Джеймс Хедли Чейз

РАЗГОВОР

Очень высокий, худой, импозантный мужчина с аккуратно подстриженными усиками, квадратной челюстью и сединой на висках сидел на высоком табурете в баре отеля «Рони-Плаза», зажав в тонких губах сигарету. Перед ним стоял бокал виски с содовой. Время от времени мужчина поднимал глаза и как бы невзначай посматривал на собственное отражение в сверкающем зеркале за стойкой бара. При этом он всякий раз поправлял галстук-бабочку красивыми холеными пальцами, а однажды разгладил воротник пиджака.

К стойке все время подходили люди, но мужчина не обращал на них внимания. Иногда они с любопытством задерживали на нем взгляд, особенно женщины, но никто с ним не заговаривал. Он заходил в этот бар уже несколько раз, и завсегдатаи начинали строить догадки, кто он такой. Мануэль, бармен, пытался завязать беседу и вызнать что-нибудь о нем, но безуспешно. Не то чтобы незнакомец отказывался отвечать, просто все время уводил разговор в сторону от себя.

Пока не было посетителей, Мануэль прошел вдоль длинной стойки, встал напротив него и принялся протирать бокалы.

— Что-то сегодня народу маловато, — начал бармен, как бы между прочим.

Высокий худой посетитель согласился.

— А почему, как вам кажется? — спросил он.

Мануэль пожал плечами:

— Да кто его знает. Время сейчас такое, столько разных клубов, забегаловок. Люди все время развлекаются. Уже не знают, куда пойти в следующий раз.

— А по мне, так везде одно и то же — скука смертная.

Мануэль бросил на него острый взгляд:

— Это как посмотреть. То есть все зависит от того, чего вы ищете. Например, в «Хот-спот» сейчас идет отличное шоу. Я ходил вчера вечером. Советую посмотреть. Заметьте — я таких представлений много в жизни повидал, но это что-то особенное. Можете мне поверить, уж я-то в этом разбираюсь. Так что мой вам совет — не пропустите.

Высокий худой джентльмен стряхнул пепел с сигареты.

— Я уже был в «Хот-спот». Неплохо. Действительно, очень недурно.

Мануэль взял другой стакан.

— А эта дамочка в сундуке, а? — Он одобрительно поцокал языком. — Вы поняли, о ком я?

— Как она вам показалась — занимательной?

— Занимательной? — Мануэль замер. — Да не то слово! Занимательной! Нет, я бы не так это назвал. Такие девицы способны разбить любую семью. Как такую увидишь — идешь потом домой на полусогнутых.

Высокий худой джентльмен у стойки чуть поморщился. Он допил виски и заказал еще одну порцию.

Мануэль продолжал:

— Когда видишь такую горячую штучку, так и тянет узнать ее поближе вне сцены. Интересно, вдруг она замужем. Может, у нее куча ребятишек. А может, она спит со всеми подряд. Ведь никогда не знаешь, правда?

— Большая ошибка — пытаться проникнуть в частную жизнь таких особ, как эта женщина. Им платят деньги именно за то, что они совершенно не похожи на добропорядочных обывателей и позволяют себе на сцене такие поступки, на которые никогда не отважатся в обыденной жизни.

Мануэль кивнул:

— Да-а, это точно, но я лично не заблуждаюсь на их счет. — Он отошел, чтобы обслужить двух пожилых дам, а когда вернулся, сказал: — Сегодня вечером будет отличный бой. У меня есть лишний билетик, если вам интересно.

Высокий худой джентльмен покачал головой:

— Нет, только не сегодня. Я тут кое-кого жду. Может быть, как-нибудь в другой раз. Вообще я люблю посмотреть хороший бой.

— Да? — Лицо бармена просветлело. — Вот и я тоже. Люблю честный бокс. Недавно у нас тут были неплохие выступления. Видели Маккоя, когда он сдался в шестом раунде?

— Да.

— А почему он это сделал, как по-вашему?

