышавшись, продолжил Касиус. — Может быть, дело вовсе не в магии?

Терион непонимающе на него взглянул.

— О чем ты?

Маг выдохнул и потер длинными тонкими пальцами виски. Иногда ему казалось, что у его величества не хватает эмоциональной чувствительности!

— Она может вам просто нравиться, — устало выпалил он, не забывая, впрочем, о зелье, которое требовалось сварить в самые кратчайшие сроки. Что-то подсказывало ему: упрямец не станет слушать доводов разума и решит все-таки проверить свою кровь на приворотные элементы.

— Исключено, — моментально отмахнулся король.

В душе Терион не был настолько уверен в ответе. Алэйна действительно полностью соответствовала его вкусам, да и ее характер был ему по душе, но он не мог поверить, что ему повезет встретить настолько подходящую ему девушку. В этом явно был какой-то подвох! И он собирался узнать, в чем именно дело!

— Как скажете, ваше величество, — не стал спорить Касиус, понимая, что это бесполезно. Нет в королевстве упрямей человека, чем король Даркан.

Спустя некоторое время и зелье, и ритуал показали, что сам Терион тоже полностью чист. Ни в магии, ни в его крови не было ничего, что влияло бы на его мысли или решения. Подобное только сильнее сбивало короля с толку. Ему все еще трудно было поверить, что маг, возможно, оказался прав.

В кабинет он вернулся в некоторой прострации.

Налив полкружки огненной жидкости, Терион залпом выпил и замер, обдумывая недавние события. По всему выходило, что на его чувства ничто не влияло. В это было трудно поверить, но реальность доказывала иное.

Все еще оставалась возможность предательства Касиуса, но Терион понимал, что обдумывает этот вариант исключительно из упрямства и какой-то болезненной необходимости доказать, что он прав.

В дверь постучали, прерывая поток нерадостных мыслей. Убрав кружку, Терион встал около стола и разрешил войти. Сложив руки на груди, он хмуро глянул на вытянувшегося в струну стражника.

— Господин Амикус Вилайнус с донесением! — громко произнес мужчина, стараясь не смотреть прямо в глаза своему королю.

Терион удивился. Насколько он знал, Вилайнус — один из пограничных баронов. Что он делает в столице? О каком донесении идет речь? Терион прищурился. Никто из его тайных агентов не сообщал, что на южной границе неспокойно. Да и тьма молчала. Это было подозрительно, а Терион не любил, когда что-то выглядело так подозрительно.

— Пусть войдет, — разрешил он, мельком глянув в сторону колышущегося в углах мрака.

Стражник стукнул себя в грудь кулаком, резко развернулся и вышел из кабинета. В коридоре послышались голоса. Потом дверь снова открылась, и в комнату торопливо вошел низкорослый, полноватый и явно сильно нервничающий мужчина. Увидев короля, человек едва не затрясся, а потом рухнул на колени, упершись головой в пол.

— Ваше величество! — проревел неожиданно он, заставив Териона поморщиться от силы звука.

— Встань, — приказал мужчине Терион, не забывая наблюдать за пришедшим крайне внимательно. — Что привело тебя сюда? — спросил он, когда человек подчинился и кое-как поднялся на ноги. Было видно, что тому сложно совладать с собственными конечностями.

— Нужда, ваше величество! — выкрикнул посетитель, а потом сделал два шага вперед и снова рухнул в поклоне. — Прошу, выслушайте!

— Встань, — терпеливо произнес Терион. — И говори.

Мужчина, отдуваясь, снова поднялся. Терион заметил, что в процессе Вилайнус приблизился еще немного. Это заставило все инстинкты короля напрячься. Он не любил, когда люди подходят к нему слишком близко. Особенно практически незнакомые люди. Правда, это почему-то не касалось Алэйны, которую он не так давно буквально на руках носил.

Эта мысль поразила его, но Терион не стал долго останавливаться на ней, вернув внимание человеку перед собой.

— Великая смута началась на моих землях! — громко произнес мужчина, а потом еще раз рухнул на колени. — Помогите, ваше величество! Я знаю, вражины туманят людям разум. Те верят и идут брат на брата с вилами!

Терион оттолкнулся от стола и подошел к человеку чуть ближе. Ни о каких восстаниях ему не докладывали. Он с интересом оглядел коленопреклонённого мужчину. Тот замер, будто ощутив, что король стоит очень близко.

— Говоришь, враги? — поинтересовался Терион, сжимая руку в кулак.

— Истинно так, — пробормотал мужчина вкрадчиво, а потом внезапно оказался прямо перед лицом короля. Его глаза безумно сверкали, а губы были растянуты в зловещий оскал. — Умри, темная тварь, — прошипел он, но в следующий миг дернулся. На его лице появилась гримаса боли. Секунду назад полные злобы и жизни глаза потускнели, а потом застыли. Мужчина медленно сполз и рухнул на пол.

Терион вздохнул, глядя, как с его удлиненных черных когтей на пол кабинета капает алая кровь. Со стороны двери послышался задушенный писк. Резко подняв голову, он увидел побледневшее лицо Алэйны.

* * *

— Говорят, король не любит чужаков в своем доме, — зашептала Эльза, наклонившись к Нике. — На него несколько раз нападали в замке, поэтому он стал относиться к любым гостям с большим подозрением.

— Ну еще бы, — Вероника хмыкнула. Мало кому понравится ходить по собственному дому, шарахаясь от каждой тени. Впрочем, король ведь темный маг, тени ему вряд ли страшны.

— Все, кто прибывает сюда, обязаны предстать перед ним, сказать, с какой целью прибыли, и получить бумажку с печатью. Если охрана в чем-то вас заподозрит и потребует показать разрешение, а его у вас нет, то будьте готовы к тюремной камере.

— Все так строго? — удивилась Ника.

Ей король никакой бумажки не давал, да и раньше она ни о чем подобном не слышала. Вернее, не она, а Алэйна. Видимо, такие бумажки были обыденностью, о которой даже не упоминалось.

Эльза кивнула.

— У всех местных слуг вообще есть специальный жетон.

— Ого, серьезно, — Ника покачала головой, подумав, что вскоре и в этом мире пышным цветом расцветет бюрократия. Если этого еще не произошло, конечно.

— Но самое главное — без бумажки или жетона вас никто не выпустит из замка, — прошептала Эльза с блеском в глазах.

— А вот это плохо, — Ника скривилась, подумав, что все усложняется. Сбежать так просто не получится.

— Не волнуйтесь, госпожа, — Эльза придвинулась ближе, глядя на Веронику с азартом. — Нам просто нужно раздобыть пару жетонов, — с этими словами она залезла в карман и достала из него небольшую каменную пластину на веревочке. — Один уже есть, — хмыкнула она, явно гордясь собой.

— Где ты его взяла? — с изумлением спросила Ника, подхватывая интересную вещь.

Выглядела та довольно грубо, правда, это не касалось странной надписи, буквально вплавленной в металл. Прочесть написанное не представлялось возможным. И не потому, что буквы были неразборчивыми, просто язык не был знаком ни Нике, ни Алэйне.

Поглядев завороженно на витиеватые слова, она осторожно провела по ним кончиком пальца. Показалось, что от букв в тот момент поднялся легкий, едва заметный, черный дым. Нахмурившись, Вероника приблизила табличку к глазам, но ничего необычного не заметила, поэтому решила, что в первый раз ей показалось.

— Позаимствовала, — ответила Эльза.

— То есть украла? — хмыкнула Ника. — Молодец, — похвалила она служанку, совершенно не испытывая угрызений совести за то, что поощряет чужие преступные наклонности. — Только один?

Эльза тут же сникла.

— Второй не получилось.

— Не забудь про Михая, — напомнила Ника, не собираясь оставлять парня в этом месте. — Значит, нам надо добыть еще две таблички или… — она прищурилась, просчитывая варианты.

— Да, да, — кивнула девушка рядом. — И тогда мы могли бы одеть вас, госпожа, как служанку, а после выскользнуть из замка. Есть еще один вариант, — Эльза чуть замялась.

— Ну, — поторопила ее Ника, вернув внимание к реальности. — Что еще придумала, рассказывай.

— Каждый понедельник вечером из замка выезжает телега с пустыми бочками из-под рыбы. Рыбу в замок привозят, здесь оставляют, а вместо нее забирают пустые бочки, чтобы потом наполнить свежей.

— Ты предлагаешь нам спрятаться в этих бочках? — поинтересовалась Ника, заранее представив, какой запах будет внутри такого укрытия. Первый план нравился ей больше.

— Разве бочки не проверяют? — уточнила Ника, сомневаясь, что король оставил бы такую соблазнительную прореху в своей защите.

— Проверяют, — Эльза важно кивнула. — Но вы сами понимаете, госпожа, как это бывает, — она хитро прищурилась и улыбнулась.

— Придется бросать почти все вещи, — Вероника вздохнула, подумав, что в случае побега главное — забрать золото и драгоценности. Остальное — дело наживное! — Тогда для начала попробуем первый план, — произнесла она, встряхнувшись. — Надо позаимствовать еще два жетона, а лучше раздобыть печать.

Эльза глянула на нее со скепсисом.

— Не думаю, что найти печать короля будет так просто.

Ника задумалась, пытаясь вспомнить, что лежало на столе короля. Была ли там печать? Или хотя бы что-нибудь, отдаленно напоминающее ее? И почему она была так невнимательна?! Нужно было смотреть во все глаза!

Вспомнив, что король покинул кабинет в спешке, Ника решила, что вполне можно сходить и посмотреть. А охранникам скажет, что забыла что-нибудь. Например, платок. А что? Вдруг это ее самый любимый платок, без которого она жить не может?!

А если король вернулся в кабинет, то она обязательно что-нибудь придумает. Голова ей на что?

— Так, отлично, — сказала она и встала. — Будем действовать вместе. Ты идешь искать возможность найти еще таблички, а я попробую добыть печать.

Эльза в тревоге схватила Нику за руку.

— Это может быть опасно, — прошептала она. — А вдруг вас поймают? Он ведь такой страшный! Госпожа!

— Не волнуйся, — Вероника улыбнулась и вытащила руку из чужого захвата. — Все будет хорошо.

— Но…

— Иди, Эльза, — с нажимом попросила Ника, перебивая девушку. Не хотелось еще с полчаса спорить. Время идет. Она чувствовала, что надо бежать сейчас, иначе будет поздно.

Что именно произойдет, понятно не было, но шестое чувство подсказывало, что иначе она лишится чего-то важного. Хорошо, если только свободы, а не сразу жизни!

Служанка насупилась, но спорить больше не стала. Вскоре они обе покинули комнату. Эльза сразу ушла в сторону кухни, а Ника, слезно заверив маячившую рядом с входом охрану, что оставила у правителя очень важную для себя вещь, отправилась обратно в кабинет.

Стражники заволновались, когда они все вместе подошли к кабинету. И Вероника их понимала. Насколько она помнила, комнату должны были охранять несколько человек. Но сейчас на посту находился только один мужчина, да и тот безвольно сидел, подперев спиной стену и свесив голову на грудь. Выглядел он крепко спящим. Или мертвым.

Охранники немедленно кинулись к нему, затормошили, спрашивая, куда подевался его напарник и что случилось. Человек никак не реагировал, только голова моталась из стороны в сторону.

Ника поглядела на это некоторое время, а потом решила, что сейчас идеальное время, чтобы проникнуть в кабинет без вопросов. Конечно, нехорошо пользоваться, возможно, чужой смертью, но она ведь не виновата в том, что случилось с охранником!

Бочком приблизившись к двери, она аккуратно, пытаясь не привлекать к себе лишнего внимания, приоткрыла дверь. Ника уже собиралась скользнуть внутрь, как застыла, пораженная увиденной картиной.

Ей не повезло — его величество вернулся в кабинет раньше. Правда, в этот момент она думать забыла о какой-то печати, ведь король только что на ее глазах убил человека! Просто взял и проткнул его живот рукой, с которой сейчас прямо на пол капала кровь!

Сглотнув, Ника хотела закрыть дверь с обратной стороны, но ее словно что-то толкнуло — она ступила в кабинет, ощущая себя так, будто входит в клетку с диким и свирепым хищником!

— Добрый вечер, ваше величество, — поздоровалась Вероника и мило улыбнулась, стараясь не смотреть на лежащего на полу человека. — Я решила проверить, как ваши дела, — добавила она, а потом, ощущая, как подрагивают внутренности, достала из кармана платок и направилась к застывшему королю.

Тот выглядел так, словно готов был откусить голову любому, кто приблизится. Темные глаза напоминали две черных дыры, в которых терялся любой свет. А между бровями отчетливо виднелась глубокая складка.

— В комнате совершенно нечего делать, — пожаловалась Ника, ругая себя в душе. И зачем она вошла? Надо было закрыть дверь с той стороны и сделать вид, что заглянула сюда по ошибке! — Ах, я так скучаю по дому. По моей дорогой сестре. Она всегда знала, как развеять скуку, — Ника продолжила нести чепуху, а дойдя до трупа, мельком взглянула на него и обошла стороной.

— Я вижу, вы испачкались, ваше величество, — произнесла она сладким голосом, а потом совершенно бесцеремонно (от страха все клетки в мозгу отмерли, не иначе!) подхватила окровавленную руку и принялась стирать кровь платком. — Ужасный запах, — она поморщилась, глядя на черные когти так, словно ничего обычнее в жизни не видела.

Если так подумать, в интернете порой постили и более страшные или необычные вещи. Например, Ника навсегда запомнит ногти с прилепленными маленькими руками. Вот ЭТО страшно, а какие-то черные когти — ерунда! Тем более они выглядели вполне стильно. Узкие, острые, гладко отполированные, прямо до блеска. Ни кутикул, ни заусенцев — настоящая красота! Длинноваты, правда, но ничего страшного, король ведь посуду сам не моет, да и не стирает, так что даже такая длина не должна ему мешать.

— Но руки помыть все-таки придется, — произнесла она наставительно. — Главное, в рот их не тяните. Кто знает, что у него внутри было. Еще подхватите заразу какую-нибудь. Мясо сырым вообще есть вредно. Там паразиты всякие бывают.

— Я не собирался его есть, — произнес король медленно.

Ника вскинула взгляд. Его величество смотрел прямо на нее. И она вдруг подумала, что находиться под этим взглядом одновременно и жутко, и волнительно.

— Я не говорю, что вы будете его есть, — сказала Вероника, опуская голову и продолжая вытирать уже полностью сухую руку. Она невольно залюбовалась тем, как черный цвет от когтей переходил на плоть. Выглядело симпатично. — Просто сунете случайно палец в рот, а кровь мало стереть, ее нужно смыть водой!

— Я учту, — хмыкнул король, но с места не сдвинулся.

— Хорошо, — Ника кивнула, выдохнула и все-таки отпустила «измученную» конечность. Она принялась хаотично размышлять, что бы еще сказать, чтобы не показаться слишком подозрительной. — Ах, мне было скучно, да. Я решила прогуляться. Шла мимо, думаю, дай загляну, узнаю, не хотите ли вы прогуляться со мной. Но я вижу, вы заняты. Дела, дела, — она рассмеялась и отошла от короля ближе к двери. — Теперь я понимаю, было глупо с моей стороны думать, что у вашего величества…

— Я не занят, — совершенно бесцеремонно перебил король, явно не желая дослушивать то, что она скажет. — Вы хотите увидеть замок?

— Замок? — Ника моргнула. Ее взгляд невольно прикипел к трупу. Тучный мужчина лежал на боку. Было плохо видно, но, кажется, на его лице застыл ужас. Она сглотнула и, подняв взгляд, улыбнулась. — Да, конечно! Я была бы рада. Только без подземелий, хорошо? — она снова тихо рассмеялась. — Не люблю сырость и холод.

Король на это кивнул, а затем подошел к ней, протягивая локоть. Ника скользнула взглядом по руке и внезапно поняла, что никаких нечеловеческих когтей больше нет. Если бы она не прикасалась к ним минуту назад, то вполне могла бы подумать, что ей показалось.

Когда они выходили из кабинета, Вероника невольно бросила взгляд назад. Труп никуда не делся — он по-прежнему лежал на полу.

Она судорожно вдохнула, а потом улыбнулась королю, заметив, что тот смотрит на нее. Про печать Ника и не вспомнила — не до нее было.

В коридоре царил настоящий хаос. Многочисленные люди толпились перед дверью и, судя по громкости их голосов, вскоре готовились кинуться в драку.

Король остановился, недовольно глядя на происходящее. Ника тоже притормозила. Она нахмурилась, пытаясь сложить картину в единое целое.

Пустой пост (не считать ведь человека, который уже мог быть мертв) и труп, оставшийся в кабинете. Все выглядело скверно.

Ника покосилась на его величество. Тот поймал ее взгляд и вздохнул.

— Кажется, на сегодня прогулка отменяется.

Терион тихо кашлянул. Сначала никто, казалось, не обратил на это внимания, но спустя некоторое время люди начали замолкать и поворачиваться в сторону короля. На их лицах отчетливо проступал страх.

Не прошло и минуты, как все они рухнули на колени, явно готовые понести любое наказание за то, что произошло недавно.

— Встать, — приказал король.

Ника видела, как некомфортно людям. Их тела были напряженными, а позы скованными. Создавалось ощущение, что они готовы в любой момент вскочить на ноги и кинуться прочь.

Вероника их понимала, ведь приказ короля пару секунд назад был больше похож на хлесткую пощечину, чем на простое слово.

Повинуясь воле правителя, люди поднялись, но никто из них не смел смотреть королю в глаза.

— Отведите мою невесту в ее покои, — озвучил Терион новый приказ, отобрав для его выполнения несколько человек.

Он не был полностью уверен, что нападающие не станут целиться в его будущую жену, поэтому вскоре у выбранных людей на шее появились кольца черного дыма.

— Одно неверное движение — и ваши головы будут отделены от тела, — предупредил он их.

Охранники мельком глянули друг на друга и побелели практически до синевы. Ника даже подумала, что кольца уже начали их душить.

Терион надеялся, что этого будет достаточно.

— Да, ваше величество, — хором ответили охранники и перевели взгляд на Нику.

Ей не хотелось уходить, но, судя по всему, сейчас королю не до нее. Обещанная прогулка откладывалась.

Присев в изящном (как Ника надеялась) реверансе, она мило улыбнулась правителю и попрощалась. Спустя некоторое время до нее донесся недовольный голос короля, который требовал привести кого-то к нему.

Сам Терион был не рад. Ему в этот момент хотелось совсем иного, но приходилось разбираться с очередным покушением.

Вскоре были найдены стражники, которые пропустили барона к нему в кабинет. Они были мертвы. Печально, но предсказуемо. Терион не ожидал, что ответственные за сегодняшний инцидент оставят таких важных свидетелей живыми, поэтому их смерть не рассердила его и не расстроила.

И мертвыми были не только они.

За пределами замка было найдено тело служанки. Как оказалось, она дала стражникам отравленное вино, когда те выполнили свою задачу. После этого девушка покинула замок, но далеко уйти не смогла. Ее убили ударом ножа в шею, а тело бросили в канаву.

Личные вещи и комнаты всех причастных были несколько раз осмотрены, но ничего подозрительного не обнаружилось.

Единственный человек, который мог рассказать что-либо (охранник, оставшийся перед дверью кабинета), вскоре умер, не справившись с последствиями ранения. След оборвался.

Глава 11

Вернувшись в выделенные для нее комнаты, Ника некоторое время провела в уборной, успокаиваясь после того, что ей довелось недавно увидеть. Она понятия не имела, как не убежала в тот же миг с криками, размахивая руками!

Повалившись на кровать, Вероника положила ладонь на лоб и прикрыла глаза. Ее жизнь превратилась в какое-то безумие! Еще совсем недавно она и представить не могла, что придется искать способ выжить в глухом средневековье, в котором не было привычных для нее вещей.

Пытаясь отделаться от вида кровавого трупа, лежащего на полу в кабинете короля, Ника вспомнила все, что с ней случилось недавно. Многое по-прежнему казалось нереальным, отчего иной раз проскакивала мысль, что она просто сильно ударилась головой и сейчас бредит, а ее воспаленный мозг комбинирует ранее виденное, составляя какие-то запредельные сюжеты.

Ника крупно вздрогнула, когда услышала тихий стук в дверь.

— Госпожа, вы там? — донесся до нее голос Эльзы.

— Входи! — крикнула Вероника и убрала руку от лица, а потом села на кровати более удобно для разговора.

Служанка, получив разрешение, открыла дверь и юркой лаской скользнула внутрь.

— Как наши дела? — поинтересовалась Вероника, с нетерпением ожидая хороших новостей.

И пусть она была уверена, что у короля имелась причина для убийства, Ника все еще помнила о проклятии. Не было сомнений, что ей лучше держаться от правителя этого королевства подальше.

Эльза в тот же миг просияла.

— Все удалось, — с гордостью провозгласила она, вытаскивая из кармана уже три пластинки.

Ника улыбнулась и протянула руку. Эльза села на кровать и отдала жетоны госпоже.

— Великолепно, — прошептала Ника. — Попробуем сегодня.

— Не рано ли? — встревожилась служанка, нахмурившись. Ей казалось, что лучше всего усыпить бдительность, а потом уже бежать.

— Нет, — Ника покачала головой. — Сейчас самое лучшее время. На короля сегодня покушались, — после ее слов Эльза ахнула, прикрыв рот ладонью. — Он выжил, не волнуйся, но ему сейчас точно будет не до нас. Так что более удачного времени и придумать нельзя.

Эльза, чуть успокоившись, сосредоточенно кивнула. Она была настолько увлечена добыванием жетонов, что совершенно не заметила чего-то необычного, а ведь слуги наверняка говорили о покушении.

— Тогда нам надо готовиться.

Ника кивнула и поднялась. Если они хотели успеть до вечера, то следовало поторопиться.

— А не станут ли охранники из-за покушения проверять выходящих более пристально? — забеспокоилась Эльза, критически оглядывая госпожу, одетую в наряд служанки.

— Такая возможность существует, — Ника задумчиво кивнула. — Тогда нам надо выбрать время, когда охранники меняются. Подойдем к концу смены. Стража к этому времени будет уставшей и нетерпеливой.

Эльза согласилась и вздохнула.

— Что такое? — встревожилась Ника, оглядывая себя. — Плохо сидит?

Эльза бросила на госпожу укоризненный взгляд и покачала головой.

— Хорошо сидит. Даже слишком хорошо! — с легкой обидой в голосе произнесла она. — Но никто никогда не заподозрит в вас простую служанку!

— Это тебе так кажется, — отмахнулась Ника. — Просто ты знаешь о моем статусе, вот тебе и мерещится. Но жемчужины из волос лучше убрать, — укоризненно добавила она, глядя на Эльзу так, словно сомневалась в наличии у той разума.

Девушка вспыхнула от стыда и принялась торопливо выпутывать украшение из густых волос. Она совсем об этом забыла! То-то ей казалось, что что-то не так! Вряд ли существует на свете хоть одна служанка, которая будет носить на голове драгоценности!

— Готово, — отчиталась Эльза, закончив заново заплетать волосы госпожи.

Ника кивнула и надела белый чепец.

— Ну как? Теперь больше похожа? — спросила она, разглаживая серый фартук на животе.

Нынешняя одежда по удобству нравилась ей гораздо больше, чем прежние платья. Слугам приходится много работать, так что ничто не должно слишком сковывать их движения. Единственное, что она оставила, — это сапожки. Они были более приятными в носке, чем башмаки служанок.

— Если честно, не слишком, — резюмировала Эльза. — Просто держите голову опущенной, госпожа. И не смотрите никому в глаза.

Ника кивнула, давая понять, что приняла совет к сведению. Она в любом случае хотела вести себя именно так. Не стоит демонстрировать лицо направо и налево.

— Михай?

— Он должен на пару мгновений отвлечь охрану, чтобы вы успели выскользнуть в коридор, — произнесла Эльза, проверяя на вес два мешка.

Тот, что весил меньше, она отдала госпоже. При этом девушка с сожалением поглядела на вещи, которые приходилось оставить. С собой они брали только золото и кое-какую еду. Слишком объемные мешки могли вызвать у стражников вопросы. И так придется юлить, чтобы избежать проверки!

Оглядев комнату в последний раз, они кивнули друг другу.

Подойдя к двери, они застыли, прислушиваясь к шуму снаружи. Было тихо. Минуты тянулись, заставляя нервы напрягаться.

В какой-то момент они услышали грохот. Ника вздрогнула от неожиданности, а Эльза и вовсе пискнула, слегка отшатнувшись от двери.

— Вперед, — прошипела Ника, открывая дверь. Эльза в тот же миг вышла из комнаты.

Ее взгляд зашарил по коридору. Вероника терпеливо дожидалась разрешения выйти. Осознав, что путь свободен, служанка кивнула — и Ника выскользнула за дверь, торопливо отходя от нее на несколько шагов.

Около покоев стоял один из охранников, но его внимание было направлено в другую сторону, поэтому он, к облегчению Ники, ничего не заметил.

Вероника с Эльзой отошли к противоположной стене и мелкими шагами направились по коридору, делая вид, что тихо перешептываются и смеются, время от времени бросая взгляды на возвращающегося к посту стражника.

Охранник, заметив симпатичных служанок, ухмыльнулся и приосанился, занимая недавно покинутый пост. Он и думать забыл о криворуком слуге, который решил, что тащить сразу два подноса с посудой — отличная идея. Неудивительно, что в какой-то момент невезучий парень споткнулся и все опрокинул, потревожив грохотом половину замка! Руки бы ему оторвать!

Ника с Эльзой, завернув за угол, выдохнули. Неподалеку они увидели Михая в окружении побитой посуды. Парень, заметив их, выпрямился и кивнул.

— Госпожа, — поздоровался он, поправляя на плече мешок с вещами, которые обязательно пригодятся в путешествии.

— Поспешим, — шепнула Ника и торопливо последовала за уходящей вперед Эльзой. В отличие от Вероники, служанка успела разузнать путь до спасительного выхода.

На удивление, им беспрепятственно удалось покинуть пределы замка. Хотя, видят боги, Ника едва могла мыслить трезво из-за нервозности, которая буквально сотрясала ее тело. Ей казалось, что в любой момент их поймают и вернут в замок, но в этот раз король не будет настроен столь благодушно.

Их накажут! Или запрут на веки вечные!

Она даже несколько раз подумывала вернуться, но в такие моменты перед глазами вставала сцена в кабинете. Слухи вполне могли быть преувеличены, но наверняка что-то все-таки было в истории с проклятием и «ужасной участью» жен, раз люди вообще об этом заговорили.

Их жетоны проверили на выходе. Нике показалось, что один из охранников оглядел их с подозрением. В тот миг Вероника мысленно молилась, чтобы страж поленился проверять чужие мешки и уточнять, кто они такие. Она очень надеялась, что слуг в замке слишком много, чтобы стража на дверях запомнила каждого.

К ее счастью, подошло время смены, так что стражник отвлекся. Ему явно уже хотелось отдохнуть, поэтому проверку он оставил сменщикам. А тем, в свою очередь, после отдыха не хотелось слишком напрягаться, так что они понадеялись, что их предшественники проверили подозрительную троицу, и пропустили Нику со спокойной душой. Человеческий фактор, ничего особенного.

— Нам удалось? — недоверчиво шепнула Эльза, когда они пересекали громадный мост, перекинутый через широкий ров.

— Тихо, — шикнула Ника, немного ускоряясь.

Замок короля стоял на возвышении и выглядел очень мрачно. Ничего удивительно, учитывая, какой именно магией обладал его хозяин. Любому, кто смотрел на это строение, становилось не по себе. Ника была уверена, что состояние замка, вернее, его темная аура только увеличивает степень народного отчуждения для короля. Но теперь это совсем не ее проблема!

Усмехнувшись, она шагнула с моста и вздохнула свободнее. Казалось, именно этот шаг отделял ее от полной свободы.

Внизу, на равнине, расстилался большой город. От замка до самой городской стены текла широкая дорога, заканчивающаяся на той стороне массивными воротами. С высоты это было хорошо видно. Вероника нахмурилась сразу, как только поняла, что придется пройти еще одну проверку. Если они не поспешат, то король, прознавший, что будущая жена сбежала, отдаст приказ никого не впускать и не выпускать из города.

— Нам не обязательно идти через главные ворота, — успокоил ее Миха й.

— Нет? — Ника глянула на него вопросительно.

— В любом городе… — начал юноша, слегка замявшись, — всегда есть… другие выходы.

— Это какие? — не совсем поняла Вероника.

— Контрабанда, госпожа, — сдавшись, принялся объяснять Михай. — Для ее доставки нельзя использовать официальные ворота, но всегда можно отыскать тайный вход, о котором знают только… эм… определенные люди.

— О, — Ника моргнула. Она думала, что в этом мире ничего подобного еще не существует, однако ошиблась. Вероника не стала спрашивать, что именно проносят через те входы, примерно понимая, на какой товар может существовать запрет. — И мы знаем, где найти эти проходы? Нас пропустят?

Михай ничего ответил, просто кивнул и повел их вниз по склону. Приходилось торопиться, так как имелся шанс, что король хватится беглецов и отправит погоню, а лошади бегут быстрее, чем идет человек.

То ли его величество был сильно занят, то ли общения с невестой ему в этот день хватило, но к моменту, когда беглецы затерялись на узких улочках средневекового города, никакой погони все еще не было.

Вот только высоко в постепенно темнеющем небе парила птица, зорко следящая за тремя людьми, пробирающимися к городской стене.

* * *

Терион наблюдал за убегающей троицей с болезненным любопытством и недоумением. Нет, он знал, что рано или поздно очередная жена сделает все, чтобы оказаться от него как можно дальше, но даже представить не мог, что в этот раз не успеет даже жениться!

Да о чем он?! Алэйна не пробыла в замке и пары дней, а уже сбежала! Это абсолютный рекорд, и вряд ли кто-то сможет хотя бы повторить его, не говоря уже о том, чтобы превзойти!

Впрочем, и снова он немного неправ: Алэйна пыталась сбежать еще до того, как увидела его! Терион вместо обиды ощущал что-то вроде бессилия и чувства опустошенности.

По какой-то странной причине, кроме отрицательных эмоций, он чувствовал легкое веселье и даже гордость. Его поразило, как ловко Алэйна обвела всех вокруг пальца, улизнув из-под носа приставленной к ней охраны. Настоящий талант!

А еще нельзя было отрицать, что в хрупком теле будущей жены таится недюжинная храбрость. Некоторые жены в прошлом именно из-за нерешительности и боязни тянули до последнего, пока не вмешивалась сама судьба, подталкивая их к тому, что было неизбежным.

Терион мог остановить беглецов еще на выходе. Таблички для слуг он делал лично, поэтому обмануть его в отличие от охраны было непросто. Но Терион загорелся любопытством, поэтому позволил им уйти, решив посмотреть, как далеко они зайдут.

Кроме всего прочего, Терион не был святым. Он мстительно хотел увидеть искривленное разочарованием лицо Алэйны, когда до места, куда они так стремятся, останется всего лишь шаг, который Терион не даст им сделать.

Как только эта мысль пришла ему в голову, Терион замер, а потом выдохнул и покачал головой, откидываясь на спинку кресла.

— Что я делаю? — пробормотал он, прикрывая глаза.

Какой толк во всем этом? Зачем удерживать ее, если она так отчаянно не хочет быть с ним? Зачем он тратит время и нервы на то, чтобы переломить давно кем-то написанную судьбу? Это было бессмысленным занятием.

«…но ни одна душа этого мира не пожелает быть с ним до конца».

Терион распахнул глаза и сжал кулаки. Ему хотелось перенестись в прошлое прямо в тронный зал своего отца и свернуть шею старой карге, которая произнесла злополучные слова! Он понимал, что это вряд ли поможет, ведь оракулы всего лишь изрекают волю высших сил, но желание все равно никуда не делось.

Терион всегда знал, что проклят самим миром. О, никто даже не думал скрывать от него кровавое пророчество, предрекающее ему тридцать три года одинокой жизни.

В детстве ему казалось, что в этом нет никакой проблемы. Женщины в тот момент его не интересовали, а точная дата смерти казалась чем-то очень далеким. Но чем старше он становился, тем яснее понимал, как мало ему отпущено времени. Он не поверил сразу. Решил, что карга просто разозлилась из-за чего-то на его отца, вот и устроила представление, напугав родителей Териона. Правда, вскоре пришлось признать, что пророчество могло быть настоящим.

Годы шли, Терион упрямо пытался, не желая так легко сдаваться. Он искал лазейки в когда-то давно изреченных словах, но по всему выходило, что тьме суждено все-таки поглотить его в назначенный срок.

Стукнув кулаком по столу, Терион поднялся на ноги и принялся ходить по кабинету, словно запертый в клетке зверь.

Как глупо с его стороны! Он не должен был даже надеяться! Но! Алэйна показалась ему совсем другой. Вопреки здравому смыслу, который подсказывал, что следует просто отпустить девушку, Териону хотелось сорваться с места, найти и привести ее обратно в замок, а потом запереть дверь в покои на замок! Чтобы точно никуда не делась!

Остановившись, он глубоко вздохнул и потер занывшие виски. Тьма по углам колыхнулась, словно напоминая, что готова выполнить любое его желание. Терион отмахнулся. Он отпустит Алэйну. А еще перестанет спорить с судьбой. Толку от этого, как оказалось, нет никакого.

«Грядет король великий, но дни правления его будут коротки. Тридцать три года — и тьма поглотит разум. Прольются реки крови. Алое безумие охватит мир. Вой людской достигнет ушей богов, но боги отвернутся».

Терион тряхнул головой, изгоняя из нее скрипучий голос. Прошло столько лет, а он до сих пор помнит эти слова так, словно они были произнесены лишь вчера.

«И не будет более надежды, ведь только женщина сможет удержать ту тьму, но ни одна душа этого мира не пожелает быть с ним до конца».

Нечего было и пытаться.

Отозвав всю тьму от слежения за Алэйной, Терион собрался с мыслями и решил поработать.

Зла он своему народу не желал, поэтому позаботился о фиале с ядом, который быстро и безболезненно заберет его жизнь в назначенный срок. Но до этого момента было еще далеко, так что предстояло много работы.

Зарывшись головой в бумаги, он принялся разбираться с различными прошениями и предложениями.

И пусть душу дергала тревога за сбежавшую невесту, Терион отмахивался от этого чувства, не желая больше думать о женщине, которой он настолько неприятен.

Он так преуспел в игнорировании, что слегка вздрогнул, когда в кабинет влетела одна из его любимиц.

— Нагулялась? — спросил Терион, совсем позабыв, что лично отправлял ее присмотреть за Алэйной. На всякий случай. Тьма тьмой, а альтернативный способ слежения должен иметься.

Вместо ответа сова забила крыльями, заухала, а потом беспокойно заметалась по кабинету, едва не задевая голову Териона крыльями.

— Да что с тобой? — изумился он, подумав, что никогда не видел одного из своих фамильяров в таком возбужденном состоянии.

Поглядев в окно, Терион заметил, что ночь давно уже накрыла мир. Его зрение позволяло легко видеть в темноте, поэтому он и не обратил внимания, что уже стемнело.

Игнорируя птицу, Терион откинулся на спинку кресла и вздохнул. За часы, проведенные в сидячем положении, конечности немного затекли. Следовало пройтись, а лучше — сходить на тренировку.

Правда, было уже поздно, на полигоне точно никого нет, но Териону и не требовалась компания.

— Ах ты! — выругался он, когда птица, усевшись на спинку кресла, бесцеремонно клюнула его в ухо. Да так сильно, что на пальцах осталась кровь, когда Терион прикоснулся к месту укуса. — Перья вырву и подушку ими набью! — пригрозил он, а потом застыл.

В памяти всплыл эпизод, когда он вечером лично отправил эту сову сверху последить за троицей. На всякий случай. В тот момент он все еще намеревался вернуть Алэйну.

Вскочив с места, Терион замер, на миг растерявшись.

— Что-то случилось? — требовательно спросил он, а потом беспрепятственно скользнул в разум птицы. Чужое сознание заметно отличалось от людского, но совы были его фамильярами, поэтому он легко отыскал нужную информацию.

Чертыхнувшись, Терион махнул рукой, мгновенно открывая портал. Он ни секунды не раздумывал, понимая, что даже сейчас уже может быть поздно, ведь птице требовалось время, чтобы долететь до замка.

Шагнув в грязный переулок, Терион впился взглядом в ближайшего человека.

— Ушли? — спросил мужчина, с прищуром глядя на подчиненного. Тот стоял, склонив голову, и всем своим видом выказывал покорность.

— Да, господин, — ответил человек, заставляя себя дышать спокойно и размеренно.

Он ненавидел того, кто требовал от него подчинения, но ничего не мог сделать. Жизнь сестры была дороже свободы! Человек был намерен сделать что угодно ради ее выживания, даже отправиться в ад!

О, он был уверен, что после всего, что ему пришлось сделать по приказу «господина», именно туда его и отправят! Но ему не о чем было жалеть! Пока сестра жива, сожаления не тронут его сердце!

— Хорошо, хорошо, — благодушно улыбнулся мужчина. Лицо моментально украсили тонкие морщины. Многие, когда видели их, проникались к собеседнику доверием, ведь они свидетельствовали о добром нраве и улыбчивой натуре. — За ними наблюдают?

— Да, господин.

— Нужно сделать так, чтобы они беспрепятственно покинули город.

— Конечно, господин, — человек склонил голову еще сильнее. — Вскоре их встретят и проведут к выходу. Все будет выглядеть естественно, никто ни о чем не узнает.

— Прекрасно, — мужчина провел рукой по покрытой редкими седыми волосами голове и, наконец, полностью расслабился.

Когда он узнал, что его племянник решился на еще одну женитьбу, то не мог поверить упрямству, с которым мальчишка цеплялся за свою никчемную жизнь.

Сколько еще нужно попыток, чтобы понять, что все бессмысленно? Юнцу следует поберечь старое сердце своего трудолюбивого дядюшки!

А ведь он, Магнус Даркан, на самом деле был очень и очень трудолюбивым. Ему пришлось приложить громадное количество сил, чтобы ничто не отвлекало племянника от его королевских обязанностей!

А что может отвлекать сильнее, чем женщина? Противный мальчишка должен быть ему благодарен! Сколько драгоценного времени, сил и нервов дядя ему сберег. А ночи? Терион обязан сказать спасибо за то, что спокойно спал каждую ночь, не растрачивая силы на ворчливых, требующих близости жен!

Усмехнувшись, Магнус пренебрежительным жестом отпустил подчиненного, а сам налил в кубок вина и удобно устроился в кресле.

Вспоминая, каким убитым племянник выглядел каждый раз, когда новая жена отказывалась быть с ним рядом, Магнус едва не мурлыкал.

Терион был глупцом особенного вида. Магнус всегда презирал подобных личностей (на самом деле он презирал всех, кроме себя). Вроде умный, прозорливый, видящий многих насквозь, но иногда подобные Териону люди были полностью слепы к тем, кого считали семьей. Какая неосторожность!

Но Магнусу это только на руку. Подумать только: прошло столько лет, а Терион действительно ни о чем не догадывается! И это при том, что королевство он держит буквально в кулаке, всегда отлично зная что, где и когда!

Вспомнив о недавней попытке устранить племянника, Магнус поморщился.

Что поделать, даже такому сдержанному и осторожному человеку, как он, иногда не хватает терпения. Все-таки приходится ждать годами, пока давнее пророчество не убьет нынешнего короля, открыв ему, Магнусу, путь к трону.

Барон подвернулся случайно, но как удачно. Жаль, что и в этот раз ничего не получилось. Да, Магнус пытался много раз, и постоянно все заканчивалось неудачей.

Создавалось ощущение, словно само пророчество бережет выбранную жертву для того, чтобы убить ее исключительно в назначенный день!

Очень досадно на самом деле. Магнусу пришлось за эти годы израсходовать немало денег, и это не говоря о потраченных нервах, ведь каждый раз приходилось придумывать что-то новое, отличное от прежних вариантов!

Каким бы доверчивым ни был племянник, с каждым новым покушением он перекрывал все больше и больше лазеек, буквально отрезая себя от остальных. К нынешнему дню подобраться к королю было практически нереально. Магнус с неохотой признал, что остается ждать дня, когда старое пророчество исполнится, при этом делая все возможное, чтобы ни одна женщина не находилась рядом с племянником долго.

С другой стороны, вынужденная изоляция Териона тоже приносила Магнусу выгоду. Слово тут, пара там — и вот все в стране считают короля кровавым безумцем, который способен отрубить голову из-за случайно брошенного взгляда!

Магнус не испытывал стыда за то, что собственноручно очернил репутацию племянника. В конце концов, в пророчестве ведь было сказано, что тот именно таким и станет! Так что он не сделал ничего страшного. А что девицы из-за этого едва не умирали, когда осознавали, что именно их выбрали следующей женой, так Магнус совершенно не виноват. Да и как уже было сказано, королю не следовало тратить слишком много времени на женщин.

Король — слуга народа! Вот пусть и служит! Ровно до того дня, как ему исполнится тридцать три, а потом Магнус перехватит корону и сядет на трон, который давно уже должен был принадлежать ему.

Мысли Магнуса рассеянно скользили по прошлому. Он вспоминал, сколько сил приходилось прилагать, чтобы отвадить от беспечного племянника жен.

На самом деле не так уж и много, учитывая, что те сами готовы были сделать что угодно, лишь бы не оказаться с проклятым королем в одной комнате.

Самым сложным случаем оказалась первая жена Териона. Тогда мальчишка был совсем еще молод. Да и девица ему под стать. Влюбилась! На этих мыслях Магнус скривился, словно съел что-то отвратительное. Девчонку пришлось убить, ведь та совершенно не хотела бросать короля, несмотря на пророчество. Глупая нимфетка считала, что способна переломить судьбу одной лишь силой любви! Какая глупость, право слово!

Магнус извлек из этого случая максимум выгоды, напомнив народу о пророчестве, выдав все так, словно мальчишка на деле проклят, поэтому все его жены будут погибать.

Черни много не потребовалось. Народ с радостью принял слухи за правду, прикладывая все силы, чтобы в королевстве, да и во всех ближайших странах, не осталось никого, кто не был бы в курсе. Люди с радостью смаковали подробности, а если тех не было, то с готовностью придумывали свои.

Магнус брезгливо поджал губы. Он терпеть не мог простой народ. Грязные, невежественные, грубые — люди вызывали в нем желание отряхнуться! Все, на что они годились, — это работа и уплата налогов.

Последнее Магнус любил особенно, намереваясь поднять процент, когда станет королем. В самом деле, зачем черни деньги?! Достаточно немного еды да несколько тряпок, чтобы прикрыть свои грязные тела! А вот он, Магнус, всегда найдет деньгам отличное применение.

Осталось всего несколько лет. С каждым днем мечты о счастливом будущем становились все более сладостными. Магнус не мог дождаться, когда корона будет надета на его голову. Но до того момента ему следует быть осмотрительным.

Моргнув, Магнус согнал с лица мечтательное выражение. Мальчишка был дьявольски осторожным. Магнусу повезло, что он близкий родственник, иначе все его манипуляции давно были бы замечены!

Встряхнувшись, он поднялся из-за стола, решив пройтись. Надо сходить к юнцу, отвлечь, чтобы тот даже думать забыл о том, что сбежавшую девчонку нужно вернуть!

