Лангле Ив

Когда омега выходит из себя

Автор: Ив Лангле

Книга: «Когда омега выходит из себя» — 3

Серия: «Львиный прайд»

Год написания: 2015

Жанр: Эротика, фэнтези, оборотни

Возрастное ограничение: 18+

Над переводом работали:

Переводчик: MonaBurumba

Редактор: Nikolle

Дизайн обложки: Poison_Princess

В книге всего: 24 главы+Эпилог

Перевод осуществлен для группы: https://vk.com/paranormal_love_stories

И для сайта: http://ness-oksana.ucoz.ru/

Внимание!

Текст предназначен исключительно для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой материальной выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Администрация группы, переводчики, редакторы не несут ответственности за распространение материала в сети.

--------------------------------------------------------

*Лигр — гибрид между львом-самцом и тигрицей-самкой. Является крупнейшим представителем семейства кошачьих, существующих в настоящее время. Выглядит как гигантский лев с размытыми полосами.

--------------------------------------------------------

Глава 1

Лео как раз занимался своими делами, когда услышал чей-то крик:

— Берегись! Или уже нет?

Стук.

В любом случае это не имело значения. Лео отбил диск фрисби ногой, но, учитывая, что находился в вестибюле кондоминиума, это совсем его не восхитило.

Кто-то, возможно, отреагировал бы на подобное сильно раздосадовав — например, погнался бы за идиоткой с диском фрисби и снял с неё скальп. Другие вступили бы в неподобающую для леди драку. Но как омега прайда, он должен был придерживаться определенного стандарта. Лео позволил раздражению скатиться с его действительно широких — таких широких, что футбольный тренер колледжа чуть не плакал, когда он не играл, — плеч.

Лео с невозмутимостью и спокойствием, которым старался научить других, продолжил идти к лифту, и надо так случится, фиолетовый диск приземлился именно рядом с ним. Омега едва удержался, чтобы его не раздавить. Но не стоит винить диск только за то, что его метатель плохо целился.

Незнакомый запах — кошачий и заманчивый — окружил его, а затем пронёсся дальше, когда мимо него проскочила женщина, сосредоточенная на летающей тарелке. Блондинка, которую он не узнал, наклонилась, чтобы схватить пластиковую тарелку, её укороченные спортивные шорты подчеркивали каждый изгиб созданной для захвата попки и достойных укуса бёдер.

Всё в ней казалось большим, смелым и соблазнительным.

Аппетитным. И так думал не только зверь внутри него.

Кто эта восхитительная негодница? Он не помнил, чтобы встречал её, и уж точно не забыл бы.

Незнакомка выпрямилась и посмотрела ему в глаза, и да, они встретились взглядами почти на одном уровне, что казалось невозможно, учитывая, что он сам почти семи футов ростом… И всё же эта женщина, с её порочными изгибами, наверняка не меньше шести футов один дюйм или чуть выше.

Её сложно было назвать изящной, даже с натяжкой, ни с её впечатляющей грудью, натянувшей футболку до предела, исказив надпись на ней, которая гласила: «нежный грёбаный цветок». Её восхитительная талия подчеркивалась изяществом бёдер. Лёгкая улыбка на губах соответствовала веселью в глазах.

Не будучи человеком, склонным к сильным эмоциям, Лео внезапно ощутил сильное желание заключить эту женщину в свои объятия и… делать всякие развратные вещи, которые заставят даже его спокойное сердце биться быстрее.

— Ну, здравствуй, здоровяк. Не думаю, что мы встречались.

На самом деле так, иначе он запомнил бы её — запомнил, чтобы избегать, потому что любой мог видеть по дерзкому изгибу её бедер и оценивающему взгляду, что она приносила неприятности.

Лео не доставлял хлопот. Он предпочитал спокойные моменты. Безмятежные прогулки. Тихий вечер. Очень тихий. Она нарушила тишину своими выходками с летающей тарелкой, поэтому он сделал ей замечание.

— Ты не должна играть с фрисби внутри. Это одно из правил нашего союза.

Он их знал. Помогал их составлять.

Лео любил правила и ожидал, что люди будут им следовать. Когда группа хищников живет в непосредственной близости друг с другом, держать горячий нрав под контролем очень важно, поэтому его работа состояла в том, что он обеспечивал соблюдение правил и сохранял мир.

— Да ладно тебе. Ты хочешь сказать, что внутри тоже нельзя играть? — она выпятила пухлую нижнюю губу. — Ты знаешь, у меня уже были неприятности от милого полицейского за то, что я играла на улице? Что совершенно несправедливо. Как будто это моя вина, что парень был не внимателен и врезался в зад тачки, стоявшей перед светофором.

— Ты играла на дороге?

— Дорога, тротуар — какая разница? Важнее другое, если нельзя играть внутри и нельзя играть снаружи, где же должна играть девушка?

Наверху, одиннадцатый этаж, квартира 1101. В его спальне достаточно места. Конечно, в том виде спорта, который он себе представлял, не было никакого реквизита. И никакой одежды тоже. Но сказать ей, что она может поиграть с ним голышом, вероятно, не тот ответ, который она ждала.

— Мы не играем в городе. Мало места. Для этого и создано ранчо.

— А, ферма. Она всё ещё существует? Потрясающе.

— Ты знаешь о ней? — Он нахмурился. Хотя это и не было строго охраняемой тайной, только одобренные оборотни допускались на территорию. Поскольку Лео, зачастую, курировал этот список, он, как правило, знал всех, кто посещал ранчо. Но он никак не мог её вспомнить. — Кто ты такая? Не думаю, что я видел тебя раньше.

— Да, прошло много времени с тех пор, как я её посещала. Вот что происходит, когда девушке запрещают визиты на несколько лет из-за глупого недоразумения. Стоит взорвать одну тыкву, и люди теряют рассудок. Я видела, что вестибюль собираются перекрашивать, так что никакого серьезного урона не случилось.

Запретили? Подождите секунду. Он понял, кто она. Он слышал, как Арик говорил что-то о кузине по отцовской линии, которая приехала ненадолго. На самом деле его слова звучали так:

— Проклятый дядя попросил меня позволить этому отродью приехать и спрятаться на некоторое время, пока в её родном городе не разразится какое-нибудь бедствие.

На что Лео ответил:

— Ты же знаешь, что всегда можно сказать «нет». Я нахожу это весьма эффективным, если не хочу быть втянутым в неприятные ситуации. — Твердое «нет» помогло предотвратить множество ненужного хаоса.

Арик рассмеялся.

— Сказать «нет» дяде? Это вряд ли. Ты ведь ещё не встречался с ним. Он единственный парень, которого я знаю, рядом с кем ты почувствуешь себя нормального размера. И когда он не угрожает скрутить тебя в крендель, он самый хороший чувак, которого можно встретить. Кроме того, его осаждают несколько беспокойных дочерей.

Им обеим запретил приезжать в гости предыдущий альфа прайда за то, что они причиняли слишком много вреда и всем мешали.

Хотя она приехала совсем недавно, Лео уже мог понять, почему старый король её изгнал.

— Ты ведь та самая смутьянка с Запада?

— Я, смутьянка? — она взмахнула ресницами. Проблема в том, что с таким ртом, как у нее, искривленным в ухмылке, она не могла выглядеть невинно, как ей хотелось. — Нет, это моя сестра, Тина. А я — Мина, её близнец, более известная как катастрофа. Но ты можешь называть меня своей парой.

С этими словами она бросилась на него и впилась ему в губы долгим, сочным поцелуем.

И ему это понравилось.

Р-р-р.

Глава 2

Ну ладно, может быть, броситься на незнакомца и запечатлеть на его суровых губах страстный поцелуй — это не самый благородный поступок для леди. Но опять же, Мина провалила свои уроки этикета — и не один раз — что совершенно свело её мать с ума.

В свою защиту она сказала, что не понимает, зачем женщине нужно учиться жеманничать, делать реверанс или ждать, пока мужчина откроет дверь. Если на той есть ручка и руки не заняты, то почему, черт возьми, девушка не может открыть дверь сама?

Её учитель манер также сказал бы, что приличные девочки не бросаются с поцелуями к мальчикам. Ох, и не говорят им, что они предназначены друг другу судьбой. Такие вещи обычно выводят парня из себя.

Напуганный или нет, но он не оттолкнул её. На самом деле он позволил своему языку скользнуть в её рот для веселого и скользкого танца. Очень короткого танца, который оказался довольно возбуждающим.

— Зацените! Лео целуется с Миной!

Крикливое вторжение действительно заслуживало порки, но, очевидно, это тоже недопустимо, по крайней мере, с членами семьи, пусть даже лишь отдаленно родственниками.

Мужчина, на которого она претендовала, медленно отстранился, словно не хотел отрываться от неё. Он поставил её на ноги, и ей с опозданием пришло в голову, что все это время ему удавалось оставаться на ногах. Как мило! Не многие мужчины могли справиться с её энтузиазмом — также известным как «твоя жирная задница», по словам её брата, которого она хотела ударить, — когда она запрыгивала на них. И да, это ещё одна привычка, которую её мать пыталась обуздать, учитывая, с каким восторгом Мина любила бросаться на людей, чтобы поздороваться, невольно роняя их на землю — а в некоторых неудачных случаях в отделение неотложной помощи.

Это папина вина. Крупный мужчина, он никогда не испытывал проблем с тем, чтобы поймать своих девочек-близняшек, даже когда они стали выше большинства мужчин.

Но ей повезло, что судьба выбрала ей в пару здоровенного мужика. С накачанными кулаками.

Когда её мужчина не произнес ни слова, вероятно, потеряв дар речи от потрясающего поцелуя, она решила растопить лед.

— Это был горячий поцелуй, Пупсик. Хочешь найти укромное местечко и ещё немного поразвлечься?

Лео прочистил горло.

— Я так не думаю.

— О, ты предпочтешь остаться здесь и порадовать публику? Это немного извращенно, но вуайеризм может быть даже сексуальным.

Неужели он на секунду окосел?

— Хм, и на это тоже нет. Я имею в виду, что мы не должны целоваться. Вообще. Нигде.

— Почему нет? — спросила она, склонив голову набок. Его нежелание удивило. Она чувствовала, как он с наслаждением прижимается к ней — трудно было не заметить его внушительных размеров — когда она обнимала его, словно уютное пальто фасона «Мина».

Прежде чем он успел ответить, кто-то крикнул:

— Эй, Мина, хочешь пойти выпить?

Не особенно. Она вроде как хотела больше поболтать с большим парнем, парнем, о которого её внутренняя львица хотела тереться, лизать и делать всякие вкусные вещи.

Судя по суровому взгляду, который Лео бросил в её сторону — и несмотря на горячий поцелуй — он не склонен угождать. Какая жалость.

— Моя компания уже зовет, и я вижу, что ты просто переполнен встречей со мной. Вот что я тебе скажу. Почему бы тебе не потратить какое-то время на то, чтобы осознать тот факт, что ты встретил свою будущую пару — и сменить простыни. Увидимся позже, Пупсик. — Помахав рукой и подмигнув, она ускакала прочь и присоединилась к своим друзьям, по большей части кузинам, которых не видела уже много лет.

Возможно, старый альфа на какое-то время запретил ей появляться, но это не означало, что некоторые члены семьи не приезжали на Запад погостить. Хорошие времена, достаточно вспомнить, как их выгоняли из нескольких баров.

Львицы умели веселиться.

Теперь, когда запрет снят, её подруги хотели показать Мине окрестности на их родной территории. Наконец-то. Прошло уже много лет с приказа, запрещающего ей навещать прайд. Мина ничуть не расстроилась, когда узнала, что отец Арика ушел на покой. Мужчина был такой закостенелый, когда дело доходило до глупых подростковых шалостей, вроде нанесение смазки на пол вестибюля и превращение его в крытый скользящий каток. Она вычистила его вместе с наружной стеной, испачканной древесным соком, потому что они играли в «липучку». А для тех, кто никогда не играл, объясню, нужно вбежать на стену и прилипнуть к ней, покрепче. Как муха в сиропе. Побеждает тот, кто дольше всех провисит. Тощая кузина Лолли всегда выходила победительницей.

Взяв за руки Зену и Ребу, Мина вышла из здания кондоминиума, в котором проживало большая часть львиного прайда в этом городе. Кошкам, особенно львицам, нравилось держаться поближе друг к другу, что сводило с ума их мужей и бойфрендов. Но любой мужчина, достаточно храбрый, чтобы взять в супруги львицу, должен был научиться жить с этим — или столкнуться с пристальным взглядом десятков глаз, когда женщины приставали к нему, спрашивая, почему он думает, что они должны разойтись.

— Не могу поверить, что ты поцеловала Лео, — воскликнула Зена.

— Мне очень понравилось выражение его лица. Мистер Спокойствие и Стойкость выглядел так, словно ему дали пинка под зад.

Ох. Это прозвучало не совсем приятно или многообещающе, особенно с тех пор, как её убеждение, что он её пара, укоренилось.

— Лео? Почему это имя кажется мне знакомым? — размышляла Мина вслух.

— Потому что он омега прайда, — ответила Реба.

— Он? А что случилось с Тау?

Тау ушел на пенсию около двух лет назад. Он попытался остаться после того, как отец Арика наконец сказал «К черту все это» и уехал во Флориду со своей любовницей Лью, бетой прайда. Но Тау и Арик не совсем сходились во взглядах, поэтому Арик обновил всю команду. Теперь есть Хейдер в роли беты, а Лео — в роли омеги, — объяснила Реба.

— Он канадец, вот почему он так спокоен — из-за этих холодных зим. Она делает их кровь вялой, поэтому они менее склонны к вспышкам гнева, — добавила Зена.

— Что за ерунду ты говоришь. — Реба остановилась как вкопанная и посмотрела на свою лучшую подругу. — Канадцы такие же горячие, как и любой американец. Из-за их жутко холодных зим, может быть, даже больше, я думаю. Им нужно что-то делать, чтобы не замерзнуть. Поверь, я знала одного французского парня из Онтарио, который одним взглядом мог заставить мои трусики практически растаять.

— Почти любой парень, который посмотрит в твою сторону, ухитряется стянуть их с тебя.

— Они этого не делают.

— Ещё как.

Чувствуя, что вот-вот начнется драка и не только из-за нее, Мина встала между ними, выступая в роли миротворца.

«Вы только посмотрите на это! Моя будущая пара уже оказывает на меня влияние».

— Кузины, почему бы нам не остаться каждая при своем мнении?

— Я все равно говорю, что они все пацифисты, — сказала Зена с ухмылкой.

— С огромными членами и горячими языками.

— Тем лучше, чтобы заключить с ним мир.

Последовали смешки.

Мине все равно, какой Лео национальности.

— Он милашка.

Её заявление было встречено молчанием и потрясенными взглядами.

— Почему вы так на меня смотрите? Он очень милый и суперсексуальный.

— Ты говоришь о Лео?

— О ком же ещё? Да ладно вам, только не говорите, что не разглядели его. — Как можно его не заметить? Мина поймала себя на том, что очарована им, как только он вошел в стеклянные двери вестибюля. Вот почему она нарочно пропустила свой бросок.

Зина наморщила нос.

— Ну да, мы заметили, что он жеребец, но это не значит, что кто-то из нас когда-либо делал шаги в эту сторону. Лео не любит встречаться в пределах прайда. Черт возьми, он вообще почти не встречается, а когда встречается, то держит этих дам подальше от нас. Он немного застенчив, когда речь заходит об отношениях.

— И он склонен выбирать человеческих девушек. Он не любит девчонок прайда. Говорит, что от них слишком много хлопот, — добавила Реба, закатывая глаза.

Как будто Мина позволит его обычным предпочтениям её остановить. Этот парень Лео был джемом для её арахисового масла. Взбитыми сливками — по воскресеньям. Парень, который перевернет её мир, сломает кровать и, возможно, поможет ей избежать катастроф, которые, казалось, следовали за ней повсюду, или, по крайней мере, умудрится успокоить гнев разозленных ею людей с помощью своих чар омеги.

Другими словам — идеальный мужчина.

Глава 3

Эта женщина навела полный беспорядок в его всегда спокойном разуме.

Встреча с Миной оставила у Лео во рту привкус — совсем неплохой. Напротив, он всё ещё ощущал вкус розовой жвачки. Сладко. Почти так же сладко, как чувствовать её в своих объятиях, все эти изгибы идеально ему подходят. Ему так нравились женщины с мясом на костях.

Только не эта женщина.

Действительно, пара. Он снова фыркнул, когда прошел несколько кварталов до стейк-хауса, в котором любил бывать. Хотя Лео хорошо готовил, иногда ему нравилось поручать эту работу кому-то другому. Особенно в такие моменты, когда его обычно спокойные и упорядоченные эмоции находились в редком смятении.

Когда Мина уходила, он наблюдал за покачиванием её задницы с гораздо большим интересом, чем следовало бы. К его досаде, его интерес заметили и стали поддразнивать оставшиеся дамы прайда, отдыхающие в холле. Он вообще не находил их непристойную и импровизированную песню занимательной.

— Лео и Мина сидят на дереве, Т-р-а-х-а-ю-т-с-я*.

Борясь с румянцем, он проревел:

— Ведите себя прилично! — чтобы заставить их остановиться, а потом пристально смотрел, пока они не разошлись.

------------------------------------------------------

*The K-i-s-s-i-n-g Song (Песня поцелуев) — американская насмешливая песня, если есть хоть какой-то намек на то, что девушка любит мальчика или мальчик любит девушку…

------------------------------------------------------

Но ущерб уже нанесен. Песня крутилась у него в голове. Проклятье.

Желая избавиться от избытка адреналина в теле, Лео поднялся по лестнице, а не на лифте, усиленно стуча по ступеням. К тому времени, как он добрался до своего этажа, даже не вспотев и не запыхавшись, ему почти удалось подавить желание догнать Мину.

Почти.

С другой стороны, кот внутри него надулся. Мысленно проявляя недовольство, его внутренний лигр не понимал, почему они не охотились на женщину с невероятным запахом.

Потому что мы не ищем неприятностей.

Войдя в свою квартиру, безмятежное пространство с приглушенной цветовой палитрой — или, как называла его Луна, «С-к-у-к-а-т-и-щ-а» — он скинул туфли и приготовил себе чашку хорошего зеленого мятного чая. И нет, это не моча. Просто спросите Хейдера, который сделал ошибку, насмехаясь над ним, только чтобы сразу задохнуться после точного удара Лео в его диафрагму. Как объяснил омега бете прайда, пока тот приходил в себя, «этот чай способствует концентрации, что, в свою очередь, помогает достигать больших целей».

Отвлечение. Именно этого ему сейчас не хватало, чтобы забыть вкус пухлых губ и сладкое тело Мины, обвившееся вокруг него.

Схватив книгу любимого автора в твердом переплете, которую начал несколько дней назад, Лео попытался читать, но не мог сосредоточиться. Вместо слов он видел изгиб её губ и блеск глаз. Его член затвердел при воспоминании о жарком теле, прижимающемся к нему, намеке на её возбуждение, окружающем его, умоляющем прикоснуться и получить удовольствие…

Несмотря на желание бросить чтение, он положил закладку обратно на хрустящие страницы и разместил книгу на столе, идеально выровняв по краю.

Поскольку сосредоточиться на написанных словах оказалось невозможно, он подумал об уборке, но все в его квартире блистало чистотой. Да, он патологический чистюля. В данный момент единственной грязной вещью вокруг был его разум. О, какие же грязные вещи ему хотелось делать с этой несносной женщиной.

Но он не будет.

Сосредоточиться.

Поза лотоса, закрытые глаза и мантра тоже не помогли ему обрести спокойствие. Когда все его обычные уловки потерпели неудачу, он прибегнул к той, которая никогда не подводила.

Еда.

Вот почему он оказался на улице, как раз когда наступили сумерки, направляясь в лучший стейк-хаус в городе. Принадлежащий, конечно же, прайду. Львы знали толк в мясе. Ищете бифштекс, приготовленный на редкость с правильным намеком на приправу, капельку красного винного соуса, двойной запеченный фаршированный картофель и гарнир из обжаренных овощей, сбрызнутых сливочным соусом? Тогда тащите свою задницу в «Гордость льва».

Его лигр, обычно спокойный парень, не мог удержаться от мысленного подергивания хвостом. Но это связано не столько с мыслью о еде, сколько с тем фактом, что его нос уловил намек на запах. Пахнущий жвачкой, женственный, «ох черт возьми, она здесь» аромат.

К счастью, заведение огромно, и Лео не трус. Он не станет убегать. Скорее всего, эта девчонка Мина уже забыла о нем. А если она этого не сделала, он поставит её на место — и под словом «место» он не имел в виду свою квартиру.

Увидев его, метрдотель улыбнулся.

— Лео, как мило, что вы решили нас навестить. Может быть, я попрошу кухню приготовить вашу обычную еду?

— Да, пожалуйста.

— К сожалению, ваш любимый столик в данный момент занят. На самом деле весь зал полностью забронирован. Но у меня есть кабинка рядом с баром, которая позволит вам немного уединиться. — Как хорошо Отиэль его знал.

Кабинка, обтянутая кожей, располагалась у стены и имела высокую спинку. Это не мешало шуму проникать в неё, но он потерпит. Низкий гул множества голосов вперемежку со смехом означал, что люди хорошо проводят время.

Нет необходимости заставлять их задницы вести себя прилично.

Не то чтобы он прибегал к своему голосу, особенно на публике или среди людей. Мир еще не совсем готов к тому, чтобы обнаружить, что среди них живут и работают пушистые оборотни.

Многие из его сородичей беспокоились, что с появлением цифровых камер и социальных сетей их тайну будет все труднее сохранить.

Вовсе нет.

Социальные сети, спецэффекты и необходимость доказывать, что выложенное видео не фейк, означали, что стало проще, чем когда-либо, объяснить странные появления диких животных в городских районах. Видел льва, идущего по аллее? Это какой-то парень направляется на костюмированную вечеринку. Кто-то загрузил видео, где пара волков сражается на парковке круглосуточной закусочной в полнолуние? Очевидно, это шутливая анимация, созданная подростком, у которого слишком много свободного времени и компьютерных мощностей.

Прятаться у всех на виду стало легко как никогда раньше, но некоторые, как Лео, предпочитали держаться подальше от толпы или больших скоплений людей. У него имелись на то свои причины. В юном возрасте сверстники подвергали его остракизму за то, что он был помесью — лигром, наполовину львом, наполовину тигром, — что вынуждало его скрываться. Это не слишком помогало, он оказался легкой мишенью для нападок. Тогда он был всего лишь тщедушным мальчиком с матерью, которая выступала за словесное решение конфликтов. Правда разговоры плохо помогали против кулаков, поэтому он часто приходил домой с синяками под глазами и выбитыми зубами.

Достигнув подросткового возраста, он резко вырос и внезапно обнаружил, что те, кто когда-то насмехался над ним, теперь охотно вступают в диалог вместо кулачных боев. Но поскольку Лео знал, что некоторые из них плохо слышат и еще хуже понимают, иногда подкреплял свои устные уроки хороших манер одним-двумя меткими ударами кулаков.

Кулак не бывает лишним в воспитании оборотня. По крайней мере, так говорила его бабушка.

Окончив среднюю школу — разумеется, с отличием — он уехал из дома и поступил в университет, где познакомился с Ариком и Хейдером. Несмотря на его стремление к тишине, эта парочка, казалось, полна решимости таскать его с собой и втягивать в свои неприятности.

К своему удивлению, он с удовольствием решал их проблемы и, что еще более удивительно, несмотря на хаос, наслаждался их обществом. С ними он чувствовал себя как дома. Своим.

После университета они разошлись в разные стороны: Арик вместе с Хейдером работал в экспортном бизнесе прайда, а Лео на некоторое время устроился в частную компанию, специализирующуюся на безопасности. Кое-кто мог бы назвать его наемником. Другие — шпионом. Он называл свою работу приобретением опыта и возможностью заработать. Но Лео не настолько любил это место, чтобы остаться, когда Арик попросил присоединиться к нему в качестве официального омеги прайда. Омеге отводилась роль миротворца. Он стал бы голосом разума, посредником, спокойным человеком. Тем самым, кому все вывалили свое дерьмо и требовали помощи в разгребании.

Лео почти сказал «Нет». Находиться в городе, среди людей, двадцать четыре часа, семь дней в неделю? Он уже был готов отказаться от этого предложения, когда Арик настоял на встрече с его прайдом. Весь клан собрался на свадьбу, прекрасное время для него, чтобы познакомиться и почувствовать людей, которыми руководил Арик.

Вот только Лео так и не появился на свадебном приеме. Он добрался лишь до холла за пределами гигантского бального зала, где тихое сопение привело его к маленькому мальчику, льву по запаху, прячущемуся в подсобке.

Открыв дверь, он опустился на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с глазами дрожащего паренька.

— Что случилось? — по какой-то причине, в то время как взрослые смотрели на него косо из-за его размера, женщины и дети всегда обращались к нему за помощью.

Этот ребенок не стал исключением.

— Рори и Каллум забрали мой планшет.

И судя по хрупкому телосложению, мальчишка не думал, что сможет вернуть его обратно.

Это навеяло воспоминания о том времени, когда Лео приходилось самому защищаться от хулиганов, в прайде, где омега не мог быть посредником в разборках детей, особенно для полукровки.

В этот момент Лео принял решение. Здесь он мог бы многое изменить. Он мог бы помочь тем, кто нуждается в защите, контролировал бы соблюдение правил, чтобы сохранить мир, и ел бифштекс в любой проклятый день, который ему нравится. Да, Арик подкупил его, отведя в «Гордость льва» и пообещав, что он всегда будет иметь бесплатную еду, если только согласится остаться.

Добавьте квартиру, и Лео никогда отсюда не уедет.

Он все-таки заставил Арика пожалеть о его решении предложить ему бесплатную еду. Лео имел здоровый аппетит. Он пользовался привилегией на полную катушку, но хотя ему не приходилось платить, всегда оставлял хорошие чаевые, так что персонал его любил.

Потягивая молоко из высокого стакана — точнее литровой пивной кружки, поскольку Лео серьезно относился к своему здоровью, — он закрыл глаза и откинул голову назад, вдыхая аппетитные запахи готовящейся еды.

Но резко дернул головой, когда женщина, источающая возбуждающий аромат, плюхнулась прямо напротив него.

— Пупсик! Я знала, что ты придешь и найдешь меня, — Мина лучезарно улыбнулась ему с другого конца стола.

Его член приподнялся в знак приветствия, но Лео ударил кулаком по коленям.

— Я пришел поужинать.

— Ужин? О-о-о. Мне так нравятся парни, которые любят поесть, — она подмигнула.

Он с трудом подавил румянец. Он. Румянец. Какого черта?

— Разве ты не должна вернуться к своим подругам? — до того, как он сделает что-то безумное, например, пригласит её к себе на десерт.

— Они могут подождать, пока я поужинаю со своим Пупсиком. Знаешь, не хочу быть невежливой на нашем первом свидании.

— Это вовсе не свидание.

— Ну как же — есть ты, я и еда! — она захлопала в ладоши, произнеся последнее слово, вероятно, потому что появился официант с огромным блюдом, нагруженным до смешного большим бифштексом и всевозможными закусками.

Прежде чем он закончил благодарить Клода за то, что тот так быстро принес заказ, она отрезала кусок от его бифштекса и сунула в рот. Жуя с закрытыми глазами, Мина издавала стоны наслаждения.

Стоны, которые не допустимы в общественных местах.

Стонать она должна только тогда, когда он будет прикасаться к ней.

Стоны, которые заставили его рявкнуть:

— Не возражаешь? Это мой ужин.

— Прости, Пупсик. Так грубо с моей стороны. Вот, возьми кусочек, — следующий кусок бифштекса она протянула ему на зубцах своей вилки, той самой, что касалась её губ.

Отказаться. Мы не кормим друг друга. Мы…

Он проглотил его, и этот кусок стал для него абсолютным наслаждением. Сочный, с легким привкусом соли и чеснока, и сливочного масла. Теперь настала его очередь простонать.

— Черт возьми, это великолепно.

— Сделай так еще раз, — прорычала она.

Он посмотрел на Мину и заметил, как жадно она смотрит на его рот. Нетерпеливо…

Это казалось одновременно лестно и тревожно. Он должен остановить это. Прямо сейчас.

— Если не возражаешь, я предпочел бы поесть в одиночестве.

— Один?

— Да, один. Хотя я и польщен твоим интересом ко мне, боюсь, ты ошибаешься во всем остальном. Мы не на свидании. Мы с тобой не пара. Мы — никто друг другу. Пшик. Ноль, — нет смысла приукрашивать. Лучше всего выложить все прямо сейчас, пока она не продвинулась дальше с своей безумной идеей, что они принадлежат друг другу.

«Но мы действительно принадлежим ей».

Лео проигнорировал голос кота внутри себя, ожидая вспышки гнева. Женщины никогда не принимали отказ хорошо. Либо они прибегали к слезам и стенаниям, либо к воплям и обвинениям.

Но честность лучше всего.

Однако Мина отреагировала не так, как ожидалось. Со смеющимися глазами она растянула губы в широкой улыбке, наклонилась вперед, выставляя напоказ декольте, давая ему возможность взглянуть на глубокую ложбинку.

— Сопротивление бесполезно. Но очень мило. Подумай обо мне позже, когда будешь мастурбировать, я уж точно буду представлять тебя.

С последним украденным кусочком его ужина она вскочила со своего места и неторопливо направилась к бару.

Не смотри. Не смотри.

Пфф. Он настоящий кот. Конечно, он смотрел и восхищался гипнотическим покачиванием её бедер.

Мина восприняла его отказ гораздо лучше, чем можно представить, пусть и выбрала полное отрицание. Однако он благодарен ей за то, что она не стала устраивать сцен и позволила ему спокойно закончить трапезу. Мир был нарушен, когда он наслаждался горячим какао со своим десертом.

— Сделай это! Сделай это! — хриплый смех из бара, сопровождаемый пронзительными воплями, прорезал мягкий гул толпы.

К этому времени он уже привык к громким женщинам — дамы прайда не самые тихие — и не обращал внимания на шум, наслаждаясь убийственным сливочно-карамельным кремом на верхушке влажного брауни.

Шум в баре становился все громче. Лео воздержался от желания вытянуть шею, чтобы увидеть источник, хотя его лигр продолжал настаивать, чтобы он взглянул.

Зачем смотреть, когда он уже знал, кто болтается в баре? Несмотря на то, что Лео не подглядывал, он чувствовал присутствие Мины так, что это его беспокоило. Конечно же, её прежнее заявление о том, что они пара — ложь. Судьба не свела бы его с кем-то настолько неподходящим для его образа жизни и вкуса.

Ладно, может быть, она пришлась ему по вкусу, потому что физически с ней все в порядке. Нет, его проблема заключалась скорее в том, что Мина олицетворяла собой полный хаос. «Не могу представить себе, что проведу остаток своей жизни, разбираясь с беспорядком, даже если держать ситуацию под контролем — и держаться за её изгибы — доставит мне огромное удовольствие».

Покончив с последним кусочком, он планировал уйти — сбежать сейчас, пока возможно! — когда шум поднялся еще на один уровень.

Держись подальше. Не смотри туда. Ага. Он не смог остановиться. Неосознанно — или из-за влияния своего хитрого лигра — Лео взглянул на море в основном светловолосых голов. Как один они скандировали:

— Пей! Пей! Пей! — львицы действительно любили свои мартини и коктейли, и «Гордость льва» удовлетворяла их вкус. Это место больше, чем просто стейк-хаус. Бар мог похвастаться знающими барменами, которые могли бы сделать хороший напиток для тех, кто любит больше, чем просто пиво или вино.

Думайте его удивило, что в центре внимания оказалась Мина, которая, не переводя дыхания, пила огромный коктейль? Такой полезный навык будет не лишним при глотании.

Плохая кошечка.

Выпив этот впечатляющий объем алкоголя, она поставила стакан на стойку и облизала губы.

Влажные. Сочные. Губы.

М-м-м.

Он уже собирался отвернуться, но, словно почувствовав его интерес, Мина повернула голову и поймала его пристальный взгляд. Она подмигнула, и еще ухмыльнулась.

Ой-ой. Он знал это выражение лица, которое говорило «беги».

Увы, он оказался слишком медлительным.

Упершись руками о стойку бара, Мина подтянулась и забралась на полированную поверхность. Она все еще была в этих нелепо коротких шортах. Учитывая её положение на барной стойке, теперь каждый мужчина в этом заведении мог видеть, как её наряд подчеркивает изгибы тела, подобного песочным часам.

Это вызвало рычание и недовольство у его кота. Если бы только у него имелось длинное пальто, чтобы её прикрыть. Странная мысль, учитывая, что многие львицы одеты точно так же или даже хуже, и ему на это наплевать.

— Кто хочет выпить со мной?

Руки взметнулись вверх, вместе с кричащими голосами:

— Я!

Мина просияла.

— Потрясающе. Бармен. По стаканчику текилы для меня и моих друзей.

Текила никогда не казалась более сексуальной, чем в этот момент, из-за мисс, решившей ему досадить.

Сначала она лизнула соль, которой посыпала руку. Её гибкий розовый язычок медленно, томно скользил по соленым кристаллам.

И как долго она собирается продолжать это, практически голая?

Сосредоточиться. Внимание!

Он не успел вовремя отвести глаза. Откинув голову назад, с волосами, рассыпавшимися по плечам и спине, щекотавшими верхнюю часть задницы, Мина выпила текилу из стакана.

Интересно, ей нравится, когда её дергают за волосы? Особенно если он возьмет её сзади, нежная пышность её ягодиц будет приветствовать его толчки.

Лео не смог сдержать стон.

Что же до нее, то Мина рассмеялась, взяла в рот дольку лимона и принялась жевать. Её лицо исказилось, а губы сжались после того, как она выплюнула желтый кусок.

— Рр! Вау! — она это сделала.

Совершенно безумная. Как и все остальные львицы, которых он знал.

Здравомыслящий человек сбежал бы сейчас. Мудрый человек давно убежал бы.

Но он не мог уйти.

Как омеге прайда, ему следовало позаботиться о том, чтобы ситуация не слишком вышла из-под контроля. Но он не станет вмешиваться и требовать прекратить пьянку — это вызвало бы слишком много раздражения и стонов о том, что он разрушает их веселье. К тому же, когда он обращался со своим голосом разума к пьяным львицам, они начинали называть его большим папочкой — и предлагали отшлепать их по заднице, что жутко бесило Лео.

Несмотря на то, что ему, возможно, придется тащить домой нескольких дам, когда алкоголь исказит их чувство направления, он позволит львицам напиться, а затем прочитает им лекцию о поведении, подобающем молодым леди. Они не станут его слушать, может быть, даже рассмеются, но он постарается. Потому что именно так поступали омеги. Они наставляли, а если это не помогало от них слышали ворчливое «Я же тебе говорил».

«Однако в случае с Миной не думаю, что словесная порка сделает свое дело».

Все зависело от того, по какой части тела он пройдется языком. Слишком легко он мог представить себя между её кремовых ног.

Плохо. Очень плохо.

Вкусно. Так вкусно.

Он должен сосредоточиться на речи, которую произнесет перед безумными львицами. Или он мог бы пропустить бесполезное тявканье и поставить их на колени, как они все время просили. Он выбрал бы Мину. Представьте для наказания её едва прикрытые ягодицы в этих неприличных шортах. Шлепок его ладони по округлому контуру. Наклон к…

— Еще по одной, бармен. На этот раз Б-52*.

-------------------------------------------------------

*Коктейль Б-52 — алкогольный коктейль с приятным сладковатым вкусом, состоящий из трех слоев ликеров (кофейного, сливочного и апельсинового), которые наливаются в равных пропорциях.

--------------------------------------------------------

А вот это не стоит делать.

Следует отметить, что хотя у оборотней повышенный метаболизм и они могли перерабатывать алкоголь быстрее, чем люди, он все же оказывал эффект, особенно если его пили в больших количествах.

Не нужно обладать острым умом, чтобы предвидеть грядущую катастрофу, тем более что пышногрудая Мина покачивалась на полированной стойке бара, её щеки пылали, глаза остекленели, а смех звучал громко и беззастенчиво.

Чего ей не хватало, так это здравого смысла. Несмотря на то, что шаталась, она продолжала опрокидывать напитки, которые предлагала ликующая толпа.

— Кто хочет минет? — выкрикнула она.

«Я!»

На подсознательном уровне он понимал, что она имела в виду алкогольный коктейль*, но это не помешало его члену оживиться от интереса.

--------------------------------------------------------

*Коктейль Blow Job («Минет») берет свое провокационное название от техники выпивания: его, по правилам, пьют без помощи рук. Стакан нужно держать зубами или на согнутой в локте руке.

--------------------------------------------------------

Не помешало представить Мину стоящей на коленях, с глазами, пристально смотрящими на него, её щеки втянуты, а рот широко раскрылся над его членом и скользит взад и вперед.

Стон.