— Говорят, испугался, но на него это не похоже. У него просто голова была другим занята.

Ведь трудно выходить на ринг и драться, когда у тебя на душе какая-то тяжесть. А публике до этого дела нет. Они пришли, чтобы посмотреть на бой, и все. Так что, какие бы неприятности ни одолевали боксера — их надо оставлять за рингом, а Маккой, видимо, не смог этого сделать.

Мануэль внимательно посмотрел на собеседника:

— Так, по-вашему, дело было в этом?

— Разумеется. Даже не сомневаюсь. Маккой не китаец какой-нибудь. Он дерется честно, без шуток.

Мануэль, который все замечал и не упускал ничего, поинтересовался:

— Прошу меня простить, но вы не даму ждете?

Высокий джентльмен покрутил в руках бокал, и взгляд его стал ледяным.

— Любопытствуете? — мрачно спросил он.

Мануэль поставил на стойку стакан, который протирал полотенцем, и кивнул в сторону двери:

— Пришла дама, и она явно кого-то ищет. Вот я и подумал — может, вас?

Его собеседник оглянулся через плечо.

— Вы очень наблюдательны, — одобрительно бросил он бармену и помахал женщине, которая только что появилась в баре и стояла недалеко от двери.

Она медленно подошла к стойке. Мануэль разглядывал ее, но незаметно, исподтишка. За годы работы в баре дорогого отеля «Рони-Плаза» он видел столько женщин, что критерии женской красоты были у него очень строгими и поразить его было непросто. Незнакомка обладала незаурядной внешностью. Она поражала зрелым женским очарованием. У нее была плавная, томная походка, огромные голубые глаза казались сонными. Крупный рот, пухлые губы накрашены ярко-красной помадой, черное платье обрисовывает грудь и бедра, но не слишком откровенно… Мануэль решил, что она похожа на очень дорогую проститутку.

Женщина подошла к высокому худому джентльмену:

— Привет, Гарри.

Он слез с табурета и слегка пожал ее пальцы.

— Садись, выпей чего-нибудь. Хочешь остаться здесь, у стойки, или пойдем сядем за столик?

Вместо ответа, она села на высокий табурет и поудобнее устроилась на нем.

— Ты выглядишь великолепно.

— Ты мне каждый раз это говоришь, Гарри, когда мы встречаемся. Это так, чтобы что-нибудь сказать, или для тебя это действительно важно?

Он сел на соседний табурет.

— Я хотел с тобой поговорить.

— А можно мне заказать что-нибудь выпить? Неужели дело такое срочное, что нельзя даже спросить, что я буду пить?

Высокий джентльмен посмотрел на нее, взгляд был недовольный.

— Прости. — Он кивнул Мануэлю и спросил у дамы: — Что ты будешь пить?

Женщина повернулась к бармену. Прежде всего она одарила его очаровательной улыбкой. От этого Мануэль растерял всю свою невозмутимость. Он почувствовал неодолимое желание ринуться вперед и обнять ее прямо через барную стойку. Этот неожиданный порыв так поразил его, что он совершенно смутился и теперь стоял, с глупым видом таращась на нее.

— Что я буду пить? — задумчиво проговорила она. — Что-нибудь такое, чтобы согреть кровь. Что вы можете мне предложить?

Мануэль оглядел ряды бутылок.

— У меня есть для вас кое-что, — сказал он. — Вам понравится.

Высокий худой джентльмен, которого она называла Гарри, проворчал:

— Перестань так себя вести, тебе это не идет.

— Это ты так считаешь, — возразила она. У нее были тонкие запястья, белые, изящные и очень красивые кисти. — Сегодня мы начинаем неплохо. Чувствую, скоро мы поссоримся, а потом разойдемся в разные стороны. Что ж, это даже к лучшему. Я не против.

Гарри предложил ей сигарету.

— Перестань так разговаривать. Ума не приложу, что на тебя нашло в последнее время. Бери сигарету. Смотри — Мануэль уже несет твой коктейль.