Нет, какова, а? Хороша, ой как хороша! Даже жаль отпускать. А может?.. Магнус задумался, а потом мерзко усмехнулся. Иногда ему нравились такие вот, строптивые…

Глава 12

Михай петлял по узким улочкам города так, словно всегда тут жил. На короткий миг Ника даже подумала, что он вполне может быть отсюда родом, но потом отбросила эти мысли. Алэйна нашла его вовсе не здесь, да и сам Михай никогда не говорил, что родился и жил первую часть жизни в столице.

— Куда мы идем? — не вытерпела через какое-то время Ника. Больше всего ее беспокоило, что они свернули в какие-то грязные подворотни. Все здесь выглядело подозрительным, начиная от воняющих рыбой мешков, попадающихся время от времени на пути, заканчивая мутными личностями, шныряющими мимо. Ни одного лица Вероника разглядеть не смогла — люди опускали капюшоны так низко, что едва были видны подбородки.

— Нужно встретиться с определенными людьми, — пояснил спокойно Михай, продвигаясь дальше. — Они проведут нас через проход.

Спустя еще какое-то время они прошли сквозной переулок и оказались на тихой и довольно чистой улице. Остановившись, Михай огляделся, а затем направился в сторону таверны. Сбоку виднелась вывеска, сообщающая любому, кто соизволит оторвать взгляд от земли, что в этом месте можно сытно поесть и славно попить.

Перед дверью Михай чуть замешкался, но потом уверенно толкнул преграду и шагнул внутрь заведения. Ника, кутаясь в длинный плащ, последовала за ним. Эльза, тихо буркнув, что ей подобные места не нравятся, не отставала.

Поначалу они замерли, но вскоре Михай повел их к столику, за которым вальяжно и с показной ленцой сидел мужчина лет тридцати. Выглядел он не слишком опрятно, но человека собственный внешний вид явно мало волновал.

— Мы от Кастора, — буркнул Михай, когда они добрались до стола. Кто такой Кастор, Ника не знала, но предполагала, что именно он рассказал Михаю, к кому обратиться.

Мужчина перевел на них ленивый взгляд и кивнул головой на стул напротив.

— Присаживайся, коли так, — произнес он хрипловатым, явно прокуренным и пропитым голосом. При ближайшем осмотре Ника заметила отчетливые следы, свидетельствующие, что человек неравнодушен к зеленому змею.

Положив руку на стол, мужчина постучал кончиком пальца по столешнице. Михай замер, а затем махнул дебелой девице, стоящей неподалеку с подносом. Та, заметив жест, хмуро подошла и вперила недружелюбный взгляд в Михая.

— Две кружки пива, — заказал Михай, достал из кармана мелочь и отдал подавальщице.

Та придирчиво оглядела монеты и, сунув их куда-то под фартук, ушла, так и не произнеся ни слова. Сервис, ничего не скажешь!

Ника неуютно переступила с ноги на ногу. Им с Эльзой никто сесть не предложил. А сама она не решалась что-то сделать — не хотела провоцировать лишнее любопытство. Лучше сделать вид, что они просто сопровождающие.

Когда пиво было принесено, мужик присосался к кружке, словно путник, которому пришлось долгие дни скитаться по пустыне без капли воды. Свою тару он осушил в рекордно короткие сроки, а потом уставился на Михая ожидающим взглядом. Тот просто подвинул к нему свою кружку, из которой не сделал ни глотка. Мужчина довольно крякнул и принялся пить уже медленнее. Ника поморщилась. Вот кого она не любила, так это пьяниц!

— Стало быть, за город вам надо? — внезапно заговорил человек, после того как осушил половину второй кружки. Михай с готовностью кивнул, а затем достал один золотой, мельком показал его мужчине и быстро спрятал обратно в карман.

Мужчина, проследив жадным взглядом исчезнувшее золото, разом допил пиво и поднялся.

— Идемте, — бросил он и направился к выходу.

Ника с Михаем и Эльзой последовали за ним.

Мужчина повел их по еще более темным переулкам и тайным проходам. Иной раз они входили в дом или таверну, а выходили через черный вход. Однажды пришлось спуститься в подвал очередного дома, из которого они выбрались только через несколько кварталов.

Ника не совсем понимала, почему нельзя просто пойти прямо. Кто вообще будет обращать на них внимание?

Ладно, ладно, не по главным улицам, но ведь в городе достаточно переулков, в которых легко затеряться. Зачем их повели под домами? Создавалось ощущение, что они пытаются оторваться от слежки!

В какой-то момент мужчина привел их к другим людям, сказав, что свою работу сделал. После этого он выжидающе поглядел на Михая. Тот — Ника прекрасно видела — доволен не был, но выхода не оставалось — заплатил.

И снова множество щелей, через которые пришлось просачиваться, переулков и черных ходов, о которых знали теперь не только уличные оборванцы.

Картина повторилась. Их снова привели еще к кому-то со словами, что дальше они должны идти уже с этими людьми.

Вероника сжала зубы и прищурилась. Становилось понятно, что никто не собирается их выводить из города, просто водят кругами по задворкам, нагоняя таинственный и важный вид, а сами лишь выкачивают из них деньги. Странно, что просто не отобрали.

Впрочем, эта странность быстро стала понятной — мошенники проверяли, насколько богата и безобидна их добыча. Видимо, идти на убийство из-за пары монет им по какой-то причине не хотелось (боялись, что за жертвами кто-то стоит?), но, когда стало понятно, что у попавшихся на крючок дурачков деньги все же водятся, а защиты, по-видимому, нет никакой, они осмелели.

— Не нравится мне это, — хмуро поделилась Эльза, шагая вплотную к Нике.

Переулок, по которому они шли, был совсем отвратительным. Грязным до ужаса — ногой ступить некуда. Ясно, что привели их куда-то на самую окраину города.

На короткий миг Ника даже поверила, что провожающие действительно делают свою работу, но вскоре стало понятно, что это не так. Ровно в тот момент, когда из небольших, едва заметных боковых дверей посыпались еще люди.

Троица дружно затормозила. Михай встал впереди и неожиданно для всех вытащил из-под плаща меч. Ника даже не догадывалась, что слуга Алэйны умеет с ним обращаться, но, судя по тому, как уверенно молодой человек оружие держал, раньше ему доводилось бывать в сражениях.

Она очень и очень надеялась, что это не показная бравада.

Эльза рядом охнула, а потом, подбоченившись, хмуро взглянула на душегубов, решивших, что они легкая добыча.

— Я буду кричать, — предупредила она.

Со стороны грабителей послышались смешки.

— А… а… а… — Эльза прочистила голосовые связки. Ника испуганно отшатнулась от служанки, а потом на всякий случай поспешно заткнула уши. И сделала это очень вовремя, потому как Эльза действительно закричала. И если судить по скривившимся лицам разбойников, звук этот был достаточно силен и пронзителен.

Никому явно не хотелось слушать его слишком долго, так как вскоре один из любителей чужого добра ринулся вперед и напал на стоящего впереди Михая с отчетливым намерением поскорее убрать преграду, чтобы потом заткнуть крикливой девице проклятый рот.

Ника понимала, что не должна стоять в бездействии, поэтому, опустив голову, быстро оглядела грязную мостовую. Взгляд зацепился за валяющиеся кое-где небольшие камни.

Убрав пальцы от ушей (после чего пришлось поморщиться), она подобрала камни и выпрямилась, примериваясь — сможет ли попасть в кого-нибудь. Действовать нужно было немедленно, ведь на Михая наседало уже двое душегубов.

Шагнув в грязный переулок, Терион буквально впился взглядом в ближайшего человека. Не потребовалось долго размышлять, чтобы понять, что именно здесь происходит.

На него никто не обратил внимания, и это дало Териону время. Он хотел хоть немного осмотреться.

Больше всего поразил вовсе не источающий неприятные зловония проулок и даже не высокий, будто вонзающийся в мозг женский крик. Хотя стоит признать, что звук был ужасным. Ничего более неприятного Териону раньше не доводилось слышать.

Тем, что удивило его и приковало все внимание к себе, оказалась сбежавшая недавно невеста.

Терион замер, во все глаза наблюдая за девушкой.

Алэйна выглядела в этот момент как настоящая богиня войны. Прижимаясь к стене спиной, она расчётливыми глазами выискивала противника, а потом без всякой жалости запускала в него камни. Правда, силы в ее руках было мало, так что убить кого-то или сильно навредить подобным действием она могла лишь по счастливой случайности.

Но это отвлекало противников, злило их, заставляя совершать глупости и действовать более импульсивно.

Терион сложил руки на груди, любуясь. Глаза девушки сверкали злостью и решительностью. Щеки горели. Дыхание явно сбилось от волнения. Волосы слегка растрепались, но это лишь придавало Алэйне дополнительное очарование.

В какой-то момент она резко повернулась, отчего полы ее плаща взметнулись.

Терион выдохнул. На его бедовой невесте было надето что-то совсем не подобающее для молодой леди. Он правда видел край фартука?

Предвкушающе улыбнувшись, Терион едва уловимо кивнул, отдавая безмолвный приказ тьме. Та вмиг забурлила, полезла со всех сторон черным густым дымом.

Поначалу никто не обратил на магию внимания. Первой ее заметила Эльза. Крик сменил тональность. В нем отчетливо стали слышны нотки удивления, а потом и паники.

Алэйна отреагировала следующей. Но ее привлекла вовсе не тьма, а непонятные эмоции в крике Эльзы. Его невеста посмотрела на свою служанку вопросительно. Он видел, в какой момент девушка заметила тьму. Ее лицо побледнело, а взгляд забегал по сторонам.

Терион ждал.

Одна, две…

Через три секунды серые глаза невесты нашли его, а потом комично округлились.

Он не мог сдержать улыбку, настолько забавным выглядело лицо будущей жены. Впрочем, та отлично владела собой. Через мгновение лицо Алэйны озарила счастливая улыбка.

— Ваше величество! — воскликнула она и помахала ему рукой с крепко зажатым камнем. Заметив это, Алэйна резко бросила булыжник на мостовую и торопливо вытерла ладонь о ткань плаща. — Как хорошо, что вы проходили мимо!

Ее слова, конечно же, заставили противников отвлечься. Впрочем, не все поверили Алэйне. Немудрено. Король? В грязном проулке? Даже не смешно! Как пить дать, девчонка хотела лишь обмануть их!

Но тем, кто не поверил сразу, вскоре стало туго, ведь слова девушки были правдой. Тьма короля связала разбойников, не дав никому и шанса сбежать.

— Насколько я помню, миледи, вы должны сейчас находиться в своей комнате, — произнес Терион, медленно подбираясь к занервничавшей невесте.

Алэйна неловко рассмеялась, а потом принялась приглаживать растрепанные волосы, явно желая дать себе больше времени, чтобы придумать более или менее натуральную ложь.

Терион хмыкнул, но торопить не стал.

— Мы просто гуляли, — явно не придумав за такой короткий срок ничего более убедительного, выдала Алэйна. — Шли, осматривали достопримечательности, никого не трогали, а тут они! У-у-у, супостаты! Налетели и давай требовать денег. А откуда у бедной меня деньги? Нет денег, и не было никогда!

— А дальше? — покивав с умным видом, спросил Терион.

— А дальше нам пришлось защищаться, — выдохнула девушка, поправляя на себе одежду.

Внимание Териона снова привлек мелькнувший уголок фартука. Искушение подойти и рассмотреть лучше, было слишком сильным, так что Терион не стал себе в этом отказывать.

Медленно приблизившись, он встал к невесте вплотную и поднял руки. Девушка, казалось, перестала дышать. Смотрела прямо на него немигающим и выжидающим взглядом, при этом едва не влившись в стену позади. Расстегнув завязки плаща, Терион распахнул его, с любопытством рассматривая наряд служанки. Это действительно был фартук.

— А это вы надели потому, что?.. — задал он вопрос.

Алэйна вдруг выдохнула, словно все это время задерживала дыхание, и попыталась запахнуть плащ обратно. Терион качнул головой. Руки Алэйны ослабли и безвольно упали вдоль тела. Было понятно, что король не хочет, чтобы она скрывала наряд.

— Ах, это… — залепетала девушка, бегая взглядом по сторонам. В какой-то момент (Терион отчетливо видел вспышку осознания в красивых глазах) она вернула взгляд к нему. — Это такой эксперимент. Вы, ваше величество, слышали историю про короля, который хотел знать, как и чем живет его народ, поэтому постоянно одевался в одежды простолюдинов и бродил среди них, выслушивая их истинные мысли?

Терион не слышал, о чем и сообщил.

— Да вы что?! — совершенно притворно изумилась Алэйна, незаметно для Териона все-таки запахивая плащ. — Это так поучительно! Нам обязательно нужно взять с него пример. Я вот решила начать первой. Как примерная будущая жена я обязана была испытать задумку, чтобы потом представить вам чистый результат.

— Надо было предупредить меня, — улыбаясь, сказал Терион. Он не поверил ни одному слову, но прерывать игру не спешил.

— Ах, вы были так заняты. Разве я могла позволить себе отвлечь ваше величество от ваших, несомненно, очень важных дел? Нет, никак не могла. Да и это ведь такая мелочь. Со мной была Эльза и Михай. Все шло хорошо. Мы успели многое увидеть. Надо сказать, ваше величество, что в столице непозволительно много грязных переулков. А еще, как оказалось, здесь есть разбойники. Вам нужно обратить на это внимание, — голос и вид Алэйны стали строгими и серьезными. Она выглядела как советник, который докладывал о результатах проведенной проверки на собрании. — Мы ведь не хотим, чтобы мирные граждане пострадали от этих душегубов? Если нет, то нам следует предпринять решительные действия, чтобы раз и навсегда искоренить подобные криминальные элементы, сделав город чистым и безопасным для налогоплательщиков!

Закончив свой воодушевленный спич, Алэйна глянула на него так, словно хотела узнать, поверил он или нет. Терион просто улыбнулся и отошел на шаг, еще раз окинув невесту пристальным взглядом. Под этим взглядом она неловко переступила с ноги на ногу, но отворачиваться не стала.

— Хорошая идея, — похвалил Терион, но, заметив, как воспрянула Алэйна, продолжил: — Но я думаю, что мне все-таки следует вас наказать. Вам угрожала опасность. Вы будущая королева и должны думать о последствиях своих действий. Понимаю, — Терион покивал с серьезным видом, — вами двигали положительные мотивы, но вы не продумали все до конца. И теперь, — он чуть ехидно глянул на невесту, — придется расплачиваться за это.

Алэйна слегка побледнела, а потом вздохнула и решительно кивнула.

— Только Эльзу с Михаем не трогайте, они ни в чем не виноваты, — попросила она. Выглядела Алэйна при этом так, словно он собирался ее казнить.

Разубеждать невесту Терион не спешил.

* * *

«Нет, ну каков извращенец!» — подумала Ника, поднимая со стола поднос с напитками. Она никак не ожидала, что у короля такая… бурная фантазия?!

Когда тот поймал их (спас, но дело не в этом!), а потом с предвкушающей полуулыбкой пообещал наказание, Вероника едва не умерла на месте. В тот момент она подумала, что вот оно! Вскоре ей доведется узнать, отчего все прежние жены проклятого короля умирали.

Она представила дыбу, на которую ее затащат, чтобы немилосердно отхлестать. А может, это будет средневековая колючая коробка? Ника не помнила, как правильно называется подобный инструмент для пыток, но хорошо представляла себе, во что превратится ее тело после того, как шипастые стенки сомкнутся!

Она едва не обливалась слезами, ругая короля на все лады. Не забывала и о «благодетелях», которые решили по какой-то причине переместить ее душу в этот мир.

Ника как никогда ранее скучала по ушедшей жизни. Все-таки не зря говорят, что люди совсем не ценят того, что имеют. Раньше ей казалось, что жизнь слишком обыденна и скучна. Что ж, мироздание все слышало!

Король не стал водить их снова по переулкам. Он просто взмахнул рукой, открывая темный портал, и вежливо посторонился, давая понять, что отказ неприемлем. Эльза с Михаем пытались что-то сказать, но король так на них посмотрел, что бедные слуги едва не прикусили языки, насколько быстро им пришлось захлопнуть рты.

Они бегали так долго, но для возвращения понадобилась всего пара минут. Оказавшись в комнате, из которой недавно сбежала, Ника расстроенно поджала губы. Свобода снова была так близка!

— Ступайте, — приказал слугам король. Те некоторое время мялись, но после разрешающего кивка Ники все-таки вышли из комнаты. Может быть, послушание сейчас спасет им жизнь. Это Нике, судя по всему, ничто уже не поможет. Вряд ли вероятный муж спустит ей подобную выходку.

Посмотрев на нее, король довольно хмыкнул и сел в кресло напротив, закинув ногу на ногу и сложив руки на животе.

— Вам идет, — спустя минуту тягостного молчания произнес он, снова окидывая Нику оценивающим взглядом. — Не думайте, что я поверил вам… моя дорогая будущая жена.

Ника съежилась. Такое обращение заставило кровь в жилах похолодеть. Оно прозвучало как… обещание. Даже можно сказать — угроза!

— Видится мне, вам по вкусу носить подобную одежду, — продолжил король, не получив никакого ответа. В кои-то веки Ника решила промолчать, опасаясь, что болтовня сейчас только навредит. Она еще помнила о дыбе и железной деве. О! От страха даже название вспомнила! — Вы должны понимать, что одежда в какой-то мере налагает на человека обязанности. Поэтому вашим наказанием будет…

Король замолчал, осмотрел комнату, а потом встал и вышел в коридор. Ника с легким ужасом ждала, когда по приказу правителя доставят пыточные инструменты, но вскоре служанки внесли множество посуды и расставили на столе. Страх сменился удивлением.

Вернувшийся король снова вальяжно развалился в кресле и поглядел на Нику с каким-то потаенным предвкушением.

— Раз вы надели эти одежды, значит, готовы выполнить работу прислуги, — произнес он и едва уловимо улыбнулся.

Терион предвкушал, как вспыхнет злостью гордая дочь аристократической семьи. Он не хотел унизить, лишь посмотреть, как Алэйна справится с этой ситуацией.

Нике не нужно было дослушивать до конца — она мгновенно поняла, что от нее требовалось. Глубоко вздохнув, она на миг прикрыла глаза, а потом распахнула их и улыбнулась.

Боже мой, он действительно решил, что может этим ее напугать? Пф, в студенческие годы ей приходилось подрабатывать официанткой в одном обшарпанном кафе! Да у нее практически высшее образование по тому, как нужно улыбаться, чтобы клиенты оставили чаевые!

Но кто бы мог подумать, что король тот еще извращенец? А с виду приличный человек!

Терион ожидал, что Алэйна вспыхнет гневом, оскорбленно подожмет губы и обольет его волной презрения. Поэтому ее улыбка стала для него неожиданной.

— Я хочу, чтобы вы обслужили меня, — произнес он, желая избежать недопонимания. Впрочем, получилось у него плохо, ведь слова прозвучали двусмысленно, но Терион не стал их менять и тем более извиняться.

На короткое мгновение ему показалось, что яркая улыбка Алэйны померкла, а в глазах мелькнуло смущение, но в следующий миг девушка встала, и подобные мысли выветрились из головы Териона. Что-то поменялось в Алэйне. Вся ее фигура стала словно другой. Она даже улыбаться стала иначе! Более… угодливо?

Терион моргнул, не ожидая такой перемены. Он прожил достаточно, чтобы иметь представление, как девушка из аристократической семьи, воспитанная родителями с осознанием собственной исключительности и важности, должна отреагировать на его неподобающее предложение. Естественно, он не имел в виду ничего постыдного, но жизненный опыт подсказывал, что люди обычно склонны выбирать тот вариант, который более оскорбителен для них.

Расправив фартук, Алэйна выпрямилась и поправила чепчик на голове. Терион мысленно фыркнул. Даже слепой не принял бы эту девушку за служанку. И дело не только во взгляде, но и в том, как Алэйна держалась. Но, несмотря на все это, выглядела его будущая жена великолепно. Даже мышиный цвет платья странно шел ей.

— Хотите выпить, ваше величество? — едва ли не промурлыкала Алэйна, чем ввела Териона в легкий ступор.

Моргнув, он оторвался от созерцания точеной фигуры и посмотрел в искрящиеся серые глаза.

— Да, кхм, — он неожиданно закашлялся, отчего пришлось прочистить горло. Алэйна с беспокойством (наигранным или подлинным, непонятно) смотрела на него, застыв, как струна. Казалось, она готова кинуться вперед. Не совсем понятно только зачем. — Да, пожалуйста.

— О, — Алэйна, явно поняв, что прямо сейчас он умирать не собирается, вернула себе легкий образ. — Вам не стоит быть таким вежливым, ваше величество, — пропела она, повернулась к столу и принялась рассматривать имеющиеся напитки и блюда. — Вам явно необходимо поесть. Ваше величество, вы обязаны заботиться о себе! Ах, посмотрите, что у нас тут? Запеченная с овощами птица. Мясо хорошо усвоится, так что вам не придется страдать от тяжести в животе. И главное — это не помешает вам работать.

Не дожидаясь ответа, она подхватила несколько блюд и принялась порхать вокруг него, сбивая Териона с толку своим щебетом и мягкими, плавными движениями. Он сам не понял как, но спустя несколько минут обнаружил себя с вилкой в руках, жующим отлично пропеченное мясо. А ведь он даже не хотел есть!

Алэйна стояла рядом, время от времени подливая ему в бокал слабо разведенного вина.

Терион не знал, как ко всему этому относиться. Он рассчитывал увидеть иные эмоции, так что сейчас слегка растерялся. Именно поэтому предпочел молча жевать, размышляя, что в очередной раз ошибся.

— Сделать вам массаж? — внезапно спросила Алэйна, когда он доел и откинулся на спинку кресла. — Вы так напряжены, ваше величество, — снова пропела она, а потом совершенно бесцеремонно положила маленькие руки ему на плечи. — Ах, посмотрите, они тверды как камень! Это совсем не дело! Сейчас мы исправим это. Не волнуйтесь, мой король, массаж не входит в стоимость обслуживания. Это личная инициатива.

Терион не понимал, во что решила поиграть его маленькая невеста, поэтому хотел отказаться, но следующие действия Алэйны заставили его пересмотреть свое решение.

Глава 13

Маленькие пальчики оказались весьма сильны. Иной раз Терион едва заметно шипел. Впрочем, даже легкая боль не заставила его остановить Алэйну, ведь ее действия приносили странное удовольствие.

— Больно? — сочувственно спросила она, поглаживая ладонями ничуть не расслабившиеся плечи.

Терион не привык пускать кого-то себе за спину и сейчас подсознательно ожидал удара, но, несмотря на это, все-таки сидел неподвижно, позволяя «издеваться» над своим телом.

— Все в порядке, — буркнул он. — Где вы научились этому?

— Где? — Алэйна на мгновение замерла, а потом как-то подозрительно захихикала.

Ника совершенно не собиралась рассказывать темному магу из другого мира, как однажды едва не устроилась на работу в один примечательный салон. «Подруга» посоветовала, даже заверяла, что никакого опыта для устройства на работу не требуется.

Вероника была ответственной, поэтому перед собеседованием взяла пару уроков обычного массажа. Наверное, не стоит и говорить, что ее старания никому не были нужны? Ника бежала из этого «салона» так быстро и далеко, как только могла.

— Нигде, — ответила Ника. — Тут нет ничего сложного. Просто берете и аккуратно мнете. Все очень просто, ваше величество. В будущем вы вполне можете воспользоваться такими приемами, чтобы помочь своей супруге расслабиться после долгого и утомительного дня. Это ведь так приятно, не правда ли? — заговорщицким тоном спросила она и рассмеялась, словно они только что разделили на двоих хорошую шутку.

Терион хмыкнул под переливчатый смех невесты. Он собирался воспользоваться наукой в самое ближайшее время.

— Ну вот, — Алэйна снова погладила его плечи, а потом обошла кресло и принялась собирать посуду, — надеюсь, вам понравилось, ваше величество.

Терион кивнул, не отрывая взгляда от услужливой и даже несколько заискивающей улыбки.

Собрав все на поднос, Ника ослепительно улыбнулась королю и повернулась. Движение оказалось слишком резким, а платье непривычно длинным. Вероника запнулась, рефлекторно вскинув руки. Все бы ничего, но в этот момент она держала полный поднос посуды, которая при этом движении взлетела, а потом, повинуясь притяжению планеты, устремилась вниз.

Все произошло так быстро, что Терион смог хоть как-то отреагировать, только когда Алэйна уже была на полу в окружении множества осколков.

Вскочив на ноги, он обошел невесту и присел, намереваясь немедленно поднять ее. Алэйна в этот момент вскинула голову. Закончить движение она не успела, так как Терион оказался ближе, чем казалось, и ее голова угодила ему точно в подбородок.

Послышался отчетливый звук клацнувших зубов.

Терион тихо застонал, радуясь, что язык в этот момент был далеко от зубов, иначе пришлось бы в срочном порядке приращивать его обратно.

— Ох, вы в порядке, ваше величество? — встревожилась Алэйна. Она немного отодвинулась и все-таки подняла голову, всматриваясь ему в лицо.

Терион моргнул. Боль неожиданно отступила на второй план. Он совсем забыл, что хотел упрекнуть Алэйну в неосторожности. Красивое лицо будущей жены было настолько близко, что эта близость едва не вышибла из Териона весь дух.

Ее глаза оказались не полностью серыми. Вокруг зрачка обнаружились коричневатые пятнышки. Выглядело очень красиво.

Ника посмотрела в черные, практически поглощающие свет глаза короля и подумала, что ей немедленно нужно вернуть дыхание. Иначе она просто задохнется!

Легкое неожиданное движение Териона вперед заставило Нику изумленно распахнуть глаза.

«Поцелует!» — вскрикнула она мысленно. Желание дать новому опыту произойти было огромным, но Ника все-таки отшатнулась. Правда, в следующую секунду пожалела об этом.

На нее обрушился целый ураган противоречивых эмоций. Вероника сама не могла понять, о чем жалеет и чего хочет.

— Ха-ха-ха, — рассмеялась она совершенно притворно, глядя на короля дикими глазами. — Ах, я надеюсь, с вашим лицом все в порядке, ваше величество! Я не хотела вас ранить. Ой, какая же я неловкая. Сама не пойму, как так получилось.

Бесцеремонно схватив короля за подбородок, она повертела лицо правителя из стороны в сторону, глядя серьезно и сосредоточенно.

Терион в этот момент был настолько растерян, что замер, невольно позволяя крутить собой как куклой.

— Вроде все хорошо, — вынесла вердикт Ника. — Ни царапины, ваше величество. Слава всем богам! Иначе я не смогла бы спать спокойно, зная, что именно моя голова стала причиной вашей боли.

Покачнувшись, она занесла одну руку назад, чтобы избежать падения, и в следующий миг вскрикнула, ощутив резкую боль в ладони.

Терион сразу отмер. В его глазах вспыхнула тревога.

— Что случилось? — спросил он, хватая Алэйну и поднимая ее на ноги.

Маленькая ладошка была окрашена в красный цвет.

— Сегодня точно не мой день, — засмеялась Ника снова, осторожно, но настойчиво пытаясь отобрать руку из хватки Териона, но он не обратил никакого внимания на эти маневры.

Сильные пальцы были горячими. Их прикосновение посылало вдоль позвоночника импульсы, из-за которых Нике пришлось прикусить губу, чтобы сдержать рвущийся наружу стон.

— Плохо? Больно? — встревожился Терион. От него не укрылось слегка страдальческое выражение лица Алэйны.

Он хотел как можно скорее избавить ее от боли. Тьма всколыхнулась по углам и, повинуясь желанию своего любимца, потекла к замершей посередине комнаты паре. Огонь свечей дрогнул, а на некоторых и вовсе погас.

Ника опасливо оглянулась по сторонам, только сейчас понимая, что наступил вечер.

Ощущение надвигающейся массы чего-то угрожающего заставило ее качнуться к королю. Да, тот был опасен, но инстинктивно она все-таки больше страшилась неизведанного, чем человека.

Терион хотел сказать, что все в порядке, но, ощутив Алэйну так близко, запнулся. Расчетливо прищурившись, он поднял руку и приобнял девушку. Ее талия была изумительно тонкой, а тело горячим. Дрожь удовольствия сотрясла Териона. Хотелось прижать ее сильнее, а лучше раздеть и…

Тряхнув головой, он выбросил из нее соблазнительные картины, от которых внизу живота все начинало гореть. Вряд ли Алэйна позволит сейчас сделать с ней что-то из этого. Что очень и очень печально.

— Что это? — спросила Ника. Тьма к этому моменту добралась до них. В следующий миг она коснулась края длинного платья. Вероника судорожно вздохнула, а потом, толком не думая ни о чем, пнула по темной субстанции. — Пошла прочь! А! Господи, жуть какая!

Терион, занятый переживаниями своего тела, не успел вовремя отреагировать — Алэйна, явно испугавшись своевольных действий тьмы, внезапно запрыгнула на него, ухватившись тонкими, но неожиданно сильными руками за его шею.

Терион подхватил ее под ягодицы и замер. Что? Что происходит?

Этот вопрос бился в его голове. Никогда еще ни одна женщина не вела себя при нем так странно.

Она сбивала его с толку. Терион поймал себя на мысли, что не знает, как реагировать на происходящее.

— Это просто магия, — произнес он, но при этом даже не подумал отпускать Алэйну. Девушка практически ничего не весила. Он был уверен, что большая часть веса приходится на ее одежды. Она вообще что-нибудь ест? Нельзя быть настолько легкой! — Она ничего вам не сделает.

— А? — Алэйна повернула голову к нему. В красивых глазах виделся вопрос.

Терион вдруг подумал, что не настолько она напугана, скорее заинтригована. Тогда почему запрыгнула ему на руки?

— О-о-о, — протянула она, слегка смутилась и принялась возиться, давая понять, что готова опуститься на пол.

Терион держал ее какое-то время, а потом все-таки отпустил.

— Это рефлекс, — торопливо произнесла Алэйна, расправляя задравшийся от всех манипуляций фартук. — Понимаете? Это как увидеть мышь. Она вроде маленькая, безобидная, но, когда видишь ее, не можешь удержаться, чтобы не закричать. В принципе, это логично. Такое поведение отпечаталось в человеческом гене, ведь крысы, а соответственно и мыши, всегда были опасны для нас как разносчики всякой заразы.

— Какой заразы? — заинтересовался Терион. Он впервые слышал, что крысы или мыши могут быть чем-то опасны.

Сжав кулаки, он попытался выбросить из головы ощущение приятных округлостей под руками. Получалось плохо.

— Разной, — Алэйна взглянула на него мельком. — Например, чума. Чума, она… — девушка резко замолчала, а потом неловко рассмеялась. — Ох, о чем это я? Ах, как больно! — зашипев, она подняла руку.

Они оба с некоторой оторопью наблюдали, как черный дым вползает в небольшой порез на руке.

Терион вскинул взгляд. Он буквально видел, как в глазах Алэйны появляется ужас, а ее грудь приподнимается. Закричит, понял Терион, но его ожидания не оправдались. Алэйна лишь пискнула и зажмурилась.

— Уберите это, — попросила она, отворачивая голову, будто не желала видеть происходящее. — Ваше величество, пожалуйста, — добавила она задушенно.

Терион не стал тянуть. Приблизившись, он поднял руку, безмолвно прося тьму отступить, но та неожиданно не подчинилась.

Он собирался настоять, но в тот же миг ему пришло понимание — тьма не желает вредить, она всего лишь лечит. Это было немыслимо! Единственным человеком, к которому тьма всегда относилась по-особенному, был он сам. Никогда ранее она не прикасалась к другим с целью помочь.

Терион удивленно окинул Алэйну взглядом. Девушка по-прежнему жмурилась.

— Вы убрали? — спросила внезапно она, а потом, забавно приоткрыв один глаз, покосилась на протянутую к нему руку. — Ой, оно все еще там!

Терион просто накрыл чужую ладонь и все-таки шагнул ближе. Алэйна замерла, явно не понимая, что он хочет.

— Ваше величество?

— Помолчи немного, — попросил он. Повернув Алэйну к себе, Терион принялся более внимательно рассматривать ее. Что в этой девушке было такого, что даже тьма решила ей помочь? Она была особенной? Если да, то как это отразится на нем? Легкая надежда шевельнулась в его сердце.

— Вы как-то… — Ника нервно облизнула губы, пытаясь отстраниться от короля. Он был слишком близко! Недопустимо близко для нормального функционирования ее бедного сердца!

Она едва не задохнулась, когда ведущий себя донельзя подозрительно король качнулся вперед, а потом без всякого разрешения впился в ее губы поцелуем. Это было возмутительно! Непростительно!

Но до странного хорошо…

Ника распахнула глаза и уперлась руками в крепкую грудь короля, пытаясь его оттолкнуть, но силы были совершенно неравны. Она не смогла сдвинуть его ни на миллиметр!

Чужая рука на затылке ощущалась тяжелой и подчиняющей. Не было ни грамма дрожи или неуверенности.

Вероника замычала, пытаясь хоть так выказать свое недовольство, но король лишь углубил поцелуй, явно не желая прерываться. Наглый язык орудовал у нее во рту как у себя дома!

Было… приятно, но Ника не хотела принимать этого. И ей было плевать, что время от времени она забывалась в поцелуе и льнула к сильному телу, начиная отвечать.

В какой-то момент Ника осознала себя лежащей на кровати в спальне! Когда они успели до нее добраться? Телепортировались? Видимо, так и было. Вероника не могла поверить, что настолько увлеклась неожиданной близостью, что пропустила их передвижение. Такого просто быть не могло!

Руки короля жадно оглаживали ее тело, а губы переместились на шею. О-о-о, как это было хорошо…

Ника прикрыла глаза, намереваясь поддаться, но в следующий миг распахнула их и уставилась прямо в потолок. Кое-где она заметила небольшие трещины, а главное — паутину! Следовало сказать служанкам, чтобы лучше убирались в ее покоях. Не хотелось, чтобы однажды, когда она будет спокойно спать, на нее опустился паук! Она этого не переживет.

Губы короля сместились чуть ниже — Ника, не сдержавшись, застонала. К сожалению, даже попытка думать о чем-то постороннем не помогла. Трудно сосредоточиться на столь обыденном занятии, как уборка, когда великолепный мужчина держит тебя в объятиях, всеми силами давая понять, что готов к большему.

— Мы… — начала Ника, слегка задыхаясь. Если она не могла оттолкнуть его физически, то, может, словами получится убедить короля отступить? — должны остановиться, — закончила, вопреки желанию сердца еще раз пытаясь оттолкнуть крепкое тело. — Я не хочу…

— Ваше тело говорит о другом, — шепнул король ей на ухо, а потом приласкал его языком.

От такой ласки Нику едва не выгнуло в поддерживающих руках. Ах, она и сама знала, что ее тело совершенно не согласно с мозгом. Но они ведь люди! А у людей все и всегда сложно! Это только животные могут творить, что хотят и когда хотят, а людям приходится сдерживаться по многим причинам.

— Неважно! — прошипела Ника недовольно, мысленно ругаясь на возбужденное до предела тело, которое совсем не слушало доводов разума. — Мы не должны… мпф!

Королю явно не хотелось слушать отказ, поэтому он поспешил заставить ее замолчать самым действенным способом, а именно — поцелуем.

Как коварно! Ника была поражена в самое сердце настолько предательским поступком!

Язык короля снова начал оглаживать ее губы, явно умоляя впустить его. Вероника больше не могла терпеть. Если она сейчас не сделает хоть что-нибудь, то первая брачная ночь произойдет намного раньше положенного!

В принципе, как жительницу более прогрессивного мира ее не беспокоила моральная сторона вопроса, но в таком случае ей будет еще сложнее убежать от проклятого короля! А тот и так начал ей немного нравиться! Нужно было как можно скорее прекращать!

Подобное поведение могло нанести ее сердцу ненужный урон. Нике не хотелось лишних страданий. У нее была цель, и она решила идти до конца. Именно поэтому, когда наглый и совершенно возмутительный (боже, он так хорошо им владеет!) язык снова принялся хозяйничать у нее во рту, Ника без всяких зазрений совести (если только капельку) сомкнула зубы.

Король в тот же миг глухо застонал. Сердце Ники из-за взметнувшейся в душе тревоги забилось сильнее.

Она действительно его укусила? Боже, спаси и сохрани!

Ей срочно нужно посетить специалиста по проклятиям — если такие тут есть, — чтобы тот проверил, не подцепила ли она какую-нибудь заразу, делающую ее более безрассудной!

Ощутив ослабевание хватки на своем теле, Ника медленно отстранилась, глядя на короля как на дикого зверя, который в любой момент может кинуться.

Тот, в свою очередь, прикрыв рот рукой, хмурился, глядя куда-то вниз. Спустя некоторое время, он поднял взгляд, но смотрел без эмоций, словно всё его внимание было приковано к внутренним ощущениям.

— Ох, — тихо начала Ника, решив, что оправдываться надо уже сейчас, вдруг потом ей не дадут сказать и слова, — простите, ваше величество! Я такая неловкая, да и опыта у меня совсем нет! Вы в порядке? Я ведь не слишком сильно ранила вас? Боже, что же делать? Надо позвать лекаря!

Проскользнув мимо короля, она помчалась к выходу, решив, что нужно обязательно поднять суету, чтобы внимание правителя не было сконцентрировано исключительно на ней. Подобное могло быть чревато для нее. А так вдруг он закрутится, завертится и позабудет о ее членовредительском поступке?!

Вот только король мгновенно поймал ее за руку, останавливая.

— Не надо лекаря, — произнес он глухо, глядя хмуро и пристально. — Это пустяк.

— Вы уверены? — Ника не могла сдаться так просто. Она смотрела с участием, только усилием воли сдержав порыв попросить его открыть рот и показать язык. Мало ли, вдруг он сочтет подобную просьбу оскорбительной. — Вы простите меня? — состроив самый жалкий вид из всех возможных, Ника поглядела на того, кто вполне мог стать последним человеком, которого она видит в этой жизни.

— Как ваша рука? — вместо ответа спросил король и посмотрел на ее совершенно целую, правда, все еще немного испачканную засохшей кровью ладонь.

Ника тоже посмотрела и сильно удивилась. Она и не заметила, когда рана перестала болеть, а теперь с удивлением рассматривала совершенно целую руку — на ней не осталось даже шрама!

— Вот это да, — выдохнула она и с расчетом поглядела в темный угол. — Очень полезная способность.

— Раз все в порядке, — король отпустил ее руку и отошел на шаг, — то мне пора.

Кивнув, он какой-то подозрительно деревянной походкой обогнул ее и устремился к выходу. Ника некоторое время стояла, размышляя, злится ли король, а потом решила, что обязана знать наверняка, иначе с ума сойдет от неопределенности.

— Так вы простите мою неловкость или нет?! — крикнула она, выскакивая из комнаты. Король в этот момент как раз открыл дверь и собрался выходить. По ту сторону Ника заметила заинтересованные лица стражников, которым явно хотелось знать, что произошло.

Король на вопрос коротко кивнул, а затем все-таки вышел, закрыв за собой дверь.

Ника выпрямилась, внезапно понимая, что стояла до этого момента напряженно, подавшись корпусом вперед. Она выдохнула и огляделась. На полу около кресла все еще лежали осколки. На столе виднелось множество посуды, пустой и с оставшейся едой. Комната внезапно показалась странно пустой и тихой.

Пригладив немного растрепавшиеся волосы (чепец куда-то подевался), Ника буквально рухнула в одно из кресел и вздохнула.

Вся эта ситуация сильно вымотала ее. Она буквально засыпала.

— Безумный, безумный день, — пробормотала Вероника и откусила от пирожка. Есть на ночь вообще-то вредно, но ей требовалась награда за успешно проведенные боевые действия.

Враг отступил! Вот только надолго ли?

Глава 14

Ника не могла сидеть на месте. На следующий день, одевшись с помощью грустной Эльзы, расстроенной из-за неудачной попытки сбежать, она решила исследовать замок короля самостоятельно.

Ей, человеку, привыкшему к постоянному информационному шуму, было несколько неуютно из-за тишины в отведенных для нее комнатах. Обычно в своем старом мире Вероника всегда утром включала радио на ноутбуке. У нее была оформлена годовая подписка на беспрерывный музыкальный поток, который не захламлялся ни рекламой, ни бестолковыми развлекательными программами. И сейчас ей было жутковато без этого постоянного музыкального сопровождения. Комната в своей тягостной тишине ощущалась холодной и безликой.

Поначалу, попав в этот мир, Ника не слишком обращала внимание на такие мелочи. Важным было немного иное. Целыми днями она либо переживала из-за утерянного мира, либо планировала свое будущее и способы спасения. А вот сейчас, после неудачного побега, после странного донельзя вечера, Ника растерялась. В голове вдруг стало пусто, и тишина показалась гнетущей и раздражающей.

Легче стало, когда пришла Эльза. Своей болтовней она отлично отвлекла. Ближе к завтраку Ника немного взбодрилась, отругав себя за мимолетную апатию. В конце концов, проигранный бой еще ничего не значит!

Она сбежит! Обязательно сбежит и спасет тем самым свою жизнь! И совершенно неважно, что близость короля показалась ей странно приятной! Это просто случайность, не более того. Тело, в которое ее занесло, еще совсем юное, нецелованное, поэтому и реагирует настолько остро, возбуждаясь практически от любой мелочи. Просто необходимо взять себя в руки, ведь внутри она взрослая женщина, которую нельзя обмануть, подарив несколько приятных вечеров.

Эти мысли вернули Нике боевой настрой. Она расправила плечи и улыбнулась, будто говоря окружающему миру, что так просто ее волю не сломить.

Эльза, жалующаяся, что жетоны у нее отобрали, не заметила случившихся перемен.

— С Михаем все в порядке? — с беспокойством спросила Ника, не желая, чтобы парню досталось за организацию побега.

— Все хорошо, — успокоила ее Эльза. — Ему ничего не сделали. Вот только ваше золото… — она вздохнула. Ника вторила ей. Кажется, побег стоил им слишком дорого.

— Ничего, — упрямо поджав губы, выдала Вероника. — Еще заработаем.

Эльза не стала ничего говорить. Она явно не была согласна с хозяйкой, но предпочла не высказываться на этот счет.

— Хочу прогуляться, — произнесла Ника, как только Эльза закончила с ее волосами.

— А разве вам можно? — удивилась служанка.

— А вот сейчас проверим. — Стиснув зубы, Ника подошла к двери и резко ее распахнула. Взгляды стоящих по ту сторону охранников сразу устремились к ней.

Вероника высокомерно хмыкнула и вскинула подбородок, глядя на мужчин с вызовом, но никто ей ничего не сказал. Тогда она медленно вышла из комнаты, Эльза скользнула следом, с опаской посматривая на стражников.

— Мы прогуляемся, — холодно бросила Ника, держа спину так прямо, как только возможно. Старая учительница начальных классов гордилась бы ею! Почему-то та постоянно цеплялась к ее легкой сутулости и заставляла время от времени стоять около стены.

Охранники так ничего и не сказали, зато последовали за ними, не отставая ни на шаг. Это нервировало, но деваться было некуда.

Ника не думала, что встретит так рано хоть кого-то (разве аристократы не привыкли по утрам спать?), но она ошибалась.

Стоило завернуть за угол, как они нос к носу столкнулись с пожилым мужчиной.