Положив льняную салфетку на стол, Лео встал, и хотя уже собирался уходить — не желая попусту тратить время в ожидании неприятностей — вместо этого

неторопливо направился в её сторону.

На его пути стояла толпа львиц. Потребовалось всего несколько толчков, чтобы толпа расступилась перед ним. Тех, кто не понял намека, он хватал и отодвигал в сторону.

Подойдя к бару, он не произнес ни слова. Просто протянул руки, как раз вовремя, чтобы поймать пьяную львицу в охапку, когда гравитация наконец взяла свое.

Пьяная или нет, но Мина узнала его. Она растянула полные губы в широкой улыбке, и на щеке появилась ямочка.

— Привет, Пупсик. Я знала, что ты не сможешь устоять передо мной.

— Неужели никто никогда не говорил тебе не стоять на барной стойке?

— Ну да, моя подруга Джина говорила, но в основном потому, что в прошлый раз я была в юбке, а её бойфренд не переставал под нее заглядывать. Она даже устроила драку. Как будто я хотела её тощего парня. Я предпочитаю больших мужчин. Вроде тебя.

Комплимент сработал. Тепло разлилось по его телу, наполняя энергией нервы и кожу. Всё. Это заставило его остро ощутить её присутствие в своих объятиях. Но, к сожалению, это заметили и окружающие их львицы.

— Отличный улов, Лео.

— Я выиграла двадцать баксов.

— Чушь собачья, — проворчал другой женский голос. — Технически она упала с барной стойки.

— Но она не упала на пол. Ты мне должна.

Потеря одной из них нисколько не остановила львиц. Напротив, новая львица заняла свое место на вершине стойки — забавно, что Лео не беспокоился о её падении.

Он повернулся, чтобы уйти, и столкнулся с Ребой, которая держала по стопке в каждой руке.

— Лео и Мина сидят на дереве. Ц-е-л-у-ю-т-с-я.

Ну, по крайней мере, она пела более подходящую публичную версию. Проигнорировав предложение выпить вместе, Лео стал пробираться сквозь толпу людей и столики к выходу.

Мину, похоже, ничуть не смутило, что он увел её. Напротив, она хихикнула.

— И он унес её в закат, или в данном случае в лунный свет, и они жили долго и счастливо. — Она поболтала ногами и зацепила поднос с пустыми тарелками, опрокинув его.

Последовавший за этим грохот не замедлил шагов Лео. По его мнению, чем быстрее он увезет её отсюда, тем меньше шансов на новую катастрофу.

И тем быстрее мы останемся одни.

Это коварное напоминание едва не заставило его споткнуться.

Он привел её и свои мысли в порядок.

— От того, что я спас тебя от падения, ничего не изменилось. Просто выполнял свою работу. Я видел надвигающуюся катастрофу и решил её предотвратить, — звучит правдоподобно, если только неприятная правда о том, что он схватил её горячее тело, не вызвана тем, что он ничего не смог с собой поделать.

— Не знаю, можно ли это назвать катастрофой. В том смысле, что ты меня поймал и не уронил. Ничего не сломано, тебе не нужна скорая помощь, и теперь несешь меня по-королевски, и ты даже не мой родственник. Это совершенно потрясающе, как и то, что я достаточно близко к тебе, чтобы сделать это, — этим стало покусывание его за шею среди улюлюканья и непристойных намеков, несущихся от стойки бара, которые становились все громче и разнообразнее, когда он выносил Мину на свежий воздух.

Прохладный ночной воздух не остановил её горячих укусов и поцелуев в шею. Не охладил он и его пыл, брюки упорно продолжали топорщиться.

Будь это любая другая женщина, Лео, возможно, позволил бы себе насладиться её ласками. Но она кузина Арика. Она та женщина, о которой Хейдер говорил приглушенным голосом — у него появлялся панический взгляд всякий раз, когда произносили её имя вкупе с его волосами. Этой хаотичной женщиной восторгались дамы прайда, говоря, что её выходки стали предметом легенд.

С такой репутацией, следующей за ней по пятам, Лео должен держаться от Мины подальше.

«Нет. Это наша женщина. Поцелуй её в ответ».

Его внутренний зверь не заботился о причинах, по которым они не должны наслаждаться тем, что она предлагала. Хорошо, что был еще человек, который все контролировал.

Хотя Мина могла казаться пышкой, Лео не возражал нести её на руках. Определенно, так будет безопаснее для окружающих. И он мог не сомневаться, что она доберется до квартиры и ляжет спать прежде, чем вновь устроит какие-либо неприятности.

Может, его нежелание отпустить её связано с тем, что он наслаждался тем, как она покусывает его шею?

Нет. Он никогда бы не опустился до такого.

Зачем ему?

Он постарался отвлечься от проделок её рта разговором.

— Разве твоя мать никогда не учила тебя не пить на людях, подобно матросу?

— Моя мать — чопорная ханжа, чье представление о хорошем времяпрепровождении включает в себя вышивание и приготовление домашнего варенья. Предпочитаю немного пожить на полную катушку. И кроме того, какой от этого вред? Я хорошо проводила время. Заплатила за выпивку вперед. Меня ни на кого не стошнило. Я бы сказала, что все прошло хорошо.

— Ты упала с барной стойки.

— Разве? Или я заметила приближение какого-то крепыша и решила проверить его рефлексы?

— Ты упала не нарочно.

— Как скажешь, Пупсик, — она подчеркнула свое согласие посасыванием его шеи.

— Почему ты упорно называешь меня Пупсик? Меня зовут Лео.

— Лео — так тебя называют все вокруг. Мне нужно мое собственное особое имя. Я выбираю Пупсик. Тебе нравится? Думаю, это прозвище тебе подходит, потому что ты такой большой и дружелюбный.

Потрясенный, он уставился на нее.

— Я не дружелюбный, — наоборот, он даже фильмы предпочитал смотреть в одиночестве в своем кресле.

Она прижалась щекой к его плечу.

— Ты просто чудо какой прелестный. И очень милый. А еще у тебя классная задница.

Правда? И нет, он не позволил своей груди раздуться от её похвалы.

— Мне кажется, ты пьяна.

— Возможно, я немного навеселе, но не слепая. А ты горячий парень. Даже если бы ты не был моей парой, я бы точно пошла за твоей сладкой задницей.

— Мы не пара.

— Пока.

— Всегда, — кажется, они ходят по кругу.

— Играешь в недотрогу. Мне это нравится.

— Я вовсе не играю. Серьезно. Я не заинтересован в продолжении отношений.

— Как скажешь. Пупсик, — насмешливо произнесла она, прежде чем вернуться к изучению его шеи.

Решив, что спорить бесполезно, он продолжил путь.

И нет, он не отпустил её. Не спрашивайте его почему. Он просто не знал, не мог знать.

«Потому что она наша.

Р-р-р».

Лео сдержал рев разочарования от себя самого и, проигнорировав любопытные взгляды, последовавшие за ним, когда он вошел в вестибюль, направился прямо к лифту.

Кто-то прочистил горло, но прежде, чем успели заговорить, Лео зарычал:

— Ни слова. Ни. Одного. Единого. Слова. Для тех, кто чувствует потребность знать, — кошки весьма любопытны, — я укладываю нашу нетрезвую гостью в постель.

Мина, оставляющая засос на его шее, отвлеклась, чтобы крикнуть:

— Не беспокойтесь! Мне сегодня ночью повезло.

Он закрыл глаза и вздохнул.

Последовавшие смешки прервались только потому, что двери лифта закрылись за ними.

— Это действительно было необходимо? — Лео не скрывал своего раздражения. И выглядела ли она провинившейся под его пристальным взглядом?

Нет. Ни капельки.

Озорная улыбка делала её взгляд совершенно очаровательным. Он боролся с её очарованием своим суровым видом.

— Не сердись, Пупсик.

Он вовсе не сердился. Он терпел, стоически. Большая разница.

— Ты намекнула, что мы будем спать вместе.

— А разве нет? — и снова она попыталась невинно взмахнуть ресницами.

— Нет.

Теперь настала её очередь вздохнуть.

— Как жаль. Но я не возьму свои слова обратно. Девушка должна поддерживать свою репутацию. Кроме того, я сказала Ребе и Зене, что затащу тебя в свою постель.

— Что ты сделала?

Она закатила глаза.

— О, только не говори мне, что у тебя есть правила и насчет пари.

— Да, когда они касаются меня.

— Но половина пари касается меня, разве это не означает, что оно разрешено?

— Нет.

— Да ладно тебе. Я ведь не ставила на что-то плохое. Только на то, что ты окажешься в постели. Со мной.

— Приготовься проиграть, потому что я укладываю тебя в кровать, а не присоединяюсь к тебе.

— Уверен? Знаю, что эта кровать не очень большая, всего лишь двуспальная, но мы могли бы прижаться друг к другу.

Прижаться друг к другу? Если бы он оказался с ней в постели, то сделал бы намного больше. Гораздо больше.

Когда дверь лифта открылась, ему пришло в голову, что если дверь её квартиры находится всего в нескольких футах от лифта, то он может поставить Мину на ноги и позволить ей проделать остаток пути до кровати самостоятельно.

Его глупое тело не хотело слушаться. Лучше всего убедиться, что она с этим справится. Учитывая её репутацию, он не мог позволить себе забыть о неприятностях в тот момент, когда повернется к ней спиной.

С такими рассуждениями он продолжил крепко держать Мину, пока шел по короткому коридору к двери квартиры. Лео знал, какой номер она занимала, тот, что зарезервирован для гостей. Как омега прайда, он мог открыть дверь, просто приложив руку на панель безопасности, установленную в стене.

Он вошел внутрь, не обращая никакого внимания на интерьер. Он видел это место много раз прежде, когда в нем жили гости прайда. Еще он точно знал, где находится спальня, и поэтому быстро вошел в нее и бросил Мину на матрас, наконец-то, его руки подчинились.

Она взвизгнула, упав, короткие шорты позволили ей широко раскинуть ноги, вместе с разведенными руками она походила на букву Х.

Настоящий джентльмен отвел бы взгляд. Очевидно, Лео был им не настолько, как ему хотелось бы думать.

Но, по крайней мере, на один вопрос ответ получен.

На ней есть трусики. Хлопковые розовые.

Яркие. Такие сексуальные.

Некоторые парни могли повестись на кружевное нижнее белье типа стрингов, но Лео больше возбуждала женщина, которая прятала свои активы в простой одежде. Эта невзрачность только усиливала естественную красоту женского тела.

Как будто Мина нуждалась в еще большем украшении. Он уже вожделел её гораздо сильнее, чем это уместно.

«Помоги ей выиграть пари. Присоединяйся к ней в постели». Как подло звучит этот шепот. Еще хуже то, что он не мог сказать, говорил ли это его хитрый кот, пытающийся заставить его претендовать на досаждающую женщину, или его собственный разум пытается заставить его поддаться искушению.

Но этого не случится.

Он повернулся, чтобы уйти, но остановился, когда она спросила:

— Если собираешься уложить меня в постель, как следует, то почему бы тебе не раздеть меня?

Десять. Девять. Восемь. Он не успокоился до самого нуля. На самом деле он еще был на взводе, но все равно повернулся, вопреки здравому смыслу, не в силах контролировать действия своего тела.

Мина лежала на спине, сложив руки под головой. В таком положении футболка задралась так, что между её краем и шортами показалась полоска кожи. Что же касается её шорт, то, черт возьми, они действительно выглядели неудобно облегающими. Ей действительно следовало бы снять их — вместе с её, несомненно, стесняющим движение лифчиком.

«Держу пари, что её груди не помешал бы массаж после того, как она была стянута весь день».

Он спрятал руки за спину.

— Я не собираюсь раздевать тебя. Ты можешь сделать это сама.

«А мы посмотрим». Его внутренний кот одобрил план, хотя и знал, что Лео не собирался этого делать.

Очевидно, она подумала также.

— Любитель подглядывать. Как сексуально. Приготовься к тому, что будешь поражен моими ультра-сексуальными движениями.

Он был поражен, но еще изо всех сил старался не рассмеяться — и не наброситься на нее, чтобы изнасиловать.

Сдерживал смех, потому что эти крошечные джинсовые шорты были полны решимости остаться на ней.

— Дурацкий гигантский стейк на ужин и убийственный чизкейк на десерт, — ворчала она, извиваясь и борясь со своей задницей.

— А когда ты ела? — Потому что при нем она съела всего несколько кусочков.

— До того, как ты пришел в ресторан. Вот почему я дала тебе поесть одному. На самом деле я не была голодна. Но теперь вот, — её подмигивание превратилось в прищур, когда она высунула язык, выгнув спину и потянула за шорты, которые свернулись в комок ткани вокруг её бедер и застряли.

— Нужна помощь? — спросил он. Не потому, что действительно хотел прикоснуться к ней — он действительно хотел, абсолютно хотел — а потому что больше не мог смотреть, как она крутит бедрами. У любого мужчины это вызывало бы желание прижать её к кровати и заставить вращать нижнюю часть тела ради секса.

— Самое время воспользоваться твоим предложение, — она остановилась и улыбнулась ему, не смущаясь и приглашая к себе.

Он не стал терять времени даром, просто схватил ткань, обхватывающую каждое бедро, и потянул.

Треск. Джинсовая ткань порвалась и освободила её из своей тюрьмы. Но и без этого она была раскрыта.

Что он там говорил о простых трусиках? Никогда еще это не звучало так верно, как сейчас.

Розовый хлопок обтягивал её попку и не мог скрыть влагу, пропитавшую тонкую полоску ткани, покрывавшую её лоно. Нижнее белье могло скрывать её холмик, но не могло заглушить мускусный аромат возбуждения.

«Она хочет меня.

Я её хочу.

Должен иметь её.

Взять её.

Претендовать на нее.

Помогите!»

Лео поддался тому, чего не чувствовал уже много лет. Панике.

— Думаю, дальше ты справишься. — Сама. Без него. Больше никаких прикосновений. Больше не надо быть услужливым парнем и помогать ей раздеваться.

— А как же мой лифчик? — Она обхватила ладонями тяжелую грудь и бросила на него страстный, умоляющий взгляд.

«Освободи красавиц!»

Он сделал шаг вперед. Но остановился.

Пора уносить ноги. Но он не пошел пешком. Он сбежал! Он рванулся вперед, как будто за ним гналось стадо бегущих слонов, готовых раздавить его. И прежде, чем кто-то засмеялся, стоит отметить, что бегущие слоны не предмет для шуток. Уж он то знал. Он едва выжил после одного из их безумных забегов.

Точно так же, как остался едва невредим, покинув квартиру Мины.

«Мне не следовало туда заходить. Следовало бы проводить её до двери и уйти».

Он знал это и все же ничего не мог с собой поделать.

Не мог не хотеть её.

Этого хватило, чтобы даже кровь закипела — от возбуждения.

Войдя к себе, он сразу же направился в ванную и включил душ. Только холодная вода. Он мог бы солгать и сказать, что экономит энергию, воздерживаясь от горячей, но на самом деле чтобы успокоить бушующий в нем жар.

Ледяной холод душа действительно помог немного ослабить эрекцию, но не смог очистить разум от мыслей о ней.

Непрошеных, но желанных, толщина его члена ясно свидетельствовала о её воздействии на него. Лео обхватил член пальцами, закрыл глаза и позволил фантазии овладеть собой.

Возможно, позволив ей разыграться, он уменьшит власть Мины над собой.

Поэтому он представил, что она стоит перед ним на коленях. Великолепная и обнаженная. Её золотистые волосы струятся по плечам и покрывают верхнюю часть великолепной груди. А как выглядят её соски? Он может кончить еще до того, как узнает об этом, но ему представилось, что они большие, сочные, как и все остальное в ней.

И она будет страстной любовницей. Стоя на коленях, она крепко обнимет его. О да. Ловкой рукой погладит его член взад и вперед, потирая мягкую кожу, обеспечивая трение. Быстро оближет кончик нежной лаской, заставляя головку его члена набухнуть.

Стон.

Засосет в жар своего рта, которым будет ласкать и купать его во влажном тепле.

Вздох.

Посасывая, она будет двигать рукой вперед-назад, вперед-назад, быстрее, быстрее. Его бедра толкнутся, погружаясь, толкая член все глубже. Какие звуки она могла бы издавать? Благодарные стоны. Может, она позволит себе несколько укусов его плоти, достаточно сильных, чтобы он ахнул.

— Возьми меня, Лео. Возьми меня сейчас же, — сладко будет умолять она.

Нагнуть её, чтобы овладеть, или кончить ей в рот? Она почувствует его дилемму и прошепчет: «Кончи в меня. Дай мне попробовать тебя на вкус».

Черт возьми!

Он кончил. Горячие струи спермы стекали в сливное отверстие. Наконец-то, облегчение.

Теперь, возможно, он сможет противостоять её странному обаянию. Очевидно, он слишком долго не мог скинуть напряжение. Мужчина должен кончать регулярно, если хотел контролировать свои низменные желания.

Неудивительно, что он почти поддался этой раздражающей женщине. У него просто давно никого не было.

Но если это так, то почему её подмигивание и шепот: «Можем сделаем это снова?» — поднимают его расслабленный член?

«Я не могу снова возбудиться. Не так быстро».

И все же это так, и чем сильнее он старался не думать о ней, тем больше вспоминал её вкус на своих губах, ощущение того, как она покусывает его шею.

Рр. Мастурбация не сработала. Что же с ним не так?

Поскольку его тело, казалось, решительно настроено вернуться в свое лихорадочное состояние, он решил остаться в холодных струях воды, опустил голову, дышал и сосредоточился на мирских делах. Предстоящий пикник прайда на ранчо. Новорожденная девочка в прайде, чьи шокирующие рыжие волосы заставили их всех задуматься, какой оторвой она окажется, когда достигнет подросткового возраста.

Когда он почувствовал, что снова обрел контроль над собой, то наконец вышел из душа и обмотался полотенцем. Учитывая отсутствие тепла во время его полярного погружения, никакой туман не заслонял зеркало, и поэтому пятно неожиданного цвета привлекло его внимание. Лео повернулся и посмотрел на него поближе.

— Черт возьми, не могу в это поверить. Она пометила меня, — да, так и есть. Красивый пурпурный засос резко контрастировал с остальной частью шеи.

«Она пометила нас!»

Это раздражало — и радовало — его. Да и долго это не продлится. Он исцелится довольно быстро.

Он прикоснулся пальцами к отметине, на мгновение вновь переживая действие, которое привело к её появлению. Нежное прикосновение губ Мины, чувственный жар её дыхания, шокирующее возбуждение и потребность попробовать её кожу на вкус.

Вздох.

Он снова встал под холодный душ.

Глава 4

Черные ресницы лежали стрелами на щеках. Полные губы казались мягкими и манящими. Темные волосы растрепанны, а не идеально причесаны.

Ни одной морщинки раздражения не омрачало его лицо. Она наслаждалась, пока могла. Скорее всего, это не продлится долго. Особенно после того, как она собиралась его разбудить.

— Просыпайся, просыпайся, Пупсик.

К его чести, Лео даже не вскрикнул. Совсем не так, как Хейдер в прошлый раз, когда Мина взгромоздилась на него и разбудила пристальным взглядом. В то время ей было всего двенадцать лет, или чуть меньше, и она надела маску страшилища. И все же вопль, который он издал, совершенно не походил на львиный. Время от времени она с удовольствием звонила ему на голосовую почту и проигрывала запись, чтобы посмеяться.

Лео не издал ничего, кроме рыка, когда открыл один глаз и заметил, что она оседлала его впечатляюще широкую грудь.

В отличие от её брата Барри, он не отшвырнул её прочь. В отличие от отца, не попросил его не беспокоить. И в отличие от её последнего бойфренда, он не хватал ртом воздух и не требовал вызвать скорую помощь. Каким же слабаком оказался её бывший, позволив нескольким треснувшим ребрам встать на пути доброго утреннего секса.

Лео ничего такого не сделал. Он закрыл глаза и снова погрузился в сон.

Хм. Может быть, он не заметил, что она сидит на нем?

Она поерзала. Разве он не чувствует, что она почти его раздавила?

Он даже не пошевелился.

Мина наклонилась так низко, что её лицо оказалось всего в дюйме от его лица. Лео не открыл глаз, но спросил тоном, который она хорошо знала — раздражение с оттенком смирения:

— Как ты сюда попала?

— Через дверь, конечно.

— Она была закрыта.

— Знаю. Хорошо, что у меня есть ключ.

— Откуда, черт возьми, у тебя ключ? Дверь закодирована на отпечатки моих пальцев. Ни у кого нет ключа.

— Разве это действительно имеет значение? Как твоя пара, я нуждалась в доступе к нашему дому.

— Это не наш дом. Это моя квартира.

— Да, заметно, — она наморщила нос. — Это место похоже на какой-то безупречный и скучный демонстрационный зал. Не беспокойся. Я планирую сделать ремонт.

— Мне нравится мой декор как есть.

— Не сомневаюсь, но раз мы будем жить вместе как пара…

— Мы не пара, — прорычал он сексуальным тоном, который ей очень понравился.

— Пока, — сказано с абсолютной убежденностью. Мина твердо верила в судьбу.

— Никогда, — он говорил не менее убежденно.

Как мило.

— Я уже говорила тебе, что люблю сложные задачи?

— Это вовсе не игра.

— Ты совершенно прав. Не игра. В ухаживании нет проигравших, есть только победители.

Он тяжело вздохнул. И снова этот звук показался ей слишком знакомым.

— Что ты хочешь?

Разве это не очевидно?

— Тебя.

— Кроме меня.

— Мир во всем мире.

Он фыркнул:

— Это вряд ли.

— Обувь, которую я могу купить в магазине, а не по специальному заказу. — Сорок третий размер для женщины представлял большие трудности.

— Ходи босиком, так будет лучше для тебя. Что еще?

— Обжигающе-горячий секс.

Её слова заставили его широко распахнуть глаза. Лео пристально посмотрел на нее, и Мина улыбнулась, особенно когда некая часть его тела превратилась из вялой в крепкий стальной шест, толстый и длинный. Как приятно обнаружить, что он пропорционально сложен.

— У нас не будет секса.

— Ты уверен? — Она извивалась на нем, трепеща от прикосновения, посылающего дрожь по всему её телу.

— Абсолютно.

— Если ты не в настроении, то что тогда это такое? — Мина медленно погладила доказательства его возбуждения.

Глаза Лео приобрели глубокий дымчато-голубой оттенок — признак его страсти. Знак того, что он вот-вот перестанет сдерживаться. Значит, он…

— Это, Липучка, называется позывом в туалет. Естественная реакция мужского тела, которая возникает при пробуждении.

Его ответ ничуть её не расстроил. Она думала, что это мило, что он лжет ей и играет в недотрогу. Никто не хотел спариваться с мужчиной-шлюхой.

Но все же это не означало, что она позволит ему сорваться с крючка. Мина еще раз погладила его, что доставило ей огромное удовольствие.

— Как жаль. Я так люблю маленькую утреннюю прелюдию. Это помогает начать новый день. — Хотя он не издал ни звука, она заметила крошечный тик у его левого глаза, все же он не смог полностью скрыть напряжение в своем теле.

Закончив мучить его в данный момент — как бы приятно это ни было — она скатилась с его восхитительного тела на кровать.

— Иди. Писать. Я буду ждать тебя, — объявила она, когда он не сразу двинулся с места.

— Я не могу.

— Почему? Ты из тех, у кого не получается, если он думает, что кто-то подслушивает, как он писает?

— Нет. Но я вроде как не одет. Так что если ты не возражаешь…

— Не возражаю против чего? Взглянуть на товар? — она улыбнулась и заложила руки за голову. — Иди и продемонстрируй, Пупсик. Не могу дождаться, чтобы увидеть, что у тебя есть.

Ох, вы только посмотрите. Тик стал немного более заметным.

— Я не собираюсь расхаживать перед тобой голышом. Это неприлично.

— Теперь ты говоришь совсем, как моя мать. Накинь что-нибудь из одежды. Надень купальник, когда будешь плавать. Не выставляй свою грудь на показ. Это же не Новый Орлеан.

Определенно раздался еще один вздох.

— Теперь я начинаю понимать, почему тебе запретили приезжать в гости.

— Эй, это не моя вина, что мыши выбрались наружу. Они должны были стать сюрпризом. Откуда я могла знать, что они попадут в проводку?

— Осмелюсь спросить, зачем тебе понадобились мыши?

— Чтобы сыграть в какую-нибудь игру, разумеется.

— И в какой игре участвуют живые грызуны?

Она закатила глаза.

— Ну как же. Мышеловка, конечно.

— Конечно, — он все-таки не смог сдержать усмешку. — Как бы ни был интересен этот разговор, я иду в туалет. Надеюсь, тебя здесь уже не будет, когда я вернусь.

— Иначе?

— Что значит «иначе»? Я отдал тебе приказ, и как гостья прайда ты будешь повиноваться.

— Конечно, Пупсик.

— И перестань называть меня Пупсик.

— Ты предпочел бы лапуля?

— Нет!

Она могла бы рассмеяться над его раздраженным тоном, если бы он не выбрал именно этот момент, чтобы откинуть одеяло, открывая много плоти. Мускулистого, слегка загорелого, восхитительного тела.

Так и хочется покусать.

В то время как её львица, возможно, хотела укусить, Мине не терпелось наброситься на него. Тем более что смелый мужчина, поначалу стеснявшийся хвастаться, не спешил уйти в ванную комнату.

Не получилось. Лео скатился с кровати, показав ей задницу — серьезно нуждающуюся в отметинах зубов, её, конечно — а затем двинулся с чувственной грацией, которая заставила её вздохнуть.

Ох, какой красивый мужчина!

Мой. Эта собственническая мысль застала её немного врасплох. Обычно Мина делилась всем и вся.

До сих пор. Теперь же мысль о том, что другая женщина будет пялиться на её мужчину, заставила Мину немного расстроиться — расстроиться до состояния «я вырву ей глаза, если она будет смотреть слишком долго». По крайней мере, теперь она понимала, почему бабушка провела год в тюрьме. Некоторые вещи стоили того, чтобы потратить на них время.

— Хорошенько пописай, — крикнула она. — И совсем не беспокойся о том, что я тебя слышу. Здоровый мочевой пузырь — это хорошо. Значит, нам не придется тратить деньги на подгузники.

Дверь ванной закрылась, и включился вентилятор — что заставило Мину хихикнуть. Несмотря на его приказ уйти, она не двинулась с места. Она положила руки на кровать, очень большую и красивую.

Она чувствовала себя здесь как дома, и ей очень нравился запах Лео, мужской аромат, который она вдыхала.

Лео, возможно, все еще борется со своим влечением к ней, но он смирится. Она его убедит.

Не выспавшаяся — проклятый мужчина оставил ее

мучиться прошлой ночью, а это, в свою очередь, привело к недосыпанию — удобно устроившись, она задремала, только чтобы проснуться некоторое время спустя от его ворчания:

— Ты все еще здесь?

Она потянулась, открыв глаза, и, несмотря на его ворчливый вопрос, заметила, что он следит за каждым её движением.

Он не единственный, кто наблюдал. Мина обратила внимание на его внешность, в том числе на то, что он только что принял душ, побрился и, к несчастью, надел брюки цвета хаки и футболку. Какая жалость. Она бы не прочь взглянуть на него спереди, чтобы убедиться, что он выглядит так же великолепно, как и сзади.

— Ты выглядишь просто восхитительно, Пупсик.

— Не меняй тему разговора. Я уверен, что попросил тебя уйти.

Она дала ему честный ответ:

— Да, но я не думала, что ты действительно этого хочешь, поэтому осталась. Кроме того, я не хочу уходить.

Нет. Она останется прямо здесь.

Но под «прямо здесь» она имела в виду его кровать, а не пол, куда он её скинул!

Глава 5

Возможно, поднять матрас и отправить Мину кувыркаться на пол не самый вежливый поступок и не самый приятный, но, черт возьми, Лео должен был что-то сделать.

Плохо уже то, что когда он проснулся, она сидела на нем верхом. И пахла так вкусно. Такое восхитительное ощущение. Искушающее перевернуть её на спину и подарить утренний секс, которого они оба жаждали.

Проклятая женщина права в одном. Он действительно её хотел. Страстно желал.

Он солгал, что ему нужно в туалет. С тех пор как встретил её, он, казалось, лгал о многих вещах. Самая большая ложь состояла в том, что он постоянно твердил себе, что не хочет её.

«Я хочу её. Хочу её слишком сильно, черт возьми».

Поэтому он и спихнул её с кровати. Либо это, либо же наброситься на восхитительную Мину и зацеловать её дрожащие губы, погрузить свой член между пухлых и совершенных бедер и раствориться в обещанном ею великолепии.

Безумие.

Ему нужно сосредоточиться, а для этого избавиться от искушения. Несмотря на желание предложить ей руку, чтобы помочь подняться с пола, он повернулся, игнорируя голос в своей голове, который кричал: «Где твои манеры?..» — и вместо этого направился на кухню. В этом направлении он получит столь необходимый ему утренний кофе. С другой стороны, действительно ли это самый умный выбор? Возможно, ему следует держать свои нервы свободными от кофеина, особенно рядом с ней.

Он не успел добраться до места назначения. Кое кто схватил его сзади и закричал:

— Попался!

Застигнутый врасплох, он пошатнулся, но удержал равновесие, даже когда Мина обхватила его руками и ногами.

— Какого черта ты делаешь, Липучка?

— Липучка? Это твое прозвище для меня?

— Да, потому что ты, кажется, решила досаждать мне до смерти.

Любая другая женщина, вероятно, обиделась бы. Возможно, даже ударила. Эта же лишь вцепилась ему в спину с силой анаконды?

— Мне нравится. Очень мило. Ну и когда ты сделаешь татуировку с сердцем на своем теле?

Как черт возьми работает её мозг?!

— Я не делаю татуировок.

— Я тебя не виню. Твое тело уже удивительное произведение искусства. А как насчет того, чтобы я сделала вместо тебя? Прямо на левой ягодице, может быть, что-то похожее на клеймо. «Собственность Лео». Или как насчет «Услада Пупсика»?

Да, и ещё раз да.

— Нет! Никаких татуировок. Вообще.

— Обломщик.

Он не ответил, просто продолжил свой путь на кухню с одной решительной львицей на спине.

— Так что у нас на завтрак? — спросила Мина.

Она, лежащая на стойке с капельками сиропа, который нужно слизывать с пухлых грудей, прижимавшихся сейчас к его спине.

— Если я скажу ничего, ты уйдешь?

— Нет. Но если ты не приготовишь нам немного еды, то мне придется готовить, и я скажу тебе прямо сейчас, что ты очень, очень не захочешь, чтобы я это делала, — призналась она тихим шепотом. — В последний раз, когда пожарные приходили в дом, они сказали, что единственное, что мне теперь позволено готовить, — это хлопья с молоком.

Ничто не могло остановить его смех.

— Ну что ж, тогда тебе лучше уйти, если ты рассчитываешь поесть.

— Уверена, смогу найти что-нибудь ещё, чтобы съесть, — она практически промурлыкала эти слова ему на ухо.

Неужели это немужественное «ой» произнес он?

Ему потребовалась всего секунда, чтобы надеть туфли, схватить бумажник и подхватить её обувь у двери, прежде чем они оба оказались в лифте. Мина скользнула вниз по его спине, но учитывая её рост, она все равно смогла горячо прошептать ему на ухо:

— Ты же знаешь, чем дольше будешь бороться, тем большим взрывом всё закончится. Прелюдия, Пупсик. Все это отрицание похоже на долгую, продолжительную прелюдию. И когда ты наконец не сможешь больше сказать «нет», будь осторожен. Я заставлю тебя увидеть звезды.

Звезды. Фейерверк. Скорее это будет тюремная камера, потому что, если он не будет осторожен, то в конечном итоге возьмет её на публике и будет арестован за непристойное поведение.

Когда они вошли в вестибюль, пыл Лео несколько остыл. Трудно оставаться возбужденным, когда полдюжины глаз уставились на него и Мину.

На них бросали многозначительные взгляды. Если бы он был неопытным юнцом, то, возможно, покраснел бы от неверных выводов. Будь он Хейдером, то зашагал бы с напускной доблестью. Лео удовлетворился бы чем-то средним между хмурым взглядом и безмятежным равнодушием. Он не любил сплетен, особенно о нем самом.

У Мины отсутствовал всякий стыд. Широко улыбаясь, она с важным видом направилась к группе.

— Доброе утро, народ. Разве сегодня не прекрасный день?

Она не сказала ничего предосудительного. Ей и не нужно этого делать. Намек звучал откровенно — хотя и ложно.

Поскольку она казалась рассеянной, он решил воспользовался этим моментом, чтобы сбежать. Но не сработало.

Не успел он ступить на тротуар, как она уже подпрыгивала рядом с ним.

— Так куда ты поведешь меня завтракать?

— Никуда. Я направляюсь в кофейню, чтобы взять полдюжины датских слоек, три коробки с завтраком и большой банановый коктейль.

— О, это те, что с глазурью? Можно мне лизнуть их? — она невинно захлопала ресницами. Вызов в её глазах намекал совсем на другое.

Он ничего не ответил. Да ему и не нужно этого делать. Негодница уже знала, как на него действует.

Не успели они дойти до кофейни, как зазвонил её сотовый телефон. При взгляде на дисплей она нахмурилась.

Что, неужели что-то смогло омрачить её радость? Он задумался, что же это такое — чтобы избавиться. Радость на лице Мины нравилось ему не меньше, чем улыбка.

Притормози. Откуда взялась эта мысль? Что бы ни тревожило её, это не имело к нему никакого отношения. «Мне все равно. Не моё дело». Его любопытный кот мог держать свои догадки при себе.

Оставив Мину на улице, он вошел в кофейню. Сделав свой обычный заказ плюс еще несколько дополнительных — потому что Мина выглядела так, словно хотела перекусить, — он прислонился к колонне. Если бы хотел солгать, то заявил бы, что сделал это, чтобы персонал не нервничал. Не все могли работать рядом с парнем его размера, который следил за ними. Вот только здешние персонал знал его и ничуть не боялся. Так почему же он действительно смотрел в окно? Потому что некая львица все еще стояла там, и какая-то часть его не могла не следить за ней и не гадать, какую пакость она задумала.

Через большое зеркальное окно кофейни он видел, как она расхаживает по тротуару, с оживленным выражением лица разговаривая, прижав одну руку с телефоном к уху, а другой усиленно размахивая.

Какой же проблемой она стала! Мина, казалось, полна решимости свести его с ума — от похоти. Задалась целью, спутать его эмоции — своей причудливой личностью. Решительно настроилась изменить его будущее.

А еще она такая приставучая!

Ррр.

Глава 6

— Садись в машину, — голос с безошибочно узнаваемым русским акцентом заставил Мину закатить глаза.

— Мне пора идти, Тина, — повесив трубку, Мина повернулась и посмотрела на длинный черный седан, разумеется, «Линкольн», потому что Дмитрий любил путешествовать с шиком. — Я не собираюсь садиться, Дмитрий.

Щели между тонированными стеклами не хватало, чтобы разглядеть его красивую физиономию, но она могла представить: темноволосый, голубоглазый и невероятно высокомерный. Разве его появление не раскроет причину её ухода из дома?

— Как ты меня нашел?

— Я человек со связями, как ты знаешь.

Да, она знала, и именно поэтому, сбежав от него, первым же самолетом улетела из России. Вернувшись домой, она решила, что последует несколько звонков с требованием вернуться. Чего она никак не ожидала, так это того, что он отправиться за ней.

Дмитрий похоже тоже не считал, что слово «нет» означает отказ. Во всяком случае, ни одна женщина не могла бы им воспользоваться. И если кто-то решит, что есть определенная ирония в том, что она всерьез не воспринимает отказы Лео, в то время как её собственные звучали решительными, следует отметить, что Лео — её пара. А Дмитрий лишь отпускное увлечение, с которым никогда даже не доходило до спальни.

Огромная разница.

Лео вызывал у нее искры. Покалывания. Дмитрий, ну, он симпатичный, но не заставлял её сердце биться быстрее, как некий лигр.

— Ты должен отпустить меня, Дмитрий, и двигаться дальше. Я не собираюсь выходить за тебя замуж.

— Ты будешь моей, — такая убежденность, и он привел с собой несколько головорезов, чтобы попытаться доказать свое утверждение. Из машины вышла пара громил. Приказ Дмитрия «не пораньте её» заставил Мину громко цыкнуть.

Какой заботливый. Если он думал подчинить ее себе, стоило привести больше парней. Когда горилла — серьезно, несмотря на его очевидную человечность, она все равно удивлялась его происхождению — схватил её за руку, она отступила в сторону, заставляя его ловить только воздух. Она же, напротив, не промахнулась.

Пнула ногой громилу номер один по колену. Он вскрикнул от боли, но прежде, чем она успела полностью вырубить его, второй парень бросился на нее. Она нырнула под его цепкие руки и сделала выпад, ударив кулаком в его диафрагму. У него перехватило дыхание. Мина не проявила милосердия и ударила его коленом в пах, как раз когда громила номер один сделал свой следующий ход.