Она взяла сигарету и еще раз очаровательно Улыбнулась Мануэлю, когда он поставил перед ней бокал.

— Вот увидите, вам понравится, — пообещал бармен. — Головой ручаюсь.

— Не сомневаюсь. Пожалуй, попробую прежде, чем закурить. — И она оттолкнула руку Гарри, который уже поднес к ее сигарете спичку. Затем отпила глоток коктейля и поставила бокал на стойку, слегка передернув плечами. — Боже! — выдохнула она наконец.

Мануэль с любопытством посмотрел на нее, потом тревожно — на Гарри.

— Ну как? Понравилось? — озабоченно спросил он.

— Ничего подобного я раньше не пробовала! Не могу сказать, чтобы мне понравилось, но это именно то, что мне было нужно.

Мануэль отошел, угрюмо насупившись. Он не понял, похвалили его или обругали.

Гарри осторожно сказал:

— По-моему, он обиделся.

— А что тут такого? Почему бы мне тоже не обидеть кого-нибудь для разнообразия? Тебе же все равно, когда я обижаюсь, почему я должна беспокоиться о каком-то бармене?

Гарри нервно поерзал на табурете.

— Послушай, тебе не стоит продолжать в таком духе, — сказал он. — Это добром не кончится.

— Ладно. Больше не буду. Давай поговорим о другом. О чем-нибудь совершенно постороннем. Я буду хорошо себя вести. Вот увидишь — я не стану капризничать, обещаю. Ты мне веришь?

Они помолчали, потом женщина продолжила:

— Сегодня утром я истратила кучу денег. Прошлась по магазинам и купила себе шляпку. Ужасно дорогая, но мне так захотелось купить себе что-нибудь новое. Это доставляет мне удовольствие. На несколько минут.

— Я очень рад. Можешь покупать себе все, что захочешь. Ты же знаешь — я тебя ни в чем не ограничиваю.

Она покачала головой:

— Нет-нет, не могу. Ты думаешь, что твои деньги могут дать все, что мне нужно? Это не так.

Он закусил губу, досадуя, что сам дал ей повод к неприятному разговору. Не дожидаясь его ответа, женщина снова заговорила:

— Ведь деньги не сделают меня миссис Гарри Гарнер, верно? Кстати, как поживает миссис Гарри Гарнер? Как дела у дочери?

Мужчина залпом уничтожил вторую порцию виски.

— Мы же, кажется, договорились никогда не касаться этой темы? — нахмурился он.

— Да, я помню. Мы условились не говорить о них, но мне иногда становится очень любопытно. Меня ведь трудно за это винить, правда? Я хочу сказать — ведь они занимают такое важное место в твоей жизни, да? Они для тебя гораздо больше значат, чем я, разве не так?

— Ты прекрасно знаешь, что это не так. Слушай, мы сегодня что-то все время не о том говорим. Пойдем лучше сходим куда-нибудь поужинать. Может быть, ты хочешь посмотреть шоу в «Хот-спот»?

Она рассмеялась:

— Я тебе кое-что скажу. Я видела, как ты позавчера водил свою миссис Гарнер на это шоу. Так что теперь я не смогу его смотреть. Я буду чувствовать себя там неловко после этого.

— Знаешь, ты иногда бываешь невыносимой, — процедил Гарри, сжав кулаки, и женщина увидела, что впервые он по-настоящему разозлился.

— Нет, не говори так. Это нечестно. После всего того, что между нами было, и стольких ночей, что я с тобой провела, ты не имеешь права так говорить! Просто тебе неприятно слышать правду. Ну признайся, разве не так?

Он втянул воздух сквозь сжатые зубы.

— Да, но не просто неприятно — мне больно это слышать. Ради всего святого, зачем ты все это затеяла?

— Прости. — Она допила коктейль, приготовленный Мануэлем. — Скажи ему, чтобы еще такой же принес. По-моему, он ужасно крепкий и пить его небезопасно, но мне наплевать.