В человеке, которого они встретили, не было ничего примечательного. Среднестатистический мужчина лет пятидесяти пяти. Редкие седые волосы, одутловатое красноватое лицо, намекающее на проблемы со здоровьем. Невысокий, с выпирающим вперед животом. Ника за свою жизнь видела точно таких же еще примерно миллион.

— Прошу прощения, — повинилась Вероника, отходя в сторону.

Беседовать с мужчиной она не собиралась, поэтому отвернулась и двинуласьж в обход. Вот только тот загородил ей дорогу, привлекая к себе внимание.

Ника моргнула и остановилась.

— Я могу вам чем-то помочь? — профессионально выдала она.

За свою жизнь ей много раз приходилось работать в сфере обслуживания, и пусть большинство работодателей не любили, когда к клиентам обращаются именно с этой фразой (закрытой, предполагающей такой же прямой ответ, который обычно являлся отказом), сами работники предпочитали спрашивать о нуждах людей в лоб, а не ходить вокруг да около, как того требовали правила. Привычки — страшная сила.

— Да, дорогая, — мужчина улыбнулся, отчего и так не слишком крупные глаза сузились, превратившись в щелки.

Ника едва подавила желание отступить на шаг, настолько выражение на лице человека было неприятным. Она нахмурилась и подобралась.

— Мы знакомы? — задала она новый вопрос. Память Алэйны молчала. Это значило, что предыдущая владелица тела не имела никаких контактов со стоящим сейчас перед Никой человеком.

— Еще нет, — шагнув вперед, мужчина довольно ловко подхватил ее руку и поднял, прикасаясь губами к коже. — Но я очень счастлив наконец познакомиться с вами.

После этих слов он снова поцеловал тыльную сторону ее ладони, на этот раз поцелуй был мокрым и очень неприятным. Ей показалось или он действительно лизнул ее кожу?! Что за извращенец?!

Дернув рукой, Ника завела ее за спину и торопливо вытерла обслюнявленную кожу о ткань платья. Она едва сдерживала гримасу отвращения, которая так и рвалась выползти на лицо.

— Простите, но я…

— Мое имя Магнус Даркан, — внезапно представился человек, совершено бескультурно перебивая. Расправив плечи, мужчина посмотрел на нее с превосходством и с неким ожиданием.

— Алэйна Боне, — представилась в ответ Ника, изобразив книксен. При этом она даже не подумала оторвать взгляд от неприятного лица.

Даркан? В самом деле?

Алэйна не интересовалась политикой, отчего у самой Ники не было нормальных знаний об этой стороне мира. Но не знать фамилию правящей династии даже такому отстраненному человеку, как Алэйна, было бы сложно.

Вероника новым взглядом осмотрела мужчину перед собой. Говорят, хочешь узнать, как будет выглядеть будущая жена в зрелом возрасте, — посмотри на ее мать. Интересно, применимо ли это для мужчин?

Взгляд Ники опустился на его выдающийся вперед живот. Она попыталась представить нынешнего короля с подобным «украшением» лет так через тридцать. Получалось почему-то плохо.

Магнус даже слегка растерялся, когда девица беззастенчиво принялась рассматривать нижнюю часть его тела.

Впрочем, его недоумение от настолько вульгарного поведения быстро испарилось. Ухмыльнувшись, он совершенно непозволительно для любой другой леди обнял девчонку за плечи и притянул к себе. Кажется, в этот раз избавиться от очередной жены будет очень и очень просто.

Ох уж эти провинциалки! Готовы к любому в постель залезть, лишь бы выторговать себе наилучшие условия для жизни. Магнус скривился, искоса глядя на якобы растерявшуюся девицу. Ну конечно! Она ведь не может показать, что ей нужно на самом деле, это уронит ее несуществующую честь!

Что ж, он вполне может подыграть. Сколько раз он делал что-то подобное? Магнус уже и не помнил, но впервые ему попалась настолько прямолинейная особа. Это надо же! Не стесняясь, прямо при слугах, смотрела на его чресла! Да так, что взгляд не могла оторвать! Более толстого намека Магнус еще никогда не получал.

— Милая, не хотите ли выпить? — спросил он, рассматривая чистую и практически сияющую кожу на тонкой шее. И все-таки хороша, чертовка!

— Не очень, — откликнулась та, пытаясь уйти от объятий.

Ну, ну, поздно играть в недотрогу! Хотя… Такой сценарий Магнусу тоже нравился. И пусть он знал о притворстве, это никогда не мешало ему наслаждаться слезами на глазах «сопротивляющихся» дев, их криками, мольбами и попытками освободиться. Правда, настоящее сопротивление нравилось ему гораздо больше, но и имитацией он никогда не брезговал.

— Не стоит отказываться, — произнес он, все-таки убирая руку с хрупких плеч. — Идемте, дорогая. Мы ведь почти родственники. Я бы хотел поговорить с вами о своем племяннике.

Девушка с прищуром посмотрела на него, оглянулась на служанку и охранников, а потом все-таки кивнула. Нехотя? Опять играет?

Магнус довольно повел девицу к себе. Перед входом он поймал взгляд слуги, который всегда готов был выполнить любую его просьбу, и кивнул. Мальчишка на мгновение замер, а потом торопливо ушел. Лишних слов не требовалось. Магнус давно уже все спланировал, правда, не ожидал, что все выйдет так быстро.

Скоро его дорогому племяннику снова придется познать чувство предательства. После этого он просто обязан будет проникнуться к дяде большей благодарностью, ведь это именно он, Магнус, раскусил змею и вывел на чистую воду!

— Проходите, — сказал он, пропуская девицу вперед. Служанка хотела проскользнуть следом, но Магнус перегородил ей проход, облив таким презрением, что девчонка икнула от испуга и попятилась. — Останься тут. Твоей госпоже ничего не угрожает, — лилейным голосом проворковал он.

— Но… — попыталась возразить служанка, явно желая сказать, что молодой незамужней девушке не следует оставаться наедине с посторонним мужчиной.

Магнус слушать не стал — захлопнул дверь прямо перед ее носом. Он дядя короля! Член правящей династии! Что ему правила и условности?! Он не был намерен слушать возражения какой-то черни!

— Эльза? — спросила девчонка, когда поняла, что служанка следом не вошла.

— Она отправилась за напитками. — Магнус махнул рукой в сторону дивана, обтянутого темно-синим бархатом. — Присаживайтесь, милая.

Девица немного поколебалась, а потом все-таки села, благопристойно подобрав длинные юбки. Магнус облизнулся, когда под тканями мелькнула затянутая в сапожок маленькая ножка.

Подавив внутреннюю дрожь от желания и нетерпения, он сел на тот же диван, стараясь пока держаться на небольшом расстоянии.

— А это? — девушка махнула рукой в сторону стола. На нем стоял кувшин и несколько кружек.

— Он пуст, — торопливо ответил Магнус и притворно улыбнулся. Он совсем забыл, что утром принимал у себя в себя в комнатах одного важного человека. Кувшин был, конечно, полон, но теперь в этом уже не признаешься. — Я хотел поговорить с вами о моем племяннике, — Магнус решил, что пора начинать.

— Я слушаю, — девушка перевела на него внимательный взгляд, и Магнус ощутил, как внизу живота все вспыхивает. Он облизнулся, пытаясь скрыть едва контролируемое желание. Не сейчас. Чуть позже. Ему нужно немного времени.

— Мне тяжело это говорить, но вы должны быть осторожны, дорогая моя, — Магнус грустно вздохнул и сел немного ближе. — Мой племянник — прекрасный человек! Вы не подумайте. Большую часть времени он вполне адекватен и нормально воспринимает реальность, но иногда, когда его что-то сильно рассердит, он немного выходит из себя. Я умоляю вас! Вы слышите? Умоляю, пожалуйста, как только подобное случится, сразу уходите как можно дальше!

Девушка как-то странно на него посмотрела (недоверчиво?), но Магнус снова не обратил на такую мелочь внимания. Он просто придвинулся еще немного, уже чувствуя исходящий от привлекательного юного тела влекущий аромат. Будет просто прекрасно чуть позже слизать его с тонкой кожи!

— Вы говорите о том, что мой будущий муж бывает… безумным? — спросила девица, все еще смотря на него непонятным взглядом.

— Вы хорошо уловили мою мысль, — Магнус снова вздохнул, всем своим видом излучая печаль по поводу того, что его родной человек не совсем здоров. — Вы ведь знаете, что о нем говорят?

Девица кивнула. На миг ему показалось, что в ее глазах мелькнуло понимание.

— Не все рассказы правдивы. Вы не подумайте. Просто люди боятся, поэтому многое придумывают. Как бы мне хотелось сказать, что все слухи, гуляющие в народе, — сплошная ложь, но увы, — Магнус расстроенно покачал головой. — Вот намедни он снова вышел из себя и прямо в кабинете убил приехавшего к нему с просьбой барона. Ужасная участь! — Магнус поднял руки и потер лицо. Любой, кто увидел бы его в этот момент, мог бы сказать, как сильно мужчина расстроен и разбит. — Я не знаю, как сообщить родственникам этого несомненно уважаемого человека, что их близкого больше нет! Сколько раз мне приходилось делать это — не сосчитать. Поэтому я умоляю вас, моя дорогая, — Магнус не выдержал — придвинувшись еще ближе, он схватил белокожую тонкую руку, — держитесь от него подальше в моменты гнева.

Девица натянуто улыбнулась и дернула руку к себе. Вместо того чтобы отпустить ее, Магнус сел еще ближе — практически вплотную.

— Я не могу позволить, чтобы такая чистая и благородная дева пострадала. Я, как любой уважающий себя мужчина, обязан помочь вам избежать ужасной участи! — Магнус позаботился о том, чтобы его глаза выражали определенные эмоции. Ему было плевать на девчонку, но он собирался получить максимум удовольствия перед тем, как вышвырнет ее из замка.

— Помочь? — девица попыталась отодвинуться, но Магнус не дал ей сделать это, снова обняв за плечи. — Как именно?

— Вы ведь хотите сбежать от него, не так ли, моя дорогая? — спросил он, впиваясь взглядом в полноватые и даже на вид мягкие губы. О, он мог представить, какое блаженство они могли подарить.

— Допустим, — осторожно выдала она, а потом бесцеремонно положила руку ему на лицо, отталкивая.

Магнус был настолько возбужден, что вместо того, чтобы возмутиться, схватил руку-шалунью и принялся облизывать каждый пальчик.

— Отпустите сейчас же! — вскрикнула она, пытаясь вырваться.

Ах, ему всегда нравились эти моменты! Кого она хочет обмануть своей притворной скромностью? Если только себя. Они ведь оба знают, что именно за этим она сюда и пришла!

— Я помогу вам, милая, — пробормотал словно в бреду Магнус, пытаясь дотянуться губами до прекрасного лица.

В какой-то момент девице все-таки удалось вырваться. Вскочив на ноги, она гневно взглянула на него.

— Ах ты, старый извращенец!

Оскорбление только сильнее завело Магнуса. Ухмыльнувшись, он попытался поймать красавицу, но та внезапно схватила стоящий на столе кувшин и размахнулась. Мир перед глазами мужчины вспыхнул, а потом в одно мгновение погас.

Ника, стоящая перед повалившимся к ее ногам мерзким стариком, выпрямилась и воинственно сдула с глаз выбившуюся прядь. Именно в этот момент дверь в комнату открылась. Вероника повернулась и сразу заметила удивленное лицо короля.

— …

— …

В комнате повисло напряженное молчание. О-о-о, какая знакомая ситуация! Ника могла бы хмыкнуть от веселья, но вместо этого уперлась руками в бока, не обращая внимания на ручку от разбитого кувшина, которую все еще не выпустила. Лучшая защита — это нападение!

Сначала она хотела пожаловаться на извращенца, который решил, что может тянуть к ней руки, но потом вспомнила, что мужчина принадлежал к королевской династии.

— Что здесь… — начал король, но Ника торопливо его перебила.

— Я защищалась! — с вызовом произнесла она. — Он с чего-то решил, что может претендовать на близость со мной! А еще он говорил о вас гадости! И если первое я еще могла бы простить после извинений, то вот второе вызвало во мне ярость.

Король нахмурился, а потом повернулся к стоящим в коридоре охранникам.

— Позовите лекаря, — бросил он холодно, вошел в комнату и закрыл за собой дверь.

— Мой дядя — благовоспитанный человек. Мне трудно поверить, что он мог сделать или сказать что-то подобное, — произнес король, подошел к лежащему мужчине и проверил его пульс.

Судя по облегченному виду правителя, старый извращенец был жив. Ника и сама выдохнула. Она сомневалась, что смерть родственника короля ей простят. Даже несмотря на то, каким мерзким тот был.

— Вам повезло — он жив, — сурово произнес король, кинув на нее неодобрительный взгляд.

Ника всегда была разумной, в любой ситуации старалась соблюдать осторожность. Вот только было множество вещей, которые раз за разом проверяли ее терпение на прочность. Заметив взгляд короля, она прищурилась. Ей не нравилась мысль, что именно ее сейчас пытаются выставить виноватой.

— У вас глаза есть? — дерзко выдала Вероника, позабыв, что перед ней вроде как кровавый тиран и безумец, по слухам уничтожающий все, что ему не нравится. — Я не представляю, как кто-то вроде вас не видит сущность этого человека.

Положив ручку от кувшина на стол, Ника пригладила волосы и недовольно глянула на опешившего мужчину.

— Он назвал вас безумцем! Предлагал мне помощь в побеге, — Ника презрительно фыркнула. — Можно подумать, его помощь мне нужна! Если я захочу, то сбегу в любой момент. А еще он пытался поцеловать меня. Облизывал мою руку. Фу!

Вспомнив недавний момент, Вероника скривилась и принялась вытирать ладонь о платье, тихо ругаясь себе под нос.

— Уверена, — буркнула она, — это он виновен в том, какая у вас среди людей репутация. Будь я чуточку глупее, поверила бы и…

— Довольно, — перебил ее холодный голос короля.

Ника сжала зубы. Ну прекрасно!

— Вы сейчас же перестанете поливать настолько скверной ложью моего дядю. Я рос рядом с ним. И поверьте, у меня есть глаза, — король подошел к ней вплотную и яростно процедил: — Я и представить не мог, что подобные гнусности могут извергаться из столь красивого рта, — он скривился, смерив ее неприязненным взглядом. — Думаю, вам следует вернуться в свои комнаты.

Ника отмерла и совершенно непочтительно закатила глаза.

— О, с удовольствием, ваше величество, — едко бросила она, а потом, подняв руку, помахала перед своим носом и скривилась. — Не люблю, знаете ли, запах вина.

С этими словами она вышла из комнаты, твердо уверенная, что никакого будущего у нее с этим слепцом точно не будет.

Дураки в мужьях ей ни к чему!

Глава 15

Проследив за выходящей из комнаты невестой, Терион перевел хмурый взгляд на лежащего без сознания дядю. Еще раз убедившись, что родственник жив, король рухнул в кресло. От этого движения в воздух взмыли несколько перьев.

Подхватив одно из них, он задумчиво повертел перо в руке, размышляя над тем, что сподвигло Алэйну солгать.

Страх перед ним? Желание рассорить его с дядей, чтобы потом иметь единоличное влияние на главного человека в королевстве? Это явно пахло как стремление обрести власть. Была ли Алэйна заинтересована в чем-то подобном? Пока все выглядело непохоже, но Терион не мог откинуть вероятность искусной игры.

Да и сам дядя…

Что они делали в его комнатах? Привел ли Магнус его невесту сюда лично, или Алэйна пришла сама, чтобы скомпрометировать отношения между родственниками?

Терион сжал кулаки, сминая перо.

Ему не нравилось копаться в действиях дяди. Тот был хорошим человеком, всегда помогал племяннику и давал советы. Даже мысль о подозрении вызывала у Териона дискомфорт.

Со вздохом он вынужден был признать, что просто боится. Если единственный родной человек предаст, то он останется один.

Учитывая пророчество, гарантирующее ему жизнь без любви, попытки удержать рядом хоть кого-то близкого были понятны.

Порывисто встав, Терион подошел к двери и распахнул ее.

— Где лекарь? — спросил он резко, недовольный тем, что помощь еще не прибыла.

— За ним пошли, ваше величество! — немедленно заверил его стражник.

Терион хотел снова закрыть дверь, но замер. Поглядев на дядю, он вздохнул. В конце концов, чего ему бояться? Дядя никогда не поступил бы столь отвратительно. А раз так, то он лишь убедится в своих выводах еще раз, а потом со спокойной душой вышвырнет девчонку из замка. Не она ли так страстно хотела сбежать? Вот пусть и идет… куда хочет.

Терион отмахнулся от ощущения сжавшегося сердца. Это бессмысленно. Он не собирался оставлять рядом змею, которая в любой момент могла извернуться и укусить!

— Как миледи попала в эту комнату? — спустя некоторое время все-таки спросил Терион.

Охранники, и так стоящие неподвижно, и вовсе застыли.

— Ее привел его сиятельство.

— Она пришла сама.

Два охранника произнесли это одновременно. Оба они находились на своем обычном посту. Вот только первого назначили на это место не так давно, а за вторым оно было закреплено на протяжении длительного времени.

Терион перевел непонимающий взгляд с одного мужчины на другого. Внутренности скрутило от дурного предчувствия.

Второй охранник быстро глянул на коллегу, потом на короля.

— Я хотел сказать, ваше величество, — мужчина опустился на колени и склонил голову, — что его сиятельство привел миледи в свою комнату.

Медленно закрыв дверь, Терион подошел к человеку и посмотрел на него.

— Почему изначально ты сказал другое? — прохладно поинтересовался он.

— Его сиятельство просил меня об этом, — моментально выдал дядю короля мужчина. Он корил себя за то, что не сдержал языка. И сейчас придется выкручиваться.

Терион сжал кулаки. Дороги назад нет, верно?

После быстрого допроса выяснилось, что на посту около дядиных комнат обычно стояли определенные люди. Они несли стражу в этом месте долгие месяцы, но несколько дней назад один из них заболел, и его заменил временный охранник. Именно он и сказал, что Алэйну в комнаты привел сам дядя.

В другой момент Терион вцепился бы в эту несостыковку, чтобы размотать весь клубок, но сейчас он ощущал нежелание. И именно это и стало тем аргументом, который решил все.

Терион не любил трястись от страха, и сейчас он признавался себе, что банально боится. Нежелание узнать горькую правду тормозило его.

Да, он был уверен в дяде, но не мог отрицать, что расходящиеся показания стражников выглядят подозрительно. В любом другом случае Терион решил бы, что кто-то подкупил постоянную охрану, но забыл о временной замене. Вот только зачем дяде делать что-то подобное?

К моменту окончания допроса к ним присоединился лекарь. Терион вместе с ним вернулся в комнату.

Пока лекарь хлопотал над Магнусом, Терион более внимательно осмотрел комнату. Самым подозрительным он посчитал перья, похожие на совиные.

Он не посылал своих фамильяров следить за дядей, да и сам Магнус не любил птиц, отчего всегда просил племянника держать его пернатых спутников подальше. Раз все так, то что в его комнате делают перья?

Подняв еще одно перо, Терион повертел его перед глазами. Крепкое крупное перо, явно принадлежащее молодой красивой птице. Окрас не напоминал ему ни одну из его любимиц. Незнакомая сова?

— Как он? — спросил Терион, пряча перо в карман, когда услышал тихий стон со стороны дяди.

— Его сиятельство в относительном порядке, ваше величество. Некоторое время будет болеть и кружиться голова. Может тошнить, так что лучше с недельку провести в постели. Еще может звенеть в ушах. На этом, пожалуй, все.

— Он может говорить? — Терион с тревогой посмотрел на бледное лицо дяди.

— Сейчас нежелательно его о чем-то спрашивать. Лучше завтра. А еще лучше дать ему пару дней, — посоветовал лекарь и поднялся. — И да, необходимо переместить его на кровать. Но только осторожно. Ни в коем случае не ронять.

Терион кивнул и, отпустив целителя, самостоятельно перенес родственника на кровать. Затем он позвал служанок переодеть дядю и убрать беспорядок в комнате.

Убедившись, что Магнус спит после приема лекарств, назначенных лекарем, Терион вернулся в свой кабинет. Подойдя к сове, сидящей на жердочке, он вынул найденное в комнате дяди перо и сунул его под клюв фамильяра.

— Что думаешь? — спросил Терион.

Сова при виде пера встрепенулась. Она слегка наклонилась и забавно потерлась о него головой, недвусмысленно показывая, что весьма расположена к владельцу утерянной части оперения.

Терион был озадачен. Даже друг к другу его фамильяры не проявляли такого… тепла. Наверное, это слово подходило лучше всего.

Повертев перо в руке, он положил его на стол и сел в кресло. Секунды сменялись минутами, а он все медлил. В конце концов Терион глубоко вздохнул. Его взгляд заострился, а сам он подался чуть вперед, глядя на темный угол.

Тьма в том месте немедленно забурлила. Она набухла, заклубилась, словно зловещий туман. Ощущение неведомого стало сильнее, но Терион, имеющий дело с подобной магией много лет, не испугался. Свечи в комнате встрепенулись, а свет от них стал приглушенным.

В следующий миг тьма расступилась, выпуская из своих объятий теневого стража.

Терион никогда не пытался следить за дядей. Это казалось ему неправильным. Он доверял единственному родственнику, и тот за все прошедшие годы ни разу не дал повода усомниться в себе.

В этот раз Терион решился на более подробный анализ ситуации лишь для того, чтобы убедиться в злых намерениях Алэйны. Он обязан был очистить перед собой запятнанное доверие к дяде.

— Она пришла сама или дядя ее привел? — спросил Терион.

Красные жутковатые глаза теневого стража мрачно блеснули.

— Старик привел ее к себе, — ответило существо.

Терион был так поражен услышанным, что даже не обратил внимания на пренебрежительный тон и оскорбительное обращение к его близкому человеку.

— Ты уверен? — усомнился он.

Страж на это ничего не сказал, лишь со значением посмотрел на короля. Ну да, тьме незачем было врать.

Сухо сглотнув, Терион ощутил, как его охватывает громадное разочарование.

— Расскажи мне все, — потребовал он, успешно игнорируя острое желание закончить допрос и сделать вид, что ничего не было.

К ужасу Териона, отчет, предоставленный стражем, совершенно не отличался от слов Алэйны. Вернее, был даже более подробным. Страж, словно желая расковырять еще сильнее недавно нанесенную рану, методично перечислял, какие именно пальцы Алэйны облизывал его достопочтенный дядя и какими глазами он на нее смотрел, когда предлагал помощь в побеге.

Когда страж замолчал, Терион пораженно выдохнул и откинулся на спинку кресла. Закрыв глаза, он некоторое время сидел неподвижно, а спустя пару минут выпрямился и устремил жесткий взгляд на все еще стоящего на границе света и тьмы стража.

— Я хочу знать все, связанное с дя… Магнусом Дарканом, — бросил он отрывисто. — Все, что так или иначе могло навредить мне или кому-либо связанному со мной. Меня интересуют умышленные действия.

Да, Терион никогда не следил за дядей, но это не означало, что стражи не замечали Магнуса, когда тот каким-либо образом контактировал с людьми, за которыми велась слежка.

Теневик не спешил говорить. Терион приободрился. Молчание ведь могло означать, что нынешний инцидент — единственный проступок дяди? Может быть, Алэйна настолько ему понравилась, что он не смог удержать себя в руках? Эти мысли подняли из глубины его души что-то черное, но Терион отмахнулся от непонятного чувства, сосредоточившись на желании узнать правду.

— С чего начать, господин? — внезапно спросил теневик, и надежда, вспыхнувшая в душе Териона, слегка треснула.

— Разве… — он на миг сжал зубы, а потом продолжил: — Разве случаев с его… проступками было много?

Теневик бесхитростно кивнул. Терион разочарованно выдохнул, но приказал себе не спешить. Кто знает, что именно теневой страж считает проступками. Мало ли, вдруг для него грязная ругань уже повод заподозрить кого-то в преступном поведении!

— Тогда начни с самого начала, — приказал Терион.

— Когда вы были в утробе матери, Магнус Даркан отравил ее медленно действующим ядом, — стоило словам прозвучать, как Терион побледнел. — Противоядие было найдено, но недостаточно быстро. Из-за последствий королева вскоре после родов умерла, а вы в детстве сильно болели. Когда вам исполнился год, Магнус Даркан нанял человека, чтобы задушить вас в колыбели. Ему не удалось добиться успеха лишь потому, что в комнату вошла служанка. Он убил ее, а потом пытался закончить дело, но девушка перед смертью слишком сильно шумела. Это привлекло стражу. Наемник сбежал, но Магнус Даркан вскоре после этого убил его, опасаясь, что тот проговорится, если его поймают.

Терион сидел оцепенело, слушая, как вскрывается так тщательно игнорируемая им все эти годы правда.

Каким дураком он был! Тьма все знала, но молчала, словно ожидая, когда он сам спросит ее!

Во все услышанное сложно было поверить. Казалось, за всеми неудачами, случавшимися с Терионом на протяжении жизни, неизменно стоял один-единственный человек. Тот, кому он безоговорочно верил!

Магнус убил его первую жену! Каждую последующую подтолкнул к отказу от него! Все покушения, бунты, даже его проклятая слава безумца! Все! Все это было делом рук одного человека!

Как такое возможно?

Неужели он действительно был настолько слеп, что не видел, какое чудовище притаилось за участливым взглядом и сочувственными словами?

Запрокинув голову, Терион рассмеялся. Он всегда верил в свое могущество. Ему казалось, что он беспристрастен, что способен видеть людей. Тьма была с ним на одной стороне. Она была его глазами и ушами.

Он стал слишком самоуверенным! И сейчас откровения, произнесенные мраком, стали доказательством того, насколько на самом деле Терион глуп. Никогда прежде он не получал удара сильнее!

Смех резко оборвался. Терион некоторое время сидел неподвижно, не мигая глядя перед собой, а потом, тихо застонав, опустил голову на стол.

Он убьет Магнуса! Разорвет на части и отдаст мясо бродячим псам, чтобы те обглодали плоть до самых костей! Но прежде нужны доказательства. Да, тьма все рассказала, но Терион не собирался верить на слово даже ей. Прищурившись, он сжал кулаки. Работы будет очень много, но он готов к ней.

Вскоре в его кабинет привели одного из заключенных. Тот ничего особенного собой не представлял. Наверное, поэтому дядюшка не стал тратить силы и ресурсы, чтобы убить его.

После того как Терион допросил повторно всех заключенных, он получил больше сведений. Это стало возможно только после открытия правды. Теперь, видя общую картину, он знал, что именно нужно спрашивать и на какие детали обращать внимание.

После заключенных он начал опрашивать вроде бы случайных людей. Многие из них даже не догадывались, что так или иначе оказались причастны к каким-то тайным делам. Обычно это были простые свидетели, которые и сами не поняли, что именно видели.

Постепенно, кусочек за кусочком, Терион складывал картину, о которой уже знал. И пусть на миг ему хотелось, чтобы тьма хоть раз солгала, но он не собирался отмахиваться от очевидного — все указывало на то, что дядя действительно был причастен к большинству бедствий в его жизни.

На третий день бесконечных допросов Терион понял, что узнал достаточно. Последний осколок надежды разбился. К этому моменту его охватило настоящее оцепенение.

Открыв потайной ящик стола, Терион достал кинжал, доставшийся ему в наследство от отца. Оружие было красивым и хищным.

Терион не знал, кто именно его сделал, но сейчас его это мало волновало.

Суд? Тьма? Ссылка?

Сейчас в какой-то мере Терион решил оправдать репутацию, которую дядюшка так кропотливо, буквально с любовью для него создал.

Дверь, коридор, поворот, еще поворот, лестница, новая дверь.

Стражники около покоев дяди исправно несли службу. Заметив своего короля, они даже не подумали останавливать его, хотя каждый вздрогнул от бездушного и ледяного вида правителя.

Когда король вошел в покои своего дяди, мужчины нервно переглянулись. Все они ощутили ужас, но не сдвинулись с места.

* * *

Ника была зла. Нет, она понимала, что король скорее встанет на сторону родного дяди, чем поверит человеку, которого знал всего пару недель — если так подумать, их связывало очень мало — несколько разговоров и два поцелуя, — но ее все равно обижало его недоверие!

— Говорят, старший Даркан заменил ему отца, — подлила масла в огонь Эльза, когда Вероника, кипевшая от негодования и обиды, расхаживала по комнате.

Сама она ни о чем служанку не спрашивала, но той явно было скучно молчать и наблюдать за метаниями госпожи, вот она и решила поделиться знаниями еще об одном важном в королевстве человеке.

— Ой ли? — фыркнула Ника. — Теперь понятно все! Сразу видно, чье воспитание!

Эльза слегка смутилась, явно не понимая, о чем речь. Вероника сжала губы и отмахнулась. Не станет ведь она объяснять, что не так давно король зажимал ее, как портовую девку, в точности так же, как собирался сделать его дядя!

Эти мысли только еще больше разожгли ярость в душе Вероники. Кем они оба ее считают? Доступной профурсеткой, которую можно зажать в углу в любой момент, а она и рада будет?!

— Именно поэтому многие сначала идут к старшему Даркану, — продолжила между тем Эльза, сгорая от любопытства. Ей очень хотелось знать, что так сильно разозлило госпожу, но спрашивать Эльза не решалась. — Говорят, если Магнус Даркан будет доволен, то дело сделано.

Вероника презрительно скривилась. Она представляла, как нечистые на руку люди добиваются желаемого, в то время как другие только и могут уповать на справедливость, которой никогда на самом деле не существовало.

Что-то подсказывало Нике, что те, кто обращался за помощью к старшему Даркану, вовсе не хотели протолкнуть проект постройки детских домов или очередной больницы! Если только это не сулило им значительную прибыль. Отвратительно!

После услышанного ее мнение о короле, который наверняка обо всем знал и потворствовал, только еще больше ухудшилось. Да, возможно, он не был монстром, которым его рисует народная молва, но моральный облик у него все равно был… грязным.

Ника не собиралась выходить замуж за такого человека! И никто ее не заставит, никогда!

— Собирайся, мы уходим, — бросила она гневно, не желая больше ни минуты находиться в замке.

На мгновение она вспомнила о золоте, которое все еще было неизвестно где, но потом отбросила эти мысли в сторону. Даже ради него она не собиралась оставаться. Им вполне хватит того, что удалось сохранить.

Вряд ли на это можно купить дом, но сохраненных монет хватит им троим, чтобы безбедно прожить несколько месяцев, а потом она что-нибудь обязательно придумает. Она молода и сильна, голова тоже на месте, это уже намного больше, чем есть у некоторых!

— Прямо сейчас? — изумилась Эльза. — Но у нас ничего нет.

Ника глянула на нее так, что девушка принялась поспешно складывать вещи.

— А стражники? — взволнованно добавила Эльза, не понимая, что вдруг нашло на обычно спокойную госпожу. Разве они не собирались дождаться удачного момента, чтобы беспрепятственно улизнуть?

Ника на миг остановилась, а потом ей в голову пришла замечательная идея. По крайней мере, именно такой она в тот момент казалась.

— Слушай внимательно. Для начала нарви свежей травы. Потом отыщи ведро. Возьмешь какую-нибудь тряпку, подожжёшь ее в ведре. Когда она разгорится, сунешь травы. Нужно, чтобы было больше дыма. Только смотри, аккуратней. Нам нужно отвлечь стражу. Никакого пожара. Поняла?

Эльза смотрела на нее так, словно опасалась быть покусанной.

— Госпожа… это, — начала служанка, замявшись, — очень опасно. Нас могут обвинить в покушении на жизнь короля.

— Что? — Ника нахмурилась, не понимая, как одно связано с другим. Можно подумать, ее волнует жизнь этого глупца! Да пусть живет сколько ему влезет! Только отдельно от нее, а желательно где-нибудь подальше.

— Они точно скажут, что мы решили поджечь замок. А тут живет король! Если замок сгорит, король может пострадать. Нас повесят! — Эльза неожиданно для Ники расплакалась.

Подняв руки, девушка закрыла лицо руками и зарыдала так, будто ее жизнь уже закончилась.

Вероника немного растерялась. Ни на кого покушаться она не собиралась, просто хотела отвлечь стражу дымом. Те обязательно бы побежали проверить, что горит, освободив тем самым путь к свободе!

— Да никто не узнает, что это мы подожгли! — попыталась вразумить служанку Ника.

Эльза вместо того, чтобы хоть немного успокоиться, заплакала еще сильнее. Куда еще?!

— А ведро… ик, где я возьму? — Эльза оторвала руку от лица и посмотрела на Веронику. — На кухне, — ответила она сама себе. — И меня обязательно кто-нибудь увидит. А потом расскажет. Ува-а-а, — завила служанка, страдальчески сморщив лицо. — Меня повесят.

— Да никто тебя не повесит! — воскликнула Ника, раздражаясь. Она и так была зла, а теперь еще и это.

План казался ей идеальным. Она не понимала, в чем проблема. Если нельзя взять ведро, то можно разжечь костер прямо на полу. Благо, что полы здесь были каменными, а о ковровых дорожках, кажется, никто и не слышал.

Именно это она и озвучила Эльзе, но та встала в позу и напрочь отказалась следовать придуманному Никой плану.

— Просто прекрасно! — Ника вскочила и снова заходила по комнате. — У тебя есть идея лучше?

Эльза вместо ответа снова всхлипнула. Вероника остановилась и вздохнула. Она ведет себя глупо. Если они сбегут на день позже, ничего не изменится.

Эта мысль заставила ее замереть.

Но так ли это?

Правда ли, что ничего не изменится? Она ударила дядю короля! Если здесь могли повесить за подожжённое ведро, то что с ней сделает король, когда осознает, что она фактически покушалась на его родственника? Который, по словам Эльзы, заменил ему отца!

Если сперва Ника просто гневалась, то сейчас испугалась. Поначалу собственный поступок не показался ей таким уж значимым, но теперь она увидела все с другой стороны.

Но почему король так легко отпустил ее? Не потому ли, что знал, что она никуда не денется? Видимо, ему сначала хотелось удостовериться, что с близким человеком все в порядке, а уж потом приступать к казни!

Побелев от ужаса, Ника рухнула на кровать. Эльза рядом вопросительно шмыгнула носом. Повернувшись к ней лицом, Вероника схватила служанку за руку и торопливо рассказала, что случилось в комнате дяди короля.

С каждым произнесенным словом Эльза бледнела все больше. Под конец от объявшего ужаса у нее зубы начали стучать! Не было сомнений, что поступок Ники напугал ее до смерти. Видимо, король на самом деле очень любил своего родственника!

Вскочив на ноги, Эльза поглядела на хозяйку круглыми глазами. На миг замерев, она сделала пару глубоких вдохов, вытерла слезы с лица рукавом платья, а потом выдохнула:

— Я за травой.

Глава 16

— Подожди! — Ника схватила ее за руку. — Сначала надо полностью собраться. Мы должны быть готовы к тому моменту, когда стража отреагирует. Их не будет у двери — если они вообще от нее отойдут — всего пару минут.

Эльза серьезно кивнула. Шмыгнув носом, она продолжила складывать вещи. В принципе, они всегда собирались бежать, поэтому держали большую часть багажа сложенным. Раскладывали только самую малость, чтобы не вызывать подозрений.

— Нужно предупредить Михая, — добавила Ника, когда они с Эльзой закончили сборы. — Нужно скоординировать наши действия.

— Как мы выберемся из города? — с тревогой поинтересовалась Эльза.

Ника нахмурилась. В прошлый раз они пытались пробраться тайно, но ничего не получилось. Так, может, в этот раз сделать все открыто? Она сомневалась, что их выпустят из города без разрешения короля. Это была проблема.

— Хорошо, — выдохнула Ника, потирая в задумчивости брови. — Ступай сейчас к Михаю. Может, у него есть какие-нибудь идеи.

— Поджигать ничего не надо пока? — вкрадчиво уточнила Эльза.

— Подождем. Я понимаю, что сейчас промедление смерти подобно, но мне бы не хотелось снова попасть в беду только потому, что мы слишком спешили, — ответила Ника.

Она немного успокоилась, пока они собирали вещи. И пусть страх перед возмездием за тот несчастный удар по голове извращенца все еще давил над нее, она в основном укротила излишне сильные эмоции.

Эльза облегченно выдохнула. Было ясно, что ей совершенно не хочется делать нечто столь рискованное. Хотя что может быть рискованней, чем согласие отправиться к проклятому королю вместе со своей госпожой?

Эльза ушла к Михаю, пообещав посмотреть, можно ли каким-то образом протащить в дом немного зеленой травы. Ника кивнула, а потом рухнула на кровать, принявшись составлять план побега.

Через некоторое время она поднялась и беспокойно зашагала по покоям. В одиночестве тишина становилась совсем невыносимой. Казалось, в любой момент в комнату придут, чтобы оттащить ее в подземелья, где будут пытать, а потом убьют.

— Все будет хорошо, — успокаивала Ника себя, но все равно вздрогнула всем телом, когда дверь в комнаты открылась.

— Это я, госпожа, — успокоила ее Эльза, затаскивая вместе с Михаем зеленый куст, посаженный в деревянное ведро. — Ах, нам удалось найти то, что вы просили! — достаточно громко произнесла Эльза. — Я вас понимаю. Эти комнаты такие душные и безликие! Зеленое деревце сделает помещение более живым! — Как только дверь за слугами закрылась, Эльза выдохнула. — Простите, госпожа, но никто не хотел пускать меня в замок с охапкой травы, пришлось выкапывать дерево и сажать в ведро. Я сказала, что вам слишком грустно в комнате и вы хотите видеть немного зелени в своих покоях, — она смущенно почесала щеку и неловко улыбнулась. — Зато теперь у нас есть зелень и ведро.

— Прекрасная идея! — похвалила Эльзу за смекалку Ника. — Михай, как дела? Ты в порядке?

— Да, спасибо за беспокойство, госпожа, — отозвался парень и слегка поклонился.

Как только дерево было пристроено в стороне, Ника попросила их обоих сесть и рассказала все, что смогла придумать. Она решила, что не зря люди говорят: наглость — второе счастье. Пришло время проверить это утверждение. Они будут действовать прямо и нагло, сбивая этим всех с толку.

Эльза с Михаем после объяснений переглянулись, а потом синхронно кивнули. Ника подумала, что в этой жизни ей очень повезло с друзьями.

К сожалению, привести план в исполнение в ближайшие часы не представлялось возможным. Пришлось ждать подходящего момента.

На следующее утро стало понятно, что в замке что-то происходит. Все слуги и охранники выглядели нервными. Правда, это не помешало стражникам около дверей Ники исправно нести свою службу.

— Говорят, король что-то ищет, — прошептала Эльза. — Допрашивает всех вокруг.

Веронике было интересно, что на того нашло, но ее любопытство не было достаточно сильным, чтобы она отказалась от плана и осталась.

— Это наш шанс, — выдохнула она. — Пока в замке все отвлечены на другое, мы можем уйти. Добавим им немного суеты с помощью небольшого дыма и скроемся.

— Все-таки будем жечь, — Эльза вздохнула. — Когда?

— Перед окончанием первой смены стражей, — решила Ника. — К этому моменту они будут наиболее усталыми и раздраженными. К тому же время будет близиться к обеду. От голода они также будут более рассеянными.

— Хорошо. Я предупрежу Михая. Надеюсь, ему удастся найти карету.

— Если нет, пусть берет просто лошадей.

Жаль, в этом мире еще не существовало сотовых телефонов, поэтому сложно было скоординировать совместные действия идеально. Приходилось ориентироваться буквально на глаз.

За некоторое время до окончания первой смены стражей Ника отправила Эльзу на дело. Служанка, жутко нервничая, подхватила завернутые в ткань, заранее сорванные с куста листья и отправилась в дальний коридор — поджигать.

Минут через десять она, взмыленная, с расширенными от страха глазами, выскочила из-за угла, истошно вопя о дыме и пожаре. Стражники заволновались. Когда Эльза поняла, что один из них хочет войти в комнату, чтобы вывести невесту короля на улицу — подальше от опасности, Эльза подскочила к нему, вцепилась в руку и дернула.

— Что ты делаешь?! — закричала она, поднимая еще больше суеты. — Бегите немедленно тушить! Пожар! Мы сейчас все сгорим! А-а-а! Я выведу госпожу! Король! Боги всемилостивые! Как же король?! Нужно немедленно его найти!

Мужчина, которому все это прокричали буквально в лицо, опешил, а при упоминании короля дернулся, едва не споткнувшись от растерянности.

Эльза продолжала голосить, а уж когда в коридоре запахло дымом, так и вовсе завыла. Атмосфера накалилась. Стражники переглянулись и кинулись в сторону дыма. Каждый из них посчитал, что с юной невестой за пару минут, пока они проверяют обстановку, ничего не случится.

Как только мужчины скрылись за углом, Эльза замолчала и отняла от лица пальцы, которыми «царапала» себе кожу. Прокашлявшись — от крика у нее даже горло начало немного першить, чего никогда ранее не случалось, — она прищурилась и быстро проверила коридор на постороннее присутствие. После открыла дверь.

— Свободно, госпожа.

Ника, слышавшая крики, выскользнула в коридор вместе с вещами. Не оглядываясь, они с Эльзой устремились к выходу. Там должен был ждать Михай с каретой или лошадями, как повезет.

Перед входными дверями обе остановились. Удостоверившись, что их никто не видит, они немного взлохматили друг другу волосы, обмазали сажей лицо и слегка растрепали одежду. Потом изобразили на лицах безумный ужас.

— Нормально? — спросила Ника, глядя на Эльзу расширенными глазами.

— Отлично, — похвалила та. — Только кричите громче и рот шире откройте.

Вероника послушно кивнула, внимая мудрости настоящего профессионала, а потом устремила твердый взгляд в сторону, где их ждала свобода.

— Идемте? — спросила Эльза, опасаясь, что госпожа стыдится того, что им предстоит сделать.

— Идем, — решительно ответила Ника, а потом сделала шаг вперед. Второй, третий, на четвертый она побежала, ощущая, как по спине постукивает привязанная часть клади. — Пожар! — закричала она, состроив на лице паническое выражение.

— А-а-а!!! — вторил ей громкий пронзительный голос Эльзы, от которого закладывало уши. — Пожар! Горим! Ужас! Спасайте короля!!!

С этими словами они вырулили из-за угла. По пути попалось несколько служанок, несущих куда-то стопки белья. Девушки попытались избежать столкновения, вот только от резкого движения белье рухнуло на пол.

— А-а-а!!! — Эльза схватила одну из девушек за руки и закричала той прямо в лицо. — Горим!

Немедленно на лице служанки проступила паника.

— А-а-а! — внезапно подхватила крик Эльзы девушка. Секундой спустя к ней присоединился вопль второй служанки.

— Бежим! — закричала Эльза, перепрыгивая кучу рухнувшего на пол белья. Откуда-то сбоку выскочила свора собак. Ника даже не знала, что в замке есть домашние питомцы.

Крик явно их спровоцировал, так как они в тот же миг принялись лаять. В холле перед входом поднялась настоящая паника. Девушки кричали уже от страха не только перед пожаром, но и перед внезапно ставшими агрессивными псами. Мужчина, сопровождающий свору, пытался приструнить собак, но у него ничего не получалось.