Со звоном колокольчиков дверь кофейни открылась, и Лео очень спокойным голосом предупредил:

— Тронешь её пальцем, я оторву тебе руку и буду бить ею.

Несмотря на угрозу, это прозвучало восхитительно. Тем более что, учитывая его размеры и внешность, Лео, вероятно, мог бы это сделать.

Этот идиот не послушал. Бандит схватил Мину за руку, и любопытство заставило её отпустить его, вместо того чтобы сломать ему пальцы.

Зачем напрягаться, когда Пупсик, казалось, полон решимости прийти ей на помощь?

Хотя внешне он казался спокойным и невозмутимым, в его глазах бушевала буря, когда Лео прорычал:

— Я сказал не трогай.

Треск. Да-а. Вероятно, парень еще какое-то время ничего не будет трогать этой рукой, и он, наверное, охрипнет от своего крика.

Слабак.

Вдалеке завыли сирены, и не потребовалось громкого окрика Дмитрия: «Садитесь в машину, идиоты», — чтобы бандиты поняли, что их попытка насильственного похищения провалилась.

Мина даже не потрудилась посмотреть, как отъезжает машина, особенно когда есть гораздо более важное занятие. Например мужчина, который думает, что она нуждается в спасении. Как смеялся бы её отец, услышав об этом. Её сестра Тина вздыхала бы о том, как это романтично. Мама, напротив, стала бы отчитывать Мину за то, что она снова вызвала хаос.

Повернувшись к Лео, на лице которого застыло грозное выражение, она бросилась к нему. Очевидно, он отчасти ожидал этого, потому что широко раскрыл руки и поймал её — даже не пошатнувшись!

Она обхватила его ногами за талию, обвила руками шею и воскликнула:

— Пупсик, ты просто потрясающий. Ты спас меня от этих больших, плохих людей. Ты словно рыцарь в доспехах. — Не совсем так. На нем была простая черная футболка, обычное изделие из магазина. Но Мина вполне могла представить его в одной из тех облегающих футболок популярного спортивного бренда, что так хорошо смотрелась бы на его идеальной груди.

Если подумать, учитывая, как это будет демонстрировать его впечатляющую мускулатуру, возможно, ей следует оставить его нынешний гардероб в покое. Нет смысла дразнить женскую публику тем, чего у них не может быть. Ну и крови придется смывать меньше, если вдруг они осмелятся прикоснуться.

— Я бы не сказал, что спас тебя. Похоже, ты и сама неплохо справляешься.

Она крепко поцеловала его в губы и объявила:

— Мой герой.

Большинство мужчин надулись бы от гордости, если бы их сравнили с героями — или рухнули на землю, раздавленные её весом. Лео просто стоял там, хмуро глядя на нее, а затем вдаль, куда скрылась машина.

— Кто эти парни?

— О, это всего лишь люди Дмитрия.

— А кто такой Дмитрий?

— Парень, за которого как предполагалось я выйду замуж.

Глава 7

Из всех ответов, которые мог представить Лео, этот последний, что он ожидал.

Сутенер, ищущий беззащитных девушек, — это случалось чаще, чем следовало бы.

Продавец органов в поисках здоровых тоже возможен, тем более что он действительно сталкивался с этим в прошлом — до того, как положил этому конец. По иронии судьбы, продавец спас пять жизней, пожертвовав своими органами. Хорошо, что он подписал донорскую карточку.

Даже вербовщик для подпольных боев оборотней имел бы больше смысла, чем ответ Мины.

— Он твой жених? — выпалил Лео наконец. Одно только слово «жених» заставило его застыть в ступоре, лигра — злобно зарычать, а температуру тела повыситься.

— Не совсем.

Напряжение росло вслед за его бровями, пока Лео ожидал объяснения путаницы.

— Так он жених или нет?

— Может, сначала поедим? Я умираю с голоду, — она промурлыкала эти слова и уставилась на его губы. Достаточно, чтобы ему захотелось заорать. Вместо этого, обхватив одной рукой её прелестную попку, он открыл дверь кофейни и подошел к стойке, где Джо удивленно поднял бровь, но ничего не сказал. Как оборотень, Джо, конечно, знал, что лучше не вмешиваться. Каждый член его команды связан с оборотнями, и это неудивительно, учитывая их близость к комплексу кондоминиумов, в котором проживало изрядное количество членов прайда.

Будучи медведем, Джо старался держаться особняком. Он управлял кофейней вместе со своей семьей, которая состояла из трех дочерей — все замужние — и жены. Он был не просто их местным пекарем и баристой. Он также знал цену осторожности, но Лео все равно стоило спросить.

— Кто-нибудь звонил в полицию? — Другими словами, должны ли они с Миной удрать до того, как появятся полицейские и начнут задавать вопросы?

Джо покачал головой как раз в тот момент, когда полицейская машина с завывающими сиренами пронеслась мимо, направляясь на очередное преступление.

— Вот твой заказ, Лео, — объявила Розали, шлепнув на стойку большой пакет с лакомствами и пару желтых кремовых коктейлей.

— Так вкусно пахнет, — прошептала Мина ему на ухо. Она прикусила его, прежде чем скользнуть вниз по его телу, и под скольжением он подразумевал, что чувствует, как каждый дюйм её соблазнительного тела трется об него.

Джо наклонил голову в её сторону, безмолвно спрашивая: «Кто она?»

— Джо и Розали, познакомьтесь с Липучкой, также известной как Мина. Она какое-то время погостит в прайде.

Хихиканье вырвалось из Мины, когда она прижалась к нему, обхватив рукой за талию.

— Больше, чем просто гостья. Мы с Пупсиком помолвлены, вскоре поженимся. Так что вы будете видеть меня гораздо чаще.

И тут снова начался этот тик. Лео услышал смешок Джо. Увидел широкую улыбку Розали. Прямо почувствовал, как челюсти ловушки окружают его, готовые захлопнуться.

Но он не убежал. Мина не отпустила его, даже когда он жестом попросил её взять стакан.

Прежде чем сделать это, она заглянула в пакет с лакомствами.

— Ох. Ах. Вкусно. Мы съедим их здесь или заберем домой, Пупсик?

Под домом, как он предполагал, она подразумевала его квартиру, которая могла похвастаться уединением и кроватью. Поскольку слова Мины вызывали мысли, не имеющие ничего общего с настоящей едой, он выбрал самый дальний от двери стол.

Лео раздраженно поставил пакет с завтраком на стол вместе со своим напитком, прежде чем опуститься на стул, который тревожно заскрипел.

Сидя напротив него, Мина сжала губы и посасывала соломинку, впалость на её щеках отвлекала, но не настолько, чтобы он забыл о том, что только что произошло.

Жених? Это не просто его любопытный кот с вопросами. Ему тоже хотелось понять, что эта за чертовщина.

Но прежде, чем Мина соизволила ответить на его вопросы, ей потребовались съесть две датские слойки и одну коробку с завтраком: пышный омлет, бекон, зеленый перец и острый чеддер.

Когда она облизнула губы — кончик её розового языка искушающе дразнил — он начал свой допрос.

— Кто эти парни, и почему они пытались силой затащить тебя в машину?

— Это головорезы Дмитрия, и, как я уже сказала, они пытались заставить меня пойти с ними, чтобы Дмитрий мог приволочь мою задницу к священнику и заставить его обвенчать нас.

— Судя по тому, как ты сопротивлялась, могу предположить, что ты не очень-то стремишься выйти замуж за этого парня.

Она сморщила нос и покачала головой.

— Нет. Я старалась избегать его.

Кусочки головоломки встали на свои места.

— Ты ведь здесь из-за этого Дмитрия? Вот почему Арик позволил тебе вернуться. Ты прячешься.

— Я, прячусь? Конечно, нет. Мои родители просто подумали, что мне пора навестить вас теперь, когда Арик здесь главный. — И снова она провалила попытку соврать своей бесхитростностью.

— Думали или настаивали?

Она надула губы, нижняя прямо напрашивалась на укус. Но он воздержался.

— Рассказывай.

— Прекрасно. Они выставили меня. Сочли, что мне лучше всего залечь на дно и на некоторое время скрыться из виду, учитывая проблемы, возникшие у меня во время пребывания в России.

— Ты была в России? Чем занималась?

— Охотой за цветами.

Он моргнул.

— Охотой за цветами? Это вообще, что значит?

— Ну, в общем. Редкие семена стоят довольно дорого, как и гибриды некоторых видов. Моя мама управляет очень успешным цветочным магазином, и одна из причин, по которой он пользуется таким высоким спросом, заключается в том, что я путешествую для нее в поисках интересных семян и образцов.

— Так помоги мне разобраться, как сбор цветов может навлечь на тебя неприятности?

— Ну так оказалось, что цветы, которые я искала, симплокарпус ренифолиус, росли в саду.

— В общественном саду?

— Не совсем. Больше похоже на частный. Что действительно довольно грубо, учитывая, насколько они редки. Цветы должны быть общими.

Лео откинулся на спинку сиденья, не обращая внимания на зловещий скрежет металла, и приготовился к запутанной истории. И да, он уже достаточно хорошо знал Мину, чтобы думать об этом с уверенностью.

— Значит, ты постучала в дверь этого парня или девушки и попросила разрешения посмотреть на них?

Она заерзала на стуле и через секунду сделала большой глоток из своей соломинки. Щеки втянулись. Он поджал губы. Отличное всасывание.

Лео с трудом отвел взгляд.

— Ты нарушила границу владения?

— Вроде того. Но я не собиралась этого делать. Я просто хотела посмотреть, есть ли они там, прежде чем беспокоить кого-нибудь. Так что я вроде как взобралась на большую каменную стену, которой он обнес дом.

— А тебе не приходило в голову, что хозяин поставил стену, чтобы не пускать туда людей?

— Ну, как только наткнулась на колючую проволоку, я сообразила, но к тому времени мне стало любопытно.

Слабость многих кошачьих — потребность увидеть то, что скрывается на другой стороне. Но не Лео. Обычно его роста хватало, чтобы заметить, что на другой стороне трава того же цвета.

— Значит, ты перелезла через забор. Прокралась в сад.

— После этого почесала брюшко нескольким симпатичным ротвейлерам, которые пришли поздороваться.

Вена на его лбу запульсировала.

— Ты хоть понимаешь, что они могли разорвать тебя на куски?

И снова она взмахнула ресницами с невинным видом, на который он ни на секунду не купился.

— Зачем им это? Я очень хорошо делаю массаж. Показать?

Да!

— Нет.

— Ты совершенно прав. Сейчас не время. Мы должны подождать, пока не вернемся домой, чтобы я могла должным образом размять тебя.

Нет смысла говорить ей, что никого массажа не будет.

«Почему нет?»

Его лигр действительно не понимал, почему Лео так упорно держал её на расстоянии вытянутой руки — тем более что вблизи она ощущалась намного лучше.

Так, не отвлекаться, сосредоточиться на разговоре. Он подумал, что Мина специально так себя вела, чтобы отвлечь его от того, что он действительно хотел знать. Судя по тому, как она пыталась медленно погладить его по ноге, вероятно, так и есть. Он зажал её подлую ступню между колен. Ему нужна остальная часть истории, особенно та, где она оказалась помолвленной с женихом из России.

— Итак, ты обошла все меры безопасности, нашла редкие цветочные штуковины, была поймана и арестована. — Может быть, её шантажировал полицейский или правительственный чиновник, чтобы она согласилась выйти замуж, чтобы избежать обвинений? Браки из-за грин-карты случались постоянно.

— Не совсем. Меня действительно поймали. Дмитрий увидел меня на камере и вышел лично, чтобы спросить, что я делаю. Когда сказала ему, что мне нужны его цветы, он ответил, что подарит мне один, если мы пойдем на свидание. В тот же вечер он сделал мне предложение.

— Погоди. Какой-то парень поймал тебя, когда ты вторглась в его сад, чтобы украсть какой-то редкий цветок, а потом пригласил на ужин и предложил выйти за него замуж?

Она кивнула.

— И ты сказала «да»?

— Конечно, нет. Я не легкомысленна. Пока рядом не появился красивый…

Он не мог не зарычать от такого комплимента.

— Дмитрий никогда по-настоящему не слышал, как мурлычет мой котенок.

— Львы не мурлычут.

— Я не об этой киске говорила, — она ухмыльнулась, вероятно, потому что её откровенная поправка заставила его поежиться.

Приятно сознавать, что её не тянет к этому парню, но это все равно не объясняло главного вопроса.

— Если он тебя не интересовал, то как же, черт возьми, ты оказалась помолвлена?

— О, разве я забыла упомянуть, что Дмитрий возглавляет банду оборотней в России? После моего третьего отказа он запер меня и продолжил строить планы на свадьбу.

— Вот только свадьба не состоялась. Ты до сих пор свободна, — это ненадолго. У его лигра вполне определенные представления о будущем.

— Свободна и это прекрасно, иначе я бы никогда не встретила тебя, и мы бы не планировали наше совместное будущее. И не волнуйся, даже если бы Дмитрию удалось надеть мне на палец кольцо, как только я встретила свою настоящую половинку, а это ты, я уверена, мы бы с папой договорились, как устроить развод или несчастный случай. Но судьба на моей стороне. Я вся твоя, Пупсик, — Мина лучезарно улыбнулась ему.

Бум. Именно такой звук издала его голова, ударившись о стол. Бум. Бум. Бум.

— Пупсик, что ты делаешь? Это что, какой-то припадок? Нужно положить тебе что-нибудь в рот, чтобы ты не подавился?

Лео действительно сразил какой-то недуг. Он положил голову на стол и закрыл глаза, пытаясь обрести спокойствие, которое покинуло его в тот момент, когда он встретил Мину.

— Как же ты сбежала, если он тебя запер? — решил выяснить он, потому что эта информация может пригодиться, если ему когда-нибудь понадобится загнать её в угол, — стоило получить фору.

— Давай просто скажем, невеста выбралась из оков, как Гудини. Буквально. Я сбежала за день до свадьбы, используя свои сумасшедшие навыки скалолазания. Так как его дом находится в глуши, практически у черта на куличках, я замкнула провода и завела его крутой мотоцикл, стоявший во дворе.

Лео поднял бровь.

— Ладно, я не замыкала никаких проводов. Воспользовалась ключом. Но ты же понимаешь, что это звучит не так захватывающе.

— Только ты можешь так думать.

— Спасибо тебе, Пупсик, ты так хорошо меня понимаешь. Как бы то ни было, я вела мотоцикл так, словно за мной гнался мой папа, — он делал это несколько раз, когда я подростком сбегала из дома, — и добралась до аэропорта. Села в самолет, который, кстати, выглядит гораздо веселее в кино, и вернулась домой. Большинство парней остановились бы на этом месте, но Дмитрий, будучи упрямым, звонил несколько раз, срываясь на крик, так что я поменяла свой номер.

— Но?

— Но он узнал номер телефона моей семьи и начал им звонить. И это хорошо. Мои тети и все остальные отшивали его, но дело в том, что он появился на пороге дома моих родителей, когда я ходила за покупками. Мои родители сейчас отдыхают в Мексике, и тете Сесилии пришлось иметь с ним дело.

— Они её напугали.

Мина рассмеялась.

— Напугать мою тетю Сесилию? Только не в этой жизни. У нее отличный правый хук. Именно папина сестра научила меня драться грязно.

— Что-то произошло, раз тебя отправили подальше.

— Ну, она немного беспокоилась обо мне, потому что я вроде как очень хрупкая и все такое.

Он не мог не фыркнуть.

— Да, я тоже так отреагировала, но именно подобным образом ко мне относятся, потому что я самая младшая в семье. Тина опередила меня в этом мире секунд на десять. В любом случае, тетя Сесилия держала бы меня при себе, если бы эти головорезы не вытоптали мамин цветник во время одной из своих попыток похищения.

— Тебя выставили из дома из-за цветов?

— Нет, меня отправили, чтобы головорезы не нанесли еще больший урон маминым цветам. Когда она плачет, папа немного расстраивается, а когда папа расстраивается, всякое случается. Заниматься сокрытием трупов всегда тяжело, и правоохранительные органы действительно не одобряют убийства. А папа так старался держаться подальше от тюрьмы. Во всяком случае, для блага семьи мне настоятельно рекомендовали взять длительный отпуск в надежде, что в мое отсутствие Дмитрий отзовет своих наемников и откажется от всей этой затеи с браком.

— Но он понял, что ты сбежала, и последовал за тобой сюда.

Она нахмурила брови.

— Да, и это странно, потому что уверена, что не привела за собой хвост.

— Ну, теперь он у тебя будет, двадцать четыре часа в сутки, пока я не найду этого Дмитрия и не предложу ему убираться к черту с территории прайда.

— Ты сделаешь это для меня? — Мина послала ему довольную улыбку.

— Я бы сделал это для любой, кого заставляют выйти замуж за осла, который не может принять ответ «нет».

Большинство женщин выказали бы разочарование, если бы их включили в общую группу. Но только не она. Мина улыбнулась еще шире.

— Пупсик, ты настоящий герой, спасающий попавших в беду девушек. Из тебя получится такой хороший муж.

Нет, если он решит стать сбежавшим женихом.

— Мне действительно кажется, что я должен прояснить твое неверное представление о наших отношениях. То есть у нас их вообще нет. И никогда не будет. Их никогда не случится.

«Ха». Насмешливое фырканье исходило не от Мины. Его лигр находил заявления Лео забавными.

И Мина тоже.

— О, Пупсик, ты так очарователен, когда ведешь себя строго. Мне прямо так и хочется перепрыгнуть через этот стол, плюхнуться к тебе на колени и одарить самым жарким поцелуем.

Угроза заставила его приготовиться к столкновению — и его член затвердел в предвкушении.

Увы, на этот раз она не стала действовать.

— К несчастью для тебя, учитывая, что в последний раз когда пыталась провернуть подобное, я рухнула на стол, а мой компаньон по завтраку опрокинулся на пол вместе со стулом и оказался в больнице с сотрясением мозга, я воздержусь.

— Я бы тебя поймал, — он ведь не провоцирует её?

Она озорно улыбнулась.

— Уверена, ты бы это сделал. Такой мужчина как ты, знает, как обращаться с такой девушкой как я.

Он будет держать её обеими руками, её обнаженную плоть. Так много великолепной кожи, чтобы ласкать и…

— Пупсик, — прошептала она, — ты опять урчишь, и хотя это очень сексуально, но несколько необоротней только что вошли внутрь.

Он резко вернулся в настоящее, в очередной раз вынырнув из своих фантазий об этой женщине перед ним.

— Нам пора возвращаться. У меня есть важные дела.

— Дела? Ух. Звучит так возбуждающе. А что ты вообще планируешь? Я очень неравнодушна к игре с сосками, просто чтобы ты знал.

Пакет с остатками еды послужил щитом, скрывавшим его брюки, но ничто не могло унять жар в крови.

Зачем она нарочно дразнит его?

«А почему мы не принимаем её предложение?»

Почему бы его лигру не пойти и не вздремнуть, как другие чертовы кошки?

Сердитый взгляд не удержал её от того, чтобы взять его под руку, когда они уходили. Плотно сжатые губы не мешали её очаровательной болтовне, пока они шли. Крепкий поводок на его эмоциях не помешал всплеску удовольствия от её прикосновения. Отрицание их как пары не остановило его ревнивого рычания, когда несколько клерков, мимо которых они проходили по тротуару, обернулись, чтобы еще раз взглянуть на нее.

Стоило ли показывать зубы?

Да.

Можно ли было избежать вздоха, когда он вошел в вестибюль и дюжина львиц заохала? Нет. Он также не мог избежать смешков, которые последовали за пением Луны «Бум-чика-бум-бум», особенно после того, как Мина присоединилась и начала импровизированный танец, который заключался в усиленной тряски бедрами и покачивания грудью.

«Перекинь её через плечо и отведи в нашу комнату. Мы должны заявить на нее права прежде, чем это сделает другой».

Что же случилось с его обычно степенным и спокойным внутренним лигром?

Правильная женщина случилась.

Но то, что казалось правильно для его дикой стороны, не было тем, чего хотела более серьезная мужская сторона.

Она — хаос.

Да. И удивляет этим.

Она физически совершенна.

И искушает его откусить кусочек.

«Она никогда не даст мне ни минуты покоя».

Его жизни необходима цель.

«Она будет любить меня со страстью и силой урагана».

Но сможет ли он пережить эту бурю?

Или ему следует попытаться сбежать от неё?

«Она нас поймает. Она очень сильная. Настоящая охотница.

Ррр».

Возможно, внутренние разговоры, меняющие жизнь, стоило бы вести не в таком людном месте, тем более что это сделало его менее внимательным к окружающим, позволив его кузине Луне бочком пробраться к нему и пробормотать:

— Я вижу твой взгляд.

— Какой еще взгляд?

— Тот, которым смотрят на что-то вкусненькое, желая съесть.

Неужели его мысли действительно так очевидны?

— Я совсем не голоден. Только что позавтракал.

Хихикая, Луна толкнула его локтем.

— Притворяешься дурачком. Я знаю, что ты знаешь, что я знаю, что происходит.

— Скажи это быстро пять раз.

Она так и сделала. Луна быстра не только на ноги.

— Так когда ты заявишь на нее свои права? — спросила любопытная женщина.

— Никогда.

Он не обратил внимания на то, что его кот рухнул замертво.

— Лео. Я в шоке от тебя. Разве ты не тот, кто выступает за честность?

— Только если это не причиняет непоправимого вреда. Тогда даже гигантская ложь во спасение разрешена. Все, что угодно, лишь бы сдержать коварные силы хаоса.

— Не могу поверить, что ты отвергнешь Мину из-за её репутации ходячей катастрофы. Конечно, вокруг нее происходит всякое дерьмо, как например, микроволновки взрываются из-за алюминиевой фольги, в которой находится пирог с заварным кремом, который она пыталась приготовить на обед. Но та кухня все равно нуждалась в ремонте.

— Я омега прайда.

— И?

— Мое дело — поддерживать мир в прайде.

— Так кто же станет лучшим мужем для нее, чем ты? Ты будешь укрощать Мину. И она станет той самой текилой, которая заставит твою кровь течь быстрее.

— Ты хочешь сказать, что я скучный?

— Порой. Ты должен признать, что иногда бываешь очень опекающий. Я имею в виду, что всякий раз, когда случается хорошая драка, ты сразу же сталкиваешь головами дерущихся. Отшвыриваешь кого-то в стену. Полностью принося мир в рекордно короткие сроки. Это так раздражает. Никому больше не позволено веселиться.

Кроме него. Он вмешивался не столько потому, что мелкие стычки требовали прекращения, сколько потому, что скука означала необходимость что-то предпринять.

— Значит, по твоей теории, я должен взять Липучку в пару, — он указал на Мину, которая в данный момент трясла бедрами возле пальмы в горшке, — чтобы вытащить палку из своей задницы?

— Нет, палку оставь себе. Быть опекающим — это часть тебя, но потрать немного меньше времени, постоянно беспокоясь о нас, и сделай что-нибудь для себя.

Сделай это с Миной. Да. Его Лигр всем сердцем был согласен с Луной.

Но Лео управлял своим телом — и сердцем.

— Мина — просто гостья, которая останется здесь ненадолго, прежде чем улететь. — Оставив его.

Ему совсем не понравилась эта мысль.

Грустное мяуканье.

Глава 8

Судя по сердитому выражению лица Лео, он снова о чем-то размышлял. Ну правда, этот мужчина слишком часто использовал свою умную башку. Он слишком много думал. Слишком беспокоился. Никогда не терял контроль.

Мина тут же представила, насколько диким он окажется, когда наконец сорвется. И он это сделает. Мужчина, находящийся в состоянии сжатой пружины, не может вечно держать себя в руках. Под этой благодушной и ворчливой личиной скрывался зверь, обладающий горячей кровью и неукротимой страстью.

Этот дикий мужчина будет царапаться. Ррр.

Если она поймет, как освободить его из клетки отрицания.

Заметив, что он зашагал к лифтам без нее, Мина перестала приставать к растению и вприпрыжку побежала за ним.

— Ой, Пупсик, куда ты собрался?

— Работать.

— А можно мне поработать с тобой? — С его языком или членом. Подойдет и то, и другое. Она бросила на него дерзкий взгляд и подмигнула. И снова появился этот тик у него под глазом.

— Нет.

— Ты так любишь дразнить, Пупсик.

— А ты намеренно липнешь ко мне.

— Я должна оправдывать свое прозвище.

Дверь лифта открылась, и Лео вошел внутрь. К её удивлению, он придержал дверь, когда та уже закрывалась.

— Чего ты ждешь? Входи.

— Я думала, ты сказал, что мне нельзя с тобой.

— Нельзя, — ответил он, затягивая её внутрь. — Но мне пришло в голову, учитывая инцидент в кафе, что я должен сопроводить тебя в квартиру и настоятельно посоветовать оставаться там.

— Хочешь, чтобы я осталась внутри? — она наморщила нос. — Звучит не очень весело.

— Так же, как и проснуться замужем за бандитом.

— О чем ты? Я бы повеселилась. Конечно, кому-то может не понравиться беспорядок, который я устрою. Но холодная вода отлично справляется с с пятнами крови, — Мина одарила его свирепой улыбкой, после которой Лео просто обязан погрозить пальцем, настаивая на мирных решениях. Более оптимистичная часть её души надеялась, что он крепко обнимет ее, поцелует в губы и скажет, что ей не придется убивать русского. Лео сделал бы это сам, если бы Дмитрий посмел прикоснуться к ней хоть пальцем.

Когда они оба оказались в кабине лифта, Лео позволил дверям плотно закрыться и нажал кнопку её этажа. Как только лифт поехал, он посмотрел на нее и произнес:

— Боюсь спросить, о чем ты думаешь.

— К черту болтовню. Давай покажу, — Мина сделала свой ход.

Она толкнула его к стене. Прижалась к нему и запечатлела горячий поцелуй на его губах.

Он даже не оттолкнул её. Не закричал от боли, жалуясь, что она раздавила его. Он поцеловал её в ответ.

По крайней мере, на мгновение. Как раз в тот момент, когда она осмелилась прикоснуться кончиком языка к складке его губ, он отвернул голову.

— Хватит!

О, какой жулик! Он использовал против нее свой могучий голос омеги. Командующий. Старающийся подчинить. От этого по её телу пробежали мурашки, а губы запульсировали, оказавшись так близко к нему.

— Ты что, пытаешься меня контролировать? — прошептала Мина, и жар её дыхания влажно коснулся его кожи.

— Если придется. Ты не можешь просто так бросаться на меня.

— Ты же сам сказал, что поймаешь.

— Я вовсе не это имел в виду. Я этого не хочу.

Она прижалась к нему сильнее.

— Лжец.

— Липучка…

Предостерегающий тон вызвал у нее только улыбку.

— Мы добрались до моего этажа. Проводи меня до двери, чтобы убедиться, что я не стану причиной каких-либо катастроф.

— А если не провожу, что ты будешь делать?

Она позволила себе широко улыбнуться в ответ.

Он вздохнул и вышел из лифта.

До сих пор её план соблазнить Лео после завтрака, в этой сказочно огромной кровати, казалось, терпел поражение. Даже откровенное предложение не сработало!

Время удвоить усилия. Пройдя около двадцати футов, она попыталась взять его за руку.

Мина и глазом моргнуть не успела, как он сунул руку в карман брюк.

Такой хитрый лигр. Как будто его уловка могла её остановить. Спрятав руки подальше он стал уязвимым для…

Хлоп!

— Какого черта? — Он не смог скрыть потрясения в голосе.

— Выставляя напоказ красивую задницу, жди, что по ней шлепнут. — Эй, она получала удовольствие там, где могла.

— Я ничего не выставляю напоказ.

Она закатила глаза.

— Пупсик, знаю, это не твоя вина. Мужчина с твоим уровнем сексуальности просто не может не влиять на женщин. Только имей в виду, что виноват будешь ты, когда я попаду в беду за то, что надираю задницы сучкам, восхищающимся твоими достоинствами. — Потому что там, где дело касалось его, у Мины появлялась немного собственническая жилка.

Тик, сжатые губы и рокот. Учитывая, каким напряженным казался Лео, она не могла не сравнить его с чертиком из табакерки. Заводим, заводим, заводим, ХЛОП!

Но сегодня хлопка не будет. Как только они подошли к двери её бесплатной — и очень временной — квартиры, он оставил её с твердым предостережением:

— Оставайся на месте.

Ей удалось сдержать смешок. Послушание не её сильная сторона.

— И куда ты пойдешь? — спросила она.

— Работать.

— Всего хорошего, Пупсик. Я буду скучать по тебе, — любуясь его гордо торчащей задницей в этих штанах, она пронзительно присвистнула. — Черт возьми, какой прекрасный вид!

Он не подал вида, но она могла бы поклясться, что расправил плечи.

— Веди себя прилично! — его последний приказ перед тем, как он вошел в лифт.

Вести себя прилично? И пропустить все самое интересное?

Не успел он уйти, как она бросилась по коридору к двери с надписью красными буквами «Выход». По лестнице можно быстро спуститься на первый этаж. Как только добралась до уровня вестибюля, помахав рукой присутствующим, она без промедления вышла через стеклянные двери.

Прямое неповиновение. Может быть, Лео её накажет.

На ней достаточно короткая юбка, может сработать, если он решит перекинуть её через колено для наказания.

Она вприпрыжку зашагала по тротуару, направляясь туда, где заметила темный седан Дмитрия, стоявший на холостом ходу у обочины через дорогу. Хотя не видела, чтобы он следовал за ней, её не удивило, что он знал, где она остановилась. У человека с его деньгами и связями не возникло бы проблем с получением информации.

Хорошо, что он снова последовал за ней, потому что это значительно облегчило ей встречу с Дмитрием. Даже Лео не сможет слишком разозлиться. Ведь так она не ушла далеко. Значит, почти послушалась, верно?

Не обращая внимания на уличное движение и гудки автомобилистов в знак признательности за её короткую юбку, она пересекла дорогу и подошла к заднему пассажирскому окну. Оно опустилось при её приближении.

Прислонившись к машине и скрестив руки на груди, она заглянула внутрь и увидела Дмитрия, сидящего в одиночестве на сиденье, в безупречном костюме и галстуке. Этот человек не знал значения слова «небрежный».

Он приветливо улыбнулся:

— Мина, любовь моя, ты пришла в себя?

Странно, что его русское ласковое обращение, которое на английском значило бы «моя любимая», не казалось таким милым, как прозвище Лео Липучка.

— Почему ты преследуешь меня?

— Разве это преследование, учитывая, что мы помолвлены?

Упрямый тигр.

— Я не выйду за тебя замуж, Дмитрий.

— Но мы же заключили договор.

— Держать меня пленницей — это не договор. И кроме того, как выяснилось, мы не можем быть вместе.

— Почему нет?

— Потому что я встретила свою пару.

Он изогнул темную бровь дугой.

— Только не говори мне, что веришь в это суеверие о судьбоносных супругах и прочую подобную чепуху.

— Верю. Так что, как видишь, преследовать меня бессмысленно. Я встретила свою пару.

Он сузил глаза.

— Говоришь, что встретилась с ним, и все же на тебя никто не претендует.

Незначительная деталь.

— Пока.

— Раз так, все еще можно изменить. Я мог бы схватить тебя прямо сейчас и посадить на самолет в Россию, провести церемонию и уже через час претендовать на новое звание в клубе «Высокая миля»*.

-------------------------------------------------------

* Клуб «Высокая миля» — эксклюзивный клуб для людей, занимавшихся сексом на борту самолета в полете.

-------------------------------------------------------

Дмитрий, владелец частного самолета, все еще бесился от того, что она занимала более высокое положение, чем он, когда дело касалось самолетных выходок. Какое-то время она встречалась с пилотом. Посмотрела мир. Затем ему запретили работать в авиакомпании за то, что он случайно разбил грузовой самолет. В свою защиту она могла сказать, что никто не должен реагировать слишком бурно, если получит травму, пока содрогается от оргазма. Теперь она воздерживалась от физической активности в движущихся машинах.

— Я бы не советовала пытаться заставить меня что-то делать.

Знакомое высокомерное выражение с вздернутым подбородком появилось на его лице.

— Я не принимаю советов от женщин.

— А следовало бы. Особенно если не хочешь, чтобы кое-кто надрал тебе задницу, — угроза прозвучала не от Мины, а от Луны, которая встала рядом с ней. Появление Луны не казалось удивительным. У девушки талант вынюхивать возможные катастрофы, и можете быть уверенными, она обязательно в них поучаствует.

— Никто не смеет мне угрожать, — Дмитрий был царем, когда дело касалось высочайших указов. Жаль, что здесь никто его не слушает.

— А кто сказал, что это угроза? — Луна усмехнулась. — Думай об этом скорее как об обещании. Это Америка, чувак, и мы не очень хорошо относимся к женоненавистникам, которые думают, что могут принудить женщину к браку.

— Вот именно, — добавила Мина. — Я уже бросила один горящий лифчик в машину какого-то парня. Не заставляй меня делать это снова. — Иначе, надо думать, это приведет к тому, что она навсегда потеряет страховку.

— Не смей вредить моей машине. Она арендована.

— Ты арендовал её? — Луна просунула голову в машину, оглядываясь по сторонам. Тихо присвистнула. — Должна сказать, хорошая тачка. Хотя лично я предпочитаю «Лексус» «Линкольну».

— «Лексус» — для мальчиков. Я — мужчина.

Луна хихикнула.

— Мужчина, который не может убедить девушку выйти за него замуж и вынужден прибегнуть к похищению.

Дмитрий сверкнул глазами. Луна ухмыльнулась, а Мина на мгновение уловила проблеск того, почему, возможно, некоторые люди считают, что от нее следует держаться подальше.

«Возможно, у меня действительно есть некоторая непредсказуемость». Но в этом случае ей стоило бы избавиться от него по-взрослому.

— Мне кажется, тебе лучше уйти. Сейчас. — До того, как кому-то понадобятся швы и пакеты со льдом.

— Я никуда не уйду, любовь моя. Я получу тебя. Хочешь ты этого или нет.

Мина невольно закатила глаза. Неужели Дмитрий никогда не отвяжется от нее?

— Твой английский настолько плох? Какая часть фразы о том, что я не буду с тобой, тебе не понятна? Я устала иметь с тобой дело. Раз уж ты отказываешься верить, что я покидаю рынок невест, почему бы не обсудить это с моим женихом?

— Жених? — прошипела Луна. — Когда вы обручились, Лео знает об этом?

— Конечно, знает. Вроде. Ладно, не совсем так, но он обязательно согласится.

— Ты помолвлена с Лео? — Забавно, как пронзительно может звучать недоверчивая нота в голосе.

— Пока нет, но скоро буду. Скоро. Это всего лишь вопрос времени. И это значит, что я больше недоступна. — Она пристально посмотрела на Дмитрия. — Если хочешь поговорить об этом с моим мужчиной, то приходи сегодня вечером в «Джангл бит». Мы с моим Пупсиком будем ждать тебя.

— Лео не танцует, — тихо пробормотала Луна.

— Будет. — Мина об этом позаботится.

Глава 9

План Лео пресечь общение русского гангстера с Миной не удался.

— Что значит, мы не можем пойти за этим парнем?

Сидя за массивным письменным столом красного дерева, Арик бросил на Лео быстрый взгляд.

— Потому что он дипломат.

— И? Что с того? Он хочет заставить Мину выйти за него замуж.

— Разве это плохо?

Только не рычи. Только не рычи. Арик вовсе не имел в виду то, что сказал. Любой мог увидеть, что свадьба Мины с русским бандитом — плохая идея.

«Да, потому что она принадлежит мне».

Он не стал спорить с внутренним голосом. Вместо этого он поспорил со своим альфой.

— Конечно, Мина может быть чуточку темпераментной…

— Чуточку?

— Но это не значит, что нужно мириться с браком по принуждению. Мы не дали заковать Арабеллу в оковы. Черт возьми, мы пошли войной на ликанов, чтобы её защитить.

— Это совсем другое дело. Они хотели убить её, и они жестокие придурки. Дмитрий, хоть и несколько старомодный, но не идиот. Он будет хорошо с ней обращаться.

— Он же чертов гангстер.

— По необходимости. В России все по-другому. Более дикие нравы. Он делает то, что необходимо, чтобы сохранить себя и свои клан в безопасности.

— Он её не получит.

Арик откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на Лео.

— Может быть, ты все-таки объяснишь мне, в чем дело? И вообще, что тебя так интересует в моей кузине?

— Ничего. Я просто не люблю смотреть, как пристают к женщине.

Недоверчиво фыркание.

— Мина может сама о себе позаботиться.

— Какая разница. Она не должна этого делать.

— Говорит парень, которому еще предстоит по-настоящему узнать мою кузину. Поверь мне, еще несколько дней с чередой её фирменных выкрутасов, и ты сам свяжешь её и доставишь к Дмитрию.

Связать её. Теперь у него есть план. Дело только в том, что в версии Лео она лежит, распростертая на его кровати.

И лишь когда Хейдер похлопал его по спине и спросил, все ли в порядке, Лео понял, что бьется головой о стену.

Даже когда Липучка скрылась из виду, она все равно его мучила. Поэтому он ничуть не удивился, получив сообщение, что она в очередной раз сделала все возможное, чтобы доставить ему беспокойство.

— Мне надо идти, — он не стал дочитывать сообщение, торопливо покинув помещение. Странное поведение, но необходимое. Настало время для работы омеги. Не позволить одной склонной к проблемам львице попасть в еще большие неприятности.

Вероятно, пробежка до места назначения окажется быстрее, чем попытка поймать такси в полдень на загруженных улицах. И определенно это поможет снять часть напряжения.

Или, в его случае, он просто окажется менее возбужденным.

С бурлящей по венам кровью он ворвался в бутик. Его ноздри тут же раздулись, уловив запах Мины.

Разве он о многом просил, просто остаться в квартире.

Решив наказать её, он последовал в заднюю часть магазина. Прежде чем успел позвать, Мина откинула занавеску примерочной, одарив его сияющей улыбкой.

— Пупсик! Я надеялась, что ты появишься.

— Надеялась? Реба прислала мне сообщение, что ты примеряешь платья для своей будущей свадьбы.

— Так и есть. Я хочу выглядеть как можно лучше для моего Пупсика.

Стены не было видно, поэтому он хлопнул себя по лбу обеими руками, а затем схватился за голову, дергая себя за волосы.

— Мы с тобой не пара.

— Пока, — пропела она. — Скоро все изменится. А теперь, если ты прекратил так очаровательно противоречить мне, может поможешь? У меня возникли проблемы с застегиванием этого платья.

— И ты не можешь попросить Зену или Ребу помочь тебе?

— Разве это будет также весело? — спросила она, нисколько не раскаиваясь, чем вызвала у Лео желание пробежать еще несколько кварталов.

Она повернулась к нему спиной — полоска соблазнительной плоти, которую пересекала резинка лифчика.

Бежать. Бежать. Беги, чертов идиот.

Сам того не ожидая, он потянулся к застежке-молнии. Застегнул платье, сопротивляясь искушению провести костяшками пальцев по позвоночнику Мины.

Тесное пространство примерочной насквозь пропиталось ароматом Мины. Она взглянула в зеркало, в котором отображались они оба. Он не совсем заслонял её, и все же его руки казались такими большими, такими правильными, покоясь на её бедрах.

Как, черт возьми, они туда попали?

Возможно, ими двигала та же сила, что представляла, как он целует обнаженную кожу её шеи. Как она смеет искушать его, заколов волосы на макушке в небрежный пучок?

Он провел губами по кремовой плоти, наблюдая в зеркале, как её глаза наполовину закрылись. Губы приоткрылись. На щеках появился румянец.

А её соски… несмотря на лифчик, шелковистая ткань платья обрисовывала их во всем великолепии.

Она не могла скрыть, какое впечатление он произвел на нее. Но с другой стороны, зная Мину, он понимал, что она не станет ничего скрывать. Она упивалась своим влечением к нему. Даже не пыталась отрицать тот факт, что хочет его.

— Мне нравится, когда ты прикасаешься ко мне, — прошептала она.

«И мне нравится, когда я прикасаюсь к тебе». Он задел зубами её кожу, лишь слегка прикусив, но достаточно, чтобы она вздрогнула.

— Лео, — она почти прорычала его имя, её голос был хриплым от желания, а тело напряглось.

— Эй, Мина, я нашла тебе платье покороче для примерки. О, привет, Лео. Не ожидала, что ты присоединишься к нам. — Черт бы побрал Ребу за то, что она помешала!

Словно ошпаренный, Лео отпрыгнул от Мины и, спотыкаясь, вышел из кабинки. Он попытался восстановить хоть какое-то самообладание и прибегнул к привычке. Ничто так не отвлекает внимание от его собственного затруднения, как хорошее наказание.

— Я просил Мину оставаться в своей квартире.

— Нет, ты предложил мне остаться там. Но у меня появились дела поважнее.

— Вроде разговора со своим бывшим после того, как он пытался тебя похитить! — Лео одарил её самым суровым взглядом.

— Ну же, Пупсик, не ревнуй. Подожди, что я говорю? — она хлопнула себя по лбу. — Ревнуй. Дико, яростно. Затем подхвати меня на руки и помоги воспользоваться этой довольно широкой кабинкой.

Она прижалась к зеркалу и улыбнулась манящей улыбкой.

Он сделал шаг назад. «Не позволю ей околдовать меня и не стану играть в её игру».

Он не позволит ей соблазнить себя.

Оставаться сильным. Не сдаваться. Если бы он мог держаться от нее подальше, тогда, возможно, у него появился бы шанс сопротивляться её очарованию.

Реба издевательски посмеялась над его отступлением.

— Я в это не верю. Лео боится девушек.

Не просто какая-то девушка. Та, кто может изменить ход его жизни.

— Веди себя прилично! — он заорал, прежде чем развернуться и убежать.

Ха. Он показал ей. Он сбежал прежде, чем она успела втянуть его в свою чувственную паутину безумия.

«Слабак».

Его лигр не испытывал никакого уважения.

«Я делаю это для нашего же блага».

«Лжец».

Проблема про дискуссию с самим собой в том, что ты не мог скрыть настоящую правду.

А правда заключалась в его влечение к Мине, но… он мог бы бороться с этим, если бы избегал её.

Проблема лишь в её умении предвидеть и пресечь все его маневры.

Телефонный звонок застал его врасплох, тем более что он не давал Мине своего номера. А еще она не из тех, кто стал бы звонить. Он вроде как ожидал, что она появится на пороге его квартиры, у двери, на которую он установил засов, чтобы она не могла ворваться и наброситься на него.

Вместо этого зазвонил его мобильник, проигрывая довольно красноречивую песню группы The Police «Каждый твой вздох».*

-------------------------------------------------------

* Песня «Every Breath You Take» группы The Police была написана в то время, когда рухнул брак Стинга и его жены Фрэнсис Томелти и они разводились; слова написаны от лица зловещего и контролирующего героя, который следит за «каждым твоим вздохом / каждым твоим движением» (англ. «every breath you take / every move you make»).

-------------------------------------------------------

Очень удачно, особенно когда он понял, кто звонит.

Как же она обрадовалась, когда он хрипло ответил:

— Да.

— Пупсик!

— Откуда у тебя мой номер? — И еще более непонятно, как она запрограммировала мелодию звонка? И сколько еще безумных способностей у нее имелось? Стоит это выяснить.

— О пожалуйста. Как будто не знаю твоего номера. Ещё я знаю дату твоего рождения, любимую спортивную команду, ресторан и блюда, которые заказываешь, а также то, что ты являешься поклонником миссионерской позы.

— Как, черт возьми, ты все это выяснила?

— У меня есть свои способы. Но не думаю, что они тебе понравятся, так что давай просто притворимся, что ты мне все сам рассказал. Кстати, если тебе понадобится позвонить мне в любое время, я буду в твоем списке контактов на букву «М», под именем «Моя».

Он ущипнул себя за переносицу, не столько из-за раздражения на нее, сколько из-за раздражения на самого себя за тот всплеск удовольствия, который испытал, от того что она воспользовалась словом «Моя».

«Потому что она знает, что наша». Его лигр наслаждался этим собственническим чувством. Лео же, напротив, почувствовал, что его снова охватывает паника.

— Чего ты хочешь, Липучка?

— Разве мы не обсуждали эту тему сегодня утром в постели?

«Я хочу тебя». Да, он вспомнил.

— Липучка…

Она прервала его прежде, чем он успел закончить.

— Но я звоню не из-за своего желания изнасиловать твое восхитительное мужское тело.

Разве нет? Конечно же, он не почувствовал разочарования после её слов..

— Звоню, чтобы попросить тебя пойти со мной в клуб сегодня вечером. Я в настроении потанцевать.

— Для девушки, которой я велел оставаться на месте, ты делаешь все возможное, чтобы подвергнуть себя опасности. Этот парень Дмитрий все еще здесь и ищет тебя. Это небезопасно.

Она хихикнула.

— Не безопасно для кого?

— Леди не должна сама защищаться от мужчины.

— Ты и твое старомодное отношение так милы. Ты обязательно понравишься моему папочке. Или, по крайней мере, надеюсь, он не ударит тебя так, как ударил моих последних бойфрендов.

— А почему он их ударил?

— Чтобы посмотреть, достаточно ли они крепкие для его маленькой девочки, конечно. — Ответ вполне в её духе, кто бы сомневался.

— Они прошли проверку?

— Разве я оставалась бы одинока, если бы они это сделали?

Держу пари, он бы принял удар, не пошатнувшись. Не то чтобы его действительно волновало, что подумает о нем отец Мины.

— Хорошо, что твой папа так заботится о тебе, но сейчас его здесь нет. И я говорю тебе оставаться на месте и никуда не ходить.

— Ты мне что, запрещаешь? — Она рассмеялась. — Это так сексуально. Но бесполезно. Сегодня вечером я иду гулять с девочками. Вопрос в том, пойдешь ли ты со мной?

Проклятье. Неужели у этой женщины совсем нет здравого смысла? Или она пытается свести его с ума?

Тем хуже. Он не будет играть в её игру. Не собирается он идти ни в какой клуб или танцевать. И Лео высказал ей об этом в недвусмысленных выражениях. Он тоже решил играл грязно, используя свой голос омеги.

«Потому что здесь все контролирую я. Не ты».

Ррр.

Глава 10

— Нет, я не пойду с тобой. — Хотя они разговаривали по телефону, она практически видела, как Лео качает головой. — Я не хожу в клубы и уж точно не танцую.

— Ну, это полный отстой. Я надела очень милое платье только для тебя. Оно короткое, а значит, у тебя будет легкий доступ. Как думаешь, насколько велики туалетные кабинки в этом клубе?

Рык, который он издал, прозвучал громко и отчетливо. Она усмехнулась.

— Да, ты прав. Слишком много народа. Вероятно, нам следует ограничиться укромными уголками в темных переулках. Там я смогу не сдерживать громкие крики.

— Может, хватит дразнить меня, Липучка? Я никуда не пойду. Мне все равно, насколько коротко твоё платье. Просто не забывай оставаться на виду у подружек, идущих с тобой.

— Что, больше никаких суровых предупреждений оставаться дома и избегать неприятностей?

— А ты бы послушала?

— Нет. — Мама всегда ей говорила, что, когда имеешь дело с своим мужем, надо придерживаться правды. Пусть даже пока почти муженьком. Если только речь не идет о сумме, потраченной на одежду, тогда лучше приготовить восхитительный ужин и лично подать его, рассказывая, как работала весь день, готовя его.

— Если ты не будешь меня слушать, к чему мне сотрясать воздух.

— Ну, я должна сказать, что ты меня удивил, Пупсик, и я горжусь тем, что ты так уверен в наших отношениях. Большинство мужчин уже сгорели бы от ревности, зная, что будущая мать их детей будет встречаться с своим бывшим женихом в танцевальном клубе, особенно в моём платье едва законной длины. Но ты явно более развит, чем большинство парней, и убежден в нашей привязанности друг к другу.

Тик-так. Часы громким эхом отдавались во внезапно наступившей тишине, пока он впитывал её слова.

Тихим голосом, с намеком на рычание, он произнес:

— А кто там будет?

— Дмитрий. Помнишь, как столкнулась с ним сегодня, ну, я вроде как сказала ему, что мы с тобой пара. Но это, похоже, его не впечатлило. Интересно, он один из тех парней, которые получают удовольствие от фантазии про рогоносца?

— Давай ближе к делу, Липучка.

— Уже. Видишь ли, когда он просто не принял мой отказ за ответ, я предложила ему встретиться с нами сегодня вечером, чтобы он увидел, как мы счастливы вместе.

— Мы не вместе.

— Да. Я думаю, это станет довольно очевидно в клубе сегодня вечером. Но не волнуйся, Пупсик, даже если он попытается что-то сделать, мои девочки будут рядом. Уверена, все будет хорошо.

Он решил отговорить её своим голосом омеги.

— Мина. Я запрещаю тебе туда ходить!

Упс, неужели она забыла упомянуть, что этот голос на нее не действует? Тест доктора не смог определить причину.

— Мне пора идти, Пупсик.

Она повесила трубку и ухмыльнулась. Немного безумной ревности никогда никому не повредит. Ну, за исключением девушки в вестибюле, которая призналась, что у Лео самые мечтательные глаза. Мина уверена, что синяк под глазом будет заживать не слишком долго.

Засунув мобильник в сумочку, она одарила лучезарной улыбкой Ребу, Зену и Луну, своих подружек на ночь, которым следовало бы попытаться сомкнуть челюсти. Да и вытаращенные глаза совсем не выглядели привлекательными.

— Готовы, дамы?

Вечер обещал стать интересным, тем более что она могла поклясться, что услышала громкий рев как раз перед тем, как сесть в такси, которое они вызвали.

Потрясающе. Пупсик уже идет.

Глава 11

Не могу поверить, что пришел. Не следовало бы этого делать.

Здравомыслящий человек вызвал бы охрану для глупой львицы, решившей досадить ему и подвергнуть себя опасности. Умный лигр держался бы подальше от катастрофы по имени Мина.

Но это был бы другой Лео. Лео, не снедаемый ревностью. Лео, не сгорающий от желания защитить.

Сегодняшний Лео прошествовал в танцевальный клуб — которого он обычно избегал, как блохи — ванны после возни в лесу, — блуждая взглядом по телам в поисках одного человека.

Учитывая ее рост, еще более высокий из-за этих, несомненно, опасных для здоровья каблуков, Мина возвышалась над посетителями клуба.

Возвышалась и притягивала взгляд.

Как великолепно она выглядела, светлые волосы заколоты на макушке, и только несколько золотистых локонов свисали вниз. В платье, которое на девушке пониже ростом могло бы показаться приличным, но на ней, с ее длинными ногами, казалось чересчур коротким. Платье совершенно не скрывало ее шикарное декольте, ткань обтягивала и приподнимала большую грудь, привлекая внимание к глубокой ложбинке.

«Моя».

Лео не уверен, произнес ли это про себя или прорычал вслух. В любом случае, когда он направился к ней, толпа расступилась, давая ему дорогу. Но Мина этого не заметила.

Стоя к нему спиной, она покачивалась, танцуя, он мог слышать ее громкий смех, даже сквозь пульсирующий ритм музыки.

Остановившись прямо за ней, Лео ждал, когда она обратит на него внимание.

Мина продолжала танцевать, тряся задницей и размахивая руками.

Он нахмурился и уставился еще пристальнее. Конечно же, этот пронзительный взляд должен

пробудить в ней инстинкты. Хищники всегда знали, когда кто-то смотрел на них. Но Мина либо не чувствовала его, либо просто не обращала внимания.

Реба, Зена и Луна, девушки из прайда, с которыми она решила пойти, увидели его, но не подали виду. Однако все же ухмыльнулись.

Возмутительно. Это он про неосознавание Миной его присутствия. Он знал, когда она находилась в комнате. Он чувствовал ее запах в вестибюле. В лифте. Даже сейчас, среди толпы потных, надушенных тел, ее сущность была ему совершенно ясна. Почему она не узнает его по запаху?

Лео раздражало, что она не оборачивалась.

Часть его требовала действовать: схватить и утащить ее сексуальную задницу обратно в квартиру, где он бы мог отшлепать ее — наедине, без одежды. А потом, после того как он наказал бы за то, что она свела его с ума, поцеловал бы ее за то, что заставила потерять контроль.

Но… как бы ни был хорош этот план, покачивание ее бедер, когда она двигалась в такт музыке, действовало на него гипнотически. Что-то в ее распутных движениях его убаюкивало.

Вместо того чтобы положить конец ее диким танцам, Лео совершил то, чего никогда не делал.

Никогда.

Прежде.

Он начал танцевать.

Не столько танцевал, сколько поддался искушению. Обхватил ее за изгиб талии, прижавшись телом достаточно близко, чтобы коснуться Мины. Губами скользнул по влажной коже шеи, ее мускусный запах окутал его пьянящим ароматом.

Он позволил ее телу управлять их движениями. Взмах бедром влево. Попа трясется в такт. Его тело повторяло ее извилистый узор, ее ягодицы идеально прилегали к его паху.

Танцевать оказалось легче и гораздо эротичнее, чем он ожидал. И возбуждающе.

Он не забыл упомянуть, что и раздражающе тоже? Особенно когда Мина закружилась в его объятиях и удивилась, встретившись с ним взглядом.

— Пупсик, ты пришел.

Кто, черт возьми, по ее мнению, трется об нее? Ощетинившийся лигр почти выбрался наружу. Он определенно скалился, и зубов у него больше, чем у человека.

— Ты не оставила мне особого выбора.

Она обвила руками его шею и улыбнулась, немного смягчив раздражение, потеревшись телом об него.

— Я могу сама о себе позаботиться, ты же знаешь. Я не нежный долбаный цветочек, которому нужен герой. Хотя, — она наклонилась ближе, каблуки давали ей дополнительные дюймы, необходимые, чтобы ее губы оказались на нужной для его губ высоте, — я счастлива, что ты здесь.

Не так счастлива, как определенная часть его тела вблизи с Миной.

— Мы здесь не останемся. Я просто пришел за тобой.

Она закружилась в его объятиях, снова подставляя спину и задницу, которая терлась о него самым соблазнительным образом.

— Уехать? Уже? Но мне весело.

В принципе, ему тоже. Однако пришло время ей узнать, что у прайда есть свои правила. Как омега, он следил за их выполнением. Правило номер один, по крайней мере, в том, что касалось Мины, состояло в том, чтобы держать ее подальше от неприятностей.

— Весело или нет, но мы уйдем до того, как появится твой бывший кавалер и устроит сцену.

Она рассмеялась.

— О, не беспокойся об этом. Дмитрий ничего не сделает на людях. Он может быть безжалостным криминальным авторитетом, но знает, что не стоит нарушать правила. — Правила, которые гласят, что ни один оборотень, любого вида, не сделает ничего, что привлечет к нему внимание. Правило, навязанное Высшим советом, не любящим проявлять снисходительность.

— Как ты можешь всерьез утверждать, что он не станет делать ничего сумасшедшего и публичного? Он пытался похитить тебя прямо на улице.

— Да, это не слишком хорошо с его стороны, признаю.

— В следующий раз, когда он попытается, тебе может так не повезти. Или ты все-таки хочешь выйти замуж за этого парня?

Она резко повернулась к нему, поджав губы.

— Пупсик, как ты можешь? Я же говорила, что нам суждено быть вместе.

Лео проявил коварство. Решил играть грязно. Или он назвал бы это соблазнением?

— Если ты так в этом уверена, то уходи со мной. Сейчас. Давай вернемся ко мне домой.

По блеску глаз понял, что она подумала, он наконец-то сдался, что собирается развратить ее и заняться любовью с ее сладким, сладострастным телом.

«Разве нет?» — Его внутренний кот, казалось, думал, что так и будет.

«Нет. Это просто чтобы мы могли вытащить ее отсюда до того как…»

Облако запахов в этом месте стало единственной причиной, по которой Лео не почувствовал незнакомца прежде, чем тот развернул Мину, осмелившись положить на нее свои руки и украсть для танца. Медленный темп позволял незнакомцу раскачиваться вместе с ней.

К ее чести, Мина не выглядела довольной сменой партнеров. Но также она не сделала ничего, чтобы отодвинуться. Она продолжила танцевать, чувствуя на себе руки другого мужчины.

Вдох. Выдох. Сосредоточиться на чем-то другом, кроме рук незваного гостя, которые задержались слишком близко к изгибу ее верхней ягодицы. Вдох. Выдох. Не обращать внимания на то, как крепко другой мужчина прижимал к себе Липучку.

«Разорви ему лицо».

Он не должен… он не мог… кругом полно людей. Она не принадлежала ему. У него нет никакого оправдания для ревности. Нет реальной причины срываться.

Бла-бла-бла. Лео это не волновало.

Его кровь мгновенно вскипела. Красная пелена опустилась на глаза, и его лигр оказался достаточно близко, чтобы издать нечеловеческое рычание.

«Хватит лапать».

Сделав всего три шага, Лео подскочил к танцующей паре и постучал по обтянутому черным шелком плечу узурпатора.

Незнакомец, от которого вблизи отчетливо пахло тигром, повернул голову и, надменно приподняв бровь, протяжно произнес:

— Дама уже занята.

«О, ее действительно похитили. Она моя. Моя!»

Проклятье. Ее постоянные уверения даже его убедили в том, что она принадлежит ему. Но не став на этом зацикливаться, Лео сосредоточился на текущей проблеме.

— Дмитрий, если не ошибаюсь? — Акцент, с которым тот говорил, и раздражение на лице Мины выдавали русского.

— Да, и чтобы ты знал, прежде чем начнешь действовать, у меня есть разрешение Верховного совета находиться на этой территории. Мои деловые интересы привели меня сюда.

— По делам? — усмехнулся Лео, не привычное движение для его губ. — Не думаю, что танцы можно назвать бизнесом.

— Разве может мужчина отказать себе в удовольствии? — русский придурок практически промурлыкал последнее слово, притягивая Мину ближе.

По крайней мере, она не выглядела счастливой из-за действий Дмитрия. Острым локтем она ослабила его хватку.

— Может, ты прекратишь лапать меня? Только потому, что я не сломала тебе нос, когда ты испортил мой прекрасный танец с Пупсиком, это не значит, что ты можешь прикасаться ко мне. Это, — она указала на свое тело, — принадлежит только одному мужчине. — Вскинув голову, она бросилась к Лео. Он, не раздумывая, крепко и по-собственнически обнял Мину. Защищая.

— Моя.

Упс, возможно он произнес это вслух.

— Твоя? — Дмитрий приподнял бровь. — И все же я не вижу ни знаков притязания, ни кольца, что делает прекрасную Мину честной добычей.

— Она не хочет тебя.

— Пока. Она придет в себя. — Похоже, Дмитрия нисколько не смутило отсутствие у нее интереса к его персоне.

— Арик и остальные члены прайда не отступят и не позволят тебе похитить ее. — Хотя, когда Лео покончит с этим русским придурком, им уже не так много останется.

— Уверен? Я уже говорил твоему альфе о своем намерении сделать Мину своей невестой. Он пожелал мне удачи.

— Мина не уедет с тобой.

— И кто же помешает мне забрать ее? Она ничья и дала слово, что выйдет за меня замуж. Ты не сможешь наблюдать за ней каждую секунду. В конце концов, ты ослабишь свою бдительность. Я поймаю ее в момент слабости. Прикажу связать ее, заткнуть рот кляпом и отправить самолетом в Россию, где у меня есть знакомый священник, который не придирается к отсутствию согласия у невесты. В ту же ночь я заделаю ей ребенка, и она будет принадлежать мне.

С каждым словом гнев Лео рос. И рос. Пока он не взорвался.

— Я же сказал, она моя! — заявление вылетело у него вместе с кулаком.

И второй кулак не заставил себя ждать в эту ночь. Спокойный и рассудительный Лео затеял очень публичную и жестокую драку.

Ррр.

Глава 12

«О боже, неужели меня опять обвинят в этом?»

С другой стороны, когда Мине не приписывали вину в любом случившемся дерьме? Хотя, может быть, в этом единственном случае она технически виновата в драке. Она считала себя очень зрелой, так как не отреагировала, когда Дмитрий прервал их грязный, наполненный страстью танец, похитив ее у Лео. Первым желанием Мины было расцарапать ему ногтями лицо, а затем вцепиться в его длинные волосы, дернуть голову вниз и несколько раз ударить коленом по ухмыляющейся физиономии.

Но Лео заслуживал леди, а леди не избивают бывших бойфрендов за то, что они прерывают танец. Очевидно, у новых бойфрендов есть такая привилегия.

Мина изумленно смотрела, как дерутся Лео и Дмитрий. Она не ожидала, что дело дойдет до такой публичной драки.

Она предполагала, что у мужчин найдутся слова. Однако всё произошло иначе. Лео действовал, полностью игнорируя свой «modus operandi», говоря простым языком, абсолютно не в своем стиле. Мина провела большую часть дня с львицами, ковыряясь в их мозгах по поводу ее Пупсика, и единственное, что они все единодушно утверждали, что он самый уравновешенный парень на свете. Она никак не думала, что он настолько выйдет из себя.

Конечно, он иногда сталкивал чьи-нибудь головы друг о друга или смотрел на детенышей пронзительным взглядом, пока они не обещали вести себя прилично. Тем не менее следует отметить, что он делал все это, чтобы сохранить мир, а не разрушить его. Лео никогда не потворствовал насилию, если не находилось другого выхода. Он первый, кто советовал успокоиться и сосчитать до десяти, или удариться о стену вместо того, чтобы устраивать драку.

В данном случае она не слышала, чтобы он считал. Он не ударился о стену, если не считать столкновения с лицом упрямого Дмитрия.

Хрясь!

— Ура. — Да, она громко приветствовала своего Пупсика. Но он, казалось, не услышал, поэтому она произнесла это громче, по сути дела, выкрикнула. — Задай ему, Пупсик. Покажи, кто самый большой и крутой котик в округе.

Лео повернул голову и, прищурившись, посмотрел на нее голубыми глазами. Такой злой. Такой возбужденный. Такой горячий.

— Липучка! — Как сексуально прозвучало ее прозвище, когда он прорычал его.

Она могла сказать, что он с радостью принял ее поддержку. Мина помахала ему рукой, собираясь сказать «не стоит благодарности!» — но вместо этого крикнула:

— Сзади!

Лео стоило бы помнить, что лучше не отвлекаться во время драки, потому что Дмитрий не преминул этим воспользоваться, ударив мощным хуком.

Она упомянула, насколько громкий вздох издал ее огромный Пупсик? Идеально направленный удар пришелся Лео в челюсть, с силой отбросив его голову в сторону. Но это, конечно, не убило его. Даже близко нет. Наоборот, эта атака оживила в нем хищника.

Оправившись от удара, Лео посмотрел в ее сторону, в глазах полыхало дикое пламя, губы изогнуты, почти в веселье, а затем он начал действовать. Кулаком нанес ответный выпад, а локтем заехал Дмитрию по носу.

Любой другой человек, даже оборотень, мог бы быстро сдаться, но русский сибирский тигр оказался достойным противником для лигра.

Поставь их на ринг, и они принесли бы целое состояние. Конечно, они устроили хорошее шоу.

Из губы Дмитрия, куда прилетел кулак Лео, потекла кровь. Однако это не помешало русскому давать столько же, сколько он получал. С точки зрения размеров, Лео обладал небольшим преимуществом, но то, чего Дмитрию не хватало в обхвате, он компенсировал мастерством.

Даже если Мина не заинтересована в браке с ним, это не означало, что она не могла восхищаться грацией движений Дмитрия и его сверхъестественной интуицией, когда дело доходило до уклонения от ударов.

Лео тоже не слишком доставалось. Хотя он, очевидно, не вырос на грязных улицах России, он знал, как наносить удары, бороться с мужчиной и выглядеть совершенно сексуально, защищая свою женщину.

Ох. Мужчина пришел ей на помощь. Прямо как в одном из тех любовных романов, которые любит читать Тина.

Луна бочком подобралась к ней.

— Что ты сделала на этот раз?

Почему все считают, что это ее вина?

— Я ничего не делала.

Луна фыркнула.

— Конечно, нет. И это не ты высыпала пакетик сухого напитка в бутылочку с шампунем для мамы Арика, сделав ее волосы розовыми на семейном пикнике несколько лет назад.

— Мне показалось, что короткие шипы, которыми она щеголяла после бритья, выглядели потрясающе.

— Никогда не говорила, что результат того не стоил. Просто мне не терпится узнать, что здесь происходит. Лео ведь затеял драку с русским дипломатом, верно? Поскольку я сильно сомневаюсь, что они спорят о том, кто делает лучшую водку или кто заслужил золотую медаль в хоккее на прошлой зимней Олимпиаде, тогда остается только одно. — Луна пристально посмотрела на нее. — Это твоя вина.

Мина пожала плечами.

— Ладно, может быть, я немного ответственна за это. Вроде как, я позаботилась о том, чтобы мой бывший жених и нынешний встретились.

— Ну, да. Я в курсе. Но, как, черт возьми, ты заставил Лео забыть о своих дерьмовых принципах? В том смысле что, если он становится серьезным, он не пробиваем. Лео никогда не теряет контроль, потому что потерять контроль — значит, потерять свой путь, ну или что-то в этом роде. Он всегда выдает эти забавные маленькие изречения в надежде обуздать наши дикие наклонности.

У Пупсика очень милый характер.

— Что я могу сказать? — Мина пожала плечами. — Наверное, он начал ревновать. Совершенно нормально, учитывая, что мы родственные души.

— Что бы ни послужило причиной его срыва, он очень горяч. Я имею в виду, что он мне как брат, так что этого не вижу, но ты бы послушала девушек в баре. Они разрываются между Лео и Дмитрием, не могут выбрать, кого считать более сексуальным.

— Что они обсуждают? — Мина резко повернулась и посмотрела в сторону бара. И действительно, стайка женщин сгрудилась, игнорируя своих кавалеров и других парней, предпочитая смотреть на дерущихся мужчин.

«Пялятся на моего мужчину».

Гррр.

Пора взорвать этот клуб.

Прежде чем вышибалы успели растащить веселящуюся парочку, Мина нырнула в кучу, буквально бросившись между мужчинами. К их чести, их рефлексы были достаточно отточены, чтобы остановиться на середине удара.

— Липучка, какого черта ты делаешь? Разве ты не видишь, что я занят? — проворчал Лео.

— Не вмешивайся в дела мужчин, любовь моя.

Теперь она понимала, почему людей сажают в тюрьму за убийство. Упрямства этого человека достаточно, чтобы сделать ее жестокой — намеренно, а не случайно на этот раз.

— Может, ты прекратишь, Дмитрий? Посмотри правде в глаза. Ты проиграл. Проиграл меня и этот бой. Теперь я принадлежу Пупсику, и, как ты видишь, он не любит делиться. — Она адресовала это Лео, который выглядел восхитительно взъерошенным с растрепанными волосами, с раскрасневшейся кожей, так и хотелось поцеловать его в припухшие губы.

— Да, Дмитрий, — поддразнил его Лео. — Она моя. Вся моя. И единственное, с чем я готов ее делить это мой душ. Так что отвали.

Душ? С Лео? Какого черта они все еще болтают?

— Это еще не конец, — предупредил Дмитрий.

— Как скажешь, русский пушистый комочек. Ты же знаешь, где я живу. Заходи в гости в любое время, — не спасовал Лео.

— Может, вы оба прекратите уже выяснять, кто круче? — рявкнула Луна, протискиваясь между зеваками, чтобы обратиться к ним с речью. — Какая-то тупая кошка вызвала полицию. Если вы не хотите провести ночь в тюрьме, пора уходить.

Копы? Вот дерьмо, Мине надо убираться отсюда. С ее послужным списком они, вероятно, арестуют и ее тоже, просто за компанию. Пора покинуть клуб, но вместе с Лео.

Схватив за рубашку, Мина потащила его к двери. Учитывая их нынешний статус почти знаменитостей — «посмотрите на размер парня, который дрался с тем другим чуваком», — ей не пришлось спорить или сильно толкаться, чтобы пройти через толпу. Море тел волшебным образом расступилось перед ними.

Хорошо, потому что, возможно, если будут действовать достаточно быстро, они смогут выбраться отсюда до того, как приедут копы, и ситуация превратится в неприятную.

«Посмотрите на меня, я стараюсь держаться подальше от неприятностей. Разве мама не гордилась бы мной?» Сразу после того, как разозлилась бы на Мину за то, что та спровоцировала драку. В ее защиту… Да, у Мины нет оправданий. Но взрыв Лео ей очень понравился.

Отрицать теперь не получится. Лео хотел ее.

На этот раз, когда она переплела свои пальцы с его, он не отстранился. Напротив, он сжал их в тиски. Однако он не произнес ни слова, даже когда перехватил инициативу и повел ее подальше от клуба.

— Куда мы идем? — спросила Мина.

— Я припарковался вон там.

Там размещалась платная стоянка, где большой гудящий внедорожник занял два места. Направив на него брелок, Лео нажал кнопку, и задние фары вспыхнули. Мина машинально свернула к пассажирскому сиденью и удивилась, когда он последовал за ней.

Он открыл дверь и обнял ее за талию, чтобы помочь забраться!

Изумление на ее лице очень заметно?

— Спасибо. — Мине показалось, что стоило проявить вежливость, даже если она и не нуждалась в помощи.

Лео хмыкнул.

Хмм. Она не понимала, что это значит, поэтому просто пристегнула ремень безопасности, когда Лео обошел джип и сел за руль.

Но он не сразу завел машину. Он уставился в лобовое стекло, слегка сжимая пальцами руль.

Она ждала. Когда человек думает, вы должны оставить его в покое. По крайней мере, так не раз кричал ее отец, когда ее стук прерывал его размышления в ванной.

Когда Лео наконец заговорил, он начал с вопроса:

— Почему Дмитрий так решительно настроен?

— Потому что он не из тех, кому нравится слово «нет».

— Это понятно, но я имел в виду, почему ты? У парня явно есть деньги, он неплохо выглядит, и у него есть власть. Он мог заполучить любую женщину, какую только пожелает. Почему он так одержим тобой?

Возможно, другая женщина обиделась бы, если бы ее мужчина спросил, что делает ее такой потрясающей. Учитывая реакцию Лео, он, очевидно, понимал ее очарование, но в данном случае Дмитрий менее одержим ее потрясающей красотой и больше влюблен в ее…

— Бедра.

— Что?

— Дмитрий хочет меня из-за моих бедер. Из-за того, что они широкие. Легко будет рожать.

Лео моргнул, глядя на нее.

Мине пришлось объяснить:

— Он большой мужчина, так что вполне логично, что он у него будут крупные дети. Но он переживает, что не каждая женщина сможет их выносить. А он хочет больших детей. Дмитрий считает, что если он как тигр не маленького размера спарится с крупной львицей, то почти гарантированно создаст гигантского тигона. Ну ты знаешь, гибрид нашего вида, очень похожий на тебя, но наоборот.

— Он хочет, чтобы ты стала машиной для рождения потомства?

Она сморщила нос.

— Более или менее, именно поэтому я отказалась выйти за него замуж, сколько бы денег он ни обещал.

— Он пытался тебя подкупить?

— Взятки. Угрозы. Соблазнение.

О, она явно расслышала рычание ее мужчины.

Мина положила руку ему на бедро, глядя прямо в лицо.

— Ты такой сексуальный, когда ревнуешь, Пупсик.

— Я вовсе не ревную.

— Неужели? А я думала, что именно из-за этого ты начал драку. Хотя удивлена, что ты дождался, пока он схватит меня за задницу, чтобы сделать это.

— Он лапал твою задницу!

Она подавила его шок поцелуем. Ах да, тот же обжигающий огонь, который она помнила с тех пор, как они обнимались в последний раз.

Их губы сплелись, пробуя, покусывая, возбуждая. Она прижалась к нему так сильно, как только могла, ее проклятый ремень безопасности не давал ей забраться к нему на колени.

Подождите, какой ремень безопасности? Со щелчком она отстегнула его, освобождаясь, и прежде чем смогла воспользоваться свободой, Лео перетащил ее через консоль.

Учитывая их размер, не самая удобная поза. Руль врезался ей в спину, ноги свисали с центральной консоли, но кого это волновало? Она сидела на коленях у Лео, целовала его, прикасалась к нему.

И он прикасался к ней.

Руками блуждал по ее телу, клеймя сквозь шелковистую ткань платья. Большой ладонью скользнул вверх по бедру, проникая под короткий подол.

Кончиками пальцев коснулся ткани трусиков между ее бедер. Она глубоко вздохнула. Предвкушение покалывало все ее нервные окончания.

Он потер двумя толстыми пальцами влажную ткань белья. Чувствовал ли он ее дрожь возбуждения? Судя по его довольному урчанию, так оно и было.

Лео снова погладил, и она мяукнула ему в рот, этот звук он поймал…

Тук. Тук. Тук.

— Эй, Лео, ты не мог бы подвезти нас, когда закончишь терзать нашу Мину?

— Уходите! — завопила Мина. — Я очень занята.

— Сколько нам подождать? Две минуты? Пять? Я немного проголодалась и не в настроении ждать слишком долго.

Хорошо, что Лео силен, иначе прайд потерял бы трех львиц, когда Мина выскочила за дверь, готовая их убить.

Потом они снова чуть не умерли, когда она поняла, что Лео не поднимется в ее комнату, как только они доберутся до кондоминиума, чтобы закончить то, что начали.

Измученная, расстроенная и обиженная, она поступила так, как поступила бы в подобной ситуации любая уважающая себя женщина. Она напилась со своими новыми лучшими подругами, съев не одно ведро мороженого.