Гарри сделал знак Мануэлю, и тот радостно заулыбался: раз она захотела еще один коктейль, значит, все в порядке — ей понравилось.

Они сидели и молчали. Ни один не произнес ни слова, пока бармен не поставил перед ними напитки. Когда парень ушел, Гарри сказал:

— Мануэль просто гениально придумывает новые коктейли. Ты поблагодаришь его, когда мы будем уходить?

Женщина отпила из бокала и поморщилась:

— Да, я скажу ему спасибо. Я буду с ним очень, очень вежливой, с ним и со всеми твоими знакомыми, в том числе с твоей женой и дочерью. Согласись, большего я не могу для тебя сделать.

Гарри со злостью подумал, что дальше так продолжаться не может. Просто глупо, что она взялась испортить ему настроение. Он твердо решил вернуть все в нормальное русло.

— Послушай, дорогая. Ты что, собираешься хамить мне весь вечер?

Она широко распахнула сонные глаза:

— Я?

— Давай не будем ссориться. Расскажи мне все, выговорись, тебе станет легче, и, может быть, мы придумаем, как это все забыть.

— Что забыть? Про миссис Гарнер? Про мисс Гарнер? Знаешь, это будет трудно.

— Четыре месяца назад ты говорила, что тебе до них дела нет, — напомнил Гарри, уже с трудом сдерживаясь. — Ты сказала, что понимаешь мое положение и тебя это не беспокоит. И тебе действительно тогда было все равно, я же знаю. Тебе было на это наплевать. Так что же вдруг изменилось?

Ей не понравился такой прямолинейный подход к делу.

— Гарри, как ты думаешь, если я влюблюсь в женщину, я стану счастливее?

— Нет, не уходи от ответа. Ты это просто так сказала, чтобы выиграть время.

— Нет, правда. Просто интересно. Женщины настолько душевнее и сострадательнее мужчин…

Три человека подошли к барной стойке и заказали себе напитки. Они встали близко от Гарри и его подруги в черном платье — двое мужчин среднего возраста и высокая девушка с плоской грудью; тяжелые очки в толстой роговой оправе придавали ей невероятно серьезный вид.

Один из мужчин сказал:

— Мануэль, ты сегодня неплохо выглядишь.

Бармен толкнул ему по полированной стойке бутылку канадского пива и весело ответил:

— Да, сэр, и чувствую себя тоже неплохо. Вы и сами ничего, в отличной форме.

Мужчина повернулся к серьезной девушке:

— Мне здесь нравится. Здесь тебе просто дают бутылку и позволяют напиться медленно или быстро — как тебе захочется. И никогда не надо ждать, пока тебя обслужат.

— Вот и отлично, — кивнула серьезная девушка, — потому что сегодня вечером я как раз настроена напиться вдребезги.

— Пойдем отсюда, — шепнул Гарри своей спутнице. — Здесь невозможно говорить. Давай вернемся в квартиру.

Она отрицательно качнула головой:

— Нет, не хочу. Я сегодня на взводе, мы только поссоримся. Давай в другой раз.

Гарри не смог скрыть разочарование.

— Ну хорошо. Все равно пора отсюда уходить. Я провожу тебя домой. — Он расплатился с Мануэлем.

Женщина в черном улыбнулась бармену:

— Ваш коктейль — настоящее чудо. Мистер Гарнер говорит, что вы гений.

Мануэль изобразил радостное удивление, но попрощался с ней довольно скованно. Он чувствовал, что она опять сказала что-то обидное.

Любовники вместе вышли на оживленную улицу. Гарри заметил, что его подруга слегка пьяна. От этого у него снова затеплилась надежда.

— Давай поедем к тебе, — предложил он. — Мне так много надо тебе сказать.

Она покачала головой:

— Нет, не сегодня. — В голосе ее звучала твердая решимость.

Он поднял руку, чтобы поймать такси.

— Нет, — сказала она. — Я слишком устала. Давай просто прогуляемся.

Content

Джеймс Хедли Чейз
РАЗГОВОР