Вскоре к суете и панике присоединились и стражники, стоявшие на посту у двери. Ника с Эльзой воспользовались этим и выскользнули на улицу. Они обе с облегчением заметили, что около входа стоит запряженная двойкой карета. На месте кучера сидел Михай, который наблюдал за поднятым бедламом с приоткрытым от удивления ртом.

Ника с Эльзой дружно прыснули от смеха (в крови гуляло слишком много адреналина), а потом скользнули внутрь кареты. После стука по стене повозка немедленно тронулась.

— Вперед! — услышали они голос Михая.

— Удалось? — выдохнула Эльза, а потом рассмеялась. — Вы видели ее лицо, когда я закричала прямо на нее? Я не могу, она так испугалась!

Вероника тоже засмеялась. Некоторое время в карете слышался только дружный смех, который вскоре сменился тихим хихиканьем.

— Я надеюсь, с собаками все будет в порядке, — отсмеявшись, произнесла Ника. — И они никого не покусают.

Эльза икнула и кивнула, а потом достала влажную тряпку, приготовленную заранее, и принялась вытирать лицо госпожи. Затем она поправила растрепанную прическу хозяйки и удостоверилась, что с нарядом также все хорошо.

— Это еще не конец, — буркнула Ника, помогая Эльзе привести себя в порядок. Лицо той тоже было все в саже. — Теперь нам нужно выскользнуть из города.

Когда обе стали выглядеть прилично, в карете воцарилась тишина. Адреналин схлынул, и на его место пришла легкая усталость. Отвернувшись к окну, Ника немного отодвинула штору и выглянула наружу, наблюдая, как по улицам бродят люди. Глядя на чужие небольшие, но важные заботы, она размышляла, как скоро его величество их хватится. Вряд ли от него ускользнет такой большой переполох, который они с Эльзой устроили.

Рассердится ли он? Или ему будет все равно? А может, он только порадуется, что дикая и неприятная для него девица сбежала? Почему-то от этой мысли стало немного грустно, но Ника торопливо отогнала от себя столь странные эмоции. Сейчас главное — спасти свою жизнь. Сбежать подальше, а там видно будет.

Через некоторое время стук по стене оповестил, что они приближаются к городским воротам. Услышав его, Вероника собралась. Ей нужно было как можно лучше отыграть следующую сцену. Закрыв на миг глаза, она глубоко вдохнула, а потом открыла их и посмотрела на мир со всем высокомерием, на какое только была способна.

Как и многие прочие, Касиус, когда стало ясно, что его величество по какой-то причине сильно не в духе (ходили слухи, что его дядю сильно ранили, упокой душу глупцов, которые решились на такой шаг!), решил, что ему срочно нужно проверить загородное имение.

Он не был там уже пару лет, и сейчас, как ему казалось, представился идеальный момент, чтобы совершить поездку, на которую раньше не хватало времени и желания.

Конечно, он никогда и ни за что не признался бы, что ему банально хотелось избежать гневного настроения короля, которое ощущалось во всем замке тягучей атмосферой и тяжелым чувством давящей тьмы.

Если кто-то сейчас спросил бы Касиуса, зачем он едет в имение, маг в тот же миг ответил бы, что пришло время собирать красноцветы, которые цветут как раз в это время года.

Да, да, он немного стыдился того, что заранее придумал оправдание для поездки, но не стоит его винить! Касиус прекрасно знал, что большая часть обитателей замка — если не все! — мечтали оказаться на его месте. Вот только у них такой роскоши не было. И Касиус даже не думал злорадствовать по этому поводу.

Дожидаясь, пока его выпустят за пределы города, маг размышлял над тем, кто именно мог стать причиной ранения дяди короля. Касиус слышал, что виновата юная невеста его величества.

Вспомнив миловидную, но весьма вредную особу, которая каким-то невероятным образом смогла пережить ритуал замещения, Касиус слегка поерзал. Он очень надеялся, что его величество не убьет такого интересного человека.

Касиусу было жаль, что король не разрешил ему встречаться с девушкой. А ведь так хотелось расспросить ее, а лучше исследовать ее тело, чтобы понять, каким образом, по сути, простому человеку удалось преодолеть столь могущественную магию.

Он не знал, действительно ли Алэйна Боне стала причиной ранения дяди короля, но не счел это невозможным. Ему приходилось сталкиваться с Магнусом, и Касиус находил этого человека крайне неприятным. Да, тот всегда был улыбчив и внимателен, но магу вечно мерещился злой умысел за улыбками и блеском небольших отталкивающих глаз.

Касиусу было очень интересно, что мог сделать Магнус, чтобы Алэйна каким-то образом ранила его. Он хорошо помнил девушку. Та была бдительной и дотошной. Он все еще не забыл вопрос про платок. Подумать только, она действительно спросила, не сморкался ли он в него!

Было ли нападение случайным? Или девушка намеренно ранила столь важного человека?

Из мыслей его выдернул шум на улице.

Касиус нахмурился. Обычно, завидев карету, принадлежащую ему, охранники на воротах быстро его пропускали, зная, кто он такой. Не сказать, что Касиус часто покидал столицу, но пару раз за последние несколько лет это все же случалось. Так что произошло сегодня, что ему приходится ждать так долго?

— Да вы знаете, кто я?! — услышал он резкий и неприятный голос какой-то молодой женщины.

Касиус вздохнул. Всегда найдутся аристократы, которые мнят себя выше остальных. Он не совсем понимал, в чем причина. Да, охранники проверяют всех выезжающих из столицы, но в чем их вина? Это просто небольшая задержка, которая станет совсем неощутимой, если позволить людям делать свою работу, благо, что те давно научились проводить проверки в мгновение ока.

Решив, что обязан спасти бедолаг от излишней нервотрепки, Касиус открыл дверцу и вышел, а повернувшись в сторону, откуда доносился шум, замер. И ничего удивительного: шумной спорщицей оказалась та самая Алэйна Боне, о которой он размышлял мгновение назад!

Ощутив новый прилив любопытства, он направился к месту спора.

Девушка стояла перед несколькими охранниками. Она выглядела очень решительной и… немного высокомерной. Ладно, хорошо, очень высокомерной. Касиус сомневался, что когда-либо видел у кого-то из аристократов подобное выражение лица. Даже самые наглые и уверенные в своем превосходстве не могли похвастаться таким высоким уровнем пренебрежения, которое сейчас демонстрировала Боне.

Касиус даже остановился. Он хорошо помнил девушку с прошлой их встречи. В тот раз она была вредной, но в ее облике не было ни грамма высокомерия.

Играла ли она в прошлый раз? Может быть, ей приходилось сдерживать свою натуру, потому что рядом был король? Или она играла сейчас? Но зачем?

Загадка стала еще интересней. Касиус решил понаблюдать, чтобы попытаться самому разобраться в происходящем.

— Я невеста короля! — заявила между тем девушка, задирая подбородок едва ли не до самого неба. Бросив взгляд на охранников рядом, она неприятно хмыкнула. — Он очень любит меня. Сейчас в замке довольно душно, поэтому он решил, что мне будет лучше в его загородном имении. Поэтому, — Боне на миг остановилась, а после, втянув в грудь больше воздуха, продолжила чуть громче: — немедленно пропустите меня! Как вы вообще посмели встать на моем пути?! Я все расскажу королю! Он казнит вас!

Один из охранников принялся что-то объяснять, но девушка смотрела на него как на насекомое, а потом и вовсе пренебрежительно отмахнулась. Развернувшись, она сделала шаг в сторону кареты.

— Меня не волнуют ваши правила, — бросила она через губу, сморщившись, будто наступила на что-то отвратительное. — Просто откройте ворота, и его величество не узнает о вашей дерзости.

Охранники явно не знали, что делать. У них был четкий обязательный протокол действий, но и оскорбить высокопоставленную особу они никак не могли.

Происходящее выглядело подозрительно, так что Касиус решил все-таки вмешаться.

— Добрый день, господа, — поздоровался он, приближаясь. — Проблемы?

Стражники, увидев его, облегченно выдохнули.

— Милорд! — обратился к нему один из них и торопливо объяснил ситуацию.

Касиус внимательно выслушал, а потом повернулся к карете. Штора на окне в тот же миг задернулась, будто человек по ту сторону не желал видеть его. Или не хотел, вернее не хотела, чтобы он, Касиус, видел ее.

Подойдя к карете, Касиус постучал по дверце, давая понять, что хочет переговорить. С минуту все было тихо, а потом дверь резко распахнулась, едва не ударив его по носу. Касиусу повезло увернуться. Подняв взгляд, он наткнулся на раздосадованное лицо Боне.

— Господин маг, — поздоровалась она, натянуто улыбаясь. — Какими судьбами здесь?

— Да вот, — Касиус кивнул в сторону ворот, — собирался в имение. Красноцветы скоро зацветут. Пора собирать, — он даже не запнулся, когда ложь сорвалась с его языка. Нет, цветы действительно должны были начать распускаться, но не это было главной причиной, по которой он стремился покинуть замок. Но об этом другим незачем было знать. — А вы?

— Король сейчас немного занят, — произнесла Алэйна, слегка, как показалось Касиусу, расслабляясь. — Он велел мне отправиться в его загородный дом. На отдых. Подышать, так сказать, свежим воздухом.

Касиус моргнул. Он понятия не имел, что у короля было имение за городом, но не исключал такой возможности. Слова девушки казались вполне правдивыми. Но маг почему-то все равно ощущал в происходящем нечто подозрительное, поэтому собирался расследовать этот момент более тщательно.

Ника скрежетала зубами, пока их карета выезжала из города. Да, им удалось покинуть столицу, но вот незадача — за ними следовал маг, которого она когда-то довела до белого каления!

И как теперь от него избавиться?

И проблема была не только в этом. Маг отправил королю сообщение, что сопровождает его невесту на место ее будущего пребывания! Вот кто его просил, а?! Зачем он вообще это сделал?! И не просто передал, а дотошно записал на листочке. Нике хотелось в тот момент его пнуть, но приходилось ждать и улыбаться!

— Передайте королю, когда он освободится, — вспомнила Ника слова мага, произнесенные буквально минут десять назад. Она хорошо помнила, с какой тоской проводила запечатанный по всем правилам листок. — Мне стыдно признаться, но я совсем не знаю, где находится имение его величества, — обратился маг к ней.

Сердце Ники подскочило к самому горлу. Она сжала вмиг вспотевшие руки в кулаки.

— От города в пяти днях пути, — ответила она небрежно. Ложь сорвалась с языка очень легко. Не говорить ведь этому человеку, что она и сама не в курсе, где проводит отпуск король.

Маг кивнул, а затем тревожно оглядел ее карету.

— У вас совсем нет охраны, — удивился он. — Пять дней — долгий срок. На дорогах все еще встречаются разбойники, — его взгляд стал подозрительным.

Ника старалась смотреть прямо на мага. Хотя больше всего ей хотелось оглянуться по сторонам или отвести глаза.

— Все в порядке, — произнесла она тогда как можно убедительнее. — Если нас будет мало, разбойники посчитают, что ничего ценного у нас нет. А со стражниками они обязательно нападут, ведь где охрана, там обязательно есть что-то, что можно присвоить.

Маг приподнял брови, явно удивленный сказанным, но спорить не стал, видимо подумав, что эта мысль принадлежит королю, а не самой Нике. Она не стала его переубеждать. Чем меньше этот проныра лезет к ним — тем лучше!

— Думаю, я просто обязан вас проводить, — маг слабо улыбнулся.

Ника едва сдержалась, настолько сильно хотелось выругаться.

— В самом деле? — спросила она и вяло улыбнулась. — А как же ваши?.. — она пару раз щелкнула пальцами, пытаясь вспомнить название растения. Жест выглядел достаточно грубо для молодой особы аристократического рода, но Веронике это сейчас было безразлично. Она едва сдерживала негодование и раздражение, так что позволила себе маленькую слабость.

— Красноцветы, — услужливо подсказал маг, следя за ее рукой.

— Да! Именно они. Как же ваши цветочки? Завянут ведь! Я никак не могу этого допустить, — Ника немного воспряла духом. — Езжайте по своим делам. А со мной все будет хорошо. Уверяю вас, — выдохнула она и повернулась к карете, решив сделать вид, что разговор окончен, а дело сделано.

— Простите, миледи! — маг хмыкнул. Звук в тот момент показался Нике самым противным из всего, что она только слышала. — Но я уже написал королю, что буду сопровождать вас. А красноцветы… Что ж, у меня есть заготовленный в прошлом году запас, поэтому не страшно, если они отцветут без меня.

Вероника вдохнула в легкие воздух, желая сказать что-то еще, но потом прищурилась и отказалась от идеи спорить дальше. В конце концов, дорога длинная, всегда можно сбежать по пути!

И вот теперь он плетется сзади по пыльной дороге, явно намереваясь следовать за ней до конца!

Пока Ника злилась в карете, придумывая способ отвязаться от мага, Терион допрашивал очередного свидетеля по делу дядюшки. На принесенное посыльным письмо с печатью Касиуса он бросил лишь мимолетный взгляд. Не до него сейчас!

Глава 17

Терион сидел в кабинете. Он отсутствующим взглядом смотрел на входную дверь, не видя ее. Кинжал лежал на столе. Его лезвие было совершенно чистым.

Да, он не стал убивать дядю. Но не потому, что его рука дрогнула или он пожалел этого человека. О нет, жалости к Магнусу Терион не ощущал. Скорее это была обида, но и ее он затолкал так глубоко в подсознание, что по праву мог сказать, что подобных чувств не было вовсе. Поначалу он хотел совершить импульсивный поступок, убив дядю самостоятельно, но в последний момент его рука остановилась. Он внезапно вспомнил слова Алэйны о важности его облика в глазах подданных.

Еще недавно Терион плевать хотел на отношение людей, которых не знал, но после того разговора он время от времени размышлял о полезности положительной репутации. Да и выявление дядюшкиных дел, направленных на очернение его имени, подтолкнуло Териона к пересмотру своего мнения на этот счет.

Именно это и остановило руку.

Териону хотелось закончить дело без лишних эмоциональных и физических затрат — просто убить дядю и выкинуть тело диким псам, — однако он на миг представил, как отреагируют люди на такой поступок. Подобным внезапным убийством, которого ничто, казалось бы, не предвещало, он только закрепит в народе свою репутацию безумца, способного убить любого за малейший промах. Терион почти слышал шепотки. Они будут преследовать его до конца времен, если он прикончит презренного человека, по ошибке являющегося его родным дядей.

Нужен был суд. Причем публичный. Терион обязан сделать так, чтобы все узнали, кто повинен в преступлениях, в которых люди обвиняют короля. Нет, Терион не снимал с себя ответственности, ведь, будь он чуть менее слеп, многое плохое просто бы не случилось, но и полностью виноватым себя он тоже не считал.

В кабинет кто-то тихо постучался. Звук был больше похож на едва слышимый шорох. Создавалось впечатление, что человек на самом деле боялся привлечь внимание, но у него не было иного выхода.

— Войдите! — крикнул Терион, выпрямляясь и принимая более собранный вид.

Дверь открылась, и в кабинет вошел один из стражников. Он выглядел крайне нервно. Бледная кожа была покрыта испариной, а взгляд то и дело перескакивал с места на место. Мужчина явно не хотел смотреть на своего короля прямо.

Терион нахмурился. Что случилось на этот раз? Он очень надеялся, что за три дня, пока он выяснял все нюансы преступлений дядюшки, никакая соседняя страна не напала на них.

— Ваше величество, — проблеял человек, вытягиваясь в струну под внимательным взглядом Териона. Мужчина смотрел теперь четко вперед, куда-то поверх спинки кресла.

— Что-то случилось? — поинтересовался Терион. Человек вздрогнул, а Терион внезапно понял, что его репутация настолько ужасающая, что люди не могут даже смотреть на него, опасаясь быть за это убитыми. Он действительно был глупцом, раз не обращал на это раньше внимания!

Образ Алэйны, утверждающей, что очень важно, чтобы люди не боялись своего короля так сильно, мгновенно вспыхнул перед его внутренним взором. Терион вспомнил, что незаслуженно обидел девушку, усомнившись в ее словах. Он решил, что обязан извиниться перед ней сразу, как только узнает, с чем пришел настолько нервный стражник.

Казалось, после этого вопроса человек начал потеть еще сильнее. В какой-то момент он обреченно сгорбился, словно сдувшись, а потом практически шепотом выдохнул:

— Ваша невеста пропала.

Его сердце на миг дернулось и болезненно сжалось. Терион замер, не зная точно, как реагировать на такие новости. Потом пришло разочарование.

Конечно, она сбежала.

Конечно …

Как иначе? Она пыталась сделать это с самого начала и никак не могла упустить такой удобный для нее момент. Как коварно и жестоко! В то время, как он пытался собрать себя по кускам из-за предательства близкого человека, она с радостью бросила его!

Это было… разочаровывающе. Он ощущал себя так, будто ему второй раз вонзили нож в спину.

Впрочем, в следующий миг он осознал, что не должен так реагировать, ведь ему было известно, как горячо Алэйна желала свободы. Они не были настолько близки, он знал ее очень недолго. Так почему ему было так тяжело думать, что Алэйна вот так просто в самый сложный для него момент отвернулась и торопливо скрылась на просторах королевства?

Все лишь потому, что хотела быть как можно дальше от него.

Терион расслабил тело. Если сначала он хотел отправиться следом, то мгновение спустя его желание изменилось. Если она так не хочет быть с ним, то он не станет ее держать. Какой в этом смысл?

Он ведь никогда их не держал. Ни тогда, когда заставал под другим мужчиной, ни тогда, когда они просто исчезали из замка, не оставляя после себя никаких следов.

Терион махнул рукой, отпуская слишком нервничающего охранника, а сам сел удобнее, размышляя о своей реакции.

Больше всего он мучился, когда умерла его первая жена. Но тогда он был молод и влюблен. Потом ни одна из женщин, должных стать его второй половиной, не вызывала в нем никакого отклика. Он женился на них, спал с ними, но при этом оставался полностью равнодушным.

Их побеги или измены, после которых Терион делал все, чтобы как можно скорее расторгнуть брак, не трогали его настолько сильно. Он переживал, несомненно, но его переживания касались самой идеи, что он не сможет найти подходящую женщину и умрет в самом расцвете лет. Именно это по большому счету и удручало его больше всего.

Но не сейчас.

Сейчас его волновала именно Алэйна, а конкретно то, что она по какой-то причине не желала быть с ним и постоянно стремилась оказаться так далеко от него, как только возможно.

Резко поднявшись, Терион сжал кулаки. Он должен знать! Он хотел знать, почему именно Алэйна так яростно его отвергала. Ему нужны были ответы, и желательно немедленно, прямо сейчас!

Шагнув в сторону самого темного угла, он остановился на миг, сосредотачиваясь, а потом махнул рукой. Тьма забурлила, протягивая к нему зловещие щупальца. Терион сделал шаг и в тот же миг провалился в мрачное нечто, настолько же привычное для него, насколько пугающее для любого другого человека.

Тьма была подобна воде. Она перемещалась, ласкала его тело, цеплялась бархатными лентами, будто хотела задержать, но это было не так. Терион шел вперед, в то время как от него во все стороны расходились существа, живущие внутри тьмы. Они не трогали его, просто наблюдали с расстояния, время от времени издавая наполняющие душу липким чувством отторжения звуки.

Спустя некоторое время рядом с ним появился теневик. Его красные глаза мерцали в темноте, но сам теневой страж не приближался. Вместо это он развернулся и пошел впереди, явно указывая дорогу.

Там, где есть свет, там будет и тьма. Они шли по лесу, скрываясь в тенях, и в какой-то момент он увидел ее. Карету, внутри которой сидела Алэйна. Дождавшись, когда карета скроется под тенью крон, Терион скользнул вперед, оказавшись прямо внутри движущегося экипажа.

Ощутив странный порыв воздуха, Ника отвернулась от окна, желая посмотреть, что это было. В этот момент Эльза закричала. Вероника схватила лежащий рядом небольшой мешок с самыми ценными вещами и рефлекторно швырнула его во что-то движущееся.

Она и сама не поняла, зачем это сделала, просто идея отвлечь неизвестное существо, выползающее из тьмы, хоть чем-нибудь показалась ей самой удачной.

После этого послышалось шипение. Ника вскочила на ноги, протягивая руку к Эльзе, забившейся в угол, но карета налетела на очередной камень. Это никак не могло поспособствовать удержанию равновесия — Вероника тихо охнула и начала заваливаться вперед.

Она пыталась за что-нибудь ухватиться, чтобы хоть как-то задержать падение, но все было бесполезно — в следующую секунду в носу вспыхнула яростная боль, на мгновение ослепляя. А потом мир окутала тьма.

Нет, ее сознание было на месте, просто все вокруг погрузилось во тьму, которая больше напоминала чернила. Создавалось впечатление, словно кто-то покрасил воду в черный цвет и бросил туда Нику. Она запаниковала, а когда ощутила чьи-то руки на своем теле, так и вовсе едва смогла сдержать ужас.

Не успела она как следует «насладиться» незабываемым ощущением, как ее выдернули из этого состояния обратно в карету.

Ника оттолкнула того, кто ее держал, не надеясь, что отпустят, но, к ее удивлению, руки разжались, она смогла отойти от существа и сразу рухнула на скамейку. Как показала реальность, стоять внутри движущейся кареты — опасное занятие.

— О господи, — выдохнула она, хватая ртом воздух. На миг показалось, что все для нее закончилось. Это было абсолютно, совершенно ужасно!

Несмотря на свое состояние, Вероника не забыла об опасности. Сделать это было сложно, учитывая, что с момента, как закричала Эльза, прошли считаные секунды.

Взгляд Вероники мгновенно отыскал вторженца. Она моргнула раз, другой, а потом повернулась к служанке. Девушка молчала. Она сидела в углу, прикрыв руками голову, но при этом смотрела на того, кто напугал их. Рот Эльзы был некрасиво распахнут. Не было сомнений — служанка удивлена не меньше, чем сама Ника.

Поправив дрожащими руками юбку на коленях, Вероника нервно улыбнулась.

— Ваше величество! — преувеличенно бодро начала она, поморщившись из-за того, насколько громко и пискляво прозвучал ее голос. Откашлявшись, она предприняла еще одну попытку: — Ваше величество, как приятно вас видеть.

— Неужели? — поинтересовался король, а потом спокойно сел рядом с Никой. — Мне показалось, что это не так, — добавил он и потер скулу, поднимая с пола сумку. — У вас хороший прицел, — хмыкнул мужчина, но Ника не слышала в его голосе настоящего веселья.

Все происходило слишком быстро, поэтому она никак не могла поспеть за событиями. Сердце все еще бешено колотилось, а руки тряслись. Ощутив влагу на лице, она совершенно некультурно шмыгнула носом, позабыв, что должна вести себя как леди.

— Госпожа! — воскликнула Эльза, отмерев. — У вас кровь!

Взгляд короля мгновенно стал еще тяжелее. Ника подняла руку и вытерла горячую каплю под носом. Ох, кажется, она ударилась сильнее, чем предполагала.

Всполошившаяся Эльза еще минут десять ворковала над ней, но Ника едва ли обращала на это внимание. Больше всего беспокоила не кровь из носа, а неотрывный взгляд короля, который явно был очень, очень недоволен очередным побегом.

— Я не выйду за вас! — внезапно выкрикнула она, устав от напряжения. Надоело! Вся эта беготня в попытках спасти свою жизнь. Было очевидно, что просто так ей не убежать, учитывая, какими пугающими способностями обладает король. А раз так, значит, нужно выбрать другую стратегию. На этот раз она решила быть просто честной.

Король замер, хотя вроде бы и до этого сидел неподвижно. Темные глаза сузились.

— И почему, позвольте вас спросить? — холодным голосом поинтересовался он.

— Я не хочу умирать! — выдала не задумываясь Ника, упрямо глядя в замораживающие глаза короля. — Я не хочу умирать, — повторила чуть тише и обиженно сжала губы.

Вряд ли честный ответ поможет, но она обязана была попробовать.

Терион замер и нахмурился. Слова Алэйны удивили его.

— Ради всех святых, — произнес он, слегка раздражаясь. — Я предлагаю вам стать моей женой! С чего вы взяли, что за этим последует смерть? Кто занимался вашим образованием?

— С моим образованием все в порядке! — заверила его девушка и фыркнула, складывая руки на груди, словно желала отгородиться от него, закрыться.

Ему не нравилось подобное. Териону в последнее время вообще все казалось каким-то странным и неправильным. Собственные чувства мешали здраво мыслить, и приходилось постоянно одергивать себя.

Алэйна посмотрела на него и прищурилась. Терион ощутил, как сердце забилось быстрее, настолько привлекательной в этот момент выглядела девушка. Ему хотелось протянуть руку и погладить бархатистую кожу на лице. Внезапно он вспомнил, какими мягкими, но упругими были ее губы.

Терион смочил языком пересохшую кожу на губах, пытаясь заставить сбившееся на мгновение дыхание вернуться в норму. Колдовство! Хотя нет, он ведь проверился. На него никто и никак не воздействовал.

— Мне интересно, — протянула Алэйна, не заметив его затруднений. Терион поблагодарил за это тьму и сдвинул ноги так, чтобы было удобнее сидеть, — вы каждой своей жене так говорили?

Терион моргнул.

— При чем тут мои прошлые отношения? — спросил он, недоумевая.

— Да при том! — взорвалась неожиданно девушка.

Служанка, сидящая в углу, испуганно пискнула, явно не ожидая от своей госпожи такого резкого эмоционального всплеска. Этим она привлекла к себе внимание Териона.

— Думаю, нам стоит поговорить в другом месте, — произнес он и поднялся.

Не дожидаясь, пока Алэйна сообразит, в чем дело, он взял ее за руку и поднял.

— Что?.. — опешила она, растерявшись.

Терион обнял ее за талию и махнул рукой, открывая обычный портал.

— Ты не посмеешь! — закричала Алэйна, начиная брыкаться. — Я не хочу возвращаться! Отпусти меня! Ты! Сейчас же поставь меня обратно! — потребовала она.

Терион выполнил ее просьбу и опустил на пол в кабинете. Пошатнувшись, Алэйна поправила платье, прическу, а потом огляделась. Как только к ней пришло осознание, где они сейчас находятся, на ее лице отобразилось отчаяние. Девушка разочарованно застонала.

Терион вздрогнул от этого звука, а потом быстро зашел за стол и сел в кресло, закидывая ногу на ногу. Кажется, нужно как можно скорее решать дела со свадьбой. Тело изголодалось по женскому вниманию настолько, что его возбуждают даже такие обыденные вещи, как прищур глаз или разочарованный стон. Как подросток, в самом деле!

— Итак, — заговорил Терион, когда девушка рухнула в кресло напротив. Казалось, весь ее мир разрушился в одно мгновение. — Почему тебя интересуют мои прошлые отношения?

Алэйна подняла на него взгляд и посмотрела так, словно у него выросла вторая голова. Терион даже смутился. На него никто еще так не смотрел.

— Ты шутишь? — спросила она с очевидным скепсисом в голосе.

— Ничуть, — Терион качнул головой.

Взгляд Алэйны стал еще сложнее. Она открыла рот, будто хотела что-то сказать, но, передумав, закрыла. Подобное действие повторилось еще пару раз. Терион никуда не спешил, поэтому не стал ее торопить. Ему даже было интересно, когда она решится хоть что-нибудь сказать.

— Поверить не могу, — выдохнула она в конце концов. — Ты ведь умный, нет? Неужели ты действительно не понимаешь, почему я могла бы хотеть от тебя сбежать? Шесть жен! Всех твоих предыдущих жен, — Алэйна подалась вперед, пожирая его свирепым взглядом, — постигла ужасная участь. Это о чем-нибудь тебе говорит?

Терион замер. Это ему действительно кое о чем говорило. А именно о том, что для дядюшки нужно было придумать как можно более суровое наказание. Терион до сих пор поверить не мог, что доверял человеку, который всю жизнь пытался убить его. И не только это! Магнус отвадил от него всех подданных, был причиной смерти его матери и первой жены. И еще бог знает скольких людей! Он виновен в заговорах, коррупции, насилии и даже в контрабанде! Этот список можно было продолжать бесконечно.

— Я никого не убивал, — произнес Терион, выбрасывая из головы дядюшку. Сейчас было не время думать о нем.

— Да какая разница! — снова вспылила Алэйна. Она взмахнула руками, словно птица, пытающаяся взлететь, а потом нахохлилась, глядя на него подозрительно. — Думаешь, я должна быть спокойнее из-за того, что умру не от твоей руки, а от кирпича, упавшего на голову с какой-нибудь крыши, из-за проклятия, неизвестно кем и когда наложенного на тебя? Что-то мне подсказывает, что нет.

Терион моргнул. Проклятие? Ну конечно! Боги, какой он идиот! Со всей суматохой последних дней он совсем упустил из вида свою репутацию (к слову, которая тоже являлась делом рук «любимого» дядюшки).

— Я не убивал их, — произнес Терион, а потом торопливо добавил, когда заметил, что Алэйна хочет что-то сказать: — Нет, подожди, дай мне договорить.

Она скептически на него посмотрела, а затем выдохнула и села ровнее, давая понять, что готова слушать. Что ж, это уже было хорошее начало.

— Из всех моих жен умерла только одна — первая, — начал пояснения Терион. — Виновный в ее смерти уже найден. Никакого проклятия на самом деле не существует.

— О, ну конечно, — Алэйна недоверчиво на него посмотрела. — Люди попусту болтать не…

— Люди! — не дал ей договорить Терион, снова слегка раздражаясь. Не так давно она усомнилась в его разуме, но, судя по всему, ее недавние слова можно было повернуть в обратную сторону. — Люди также говорили о том, что я вырезал просто так целое поселение. Вырезал потому, что однажды утром проснулся и подумал, что это будет крайне забавно, — в его голосе слышался отчетливый сарказм.

Терион со значением поглядел на девушку. Он с удовольствием наблюдал, как до нее доходит вся ирония положения. Недавно он рассказал ей, как все было на самом деле, дав понять, что не все, что о нем говорят, правда, а Алэйна прочитала ему целую лекцию о важности репутации.

И вот сейчас в их споре она хотела сказать, что слухи о проклятии являются правдой только на основании того, что люди ведь говорят.

— Ладно, — выдохнула Алэйна, вскидывая руки в поражении. — Убедили. Слухи — не аргумент. Но и вы меня поймите. На что еще мне опираться? В народе идет молва, что вы прокляты. Ваши жены исчезают с горизонта одна за другой. Любая на моем месте испугалась бы и побежала!

— Вот именно, мои жены исчезали. Все они сейчас прочно замужем за другими людьми.

— Замужем? — Алэйна удивленно моргнула. — А так бывает? Я думала, если вышла за короля, то… эм… все, разрыв может быть только один — смерть. Кроме того, почему об этом никто не знает?

Она подозрительно прищурилась.

На самом деле Териону не очень хотелось делиться такими подробностями, даже с будущей женой. Тем более с ней! Пусть он давно уже перестал так сильно реагировать, но его гордость как мужчины все равно каждый раз была сильно уязвлена.

Да, сейчас он знал, что ко всему негативному в его жизни приложил руку дядя, но легче от этого если и становилось, то только немного.

— Проклятия нет, — Терион решил начать издалека. — Но однажды было произнесено пророчество. Оно и повлияло на все.

Он вздохнул, собираясь с мыслями. Терион понятия не имел, почему отчаянно хочет объяснить все сидящей перед ним девушке. Раньше ему по большому счету было безразлично мнение тех, на ком он женился.

— Пророчество? Это книга о каком-то избранном подростке, который должен спасти мир? — спросила Алэйна и усмехнулась, покачав головой. — Неужели кто-то действительно может поверить во что-то настолько… глупое?

Терион нахмурился. Он не понял, при чем здесь подросток и спасение мира, но его слегка уязвила пренебрежительность, с которой Алэйна отнеслась к теме, ведь пророчество практически сломало его жизнь и отняло у него любимых людей.

— Да, — Терион отбросил недовольство. Ему не хотелось снова ругаться с будущей женой. — Все поверили. Я не знаю, было ли оно правдивым, но один человек приложил очень много усилий, чтобы слова старой ведьмы стали реальностью.

Ника не могла поверить, что они сейчас действительно говорят о каком-то пророчестве. Впрочем, учитывая, что здесь есть магия, может быть, и пророчества настоящие. Но кто бы только знал, насколько клишированно все это звучало!

— Хорошо, — Ника поджала губы, недоверчиво глядя на короля. Ей все еще казалось, что тот решил над ней подшутить. — И что было сказано в том пророчестве?

— «Грядет король великий, но дни правления его будут коротки. Тридцать три года — и тьма поглотит разум. Прольются реки крови. Алое безумие охватит мир. Вой людской достигнет ушей богов, но боги отвернутся. И не будет более надежды, ведь только женщина сможет удержать ту тьму, но ни одна душа этого мира не пожелает быть с ним до конца».

— Звучит… — Ника замялась. Алое безумие? Реки крови? У того, кто придумал подобные слова, явно не было таланта к литературе! — зловеще, — закончила она.

Больше всего Нику заинтересовало упоминание о том, что ни одна душа этого мира не пожелает быть с королем. У нее появились кое-какие подозрения, правда, даже они не заставили ее до конца поверить в реальность существования действующих пророчеств. Это могла быть просто цветистая фраза, придуманная для красного словца!

— Именно это было произнесено однажды пришедшей в замок женщиной. Так как я должен был стать следующим королем, то все решили, что в пророчестве говорится обо мне, — произнес король, хмуро глядя перед собой. — И мой дядя, как я узнал совсем недавно, отчаянно желающий получить трон, решил, что пророчество будет идеальным прикрытием для него.

Вероника прищурилась. Разве Эльза не говорила, что король любит и почитает дядю как отца? Или у него есть несколько дядей?

— Это он убил мою первую жену. Мы были молоды, влюблены. Она считала, что подобного будет достаточно, чтобы побороть пророчество. Дяде это не понравилось.

— Почему? — задала Ника вопрос.

Почему-то ей было очень неприятно слышать, что король кого-то любил. Да, она понимала, что девушки уже нет (это ужасно на самом деле!), но неприятное чувство никуда не хотело деваться.

Ревность.

Вероника была достаточно взрослой, чтобы понять, что именно она ощущала. Понимание стало для нее откровением.

Она немедленно принялась копаться в себе. Нужно было понять, по какой причине ей внезапно захотелось приревновать короля к его давно покойной жене.

— Она могла родить мне наследника, — произнес король, чем прервал хаотичные размышления Ники. — Новые проблемы в виде очередного наследника дяде были не нужны. Он хотел, чтобы я, как и предсказывало пророчество, умер в положенный срок.

— Он собирался ждать так долго? — Ника была полна сомнений.

Король усмехнулся.

— Конечно, нет. Все эти годы он пытался убить меня, но у него ничего не получалось. Но это не значит, что дядя готов был позволить мне иметь счастливую семью, — лицо мужчины скривилось. — Когда ему не удалось уговорить мою первую жену бежать, он убил ее. Этим он только подтвердил слухи о том, что пророчество реально. Последующие женщины, которых я выбирал в жены, соглашались с ним более охотно.

— Но вы все равно на них женились.

Ника едва заметно поморщилась. Даже ей были слышны кислые нотки в собственных словах. Посмотрев на короля из-под ресниц, она облегченно выдохнула — кажется, не заметил.

— Потому что я не желал умирать, — хмуро выдал король, пристально глядя на нее. — Что я еще мог сделать?

Нике хотелось обвинить короля в распутстве или неосмотрительности, но она промолчала.

— Так что с ними случилось? — вместо обвинений спросила она.

— Как я уже сказал, вышли замуж за других мужчин. Одна, например, сейчас жена конюха. Он слуга одного из аристократов юга, — ответил король. Ника видела, что ему не слишком комфортно говорить на эту тему.

— Конюха? — не сдавалась она.

Ей нужно было точно знать, что никакого проклятия нет и завтра лестница под ногами не ускользнет потому, что кто-то по неосмотрительности разлил на ступенях масло. Нет, Вероника понимала, что подобное вполне может случиться, но одно дело — реальная случайность, и совсем другое — проклятие, которое делает случайность неизбежной! Она даже слегка смутилась из-за того, что так яростно верит в проклятие, при том что совсем недавно высмеивала тему пророчества.

— Да, — король ответил с явной неохотой. — Застал их в интимный момент. Ее родители не были счастливы.

— Она ведь была аристократкой? Раз она вышла за него замуж, значит ли это, что у них была любовь?

Король посмотрел на нее с некоторым скепсисом.

— Я сомневаюсь, что они действительно любили друг друга, но у них не было выхода.

— Почему?

— Все в королевстве знали о нашей свадьбе. Ее измена — настоящий скандал. Изменить мужу, тем более королю, — позор, который утащил бы на дно всю семью.

— Почему тогда пошли слухи, что ее постигла ужасная участь?

— Ее родители слезно умоляли меня никому не говорить о разводе.

— А вы?

— А мне было все равно.

— О, — выдохнула Ника и неловко потерла ладони о колени. — Полагаю, ваш дядя незамедлительно воспользовался молчанием и распустил очередные слухи о ваших зверствах?

— Именно, — согласился король. — Надо сказать, он каждый раз активно способствовал тому, чтобы наши отношения с женами не сложились, — очень тактично добавил он.

— Остальные жены?

— Сценарий каждый раз был примерно одинаковым. Три из них просто сбежали и вышли замуж в других странах.

— Мне очень жаль…

— Вы ни в чем не виноваты, — отмахнулся король. — Я говорю это вовсе не для того, чтобы вызвать жалость. Вы меня спросили — я ответил. Это просто прошлое, с ним ничего не поделаешь.

Ника кивнула, принимая такой ответ. У них обоих действительно было прошлое, которое скрывало множество секретов. Она, например, каким-то образом захватила чужое тело. Так не кричать ведь об этом на каждом углу, не так ли?

Чего Ника не знала, так это того, что король в значительной степени упростил рассказ. Да, все описанные им события имели место, но ему не хотелось рассказывать, как много грязи на самом деле случалось с его теперь уже бывшими женами. Шантаж, угрозы, изнасилование, просто насилие. Его дядя оказался тем еще зверем! Он не гнушался ничем, чтобы добиться нужного результата. Терион посчитал, что такая информация будет совершенно лишней. Тем более что дядя теперь за решеткой, а вскоре его ждет суд и смертная казнь.

— Итак, раз мы все прояснили, я бы хотел узнать ваш ответ на мой вопрос.

— Какой? — спросила Ника, недоумевая.

— Вы станете моей женой? — поинтересовался Терион. Сейчас, когда все было улажено, он не сомневался в ее согласии. Наверное, поэтому ответ Алэйны стал для него полным сюрпризом.

— Нет, — сказала она и улыбнулась ему совершенно невинно.

Глава 18

— Что? — удивленно спросил он, не до конца осознавая, что именно она сказала. Алэйна сейчас на самом деле отказала ему?

Нет, из-за слухов многие девушки не были согласны стать его женой, поэтом сам отказ не был чем-то удивительным. Просто… ну просто разве они только что не выяснили, что никакого проклятия нет и ей не стоит бояться? Если так, то почему, ради всех святых, она не хочет быть его женой?!

— Почему нет? — спросил он более сердито.

Отказ Алэйны его сильно задел. Несогласие с таким ответом вскипело в груди подобно огненному шару. Териону хотелось встать, подойти к девушке и встряхнуть ее за плечи, добиваясь, чтобы она немедленно сказала, что просто пошутила.

Она не хочет быть с ним.

Подобная мысль расстраивала. И это мягко сказано! На деле Терион был взбешен из-за отказа. А еще где-то глубоко внутри он ощущал обиду и тоску, тянущую за внутренности, подобно крюку.

— О, понимаете, ваше величество, — заговорила Алэйна. Терион прищурился. Он отчетливо видел, как в одно мгновение поменялось поведение девушки. Она была такой же, как в самом начале их знакомства. Терион не мог точно сказать, в чем дело, но ощутил фальшь в ее нынешнем поведении. Минуту назад она была другой! Настоящей! — Все молодые девушки грезят о любви, — произнесла она с придыханием и мечтательно прикрыла глаза, изображая на губах едва уловимую улыбку. — Тепло сильных рук, сладость первого поцелуя, совместно встреченный восход, красота которого восхитительна настолько, что глаз нельзя оторвать. Любовь, от которой сердце подскакивает к горлу, тело немеет, а душа трепещет. Ах, как чудесно это неземное чувство. Я могу сказать с уверенностью, что любовь — это самое прекрасное, что могли подарить людям боги. Она столь возвышенна и невинна, что даже думать о ней мучительно. Я…

— Я вас понял, — перебил ее Терион. На самом деле он не понял ничего, но ему больше не хотелось слышать этот преувеличенно восторженный щебет. — Как все сказанное вами относится к нашей свадьбе?

Алэйна на миг застыла, а потом посмотрела на него укоризненным взглядом. Терион продолжал сидеть неподвижно, выжидательно глядя на нее. Кажется, от него требовалось что-то иное, ведь спустя несколько секунд Алэйна сокрушенно выдохнула и покачала головой. Создавалось впечатление, будто она осуждает его за что-то.

— Я и представить себе не могла, что мне придется говорить вам что-то подобное, — сказала она вскоре. — Простите меня, мой король, — Терион едва не вздрогнул от такого обращения. Почему-то из уст Алэйны оно прозвучало как-то особенно интригующе, — но я не могу выйти за вас замуж, потому что между нами нет любви.

Слова упали. Сразу после этого в кабинете воцарилась тишина. Терион сидел пораженный. Любви? Действительно? Она на самом деле хочет сказать, что отказывает по такой нелепой причине? Кто воспитал ее? Кто вбил в ее голову такие абсурдные мечтания?

Терион проигнорировал шепот в сердце, который настойчиво пытался донести до него мысль, что он и сам мечтает о чем-то подобном. Каждый раз, когда жены сбегали или изменяли ему, он делал вид, что все в порядке, что он не удивлен и не расстроен, но на деле его душа кровоточила.

И снова нет. Не она. И на этот раз ничего не вышло.

Но разве пристало королю желать чего-то настолько эфемерного и ненадежного? А потому…

— Что за глупости вы несете? — холодно спросил он, прищуриваясь. — Любовь? Вы, как дочь аристократа, должны были знать с самого детства, что подобные чувства в нашем круге редкость, на которую никому из нас не стоит и рассчитывать. Браки в высшем свете всегда происходили в первую очередь ради выгоды, но никак не по любви. Это попросту глупо. Людские чувства непостоянны. Сегодня вы любите, а завтра — готовы убить друг друга! Люди обязаны вступать в брак исключительно с холодной головой! В любом случае я спрашивал вас исключительно из вежливости. Наш брак — дело решенное. Жаль огорчать вас, но вам придется смириться.

— И не подумаю! — моментально взвилась Алэйна.

Сердце Териона сладко и восторженно сжалось, настолько великолепной в этот момент выглядела девушка. Она буквально пылала праведным гневом. И он не мог оторвать от нее глаз.

— Вам придется! — настоял он, поднимаясь из-за стола, словно хотел, чтобы дополнительный рост придал ему большей значимости.

— Никогда этого не будет! — ответила она и подскочила к столу, опираясь на него руками.

Ее взгляд пылал. Щеки были окрашены восхитительным розовым оттенком. Приоткрытые губы манили. Терион почти задыхался от охватившего его желания.