Потом она потеряла сознание. Где-то. Одна.

Глава 13

Его вызвали в пентхаус, чтобы устроить ему взбучку. В первые для Лео, создателя правил. Обычно он был тем, кто читал эти лекции, или парнем, который нес спокойный голос разума, когда Арик набрасывался на обидчика.

Вот только на этот раз взбучку устроили именно Лео.

Взволнованный Арик расхаживал перед ним, высокий мужчина с безупречной стрижкой, любезно сделанной его женой-парикмахершей.

— О чем, черт возьми, ты думал, затевая драку на публике?

Думал он не очень много, по крайней мере, не своей человеческой головой. Однако первобытный инстинкт — это совсем другое дело.

— Прости. — Он сделал то, что всегда советовал другим. Он извинился.

— Прости? — Хейдер, который присоединился к ним на этой импровизированной встрече, рассмеялся. И продолжал хохотать, когда плюхнулся на диван рядом с Лео, который прижимал пакет со льдом к своей ноющей челюсти. Черт бы побрал этого тигра, способного нанести удар. Не часто Лео встречал кого-то, кто мог бы с ним справиться. Синяк тому доказательство. Что касается пакета со льдом, в то время как травма исчезнет через день или два, холодный пакет поможет с опухолью.

Забавно, как он не заметил своих травм, когда целовался с Миной в внедорожнике, сеанс поцелуев жестоко прервали. Хуже того, он почти позволил Мине наказать тех, кто осмелился их остановить.

Еще он собирался прореветь своим лучшим голосом омеги, чтобы эти львицы «убирались к чертовой матери!» Но он этого не сделал, и только потому, что Мина отреагировала первой.

«Я заслужил эту лекцию от босса». Лео потерял контроль и нарушил правила, даже неписаные, вроде «Не связывайся со львицами», особенно с теми, что связаны с альфой.

— Прости? Ты извиняешься? — Арик не смог скрыть недоверчивой нотки.

Хейдер спас его. Ну вроде как.

— Чувак, за все то время, что тебя знаю, это, должно быть, первый раз, когда я вижу, как тебя вызывают за дебош. И это из-за женщины? — Хейдер чуть не скатился с дивана, так сильно он ржал.

Не просто какой-то женщины…

— Это все из-за Мины? — недоверчиво произнес Арик на несколько тонов выше своего последнего заявления. — Мина? Мина, моя кузина, ходячая катастрофа?

Лео не трусливый лев, чтобы убегать от правды.

— Да. Тигр забрал ее у меня.

И он хотел, чтобы она вернулась.

— Почему ты не позволил ему оставить ее у себя? А теперь вместо этого она устроила международный скандал.

— Она ни в чем не виновата.

— Она была там?

— Да, но это я потерял самообладание. — И он, вероятно, снова потеряет его, если этот русский кретин приблизится к Мине.

Арик резко развернулся, пронзив его взглядом.

— Да, это так. И ты доставил мне кучу проблем. В том смысле, что ты напал на русского дипломата на нашей территории, у которого есть разрешение находиться здесь.

— Он преступник.

Арик пожал плечами.

— Возможно, но это в России. Здесь он — бизнесмен, на которого напал омега моего прайда.

— Что мне нужно сделать, чтобы все исправить? -

Извиниться? Он был достаточно взрослым человеком, чтобы сделать это. Расплатиться с ним? У него припрятаны деньги на черный день.

— Мы могли бы отдать ему Мину, — вслух размышлял Арик.

Кто-то зарычал? Конечно, не он.

— Вот дерьмо. Слухи верны. Она его чертова пара. — Хейдер больше не казался таким веселым. — Нет. Скажи, что это не так. Если ты заявишь на нее права, это значит, — он с трудом сглотнул, — что она останется здесь. Практически навсегда. Не-е-ет!

Хайдер не единственный, кто так же эмоционально переживал этот момент. Арик уставился на Лео с болезненным выражением на лице.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, скажи мне, что ты на самом деле не собираешься сделать ее своей парой. Я не знаю, сможем ли мы выжить, если Мина будет здесь постоянно.

— Чувак, она ходячая катастрофа, — напомнил Хейдер.

— Магнит для неприятностей, — добавил Арик, а Хейдер кивнул.

— Ураган на двух ногах.

— Разрушительная сила, превосходящая мать-природу.

Лео поднял руку.

— Э-э, парни, может, лучше остановиться, пока я не расколол вам черепа? Вы не говорите мне ничего такого, чего бы я не знал, но… — он вздохнул. — Боюсь, и я действительно боюсь, что она может быть права. Думаю — она моя пара.

«Самое время тебе признаться в этом».

«Отвали».

И да, ему все равно, даже если его лигр дулся у него в голове. Признание того, что он может застрять с прилипчивой Миной, не означало, что он сдастся без боя.

Для него настал момент изменить свою жизнь. Пора вывести Мину из равновесия. С этого момента он вернет себе контроль, установит новые правила, а потом будет развлекаться, заставляя Мину следовать им. И если она не будет придерживаться линии, которую он выбрал, ее ждет наказание. Чувственное, эротически заряженное наказание только для нее.

Ррр.

Глава 14

В аду зазвенели колокола — какофония звуков, заставившая армию демонов в ее голове сильнее размахивать молотами.

О, пусть это прекратится.

Но пронзительный визг продолжался. И продолжался.

Звон прекратился.

Сладкое блаженство. Она еще глубже зарылась лицом в подушку. Еще несколько минут сна. Драгоценного сна… хррр.

Храп оборвался, когда она вздрогнула, проснувшись от настойчивого звонка, который возобновился. Забавно, что он зазвучал громче. Ближе. Раздражающе близко к ее лицу. Она ударила по злому электронному устройству, которое посмело разрушить ее план отоспаться после пьянки.

Замахнулась и снова мимо. Дурацкие полусонные рефлексы. Она снова ударила по нему. Промахнулась опять, как странно, почти так же, как если бы телефон сдвинулся с места, что, учитывая головокружение, которое она вспомнила после обильной выпивки прошлой ночью, вполне возможно. Она чувствовала, что пол, казалось, полон решимости сдвинуться под ней.

Гудки.

Они прекратились. Спасибо за голосовую почту.

Теперь она могла вернуться ко…

Дзинь. Дзинь.

Арр!

Кто трезвонил? Может быть, это важно. Возможно, но сейчас ей все равно. Все, чего она хотела, это чтобы проклятая штука прекратила свой раздражающий звук. Она действительно хотела раздавить его, но ее тяжелые веки не открывались, что означало, что телефон будет жить. Пока.

Как будто раздраженный тем, что она проигнорировала его, звук приблизился. Дзинь. Дзинь. Громче.

— Отстань, — пробормотала она. — Я сплю.

Его раздражающий перезвон снова затих, наконец, снова перейдя на голосовую почту.

Затем он опять запищал, давая ей понять, что она получила сообщение. Учитывая, что она узнала пронзительный звонок, Мина точно знала, кто сидит на повторном наборе.

«Извини, мама, но я сейчас не в настроении».

Отправившись спать поздно, очень поздно, после того как она выпивала и ела с девочками, хихикая над внезапным появлением Лео в клубе и сокрушаясь о том, как он бросил ее, она не чувствовала себя в настроении встречать новый день. И даже близко не хотела иметь дело с матерью.

Дзинь. Дзинь. Ну вот, опять началось. Раздражающе и громко.

Чего она никак не могла понять, так это почему ее сотовый телефон звучит так чертовски близко. Она уверена, что оставила его на столике у входа, когда вошла вчера вечером, едва управившись в лифте со всеми его проклятыми кнопками.

Пол или стол, в любом случае, телефон не должен звонить прямо над ее лицом в спальне. Эй, она все же легла спать. Бонус!

— Просыпайся, Липучка. Ты не собираешься отвечать? Это твоя мать, и она звонит уже в четвертый раз. Хочешь, я скажу ей, что ты нездорова?

Подождите секунду. Ее затуманенному разуму не потребовалось много времени, чтобы понять, что Лео здесь. В ее комнате. Сообщает о разговоре с ее матерью в… — она покосилась на часы — в семь утра.

Черт.

Она резко распахнула глаза, но прежде чем успела махнуть рукой в его сторону и потребовать трубку, он ответил.

— Телефон Мины. Могу я вам помочь?

Она застонала, ее суперслух не дал ей пропустить очень вежливый голос матери:

— Извините, но кто вы и почему отвечаете по телефону моей дочери?

Если бы разговаривала Мина, она бы сказала что-то вроде:

«Я серийный убийца, и извините, но ваша дочь сейчас полностью связана. Муахахаха». Конечно, в прошлый раз, когда она это сделала, спецназовцы не были впечатлены, и ей больше не разрешалось общаться с Мэри Сью.

Остается верить, что ее Пусик будет придерживаться правды.

— Меня зовут Лео.

— Привет, Лео. Как ваши дела? — Ее мать никогда не забывала про хорошие манеры.

— У меня просто муррр-фектно. А у вас?

— Хм. Э. Не могли бы вы передать трубку Мине, пожалуйста?

— Я бы так и сделал, но она вроде как… нездорова. — Он что ухмыльнулся ей, когда говорил это?

Она нахмурилась.

Он усмехнулся. Сексуально и озорно, но это все равно не подготовило ее к тому, что он сказал:

— Вы не против, если она перезвонит, как только мы найдем ее одежду? Думаю, я смогу помочь ей быстро одеться. Или нет. — Как низко и хрипло он это произнес, его глаза сверлили ее, в них горело грешное обещание.

Конечно, с этим порочным обещанием придется подождать, учитывая то, что он только что сказал ее матери!

— Ты что, с ума сошел? — прошептала она одними губами.

— Если я сошел с ума, то это полностью твоя вина, — ответил он вслух.

Ой-ой.

— Питер! Ты мне нужен сейчас же! — Ее мать забыла о хороших манерах и позвала отца Мины.

Плохо. Очень плохо. Бедный Лео. А он ей так нравился. Даже если это будет всего лишь словесный взбучка, она все равно натянула одеяло на голову, чтобы не видеть кровавую бойню, когда ее отец выйдет на связь. К сожалению, она все еще могла слышать.

— Кто это, черт возьми, и что ты делаешь с моей дочерью? — Папа не утруждал себя любезностями.

— Здравствуйте, сэр, я Лео, омега прайда, укрывающего вашу дочь, пока ее проблемы не исчезнут. Что касается того, что делаю с вашей дочерью, я стараюсь уберечь ее от неприятностей, но пока не очень преуспеваю. Похоже, у нее талант вызывать катастрофы.

Раздался знакомый смех.

— Это моя малышка.

По крайней мере, отец не воспринимал хаос, который следовал за ней, как проблему. Мать причитала, что Мина никогда не выйдет замуж, если не начнет вести себя как подобает настоящей леди.

— Что касается моего присутствия у вашей дочери, то я просто присматриваю за ней. Мы столкнулись с тем, что старый кавалер снова преследует ее здесь.

— Этот русский придурок объявился?

— Так и есть. И события обострились настолько, что боюсь, остается только одно. Решение радикальное, но неизбежно. — Стук двери отрезал остальную часть разговора.

Какого черта? Она высунула голову наружу и увидела, что ее спальня пуста. Пока Мина пряталась под одеялом, Лео ушел.

Все еще разговаривая с отцом.

Это не предвещало ничего хорошего. С ее бывшими бойфрендами этого никогда не случалось. Фредерик по-прежнему переходил улицу, если им приходилось идти по одному тротуару.

Выбравшись из-под одеяла, она бросилась к двери спальни и рывком распахнула ее. Войдя в гостиную, она огляделась в поисках Лео, но не увидела его.

Куда же он делся?

Открытое пространство не оставляла много мест, чтобы спрятаться. В двери не было глазка, поэтому она распахнула ее и высунула голову в коридор.

И здесь его нет.

Он также отсутствовал в душе.

Она нахмурилась, вертясь на месте. Неужели она вообразила его в квартире? И весь этот телефонный звонок тоже придумала? Возможно, она все еще спала.

Внезапный порыв ветра заставил ее обернуться и увидеть своего большого мужчину, входящего с балкона, задернутые шторы скрывали его присутствие.

Он больше не прижимал трубку к уху. Очевидно, он закончил говорить, потому что бросил сотовый телефон на диван.

Папа, должно быть, не слишком сильно укорял его, потому что Лео совсем не дрожал от страха и не крестился в ее сторону. И все же она задумалась.

— Что ты сказал моему отцу?

— Доброе утро, Липучка. Ничего не забыла?

Она почти спросила его, что именно, пока не увидела, как его взгляд тлеет и ласкает ее почти обнаженное тело.

Ой. Неужели она выскочила из постели в одних трусиках? Нагота не была чем-то, что Мина обычно замечала или заботилась о ней. С другой стороны, мама всегда кричала, чтобы она одевалась.

У ее мамы с Лео было много общего.

— Тебе надо одеться.

— Зачем? Я чувствую себя вполне комфортно. — Так удобно, что она расправила плечи и постаралась слегка покачать грудью. Он это заметил и не сводил глаз.

Ой. Неужели здесь становится жарко?

Забавно, но жар в ее теле не помешал соскам затвердеть, словно от холодного ветра. Но в данном случае скорее от страстного разглядывания.

Неужели Лео вообразил, что вобрал в рот чувствительную вершинку, как и она сама?

— Хотя уверен, что тебе удобно, но если мы собираемся выйти, то, чтобы избежать возможного ареста за непристойное поведение, вероятно, ты захочешь прикрыть свои прелести.

— Мы идем гулять? Вместе?

Он кивнул.

— Куда?

— Это сюрприз.

Она захлопала в ладоши и взвизгнула: «Ура!» — но тут же нахмурилась. Лео вел себя ужасно странно.

— Погоди-ка, это ведь не тот случай, когда ты завязываешь мне глаза и говоришь, что у тебя большой сюрприз, а потом бросаешь меня на двенадцатичасовой поезд до Канзаса? Или в самолет до Ньюфаундленда в Канаде?

Он слегка улыбнулся.

— Нет. Обещаю, что у нас есть цель, и я иду с тобой.

— А я вернусь сюда сегодня вечером?

— Возможно. Если только не решишь спать в другом месте.

Эти загадочные слова были не последними.

— Будь внизу, я жду тебя через двадцать минут, Липучка. Очень хочу, чтобы ты пришла. — Он что промурлыкал последние слова? Возможно ли это вообще?

Мог ли он дразнить ее еще сильнее? Пожалуйста.

— Как мне одеваться? Причудливо, непринужденно и распутно или чопорно и правильно? — Она посмотрела на него в шортах цвета хаки и рубашке с короткими рукавами. Небрежно, с намеком на элегантность. Он выглядел джентльменом, готовым провести день в гольф-клубе.

И она хотела быть его развратной кэдди, которая испортила его замах и потащила в лес, чтобы показать ему свою версию первого удара.

— Твоя одежда не имеет значение. Ты не будешь носить ее долго.

Хорошо, что она оказалась рядом со стеной. Ее колени ослабли до такой степени, что она едва не упала на пол. Прислонившись к стене, она подумала, что он нарочно дразнит. Ее серьезный Пупсик вообще понимает, как можно воспринимать его слова?

Он встал прямо перед ней. Достаточно близко, чтобы она могла протянуть руку и обнять его.

Но она не успела, только потому что он первым притянул ее к себе. Его сущность окружала ее. Руками Лео скользнул к нижней части спины, клеймя ее. Мина наклонилась к нему, полностью полагаясь на то, что он удержит ее на дрожащих ногах.

— А как насчет завтрака? — спросила она.

— У меня в джипе есть пирожные и кофе. Много вкусных угощений с глазурью, которую можно облизать.

Глядя на его рот, она знала только одно лакомство, которое хотела облизать.

Увы, у нее не было шанса. Шлепнув ее по заднице, он направился к двери квартиры.

«Лео. Шлепнул. Мою. Задницу».

Она изумленно смотрела на его удаляющуюся широкую спину.

— Не заставляй меня ждать. Мне бы не хотелось начинать без тебя. — Подмигнув — да, черт возьми, подмигнув, — Лео закрыл за собой дверь.

Он уже ждет ее. Какого черта она тут стоит?

Она бросилась в душ. Только оказавшись в застекленной кабинке, поняла, что забыла спросить, о чем он говорил с ее отцом. Хитрый лигр, он отвлек ее внимание. И все же, учитывая, что Лео встретил ее с улыбкой, очевидно, либо папины угрозы не беспокоили его — что было храбро, но глупо, папа никогда не угрожал просто так — либо он понравился папе?

Нет. Этого никогда не случится. Как всегда, говорил папа, ни один мужчина не был достаточно хорош для его маленькой девочки.

Хорошо, что у Мины была привычка не слушать родителей.

За рекордно короткое время она приняла душ, уложила влажные волосы на макушке и сбежала вниз по лестнице, слишком нетерпеливая, чтобы ждать лифта. Неприличная поспешность, но, учитывая, что Лео мог в любой момент передумать, она решила, что лучше не заставлять его ждать.

Проскользнув в вестибюль, она притворилась, что не спешила. Лео стоял рядом с несколькими дамами из прайда, прижав трубку к уху. Он говорил тихо, слишком тихо, чтобы она могла расслышать его слова, хотя вряд ли она услышала бы их из-за бешено колотящегося сердца.

Как безумно, она нервничала из-за того, что он планировал. Но возбуждение также гудело внутри нее.

Ей не требовалось говорить, что она пришла, он и так понял. Повернувшись к ней, Лео одарил ее ослепительной улыбкой.

Вот черт. Его улыбка еще более смертоносна, чем кулаки. Она втянула воздух, пораженная жаром, охватившим ее руки и ноги. Неудивительно, что он так редко показывал свои белые жемчужные зубы. Этот мужчина мог бы устроить кровавый бунт, если бы использовал эту порочную улыбку не в том месте.

«Не трогать. Мой».

У ее львицы имелся очень четкий план на случай, если кто-нибудь слишком фамильярно отреагирует на его крутость. Мысленная заметка для себя: стоит покупать темную одежду. Она лучше скрывает пятна крови.

Оставив львиц с приказом «сделайте это», он направился к Мине. Она могла бы практически растаять от прямого взгляда, которым он окинул ее.

Лео остановился в нескольких шагах от нее.

— Готова, Липучка? — Он протянул ей руку, и она бросилась к нему.

— Мне понравится то, что ты задумал? — спросила она.

— Очень, — пообещал он.

Больше ничего не добавив, он повел ее к ожидавшей машине. Но кому какое дело до места назначения? Он взял ее за руку.

«Он держит меня за руку». Это вызвало у нее такое головокружительное, теплое чувство внутри.

Прежде чем кто-то захихикал, следует заметить, что Мина, будучи девочкой более крупного роста и к тому же крепкой физически, большую часть своей жизни вела себя как один из парней.

В детстве ей было все равно. Ей нравилось дурачиться с лучшими из них. Затем она достигла подросткового возраста. Она выросла на несколько дюймов и стала возвышаться над парнями, которых знала. У нее появилась грудь, очень большая. Все изменилось.

Мальчики больше не относились к ней как к одному из парней, хотя, заметьте, они все еще пытались уговорить ее заняться борьбой, которая, как она быстро поняла, являлась для них способом дешевых острых ощущений и лапанья.

Да, они заметили, что она стала женщиной. Да, они лезли под юбку и целовали ее. Чего они не делали, так это не обращались с ней так, как будто она хрупкая девушка. Привыкшие к диким повадкам Мины-сорванца, они не придерживали двери, не дарили ей цветы, не делали маленьких интимных вещей, таких как держать ее за руку. В их защиту можно сказать, что она была выше многих своих бойфрендов, так что иногда держать ее за руку оказывалось неловко.

Но ей хотелось, чтобы они попытались. Крошечная частичка Мины хотела, чтобы с ней обращались как с драгоценностью, даже если она похожа на слона в посудной лавке — самое часто слышимое сетование матери на ее младшую дочь.

Вот почему, когда Лео взял ее за руку, переплетя свои пальцы с ее, а большим пальцем погладил кожу, она не смогла сдержать улыбку. Лео не просто относился к ней с уважением. Он заставил ее почувствовать себя женщиной.

Он открыл дверцу внедорожника и, как и прежде, обнял ее за талию и легко поднял.

Когда он скользнул на водительское сиденье, она не смогла сдержать счастливого вздоха, когда его сущность окружила ее.

— Все в порядке, Липучка?

Даже лучше, чем в порядке. Однако, учитывая, что она не хотела спугнуть его или разрушить чары, под которыми оказался Лео, Мина просто кивнула, прикусив язык на этот раз. Мама бы так гордилась ею.

Пока они ехали, было сказано не так уж много, вероятно, потому что первую половину пути они потратили на завтрак.

Мина стонала, поедая восхитительный датский вишневый пирог с кремом. Лео издал рык. Она застонала, вонзив зубы во влажный морковный кекс с масляной глазурью. Лео заворчал. Но она не смогла издать ни звука, когда протянула ему последний кусочек пончика с заварным кремом, а он облизал сахарную пудру с ее пальцев.

От прикосновения его шершавого языка к ее коже по всему телу пробежала дрожь. А когда он пососал кончик?

Она почти накинулась на него, чтобы как следует растерзать его восхитительное тело.

Но сдержалась. Она проявила сдержанность, потому что ее любопытная кошечка действительно хотела посмотреть, что он задумал.

Хотя они почти не разговаривали, но никто не чувствовал себя неловко. Небольшое напряжение, пробегающее между ними, словно короткие разряды тока, вызывало лишь положительные эмоции. Лео включил радио, и когда зазвучала группа «Foreigner», она не удержалась и запела, и, к ее радости, Лео присоединился к ней, его глубокий баритон окутал ее чувственным бархатом.

В конце песни она рассмеялась.

— Не могу в это поверить. Ты поешь.

— Нет, не пою.

— Ты подпевал! Я слышала!

Опять он послал ей свою самую смертоносную улыбку.

— Но я буду отрицать, если меня спросят. Считай, что это моя глубокая темная тайна. Я люблю петь караоке, обычно в душе, где никто не может услышать.

— Зачем прятаться, когда у тебя отличный голос?

— Я состою в клубе «Никаких кошек». Если не хочу, чтобы мой статус крутого парня был аннулирован, то пение исключено. Как и бальные танцы, покупка женских товаров и ношение одежды пастельных тонов.

— Звучит по-шовинистки.

— Совершенно верно, что и делает это забавным.

— В чем веселье?

— В том, что это сводит наших львиц с ума.

— А я думала, что ты только и делаешь, что поддерживаешь мир.

Он пожал массивными плечами.

— Да, но это не значит, что я не люблю немного повеселиться.

Подмигнув, он снова заставил ее захихикать. Чем больше она узнавала его, тем более заинтригованной становилась.

Они выехали из города и некоторое время ехали по шоссе, пейзаж которого состоял из пригородов, фермерских полей и лесных массивов.

Узнав несколько названий на указателях, она вдруг поняла, куда они направляются.

— Ты везешь меня на ранчо львиного прайда.

— Так и есть. Я подумал, что это хороший план, вытащить тебя из города на некоторое время, дать размять ноги и подышать свежим воздухом.

Прекрасный план. Как только они припарковались, Мина выскочила из грузовика, не дожидаясь, пока Лео подойдет и протянет ей руку. Ей потребовалось всего несколько секунд, чтобы раздеться, пока ошеломленный Лео смотрел на нее.

После того, как он дразнил ее все утро, она не чувствовала себя виноватой, возвращая услугу. Теперь ее очередь подмигивать.

— Поймай меня, если сможешь, Пупсик. — С этим вызовом она изменила форму, вызвав свою львицу.

«Как раз вовремя», — фыркнула ее кошачья сущность, когда она прыгнула вперед, боль оборота была знакомой и быстро забытой в восторге ее кошачьей формы.

Она не боялась чужих глаз, которые могли бы наблюдать за ней. На ранчо допускались только те, кого одобрял прайд. Безопасная гавань для тех, кто нуждался в побеге из города и месте, где можно порезвиться на свободе.

Свобода быть самим собой на акрах лесов и полей.

На четырех лапах она прыгнула к краю густого леса и бросилась под тяжелые ветви. Залитая солнцем тропа манила, насыщенные запахи природы и мускусный запах мелкой добычи дарили радость обонянию.

Позади нее раздался рев, но не вызов, а скорее «я иду за тобой».

Ура.

Лео принял вызов. Погоня началась.

Она побежала. Быстрые лапы несли ее через лесную подстилку, перепрыгивали через перегной, усеивающий землю. Мина задевала ветви, которые висели слишком низко. Она предпочитала скорость скрытности. В конце концов, она хотела, чтобы Лео ее догнал. Желала, чтобы он поймал ее, набросился и повалил на землю, потому что она действительно хотела знать, что произойдет после этого.

Что-то изменилось со вчерашнего вечера, но она не могла определить, что именно. Неужели он смирился с тем, что им суждено быть вместе? Или это просто еще одна грань его личности, которую он показывает всем? Радушный хозяин развлекает гостя.

Нет. Лео не стал бы так себя вести, и это означало, что его появление в ее квартире, совместная поездка на ранчо — все это он делал, потому что хотел. И все ради нее.

«Я особенная».

Особенная, но не в том смысле, что ей нужен шлем, независимо от того, сколько раз ее брат настаивал на этом.

Когда она бежала через лес, единственными звуками были щебетание птиц, сопение ее дыхания и мягкий хруст, когда она натыкалась на обломки. Никакого рева, никаких явных признаков преследования, и именно поэтому, когда кошачье тело спрыгнуло с дерева перед ней, она почти приземлилась на нос, резко затормозив лапами.

«Боже мой, он такой огромный».

«Великолепно», — добавила львица.

Он действительно такой. Будучи смесью льва и тигра, Лео обладал атрибутами обоих. Его тело покрывали полосы, но гораздо более тусклые и золотистые. Полосатый хвост заканчивался темным пучком, а грива соперничала с гривой любого короля, но была темного оттенка, который подчеркивал его величественное лицо и огромные зубы. Скалящиеся зубы.

Его причудливая версия кошачьей улыбки?

Преодолев первоначальное потрясение, она изобразила безразличие, восстанавливая равновесие и выпрямляясь. Дернув хвостом и вскинув голову, она проскакала мимо него.

Он шлепнул ее по заднице.

Ох, он не мог.

Да, он сделал это.

После такого приглашения поиграть она развернулась и набросилась на него. Но он, должно быть, ожидал этого, потому что бросился вниз и позволил ей прижать себя.

Она зарычала.

Он фыркнул.

Она боднула его головой.

Он потерся носом о ее нос.

Она укусила его, а затем отпрыгнула, предлагая ему новую погоню.

Вырвавшись из леса, она увидела небольшое озеро — или это пруд? Не важно. Она вспомнила, как плавала в нем ребенком. Недолго думая, она прыгнула и с плеском вошла в воду.

Меняя форму, она задержала дыхание, опыт плавания в бассейне дома гарантировал, что она не утонет посередине оборота.

Уже приняв человеческий облик, она вынырнула на поверхность, и набрала полную грудь воздуха, прежде чем внимательно оглядеть берег.

Пустой берег.

Нахмурившись, она огляделась в замешательстве, ища признаки Лео. Но, похоже, она его потеряла. Странно. Где…

Чья-то рука схватила ее за лодыжку и потянула вниз. С визгом она ушла под воду, плотно сжав губы, чтобы не захлебнуться. Рука, державшая ее, ослабла, но только для того чтобы занять новое положение на талии.

Несмотря на мутную воду, она увидела Лео, его волосы развевались от создаваемого ими течения, губы кривились в усмешке.

Обхватив ее рукой за талию, он оттолкнулся ногами, поднимая их на поверхность. Когда они вынырнули из воды, она сделала вдох, а затем рассмеялась.

— Пупсик, не могу поверить, что ты превратила меня в болотное чудище.

— Не могу поверить, что ты кричала, как девчонка, — поддразнил он.

— Может быть, я более хрупкая, чем кажусь, — нахмурилась она.

В прошлом подобные заявления встречались хихиканьем или откровенным смехом.

Однако, Лео смотрел на нее пылающим взглядом и был совершенно серьезен, когда сказал:

— Я думаю, ты выглядишь прелестно. А вчера вечером ты выглядела очень изящной в том платье.

Проклятая челюсть в этот момент отвисла, по крайней мере, это оправдание она использовала для своего затянувшегося зевка.

— Изящной? Ты ведь знаешь определение этого слова?

— Разве это не что-то маленькое и красивое?

— Да.

— Тогда я употребил правильный термин.

В награду за свои слова Лео получил страстный поцелуй. Поцелуй, который продолжался и продолжался, пока Лео каким-то образом удерживал их на плаву. Хорошо, что один из них обратила на это внимание, потому что с ее ногами и руками, обвившимися вокруг него, как у осьминога, они, вероятно, утонули бы, если бы рассчитывали, что она будет держать их головы над водой.

К счастью, они не утонули, и Лео оказался умнее, так как во время их разговора он вывел их на более мелкую воду или, по крайней мере, достаточно мелкую, чтобы он мог встать на обе ноги и по-настоящему насладиться поцелуем.

Поцелуй не единственная приятная вещь. Несмотря на прохладную температуру воды, их кожа соприкоснулась и терлась. И терлась. О, как она любила совместное чувственное скольжение их плоти. Температура воды могла показаться холодной, но они не чувствовали холода. Внутренняя лихорадка, рожденная возбуждением, согревала их.

Несмотря на то, что ее ноги крепко сжимали его, ее плоть прижималась только к его животу. Мина не была застенчивой или невинной девушкой. Похоть заставила ее дрожать, особенно с тех пор, как Мина почувствовала доказательство желания Лео, появившееся прямо под ее ягодицей.

Мина извивалась, пытаясь приспособиться, но он держал ее слишком крепко.

— Пока нет, Липучка.

— Но я такая голодная. — Она надула губы.

Он целовал ее, пока пробирался через воду, уровень которой падал по мере того, как она становилась все мельче.

Воздух и солнечный свет ласкали обнаженную кожу Мины, но на самом деле она хотела, чтобы Лео ласкал ее. И он это сделал, в некотором роде.

Большими руками он обхватили ее ягодицы, удерживая в воздухе, ее тело обвилось вокруг него, как вторая кожа.

Их губы кусали и пощипывали, когда они обнимались, горячее дыхание было единственным различимым звуком.

Ее страсть горела так жарко, что Мина снова попыталась отодвинуться, приглашая его. Лео все еще не позволял ей двигаться, но отпустил ее рот достаточно надолго, чтобы прошептать:

— Ты готова, Липучка, к моему большому сюрпризу?

— Всегда готова.

— Я ждал весь день, чтобы устроить его для тебя, — прошептал он ей в мочку уха.

— Тогда покажи его мне. Покажи сейчас же. — Она бы лопнула, если бы он не позаботился о ней.

Он усмехнулся, заставив ее кожу покрыться мурашками.

— Я знаю, что ты голодна.

— Очень, очень голодна, — согласилась она.

— И я тоже голоден.

— Тогда чего же ты ждешь? Я готова. — Более чем готова. Умираю, в ожидании когда он прекратит эту тоску. Жажду его прикосновений. Блаженства.

— Потрясающе. Мне не терпится показать тебе, что я приготовил на обед.

Обед?

Обед!

Глава 15

Замешательство Мины заставило бы Лео рассмеяться, если бы он не мучился так же, как она.

Близко. Они были так близко к тому, чтобы сдаться. Это не заняло бы много времени, только одно движение и толчок. Она выглядела более чем готовой. Но…

Он дал обещание ее родителям не предъявлять на нее никаких физических прав, пока они не станут парой. И нет, не угроза ее отца «я вырву твои кишки, свяжу тебя ими, а затем сдеру шкуру, чтобы сделать пальто для моей жены» заставила его держать свое слово. Лео также мысленно пообещал себе, что будет относиться к Мине с уважением, которое, как чувствовал, ей не часто доставалось. Под дикими и дурными манерами Мины скрывалась женщина, которая жаждала такой же вежливости и флирта, как и другие.

Он даст ей это.

«Давать — это хорошо. Дай ей все, что она захочет», — в представлении его лигра отдача носила более плотский характер, и его было трудно игнорировать, особенно с Миной, все еще прижатой к нему. Так много вкусной плоти.

«Хочу попробовать».

«Нельзя». Даже если это тяжело — очень тяжело — он человек слова.

Положив Мину на одеяло, заранее расстеленное под деревом, поверх мягкой подстилки из мшистой травы и подлеска, он проигнорировал ее разочарованный стон.

Это не сильно помогло, и он тоже завопил по-кошачьи, но про себя.

В мгновение повернувшись к ней спиной, Лео принялся искать полотенца, которые тоже попросил припрятать, когда звонил на ранчо накануне вечером.

Он их нашел — полотенца для рук. У кого-то скверное представление о шутках.

Не так уж смешно, учитывая, что ему нечем прикрыть Мину. Ничего, что могло бы скрыть ее изгибы.

Не смотри. Не смотри.

Как будто он обладал такой силой воли, когда дело касалось ее. Он обернулся.

Хочу посмотреть.

И наткнулся на ее пристальный взгляд. Такой редкий на ее обычно счастливом лице.

— Ты не просто так прервал самый потрясающий сеанс поцелуев за обедом.

Потрясающий? Ладно, тогда он может расправить грудь посильнее.

— Не просто какой-то обед. Великолепный обед. Вчера вечером я велел на кухне приготовить нам жареного цыпленка. И все знают, что жареная курица на следующий день вкуснее.

— Насчет цыпленка ты прав. Однако у меня есть пульсирующие девичьи части тела, которые просто кричат хоть о каком-то действии.

Ее откровенная честность, поначалу раздражавшая его, теперь вполне обрадовала. Мина не скрывала правды. Она сказала то, что чувствовала, а чувствовала она страстное влечение к нему. Лео мысленно вскинул кулак вверх. И нет, он не станет набрасываться и лизать ее за комплимент.

Он попытался взять себя в руки.

— Какое нетерпение, Липучка. Ты понимаешь, что самая волнующая часть всего — это подготовка к главному событию?

— Черт возьми, Пупсик, ты уже достаточно меня подготовил. Любая девушка уже была бы готова.

— Возможно, тебя утешет мысль, что мои мужские части тела тоже пульсируют, — очень болезненно и заметно, — и все же, хотя я мог бы позволить себе быстро насладиться твоим… — он сглотнул… — прекрасным телом… — на мгновение задумался. Все от того, что она откинулась на локти и пристально посмотрела на него, не забыв расправить плечи и выставить свою грудь напоказ. Лео всхлипнул. Ему нужно сосредоточиться. Может быть, если он объяснит, она поймет, почему, черт возьми, он не прыгает на нее — сейчас. — Ты, конечно, заметила, в чем прелесть медлительности. В наслаждении нашим зарождающимся влечением…

— Зарождающимся? — она фыркнула. — По мне так больше подходит «сжигающем до тла». Или, по крайней мере, таким оно бы стало, если бы кто-то дал мне еще несколько минут.

— Считай это длительной прелюдией.

— К черту прелюдию. Я хочу секса.

Значит, их таких двое. И вообще, какого черта он дал такое обещание?

— Кстати об оргазме, посмотри, что еще я принес вместе с цыпленком. — Опустившись на расстеленное одеяло, он откинул крышку корзины — любезность людей, которые содержали ранчо. Посмеявшись, потом спросив, не шутка ли это, потом снова рассмеявшись, они быстро согласились с его планом пикника, когда он пригрозил показать им, как делают человеческие крендельки.

Вопреки своему желанию, Мина наклонилась вперед, ее грудь соблазнительно покачивалась. Будь он проклят за то, что у него есть мораль и он дает обещания.

— Оргазмы от шоколада? — уточнила она.

Взрослый мужчина не должен содрогаться, услышав, как женщина произносит слово «оргазм». Да, но он не смог остановить дрожь, сотрясавшую его, особенно потому что мускус ее возбуждения, больше не погруженный в воду, наполнял воздух.

— Хорошие девочки могут получить все оргазмы, какие захотят, — эти слова он прорычал.

— Хорошая девочка? — она издала чрезвычайно коварный смешок. — О, Пупсик, я больше нравлюсь тебе, когда веду себя плохо.

С этими словами она откинулась назад и сменила позу. Не для того, чтобы скрыть свои достоинства или облегчить ему жизнь. Конечно, нет. Она точно знала, что делает, судя по ее озорной улыбке, когда сидела, скрестив ноги на одеяле, все еще совершенно голая.

Почему он сопротивляется? Он должен пойти туда и взять ее, как она того требовала. Разве ее желания не важнее любых глупых обещаний?

Перестань концентрироваться на ее обнаженных частях тела. Сосредоточься на чем-нибудь другом. Например, на обеде. Да. Если они поедят, то он не сможет испытывать вожделения, верно?

Он протянул ей льняную салфетку, и она положила ее себе на колени, скрыв одну часть тела, но оставив обнаженной свою великолепную грудь. Зная, что скрывается под крошечным лоскутком ткани, ему захотелось нырнуть за кремом.

Плохой котик.

Он сорвал крышку с контейнера с курицей и протянул мясо. Мина схватила кусок и вгрызлась в него.

Лео гордился своим железным самообладанием. Но лучше бы кто-нибудь предупредил его, что женщина может превратить его в лужицу, простонав: «Черт возьми, какая вкусная курица».

Решимость уважать ее обернулась для него пыткой. Каждый кусочек. Каждый стон. Каждый взгляд на розовый язычок, когда она облизывала губы.

Он со стоном повалился на спину.

Мина тут же оседлала его, что сделало его положение более затруднительным. По всем его планам, он должен был взять с собой одежду. Или, может быть, доспехи. Что заставило его думать, что он сможет выдержать утро и день наедине с ней? Почему он обещал не торопить события?

— Пупсик, — она пропела его имя, покусывая его подбородок. — Ох, Пупсик. Ты не сможешь спрятаться от меня. Почему ты так упорно борешься с этим? — Чтобы доказать свою точку зрения, она потерлась скользкой щелью о его возбужденный член.

— Липучка, нет, мы не можем, я обещал.

— Кому ты обещал? Моему отцу? О, пожалуйста. Он не имеет права решать, с кем мне заниматься сексом.

— Я обещал еще и себе обращаться с тобой как с леди.

— Да, но даже леди любят немного страсти. Немного… — она укусила его шею, а затем плоский сосок. Он сделал глубокий вдох. — Веселья.

— Я дал слово, — и как бы ни манило его удовольствие, он не нарушит его.

— И что же именно ты сказал?

— Что я не стану заниматься с тобой сексом, если мы не будем должным образом связаны.

— Так заяви права на меня, а затем возьми.

— Липучка! — он посмотрел на нее потрясено.

— Что? — она отказалась от невинного взгляда, но с другой стороны, кто бы этого не сделал, учитывая, что она скользнула еще дальше вниз по его телу и теперь стояла на коленях между его ног, одной рукой сжимая член.

— Ты не должна… ты не можешь… Ох черт, — а что еще можно сказать, когда женщина, которую ты хотел больше всего, обхватила губами головку твоего члена и начала сосать?

О, как она сосала и теребила его возбужденный член. Губами скользила по всей длине его стального шеста, лаская его, окутывая жидким теплом. Лео не мог не вцепиться пальцами в одеяло, стараясь не шевелить бедрами, чтобы не вонзиться в сладкую пещерку ее рта.

Но Мину не интересовал его впечатляющий контроль. Как и в любой другой момент с тех пор, как они встретились, она, казалось, полна решимости сломить его сопротивление. Чтобы привести туда, куда никто другой не приводил его, как эмоционально, так и физически.

Она глубоко заглотила член.

Глубоко. В горло. Его член.

Никто никогда не делал этого раньше, учитывая его довольно внушительный размер. Мина однако смогла, и сделала она это со смаком и самым великолепным выражением на лице. С трепетающими ресницам на фоне щек, с закрытыми глазами, она наслаждалась процессом. Ее губы были широко раскрыты вокруг члена, их совершенный розовый цвет резко контрастировал с ним. Щеки ввалились, когда она начала сосать. И ох уж эти звуки, которые она издавала. Сладкие звуки удовольствия. Тихое рычание удовольствия.

Сможет ли он сдержать рев, когда она доведет его до грани экстаза, а потом столкнет вниз?

Да. Забудьте о мужчине с железным контролем. Он выстрелил своим сливочным грузом в ее гостеприимный рот, и она приняла его. Она проглотила каждую унцию и не прекращала сосать, пока он хриплым голосом не взмолился:

— Черт возьми, Липучка, ты меня убьешь.

Дело в том, что он еще не мог умереть. Ни за что. Он должен отплатить ей тем же.

А как насчет обещания не предъявлять на нее права?

Он сдержит свое обещание. Его член не утонет в бархатистом жаре ее лона, но, черт возьми, его язык это сделает!

— На спину, — прозвучало как приказ? Чертовски прямолинейно получилось. Но сейчас он как никогда желал, чтобы она его послушалась.

— О боже, я тоже получу оргазм.

Как радостно она говорила. Ее освежающее отношение и отсутствие застенчивости совершенно очаровательны. Она не скрывала своей чувственности или желания. Мина послушно раздвинула бедра, чтобы он мог встать между ними на колени.

Абсолютное совершенство. От ее взъерошенных волос, обрамляющих лицо влажными прядями, до вздымающихся грудей, увенчанных налитыми ягодами сосков, до впадины на талии и широкой линии бедер. Она была его идеальной женщиной.

Она — моя женщина.

Моя.

И даже если он не заклеймит ее своим членом и не пометит зубами, черт возьми, она почувствует удар его языка.

Но только после того, как он попробует грудь, о которой мечтал.

Лео наклонил голову, чтобы потянуть за возбужденный сосок. Мина выгнула спину и застонала.

— Да. Ах да. Пососи их.

Он знал, что она не будет молчать, и ему это нравилось. Нравилось, что она не боится говорить ему о том, что ей хочется.

Лео покружил языком вокруг ее соска, смачивая кожу, чувствуя гребни сморщенного пика. Засосал кончик в рот. Укусил его. И еще раз.

Ей это нравилось, по крайней мере, он так подумал, потому что она дергала его за волосы и практически душила, когда так крепко прижимала его лицо к своей груди.

Хорошо, что он сильнее. Благодаря этому у него будет некоторый контроль. Он переключился на другой сосок, уделив ему такое же внимание, пока она задыхалась и мяукала, поощряя и требуя «Еще. Не останавливайся. О боже. Да».

Но как бы восхитительна ни была ее грудь, истинное наслаждение находилось гораздо ниже. Позволив своим губам покинуть великолепие ее груди, Лео прошелся горячими поцелуями по выпуклости ее живота и еще дальше вниз к очень короткой соломенной прядке, покрывающей ее холмик.

Он не мог не уткнуться в него носом. У Мины вырвался горячий вздох.

— О да. Пожалуйста. То есть нет. Ты не должен, — она руками оттолкнула его. — Не хочу причинять тебе боль.

Причинить боль? Ему больно не чувствовать ее вкуса. Встав на колени между ее ног, он на мгновение остановился и посмотрел на нее. Мина выглядела очень обеспокоенной, если морщинка между ее бровями служила хоть каким-то признаком. И все же он видел ее сладкое желание.

— Ты хочешь этого.

— Да, но я не могу тебе этого позволить. Я могу забыться в этот момент и причинить какой-нибудь вред. Такое случалось и раньше.

— Ты не сможешь остановить меня, — с этими словами Лео просунул руки под ее ягодицы, любуясь пухлой плотью. Приподнял ее с одеяла, наклоняя для своего удовольствия — и ее тоже. Затем провел влажным языком по всей длине ее влагалища, от выглядывающего клитора вдоль ее расщелины.

Ее мускусная влага ударила по его вкусовым рецепторам и взорвалась на его языке, как и сама Мина. Ее бедра дернулись, и только благодаря своей силе он удержал ее на месте.

— Прости, — пискнула она.

— Никогда не делай этого, — лизнул. — Не извиняйся. — Пососал. — За свою страсть, Липучка. — Укусил.

С каждой лаской она задыхалась, стонала или вскрикивала. Ее тело затряслось. Ее ноги обвились вокруг его плеч, а пятки впились ему в спину.

Он наслаждался ею, позволяя ее дикой страсти увлечь его в путешествие, которое он никогда не представлял. Никогда Лео не был эгоистичным любовником, всегда заботился о своих партнершах, но с Миной он не просто хотел доставить ей удовольствие. Ему это тоже очень нравилось.

Несмотря на недавнее семяизвержение, его член набухал, пульсировал и умолял погрузиться в розовый жар и сильно толкнуться. Глубоко. Быстро.

Заявить на нее права. Отметить ее. Взять ее.

О черт. О, да. Он не мог бы сказать, подумал ли он об этом, или она произнесла это нараспев. Как бы то ни было, он покачивался в такт толчкам ее бедер, лаская ее. Он промурлыкал в ее лоно:

— Давай, Липучка. Кончи от моего языка.

И она это сделала. Она кричала громко, долго и страстно, позволяя своему оргазму взять верх. Бедрами сжала его голову в тугие тиски. Он понимал, почему она боится причинить ему боль, но мог справиться с этим. Ведь она принадлежала ему.

Чтобы доказать, что не возражает против ее сильной страсти, он продолжал сосать и покусывать, желая большего. Потому что ему нужно больше, больше ее. Он хотел оставить след от своих прикосновений. Чтобы утолить эту безумную жажду, которую он испытывал к ней.

Второй оргазм накатил на нее еще до того, как закончился первый. Ее второй крик больше походил на хриплое карканье — свидетельство безумного удовольствия, удерживающего ее в муках.

Как же ему хотелось присоединиться к ней. И он намеревался присоединиться к ней. Погрузить свой член по самое основание в ее гостеприимные ножны, нарушая все свои обещания. Предаться эгоистичным желаниям.

Агрр. Одним быстрым движением он опустил ее все еще дрожащее тело на одеяло, мягко, конечно, и побежал к воде. Он нырнул в нее и позволил холодной жидкости ласкать свои дымящиеся части тела.

Но холодная вода не могла решить его проблемы.

Только Мина могла. И только если они были бы парой.

Глава 16

«Не могу поверить, что он не заявил на меня права».

Он подошел так близко. Мина не сомневалась, что все случится. Она винила во всем отца. Это его вина, что Лео не сделал последнего шага. Заставить Лео пообещать, что он не будет ее развращать. Какого черта?

Неужели все полны решимости лишить ее секса?

По крайней мере, бушующий ад уменьшился до тупой пульсации. Ее мужчина заставил ее кончить, устроив ей самую жестокую порку языком в жизни. И что еще лучше, он не потребовал сделать томограмму, чтобы проверить, не появилась ли у него опухоль мозга. Ничто так не убивает настроение как поездка в отделение неотложной помощи.

В любом случае, после того как Лео искупался, никакие ее улыбки, покачивания грудью или инсинуации не смогли сдвинуть его с места. Но как насчет хороших новостей? Он был возбужден, а это означало, что он заметил все ее ухищрения. Заметил и ничего с этим не сделал!

Мина не знала, хочет ли она смириться с тем, что он так решительно настроен уважать ее (за это он нравился ей еще больше), или же хочет пригвоздить его к земле и изнасиловать. Ладно, может быть, немного и того, и другого.

Несмотря на напряженную сексуальную энергию между ними, день прошел приятно. Оказалось, что у них много общего, особенно любовь к спорту, обоим нравится как смотреть, так и играть, хотя их любимые команды НФЛ являлись соперниками по дивизиону. Осенью будет очень интересно проводить воскресенья вместе.

И да, она планировала быть рядом, когда сменится время года. Точно так же, как она собиралась быть с ним на Рождество и заставить его купить дерево в горшке, потому что, хотя не любила искусственные елки, она не могла вынести мысли о том, чтобы срубить живую для украшения. Поэтому каждый год покупала ель в горшке, а после наступления Рождества поливала ее и высаживала в землю весной.

Когда они лежали на одеяле, и ее голова покоилась на его животе, а его пальцы лениво перебирали ее волосы, он наконец спросил:

— Откуда у вас с сестрой такая репутация? Клянусь, у Хейдера чуть ли не конвульсии случаются при упоминании твоего имени.

Она пожала плечами, глядя в безоблачное голубое небо.

— Мы с сестрой не пытаемся создать катастрофу. Просто они сами случаются вокруг нас.

— Случаются? — он фыркнул. — Не хочешь перефразировать? Судя по некоторым историям, которые я слышал, вы обе — настоящие шутницы.

Она рассмеялась.

— Наверное. Но не больше, чем наши двоюродные братья. Просто их не так часто ловили. Нам не помогало и то, что некоторые наши выходки оборачивались против нас самих. Например, Кенни и Роджер затащили машину дяди Гэри на крышу его дома, и что? Мальчики есть мальчики. Тина и я делаем тоже самое, и мы наказаны на год и работаем на нашего дядю каждые выходные всё лето. И все потому, что наш дядя не починил ручной тормоз. Как будто мы должны были знать, что он не удержит машину. Мы никак не ожидали, что машина соскользнет вниз, вырвет дымоход, ударится о террасу и рухнет в бассейн, чем вызовет мини-цунами и затопит их подвал.

Тело Лео сотрясла слабая дрожь, которую она не могла не почувствовать, лежа на нем.

— Тебе холодно? — спросила она.

— Нет, — проговорил он сдавленным голосом. — Просто… — он расхохотался. — Вам действительно не повезло. Я тоже проделывал эту штуку с машиной. Обычно последствия более безобидные, максимум заплатить за несколько кровельных черепиц.

— Ты участвовал в розыгрыше? — ее сердце пропустило удар от удивления и неверия.

— Арик и Хейдер любили втягивать меня в свои авантюры, с моего согласия или нет. Они были немного буйными во время наших студенческих дней.

— Только немного?

— Хорошо, много, но они успокоились.

— Должно быть, тебе скучно, — заметила она.

— Скучно? Нет. Это облегчение, когда не приходится постоянно следить за ними и улаживать проблемы. Остается больше времени, чтобы расслабиться и почитать хорошую книгу.

Она изобразила рвоту.

— Даже рассказ об этом звучит скучно. Неудивительно, что судьба свела нас вместе. Я тебе нужна, Пупсик. Нужна для того, чтобы держать в напряжении и давать тебе цель.

— Надо быть сумасшедшим, чтобы хотеть хаоса каждый день.

Повернув голову, она улыбнулась ему.

— Поздравляю с вступлением в ряды безумцев.

Он слегка покачал головой, поскольку она лежала на его руке.

— Ты уверена, что в конце концов мы будем вместе. Я должен спросить почему? Не боишься, что тебя ждет какая-нибудь шутка небес, учитывая, как обернулись некоторые из твоих других идей.

Редкий момент грусти стер улыбку с ее лица. Он поднял вполне обоснованный вопрос. Мину беспокоило, что ее уверенность и вера в то, что Лео — ее единственный, окажутся ложными. Что, если он не сможет справиться с ней? Что, если однажды он бросит ее или убежит с криком? Это случалось и раньше, столько раз, что она сбилась со счета.

Но Мина не из тех, кто живет в вечных сомнениях. Она верила и отказывалась сдаваться.

— Боюсь. Я знаю свою историю отношений с мужчинами. Помню обзывательства, их ужас и запреты. И все же, несмотря на все мои невезения, я верю, что для меня существует счастливое будущее. Что ты станешь моим счастьем. Мое нутро и сердце говорят, что ты тот мужчина, который сможет справиться со мной и всеми моими катастрофами. — Про себя она добавила: «И возможно, однажды, несмотря на мои недостатки, ты поймешь, что любишь меня».

Такая серьезная речь, слишком серьезная, чтобы она могла сидеть спокойно, особенно когда Лео так пристально смотрит на нее, и в его голубых глазах ясно читается жалость.

Ей не нужна его жалость.

«Я хочу его любви».

Она вскочила на ноги. Теперь настала ее очередь броситься к воде, не столько для того, чтобы остыть, сколько чтобы скрыть слезы, которые грозили пролиться.

Все люди считали ее чертовски сильной. Они решили, что ей наплевать на шутки и неудачи. Они присоединялись к ее фальшивому смеху, когда очередной парень бросал ее.

Но некоторые вещи задевают даже самых счастливых людей.

«Никаких грустных мыслей. Отбрось их». Кошачий хвост хлестнул ее по голове. Ее кошка не страдала никакими сомнениями в том, что она потрясающая. «Живи сегодняшним днем, живи настоящим моментом, никогда не позволяй страху победить».

Девиз, которым она жила.

Прохладная вода помогла ей отвлечься от своих мыслей. Метнувшаяся фигура заставила переключиться.

Рыба? Почти так же соблазнительно для кошки, как теплое пятно солнечного света.

Она бросилась вперед, работая ногами и вытягивая руки, преследуя тень, чтобы избавиться от своих сомнений.

Большая тень двигалась параллельно ей. Мина повернула голову и увидела, что Лео приблизился к ней.

Он хлопнул ладонями, сложив их горстью.

Неужели поймал?

Оттолкнувшись в сторону дневного света, она высунула голову из воды, и он тоже вынырнул. Он ничего не сказал о ее признании. Он не проявил жалости — даже в форме поцелуя!

То, что он дал ей, оказалось еще лучше. Проявление дружбы.

— Я поймал ее.

— Нет, ты этого не сделал, — с улыбкой возразила она.

— Поймал. Ты просто завидуешь.

Неужели Лео дразнит ее?

— Чертовски верно, Пупсик. Завидую каждой женщине, которая видит твое прекрасное тело.

— Ты пытаешься отвлечь меня. Это не сработает. Я поймал рыбу, — он поднял сложенные чашечкой руки из воды. Потекла жидкость. — Мне кажется, я заслужил приз.

— Например? — всколыхнув воду, она протянула руку, чтобы потянуть его сложенные ладони вниз еще немного. Поймала их в ловушку между их тел. Держась в воде рядом, двигала ногами в том же ритме, которому она научилась в детстве. Делала это в непосредственной близости к Лео, достаточно близко, чтобы наклониться и прикоснуться губами к его губам, хотя Мине и потребовалось некоторое маневрирование. Но ей это удалось.

— Скажи мне, чего ты хочешь, Пупсик, потому что я знаю, что мне нужно. Я бы хотела почувствовать, как твои руки гладят мое тело. Эти шершавые пальцы — признак человека, не боящегося работать и пачкаться, обводят мою кожу. Хочу, чтобы твое тело прижималось к моему, обнаженное, накрывало меня, делало беззащитной для тебя. Мне нужно, — она прикусила его нижнюю губу, — чтобы ты погрузил в меня свой член. Чтобы вбивался в меня, глубоко и сильно. Я хочу, чтобы это было жестко. Хочу настоящего мужчину, который может справиться со мной. И может трахнуть меня. Дай мне то, чего я так жажду. — Мина остановилась, глядя ему прямо в глаза, наслаждаясь его пристальным взглядом. — Я. Хочу. Тебя. — Она прикусила зубами крепкую колонну его шеи, нависшую над водой.

Как низко прозвучал стон, отозвавшийся глубоким рокотом внутри него.

Заметил ли он, как разжал ладони и обнял ее?

Она заметила. Вытащив свои сложенные чашечкой руки из воды, как раз перед тем, как он схватил ее, она прокричала:

— Ага! Ну и кто теперь лучший рыбак?

Сочный смех полился на нее густым, как патока, вибрирующим потоком. Она вздрогнула и немного потеряла концентрацию, когда к ней вернулась чувственная истома. Разжала свои руки, и с шлепком — и, вероятно, рыбьим вариантом «пошли вы» — рыбка вернулась домой, бросившись прочь так быстро, как только могла.

— Похоже, ничья, — он ничуть не рассердился, что она его обманула. Боже милостивый, это ямочка на его щеке, такая маленькая, но в сочетании с блеском в его голубых глазах… ее сердце почти остановилось.

— То есть мы оба победители? — спросила она. Они могли бы обменяться призом. Поза шестьдесят девять прекрасно подойдет.

— Дополнительное соревнование. Держу пари, я могу произвести больший фурор, чем ты, прыгнув с высоты.

Она фыркнула:

— Пупсик, ты бредишь, если думаешь, что твои тугие ягодицы могут разбрызгать больше воды, чем моя задница.

И так они провели остаток дня, играя. Лучшее время за последние годы. Более того, ее проделки нисколько не беспокоили Лео. Когда она бросила в него кучу грязи, попавшую ему в грудь, он не испугался, потому что в слизи, которую она бросила, была пиявка. И не кричал так, словно за ним гнался зомби-пожиратель мозгов, когда она сорвала кровососущую тварь с его кожи.

Хотя она немного смутилась, когда он напомнил ей, что у них есть соль в корзинке для пикника.

Лео не составило труда справиться с ее буйной натурой. Это хорошо, иначе она могла бы по-настоящему его ранить.

Увидев его голую спину, когда взбиралась на скалы, чтобы нырнуть, она прыгнула на нее, только паря в воздухе, осознав, что может причинить какой-то серьезный ущерб.

Лео едва не споткнулся, когда Мина свалилась на него, и она поцеловала его, когда он довольно сухо сказал:

— В следующий раз ты можешь хотя бы крикнуть Джеронимо?

В следующий раз?

Черт возьми, да.

К сожалению, они не могли оставаться у пруда вечно. День клонился к вечеру, и в животе у нее заурчало. Корзина для пикника уже опустела.

— Накорми меня, — прорычала она, роясь в пустых контейнерах.

Вместо того чтобы сказать ей, чтобы она думала о своей талии и получить удар по лицу, Лео спросил:

— Хочешь вернуться? Скоро будут готовить барбекю к ужину.

Жареное мясо? Ему больше не нужно было ничего говорить.

Сменив кожу на мех, она направилась к главному дому ранчо.

Выйдя из леса, она заметила припаркованные повсюду машины. Хотя Мина не стеснялась своей наготы, даже она не настолько бесстыдна, чтобы перекидываться при таком количестве незнакомцев вокруг. Особенно с учетом того, что если она изменится, то и Лео тоже, а она не хотела, чтобы он демонстрировал свое великолепное тело.

Мой.

Почти.

Проклятый мужчина явно хотел ее, и все же он сдерживался. Почему? Почему! ПОЧЕМУ!

Разочарование, в основном сексуального характера, не приносило ей спокойствия. Ее душевное состояние, однако, было вполне удовлетворено тем, как развивались события. Они с Лео узнавали друг друга как люди. Осмелится ли она сказать даже как друзья?

Во время пикника она узнала о нем так много интересного, лакомые кусочки, которыми он поделился, что, в свою очередь, побудило ее рассказать ему, каково это, расти не слишком изящной дочерью настоящей южной красавицы.

Она даже заговорила о своей сестре-близнеце, которая, хотя и похожа на нее внешне, но не имела ничего общего с ней в поведении. Тина могла быть известна как неприятность, но только, потому что ее мягкая натура часто ее подводила.

Освободила кошечек в приюте, потому что Тина не могла смириться с тем, что их могут усыпить, и кошачья популяция увеличилась до такой степени, что городу пришлось вызвать помощь, чтобы поймать их и стерилизовать.

Или ее платье застряло в дверце такси, а машина отъехала, сорвав с нее одежду и оставив в одних трусиках и лифчике. Не вина Тины, что из-за этого столкнулись четыре машины.

Тина все еще чувствовала себя неловко из-за этого инцидента, и все же Мина ей завидовала. Она в свой лучший день устроила аварию только из трех машин.

Она последовала за пушистым задом Лео к задней части хаотичного ранчо, или это особняк? Трудно сказать, учитывая, что первоначальная структура породила так много дополнений за эти годы, здание напоминало странную мешанину домов, склеенных вместе.

Десятилетия назад прайд жил в его стенах. Однако, когда современный мир взял верх и рабочие места в провинции стали редкими, как и общественные мероприятия, многие решили переехать в город, заняв кондоминиум в центре города, чтобы жить в бетонных джунглях.

Но прайд все еще хранил этот символ их прошлого, и именно здесь собирались члены клана, когда планировались большие мероприятия, и, судя по всему, намечалось что-то грандиозное.

Накинув халат, один из многих, висевших на крючках у заднего входа — опять же один из многих в этом мозаичном доме — она заметила суету и суматоху, когда люди прибывали с багажом и коробками. Многие держали высокие пластиковые кофры с костюмами и платьями для какой-то причудливой вечеринки.

Повернувшись к Лео, который только что закончил перевязывать массивный махровый халат, она спросила:

— Что происходит?

— Завтра семейная свадьба.

— А почему я об этом не слышала?

Он пожал плечами.

— Все решилось вроде как в последнюю минуту.

— Я приглашена? — и да, несмотря на его заявление, что это семейная свадьба, она чувствовала, что должна спросить, учитывая ее нынешний запрет на некоторые действия в определенных ветвях семьи.

Его губы дрогнули.

— Насколько мне известно, ты должна там присутствовать. Так что постарайся вести себя прилично в промежутке между сегодняшним днем и завтрашним.

— Может быть, тебе стоит держаться поближе, чтобы уберечь меня от неприятностей.

— Сомневаюсь, что кто-то способен на такое.

— Точно подмечено. Но я все равно думаю, что тебе следует держаться поближе.

— И почему это?

— Потому что если мне придется надеть платье, то я не надену никаких трусиков.

Как она любила его мягкое урчание «Липучка!»

Прижав ее к себе, он повел их через толпу людей, по большей части игнорируя их кивки и приветствия. Омега на задании. Он подвел их к лестнице, которая вела мимо второго этажа на третий. Холл с ковром в восточном стиле давал тихую передышку от шума внизу.

— Куда мы идем? — спросила она.

— К счастью для тебя, я занял нам номер люкс.

Нам? Как нам двоим? Дверь в конце коридора оказалась местом их назначения, и он распахнул ее, чтобы показать уютную гостиную и одну потрясающую кровать.

Одну. Кровать.

Мина вскинула кулак вверх.

— Пупсик, ты просто бомба!

— Стоит ли мне бояться ответа, если спрошу почему?

Она закатила глаза.

— За то, что предусмотрительно выбрал нам комнату с самой крепкой кроватью на свете.

— А кто сказал, что мы оба в ней спим?

— Я, конечно.

— Только если ты будешь хорошо себя вести. Так что постарайся сделать все возможное, пока я ненадолго отлучусь. Ты найдешь кое-какую одежду и вещи в ванной.

— Куда это ты собрался?

— Найти свою одежду и убедиться, что у них достаточно еды для меня. Кто-то помог мне нагулять аппетит. Это не должно занять слишком много времени. Я вернусь минут через тридцать.

Подмигнув ей, он вышел из комнаты.

Она улыбнулась и обхватила себя руками. До сих пор это был чудесный день.

После всего того внимания, которое Лео оказывал ей, и того, как он вел себя сейчас, она чувствовала, что ее интуиция права. Он ее единственный.

Но он ушел.

Ну и что? Он обещал вернуться. Она надеялась, что так и будет. Нет ничего хуже, чем ждать на пустой желудок свидания, которое так и не состоялось.

Конечно, проблемы с машиной. Наглая ложь, ставшая правдой, после того как кое-кто не пришел на свидание к ней, что полностью оправдывает Мину, организовавшую появление сахара в его бензобаке.

Нет необходимости планировать что-то плохое для Лео. Лео обязательно вернется.

Он мой друг.

Или скоро будет. Она не думала, что сможет долго выносить все это уважение. Либо ему придется изменить свою мораль, чтобы облегчить ее желание, либо он должен будет заявить на нее права и все же облегчить ее желание. Так или иначе, забудьте об ожидании.

Массивная кровать притягивала ее взгляд. Сделанная из толстых, крепких сосновых бревен, она выглядела совершенно по-деревенски, достаточно прочная, чтобы справиться с чем угодно. И выбор Лео именно этой комнаты с такой кроватью наталкивал на определенные мысли. Думаю, ему тоже надоело ждать.

Все случится сегодня ночью?

Неужели он собирается заявить на нее права?

Шли минуты, а она застыла, тупо уставившись в пространство и мечтая о своем лигре. Точнее, лежала на матрасе, покрытом мягкими синими бамбуковыми простынями.

Лео скоро вернется.

Пора заставить ее задницу шевелиться.

Зайдя в ванную, она заметила вешалку на крючке за дверью, ее содержимое было упаковано в пластиковый пакет на молнии. Но сначала — душ. Шампунь и мыло манили к себе, как и бритва, которую она вытащила из свежей пачки. Горячая вода смыла частички грязи с ее кожи, оставив ее свежей и чистой.

Мина достаточно освежилась, чтобы съесть одного лигра.

Вытираясь полотенцем, она огляделась вокруг, чтобы посмотреть, с чем ей придется работать. Очень похоже на отель, ванная комната могла похвастаться феном и некоторыми основными средствами для волос, что означало, что ей удасться создать приличную прическу. Очень высокий конский хвост, который качался бы, как хлыст, если бы она танцевала. Учитывая, что она могла слышать отдаленные звуки музыки, когда кто-то играл какие-то мелодии, ужин должен сопровождаться танцами.

«Интересно, смогу ли я снова уговорить Пупсика потанцевать со мной?»

Она вышла из ванной с вешалкой в руках и положила ее на кровать. Расстегнув молнию, она хихикнула, увидев знакомое платье. Кто-то упаковал то же самое короткое платье, которое было на ней, когда они с Лео целовались в раздевалке магазина одежды. Какое провидение, что именно это платье приготовили на сегодняшний вечер. Еще более странно, что оно шло с бюстгальтером, но без трусиков. Она опустошила пакет и встряхнула его. Она даже вернулась в ванную, чтобы посмотреть, но вернулась с пустыми руками.

Проделки Лео?

Сомневаюсь, что Пупсик. Тем не менее она не могла сдержать всплеск жара при мысли, что он, возможно, приложил руку к тому, чтобы убедиться, что она обнаженная под свободной юбкой.

Найдя свою сумочку на туалетном столике, Мина вернулась в ванную и закрыла дверь, потому что последнее, что ей нужно во время нанесения подводки для глаз, это испугаться. Она быстро накрасила лицо. Легкая подводка для глаз, чтобы затемнить глаза, тушь — нанесенная дважды, для усиления эффекта, блеск для губ с вишневым ароматом, потому что это любимый фрукт Лео.

Когда разгладила платье на теле, скользя руками по бедрам, она не могла не сделать глубокий вдох.

Прошло чуть больше тридцати минут. Прежде чем войти в ванную, она посмотрела на часы на прикроватном столике. Она провела здесь по меньшей мере пять минут, но за это время не слышала, чтобы кто-то входил в комнату. Лео там не было. Разочарование подкралось к ней, ожидая, чтобы наброситься. Ее львица рыком прогнала его.

Она должна подождать еще немного, прежде чем позволить себе поверить, что он не пришел. Возможно, он задержался, или…

Слабак.

Трусость — не ее конек. И она голодна. Лео либо сдержал свое слово, либо нет, но попытка спрятаться в ванной — ничего не изменит. Она рванулась вперед, но наткнулась на кирпичную стену.

Мина отшатнулась и не только потому что врезалась в грудь Лео. Она мысленно пошатнулась.

Он вернулся.

Это больше всего выбило ее из равновесия, и она споткнулась — кто-то закричал.

Упала она не одна.

Дрожащей рукой ухватила Лео за рубашку, а ногой каким-то образом запуталась вокруг его лодыжки — совершенно случайно, на самом деле — и вместе они упали на пол. Хотя, так или иначе, она оказалась на нем. Лео перекатился в последний момент, поэтому он принял на себя основную тяжесть падения.

«Что же я наделала? Как сильно я его раздавила? Пожалуйста, пусть он не заплачет».

Она терпеть не могла, когда мужчины плакали.

— Ты в порядке, Липучка?

Он выжил! Она подняла голову и просияла, глядя на него.

— Ты не кричишь.

Он выгнул бровь.

— С чего бы?

— Мы довольно сильно ударились об пол.

— Сильно, ты права, — проворчал он. — Но не так, как ты думаешь.

Конечно, он не имел в виду… она поерзала в лучшей позе, чтобы проверить — у нас есть подтверждение впечатляющей эрекции.

Он сделал глубокий вдох.

Черт побери, неужели он солгал, и она причинила ему боль?

— Тебе больно, Пупсик?

— Мне очень больно, Липучка. Хочешь полечить его поцелуем? — Его подмигивание заставило ее губы дернуться.

— Я начинаю думать, что недооценила тебя.

— В какой части недооценила? — перекатившись в сторону, Лео поднялся на ноги и поднял ее.

— Ты гораздо более развратный, чем я думала, — она усмехнулась. — Это, черт возьми, потрясающе.

— Не так потрясающе, как ты в этом платье, Липучка, — его оценивающий взгляд вызвал жар на ее коже, что заставило Мину захотеть споткнуться и упасть на него снова. Она сомневалась, что когда-нибудь устанет от его восхищения ее пышными формами.

Однако его задумчивый взгляд не шел ни в какое сравнение с ее жадным вниманием к нему. Вкусный.

Одетый в облегающие джинсы и темно-фиолетовую рубашку, которая подчеркивала темные блики в его волосах, он выглядел достаточно хорошо, чтобы съесть его, и Мина внезапно почувствовала голод — по нему.

Она набросилась на Лео. Он остался стоять, поймав ее восторженный прыжок. Он также был более чем готов и к горячему поцелую, который она ему подарила.

К черту блеск для губ! Она размазала его по рту Лео, ощущая восхитительную мужественность, присущую омеге прайда.

Она могла бы целовать его всю ночь. К черту барбекю и празднества. Здесь у нее всё, что нужно. С ним.

Увы, он явно не хотел пропустить вечеринку, потому что отодвинулся.

— Пора идти. Нас ждут.

— Опаздывать — это модно.

— Опоздание означает, что мы получаем только объедки от ужина.

— Верно подмечено. Мы должны поторопиться. — Она не протестовала, когда он поставил ее обратно на пол.

— Ничего не забыла? — он уставился на ее босые ноги.

— Что с моими пальцами не так?

— Уверена, что все в порядке?

— Ты передумал и не против, чтобы я вонзила их тебе в спину, когда будешь делать мне оральный массаж?

Тик под глазом? Есть. Она уже добралась до него.

— Я имел в виду, что они босы, — он многозначительно уставился на какие-то туфли у двери.

Она вздохнула. Громко.

— Хочешь сказать, что я тоже должна носить обувь?

— Это полуформальное мероприятие.

— Ты слишком серьезен, Пупсик.

— Меня возмущает, что меня называют слишком серьезным. Я такой же беззаботный, как и любой другой парень.

Она фыркнула и скользнула в каблуки.

— Докажи.

— Я не надел галстук.

— Ба. На мне нет нижнего белья, — объявила она, проходя мимо него в холл.

И споткнулась она не от шлепка по заднице, а от его заявления:

— На мне тоже.

Глава 17

Когда Мина вприпрыжку сбежала вниз по лестнице, Лео бросился за ней. Ее заявление о трусиках не стало неожиданным. В конце концов, он специально попросил Луну не класть нижнее белье к платью. Но теперь, глядя, как Мина подпрыгивает, выставив напоказ свои ноги, он пожалел, что не заставил ее их надеть. Подол у этого платья ужасно короткий.

Слишком короткий.

Ничего не прикрывает.

А от кровати они удалялись все дальше и дальше.

Вот зачем они покинули комнату?

Ах да, еда. Если у них есть хоть какая-то надежда пережить эту ночь, они должны поесть. Он не хотел, чтобы у Мины потом не хватило энергии.

Не то чтобы он планировал разврат.

Почему нет?

Потому что сегодня вечером они не собирались ускользать и красть поцелуи, среди прочего. Этот вечерний праздник станет предвестником их жизни как пары. Вечеринка с друзьями и семьей перед завтрашней ответственным мероприятием.

Свадьба. Жесть.

Как и любой нормальный мужчина, Лео боялся свадеб. Но в данном случае он сделает исключение для Мины. Он знал, что ей понравится церемония. Просто гадал, какой катастрофы можно ожидать.

Выйдя в главный холл, он мог бы посмеяться над реакцией присутствующих на Липучку. Похоже, про его сегодняшнее свидание знали многие.

— Мина! — завизжал кто-то от радости.

— Мина! — произнес кое-кто с пронзительной паникой в голосе, сбегая.

После ее признания сегодня днем Лео почувствовал себя еще ближе к ней, чем раньше. Он заметил, как слегка напряглась ее спина, когда этот черствый осел ранил ее чувства.

Похоже, кузен Марко так и не простил ее за то, что она ударила его по лицу хоккейной шайбой примерно за год до того, как ей запретили появляться в прайде. И да, Лео знал эту историю. Все знали. Марко мог затаить обиду, но как он умел держать удар? Они скоро узнают, потому что Лео планировал научить своего кузена прощению позже.

Но сперва он поймал Мину за руку и с важным видом повел ее к длинному столу, уставленному блюдами с едой.

Они пришли достаточно рано, чтобы успеть набрать отборной добычи. В двойном размере. Люди, обслуживающие барбекю, позаботились о том, чтобы положить на его тарелку несколько гамбургеров и кучку толстых и сочных пирожков.

Лео нашел свободное место, точнее, пару стульев, но наличие свободных не помешало ему усадить Мину к себе на колени, и к черту зловещий стон дерева.

Похоже, он не единственный, кто услышал угрожающий скрип.

— Пупсик, мы обязательно окажемся на земле. Мы слишком большие, чтобы сидеть на этом стуле вдвоем. Я просто сяду на тот, что рядом.

— К черту тот стул. Ты останешься у меня на коленях.

— Но почему?

— Потому что мне это нравится. — Лео испытывал радость, когда ему удавалось удивить Мину. Очертания ее рта становились такими выразительными.

Прежде чем она успела задать еще один глупый вопрос, он сунул ей в рот кусочек жареной картошки. Она ущипнула его за палец в процессе, потом улыбнулась.

— Вкусно. Еще.

Он дал ей свежий помидор черри. Мина вытянула губы, прежде чем втянула его в себя, загипнотизировав Лео.

После этого вопрос о том, где сидеть, больше не поднимался. Они кормили друг друга, и если случайный прохожий, который посмеивался или хихикал, ненароком спотыкался о его ноги сорок седьмого размера, то это не его вина. Любому мужчине иногда нужно вытянуть свои длинные ноги, чтобы размяться.

Жужжащие голосов членов прайда и тех, кто моментально прибыл сюда, как только получил приглашение, роем вились вокруг них. Лео не обращал на это особого внимания. Он сосредоточился на женщине, сидевшей у него на коленях, которая наблюдала за происходящим вокруг нее с полуоткрытыми губами. Он видел и чувствовал ее счастье, когда люди подходили поздороваться. Даже двоюродная бабушка Сесилия, «которая, должно быть, наконец простила меня за то, что я вытащила все косточки из ее лифчиков, чтобы они не тыкались в меня, когда она хватала меня в медвежьи объятия».

Увы, они не могли наслаждаться только друг другом весь вечер. Ничего удивительного, раз один из их тройки, когда дело касалось вопросов прайда, в какой-то момент поманил Лео.

— Пойду узнаю, что Хейдеру нужно, — сказал он, ставя Мину на ноги. — Я постараюсь не задерживаться. Как насчет того, чтобы на обратном пути прихватить нам чего-нибудь выпить?

Он оставил ее, прежде подарив поцелуй в губы и шлепок по заднице. Эй, ее чертовы ягодицы просто созданы для порки.

Лео отсутствовал недолго. Правда недолго, но этого времени оказалось достаточно, чтобы Мина нашла себе неприятности.

Или, в данном случае, они нашли ее.

Пора омеге поработать.

Глава 18

Пора им переходить на новый уровень.

Лео — тот самый.

На этом настаивала не только внутренняя кошка Мины. Она и сама в это верила. Лео не только не бросил ее, когда ему представилась такая возможность, но и настоял, чтобы она села к нему на колени, где он кормил ее лакомыми кусочками. Пальчики оближешь как вкусно.

Какая жалость, что здесь толпа народа. Твердая эрекция, упирающаяся в ее попку, отчетливо видимая даже сквозь его брюки, вызывала у Мины желание хорошенько поработать языком.

Позже. Это «позже» не торопилось наступать достаточно быстро, чтобы удовлетворить ее. Сегодняшнее поддразнивание отнюдь не утолило ее вожделение к Лео, а лишь усилило его. Бедному Лео придется немного изменить свои моральные принципы и обещания, потому что она не примет «нет» в качестве ответа.

Сегодня та самая ночь, Пупсик.

Как только они закончат с этой вечеринкой и Лео вернется с того задания, ради которого его вызвал Хейдер, она утащит его и займется с ним сексом.

Фр-р-р.

Кошачье фырканье слетело с ее поджатых губ, когда она смотрела, как Лео неторопливо удаляется. Черт возьми, эта его сладкая задница в облегающих джинсах представляла собой прекрасное зрелище.

Мне кажется, я влюбилась.

Или кто-то подсыпал ей в еду наркотик, потому что эта головокружительная истома и желание ухмыльнуться, как маньяк, собирающийся совершить убийство, казались непреодолимыми.

Она никогда не чувствовала себя такой счастливой, особенно с тех пор, как Лео отошел, и он не сделал этого с неподобающей поспешностью или рвением. Напротив, он казался раздраженным. Как смеет мир прерывать их?

Теперь самая большая проблема — как скоротать время, пока она ждет его возвращения. И мне нужно быть хорошей. Он хотел, чтобы она вела себя прилично. Конечно, она сможет справиться с этим несколько минут.

Увидев стайку женщин, в том числе Зену и Ребу, она подошла поближе.

— Эй, сучки, чем занимаетесь?

— Я в это не верю. Хирурги сумели их разделить, — воскликнула Зена. — Уже начала думать, что кто-то облил вас обоих супер-клеем.

— Ты имеешь в виду, как в тот раз, когда я сделала это с Каллумом? — Ее первый парень в тринадцать лет не оценил ее поступок. Разве это настолько ужасно, подержать сросшиеся руки в ацетоне несколько часов, чтобы расцепить их? Умный парень полностью использовал бы это время, чтобы добраться до первой базы, а не сходить с ума.

— И по сей день он вздрагивает, если кто-то пытается схватить его за руку, — заметила Реба. — Так что там у тебя с Лео? Вы что, ребята, теперь вроде как пара?

Учитывая его публичную демонстрацию?

— Абсолютно.

— Лео? В самом деле? Из всех парней, с которыми, я думала, ты переспишь, никак не ожидала, что ты выберешь его.

Мина высунула язык.

— Можешь завидовать и ревновать. Я не виню тебя. Мой мужчина потрясающий.

— Или его захватили похитители тел. Серьезно, Мина, мы никогда не видели, чтобы он так себя вел. Как, черт возьми, ты заставила его влюбиться в тебя?

Как ни странно, оставаясь самой собой.

Мина болтала со своими кузинами, стараясь не слишком много рассказывать о Лео, но пока они разговаривали, она заметила пару женщин, одна из которых была почти такой же высокой, как она, но стройнее, с идеально уложенными волосами и накрашенным лицом. Они с подругой то и дело поглядывали на Мину и хихикали, пока она наконец не спросила:

— Что смешного?

— Ничего. — Взрывы смеха.

Мина взглянула на себя, но не увидел ничего, что могло вызвать смех.

— Я опять уронила на себя еду?

— Нет.

— Тогда что?

— Как будто ты не догадываешься. — Большая блондинка пожала плечами. — Просто… ты и Лео.

— Да, и что насчет нас?

— Я имею в виду, ты и Лео, серьезно?

— Да, и что с того?

— Просто вы совсем разные. Лео, он такой, знаешь ли, чопорный и правильный. А ты ходячая катастрофа на двух ногах. Честно говоря, не представляю, что хорошего хоть какой-то мужчина мог разглядеть в тебе.

Незнакомка задала вполне обоснованный вопрос. Да, они полные противоположности, но Мина думала, что это скорее дополняет их. Однако то, что эта стерва указала на различие между ними и подпитала давнишнюю неуверенность Мины в себе, не очень хорошо.

Вместо того чтобы вымещать свое разочарование на этой суке, случайно задевшей ее за живое, Мина решила, что лучше уйти. На этот раз она поступит по-взрослому. Она будет вести себя прилично и заставит Лео гордиться собой.

По крайней мере, она так думала. Зато…

— И это всё, ты сбегаешь, жирная задница? — Насмешливое фырканье. — Неужели ты та самая большая и плохая Мина, о которой я слышала? Ха. Больше похоже на уродливую кузину, которую никто не хотел видеть рядом. Бедный Лео. Может быть, мне стоит показать ему, что он не должен довольствоваться объедками.

Эта сука только что угрожала приблизиться к моему мужчине?

Красная пелена ярости! Красная пелена! И все ее планы по хорошему поведению пошли прахом.

Прежде чем сучка успела моргнуть, Мина уже оседлала ее. В буквальном смысле.

Она свалила блондинку ударом, от которого та пронзительно завизжала. Схватив ее за прядь волос, Мина оторвала голову девушки от земли.

— Не надо. — Хрясь. — Тебе. — Отклониться от цепких пальцев. — Пускать. Слюни. — Голова блондинки снова встретилась с землей. — На. Моего. Мужчину. — Ой, прядь волос отвалилась.

Не успевшая подготовится к неожиданному нападению Мины, наглая львица, сама не слишком хрупкая, быстро пришла в себя и выплюнула в ответ:

— Ты гребаная сука! Я сниму с тебя скальп.

И они покатились по земле, сминая траву, вырывая волосы, не нанося по-настоящему сильных ударов из-за своей близости друг к другу.

Мине не потребовалось много времени, чтобы взять верх. Ей пришлось оседлать болтливую сучку. Мина только успела отвести кулак, чтобы нанести, такой желанный удар, как раздался резкий свист и чей-то голос остановил ее.

— Липучка, какого черта ты вытворяешь?

Глава 19

Раздававшиеся крики и вопли не удивили Лео, как и то, что он обнаружил Мину в самом сердце хаоса. Вот его нежный цветок, на земле борется с Лони — львицей, приехавшей в город на свадьбу. Та самая Лони, которая приставала к нему многие годы, но чьи высокие запросы заставляли его держаться подальше.

Он задавался вопросом, что вызвало таскание за волосы и драку. Кроме того, он еще раз пожалел, что Мина не надела трусики. Случайное мелькание ее девичьих прелестей вызвало в нем собственническую сторону его натуры, которая действительно хотела зарычать: «Моя. Не смотреть». Ещё это разбудило голодного любовника, который хотел перекинуть ее через плечо и утащить куда-нибудь в укромное место для наслаждения.

По крайней мере, те, кто находился ближе всех к драке и видел ее голый зад, все женщины. Почему это плохо? Они — женщины. Его обычный способ — стукнуть несколько голов друг о друга, чтобы сэкономить время, — не сработает в этой ситуации. Мальчики не должны бить девочек.

Так как же остановить женскую потасовку?

Он засунул пальцы в рот и дунул, резкий свист прорезал шум. Во внезапно наступившей тишине он произнес:

— Липучка, какого черта ты вытворяешь?

Мина, держа кулак наготове для серьезного удара, застыла. Она повернула голову и мило улыбнулась. Никаких признаков раскаяния из-за того, что её поймали за неподобающим поведением.

— Пупсик, дай мне только секунду. Я почти закончила здесь.

Он выгнул бровь.

— Липучка, — он использовал свой предупреждающий тон. — Может, тебе стоит отпустить Лони и забыть о том, что ты хотела ее ударить?

— Возможно. Но дело в том, что я действительно хочу разбить ей лицо.

Поняв, что ей грозит, Лони повернула голову и заскулила:

— Убери от меня эту сумасшедшую суку. Я ни черта не сделала. Она сама начала. Она всегда начинает всё дерьмо. Ей стоило запретить появляться в прайде навсегда. От нее одни неприятности. Так было всегда.

Реба и Зена открыли рты, готовые броситься на защиту Мины, но Лео поднял руку. Они промолчали — нелегкий подвиг для кошек, но их глаза говорили достаточно красноречиво.

Лео сосредоточил свое внимание на Мине.

— Липучка, это правда? Ты на нее набросилась?

Ее плечи поникли.

— Да.

— Почему?

— Разве это имеет значение? — спросила она.

— Для меня — да. Почему ты хочешь сделать ей коррекцию носа?

— Она сказала, что мы не подходим друг другу и что, возможно, ей следует показать тебе, почему она лучший выбор. — Мина не удержалась и зарычала, вслух излагая причину своего гнева.

— Врежь ей.

Сказать, что несколько ртов открылись от удивления, было бы преуменьшением. Никто так не удивился его приказу, как Мина.

— Серьезно?

— Конечно, серьезно. Учитывая, что любой идиот с глазами мог видеть, что мы вместе, то это делает ее слова злыми и неуместными. Если говоришь подобное, будь готова расплачиваться. Поскольку я не могу хорошенько ударить Лони за причинение неприятностей как омега прайда, — и да, он выпятил грудь и сделал самое серьезное выражение лица — я даю тебе разрешение на это.

Хоть Мина и получила разрешение, но все же не ударила Лони. Напротив, она встала, разгладила платье и тряхнула головой, отчего ее волосы разлетелись в разные стороны.

— Не нужно менять ее физиономию. Ты только что признал перед всеми, что мы пара. Это стоит отпраздновать. Ура! — Мина взметнула кулак вверх и заорала: — Получи, сука!

Вздох. Удивляясь своему душевному состоянию, в котором он не мог не желать самую непостоянную женщину в его жизни, Лео допил пиво из стакана в руке, а затем схватил еще один у Луны, когда та проходила мимо. И выпил залпом его тоже.

Вечер только начинался, и ему понадобится помощь, если он хочет прожить его — не утащив Мину куда-нибудь для серьезного разврата.

Как восхитительно она выглядела, стреляя взглядом ему в ответ, непереставая танцевать под различные мелодии, звучащие из динамиков, расположенных вокруг двора размером с футбольное поле. Учитывая проблемы, которые она могла вызвать — если будет слишком долго флиртовать с каком-нибудь мужчиной — Лео оставался рядом, но не танцевал. Он сомневался, что сможет контролировать себя, если подойдет слишком близко к ней. Ему не хотелось разбираться со смехом и непристойными комментариями, если он все-таки не выдержит и решит утащить ее в лес, чтобы предаться пороку. На самом деле он больше боялся, что сама Мина может схватить его и изнасиловать.

«Я должен сдержать слово». Но забыть о сохранении рассудка. Он сошел с ума в тот момент, когда встретил ее. Он потерял много, но, как ни странно, не оплакивал их уход. Перемены не всегда плохи.

Его лигр поднялся с предупреждающим рычанием. «Будь осторожен».

Несмотря на все предостерегающие инстинкты, заставлявшие его повернуться лицом к надвигающейся угрозе, он не сдвинулся с места, когда к нему подошел очень крупный мужчина.

— Ты Лео?

— Да.

— Ты тот, на кого моя дочь положила глаз?

— Ага.

Мужчина хмыкнул. Какое-то время они оба молча смотрели друг на друга.

— Чтобы ты знал, она моя малышка.

— Я знаю.

— Она чертовски хрупкая, — прорычал отец Мины, в то время как его дочь топнула ногой по земле под песню, зацепилась каблуком, дернула, сломала каблук, покачнулась и упала, выбив поднос с напитками из рук проходящего официанта.

— Я уберегу ее от беды. — Даже если вред иногда исходит от нее самой.

— Если ты когда-нибудь заставишь ее плакать, я сам тебя выслежу и спущу с тебя шкуру. Я могу получить хорошую цену за мех лигра на черном рынке.

Угроза не заставила Лео даже моргнуть.

— Хотя я не могу оправдать убийство и продажу члена прайда, могу оценить ваши чувства, сэр. Но не переживайте. Я не собираюсь заставлять ее плакать. — Кричать, да, но только от удовольствия, и Лео не чувствовал необходимости сообщать об этом отцу Мины.

— Я тебя предупредил. — С этими словами мужчина растворился в толпе и оставил Лео на его посту. Еще некоторое время он наблюдал за Миной, забавляясь тем, как неприятности любят таиться вокруг нее. Но, несмотря на все ее неудачи, ничто не могло стереть улыбку на губах Мины.

За исключением прибытия одного гостя.

Глава 20

Покачивая бедрами, помахивая руками под музыку, Мина веселилась. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как она наслаждалась полноценным семейным праздником, особенно тем, на котором ей разрешалось присутствовать.

Задний двор, весь забитый людьми, заставил ее задуматься, где же, черт возьми, они все собираются ночевать. Она знала, что, кроме главного фермерского дома, в поместье есть несколько бунгало для тех, кто любил уединение, и она заметила несколько палаток в отдалении, но интересно, сколько из присутствующих в конечном итоге окажутся на кушетках, полах и, черт возьми, потеряют сознание на траве.

Кошки не всегда разборчивы в выборе мест для сна. Даже дерево сойдет в крайнем случае.

Ей не нужно беспокоиться о том, где она будет спать сегодня. Об этом позаботился некий лигр. Кстати, о Лео, куда он запропастился?

Какое-то время она чувствовала и видела, что он наблюдает за ней, следя за ее мягкими танцевальными движениями. Она очень хотела, чтобы он присоединился к ней.

С другой стороны, сегодняшнее семейное торжество, вероятно, неподходящее место для грязных танцев, которые она имела в виду.

Когда сумерки сменились ночью, она решила найти своего большого мужчину. Можете смеяться над ее желанием побыть по-настоящему девочкой, но ей необходима его ободряющая улыбка и, возможно, сладкий поцелуй. Да, еще она планировала ощупать его прекрасное тело, напоминая присутствующим дамам о том, что он сказал.

Она махала рукой и улыбалась, проходя мимо знакомых лиц, некоторые из которых кричали:

— Мина! — и поднимали бокалы вверх. Несколько человек перекрестились, а одна женщина прошептала:

— Вы уверены, что наша страховка покроет расходы?

Подумаешь случайно приземлилась на капот автомобиля, раздавив его после неудачного прыжка с батута, тетя Флор никак не могла об этом забыть.

Учитывая количество народа, толпящегося вокруг, Мина задавалась вопросом, для кого, черт возьми, это предварительное празднование. Лео упоминал о какой-то спонтанной свадьбе на следующий день, но она еще не выяснила, кто жених и невеста.

Возможно, это Арик наконец-то собрался сделать свою малышку Киру законной женой. Видимо, сейчас они жили во грехе, по крайней мере, так говорила ее мать. Очевидно, переезд к мужчине находился в списке вещей, которые леди не должны совершать. Мине ужасно захотелось сделать это только для того, чтобы услышать тот особый тон, который мать приберегала для нее.

Увы, ни один мужчина не был настолько безумен, чтобы связываться с Миной, рискуя своей жизнью, более того никто не осмеливался перечить ее отцу. Любимая папина футболка гласила: «Приходи и возьми мою дочь. Я не боюсь вернуться в тюрьму».

Вглядываясь в толпу, она заметила бету прайда, обнимающего свою волчью пару. Она сомневалась, что свадьбу будут играть для недавно соединившихся Хейдера и Арабеллы, которые наверняка сбежали в Вегас однажды ночью и вернулись на попутках в стиле Элвиса.

Так кто же счастливая пара?

Мина сомневалась, что ей когда-нибудь удастся сыграть свадьбу целиком. Во-первых, несмотря на то, что она знала, что Лео ее пара, он не казался тем типом мужчины, который хочет хаоса традиционной свадьбы. Не говоря уже о том, что Мина с белым цветом просто не ладили. Если она собиралась съесть немного сальсы, то соус неизменно приземлялся ей на грудь.

Кроме того, она могла себе представить, какие разрушения принесет, если когда-нибудь наденет такое же пышное платье с оборками, какое носила ее мать на собственной свадьбе. Если она повернет не в ту сторону, то, вероятно, убьет несколько десятков гостей.

Если подумать, это звучало забавно. Мысленная заметка для себя: купить огромное свадебное платье на Хэллоуин и отправиться на вечеринку в роли мертвой невесты.

Приятно погруженная в свои мысли, она не заметила, как ее рванули вперед, пока не стало слишком поздно. Кто-то схватил ее за руку и развернул к себе. Рефлекс заставил Мину ударить обидчика, но она лишь врезалась в каменную стену. Только не в ту стену, которую надеялась увидеть.

— А, это ты.

— Твоя радость от моего появления переполняет меня, любовь моя. — Дмитрий отпустил ее руку.

— Если хочешь увидеть радость, повернись и уходи.

— Уйти? Но я только пришел.

— Зачем ты здесь? Еще одна досадная уловка, чтобы снова попытаться похитить меня?

— Ты говоришь так, будто это плохо, и все же, разве не во всех женских романах пишут о похищениях и соблазнении? — Дмитрий пошевелил бровями в неудачной попытке изобразить сексуальность.

— Ты не викинг, а я не падающая в обморок девица. Так что не стоит напрягаться. И, кроме того, я занята.

— Я это уже слышал, и всё же, — он принюхался, — всё ещё не чую брачной метки.

— Лео не из тех, кто торопится. Он любит делать все медленно. Готовится к главному событию. Ну, знаешь, прелюдия и все такое. — Поддразнивания и отказы, которых волне достаточно, чтобы свести любую женщину с ума. Или, по крайней мере, заставить обезуметь больше, чем обычно.

Дмитрий одарил ее улыбкой.

— Я могу дать тебе прелюдию и удовольствие. Гораздо больше, чем мог бы сделать этот здоровяк.

Мина закатила глаза.

— О боже мой. Ты просто так не сдаешься?

— Только не тогда, когда приз — это ты.

— Ты про мои широкие бедра и отличные гены?

— Все вместе.

— Я не собираюсь помогать тебе основать династию гигантских младенцев.

— Никогда не говорил, что необходимо твое согласие.

— И ты удивляешься, почему тебе так трудно найти женщину. — Мина выразительно посмотрела на Дмитрия.

— Знаешь, именно это и заставило меня пересмотреть мой план сбежать с тобой и сделать своей невестой.

— Как вовремя. Но если ты здесь не для того, чтобы меня похитить, то какого черта ты здесь делаешь? И почему никто не вышвырнет тебя за полосатое ухо?

— Меня пригласили.

— Кто настолько глуп, чтобы пригласить тебя? — спросила она.

— Я.

Развернувшись на каблуках, Мина наконец нашла Лео, держащего две бутылки запотевшего пива, одну темную, с резким запахом, другую светлую с долькой лайма, засунутой в горлышко. Мина схватила темную и выпила ее прежде, чем он успел подсунуть ее ту, что для девчонок.

Утолив жажду — и не рыгнув, потому что она все-таки леди, — Мина спросила:

— Зачем ты пригласил короля шовинизма?

— Чтобы я мог показать ему это.

«Это» включало в себя кружение Мины в объятиях Лео и крепкий страстный поцелуй. Неожиданный поцелуй. Долгожданная дуэль языков. Невпечатленная аудитория.

Звуки рвотных позывов испортили настроение.

— Разве это необходимо? Я уже не претендую на эту леди.

— Просто хочу убедиться, что ты все понял, — заметил Лео, когда оторвался от Мины набрать воздуха.

— Подумать только, я слышал, что ты любишь соревнования, — сухо сказал Дмитрий.

Лео смерил Дмитрия холодным и угрожающим взглядом. Так горячо.

— Может, я и люблю соревнования, но участвую, только чтобы победить. А еще я не делюсь. Мина — моя.

Она его? К черту зоологов, которые говорят, что львы не могут мурлыкать. Ее внутренняя кошка определенно издавала счастливый звук.

Мина бросилась обнимать Лео, не только потому что была так счастлива прямо сейчас, но и потому что это последнее пиво, вдобавок ко всему выпитому, сделало ее немного одурманенной.

— Это я, или это поле наклоняется?

— Думаю, кое-кто уже готов лечь спать. — Подхватив на руки, Лео понес ее прочь с вечеринки.

На тех, кто выкрикивал непристойные замечания — как будто Мина нуждалась в каких-то идеях, когда дело доходило до совращения ее серьезного лигра, — Лео пристально смотрел. Очевидно, он один из тех омег, которым не нужно полагаться на свой голос, чтобы заставить людей повиноваться.

Они добрались до своей спальни без приключений, ее сильный мужчина фактически нес ее всю дорогу, демонстрируя впечатляющую силу. И это хорошо, потому что Мине стало трудно держать глаза открытыми.

Усталость и алкоголь, казалось, сговорились против нее. Черта с два. Это ее ночь. Момент, которого она ждала. Она не собиралась позволить чему-то вроде вращающейся комнаты и век, опущенных цементными блоками, встать у нее на пути.

Когда Лео наклонился, чтобы уложить ее на кровать, она крепче сжала его, не позволяя ему отстраниться.

— Поцелуй меня, — потребовала она.

— Я не должен.

— Ты не должен останавливать себя сегодня вечером.

— Сегодня вечером ты вряд ли способна хоть на что-то.

— Мы можем это исправить. Если мы не будем торопиться, я буду в порядке. Только не жди, что я стану качаться на люстре. В прошлый раз, когда я это делала, весь потолок обвалился, — призналась она.

— Я бы предпочел не слышать о твоих сексуальных подвигах, — проворчал он.

Ревнивый Лев был очарователен.

— О, я сделала это не ради секса. Мы играли в Лару Крофт. И мне бы сошла с рук эта проделка, если бы болты выдержали.

— Ты просто невероятная, — пробормотал Лео, убирая волосы с ее лица, его прикосновения были такими нежными.

— Я твоя, — пробормотала она, ее ресницы затрепетали, битву с ними Мина проиграла.

— Именно поэтому, к сожалению, мне нужно уходить.

— Уходить? — Она с трудом разлепила глаза. Сон накрывал ее, умоляя сдаться. — Ты ведь не уйдешь совсем, правда?

Серьезные голубые глаза посмотрели на нее — их оказалось четыре. Черт бы побрал эти желе с алкоголем!

— Придется, если хочу сдержать свое обещание. Я не доверяю себе, оставаясь рядом с тобой. Ты слишком соблазнительна. Вот почему я накачал то пиво снотворным.

Глава 21

Признание в том, что он сделал, заставило Лео поморщиться, но на ее лице отразилось удивление.

— Ты накачал меня снотворным? — Она моргнула. Долгое, медленное моргание. Снотворное уже сильно влияло на ее состояние.

Он попытался объяснить.

— Мне пришлось. Это был единственный способ сдержать свое обещание.

— Но эта комната предназначалась для нас. Ты сам так сказал, — пробормотала она, хлопая ресницами.

— Да. — И мы воспользуемся ей. Завтра все изменится.

— Ты так…так…

Он успокоил ее поцелуем, полным тоски, сдерживаемого желания и нежности, которую он никогда не мог бы вообразить к этой женщине несколько дней назад.

Мина. Ходячий, говорящий вихрь, который заставлял его чувствовать себя таким живым.

Как мог объяснить, какую боль он испытывал, не прикасаясь к ней? Как мог дать ей понять, что сожалеет о своем обещании, что больше всего на свете ему хочется сорвать с нее это проклятое платье, провести руками по ее шелковистому телу и завладеть ею всем своим существом? Поставить на нее свою метку.

«Я хочу сделать тебя моей».

Но он не мог… пока не мог. Поймет ли она? Простит ли она его?

— Еще одна ночь, Липучка. Доверься мне.

Хр-р-р.

Она проиграла битву снотворному, которое он подсыпал в пиво.

Он прижался к ее лбу и на мгновение закрыл глаза. «Надеюсь, она меня простит». Его действия казались экстремальными даже ему самому.

Почему он не может просто заявить на нее права и дать то, что им обоим нужно? Кто, черт возьми, накачивает наркотиками женщину, на которую хотел претендовать, вместо того чтобы нарушить глупое обещание?

Он так сделал.

Черт бы его побрал. То, что он сделал, — это проявление уважения и любви.

«Мне нужно гребаное пиво. Пусть это будет бочонок». Однако он сомневался, что выпивки хватит, чтобы заглушить кошачий вой его внутреннего лигра.

«Прекрати его, или я позволю Кларе вплести ленты в твою гриву в следующий раз, когда мы будем перекидываться.

Розовые».

Глава 22

Мина проснулась оттого, что кто-то сидел у нее на груди. Учитывая, что этот некто чуть не раздавил ее и мешал не только дышать, но и спать, наконец поняла, почему когда она вытворяла подобное, ее брат сердился. Особенно, когда оседлавший Мину наездник решил выдернуть подушку из-под головы и ударить ею.

Приоткрыв веко, она посмотрела на Зену.

— Почему ты хочешь умереть? — Нечего и думать о хорошем настроении после пробуждения. Она слишком ясно помнила прошлую ночь, когда Лео накачал ее снотворным, чтобы ему не пришлось заниматься с ней сексом. Глупый, респектабельный идиот. Кто-то слишком далеко зашел в своем обещании.

Тем более все, что ему нужно сделать, это заявить свои права и решить проблему.

Но вместо этого он предпочел уйти.

«Разве он не хочет сделать меня своей?»

Она, конечно, так и думала, но теперь, учитывая его поступки, Мина засомневалась.

Ее внутренняя львица отвесила ей мысленный шлепок.

«Конечно, он хочет тебя. А кто бы не хотел?»

Что, черт возьми, происходит с ее самооценкой.

«Я потрясающая».

Ну, здорово, он ушел, а теперь ее мучают демоны, всем известные как ее любимые кузины.

Зена щелкнула ее по кончику носа и усмехнулась.

— Ну, и тебе доброе утро, королева драмы. Я вижу, у кого-то плохое настроение.

— Ты тоже проснулась бы не в духе, если бы тебя накачали снотворным и уложили в постель.

Зена хихикнула.

— Все еще не могу поверить, что Лео сделал это. Большинство парней просто заперли бы тебя в комнате и велели вести себя прилично.

— Как будто есть замок, который может удержать меня.

— Я ему так и сказала, — объявила Реба, плюхаясь на кровать. — Вот почему мы подсыпали снотворное в то последнее пиво, которое ты выпила.

— Ты помогала Лео, одобрив его план не тащить меня в постель, не объявив своей парой? Я думала, мы подруги, — обвинила Мина самым обиженным тоном.

— Именно, мы его в этом полностью поддержали. Приятно видеть мужчину, который полон решимости уважать тебя. Мы думали, ты оценишь это.

Конечно, пусть он будет героем. Хороший парень. Между тем, это не помогло ее изнывающему либидо.

— Значит, ты подсыпала в пиво таблетки.

— Только в одно.

Мина нахмурилась.

— Что значит «только в одно»? Откуда ты знала, что я его выпью? Он предложил мне светлый эль. Вместо этого я взяла его бутылку.

Струя с запахом малины брызнула на Мину. Вытирая лицо, Мина посмотрела на Зену, которая рассмеялась, совершенно не смущаясь.

— Я знала, что ты так сделаешь. Помнишь, ты всегда говорила «светлый эль — это для кисок».

— Не могу поверить, что ты его выпила. — Реба покачала головой. — Это вещество подействовало на тебя быстрее, чем мы ожидали. Лео едва добрался сюда с тобой, до того как ты захрапела.

— Но он не остался. — Глупый джентльмен, который не воспользовался ею.

— Нет, потому что он сказал, что сам себе не доверяет, — со вздохом ответила Реба. — Это прозвучало так мило. Тебе бы понравилось, каким расстроенным он выглядел.

Расстройство, которое она хотела излечить, но один благородный омега продолжал бороться с ней.

— Мне нравится, как он позаботился о твоей безопасности. Он подкупил меня и Ребу, чтобы мы охраняли твою коматозную задницу, пока он будет пить и играть в карты с твоим отцом и этим русским парнем.

— Мой отец здесь? — Редкие морщины прорезали ее лоб. Как получилось, что она не знала о приезде отца? Разве он все еще не должен находиться в отпуске?

— Ага, он здесь, и твоя мама, конечно. Я слышала, что твоя сестра тоже должна приехать сегодня утром на свадьбу.

Ах да, дурацкая свадьба. Как будто она хотела завидовать счастью другой пары, когда ее собственный мужчина скорее накачал бы ее наркотиками, чем трахнул.

— Фу, мне обязательно идти? Я лучше буду хандрить в постели.

— Ты что, с ума сошла? Ты не можешь оставаться в постели. Ты пропустишь все самое интересное. Двигай своей задницей. Мы должны подготовиться.

— Сейчас только рассвело. Как вы думаете, сколько времени потребуется, чтобы надеть платье и нанести немного блеска для губ?

— У тебя есть чертовски много других дел. Тебе нужно побрить свои подмышки и эти волосатые штуки, которые ты называешь ногами.

Проклятые гены оборотней. Мужчины постоянно жаловались на щетину. У нее волосы отрастали не успевало проходить и нескольких часов после бритья ног. Эпиляция была единственной вещью, которая длилась более двадцати четырех часов.

— Еще ей нужно поесть.

— Правильно мыслишь. Вероятно, ей следует сделать это перед душем, чтобы она была свежей, когда придет парикмахер.

— Парикмахер? Зачем мне это нужно?

— Чтобы сделать тебе прическу, глупышка. А затем визажист.

Она не стала возражать насчет визажиста, так как не особо ладила с подводкой.

— Почему я должна краситься? — она заныла. — Зачем вы мучаете меня?

— Ну, ты же хочешь выглядеть красиво в день свадьбы, глупенькая?

Мина моргнула. Вообще-то, несколько раз. Обычно она находила остроумный ответ, но сейчас потеряла дар речи — редкий случай, заслуживающий отметки в календаре. Она обдумала слова Зены. В них не было никакого смысла. Если…

— Я не выйду замуж за этого упрямого тигра. Неужели Лео или мой отец проиграли ему меня в карты или в какую-то другую игру?

— Нет. Твой брак не из-за проигранного пари, — хихикнула Реба.

— Неважно. Мне все равно, чем Дмитрий угрожал Арику и какую взятку предлагал прайду. Я не выйду за него замуж.

— Дмитрий? Ты имеешь в виду горячего русского чувака? Он стал бы моим первым выбором, но, к сожалению для тебя, ты обречена на брак с большим, старым, скучным Лео сегодня.

— Лео? Я выхожу замуж за Лео? — Конечно, она выдумала эти слова. Должно быть, она еще спит. Очевидно, это сон. Мина хлопнула себя по плечу.

— Подруга, что ты творишь? — взвизгнула Реба. — Твои синяки от вчерашней драки с Лони едва зажили.

— Мне показалось, ты говорила, что сегодня я выхожу замуж за Лео. Я просто хотела убедиться, что не сплю. Теперь я в полном порядке, так что можешь перестать надо мной издеваться и сказать, кого на самом деле поймали на крючок.

Зена схватила ее за щеки и пристально посмотрела в глаза.

— Ты. Выйдешь. Замуж. За Лео. Сегодня. Примерно через несколько часов. Так что хватит валять дурака.

Прошлой ночью он накачал ее снотворным, чтобы не претендовать на нее. Сегодня он собирается жениться на ней?

— Но как? Почему?

— Очевидно, твой отец взял с Лео обещание не лишать тебя невинности до свадьбы…

Зена хихикнула:

— Он немного опоздал.

— …Лео сказал, что если бы все дело было только в сексе, то, черт возьми, вы бы уже давно им занялись. Но сказал, конечно, более красиво. Затем, очевидно, твоя мама вмешалась, выхватила телефон у твоего отца и сказала Лео, чтобы он не терял времени и сделал это сейчас, пока не передумал, ведь тебе повезло найти наконец-то мужчину. Тогда твой папа сказал, что ты, и я цитирую: «чертовски идеальна, и если бы Лео действительно заботился о тебе, то обращался бы с тобой как с гребаной принцессой, какой ты и являешься».

— Папа так сказал? — Конечно, он это сделал. Папина любовь к своим девочкам не замечала их неуклюжих ног. — Подожди секунду, откуда ты все это знаешь?

— Ну, это не из-за того, что мы подслушивали, — проговорила Реба, невинно глядя в потолок.

— Мы говорим с Миной, идиотка. Мы следили за Лео, когда он разговаривал с твоим отцом в вестибюле перед вашим пикником. Вот так нас втянули в составление планов на свадьбу. Свадьба, на которую ты опоздаешь, если не вытащишь свою жирную задницу из этой кровати и не пошевелишься. А теперь принимай душ, а я спущусь вниз и посмотрю, где твой чертов завтрак.

Она собиралась замуж.

«Я выхожу замуж».

Черт возьми.

Она нырнула под одеяло.

— Мина, какого дьявола ты делаешь?

— Я не могу выйти замуж.

— Почему нет, черт возьми? Ты же говорила, что Лео твоя пара.

— Так и есть.

— Тогда в чем проблема, может, скажешь нам?

Мина высунула голову настолько, чтобы объявить:

— Мне действительно нужно это объяснять? Мне? Длинное платье. Прогулка по проходу перед людьми. Священник. Вы можете себе представить, какие бедствия это может повлечь за собой? — Например, споткнется о собственное платье. Пролетающая мимо птица нагадит ей на голову. Неуклюже произнесет свои клятвы и скажет что-то действительно неправильное в присутствии священника. В нее попадет молния. Упадет в обморок от шока и убьет жениха. Возможности безграничны. — Я не могу этого сделать. Кто-нибудь, скажите Лео, что я буду его парой, но никого не подвергну пытке свадьбой.

— Мина, Мина, Мина. Ты плохо соображаешь. Конечно, ты хочешь свадьбу. Во-первых, это то, о чем мечтает каждая девушка.

Правда.

— Во-вторых, это отличный способ показать всем женщинам в прайде, что он твой мужчина.

«Да, руки прочь, сучки».

— В-третьих, он приложил немало усилий, чтобы организовать все это за двадцать четыре часа. Наш милый и спокойный Лео вчера вечером выкрикивал приказы, очевидно, чтобы убедиться, что все чертовски идеально подходит для его изящной женщины.

— Он назвал меня изящной?

— Возможно, к тому времени он уже был пьян. Но да, он так сказал.

— И, наконец, ты должна это сделать, потому что я поставила сто баксов.

— Ты поспорила, что я выйду замуж? — Как это похоже на подругу — успокоить страхи Мины и желать ей только добра.

— Сто баксов на то, что ты пойдешь к алтарю, но когда ты бросишь букет, то тем самым устроишь драку между львицами.

— На моей собственной свадьбе? — Мина улыбнулась. — Можешь даже не сомневаться.

— Тем более что этот букет мой, — объявила Зена.

— Черта с два. Я его застолбила.

Таким образом утро ее свадьбы скрасило препирательство двух львиц о том, кому достанется букет в предсказанной битве позже.

Но на этот раз Мина не присоединилась. Ей нужно готовиться к свадьбе. Ее ждет мужчина, на которого нужно произвести впечатление. И части тела, которые стоит побрить, потому что после свадьбы она стукнет своего лигра по голове и утащит его на эту кровать.

Больше никаких оправданий. Как только они скажут «да», она сделает его — своим.

Ррр.

Глава 23

«Я женюсь.

Подумать только.

Трахните меня».

Бум. Его голова снова ударилась о стену.

«Нет, трахнуть ее».

Хм, это звучит намного лучше. Мысли о сексе с Миной отвлекли его от нанесения увечий, пока он снова не вспомнил…

«Я женюсь».

Бах.

Ох, черт возьми, это должно случиться.

Крошечная нить, связывающая его ментальный контроль, оборвалась.

Паника. Бежать.

От побега Лео удержал его не тронувшийся с места лигр, который действительно думал, что Лео ведет себя как большая, старая домашняя кисуля во всей этой брачной истории.

Вдох. Выдох. Ему потребовалось мгновение, чтобы привести в порядок свои эмоции, скопление беспорядка, не похожее ни на что, с чем он когда-либо сталкивался.

Одно дело спланировать это событие — сделать несколько телефонных звонков и заставить кузенов работать, готовя все, пока он будет занят Миной. Но теперь его поразило осознание того, что это и вправду произойдет. Его жизнь вот-вот должна измениться. Навсегда.

Ой.

К счастью, никто не обратил внимания на его нечеловеческий писк. Но он слышал его, и ему это не понравилось, а значит, нужно что-то с этим делать.

Чтобы отделить панику и страх, которые сейчас скручивали все его тело, потребовалась некоторая работа над собой. Но как только ему удалось отодвинуть их в сторону, Лео с удивлением обнаружил, что те эмоции, которые кричали ему бежать, не имели под собой никакого основания. Его тревоги оказались подобны дымке, отражению или маске, скрывая то… чего на самом деле нет. Хотя у него и присутствовал здоровый мужской страх перед браком, под всем этим испугом на самом деле было лишь волнение о том, что произойдет.

«После сегодняшнего дня Мина будет принадлежать мне. И что еще более интригующе, я буду принадлежать ей. Имеет ли хоть какой-то смысл гордость от принадлежности кому-то? Теперь да.

Моя. Вся моя.

Сегодня и навсегда».

Как он мог подумать, что женитьба — это страшно? Страшно прыгнуть со скалы — только не рядом с Миной, потому что она, скорее всего, последует за ним.

Она действительно потрясающе сумасшедшая. Безумие, которое он с нетерпением хотел попробовать. Стоит отметить еще одну вещью: после свадьбы исчезнет барьер, удерживающий его от Мины. После того, как они поженятся, ничто не сможет остановить Лео от перекидывания своей новоиспеченной жены через плечо и утаскивания ее на ту прочную кровать. Черт возьми, всего через несколько часов он наконец-то даст ей то, чего она заслуживает.

Если она простит его за то, что он сделал.

Накачивание ее снотворным могло показаться излишним. В свое оправдание он мог сказать, что Мина выбивала его из равновесия. Рациональность, хладнокровие, самообладание — все то, что делало его тем, кто он есть, что делало его омегой, не действовало на нее.

Подобно сухому куску дерева, он воспламенился перед лицом ее горящего энтузиазма.

Если он потеряет себя в ней, заявит на нее права, руководствуясь лишь похотью, это лишит Мину шанса перед друзьями и семьей показать, как он публично обещает быть с ней вместе. Чтобы дать ей понять, что не только она выбрала его. Он тоже выбрал Мину.

Лео не мог этого допустить, поэтому он жульничал. Он разозлил женщину, на которой собирался жениться, надеясь вопреки всему, что Хейдер прав, говоря, что легче просить прощение, чем спрашивать разрешения.

На мгновение Лео задался вопросом, ударила бы его Мина так же, как он ударил Хейдера в прошлый раз, когда тот пытался использовать эту дерьмовую тактику на нем?

Если она действительно ударит, то он это заслужил. Он готов принять любое наказание, лишь бы она простила ему этот скользкий поступок и вышла за него замуж сегодня.

Подойдя к лестнице на третий этаж, он посмотрел наверх, раздумывая, пойти ли ему поговорить с ней сейчас, до свадьбы, или молиться, чтобы Мина появилась перед алтарем.

Потом он вспомнил суеверие о том, что невесту нельзя увидеть в день свадьбы. Осмелится ли он сегодня искушать госпожу удачу?

Лучше не стоит. Ему оставалось только надеяться, что Мина, которую он знал, рассмеется над его действиями и побежит по проходу, чтобы броситься на него.

Наверно глупо признавать, что он каждый раз наслаждался верой Мины в его способность ее поймать?

Обернувшись, он почти издал нечеловеческий вопль, когда заметил, что кто-то умудрился незаметно подойти к нему сзади. Сжав губы, он подошел к подносу с дымящейся едой, который держала не кто иная, как его невеста.

Её появление застало его врасплох, и именно поэтому он выпалил:

— Что ты делаешь? Почему сама несешь себе завтрак? Разве Реба и Зена не предложили свою помощь? Они обещали, что помогут тебе подготовиться. — Лео посмотрел на Мину, одетую в летнее платье с цветочным принтом, и нахмурился. — Тебе не понравилось платье, которое дамы прайда выбрали для свадьбы? Они заверили меня, что ты одобришь. Что оно в твоем стиле. — Дав добро львицам выбрать подходящее платье, он настаивал — главным образом, потому что мать Мины казалась непреклонной — чтобы его невеста была одета в белое. Поспешная свадьба не означала, что Мина должна пренебречь традициями, о чем его будущая теща продолжала подробно объяснять, прежде чем Питер, отец Мины, взял трубку и рявкнул: «Сделай всё правильно или умрешь». — Эта фраза, казалось, являлась ответом Питера на многие вопросы, особенно в том, что касалось Мины. — Если они облажались, я заставлю их все исправить, Липучка.

Широко раскрыв глаза, она уставилась на него.

— Думаю, нам нужно кое-что прояснить. Я не…

Он прервал ее прежде, чем она успела закончить фразу «Я не выйду за тебя замуж».

— Подожди секунду. Прежде чем ты что-нибудь скажешь, выслушай меня, пожалуйста. Во-первых, мне жаль, что я накачал тебя снотворным прошлой ночью.

— Ты накачал меня снотворным! — Как она удивилась! Неужели вещество, которое вырубило ее, стерло некоторые из воспоминаний?

— Не сердись. Или злись, но, по крайней мере, пойми, что я опоил тебя только потому, что знал, что не смогу оторваться от тебя. Это был единственный способ, который смог придумать, чтобы сдержать свое обещание. Чтобы дать тебе то, что ты заслуживаешь.

— Хочешь сказать, что желаешь свадьбы? Что хочешь жениться на мне? — Она выгнула бровь, и он не выдержал ее взгляда. Впервые в жизни Лео по-настоящему занервничал. Он оказался в ситуации, в которой не мог ударить, бороться или приказать подчиниться.

Обнажать чувства — хорошо, но говорить о них — полный отстой. Но в жизни каждого мужчины наступал момент, когда он должен смириться с этим, особенно когда какое-то время вел себя как слепой идиот.

— Разве я стал бы переживать все эти трудности, если бы не хотел жениться? Послушай, Липучка, я знаю, что мы начали не очень хорошо. В свою защиту скажу, что с тобой справится не любой мужчина. Не то чтобы я возражал, — поспешил добавить он, когда ее вторая бровь взлетела вверх. — Мне нравится, кто ты есть, и я достаточно взрослый человек, чтобы признать, что, возможно, плохо отреагировал, когда ты объявила, что я твоя пара и теперь никуда не сбегу.

— Что я сказала? — И снова она раскрыла рот от удивления. Потом рассмеялась. На самом деле это чертовски трудно.

Он нахмурился.

— Даже не думай отрицать этого, Липучка. Уже через пять минут после нашей встречи ты готова была потащить меня к священнику. И это меня напугало. Но ты оказалась права, мы действительно принадлежим друг другу, даже если мне потребовалось чуть больше времени, чтобы осознать это. Ты единственная для меня, Мина. Хаос, чтобы уравновесить мое спокойствие. Цветная радуга, чтобы обогатить серость моей нынешней жизни. Я хочу тебя, Липучка. Катастроф, неприятностей и всего остального, что следует по пятам за тобой. Я просто надеюсь, что даже после того, что я сделал, и того факта, что я иногда веду себя как настоящий зануда, по крайней мере, по словам Луны, ты простишь меня и все еще хочешь меня тоже. — Он закончил свой поток слов и посмотрел на Мину с надеждой и немного испуганно, потому что она снова уставилась на него с отвисшей челюстью.

Скажет ли она что-нибудь?

Она так и сделала, только не в лицо. Нет, голос Мины раздался у него за спиной.

— О, Пупсик, это самая прекрасная вещь, которую я когда-либо слышала.

Либо у Мины имелись какие-то сумасшедшие навыки чревовещателя, либо… Лео замер, глядя на женщину перед собой, женщину, которая, как он понял, была Миной и все же не была ею. У этой волосы мягкими локонами рассыпались по плечам, крошечный шрам портил кончик подбородка, а ее запах… был совершенно неправильным. Однако тело, которое прыгнуло ему на спину, и губы, которые шумно целовали его шею? Это была его Липучка.

Какого черта?

— Кто ты такая? — в изумление спросил он.

Клон Мины ухмыльнулся и помахал рукой.

— Тина, конечно.

— Моя близняшка, — добавила Мина ему на ухо.

— Однояйцевый близнец?

— Ну, понятное дело. И это хорошо, иначе я бы сейчас немного обиделась, что ты только что сказал ей все эти прекрасные вещи.

— Я думал, это ты.

— По-видимому. Это случается часто, но я совершенно не понимаю почему. Она совсем не похожа на меня.

— Чувствую себя полным идиотом. — Он попытался поднять голову, чтобы увидеть Мину, вцепившуюся ему в спину, но она закрыла ему глаза руками. — Нет, ты не можешь смотреть. Это плохая примета.

— Но…

— Никаких «но». Хотя скажу, твоя задница выглядит ужасно аппетитно в этих брюках. Но она будет выглядеть еще лучше, когда окажется голой и со следами моих зубов.

— Липучка!

— Знаю. Знаю. Не начинай то, что мы не можем закончить. Однако считай, что ты предупрежден. Как только дадим согласие священнику, твоя задница будет принадлежать мне. Полностью. — Такое низкое, хриплое обещание. — Пойдем, Тина, ты как раз вовремя, чтобы помочь мне надеть платье. Ты можешь поверить, что мой Пупсик все это устроил?

Гордость в ее голосе заставила его улыбнуться, но ему пришлось покачать головой на всю эту историю с сестрой-близнецом. В последний раз поцеловав его в шею, Мина прошептала:

— Увидимся немного позже, Пупсик.

Немного оказалось на самом деле около двух часов. Два часа последних приготовлений, использование его голоса омеги, чтобы успокоить некоторых женщин прайда, страдающих от похмелья, с которыми сложно сладить — самые непослушные дамы получили дежурство по кухне — два часа ожидания, хлопков по спине и непристойных шуток.

Казалось, прошла целая адская вечность, но, наконец, этот момент настал. Поле за окном преобразилось. В дальнем конце располагался импровизированный алтарь, за которым стоял священник, не принадлежащий к какой-либо человеческой церкви, но он являлся официальным лицом, когда дело касалось брачных дел оборотней — и имел разрешение государства согласно его свидетельству, распечатанному через интернет.

Прайд действительно собрался вместе за короткий промежуток времени. Стулья стояли рядами, их было больше сотни, они стояли двумя колоннами, обрамляя дорожку, на которой кто-то расстелил настоящий красный ковер.

За алтарем возвышалась арка, сплетенная из ветвей и украшенная цветами. Такие же цветы находились в садовых горшках, расставленных через каждые несколько рядов для красоты. Почти все уже пришли и расселись. Одетые в самое лучшее, они собрались вместе, даже если некоторые из них все еще держали обиду, потому что в их мире свадьба между оборотнями всегда являлась поводом для долгого шумного празднования.

Что касается Лео, то он ждал свою невесту. Одетый в смокинг, с фалдами, конечно, Лео стоял в самом конце прохода со своими лучшими друзьями, Ариком и Хейдером. Как будто он мог выбрать между ними.

Крошечный Томми, малыш почти четырех лет, ерзал на своем месте, подушка с кольцами опасно подпрыгивала. Кольца однако не сдвинулись с места, надежно приколотые к своим местам.

Гул голосов заглушал негромкую музыку, доносившуюся из динамиков, установленных по всей площади. И все же, несмотря на уровень шума, гул голосов затих, когда заиграла классическая мелодия, проигрываемая на бесчисленных церемониях — «Свадебный марш». По сигналу все внимание, особенно Лео, устремилось к дальнему концу поля.

Первыми шли цветочницы, хорошенькие маленькие девочки в летних платьицах, которые вприпрыжку бежали по проходу, бросая пригоршни лепестков и, в одном случае, корзину, когда она оказалась пуста.

Затем появились подружки невесты. Луна шла в своем платье и туфлях на каблуках, с неприкрытым вызовом в глазах, который ясно говорил «только попробуйте сделать замечание» о девчачьем наряде, который она вынуждена носить. Следом шли Реба и Зена, хихикая и приплясывая, наслаждаясь всеобщим вниманием.

На этот раз Лео не сбило с толку появление Тины, и он не был одурачен. Как он мог принять ее за свою Липучку? Хотя внешне близняшка Мины походила на нее, ей недоставало уверенной улыбки, и то, как она двигалась, с изящной грацией, совсем не походило на его смелую женщину. Какими непохожими они казались.

Пока Тина не споткнулась, не замахала руками и не свалила часть ряда, прежде чем смогла прийти в себя!

Да, они действительно сестры.

С тяжелым вздохом и розовыми щеками Тина умудрилась пройти остаток красной ковровой дорожки, держа в руках высокие каблуки — один из которых оказался сломанным.

Поскольку вся свадебная процессия прибыла более или менее благополучно, остался только один важный человек. Однако она шла не одна.

Несмотря на угрызения совести, которые Лео почувствовал из-за бочонка, который они распили прошлой ночью, Питер, казалось, был готов отдать свою дочь замуж. Готовность, однако, не означала, что он выглядел счастливым.

Швы на костюме его будущего тестя были натянуты, взятый напрокат смокинг сидел не лучшим образом, но Лео сомневался, что именно поэтому он выглядел таким недовольным. Лео решил, что у хмурого лица Питера две причины. Во-первых, он должен отдать свою маленькую девочку. Второе, вероятно, связано со смешками и повторением определенного слуха: «слышали, он проиграл пари в армрестлинге и должен носить галстук».

Для любопытных, Лео выиграл это пари, и поэтому его новый тесть носил на шее «проклятую богами петлю».

Впрочем, кому какое дело до этого обиженного неудачника, когда он держит руку самого прекрасного видения.

Длинные волосы Мины рассыпались по плечам золотыми волнами, концы их завивались в пышные локоны, щекоча ложбинку между грудей. На висках гребни цвета слоновой кости скользили вверх и вниз, открывая кремовую линию шеи.

Платье без бретелек делало ее похожей на богиню. Бюст, узкий и низкий, так хорошо демонстрировал ее фантастическую грудь, что Лео невольно зарычал. Ему не нравились одобрительные взгляды в толпе. Но в то же время он чувствовал некоторую гордость. Его невеста прекрасна, и было только справедливо ею восхищаться.

От ее впечатляющей груди платье обтягивало тело, прежде чем расшириться. Тонкая белая ткань юбки колыхалась, когда она шла. Он заметил, что Мина в туфлях без каблуков. Предложение Ребы, чтобы у нее не застрял каблук. Ее платье почти не касалось земли. Идея Зены, чтобы Мина не споткнулась о подол.

Они приняли все возможные меры предосторожности, чтобы обеспечить ей как можно больше шансов не столкнуться с неприятностями.

Возможно, ей не хватает кошачьей грации других дам. Возможно, она спотыкалась раз или два и держалась прямо только благодаря плавным действиям отца, но, черт возьми, в его глазах она самое изящное, самое прекрасное создание, которое он когда-либо видел.

«И она — моя».

Ее глаза встретились с его, яркие, сияющие и полные безграничного счастья. Ее улыбка выражала ту же радость, и он не мог не ответить ей тем же.

Даже Питер не мог омрачить его счастья. Когда он передавал руку Мины, он наклонил голову и не очень тихим шепотом сказал:

— Сынок, если ты причинишь ей боль, я выпотрошу тебя. Медленно. Добро пожаловать в нашу семью.

Вот такое теплое сердечное напутствие. С другой стороны, оно хорошо сочеталось с тем, что сказала ему его обретенная свекровь, когда церемония закончилась и Мина ушла, хихикая с львицами и прося их всех называть ее теперь миссис.

— Лео, дорогой, ты кажешься мне славным мальчиком, поэтому не могу не предупредить, если ты причинишь боль моей дочери, само собой разумеется я заставлю тебя исчезнуть без следа.

Почему-то он спросил:

— Как?

И чопорная и правильная мать Мины улыбнулась ему улыбкой, которая заставила бы любого крупного мужчину задрожать, когда сказала:

— Ты слышал о моих призовых красных розах?

Но этот пугающий разговор случился после церемонии. Здесь и сейчас Лео держал руку Мины и смотрел ей в глаза, пока священник декламировал версию свадьбы оборотней. В ней содержалось большинство стандартных фраз.

— Мы собрались здесь сегодня, чтобы соединить эту пару…

Лео, честно говоря, почти ничего не слышал, слишком поглощенный электрическим треском между ним и Миной. А еще сосредоточился на том, чтобы не потерять сознание. Он больше не будет издеваться над теми видео, где женихи падали с грохотом. Теперь он понимал, почему многие падали в обморок. Напряжение от нахождения перед таким количеством людей, принимая на себя такие серьезные обязательства, всего этого достаточно, чтобы заставить дрожать даже самого большого мужчину.

А потом все почти закончилось.

Священник, как это принято, должен был сказать: «если здесь есть кто-то, у кого есть причина, почему эти два существа не должны стать одним в глазах прайда, тогда говорите сейчас или замолчите навсегда».

Лео бросил взгляд на Дмитрия, который сидел сзади, но встал не он.

Прочистив горло, Питер вскочил на ноги. Он только успел произнести:

— Я… — прежде чем мама Мины буквально схватила его. Она ударила его по коленям, и он упал на траву. Даже если она и прошептала, в ошеломленной тишине все услышали ее:

— Заткнись! У моей прекрасной дочери будет правильная свадьба. В приличном платье! Не смей портить мне всё.

А потом мама Мины запечатлела на губах мужа поцелуй и помахала им рукой в знак того, чтобы они поторопились.

Они оба дали согласие на брак, и пришло время поцеловать его невесту.

Его жену.

Моя.

Не обращая внимания на аплодисменты, Лео наклонил голову. У него была только одна цель — ее мягкие губы, приоткрывшиеся под его губами.

Притянув жену, он прижал ее к себе и тщательно исследовал ее рот. Она изучала его в ответ, своим языком проникла внутрь и танцевал им вдоль его языка.

Кто-то похлопал его по плечу, и он зарычал.

Кто-то рядом прочистил горло, и она зарычала.

Послышались голоса. Люди смеялись, и становилось все более и более очевидно, что они не могут целоваться вечно. По крайней мере, не здесь. А еще они не могли немедленно сбежать. Проклятье.

Не успели их губы разомкнуться, как их обоих унесло волной добрых пожеланий. Лео страдал от ударов по спине со стороны мужчин и от сочувствия некоторых из них по поводу того, что его заковали в кандалы.

Бедняжку Мину окружила целая стайка ее подруг.

Их взгляды встретились поверх голов, но лишь на мгновение, прежде чем их внимание снова украли.

В то время как он терпел из последних сил, первой, в конце концов, не выдержала Мина.

Случилось ли это из-за того, что какая-то женщина дотронулась до него, повисла на его руке, восхищаясь красотой свадьбы, или из-за того, что Мина не могла справиться с разочарованием последних нескольких дней, не имело значения.

С рычанием «Убери свои руки от моего мужа!» Мина прорвалась сквозь толпу, задрав юбки. Она перепрыгнула последние несколько футов и взмыла в воздух, чтобы схватить львицу, которой оказалась кузина Лони.

Лео успел лишь понять, что его молодая жена переполнена ревностью и решила снять скальп с гостьи свадьбы.

Как омега, Лео должен бы вмешаться, чтобы успокоить горячий темперамент — и остановить выдергивание волос. По крайней мере, он определенно должен оттащить Мину от львицы, пока она не испачкала кровью свое белое платье.

Но…

Ладно…

Ему это даже понравилось. Лео встречался со многими женщинами, но ни одна из них не относилась к нему так по-собственнически прежде. Определенно, никто не набрасывался на соперницу за то, что она посмела флиртовать с ним. Он не знал, что может говорить о нем тот факт, что он наслаждался ее ревнивой вспышкой.

Чувствуя себя немного самодовольным, он воспользовался моментом, чтобы насладиться ревностью.

Мины.

Да, он принадлежал ей, а она — ему, по крайней мере, на бумаге. Возможно, пришло время завершить связь и по-настоящему соединиться, чтобы все знали, что они принадлежат друг другу. Пришло время заявить права друг на друга.

Но сначала ему нужно оторвать ее от другой женщины, прежде чем она в буквальном смысле прольет кровь.

Обхватив ее за талию, он поднял Мину, хотя она продолжала рычать на женщину, лежащую на земле.

— Тронь моего мужчину еще раз, и я вырву у тебя эту руку и отвешу ею тебе пощечину!

Ах, эти романтичные слова, произносимые женщиной в порыве страсти.

Перебросив Мину через плечо, он, не обращая внимания на веселые взгляды толпы, потащил ее прочь с вечеринки.

— Я еще не закончила, Пупсик, — проворчала она.

— У меня есть планы получше насчет твоей энергии, — ответил он.

И да, она объявила всем об этом:

— Лео наконец-то собирается развратить меня. — Она не единственная, кто выкинул вверх кулак победителя. Другие дамы в прайде тоже приветствовали его, и Лео изо всех сил старался не покраснеть, а бедный Питер — он направился прямиком к бару.

Однако смущения, конечно, недостаточно, чтобы его остановить.

Дойдя до двери в их комнату, он чуть не рассмеялся, увидев табличку, на которой было написано: «Не беспокоить», а под ней красной помадой выведено: «или умрешь».

Он не мог не согласиться. Пришло время заявить права на женщину, которая поглотила его, и остерегаться идиота, который решит встать у него на пути.

Не успел он ногой захлопнуть дверь, как она соскользнула с его плеча. Обвила руками его шею и прижалась губами к его губам. Какая же она вкусная. Электрический разряд, который он ощущал только с ней, возник между ними, подпитывая кипящее желание.

Он наклонился к ее губам, дразня и покусывая, требуя и клеймя этот рот для себя. Она проглотила его стон, открыла рот и скользнула языком по его губам, дразня и сводя его с ума.

Инстинкт пульсировал в нем, подталкивая его заявить на нее права, пометить ее. Сейчас.

Какое нетерпение. Какая потребность.

Он позволил своим рукам блуждать по ее телу, скользя по шелковистой ткани, скрывающей ее изгибы.

— Я уже говорил тебе, как ты прекрасна? — прошептал он, касаясь кожи, скользя губам вниз по гладкой колонне ее шеи.

— Я могу сказать, — ответила она, обхватив ладонью его эрекцию.

Ее бесстыдная натура приводила его в восторг. Как и сжатие его члена.

— Мой учитель английского всегда говорил: «делай, а не разговаривай», — заметил он, ведя ее к кровати. Он положил Мину на неё, все еще одетую.

— Может, мне сначала раздеться? — спросила она. Ее волосы рассыпались по подушке золотой волной, а губы, распухшие от поцелуев, умоляли его о большем.

— С того момента, как увидел тебя, я мечтал о том, чтобы приподнять эту юбку и расправить ее вокруг твоего тела, чтобы она стала белоснежным обрамлением, когда я буду брать тебя.

— У тебя были грязные мысли во время церемонии?

Он не смог сдержать озорной усмешки, на что она ответила хриплым смехом:

— Ох, Пупсик. Ты такой порочный. И хитрый. Мне нравится, как ты можешь казаться очень серьезным и в то же время таить в себе настолько шаловливые мысли.

— Если ты думаешь, что это круто, то подожди, пока я воплощу их в жизнь.

С дьявольским, как он надеялся, изгибом брови Лео сбросил пиджак и ослабил галстук, прежде чем опуститься на колени на кровать. Ее босые ноги — босые с тех пор, как она сбросила туфли перед своим диким рывком — выглядывали из-под подола платья. Под тонкими слоями он позволил своей руке подняться на дюйм вверх по ее икре, еще выше, и его рука исчезла под юбкой. Не глядя, только касаясь, он возбудился еще сильнее, когда его пальцы коснулись ее бедер.

Мина глубоко вздохнула, ее веки отяжелели, когда она смотрела на него. Он провел кончиками пальцев выше и не смог удержаться от стона, когда наткнулся на обнаженный холмик ее тела. И он имел в виду голый. Выбритый и даже не прикрытый клочком ткани.

— Ты выходила за меня замуж без трусиков? — он практически простонал это.

— Просто на тот случай, если бы мы решили отлучиться куда-нибудь по-быстрому, — призналась она, прежде чем сделать глубокий вдох, когда он провел костяшками пальцев по влажным лепесткам ее женского естества.

— Хорошо, что ты не предупредила меня заранее.

— Или?

— Мы могли и не выстоять церемонию.

— Ты можешь не прожить и нескольких минут, если не прекратишь болтать и не сделаешь что-нибудь.

— Не терпится, Липучка?

— Попробуй тут утерпеть, — проворчала она. Сев на колени, она схватила его лицо и поцеловала. Продолжая крепко целовать, она толкнула его, опрокинув на спину.

Не обращая внимания на одежду, она оседлала его, вцепившись руками в льняную ткань на его плечах и агрессивно покусывая его губы. Необузданная страсть, которая больше не могла ждать.

Лео мог чувствовать исходящий жар от ничем неприкрытого лона Мины, прижатого к его паху, несмотря на то, что и ткань его брюк разделяла их, и ее задранные юбки, лежали между ними пушистым облаком.

Ее покачивания на нем, когда они целовались, казались верхом пытки. Он так сильно хотел погрузиться в нее. Вместо этого его руки жили своей собственной жизнью, обхватив полные полушария ее попки, которую он любил массировать и сжимать. Еще больше ему нравились приглушенные звуки, которые она издавала у его рта. Крепко прижимаясь к нему своей великолепной грудью, Мина напомнила ему, какое сильное удовольствие он получал, играя ими.

«Я должен прикоснуться. Попробовать».

Это стало настоятельной потребностью. Он крепко обнял ее, придвинув к себе так, что ее грудь нависла над его ртом. Грудь практически вываливалась из квадратного выреза, так что потребовалось совсем немного манипуляций, чтобы ее вытащить. Он позволил Мине снова сесть к нему на грудь, но только для того, чтобы освободить руки и обхватить эти великолепные холмы.

Поглаживая ее тяжелые полушария, он любовался ими, проводя большим пальцем по соску. Тот мгновенно сморщился, превратившись в тугой бутон. Лео притянул Мину к себе еще ближе так, что смог дотянуться до ее груди ртом. Лизнул кончик одного соска, и дрожь сотрясла ее тело.

Поймав губами ее сосок, Лео приготовился по-настоящему поиграть с этими бугорками наслаждения. Пока ртом он вцепился в одну торчащую вершину, пальцам позволил тянуть и крутить другую.

Он мог оценить степень ее наслаждения по крикам удовольствия, по тому, как она выгибалась, прижимая пышную грудь к его рту, побуждая его взять еще.

Так Лео и сделал. Он втянул кончик в рот, посасывая и покусывая. С каждым вздохом, который она испускала, с каждым тихим мяуканьем и дрожью в ее теле, напряжение внутри него нарастало.

Такая отзывчивая на его прикосновения. Так… постойте где они?

Он почти зарычал, когда она отодвинулась. Но не слишком далеко. О черт, что она задумала?

Его молодая жена стояла на коленях между его ног, платье задралось под грудью, кожа на ней покраснела. Юбка Мины развевалась вокруг нее, когда она присела, но больший интерес для его жадного взгляда представляло то, что она делала.

Проворными пальцами Мина расстегнула пуговицы на рубашке и раскрыла ее, обнажив его грудь. Она вонзила ногти в его плоть, вызывая у Лео дрожь, а затем мурашки, когда она не остановила свои руки на поясе брюк.

Скользнула пуговица, щелкнула молния, и она ахнула, увидев его.

— Ты был без нижнего белья на нашей свадьбе?

Прежде чем он успел ответить, она произнесла «потрясающе», которое в итоге получилось несколько искаженным, когда она втянула его член в рот.

В этот момент он чуть не кончил. А затем она зажала член своей грудью, посасывая при этом головку. Окружила его мягкой плотью, а потом потерлась о его ствол вверх и вниз, удерживая в нежном капкане.

Да. Ему конец.

Глава 24

Сперма Лео горячо брызнула, и Мина заглотила каждую каплю. Он прокричал ее имя, когда кончил, какой же чудесный звук.

Такой замечательный мужчина.

Мой мужчина.

Ее супруг, который сохранил некоторую твердость, даже когда кончил. Она собиралась пососать его член еще немного, но он прорычал:

— Моя очередь.

Его очередь? Как он вспомнил об этом? Ведь она только что довела его до оргазма.

Но он действительно имел желание доставить ей ответное удовольствие

— Ложись на спину, — потребовал он.

Вместо этого она, опершись руками о кровать, встала на колени и посмотрела на него через плечо.

— Ты не единственный, у кого есть фантазия, — заметила она.

— Лучший. Свадебный. Подарок. Из всех. — Лео, по-видимому, понравилась ее поза. Он скользнул рукой по изгибу ее попки, затем вниз, пока не нашел пушистый край юбки. Медленно потянул ткань, открывая ее бедра и ягодицы.

Все еще наблюдая за ним через плечо, она заметила, что его член снова готов. Лео подошел близко, еще ближе. Она вздрогнула, но он удивил ее. Вместо того, чтобы погрузиться в нее, он наклонился и начал ласкать ее языком.

Боже милостивый.

Он вылизывал ее, плавные движения дико возбуждали. От прикосновения его языка к ее клитору захватывало дух. Погружение двух пальцев в ее лоно вызвало у Мины громкий стон наслаждения.

Лео медленно ублажал ее, каждый толчок его пальцев и прикосновение языка порождали блаженное удовольствие внутри нее, строили башню, которая угрожала рухнуть.

— Сейчас, пожалуйста, — почти всхлипнула она.

Ей не пришлось просить дважды. Он заерзал по кровати, пока не встал на колени прямо позади нее, головка члена коснулся ее влажной щели. Лео медленно ввел его внутрь.

Слишком медленно.

Мина резко дернула телом и насадила себя на его член, повторив его «Ах!», произнесенное Лео от неожиданности.

Но ох, какое удовольствие.

Наконец-то, он в ней. Растягивает ее. Он двигался в такт с ней, короткими, резкими толчками, которые прижимали набухшую головку члена к ее самому чувствительному месту.

Снова и снова. Насаживает. Вбивается. Сжимает. Ох.

Их слияние оказалось настолько совершенным, настолько возбуждающим, что потребовалось лишь малейшее прикосновение его зубов к ее коже, чтобы прокусить ее, и Мина кончила.

Осознание захлестнуло Мину, Лео предъявил свои права на нее, теперь он действительно сделал ее своей парой, не только в глазах человеческого закона, но и следуя первобытным инстинктам оборотней.

Они оба дико зарычали, когда их накрыло волной восторга, как никогда прежде.

Когда оргазм сотрясал ее тело, она закричала:

— Сильнее! Сильнее!

И она получила это. Лео вколачивался в нее быстро, сильно, погружаясь до самого основания. Он шлепнул ее по заднице, его тело идеально подходило ей, тело, которое могло справиться с ней и ее страстью.

Как горячо его семя омывало ее лоно. Настолько, что она сорвала голос до хрипа, когда второй оргазм скрутил ее тело.

Когда их сердцебиение замедлилось, тела остыли, и они спустились с высоты, Лео обнял ее. Он рухнул на бок и притянул Мину к себе, прижимая к своему телу. Держа ее.

Это было чудесно. Идеально.

Бабах!

Ну, конечно, кровать выбрала именно этот момент, чтобы сломаться с одной стороны и опрокинуть их на пол.

— Будь ты проклята, Вселенная! — закричала Мина, потрясая кулаком.

И что же сделал Лео, оказавшись в эпицентре, такой обычной для нее катастрофы?

Он громко смеялся, пока она барахталась.

Эпилог

— Доброе утро, Липучка. — Лео уткнулся носом ей в макушку.

— Это самое лучшее утро на свете, Пупсик. — Так оно и было. Прошло чуть больше недели со дня их свадьбы, и она могла с уверенностью сказать, что с каждым днем становилась все счастливее.

Потянувшись в сторону Лео, Мина разбудила ее большого и крепкого партнера, и под «разбудила» она подразумевала «РАЗБУДИЛА». Это стало частью их утреннего ритуала. Теперь у них появилось много ритуалов, например, таких как ее новое спальное место.

Как ново для нее. Спит на другом человеке без необходимости вызывать скорую помощь или находить брошюру о диете, приклеенную к холодильнику.

В первый раз, когда Мина соскользнула с него перед тем, как заснуть, Лео рывком вернул ее обратно, прорычав:

— Не смей двигаться.

— Даже я не могу попасть в слишком большие неприятности, когда сплю, — поддразнила она, положив голову ему на грудь, но совершенно довольная тем, что вернулась на свое уютное место.

— Ввязывайся в любые неприятности, Липучка, лишь бы твое роскошное тело оставалось здесь, где ему и место. Ты, черт побери, теплее и уютнее любого одеяла.

Да, за этот милый комплимент Мина его страстно поблагодарила. Лео всегда делал и говорил очень приятные вещи, поэтому они довольно часто занимались сексом.

Лео оказался ещё более удивительным, чем она могла надеяться. Терпеливый, несмотря на то, что за ней следовали несчастья. Умный и способный развлечь ее. Сексуальный и дающий, когда дело доходит до любви в спальне. И обладающий чувством юмора, что очень важно, учитывая то, как они сломали свою четвертую кровать прошлой ночью.

Разглядывая сломанные сварные швы в изголовье медной кровати, она заметила:

— Как думаешь, кто выиграл пари на этот раз?

Потому что после первых двух постельных происшествий в прайде начали делать ставки.

— Я, — промурлыкал Лео, переворачивая ее на спину.

— Хочешь сказать, что поставил на то, что мы сломаем кровать?

— Черт возьми, да. Но я выиграл не только это. Я абсолютно выиграл, когда нашел тебя.

— Не хочешь сказать, что это я нашла тебя? Я имею в виду, в конце концов, это моя тарелка фрисби ударила тебя по голове.

— Фрисби я мог бы и поймать.

— Ты ничего не видел… — он покачал головой. Она хихикнула. — Пупсик, хитрый дьяволенок, ты что, нарочно дал попасть в себя, чтобы познакомиться со мной? Но если это так, то зачем играть в недотрогу?

— Потому что ты напугала меня, но это было до того, как я понял, что ты именно то, что мне нужно. Я люблю тебя, Липучка.

— Пупсик! — она взвизгнула, осыпая его поцелуями. — Я тоже люблю тебя, так сильно, что совершенно забуду о том, что у Ребы и Зены есть билет для меня, чтобы поехать в Россию и спасти мою сестру.

— И упустить шанс на медовый месяц? Я забыл упомянуть, что тоже еду? Что ты скажешь, если мы нанесем визит тигру?

— А ты не боишься, что я начну войну?

— Я бы больше удивился, если бы ты этого не сделала. Но хватит болтать, Липучка. Пришло время для нашего ежедневного утреннего секса.

И хотя они не могли сломать кровать еще больше, жители кондоминиума под ними жаловались на трещины в штукатурке.

Ррр.

***

— Скажи «согласна».

— Хм? — Глаза закрыты, веки слишком тяжелы, чтобы поднять их, рот — пушистый персик, нуждающийся в воде, разум Тины изо всех сил пытался пробудиться от самого сладкого сна в мире.

— Скажи «согласна», — прошипел голос с акцентом во второй раз.

— Согласна? — На что? Последнее, что она помнила, это то, как пила и веселилась на свадьбе своей сестры, и позволяла некоему русскому тигру флиртовать с ней. Затем…

Ничего.

Мысленно встряхнув затянутый паутиной мозг, она открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть красивое лицо Дмитрия, нависшее над ней, и услышать слова: «Объявляю вас мужем и женой. Вы можете поцеловать невесту».

Что?!

Конец.

*** Любопытно, что происходит с Тиной? Тогда не забудьте прочитать книгу 4, «Невеста тигра».

Конец третьей книги.

Продолжение следует…

В группе: https://vk.com/paranormal_love_stories

Content

Лангле Ив Когда омега выходит из себя