— Мне все равно, — его голос стал более хриплым и низким — опасным, но Алэйна, судя по всему, не заметила этого. Она по-прежнему смотрела на него прямо, не отводя глаз, и выглядела готовой бороться всю жизнь, если потребуется. — Вы сделаете так, как я сказал. Вы станете моей женой, нравится вам это или нет!

— Прекрасно! — она стиснула кулаки и прищурилась. — Давайте! Вперед! Я буду ненавидеть вас всю жизнь! Я сделаю все, чтобы вы ощутили всю прелесть моего несогласия. Вы не сможете держать меня вечно под замком. И однажды, — она глотнула воздуха, окидывая его презрительным взглядом, — однажды я просто сбегу, и вы не сможете меня найти!

Терион, услышав это, рассмеялся. Его зловещий смех взлетел под самый потолок и разбился на осколки, осыпавшись вниз легкими лохмотьями тьмы. Она, взбудораженная эмоциями своего любимца, заклубилась в углах, вздыбилась, словно непокорный жеребец, не желающий нести на спине наглого человека.

— Наивная! — громко произнес Терион, обходя стол.

Алэйна даже не подумала отступать. Когда он подошел к ней вплотную, она лишь дерзко вскинула голову, продолжая смотреть на него пылающим взглядом. В котором таилось столь многое, что Терион едва мог держать себя в руках.

— Я найду тебя везде, — прошептал он, наклоняясь. Его дыхание было прерывистым и тяжелым. Запах девушки буквально вкрутился в мозг, почти отключая здравый смысл. — Моя тьма отыщет тебя в любом месте этого мира. Ты не сможешь скрыться от меня. Никогда. Просто смирись.

— Никогда, — прошипела Алэйна, даже не думая смотреть по сторонам.

Тьма наползала на них, зловеще клубясь и поглощая любой свет. Вскоре несколько свечей погасли, не выдержав давления. В кабинете стало темнее.

Терион любовался тем, как тени ложатся на нежное лицо Алэйны, заостренное сейчас решительностью и непоколебимостью. Она выглядела неземным существом, которое пришло к нему из самых тайных уголков вселенной лишь для того, чтобы встать перед ним и свести с ума!

— Я никогда не отступлюсь, — добавила она решительно. — Я буду бежать так далеко, как только возможно.

— Бесполезно, — ухмыльнулся Терион, упиваясь тем, что она действительно ничего не могла поделать с его силой. Сейчас, как никогда ранее, он был благодарен судьбе за то, что она дала ему эту силу. — Тебе не спрятаться от меня в этом мире.

Как только эти слова прозвучали, глаза Алэйны сверкнули каким-то непостижимым чувством. Она выпрямилась и расслабилась. Терион забеспокоился. Что он сказал не так? Разве она не должна была сейчас ощутить большее отчаяние? Почему она улыбается?

— Прекрасно, — промурлыкала девушка, а потом неожиданно подалась вперед и провела кончиком тонкого пальца по его груди. — Если я не могу спрятаться от вас, ваше величество, в этом мире, то… мне просто нужно сбежать от вас в другой!

Терион вздрогнул от этих слов и качнулся вперед, будто хотел схватить ее, опасаясь, что Алэйна исполнит угрозу немедленно. Она отшатнулась из-за резкого движения, а затем неожиданно споткнулась и, взмахнув руками, начала падать назад. Ее глаза расширились от шока. Терион попытался поймать хрупкое тело, но его пальцы лишь мазнули по мягким перьям.

Хлопки крыльев привели его в замешательство. Он проследил взглядом за птицей, лихорадочно взметнувшейся вверх. Его сердце замерло, когда она почти ударилась о потолок. Слава всем богам, этого не произошло, но птица продолжала метаться по кабинету, явно сама не понимая, что происходит.

— Прекрати, — попросил он, когда увидел, как сова — судя по всему, это была она — едва не влетела в книжную полку, остановившись лишь в последнюю секунду. — Остановись!

Тьма, повинуясь его безмолвному приказу, замерла, а потом выстрелила в сторону мечущейся птицы. Обхватив ее крохотное тело темными туманными лентами, тьма вскоре обволокла птицу, оставив свободной лишь голову, на которой сверкали безумной паникой круглые, темные, похожие на отполированные черные камни глаза.

Терион, все еще не понимающий, что произошло, медленно приблизился. Птица задергалась в путах. Даже через мглу он видел, как она пытается взлететь.

Остановившись в метре, Терион склонил голову, рассматривая сову. Он не оглядывался по сторонам в поисках Алэйны. Это абсурдно, но он своими глазами видел, как она просто взяла и обернулась птицей!

Он не видел ничего подобного ранее, но читал, что когда-то существовали люди, способные на оборот. Считалось, что они давно исчезли. В истории не было окончательного вердикта, по какой причине это произошло.

Большинство ученых сходились во мнении, что их уничтожили другие, опасаясь странного и переменчивого дара.

Несколько авторов утверждали, что эти люди однажды просто исчезли, словно все разом куда-то ушли.

Териона одно время интересовали подобные люди, он даже попробовал с помощью магии найти их, но тьма осталась равнодушной. Терион посчитал — причина в том, что подобных людей действительно нет.

И вот сейчас он стал свидетелем чего-то настолько необычного.

— Алэйна, — произнес он нерешительно, внимательно всматриваясь в темные глаза.

Он очень, очень надеялся, что оборот можно обернуть вспять. Сейчас он корил себя за настойчивость. Нельзя было давить!

— Вернись, — попросил он и осторожно коснулся пушистых перьев на внимательной мордочке.

В тот же миг острый клюв щелкнул. На коже выступила капелька крови. Сова замерла, скосив взгляд на его палец, а потом отвернулась.

Терион нахмурился. Судя по всему, сознание все еще принадлежало Алэйне. Это успокаивало. В один момент он даже хотел высказать все, что накипело внутри него во время спора, но не стал этого делать. Какой смысл что-то говорить, когда она не может ответить? В этом не было ничего привлекательного. Как оказалось, ему нравилось именно спорить, а не просто высказывать свое мнение, не имея возможности услышать контраргументы.

— Алэйна, верни прежний облик, — попросил он, поглаживая указательным пальцем по мягким перьям.

Сова принялась крутить головой, словно пыталась избежать прикосновения. Терион улыбнулся. Его любимицы иногда тоже так делали, когда злились на него.

— Отпусти ее, — попросил он тьму. — Только аккуратнее.

Черные ленты начали распадаться. Сова тревожно завертела головой, а когда мрак рассеялся, взмахнула крыльями и шлепнулась на пол. Благо, что падение не было травмирующим — отчаянные движения крыльями приостановили падение.

Переступив лапками по полу, Алэйна вытянула поочередно оба крыла, осматривая их, повернула голову назад, а потом посмотрела на него требовательным взглядом, намекая, что хочет знать, что произошло.

— Хотелось бы мне самому понять, — хмыкнул Терион, а потом опустился на пол и подставил руку. Алэйна глянула на нее, на него, а затем все-таки кое-как забралась на его предплечье.

Переместив ее на удобную подставку, которая пустовала, ведь ни одной его любимицы сейчас в замке не было, Терион замер, не зная, что делать дальше.

Судя по потерянному виду птицы, Алэйна не могла вернуться в человеческий облик. Сам он понятия не имел, как ей помочь, а значит…

— Нам нужен Касиус, — выдал вердикт Терион. — Будь здесь и никуда не уходи.

Развернувшись, он направился к двери, но в следующий миг ему пришлось остановиться, потому что Алэйна закричала и захлопала крыльями.

— Что? — спросил Терион, разворачиваясь.

Ника кинула на короля презрительный взгляд. Ей было очень страшно, но она пыталась справиться с этим чувством, маскируя его злостью на наглого и надменного дуболома, которым оказался король.

— Хочешь со мной? — задал он новый вопрос, подходя ближе.

Конечно, она хотела пойти с ним! Неужели он думает, что она способна остаться в одиночестве в пустом и пугающем кабинете, в котором еще совсем недавно он собственноручно прикончил человека?! Да ее кондратий хватит!

Ее слегка колотило от шока из-за неожиданного преображения. Ника была уверена, что виноват король! А кто еще? Только у него из них двоих была магия. Наверняка он настолько разозлился, что превратил ее в птицу, а сейчас просто делает вид, что не понимает ничего, издеваясь!

Неуклюже забравшись на подставленную руку, Ника не удержалась и, подвинувшись ближе к запястью, еще раз укусила короля.

Мерзавец! Как он посмел с ней так поступить?! Ему явно не понравилось, что она с ним спорила, вот он и закрыл ей рот таким способом. Неужели он думает, что она останется с ним после подобного унижения? Да никогда! Как только ей вернут прежний облик, она снова сбежит, и он ее не остановит!

— Не сердись, — миролюбиво произнес король, выходя из кабинета. — Потерпи немного. Скоро Касиус вернет тебя в прежнее состояние. По крайней мере, я очень на это надеюсь, — пробормотал он тихо.

Ника возмущенно встопорщила перья. Он надеется? Зачем им Касиус, когда это он, Терион, виноват в ее изменении? Хочет сделать вид, что это не его сила обернула ее? Ну-ну, пусть попробует! Она ему все равно не поверит!

Когда им сказали, что господин маг отсутствует, Ника вспомнила, что тот действительно уехал из города. Они даже путешествовали вместе некоторое время. Не то чтобы Нике хотелось этого, просто маг пристал хуже репья и ни в какую не желал оставлять ее в покое.

Она встрепенулась, замахала крыльями, пытаясь сказать, что знает, куда делся маг.

Король внимательно на нее посмотрел, но ничего не понял.

— Мы его найдем, не волнуйся, — сказал он, возвращаясь в кабинет. — С моими силами это будет нетрудно.

Ника нахохлилась, вспоминая, как он ввалился к ним с Эльзой в карету. Эльза! Как она могла забыть о ней и Михае?! Они ведь сейчас наверняка сходят с ума от волнения!

Ника насупилась. Что толку от переживаний, она все равно ничего сделать не может, тем более в таком теле.

Когда они вернулись в кабинет, на жердочке, которую не так давно занимала Ника, сидела другая сова. Заметив их, птица повернула голову и вопросительно ухнула. А потом неожиданно слетела и принялась кружить вокруг них, что-то ухая на своем, совином.

Ника следила за ней прищуренным взглядом. Она воспринимала доносящееся до нее ощущение приветствия. Это было странным чувством, но вовсе не плохим.

Скорее интересным.

Эмоции Ники, взбудораженной чередой событий, медленно успокаивались. Никто не обвинил бы ее в том, как резко она отреагировала на происходящее.

Она была на пути к свободе, когда в карете прямо из воздуха материализовался король, напугав их с Эльзой до икоты. А потом утащил ее обратно в замок, разбив очередную надежду на благополучный исход побега. А ведь пришлось потратить столько усилий, чтобы в этот раз все прошло как можно более гладко!

Затем между ними состоялся разговор. С одной стороны, хотелось верить, что сам король не виноват в том, что произошло с его бывшими женами. А с другой стороны, какие были доказательства, что он не обманывает ее, чтобы добиться своей цели?

Убежденность короля в том, что она обязана стать его женой, стала той самой соломинкой. Ника не могла слушать, с какой убежденностью король заявил, что замужество — дело решенное и она не имеет права отказываться!

Ее не спросили, а просто поставили перед фактом! Неудивительно, что хотелось в этот момент кинуться вперед, чтобы выцарапать наглые глаза короля, стереть с его привлекательного лица слишком самодовольную улыбку!

Сейчас, оказавшись каким-то образом в теле птицы, Вероника могла наконец выдохнуть. Взвинченные эмоции все еще будоражили, но ощущались приглушенно. Ника решила, что все дело в новом облике.

Нахохлившись, она перевела взгляд на сидящего за столом короля. Хотелось сказать ему, чтобы поторопился и нашел уже Касиуса, который вернет ее прежний облик, но изо рта вырвались только какие-то курлыкающие звуки.

Сжав и разжав пальцы на ногах, она удобнее схватилась за ветку. Странное ощущение, но не такое и плохое. Несколько сов, сидящих на некотором отдалении, нервировали. Они смотрели на нее немигающими глазами. Ника отвернулась, подавляя желание огрызнуться. Ах, ей срочно требовалось успокоительное! Со всем происходящим она скоро заработает нервный срыв!

Глядя в темное приоткрытое окно, Вероника встряхнулась и снова поменяла позу. С непривычки сидеть на ветке было вроде и удобно, но как-то странно.

Она заметила, что взгляд короля мазнул по ней, но не посчитала нужным дать понять, что заметила наблюдение.

Может, полетать? Темное небо за окном манило. Ника слышала, как вдали завывал ветер. Она отчего-то была уверена, что полет будет самым впечатляющим опытом в ее жизни, не сравнимым даже с попаданием в другой мир.

Немного подумав, Вероника решила отказаться от полета прямо сейчас. Она не была безрассудной (даже если кому-то могло показаться иначе), поэтому понимала, что сейчас совсем не время для экспериментов. Для начала следовало узнать, что произошло с ее телом.

Это определенно была какая-то магия. Насколько Ника помнила, Касиус при проверке сказал, что магии в теле не осталось. Но если так, то что произошло? Да, поначалу Вероника подумала, что виноват король, но сейчас, немного остыв, она начала понимать, что тому невыгодно превращать ее в птицу. По крайней мере, до свадьбы.

А может…

Вероника покосилась в сторону сидящих неподалеку птиц.

Может ли быть так, что весь рассказ короля — простая сказочка, чтобы вызвать жалость, а на самом деле он превращал своих жен в птиц? Непонятно только зачем.

Да нет, глупость какая-то! У него не должно быть причин для подобного.

В голове царил настоящий сумбур. Ника уже не знала, чему верить. Этот мир сводил ее с ума. Не так давно у нее была четкая цель — сбежать. Но если король сказал правду и его вины в исчезновениях женщин нет, то следует ли ей быть такой категоричной?

Пока они сидели в молчании, в кабинет одна за другой проникли птицы. Ника поглядывала на них, недоумевая, что им здесь понадобилось. Вскоре в комнате не осталось ни одного не занятого пернатым существом места.

Это выглядело жутко, но, казалось, совсем не беспокоило короля, который продолжал спокойно заниматься делами. Ника задавалась вопросом, почему он медлит. Он ведь легко мог найти Касиуса так же, как и ее!

— Я хотел попросить прощения, — внезапно произнес король.

Вероника, увлеченная своими мыслями, встрепенулась. Потеряв равновесие, она захлопала крыльями, пытаясь удержаться на ветке. Ближайшие к ней совы заухали.

«А нельзя не пугать?» — она попыталась взглядом передать эту мысль, но король явно не был телепатом. И хорошо!

— Я не поверил, когда вы сказали, что ударили моего дядю в целях самообороны, — король вздохнул и встал. Обойдя стол, он легко погладил по голове одну из сидящих на полированной поверхности сов.

Ника неодобрительно на это посмотрела, а потом повернула голову. Было все еще странно вращать ее так сильно, но никакого дискомфорта новое умение не доставляло.

Вскоре тень легла на нее. Нетрудно было понять, что король подошел очень близко. Ника посмотрела на него и недобро ухнула, предупреждая, чтобы держал руки при себе. Пусть гладит других! Вон у него сколько этих… сов!

— Я должен был давно понять, что происходит нечто большее, — король вздохнул и покачал головой. — Надеюсь, вы не слишком злитесь на меня из-за моего недоверия.

Можно подумать, у нее нет других, более важных причин злиться на него!

В какой-то момент король замер. Он слегка склонил голову, словно прислушиваясь к чему-то, а потом кивнул.

— Я оставлю вас ненадолго. Мне нужно привести Касиуса. Они нашли его.

С этими словами он отступил в тень и растворился в ней. Ника моргнула. Они? Кто это они?

Птицы вокруг внезапно стали более активными. Казалось, им хочется быть ближе к ней. Нике это не нравилось. Встопорщив перья, она приподняла крылья и наклонила голову, пытаясь выглядеть как можно более угрожающе.

Потоптавшись немного на ветке, она отступила к окну, не желая, чтобы ближайшая сова касалась ее. Птицу это не остановило. Создавалось впечатление, будто пернатых тянет к ней.

Ухнув, Ника взлетела. В тот же миг все вокруг наполнилось шорохом крыльев. Вероника немного запаниковала, когда одна из сов задела ее голову крылом. Она метнулась в сторону, но не рассчитала и вылетела в окно.

Когда Вероника это поняла, то рефлекторно поглядела вниз. Голова моментально закружилась от высоты и ощущения отсутствия под ногами твердой почвы.

Она затрепыхалась, но сила тяжести упорно тянула ее вниз. Ника закричала, правда, из горла вырвалось опостылевшее уже уханье. А в следующий миг она на что-то рухнула. Послышались ругательства. Вероника пыталась зацепиться хоть за что-то, стараясь вернуть миру стабильность, но поверхность, на которую она так удачно (или неудачно) упала, двигалась, отчего Ника вцеплялась когтями все сильнее.

А потом кто-то схватил ее и швырнул на землю. Вероника больно ударилась. Крыло вспыхнуло от боли. Она задержала дыхание и замерла. Кажется, ей снова удалось попасть в неприятности!

— Это одна из тех тварей, — услышала Вероника неприятный, но знакомый голос.

От боли Ника сразу не разобрала, кто это. Впрочем, в неведении она оставалась недолго. Пару секунд спустя ее бесцеремонно подняли. Перед глазами замаячило полное отталкивающее лицо.

Кожа на лице человека была испещрена глубокими царапинами. Вероника внезапно поняла, что именно она стала причиной этих ран, но не испытывала никаких угрызений совести.

Этот человек был ей знаком. Насколько Ника знала, дядя короля должен сейчас находиться в темнице. Так что он делает за пределами тюрьмы?

Неужели она права и король всего лишь заговаривал ей зубы?

Подумав об этом, Вероника огорченно ухнула.

— Заткнись, — прошипел мужчина, кривя губы в злобной улыбке. — Какое мерзкое создание. Им место в супе! Мне никогда не нравилось, что мой тупой племянник окружает себя ими. Я всегда говорил, что это какая-то нездоровая тяга.

— Милорд, — послышался неподалеку тихий голос. — Нам стоит поспешить.

Мужчина отмахнулся, продолжая смотреть на Нику отталкивающим взглядом, который через некоторое время стал предвкушающим и расчетливым.

— А не оставить ли нам ему подарок? — спросил он и тихо рассмеялся, облизнув губы.

Ника трепыхнулась, но человек держал крепко, отчего крыло снова прострелило болью. Вот это она попала! Страх скользкой змеей проник в сердце, но вместо того, чтобы трястись, Вероника стиснула клюв и с вызовом поглядела на мужчину.

Тот будто смог угадать ее настроение — его лицо вмиг стало недовольным и суровым. Размахнувшись, он стукнул Нику о стену, не сильно, но все равно было больно!

— Ты посмотри на нее, — прошипел мужчина. — Даже эта бесполезная дрянь смотрит на меня как на пустое место. Поглядим, какой смелой ты будешь, когда я выпотрошу тебя заживо!

— Милорд, — голос позади почти хныкал. В него пробрались отчетливые нотки страха и нетерпения. — Поспешим. Если его величество узнает, что мы вывели вас, он…

— Заткнись! — мужчина скривился. — Это не займет много времени. Я не могу уйти, не оставив любимому племяннику подарок.

Затем он вытащил нож и повертел им перед носом Ники.

— Нравится? — спросил Магнус, явно упиваясь ощущением вседозволенности и всесильности.

Только полный отморозок будет радоваться беспомощности раненого безобидного существа.

— Посмотри, что ты со мной сделала, — мужчина повертел головой, чтобы Нике было лучше видно многочисленные царапины. — Ты должна ответить за это. Тебе не понравится, — злобно выдохнул он и добавил: — Обещаю.

Перехватив крылья Вероники крепче, он замахнулся, но в этот момент на них налетел целый ураган из клювов, перьев и когтей. Мужчина вскрикнул и непроизвольно отпустил Нику, закрывая голову руками.

Пока он отмахивался от стаи птиц, сама Ника отползала подальше, опасаясь, что Магнус наступит на нее. Вряд ли ей понравится такой опыт.

Она не видела, но ощутила, как тьма вокруг заклубилась, забурлила, покрываясь странной пугающей рябью. Совы продолжали кричать. Мужчина тоже кричал. Вероника видела, что ран на его лице стало еще больше.

В какой-то момент к нему подскочил один из людей и накинул на него темный плащ, пытаясь увести Магнуса подальше от ошалевшей стаи. Вот только сделать это он не успел. Тьма вспухла, а потом затвердела и заострилась, пробивая копьями и дядю короля, и сообщников, которые пытались вывести его из замка.

Когда рядом с ней рухнуло несколько тел, Ника выдохнула и расслабилась, а потом потеряла сознание. Кажется, событий вокруг нее действительно в последнее время было слишком много.

Глава 19

Очнувшись, Ника даже не думала открывать глаза. Судя по всему, выспаться удалось, но было так хорошо, что вставать не хотелось. Еще пять минут, решила она и попыталась повернуться на другой бок. В тот же момент руку прострелила боль. Ника зашипела и распахнула глаза. Потолок выглядел незнакомым. Вероника заторможенно моргнула и принялась оглядываться. Память вернулась в одно мгновение. И сразу Ника охнула и попыталась сесть. От резкого движения снова заболела рука.

Пришлось действовать медленнее и осторожнее. Аккуратно сев на кровати, Вероника для начала убедилась, что находится в незнакомой комнате. Затем осмотрела руку. Та была туго перевязана. Не было никакой возможности посмотреть, в чем дело, но можно было догадаться, что кость сломана.

В этот момент Ника замерла. Ах, ее тело! Оно снова было нормальным. То есть совершенно точно человеческим. Никаких перьев и уханья! Слава всем богам! Если бы не боль в поврежденной руке, Вероника могла бы даже решить, что пребывание в теле совы ей приснилось.

Подобравшись к краю кровати, она хотела встать, но в этот момент ее отвлек звук открывающейся двери. На пороге возник король. Он замер, пристально глядя на нее, а потом вошел внутрь.

— Доброе утро, — поздоровался он как ни в чем не бывало.

Ника молча кивнула, не зная, как себя вести с этим человеком. Она еще помнила, как сильно они ругались перед тем, как ее непонятным образом что-то превратило в птицу.

Не получив ответа, король словно и не расстроился. Он просто подошел к столу со стопками бумаг и сел, пододвигая к себе один из пергаментов.

— Касиусу удалось вернуть ваш прежний блик. Нам повезло, что он хорошо помнит все прочитанные книги. Стоило ему понять, в чем дело, как он сразу нашел решение. Хочу предупредить вас, — король поднял взгляд и посмотрел на Нику, отчего она невольно подтянула одеяло выше, — он в восторге.

— Почему? — хрипло спросила Вероника и кашлянула.

— Воды? — мгновенно отреагировал король, встал, не дожидаясь ответа, и подошел к кровати. Ника проследила за ним с легким опасением. Но ничего страшного не случилось. Он просто наполнил кружку водой и помог ей напиться. — Что именно вас интересует?

— Почему он в восторге?

— Потому что ему удалось обнаружить, что не вся ваша магия ушла, — ответил король и вернулся за стол. Создавалось впечатление, что он прилагает усилия, чтобы выглядеть спокойным и уравновешенным, хотя изредка в его движениях проскальзывала нервозность.

— Но как это возможно? — удивилась Ника, мгновенно позабыв о ссоре и неловкости этого утра. — Он ведь проверял меня.

— Проверял, — подтвердил король. — Касиус сделал предположение, что в тот момент ваша магия была слишком истощена после ритуала, поэтому заклинание обнаружения показало практически полное отсутствие. Остаток выглядел как след от ушедшей магии. Но видимо, он ошибся.

Ника воодушевилась.

— Значит, я теперь смогу магичить? — спросила она с любопытством. Магия! Это ведь настоящая магия! Вероника не могла даже подумать, что на свете существует человек, который не пришел бы в восторг от возможности обладать магией!

— Не хочется вас расстраивать, — нехотя отозвался король. Было видно, что ему неприятно говорить следующие слова.

Улыбка Ники потухла.

— Пришло время для плохих новостей? — спросила она.

— Я бы не сказал, что они плохие, — поспешил он ее успокоить. — Ритуал все-таки нанес вашей магической системе непоправимый вред. Касиус в этот раз провел более тщательное исследование. Оборот — единственное, что будет вам доступно в полной мере.

Ника нахохлилась. И пусть король сказал, что новость не плохая, но она ощущала себя так, словно ей подарили мир, а через мгновение отобрали, оставив лишь крохотный кусок. Вроде до этого момента у нее и этого кусочка не было, но он ведь никак не мог сравниться с целым миром!

— Что ж, — начала она кисло, — могло быть и хуже.

— Действительно, — подтвердил король. — Оборот тоже весьма занятная вещь.

— Превращение в птицу? — Ника все еще была расстроена, поэтому любое слово воспринимала в штыки. — Полностью бесполезная способность, — закончила она и легла на кровать.

— Зато вы сможете летать. Просто представьте, сколько людей мечтают об этом.

Мысли Вероники замерли. Когда она стала такой капризной? Ей подарили уникальную возможность, а она нос воротит. Видите ли, это не настоящая магия! Еще недавно у нее не было даже этого! Нельзя быть настолько неблагодарной!

И вообще…

Ника нахмурилась и задумчиво посмотрела в потолок. Она была взрослой женщиной, которая давно перестала действовать импульсивно. Но казалось, после попадания в этот мир она только и делает, что поступает безрассудно. Ее эмоциональный фон слишком нестабилен и взрывоопасен!

Почему?

Могло ли молодое тело повлиять на ее разум? В нем ведь могло остаться что-то от прежней владелицы. Боги, почему она сразу об этом не подумала?

Повернув голову, она натолкнулась на внимательный и чуть тревожный взгляд короля. Создавалось впечатление, что тот действительно переживает из-за ее плохого настроения.

— Спасибо.

Глаза короля расширились от удивления.

— За что?

— За то, что спасли, — отозвалась Ника. Она помнила, что после падения неудачно столкнулась с дядей короля. В тот момент она подумала, что ее обманули, но сейчас, вспоминая разговор дяди и каких-то людей, решила, что тот, вероятнее всего, сбежал из тюрьмы с помощью сообщников. — Он мертв?

— К сожалению, — король поморщился. Откинувшись на спинку кресла, он положил руки на подлокотники. — Тьма была в ярости. У них не было ни шанса.

— Тьма? — озадаченно спросила Ника.

Король на мгновение отвел взгляд. Казалось, ему по какой-то причине неловко.

— Тьма, — произнес он спустя несколько секунд твердым голосом.

— Ну хорошо, я благодарна тьме, — Ника выделила последнее слово, давая понять, что королю не удалось ее обмануть. — И Касиусу за его обширные знания. Что вы теперь будете делать?

— С чем? — король вернулся к работе. Подхватив перо, он повертел его в руке, почему-то слегка нервничая.

— С репутацией. Вашего дяди больше нет. Его показания могли бы помочь вам обелить свое имя.

— И без его слов у меня достаточно доказательств.

— Но люди могут усомниться, — возразила Ника. — Они могут даже решить, что вы специально убили невиновного человека, чтобы переложить всю вину за ранее содеянное на него. И так как обвиняемый теперь мертв, то и опровергнуть ваши слова он не может.

— И что вы предлагаете?

Ника улыбнулась и села на кровати, удобно устраиваясь на подушках. Она даже подложила одну из них под спину, чтобы было комфортнее. Терион наблюдал за ее приготовлениями и ждал.

— Я предлагаю воспользоваться проверенным способом.

Видя, что король не понимает, о чем она говорит, Ника тонко усмехнулась.

— Слухи, ваше величество, — пояснила она. — Просто воспользуйтесь методом, которым ваш дядя все эти годы очернял вас. Отправьте во все стороны доверенных людей, которые будут шептать нужные слова. Постепенно народ все сделает сам.

Король на мгновение замер, а потом вернул перо в чернильницу и снова откинулся на спинку кресла.

— Думаю, это можно осуществить, — произнес он спустя некоторое время и неожиданно улыбнулся.

Вероника задержала дыхание, любуясь красивой улыбкой. Она внезапно ощутила, как температура ее тела поднимается. Хотелось стыдливо спрятать лицо в подушку и, может быть, даже покричать.

Она вздохнула. Ну вот опять. Не слишком ли бурная реакция? Вначале после попадания в этот мир она явно ощущала и вела себя более рассудительно. Но потом ее поведение становилось чем дальше, тем эмоциональней.

Ника решила, что происходило это потому, что душа медленно обживалась в теле. Если поначалу ее разум ничто не могло поколебать, то сейчас, когда слияние если и не закончено, то продвинулось вперед очень далеко, гормоны, вырабатываемые телом, пытаются править бал.

Поерзав на месте, она кивнула. Свое дело Ника сделала, остальным пусть занимается король.

— Как Эльза с Михаем? С ними все хорошо?

— Ваши слуги вернулись в замок, но…

— Но? — Ника вскинула голову.

— Им пока запрещено навещать вас.

— Почему? — Вероника насупилась. Вспыхнувшее негодование и недовольство не стали неожиданностью, а вот сила этих эмоций удивила. С трудом, но ей удалось подавить немедленное желание броситься в спор.

— Вы пока не в состоянии для побега, — король посмотрел на нее хмуро.

— Кто сказал, что я собираюсь бежать? — Нику охватила целая гамма чувств. Теперь, когда она следила за своими эмоциями, было легко понять, насколько сильными они были по сравнению с тем, к чему она привыкла в прошлой жизни.

Король вздернул брови, глядя так, словно она только что неудачно пошутила.

— Каждый раз, когда вы со своими слугами собирались вместе, вам каким-то образом удавалось сбежать, — медленно произнес он. — Признаться, я даже восхищен вашим упрямством и смекалкой. Особенно мне понравился последний раз. Я узнал, что вы переполошили весь замок лишь для того, чтобы незаметно ускользнуть. В следующий раз, пожалуйста, обойдитесь без поджогов.

— Это было необходимо, — заверила его Ника, подавляя улыбку. — Нам нужен был отвлекающий маневр.

— Я даже боюсь представить, что вы сделаете в следующий раз. Впрочем, следующего раза не будет.

— Почему? — Нику подобное утверждение совершенно не устраивало. Оно ее даже немного напугало. — Запрете здесь и никогда больше не выпустите?

— Хотелось бы, но нет, — король качнул головой. — Раз вы так яростно не хотите быть моей женой, то мне не остается ничего иного, как отпустить вас.

Сердце Ники предательски екнуло и заныло. Во рту стало кисло.

Ее вдруг совсем не порадовали долгожданные слова. Она ощутила себя так, словно великолепный партнер по игре внезапно сдался и позволил ей победить.

Вроде победа, но радоваться почему-то совсем не хотелось.

С языка рвались разные слова, но Ника с усилием заставила себя молчать. Прикусив губу, она отвернулась и принялась спокойно вдыхать и выдыхать, восстанавливая душевное равновесие. Ей требовалось время, чтобы разобраться.

Разве она не рада? Она ведь этого хотела, нет? Скоро рука заживет, она заберет своих людей, потребует от короля вернуть ее золото, а потом найдет какой-нибудь тихий уголок и осядет там. Откроет гостиницу, разведет огород, наймет больше людей, чтобы самой не убивать организм тяжелой работой на земле. Через пару лет влюбится в симпатичного соседа, сыграет с ним свадьбу, а потом родит пару детей. Идиллия, разве нет?

Так почему от мысли, что она никогда больше, возможно, не увидит Териона, сердце сжималось и ныло? Ответ был только один. За время, пока она так отчаянно пыталась убежать от короля, ей каким-то образом удалось влюбиться в него…

О боже… Этого просто не может быть!

Медленно повернувшись, она окинула взглядом сосредоточенное лицо короля. Тот, не дождавшись никакой реакции на свои слова, решил вернуться к бумагам.

Если так подумать, то ее внезапная (внезапная ли?) влюбленность не была чем-то невероятным. Король был исключительно хорош собой. Его красота была темной и дикой. Кроме этого, раньше ее толкал вперед страх, ведь над головой все время висело проклятие, но сейчас, когда стала известна правда, любые препятствия для чувств исчезли.

— О боже, — прошептала Ника и прикрыла глаза.

Только она могла влюбиться в человека, от которого все время пыталась убежать! И самое главное, осознать это ровно в тот момент, когда объект ее любовного интереса решил отказаться от нее!

Открыв глаза, Вероника прищурилась. Итак, что теперь делать? Перед внутренним взором проплыла гостиница, дружелюбный улыбчивый сосед, колокольный звон и пара чумазых мордашек. Ее возможное будущее. Сейчас оно перестало ее привлекать. Ника засомневалась. Она решила, что стоит остаться ненадолго в замке, чтобы разобраться в себе более тщательно. Может быть, влюбленность всего лишь дурман, охвативший ее из-за внезапного отказа короля. Мало ли, вдруг в ней говорит ущемленная гордость.

— Мне некуда идти.

— Что? — король поднял голову и посмотрел на нее вопросительно.

— Я говорю, — произнесла Ника громче, — что мне некуда идти.

— Но вы ведь все время куда-то стремились.

— Да, — Вероника не стала отрицать. — Стремилась. Подальше от вас. Проклятие, помните? Я была напугана, пыталась спасти свою жизнь. Поэтому мне было все равно, куда бежать, главное, чтобы подальше от вас, — при этих словах Ника внимательно следила за королем. Она должна была знать, что тот думает. — Но теперь, когда все закончилось, я поняла, что нет в мире места, где я могла бы жить. И вы забрали все мое золото, — не преминула напомнить она.

— Оно в соседней комнате, — сказал король и задумчиво постучал по столу. — Его, к слову, будет достаточно, чтобы купить несколько домов тут, в столице. Вы всегда можете…

— Вы такой жестокий, ваше величество, — перебила его Ника и вздохнула. — Я просто останусь здесь ненадолго, разве я не могу?

Кажется, она полностью сбила его с толку. Король выглядел растерянным и ничего не понимающим.

— Конечно, вы можете остаться здесь, — ответил он спустя некоторое время. — Ваши прежние комнаты все еще свободны.

Ника благодарно улыбнулась и чуть смущенно заправила прядь волос за ухо.

Терион проследил за этим жестом, а потом моргнул и поспешно вернулся к работе. У него было стойкое ощущение, что он чего-то не понимает. Вот только что именно он упустил из виду, оставалось для него загадкой.

Некоторое время спустя Ника узнала, что находится в комнатах короля. Это порадовало, ведь абы кого его величество к себе в покои пускать точно не станет, тем более в свою кровать. Конечно, пока она не собиралась ничего предпринимать — ей требовалось немного времени, — поэтому намеревалась как можно скорее вернуться к себе. Стоило ей попытаться встать, как король остановил ее, но не успела Ника возмутиться, как Терион подхватил ее на руки и спокойно перешел в соседнюю комнату. Да, ее прежние покои были смежными с комнатами короля!

— Спасибо, ваше величество, — поблагодарила Ника, глядя на него из-под опущенных ресниц. Король от такого взгляда замер и посмотрел на нее озадаченно и даже слегка настороженно.

— Вы ведь знаете, что всегда можете уйти, если того хотите? — спросил он внезапно.

— Конечно, — ответила Ника и сжала губы, отворачиваясь. — Это звучит так, словно вы хотите избавиться от меня как можно скорее. Не волнуйтесь, как только я пойму, что делать дальше, то сразу уйду, чтобы не обременять вас своим присутствием.

Король моргнул раз, другой, а потом просто кивнул и вышел. Ника с жаром посмотрела на закрытую дверь, схватила подушку и швырнула в стену.

— Бесчувственный чурбан, — буркнула она и легла, укладывая больную руку удобнее.

Срочно нужно было хорошо подумать. А еще хотелось чего-нибудь сладкого. И чая. Или кофе. О да, хотелось кофе! Моргнув, Ника поняла, что плачет. Подняв руку, вытерла слезы, ощущая, как тянет низ живота. Просто прекрасно! Повернувшись на бок, она зарылась головой в одеяло и предалась печальным размышлениям. Неудивительно, что в последние дни она была настолько эмоциональной. Чужое тело плюс не самый легкий период, в итоге вышла гремучая смесь.

Дверь тихо открылась. Ника вынырнула из-под одеяла, поворачиваясь, но это оказалась всего лишь Эльза.

— Хорошо, что ты пришла, — произнесла Вероника и села. — Как раз вовремя. Мне нужны травы.

Эльза внезапно побледнела. Она и до этого выглядела встревоженной.

— Мы… — она сглотнула и посмотрела на перебинтованную руку. Эльза подошла ближе. — Никаких поджогов! — категорично выдала она. — По крайней мере, пока вы не поправитесь.

Ника озадаченно моргнула, а потом тихо рассмеялась.

— Нет, мы никуда не идем.

— Нет? — растерянно спросила Эльза и села рядом с кроватью на стул. — Из-за вашей раны? Сильно болит? Ах, травы вам нужны для нее! Простите, госпожа, я такая недогадливая! Я подумала, что вы снова хотите устроить пожар! Как жаль, что нас снова поймали. В этот раз все могло получиться. Я сейчас все принесу, подождите.

— Эльза, — остановила Ника вскочившую на ноги девушку. — Мне не для руки, — и положила руку на живот, глядя на служанку со значением.

Эльза нахмурилась, а потом отшатнулась, побледнев.

— Он посмел?.. — прохрипела она. — Вот ирод! Да как у него только!.. Да как такое возможно! — закрыв лицо руками, девушка расплакалась. — Простите, госпожа, мы должны были… Но никто не думал, что он способен. Ах…

Вероника застыла, не зная, что на это сказать. Эльза в какой-то момент убрала руки и, всхлипывая, посмотрела на нее с жалостью. А потом села на кровать и принялась поглаживать руку поверх бинтов.

— И руку вам сломал, — из ее глаз катились крупные слезы. — Настоящий монстр.

— Эльза, он не трогал меня, — со вздохом сказала Ника. — Это… Я упала. А травы нужны для живота.

Служанка на эти слова заторможенно кивнула, а потом поднялась и вышла из комнаты. Что-то подсказывало Нике, что та не поверила ей до конца.

Желая избежать ненужных, а главное, лживых слухов, Ника постаралась как можно отчетливее донести до вернувшейся спустя время Эльзы, что в ее боли и ранении нет вины короля. Служанка после объяснения облегченно вздохнула, сразу поверив.

Напившись отвара, Вероника умяла захваченные Эльзой с кухни булочки, а потом, ощутив накатывающую девятым валом сонливость, отправилась спать. Суматоха и нервотрепка последних дней выпили все силы, поэтому сейчас, когда угроза для жизни исчезла, Вероника решила наверстать.

Поправив на госпоже одеяло, Эльза вздохнула и тихо вышла из комнаты. Девушка не знала, когда они снова попытаются сбежать, но им с Михаем нужно быть готовыми в любой момент!

Пока Ника спала, король работал. Он никак не мог уснуть. Мысль о том, что он должен отпустить так понравившуюся ему девушку, отталкивала. Все его существо кричало, чтобы он схватил ее, запер и никогда не отпускал.

В какой-то момент буквы перед глазами перестали складываться в слова. Откинувшись на спинку кресла, Терион потер переносицу и вздохнул. Он толком не мог работать. Все его мысли были устремлены только в одном направлении.

Как бы мужественно он ни пытался отбросить их, через время облик Алэйны возвращался снова и снова. Она выглядела такой маленькой и беззащитной в его кровати. Все внутри кричало, что он просто обязан оставить ее именно там!

Но он не мог.

Он все решил. Пообещал себе и ей, что отпустит. Еще никогда решение не оставляло такого неприятного ощущения. Териону хотелось вскочить, разломать все на свете, накричать на кого-нибудь, но он продолжал сидеть тихо, силой воли подавляя желания.

Тьма по углам клубилась. Она словно нашептывала, что он не обязан сдерживаться. Он ведь видел, не так ли? Когда он отнес ее в свою комнату, она смотрела на него кротко и призывно. Она не так уж и против, просто не знает, как сказать. Ему не нужно отказываться от нее. Нужно лишь протянуть руку. Коснуться. Одно крохотное прикосновение. Никто еще не умирал от этого. Ее кожа обязательно будет нежной и гладкой. Ее даже можно будет поцеловать. Он ведь помнит, какими сладкими были ее губы? А как она прогибалась, когда он обнимал ее?

Терион моргнул, пытаясь выбраться из этой соблазнительной мелодии, поглотившей его душу. Это было какое-то безумие!

Первое, что понял Терион, — он больше не сидел, а стоял. Его охватили удивление и опасение. Это не было нормальным, ведь он не помнил, в какой момент встал!

Опустив взгляд, Терион задержал дыхание.

Каким-то образом он не только встал, но и вошел в комнату Алэйны, а сейчас стоял над ее кроватью, подобно злобному духу, пришедшему мстить.

Терион почти отшатнулся, но у него не получилось. В душе поднялось искушение. Из-под одеяла была видна белоснежная крохотная ступня. Она просто приковала к себе взгляд. Тьма восторженно запела, окутывая его собой, словно коконом.

Он просто… потрогает. Одно прикосновение! Никому от этого не станет хуже! Она все равно спит. Да-а-а, одно маленькое прикосновение. Ну же… ну же… давай… давай…

Терион не устоял перед искушением. Осторожно сев на кровать, он протянул руку и прикоснулся к ступне. По телу в тот же миг прокатилось удовлетворение. Тьма ликующе замурлыкала, подталкивая его к дальнейшим действиям. Терион не мог сопротивляться.

Он погладил прохладную кожу на ступне большим пальцем руки, а потом повел ее выше, к голени. Он даже наклонился вперед, словно желая увидеть больше, но в этот момент Алэйна тихо вздохнула и вздрогнула.

Следующее, что запомнил Терион, — это ослепляющая боль в носу. Охнув, он отшатнулся и рухнул с кровати, зажимая пульсирующий болью нос.

— Кто тут?! — услышал он встревоженный голос Алэйны, но ответить не мог. По губам потекла кровь.

Вытерев кровь рукавом, Терион вскочил на ноги.

— Это всего лишь я, — произнес он глухо, шмыгая носом.

— Ваше величество? — с сомнением протянула Алэйна, а потом зажгла свечу. Свет резанул по глазам. — Что с… — ее глаза округлились, когда она посмотрела на него. — У вас кровь!

— Пустяк, — отмахнулся Терион, но с места не сдвинулся. Ему было мучительно стыдно за свои последние действия, но по какой-то причине все равно не хотелось уходить. — Просто споткнулся и ударился.

— Споткнулись? — Алэйна недоуменно моргнула и посмотрела на пол. Кажется, она не совсем ему поверила. — А что вы тут вообще…

— Пришел проверить, — не дал он ей договорить. — Мне показалось, вы кричали. Я решил посмотреть, все ли у вас в порядке. Но на обратном пути споткнулся о… — Терион осмотрел свободный от чего-либо пол, — и упал, — закончил он, решив не уточнять, обо что мог споткнуться.

— О, как ужасно, — Алэйна полностью проснулась. — Сядьте и дайте мне осмотреть ваш нос. Сколько крови, это должно быть очень больно.

Наступил тот самый момент, когда Териону следовало действительно уйти, но вместо этого он подошел ближе и сел на кровать, позволяя Алэйне рассматривать его нос и вертеть его голову из стороны в сторону.

— Больно? — спросила она, осторожно прикасаясь к его переносице.

— Нет, — Терион внимательно за ней наблюдал. Их лица сейчас были так близко. От Алэйны исходил теплый и уютный аромат, а сама она выглядела мягкой и чуть сонной. Он невольно провел языком по губам, слизывая остатки крови.

Ему хотелось… Ему очень хотелось сделать какую-нибудь глупость.

— О, хорошо. Вроде по-прежнему ровный, — буркнула Алэйна, аккуратно стирая кровь найденным на прикроватной тумбочке полотенцем. — Вы должны в следующий раз смотреть под ноги, ваше величество, — пожурила она мягко. — Вы ведь не ребенок, чтобы носиться без оглядки.

— Конечно, — ответил невпопад Терион, подвигаясь еще чуть ближе.

— И рубашку всю заляпали, — негодовала она, проводя полотенцем и по одежде, правда, это было бесполезно — кровь уже впиталась. — Но хорошо, что не сломали.

— Я вас сейчас поцелую, — внезапно даже для самого себя произнес Терион и замер. Алэйна вскинула на него озадаченный взгляд, а потом смущенно потупилась, слегка отворачиваясь. — Нельзя?

Она ничего не сказала, просто повернулась и застыла, глядя так, словно и сама не знала, как поступить. Терион решил за них обоих — подался вперед и впился в ее губы поцелуем.

Это было похоже на блаженство! Никогда раньше простое прикосновение к чужим губам не делало его настолько счастливым. Тьма замолчала и отступила. И это тоже было прекрасно.

Ника ничего не понимала. Как все так повернулось? Что случилось? Почему? Что ей делать? Ответов не было, поэтому она отдала все на волю чувств. Застонав от ошеломляющего ощущения, она подняла здоровую руку и вцепилась в плечо короля.

Поцелуй, сначала легкий, невесомый, очень скоро превратился в страстный и поглощающий. Терион толкнул ее, заставляя лечь, — Ника подчинилась, прижимаясь.

Его руки в тот же миг принялись исследовать ее тело, даря сладостное удовольствие. Ника выгнулась, желая большего.

В этот момент король случайно задел ее раненую руку. Ника ахнула в чужие губы и резко отвернулась, Терион не успел притормозить и ткнулся носом в ее щеку.

Оба болезненно зашипели.

Это была Алэйна — она первой начала смеяться. Терион подхватил смех, радуясь неизвестно чему.

В какой-то момент их взгляды встретились. Два человека потянулись друг к другу, словно не было долгих дней непонимания, споров, попыток сбежать и попыток не дать этому случиться. Они почти поцеловались, но в последний момент остановились.

— Мне очень хочется сделать это снова, — тихо пробормотал Терион, глядя прямо на приоткрытые, слегка влажные от прошлого поцелуя чувственные губы. Его дыхание стало тяжелее. Алэйна была прекрасна, и сейчас он не понимал, как ему могла прийти в голову мысль отпустить ее.

— Что останавливает вас, мой король? — спросила она, и ее губы красиво изогнулись.

Терион поднял взгляд и встретился с мерцающими какой-то тайной магией глазами напротив. Они были глубокими и непостижимыми, как сами небеса ночью. Разве такой человек мог родиться в их безнадежном мире? Нет, она явно пришла откуда-то из другой вселенной. Боги услышали его молитвы и подарили ее ему. Он был в этом полностью уверен!

— Мне захочется большего, — словно в тумане прошептал он, лихорадочно оглядывая красивое до невозможности лицо. Никогда он не видел девушки красивей. Она была восхитительной.

— Ах, — выдохнула она и глубоко вздохнула, отчего ее грудь, прикрытая лишь тонкой ночной сорочкой, приподнялась и опала. — С этим могут быть сложности.

Терион едва ли слышал — его взгляд опустился ниже и остановился на виднеющихся сквозь ткань вершинах. Рот наполнился слюной. Он снова облизнулся и посмотрел Алэйне в лицо. Она дышала тяжелее, а ее глаза слегка затуманились.

— Вам… — выдохнула она, глядя на него так, словно одно его присутствие увеличивает ее удовольствие. Тело Териона пронзило невыносимое желание. Он едва мог дышать, — следует уйти, ваше величество, — закончила она, а сама вцепилась в его плечо пальцами, словно не желая отпускать.

— Да, да, — кивнул Терион, зачарованно глядя на юркий язычок, который мелькнул между приоткрытыми губами. Вся его сущность была сосредоточена на этом крохотном кусочке чужой плоти. Он жаждал погнаться за ним, прихватить губами, огладить своим языком, чтобы узнать, действительно ли он такой острый и влажный, как выглядит. — Мне надо идти, — словно в бреду, добавил он.

Вот только смысл этих слов не дошел до его мозга. Вместо того чтобы уйти, Терион начал склоняться к желанию осуществить задуманное. Он обязан был знать, немедленно, прямо сейчас!

В этот момент позади ухнула сова. Зачарованная атмосфера моментально рассыпалась битыми крошками. Терион остановился, а спустя пару мгновений отстранился. Алэйна шумно выдохнула, будто все это время задерживала дыхание. Она выглядела такой же разочарованной, как ощущал себя сам Терион. Как никогда ранее он ненавидел сейчас одну из своих питомиц! Какого подземного демона она делала в комнате Алэйны?

Повернувшись в сторону шкафа, на котором сидела не замеченная никем ранее сова, он бросил на нее убийственный взгляд, обещающий все кары земные, но та лишь флегматично взглянула на него и отвернулась.

— Проклятые птицы, — пробормотал он разочарованно. — Вам следует закрывать окно на ночь, чтобы эти дьяволицы не мешали… вам спать.

Вероника тонко улыбнулась. Она и сама не знала, когда сова проникла в ее комнату, но, как и Терион сейчас, ощущала сильное желание свернуть шею пернатой гостьи.

— Уже поздно, думаю, мне стоит… — начал король и запнулся. Ника кивнула.

— Да, я думаю, вам пора, ваше величество, — выдохнула она, стараясь не обращать внимания на свое разочарование. Король поднялся, а потом медленно, словно ожидая, что она остановит его, покинул комнату, напоследок бросив в сторону совы еще один убийственный взгляд.

Глава 20

Утром Ника ощущала смущение.

Когда она проснулась, то некоторое время лежала в кровати, пытаясь понять, что изменилось. А потом пришли воспоминания о прошлой ночи.

Спрятав лицо в подушку, она тихо запищала, пытаясь подавить довольную улыбку. Когда воздуха стало не хватать, она выбралась наружу и легла на спину, глядя шалыми глазами в потолок.

Он целовал ее! И обнимал! И смотрел так, словно пьян от одной мысли прикоснуться к ее телу!

Даже от воспоминаний ее тело запылало томной тоской. Ника прикусила губу и вздохнула.

Она неуверенно подумала, что должна была оттолкнуть его. Наверное. Это ведь правильно, не так ли? Ей для начала необходимо подумать, принять…

Да к черту все это!

Он был горячим! Сексуальным, красивым, возбуждающе притягательным! Она будет дурой, если не заберет себе такой исключительный экземпляр мужского пола! Ника дурой не была, поэтому сразу же коварно улыбнулась.

Вот так бы сразу!

Прищурившись, Вероника принялась составлять планы. Раз она приняла окончательное решение, стоит сделать все по уму. Он должен не только хотеть ее, но и любить. Похоть недолговечна, строить на ней отношения — последнее дело.

Раз так, им следует узнать друг друга лучше.

Интересно, в этом мире уже существует концепция свиданий? Да и куда здесь можно пойти, к тому же с королем? В придорожный трактир? Смешно! Нетрудно догадаться, как на них будут смотреть. Вдобавок что-то подсказывало Нике, что атмосфера и запахи там будут совсем неромантичными.

Трактиры отменяются. Кино здесь еще не придумали. Остаются только прогулки. Король ведь не может все время находиться в замке, свежий воздух необходим. А это значит, что тут есть какой-нибудь сад! Вот там они и должны погулять.

А что? Цветочки, ароматы, тихий шелест листьев, щебет птичек, томные вздохи, случайные взгляды, касания. Ника облизнула губы, усмиряя сбившееся дыхание. Так не пойдет! Она должна оставаться в здравом уме.

К моменту, когда в комнату вошла Эльза, Вероника составила приблизительный план. Нужно было только уточнить некоторые мелочи. Появление служанки оказалось очень кстати.

— Сад? — переспросила Эльза, когда Ника поинтересовалась у нее о местонахождении этого полезного и нужного места. — Есть, конечно. Вы хотите прогуляться?

— После завтрака проведешь меня туда? — Вероника улыбнулась, помогая Эльзе надеть на себя платье. Со сломанной рукой это было довольно сложно.

— Это ведь не какой-то новый способ убежать, нет? — с прищуром уточнила Эльза. — Просто на всякий случай спрашиваю.

— Нет, — Ника покачала головой и выдохнула. Никогда ранее ей еще не было так сложно одеться. Поначалу Эльза даже пыталась уговорить ее полежать пару дней, но кипучая энергия внутри не давала Веронике покоя. И пусть она ощущала себя не слишком хорошо, все это притуплялось желанием действовать.

Закончив со сборами, они собрались покинуть комнату, но не успели. Смежная дверь открылась, и на пороге возник король. Эльза немедленно поклонилась, а Ника замерла. Ее сердце при виде Териона заколотилось в два раза быстрее. Она не была готова!

— Ваше величество, — слабо пискнула она и замерла, застигнутая врасплох внезапным появлением короля.

— Доброе утро, — поздоровался Терион, окидывая взглядом Алэйну. Та выглядела сегодня восхитительно. Впрочем, как и всегда. Подойдя ближе, он неловко замялся, а потом все-таки спросил: — Позавтракаете со мной?

Завтрак получился… нервным. Нике казалось, что сердце колотится где-то в районе горла, отчего она едва могла пропихнуть в себя еду. Каждый случайный или нет взгляд Териона заставлял ее замирать или слегка дрожать. Проклятое тело!

Ника давно уже забыла, когда в последний раз была настолько чувствительна к вниманию мужчины. Такое с ней происходило разве что в подростковом возрасте, когда любой случайный взгляд понравившегося мальчика мог заставить сердце вытанцовывать ламбаду в груди.

— Овощи сегодня удались, — заговорила она, чувствуя неловкость от повисшей тишины. Тема, конечно, была банальной, но не о погоде ведь говорить! Хотя… — Сегодня солнечно. Давно я не дышала свежим воздухом.

Вероника решила ковать железо, пока горячо. Раз уж она решила прибрать короля себе, то стоит перейти к плану с прогулкой по саду. Вопреки ожиданиям, король нахмурился, глядя на нее так, словно хотел залезть ей в голову и прочесть мысли.

— Около замка есть сад, — произнес он, казалось, довольно неохотно. — Вы можете прогуляться, если хотите.

Сказав это, король вернулся к еде, только движения его стали более резкими. Неужели он думает, что она вынашивает очередной план побега?

— Мне было бы очень приятно, — заговорила Ника снова, вытирая губы от капелек разбавленного вина. Его тут очень часто пили вместо воды за едой, — если бы вы присоединились ко мне.

Терион вскинул взгляд и замер. Некоторое время он смотрел на нее пристально, будто ожидая подвоха, а потом слегка расслабился.

— К сожалению, после завтрака мне нужно будет заняться кое-какими делами, но к полудню я полностью освобожусь.

— Замечательно, — Ника улыбнулась, возвращаясь к еде. Первая неловкость была сломана. Она уже не ощущала себя скованной и боящейся лишний раз вздохнуть. — Вы знаете, я никогда никуда не выезжала. В замке отца всегда было довольно прохладно, отчего мне приходилось проводить практически все время в комнатах с каминами. А я так люблю природу и открытое небо.

— Наверное, поэтому ваш второй облик сова, — неожиданно произнес Терион, а Ника замерла.

Она старалась много не думать о своем обороте. Если совсем честно, любовные переживания непостижимым образом вытеснили волнение от приобретения магической способности. Вполне вероятно, Ника не думала об этом еще и потому, что магия для нее все еще оставалась чем-то сказочным.

— Если так подумать, я вспомнила одну интересную особенность, — заговорила Ника, осознав, что пауза затягивается. — Я хорошо вижу в темноте. Раньше я не обращала на это внимания, — она слабо улыбнулась.

— Весьма полезное умение, — заключил Терион. — Еще что-нибудь?

— Может быть, — Вероника пожала плечами. — Не уверена. Если только любовь к открытым пространствам. Скажите, а когда я смогу попробовать оборот еще раз?

— Касиус советовал не спешить с этим. Для начала вам следует залечить руку, — король со значением глянул на перевязанную конечность Ники. — А уже после попробуете вновь. Только под присмотром мага.

Разговор затих. Ника погрузилась в размышления о своей магии, а Терион изредка бросал на нее взгляды, находя атмосферу, царящую между ними, вполне умиротворенной. После завтрака он подхватил тонкую руку Алэйны и оставил на ней долгий, обещающий поцелуй. Вернувшись в кабинет, он не сдержался и улыбнулся. Просто Терион никак не мог забыть, как красиво и смущенно выглядела Алэйна, когда он уходил.

Его улыбка исчезла, когда из темного угла в кабинет шагнул один из теневиков.

— Что у тебя? — спросил Терион, выпрямляясь в кресле.

— Вы приказали проверить замок ее матери.

Терион стал еще серьезнее. Он действительно распорядился осмотреть место, где когда-то жила Марель Боне, урожденная Вират.

Он помнил, что родители Марель Вират умерли очень рано. Териону было интересно, откуда она узнала о черном ритуале обмена. Сама научиться Марель никак не могла. Это значило, что ее кто-то этому обучил.

— Вы нашли что-нибудь?

— В замке остались следы применения черной магии.

Терион сжал губы и нахмурился. Слова теневика означали, что в месте, где когда-то жила Марель, для каких-то целей убивали людей. Значит ли это, что и родители Марель были черными магами? Если так, то нет ничего странного в том, что она знала о ритуале обмена.

Черные маги отличались от темных тем, что первые для достижения желаемого прибегали к различным ритуалам, частью которых обычно являлось человеческое жертвоприношение.

Темный или черный — это выбор, не более того. Изначально и первые, и вторые рождались со склонностью к тьме, но в дальнейшем сами решали, по какому пути будут идти.

Терион был темным магом. Его сила была пропитана тьмой, но не кровоточила алым от жертвенных убийств. Чаще всего черные маги были безумными из-за отсутствия ограничений и вседозволенности. Пока Терион не перешагнет эту черту, его магия останется просто темной.

— Еще что-нибудь?

— В подвалах много пустых камер. Кровь. Страдания. Пытки. Есть алтарь, но он треснут.

С каждым словом Терион сжимал челюсти все сильнее. Он мог представить, что творилось в этом замке. Не было сомнений, что черные маги годами мучили там людей в угоду своим желаниям.

К сожалению, сейчас не было никакой возможности узнать, что случилось с родителями Марель. Терион подозревал, что она просто однажды убила их. Возможно, и сама Марель была рождена для того, чтобы в какой-то момент впустить в свое тело увядающую и не желающую этого мать.

Терион отпустил теневика и задумался, говорить ли об этом Алэйне. Это все давно уже прошло и забыто. Ему не хотелось бередить ненужные воспоминания новыми откровениями. Да и что Алэйне дадут знания о том, что ее мать, возможно, убила собственных родителей?

С другой стороны, это была ее история, и Алэйна имела право знать о своих корнях чуть больше. Терион очень надеялся, что она не станет винить себя в деяниях родственников.

Как уже было сказано, быть черным или темным — это выбор каждого человека.

Освободившись к полудню, Терион решительно отправился в комнату невесты. С каждым шагом он волновался все сильнее. На самом деле, Терион едва дотерпел до этого момента. Во время работы его разум то и дело соскальзывал на мысли об Алэйне, но он каждый раз мужественно отбрасывал их, пытаясь сосредоточиться на документах.

Когда время подошло, Терион едва не вздохнул от облегчения. Это было настоящей пыткой!

Постучавшись в дверь, он на миг остановился. Прикрыв глаза, Терион глубоко вздохнул, успокаивая нервы. Услышав разрешение войти, он распахнул дверь, сделал шаг вперед и мгновенно застыл на месте. Она была еще красивее, чем он помнил. Разве такое возможно? С трудом сглотнув, Терион заставил тело расслабиться.

— Вы готовы, миледи? — спросил он, делая еще два шага вперед.

— Прошу вас, — ее лицо осветила улыбка, — зовите меня Никой.

— Никой? — удивленно переспросил Терион. Он чего-то не знает? Необычное имя. Почему она хочет, чтобы он звал ее так?

— Верно, — Алэйна (Ника?) повернулась к нему всем корпусом и подошла ближе. — Мне нравится это имя. Вероника, Ника.

— Я не понимаю, — признался Терион, хмурясь.

Он не слышал, чтобы кто-то вот так легко менял имя во взрослом возрасте. Обычно люди жили до самой смерти с тем, которое давали им родители при рождении.

— Я думаю, нам стоит отправиться, — произнесла она и подошла к нему, подавая руку.

Терион рефлекторно поймал ее и положил себе на локоть, выводя невесту в коридор.

Некоторое время они шли в молчании. Замок был в этом крыле почти пуст. По пути лишь изредка встречались слуги, которые занимались своими делами. Завидев их, люди всегда кланялись и замирали, дожидаясь, когда пара пройдет мимо.

— Алэйной меня назвала мать, — заговорила она спустя время. К этому моменту они спустились на первый этаж. — Ей нравилось, как звучит это имя, она говорила, что оно означает «сияние», «блеск». Моя мать любила все драгоценное. Наверное, она и меня таковой считала. Вернее, мое тело, которое собиралась в какой-то момент занять.

— Имя очень подходит вам, — сделал комплимент Терион, открывая дверь. Снаружи было прохладно. Прежде чем попасть в сад, им пришлось пройти через задний двор.

Алэйна с любопытством осматривалась, время от времени спрашивая о различных мелочах. Терион отвечал, стараясь смотреть вперед, а не на невесту. Он опасался, что в ином случае залюбуется и споткнется, выставив себя не в лучшем свете.

— Красивое, я не спорю, — внезапно она вернулась к прежней теме разговора. — Но его дала мне мать, понимаете? — она со значением посмотрела на него. Ее серые глаза сверкнули на солнце, словно драгоценные камни. — Это ее имя, не мое. Она давала его с мыслью, что когда-нибудь займет это тело и будет носить это имя как собственное. Вы понимаете?

Терион остановился. Признаться, он никогда не смотрел на выбор имени с такого ракурса. Нежелание Алэ… Ники носить имя, дарованное матерью, носившей черные намерения по отношению к самой Нике, вполне законно и логично.

— Да, — ответил он.

Вероника рядом вздохнула и улыбнулась.

— Я рада, что вы смогли понять, ваше величество, — произнесла она тихо. — Говорят, имя может повлиять на судьбу, а некоторые и вовсе считают, что именно имя определяет судьбу. Я не знаю, правда ли это, но мне хотелось бы перестраховаться.

— Разумно, — Терион кивнул. В мире, где царила магия, нельзя легкомысленно относиться к подобных слухам. — Что значит ваше новое имя?

— Приносящая победу, — с широкой улыбкой ответила она.

Терион ощутил, как его сердце пропустило удар. Он не мог сказать точно, что стало причиной: значение имени или невообразимая красота Ники в этот момент.

Приносящая победу? Терион не мог не подумать сейчас о собственных бесплодных попытках спасти свою жизнь. Он пытался снова и снова, но ничего не выходило. Да, виноват оказался дядя, но тот всего лишь был рукой пророчества.

Принесет ли Ника ему победу? Станет ли той, кто спасет его от безумия тьмы, которое ему напророчествовала старая ведьма много лет назад? Он хотел в это верить.

Остановившись, Терион подхватил руку Ники, а потом наклонился и поцеловал тыльную сторону ладони.

— Мое имя Терион Эймос Даркан. Я девятнадцатый король Вилласии.

Девушка рядом с ним лучезарно улыбнулась и слегка присела в реверансе.

— Вероника, ваше величество, — представилась она в ответ. — Но вы можете звать меня просто Никой.

Сама Ника выдохнула. Ее план удался! Она совсем не ощущала себя Алэйной. Это имя принадлежало бедной девочке, которую погубила собственная мать.

Нет, Ника могла привыкнуть к новому имени, но оно действительно ассоциировалось у нее с предательством, горем и сильной обидой. Она не хотела, чтобы прошлое этого тела висело над ее головой, словно занесенный для удара топор.

Вероника не забыла и о родственниках. Она была уверена: как только те поймут, что умирать Ника не собирается, так сразу примчатся в столицу узнавать, что в этот раз пошло не так.

Вероника слегка опасалась за свою жизнь. И небезосновательно, учитывая, как сильно отец Алэйны боится, что информация о Марель станет известна королю. Она должна была обезопасить себя с этой стороны.

Скосив взгляд, Ника тихо вздохнула. Она собиралась сделать все, чтобы король еще больше привязался к ней. Мужчины ведь по природе своей защитники, верно? Вот она и хотела сейчас пробудить в его величестве древний инстинкт защиты.

— Меня кое-что волнует, — начала она, рассматривая кустарники, росшие по обеим сторонам дорожки, по которой они продвигались вглубь сада.

Сад, к слову, здесь больше напоминал просто парк, но Нику не волновали такие мелочи. Ее мысли были заняты совсем другим.

— Что именно? — деловито поинтересовался король.

— Вы ведь не собираетесь меня убивать, не так ли? — на всякий случай уточнила она, притормаживая. Терион тоже остановился и с недоумением посмотрел на нее.

— Нет, я не собираюсь вас убивать. Мы ведь уже выяснили, что все слухи о смерти моих жен — ложь. Почему вы снова вернулись к этой теме? — он нахмурился, но руку Ники не отпустил, наоборот, подошел чуть ближе, вставая практически вплотную.

— Очевидно, потому, что ваше проклятие, мнимое или нет, все еще опасно. — Ника грустно вздохнула, а затем положила ладонь королю на грудь. Мужчина перед ней замер, явно не ожидав прикосновения.

Вероника подавила желание прильнуть к его широкой груди. Она слегка дрожала, но не от холода, а от эмоций и напряжения.

— Чем оно опасно? — глухо спросил Терион.

Ника могла поклясться, что король слегка наклонился. Она не знала точно, так как ее взгляд находился на уровне груди его величества. Какие занимательные пуговицы! Кажется, они выточены из дерева. Довольно искусная работа, надо сказать!

— Тем, что другие все еще верят в него, — выдохнула она и все-таки мельком посмотрела наверх.

Ее сердце дрогнуло, когда она поняла, как близко лицо короля находится к ее собственному. Невольно Ника облизнула пересохшие губы. Воздух между ними стал горячее. Вероника пыталась вернуть самообладание, но от близости короля мысли покинули ее голову. Она пыталась, действительно очень сильно пыталась вспомнить, о чем они говорили, но ничего не выходило. Когда сильная рука Териона легла ей на талию, Ника непроизвольно вздрогнула всем телом, а потом все-таки прильнула к королю и задрожала.

— Нам нужно что-то с этим делать, — глухо и чуть хрипло произнес Терион.

— Да, да, — голос Ники был едва слышен.

Она сама не знала, с чем соглашается. Все, что ее сейчас волновало, это невообразимые ощущения, которые дарила ей близость с Терионом. Она ощутила, как вторая рука короля ложится ей на шею сзади. Чувство, пронзившее тело в этот момент, заставило Нику застонать.

И так темные глаза его величества стали полностью черными. Он выдохнул, а потом наклонил голову и буквально впился в ее губы. Ника прикрыла глаза и отдалась поцелую, забывая в этот миг обо всем на свете.

Когда от поцелуя начали слегка болеть губы, Ника немного отстранилась. Терион потянулся за ней, но почти сразу опомнился и отступил.

— Ваше величество…

— Простите, я…

Заговорили они одновременно и замолчали.

— Вы первый…

— Можете говорить…

Они снова сказали это в одно мгновение, а потом замолчали и неловко посмотрели друг на друга. Ника рассмеялась. Она прижала больную руку к своей груди и сделала шаг назад. Терион легко улыбнулся, а потом тоже рассмеялся.

Вероника замерла с улыбкой на губах, глядя на короля. Интересно, подумала она, слышал ли кто-нибудь когда-нибудь, как он смеется? Причем смеется вот так — открыто, свободно, словно нет в мире ничего, что могло омрачить его мысли?

Заметив ее взгляд, Терион оборвал смех и замер. Широкая улыбка исчезла, но смех не пропал полностью, он затаился в уголках губ и в темных глазах.

— Что вы хотели мне сказать? — спросил он.

— Я хотела? — Ника моргнула. Она едва могла сейчас вспомнить свое имя! — Ах, я хотела. Но что я хотела?

— Я не знаю, — король приблизился, снова нависнув над ней, как скала.

Протянув руку, он нежно провел пальцем по ее нижней губе. Дыхание Ники снова сбилось. Она подняла взгляд и застыла. Нет, нет, они ведь говорили о чем-то важном! Надо вспомнить! Немедленно вспомнить!

— Вы нравитесь мне, — внезапно признался Терион.

Причем, если судить по застывшему лицу и изумлению во взгляде, он сам от себя не ожидал чего-то подобного. Впрочем, пару мгновений спустя черные глаза загорелись уверенностью и решительностью.

— Да, вы нравитесь мне. Как никто никогда ранее не нравился…

— Ваше величество, — пискнула Ника, ощущая, как сердце в груди трепещет от радости и нахлынувшего волнения от слов короля.

Она и не подозревала, что ей будет так приятно узнать, что ее симпатия взаимна. Это было восхитительное чувство, от которого кружилась голова!

— Нет, послушайте, — настоял король, а потом снова приобнял ее. И Ника была благодарна, ведь сама она ровно стоять была не в состоянии. — Вы ворвались в мою жизнь как вихрь. Все время дразнили, бежали, отталкивали. Ваши слова, глаза, губы — я не могу перестать думать о вас. Вы заполнили собой мой мир. Внезапно я забыл обо всем, кроме вас. Это так мучительно, но восхитительно. Скажите мне, что я не одинок в этом безумии. Прошу вас, скажите.

Ника едва дышала от слов короля. Никто и никогда не признавался ей в любви столь страстно и цветисто. И это было самым удивительным, ведь король, по сути своей, не был болтливым человеком! И тем восхитительнее было слышать такие слова!

— Ах, я… — выдохнула Ника, пытаясь взять себя в руки. Ее мысли путались, а тело тряслось. Ее бросало то в жар, то в холод. Все внутри замирало и сладко тянуло. Она была счастлива. Боже, как она была счастлива в этот момент! Подняв взгляд, Вероника замерла. Ее мир внезапно остановился и сосредоточился на короле. — Вы не одиноки в своем безумии, ваше величество, — выдохнула она.

Терион глубоко вздохнул. Он выглядел потрясенным, но постепенно в его глазах разгорелся огонь. Снова обняв ее, король наклонился, явно желая поцеловать, но в последний миг остановился.

— Вы станете моей женой? — спросил он внезапно.

Сердце Ники запнулось.

— Да, — прошептала она единственный ответ, пришедший ей в голову в этот момент.

Глава 21

Терион замер, глядя на нее удивленно.

— Что? — смутилась Ника и нахмурилась. Разве они не признались друг другу в любви? Так почему он смотрит на нее так, словно ее ответ стал для него поистине неожиданным?

— Ты сказала да? — спросил он, все еще выглядя немного шокированно. — Но разве ты не хотела уйти?

— Хотела, но теперь не хочу, — Вероника насупилась. — Это проблема? И вообще!..

Не успела она договорить, как ее снова поцеловали. На этот раз так, словно хотели съесть целиком. Ника вскинула здоровую руку и непроизвольно застонала от неожиданности.

Когда его руки опустились ниже талии, Вероника замерла, а потом слегка оттолкнула короля, давая понять, что хочет остановиться. Тот не заставил себя ждать, немедленно разорвал поцелуй, правда, даже не подумал выпускать ее из рук.

— Где твоя рука, твое величество? — сердито спросила Ника, не обратив никакого внимания, что они оба перешли на более неформальный тон.

— Ей там нравится, — заверил он, слегка сжав пальцы.

— О, — Ника вспыхнула, — я не сомневаюсь, но не кажется ли тебе, что для этого еще рано?

— Ты согласилась стать моей женой, — выдал он уверенно. Ника едва сдержалась, так сильно ей хотелось наступить ему на ногу, чтобы стереть с его лица самоуверенное выражение.

— Вот после свадьбы и трогай, — прошипела Ника, а потом все-таки сделала то, чего ей так хотелось.

Лицо Териона скривилось от боли. Неудивительно, учитывая, что она попала по его пальцам прямо небольшим каблучком. На миг ее сердце сжалось от жалости, но Ника отбросила ее, гордо вскидывая голову.

— Жестокая.

— Какую выбрал, — хмыкнула весело Ника.

— Я не выбирал, — запротестовал король. Вероника немедленно насупилась.

— Ты жалуешься? — спросила она, делая вид, что хочет отойти подальше.

Терион прижал ее к себе сильнее, даже не думая отпускать.

— Как я смею? Я очень благодарен твоим родственникам, что они послали ко мне именно тебя.

В этот момент в голове Вероники стрельнуло. Она вспомнила, о чем хотела поговорить с королем.

Заметив, что лицо Ники утратило игривое выражение и стало серьезным, Терион ослабил объятия, а потом и вовсе отпустил ее, но руки со спины не убрал.

— В чем дело? — задал он вопрос.

— Ты напомнил мне о том, что я хотела обсудить изначально, — Вероника слегка жалела об утраченной атмосфере, но вернуть ее не было никакой возможности. По крайней мере, не сейчас точно. — Мои родственники!

— Что с ними?

— Понятия не имею, — фыркнула Ника. — Вот только они очень хотели от меня избавиться. Особенно отец. Ты же знаешь о моей матери? Ну конечно, знаешь, — Вероника поморщилась. — Касиус ведь тогда сказал… Ладно. В общем, мой отец очень боится, что ты узнаешь, кем была Марель. Об этом нетрудно догадаться. Раньше он рассчитывал, что проклятие быстро убьет меня и я утяну за собой правду о том, кем была его первая жена. Но сейчас…

Ника многозначительно замолчала.

— Но сейчас, когда мой дядя мертв, тебе больше не угрожает опасность. Если ты останешься живой, то твой отец может…

— Пойти на крайности, — закончила за него Ника. — Он может попытаться убить меня.

Лицо Териона в тот же миг стало более сосредоточенным и серьезным.

— Пусть попробует, — прорычал он.

Ника вздрогнула от неожиданности. Краем глаза она заметила, что тени от кустов и деревьев удлиняются и становятся более черными. Они выглядели так, словно в любой момент могут оторваться от земли и стать чем-то более страшным и тревожным.

— С этого момента за тобой будут присматривать стражи, — добавил Терион уже более мягким тоном.

— Что? — Ника оторвала взгляд от теней и посмотрела на короля. — Нет, ты не можешь следить за мной… так!

Ей не нравилась эта идея. И дело было не в безопасности. Просто… ну просто это было донельзя жутко! Все эти движущиеся тени! Она ведь не уснет, если они будут следить за ней из каждого угла!

Да, Ника понимала, что это для ее безопасности и тьма ничего с ней не сделает (по крайней мере, до тех пор, пока она, Ника, лояльна Териону), но сложно было перебороть древний страх перед чем-то настолько жутким.

— Могу и буду, — припечатал Терион. — Это не обсуждается. Они не доставят тебе никаких неудобств, — пообещал он.

— Я буду ощущать, что на меня смотрят! — возразила Ника, но уже не так категорично.

— Не обращай внимания.

Вероника взглянула на короля недоверчиво, а потом вздохнула. Она не должна быть такой капризной. Все равно не было идеи лучше. Не станет ведь она просить Териона арестовать родственников этого тела, верно?

Ее внимание задержалось на этой мысли. Им вряд ли можно было что-то инкриминировать. Смерть Алэйны? В принципе, очень уважительная причина, чтобы засадить парочку в тюрьму, вот только никто не знает, что Алэйна на самом деле умерла, кроме Ники. Как говорится, нет тела — нет дела. Тело, конечно, есть, но оно ходит и дышит, а значит, никакой смерти не было.

В остальном…

Ничего криминального, насколько знала Ника, за Боне не числилось. Жедом, отец прежней владелицы тела, был слишком труслив, чтобы проворачивать незаконные махинации. А Жозелин, мачеха, была сосредоточена исключительно на себе и своей дочери. Про Каталину вообще не стоит упоминать.

Если так подумать, то троица выглядела вполне безобидной. В любой другой момент Вероника вряд ли бы забеспокоилась, учитывая, насколько Жедом был пуглив. Вот только загнанная в угол крыса всегда нападает. Если он поймет, что его жизни что-то угрожает, то может перебороть страх и атаковать. Не он, так Жозелин. Ради выгоды та вполне могла попытаться пойти на крайние меры. Нике точно не стоило недооценивать семейку. С виду родственники выглядели беззубыми, но кто знает, на что они готовы пойти ради сытой и безопасной жизни.

— Давай вернемся, становится прохладно, — произнес Терион, заметив, что Ника погрузилась в размышления. Он был доволен, что так легко удалось уговорить ее на постоянное слежение тенями.

Терион рассчитывал на более серьезное сопротивление, но все прошло хорошо. Он списывал это на рассеянность после признания. На самом деле, Терион и сам не ожидал от себя таких действий. В тот момент, когда они только вышли на прогулку, у него не было намерения говорить нечто подобное. Да что там, он даже не до конца осознавал свои чувства!

Наблюдая за озабоченным видом невесты, Терион прищурился. Он решил, что стоит навестить дорогих родственников и настоятельно порекомендовать им сидеть тихо, иначе будет очень больно.

А тени… Убирать он их точно не будет. Пусть следят. На всякий случай.

* * *

Откинувшись на спинку кресла, Жедом вздохнул и отпил из стакана. Жидкость скользнула в желудок, опаляя внутренности приятным жаром. Он мечтал об этом весь день!

Последнее время его нервозность усилилась, отчего все буквально валилось из рук. Он каждый день ждал новостей из столицы, но все было тихо.

Снова вспомнив о дочери, которая почему-то до сих пор так и не стала женой короля, он сжал стакан сильнее. Жедом опасался, что та сболтнет лишнего. Это сводило с ума, ведь девчонка в любой момент могла сказать что-нибудь потенциально опасное. Он с нетерпением ждал, когда она уже выйдет замуж за короля. Тогда проклятие начнет действовать и самому Жедому можно будет больше не опасаться.

Вот только дни шли, складывались в недели, а недели в месяцы, но король по-прежнему оставался неженатым. Непонятно, что могло их так задержать. Обычно после смерти очередной жены король быстро обзаводился новой. Так почему в этот раз он тянет?!

Разозлившись, Жедом швырнул стакан в стену. Когда тот разбился, усеяв пол осколками и остатками жидкости, он поднял голову к потолку и вцепился в подлокотники кресла. Внутри кипел гнев, смешанный со страхом.

Дрянная девка не могла замуж выйти нормально! Такая же бесполезная, как и мать! Та даже ритуал нормально не смогла провести!

Вначале, когда Жедом только узнал о том, что сделала Марель, он пришел в ужас, осуждая ее действия, но сейчас, спустя время, он даже слегка пожалел, что бывшей жене не удалось задуманное. Если бы она была чуть сильнее и умнее, то ему сейчас не пришлось бы трястись от страха разоблачения!

Медленно выдохнув, пытаясь таким способом хоть немного успокоиться, он посидел еще некоторое время, а потом встал. Нужно было съездить в одну из дальних деревень, проверить, почему количество людей там стремительно уменьшается каждый год.

Не успел Жедом сделать шаг в сторону двери, как между ним и выходом возникло черное пятно. Мужчина побледнел и заскочил за кресло. Схватившись за спинку, он сжался, пытаясь спрятаться.

Жедом едва дышал от страха. Он во все глаза смотрел, как по стенам ползут голубоватые отблески. Что-то не только сверкало, но и трещало. Пахнуло свежестью, какая бывает после дождя.

Жедом едва не плакал. Что это?! Почему это происходит именно с ним?! За что?!

Заметив тень на стене, мужчина едва не заскулил от страха. Закусив костяшку пальца, чтобы приглушить все звуки, он неотрывно таращился на темный силуэт.

Потом все стихло, но силуэт не исчез. Он подрагивал и искривлялся, словно жил собственной жизнью. Жедом сглотнул, подавляя желание зажмуриться. Ему нужно было видеть, чтобы знать, когда пора бежать. Он даже не думал о том, чтобы атаковать.

Когда послышался первый шаг, Жедом едва сдержался, чтобы не закричать, хотя непроизвольно вздрогнул всем телом.

Шаг… Еще шаг… Жедом вскочил на ноги, ведь стало понятно, что неизвестный идет в его сторону. Нервы просто не выдержали.

— А-а-а-а! — он закричал, надеясь напугать вторженца.

Реальность перед глазами плыла, а сам Жедом едва сохранял сознание.

Пытаясь обежать стол, он споткнулся о край лежащей на полу шкуры и растянулся, больно ударившись коленями. Жедом попытался вскочить, но не рассчитал и стукнулся затылком о столешницу.

Он застонал, хватаясь обеими руками за ушибленную голову. На миг Жедом даже позабыл об опасности, но та не дала ему долго пребывать в блаженной забывчивости.

Прямо перед ним внезапно возникли мужские ботинки. Жедом замер, а потом сглотнул и медленно поднял голову.

Как только его взгляд упал на незваного гостя, Жедом едва сдержал желание вскочить и убежать из кабинета. Его тело сотрясла нервная дрожь.

— Ваше… — начал он, но от страха горло сдавило. Чтобы компенсировать такую вопиющую невежливость, Жедом судорожно улыбнулся. — Ваше величество, — кое-как все-таки выдавил он из себя.

«Нужно встать», — билась в его голове мысль.

Он пытался несколько раз. Первые два попросту рухнул обратно — ноги от страха совсем не держали. На третий Жедому все же удалось преодолеть сковывающий душу ужас и подняться. Не то чтобы ему это особо помогло.

Король возвышался над ним словно демон из самых невыносимых кошмаров. Его черные глаза смотрели так, что Жедом едва оставался в сознании.

Неподвижные, мерцающие темным блеском в свете свечей — эти глаза были самым страшным, что Жедому доводилось видеть в своей жизни.

Если раньше он боялся короля, то сейчас, рассмотрев монарха лучше, Жедом понял, что прежде его представление об угрозе было совсем шуточным.

Жедом натянуто рассмеялся, надеясь хоть как-то улучшить мнение о себе.

— Что вас привело сюда, ваше величество? — спросил он, а потом побледнел. — То есть, — заблеял он сразу, отходя на шаг от короля, — я хотел сказать… эм… то есть… прошу прощения. Вы, конечно, можете приходить сюда… вернее, э-э-э… куда угодно, когда захотите. Не то чтобы я… э-э-э…

— Замолчи.

— Да! Конечно! — почти пискнул Жедом и выпрямился, таращась на короля большими испуганными глазами.

Король некоторое время продолжал смотреть на него, а потом медленно принялся оглядывать кабинет. Жедом невольно следил за его взглядом, нервно потея. Вспомнив о бардаке на столе, он сглотнул. Как стыдно! В будущем следует быть более аккуратным. Если это будущее у него, конечно же, будет. От этой мысли Жедом едва не расплакался.

Мужчину приводила в ужас клубящаяся и будто бы живая тьма по углам. Она тянула чернильные щупальца в его сторону, отчего Жедом то и дело нервно сглатывал и потел.

— Я знаю о твоей жене.

Стоило этим словам упасть, как Жедом ощутил головокружение. Не нужно было пояснять, о какой жене идет речь. Все было ясно и так.

Шагнув назад, мужчина схватился рукой за стол и согнулся пополам, едва удерживая съеденную недавно пищу. Его тошнило от страха. Перед глазами то и дело темнело. Голова кружилась, а сердце в груди сходило с ума.

Сглотнув желчь, Жедом рухнул на колени и поднял руки в молитвенном жесте.

— Прошу вас! — завопил он, подползая к королю на коленях чуть ближе. И пусть ему было страшно, но в душе горело желание вымолить свою жизнь. — Я ничего не знал! Поверьте, ваше величество! Я ничего не знал! И не делал! Когда узнал, было уже поздно — мерзавка умерла! Иначе я бы притащил ее за волосы прямо к вам! Я не лгу, прошу, поверьте мне, ваше величество!

Король поморщился, но Жедом не обратил на это никакого внимания, продолжая причитать о своей неосведомленности и невинности.

Терион смотрел на него и не мог поверить, что этот человек — отец Ники. Она была гордым, вредным, несгибаемым созданием! Как так вышло, что подобная драгоценность получилась у столь презренного человека? Может, все дело в матери? Могла ли Марель стать той, кто воспитал в Нике настолько несгибаемый характер?

Дверь в кабинет резко открылась, и на пороге возникла женщина.

— Что ты тут раскричался? — спросила она ворчливо, а потом замерла, оценивая открывшееся перед ней зрелище.

— Что ты?.. — начала Жозелин удивленно, переводя взгляд с преклонившего колени мужа на мрачного мужчину, выглядящего так, будто готов в любой момент отрубить кому-нибудь голову.

Жозелин задержала дыхание, ощущая, как возбуждение покалывает в теле. Она любила опасных мужчин! Кроме этого, у нее давно не было хорошего секса, ведь любовник, который должен был вернуть ее золото, пропал. Вспомнив Джарея, Жозелин ощутила уже привычную злость. Мерзавец явно просто сбежал со всеми ее деньгами! Подлец! Она обязательно достанет его!

— Ушла отсюда! — внезапно крикнул Жедом.

Жозелин опешила. Она стояла на месте, пораженно глядя на мужа. Вскоре удивление сменилось презрением. Как смеет этот… червяк так с ней обращаться?!

— Что ты себе позволяешь?! — крикнула она, входя в кабинет и захлопывая за собой дверь.

Она видела, что привлекательный мужчина продолжает смотреть на нее, и от этого ощущала себя смелой и сильной.

Расправив плечи, Жозелин посмотрела на мужа сверху вниз. С каждой пройденной секундой она дышала все тяжелее, но не беспокоилась об этом, ведь благодаря такому дыханию ее грудь, затянутая в дорогие ткани, вздымалась более соблазнительно.

Переведя глаза с мужа на мужчину, Жозелин едва не задохнулась от пронзившего ее взгляда. На краю сознания забрезжило понимание, что человек перед ней может быть очень опасен, но Жозелин отмахнулась от этой мысли. В самом деле, что он сделает ей? Не убьет ведь!

Присев в самом изящном реверансе, на который только была способна, Жозелин слегка склонила голову. Она знала, что сильные мужчины любят подчинение, поэтому всем своим видом давала понять, что способна доставить удовольствие.

Скосив взгляд на чуть подрагивающие от учащенного сердцебиения белоснежные холмики грудей, Жозелин довольно улыбнулась, а потом выпрямилась.

— Прошу простить моего… мужа, милорд, — выдохнула Жозелин и сделала шаг вперед. Она хотела, чтобы мужчина ощутил окутывающий ее запах различных трав и масел. Она прекрасно знала, что ее тело пахнет божественно. По крайней мере, все ее любовники говорили об этом. У Жозелин не было причин им не верить. — Надеюсь, я не сильно помешала, — Жозелин изобразила на лице смущение. — В любом случае о делах лучше говорить на полный желудок с бокалом вина в руке. Ах, простите мою невежливость, — она приложила руку к груди, пытаясь тем самым привлечь к ней внимание. — Жозелин Боне, урожденная Гамью.

После этих слов она изящно подала руку для приветственного поцелуя. Жозелин с нетерпением ждала, когда мужчина поцелует ей ладонь, ведь уже после этого станет ясно, насколько ее женские чары подействовали на него.

Секунды потекли с большой скоростью, а рука Жозелин продолжала висеть в воздухе. Улыбка женщины постепенно становилась натянутой. Он ведь не оставит ее в такой неловкой ситуации, не так ли? Это будет ужасным оскорблением!

Когда мужчина все-таки двинулся, а потом подхватил ее руку, Жозелин едва не застонала от облегчения. Она зорко следила, как незнакомец склоняется, и с предвкушением ожидала прикосновения губ к тыльной стороне ладони, но вместо этого мужчина просто поцеловал воздух. Это было настолько неожиданным, что женщина едва не задохнулась от возмущения. Да как он только!..

— Терион Эймос Даркан, девятнадцатый король Вилласии, — все-таки представился мужчина глубоким, завораживающим голосом, от которого Жозелин ощутила новую волну возбуждения.

Впрочем, пару секунд спустя, когда до нее дошло, что именно сказал человек, Жозелин едва не задохнулась. Вскинув шокированный взгляд, она замерла.

Это был король!

Закатив глаза, Жозелин рухнула на пол, подумав, что ей требуется минутка наедине с собой, чтобы осознать произошедшее. Имитировать обморок было лучшим, как ей казалось, решением.

Взгляд Териона стал недоверчивым. Он прекрасно видел, насколько фальшивым был обморок женщины. Тот, кто хоть раз наблюдал, как люди действительно теряют сознание, никогда не спутает это с посредственной имитацией.

— Хм, — протянул он, а потом посмотрел на мужчину, который по-прежнему стоял на коленях, глядя прямо на него. Казалось, «обморок» жены его нисколько не волновал. Он если и взглянул на нее, то только мельком. — Продолжим, — произнес Терион, полностью игнорируя лежащую в картинной позе женщину.

— Пожалуйста, ваше величество, — снова заблеял Жедом.

— Замолчи, — приказал Терион. Ему не были интересны оправдания. К тому же он пришел сюда вовсе не для того, чтобы казнить этих людей за прошлое. Сейчас его больше волновало благополучие Ники. Впрочем, это не значило, что Боне не следует наказать.

Жедом захлопнул рот так быстро, что было слышно, как клацнули зубы. Терион про себя поморщился. И все-таки странно, как порой дети отличаются от своих родителей. Он не мог представить, чтобы Ника вела себя так.

— Проклятия более не существует, — начал Терион и сел на диван. — Благодаря Алэйне.

Сказав это, он с интересом стал наблюдать, как на лице мужчины сменяются эмоции. Опасение, скепсис, недоверие, ликование, жадность, расчётливость, которая под конец сменилась явной осторожностью. Надо же, даже забыл о своем прежнем страхе.

— Ваше величество, это просто чудесно! — воскликнул Жедом. На какой-то миг он порывался встать с колен, но потом, кинув на Териона опасливый взгляд, решил пока не менять положения. — Я знал, что моя девочка сможет совершить чудо! Когда вы написали, что желаете жену из нашего дома, я сразу смекнул, что Алэйна станет лучшим вариантом. Она собрала все лучшие качества нашей семьи! Не было и речи, чтобы отправить Каталину! Она совсем вам не ровня…

— Что?! — закричала женщина, приподнимаясь с пола. Ее лицо покраснело от ярости. — Не смей так говорить о моей дочери, мерзавец! И не ты выбрал Алэйну! — встав на колени, Жозелин подползла к королю и застыла в метре от него. Судя по тому, как дергались нерешительно ее руки, она хотела прикоснуться к его коленям, но страх пересилил, и женщина спустя пару мгновений просто прижала их в груди в жесте беззащитности. — Когда пришло ваше письмо, Алэйна пришла ко мне. И я посоветовала ей поехать к вам. Алэйна девочка умная и почитает слово матери, поэтому сразу согласилась.

— Ты ей не мать, — буркнул Жедом.

Он не был дураком или слепцом, поэтому видел, как его жена стелется перед королем, явно желая забрать все причитающиеся за снятие проклятия награды лично себе!

Дура! Сейчас им нужно действовать вместе, чтобы получить награду как род! Все-таки не зря он всегда считал, что у женщин не хватает мозгов! Только и могут думать, что о собственной выгоде! Ну что она может попросить? Тряпки? Побрякушки? Жедом едва не сплюнул от досады.

От злости он даже позабыл о страхе перед королем и пугающей магией, которая по-прежнему наполняла комнату. Встав на ноги, он сердито подошел к жене и, схватив ее за локоть, потянул вверх.

— Встань, — приказал он, глядя на женщину с досадой и раздражением.

Когда слегка растерявшаяся от напора мужа Жозелин подчинилась, он потащил ее на выход. Женщина поняла, что он пытается сделать, только когда Жедом открыл дверь в кабинет и вытолкнул ее в коридор.

— Что ты делаешь?! — закричала она, а потом споткнулась о подол платья и упала вперед. На этот раз все было серьезно, поэтому ни о какой элегантности речи не шло — Жозелин просто рухнула некрасивой массой на пол. — Ай! Ах ты мерзавец!

Захлопнув дверь, Жедом поднял руки и потер их, а после повернулся к королю и улыбнулся.

— Женщины порой так утомляют, — произнес он извиняющимся тоном, а затем помчался наливать королю чего-нибудь покрепче.

Терион пребывал в некотором ступоре от произошедшего. Его мало волновала мачеха Ники, но она все-таки была женщиной.

— Держите, ваше величество, — любезно произнес вернувшийся с кубком отборного вина Жедом.

Король принял напиток, хоть пить его и не собирался. Он прекрасно знал, что к алкоголю можно подмешать различные зелья, которые потом трудно будет выводить из организма.

— Так значит, моя дочь помогла вам снять проклятие? — Жедом, почувствовавший себя более уверенно, сел на другой конец дивана и даже закинул ногу на ногу, держа в руке свой кубок с вином, из которого время от времени отпивал. — Прекрасно, когда жена может быть настолько полезной. Вам очень повезло, ваше величество. Намного больше, чем мне. Одна оказалась черной ведьмой, о чем я даже не догадывался, а вторая… — он печально вздохнул, но спустя секунду снова просиял. — Когда я смогу увидеть мою любимую дочурку? Она наверняка соскучилась по дому, не так ли? Ах, знаете, какой она была забавной малышкой в детстве. Всегда называла меня папочкой и буквально каталась на моих руках. Я практически не выпускал ее из рук. Однажды она разбила любимую вазу Марель, и жена вознамерилась наказать Алэйну. Уже тогда мне стоило догадаться о недобром нраве жены, разве кто-то способен причинить вред такому чуду за подобную мелочь? Если вы спросите меня, то я вам скажу, что нет! Конечно, я отказал в наказании!

— Я писал о старшей дочери, — прервал поток лживых слов Терион.

Жедом запнулся. Опустив поднесенный ко рту кубок, он непонимающе моргнул.

— Да, конечно, вы писали о Каталине, но разве сейчас это имеет какое-то значение?

— Вы ослушались приказа короля, — холодно добавил Терион.

— Но разве… — Жедом выглядел растерянным. Он явно ожидал, что к нему пришли, чтобы осыпать милостями. — Она законная дочь! — попытался вывернуться Жедом. — Каталина — бастард. Узаконенная позднее, но все равно… Разве я мог отослать вам, ваше величество, кого-то столь… недостойного?

Терион хмыкнул. Надо признать, Жедом мог изворачиваться, когда это было ему выгодно.

— Я знаю правду, — зловеще выдал Терион. Тьма, повинуясь его приказу, вздыбилась. Свечи под ее напором затрепетали. Жутковатые тени заплясали по стенам и потолку.

Жедом огляделся по сторонам и тревожно сглотнул. Его расслабленная поза быстро сменилась. Он вжался в угол дивана, глядя на короля с вернувшимся страхом.

Поднявшиеся из теней дымчатые ленты окутали короля, почти скрывая фигуру человека. Черные глаза мерцали пугающим блеском.

Король улыбнулся, и Жедом икнул, когда увидел этот зловещий оскал. Кубок с вином выпал из его рук на пол, пачкая алым цветом пушистую шкуру.

— Вы избавились от нее. Думали, что проклятие унесет ее жизнь вместе с секретами вашей семьи.

Слова буквально ввинчивались в уши Жедома. Его сердце испуганно колотилось. Он замотал головой, отрицая.

— Нет, нет, — забормотал он. — Я ничего такого…

— Её силы иссякали, но ты даже не подумал вызвать целителя. Лучше бы она умерла. Это были твои мысли, не так ли?

— Нет! — вскрикнул Жедом, не желая признаваться даже самому себе, что подобные мысли много раз мелькали в его голове, когда Алэйна болела и с каждым днем становилась все слабее. — Я не хотел… не хотел…

— И сейчас ты смеешь надеяться что-то получить за то, что проклятие снято с ее помощью? Ты смеешь?

Жедому казалось, что мрак навис над ним, отчего он начал задыхаться. Схватившись за горло, Жедом зажмурился и замотал головой.

— Нет, ваше величество, я не смею, никогда не смею. Простите меня! Я никогда… Никогда.

— Хорошо, — Терион взмахом руки убрал лишнюю тьму и сел ровнее. — Наверное, я ошибочно подумал, что ты желаешь награду вместо наказания.

Жедом едва не задохнулся, когда услышал это. Он все понимал, но еще пару минут назад так сладко было думать, что можно получить от короля благодарность просто так. Стоило подумать дважды, прежде чем даже пытаться надеяться на что-то!

Разве он забыл? Это ведь тот самый человек, который одним взмахом руки уничтожил сотни поселений только за то, что там предположительно жил черный колдун или ведьма! Боже, как наивен он был!

— Простите, ваше величество, помутнение, не иначе, — выдавил он.

Терион снисходительно кивнул.

— Я так и подумал.

Повисла тишина. Жедом не смел и слова сказать, не желая больше попасть впросак. Он только надеялся, что его все-таки не убьют. Уже это было милостью за то, что его дочь смогла помочь их чудовищному королю.

Он действительно был глуп, когда подумал, что может просить правителя королевства о большем. Действительно, словно пелена на глаза упала! Стоило быть осторожней.

— Так как Алэйна помогла мне, твое наказание не будет слишком суровым, — заговорил внезапно король, отчего Жедом едва не подпрыгнул, настолько был напряжен в этот момент. Когда смысл слов дошел до него, Жедом посмотрел на короля с надеждой. — Часть твоих земель отойдет другому человеку.

Жедом едва не задохнулся от возмущения, но вовремя придержал язык.

— Как прикажете, мой король, — подобострастно произнес он. В душе царила буря. Он не знал, радоваться или горевать. С одной стороны, вроде его не собираются казнить за то, что в его доме укрывалась черная ведьма… ну и еще за пару проступков. А с другой стороны, это его земли!

— Этому человеку будет дан титул барона. Твоя старшая дочь выйдет за него замуж.

Жедом замер, обрабатывая информацию. Конечно, не идеально, но все получалось… не так плохо, как казалось изначально. Он ведь и сам планировал выдать дочь за какого-нибудь наследника барона, чтобы передать титул их старшему сыну. А так и титул передаст, и земли все-таки останутся в семье.

Жозелин, правда, будет бушевать, но кого волнуют мечты этой женщины? Пусть будет благодарна, что удалось отвести гнев короля от их семьи!

Терион прищурился, глядя, как Жедом подсчитывает выгоды от подобного наказания.

Он хмыкнул, ощущая удовлетворение. Этим приказом он убивал несколько зайцев одной стрелой. Во-первых, как-то наказать родственников Ники было нужно, но при этом он не хотел заходить слишком далеко. Во-вторых, он помнил о том, что обещал Джарею. Тот поначалу будет ворчать, но потом поймет личные выгоды от такого поворота. Но самое главное — Джарей сможет показать главе тайной разведки Адании, что он все еще ценен, а значит, Терион сможет и дальше следить за Эйденом. К тому же самому Териону будет спокойно, если приграничные земли займет его доверенный человек. В Жедоме он сильно сомневался, поэтому не хотел оставлять эту область неподконтрольной лично себе.

Кругом сплошная выгода!

* * *

— Еще десять кругов! Бегом, бегом, бегом!!!

Джарей, который и так уже едва дышал, едва не задохнулся от подобных слов. Куда еще-то, он и так еле ноги переставляет!

— Вперед! — крикнул снова дьявол, щелкнув кнутом прямо под ногами Джарея, отчего ему пришлось ускориться.

За недели, что он провел в Хоухвае, Джарей сотни раз проклял свою слабость и глупость. И зачем он только решил подразнить ту девчонку?! У него явно было помутнение рассудка!

Перед глазами всплыло лицо короля. Коварного мерзавца, который легко просчитал его. Джарей надеялся, что сможет потянуть время, но быстро стало понятно, что с королем этот трюк не пройдет.

И вот он здесь, в месте, которое с радостью бы забыл.

Едва двигая ногами, Джарей вздохнул, жалея себя, но в следующий миг все волоски на его теле встали дыбом, а по спине прошелся холодок.

Остановившись, он постоял несколько секунд, а потом передернул плечами. Джарей очень надеялся, что это не было дурным предзнаменованием. Очень сильно надеялся.

* * *

— Да, они присмотрят за вами какое-то время, чтобы вы не наделали глупостей, — добавил Терион, кивая в сторону отделившихся от тьмы теней.

Жедом резко повернулся в сторону стены и замер, словно кролик перед удавом.

Тени изгибались, приобретая вид различных чудовищ. Они то и дело разевали пасть, демонстрируя длинные острые зубы. Жедому казалось, что они чему-то сильно радуются.

Когда король поднял руку, одна из теней метнулась к нему по полу и скрылась за спиной, а потом выползла из-за нее подобно странной и ужасающей змее. Добравшись до руки короля, змея раскрыла пасть (Жедом мог покляться, что слышал шипение, от которого у него волосы дыбом встали!) и укусила за указательный палец.

В тот же момент на коже образовались две ранки, из которых мгновение спустя начала сочиться кровь. Терион поднял вторую руку и погладил тень, будто домашнего питомца. Та некоторое время ластилась к нему, а потом вернулась к своим товарищам.

Жедом судорожно сглотнул, глядя, как на пальце короля набухают две капли крови.

— Да, ты все верно понял, — хмыкнул Терион, вытирая кровь о платок. — Они легко могут взаимодействовать с материальным миром. Именно поэтому ты и твоя семья должны вести себя крайне осмотрительно. Мои малышки очень умны и быстры.

Жедом торопливо кивнул, сжимаясь от страха. Он боялся оглянуться, но ему и не нужно было — краем глаза он хорошо видел множество танцующих по стенам змей. Их шипение почти оглушало.

— Великолепно, — Терион улыбнулся и поднялся на ноги. — Раз мы все выяснили, я, пожалуй, откланяюсь.

Махнув рукой, Терион открыл портал, но прежде, чем уйти, обернулся к застывшему от ужаса мужчине.

— Не забудь предупредить жену и дочь, что им стоит быть более разумными в своих дальнейших действиях.

С этими словами он шагнул в портал, который вмиг захлопнулся, оставив после себя только сильный запах, какой всегда бывает после дождя.

Ну и тени, конечно. Они никуда не делись.

Жедом сжал подлокотник дивана, таращась на них так, будто те в любой момент могли впиться ему в глотку и разорвать. Он крупно вздрогнул, когда из коридора донесся пронзительный визг и грохот. Это немного взбодрило его. Он не хотел смотреть, что там случилось. Совсем не хотел. Честно говоря, ему даже двигаться было страшно, но Жедом все-таки поднялся.

— Я просто посмотрю, что там, — быстро выдал он, когда увидел, как тени на стенах шевельнулись, словно им было интересно, куда он идет. — Кто-то кричал.

Добравшись до двери, Жедом взялся за ручку и застыл. Было такое чувство, будто позади него монстр. Тело покрылось липким потом от прошившего страха.

— Там никого нет. Никого нет, — прошептал мужчина и осторожно оглянулся. Никого действительно не было. Кроме проклятых теней, которые скалились на него призрачными зубами и извивались в медленном гипнотическом танце.

Выдохнув, Жедом открыл дверь и шагнул наружу. Его взгляд пробежал по коридору. Тени были и здесь, как и Жозелин. Его жена сидела на полу, вжавшись в стену. При этом ее поза выглядела не слишком привлекательной. На лице виднелся отчетливый ужас. На полу лежал поднос и разбитые чашки, вокруг которых растекалась жидкость.

Травяной чай, понял Жедом и вздохнул. Кажется, их ждало тяжелое время. — Он ушел, — произнес он вслух, глядя на жену с толикой отвращения. Он еще помнил, как она стелилась перед королем, предлагая себя как последняя шлюха в придорожном трактире! Непростительно! Она его жена, как она только посмела так смотреть на другого мужчину?!

— Ч-что? — взгляд Жозелин переместился на него. Жедом видел, как сильно напугана его жена. — Ч-что это?! — внезапно закричала она, указывая пальцем на танцующие на стенах тени.

— Смотрители от короля, — максимально спокойно ответил Жедом, пытаясь совладать с собственным страхом. Этой женщине обязательно так кричать? Он и так напуган! — Он сказал, они будут здесь, чтобы удостовериться, что мы не сделаем что-то глупое. И да, дорогая, они вполне материальны. То есть, — Жедом ощутил нечто странное в душе. Кажется, ему даже нравилось пугать жену. Чужой страх доказывал ему, что сам он еще хорошо держится, — они вполне могут сожрать нас, если им что-то не понравится.

Жозелин задержала дыхание, а потом обмякла, на этот раз действительно потеряв сознание.

С того дня никто из семьи не мог спать спокойно. Это очень сложно сделать, когда вас окружает постоянный шепот теней, готовых вцепиться вам в глотку за малейший проступок.

Глава 22

— Ты уверен? — с сомнением спросила Ника, позволяя королю помочь ей забраться на лошадь.

Сейчас у них было еще одно свидание. Конечно, именно так встречу никто из них не называл, но Ника предпочитала думать о прогулке подобным образом.

Терион пригласил ее покататься верхом. Сначала он полчаса хвастался разными породами, водя ее за руку по обширной конюшне, а сейчас дошло дело до самой конной прогулки.

Вероника не была очарована лошадями, хотя и находила этих животных симпатичными, поэтому слушала короля вежливо, в нужных местах кивая и поддакивая. Иногда восхищаясь, когда требовалось. В отличие от нее Териону явно нравились лошади.

— Абсолютно, — король усмехнулся и якобы случайно провел рукой по ее ноге, поправляя в стремени. — Я оставил там свои тени. Они не дадут им заскучать, — на лице Териона появилась злая ухмылка. — Не думаю, что у них найдется время докучать нам. Мои малыши позаботятся об этом.

— Ох, тогда это прекрасно, — Ника улыбнулась.

Сначала она подумала, что этого будет недостаточно, но потом вспомнила, насколько пугающей может быть тьма. Она представила себя в мрачном замке, который освещался только одиночными свечами и факелами, да и то не везде. От одной мысли о постоянном шепоте и ощущении чужого скрытого присутствия по коже поползли мурашки.

Ей даже стало слегка жаль семью Алэйны. Но потом Ника вспомнила, что они не сделали ничего, чтобы помочь умирающей девушке, а после еще и пытались избавиться от самой Ники как можно скорее, так что всякая жалость исчезла, будто дым на ветру.

— Готова? — спросил Терион, подъехав к ней на гарцующем черном жеребце.

Ника, оглядев его выбор лошади для прогулки, закатила глаза. Как типично!

— Конечно, — она улыбнулась и направила лошадь к выходу на тропинку.

Некоторое время они ехали, тихо беседуя обо всем на свете. Терион с каждым пройденным днем становился все более раскованным в ее присутствии. Ника помнила, каким он был, когда они только встретились. Хмурый, молчаливый, пугающий. Сейчас Терион часто улыбался и спокойно разговаривал, не изображая человека с вечным несварением.

— А потом она как закричит, — произнесла Ника и засмеялась, вспоминая, как они убегали из замка под прикрытием дыма. — Ты бы видел их лица, — сквозь смех добавила она. — Боже, до сих пор перед глазами стоит. Там была свалка!

— У твоей служанки громкий голос, — с улыбкой согласился Терион. — Первый раз, когда я ее увидел, она почти оглушила меня.

— Я помню, — Ника снова засмеялась, вспоминая, как при первой встрече пыталась выяснить у короля, не заблудился ли он. — Ты тогда был такой серьезный. Пугающий. Знаешь, мой язык начинает работать сам по себе, когда меня что-то пугает.

— Я заметил, — Терион усмехнулся, а в следующий миг напрягся.

— Что такое? — спросила Вероника, обратив внимание на то, как изменилось в одно мгновение поведение короля.

Не успел Терион хоть что-то сказать, как животное под Никой дико заржало и внезапно встало на дыбы. Вероника вцепилась в поводья, испуганно наклоняясь вперед.

— Что?!.. — она снова хотела спросить, что происходит, но лошадь не дала ей шанса — встав на четыре ноги, она помчалась вперед, будто за ней гнались псы из ада.

— Ника! — услышала она крик короля, но в этот момент сама Вероника пыталась удержаться в седле, поэтому едва ли обратила внимание на зов.

Мысли в голове хаотично метались. Ника дергала поводья, пытаясь остановить испуганное животное, но все было бесполезно, лошадь продолжала мчаться вперед с нарастающей с каждым мгновением скоростью.

А потом животное споткнулось.

Все произошло так быстро, что Ника едва успевала следить за событиями.

В один момент они мчались вперед, а в следующий она, выброшенная из седла, летела по воздуху, неизбежно приближаясь на большой скорости к земле. Не было никаких сомнений, что она если не умрет от такого падения, то сильно покалечится.

Ника зажмурилась, взмахнув руками, а потом ощутила, как ее тело подбрасывает вверх. Она ахнула, открывая глаза, и при этом продолжала инстинктивно махать руками.

Сначала Вероника даже не поняла, что происходит, но пару секунд спустя до нее дошло, что она летит. Только тогда в голову пришла мысль, что столкновение с землей предотвратила магия. Ее магия. Оборот!

Перестав дергаться, Ника сосредоточилась, а затем медленно спланировала вниз. Она все еще не умела хорошо приземляться, поэтому буквально уткнулась носом, вернее, клювом в густую траву около тропинки.

Долго разлеживаться она не стала, завозилась, пытаясь понять, как далеко улетела. В конце концов, совершенно не хотелось попасть под копыта испуганной лошади, если та вздумает бежать дальше.

— Ника! — послышался крик Териона. А затем ее подхватили на руки и прижали к сильному телу.

Вероника охнула, ощущая слишком сильное давление. Ее клюв упирался в грудь короля, и приходилось наклонять голову под неудобным углом.

«Осторожней!» — подумала она и завозилась, пытаясь таким способом дать понять, что ей нужно больше места.

Терион сначала не реагировал, только что-то кричал, но вскоре все-таки обратил на ее трепыхание внимание и ослабил хватку.

Ника немедленно подняла голову и, раскрыв клюв, глубоко вдохнула воздуха. Этот остолоп чуть ее не придушил! В отместку за свои страдания она клюнула его в подбородок — куда дотянулась, туда и клюнула.

Терион вздрогнул, а потом принялся гладить ее по голове.

— Прости, — повинился он, перехватывая ее более нежно. — Я испугался.

Ника поворчала, но решила простить дуралея. После этого она принялась осматриваться и с удивлением поняла, что вокруг множество людей. Не пойми откуда взялись стражники, которые сейчас вытаскивали из кустов сопротивляющихся мужчин. Нике так и хотелось спросить, что происходит, но она в своей птичьей форме только и могла, что ухать, вертеть головой и щелкать клювом.

Ника вернула себе человеческий облик самостоятельно. Получилось это донельзя просто. Правда, сделала она это только тогда, когда Терион отнес ее в покои. Убедившись, что Нике ничего не угрожает, он оставил ее в комнатах вместе с ахающей и охающей Эльзой, а сам направился разбираться.

Уже вечером, постучавшись к ней в комнату, Терион рассказал, что случилось.

Судя по всему, у дяди Териона осталось на свободе некоторое количество людей, которые не были согласны с тем, что король не сменился, но нападать на самого правителя они опасались, поэтому решили сосредоточиться на его невесте, так как хорошо знали о пророчестве.

Терион был невероятно зол.

Даже с помощью шпионов, теневых стражей и фамильяров ему не удавалось узнать обо всех заговорах в королевстве. Но это не мешало ему выместить на виновных свое недовольство.

Никто из них не был рад, что решил посягнуть на то, что Терион считал самым драгоценным. Он казнил всех причастных, не волнуясь о репутации. В этом конкретном случае ему было на нее наплевать. Ника была важнее.

Терион не помнил, когда в последний раз так сильно пугался. Когда он увидел, как лошадь, споткнувшись, заваливается на землю, а Ника вылетает из седла, на полной скорости устремляясь к земле, его сердце едва не остановилось.

Он никогда еще не управлял тьмой так, как тогда. Тени от деревьев и кустов метнулись в сторону Ники в мгновение ока, только та, к его большому облегчению, справилась и сама. Один взмах — и вместо человеческого тела в воздухе оказалась миниатюрная сова.

Прижимая к себе хрупкую птицу, у которой все перья были встопорщены, Терион едва находил в себе силы разжать хватку. В нем внезапно поселился иррациональный страх, что Ника может в любой момент исчезнуть. И тогда…

Тогда ему будет плевать на пророчество. Он сомневался, что без Вероники доживет даже до тридцати трех. Тоска и боль съедят его заживо гораздо быстрее.

В тот момент Терион понял, что никогда больше не будет никого искать. Если раньше, после очередного предательства, он отряхивался и шел дальше, то исчезновения Ники по какой-либо причине он просто не перенесет.

Когда он казнил дядю, то ослабил бдительность. Казалось, враги запуганы достаточно, чтобы не делать опрометчивых движений. Вероятно, его прошлое равнодушие в отношении невест сыграло с ним злую шутку. Что ж, их ждал сюрприз. Терион намеревался показать, что Нику лучше никому не трогать.

После казни замок погрузился в мрачное молчание. Возможно, слуги понимали, что король был в своем праве, но это не мешало им бояться. Некоторые даже поспешили скрыться, явно имея за душой какие-то проступки.

— Так дело не пойдет, — произнесла Ника спустя несколько дней после казни всех причастных к нападению.

В этот момент они сидели в ее комнатах и наслаждались легким вином и закусками. После падения стремительно заживающая благодаря магическим целителям и зельям рука снова разболелась, так что Нике был прописан покой.

— Ты испортил свою репутацию еще сильнее, — принялась она его журить. Терион не был против. Он только и мог, что любоваться сосредоточенным лицом девушки.

— Я не мог иначе, — возразил он только для того, чтобы не молчать.

— Конечно, — Ника хмуро кивнула и поморщилась. — Никак не привыкну к этому варварскому миру, — пробормотала она себе под нос так тихо, что Терион едва разобрал слова.

— Что? — переспросил он, слегка нахмурившись.

— Ничего, — ответила она громче. — Говорю, что мир у нас слишком варварский, добра в нем мало. Ты должен улучшить свою репутацию любой ценой. Страх, конечно, хорошо, но вот назовут тебя темным властелином, и придется тебе потом от избранных отбиваться, которые начнут воровать твои кольца и таскать их к первому попавшемуся вулкану.

Терион ничего не понял. Темный властелин? Избранные? Какие кольца? Он даже посмотрел на свои руки. На пальцах ничего не было.

— Не обращай внимания, — явно заметив его недоумение, отмахнулась Ника. — Это так, мысли вслух. Но! Репутацию тебе улучшить точно надо. Что же придумать? — она задумчиво начала покусывать кусок сыра.

Терион замер, наблюдая за губами, которые так соблазнительно обхватывали кусочек. Он находил зрелище крайне возбуждающим. А уж когда Ника облизнула губы, то Териону и вовсе пришлось сменить положение.

— О! — воскликнула Вероника и подняла взгляд.

Ее глаза сияли, напоминая драгоценные камни на свету. Терион вдруг подумал, что Ника наполнена такой бурлящей жизненной силой, что ему даже слегка больно смотреть на нее, настолько она выглядит ошеломляюще.

— Тебе нужно открыть приют! — выдала она, глядя на короля с гордостью, словно это была его идея и он ее уже давно воплотил в жизнь.

— Приют? — переспросил Терион, не понимая, о чем идет речь.

— Я тебе сейчас все расскажу, — Ника улыбнулась и откусила еще сыра.

Ника не была удивлена, что приютов тут никто не открывал, а дети, лишившиеся по той или иной причине родителей, барахтались самостоятельно. Везло тем, у кого находились родственники, остальные… ну, как придется. Судьба у всех складывалась по-разному.

— Это твои граждане, — вещала Ника, помахивая кубком из стороны в сторону. — Сначала ты в них вложишься немного, а потом они тебе сторицей отдадут налогами или службой. Население здесь еще не слишком большое, достаточно будет создать пару домов на королевство. А потом просто раз в год ездить по малым городам и селам и собирать беспризорников.

— И кормить их? — спросил Терион, обдумывая мысль.

Он не был уверен, что подобные действия улучшат его репутацию. Обычно людям безразличны чужие горести. Кто-то даже начнет завидовать, что король кормит бесполезных сирот, а им ничего не дает.

— И что? — Ника нахмурилась. — Ты ведь кормишь аристократов, которые торчат в твоем замке? Я уверена, что они съедают гораздо больше, чем могут съесть несчастные сироты. А так — детки вырастут, встанут на ноги и начнут платить тебе налоги.

Вероника уныло подумала, что так радужно бывает только в сказках. Она могла представить, сколько проблем на самом деле возникнет. Да и люди… ну, это всего лишь люди. Хорошо, если один из десяти действительно останется благодарен королю за то, что ему помогли, другие со временем начнут считать, что так и надо. А кто-то и вовсе ощутит недовольство из-за недостаточности того, что им дали. Впрочем, поначалу благодарных действительно может быть больше.

— Люди подумают, что я собираю сирот, чтобы потом съесть, — хмыкнул Терион, уже представив, какие слухи начнут блуждать по улицам, если он действительно решит собирать беспризорных детей по городам и селам.

— А вот тут, дорогой мой, и должна работать пропаганда, — Ника, уже немного пьяненькая, ткнула в него пальцем. — Берешь людей, говоришь им, какой слух нужно пустить, и отпускаешь на волю… то есть в народ. И чего ты сидишь так далеко? Садись сюда, — она подвинулась на диване, освобождая королю место.

Териона не нужно было заставлять ждать — он в одно мгновение оказался рядом.

— Вот, отлично, — Ника довольно улыбнулась. — В общем, с приютом все понятно. Выбираешь пару пустых больших домов. Нанимаешь несколько человек из тех, кто любит детей, а потом собираешь сирот, оставляя их на попечение выбранных работников. Не забудь пустить нужный слух, — добавила Ника со всей серьезностью.

Терион не стал спорить, он просто наблюдал за Никой, внимательно слушая, что она говорит. Идея все еще казалась ему глупой, но он не хотел расстраивать невесту, отмахиваясь от ее замыслов. В конце концов, если дела пойдут совсем худо, так называемый приют всегда можно будет закрыть, а детей отпустить.

— А лечебницы у вас тут есть? Хотя о чем я спрашиваю, — Ника хмыкнула, откинулась на спинку дивана и поерзала. — Чертово платье совсем тесное, — буркнула она недовольно, чем привлекла к своему телу внимание Териона. Платье, надетое на ней сегодня, действительно выглядело тесноватым, но Териону нравилось, особенно то, как великолепно оно подчеркивало талию и позволяло ему любоваться высокой грудью.

— Лечебницы? — переспросил он, едва отрывая взгляд от соблазнительных холмов.

Терион сглотнул. О чем они говорили? Точно, о его имидже, вернее, о том, как его поднять.

В уме вертелась мысль, что в отличие от репутации его… заинтересованность в усиленных мерах не нуждалась. Нике достаточно было просто сидеть и дышать, и у него все прекрасно поднималось.

Желая найти хоть какое-то утешение, он придвинулся ближе к невесте, сев практически вплотную. Вероника если и обратила внимание на его маневр, то ничего не сказала.

— Лечебницы, — повторила она. — Такие учреждения, где людям оказывают медицинскую помощь. Кто у вас тут вообще лечит?

— Маги, — мгновенно ответил Терион, пытаясь сосредоточиться на разговоре. Они говорят о важных вещах. Не следует быть настолько легкомысленным.

— О них я помню, — фыркнула Ника и помахала измученной рукой. — О магических лекарях трудно забыть. Но! Сколько берут за свою помощь маги? У них цены космические! Ладно, — Ника поставила кубок на стол и повернулась к Териону всем корпусом. — Ладно, аристократы могут им легко заплатить, но что делать обычным людям?

— Им помогают травники, — нашелся с ответом Терион.

Ему казалось, что существующая схема уже идеальна, зачем что-то менять? Богатые обращаются к магам, бедные — к травникам.

— А те, у кого нет денег вообще? — спросила Ника и прищурилась. — Хорошо, не будем брать бездомных. Но в королевстве есть тысячи людей, которые едва зарабатывают себе на жизнь, и у них нет лишней медяшки, чтобы отдать травнику. А ведь чаще всего у таких людей куча детей, которых надо кормить. И эти дети потом платят тебе налог. Что делать всем этим людям?

Терион моргнул, не совсем понимая, при чем тут он. Люди, о которых шла речь, были взрослыми и разумными, а значит, должны соизмерять свои силы.

Нет денег — рожай меньше детей, чтобы потом не пришлось надрываться.

Кроме того, если болеешь, то лучше пропустить пару приемов пищи, чтобы потратить выгаданные монеты на оплату услуг травника. Он не думал, что сделать это так трудно.

Все это Терион и сказал Нике, а потом наблюдал, как она долгие минуты пристально смотрела на него, словно не могла поверить в услышанное. Терион даже начал ощущать себя неловко. Что такого он сказал? Разве его мысли были неправильными?

— Ха-а-а, — тяжко выдохнула Ника. — Какой ты простой, — она хмыкнула, покачав головой. — «Рожай меньше детей»! Ты только послушай себя! Ты ведь король. Ты должен хотеть, чтобы твой народ рожал больше. Ведь чем больше детей, тем больше людей в твоем королевстве, а это значит, что оно будет сильней. Кроме того, — она чуть поерзала, бросая на него неуверенные взгляды, — вряд ли здесь все так отлично с контрацепцией.

— С чем?

— Защита от беременности, — пояснила Ника, осознав, что произнесла последнее слово на русском.

— Есть травы и заклинания, с помощью которых можно уменьшить риск возникновения беременности.

Что-то во всем этом разговоре царапало, но Терион никак не мог уловить, что именно. И дело не в теме разговора, а в чем-то другом. Только вот… в чем?

— Хорошо, ладно, — Ника приподняла руки, словно сдаваясь. — Прекрасно, у вас есть травы и заклинания. Но все это стоит денег. И мы уже решили, что тебе как королю следует стремиться к увеличению численности населения, а не говорить что-то вроде «нет денег — не рожай». Так не надо делать. Нам нужен сильный народ. А значит, мы должны заботиться о нем. Поэтому приюты и лечебницы. Это самый минимум. Я могу еще предложить пункты выдачи бесплатной еды и одежды для совсем малоимущих, приюты для инвалидов, дома престарелых, в которых могут жить одинокие старики, потерявшие возможность обслуживать себя. Не забудь еще о материнском капитале. Его можно давать, например, за третьего и всех последующих детей. Можно открыть несколько благотворительных фондов, которые будут заниматься…

— Постой, постой, — попросил Терион, не поспевая за Никой. — Давай по порядку. Итак, лечебницы.

Ника принялась увлеченно рассказывать, как все нужно организовать. Терион наблюдал за ней, удивляясь, сколько разных идей водилось в ее голове. Почему она вообще задумывалась о чем-то подобном? Откуда у нее такие мысли?

Все, начиная от приютов, заканчивая благотворительными фондами, казалось Териону причудливым и излишним. Он считал, что люди, получив столько поддержки от короля, забудут, что такое работать. Большинство просто начнет симулировать те или иные проблемы. Зачем работать, если можно притвориться слабым и получить помощь от короля?

В какой-то момент Ника замолчала и сурово на него посмотрела.

— Тебе не жалко людей? — внезапно спросила она.

Терион не знал, что ответить. Жалко ли ему людей? Конечно, он ощущал нечто похожее, но по большому счету он мало об этом думал, чтобы дать точное определение тому чувству, которое он испытывал к людям, проживающим в его королевстве.

— Не жалко несчастных голодных детей, вынужденных каждый день думать о том, где найти кусок хлеба? — Вероника прищурилась, и Терион ощутил, как холодок прошелся по спине. Вот только он не успел заверить Нику, что ему, естественно, жалко бедных детей, та продолжила говорить: — Ну конечно! Зачем жалеть каких-то грязных оборванцев! Сидишь в своем замке, в тепле и сытости, а простые люди не стоят и грязи под твоими ногтями, не так ли? О, не отвечай! — она отвернулась, выставив перед собой здоровую руку. — Не хочу и слушать твоих оправданий. Ты четко дал понять, что простой народ для тебя что грязь в канаве и их страдания тебя не слишком и волнуют. Знаешь что? — Ника внезапно вскочила на ноги и глянула на Териона так свирепо, что он тревожно сглотнул. — Не нужен мне такой бесчувственный человек в мужьях!

Терион вздрогнул от услышанного и сам не понял, как оказался на ногах.

— Ты неразумна, — произнес он, думая, как исправить положение. — Эти люди не оценят твоей жалости. Даже если ты принесешь и положишь им под нос все блага мира, они не скажут тебе спасибо. Нет, они возьмут, а после спросят еще. А если ты откажешь, они поднимут шум, рассказывая всем, кто хочет слушать, какой король плохой, раз не дает им больше. Это люди. Они никогда не бывают благодарны.

— Ты смотришь на человечество в целом, забывая о каждом отдельном человеке, — возразила Ника. Она понимала, что в словах Териона есть смысл, но не могла оставить без внимания тех, кому нужна помощь. Если уж ей выпала такая возможность, то она обязана сделать этот мир чуточку лучше.

— Какая разница? — Терион подошел к Нике ближе и посмотрел на нее сверху вниз. — Одному дашь — сотни начнут кричать, что тоже хотят.

— Все нужно делать постепенно. Люди должны ощущать себя защищенными в королевстве, — не сдавалась Ника. Она не позволит Териону переубедить ее. — Ты должен быть не просто королем, но и человеком, у которого не атрофировалась человечность за ненадобностью.

Подняв голову, она впилась взглядом в темные глаза, пытаясь передать свое упрямство.

— Это бесполезно, — выдохнул Терион. — Никто не оценит.

— Но ты еще не попробовал! — возразила Ника. — Ты не можешь знать точно.

— Прекрасно, — Терион фыркнул, не желая сдаваться. Разве она не понимает, насколько идеалистичны ее мысли и идеи? Причудливы, но совершенно нереальны. — Ты можешь попробовать.

— И попробую! — Ника уперлась кулаками в бока. — Но мне нужны деньги.

— Дам я тебе денег, — отмахнулся Терион. — Но когда у тебя ничего не получится…

— Все у меня получится! — возразила Ника, а потом внезапно подалась вперед, встала на цыпочки и приникла к его губам поцелуем.

Терион пару секунд стоял ошеломленный, а потом притянул Нику к себе и закрыл глаза, углубляя поцелуй.

Глава 23

— Остальное только после свадьбы, — лукаво произнесла Ника, отстранившись и свернув глазами. — А то знаю я вас, мужиков…

Терион удивленно моргнул. Он был сбит с толку. То она спорит с ним, то целует, теперь кокетничает. Кажется, алкоголь плохо влияет на его невесту. Стоит убрать вино подальше, иначе он рано или поздно сойдет с ума.

Не успел он развить эту мысль, как его поразила другая. Что она только что сказала?

— Откуда? — свирепо рыкнув, спросил он и схватил Нику за предплечье, чтобы притянуть к себе ближе. При этом Терион проследил, чтобы рука, за которую он схватился, была именно здоровой. Причинять невесте боль хотелось меньше всего.

— Мир слухами полнится, — не растерялась Ника и улыбнулась, стараясь не показывать излишнюю нервозность.

Терион прищурился, всматриваясь в открытое лицо Вероники. Он пытался понять, врет она или нет.

— Если вдруг это… — выдавил он, ощущая в душе тлеющий гнев, — не просто слухи, я прикончу любого, кто имел наглость…

— Прекрати! — Ника извернулась и выскользнула из его хватки. Отойдя на пару шагов, она сердито взглянула на Териона. — Не было никого, успокойся. И вообще, тебе ли ревновать! У самого вон куча жен было.

— Я мужчина, — припечатал Терион так, словно это все на свете объясняло.

— И что? Ты в первую очередь человек, как и я, а это значит, что мы на равных! — при этих словах Ника вскинула подбородок, словно пытаясь стать выше.

Терион опешил. Ему еще никогда не доводилось встречать женщину, которая бы так уверенно заявляла, что имеет полное право на личную интимную жизнь до брака.

Подойдя ближе к Териону, Ника подняла руку и ткнула пальцем в его грудь.

— Ты должен запомнить, что я не буду милой и покорной женушкой, какой ты меня наверняка представляешь. Если вдруг ты задумаешь изменять, размахивая перед моим носом тем, что ты мужчина и имеешь на это полное право, то будь готов, что я отвечу тебе сторицей. Я никому не позволю вытирать об себя ноги. — Договорив, Ника подняла на Териона хмурый взгляд, в который вложила всю свою уверенность и упрямство. — Самое меньшее, что я сделаю, это просто уйду. Уйду туда, где ты меня не найдешь. Никогда.

Подняв руку, Терион перехватил палец Ники. В его голове в этот момент царил беспорядок. Он не совсем понимал, что чувствует.

В их королевстве (и не только) мужья очень часто проводили время на стороне. Обычно об этом знали все, кому хотелось знать. Никто не осуждал, относились к подобному как к чему-то обыденному. Жены чаще всего делали вид, что не замечают, чтобы сохранить свое достоинство. Люди легко отдавали им это право.

Конечно, мужчины предпочитали держать свои связи хотя бы в относительной тайне, не пытаясь сделать их достоянием общественности, но Терион не знал ни одного мужчины, который не имел хотя бы пары любовниц.

Ни раньше, ни сейчас он не видел в этом чего-то необычного или постыдного. Это просто мужская особенность. Им требовалось больше одной женщины, чтобы ощущать себя удовлетворенными. В то же время он считал, что женщины, в отличие от мужчин, обязаны сохранять себя только для своих мужей. И для этого была причина: ведь если жена будет иметь связь на стороне, то мужчина никогда не узнает, своего ли ребенка воспитывает. Это было неприемлемо. Неужели Ника не понимала, в чем заключается разница между мужчинами и женщинами?

Подумав, что до нее могли не донести эту простую истину, он, сдерживая негодование, объяснил ей различия и то, чего он от нее ждет. Вместо ожидаемого понимания или озарения Ника отдернула руку и отошла на пару шагов, смотря так презрительно, словно в ее глазах он был кем-то недостойным.

— Как удобно, — ледяным голосом бросила она. — Вы, мужчины, всегда были изворотливыми, готовыми вывернуть все на свете, лишь бы это было вам на благо. Вот что я скажу… ваше величество. Если вы думаете, что я стану терпеть и покорно закрывать глаза на ваши интрижки, то вам стоит поискать другую жену.

С этими словами Ника вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь, хотя, по правде говоря, хотелось хлопнуть ею изо всех сил. Но она сдержалась.

Губы Териона сжались в тонкую полоску. Он никак не мог позволить закончить разговор на такой ноте, поэтому не стал ждать, а поспешил следом.

Распахнув дверь, он буквально выскочил в коридор, но догонять никого не пришлось — Ника стояла недалеко. Она опиралась на стену спиной и, подняв голову, смотрела в потолок. Услышав шум, Ника вздрогнула и перевела взгляд в его сторону. Поняв, кто это, она быстро сбросила меланхоличное настроение и снова ожесточилась.

Фыркнув, Вероника оттолкнулась от стены и развернулась, явно собираясь уйти. Терион в два шага догнал ее и, схватив за здоровую руку, развернул к себе, останавливая.

— Не трогайте меня! — вскрикнула Ника.

— Ты не уйдешь так просто, — пообещал Терион, твердо глядя на невесту.

— Я буду делать, что хочу! — возразила она, глядя в ответ с невиданным упрямством. — Вы не мой хозяин, ваше величество! Вы не владеете мною, поэтому не можете мне приказывать!

— Еще как могу, — не согласился Терион. — Я твой король. Ты обязана выполнять мои приказы! Все в этом королевстве подчиняются мне.

— Вы не мой король! — вспыхнула Ника, глядя на мужчину перед собой с возмущением. — И никогда им не были! Так что нет, ваше величество, я не буду выполнять ваши приказы.

Терион прищурился. В груди кипел гнев. Эта девчонка всегда могла всколыхнуть эмоции внутри него. Вот и сейчас он не знал, чего ему хочется больше: поцеловать или отшлепать за дерзость. Оба варианта казались соблазнительными.

— Что ты хочешь сказать? Прежде чем ответить мне, подумай дважды. Я могу тебя и в предательстве обвинить! — прорычал Терион, делая шаг к Нике. Теперь он стоял почти вплотную, глядя на невесту с высоты своего роста.

Любой другой человек на ее месте ощутил бы давление, но Ника лишь упрямо вскинула голову, глядя на него сверкающими от злости глазами.

Терион нашел покрасневшие щеки и сбившееся дыхание очень привлекательными. Правда, сейчас он был слишком разгневан, чтобы любоваться видом в полной мере, но это не помешало ему отметить, насколько хороша его невеста, когда злится.

— И не подумаю что-либо говорить, — фыркнула Ника. Она не собиралась ему рассказывать, что ее душа не принадлежит этому миру. В какой-то момент у нее была такая идея, но сейчас, когда она твердо решила, что у нее и короля нет будущего, желание делиться этой деталью совсем пропало. — Вас это никак не касается.

Она попыталась уйти, но Терион не позволил. Он встал на ее пути и продолжил гневно смотреть. Ника была вынуждена признать, что король выглядел просто умопомрачительно в своем негодовании.

Темный, опасный, он будил в ней запретные теперь страсти.

На миг Ника ощутила, как сердце сжалось от мыслей, что человек перед ней никогда не будет ей принадлежать, но она яростно отбросила сомнения. Она не собиралась связывать свою жизнь с человеком, который…

Который…

Который что?

Ника попыталась вспомнить, с чего начался их спор, но мысли в голове хаотично метались.

— Еще как касается, — прервал ее размышления голос короля. — Пора тебе прекратить забирать свое согласие в любой момент. Я не позволю тебе манипулировать мною таким способом.

Терион посмотрел на нее с негодованием. Следовало узнать, почему Ника не считает его своим королем, но сейчас эта тема волновала его меньше всего.

Вспомнив, о чем они ругались еще недавно, Ника вспыхнула заново.

— А что еще я могу сделать?! — спросила она, прищурившись. — Вы действительно думаете, что я настолько себя не уважаю, что выйду замуж за человека, который считает в порядке вещей изменять своей жене? Вы, должно быть, грезите наяву, ваше величество.

— Другие жены…

— Меня не волнуют другие люди! — вскрикнула Ника, выдергивая руку из хватки Териона. — Меня никто из них не волнует, — добавила она чуть спокойнее, поправляя выбившийся из прически локон. — Мне плевать на них. Пусть другие делают со своей жизнью что хотят, я не собираюсь оглядываться на них. Измена — это больно! Я не желаю этой боли.

— Да не собирался я тебе изменять! — вскипел Терион. — Я люблю тебя, и другие женщины мне не нужны.

— Это вы сейчас так говорите! — Ника снова слегка повысила голос, негодуя. И пусть слова короля заставили ее сердце дрогнуть, она упрямо отмахнулась от сладости в груди. — Но я вижу, что вы не находите неправильным, если мужчина изменяет своей жене.

— Какая разница, что я считаю, если я не собираюсь так поступать? — недоумевал Терион, снова хватая Нику за руку, словно ему требовался любой контакт.

— Я тебе не верю! — отмахнулась Вероника. Она отлично знала, чем все это обычно заканчивается. Сначала они говорили, что не изменят, что она единственная, а потом бегали за каждой юбкой, забывая о своих обещаниях и клятвах.

Краем сознания Ника понимала, что не стоит переносить на короля свой опыт общения с мужчинами, но ничего не могла поделать.

— Я не думаю, что у нас есть будущее, — со вздохом произнесла она. — Нам стоит…

Договорить Ника не успела — Терион притянул ее к себе, наклонился и поцеловал, словно хотел заставить замолчать. Он целовал так, будто пытался поглотить. Ника сама не поняла когда, но начала отвечать не менее яростно.

Подняв руки, она вцепилась в его волосы и прильнула к сильному телу короля еще теснее. Терион не остался равнодушным — он обхватил ее талию одной рукой, буквально вжимая в свое тело, а вторую руку положил на шею сзади, отчего у Ники ослабели колени, но упасть ей не дали.

Они целовались безумно и голодно. В какой-то момент Терион прижал Нику к стене, а потом приподнял, позволяя ее ногам обхватить его за талию. Было неудобно из-за длинной юбки, но Ника справилась.

Она стонала в его руках, вертелась, совсем не облегчая его страдания. Терион рычал, хватая Нику за бедра, и подавался вперед, но одежда мешала. Хотелось сорвать ее, чтобы добраться, наконец, до вожделенной плоти.

Терион ощущал какое-то гудение, но не придавал этому никакого значения, его волновала только Ника, так отзывчиво подставляющая хрупкую и беззащитную шею под поцелуи.

Его тьма хаотично металась, заполняя собой не только коридор, но и всю ближайшую территорию. Слуги, оказавшиеся неподалеку, запаниковали, не понимая, что происходит. А уж когда замок начало потряхивать, многие вообще решили бежать как можно скорее.

— Что-то… — задыхаясь, прохныкала Ника, чувствуя, как ее распирает в середине груди. Там постепенно становилось теплее. Сначала она не придала этому значения, но тепло становилось все интенсивнее, пока не стало обжигающим. Казалось, все тело пульсирует, как одно громадное сердце. — Не так… — закончила она, задыхаясь.

Тьма Териона обвила ее лентами, лаская кожу, словно стремясь быть как можно ближе к ней. Это приносило странное удовольствие, но чем больше было тьмы на ее теле, тем сильнее пекло в груди.

— Подожди… — попробовала Ника снова, упираясь в грудь Териона здоровой рукой. Возбуждение все еще властвовало в ее теле, но странное чувство в груди настораживало. — Что-то не так, говорю же. Печет.

— Что? — Терион осоловело моргнул, открывая глаза. Вокруг царила полная темнота, но он все равно видел раскрасневшееся лицо невесты и ее общий растрепанный вид. Она была очаровательной. Он хотел снова потянуться за поцелуем, когда лицо Ники скривилось, а потом она и вовсе вскрикнула.

— Больно!

Терион вздрогнул и попытался взять себя в руки, но не успел он сделать хоть что-нибудь, как его оттолкнула громадная волна магии. Охнув, он со всего размаха влетел в стену напротив.

Вспыхнул яркий свет, ослепивший его. Тьма, шипя, словно потревоженный клубок змей, отступила. Она скрылась по углам, но полностью не ушла. При этом казалось, что нестерпимый свет привлекал ее. Она обжигалась об него, но все равно время от времени тянула к нему тонкие ленточки.

— Ника? — встревожился Терион. Возбуждение, гуляющее в крови, трансформировалось в боевую готовность. Он готов был в любой момент атаковать врага.

Правда, проблему представлял все тот же свет. Он был столь ярок, что открыть глаза казалось запредельно трудным.

В какой-то момент Терион все-таки смог это сделать. Прикрывая их согнутым локтем, он принялся оглядывать пространство рядом. Глаза слезились, их будто резало светом, но Терион упорно смотрел.

Больше всего его волновала Ника, но в том месте, где она должна была стоять, он не увидел ничего, кроме большого белого сгустка, на который он, как ни старался, посмотреть так и не смог.

Дальнейший осмотр показал, что никаких врагов рядом нет. Коридор был пуст, и, если не считать света, ничего необычного в нем не было.

— Ника? — позвал он снова.

Пока Терион паниковал, пытаясь дозваться ее, Вероника ощущала себя донельзя странно. Никогда ранее с ней не случалось ничего подобного.

На миг она даже подумала, что умерла, ведь как еще можно было объяснить странное состояние парения, которое охватило ее в тот момент.

Нестерпимый жар в груди, ранее причинявший боль, изменился. Он словно в какой-то момент взорвался и разлился по всему телу. На миг стало очень больно, но потом пришло невероятное блаженство. Оно охватило все ее существо, заставив парить.

Ника глубоко вздохнула и внезапно подумала, что до этого дня была словно скована невидимыми цепями, о которых даже не знала. Оно обхватывали ее, заземляя и не давая чувствовать настоящую жизнь.

«Что это?» — хотелось спросить кого-нибудь, но рядом не было никого, кроме Териона, однако Ника сомневалась, что он знает ответ.

Терион…

Имя вонзилось в ее мысли. Она распахнула глаза, и ее взгляд сразу устремился к нему. Он стоял около стены, прикрывая глаза рукой. Терион выглядел взволнованным и слегка испуганным. Не было сомнений, что он не знает, что делать.

В ярком свете темный король выглядел иначе. Он казался более уязвимым и открытым. Нике хотелось подойти ближе, чтобы лучше рассмотреть новые эмоции, окрашивающие лицо любимого человека.

В этот момент Ника внезапно подумала, что действительно любит Териона. Да, они очень разные. Их взгляды на многие вещи в мире совершенно не совпадают. Они постоянно спорят и ругаются. Каждый из них упрям и уверен в собственной правоте, но все это почему-то не мешало Нике сейчас с щемящей нежностью смотреть на взволнованного мужчину.

Она любила его.

Просто представив, какой будет ее жизнь, если она все-таки уйдет, Ника ощутила глубокую печаль, разрывающую сердце.

Да, их совместная жизнь будет не такой простой. Их личности слишком сильно разнились, но внезапно Ника почувствовала азарт.

Они будут ругаться. О да, конечно, будут. Было много вещей, которые Ника не могла обойти стороной. Вещей, на которые Терион смотрел иначе. Они будут спорить. Несомненно. Как иначе? Но в споре рождается истина.

И они никогда не смогут жить друг без друга. Это было так просто и отчетливо, что Ника даже удивилась, как не понимала этого раньше. Она не сможет уйти, а он не сможет отпустить. Никогда. Они связаны.

«Ах», — вздохнула Ника, когда эта простая истина пришла к ней.

Связаны.

Опустив взгляд на свои руки, она не увидела ничего, кроме яркого белого света. Его тело было пронизано им. Он пульсировал в такт биению ее сердце.

Знание пришло так, словно всегда было с ней.

Это была магия. Ее магия. Свет. Он был заключен внутри ее души, всегда следовал за ней из одного мира в другой, из одного перерождения в другое. Где-то он спал, где-то давал о себе знать. Свет вел ее сюда. К Териону. К первородной, завораживающей тьме, которая нуждалась в свете так же, как он нуждался в ней, ведь одно не может жить без другого. Свет силен, когда есть тьма, а тьма гуще, когда она рядом со светом. Это простая истина, которая не изменится никогда.

Ника не просто так попала в тело Алэйны. Девушка была магически сильна при жизни, ее духовное тело могло вместить в себя много магии. Нике требовалось именно такое тело, иное не вынесло бы чудовищного напора ее силы, о которой до недавнего времени Вероника и не подозревала.

Свет искал путь к тьме, и он нашел его, когда мать Алэйны убила собственную дочь.

Новому телу требовалась адаптация, поэтому магия таилась в самых глубоких уголках души Ники, ждала, когда сосуд исцелится достаточно, чтобы она смогла раскрыть себя полностью.

Оборот был той малостью, которую ее магия позволила себе, чтобы показать Териону их связь. Ника не просто так стала совой.

Совы — ночные хищницы. Они дети тьмы. Вся их жизнь связана с ночью. Но кроме этого, совы — фамильяры Териона, человека, которого тьма выбрала своим другом. Связь фамильяров с человеком очень сильна. Ее магия пыталась сказать об этом на своем языке, но никто из них так и не понял этого.

Вздохнув, Ника улыбнулась. Она чувствовала себя, наконец, цельной и свободной.

Свет был чем-то невероятным. Свет — это жизнь. Он дает ее многим существам в мире. В момент, когда он властвует, жизнь процветает.

Тьма, в свою очередь, более мягка. Она как покой, который необходим всему живому. Она всегда готова дать этот покой всем, кто в нем так нуждается.

Получив полный доступ к своей магии, Ника все поняла. Не было у нее другой судьбы. Она должна была очутиться здесь так или иначе. Ее путь оказался извилистым, но кому какое дело, если в конечном итоге она пришла туда, где должна была быть.

— Ника? — донесся до нее встревоженный голос Териона.

Она посмотрела на него и глубоко вдохнула, собирая разлившуюся вокруг магию. Это было сложно, но Ника и не думала сдаваться. Сила дрогнула от ее желания и повиновалась.

Когда заливающий все вокруг свет начал гаснуть, Терион сосредоточил все свое внимание на том месте, где должна была стоять Ника.

Постепенно он начал различать очертания ее тела. В тот же миг он кинулся вперед, умирая от беспокойства. Он не знал, что случилось, но очень надеялся, что с Никой все в порядке.

Когда последние крупицы света исчезли, коридор снова погрузился во тьму.

— Как темно, — прошептала Ника. По ее желанию на некотором расстоянии от них в воздухе вспыхнули несколько небольших световых шаров. — Вот так лучше.

— Ника, — выдохнул Терион, баюкая любимую в руках. — С тобой все хорошо? Что это было? Ты не поранилась? Нужно позвать Касиуса…

— Со мной все в порядке, — перебила Вероника, утыкаясь носом в его грудь. Он пах восхитительно. Объятия Териона заставляли ее сердце сжиматься от счастья. — Я люблю тебя, — внезапно призналась она.

Терион замер, а потом слегка отстранился и посмотрел ей в глаза. Наклонившись, он легко прикоснулся поцелуем к ее губам и улыбнулся.

— Я тоже тебя люблю, — прошептал он и снова прижал ее к себе.

«Ах, как хорошо», — подумала Ника и закрыла глаза.

Она была дома.

Глава 24

Ника не могла поверить, что это, наконец, происходит.

— Не вертитесь, госпожа, — попросила Эльза.

— Я не верчусь, — проворчала Вероника, пытаясь успокоиться. Размеренное дыхание, обычно спасающее в сложных ситуациях, помогало плохо. — Как думаешь, я правильно поступаю? — чуть жалобно спросила она у Эльзы, надеясь услышать пару поддерживающих слов, которые помогут справиться со стрессом.

Девушка на миг замерла и отпустила подол свадебного платья. После этого она обошла Нику и встала прямо перед ее лицом.

— Что с вами? — спросила она с подозрением. Ей было странно видеть обычно веселую и уверенную в своих действиях госпожу такой растерянной и напуганной. — Вы ведь уже выяснили, что проклятия нет. Или?..

— Нет! — быстро произнесла Ника, вскидывая перед собой руки, словно пыталась остановить мысли Эльзы. — Проклятия действительно нет, — добавила она уже более спокойно и вздохнула. — Просто… ну просто, а вдруг у нас ничего не получится? Ну, понимаешь, может быть, он не тот… Боже, нет, о чем я только думаю, — Ника нервно рассмеялась и заправила за ухо висевший у виска локон.

— Не трогайте, — попросила Эльза. — Всю прическу испортите.

— Да, прости, — повинилась Ника и силой заставила себя опустить руки, хотя ей смертельно хотелось убрать раздражающую прядь.

— Не понимаю я вас, госпожа, — сказала Эльза, продолжая проверять надетое на Нику свадебное платье. На первый взгляд все выглядело достойно — придраться не к чему. — Вы выходите замуж за короля. Вы станете самой уважаемой и почитаемой женщиной в королевстве, — после этих слов Эльза слегка замялась, но потом все-таки продолжила: — Конечно, слухи о проклятии немного испортили образ королевы, но раз вы говорите, что его больше нет…

— Никогда не было, — поправила служанку Ника, ненадолго прерывая свою дыхательную гимнастику.

Эльза посмотрела на госпожу скептически, но так, чтобы та не заметила ее взгляд. В отличие от Ники она не была полностью убеждена в том, что проклятие, которое унесло жизнь шести женщин, не существует или вовсе никогда не существовало. В это было сложно поверить.

Естественно, никто не рассказал Эльзе всю правду, поэтому она не знала подробностей. И безумно волновалась за свою госпожу. Эльза твердо решила, что отныне будет наблюдать за хозяйкой еще пристальней, чтобы в случае, если проклятие начнет действовать, спасти ее.

— Раз проклятия нет, — продолжила Эльза, — то вам не стоит так нервничать. Любая была бы счастлива выйти за короля.

— Да, да, ты права, — выдохнула Ника, потирая слегка замерзшие руки. — Тем более он меня любит. Я его тоже люблю. Это нормально, когда два любящих человека связывают свою жизнь узами брака.

Эльза никак не могла понять, когда госпожа успела влюбиться в короля, и уже тем более не понимала, как та поняла, что король тоже любит ее, но разуверять хозяйку не собиралась. В конце концов, кто знает, что между ними происходило за закрытыми дверями, все-таки Эльза не находилась рядом с госпожой каждую минуту.

Когда в дверь постучали, Ника испуганно вздрогнула. Нервы были натянуты так сильно, что любой посторонний звук мог заставить сердце остановиться!

— Я посмотрю, — успокоила ее Эльза и торопливо направилась к двери. Спустя некоторое время она вернулась. — Пора, госпожа.

Если Ника думала, что до этого нервничала, то она очень сильно ошибалась. Стоило ей услышать слова Эльзы, как она содрогнулась. Напряжение было настолько велико, что Ника практически стучала зубами, словно от холода эх.

— Я… — начала Ника, но замолчала. На миг закрыв глаза, она глубоко вздохнула, а потом медленно кивнула.

— Я готова, — произнесла она твердо и уверенно. Отступать Ника точно не собиралась, поэтому, подобрав подол, быстрым шагом направилась на выход.

Замок преобразился. Терион приказал украсить его, что слуги и сделали. Кругом виднелись зеленые ветки, усыпанные плодами, небольшие корзиночки с выпечкой и огромное количество разноцветных лент, как больших, так и маленьких. Они тянулись вдоль стен и свисали с потолков, подобно радуге.

Слуги, встречающиеся Нике по пути, старались выглядеть радостными, но она замечала за улыбками интерес и даже нечто вроде голодного ожидания. Так обычно смотрит толпа на чью-то казнь. Да, в королевстве всё еще верили в проклятие, поэтому Нике нетрудно было понять, что многие с нетерпением ждут, когда очередную жену короля постигнет какое-нибудь несчастье.

Она шла по коридору в компании Эльзы, ступающей чуть позади. Спереди важно вышагивал слуга, показывающий дорогу. Вокруг двигались четверо стражников, обязанных охранять ее до тех пор, пока она не встретится с королем.

Не желая видеть людей, которые так и ждут ее смерти, чтобы посудачить об этом всласть, Ника смотрела только вперед. При этом она мысленно повторяла шаги предстоящей церемонии.

Свадьбы в этом мире были максимально простыми. Молодые обменивались ритуальными обещаниями, обвязывали запястья друг друга лентами, а потом пировали. Собственно, все.

Ника на всякий случай несколько раз повторила про себя текст клятвы, каждый раз сбиваясь в месте, где жена обязуется хранить верность мужу до самой смерти.

После последней ссоры, вызванной расхождением во взглядах на супружескую верность, они несколько раз поднимали этот вопрос. Териону удалось убедить ее, что он не собирается ей изменять. Со скрипом, но она приняла это, решив, что будет действовать по мере возникновения проблемы.

За своими мыслями Ника не заметила, как они пришли к большим, богато украшенным дверям. Когда она приблизилась, двое крепких мужчин открыли перед ней створки.

Вероника на миг остановилась, а потом шагнула в светлый, освещенный неимоверным количеством свечей и факелов зал. Эльза, стражники и сопровождающий остались позади, но Ника едва ли о них вспомнила.

Ее взгляд был устремлен вперед. Там, на возвышении, дожидаясь ее, стоял Терион. Он был облачен в боевые одеяния, а на плечах у него покоился алый плащ, подбитый черным мехом. На голове у него была тяжелая, отливающая темным золотом корона.

Терион стоял к ней лицом. Как только Ника вошла в зал, он протянул к ней руку.

Вероника сглотнула и выпрямила спину сильнее. Она едва видела, что зал полон людей и заставлен столами. Зрение по краям расплывалось. Сердце в груди колотилось как сумасшедшее, а пальцы на руках все еще были слишком холодными.

Ей показалось, что она только моргнула, как в следующий момент уже подавала руку Териону.

Он смотрел на нее пристально, так, будто не мог ни на миг оторвать взгляд. Она отвечала ему тем же. Мир вокруг был неважен. Главное — человек, стоящий рядом.

— Мы собрались сегодня…

Как из-под толщи воды донесся до нее голос мужчины в ярко-желтых одеждах. Ника знала, что он не священник. Религия в этом мире носила хаотичный характер. И неудивительно, учитывая, что здесь существовала магия. Сложно верить в бога, когда такой же человек, как и ты, способен неведомой силой исцелять травмы или ранить, например, огнем.

Оторвав на миг взгляд от лица короля, Ника посмотрела на человека, который произносил речь. Неожиданно это оказался Касиус. Заметив ее взгляд, он на миг ободряюще улыбнулся, а потом продолжил что-то говорить. Вероника не слушала. Она слышала только дыхание Териона, поэтому повернулась опять лицом к нему и придвинулась чуточку ближе, даже не думая сопротивляться ставшему уже привычным за последнее время притяжению.

Оно появилось после того, как ее магия раскрылась в полной мере. Притяжение было легким, не принуждающим, но постоянным. Ника была уверена, что может игнорировать его, но не собиралась этого делать, ведь близость Териона дарила ей покой и удовлетворение.

Стоило ей встать еще ближе, как зрачки Териона расширились, а его взгляд стал более внимательным и цепким. Ника ощутила, как он предупреждающе сжал руку, давая понять, что им следует быть благоразумнее, все-таки вокруг сейчас сотня (а может, и больше) людей.

Ника слегка улыбнулась, ощущая, как немного успокаивается. Сейчас она не понимала, почему так сильно нервничала еще полчаса назад. Терион рядом, значит, все будет хорошо. Эта мысль несла успокоение.

— Я, Терион Эймос Даркан, девятнадцатый король Вилласии, клянусь… — заговорил Терион внезапно. Ника невольно вздрогнула, понимая, что настолько ушла в свои ощущения, что многое прослушала. И теперь они добрались до момента, где обоим нужно дать клятвы. Она взбодрилась, пытаясь вернуть разуму четкость, — любить тебя, почитать тебя и заботиться о тебе с этого дня и до скончания дней моих в этом мире. Я клянусь не отпускать руку твою ни в радостный день, ни в горестный. Клянусь быть верным тебе, ибо сердце мое отдано тебе навек. Клянусь. Клянусь. Клянусь.

Ника замерла, услышав строчки, которых не должно было быть в официальной клятве. Мужчины не обязаны были клясться в верности своим женам.

Сглотнув, Вероника сжала руку Териона сильнее. Не было сомнений, что он добавил эту строку только для того, чтобы успокоить ее сердце после прошедших в споре дней.

— Невеста? — услышала она встревоженный голос Касиуса, которого явно обеспокоило ее продолжительное молчание.

— Я, Алэйна Вероника Боне, клянусь… — торопливо заговорила Ника, заметив, что и взгляд Териона стал тревожным. Ей не хотелось, чтобы он ощущал себя некомфортно и неуверенно на собственной свадьбе. Пусть и седьмой! Ему не следовало переживать, ведь цифра семь в прошлом мире Ники была счастливой! — любить тебя, почитать тебя и заботиться о тебе с этого дня и до скончания дней моих в этом мире. Я клянусь не отпускать руку твою ни в радостный день, ни в горестный. Я клянусь, что буду тебе верной и честной женой до тех пор, пока мое сердце бьется в груди. Клянусь. Клянусь. Клянусь.

В этот момент они должны были взять у мага, проводящего обряд, ленты и повязать на запястья, но ни Ника, ни Терион не могли оторвать глаз друг от друга.

— Люблю тебя, — прошептала Ника, вставая на цыпочки.

— Ты для меня весь мир, — ответил Терион и наклонился.

Их губы встретились в коротком, но таком невыносимо правильном поцелуе, что разорвать его не было никаких сил.

Но прерваться пришлось.

Вокруг поднялся шум. Люди явно были чем-то сильно встревожены. Обхватив Нику рукой, Терион прищурился, осматривая зал в поисках проникших в замок врагов.

К его удивлению, люди ни с кем не сражались, они просто взволнованно переговаривались, указывая пальцами куда-то наверх.

— Посмотри, — попросила Ника, дернув его за руку.

Терион тут же вскинул голову, готовый увидеть все что угодно, но так и застыл.

Там, прямо под потолком, вились две светящиеся ленты.

Увидев их, Терион ощутил мощную магию, исходившую от них. Одна лента была нестерпимой белой, а другая — сумрачно-черной.

Териону не хотелось, чтобы неизвестное нечто приближалось к Нике, но ленты, словно ощутив его опасения, стремительно рухнули вниз и оплели их тела, в одно мгновение погружаясь внутрь.

Терион ощутил, как его охватил приятный жар, пронесшийся по телу будто ураган. Миг — и он сконцентрировался на правой руке.

— Ты в порядке? — первым делом спросил он у Ники, которая в этот момент выглядела растерянной.

— Да, я… да, все нормально… вроде бы, — отозвалась она, а потом немного отстранилась и подняла правую руку. Терион ощутил, как она замерла. Его взгляд тут же упал на ее руку.

Она была покрыта причудливыми черными узорами. Они слегка мерцали, и казалось, что кто-то взял кусочек ночного неба и вырезал из него украшение для Ники, идеально подходившее ей.

— Что это? — встревожился Терион. Схватив руку Ники, он приблизил к глазам тонкие пальцы, глядя на узоры как на кровных врагов. — Касиус! — позвал он громко.

— Да, ваше величество, — моментально отозвался маг, оказавшийся перед ними.

— Проверь, быстро, — потребовал Терион.

— Конечно, ваше…

— Меньше слов, — осек его король, тревожась.

Касиус не стал ничего больше говорить. Он торопливо простер ладонь над рукой Ники и выпустил свою энергию.

В этот момент он невольно вспомнил, как его величество с уже женой пришли к нему некоторое время назад, уверяя, что встряска, которой подвергся замок, была делом рук магии Алэйны.

Касиус помнил, как подумал в тот момент, что этого не может быть. У девушки если и была магия, то крайне слабая, да и то предназначенная только для одного.

Конечно, ему было не по статусу опровергать слова короля, поэтому Касиус согласился проверить ядро будущей (теперь уже нынешней) жены его величества.

И каково же было удивление Касиуса, когда он понял, что девушка перед ним не просто обладает магией, а буквально переполнена ею, словно тонкий сосуд с водой, налитой под самое горлышко.

В этот миг он забыл, как разговаривать. Подобную картину Касиус видел прежде лишь у одного человека — у самого короля! Вот только магия его величества была темной и душной, а магия Алэйны ощущалась как нечто чистое, невесомое и невообразимо свободное.

Касиус понятия не имел, как и откуда все это взялось. Он хотел исследовать, но король не дал ему и шанса. Он просто спросил, грозит ли его невесте хоть малейшая опасность, а получив отрицательный ответ, увел девушку. Касиусу пришлось смириться.

Впрочем, он все равно не оставлял попыток приблизиться к невесте короля, чтобы хоть одним глазком посмотреть на этот сверкающий и бушующий ураган света, который при близком рассмотрении способен был заворожить.

— Ну? — король требовательно взглянул на него, отчего Касиус едва заметно поежился.

Маг торопливо осмотрел внедренную структуру еще раз. Она не выглядела опасной. Но больше всего его удивило, что магическая сеть, охватывающая правую руку Алэйны, выглядела сотворенной из магии его величества.

Все это Касиус быстро пересказал королю, не желая нервировать его еще больше.

— Посмотри! — привлекла их внимание Ника, указывая на руку короля.

Касиус перевел взгляд и охнул. И было отчего, ведь правая кисть его величества была оплетена похожей сетью, только состоящей из сверкающего света.

Касиус немедленно проверил и короля. Результат был похожим — кисть, запястье и предплечье до локтя, как у Алэйны, так и у короля, были покрыты неизвестной магической структурой.

— Вот тебе и брачные ленты, — усмехнулась Ника, внимательно осматривая узор на руке. Выглядело так, словно она побывала в Индии и нанесла себе рисунок хной. Выглядело… — Красиво, — заключила она, не ощущая никакого беспокойства. Магия чувствовалась знакомой и теплой. Вреда она точно, по мнению Ники, не несла.

* * *

— Это… — Касиус запнулся, обдумывая слова жены короля. Ничего подобного раньше не было. Ленты, которые всегда повязывали на запястье молодоженам, никогда не имели магический вид. — Интересная точка зрения.

Терион после слов жены посмотрел на свою руку и тоже успокоился. Магия внутри него пела, словно получила что-то потрясающее. Рука не болела и не горела, но ощущалась как-то иначе. Впрочем, дискомфорта это не доставляло.

— Продолжим, — приказал он, решив не привлекать к инциденту больше внимания, чем уже было сделано.

— Но… — Касиусу хотелось узнать о необычном явлении больше, но взгляд короля заставил его осечься. Вздохнув, маг понуро кивнул. — Как прикажете, ваше величество.

Обойдя их, он встал на прежнее место. Ника с Терионом взялись за руки и повернулись лицом к друг к другу.

— Кхм, продолжим! — откашлялся Касиус и попытался вспомнить, на каком моменте они были прерваны. Так, клятвы были даны. Ленты… ну, можно считать, повязаны. Даже поцелуй уже был. Что же получается, все? — Объявляю вас мужем и женой! — чинно и громко произнес он, усилием воли заставляя себя не смотреть на руки молодоженов.

Зал, растревоженный необычным проявлением магии, нерешительно начал аплодировать, но, когда король поцеловал жену, хлопки стали интенсивнее. После послышались выкрики поздравлений.

Оторвавшись от желанных губ, Терион некоторое время смотрел на женщину, ставшую наконец-то его. Он никогда ранее не добивался чего-то настолько долго и упорно. И сейчас, глядя в сияющие глаза, он вдруг подумал, что никакое пророчество больше не властно над ним.

Она была с ним — душа, которая пришла к нему издалека. Терион не знал наверняка, но все равно был уверен, что это так, ведь в их мрачном и жестоком мире просто не могло родиться никого с такой сияющей и прекрасной душой, наполненной ослепительным светом, от которого его тьма буквально пела.

«…но ни одна душа этого мира не пожелает быть с ним до конца».

«Вот как, — подумал Терион, вдыхая ставший родным аромат теперь уже жены. — Я просто искал не так».

Кое-как оторвав от Ники взгляд, Терион махнул рукой. В тот же момент в зал вошло несколько человек. Двое из них несли алую подушку с желтыми кисточками на кончиках, на которой лежала изящная корона. Еще пара несла алый, подбитый белым мехом плащ.

Символы королевской власти.

— Ты не… — ахнула Ника.

Вместо ответа Терион дождался, пока слуги поднесут ему корону и плащ, а потом в полной тишине, наступившей в зале, легко водрузил венец на голову своей теперь уже жены, а плащ накинул ей на плечи.

После этого он отошел на шаг, наклонился и, подхватив ее руку с узорами, поцеловал тыльную сторону ладони.

— Моя королева.

Его слова прозвучали так внушительно и утверждающе, что у всех, кто был в зале, по телу побежали мурашки. Всем стало ясно, что король снесет голову каждому, кто захочет оспорить это утверждение.

Выпрямившись, Терион встал рядом с Никой. Они оба повернулись к ошеломленному залу.

Сначала в ладоши хлопнул один, за ним второй, потом третий. Постепенно люди разразились аплодисментами. Этот день принес им много неожиданного, но мало кто был разочарован.

— Теперь ты моя. Навсегда, — наклонившись к Нике, прошептал Терион. В этот миг он ощущал себя победителем.

— А ты мой, — отозвалась Вероника и улыбнулась. В душе все взволнованно подрагивало.

— Отныне и навек? — спросил Терион, внимательно глядя на жену.

— Отныне и навек, — заверила его Ника, а потом ласково ему улыбнулась.

Он не выдержал и снова поцеловал ее.

И пока присутствующие бушевали, празднуя, эти двое целовались так, будто мира вокруг не существовало.

Касиус хмыкнул и покачал головой, а потом сбежал вниз и присоединился к пирующим. Эльза, стоящая около входной двери, вытерла слезы и шмыгнула носом.

— Не плачь, — попросил Михай и протянул ей платок.

— Ой, не лезь, а, — отмахнулась Эльза, а потом неожиданно повернулась к парню, притянула к себе и поцеловала.

Михай удивленно замер, но быстро отошел от шока и обнял девушку в ответ. Пусть они не были королем и королевой, но любить друг друга им это совсем не мешало.

Эпилог

— Госпожа! — сурово вскрикнула Эльза, заметив, что хозяйка пытается встать с кровати. Что за неугомонное существо?! — Вам запретили вставать!

— Ну Эльза, — заныла Ника, хмуро глядя на служанку. — Мне жутко скучно. Я не могу больше просто так лежать!

— Вы не просто так лежите, — возразила Эльза, не опасаясь наказания из-за своей дерзости. — Вы бережете ребенка. Лекарь ведь сказал, что в этом месяце вы должны быть осторожнее.

Вероника вздохнула и покорно забралась обратно на подушку, позволяющую ей полулежать на кровати. Она ненавидела, что к ней относятся как к беспомощной. А ведь она уже родила одного! И ничего, выжила!

Ее дорогому Владу в этом году исполняется семь. Он уже большой мальчик, который может уже легко читать и писать.

Владом звали отца Ники в прошлом мире. Когда она родила сына, Терион так обрадовался, что спокойно передал ей заботу об имени. Ника не растерялась и назвала ребенка так, как ей действительно хотелось. Для этого мира имя Влад было очень необычным, но кого это волнует? Точно не Нику! Тем более от своего деда Влад взял самое хорошее!

Задумавшись, Вероника не заметила, как дверь открылась и в комнату прокрался сын. Она вздрогнула, когда он принялся забираться на ее кровать.

— Что? — Ника удивленно посмотрела на мальчика. — Разве уже время? Мне казалось, сейчас ты должен быть с Касиусом на уроке магических основ. Нет?

— Мама, урок уже закончился, — важно отозвался Влад, устраиваясь рядом.

Его взгляд мгновенно опустился на большой живот матери. Поначалу он думал, что мама чем-то сильно болеет, и пусть она успокоила, заверив, что внутри растет его братик или сестренка, легкое беспокойство все равно осталось.

— Действительно? — Ника покачала головой. Видимо, она задремала, раз не заметила, как пролетело время.

— А когда папа вернется? — спросил Влад, положив голову ей на плечо.

Ника вздохнула. Она и сама соскучилась по Териону.

— Скоро, солнышко мое, — заверила она сына и обняла.

Камин был хорошо прогрет, и в комнате было тепло и уютно. Сейчас, когда сын был рядом, скука не казалась такой уж давящей. Не хватало только Териона рядом.

Он уехал в город по делам. По ее делам.

Через некоторое время после свадьбы Ника воплотила свои угрозы в жизнь и плотно занялась детскими домами, решив, что она не тот человек, который бросает слова на ветер.

Поначалу дело шло вперед семимильными шагами. Ника была полна воодушевления и энтузиазма. Вот только чем больше людей оказывалось втянутыми в новое дело, тем сложнее оно становилось.

Веронику это вряд ли могло остановить. Она продолжала, несмотря на трудности и сопротивление, которое оказывало общество. И вот сейчас, спустя годы после начала процесса, Ника могла похвастаться тем, что ей удалось переломить ситуацию в свою пользу.

Конечно, результат оказался не совсем таким, как ей виделось.

Она хотела открыть еще и лечебницы со школами, но как-то так получилось, что все это начало функционировать вместе.

Приюты стали местом, где дети не только жили, но и учились. Кроме этого, оказалось удобно держать при приюте травников и лекарей, чтобы те могли как можно скорее оказать помощь, если понадобится. Со временем медицинские работники «отвоевали» себе отдельные комнаты, в которых изредка принимали простых жителей королевства.

В общем, так называемые приюты выглядели сейчас смешением учреждений, но главное было, что дело сдвинулось с мертвой точки.

Ника понимала, что, возможно, не хватит всей жизни, чтобы внедрить многие ее задумки, но кого это могло остановить? Точно не ее!

И вот сейчас она глубоко беременна вторым ребенком, а один из приютов потребовал ее внимания. Ника поехать никак не могла — лекарь запретил путешествия. Тогда она отправила туда Териона.

Конечно, в любой другой момент хватило бы кого-нибудь менее важного, но в последние дни Терион будто сошел с ума. Когда лекарь сказал, что Нике больше нельзя надолго покидать кровать, он начал буквально таскать ее на руках!

Поначалу было забавно и приятно, но потом постоянная настойчивая забота мужа начала раздражать. В какой-то момент Ника и бросила, что ему стоит проветрить мозги, и отправила его в приют — разбираться.

Терион, обеспокоенный, что спор может привести к нехорошим последствиям, уступил и поехал. Вот только не успел он ступить за порог, как Ника уже начала скучать. Дошло до того, что она даже плакала вчера ночью! А ведь Териона не было всего пару дней!

Вздохнув, Ника поерзала, а потом побледнела.

— Солнышко, — позвала она сына. Тот поднял голову и вопросительно на нее посмотрел. — Позови Эльзу, дорогой.

Влад некоторое время лежал неподвижно, а потом кивнул и спрыгнул с кровати. Через время в комнату вернулась служанка и вопросительно посмотрела на свою госпожу.

— Кажется, идет, — произнесла Ника.

Эльза замерла, а потом ахнула и забегала по комнате, словно не зная, что делать.

— Что? — встревоженно спросил Влад, переводя взгляд с бледной матери на паникующую служанку. — Что происходит?

— Эльза! — прикрикнула Ника. Ее окрик остудил горячую голову. — Я думаю, Владу стоит побыть пока с Михаем, — спокойно добавила она, когда служанка немного успокоилась, а взгляд ее стал осмысленным.

— Мама! — Влад не был согласен с подобным утверждением.

— Все хорошо, дорогой, — заверила его Вероника. — Просто пришло время родиться твоему братику. Ну или сестренке.

— Правда?! — в тот же миг просиял Влад. — А откуда ты узнала? А я могу посмотреть?

— Нет, солнышко, смотреть тебе нельзя. Ступай с Эльзой. Я слышала, что Михай учил тебя вырезать по дереву. Покажешь потом маме, что ты умеешь, хорошо?

Влад явно не хотел уходить, но и скандалить не собирался. Он хорошо знал, как следует себя вести, поэтому нехотя кивнул и степенно вышел из комнаты вместе с Эльзой.

Ника выдохнула и расслабилась. Она знала, что будет дальше, поэтому хотела провести хотя бы пару минут в тишине.

Как она и думала, вскоре комнату заполнили люди.

Служанки принялись торопливо подготавливать комнату к предстоящим родам, то и дело поглядывая на королеву. Никто из них уже и не помнил, что еще несколько лет назад все они обсуждали, какой смертью умрет седьмая жена короля.

Со дня свадьбы прошло много лет. Первое время люди еще помнили о проклятии, но постепенно старые слухи забылись. Зачем гадать, если жена короля и не думает умирать? Нет, интересного в таком мало. Тем более что та самая жена то и дело подкидывала придворным лакомые кусочки для обсуждения.

Взять хотя бы приюты. Слыханное ли дело?!

Так что никто больше и не упоминал о проклятии. Тем более что королю давно уже перевалило за тридцать три, а он выглядел живее всех живых! Смысл попусту воздух сотрясать, когда есть более увлекательные темы?

* * *

— Ника! — позвал Терион, ворвавшись в комнату.

— Тихо ты, — зашипела на него Вероника. — Она только уснула.

Терион замер, словно ноги прилипли к полу. Его рот захлопнулся так быстро, что зубы клацнули.

Ника услышала это и тихо усмехнулась. Боже, муж иногда был таким глупым. Особенно сейчас он выглядел забавно. Стоит, замер, почти не дышит и смотрит так, словно никогда не видел ничего подобного.

— Ну что ты там стоишь? — шепотом спросила она, кивая головой на сверток в своих руках. — Иди, посмотри на дочь, дуралей.

Терион отмер, словно заклятие, поразившее его чуть раньше, слетело. Он сделал первый шаг, второй, а потом быстро приблизился к кровати и аккуратно, затаив дыхание, посмотрел на спящего на руках любимой жены ребенка.

— Она прекрасна, — выдохнул Терион, любуясь дочерью.

* * *

Подумать только — у него теперь есть дочь! Его маленькая принцесса!

Подняв на жену сияющий взгляд, Терион снова замер. Ника выглядела так, словно была соткана из чего-то потрясающе нежного и светящегося. И это была совсем не магия.

В груди Териона защемило. Даже спустя столько лет совместной жизнь его любовь не угасла. Наоборот, казалось, она разгорелась сильнее.

— Люблю тебя, — выдохнул он.

Осторожно забравшись в кровать, он приобнял Нику и зарылся носом в ее волосы, вдыхая неповторимый аромат.

В этот момент он заметил, что его сын спит с другой стороны кровати, свернувшись клубочком.

Терион ощутил небывалое умиротворение. Его дом и мир были именно здесь, и он готов был защищать его всеми имеющимися силами.

— Тоже люблю тебя, — ответила Ника и подняла голову.

Терион наклонился и поцеловал жену.

В этот момент в окно пробился первый луч солнца, упавший прямо на небольшую, но счастливую семью.

Наступал рассвет нового дня.

Конец.

Content

Светлана Шёпот
Седьмая жена короля

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог