Екатерина Костюк, Юлия Музалевская, Тимур Ястремский

Музыка и мода XX века. От субкультуры к массовости

Памяти доктора философских наук, профессора, почетного доктора СПбГУП, педагога и замечательного человека Татьяны Ефимовны Шехтер (1946–2010);

Учителя и поэта Алексея Сергеевича Красногородцева (1921–2021)

Рецензенты:

доктор культурологии, доцент С. В. Горобец:

кандидат исторических наук, доцент С. А. Сухоруков

Е.Б. Костюк, кандидат педагогических наук, доцент (Раздел I);

Ю.Е. Музалевская, кандидат искусствоведения, доцент (Раздел III);

Т. С. Ястремский, кандидат искусствоведения, доцент (Раздел II).

© Костюк Е. Б., Музалевская Ю. Е., Ястремский Т. С., 2021

© Нестор-История, издание, 2021

От авторов

Массовое искусство XX века – яркая страница в истории мировой культуры. Главным предметом внимания авторов настоящей монографии является освещение и осмысление закономерностей специфики развития музыки и молодежной моды в контексте основных тенденций искусства и культуры XX века. Определяющим фактором их появления стало возникновение новых технологий, средств выразительности, диалог Востока и Запада, а также феномен массовой культуры, которая во многом в своем развитии опиралась на локальные художественные тенденции субкультурных молодежных движений на протяжении всего столетия.

В трудах отечественных и зарубежных ученых к началу XXI столетия освещен достаточно подробно круг вопросов, касающихся специфики развития культуры XX века, современного искусства, моды. В работе над этой книгой авторы опирались на исследования в сфере философии культуры, искусства, молодежной культуры и субкультур: Т. Адорно, М.А. Ариарского, Ж. Бодрийяра, А. С. Запесоцкого, С. Н. Иконниковой, М. С. Кагана, С. С. Комиссаренко, А. Н. Маркова, С.Т. Махлиной, Э.В. Соколова, Т. Е. Шехтер и многих других; на научные изыскания по вопросам развития музыкальной культуры XX века, массовой музыки, нашедшие свое отражение в книгах М. Г. Арановского, Е. Е. Барбана, А. Н. Баташева, А. Бурлака, А. С. Запесоцкого, Д. Коллиера, В.Д. Конен, А. Козлова, А. В. Медведева, В. В. Молзинского, А. Н. Сохора, Л. С. Сысоевой, А. Троицкого, В. Б. Фейертага, А. М. Дукера, Т. В.Чередниченко, Ф. М. Шака и других; на труды ученых, посвященные развитию модного костюма: Г. Зиммеля, И. Гофмана, А. И. Затулий и других; по вопросам электронной музыки, звукозаписи и работы компьютерных музыкальных программам в сферах композиции и исполнительства: И. А. Алдошиной, В. Г. Динова, С. В. Пучкова, М. Г. Светлова и других.

Не случайным стало обращение авторов к исследованию молодежных субкультурных образов. Художественные образы представителей субкультур рождались в стихийной уличной среде под влиянием альтернативных музыкальных направлений. Именно субкультурный костюм и музыка на протяжении XX века последовательно отображали изменения мировоззренческих позиций каждого нового поколения, зачастую становясь своеобразным визуально-аудиальным рупором протестных идей. Начиная с конца 1960-х годов дизайнеры вестиментарной моды, музыканты в поисках новых источников вдохновения начинают обращаться к образам молодежных движений. Благодаря субкультурам отдельные предметы одежды (футболка, джинсы, ботинки «Доктор Мартинс», куртка «косуха») переживают «второе рождение» и приобретают массовую популярность, а субкультурный ритм-энд-блюз перерождается в массово популярный рок-н-ролл и т. п.

В 2000-2010-х годах образы панков, готов, рокеров, хипстеров, совсем недавно воспринимавшиеся как протестные, теперь, облагороженные фантазией профессионалов, приобретают совсем иное звучание, их предлагают в качестве новых модных тенденций. Таким образом, наглядно прослеживается путь художественных образов длиною в столетие, от «улицы до подиума» и сцены.

Тема музыки привлекательна для дизайнеров высокой моды, вдохновляет их на творческие поиски. Она является источником, в котором черпаются новые художественные образы, ее используют и непосредственно в декоре платьев как изображения нот и музыкальных инструментов, их красота наполняет модели новым содержанием.

Безусловно, мода – это еще и феномен социального характера, отражающий предпочтения общества, поэтому понятие мода рассматривается авторами в коннотации популярности в тот или иной период направления, стиля, жанра музыки, предпочтений визуального образа (одежда и т. п.), которые, как это будет показано в труде, преобразуются от субкультурного состояния до массово востребованного.

Данная научно-популярная работа состоит из трех разделов, включающих в себя последовательно вопросы развития массовой популярной музыки, жанры и направления которой на определенном этапе развития также становились модными, а также специфики молодежного костюма XX века.

Авторы выражают благодарность за поддержку их научно-исследовательской деятельности руководству СПбГУП и СПбГУПТД, выдающимся профессионалам и замечательным людям, без которых эта книга не появилась: доктору философских наук, профессору Светлане Тевельевне Махлиной; доктору исторических наук, профессору Владимиру Владимировичу Молзинскому; заместителю директора издательства СПбГУП Ольге Николаевне Тодоровой, а также за поддержку в научной работе доктору культурологии, профессору Светлане Сергеевне Комиссаренко, профессору СПбГХПА им. Штиглица, научному сотруднику Государственного Русского музея Анатолию Федоровичу Дмитренко, кандидату искусствоведения, доценту СПбГХПА им. Штиглица Дине Ильиничне Немчиновой, заместителю директора ГКФУ «Петербург-концерт» Андрею Григорьевичу Кириллову, Владимиру Георгиевичу Воронецкому, уважаемым рецензентам и, безусловно, дорогим семьям за поддержку и помощь.

Раздел I

Модная музыка XX века

Предисловие

Музыка всегда была важной частью бытовой и духовной культуры разных стран и народов. С древнейших времен выполняла функции коммуникативного, культового, релаксационного, социального характера. Ее способность воздействовать на духовном и физическом уровне на человека стала предметом внимания в исследованиях и трудах от древнегреческих и китайских философов до ученых настоящего времени. Особенно важно отметить, что влияние это оценивалось как с позитивной точки зрения, так и с долей опасения в полезности слушания любой музыки, особенностей формирования в том числе и выразительных возможностей музыки с этой точки зрения. Так, например, китайские философы отмечали: «Музыка берет начало в звуках, которые суть результат реакции человеческого сердца на различные предметы… если сердце охвачено печалью, голос слабеет и замирает; если сердце радостно, голос разносится повсюду; если в сердце царит гнев, голос груб и необуздан… если в сердце любовь, голос гармоничен и нежен»[1]. В другом отрывке отмечается, что музыка, которая состоит из звуков, может воздействовать на человека и даже целый народ: «…если звуки коротки и обрывисты, мысли народа печальны; если звуки широки, гармоничны и неторопливы, народ доволен и радостен; если звуки суровы, злы и жестоки, тогда народ строптив и упрям; если звуки умеренны, бесстрастны, честны и искренни, тогда народ почтителен и полон уважения; когда звуки свободны, обильны и гармоничны, народ полон любви…»[2]Изучение тех явлений, которые влияют на особенности развития музыки, и на что оказывает воздействие она, значимо и в наше время. На рубеже XX–XXI веков становится чрезвычайно, по нашему мнению, актуальной проблема позитивного или негативного влияния искусства, в том числе и музыкального, на массовое сознание, а также на ценностные установки каждого человека.

Развитие музыкальной культуры в XX веке обусловлено целым рядом аспектов социально-политического, духовно-эстетического, научно-технического, демографического характера, которые привели не только к появлению в музыке новых направлений, стилей, жанров, призванных отразить многообразие и специфику жизни общества и человека этого столетия, но и феномена массовой музыки.

Возникновение и динамика развития таких направлений массовой музыки, как джаз, рок, или жанров – мюзикл, рок-опера, доминирование на рубеже XX–XIX веков в звуковой культуре общества так называемой поп-музыки обусловлено особенностями развития художественной культуры XX века в целом. Появление терминов – массовая музыка, популярная музыка, к которым относятся вышеназванные направления и жанры, связано, прежде всего, с активным развитием урбанистической культуры, ориентированной на массовую аудиторию и опирающейся, соответственно, на специфику психологии масс[3]. В разные десятилетия XX века популярными, а значит, и модными становились разные направления, жанры массовой музыки, но незыблемым для всех них оставалась главная их функция, «родовая» черта – развлекать, доставлять удовольствие в минуты досуга.

В последние несколько десятилетий активное изучение проблем современной культуры привело к пониманию необходимости дифференциации музыкальных понятий и терминов, особенно касающихся направлений и жанров, общепризнанно популярных[4], то есть известных многим. Исследователи[5] пришли к выводу, что понятие – популярная музыка – достаточно обобщенно, поскольку к нему можно отнести и современную эстрадную музыку, джаз, рок, и произведения классических композиторов, например, полонез М. К Огинского, балеты П. И. Чайковского и т. п.

В 80-х годах XX столетия была создана Международная ассоциация по изучению популярной музыки (IASPM). Было признано, что популярная музыка занимает до 80 % объема всей звучащей музыки и ее слушанию среднестатистический человек уделяет 25 % всего времени активной жизни[6]. Исследователи приводят следующие критерии оценки популярной музыки: масштабы охвата аудитории слушателей; гетерогенности и гомогенности в составе аудитории; бизнес-реализация продукции; стандартизация, недолговременность, простота эстетического объекта, опора на малые музыкальные формы, танцевальный ритм и т. п.

Кроме того, популярная музыка рассматривается и как товар, имеющий общедоступное и общепотребительское значение, так как развлекает и украшает формы общинной досуговой деятельности (звучащие произведения классических композиторов во время, например, презентаций и т. п., не говоря уже о джазе и поп-музыке).

Обзор научной литературы также выявил, что понятие популярная музыка охватывает направления и жанры музыкальной культуры в целом от народной музыки (например: «Калинка-Малинка» – рус. народная песня, «О sole mio» – итал. народная песня и т. п.) до музыки академических композиторов (например: «К Элизе» Л. Бетховена, «Хабанера» из оперы «Кармен» Ж. Бизе, вальс цветов из балета «Щелкунчик» П.И. Чайковского и т. п.), джаз («Hello, Dolly», «Mack the Knife» и т. п.), рок («Yesterday», «Help» и т. п.), эстрадные песни («Му way», «Memory», «I just call to say I love you» и t. д.).

Суммируя вышеизложенное, хотелось бы отметить, что к понятию популярная музыка применяется и оценочный (качественно-количественный), и художественно-эстетический, стилистический критерий, что приводит к путанице в определении и понимании специфики явлений. Таким образом, возникает необходимость в разделении понятия популярная музыка по оценочному критерию, «термин “популярная музыка” в том виде, в котором он существует, имеет чисто оценочный смысл»[7], а понятие поп-музыка – по стилистическо-художественному[8].

Поп-музыка, в отличие от масштабного по охвату понятия популярная музыка, обозначает более узкое направление музыкальной культуры, сформировавшееся в рамках так называемой музыки сферы «третьего пласта»[9]. Характерной особенностью поп-музыки является ее направленность на развлекательность, основные жанры – песня и танец, с краткой, легко запоминающейся мелодией, танцевальным ритмом, стилистикой исполнения (эстрадной)[10]. Лучшие образцы данного направления относятся также к категории популярная музыка, например: «What a wonderful world», «Goodbye my love, goodbye» и т. п., а к некачественным образцам этого направления, китчу[11], относят произведения, имеющие обозначение – попса.

Необходимо отметить, что к массовой музыкальной культуре XX века относятся джаз и рок-музыка, поп-музыка, а также жанры мюзикл, рок-опера, которые были в моде[12] в определенный исторический момент времени.

1.1 Массовая музыка и культура XX века[13]

Массовая музыка как явление культуры XX века является, безусловно, продолжением художественно-социальной специфики музыки «третьего пласта», о которой подробно было написано в исследовании отечественного ученого В.Д. Конен[14]. В этом плане представляется важным отметить, что музыка «третьего пласта» еще со средних веков формировалась изначально как развлекательная, украшающая досуг, основным социальным заказчиком которой был городской средний класс (ремесленники, торговцы и т. д.).

Развлекательность массового искусства – это важнейшая социально-культурная его роль, она позволяет в общественном и индивидуальном контекстах «снять» напряжение, изменить настроение с агрессии на позитивное. Музыка, прежде всего, благодаря ритму, его способности на физиологическом уровне воздействовать на массу людей и на каждого человека в отдельности в разных культурах с древних времен использовалась как средство воздействия на эмоциональность человека, племени, сообщества. Об этом свидетельствуют исследования западных и отечественных ученых. Поэтому в культурах всех стран есть музыка развлекательного и расслабляющего характера.

Художественные особенности музыки данного назначения определялись особенностями «языка культуры»[15], в рамках которой они формировались: актуальность темы для максимально большего числа слушателей без претензий на философское углубленное размышление (любовь, дружба и т. и.); песенность, позволяющая легко запомнить и передать другим произведение; танцевальность, с упрощенностью до физиологичности ритма, который позволял «втягивать» в слушание, расслаблять участников, привносить удовольствие от движения; модные музыкальные инструменты эпохи, например, лютня в эпоху Возрождения, фортепиано, гитара в XIX веке и т. п.; харизматичные исполнители, успех которых далеко не всегда определялся исключительно хорошим голосом или виртуозным владением инструментом; стремление к синтезу с другими видами искусства.

Ограничение в распространении музыки данного направления было связано с несколькими, по нашему мнению, аспектами: носители не воспринимались как социально-значимые ни для развития данного вида искусства (не профессионалы), ни для социума – представители среднего или низшего класса; устная форма существования большинства произведений, которые интерпретировались при следующем воспроизведении автором или его последователями, поэтому до XX века вряд ли можно характеризовать музыку «третьего пласта» термином массовая. Главными социальными заказчиками на протяжении столетий, определяющими направление развития культуры и искусства, были духовенство и аристократия – элита общества, культивировавшие духовно-эстетическую функцию музыки, элитарное искусство, профессионализм. Именно они пестовали творцов, «элитарность выражает свою сущность через культ лучшей личности»[16], смыслы искусства, его духовно-нравственное, эстетическое наполнение, связанное в европейской культуре с высотой христианских идей. Однако разрушение этих идеалов на рубеже XIX–XX веков открыло еще одно основание для активизации именно развлекательных форм искусства, музыки, когда все превращается в развлечение, игру, и даже «святое» (например – любовь) лишь повод для того, чтобы заработать. «Кумирами массовой культуры заболтаны… святые заповеди и сокровенные тайны, необходимые для оправдания смысла жизни…» [17] Безусловно, искусство «третьего пласта» с элитарным его направлением находится в постоянной диалектической взаимосвязи, в том числе и в музыке. Культивирование элитами определенных музыкальных жанров, форм их восприятия на протяжении столетий становилось предметом для подражания в городских низах, но с другой стороны – народная музыка, городской фольклор «питал» и творчество профессионалов. Однако музыка «третьего пласта» не становилась до XX века ведущим направлением в культуре, оставаясь только ее побочной ветвью, прежде всего, на ниве средств выразительности и жанров.

Массовой музыка «третьего пласта» стала в XX веке. Как социальнокультурное и художественное явление приобрела большое значение в жизни общества и человека. Обогатилась новыми средствами выразительности, во многом благодаря распространению и укоренению в культуре XX века феномена собственно массового общества, массового искусства[18], «массовое искусство заполнило жизнь человека»[19]. Велика роль технического прогресса в формировании особенностей массовой музыки XX века, его значение рассматривалось в трудах отечественных и зарубежных ученых, философов. Роль техники, машины в жизни человека при этом осмысливалась как с положительной точки зрения – возможность преодоления ограниченности физических возможностей человека, расширения коммуникативности, круга средств выразительности в искусстве и т. д., так и с отрицательной – усиление технологизации как основа для деградации человека (интеллектуальной, гуманистической и т. п.), уничтожения человечества, технологически целенаправленно или случайно. Для музыки как вида искусства, всегда зависящего от времени, поскольку произведение музыки «живет» во всей полноте пока звучит, изобретение звукозаписывающей и звукотранслирующей техники стало возможностью «остановить» время и передать «полноту» звучания многократно. В этом плане развитие технологий стало позитивным фактором для развития музыки как вида искусства, и особенно развлекательной, потому что массовость как характеристику музыки мы относим к области социологической и культурной по большей мере.

Итак, в XX веке массовая музыка как явление культуры отображает интересы основного социального заказчика – городского среднего класса. Как уже отмечалось ранее, именно появление технических средств сделало возможным массовое приобщение к музыке людей без различия социального, экономического статуса, а также обусловило появление киноискусства, Интернета и т. п. Однако необходимо отметить, что в культуре XX века при возможности массового приобщения к музыке любого направления, только развлекательная музыка в общественном сознании и в культурном дискурсе получила статус массовой. Классическая музыка и фольклор, эти два не менее значимых в истории музыки «пласта» (термин В.Д. Конен), не востребованы в сопоставимых с музыкой «третьего пласта» масштабах. Представляется, что это обусловлено тем, что массовому социальному заказчику (слушателю), во-первых, сложен музыкальный язык, особенно академической музыки XX века, для восприятия; во-вторых, он далек от реальных форм современной бытовой жизни (фольклор); в-третьих, интересы современного слышателя-потребителя[20] постоянно нацелены, в условиях воспитавшей уже его культуры массового потребления, на новое, или обновленное, а это возможно только в рамках развлекательной музыки, всегда опирающейся на упрощенно стереотипно действующие ритмоформулы и интонации. Настоящее произведение искусства требует от создателя глубины мысли, чувств и времени на то, чтобы оно появилось.

Для направлений и жанров массовой музыки XX века свойственна «кратковременность жизненного цикла», что вполне соответствует сущности массовой культуры, массового производства как ее неотъемлемой части и характеристики. В данном случае представляется уместным использовать терминологию менеджмента и маркетинга, поскольку характеристикой данного явления становится ее коммерческая актуальность. Именно массовая музыка является основным «ходовым» товаром в сфере арт-бизнеса, самые продаваемые музыкальные шлягеры – это эстрадные песни, к которым применимы все законы эпохи «культуры потребления»: легко потребляемое, доступное (по смыслу и формату, формам приобщения), постоянно обновляемое или совсем новое. В этом плане жанры и направления массовой музыки XX века – яркий пример.

Первая половина XX века, культура эпохи модерна, связана с появлением как массово востребованного – рэгтайма, джаза, мюзикла и т. и. Общей характеристикой этих музыкальных явлений может стать танцевальность ритма, то есть нацеленность на развлекательность, пробуждающая исключительно радостные эмоции, актуальные в условиях сложной социально-политической, экономической обстановки XX века – революции, войны, экономических кризисов. Возрастание количества населения в городах вызвало, как верно отмечает в своей работе Н. А. Хренов, потребность в массовых формах искусства[21] как факторе снижения агрессии в обществе, решения проблемы дефицита общения, а следовательно, компенсации ощущения одиночества в многомиллионном городе.

Во второй половине XX века нацеленность на развлекательность сохраняется, однако обогащается новыми характеристиками, свойственными в целом культуре постмодерна, такими как игра (глэм-рок и т. п.), эпатаж (хэви-металл, шок-рок и т. п.), театральность (диско, панк, хип-хоп и т. п.). Особым проявлением массового в культуре XX века становится рок-музыка. Как представляется, массовость распространения в условиях западноевропейской, американской культур рок-музыки была не только связана с новыми идеями, но также и экономически обусловлена. Новизна, необычность рок-культуры сразу вызвала огромный интерес, как новый товар, появившийся нарынке. Продвижение «рок-товара» в условиях массового производства было опосредовано техническими возможностями его распространения и обуславливалось всеми средствами и способами, которые применяются в промышленном производстве для того, чтобы «жизненный цикл» товара был как можно дольше: эпатаж, рекламные технологии, новая песня – новый концертный тур, использование в кинопроизведениях и т. и.

В СССР увлечение рок-н-роллом, а затем рок-музыкой с конца 1950-х до 1980-х носило первоначально гедонистический и идеологический характер. Однако известно, что сначала джаз, а потом и рок, например нелегальные записи рок-групп «Кино», «ДДТ» и т. д., стали «востребованным товаром» советского «черного рынка». Не менее интересной была судьба авторской песни как явления, безусловно, художественного и социально-культурно значимого. Песни бардов, так же как и рок-андеграунда, распространялись нелегально, но большинство граждан СССР считали обязательным иметь в доме записи В. Высоцкого, А. Городницкого, группы «Битлз», группы «Аквариум» и т. п., это было модно, что порождало, конечно, теневой коммерческий рынок этого «товара». В 1990-х, когда страна «взяла курс на капитализм», то и рок-движение, и движение бардов, вовлеченное в тотальную коммерциализацию («чес концертов»), «прекратили» развитие этих музыкальных направлений как музыкально-художественных явлений, о чем свидетельствуют интервью музыкантов, зато стали весомой частью художественного рынка этого периода в постсоветской России. «Служенье муз не терпит суеты» (А. С. Пушкин). К сожалению, трудно ныне оценить значение и популярность в обществе того или иного направления музыки в 1990-х – начале 2000-х, поскольку отечественная наука в этот период находилась в серьезном кризисе, и те значимые научные исследования музыкальных предпочтений, которые были сделаны фактически на излете советской эпохи в этой сфере, представляют несомненно важный материал для продолжения научных изысканий в этой области, для оценки роли элитарной (академической) и эстрадной (развлекательной) музыки в жизни современного российского общества разных социальных категорий.

Художественно-выразительная специфика массовой музыки XX века, начиная с рэгтайма до современных эстрадных шлягеров, через весь век основывается, прежде всего, во-первых, на подчеркнуто упрощенном танцевальном ритме с акцентом на слабую долю. При этом необходимо отметить, что при всем внимании к неевропейским культурам в XX веке – индийской, китайской, другим, определяющим в ритме и гармонии стало влияние африканской музыкальной культуры, которая в синтезе с европейским мелодико-гармоническим мышлением дала наиболее яркий результат – джаз. Начиная именно с джаза, формируется специфика музыкального языка всей массовой музыки XX века при всех особенностях национальных культур в той или иной стране. Во-вторых, возникновение новых музыкальных инструментов – электрогитары, синтезатора, ударной установки и т. и., а также звукотрансформация и звукоусиление, которые, нам представляется, также можно отнести к средствам не только воздействия на слушателя, но и художественной выразительности. В-третьих, интерактивность, предполагающая ответную реакцию слушателей как сотворчество; основные темы и образы – любовь, ненависть, дружба в разных интерпретациях; развлекательность как основная функция.

Массовая музыка XX века при всем разнообразии жанров и стилей, которые в тот или иной период становились популярными у масс слушателей, сохраняет при этом главную свою особенность – это товар, а значит, у него есть «жизненный цикл», поэтому главной задачей его создателей становится не воплощение ценностей и смыслов, а их использование с целью максимально долговременного извлечения прибыли.

Таким образом, массовая музыка XX века как явление социально-культурное отображает потребности основного социального заказчика в культуре XX века – городского среднего класса, при этом развитие ее было опосредовано техническими достижениями (массовая доступность), модой, например, на джаз, рок-н-ролл и т. д., потребительским спросом на новое, развлекательное, «легкоусвояемое», характерными качествами «товара» «эпохи потребления», девальвацией социально-культурной роли элитарного искусства. Художественные особенности массовой музыки XX века характеризуются подчеркнутой танцевальностью ритма с акцентом на слабую долю, доминантой синтеза европейского и неевропейского (африканского) музыкального мышления, переходом от ярко выраженного в первой половине XX века мелодизма, вокальности в произведении к ритмическому микро-матизму (рэп и т. п.).

Особенности развития художественной культуры в XX веке и музыка

Музыка как один из видов искусства в особой художественной форме отражает жизнь общества и человека. Рубеж XIX–XX веков отмечен изменениями в духовно-эстетических воззрениях человека того времени, отражающих переход от романтизма уходящего столетия с его воспеванием возвышенной любви, самоотверженной дружбы, необычного героя – личности, наделенной благородными чувствами и необычными способностями (например, граф Монте-Кристо), к реализму. Героем Нового времени, уже рубежа XIX–XX веков становится «маленький человек», обычный, среднестатистический, ничем не выдающийся, со своими слабостями и надеждами перед угрозами нового времени войн и революций. Этот образ был гениально воплощен Ч. Чаплином в киноискусстве. В музыке уже начала столетия появляются иные «герои времени» наступающей эпохи, например, в опере А. Берга «Воццек», где предаются любовь, дружба, надежды[22] (1905), чувственно-эротическое восприятие любви представлено в опере Р. Штрауса «Саломея» (1905), ни одного положительного героя (!) в опере «Золотой петушок» Н.А. Римского-Корсакова[23] (1907). Исследователи отмечают[24], что тенденцией начала столетия становится стремление к приземленности, «телесности» в музыке, которая с течением времени будет усиливаться.

Значительным фактором развития музыкальной культуры в XX веке, как уже ранее было отмечено, становится диалог Востока и Запада[25]. Процесс взаимовлияния европейского и неевропейского музыкального мышления начал осуществляться еще в предыдущем столетии. Можно отметить, что собственно началом этого процесса стало, как ни странно, формирование национальных композиторских школ в Европе. Отказ от общего музыкального языка, господствующего до этого времени в творчестве итальянских, немецких, французских, английских и других композиторов, был сродни отказу от общерелигиозной латыни в богослужении ряда стран[26]. Дифференциация на национальные композиторские школы (венгерскую, русскую, польскую, немецкую, испанскую, чешскую и т. д.) в Европе обозначила целый ряд объединяющих черт музыкального языка, характерных именно для европейского музыкального мышления, в котором главенствует со Средневековья мелодия, а гармония, тембр, ритм имеют преимущественно функциональное назначение. Роль ритма и мелодии в их значении по отношению друг к другу в европейском и неевропейском музыкальном мышлении и является основой ключевой разницы между ними.

Мелодия в европейской музыке выполняет роль ^носительницы мысли». Европеец, как показывают философские труды европейских мыслителей (Канта, Гегеля, Декарта, Вольтера и других), стремится познать мир умом, интеллектом, разумом. Мелодия в европейской музыке – квинтэссенция мысли, она очень разработана и играет главенствующую роль в иерархии музыкального мышления[27]. Гармония и тембр подобны «фундаменту» (по функции), на котором покоится «здание» мелодии, а ритм – организующее звено («цемент»), поскольку основное средство выразительности музыки – звук, организованный по высоте и во времени[28], то есть без ритма музыки нет.

Иное соотношение этих составляющих музыкального мышления – ритма, гармонии, тембра, мелодии – представлено в неевропейских культурах. Причина, как представляется, – принципиальное отличие в принципах миропознания европейцев и неевропейцев.

Неевропейские мыслители[29] указывают, что мир невозможно познать только умом, есть вещи, выходящие за возможности человеческого разума, которые можно только почувствовать, ощутить, эмоционально отреагировать, наконец, интуитивно познать суть вещей. Проводником чувств и эмоций в человеке является движение его мышц, мускулов, биение сердца, пластика, движение и т. п., ритм человеческого организма. Музыкальный ритм спроецировал ритм человеческого тела, окружающего мира еще на заре истории общества и появления искусств, через соприкосновение с танцем, речью, звукоподражание и т. п. Поэтому в неевропейской музыке – ритм на первом месте. Это подтверждают исследования[30]. Отмечено, что музыкальный ритм воздействует на человеческий организм. Служители культа неевропейских стран часто используют только музыкальный ритм в исполнении ударных инструментов для воздействия на племя в религиозных обрядах[31], так как известно, что долгое слушание-участие постоянно повторяющегося, особенно пунктирного ритма способно ввести человека в состояние легкого транса без применения химических средств.

По мнению неевропейского человека, мир разнообразен, как и ощущения, например, от печали до грусти (горя, отчаяния и т. п.). Гармония и тембр в музыкальном неевропейском мышлении играют функцию колористическую, передавая оттенки и краски ощущения, мира. Мелодия в неевропейских культурах, как уже было отмечено ранее, может практически совсем отсутствовать, что для европейца невозможно, или состоять, напри-32 мер, из двух нот[32].

Синтез двух культур дал необыкновенный толчок в развитии музыкальной культуры XX века. Надо отметить, что неевропейские культуры, как и европейские, каждая имеет своеобразные музыкальный облик, ладовую систему и т. п., но соотношение ключевых факторов музыкального мышления – мелодии и ритма, как и в вышеуказанном примере, европейском, одинаковое для всех неевропейских культур.

Технологизация, научно-технический прогресс также коснулись и аспектов развития музыкальной культуры в XX столетии по трем направлениям.

Первое – создание нового принципа фиксации звучания музыки – звукозапись, возможность сохранения и трансляции ее на весь мир, в любом самом отдаленном участке планеты – все это способствовало вовлечению всего человечества в процесс постоянного слушания музыки, от дома до работы, маршрутки и т. п. Музыка становится «массовым видом искусства», а также «предметом быта», доступным всем.

Второе – технологизация музыкального процесса – звукозаписывающая, звукотрансформирующая, звукотранслирующая аппаратура, создание электронных инструментов – способствует расширению средств выразительности музыки (новые возможности звука – рок-музыка и т. п.), появлению новых стилей (пространственная музыка), направлений (электронная музыка).

Третье – технологизация музыки создает предпосылки к активному синтезу ее с другими видами искусства (танцем, живописью и т. д.) и участию в возникновении новых (телевидения, радио, киноискусства, компьютерных программ).

Многостилье является характерной чертой художественной культуры XX века, в том числе и в музыке. Надо отметить, что уже на рубеже XIX–XX веков отмечался переход от моностилистики к полистилистике, от романтизма к реализму, импрессионизму в академической музыке. В новом столетии многостилье становится характерной чертой для всех направлений музыки XX века. К примеру, история музыкальных направлений – джаза и рока – развитие стилей, появляющихся стремительно, в рамках иногда одного десятилетия (свинг и би-боп и т. д.). Многостилье характерно и для творчества музыкантов разных поколений в XX столетии. Многостилье характеризует развитие видов искусства в XX веке. Значимыми художественными направлениями, включающими в себя множество стилей, подстилей, в XX веке стали: символизм, авангардизм, а также фактор диалектического сосуществования традиции и новаторства в музыкальной культуре столетия, причем зачастую под влиянием, и значительным, идеологии, господствующей в обществе. Например, активное развитие авангардного мышления в искусстве характеризует 20-е годы XX века, а в 1930-е не только в советской России, но и в странах Европы наблюдается возвращение к традиции как идее, вдохновляющей творчество.

Существенным фактором, повлиявшим на развитие музыки в XX столетии, становится урбанизация, демократизация общественных отношений. Начало века обусловлено масштабным переходом населения из села в город[33], чему способствовали и процессы социально-демократического характера, революционные события в европейских государствах и России. Эти события по-своему отразились на особенностях функционирования направлений музыкального искусства в жизни общества, обусловив во многом сначала возникновение субкультурных музыкальных феноменов, а затем преобразование их в массовое увлечение. Этот аспект, по нашему мнению, заслуживает более детального рассмотрения в последующих разделах.

Таким образом, развитие музыкальной культуры в XX столетии, в том числе и массовой музыки, было детерминировано: трансформацией духовных ценностей человека (от романтизма к реализму, абсурду и т. п.); диалогом Востока и Запада в музыке, который способствовал синтезу европейского и неевропейского музыкального мышления, усилению значения ритма и колористической гармонии в произведениях; технологизацией, она способствовала расширению круга средств выразительности музыки, и ее массовым распространением по всему миру, новым принципам доступности ее произведений человеку; многостильем, которое становится также характерной чертой музыки «третьего пласта», как и музыки «второго пласта»; урбанизацией, демократизацией, приведшими к возникновению и закреплению понятий – «массовая» и «элитарная» музыка, изменению доминирования «пластов» внутри музыкального искусства и в общественном сознании; переходом от субкультурности к массовости в развитии целого ряда художественных и музыкальных явлений XX века.

1.2 До эры массовой музыки: истоки и предпосылки

В предыдущем разделе был затронут вопрос об урбанизации и демократизации художественной культуры XX века, что во многом и обусловило развитие массового искусства в целом и в частности – музыкального. Действительно, массовый переход жителей села в город в начале XX столетия приводит к развитию городской культуры и возникновению понятий массовая и элитарная[34] музыка. Революционные процессы, обусловившие стирание границ между классами, отразились также на развитии направлений музыкального искусства, сказались в доминировании одного «пласта» музыки над другими в жизни человека и общества. Еще раз подчеркнем, что массовая музыкальная культура – это эволюционное развитие в XX веке сложившегося в предшествующие столетия искусства «третьего пласта» (термин и теория «трех пластов» В.Д. Конен).

Как отмечает в своей книге «Третий пласт. Новые массовые жанры музыки XX века» выдающийся отечественный ученый В.Д. Конен, возникновение музыки сферы «третьего пласта» связано с культурой и спецификой образования городов, то есть со средних веков[35]. Важнейшей предпосылкой зарождения музыки городского среднего класса, или «третьего пласта», становятся особенности организации труда и отдыха всех, кто относился к этому сословию. В отличие от крестьян, чей быт в основном – аграрные работы, или господ высшего общества, стремящихся заполнить все свое время эстетическими удовольствиями, и духовенства – чья деятельность также отличается ото всех – служба, молитва, необходимые хозяйственные делания, средний класс – ремесленники, торговцы, учителя, студенты, лекари и т. и. – имели иной образ жизни. Их работа занимала весь день с раннего утра, по 8-10 часов, как у современного городского жителя, и после нее оставалось единственно возможное желание – отдохнуть, поэтому музыкальные жанры «третьего пласта» формируются как развлекательные, легко воспринимаемые, запоминаемые, краткие по форме и содержанию. Основой этих жанров, безусловно, становятся песня, танец, марш, которые принимают в разные эпохи различные жанровые вариации – серенада, мадригал, вальс, романс, но сохраняют присущие вышеозначенные качества: развлекательные, легко воспринимаемые, запоминаемые, краткие по форме и содержанию во все времена, в любой стране и культуре. Носителями и сочинителями, как известно, первых произведений в сфере музыки «третьего пласта» становятся странствующие музыканты – труверы, миннезингеры, менестрели[36] и т. п., причем их сословная принадлежность весьма разнообразна – от крестьян до рыцарей, представителей высшего сословия. Надо отметить, что с течением времени менялся и статус музыканта сферы музыки «третьего пласта» – от рабского, зависимого положения в средние века до кумира и законодателя музыкальных мод в XX веке. Значение произведений данной сферы музыкального искусства в жизни человека также изменялось под воздействием, прежде всего, социально-политических и технических аспектов развития общества: от прикладного до главного источника огромного состояния. Известно, например, что современные эстрадные исполнители имеют баснословные гонорары за несколько песен, исполненных, например, на новогодних празднествах той или иной финансовой, юридической компании и т. и.

Массовая музыкальная культура XX века – это громадная индустрия промышленных масштабов только художественными средствами. Технологии создания развлекательной песни-танца, популярной у максимально большого количества слушателей, на самом деле появились за несколько столетий до эры массовой музыки, прежде всего в Англии и США. В. Д. Коней отмечает, что именно эти страны стали «центрами музыки сферы “третьего пласта” до XX века»[37]. Этому способствовали социально-политические, экономические причины.

В XVII столетии в Англии произошла первая буржуазная революция в Европе, изменившая не только социально-экономические отношения в обществе, но и художественные предпочтения. В стране победившего среднего класса, буржуазии, активно развивается и востребована развлекательная музыка. Она становится также и предметом коммерческих операций. Музыка же «второго пласта» в Англии востребована тоже как ввозной коммерческий товар для избранных (приглашают с концертами К. Глюка, Г. Генделя, В. Моцарта и т. д.). Национальная английская композиторская школа, основоположником которой считается Генри Перселл, на долгое время перестает играть значительную роль в художественной жизни страны, только в XX веке возрождая былые традиции. Основой музыкальных интересов английского общества того времени становятся такие жанры, как:

– английская баллада – «однодневная» популярная песенка лирикобытового, любовного, юмористического или сатирического содержания, фактически аналог современных поп-песен;

– балладная опера – музыкальной основой этого представления становились популярные песенки того времени, однако под музыку сочинялся текст, подходящий к содержанию представления. Основой либретто становились известные литературные произведения, легенды и т. п., то есть изначально популярные, а значит востребованные, текст которых изменялся в соответствии с запросами времени и аудитории, насыщаясь социальной злободневностью и актуальность. В дальнейшем балладная опера становится одним из жанровых истоков популярного жанра музыкального массового искусства – мюзикла;

– мюзик-холл – представление, основанное на череде развлекательных номеров – песен, танцев, инструментальных пьес, комических куплетов, пародий, фокусов и т. и. Формирование жанра обусловлено коммерческой смекалкой английских предпринимателей, для которых устройство шоу, зрелища в рамках питейного заведения решало проблему привлечения клиентов в условиях достаточно жестких рыночных правил, конкуренции XVIII века и далее. Именно вариант мюзик-холла, как эстрадного обозрения, но уже под названием «водевиль» или «ревю», стал востребован в США рубежа XIX–XX веков, до появления мюзикла. От артистов мюзик-холла, большая часть которых не имела школы профессионального мастерства за плечами, а опиралась исключительно на личный талант, требовалось петь, танцевать, показывать фокусы и т. п., то есть развлекать и не более того.

Музыкальная культура США формировалась под воздействием исторических факторов образования этого государства. Особенностью становится соединение в музыкальной палитре страны разнообразных культур европейского и неевропейского происхождения. Особое значение сыграли английская и африканская музыкальные культуры, при том что европейская была представлена также французской и испанской и т. д. Но именно переселенцы из Англии привезли с собой не только хозяйственные пожитки, но и свои верования, язык, эстетические, духовные взгляды, в том числе и музыкальные, и в конечном счете повлияли на облик музыки США в большей степени, чем остальные европейцы. Большинство жанров, бытовавших в Англии с XVII столетия, вросло и в американскую музыкальную культуру, основой которой, как и в Великобритании, становятся жанры музыки сферы «третьего пласта». Специфика их, как уже ранее было сказано, в синтезе европейской и африканской культуры. В результате большинство жанров в США имеет смешанный характер. Надо учитывать, что в отличие от европейской музыкальной теоретической мысли, активно исследующей и анализирующей процессы развития музыки как вида искусства еще с Древней Греции, американская научная общественность долгое время не придавала значения истинно американским жанрам, следовательно, не изучала их практически до 30-х годов XX столетия. Первыми исследователями становятся европейцы, увлеченные искусством джаза, блюзом, рэгтаймом. Именно они открыли для мира подлинно американские музыкальные жанры, среди которых представляются значимыми как носители специфической музыкальной американской культуры: спиричуэл, блюз, рэгтайм, театр менестрелей[38]. Именно они, по мнению исследователей, явились предвосхищением музыкального направления – джаз.

1.3 На рубеже веков: спиричуэл, блюз, рэгтайм

Предпосылки к появлению массовой музыки, как уже ранее было отмечено, формировались задолго до XX века, и связаны они были, прежде всего, с городским средним классом как с основным заказчиком. Зарождение и формирование предджазовых жанров, по мнению исследователей, происходило на протяжении нескольких столетий и было обусловлено социально-бытовой спецификой организации отношений в американском обществе: домашние рабы, рабы с плантаций, война Севера и Юга с последующим освобождением от рабства. Наиболее значимыми для формирования специфики музыкальной культуры США и появления таких направлений, как джаз, становятся спиричуэл, блюз, рэгтайм, театр менестрелей.

Спиричуэл (англ, spirit – дух) предположительно сформировался в конце XVII – начале XVIII столетия в среде домашних рабов, которых господа просвещали в христианском благочестии и веровании. Участвуя в процессе молитвенного пения протестантского хорала, негры-невольники приобщались не только к молитвенным высотам, но и к способу их пения, внося в это воспроизведение свое, нехарактерное для европейцев, ритмическое (полиритмию) и гармоническое своеобразие («грязные» полутона). В спиричуэл причудливым образом сочетаются принципы европейского и внееропейского музыкального мышления. От европейцев в этот жанр «приходит»: опора на мажоро-минорную ладовую систему, пение хором a cappella (позднее в сопровождении музыкальных инструментов), обращение к Богу в молитвенных словах или использование сюжетов из Ветхого и Нового Завета. От африканского музыкального мышления – акцент слабой доли в ритме, декламационность, скандирование, использование «шаутеров»[39], микроинтонирование. В современной практике спиричуэл часто исполняется в рамках концерта. Является одним из жанровых предвосхищений джаза.

Блюз (англ, blue – грустный, печальный, song – песня; сокращенный вариант этих значений – блюз). Песня отчаяния и безверия, так называют часто этот жанр. Предположительно зародился в среде самых низших слоев рабского сообщества, рабов с плантации, чья жизнь мало чем отличалась от существования скота. Изнурительная работа под лучами палящего солнца, в краткие часы отдыха мгновения чувственной радости и беспросветное, безнадежное будущее – смерть от недоедания и переутомления. Рабам с плантации единственное что разрешалось – пение. Во-первых, оно помогает работать, во-вторых, по мнению плантаторов, в музыке нет бунта, склонности к восстанию. Надо отметить, что африканское мышление, язык – музыкальны. Как отмечают исследователи, язык африканских племен различен, но имеет общее свойство, как правило, интонация произнесения одного и того же слова меняет его смысл[40]. Поэтому музыкальность речи для наследника африканских жителей, увезенных с родных мест, генетически закодирована, но в предыдущие столетия это обстоятельство не было известно рабовладельцам. Музыка, пение, блюз же помогли выжить народу, оторванному от родной культуры и обращенному в рабство. Блюз, как выявили исследования, именно североамериканский жанр, его аналогов нет ни в африканской, ни в европейской культурах. Текст в «песне отчаяния» придумывался самим исполнителем, часто содержал ругательства и был краток, но емок по содержанию, например, такой текст приводит американский исследователь джаза Дж. Коллиер:

If you see me comin, heist your window high;

If you see me comin, heist your window high.

If you see me goin, hang your head and cry.

[Как увидишь, что я иду, открой окно пошире;

Как увидишь, что я иду, открой окно пошире.

Как увидишь, что я ухожу, склони голову и плачь][41].

Так же складывается и особая форма строения блюза, исходя из текстовых особенностей: мелодия – 12 тактов, распределенная между тремя строфами текста, причем первые две повторяются. Вторая часть – импровизация, третьей может не быть, или она повторяет первую. Гармония также имеет ряд особенностей, известных как блюзовые с использованием офф-питч-тонов, которые по факту не принадлежат ни к минору, ни к мажору в европейском понимании. Условно блюзовые тоны заменяют (понижают) III и VII ступени диатонической гаммы. Пелся блюз повседневным, зачастую хриплым голосом, в речитативно-декламационной стилистике, под аккомпанемент импровизированного музыкального инструмента – ударного, струнно-щипкового. Блюз мог исполняться сольно, с аккомпанементом банджо или гитары. Большую популярность блюз получает в первые два десятилетия XX столетия. Блюз в моде — с начала XX века. Блюзовый бум соответствовал духу времени после ужасов Первой мировой войны. Отчаяние и храбрость, сатира и лирика, насмешка – все то, что свойственно блюзу, соответствовало мироощущениям «потерянного поколения», пережившего эту войну. Блюз является самостоятельным жанром, чья гармония, стилистика исполнения стала частью искусства джаз. Многие известные блюзы стали впоследствии джазовыми стандартами[42].

Рэгтайм — модный инструментальный жанр рубежа XIX–XX веков, первоначально предназначенный для фортепиано и сформировавшийся исходя из технических возможностей этого инструмента. Позднее исполнялся и джаз-бэндами. Считается, что рэгтайм сформировался после войны Севера и Юга, когда в стране появилось много странствующих музыкантов, причем не только афроамериканского происхождения, но и белокожих. Путешествуя из города в город, они играли в небольших питейных заведениях, салунах, обязательным атрибутом которых стало расстроенное, почти сломанное пианино, привезенное когда-то переселенцами из Старого Света. В этом плане показательными являются сцены бытовой культуры городов и поселений США рубежа веков, например, в фильме «Далекая страна» (1992) режиссера Р. Ховарда, в котором героиня исполняет с воодушевлением именно рэгтайм на довольно расстроенном пианино; или в отечественном фильме «Человек с бульвара Капуцинов» (1987), режиссер А. Сурикова, в котором герой А. Миронова попадает в салун небольшого американского городка, атрибутом которого в том числе является пианино и звучащий рэгтайм. Мы приводим только два примера, однако воссоздание атмосферы рубежа веков связано именно с модной тогда музыкой, веселой, танцевальной – рэгтайм. Жанром, предшествующим его появлению как массового музыкального жанра, по мнению исследователей, стал кейк-уолк[43]. Этот жанр представлял собой танец, исполнявшийся домашними рабами для увеселения господ, синтезирующий в себе европейское мелодическое мышление и африканское синкопированное ритмочувствование. В награду слуги получали пирожное на кухне господского дома. Особенностью рэгтайма стал новый по тем временам принцип ритмостроения произведения – перекрестный, наложение ровно «шагающего» баса левой руки в ритме восьмых на синкопу в правой руке в размере 4/4, из-за чего создавалось ощущение «рваного» ритма, контрастного господствующему на притяжении столетия вальсовому, трехдольному и плавному. Гармония рэгтайма, особенно первоначально, наследовала традиции европейского музыкального мышления – Т S D Т – в простом гармоническом изложении, по форме – рондо, трехчастное сложное строение, с повторами и правилами ускорения и замедления, характерными для европейской практики музицирования. Популярность рэгтайма связана с рубежом столетий, условно датируется 1890–1914 гг. Наиболее выдающийся вклад в развитие этого жанра, по мнению исследователей, внес афроамериканский пианист и композитор Скотт Джоплин. Его рэгтайм «Артист эстрады» стал шедевром массовой музыки начала XX века, своеобразным символом довоенной эпохи.

1.4 Джаз: от Нового Орлеана до Советского Союза

Джаз стал значительным явлением не только музыкального искусства XX века, но культуры, не только массовой, но и элитарной. Практически во всех видах искусства, так или иначе, нашли свое отображение образы джазовых музыкантов, инструментов, звучание тембров джаза, его неподражаемые мелодии, ритм, гармония, которые во многом обусловили облик современной массовой музыки практически всех направлений и жанров, кроме, пожалуй, творчества советских бардов.

Джаз стал символом синтеза, позитивного взаимовлияния и взаимодействия представителей европейской и неевропейской – африканской культур. Та «соревновательность» между «белыми» и «черными», которая отчасти проявилась в возникновении стилей джаза, выявила, что, если она совершается средствами искусства, это даже на пользу.

Джаз стал символом эпохи модерна, с его стремлением к новому, импровизационному, энергичному, как само время больших городов, небоскребов и удивительных машин, технологий, которых человечество не знало за всю свою историю до XX века. Стремительный век – быстрая, захватывающая или медленная, дразнящая, чувственная музыка джаза, как это соответствует друг другу и по сей день. Несмотря на все запреты и ограничения, сначала в США, как музыка «черных» в период расовой сегрегации, потом в Германии с теорией «недочеловеков» бесчеловечного фашизма, и даже в период идейного противостояния США и советского социализма в период начала холодной войны, джаз стал популярен во всем мире, является феноменом музыкальной массовой культуры и искусства XX века.

Изучение его стало возможным спустя несколько десятилетий после возникновения, поскольку американская аудитория и общественность признали значение джаза не сразу и во многом благодаря стараниям европейских музыковедов, историков[44]. Многие факты его формирования и причин зарождения стали плодом дедуктивного, аналитического, археологического методов исследования, так как в момент его появления – условно рубеж XIX–XX столетий, и на протяжении нескольких десятилетий ничто не записывалось и не сохранялось. Атрибутом же джаза как искусства и музыкального направления становится принципиально устная форма творчества, импровизация и перекрестный ритм. Изобретение звукозаписывающей и звукотранслирующей техники сыграло значительную роль не только в популяризации данного музыкального направления, но и в его развитии как явления музыкальной культуры и искусства XX века.

Название джаз имеет ряд толкований[45], которые правомочны, но условны, так как можно только догадываться, почему появилось такое название увеселительной музыки, исполнявшейся первоначально в питейных заведениях, а затем ставшей подлинным искусством, достойным филармонической сцены.

По мнению исследователей[46], родиной джаза является Новый Орлеан[47]. Факторы, способствовавшие возникновению джаза, носили как социально-демографический, так и художественный характер. Новый Орлеан являлся столицей южных штатов, французской колонии на берегу Америки. Французские переселенцы, в отличие от английских колонизаторов, наследуя взгляды и традиции французской культуры, развивали музыкально-театральные представления, концерты, шествия и празднества. В городе было много оркестров и ансамблей, увеселительных заведений различного толка. Отличительной особенностью стало также активное включение афроамериканского населения в музыкальную жизнь города. На балах негры-рабы исполняли для увеселения публики европейские марши, вальсы, популярные песни того времени. В свободное время им разрешалось музицировать, при этом не запрещалось исполнять песни своей давно потерянной родины, культуры, на площади Конго разрешалось проводить языческие обряды, сохранять культурные традиции африканских племен. После освобождения от рабства многие бывшие рабы стали создавать музыкальные коллективы, играть европейскую музыку, но по-своему, с нехарактерным для нее ритмочувствованием – акцентом на слабую, а не сильную, как в европейской практике, долю. Так было положено начало новому искусству, получившему позднее название джаз. Однако не только богатая музыкальная жизнь Нового Орлеана способствовала возникновению и развитию джаза. Город-порт был насыщен увеселительными заведениями, из-за их дурной репутации там по большей части работали только чернокожие музыканты. Играли по много часов в ночное время, не имели музыкального образования, и поэтому единственным выходом, чтобы сохранить себя и не сойти с ума от бесконечных повторов одного и того же, становится импровизация, поскольку трудно представить, как можно в течение пяти-шести часов играть все время одну и ту же мелодию на слух из восьми, шестнадцати тактов. Джазовая импровизация с течением времени стала символом джаза, профессионализма и творческого мастерства исполнителя, предметом гордости и общения между людьми на музыкальном языке. Существенным событием становится решение руководства города о переводе в один район всех разрозненных до того по городу увеселительных заведений. Новый район получил название Сторивилль. Объединение привело к возникновению традиции в джазовой практике, получившей название – джейм-сейшн[48]. После работы музыканты заходили друг за другом и частенько разговаривали на языке музыки, столь привычном для африканского мышления[49].

В конце XIX столетия произошло событие, во многом предопределившее инструментальный состав джаз-оркестров. После окончания американо-испанской войны 1898 года через Новый Орлеан проходили войска, военные оркестры, музыканты которых оставляли духовые музыкальные инструменты за копейки в магазинах города. Бывшие невольники скупали их и получали профессиональные инструменты: кларнеты, тромбоны, корнеты, барабаны и т. п., давшие неповторимый и необычный для того времени тембр – ударно-духовой. Напомним, что до XX века в практике европейских оркестров преобладало звучание струнной группы. Звукосимвол европейской музыки XIX века – скрипка с фортепиано. Звучание новых ударно-духовых коллективов удивляло, даже пугало, но завораживало экспрессией, мощной силой звука. Их стали называть джаз-бэнды.

Джаз-бэнд состоит из нескольких групп:

– мелодико-гармоническая – кларнет, труба (корнет), тромбон;

– гармоническо-ритмическая – фортепиано, гитара, банджо, контрабас;

– ритмическая – ударные инструменты.

Надо отметить, что все инструменты в джаз-бэнде приобрели ритмическую функцию, которая была абсолютно не свойственна им в европейской практике.

Синтезу европейского и африканского музыкального мышления способствовал также этнический состав населения, представители которого, взаимодействуя в едином жизненном пространстве, так или иначе воспринимали и перенимали у других что-то новое. Первая группа – белые переселенцы различных европейских национальностей, ориентировались на европейскую музыку и образование, вторая – креолы, также в своем быту использовали европейскую музыку[50], и третья – негры, сочетающие в своем творчестве европейское и африканское. Соприкосновение этих групп в рамках музыкального пространства на празднествах, шествиях и т. и. привело к смешиванию и впитыванию элементов ритма, стиля, гармонии разных принципов музыкального мышления.

По мнению исследователей, в Новом Орлеане сложился и первый стиль джаза – новоорлеанский стиль.

Стили традиционного джаза

К стилям традиционного джаза относят: новоорлеанский, стили диксиленд, свинг. Для всех стилей традиционного джаза характерна танцеваль-ность, развлекательность, коммерческая направленность. Стили эти возникали практически друг за другом, каждое десятилетие ознаменовывалось возникновением нового стиля джаза, при существовании уже возникших ранее. Музыканты стилей традиционного джаза преодолели проблемы нищенского существования и расовой сегрегации, возвели джаз на уровень значимых явлений культуры XX века, сделав его популярным во всем мире. Надо еще раз отметить, что популяризации джаза и его распространению в большой степени способствовало создание звукозаписывающей[51] и звукотранслирующей аппаратуры (радио).

Новоорлеанский стиль сложился, по мнению исследователей, на рубеже XIX–XX столетий и активно развивался в первые два десятилетия. Репертуарной основой стиля были популярные американские бытовые песни и танцы того времени, рэгтайм, отчасти блюз и спиричуэл, популярные европейские мелодии. Новоорлеанский стиль стал основополагающим в истории всего периода классического джаза. В процессе его формирования складываются характерные принципы музицирования, стилистики исполнения, импровизации и ритма, ставшие визитной карточкой джаза в дальнейшем. Закрепляется следующий инструментальный состав и принципы функционирования в игре: мелодико-гармоническая группа – корнет или труба, кларнет и тромбон; гармоническо-ритмическая группа – банджо, духовой (туба) или струнный бас (контрабас), фортепиано; ритмическая группа – ударные. В новоорлеанском стиле утвердился вопросо-ответный принцип построения ансамблевой игры, наряду с многоголосием по принципу контрастной полифонии с ведущим голосом. Кроме того, активно стали применятся такие специфические средства выразительности и технические приемы, как офф-бит, драйв, дерти-тоны, брейки и др. Создателями этого стиля считаются представители негритянского и креольского населения Нового Орлеана. Основным местом их работы являлись увеселительные заведения в районе Сторивилль, где они не только зарабатывали на хлеб, но имели возможность совершенствовать свое мастерство в процессе многочасовых выступлений.

Яркими представителями этого стиля стали: Луис Армстронг, Сидней Бише, Джонни Доддс, Джелли Ролл Мортон, Джимми Нун, Джозеф «Кинг» Оливер.

После закрытия развлекательных заведений в Новом Орлеане в 1917 году, музыканты разъехались по всей стране, многие переехали в Чикаго[52].

Основные принципы и идеи этого новоорлеанского стиля нашли свое отражение в стиле «белых» музыкантов – диксиленде.

Диксиленд появился на рубеже первых двух десятилетий XX столетия. Его рождение было обусловлено существовавшей в то время достаточно жесткой расовой сегрегацией. Все, что имело негритянское происхождение, считалось малозначимым, и отношение к чернокожим было пренебрежительное. Однако джаз был необычайно привлекателен не только для слушателя-обывателя, но и для профессионалов. Белые музыканты стремились также его играть, но избегая при этом точного определения. Само слово джаз имело предосудительный характер[53]. Термин диксиленд имеет фольклорное происхождение. Дикси – страна, в которой и негры-рабы, и белые-хозяева живут в трогательном единодушии, символическое обозначение южных штатов. Музыканты данного стиля стремились подражать игре своих афроамериканских коллег. Привлекательна была энергия, жизнерадостность джаза, его завораживающая ритмика и звучание. Инструментальный состав диксиленда включает в себя мелодико-гармоническую

группу – трубу, кларнет и тромбон; гармоническо-ритмическую группу – банджо, струнный бас (контрабас), фортепиано; ритмическую группу – ударные. Репертуарной основой становятся популярные американские песни и танцы того времени, марши, рэгтаймы. Особенностью являются гармония и ритм. Гармония упрощенная, как и в новоорлеанском стиле – «барбешоп»[54], а вот ритмопрочтение музыки иное, чем у афроамериканских коллег. Как уже ранее было сказано, существенно отличается ритмо-ощущение европейца и неевропейца, поэтому новоорлеанские музыканты использовали так называемый перекрестный ритм[55], когда играли европейские мелодии, а музыканты стиля диксиленд играли в традиционной европейской ритмопрактике – акцентируя на сильную долю, в результате терялась та энергетика, которая была характерна для новоорлеанского стиля. В качестве своеобразной компенсации этой ритмонедостаточности в стиле диксиленд акцентируется каждая доля, из-за чего музыка приобретает характер напористый, заводной, особенно в быстром темпе, столь любимом в данном стиле. Второй отличительной чертой диксиленда становится коллективная импровизация: одновременное импровизирование темы сразу несколькими солистами, которое чередуется с сольной импровизацией. По форме произведения стиля диксиленд, как и новоорлеанского, не отличались особой изощренностью, преимущественно она трехчастная. Первая часть – проведение темы, вторая часть – импровизации солистов, брэйк[56], третья часть – повтор темы, с варьированием или по принципу коллективной импровизации.

Надо отметить, что первая джазовая грампластинка была записана коллективом с названием «Oridginal Dixieland Jass[57] Band» в 1917 году, 26 февраля в нью-йоркской студии фирмы «Victor». Музыканты этого бэнда были креолами, то есть в их жилах текла кровь представителей и белой, и черной рас. Уже в самом названии прослеживается синтез как музыкальный, так и межкультурный. Многие десятилетия по этому поводу некоторые исследователи джаза не могли скрыть своего разочарования, однако, по нашему мнению, случайность истории была и некоторой закономерностью существовавшей тогда культурной ситуации с проблемой расовой сегрегации и новыми художественно-социальными потребностями общества, в котором не должно быть расовых предрассудков.

Яркими представителями этого стиля стали: Эдди Кондон, Эллсуорт «Пи Ви» Рассел, Джек Тигарден и др.

Творчество белых музыкантов оказало влияние на негритянских исполнителей: виртуозное профессиональное мастерство игры на инструменте, аранжировка и гармония. Но главный вклад белых музыкантов, которых привлек джаз, в том, что именно они ввели джаз в русло американской культуры, способствовали его популяризации во всем мире, создали предпосылки для проведения обширных исследований[58] его истоков и развития, а также в немалой степени содействовали его коммерческому продвижению как товара в рамках художественного рынка XX века. Увлечение джазом в немалой степени помогло переходу его из субкультурного состояния в статус массового музыкального явления. Совместное творчество афроамериканских исполнителей, белых музыкантов дало жизнь новым стилям джаза, таким как свинг.

Свинг — стиль джаза, принесший ему всемирную популярность. Свинг был в моде практически все 1930-е годы. Именно с этого стиля считается, что джаз стал массово популярен. Он звучал на грампластинках, на радио, в кинопроизведениях, ломая границы и расовые предрассудки.

Свинг сформировался в начале 30-х годов XX столетия и господствовал в музыкальной культуре того времени практически два десятилетия. Огромную роль в его распространении сыграло внедрение в повседневную жизнь человека массового использования радиотрансляции, открытие радиостанций, изобретение граммофонов, а позднее джук-боксов. Доступность и развлекательность в этом стиле джаза стала основой его коммерческого процветания, заинтересовала деловых людей разного цвета кожи, поставила джаз на новую, более высокую ступень в общественном сознании. Стало модным слушать джаз, знать исполнителей джаза. Кроме того, кинематограф, обретя в 1930-х годах звуковые возможности и палитру, необычайно способствовал популяризации свинга во всемирном масштабе. Практически ни один фильм того времени не обходился без джаза, его гармонии, ритма, тембров, стиля исполнения. Наиболее показательным в этом плане стал американский фильм «Серенада Солнечной Долины» (1941), режиссер Брюс Хамберстоун, а его непосредственными героями стали музыканты джаз-бэнда Гленна Миллера и звучала музыка в стиле свинг.

С появлением стиля свинг связано также изобретение нового типа джазового коллектива – биг-бэнда. Его особенностями становятся: разделение на секции (саксофонов 4–6, труб 4–6, тромбонов 4–6, ритм-секцию[59] – фортепиано, контрабас[60], ударные), исполнение композиций по нотам[61], выписывалась партитура, где отмечались импровизации солистов по количеству тактов и tutti биг-бэнда. К особенностям ритма необходимо отнести следующее – микроделение доли на неравные части, создавался эффект покачивания[62], кроме того, часто залиговывалась нота в долю, что усиливало эффект, но при этом сохранялся граун-бит, то есть техника «перекрестного ритма».

Наиболее выдающиеся музыканты этого стиля: Бенни Гудмэн, Гленн Миллер, Дюк Эллингтон, братья Доддс и другие. Для их творчества характерно новаторство в сфере расширения технических возможностей духовых инструментов (кларнета, саксофона, тромбона), красочности в гармоническом и тембральном звучании оркестра, создание новых тем джазовых импровизаций, популяризация джаза. Творчество этих музыкантов стало визитной карточкой музыкальной культуры того времени, и во многом благодаря их творчеству стали преодолеваться существующие проблемы расовой сегрегации. Общество стало задумываться о том, что талант, гений, творчество не имеет цвета кожи, а становится достоянием всего человечества. Болезненной стала выглядеть ситуация, когда чернокожий солист, специально приглашенная звезда в «белый» биг-бэнд, живет в третьесортной гостинице и посещает специально отведенные для чернокожих питейные заведения, в отличие от своих не столь талантливых, но зато белокожих коллег. Надо отметить, что для стиля свинг симптоматично приглашение солистов в оркестры, поскольку это коммерчески выгодно. Именно с эпохи свинга джазовые музыканты становятся богатыми людьми, поскольку эта музыка начинает приносить реальный доход на концертах, а развитие грам-индустрии в немалой степени этому способствует.

В начале 1940-х годов в американской культуре в связи с изменением некоторых экономических положений, в частности, отменой сухого закона, развивается культура малых развлекательных музыкальных питейных заведений. В эпоху свинга рождается еще один тип джаз-бэнда – комбо[63], связанный с особенностями развития этого бизнеса. В небольшом заведении трудно разместить биг-бэнд (20–30 человек), да и коммерчески невыгодно. В залах этих баров и посетителей было не более 30–50 человек. Однако для привлечения клиентов музыка необходима. Тогда владельцы этих заведений приглашают к себе на выступления джаз-звезду, например, Бенни Гудмена, который для полноты музыкальной «картины» приводит с собой еще трех-четырех музыкантов, играющих на фортепиано, контрабасе, ударных, виброфоне и т. п. В результате возникает коллектив, сочетающий в себе необходимые мелодико-гармоническо-ритмические функции. Тип джаз-бэнда комбо впоследствии станет самым востребованным в более поздних стилях джаза.

Таким образом, музыканты стиля свинг продолжают и развивают традиции джазовой музыки, сохраняя технику перекрестного ритма, обогащая ее новым микроделением на неравные части в доле, более красочной гармонией и тембральным сочетанием, вносят новые профессиональные приемы в технику солирующих музыкальных инструментов и оркестровки, способствуют популяризации джаза во всем мире. Музыканты джаза становятся богатыми и независимыми в творчестве мастерами. Именно в эпоху свинга начинается преодоление расовых границ между людьми на языке музыки.

Стили традиционного, или классического, джаза возникли и развивались как развлекательные, коммерчески ориентированные, танцевальные стили. Однако только за четыре десятилетия в джазе уже появилось несколько стилей, типы джаз-бэндов, подразделение на sweet и hot[64], плеяда выдающихся музыкантов, многомиллионная аудитория поклонников, что позволило джазу как музыкальному направлению стать жизнеспособным и занять значительную нишу в массовой музыкальной культуре XX века, влиять на другие музыкальные направления и развиваться дальше в новых стилях уже современного джаза.

Стили современного джаза

Стили джаза стремительно появлялись один за другим, буквально каждое десятилетие первой половины XX века характеризуется рождением одного, а то и двух стилей джаза. В первой половине столетия одновременно практически существовали и новоорлеанский, и чикагский, и диксиленд, и свинг, являясь в большей мере популярными в тот или иной временной отрезок. Рубеж 1930-1940-х годов ознаменовался новым значительным событием в истории джаза – рождением стилей современных, как их стали называть. Их отличительной особенностью стало принципиальное отторжение танцевальности, развлекательности традиционных стилей. Джаз музыкантами современных стилей ставится по идейно-эстетической концепции в один ряд с музыкой «второго пласта». Он исполняется в филармонических залах, предназначен для слушания и размышления. Музыканты стилей современного джаза стремятся разрушить «оковы» сложившихся гармонических, тембральных, оркестровых штампов, обогащают палитру джазовых стандартов новыми, специально написанными темами для импровизации, меняют стилистику поведения на сцене и исполнения джаза. Джаз явно становится музыкой социально-культурного значения[65]. Правда, о статусе джаза как явления массового с момента появления би-бопа трудно говорить, поскольку музыкальный язык этого стиля усложняется, понятен во многом посвященным, но не всем.

Начиная с 1940-х годов в музыкальной культуре появляется несколько «ключевых» стилей современного джаза и достаточно значительное количество «ответвлений»[66]. В данном повествовании хотелось бы особое внимание уделить стилям: би-боп, кул, фри-джаз, фьюжн.

Би-боп[67] – стиль, зародившийся на рубеже 1930-1940-х годов. Он стремительно развивался на протяжении четвертого десятилетия XX века и к концу десятилетия имел широкую известность во всем мире, значительную аудиторию поклонников и плеяду замечательных джазовых музыкантов. Надо отметить, что стиль би-боп характеризуется не только новациями художественного плана, в сфере музыкального языка джаза, стиля исполнения, но и связан с социальными проблемами, преодолением расовой сегрегации в американском обществе того времени. В период господства стиля свинг, на смену которому приходит би-боп, проблема расового разделения становится острой и очевидной для всех слоев американского общества. Афроамериканское население все с большей очевидностью и возмущением осознает несправедливость в ущемлении их гражданских прав и свобод как таких же людей, как и белокожее население. Джаз со всей очевидностью доказал, что между людьми, как в музыке, так и в жизни, не должно быть несправедливого разделения по цвету кожи, важен сам человек, его творчество. Возмущение чернокожих исполнителей подкрепляется также несправедливостью в распределении оплаты за выступления, они получают гораздо меньше, чем их «светлокожие» коллеги. В этот период формируется так называемое поколение «сердитых молодых негров», и музыка джаза является для них своеобразной декларацией за права человека. Новые взгляды в социальном плане ведут к значительным изменениям в художественном плане музыкального языка джаза.

Для би-бопа характерно: быстрые или очень медленные темпы, под которые неудобно танцевать, поскольку отныне музыка джаза – это не развлечение, а высказывание, раздумье, гневный монолог, призывающий задуматься. Негр больше не служит развлечением[68] для белых господ, он такой же человек, как и все. В ритме происходят также изменения, невозможно микроделение свинга полностью воспроизвести в быстром темпе, на смену этому приходит новый принцип ровных «цепочек» восьмых, шестнадцатых, с применением нерегулярного акцента, в триольном, пятиольном, семиольном изложении. В гармонии активно применяется энгармонизм, модуляция, блюзовые тоны, но по форме джазовая импровизация в стиле би-боп сохраняет свою простоту – трехчастная, или двухчастная с первоначальным изложением темы и последовательными импровизациями на нее солистов. Тип ансамбля, утвердившийся в этом стиле, – комбо, например: саксофон, труба, фортепиано, ударные. Однако существовали и биг-бэнды в стиле би-боп, одним из самых известных становится оркестр Диззи Гиллеспи. Он же одним из первых в истории джаза стал активно использовать латиноамериканские

музыкальные инструменты и ритмы, которые в дальнейшем стали обычной практикой в джазе. Значительным достижением становится написание специально сочиненных для импровизации тем. Изменяется и техника исполнения на музыкальных инструментах в би-бопе. Солирующих инструментов, саксофона, трубы, это почти не затронуло, а вот гармоническо-ритмическая секция претерпела изменения. Характерным для контрабаса становится «опережающий» шагающий бас, для ударных – перенос граунд-бита на хай-хэт и тарелку, а бочка используется для расстановки акцентов. В партии фортепиано «шагающий» бас-аккорд подменяется аккордовыми вставками, подчеркивающими гармонию и фразу.

Выдающимися музыкантами и создателями стиля би-боп признают Диззи Гиллеспи, Кенни Кларка, Телониуса Монка, Чарли Паркера и других.

Благодаря их профессионализму, созданной новой концепции развития джаза это музыкальное направление становится полноправным участником филармонических концертов, приобретая славу не только массового популярного музыкального искусства, но и высокопрофессионального. Эти начинания были продолжены и укреплены последователями выдающихся музыкантов в новых стилях.

Кул – стиль, возникший в 50-х годах XX столетия. Появлению этого стиля способствовали музыканты, получившие профессиональное музыкальное образование, многие из них закончили консерваторию. В музыкальном языке стиля кул значительна доля влияния академической европейской традиции, особенно в принципах построения формы и гармонии. В переводе с английского «соо!» – прохладный, стилю свойственна некоторая холодноватость, безэмоциональность воспроизведения, интеллектуальность в подходе к импровизации, идущая, безусловно, от европейской традиции. Однако сохраняется перекрестная техника ритма и логика джазовой импровизации. Значительные изменения коснулись, прежде всего, инструментального состава, включаются также европейские инструменты: арфа, виолончель, флейта, скрипка и т. д. Для стиля характерно использование политональности, атональности, додекафонии, а также полифонических принципов развития музыкального материала. В основном стиль кул исполняется джаз-бэндами типа комбо, изредка – большими оркестрами.

Наиболее известные представители стиля: Modern Jazz Quartet, джаз-бэнд Джерри Маллигена, квартет Дэйва Брубека[69] и другие.

Период появления и развития стиля кул в культуре США связан с активным внедрением в программу обучения учащихся всех возрастов музыкальной грамоты и исполнительства. В колледжах популярно организовывать так называемые стэйдж-бэнды[70], что, безусловно, способствует просвещению и развитию художественного вкуса американской публики, слушателей в целом.

Фри-джаз (свободный джаз) возник в 60-е годы XX столетия. В этом стиле отразились, как и в других стилях джаза, не только художественные искания музыкантов того времени, но и социальные проблемы американского общества. Появление этого стиля во многом детерминировано нарастающим движением за права негров как полноправных членов американского сообщества. Джаз в этом контексте рассматривался как их несомненный важнейший вклад в культуру США. Негры, ранее стремившиеся подражать в манере одеваться, вести себя как белые, стали носить одежду африканского покроя, в музыке обращаться к фольклору, блюзу, рэгтайму. Кроме того, на джаз того времени начинает оказывать также воздействие мировоззрение и идеология молодежного движения хиппи, суть которого сводилась к формуле: «делай все что хочешь», и в музыке тоже. Подобные идеи совпадали и с исканиями в области джаза молодых музыкантов – «освободить джаз». Освободить его от привычных аккордов, форм, звукорядов. В жизни, как и в музыке, все больше делался акцент на свободу индивидуального самовыражения.

Концепция полной музыкальной свободы была с интересом воспринята как профессионалами, так и самоучками в джазе. Надо отметить, что, как и в случае с рождением би-бопа, разные музыканты, независимо друг от друга, пришли к одинаковым идеям в ритме, гармонии, построении формы. Для свободного джаза характерно исполнение джазовой импровизации в джаз-бэнде типа комбо. Предпочтение отдается коллективной импровизации как основе эмоциональной взаимосвязи между исполнителями[71]. Все участники ансамбля равноправны, в том числе и ударные инструменты по отношению к другим. В гармонии принято использование политональности, атональности, додекафонии, в ритме – полиритмия и полиметрия. Главная задача исполнителей – создать ощущение определенной эмоции, ее передача окружающим, но в этом крылась и главная опасность для джаза. Фантазия одного человека, безусловно, может захватить окружающих, но бессистемность, отсутствие цели порождает хаос. В результате существовало много псевдоджазовых музыкантов в стиле свободного джаза. Настоящее же искусство всегда несет в себе смысл, систему ценностей и взаимосвязей.

Среди известных представителей свободного джаза называют: Сесила Тейлора, Орнетта Коулмена, Дона Черри, Арчи Шейпа, Джона Колтрейна и других.

Джаз в Европе

Начало формирования европейского джаза принято относить к 20-30-м годам XX столетия. Источниками информации явились первые грамзаписи джаз-бэндов, американские оркестры и музыканты, приезжавшие на гастроли. Как отмечают исследователи, европейский джаз начал свое формирование под воздействием белых американских джазменов: «Oridginal Dixiland Jazz Band», Бейдербека и других. Джаз в Европе имел свою специфику, обусловленную европейским ритмоощущением, акцентом на сильную или каждую долю. Кроме того, отличительной особенностью становится включение традиционно европейских музыкальных инструментов в джаз-бэнд: гитары, скрипки и т. и. Значительным событием, повлиявшим на всю историю европейского джаза, стало открытие в Париже в 1932 году джаз-клуба «Хот Клуб де Франс», президентом которого становится Юг Панасье[72]. Также были открыты джазовые центры в Англии, Швеции, Дании, Голландии. В Германии джаз был запрещен Гитлером в 1933 году как музыка «неарийского происхождения» и возродился только в 1950-х годах.

Среди известных джазовых исполнителей европейских стран называют: Стефана Грапелли[73], Джанго Рейнхарда, Фолька Андерссона, Госта Турне-ра, Свенда Асмуссена и других.

Американский джаз повлиял и в стилистическом плане на европейский. Безусловно, европейские джазмены перенимали стили как традиционного, так и современного джаза. Причем после Второй мировой войны европейский джаз раскололся на два лагеря – традиционалистов и боперов. Ныне в европейской практике сосуществуют все стили джаза. Причем, как утверждают исследователи, современные стили оказались более понятны европейцам, чем американцам, вследствие более тесного общения первых с творчеством современных академических композиторов. Джаз сегодня стал интернациональной музыкой.

Советский джаз[74]

Джаз оказал влияние на развитие отечественной музыкальной культуры в XX веке. Информация о новой музыке проникает в Советскую Россию в начале 1920-х годов, в период зарождения нового революционного государства. Источниками становятся американские джаз-бэнды, которых приглашают выступить в Москве и Петрограде, российские музыканты, которые в то время еще могли выехать в Европу и Америку, слышали новую музыку, привозили ноты и грамзаписи. Они пытались воссоздать то, что услышали. Первый концерт советского джаз-бэнда, по мнению историков, состоялся 1 октября 1922 года в Москве и был организован Валентином Парнахом. Надо отметить, что российских музыкантов джаз привлек, прежде всего, жизнерадостностью, новизной, энергией, которая была столь привлекательна и для их коллег в Америке и в Европе. Однако известный отечественный исследователь советского джаза А. Медведев отмечает, что в отличие от американского джаза, «заряженного социально», российский джаз решает иные задачи – творческие и просветительские, что прежде несвойственно было джазу, оказывает эстетическо-воспитательное воздействие[75].

Особенности советского джаза:

– песенность и театральность, особенно до 1950-х годов;

– использование в джаз-бэнде как традиционных для джаза инструментов, так и «европейских» – скрипки, флейты и т. п.;

– в основе репертуара как популярные песни и танцы (танго, фокстрот и т. п.) того времени, так и известные мелодии из произведений композиторов-академистов (Н. Римского-Корсакова, Ф. Шопена, Ф. Шуберта и т. д.), а также фольклорные произведения, что не было характерно для раннего американского джаза;

– в гармонии использовались альтерация, каноническое проведение темы, однако с ритмом возникали проблемы, акцент на сильную долю, а не на слабую, как должно быть в джазе, отсутствие техники «перекрестного» ритма.

Советский джаз активно развивается в 1920-1930-е годы, возникает огромное количество джаз-бэндов по всей стране. Эта музыка соответствует духу времени построения нового государства. Приветствуется как музыка, созданная угнетенным народом – неграми-рабами. Ей обеспечивается государственная поддержка – создаются джаз-коллективы при Госрадио, а затем и телевидении. В немалой степени способствовала развитию советского джаза и политическая обстановка: в Германии Гитлер запретил музыку «неарийского» происхождения, а молодая советская страна, наоборот, ее поддерживала.

Огромное значение для популяризации джаза в советской стране имело радио и звуковое кино. По мнению историков, в значительной степени история его развития связана с именем И. О. Дунаевского, который, по словам Л. О. Утесова, «повенчал в своей музыке песню и джаз». Создание кинофильмов «Веселые ребята» (1934), «Цирк» (1936), режиссер Григорий Александров, эстрадных программ: «Джаз на повороте» и других способствовало просвещению публики и увлечению джазом. Джаз-бэнды в то время в основном играли на танцевальных площадках во дворцах культуры, парках, а также в кинотеатрах перед показом фильма. Известны коллективы того времени под управлением Л. Утесова «Теа-джаз», джаз-бэнд А. Цфасмана, Ю. Скоморовского и других.

В годы Великой Отечественной войны большинство джазовых музыкантов ушли на фронт[76] или работали в составе творческих бригад, выезжающих на выступления перед бойцами. Значительные изменения в судьбе советского джаза происходят в период послевоенный. Они детерминированы как причинами внутреннего кризиса, так и внешними.

Во-первых, советский джаз рубежа 1940-1950-х годов – вокально-инструментальный, накопивший много штампов и мало развивающийся, а во-вторых – с 1948 года начинается противостояние СССР и США. Джаз становится музыкой врага, и наступают тяжелые времена для джазменов[77]. Последующие десятилетия – годы выживания в подполье, сохранение и приумножение традиций. Молодежный фестиваль 1957 года в Москве открывает для советских музыкантов мир современных стилей – би-боп, кул, однако активному обмену музыкальными мыслями мешает холодная война 1960-1970-х годов, а также нарастающая популярность рок-музыки.

С 1970-х годов становится очевидной необходимость изучения, а значит преподавания джазовой гармонии, ритма и т. и. в условиях современного музыкального мира. Хотелось бы подчеркнуть следующее, что в результате государственной поддержки в течение 1920-1940-х годов сложились предпосылки для формирования отечественной исполнительской джазовой школы. Однако, как показывает анализ источников, как и в США до 1950-х годов образование джазовых музыкантов было в рамках «самообучения», так и в России оно было в основном таковым, несмотря на то, что существовали уже целые джазовые оркестры. Об этом пишут и В. Фейертаг [78], и А. Медведев. После постановления от 14 августа 1946 года Оргбюро ЦК ВКП (б) «О журналах “Звезда” и “Ленинград”»[79], всем известного, а затем не менее знаменитого постановления Политбюро ЦК ВКП(б) от 10 февраля 1948 года «Об опере “Великая дружба”» В. Мурадели»[80], джаз был признан также «идеологически вредным» явлением, «низкопоклонством перед Западом», с которым надо беспощадно бороться, в результате обучение джазу стало еще и «подпольным». В течение нескольких десятилетий, практически до середины 1970-х годов, вопрос об обучении джазу в рамках государственного художественного образования[81], как отмечает А. Медведев, был практически нереален, несмотря на то, что было «сделано» с 60-х годов некоторое «идеологическое послабление». Так, В. Фейертаг отмечает в своей книге[82], что официально разрешили проводить концерты, лекции, фестивали в 1960-е, А. Медведев указывает, что «в середине 70-х годов» началось профессиональное обучение джазу молодых музыкантов в системе государственного образования – в начале в музыкальных училищах РСФСР, а затем факультативно и в некоторых консерваториях[83]. Открываются джазово-эстрадные кафедры при образовательных учреждениях, кружки при домах творчества и культуры.

С середины 1980-х, в перестроечный период и в наше время, джаз является неотъемлемой частью современной музыкальной культуры России и важным звеном в контексте ее художественного рынка. Рубеж XX–XXI веков характеризуется следующими параметрами значения и роли джаза в современной российской культуре:

– популяризаторские и просветительские передачи на радиостанциях, посвященные стилям джаза и его исполнителям (А. Баташев, Д. Голощекин, А. Медведев, Д. Ухов, В. Фейертаг и другие);

– открытие джаз-клубов во всех крупных городах России, а также джазовой филармонии в Санкт-Петербурге (Д. Голощекин);

– обучение искусству джаза как в рамках профессиональной подготовки музыкантов, так и для любителей в рамках школ, домов творчества;

– организация джаз-фестивалей в крупнейших городах России (Москва, Санкт-Петербург);

– активное участие джазовых музыкантов в концертах, записях, творческих мероприятиях всех музыкальных направлений (фольклор, академическая музыка, поп-музыка, рок-музыка).

Ныне в России джаз представлен в созвездии всех стилей джаза.

Джаз – феномен культуры XX века

Хотелось бы отметить следующее: рождение джаза обусловлено своеобразием историко-демографического развития США, связано с социально-демографическими и политическими изменениями в жизни общества. Практически каждое его стилистическое направление, так или иначе, детерминировано этими аспектами общественного бытия, например, эпоха свинга, появление стиля би-боп, авангардного джаза. Дж. Коллиер отмечает, что в эпоху свинга впервые именно в сфере музыки в джазе стал преодолеваться барьер расового отчуждения. Возникновение стиля би-боп, в частности, было обусловлено общественным движением к равным социальным правам афроамериканцев с белыми и т. д.[84]; джаз явился «плодом синтеза» двух различных музыкальных культур, европейской и неевропейской, как отмечает В.Д. Конен – долгое время «не находивших» общих точек соприкосновения[85]. То есть именно в джазе нашла свое яркое воплощение особенность культуры XX века – диалог Запада и Востока. Как отмечает профессор М.Г. Арановский, европейское профессиональное творчество композиторов очень долго «шло» к диалогу с Востоком, в частности, через внедрение отдельных элементов внеевропейского музыкального языка (преимущественно в области гармонии), но синтез двух культур реально начал осуществляться только в конце XIX века в творчестве К. Дебюсси и его последователей[86].

Джаз как «детище» XX века неразрывно, как показывают исторические факты, связан с такой характерной особенностью культуры XX века, как технологизация. Как пишут исследователи В.Д. Конен и Д.Л. Коллиер, история джаза во многом обусловлена развитием НТП, поскольку джаз – искусство «устной» традиции, так как основа его – импровизация, то есть художественное произведение, создаваемое в момент исполнения. Следовательно, его развитие, «передача опыта» стало возможным только благодаря появлению звукозаписывающей техники. Как отмечает Дж. Л. Коллиер, появление фонографов, граммофонов, развитие индустрии звукозаписи решило сразу несколько взаимосвязанных проблем – популяризации джаза, общеизвестно, что его глобальный «выход» за пределы Нового Орлеана и всемирное его распространение произошло, когда вышла в свет первая пластинка «Oridginal Dixiland Jazz Band»[87], кроме того, звукозаписывающая фиксация импровизации сделала возможным «передачу» знаний последующим поколениям, а этот факт составляет основу развития любого направления. Собственно, значение изобретения звукозаписи для джаза сопоставимо с внедрением «нотописи» в практику профессионального творчества европейской традиции, с которого началась как таковая история европейского композиторского творчества[88].

По мнению исследователей, джаз во многом стимулировал развитие национальных музыкальных школ. Например, Дж. Л. Коллиер отмечает, что с 1920-х годов в Европе активно формировались национальные джазовые школы – французская, норвежская, датская и т. д., кроме немецкой из-за фашизма до 1950-х годов. Их своеобразие складывалось в результате внедрения в принципы джазовой импровизации «родного» материала – фольклора, характерных музыкальных интонаций, содержательных смыслов – типично европейских, инструментов – виолончели, скрипки, арфы и т. п. Все это в комплексе ускоряло феноменально быстрое развитие музыкальных национальных школ, что, несомненно, способствовало и развитию собственно национального музыкального искусства, например, во Франции, и совершенствованию школы профессиональных музыкантов, которые должны были освоить нелегкие принципы джазовой импровизации.

А. В. Медведев, А. Н. Баташев в своих трудах, касающихся истории российского (советского) джаза, отмечают, что его появление вызвало определенный сдвиг в характере музыкальной культуры России и братских республик[89]. Они также констатируют, что джаз, внедренный в ткань российской музыкальной культуры, был отмечен ярким отечественным своеобразием, заключенным, в частности, в использовании в качестве тем для импровизации известных русских народных песен, мелодий из произведений русских композиторов, несущих определенный интонационно-культурный код, песен и танцев, сочиненных российскими джазовыми музыкантами.

Отмечают, что своеобразие российского джаза в его близости к «песне и театру». В результате «появления» джаза в России, культура обогатилась творчеством прекрасных музыкантов и композиторов, достаточно вспомнить Л. Утесова, И. Дунаевского, А. Цфасмана, А. Варламова и многих других. Безусловно, музыкальная культура России в XX столетии немыслима без джаза. Таким образом, джаз оказал влияние на формирование и развитие национального музыкального языка каждой страны, на творчество блестящих музыкантов и композиторов, чья деятельность оказывала, в свою очередь, влияние на развитие и формирование художественного мировоззрения аудитории слушателей, то есть на расцвет музыкальной культуры в целом.

Еще одно обстоятельство, как нам представляется, является важным моментом в обосновании и исследовании джаза как феномена культуры XX века – это его взаимодействие и его влияние практически на все направления в музыкальном искусстве – и на фольклор, и на «второй» пласт, и на «третий». Этот аспект довольно подробно освещен в трудах Дж. Коллиера, В. Конен, А. Медведева, Д. Ухова, А. Цукера, Ф. Шака и других. Исследователи подчеркивают, что джаз, являясь, по сути, совершенно «новым» явлением в музыкальном искусстве, стимулировал появления новых жанров, новых произведений, новых идей, нашедших свое воплощение как в творчестве композиторов-академистов, так и в области эстрадной музыки. Например, в книге «Советский джаз» А. Медведевым приводится несколько интервью с замечательными российскими композиторами-классиками[90] – А. Хачатуряном, С. Прокофьевым, А. Шнитке, Р. Щедриным и другими. Все они однозначно определяют джаз как феноменальное явление культуры, оказавшее влияние на их творчество особенно в аспекте эмоциональном, когда слушание игры джазовых исполнителей стимулировало их творческое вдохновение![91] Это очень убедительный пример, как нам представляется, когда даже выдающиеся художники отмечают, что энергия, заложенная в принципах джазовой импровизации, своеобразно трансформируясь, стимулирует вдохновение, фантазию, побуждает к творчеству, что джаз не оставляет равнодушным. Следовательно, возникает и развивается специфическая способность к «сопереживанию», о которой было сказано выше. Следующий немаловажный аспект, который отмечается композиторами – чисто музыкально-практический – это использование в создании новых произведений элементов музыкального языка джаза – гармонии, ритмики, принципов исполнения – импровизации, инструментального состава – джаз-бэнда.

Таким образом, на данном примере, как мы видим, прослеживается очень важный акт взаимодействия, влияния джаза на появление «нового» в академическом искусстве, когда его специфика воздействует на творческий импульс, на круг используемых средств выразительности. Общеизвестно, что эксперименты в области синтеза принципов джаза и академической музыки привели к рождению нового направления в области музыки – симфоджаза. Произведения, написанные в этом стиле, поистине представляют собой художественную ценность непреходящего значения, достаточно вспомнить Дж. Гершвина и его знаменитые произведения «Американец в Париже», «Рапсодия in-blue» и другие.

Творческие поиски известных композиторов XX века были и в жанре мюзикла – Л. Бернстайн, И. Берлин, Э. Вебер, А. Журбин и многие другие. Э. Кампус указывает в научном исследовании «О мюзикле», что музыкальный язык мюзикла во многом сформировался в результате внедрения элементов джазовой гармоники, ритмики, принципов исполнения в музыкальную ткань этого жанра и обязан своим своеобразием именно джазу[92]. Общеизвестно, что жанр мюзикла явился поистине отражением XX века и по своему значению едва ли не более важен, чем опера, являвшаяся до XX века наиболее «популярным жанром» академического творчества[93].

Следующий пример влияния джаза представляется также необходимым осветить в рамках исследования джаза как феномена культуры XX столетия. А. Козлов в своей книге «Рок: истоки и развитие» отмечает, что влияние джаза на рок-музыку, их близость друг к другу велика. Взаимовлияние и взаимодействие обусловлено несколькими факторами, которые можно сформулировать следующим образом:

– джаз и рок – «детища» культуры XX века и сферы музыки «третьего пласта»;

– появление их во многом было детерминировано духовными и социально-историческими аспектами бытия общества;

– развитие музыкального языка рока во многом обусловлено влиянием джаза, но, безусловно, рок – иное музыкальное явление. Основные точки соприкосновения, которые связывают эти два направления – это музыка огромной эмоциональной концентрации; применение импровизации как способа музыкального мышления; некоторые аспекты гармоническо-ритмического плана, общие для того и другого направления, например, драйв[94], блюзовые тоны.

Наконец, как отмечает А. Козлов, развитие профессиональной рок-музыки произошло благодаря и тому, что джазовые музыканты «обратили» на него свое внимание, например, М. Дэвис, Д. Колтрейн и другие[95]. В результате музыкальное искусство XX столетия обогатилось еще одним новым направлением – джаз-роком.

Первоначально, будучи абсолютно субкультурным явлением афроамериканской среды Нового Орлеана, джаз стал ярчайшим феноменом массовой музыкальной культуры XX века, модным, так или иначе, на всем протяжении своей эволюции, от субкультурной музыки чернокожих музыкантов для танцев до музыки «для умных» в своих интеллектуальных ипостасях современного джаза. Джаз изначально был музыкой для молодых, но ныне мода на джаз прошла, и его современный путь – путь уходящих поколений, однако выразительность, красочность его музыкального языка преобразовала всю музыкальную мировую культуру, многообразно отобразившись в направлениях и жанрах искусства XX века, например, в мюзикле.

1.5 Мюзикл: от шлягера к шедевру

Один из ярких жанров массовой музыкальной культуры XX века – мюзикл. Этот жанр – детище культуры США, в которой изначально культивируется идея – «заработать на всем, на чем можно», в том числе и на театре, музыке. Мюзикл – это коммерческое предприятие, в котором есть спонсоры, продюсер, наемные работники (артисты, режиссер, композитор и т. д.), товар – произведение в жанре музыкальной комедии. Этот «товар» продается до тех пор, пока его покупают. С выпуском нового «продукта» – мюзикла связаны коммерческие риски, но также и возможность многократного обогащения. История мюзикла показывает, что если в нем есть хоть одна удачная песня с хорошо запоминаемой красивой мелодией, то можно рассчитывать на значительные кассовые сборы, даже только если будет один шлягер[96]на все произведение, который можно в разных форматах продать. Реклама предстоящей премьеры мюзикла зачастую и начинается именно с того, что на радиостанциях, телевидении, а ныне в интернет-формате звучит удачная песня из нового мюзикла, шлягер, который в некоторых примерах стал шедевром песенной музыки XX века, например: «Memory» из мюзикла «Кошки» композитора Э. Ллойда Уэббера, 1981; «Хелло, Долли!» композитора Дж. Хермана из одноименного мюзикла и т. д. К числу также шедевров этого жанра, которые, правда, и хорошо продавались, можно отнести: «Моя прекрасная леди», 1956, композитор Ф. Лоу; «Вестсайдская история», 1957, композитор Л. Бернстайн; «Нотр-Дам де Пари», 1998, композитор Риккардо Кончайте и другие.

Мюзикл: особенности жанра

Мюзикл как жанр XX века вобрал и отразил важнейшие особенности культуры этого времени, прежде всего направленность на развлекательность и массовость. Кроме того, изначально жанр формировался как «коммерчески выгодный товар», что обусловило его художественную специфику и даже процесс создания произведения. Однако и до него существовало значительное количество жанров, отвечавших этим факторам. Какие же особенности этого жанра определили его своеобразие и наибольшую востребованность среди других?

Во-первых: отличительной чертой мюзикла стало либретто, основанное на литературном бестселлере, например, «Ромео и Джульетта» В. Шекспира, «Собор Парижской Богоматери» В. Гюго и т. п. Позже в качестве основы для сюжета могли быть использованы известные кинокартины («В джазе только девушки» и т. п.), события, то есть то, что привлекло внимание аудитории и стало актуальным. Либретто настолько важно для мюзикла, что сложилась традиция номинировать лучшие из них на известную литературную премию – Пулитцеровскую.

Во-вторых: сюжетная основа опирается, как правило, не только на развлекательно-увеселительный сюжет с любовной интригой, но и на социально значимые в бытовом, политическом плане аспекты бытия современного человека, затрагивая важные для него вопросы. К примеру, в мюзикле «Вестсайдская история» по мотивам трагедии У. Шекспира «Ромео и Джульетта» затрагиваются вопросы расовой сегрегации, социального неравноправия эмигрантов, детской и подростковой преступности, которые были характерны для середины XX века, но не утратили своей злободневности и в начале XXI столетия. Социальная актуальность – именно эта черта во многом отличает мюзикл от оперетты. Для нее свойственно раскрывать любовно-лирическую историю, насыщенную бытовым юмором, сатирой. Мюзикл глубже по качеству затрагиваемых проблем.

В-третьих: в мюзикле равнозначны роли музыки, хореографии, актерского мастерства, драматургии для создания художественного образа.

В-четвертых: для мюзикла характерно приглашение артиста в амплуа «синтетический актер», который умеет хорошо и петь, и танцевать, и декламировать, и ритмизованно говорить. Примерами такого рода стали: Джулия Эндрюс в США, Англии, а в России – Людмила Гурченко, Андрей Миронов и другие.

К эталонным образцам жанровой специфики можно отнести следующие мюзиклы: «Моя прекрасная леди», «Вестсайдская история», «Кошки» и другие.

Безусловно, формирование жанра не произошло одномоментно. Предшественники мюзикла, их специфика, удачные приемы стали органической частью нового жанра XX века, и влияние того или иного из них, так или иначе, прослеживается в каждом мюзикле. Например: в «Кошках» – ревю, в «Хелло, Долли!» – оперетта и т. п. Надо отметить, что для европейского мюзикла характерно влияние не только развлекательных жанров, но и серьезного – оперы, с ее системой лейтинтонаций, номерной структурой формы (см. мюзиклы: «Нотр-Дам де Пари», 1998, «Ромео и Джульетта», 2001 и другие). Кроме того, на формирование специфики мюзикла в большой степени повлияла историческая и социально-культурная специфика становления институтов искусства в США, собственно театральной индустрии.

Этапы постановки мюзикла

Определяющими для развития культуры Соединенных Штатов Америки стали несколько факторов, прежде всего, это огромное влияние английской культуры. Как отмечает известный исследователь Э. Кампус, переселенцы из Англии в Новый Свет привозили не только предметы быта, но, главное, свое культурное мировоззрение, традиции, круг ценностей. В частности, театр считался искусством для плебеев, чем-то низкопробным, способным удовлетворять лишь невысокие морально-эстетические потребности, искусством для толпы. Совсем другое дело политика или экономика[97]. Долгое время такое отношение к театру, да и другим видам искусства, способствовало возникновению лишь развлекательных жанров с жалким либретто, непристойностями, скверной литературной и музыкальной основой. Однако примерно с середины XIX столетия предприимчивые потомки английских «торгашей» все больше и больше обращают внимание на театр как источник дохода. К началу XX века появляется целый ряд театров на острове Манхеттен в Нью-Йорке, на Бродвее. Эти театры приносят немалый доход их владельцам. Основой репертуара этих театров становятся постановки о любви, с юмором, мелодрамой, которые столь привлекательны для массового зрителя.

Мюзикл дословно переводится как музыкальная комедия и с самого начала был коммерческим жанром, постановка которого осуществляется для того, чтобы заработать. Поэтому в мюзикле как в предприятии есть вкладчики – спонсоры, и продюсер, который организует финансовые вопросы так, чтобы «производство» мюзикла привело к появлению «продукта» – произведения, которое принесет многократную прибыль его заказчикам. Однако, как у каждого предприятия, есть риск, что продукция не будет вызывать интерес со стороны покупателей и вместо прибыли принесет ущерб, поэтому вклад в постановку нового произведения, даже в жанре музыкальной комедии, – всегда риск. Именно желанием обойти возможные финансовые потери было обусловлено появление, как считают исследователи[98], в 1950-х годах системы театров «офф Бродвей». Новые театры не были рассчитаны на многотысячную аудиторию, не более нескольких сотен мест, что сократило затраты и на содержание, обслуживание и постановку. Казалось, проблема была решена, возможным стало приглашение новых молодых актеров, режиссеров, либреттистов. Однако уже в 1960-х годах формируются еще одна система – «офф офф Бродвей». Залы на 20–40 мест, без декораций, вместо них таблички со словами «Лес», «Дом» и т. п., что удешевляло в разы все затраты. Эта система имеет свои преимущества, так как позволяет на сцене сначала «офф офф Бродвея» экспериментировать, выявлять новые таланты, более масштабные затраты в системе «офф Бродвея» также еще не столь велики, чтобы продюсеры не могли попробовать пригласить начинающего режиссера, актера и т. д. Бродвейская сцена же уже для прошедших «огонь, воду и медные трубы».

Мюзикл как жанр развивался в рамках этих систем, которые позволяли делать все более яркие, экономически выгодные постановки. Особенностью жанра мюзикл становится также тот факт, что все участники постановки, от главного режиссера до уборщицы, нанимаются на одну постановку. Следующий мюзикл ставится с совершенно новой труппой[99].

Процесс создания мюзикла, как уже ранее было отмечено, это коммерческое и художественное мероприятие, удачная постановка вкладчику приносит десятикратную прибыль. Первый этап зависит от известности и состоятельности продюсера, затраты на мюзикл многомиллионные. Именно он находит необходимые средства через спонсоров и частных лиц, желающих принять участие в этом бизнес-проекте. Спонсорами, как отмечает Э. Кампус, чаще всего бывают крупные звукозаписывающие компании, кинокомпании, журналы и т. п., которые тоже могут от продажи записей с музыкой из мюзикла, рассказов о звездах и т. и. заработать деньги. Следующий этап – приглашение актеров на главные роли, заключение контракта и начало рекламной кампании. Важным фактором постановки современного мюзикла является использование песен из мюзикла для привлечения внимания к нему. Примерно за несколько месяцев до премьеры уже в интернет-пространство, на телевидение, радио «запускается» видеоклип, который ярко и красочно заинтриговывает внимание публики. Артисты мюзикла участвуют в шоу, концертах на телевидении, дают интервью в журналах. Это очень важный этап работы над «раскруткой» мюзикла для успешной продажи билетов на него задолго до премьеры. Актеры на второстепенные роли и технический персонал набираются после вышеозначенного этапа. Репетиционный период длится 3–4 недели, поскольку каждый день – это деньги, после него делаются пробные гастроли по «провинциальным» городам в театральном смысле. Во время этого периода тщательно выверяются все компоненты постановки, заменяются целые сцены, актеры, добавляются-ис-ключаются номера, которые корректируют динамику действия. Последний этап – спектакль выносится на сцену одного из театров Бродвея. Премьера на Бродвее, как отмечает. Э. Кампус, очень важна для любого мюзикла, поскольку удача оборачивается многомиллионной прибылью, а неудача – финансовым крахом. Как выявили исследования, чтобы постановка окупилась, мюзикл должен играться не менее пятисот раз, при этом практически ежедневно. Профессионализм актеров оценивается весьма достойно и выгоден для участников проекта, несмотря на колоссальные перегрузки в творческом плане. Необходимо играть как в первый раз каждый день на протяжении года, двух и более. К наиболее удачным постановкам в коммерческом и художественном плане можно отнести: «Моя прекрасная леди» Ф. Лоу (сыграно 2717 спектаклей), «Хелло, Долли!» Дж. Хермана (2844 спектакля), «Романтики» X. Шмидта (7514 спектаклей) и другие.

Жанровые истоки мюзикла

Мюзикл как новый жанр XX столетия, безусловно, появился не вдруг из ниоткуда. Его рождению предшествовал целый ряд комедийных развлекательных жанров, существовавших в американской театральной культуре на протяжении нескольких столетий и соответствующих потребностям того или иного времени ее развития. Все эти жанры имели общую развлекательную направленность, целью их представления был коммерческий интерес постановщиков. Однако необходимо отметить, что с течением времени именно предприниматели поняли, что успех экономический во многом зависит и от профессионализма тех, кто создает новый мюзикл. Ранее уже было сказано, что мюзикл – дорогостоящее коммерческое предприятие, в котором немаловажную роль играют гонорары исполнителей. Профессиональная работа должна оплачиваться соответственно ее художественной ценности. Безусловно, понимание столь важного обстоятельства и к американским продюсерам пришло не сразу. Объединяющим фактором развития театральных жанров в США является важное значение музыки в каждом из них.

Как уже ранее было сказано, само название жанра мюзикл от сокращенного «музыкальная комедия», и все жанры-предшественники были в этой направленности. Однако мюзикл, вобрав в себя все то лучшее, что было наработано с точки зрения художественной, коммерчески целесообразной, технической, выстоял в достаточно сложной атмосфере «конкуренции» с кино и сохраняет устойчивые позиции до сих пор в культуре XX века. Его жанровые истоки – балладная опера, театр менестрелей, экстраваганца, бурлеск, водевиль, ревю, оперетта — еще в первой половине столетия практически исчезли, уступив киноискусству, но оставив свой несомненный «след» в мюзикле.

Балладная опера — жанр английского происхождения, зародился в Англии еще в XVII веке, был «привезен» переселенцами в Америку и получил широкое распространение, соответствуя потребностям в развлечении жителей Нового Света. Спецификой жанра является опора на известное литературное произведение, историческое событие и использование в качестве музыкальной основы известных на момент представления популярных бытовых песенок, к которым сочиняется текст, соответствующий сюжету и содержащий не только юмористическо-сатирические, любовные тексты, но и социально-злободневные, например о коррупции властей. Первая американская балладная опера – «Лучники, или Швейцарские горцы» была поставлена в конце XVIII века в Нью-Йорке. Для мюзикла балладная опера стала «источником» приемов динамизации действия, работы с музыкальным материалом и текстом в духе потребностей современности. Представляется важным отметить, что черты балладной оперы прослеживаются в отечественном развлекательном шоу «КВН», с той лишь разницей, что есть единая для номеров тема, а не сюжет, но использование современных популярных песенок, измененного социально-злободневного, юмористического текста к ним характерно именно для вышеназванного жанра. Кроме того, именно этот жанр во многом определяет особенности телемюзиклов канала «Россия 1», которые с успехом идут уже почти два десятилетия XXI века в программах на каждый новогодний праздник, например, мюзиклы «Золушка» (2002), «Снежная королева» (2003), «Золотая рыбка» (2008) и т. д.

Экстраваганца — жанр французского происхождения, в Америке появился в середине XIX века. Название жанра экстраваганца предполагает необычные представления, насыщенные спецэффектами, последними техническими достижениями театрально-сценического оформления, действие обычно происходит в мире духов, фантастических существ. В экстраваганце немалую роль играет му зыка, которая опиралась на самые различные источники, начиная от известных классических произведений и заканчивая песенками-однодневками. Первой бродвейской экстраваганцей считается «Злодей-мошенник»[100](1866), сочетающий в своем сюжете мотивы «Фауста» И. Гете и «Волшебного стрелка» К. Вебера. Специфический атрибутикой спектакля с этого времени становятся сценические эффекты (ураган в горах, ангелы, летающие по воздуху, и т. п.), позднее в эктраваганцах использовались удивительные акробатические трюки и выступление дрессированных животных[101]. Привлекательным оказался также трюк, который в дальнейшем стал чертой американского мюзикла в различных вариациях – балетная труппа, состоящая из 100 «блондинок», одетых в прозрачного телесного цвета костюмы и т. п. (например, в мюзиклах «Смешная девчонка», «Чикаго» и т. п.). К числу уникальных экстраваганц относят: «Хампти-Дампти» (1868, использование акробатики, фокусов, конькобежцев и т. п.), «Джамбо» (1935, включение в палитру спектакля участия дрессированных животных). Приемы динамизации действия, формирование плеяды разносторонних актеров – все это стало несомненным «вкладом» экстраваганцы в мюзикл.

Бурлеск — жанр английского происхождения, пародия на известную трагическую пьесу (например, «Отелло», «Король Лир» У. Шекспира), был популярен в Англии в XVII–XVIII веках. Музыка – популярные песни, комические куплеты стали неотъемлемой частью и бурлеска. Все роли в этом жанре исполнялись женщинами. Для спектакля было характерно использование приема прямого обращения к «усталым джентльменам», занимавшим первые ряды, стриптиз[102].

В современной культуре, особенно в киноиндустрии, в которой экранизация мюзиклов заняла свое важное достойное место, также появилась кинокартина «Бурлеск» (2010), в главных ролях американские актрисы-певицы Шер и Кристина Агилера, в данном произведении воспроизводятся жанровые черты бурлеска.

Бурлеск оставил в «наследство» мюзиклу остроту трактовки современных проблем – высмеивание спеси, глупости и самодовольства, интерактивные приемы общения с публикой.

Водевиль (варьете) – жанр английского происхождения, популярный в США на рубеже XIX–XX веков. Спецификой его является то, что в Америке это своеобразное эстрадное обозрение, состоящее из комических куплетов, песен и танцев, выступлений акробатов и дрессировщиков пуделей, чревовещателей и шпагоглотателей. Жанр – наследник традиций мюзик-холла. Представления проходили первоначально в питейных заведениях с сомнительной репутацией, но деятельность актера-предпринимателя Т. Пастора по новому раскрыла возможности жанра. Музыкальное сопровождение номеров осуществлял обычно пианист, по своему вкусу и умению подбирающий репертуар, позднее – оркестр. Так, к 1925 году в США насчитывалось около 60 водевильных оркестров.

Особый вклад водевиля в развитие американской театральной системы и мюзикла в том, что именно в рамках этого жанра сформировалась универсальная команда актеров «синтетического амплуа». При этом выступление актера не должно было превышать 10 минут, что требовало от артиста предельной концентрации. Выступление в водевильном театре стало почетным и престижным в кругу актеров. Считается, что именно в рамках водевиля сформировалась театральная школа Америки. Черты этого жанра воспроизводятся в киномюзикле «Смешная девчонка» (1968), в котором заблистал талант американской актрисы-певицы Барбары Стрейзанд.

Театр менестрелей — жанр американского происхождения, появился, по мнению исследователей, на рубеже XVIII–XIX веков. Все роли в минстрел-шоу исполнялись мужчинами, первоначально белыми, затем возникли труппы из негритянских артистов. Основой сюжета были комические представления на тему жизни негров и их хозяев. В театре менестрелей сложилось несколько типов персонажей: одетый в тряпье поденщик-простак[103], негр-денди, негр-плут. Женщины-негритянки также изображались сатирики чески, глуповатыми и очень чувственными[104].

Окончательно жанр во всех своих составляющих складывается к середине XIX века. Первая часть представляла собой песни и музыкальные номера, исполнение которых сопровождалось шутливым диалогом. Во второй части, «олио», были сценки из жизни негров с танцами. Третья часть являла собой представление наподобие балладной оперы. Причем замечательным приемом стало использование «разведданных» из города, в котором предстояло выступать шоу. «Разведчик» из труппы в местном салуне узнавал все сплетни, злободневные проблемы, и, к удовольствию зрителей, эта информация использовалась в юмористическо-сатирическом аспекте в ходе третьей части. Особое значение для американской культуры и мюзикла составило то музыкальное наследие, которое сохранил театр менестрелей. Песни минстрел-шоу стали кладезем для творчества американских композиторов, тем источником информации, который позволил уже в 1930-е годы более тщательно изучить особенности американского фольклора. Многие мене-стрельные труппы сопровождали свое выступление звучанием оркестра.

Американские негры не считали театр менестрелей своим искусством. Более того, окарикатуренный образ вызывал презрение и негодование, хотя во многом исполнители высмеивали не только негров, подражающих белым господам, но и самих хозяев, чванливых, спесивых, зачастую недалеких. Тем не менее образ «менестрельного шута» был с обидой воспринят особенно поколением 30-40-х годов XX столетия, в период борьбы негров за права человека. На современном этапе эти типы персонажей присутствуют в концертных программах, например, в знаменитом музыкально-танцевальном шоу «Riverdance» 1996, 1999 годов несколько номеров обращены именно к этому наследию американской культуры.

Ревю — жанр французского происхождения, по своей специфике похож на водевиль. Ревю – эстрадное обозрение, состоящее из пародий, комических номеров, песен, танцев, но, в отличие от водевиля, для ревю характерно единство тематического замысла и музыки.

Особую роль в продвижении этого жанра на американской театральной сцене сыграл постановщик и продюсер Ф. Зигфельд. Его постановки на многие годы определили лицо постановок Бродвея. Несомненным достоинством ревю Зигфельда было гармоничное сочетание французского и американского в представлении, опора на высочайший профессионализм всех исполнителей, режиссеров, композиторов. Исследователи творческой деятельности Ф. Зигфельда отмечают, что он высоко оплачивал труд создателей ревю. В этом жанре работали такие композиторы, как: Э. Берлин, Дж. Гершвин, В. Херберт, Дж. Керн и другие.

Значительный удар по ревю нанесло киноискусство, особенно появление звукового кино. Мюзикл вобрал из ревю умение объединять самые разнородные, несовместимые элементы, а также джаз.

Оперетта — жанр зародился в Европе в середине XIX века. Был, как отмечает Э. Кампус, необыкновенно популярен практически до начала XX столетия. Оперетты И. Штрауса, Ж. Оффенбаха, И. Кальмана, Ш. Лекока и других, как ни странно, в Америке не пользовались большим успехом. Как правило, названия оперетт изменялись, например, оперетта «Летучая мышь» И. Штрауса шла под названием «Веселая графиня» (1912), а в 1929 году под названием – «Удивительная ночь» и т. п. Характерной чертой становится популярность второстепенных европейских оперетт, к примеру, «Наной» Р. Жеже.

Как отмечают исследователи, «более всего в прошлом веке американцев привлекало творчество английских оперетточных композиторов»[105]. Большую популярность получило произведение В. Гилберта и А. Салливена «Фрегат ее величества “Пинафор”» (1878), а затем – «Микадо» (1885).

Под влиянием европейских оперетт появляются и американские: «Первая брайтонская водоспасательная команда» Дж. С. Кросси, «Пустыня» Д. Бака (1880), «Маленький магнат» У. Спенсера (1887). Расцвет американской оперетты связан с именами композиторов Р. Ковена, Г. Крекера, Г. Лудерса, 3. Ромберга, В. Херберта, В. Юманса и других.

Американская оперетта подражала европейской, ее романтизм, экзотичность, безусловно, привлекали, однако не соответствовали потребностям нового времени. Реалистичность, злободневность, сатира и юмор, связанность с американской действительностью – вот что было необходимо американской публике от театра. Мюзикл, вобравший в себя все лучшее от предшествующих жанров, явился ответом на возникшие потребности.

Необходимо также сказать о роли джаза в мюзикле. Джаз и мюзикл – детища одного времени, и основой музыкального языка мюзикла XX века стал именно джаз. Однако в чистом, подлинном виде джаз не мог использоваться в партитуре мюзикла. Общеизвестно, что ядро джаза – ритм и импровизация, последняя была невозможна в динамично развертывающемся мюзикле. Как известно, импровизация в джазе – это свободное, творческое высказывание исполнителя, которое не может быть сковано временем, важно выразить мысль. Мюзикл – это удивительно динамичное представление, где действенность очень значима, поэтому в музыкальный язык жанра приходит, прежде всего, джазовый ритм, гармония, стилистика исполнения, как инструментального, так и вокального, характерные тембры, духовые и ударные инструменты. Имена композиторов, которые синтезировали в своем творчестве элементы джаза, симфонического мышления, эстрадной песни, известны, и их произведения составляют достояние мировой общественности – Г. Арлен, И. Берлин, Л. Бернстайн, Дж. Гершвин, К. Портер и другие.

История жанра мюзикл охватывает уже столетие. Первоначальное его формирование в большой степени был связано с уже существующими в американской театральной культуре жанрами: ревю, водевилем, опереттой и т. д. Так, первые два десятилетия XX века, отмеченные постепенным ростом экономического благополучия страны, порождают необыкновенный спрос на развлекательные жанры, тому способствовала и все возрастающая популярность джаза. Но как отмечают исследователи, сюжеты были поверхностными, и по большому счету господствовала оперетта. Значительным шагом на пути к образованию нового жанра стали «Плавучий театр» Дж. Керна (1921) и «Янки из Коннектикута» Р. Роджерса (1927) по роману М. Твена, они отличались серьезностью, глубиной затрагиваемых проблем в сочетании с яркостью, динамичностью и зрелищностью представления.

Третье десятилетие – очень сложный для американского театра период – экономический кризис 1929 года. Многие театры были закрыты или перестроены под кино, так как билет на него стоил гораздо дешевле, чем в театр. Оперетты, ревю, мюзиклы стали благодатной основой для киноиндустрии.

Мюзикл, чтобы сохраниться как жанр, качественно изменяется, обогащаясь проблемами социально-злободневного характера. Например, сатирические мюзиклы Дж. Гершвина «Грянь, оркестр» (1930) и «О тебе пою я» (1931) затрагивали социально-актуальные проблемы общественного развития. В таком же ключе появляются мюзиклы «Лицом к музыке» Э. Берлина (1932), «Джонни Джонсон» К. Вайля (1936) и другие.

Тенденция к расширению тематики мюзиклов продолжена была и в 1940-е годы. Тема фольклора и легенд американских негров – «Хижина в небе» В. Дьюика, психоанализа – «Леди во мраке» К. Вайля, гражданской войны – «Энни, бери ружье» Э. Берлина, Второй мировой войны – «На юге Тихого океана» Р. Роджерса, образ Америки доиндустриальной эры – «Оклахома» Р. Роджерса. В это время в американском мюзикле возрастает роль пластики и танца, например, «На пуантах» Р. Роджерса.

1950-е и 1960-е годы в судьбе жанра поистине звездные. Его тематика расширилась, оформились границы и средства выразительности мюзикла. Для жанра этого времени характерен высочайший профессионализм его создателей. Мировую известность на театральной сцене, а затем в кино-постановках приобрели «Моя прекрасная леди» Ф. Лоу (1956), «Вестсайдская история» Л. Берндстайна (1957), «Звуки музыки» Р. Роджерса (1959), «Хелло, Долли!» Дж. Хермана (1964), «Кабаре» Дж. Кандера (1966) и другие.

Надо отметить, что 1960-е годы для мюзикла – и начало кризиса. Наступающая эра рок-движения выводит новую проблематику, острую, гражданскую, социально-злободневную. Мюзикл с его развлекательной направленностью оказывается временно неактуальным.

Однако, говоря об истории мюзикла, необходимо отметить, что в 1960-е годы рождается европейский мюзикл, также увлечение жанром охватывает и СССР, после гастролей американской бродвейской труппы.

Огромную роль в популяризации мюзикла сыграло киноискусство, экранизация мюзиклов: «Моя прекрасная леди» (1964), «Звуки музыки» (1965), «Хелло, Долли!» (1969) и других.

Европейский мюзикл, как и советский, имел свою специфику, обусловленную иным историческим развитием театра, нацеленным на гуманистические, философские идеи, а не только на развлекательность[106]. Во Франции рождение мюзикла, европейского, связано с творчеством выдающегося композитора М. Леграна («Шербурские зонтики», «Девушки из Рошфора»), позднее он представлен в творчестве английского композитора Э. Л. Вебера («Призрак оперы», «Кошки») и других авторов Австрии, Швейцарии, Германии и т. д.

В советском театре[107] особую популярность получили мюзиклы для детей («Трубадур и его друзья», композитор Г. Гладков, либретто Ю. Энтина (1974); «Кот в сапогах», композитор Э. Колмановский, либретто Г. Калау и другие). Литературная классика также в советском мюзикле довольно широко была представлена: «Укрощение строптивой», музыка Г. Гладкова, тексты В. Константинова и Б. Рацера; «Три мушкетера», музыка М. Дунаевского, авторы пьесы М. Розовский, Ю. Ряшенцев; «Дульсинея Тобосская», музыка Г. Гладкова, стихи Г. Горобовского, В. Константинова, Б. Рацера; «Свадьба Кречинского», музыка А. Колкера, либретто К. Рыжова и многие другие.

Основной проблемой и для европейского, и для советского мюзикла стала, как выявили исследования, иная традиция организации театральной труппы. В Европе и России традиционно сложился театр с постоянной труппой, а не «одноразовой» для постановки только одного мюзикла. В постоянной труппе – созвездие актеров, но не все обладают навыками, необходимыми для постановки мюзикла, способностями «синтетического» актера, что создавало определенные сложности. Однако ситуация изменяется к концу XX столетия, связано это, по нашему мнению, с переходом на новые формы организации театральных постановок, коммерциализацией этой сферы искусства как в Европе, так и в постперестроечной России[108].

Последняя треть XX столетия отмечена в развитии мюзикла обогащением тематики жанра, расширением традиционной опоры на литературный бестселлер. Исторические факты появляются в мюзикле «Я не помру своей смертью» (либретто и музыка М. Ван Пиблса); кинофильмы стали источниками для постановки мюзиклов: «Все о Еве» – соответственно «Аплодисменты», «В джазе только девушки» – «Сахар», история жизни звезд прошлого – «Мак и Мабель» (М. Стюарт, Дж. Херман), «Мини и ее ребята» (А. Макс, Р. Фишер, Л. Гроссман), «Фоллиз» (Дж. Гольдман, С. Сондхейм) и другие; возникают костюмно-исторические мюзиклы – «Пипин» (С. Шварц), «Rex» (Р. Роджерс) и другие, популярным становится экранизация мюзиклов, например, «Кабаре», «Чикаго», «Мулен Руж» и другие.

Настоящим открытием рубежа XX–XXI веков явились постановки мюзиклов «Собор Парижской Богоматери» (1998) и «Ромео и Джульетта» (2001), «Дракула: между любовью и смертью» (2008) во Франции и другие. Они, безусловно, наследуют и воплощают лучшие традиции американского мюзикла – зрелищность, яркость, высочайший профессионализм всех участников постановки, и обогащают их глубиной, драматичностью, свойственной европейскому театру.

На современном этапе развития культуры мюзикл занимает прочное место в ряду художественных открытий столетия, востребован публикой как в Америке, Европе, так и в России.

Мода на мюзикл в постсоветской России

В современной культуре России жанр мюзикла представлен достаточно широко и, по мнению многих, вызывает значительный интерес у всех слоев российского общества. Мода на жанр началась еще на рубеже XX–XXI веков, так, например, в 2002 году в Москве одновременно были представлены публике несколько весьма разноплановых мюзиклов. В Петербурге также осуществлены постановки нескольких мюзиклов, среди которых особенно выделялся мюзикл «Нева-Чат» (специфика его будет рассмотрена несколько позже). В какой-то мере симптоматичным, знаковым событием является и тот печальный факт, что объектом террористической акции – захвата заложников в Москве осенью 2002 года – явилась аудитория именно мюзикла «Норд-Ост» (либретто на основе произведения В. Каверина «Два капитана»).

О популярности мюзикла свидетельствует также присвоение первого места в номинации «Лучшая песня года» в рамках ежегодного популярного конкурса «Золотой граммофон» песне именно из мюзикла «Notre Dame de Paris» в 2002 году.

Безусловно, для XX столетия характерны, как уже ранее нами говорилось, появление и популяризация жанров, рассчитанных на массовую аудиторию. Еще раз хочется отметить, что «массовость», «массовые жанры» – это своеобразный знак[109] культуры этого столетия. Изменение социально-культурных отношений, научно-технический прогресс, социально-демографическая ситуация повлекли за собой и возникновение новых художественных жанров, способных соответствовать потребностям публики «эпохи урбанизации». «Процесс урбанизации обострил процессы общения… Массовая коммуникация способствует преодолению отчуждения в городской среде». К таким массовым формам относят, прежде всего, «зрелища нового времени»[110]. Хотелось бы вновь отметить, что появление мюзикла уже в начале 20-х годов XX столетия и явилось своеобразным ответом этому времени. «Подавляющее большинство людей “потребляет” массовое искусство, чтобы снять стресс, развлечься»[111]. Пик популярности этого жанра во всем мире приходится на 50-е – начало 60-х годов XX столетия. Именно в это время советский зритель впервые познакомился с одним из прекрасных американских мюзиклов «Моя прекрасная леди» (музыка Ф. Лоу). Гастроли американской труппы проходили в 1960 году в Москве, Ленинграде и Киеве. Мюзикл имел колоссальный успех, и его представление послужило стимулом для создания новых произведений в этом жанре.

Однако, как показывает обзор научной литературы по данной теме, изучение мюзикла как специфического жанра XX века в России советской эпохи практически не осуществлялось. Наиболее известная работа в этой области Э. Кампуса «О мюзикле», изданная в начале 1980-х годов, содержит интересный материал по этому вопросу. Кроме того, фундаментальных исследований по проблемам специфики, истории и развития мюзикла до сих пор крайне мало[112]. Между тем изучение и освещение этих вопросов представляется весьма актуальным. В средствах массовой информации, в печати нередко можно услышать или прочитать, как одно и то же произведение, например «Cats» или «“Юнона” и “Авось”» и другие, называют то мюзиклом, то рок-оперой. Присутствует явное печальное недопонимание принципиальных различий этих жанров, состоящее и в эстетике, и в средствах выразительности, и в контексте осмысления идей и нравственноэстетических, художественных ценностей в каждом из них. Мюзикл – это всегда зрелище, даже если трагический финал, а рок-опера, как наследница традиции музыки «второго пласта», – это разговор об истинных ценностях для ума и сердца.

Возвращаясь к специфике мюзикла, необходимо отметить и его исторические «жанровые» корни, о которых было сказано уже ранее, а также огромное влияние джаза на музыкальный язык мюзикла. Джаз «как катализатор этих жанров»[113]. Действительно, и мюзикл, и джаз являются «детищами» музыкальной культуры XX века, отразившими в себе все своеобразие духовно-эстетических, социальных, исторических, демографических особенностей развития общества этого столетия. Их взаимосвязь прослеживается от истоков как джаза, так и мюзикла. «Утверждение джаза как господствующей формы бытовой музыки Америки наших дней было неразрывно связано с музыкальной эстрадой Бродвея»[114]. Так, популяризация многих мюзиклов и киномюзиклов происходила с помощью джазовых исполнителей, берущих за основу своих импровизаций ту или иную тему известной бродвейской постановки (например, «All of me» и другие). В то же время популяризация джаза во многом была обусловлена использованием полюбившихся всем мелодий из известных киномюзиклов, ставших основой для творческих поисков, новаторства. Показательна в этом смысле композиция Дж. Колтрейна «Му favourite things», созданная на основе одноименной песни из мюзикла Роджерса и Хамерстайна «Звуки музыки», и другие. Взаимовлияние этих двух ярких культурных явлений XX века в большей степени отразилось и отражается на лике современного музыкального искусства, особенно в сфере поп-музыки (ритм, гармония, стиль исполнения, инструменты и т. п.).

В мюзиклах, представленных в российской культуре последние два десятилетия, затрагивается широкий спектр художественных идей. Однако хотелось бы остановиться на наиболее симптоматичных, по нашему мнению, для развития этого жанра аспектах, касающихся как проблемы сохранения традиций, так и новаторства в этом жанре именно в российской культуре.

Мюзиклы, представленные современной российской аудитории, условно можно разделить на четыре категории:

– мюзиклы прошлого, постановка которых осуществлена на российской сцене, например «Чикаго» (в Америке с успехом прошел в 50-х годах XX столетия);

– современные зарубежные постановки, представленные американскими и отечественными труппами, например «42-авеню», «Notre Dame de Paris», «Ромео и Джульетта» и другие;

– современные отечественные мюзиклы, сохраняющие и продолжающие традиции советской эпохи этого жанра, например «Норд-Ост», композиторы А. Иващенко и Г. Васильев, «Нева-Чат», композитор Р. Рязанцев, «Граф Монте-Кристо», композитор Р. Игнатьев, «Алые паруса», композитор М. Дунаевский, и другие;

– телемюзиклы канала «Россия 1», к примеру: «Золушка» (2002), «Королевство кривых зеркал» (2007), «Золотая рыбка» (2008) и многие другие. Надо отметить, что телемюзиклы продолжают традиции, прежде всего, балладной оперы. Так, например, в «Золотой рыбке» действие сказки А. С. Пушкина перенесено в начало XXI века, костюмы современные и затрагиваемые актуальные вопросы тоже – засилье рекламы, к примеру, музыка опирается на мелодии популярных советских и зарубежных песен, текст которых написан в соответствии с «обновленным» сюжетом.

Особенно интересным в развитии жанра представляется современный мюзикл на вечный сюжет великого английского драматурга У. Шекспира «Ромео и Джульетта». Надо отметить, что это произведение в истории культуры не раз привлекало внимание композиторов, художников, актеров, режиссеров, кинорежиссеров и т. д. Достаточно вспомнить увертюру «Ромео и Джульетта» П. Чайковского, балет «Ромео и Джульетта» С. Прокофьева, одноименную кинопостановку Ф. Дзеффирелли, а также знаменитый мюзикл Л. Бернстайна «Вестсайдская история» (по мотивам этой знаменитой трагедии У. Шекспира, хореограф и постановщик Дж. Роббинс). Начало XXI столетия вновь ознаменовано обращением к этому вечному сюжету. В 2001 году французская труппа осуществила постановку мюзикла «Ромео и Джульетта» (музыка Ж. Прежурвика, хореография и постановка де Редна). Мюзикл с успехом прошел во многих странах и до сих пор пользуется популярностью. Постановка – практически точное воспроизведение подлинного текста. Современность ее только в использовании новейших музыкальных, танцевальных жанров (брэйк, акробатика, джаз-танец, рок-баллада, сингл, диско и другие), компьютерных технологий, блестящих декораций и костюмов, сочетающих в себе прошлое и современное. Мюзикл представляет собой великолепное зрелище, подкупающее высочайшим профессиональным уровнем постановки.

Актуальной представлялась версия петербургской труппы по мотивам вышеназванной трагедии У. Шекспира – «Нева-Чат» (2003), имеющая заголовок – «первый мюзикл эпохи Интернета». Интрига создания либретто заключается в том, что написали его два человека под общим псевдонимом – М. Чкаловский, – общаясь только через Интернет. Режиссер-постановщик И. Селин, автор музыки Р. Рязанцев, хореография и постановка танцев – Ю. Токарева, К. Бредис, Я. Ким. Безусловно, данное произведение, к сожалению, далеко отстоит от вышеназванного мюзикла по зрелищности, технологизации процесса, да и в целом по размаху. Сказался низкий уровень финансирования спектакля. Но по мысли, контексту трактовки сюжета, его злободневности мюзикл «Нева-Чат» очень интересен. «Нередко прогрессивные идеи характерны для популярной музыки»[115]. Действие перенесено в виртуальное пространство Интернета. Герои традиционны для мюзикла как жанра – отрицательный персонаж (с 40-х годов XX столетия в рамках этого жанра), его «подопечные» – «положительные» и «не очень положительные» посетители виртуального мира и юный «визитер» страницы Интернета – Ромео. В этом произведении затрагиваются вопросы (это подтвердили опросы студентов гуманитарных вузов[116]), весьма актуальные для современной молодежи: проблемы одиночества, однополой любви и отношения мира к этому, технологизации, «машинизации» (термин И. Бердяева) взаимоотношений современных людей, ведущие к обезличиванию, душевным травмам. Высказывается очень значимая, по нашему мнению, мысль о необходимости никогда не подменять мир реальный, гораздо более многогранный, живой и прекрасный, безличным, «прогрессивным» виртуальным пространством. Какого бы уровня ни достигал технический прогресс, ничто не равноценно реальному человеческому общению, чувствам, эмоциям.

К несомненным достижениям этого мюзикла можно отнести и активное внедрение в ткань музыкального языка данного произведения современных музыкальных жанров, направлений, танцев – клубная музыка, рэп, рок-баллада, поп-музыка, брэйк-бит, танго, фоновая музыка, хип-хоп, а также использование новейших технических средств в его палитре. В этом плане можно отметить общие для российского и зарубежного мюзикла тенденции синтезирования наиболее ярких направлений и жанров современной как российской, так и зарубежной культуры.

Представляется, что все эти мюзиклы так или иначе утверждают и укрепляют уже наработанные за десятилетия специфические особенности, традиции, такие как:

– зрелищность, традиционное использование современных технологий (светоцветомузыка, применение компьютерных технологий, специальных звуковых эффектов и т. п.);

– опора на современный музыкальный материал. Когда мюзикл зарождался, его появление совпало с популяризацией джаза, и как уже выше было сказано, в большей степени именно на джазовые гармонии, ритм, стиль исполнения опирается музыкальный язык этого жанра. Однако безусловно, современность внесла свои коррективы в музыкальную палитру мюзикла. В гармонии и ритмике современных постановок все чаще можно услышать не только традиционный музыкально-интонационный материал (как это было ранее, африканской, латиноамериканской культур), но и интонации восточных музыкальных культур, например, арабской (мюзиклы «Ромео и Джульетта» (2001), «Notre Dame de Paris» (1998), «Нева-Чат» (2003) и другие). Расширение и обогащение круга выразительных средств этого жанра также включает в себя на современном этапе использование брэйк-данса, модерна, джаз-танца, рэпа, техно-музыки, музыки в стиле фьюжн, а также всего спектра музыкальных инструментов – от традиционных классических до электронных, фольклорных и т. п.;

– внимание к современной социальной проблематике, «осовременивание» ставших классикой литературных бестселлеров прошлого («Собор Парижской Богоматери» В. Гюго, «Ромео и Джульетта» У. Шекспир и другие), злободневность.

В рамках современной российской культуры мюзикл представлен разнообразием идей и принципов их воплощения. Тенденции развития мюзикла не только за рубежом, но и в России приближают его по уровню значения в современной культурной и общественной жизни к роли оперы, являвшейся одним из самых важных жанров в социальном[117] аспекте на протяжении многих столетий.

1.6 Рок-музыка: от ритм-энд-блюза к «Red Wave»

Рок-музыка – одно из ярчайших музыкальных явлений второй половины XX века, которое и в начале XXI столетия еще сохраняет свои позиции влияния на мировую массовую музыкальную культуру. Начав свой путь от субкультурного жанра – ритм-энд-блюза афроамериканских гетто больших городов США, рок-музыка уже с начала 1960-х годов властно становится на позиции массового молодежного увлечения. При этом она представляет собой целый спектр социальных, политических, духовно-эстетических и художественных аспектов.

В своей книге «Рок: истоки и развитие» Алексей Козлов совершенно справедливо отмечает, что рок-культура органичной частью, которой является рок-музыка, изначально стала контркультурным явлением.

В современном музыковедении, социологии существует разделение понятий культура[118], контркультура, масс-культура.

К первому понятию относятся формы музыкального искусства, сохраняющие традиционно сложившиеся ценности – музыка академических композиторов, фольклор.

Понятие контркультура связано с отрицанием традиционных форм и поиском новых средств выразительности, жанров, направлений. В основе этого понятия – идея и эстетика протеста. Чаще всего контркультурные явления, так или иначе, соотносятся с понятием субкультура, что собственно и характерно было для одного из преджанров рок-музыки – ритм-энд-блюза. Однако далеко не всегда субкультура однозначно подразумевает эстетику протеста, характерную для контркультуры, так, например, творчество советских бардов 1960-1970-х не несло в себе столь очевидной протестности, характерной для рок-музыки этого же исторического периода, при этом также, начав как явление локального характера в среде молодежной интеллигенции, стало к 1970-м массовым и даже модным увлечением советского народа. Достаточно вспомнить, что песни В. Высоцкого не только любили слушать, но и было модным, престижным иметь дома записи, особенно неофициальные, этого выдающегося актера и барда.

Как правило, именно субкультурные и контркультурные течения привносят обновление художественного языка, формы, смыслов. Зачастую создаются как поистине новаторские средства выразительности, которые с течением времени переходят, как верно отмечают исследователи, в раздел – классика культуры эпохи, например, творчество «Beatles», «Qween» и другие. Так и низкопробные псевдохудожественные подделки – китч. Они с течением времени уходят в Лету.

Музыкальная культура XX века наполнена примерами активного взаимовлияния и взаимодействия явлений культуры, контркультуры, субкультуры и масс-культуры. Как верно отметила Т. Е. Шехтер: «Столкновение традиции и эксперимента в XX столетии, создание широкого экспериментального пространства, может быть, самый драматичный момент в субъективном существовании культуры»[119]. Как уже ранее было сказано, одной из важнейших черт культуры XX века становится то, что буквально все, что появляется нового, активно «пробуется» как «товар» в рамках массового культурного «производства». При этом если взаимодействие между произведениями, жанрами, формами творчества культурных, контркультурных, субкультурных явлений носит идейно-эстетический, художественный характер, например – совместный концерт симфонического оркестра и рок-группы, рок-опера и т. и., то в рамках «массового культурного производства» любая форма соприкосновения обусловлена целеполаганием – заработать, извлечь максимальную прибыль. «Эксплуатация» всего художественно ценного от произведений, форм творчества, стилей и т. и. культуры, контркультуры, субкультуры зачастую превращает произведение в китч в условиях практики массовой культуры. Примером «эксплуатации» музыки академических композиторов стало «осовременивание» – наложение звучания танцевального ритма в исполнении синтезатора, ударных инструментов на музыку Й. Гайдна, В. А. Моцарта, П.И. Чайковского и других. В таком контексте их духовно-эстетическая ценность подменяется только развлекательной, фоновой функцией, что, безусловно, плохо. Однако неверным было бы отмечать и только негативный эффект взаимодействия произведений, творческой сущности культуры, контркультуры и субкультуры с метафизическими свойствами масс-культуры. «Продвижение в массы» высоких мыслей и чувств, даже в облегченно-адаптированной форме, в понятной символике для масштабного восприятия имеет положительные свойства, облагораживая общество и личность.

Как социальное явление рок-культура связана, прежде всего, с «новым героем» времени. Начало века, как уже ранее было сказано, отмечено изменением духовно-эстетических ценностей – отказ от романтизма, на смену Герою – сильной личности, приходит обычный среднестатистический «маленький человек». Он оказывается лицом к лицу с новыми реалиями времени – войнами, террором, революцией. Утешение, защиту, иллюзии надежд находит «маленький человек» в веселом рэгтайме и джазе. «Герой» второй половины XX века, столкнувшийся с беспрецедентными формами уничтожения человеческой личности во время Второй мировой войны, не спешит в мир иллюзий, а открыто протестует и занимает активную гражданскую и личностную позицию. Именно она находит свое отражение в лучших образцах творчества рок-музыкантов.

Рок-музыкант приобретает статус пророка, властителя дум. Формы протеста, агрессивные и пассивные, ироничные и жесткие, слом сложившихся нравственно-эстетических нормативов отцов, безумие сексуальной революции – все это нашло свое отражение в стилях рок-музыки от арт-рока, хэви-металл до глэм-рока и т. д.

Кроме того, как отмечают исследователи, основной аудиторией рок-музыки является наиболее социально активная группа общества – молодежь от 13 до 20, тинейджеры. В этом возрасте человек активно формирует свою социально-гражданскую позицию и наиболее деятелен в ее осуществлении. Период от 20 до 30 лет связан обычно с обустройством профессиональной и личной жизни. После 30 лет, как правило, человек возвращается к рок-музыке, правда, чаще музыке своей молодости. Так, например, на концертах рок-групп «Аквариум» (лидер Б. Гребенщиков), «ДДТ» (лидер Ю. Шевчук) и других властителей дум советской молодежи 1970-1980-х можно увидеть, как около сцены «прыгают» подростки в порыве эмоций от музыки и ритма, а в глубине зала слушатели, которым уже за 40–50 лет.

Следующий факт социальной обусловленности в истории рок-музыки связан с периодами социального кризиса в развитии общества или периодами социально-экономической стабилизации. Исследователи единодушно приходят также к мысли о зависимости рок-музыки от этих аспектов. Социальный кризис – расцвет, стабилизация общественного бытия – период упадка в рок-музыке.

Рок-музыка развивается в период активного формирования современной культуры, в период социальных и политических кризисов в истории общества. В отличие от джаза, рок развивался не последовательно, а «скачками», так, например, период его активного становления и эволюции приходится на 1960-е годы[120]. Стагнация процесса эволюционирования рок-культуры связана с периодами социально-экономической стабилизации (примерно середина 1970-х – 1980-е годы). Последующие десятилетия отмечены неравномерностью и неоднозначностью в развитии названного музыкального направления[121]. Исследователи[122] единодушно приходят к мысли о зависимости рок-музыки от этих аспектов.

Как явление художественное, рок-музыка – пример контркультуры, с ее отрицанием сложившихся традиционных форм и поиском новых, часто радикальных, средств выразительности[123]. Стилистика исполнения рок-музыки, формы нашли свое отражение в специфике развития современной поп-музыки, а также в появлении нового жанра второй половины XX столетия – рок-оперы, формировании ряда стилей на основе синтеза с другими направлениями музыкального искусства – поп-рок, джаз-рок и т. п.

Рок-культура вызвала к жизни совершенно новый жанр художественной критики, в котором жизнь, личность рок-музыканта уравнивается с его произведениями. Кроме того, подростковый возраст большинства ее поклонников подтолкнул ряд журналистов к формированию специфических «качеств» образа рок-музыканта, возводя его в ранг «идола-кумира» молодежи. Тинейджеры подражают своим «героям», формируя свою жизненную позицию не только под влиянием идей, которые рок-музыканты высказывают в песнях или интервью, но копируют и манеру поведения, образ мысли, взгляды на жизнь и смерть[124]. Атрибутивным для рок-культуры становится освещение всех подробностей жизни рок-музыкантов в печати – от бульварных газет до серьезных научных исследований.

Таким образом, все специфические особенности социально-художественной жизни общества, психологии наиболее активной молодежной аудитории этого периода нашли свое выражение в ярчайшем направлении музыкальной культуры второй половины столетия – рок-музыке. Кроме того, в ней отразились и наиболее распространенные особенности художественной деятельности, представляющие культуру в этот период:

– развитие от субкультурного музыкального явления к массовому;

– синтез европейского и неевропейского музыкального мышления (жанровые истоки рок-музыки, стилистика ритмического и вокального исполнения);

– технологизация в полной мере нашла свое отражение как в средствах выразительности рок-музыки (использование электронных музыкальных инструментов, звукотрансформирующей техники и т. п.), так и в способах популяризации направления (посредством радио, телевидения, грамзаписей, аудио- и видеозаписей);

– многостилье, характерная черта художественной культуры XX века, также нашло свое отражение и в рок-музыке, представленной целой серией стилей: арт-рок, глэм-рок[125], прогрессив-рок и другие;

– безусловно, рок-музыка – это явление и городской культуры с ее стремлением к зрелищности, массовости (концерты чаще всего проходят на стадионах, в крупных концертных комплексах), общению с человечеством.

Безусловно, рок-музыка отразила все основные черты художественной культуры XX столетия – доминирование городской массовой культуры в жизни общества, диалог Востока и Запада, технологизацию, многостилье. Кроме того, возникнув в жанровых истоках ритм-энд-блюза как абсолютно субкультурное явление афроамериканских гетто больших городов Америки, рок-музыка со временем становится массовым явлением, в котором не только развлечение, но мысль и чувство, особенно в рок-поэзии. Эволюция рок-музыки связана с целой плеядой ярких талантливых музыкантов, очень молодых. Эта музыка до сих пор более всего интересна именно молодежи, новым подрастающим поколениям также нравятся песни Виктора Цоя, Вячеслава Бутусова, Фредди Меркури и группы «Нирвана».

Средства выразительности рок-музыки

На средства выразительности рок-музыки в немалой степени повлияли два фактора: стремление найти новые формы выразительности и джаз. Молодежь стремилась выразить в музыке те новые идеалы, свои чувства, которые испытывало поколение «атомного века». Музыка «отцов» – джаз, устарела для них. Однако именно джаз стал источником и новых средств выразительности, и той музыкальной опорой, на которой взросли средства выразительности рок-музыки. Первоначально путали между собой коллективы, играющие джаз и новую музыку. С течением времени стали различать их на рок-группы и джаз-бэнды. Следующим отличием становится принцип коллективного творчества в рок-музыке и индивидуального самовыражения в коллективе джаз-музыкантов. Он находит свое отображение даже в названии: в джазе – оркестр Гленна Миллера, джаз-бэнд Дюка Эллингтона и т. п., в рок-музыке – надындивидуальный характер названия, символичный – «Битлз», «Аквариум», «ДДТ» и т. п.

В инструментальном составе рок-группы, в отличие от джаз-бэнда, мелодико-гармоническую роль распределяют между собой акустические гитары, позднее электронные, клавишные (сначала рояль, потом синтезаторы), и особая роль у ударных инструментов, их состав расширен включением двух бочек, малого барабана, тарелки, хай-хэта и т. д. Атрибутом средств выразительности рок-музыки становятся электронные музыкальные инструменты и различного рода звукотранслирующая трансформирующая аппаратура. Традиционно рок-музыка исполнялась перед многотысячной аудиторией, использование современных технологий усиления звука и работы с ним было вызвано самой эстетикой и исполнением ее произведений. В джазе же принято в основном играть в небольших аудиториях, особенно современные стили, ценится акустическое звучание инструмента.

Текст и музыку в роке сочиняют сами исполнители. Особую роль в рок-музыке играет ритм. В нем усиливается танцевальная составляющая, акцент на слабую долю при мощном звучании всей группы ударных инструментов с использованием звукоусилителей. Ритм имеет организующее значение, так как рок-музыка направлена на большую аудиторию слушателей. Для гармонии характерно использование модуляций, хроматизмов, движения через субдоминанту. Сложилась и особая форма записи гармонии в роке, где отмечается важное значение баса, иной раз более значимого, чем мелодия, например, B7/F или A7/E и т. д., в джазе же значимо функциональное тяготение гармонии[126].

Вокальное исполнение, сложившееся в данном музыкальном направлении, речитативно-декламационное. Импровизация[127] используется как способ творческого поиска, и в партитуре зачастую выписываются основные ее положения. В джазе импровизация – это атрибут направления, его особенность, без нее нет истинного джаза. Формы произведений в рок-музыке чаще трехчастные, в средней части инструментальная импровизация; как прием музыкального развития может использоваться полифоническое проведение голосов, симфонические музыкальные инструменты, фольклорный материал и т. и.

Формирование средств выразительности музыки происходило под воздействием уже сложившихся форм и жанров музыкальной культуры.

Жанровые истоки рок-музыки

Как и в случае с джазом, появлению рок-музыки предшествовало развитие различных жанров американской музыкальной культуры, элементы которых органично вошли в ее музыкальный язык, прежде всего, ритм-энд-блюз.

Появлению этого жанра способствовали социально-экономические причины. Во время Второй мировой войны, когда в США активно развивается промышленная индустрия, так необходимая для нужд фронта, не только белая молодежь, но и их сельские негритянские сверстники привлекаются в города на заводы. В городах складываются целые кварталы, гетто[128], где проживают только афроамериканцы. Для белых туда ход закрыт. Афроамериканские переселенцы из сельской местности привозят с собой не только предметы быта, но и свои взгляды, идеалы и музыку, и, конечно, сельский блюз. Однако поменялось место, а за ним и стиль его исполнения. Достаточно представить, как из тиши американской глубинки блюз «попадает» в шумный городской американский паб. В такой атмосфере сложно играть блюз так, как это было там, под бескрайним небом прерий, где единственными конкурентами на громкий звук были животные, птицы и насекомые. В условиях города он «модернизируется» по звучанию.

Во-первых: ярко выраженный танцевальный ритм ударных инструментов приходит на смену тихой гитаре или банджо, чтобы привлечь внимание посетителей паба.

Во-вторых: использование микрофонов и звукоусилителей, которые появляются уже к началу 1950-х годов с той же целью, а также речитативно-декламационный стиль вокального исполнения как разговор со слушателями, применение саксофона[129], двух гитар, акустических, позже электронных, социально-злободневный, юмористически-бытовой, лирическо-любовный текст. Такой жанр получает новое название ритм-энд-блюз. Он становится субкультурным, но очень популярным в культуре американских гетто и «запретным плодом» для белокожего молодежного населения США. Рубеж 1940-1950-х – значительные изменения в социальном положении афроамериканцев в США, но расовая сегрегация еще сохраняет многие свои атрибуты. Да, во время Второй мировой войны афроамериканцы становятся офицерами действующей армии США – уважаемыми гражданами. Кроме того, выросло поколение афроамериканцев, которые стали активно выступать за свои гражданские права. Однако до реального преодоления расового разделения до сих пор еще далеко[130]. Ритм-энд-блюз распространялся в записях на грампластинках среди белокожих американцев, так же как и среди афроподростков США, стал очень популярен, но официально считался «музыкой черных» и поэтому не мог звучать на каналах радиостанций. В начале 1950-х годов общеамериканская легализация ритм-энд-блюза связана

с предприимчивостью ведущих и владельцев радиостанций[131], изменивших его название на рок-н-ролл[132]. Однако на рок-н-ролл повлияли и другие жанры[133], как и в целом на рок-музыку.

Белый блюз представлен отдельными солистами, соединяющими в своем творчестве дух черного блюза с элементами европейского фольклора – шотландского, славянского, тирольского пения фальцетом.

Вестерн появляется в 1930-е годы под влиянием стиля свинг. Возникает в штатах Техас, Оклахома, Луизиана. Представляют его не солисты, а ансамбли (скрипка, банджо, гитара, фортепиано, электрогитара). Используются приемы джазовой импровизации, гавайской, мексиканской, кубинской музыки.

Блю-грасс – консервативное крыло стиля кантри (гитара, банджо, скрипка, контрабас, мандолина) и фальцетное пение. Представители – братья Эверли, Билл Монро.

Хонкитонк – небольшое скромное заведение, где выступал певец, аккомпанируя себе на гитаре или расстроенном фортепиано. Песни хонкитонк – песни неудачника – без семьи, без дома, денег (Хэнк Уильямс, Джимми Роджерс).

Госпел – жанр негритянской духовной песни.

Рок-музыка в Англии

Рок-музыка как самостоятельное художественное направление, в котором органично сплелись все предпосылки, сложилась, по мнению целого ряда исследователей[134], в Англии. Этому способствовали следующие факторы:

– развитая музыкальная культура «третьего пласта» еще с XVII столетия[135];

– отсутствие расовых предрассудков, в той степени, в какой они были в Америке;

– развитие радио, телевидения, киноискусства, звукозаписи;

– популярность самодеятельного музицирования в молодежной среде.

В 50-х годах XX столетия новый музыкальный жанр – рок-н-ролл – завоевывает и Англию. Его появление было с воодушевлением воспринято молодежью, поскольку стало символом «нового», «современного» звучания музыки, еще более энергично-физиологичного, чем джаз. Если посмотреть на танец в стиле рок-н-ролл, то видно, сколько энергии в движениях, неудержимого темперамента свойственно этому танцу послевоенного мира, современные молодежные танцы гораздо менее физически активны, именно в сравнении. Поскольку в среде подростков Англии традиционно модно и популярно было создавать свои музыкальные коллективы, то именно они и начинают играть рок-н-ролл. Кроме того, популяризации, массовости увлечения способствовало то, что по радио транслировали известные произведения этого жанра, приезжали с гастролями американские исполнители, демонстрировали кинофильмы с идеями нового времени-протеста: «Бунтарь без причины», «Дикарь». Кроме того, появляются собственные исполнители рок-н-ролла: Клифф Ричард и другие. В молодежной музыкальной культуре Англии издавна сложились традиции увлечения музыкой и музыкальным творчеством (трэдд, скиффл). Многие коллективы начинают активно осваивать новый жанр, синтезируя его с национальными музыкальными традициями.

Центрами рок-музыки в Англии становятся Ливерпуль, Манчестер, Лондон.

Именно в Ливерпуле сложилась группа, с которой принято считать начало эры рок-музыки – «Битлз». Творчество музыкантов этой рок-группы признано новаторским. «Эта группа… играет не только исключительную роль в истории рок-музыки… они разработали основы современного музыкального языка поп-культуры… превратили его в высокое искусство самовыражения… облагородили существующие до этого стили развлекательной музыки»[136]. Группа использовала самые консервативные элементы гармонии, ритма, оркестровки, но комбинировала их «с ошеломляющей свежестью»[137]. Новаторство коснулось и жанров рок-музыки, в частности, создание концептуального альбома «Клуб одиноких сердец сержанта Пеппера» расширило границы как самого направления, так и музыкальной культуры в целом. Идея объединения рок-песен под единой темой и рассмотрение ее в различных контекстах, безусловно, являются наследием традиций романтиков, их фортепианных и вокальных циклов, но в музыке «третьего пласта» это новаторское явление. Обогащение палитры звучания за счет привлечения средств выразительности академического музыкального направления, создание кинофильмов и анимационного кино через призму творчества и идей группы тоже было впервые и получило продолжение (например, киноальбом «Стена» рок-группы «Пинк Флойд»). Методы и приемы формирования общественного мнения также стали «классикой» шоу-бизнеса современности (менеджмент Б. Эпстайна)[138]. Новаторским было позиционирование группы, принесшее ей еще более массовый успех, как героев комедийного приключенческого фильма «Help» (1965).

Манчестер привлек внимание столичных предпринимателей также новаторскими идеями музыкантов, в частности в стиле арт-рок. Синтезированы аспекты музыкального языка блюза, классики, электронной музыки. Главные фигуры этого стиля – «Дженезис», «Эмерсон, Лэйк и Палмер», «Иес» и другие.

В Лондоне движение «мод»[139], возникшее в специфической состоятельной среде молодежи, способствовало возникновению стилей прогрессив-рок – синтез ритм-энд-блюза и гитарно-импровизационного стиля (например, рок-группа «Садовые птицы»), шокирующего рока[140] – рок-группа «The WHO» и другие, стиль хэви-металл[141] – рок-группа «Лед Зеппелин» и другие, глэм-рок[142] («Queen») и другие.

Значительным явлением рок-культуры, наряду с творчеством рок-группы «Битлз», становятся произведения английских и американских рок-групп: «Пинк Флойд», «Роллинг Стоунз», «Лед Зеппелин», «Доорз», «Дин Перпл» и других.

Рок-музыка 1970-1980-х обогащается новыми тенденциями развития, например, театрализацией направления, которая все более сращивалась с идеями поп-музыки, тяготеющей к зрелищности и развлекательности, и даже эпатажность становилась фактором привлечения массового внимания, как, например, творчество Элиса Купера или протестующего против идеалов рок-культуры, а по факту его продолжающего панк-стиля.

1.7 Рок: от советского рок-андеграунда к «Red Wave»

Рок-музыка в Советском Союзе стала не только ярким музыкальным явлением, но и, как на Западе, социальным, гражданским, несмотря на все запреты и лишения.

Общие для культуры в XX веке процессы развития: смена духовно-эстетических идеалов и поиск новых, формирование «нового героя времени», диалог Востока и Запада, технологизация, многостилье – все это, несмотря на внешние препятствия, идеологический прессинг, железный занавес, характерно и для развития музыкального искусства в советской России. Оно, безусловно, имеет свои специфические, обусловленные историей, традициями, черты, но абсолютно органично вливается в общемировые процессы развития культуры этого столетия, обогащая их.

Первая информация о новой музыке, жанрах проникает на территорию Советского Союза в конце 1950-х, в период оттепели[143]. Первые записи привозят дипломаты, сотрудники, выезжающие за рубеж, нелегально. Кроме того, радио становится, несмотря на все запреты, также окном в мир за железным занавесом. Рок-н-ролл и творчество группы «Битлз», чьи песни услышали советские люди, оказало огромное влияние на развитие музыки в Союзе, на становление творческого кредо художников разных направлений, не только рок-музыки.

Особенностью развития рок-культуры в СССР было первоначальное заимствование полностью текстов, музыки, аранжировки с западных групп, можно сказать, что это был период обучения, который совпадает в своей сущности с одной из главных черт развития отечественной культуры через «трасплантацию». В соответствии с этой теорией[144], которую сформулировал академик Д. С. Лихачев, отечественные музыканты, усваивая чужой культурный опыт, «взрастили его на своей почве», из-за чего русский рок приобрел новый, очень самобытный облик, но истоками своими связанный с англо-американским роком. Песни исполнялись на английском языке, а инструменты, аппаратура создавались самостоятельно[145]. Существенный перелом намечается в развитии этого направления уже к концу 1960-х годов. В 1968 году в Прагу были введены советские войска для предотвращения антисоветских действий нового правительства Чехословакии, после этих событий как считают историки, последовали меры по недопущению распространения «тлетворных» идей Запада, среди таких факторов была и зарубежная музыка. «Музыка протеста» была признана опасной с идеологической точки зрения, как растлевающая советскую молодежь. На борьбу с чужеродным явлением «загнивающего Запада» были направлены усилия Всесоюзного ленинского коммунистического союза молодежи (ВЛКСМ).

Альтернативой все более популяризующемуся рок-движению в СССР становится вокально-инструментальный ансамбль, ВИА. Большую роль в возникновении нового музыкального феномена, ВИА, сыграло комсомольское и коммунистическое руководство. Задачей ВИА являлось переключение внимания советской молодежи с «вредных идеологически» рок-групп на «здоровый и правильный» образ мыслей. Специфика этого коллектива – точное инструментальное соответствие рок-группе (две гитары, клавиши, ударные), но текст и музыку сочиняют поэты и композиторы Союза писателей и Союза композиторов. «В то время как ВИА исполняли преимущественно песни, написанные профессионалами и рассчитанные на исполнение любым составом, рок-группы были нацелены на личный, авторский подход к материалу»[146]. Песни ВИА были идеологически выверены (например, «Любовь, Комсомол и Весна», авторы – Александра Пахмутова и Николай Добронравов) или содержали абсолютно «безвредные» тексты юмористическо-бытового или любовно-лирического содержания (например, «Не волнуйтесь, тетя…», авторы Л. Дербенев и В. Добрынин; «Листья желтые», авторы Р. Паулс и И. Шаферан; «Малиновки заслышав голосок…», авторы А. Поперечный и Э. Ханок и т. п.). Концерты, песни этих коллективов транслировались по радио и телевидению, выпускалось значительное количество грамзаписей на фирме «Мелодия».

Яркими представителями творчества ВИА называют группы: «Веселые ребята», «Песняры», «Поющие гитары», «Сябры», «Верасы» и другие. Каждая республика Советского Союза была представлена целой плеядой замечательных коллективов.

Надо отметить, что, несмотря на имевшиеся «идеологические перекосы», творчество ВИА, по нашему мнению, является безусловным достоянием музыкальной культуры советской эпохи. Ныне мы являемся свидетелями возрождения интереса к песням ретро (1960-1980-е) и с удовольствием слушаем и поем тот же «Снег кружится, летает, летает…» (ВИА «Самоцветы»), «Белый аист летит…» (ВИА «Песняры») и т. д. Современное телевидение и радио достаточно значительное внимание уделяет «старым песням о главном», правда, ныне этот интерес обусловлен не столько просветительской или идеологической обстановкой, а коммерческой выгодой.

С другой стороны, в советской музыкальной культуре формируется понятие рок-андеграунд. В это направление вошли как раз истинные рок-группы, не признаваемые властями.

Рок-подполье представлено было командами, не только играющими «переснятые» образцы западных групп, но и сочиняющими свои песни – авторский текст на русском языке и музыка. Текст, как выявляют исследования, представлял собой язык иносказаний, символов, метафор, второго смысла[147], столь распространенный в СССР. В 1970-е годы советских рок-музы-кантов жестоко[148] преследовали власти, привлекая за пропаганду западного образа жизни, антисоветскую идеологию, тунеядство, за неправильный образ мыслей, не соответствующий постановлениям КПСС.

Возвращаясь к творчеству групп рок-андеграунда, хотелось бы отметить, что характерной чертой советской эпохи является также организация первых рок-фестивалей под эгидой ВЛКСМ, ленинградского Рок-клуба[149](1983–1987), а позже, в эпоху перестройки коммерциализация их, да и в целом рок-концертов. Интересным фактом истории советского рока стало создание самиздата, способствовавшего распространению и популяризации творчества групп рок-андеграунда.

Яркими представителями советского рок-андеграунда являются: «Аквариум», «Алиса», «Кино», «ДДТ», «Машина времени» и другие. Их творчество особенно значимо проявило себя на рубеже 1970-1980-х годов и, конечно, в период перестройки, социального кризиса в СССР.

В эпоху перестройки (1985–1991) именно группы рок-андеграунда фактически стали своеобразным звукообразом этого времени. Рок-музыкантов приглашают выступать на телевидение, их песни звучат по радио, организуются рок-фестивали, и нет цензуры, запретов. Музыкантам власти разрешили выступать с концертами за рубежом, записывать пластинки. Результатом стало, например, создание сплит-альбома из песен четырех рок-групп СССР: «Аквариум», «Кино», «Странные игры», «Алиса». Иллюзией было считать, что советская рок-музыка будет широко востребована на Западе, реальность показала, что только на короткое время был интерес, как к новому, ранее запретному, но уже в начале 1990-х происходит прозрение – отечественная рок-музыка нужна только в России. Основными слушателями за рубежом концертов русских рок-групп становятся соотечественники, которые по разным причинам покинули страну, работают, живут за границей.

На рубеже XX–XXI веков рок-музыка более востребована предпринимателями, чем массовой аудиторией. Надо отметить, что рок-подполья не существует примерно с середины 80-х годов XX столетия. В эпоху перестройки и ныне, когда исчезли все идеологические запреты, рок-музыкан-ты могут свободно высказываться с любых сцен страны. Музыка данного направления органично влилась в общее русло отечественной музыкальной культуры.

На современном этапе организация концертов, как показывает анализ сложившейся ситуации, направлена на выступления звездных рок-групп с песнями прошлых лет (рок-ностальгия: «Машина Времени» и другие); презентации и гастроли рок-музыкантов с новыми программами и альбомами («Аквариум», «ДДТ» и другие); создание рок-клубов, где могут выступать как начинающие рок-музыканты, так и корифеи рок-движения («Money Honey», «Rock pub» в Петербурге и другие); проведение рок-фестивалей, где выступают как новички, так и профессионалы («Окна открой» и другие). Также приметой времени, на наш взгляд, становится организация концертов западных рок-звезд: Пола Маккартни, «Led Zeppelin», «Dio», «HIM» и другие, правда, эта тенденция обусловлена более, по нашему мнению, не художественным, а коммерческим интересом отечественных предпринимателей. Хотя, с другой стороны, восполняет образовавшийся в результате изолированности от общемировых музыкальных процессов в российской культуре пробел.

Как уже ранее было отмечено, что и антитеза рок-групп – ВИА, изобретение советской эпохи, также в последнее время все чаще возникают в различных шоу-программах телевидения, радио, да и в концертном исполнении. В постперестроечный период ВИА на некоторое время потеряли былую значимость для слушателя; тому было, как представляется, несколько причин: образ ВИА связан был с идеологией «застойного времени» и в эпоху «перемен» отвергался наряду со всеми ценностями прошедшего времени; отсутствие музыкальной информации внутри страны и недоступность западной музыкальной культуры практически в течение 70 лет породили спрос на нее, постепенно вернулись джаз, поп-музыка Америки и Европы, академическая музыка, рок-музыка всех стилей, которые были недоступны в советскую эпоху. Все это многообразие вытеснило на определенное время популярные песни ВИА прошлых лет. На рубеже XX–XXI веков «поток» музыкальной информации сбалансировался, и ныне на концертных площадках опять звучат песни ВИА «Поющие гитары», «Песняров» и других.

Современная массовая музыкальная культура России органично сочетает в себе джаз, рок-музыку, ВИА, мюзикл, рок-оперу и многое другое, представляя собой огромную художественную ценность социально-культурного значения.

1.8 Рок-опера: от традиции к новациям

Жанр оперы на протяжении практически трех столетий был модным в аристократической среде, а с конца XVIII века стали популярными арии из опер австрийских, итальянских, французских, русских композиторов, которые звучали в бытовой музыкальной культуре в рамках домашнего музицирования, музыкальных, светских салонов и т. п. В начале XX века казалось, что опера будет ведущим жанром музыкальной культуры и этого столетия. Однако уже начало XX века в опере ознаменовалось сменой доминирующего средства выразительности в создании музыкального образа в этом жанре – певучей мелодии – на сложную музыкальную палитру тем-бро-, ритмодраматургии, усложненную гармоническим языком, и даже отказом в мелодике, как, например, в экспрессионизме. Опера в XX веке утрачивает былую социальную популярность. Более того, тенденцией XX века становится то, что в основе репертуара современных театров оперы и балета – оперы прошлых веков (В. А. Моцарта, Ж. Бизе, Р. Вагнера, П. Чайковского, Дж. Верди и других).

Обновление музыкального языка жанра связано с вниманием академических композиторов сначала к гармонии и ритму джаза. Так, например американский композитор Джордж Гершвин сочинил оперу «Порги и Бесс» (1935), в которой соединились аспекты музыкальной специфики джаза и академического симфонического мышления. Однако это направление не дало существенных изменений в судьбе жанра в XX веке. Следующим этапом эволюции оперы стало рождение рок-оперы в 1960-1970-х годах под влиянием рок-музыки.

Жанр возник на рубеже 60-70-х годов[150] XX столетия благодаря активности композиторов академического направления музыкальной культуры. Новые средства выразительности рок-музыки их необыкновенно привлекали. Эстетика рок-оперы, в отличие от мюзикла, – «драма чувств», а не игра в них, как в музыке «третьего пласта»[151]. По своей сути рок-опера находится на стыке «второго» и «третьего» пластов.

От оперы в этот жанр приходит опора на библейский и исторический сюжет, где размышления затрагивают глубокие духовно-философские вопросы. По форме – номерное строение, используется симфонический оркестр или его инструменты, характерны арии, дуэты, хоровые сцены.

От рок-музыки — опора на электронные музыкальные инструменты, использование в палитре звучания рок-группы звукоусиливающей, звукотрансформирующей техники. Принципы вокального исполнения – речитативно-декламационный стиль, «непоставленный, обычный голос», жанры – рок-баллада, рок-импровизация.

Этот жанр был особенно популярен в 1970-1980-е годы, выражая в иносказательной форме наболевшие социально-культурные, духовно-этические проблемы в обществе и жизни человека.

Рок-опера представлена в творчестве западных (Э. Л. Вебер, Г. Макдермот и других) и отечественных композиторов (А. Журбин, А. Рыбников и другие). Знаковыми отечественными рок-операми стали: «Орфей и Эври-дика», «“Юнона” и “Авось”» и другие.

Рок-опера «“Юнона” и “Авось”», безусловно, является ярким музыкально-художественным произведением 80-х годов XX столетия. В современных СМИ зачастую «просвещенные» журналисты его легко причисляют то к жанру мюзикла, то к рок-опере. Хотя они, как уже ранее было отмечено, являясь жанрами одной эпохи, разные по эстетике и жанровым истокам. Мюзикл – жанр музыки сферы «третьего пласта» – зрелище, «игра в чувства», сохраняющее развлекательность даже в самых «серьезных»[152] образцах. Рок-опера наследует традиции «драмы чувств» и средств выразительности музыки «третьего пласта», рок-направления.

Представляется, что основная путаница в определении жанра связана со смешением в палитре музыкального языка характерных средств выразительности: например, мюзикл «Кошки» причисляют часто к рок-опере, вероятно из-за использования в инструментовке электронных инструментов, синтезаторов, а также жанра рок-н-ролл, однако по сути своей это шоу, зрелище, наследующее к тому же признаки ревю, абсолютно развлекательного жанра. По нашему мнению, необходимо в определении жанровой принадлежности того или иного произведения ориентироваться на совокупность признаков и целевую установку, которую задает автор.

К примеру, вышеназванная рок-опера «“Юнона” и “Авось”», режиссер-постановщик – М. Захаров, музыка – А. Рыбникова, либретто и стихи – А. Вознесенского. Сюжет основан на исторически реальных событиях, глубина прочтения которых не только затрагивает трагедию личности или мелодраматическую историю любви, но носит философски обобщающий характер трагедии «половинного» поколения, с несбывшимися планами, мечтами из-за внешних препятствующих обстоятельств. Большое значение в рок-опере, по замыслу авторов, имеет духовно-религиозное прочтение образа, извечной борьбы Добра и Зла, надежды и отчаяния в человеке любого времени и эпохи.

Средства выразительности для создания художественного образа – инструментальное музыкальное воплощение рок-группой с включением «академических» – виолончели, флейты, скрипки. Вокал хриплым, «непо-ставленным» голосом, речитативно-декламационного стиля. Жанровое прочтение от духовного хорала до рок-баллады, рок-гимна. По своей эстетике, средствам выразительности, безусловно, с правдивостью и «истинностью» чувств – это рок-опера.

На современном этапе в России и за рубежом существуют театры рок-оперы, сохраняющие наследие уходящего века и продолжающие традиции этого жанра. Однако в культуре начала XXI века нельзя сказать, что жанр рок-оперы массово популярен, в отличие от мюзикла.

Значение рок-музыки в культуре XX века

Возникновение и развитие рок-музыки является вполне логичным продолжением тенденций, характерных для развития культуры XX века в целом, нашедшим свое отражение, как уже упоминалось, в джазе. Это и мучительный поиск утраченных ценностей, иллюзии в духовно-эстетическом плане, и опора на новые технологии работы со звуком и звучанием, и диалог культур, и многостилье, и влияние специфики городской культуры, и путь социальной эволюции от субкультурности к массовости. Но самобытность рок-музыки проявилась в эстетике протеста, отраженной в формах и средствах, используемых музыкантами для того, чтобы его выразить. «Рок – это социальное явление… рупор молодежи, музыкальный эквивалент раздирающих ее противоречивых настроений» (А. Троицкий). В отличие от развлекательной эстетики джаза, взлелеянной увеселительными заведениями Нового Орлеана, рок-направление восприняло от блюза и ритм-энд-блюза активность, насмешливость, отчаянность, агрессивность, нигилизм и глубокую истинную выразительность. Все это определило неповторимость характера рок-музыки во всех стилях, даже соприкасающихся с поп-музыкой. Рок-музыканты стали не только известными, но кумирами – пророками для своих поклонников, выражая самые смелые и новаторские мысли, идеи своего времени.

Рок-музыка представлена, как и джаз, своим кругом средств выразительности, жанров, спецификой исполнения, стилями, блестящими музыкантами. Надо отметить, что анализ этих двух направлений подталкивает к невольному сопоставлению их специфики и развития.

Джаз и рок-музыка возникли в субкультурной среде афроамериканцев, их музыкальный язык взаимосвязан, опираясь на основы синтеза европейского и неевропейского музыкального мышления.

Как уже ранее отмечалось, рок-музыка, ее музыкальный язык во многом связаны с джазом. Джаз-музыканты повлияли на специфику ритма, гармонии, стиля исполнения в рок-музыке. Кроме того, синтез двух направлений способствовал возникновению нового стиля – джаз-рока. Также прослеживается активный «диалог» рок-музыки и фольклора, ставшего музыкальной «кладовой» для рок-музыки, не говоря уже о влиянии стиля кантри и его жанров на развитие собственно этого направления.

Как и в джазе в свое время, музыканты в рок-направлении свои художественные, творческие искания соединили с принципами симфонического мышления. Такие проекты, во-первых, способствовали созданию интересных концертных программ, популяризировавших как рок, так и классическую музыку (например, концерт в Барселоне с участием М. Кабалье и Ф Меркури, концерт рок-группы «Deep Purple» и Королевского симфонического оркестра (Великобритания) и др.), что положительно отразилось на слушателях. Во-вторых, эти проекты обогащали средства выразительности рок-музыки: использование полифонических принципов развития мелодии, обогащение тембральной палитры и т. п., не говоря уже о создании нового жанра – рок-оперы, явившегося значительным художественным «открытием» второй половины XX века.

Рок-музыка в культуре XX века обозначила и восприняла еще одну важную черту современности – трансформирующее влияние коммерции на то или иное явление. В начале столетия, в том числе и под воздействием упомянутого фактора, популяризировалось искусство джаза. Конечно, во многом это привело к накоплению штампов и клише, выхолащиванию эксперимента в музыке, но в то же время способствовало развитию джаза как не субкультурного, а массово популярного явления. То же произошло и с рок-музыкой, как только стало ясно, что рок-н-ролл и все рок-направление могут стать «товаром».

На настоящем этапе развития музыкальной культуры можно утверждать, что рок-музыка не только стала органичной частью современной массовой музыкальной культуры, а ее произведения являются достойным наследием эпохи XX века, но и вызвала к жизни целую плеяду новых музыкальных стилей, например, танцевальной электронной музыки.

Раздел II

Танцевальная электронная музыка на рубеже XX–XXI веков[153]

Одним из ярких явлений второй половины XX века в искусстве и культуре стала электронная танцевальная музыка. Будучи одним из направлений массовой музыки XX века, она является своеобразной доминантой молодежной субкультуры второй половины столетия. М. С. Каган отмечает, что «благодаря небывалому развитию техники» массовое искусство получило «возможность оказывать на художественную культуру такое влияние, какого не могла иметь в прошлом веке, когда она казалась антиподом искусства…»[154] Поскольку танцевальная электронная музыка относится, прежде всего, к сфере массового искусства, то она в значительной степени влияет не только на эстетические, но и нравственные ориентации современных молодых людей. Можно отметить, что молодые люди нередко через танцевальную электронную музыку начинают свое знакомство с музыкой как с видом искусства.

Одной из характерных тенденций в музыкальной культуре XX века является внедрение больших денежных средств и законов развития рынка. Влияние бизнеса на массовое музыкальное искусство XX столетия отмечает в своих исследованиях С. Н. Иконникова: «Популярные ансамбли неизбежно сталкиваются с искушением “большого бизнеса”, сулящего деньги и прочие блага, и они редко удерживаются, чтобы не попасть в коварные сети. И хотя требования молодежного рынка воздействуют на индустрию пластинок, магнитофонных записей, но могущество капитала в этой отрасли столь значительно, что именно он диктует моду на исполнителей, формирует вкусы молодежи, превращая ее увлечения в выгодный товар…»[155]

Сегодня танцевальная электронная музыка необычайно разнообразна и представлена множеством стилей, которые во многом формировались в условиях субкультурной молодежной аудитории, но с течением времени приобрели массово востребованный характер.

2.1 Танцевальная электронная музыка: истоки

XX век в истории мировой музыкальной культуры занял особое, уникальное место. Богатейшие научные открытия и технические изобретения изменили лицо мира в XX веке. Как отмечают многие ученые-музыковеды и культурологи[156], век был насыщен многообразными событиями, отразившимися на сознании человека, понимании его места в мире, его отношении к себе и окружающим людям, явлениям. Все это проявилось в музыкальной культуре XX века, в творчестве композиторов этой эпохи, в изменении восприятия музыки слушателями, так как музыка, как и искусство в целом, «есть опыт понимания, переживания и осмысления мира в его отношении к человеку и человека в его отношении к миру…»[157].

Именно в XX веке зародилось и сформировалось новое направление в музыкальном искусстве – танцевальная электронная музыка. Каждый век характеризуется своим типом культуры, со своими специфическими особенностями, отличающими одну культурную эпоху от другой. Как отмечает С. Т. Махлина: «Нет вечной культуры»[158]. И в этом плане культура XX столетия – не исключение. Музыкальная культура XX века отличается особым разнообразием проявлений взглядов на место и роль музыки в жизни человека. Многие прежние истины подвергались сомнению или даже яростно отрицались. Отечественный музыковед Н. Г. Шахназарова отмечает в своих исследованиях: «На протяжении всего XX века резкие полюсы обозначились в ориентации общекультурной жизни – от отчетливо элитарной обособленности до многообразных проявлений масс-культуры»[159].

Важно отметить, что 50-е годы в истории музыкальной культуры XX века стали знаковым периодом в связи с тем, что именно в это время профессиональные композиторы обращают свой интерес в сторону электронных музыкальных технологий и средств фиксации звука. Как результат мы можем отметить развитие двух новых течений в музыкальной культуре XX века: «электронная музыка» (Elektronische Musik) и «конкретная музыка» (Musique Concrete). Говоря о первом, подразумевают, прежде всего, Карлхайнца Штокхаузена и эксперименты «Кельнской студии электронной музыки». Основоположником конкретной музыки является Пьер Шеффер – французский инженер-акустик, автор первых произведений конкретной музыки, определял ее как музыку, основанную на «конкретном» использовании «фиксированных» звуков вместо нотации. В качестве источников звучания использовалось все, что могло воспроизвести звук: музыкальные инструменты, электронное оборудование, звуки природы.

Также бурное внедрение техники во все сферы жизни человека в XX веке потребовало отражения этих явлений в музыке. Взаимосвязь музыки и технологий во многом изменяет ее суть, функции, выразительные возможности и восприятие по сравнению со сложившимися в прошлом традициями. Эта проблема рассматривалась многими учеными еще в XIX–XX веках, в период, когда внедрение техники во все сферы жизни привело к тому, что в сознании человека начал формироваться новый образ окружающего мира, включающий в себя не только органические и неорганические тела, но и «тела организованные – царство машин, особое царство»[160]. Наиболее полным отражением этой стороны бытия в сфере музыкального искусства стала электронная музыка.

Официальный отсчет начала развития электронной музыки ведется с 1919–1920 годов, когда был изобретен первый электронный музыкальный инструмент, получивший распространение в исполнительской практике – «терменвокс», в котором управление звуком происходило в результате свободного перемещения рук исполнителя в электромагнитном поле вблизи двух металлических антенн. Несмотря на свою долгую историю, терменвокс, претерпевший за многие годы некоторые усовершенствования, продолжает быть востребованным и в творчестве современных музыкантов и композиторов, музыкальных коллективов. Этот инструмент нашел свое место не только в сфере экспериментального творчества, но и в области популярной музыки[161].

В последующие годы многие инженеры начали проводить исследования в данной области. Появлялись новые экспериментальные модели электронных источников звучания, такие как «виброэкспонатор» Бориса Янковского, «терпситон» и «ритмикон» Термена и другие.

В Европе зарождение идей, предвосхищающих рождение электронной музыки, прослеживается с давних времен. Известный отечественный композитор и исследователь Э. Н. Артемьев в связи с этим упоминает «“Рождественский хорал” Георга Фридриха Генделя – для хора, оркестра и церковных колоколов, увертюру “Битва Веллингтона при Виктории” Людвига ван Бетховена, где композитор, можно сказать, применил артиллерию, детскую симфонию Иозефа Гайдна с использованием игрушечных инструментов, а также оперную музыку, где вместе с оркестром использовались различные звуковые машины…»[162]. Также в качестве примеров-предшественников электронного направления в музыке автор упоминает опыты итальянских футуристов Луиджи Руссоло и Балилла Прателла, создавших с 1913 по 1920 год ряд произведений для шумовых инструментов. Таким образом, как отмечает в своих исследованиях чешский музыковед Ц. Когоутек: «Интерес к новым инструментам, машинам и приборам, которые могли бы обогатить способы музыкального выражения и сделать возможным совершенное выполнение авторского замысла, был всеобщим»[163].

Одним из первых, кто начал писать музыкальные произведения для электронных инструментов, поверив в их новые возможности, стал Эдгар Варез, создавший в 30-е годы XX века ряд произведений для электроинструментов с различными ансамблями[164].

Как показывает история музыкального искусства XX века, прав был американский композитор и теоретик Джон Кейдж, сказавший еще в 1937 году: «Я думаю, что шум, как материал для создания музыки, будет все шире использоваться, и, в конце концов, мы придем к созданию музыки с помощью электрических инструментов. Благодаря которым, все слышимые звуки станут доступны композиторам. Звук есть вибрация, а на нашей земле вибрирует все. По этой причине на земле нет предмета, который нельзя было бы слушать»[165]. Эта тенденция впоследствии проявилась и в танцевальной электронной музыке, в которой обильно используются не только музыкальные, но и немузыкальные, шумовые звуки, являющиеся типичными для композиций таких стилей, как техно[166], хардкор, IDM, добавляющие механистичности, энергичности и агрессивности звучанию.

Систематические исследования в области электронной музыки начинаются именно в 50-е годы, когда при радиостанции WDR (Германия) была создана исследовательская лаборатория – «Кёльнская студия электронной музыки» (Kolner Funkhaus Studio fur elektronische Musik). Здесь в разное время работали такие композиторы, как Герберт Аймерт, Пьер Булез, Оскар Зала, Анри Пуссер, Лучано Берио, Mayрицио Кагель, Дёрдь Лигети, Янис Ксенакис, Томас Кесслер и многие другие. Начав свою работу в WDR в 1953 году, Карлхайнц Штокхаузен в 1962 году становится директором Кёльнской студии, и далее деятельность студии многие годы связана с его именем.

В России развитие электронной музыки справедливо связывается с именем Евгения Александровича Мурзина, изобретателя уникального синтезатора АНС[167]. Создававшийся в течение двадцати лет первый действующий АНС был готов в 1958 году. С этого момента начинается история Московской экспериментальной студии электронной музыки, закончившей свое существование в конце 70-х годов. Первыми сотрудниками студии были Эдуард Артемьев[168] и Станислав Крейчи. В студии работали многие композиторы, в частности, Альфред Шнитке, Эдисон Денисов, Софья Губайдулина Александр Немтин, Андрей Волконский, Шандор Калош, Олег Булошкин, Николай Никольский, Петр Мещанинов и другие.

Постепенно сфера внедрения электронных средств в музыкальное искусство расширялась. Появившись как экспериментальное творчество, электронная музыка стала развиваться, внедряясь во все сферы музыкального творчества.

Если раньше музыкант или композитор был вынужден оперировать уже готовыми, фиксированными тембрами музыкальных инструментов – иногда очень необычными, но остающимися неизменными, то теперь он получил власть не только над комбинациями уже «готовых» звучаний, но и над самим звуком. Благодаря современной технике «композитор может не только самостоятельно создавать и воспроизводить любой необходимый ему звук, он может менять и трансформировать его по своему желанию, замедлять или ускорять, сжимать или растягивать, и, наконец, разлагать его на элементарные составляющие части»[169]. К концу XX века сложно выявить направление современного музыкального искусства – от профессионального композиторского творчества до массовой музыки, где бы ни обнаруживалось использование электронных музыкальных технологий.

Танцевальная электронная музыка – это направление массовой музыки, предназначенное для сопровождения танцев в рамках массовых зрелищных мероприятий, создаваемое и исполняемое с помощью электроакустической и звуковоспроизводящей аппаратуры, а также производная от нее категория музыкальных произведений, не предназначенных для танцев, имеющих самостоятельную художественную ценность, обладающих всеми типичными чертами произведений танцевальной электронной музыки: доминирующее положение метроритмического начала, использование характерных ритмических моделей.

Основной функцией танцевальной электронной музыки является удовлетворение потребности слушателей в развлечении, что во многом определяет принципы ее развития и популяризации в условиях современного художественного рынка.

Формирование современных направлений танцевальной электронной музыки происходило поэтапно, под влиянием целого ряда событий и явлений в странах Европы и Америки.

2.2 Танцевальная электронная музыка: от рэгги до «Крафтверк»

Одним из первых мест, где, на наш взгляд, можно обнаружить истоки современного подхода к работе с музыкальным материалом, характерным для танцевальной электронной музыки, является остров Ямайка. Именно здесь в 50-х годах XX века начинают происходить явления, приведшие к формированию новых форм музыкального искусства, ставших предшественниками современных направлений танцевальной электронной музыки.

Середина 1950-х годов в музыкальной жизни Ямайки характеризуется широким распространением саундсистем (sound system). Они включали в себя комплект громкоговорителей (колонок), усилителей мощности, проигрывателя грампластинок и грузовика для их транспортировки. Применялись данные системы с целью организации развлекательных мероприятий на свежем воздухе.

Воспроизводили звуковые системы в основном популярный в то время ритм-энд-блюз, распространивший свое влияние и на Ямайку. Учитывая тот факт, что уровень жизни на Ямайке на тот момент был невысоким, и отнюдь не все жители острова обладали радиоприемниками, популярность звуковых систем была чрезвычайно высокой.

К началу 1960-х годов владельцы саундсистем налаживают самостоятельный выпуск музыки на семидюймовых виниловых дисках. Под влиянием ритм-энд-блюза на Ямайке сформировался свой, более быстрый музыкальный стиль – ска (ska). Однако дальнейшее развитие данного направления музыки (стиль рокстеди (rocksteady)) характеризовалось замедлением темпа и возрастающей ролью баса.

В 1968 году, с появлением регги[170], музыка становится более резкой и отрывистой. Партия баса перестает быть плавным сопровождением мелодии, а, делясь на отдельные, повторяющиеся короткие пассажи, задает основной ритм. Партия барабанов значительно упрощается, превращаясь в своего рода ритмический пунктир. Основа музыки – бас-партия, которая носит название риддим[171].

Партия баса содержала всего лишь несколько нот, поэтому особую роль приобретали паузы – своеобразные сбои в равномерном пульсировании. Риддимы не были уникальными и могли повторяться в различных произведениях.

Музыка регги, несмотря на зачастую религиозную направленность текста, являлась по своей сути танцевальной и использовалась как сопровождение к массовым уличным танцам. Управляли воспроизведением музыки с проигрывателей диск-жокеи, или диджеи, – люди, которые при помощи специального оборудования подбирали, ставили и сводили записанную на звуковые носители музыку для аудитории.

С 1967 года в диджейскую практику внедряются инструментальные версии песен, что дало новые возможности в работе с музыкальным материалом. Продюсеры[172] заметили особую реакцию людей на такого рода версии песен, когда публика начинала подпевать в тех местах, где отсутствовали слова.

Среди продюсеров, взявших данную идею на вооружение, был и известный конструктор саундсистем Кинг Табби[173]. Создавая уникальные системы звуковоспроизведения, качество звучания которых значительно отличалось от существовавших в то время аналогов, Кинг Табби также начал сотрудничать с продюсером Дюком Рейдом. В результате данного сотрудничества Кинг Табби получил доступ к фонограммам студии Treasure Island – одной из известнейших на тот момент.

Табби экспериментировал с записями отдельных дорожек исходных пленок студии, состыковывая данные записи в различных вариантах и комбинациях, поочередно включая и выключая их воспроизведение. В то время звукозапись на Ямайке была в основном двухканальной: на одной дорожке были записаны партии ритм-секции, в которую входили ударные инструменты, бас и ритм-гитара; на другой – партии вокалиста и духовых инструментов.

К началу 70-х годов XX века практически все пластинки с записями регги содержали на обратной стороне инструментальные версии песен. Версии, которые делал Кинг Табби, назывались даб-версиями (возможно, от английского dubplates — одноразовых пробных пластинок, на которых впервые начали выпускать инструментальные версии песен). Постепенно формировалось новое направление в музыкальном творчестве – даб, характеризовавшееся сочетанием различных фрагментов записей отдельных партий, обработанных студийными блоками эффектов, такими как эхо, реверберация, различными частотными фильтрами.

Одним из первых долгоиграющих даб-альбомов стал «Blackboard Jungle Dub», вышедший в 1973 году. В качестве автора было указано название Upsetter, скрывавшее под собой творчество Ли «Скретч» Перри. Вторым инженером звукозаписей данного альбома значится Кинг Табби.

Процесс развития танцевальной электронной музыки в XX веке не был односторонним и централизованным. Музыкально-культурные явления, возникавшие попеременно в разных странах Европы и Америки, постоянно дополняли друг друга.

Параллельно с деятельностью саундсистем и развитием музыки регги на Ямайке, в музыкальной жизни Европы и США с конца 50-х годов начинают происходить существенные изменения. Прежде всего, они касаются сферы досуга большинства простых людей. Причины же этих перемен кроются как в музыкальных и социально-культурных предпосылках, сложившихся на тот момент в странах Европы и США, так и во внедрении технических средств в сферу музыкального искусства.

В данном случае речь идет о зарождении в конце 1950-х годов новой формы организации досуга молодежи – дискотеки. Функционирование дискотек в странах Европы и США было во многом схоже с деятельностью саундсистем на Ямайке, однако носило более организованный и системный характер и имело большие масштабы.

Непосредственным предшественником дискотек в Европе были танцы в сопровождении оркестра. Однако постепенно, к середине 50-х годов, когда уже появились биг-бэнды, организация танцевальных вечеров стала мероприятием дорогостоящим, а, следовательно, их посещение могли себе позволить лишь богатые люди. Поэтому во Франции, где еще в 30-е годы XX века сложилась традиция времяпровождения в небольших кафе с прослушиванием граммофонных записей американского джаза, доступного в то время лишь в виде записей на пластинках, в 50-е годы начали устраивать «танцы под пластинку». Мероприятия эти зачастую проводились для представителей низших социальных слоев: в Европе – для малообеспеченной молодежи, в Америке – для «аутсайдеров»: представителей темнокожего населения или сексуальных меньшинств. Данный факт позволяет говорить о том, что дискотеки в современном их понимании начали развиваться как субкультурное явление, содержавшее элементы протеста сложившимся традициям и устоям того времени.

Развитие техники звукоусиления и звукозаписи во второй половине XX века также являлось одним из определяющих факторов в формировании данной формы организации досуга. С начала 60-х годов XX века увеличивается количество студий звукозаписи, оснащенных оборудованием, при помощи которого можно было добиваться такого звучания, которое было невозможно получить на концерте. Качество записываемых фонограмм повышалось, в фонограммы добавлялись звуки, искусственно созданные в студийных условиях, появлялись студийные мастера звукозаписи – звукорежиссеры. Точной представляется характеристика деятельности людей этой специальности, данная известным отечественным звукорежиссером В. Г. Диновым: «Звуковые мизансцены, звуковая перспектива, многоплановое звуковое пространство, панорамирование звука в стереофонии – все это, вкупе с фоноколористикой, с многочисленными тембральными красками, доступными только электроакустической передаче, делают звуковую картину не просто чем-то слышимым, но и зримым. Владение такими художественными средствами сообразно драматургической идее и составляет основу профессии, имя которой – звукорежиссура»[174].

В своих исследованиях по истории дискотек А. С. Запесоцкий отмечает, что в этот период времени «появился новый вид искусства – музыка, сотворенная в студии с помощью специального оборудования. Как следствие, возникли новые формы восприятия музыкальных произведений, и одной из таких форм стала дискотека»[175].

Рост популярности дискотек совпал с расцветом музыки стиля диско. Диско – это «танцевальная ритмическая музыка, развившаяся из соул в середине 70-х гг. в США…»[176]. Своей популярностью она обязана многим факторам, сложившимся в музыкальной и социально-культурной сфере в США и Западной Европе. Появившись в первой половине 70-х годов XX века, музыка диско начинает стремительно развиваться вместе с дискотечным бизнесом, становясь его непосредственной составляющей. Появившись «в нужное время и в нужном месте», поддержанная грамотной работой продюсеров, музыка диско в период с 1974 по 1979 год добивается небывалой популярности. А. С. Козлов в своей книге «Рок: истоки и развитие» отметил также, что «особую роль в популяризации диско среди белой аудитории сыграл фильм 1977 года “Лихорадка в субботу вечером” (“Saturday Night Fever”). Музыку к этому фильму написала группа австралийского происхождения “Bee Gees”, ставшая после этого надолго популярной как в США, так и во всем мире…»[177]. Среди артистов и музыкальных коллективов, исполнявших музыку диско, наиболее широко известны такие имена, как «ABBA», «Boney M», «Village People», «Taste of Honey», Глория Гейнор, Донна Саммер, продюсер Джорджио Мородер.

Музыка диско опиралась в своих истоках на фанк. В фанк-музыке огромную роль играет ритмическая группа, в основе которой, прежде всего, партии ударных и бас-гитары. В основе музыки стиля диско лежит однообразная метрическая пульсация в размере 4/4 (четыре четверти), с акцентом на первую и третью доли, с повторяющимися короткими фразами в басовой партии. В качестве мелодической основы использовались характерные для эстрадных песен того периода мелодические ходы. Однако главной отличительной чертой диско, как и многих других стилей танцевальной музыки, является ритм.

Выпускалась музыка диско, как и большая часть записей того времени, на виниловых пластинках, однако для использования в рамках дискотеки обычный временной формат композиций (продолжительностью около 3 минут) не подходил. И с середины 70-х годов появляются записи музыки диско с увеличенной продолжительностью композиции до 10–16 минут. Появился новый тип двенадцатидюймовых пластинок на 45 оборотов. Больший размер позволил увеличить размеры бороздки и повысить частотные характеристики записи, а следовательно, и качество звучания.

В качестве инструментария в музыке диско использовались как «живые акустические» инструменты: ударные, струнные, духовые; так и электрические – электрогитары, электропианино и простейшие синтезаторы. Музыка диско была направлена исключительно на удовлетворение потребностей слушателей в развлечении и не несла под собой никаких радикальных прогрессивных идей и принципов.

Однако музыка диско – это лишь одна сторона музыкальной жизни того времени. Появление электронных музыкальных инструментов не только расширило круг выразительных возможностей, но и позволило взглянуть по-новому на само предназначение музыки, ее семантическую роль.

Этот же период времени в Германии ознаменовался взлетом популярности коллектива музыкантов, ставшего одним из прародителей электронного направления в танцевальной музыке XX века. Это была группа «Крафтверк» (Kraftwerk).

История данного коллектива показательна не только в контексте изучения развития музыкальных идей в области массовой музыки в 70-80-х годах XX века, но и в рамках исследования принципов популяризации в сфере массового музыкального искусства.

У истоков «Крафтверк» стояли два студента музыкального колледжа в Дюссельдорфе – Ральф Хюттер и Флориан Шнайдер. В разные годы участниками «Крафтверк» также были Вольфганг Флур, Клаус Дингер, Томас Хоманн, Клаус Рёддер, Карл Бартос, Фриц Хийберт, Фернандо Фромм-Арбентес. Создав свою первую группу «Organisation», Ральф и Флориан играли на университетских мероприятиях и выставках современного искусства. Однако, как неоднократно отмечалось самими музыкантами, им было мало тех возможностей, которые давали им традиционные инструменты. Так Флориан Шнайдер, будучи флейтистом, постоянно стремился разнообразить звучание инструмента, добавляя различные эффекты и обработки, все больше входившие в обиход массовой музыки.

В основе творчества «Крафтверк» лежало восхищение достижениями технического прогресса. Музыкально-акустическая идея базировалась на комбинировании монотонного стука с мелодичными синтезаторными пассажами. При этом на слушателя это должно производить впечатление звучания самостоятельного, независимого от человека электронного устройства.

Отдельного внимания заслуживает процесс публичных выступлений «Крафтверк». Процессы настройки синтезаторов в перерывах между исполнением композиций, а также такие новшества, как электронная барабанная установка, производили весьма яркое впечатление на аудиторию.

Интерес к группе подогревался и постоянными заметками в газетах, содержащими такого рода заявления: «Студия – это музыкальный инструмент» или «Музыку будущего будут делать машины». На концертном плакате было написано: «Крафтверк – человек-машина». Такие заявления являлись отличным средством в маркетинговой кампании по раскрутке «Крафтверк».

В 1977 году, во время работы над очередным своим альбомом «Trans Europa Express» музыканты впервые применили в своей практике шестнадцатидорожечный музыкальный секвенсор. Секвенсор – это «программное или аппаратное устройство, способное записывать, редактировать, сохранять и воспроизводить музыкальные события»[178]. В дальнейшем технологии секвенсинга [179] все более прочно входили в практику электронного музыкального творчества. Особенно прочно они обосновались в сфере танцевальной электронной музыки, так как здесь огромное значение имеют повторяющиеся фиксированные ритмические и мелодические фигуры, так называемые «музыкальные кольца». Это касается, прежде всего, партий ударных и баса.

Дальнейшая история «Крафтверк» изобилует новыми попытками удивить публику, представить свое творчество в еще более таинственном и мистическом образе. Так постепенно со сцены исчезли синтезаторы, а остались лишь небольшие пульты управления. Постепенно эти пульты становились все меньше, и в рамках шоу, приуроченного к выпуску альбома «Computerwelt» в 1981 году, музыканты использовали пульты размером с калькулятор. Таким образом, реализовывалась идея того, что современная студия – это музыкальный инструмент, в котором электронные приборы сами определяют то, как должна звучать музыка, а человек – это лишь обслуживающий машины персонал.

В сочетании с недоступностью музыкантов «Крафтверк» для простых людей и СМИ (музыканты вели весьма закрытый образ жизни), общее впечатление от музыки и концертных шоу коллектива становилось еще более загадочным и притягательным для публики. Участники «Крафтверк» «копировали движения роботов из фантастических фильмов, тем самым подчеркивая технократичность музыки группы»[180].

Таким образом, на примере творчества «Крафтверк» мы можем проследить сразу несколько тенденций, назревших в сфере электронной музыки во второй половине XX века. Это, прежде всего, новое восприятие публикой электронной музыки, когда новые звучания, не имеющие аналогов в природе, становились доступными для понимания массовым слушателем. Все меньшая роль отводилась в таком восприятии человеку-исполнителю. Электронное звучание становилось «модным» и нередко более важным критерием звукозаписи, чем содержание самого музыкального произведения, его мелодия и гармония. Музыканты здесь выступали в роли персонала, обслуживающего звучащие машины. Подобное восприятие проявляется и в настоящее время по отношению к современным направлениям танцевальной электронной музыки.

2.3 Танцевальная электронная музыка: начало. Брейкбит

Среди основных тенденций творчества в сфере танцевальной электронной музыки можно выделить два основных направления. Одно из них – это композиторское, или авторское, к которому относится деятельность различных коллективов, отдельных музыкантов. Вторым, по нашему мнению, является так называемое диджейское творчество, результатом которого зачастую становились новые течения в сфере авторского направления. Примером такого влияния может служить появление нового стилистического направления в танцевальной электронной музыке в начале 70-х годов. Речь в данном случае идет о брейкбите[181].

Брейкбит появился на свет в начале 70-х годов XX века в Нью-Йорке в результате музыкальных экспериментов диджея Кула Герка (CoolHerc). Он занимался тем, что последовательно заводил воспроизведение ритмических сбивок (брейков) из фанковых композиций. В результате получался бит[182], построенный на постоянно повторяющихся сбивках. В качестве основы для брейкбита использовались сбивки из различных рок-, поп-, фанк- или диско-песен.

Брейкбит стал музыкальной основой для нового культурного течения, развивавшегося в 70-е годы в черных гетто больших городов США. Этим течением был хип-хоп (hip-hop).

Хип-хоп – это своего рода стиль жизни афроамериканских гетто в конце 70-х – начале 80-х годов. Хип-хоп стал отражением социальной позиции темнокожих американцев из бедных районов больших городов того времени. Хип-хоп – это и танцы, и уличное творчество граффити, и определенная мода в одежде. Здесь брейкбит дополнялся рэпом (rap) – рифмованными речитативами, произносимыми под музыку. Смысл речитативов часто сводился к описанию угнетенного состояния чернокожего населения. Наряду с рэпом проявлением своей индивидуальности и социальной позиции стал танец хип-хоп, который во многом отличался от предшествовавших ему танцев. Танец становился индивидуальным, не требовавшим наличия партнера. Большой акцент делался на энергичность танца, с большим количеством прыжков, резких разворотов.

Постепенно брейкбит становился не только продуктом диджейского творчества, в чем себя особенно проявили такие мастера, как диджеи Африка Бамбаатаа (Africa Bambaataa) и Грэндмастер Флэш (Grandmaster Flash), но и студийным продуктом. Брейкбит стали записывать, используя живых барабанщиков и басистов, а также ритм-машины и синтезаторы.

Привлечение римт-машин способствовало изменению характера звучания брейкбита, который стал более ровным и монотонным. Синтезаторы добавили звучанию «космичности» и «техногенности» во всех музыкальных партиях, в том числе и басовой. Также интенсивно использовалась обработка голоса вокодером[183], которая создавала эффект говорящего робота. Так появилось новое стилистическое направление – электро.

С появлением электро тесным образом связано развитие нового направления в уличных танцах Америки – брейк-данса[184] (или брейка). Популярность электро и брейк-данса среди молодежи из гетто подкреплялась массовым увлечением в те годы научно-фантастическими фильмами, комиксами и компьютерными играми. В эти годы популярность завоевывают компьютерные игровые приставки, такие как ATARI 2600, фильм Джорджа Лукаса «Звездные войны: Эпизод IV. Новая надежда», получивший семь премий «Оскар».

Руководитель известного в 80-х годах XX века советского спортивно-хореографического ансамбля «Лидер» И. Скобелева, говоря о популярности брейк-данса, также отмечает изменившуюся культуру танцев: «Стремительный темп жизни, резкие переходы от трагических моментов к комическим, контрастность восприятия жизни отдельным человеком определяют ритм, темп танца с резкими остановками, фиксациями позиций. Спешка, занятость, сокращение времени для общения между людьми становятся признаками нашего времени. Когда-то общая песня, с ее большой эмоциональностью, пронизывающая поющих единством чувства, сегодня заменяется просто прослушиванием кассет. На танцплощадках редко танцуют парами, больше каждый сам по себе, внутри себя. Танцы – шейк, твист, диско – это танцующая группа, здесь нет солистов. Потому-то и темнота в зале – вроде бы все вместе, но все же каждый по отдельности, не нуждаясь ни в ком…»[185]

К середине 80-х годов электро становится все более массовым, выходит за пределы бедных кварталов. Брейк-данс и электро превращаются в модные явления, доступные для всех представителей молодежной среды, независимо от социального положения или расовой принадлежности.

В дальнейшем звучание музыкальной основы в хип-хопе постепенно становилось более жестким и ритмически более простым. Менялась также и тематика исполняемых под электробрейкбит рифмованных текстов. Рэп становился более реалистичным по содержанию, агрессивным по исполнению. В текстах присутствовало много ненормативной лексики.

В целом в 80-е годы произошла своего рода «электрификация» звучания практически всей популярной музыки, что свидетельствует об окончательной перемене в восприятии людьми новых электронных звучаний и ритмов.

Стоит отметить, что процессы в развитии танцевальной электронной музыки во второй половине XX века происходили не последовательно, а зачастую параллельно, наслаиваясь друг на друга, постепенно вытесняя старое новым, дополняя черты одного направления идеями другого. Новые направления танцевальной электронной музыки развивались не только в Нью-Йоркском андеграунде[186]. Довольно быстро электронное звучание стало развиваться в других крупных городах США.

2.4 Танцевальная электронная музыка 80-х: появление хаус- и техно-музыки

Одним из центров развития танцевальной электронной музыки в 80-е годы XX века стал Чикаго. С названием этого города связано появление одного из наиболее популярных стилей танцевальной электронной музыки – хаус (англ, house).

Происхождение этого стиля связывают с появлением ритм-машины Roland TR808[187]. Ее использование существенно упростило создание ритм-трека для композиций танцевальной электронной музыки. Так, к примеру, для создания музыки диско приглашали живого барабанщика, который играл партию барабанов от начала и до конца композиции. Ритм-машина позволяла создавать ритмические последовательности размером 4/4, с возможностью наслоения отдельных партий внутри ритм-трека, и воспроизводить их, повторяя беспрерывно.

Таким образом, основой музыки хаус стал циклический ритм размером 4/4, воспроизводимый ритм-машиной. Чикагские диджеи были одними из первых, кто стал использовать параллельное звучание ритм-дорожек с другими композициями, таким образом в реальном времени создавая своеобразный ремикс. Одним из первых таких диджеев был Рон Харди (Ron Hardy). Постепенно в обиход входило понятие трек (англ, track), заменявшее в танцевальной электронной музыке синонимичные ему названия «композиция», «песня», «пьеса». В то время треки не имели четко выраженного начала и конца, драматического развития. На сегодняшний день понятие трек стало более широким: треками называют практически все композиции танцевальной электронной музыки.

Использование треков давало хаус-диджеям больше возможностей для творчества, создания едино звучащей музыкальной компиляции, в которой треки плавно перетекают один в другой.

Одним из знаковых событий в истории хаус-музыки стал переезд в конце 70-х годов в Чикаго нью-йоркского диджея Фрэнки Наклза (Frankie Knuckles) для работы в клубе «Warehouse». Музыка, которая звучала в его исполнении, стала фактически примером раннего хауса, значительно отличалась от привычных всем композиций. Постепенно ее начали характеризовать как нечто отдельно стоящее, нестандартное, называя Warehouse music, а позднее просто House music. В звучании хаус-музыки была помесь соула, нью-йоркского диско и европейской электроники.

Одной из первых композиций, записанных в стиле хаус, считается «Оп and on tracks» Джеса Саундерса (Jess Saunders) в 1984 году. Также авторами ранней хаус-музыки были JM Silk, Parley «Jackmaster» Funk, Adonis и Chip-E. Первыми двумя лейблами[188], выпускавшими хаус, были «Trax» и «Dj International».

Дальнейшим этапом развития хаус-музыки стало появление в 1985 году ее нового направления – эйсид-хаус (acid house), давшего новый толчок в развитии танцевальной электронной музыки. Автором первого эйсид-хаус-трека считается диджей Пьер (Dj Pierre), которому в ходе экспериментов с ручками настройки бас-синтезатора Roland TB303 Bassline удалось добиться абсолютно нового звучания басовой партии. Звучание это было больше похоже на агрессивное визжание и хрипение, чем на привычное звучание баса. Записав такой трек, названный «Acid Traxх»[189] (другой вариант написания «Acid Tracks»), диджей Пьер отдал его уже популярному в то время Рону Харди.

Новое звучание очень быстро стало популярным у посетителей дискотек и радиослушателей. «Acid Traxх» был выпущен лейблом «Trax», а новое направление начали именовать как эйсид-хаус.

В дальнейшем хаус-музыка начинает распространяться за пределами Чикаго, и центрами ее развития становятся сразу несколько крупных городов в разных странах мира.

Одним из таких мест в Европе являлся остров Ибица (Балеарские острова). Самым известным диджеем того времени на Ибице был Альфредо Фиорилло. В его арсенале присутствовали треки разных стилей и направлений, от популярной музыки до джазовых композиций. В 1986 году ему в руки попались пластинки с чикагским хаусом, который он регулярно начал использовать в своих сетах[190], смешивая его с соул-вокалом или более мелодичными композициями диско-музыки.

В 1987 году в Европу попало издание «Acid Traxх» на виниле, который также гармонично вписался в формат музыки, звучащей на Ибице. Новое звучание называли балеарским саундом (Balearic Sound) или просто эйсид-хаусом, несмотря на то, что эйсид-хаус в его первичном понимании являлся лишь его составной частью.

В это же время бурно распространяется в среде посетителей дискотек и развлекательных заведений наркотик экстази (extasy). Экстази вместе с монотонно звучащим агрессивным эйсид-хаусом повергал танцующих в состояние эйфории, создавал на танцплощадках радостную и раскованную атмосферу. Этот факт был подмечен несколькими лондонскими диджеями, и с 1987 года балеарский эйсид-хаус начинает звучать в клубах Лондона, Манчестера и других городов Англии. Одновременно с этим в Англии набирал обороты бум вокруг экстази, ставшего непременным атрибутом клубной танцевальной жизни Англии. Следует признать, что основная сфера распространения и функционирования танцевальной электронной музыки – сфера досуга, в которую, прежде всего, входят ночные заведения, – тесно связана с распространением и потреблением наркотических средств, что является отражением одной из печальных тенденций в развитии общества второй половины XX века.

В это же время в массовый обиход входит понятие рейв[191]. В данном контексте понятием рейв обозначались крупные вечеринки танцевальной электронной музыки, собиравшие до двадцати пяти тысяч посетителей. Однако, как отмечает в своих исследованиях Саймон Рейнолдс (Simon Reynolds), «рейв – это больше чем музыка плюс наркотики; это матрица стиля жизни, ритуализированное поведение и вера» (перевод автора)[192]. С конца 80-х годов до 2010 года в Берлине и других городах Германии ежегодно 14 июля проходили массовые рейвы, называющиеся «Love Parade», собиравшие до миллиона поклонников танцевальной электронной музыки. Праздник, сопровождающийся бурным весельем и танцами ярко одетой молодежи, длится весь день и заканчивается ночью в ночных клубах города. К сожалению, «Love Parade» 2010 года был омрачен трагедией. На входе в давке погибли 21 человек, пострадали более 500 человек. После этого было принято решение не проводить «Love Parade» на территории Германии.

Впервые эйсид-хаус в Англии зазвучал в клубе «Hacienda», на вечеринках под названием «Hot». Особую популярность также завоевали клуб «Shoom», а также вечеринки «Future» в клубе «Heaven», организацией которых занимался один из известнейших на сегодняшний день диджеев, музыкант и продюсер Пол Окенфолд (Paul Oakenfold). Также бурное развитие эйсид-хаус музыки в то время в Англии связано с такими именами, как Стив Ли, Эндрю Везеролл и другие.

В 1988 году начался настоящий бум вокруг эйсид-хауса. Появлялись первые европейские эйсид-хаус-треки, росло число диджеев, продюсеров, клубов и фирм грамзаписи, занимавшихся их выпуском. Количество новых треков росло. Каждый удачный новый хаус-трек вызывал поток подражаний. Как результат, качество треков эйсид-хаус-музыки падало.

В Америке в 1988 году начинают появляться хаус-треки, в которых звучание басовой партии становится гораздо мягче и глубже, чем в эйсид-хау-се. На обложках грампластинок, которые выпускал лейбл «Dj International», появилось новое название дип-хаус (deep house).

Особую популярность это направление приобрело в Нью-Йорке, где его местная разновидность была названа гараж (garage). В отличие от эйсид-хауса, партия баса в дип-хаусе и гараж-хаусе более подвижна и звучит глубже, в результате чего звучание басового барабана становится не таким агрессивным и грубым.

Популярность дип-хауса в Нью-Йорке объясняется, на наш взгляд, прежде всего тем, что его звучание было более приемлемым для посетителей нью-йоркских дискотек, коими являлись в основном представители богемы. Поэтому мягко звучащий гараж, построение которого было приближено к песенной форме – с куплетами и припевами, был для них более доступен и понятен.

Нью-Йорк и Чикаго были центрами развития танцевальной электронной музыки в Америке 80-х годов XX века. Приоритетным направлением в клубной жизни этих городов была хаус-музыка.

Однако 80-е годы отмечаются также появлением нового направления в танцевальной электронной музыке, более жестко звучащего и техногенного, чем хаус. Таким направлением стала музыка техно, появление которой тесно связано с тремя жителями Детройта – Хуаном Эткинсом (Juan Atkins), Кевином Сондерсоном (Kevin Saunderson) и Дерриком Мейем (Derrick May).

Необходимо отметить особую социально-культурную и экономическую ситуацию, сложившуюся в Детройте в 80-х годах. В это время Детройт, некогда бывший процветающей столицей автомобильной промышленности, именовавшийся не иначе как «Motor City», переживал кризисные времена: внедрение робототехники в конвейерное производство, а также вывод некоторых предприятий в другие регионы лишили работы множество жителей города. В результате пустели дома и целые кварталы. Рос уровень преступности.

На этом фоне Хуан Эткинс формирует свою идею о том, что утративший былую силу Детройт станет городом будущего новой формации и техно будет выражать всю суть этих перемен.

Техно имеет много общих черт с чикагским хаусом, однако отличается от него особой жесткостью звучания, техногенностью, заложенной в самой идее техно-музыки. Деррик Мей видел это отличие в разнице во взаимосвязи с прошлым. Если хаус, по его мнению, черпал вдохновение в 70-х, то у техно нет подобной привязанности.

История техно началась в музыкальных экспериментах Хуана Эткинса и Рика Дэвиса, организовавших проект Cybotron. Музыка, создававшаяся под этим названием, представляла собой пульсирующее электрозвучание и не была похожа ни на что выпускавшееся в то время в Америке. Следует заметить, что само электро появилось лишь год спустя, когда Afrika Bambaataa выпустил свою знаменитую пластинку «Planet Rock». Первые свои опыты они отсылали известному радио-диджею Детройта того времени Electrifying Mojo, который ставил их в эфир. В результате в 1982 году сингл[193] Cybotron «Clear» разошелся тиражом в пятьдесят тысяч экземпляров.

В 1985 году Эткинс самостоятельно выпускает первый сингл своего проекта «Model 500» под названием «No UFOs». Звучание этого трека было построено на постоянном наращивании слоев роботизированного баса и перкуссии, с нестройной мелодией и искаженными голосами. Таким стало звучание детройтского техно старой школы (Old School Detroit Techno).

Новым этапом в творчестве Эткинса стала встреча с Мейем и Сондерсоном. Мей был хорошо знаком с европейской музыкой, а Сондерсон отлично разбирался в музыкальной технике и модной танцевальной музыке. Их совместное творчество во многом определило дальнейшее развитие техномузыки.

Впервые техно зазвучало в клубах Детройта в сетах диджея Кена Колльера (Ken Kollier).

И хотя техно не пользовалось в чикагских и нью-йоркских клубах такой популярностью, как хаус-музыка, однако, на удивление самих авторов, техно приобрело огромное количество поклонников в Европе, став своего рода альтернативой эйсид-хаусу, терявшему свою востребованность.

2.5 Танцевальная электронная музыка 90-х: хардкор

В начале 90-х годов XX века техно в Европе вступило в новый этап своего развития. Этот период зачастую именуется эпохой хардкора (hardcore) в танцевальной электронной музыке.

Весьма точную оценку хардкор-течения дал А. Н. Горохов, обозначив его как «самый радикальный и, как правило, примитивный… фланг любого культурного явления. Если какая-то идея доведена до абсурда, то можно смело говорить о хардкоре»[194].

Что касается хардкора как течения в техно-музыке, то в данном случае следует отметить, что звучание стало более жестким и шумным. Темп музыки стал быстрее. В ритмической основе снова появляется электро-брейкбит.

Со временем сформировались три основные направления хардкор-му-зыки: британский хардкор, голландский хардкор и хардкор, который создавался в Германии.

Британский хардкор содержал в своей ритмической основе быстрый брейкбит. К нему добавлялись различные вокальные, джазовые или какие-либо другие музыкальные фрагменты. Появление британского хардкора связывают с именами лондонских диджеев – Груврайдера (Grooverider) и Фабио (Fabio), которые, используя в основном американскую техно-хаус – музыку, с обилием брейковых вставок, воспроизводили ее на повышенной скорости, с большим уровнем перегрузки по уровню. В результате получалось грязное, скрипучее и очень громкое звучание. Постепенно такая музыка стала восприниматься как самостоятельное стилистическое направление.

Британский хардкор начала 90-х годов находился в андеграунде. Однако в 1991 году сингл «Charly» группы «The Prodigy» стал хитом. Это ознаменовало выход британской хардкор-музыки из андеграунда. Хардкор становился коммерческим. В 1992 году было выпущено множество пластинок с хард-кор-музыкой, однако ее качество оставляло желать лучшего. Как результат можно отметить падение популярности британского хардкора в течение нескольких месяцев.

Наибольшую известность в начале 90-х годов получила голландская разновидность хардкора, называвшаяся габбер или габба.

В 1990 году Поль Эльстак, молодой диджей из Discotheque Bluetiek-Inn в Роттердаме, заметил, что особой популярностью у подростков пользуется музыка, содержащая в своей ритмической основе жестко звучащий британский брейкбит. Эльстак начал выпускать пластинки под именем Euromasters. Его музыка отличалась высоким темпом – 180–200 ударов в минуту, а также довольно грубым и жестким звучанием, дополнявшимся разнообразными выкриками, содержащими ненормативную лексику.

Популярность хардкора в Голландии росла очень быстро. В 1992 году Эльстак создал свой собственный лейбл «Rotterdam Records». Своеобразным ответом Амстердама на выпускавшуюся в Роттердаме музыку стало появление в столице лейбла «Мокит».

Голландские рейвы отличались своей масштабностью. На них собирались до пятнадцати тысяч человек одновременно. Подобного рода мероприятия сопровождались обильным потреблением амфетамина и алкогольных напитков, а также проявлением агрессии, выражавшейся в постоянных драках и потасовках.

Однако довольно-таки быстро габба-хардкор начал терять свою популярность. Так, уже в 1992 году большинство продюсеров поняли, что голландский габбер не развивается и постепенно теряется свою популярность. Уже в 1993 году голландский хардкор стал коммерциализироваться: на жесткий габба-ритм начали накладывать какую-нибудь известную мелодию. Как результат, практически сразу появилось огромное количество хардкор-версий старых и новых популярных песен. Это направление получило название хеппи-хардкор (happy hardcore).

Так агрессивно настроенный габбер трансформировался в позитивный хеппи-хардкор. С одной стороны, это привело к более широкому охвату аудитории хардкор-музыки, сделав на какое-то время модным музыкальным направлением. С другой – это поспособствовало потере интереса той части аудитории, для которой агрессивность и жесткость являлись главными привлекательными чертами данной музыки

Развитие немецкого направления хардкора начала 90-х годов XX века тесно связано с именем Алека Эмпайера (Alec Empire). Будучи диджеем, он создал в 1992 году группу «Atari Teenage Riot» (ATR). Основной идеей музыки ATR было противопоставление своего творчества коммерческим танцевальным направлениям музыки. Такой музыкой, по их мнению, являлся диджитал-хардкор (Digital Hardcore), который основывался на сильно искаженном акустически брейкбите, дополненном разнообразными индустриальными звуками, а также криками и фрагментами гитарных партий металлических групп.

Творчество «Atari Teenage Riot» нередко характеризовалось как технопанк, а сам коллектив причисляли к панкам эпохи техно.

2.6 Танцевальная электронная музыка 90-х: транс

Также начало 1990-х годов в танцевальной электронной музыке характеризуется появлением и популяризацией нового направления, получившего название транс. Так называлось направление, для которого была свойственна легкость в ритмической части, а также общая «воздушность» и «прозрачность» звучания, что значительно отличало его от привычного звучания техно. Транс очень быстро стал популярной музыкой. Появлялись новые лейблы, выпускавшие транс-музыку. Среди диджеев и продюсеров, пропагандировавших транс, было много тех, кто в конце 80-х создавал и пропагандировал эйсид-хаус такие как Пол Оакенфолд, Дэнни Рэмплинг и другие. Многое транс позаимствовал из идей музыки нью-эйдж (New Age), появившейся в начале 80-х годов в Калифорнии, для которой были характерны особое внимание к звукам природы и идеям самопознания, любви к ближнему, слияния с космосом.

Одной из разновидностей музыки транс является гоа-транс, получивший наименование от названия курорта Гоа на западном побережье Индии. Гоа-транс отличается восточным колоритом с элементами индустриального звучания.

Транс-вечеринки в Гоа начинались вечером и продолжались всю ночь. Наиболее масштабные мероприятия собирали порой до двадцати тысяч человек.

Гоа-транс-вечеринки в середине 90-х годов проводились не только в Индии, но и в Европе. Идея гоа-транса четко выражалась в оформлении самих вечеринок, а также компакт-дисков и плакатов, рекламировавших такие мероприятия: много звезд, цветы лотоса, присутствие ярких красок.

Поклонников такой музыки иногда называли неохиппи, так как они сами зачастую говорили о том, что стремятся познать истину и расширить границы своего сознания, чем отличаются от стереотипного представления о поклонниках техно-музыки как о людях бездуховных и черствых.

Идея гоа-транса как пляжной танцевальной музыки под открытым небом осуществляется на многих курортах мира и в настоящее время.

В целом музыка транс имеет довольно разнообразную палитру подстилей. На одном ее фланге находятся наиболее примитивные с точки зрения музыкального содержания хард-транс и хард-эйсид-транс направления. На другом – менее массивные с точки зрения звучания, но более разнообразные по содержанию направления, такие как трайбл-транс, брейк-транс, эпик-транс, прогрессив-транс и другие.

2.7 Танцевальная электронная музыка 90-х: джангл

Что касается техно-звучания, то в Англии к 1993 году хардкор-музыка уже прошла пик своей популярности. Перепроизводство коммерческого хардкора привело к тому, что пластинки с такой музыкой никто не покупал.

Диджеи и продюсеры, находившиеся ранее в хардкор-андеграунде, стали искать новые звучания, которые пришли бы на смену британскому хардкору. В результате таким ответом на коммерциализацию хардкора стало появление дарккора (Dark Core), для которого характерна холодная отчужденность в звучании. Для его создания часто использовали звучания, напоминающие фрагменты из звуковых дорожек фильмов ужасов. В ритмической основе дарккора лежит брейкбит, воспроизводящийся со скоростью 160 ударов в минуту. Звучание ударных было облегчено за счет того, что из партии барабанов были убраны низко звучащие удары басового барабана.

Одновременно с дарккором ускоренные ломаные ритмы нашли применение в совершенно неожиданном месте. И таким местом стали регги-вечеринки. Необходимо отметить, что музыка регги проникла в Англию вместе с наемными рабочими с Ямайки еще в начале 70-х годов XX века. В результате смешения с панк-роком в 1975–1976 годах[195] она приобрела более широкую аудиторию и круг проблем, затрагивавшихся в текстах песен.

В 1992 году в клубе «Paradise Club», находившемся в Лондоне, проводились вечеринки «A Way Of Life». Именно на этих мероприятиях произошло объединение музыки регги с быстрым ломаным ритмом. Результат получил название джангл (jungle).

Быстрый брейкбит стал ритмической основой джангла, а из регги были позаимствованы басовые партии, вокал и речитативы. Следует отметить, что партия баса исполнялась обычно в два раза медленнее партии ударных. Таким образом, появление джангла стало результатом взаимодействия трех музыкально-стилистических направлений в танцевальной музыке XX века – техно, брейкбита и музыки регги.

Основными потребителями музыки регги в Лондоне оставались представители темнокожего населения, зачастую связанного с преступным миром. Поэтому мероприятия, где звучала регги-музыка, не были открыты для всех. К поклонникам эйсид-хауса здесь относились весьма недружелюбно.

В остальных клубах соответственно происходила обратная ситуация: диджеев и танцоров, одетых по джангл-моде, не пускали в места, где звучит хеппи-хардкор и эйсид-хаус.

Регги-андеграунд, к которому относилась музыка джангл, на тот момент уже включал в себя несколько магазинов, студий звукозаписи, мастерских по изготовлению грампластинок, дистрибьюторских фирм и пиратских радиостанций, активно пропагандировавших новое направление.

Одним из первых джангл-треков, получивших особую популярность, стал «Original Nuttah», созданный диджеем Shy FX и регги-тостером по прозвищу UK Apache в 1993 году.

В 1994 году джангл становится все более популярным. Функционировало множество лейблов, выпускавших джангл-музыку. На пиратских[196] радиостанциях постоянно звучали свежие композиции. Джангл-вечеринки вошли в моду и проводились сразу в нескольких клубах Лондона.

Одним их главных хитов 1994 года стал трек продюсера B-Meat & General Levy «Incredible», который попал в верхнюю десятку британского хит-парада. Данный факт можно трактовать как выход музыки джангл из субкультурной, андеграундной среды на уровень массовой популярности.

Однако диджеи и продюсеры не хотели идти на контакт с прессой, фотографироваться и держались весьма отстраненно. Тем временем регги-вокалисты, в том числе General Levy, охотно общались с прессой и всячески популяризировали себя как авторов музыки джангл.

Таким образом, постепенно назревал конфликт между диджеями и продюсерами, с одной стороны, и регги-вокалистами – с другой, который нередко приводил к разрыву творческого сотрудничества.

Постепенно, устав от постоянных размежеваний с регги-вокалистами, джангл-продюсеры и диджеи приходят к идее самостоятельного творчества – создания инструментальных джангл-композиций, не содержащих вокальных регги-партий. Это направление они именовали драм-н-бэйс (drum & bass или d’n’b). Понятие драм-н-бэйс уже существовало на тот момент и часто применялось в обиходе регги- и даб-музыкантов.

Одним из известнейших диджеев, пропагандировавших новое мелодичное звучание джангла без вокальных партий, был L.T.J. Bukem. В начале 90-х годов он первым начал использовать мягкие мелодичные элементы без регги-вокала в своих треках. Музыка данного направления получила название интеллиджент-джангл (intelligent jungle). Именно она стала основой для творчества бывших джангл-продюсеров и диджеев, решивших отказаться от работы с регги-вокалистами.

Также в 1994 году намечается появление нескольких новых постджангловых направлений. Так, Рони Сайз и диджей Краст (Roni Size & Dj Krust) из Бристоля записывали треки, в которых звучат семплированные[197] фрагменты из джазовых композиций. Это направление позднее было названо джазстепом (jazzstep). Также появляется хардстеп (hardstep), представляющий собой минимализированный джангл без вокала и мелодий, однако дополненный звучанием басового барабана, характерного для техно.

В 1995 году звучание драм-н-бэйса вернулось к своим корням, то есть к звучанию дарккора. Одним из главных пропагандистов нового звучания стал Голди (Goldie) – хозяин лейбла «Metalheadz». Под его началом работали Photek, J. Majik, Lemon D. Dillinja и другие. Звучание драм-н-бэйса стало жестким и мрачным.

В 1996 году появляется более радикальная разновидность драм-н-бэйса – текстеп (techstep). Его появление связывают, прежде всего, с треком «What’s Up», автором которого был Эд Раш (Ed Rush). Звучание текстепа характеризовалось жесткостью в партии барабанов, упростившейся басовой партией, которая стала очень громкой. В брейкбит-партию барабанов вернулось звучание большого барабана, характерного для музыки техно.

2.8 Танцевальная электронная музыка 90-х: развитие брейкбита, техно и хаус-музыки

В конце 1997 года популярность драм-н-бэйса пошла на убыль. Однако это не свидетельствовало о падении интереса слушателей к ломаному ритму как таковому.

С одной стороны, еще с начала 90-х годов параллельно с танцевальным и быстрым джанглом все большую аудиторию завоевывал трип-хоп, ставший медленной альтернативой основным танцевальным стилям того времени.

Трип-хоп возник в начале 90-х годов XX века. Как и джангл, он базировался на ломаном бите, однако воспроизводимом с гораздо меньшей скоростью. Так же как и в джангл-музыке, в трип-хопе используется бас-партия из регги-композиций. Однако из-за медленного звучания трип-хоп воспринимается как более спокойная музыка, нередко имеющая меланхолически-депрессивный характер.

Наиболее известными исполнителями, работавшими в этом направлении в то время, были участники групп «Massive Attack», «Portishead», «Tricky». Несмотря на общность музыкальных идей, каждый коллектив имел свои особенности. Так, у «Massive Attack» в качестве мелодической основы звучали фрагменты из соул и хип-хоп композиций, a «Portishead» в качестве таковых использовали джазовые музыкальные фрагменты.

Если же говорить о более танцевальных направлениях, то во второй половине 90-х годов особую популярность завоевывает новый стиль, связанный с использованием в ритмической основе ломаного бита. Таким направлением стал биг-бит (big beat).

В данном случае необходимо не путать с биг-битом в рок-музыке, о котором пишет А. К. Троицкий: «Биг-бит, или бит. Так в 60-е называли у нас все то, что теперь именуется “рок”. “Рок-групп” не было – были “бит-группы”. В целом это справедливо, поскольку в международной терминологии понятие биг-бит связано с ливерпульским стилем, и в первую очередь с “Битлз”…»[198]

В электронном биг-бите агрессивно звучащий ломаный бит, воспроизводимый со скоростью 120–130 ударов в минуту, дополнен звучанием гитарных рифов, позаимствованных из рок-музыки. Отдельным подстилем, смежным с биг-битом, можно считать кемикал-брейкс (chemical breaks), изобиловавший в своем звучании тембрами музыки acid. Также особую популярность завоевали треки таких музыкантов, как «Fat Boy Slim» (настоящее имя Квентин «Норман» Кук) и «The Prodigy», творчество которых в конце 90-х годов XX века является примером музыки биг-бит.

С именами данных артистов связывается выход танцевальной электронной музыки из клубной сферы в сферу популярной музыки. Как отмечает в своих исследованиях В. В. Бондаренко: «Главная заслуга Prodigy в истории поп-музыки конца XX века – умелая коммерциализация рэйва и приучение публики к жесткому электронному саунду, который уже в 1998–1999 гг. стал мейнстримом»[199].

Что касается клубной сферы, то здесь на смену драм-н-бэйсу в 1997 году пришла мода на новое техно-звучание, названное спидгараж (speedgarage).

По сути спидгараж представлял из себя более быстрый и «грязный» вариант нью-йоркского гаража или дип-хауса конца 80-х годов, в котором партия баса стала более резкой, а также периодически появлялись сбивки ударных.

В 1999 году в Лондоне набирает популярность новая музыка, именовавшаяся андеграунд гараж (underground garage) или тустеп (2step).

Тустеп – это своего рода медленный джангл. Однако в основе ритма – прямой бит из нью-йоркской гараж-музыки. Ритмическая структура была модифицирована таким образом, что из партии большого барабана были выброшены вторая и четвертая доли. Из-за этого музыка стала не такой быстрой и менее энергичной. Возможно, именно для компенсации энергетики в тустеп-треки добавилось звучание синтезаторов, духовых, струнных, вокала, использовавшихся как мелодически, так и ритмически.

Атмосфера тустеп-вечеринок – это роскошь, дорогая одежда, шампанское и прочие атрибуты красивой жизни.

Таким образом, к концу XX века в сфере массовой танцевальной электронной музыки четко сформировались основные стили, которые и существуют на сегодняшний день. Таковыми являются хаус, техно, транс, брейкбит[200], джангл, хардкор. Данное разделение основано на определенных различиях в звучании данных стилей. Существует большое разнообразие так называемых подстилей, сложившихся в 90-е годы XX века, таких как трайбл-хаус, латин-хаус, френч-хаус, трайбл-техно, хард-техно, минимал-техно и прочие.

На рубеже XX–XXI веков развитие данных стилей строилось в основном на смешении отдельных стилистических компонентов, типов звучаний из различных стилей танцевальной электронной музыки, а также на привнесении в них звучаний из других музыкальных направлений. Однако кардинальных перемен в звучании отдельных направлений не происходило.

2.9 Танцевальная электронная музыка «для ума»: IDM

Период второй половины 1990-х – начала 2000-х годов в истории танцевальной электронной музыки также характеризуется появлением нового направления, получившего название ай-ди-эм (IDM – Intelligent Dance Music – интеллигентная (интеллектуальная) танцевальная музыка).

Главной чертой музыки ай-ди-эм является ее нарочитая сложность, проявляющаяся в постоянном наслоении различных ритмических фигур, их фрагментарном последовательном звучании, что подтверждает ее общую идею, довольно четко выраженную в ее названии – танцевальная музыка «для ума», которую надо слушать, обращая внимание на все нюансы развития, которое в свою очередь связано с постоянно изменяющимися ритмическими наслоениями и возникающими созвучиями. Данная музыка направлена, прежде всего, не на массовое восприятие, а на отдельного слушателя. В этом ее коренное отличие от всех вышеобозначенных стилей танцевальной электронной музыки.

Наиболее известными представителями этого стиля музыки являются Autechre, Aphex Twin, Mouse On Mars, Sabres Of Paradise, Squarepusher, Oval и другие.

В дальнейшем в ай-ди-эм-музыку проникает звучание живых инструментов, что можно было еще наблюдать также в звучании трип-хопа начала – середины 90-х годов XX века. На наш взгляд, этот факт является одним из результатов общей тенденции, свойственной популярной музыке начала XXI века, – это стремление к «комфортности» звучания. Долгое время электронная музыка воспринималась как что-то холодное и чуждое. Однако на сегодняшний день электронная музыка стала отражать человеческие чувства и эмоции, она стала более человечной. Для того чтобы выделить это направление в звучании, данную музыку начали называть электроника.

Электронная музыка проникает в быт человека, становится своеобразным звуковым оформлением его жизненной среды. И танцевальная электронная музыка здесь играет немалую роль. Танцевальная электронная музыка уже в 90-е годы XX века расширяет свое присутствие, охватывая не только сферу танцевальных мероприятий, но и в музыку, предназначенную для иных форм прослушивания, – например, easy listening (англ, «простое слушание»), ambient или lounge. Также стоит отметить, что и в аранжировках поп-музыки, эстрадных ее направлений все больше ощущается влияние стилей танцевальной электронной музыки.

Таким образом, можно отметить, что на данном этапе танцевальная электронная музыка отражает более широкое направление, включающее в себя как музыку, являющуюся сопровождением к танцам, так и музыку, которая не является непосредственно танцевальной, а создает определенную атмосферу, настроение, звуковую среду, в музыкальной основе которой лежат элементы современной танцевальной электронной музыки.

К рубежу XX–XXI веков танцевальная электронная музыка стала одним из наиболее популярных направлений в музыке среди молодежи, о чем красноречиво свидетельствовал рост количества молодежных дискотек и ночных клубов, масштабы проводимых фестивалей танцевальной электронной музыки, а также количество выпускаемых компакт-дисков с записями музыки этого направления.

Актуальность и востребованность танцевальной электронной музыки среди потребителей музыкальной продукции еще раз подтверждается тем фактом, что практически все композиции современной популярной музыки существуют как в оригинальном виде, так и в виде танцевальных ремиксов[201], выпускаемых одновременно с оригиналом. Данная ситуация объясняется, с одной стороны, самой природой танцевальной электронной музыки, в основе создания которой нередко лежат эксперименты с уже существующими записями, но, прежде всего, желанием авторов и продюсеров популярной музыки охватить наибольшую слушательскую аудиторию за счет огромного количества посетителей дискотек и ночных клубов и поклонников танцевальной электронной музыки.

Таким образом, танцевальная электронная музыка стала не только непосредственным атрибутом жизни многих представителей современной молодежи, но и постоянной функционирующей частью системы развития массовой музыки вообще.

2.10 Классификация стилей танцевальной электронной музыки

В течение второй половины XX века, за сравнительно небольшой срок, танцевальная электронная музыка стала одним из наиболее популярных и массовых музыкальных явлений. Однако на современном этапе, несмотря его на весомость в общей картине музыкальной жизни современного человека, в отечественном музыковедении отсутствуют детальные разработки в данном направлении. В большинстве случаев упоминания о танцевальной электронной музыке сводятся к рассмотрению отдельных ее ранних стилей.

Каждый новый стиль проходил в своем развитии путь от идеи, эксперимента единичного автора или группы авторов (диджеев, продюсеров) до популярного среди широкой аудитории направления, с большим количеством подражателей.

«Стиль – термин в искусствоведении, характеризующий систему средств выразительности, которая служит воплощению того или иного идейно-образного содержания. В музыке это – музыкально-эстетическая и музыкально-историческая категория. Понятие стиля в музыке, отражающее диалектическую взаимосвязь содержания и формы, является сложным и многозначным. При безусловной зависимости от содержания оно все же относится к области формы, под которой понимается вся совокупность музыкально-выразительных средств, включающая элементы музыкального языка, принципы формообразования, композиционные приемы…»[202]

Известный отечественный музыковед Л. А. Мазель дает следующее определение музыкальному стилю: «Музыкальный стиль – это возникающая на определенной социально-исторической почве и связанная с определенным мировоззрением система музыкального мышления, идейно-художественных концепций, образов и средств их воплощения. Таким образом, в понятие стиля входят и содержание и средства музыки»[203].

Как отмечает в своих исследованиях Ю. Тюлин: «…По существу понятие стиля гораздо шире: оно означает качества и характерность выразительных средств (в их совокупности и отдельности), свойственных данному произведению, композитору, творческому направлению и т. д.»[204]

Несмотря на широту понятия «музыкальный стиль», которое может обозначать особенности композиторского письма, особенности творчества композиторов одной страны или исторического периода, группы композиторов, объединенных общей платформой, а также особенности произведений, входящих в какую-либо жанровую группу, в рамках данного исследования применимы все обозначенные критерии. Как показало рассмотрение композиций, относящихся к различным стилям танцевальной электронной музыки, их стилевая обособленность нередко возникает на основе указанных разграничений: возникновение в той или иной стране, регионе, принадлежность к творчеству определенной группы музыкантов.

Прежде всего, необходимо отметить, что, при рассмотрении стилей танцевальной электронной музыки с позиции единства содержания и формы, на первый план в большинстве случаев выступают не художественно-эстетические свойства, а музыкально-выразительные средства, относящиеся к сфере формы. Это объясняется тем, что художественное содержание композиций танцевальной электронной музыки зачастую имеет абстрактный характер и не может служить первостепенным критерием стилевого разграничения.

В ходе исследования не обнаружилось источников, в которых полноценно рассматривались бы все стили и направления современной танцевальной электронной музыки. Разные издания предоставляют лишь разрозненную информацию о них. Среди многообразия упоминаемых в тех или иных источниках стилей и направлений многие имеют общие черты, находясь близко друг к другу в общей классификации стилей танцевальной электронной музыки.

Процесс исследования и анализа стилей танцевальной электронной музыки затрудняется рядом факторов. Так, на определенном этапе развития компьютерных музыкальных технологий, с развитием программ секвен-синга и фиксации звука, в сфере создания электронной музыки сложилась ситуация, когда композитор получил возможность создавать музыкальные произведения, минуя процесс нотной записи музыкального текста. Как отмечает в своих исследованиях С. В. Пучков: «Главная цель и принципы электронной музыки заключаются в создании тонов и звуков, в техническом преобразовании и механическом воспроизведении их, при котором исключается исполнитель…»[205] Данная технология непосредственно связана с созданием танцевальной электронной музыки, которая не издается в виде нотных записей, а поступает к своим потребителям исключительно в виде музыкальных фонограмм на разнообразных носителях: CD, DVD, mp3 файлы, доступные для копирования в сети Интернет.

Также данная ситуация продиктована тем, что в танцевальной электронной музыке, как и в электронной музыке вообще, значительно шире круг выразительных средств, основанных на изменении параметров звучания электронных музыкальных инструментов, которые невозможно описать имеющимися на сегодня нотными средствами.

Как показывает сложившаяся на сегодняшний день практика создания и представления танцевальной электронной музыки, нет потребности в нотных изданиях таких композиций со стороны потребителей. Записываемые в студийных условиях композиции танцевальной электронной музыки являются результатом многоэтапных технологических процессов создания и обработки фиксированных звуков, которые практически невозможно повторить, ввиду сложности и индивидуальности произведенных манипуляций.

Таким образом, изучение формирования и развития танцевальной электронной музыки в XX веке показало, что наиболее целесообразным для классификации ее стилей является принцип разделения по типам звучания звукозаписей композиций, сформировавшихся на определенном этапе развития танцевальной электронной музыки, а также разделения по типам используемых средств музыкальной выразительности. В данном случае необходимо отметить, что само понятие «оценки звучания фонограммы» относится к компетенции звукорежиссеров и профессиональных музыкантов, поэтому, чтобы отнести ту или иную композицию к определенному стилю, зачастую необходимы профессиональные навыки слухового анализа звукозаписи.

В профессиональной звукорежиссуре в виде критериев субъективной оценки качества звучания фонограммы используются следующие параметры[206]: пространственное впечатление, прозрачность звучания, музыкальный баланс, тембральная окраска, стереовпечатление, художественное качество, динамический диапазон, техника приема звука. Однако необходимо отметить, что для классификации стилей танцевальной электронной музыки рассмотрение некоторых из указанных аспектов звучания, на наш взгляд, не представляется необходимым. Так, критерии стереовпечатления и художественного качества относятся к области оценки творческих способностей единичного автора и не влияют на формирование того или иного типа звучания.

Критерий прозрачности, несмотря на свою важность в оценке качества звучания фонограммы, не является носителем каких-либо специфических особенностей, характерных для того или иного стиля танцевальной электронной музыки. В силу специфических условий представления композиций танцевальной электронной музыки в рамках дискотеки, их звукозаписи отличаются особой тембральной «плотностью», в результате чего звучание многих голосов сливается в единую общность, в рамках которой невозможно идентифицировать единичные голосовые линии.

Также необходимо отметить, что критерий техники приема звука относится к области звукозаписи живых акустических музыкальных инструментов и не представляет интереса для рассмотрения в контексте электронной музыки.

Таким образом, в качестве критериев оценки качества звучания фонограммы, необходимых для классификации стилей танцевальной электронной музыки, представляются актуальными следующие параметры: пространственное впечатление, музыкальный баланс, тембральная окраска и динамический диапазон.

Характеристика пространственное впечатление дает информацию о размерах виртуального звукового пространства и расположении в нем звучащих объектов (музыкальных инструментов). Она создается чаще всего при помощи пространственных и частотных обработок[207] звукового сигнала.

Музыкальный баланс — это, прежде всего, соотношение уровней громкости источников звука – музыкальных инструментов – участников ансамбля.

Понятие динамический диапазон характеризует соотношение максимального и минимального уровней громкости звукозаписи.

Особый интерес представляет рассмотрение такого критерия, как тем-бральная окраска, так как он имеет одну из определяющих ролей в понятии саунда. Оценка и характеристика данного критерия зачастую субъективны: «…Характер различных музыкальных тембров определяется при помощи описаний, в которых значительную роль играет уподобление всевозможным звучаниям внешнего мира, ровно как незвуковым явлениям (например, тембр свистящий, звенящий, гнусавый, но также светлый, матовый, теплый, холодный, сочный, сухой, густой). И только по отдельным свойствам, связанным с такого рода употреблениями, тембры допускают в некоторой мере также и количественные сравнения (тембр более светлый, более резкий). В целом же различные тембры не располагаются в единую линию по какому-либо одному количественному признаку, и тем более не допускают точных измерений…»[208]

Анализ приводимых разными источниками возможных определений стилей и подстилей танцевальной электронной музыки показал, что данные критерии превалируют в таких определениях и описаниях.

Также в рамках сложившейся системы особый интерес представляет разделение внутри каждого стиля на своего рода подстили[209], которые в свою очередь объединены в группы, исходя из основных характеристик звучания, типичных для данных стилей, а также их происхождения. Подстилевое разделение присутствует в различных источниках – печатных[210] и интернет-ресурсах.

Нередко относимые к различным подстилям произведения не имеют ярко выраженных отличий в используемых средствах выразительности и типах звучания. Они разделены на подстили лишь по географическому или историческому признаку. Таким образом, классификация на подстили танцевальной электронной музыки нередко является весьма условной и не всегда представляет интерес для детального анализа.

Тем не менее в своем содержании подобная систематизация является, на наш взгляд, наиболее приемлемой и удобной для рассмотрения.

Одним из первых сформировавшихся самостоятельных стилей танцевальной электронной музыки был хаус.

Хаус (house) – стиль танцевальной электронной музыки, появившийся в середине 80-х годов XX века в Чикаго на основе элементов музыки даб и диско. В рамках хаус-музыки сформировались несколько подстилей, таких как: чикагский хаус (chicago house), эйсид-хаус (acid house), гараж (Garage), дип-хаус (deep house), хип-хаус (hip house), эмбиент-хаус (ambient house), гетто-хаус (ghetto house), прогрессив-хаус (progressive house), тек-хаус (tech house), тустеп-гараж (2step garage), хард-хаус (hard house), диско-хаус (disco house), френч-хаус (french house) и другие.

Анализ произведений данного стиля танцевальной электронной музыки выявил ряд отличительных черт. Объединяющим элементом всех подстилей хаус-музыки является ритм (бит) размером 4/4, в котором все четыре сильные доли совпадают с ударом большого (басового) барабана. На второй и четвертой сильной доле одновременно с ударом большого барабана звучит малый барабан, часто именуемый снэйром (snare). Слабые доли в хаус-бите подчеркиваются звучанием открытых тарелок, или хетов (open hats). Также в звучании хаус-бита в большей или меньшей степени присутствует звучание различных перкуссионных ударных инструментов, а также закрытых тарелок, или хай-хетов (hi hats).

Само понятие бит пришло из музыки рок и является нарицательным обозначением особого ритма, характерного для музыки данного направления. Как отмечают в своих исследованиях В.Н. Холопова и Б. Спасов: «В “бит”-творчестве укреплялись и утрировались первозданные основы музыки, в их числе – четкий танцевальный ритм, строгий метр, определенный ясный темп»[211].

Бит в хаус-музыке воспроизводится при помощи драм-машины (drum machine) или семплера (sampler). Общим для звучания партии ударных большинства подстилей хаус-музыки является близость тембров используемых инструментов к натуральным «живым» ударным, а также тембральная четкость. Темпы композиций стиля хаус находятся в пределах от 110–115 до 150 ударов в минуту.

Большое внимание в хаус-музыке уделено партии баса, которая в большинстве случаев создается при помощи электронных музыкальных инструментов: семплеров, синтезаторов. Нередко в хаус-музыке в качестве басовой партии используются мелодические ходы из басовых риддимов музыки стиля фанк.

С точки зрения слухового анализа звукозаписей, общими чертами большинства подстилей хаус-музыки относительно других стилей танцевальной электронной музыки являются небольшие акустические пространства звучания, тембральная четкость ритм-партии.

Среди многообразия подстилей музыки хаус необходимо отметить, прежде всего, первый сформировавшийся подстиль, которым является чикагский хаус, нередко именуемый также классический хаус.

Чикагский хаус – в основном инструментальный, и вокальные партии, если таковые появляются, скорее, являются своего рода дополнением к звучащим партиям баса и бита. Электронные бас и бит в чикагском хаусе звучат более механистично, чем в музыке стилей диско и даб — предшественников классического хауса.

В обзорной статье, посвященной развитию хаус-музыки и опубликованной в журнале DPM («Dance Planet Magazine»)[212], авторы относят поздний даб к хаус-музыке и используют название даб-хаус.

В качестве мелодического и фактурного наполнения в хаус-музыке используются элементы из музыки синти-поп (synth pop)[213], джаза, соул.

В качестве примеров композиций чикагского хауса можно привести творчество таких музыкантов, как Marshall Jefferson (трек «Move Your Body»), Lil Louis (трек «French Kiss»), Ecstasy (трек «This Is My House») и других.

Добавление полноценных вокальных партий в хаус-музыку привело к появлению нового подстиля – гараж-хаус (garage house), часто именуемого просто гараж или нью-йоркский хаус. В данном подстиле сказывается влияние музыки coz/л[214], из которого гараж позаимствовал песенную куплетную форму строения композиций.

Примерами музыки подстиля гараж являются треки таких музыкантов, как Blaze «If You Should Need A Friend», Todd Terry Project «Weekend» и других.

С точки зрения отличительных черт и типов звучания особый интерес представляет эйсид-хаус — подстиль хаус-музыки, появившийся в 1988 году. Основным его отличием является специфическое звучание басовой партии, воспроизводимое бас-синтезатором Roland ТВ-303. Звучание баса в эйсид-хаусе более яркое, агрессивное и механистичное, нежели в классическом хаусе, сопровождается постоянным изменением настроек частотных фильтров и резонансов воспроизводящего басового синтезатора, что придает звучанию эйсид-хаус-треков большую динамику и напористость.

Классическим примером эйсид-хаус-музыки являются треки таких музыкантов и коллективов, как Phuture «Acid Tracks», Bam Bam «Where’s Your Child?» и другие.

Дальнейшим развитием таких тенденций, возникших в эйсид-хау-се, как «электронность» и напористость звучания, стало развитие музыки хард-хаус (hard house) – одного из наиболее энергичных и агрессивных подстилей в хаус-музыке, возникшего в середине 90-х годов. Для хард-хау-са характерен более быстрый темп, чем у классического хауса, около 140–145 ударов в минуту, также свойственно обилие синтетических звучаний, так как он создается в основном при помощи синтезаторов и практически исключает присутствие «живых» акустических инструментов. В конце 90-х годов XX века хард-хаус нередко стали именовать бути-хаусом (booty house), а к синтезаторному звучанию добавились быстропроизносимые речитативы.

В качестве примеров композиций этого направления можно назвать треки таких авторов, как George Centeno «Check This Out», Juan V. «Harder House» и других.

Противоположностью хард-хауса является дип-хаус (deep house) – более медленный подстиль хаус-музыки (около 120 ударов в минуту), возникший в середине 90-х годов XX века, популярный и в сегодняшние дни. Для дип-хауса характерна «теплота» и «глубина» звучания, что проявляется в определенном выборе средств выразительности: «мягком» тембре басовых партий и барабанов, наполненности джазовыми музыкальными фрагментами, семплами, присутствии натуральных акустических музыкальных инструментов – фортепиано, саксофона и других.

Известными представителями этого направления можно назвать Miguel Migs, Terry Lee Brown.

В рамках классификации стилей танцевальной электронной музыки отдельного внимания заслуживает понятие прогрессив (progressive), встречающееся в названиях нескольких подстилей данного музыкального направления.

Данное понятие используется не только в стилях танцевальной электронной музыки, но и в рок-музыке, джазе. В основе развития композиций стилей электронной музыки, относящихся к прогрессив, лежат прогрессивные изменения (англ, progressive changes). Под прогрессивными изменениями в танцевальной электронной музыке подразумеваются изменения в звучании отдельных голосов, когда составляющие их звуки плавно переходят из одного состояния в другое вследствие изменения тембра их звучания разнообразными программами эффектов, а также изменением настроек воспроизводящего синтезатора. Данный прием чаще всего используется в разнообразных секвенциях, а также последовательностях аккордов.

Построение хаус-композиций на основе прогрессивных изменений, с одной стороны, уменьшает роль мелодии в общем звучании. С другой стороны, прогрессивные изменения становятся новым средством создания ощущения «движения» в композиции, постоянного ее развития.

Примеры прогрессив-хауса – это Apollo 440 «Liquid Cool», HHC «We’re not alone» и другие.

Техно (techno) – стиль танцевальной электронной музыки, возникший в середине 80-х годов XX века. В формировании музыки техно определенную роль сыграли хаус-музыка и стиль электро. Также первые проявления идей техно-музыки можно заметить в творчестве «Крафтверк».

Звучание техно-музыки отличается ярко выраженной техногенно-стью, механистичностью и жесткостью. Первые опыты в области данного стиля, относящиеся к первой половине 80-х годов XX века, имели много общего с музыкой стиля электро и нередко характеризовались как электро. Это связано, прежде всего, с тем, что первая техно-музыка опиралась на следующие средства выразительности: имела в своей ритмической основе ломаный бит, который впоследствии, ближе ко второй половине 80-х годов, был вытеснен более модным прямым битом[215], характерным для хаус-музыки.

Родиной техно считается Детройт. Поэтому понятие детройтское техно стало не только названием одного подстиля, но и объединяющим названием целой группы подстилей музыки техно.

Неслучайно сразу несколько названий подстилей техно содержат упоминание Детройта. Наиболее известные подстили: классическое техно (classic techno), детройтское техно (detroit techno), детройт-хаус (detroit house), минимал-техно (minimaltechno), дип-техно (deep techno), бэнгин-техно (bangin' techno), глумкор-техно (gloomcore techno), даб-техно (dub techno).

Общим для данных подстилей является наличие в ритмической основе прямого бита, размером четыре четверти, подобного классическому хаус-биту. Однако техно-бит отличается большей механистичностью звучания. Тембр звучания используемых инструментов более резкий, что придает звучанию техно-музыки большую агрессивность. Также следует отметить отсутствие в техно-музыке четких мелодических линий. Подобная мелодическая «безликость» свойственна всем подстилям техно.

Темп большинства композиций музыки, относящейся к детройтскому техно, находится в пределах 125–140 ударов в минуту.

Классическое техно – это подстиль, который включает в себя как раннее техно первой половины 80-х годов, так и техно-музыку второй половины 80-х годов, которую нередко также именуют детройтское техно. Звучание классического техно первой половины 80-х годов более мягкое, близкое к музыке электро, нередко используется ломаный бит в качестве ритмической основы. В качестве примеров можно привести треки Cybotron «Clear», Channel One «Technicolor», Dopplereffect «Superior Race».

Детройтское классическое техно (классическое техно второй половины 80-х годов) более жесткое и минималистичное в своем звучании. В данном случае в ритмической основе лежит прямой бит. Мелодических линий в техно-музыке практически нет. Главный акцент сделан на ритм, его жесткость и энергичность. Партия баса также практически не имеет каких-либо выраженных мелодических ходов. Она лишь дополняет звучание ударных.

Примерами классического техно второй половины 80-х годов являются треки таких авторов, как Jeff Mills «The Bell», Millsart «Inner Self», Carl Craig «Dreamland».

Некоторые подстили техно перекликаются с подстилями других стилей танцевальной электронной музыки. Таким, например, является де-тройт-хаус.

Детройт-хаус, сформировавшийся во второй половине 80-х годов, находится на границе стилей техно и хаус, имея много общего с тек-хаусом – подстилем хаус-музыки. Однако, несмотря на более мягкое звучание, чем классическое техно, детройт-хаус является подстилем техно-музыки, что определяется механистичностью звучания бита и баса, а также отсутствием ярко выраженных мелодических линий.

Примерами детройт-хауса являются Rhythm & Rhythm «Strings Of Life», Blake Baxter «When We Used To Play», Inner City «Big Fun».

Развитие музыки техно происходило в разных странах, благодаря чему появились такие подстили, как немецкое техно (german techno), шведское техно (swedish techno), итальянское техно (italian techno), латин-техно (latin techno) и джей-тек, или японское техно (JTec).

Немецкое техно близко в своем звучании с музыкой тек-транс — подстилем транс-музыки, однако его звучание более «сухое», то есть не насыщенное обилием пространственных обработок в звучании синтезаторов.

Примерами немецкого техно являются треки таких авторов, как Chris Liebing «Сопап», Расой «Iron City» и других.

Латин-техно представляет собой немецкое техно с добавлениями семплов[216] латиноамериканской музыки. В качестве примеров можно привести треки Dj Preach «No War In The Summer», Max Walder «Samba Del Costa». Несмотря на достаточно активно присутствующую мелодию используемых латиноамериканских семплов, в общем восприятии звучания указанных композиций доминирует насыщенная шумами, механистичная и динамичная ритм-партия. Что позволяет нам относить данные треки к стилю техно.

Из большого количества подстилей техно-музыки более детального рассмотрения заслуживается дип-техно — подстиль, развивавшийся также в 90-е годы XX века, отличающийся несвойственным большинству подстилей техно-музыки спокойствием звучания. Звучание дип-техно нередко используется на техно-дискотеках в зонах отдыха. По своему настроению и общей атмосфере звучания близок к музыке стилей транс и дип-хаус.

Дип-техно – это треки таких авторов, как Luomo «The Right Wing», Altitude «Further».

Также в 90-е годы развивались подстили техно, близкие хаус-музыке. В данном случае речь идет об эйсид-техно и хард-эйсид-техно.

Эйсид-техно, сформировавшееся в первой половине 90-х годов, как и эйсид-хаус, использует в своем звучании синтезаторные звуки модуля Roland TB-303 или имитирующие его. Однако сам характер композиций остается типичным для техно-музыки – механистичным и жестким, что проявляется прежде всего в звучании партии барабанов.

Примерами эйсид-техно являются Acid Scout «4 Degrees», Fuzz Face «New Friends», Choice «Acid Eiffel».

Хард-эйсид-техно отличается от эйсид-техно большей агрессивностью, обилием резонансов в звучании синтезаторов, темп композиций обычно – 140–150 ударов в минуту.

Примеры хард-эйсид-техно – это Gamma Loop «Eclipse», Solar Quest «Acid Air Raid», Rebel Yelle «Affirmation».

Смешение техно-музыки с другими музыкальными направлениями дало ряд новых подстилей, среди которых – трайбл-техно (tribal techno), в котором к жесткому звучанию техно-бита добавлены партии акустических перкуссионных инструментов. В качестве примеров трайбл-техно можно привести треки таких авторов, как Peace Division «Feel Му Drums», Boriqua Tribes «Punto», Cave «Street Carnival».

Индастриал-техно — подстиль, основанный на вкраплениях в техно звучаний музыки индастриал. В результате получается насыщенное немузыкальными шумами звучание, в основе которого лежит техно-бит.

Индастриал-техно – это Asche «Mindbomb», Hypnoskull «10 Seconds Left», Punch Inc. «Desert Storm».

Хардкор (hardcore) – стиль танцевальной электронной музыки, сформировавшийся на рубеже 80-90-х годов XX века. Хардкор стал новым этапом в истории техно-музыки, однако развился до уровня самостоятельного стиля, приобретя ряд черт, ставших специфическими для данного стиля.

Такими чертами музыки хардкор являются, прежде всего, быстрый темп и резкое, агрессивное, зачастую грубое, изобилующее нелинейными искажениями («перегрузками») по уровню звучание. Типичным для всех подстилей музыки хардкор является техно-звучание с его нарочитой механистичностью и отсутствием какой-либо связи со звучанием акустических инструментов. На наш взгляд, в музыкально-художественном смысле хардкор является наиболее примитивным из всех стилей танцевальной электронной музыки.

Одними из наиболее известных подстилей музыки данного стиля являются роттердамский и амстердамский хардкор, объединяющиеся одним общим понятием габбер. Для композиций данного подстиля характерны быстрый темп – 160–200 ударов в минуту и выше, отсутствие подчеркивания 2-й и 4-й долей такта ударами малого барабана, что отличает габбер-бит от привычного техно-бита и делает его более однообразным и повторяющимся. Также необходимо отметить общую «грязную» окраску звучания с обилием нелинейных искажений, ощущаемых на звучании как ударных, так и синтезаторов.

Примеры музыки габбер – это Dj Radium «Power Surgeon», Mindcrimers «Reality», Dj Rob & Da Future «Yeah».

Близок по своему звучанию к музыке габбер немецкий хардкор, часто именующийся диджитал-хардкор (digital hardcore). В звучании данного стиля нередко можно услышать элементы панка, техно, хип-хопа и других направлений. Одной из основных идей данного подстиля является смысл выкрикиваемых под музыку радикальных политических лозунгов, нередко призывающих к восстанию. Вообще, идейный подтекст свойствен музыке хардкор. В некоторых композициях звучит призыв к борьбе с системностью, в других произносятся радикальные политические лозунги. Нередко используется ненормативная лексика.

Примеры диджитал-хардкора – это Atari Teenage Riot «Start The Riot», EC80R «I Don't Want To Be Part Of This».

С точки зрения музыкально-художественных особенностей более интересны такие подстили, как хеппи-хардкор (happy hardcore) и транскор (trancecore).

Хеппи-хардкор представляет собой совмещение ускоренного техно-бита с популярными вокальными и инструментальными мелодиями. Звучание хеппи-хардкор, в отличие от большинства подстилей хардкор, не изобилует перегрузками, так как ориентировано на более широкую слушательскую аудиторию.

В качестве примеров композиций хеппи-хардкор можно привести Visa «Fly Away», Critical Mass «Happy Generation», Dune «Rainbow To The Star».

Транс (trance) – стиль танцевальной электронной музыки, сформировавшийся на основе совмещения элементов хаус-музыки и техно в начале 90-х годов XX века. Транс имеет много общего с техно в своей темпо-ритмической структуре. Но по сравнению с техно-музыкой транс более мелодичен, что в некоторой степени является проявлением тенденций хаус-музыки. Однако мелодии в транс-композициях имеют большее развитие, чем в хаус-музыке, где мелодическое развитие зачастую ограничивается многократным повторением фрагмента мелодии в сочетании с меняющимся фактурным наполнением. Для подчеркивания наиболее эмоциональных моментов в развитии мелодии, в транс-музыке в виде сбивок используется многократное повторение ударов снейра или большого барабана. При этом воспроизведение сбивки происходит с постепенным нарастанием громкости.

Основная характерная черта музыки транс выражена в ее названии. Транс – музыка, создающая своего рода гипнотический эффект, погружающая человека в особое состояние: закольцованный техно-ритм в сочетании с несложной пульсирующей басовой партией дополняется ярким звучанием мелодической партии, звучание которой нередко окрашивается эффектами[217], создающими иллюзию большого, порой безграничного акустического пространства. Типичным для транс-музыки является использование приема арпеджиато в воспроизводимых синтезаторами аккордах, выступающих в роли гармонической основы и одновременно фактурного наполнения. При этом прием арпеджиато достигается чисто техническими средствами: синтезатор сам раскладывает нужный аккорд в последовательность составляющих его нот в соответствии с заданным темпом.

Условия воспроизведения транс-музыки также имеют большую роль в ее воздействии на человека: обычно танцевальные транс-вечеринки – это мероприятия в больших помещениях или на открытом воздухе для большого количества людей с обилием световых и лазерных эффектов. В результате человек погружается в своеобразное транс-состояние, когда он освобожден от регламентированности в своих движениях, а также от влияния окружающих объектов, и танцует, подчиняясь только звучащей музыке.

Особый эффект создается в момент «замолкания» ударных, когда мелодия или ее элементы в течение нескольких тактов звучат в сочетании с плавно изменяющимися аккордами в партии синтетических струнных или аналогичных им синтетических тембров, а к моменту вступления ударных происходит эмоциональное нагнетание при помощи динамического изменения звучащих партий, синтетических секвенций или аккордовых последовательностей, а также включения типичной для транса «сбивки» в партии ударных. Подобный прием эмоционального нагнетания используется и в других стилях танцевальной электронной музыки, однако в трансе он наиболее выразителен.

С точки зрения слухового восприятия музыки транс необходимо отметить, что, в отличие от хаус-музыки и техно, тембр звучания партии ударных в большинстве транс-композиций более мягкий. Партия хай-хетов в трансмузыке не только подчеркивает слабые доли такта, но и, за счет мелкого дробленого звучания на каждой 1/8 доле такта, создает эффект непрерывности и монотонности процесса. Эффект большого акустического пространства достигается главным образом за счет большого параметра «release» в звучании некоторых инструментов ритмической группы. В результате чего в звучании данных инструментов появляется своеобразное послезвучие, создающее впечатление присутствия в большом акустическом пространстве. Все это позволяет создавать большую «стремительность» и «полетность» в звучании транс-композиций за счет однородности всей звучащей акустической картины.

Первый подстиль транс-музыки, нередко именуемый классическим трансом (classic trance), сформировавшийся к началу 90-х годов XX века, стал основой для появления последующих подстилей. В результате можно отметить, что на современном этапе стиль транс включает в себя три основные подстилевые группы: евротранс, пси-транс и хард-дэнс. Также несколько подстилей не входят в подстилевые группы: эйсид-транс, дарк-транс, немецкий транс, трайбл-транс, тек-транс, брейк-транс, дип-транс и другие.

В классическом трансе начала 90-х годов еще сказывается влияние музыки техно: нет большого акцента на мелодию, большее внимание ритму. Музыкальная монотонность и однообразие создают медитативный эффект.

В качестве примеров классического транса можно привести композиции таких авторов, как Techno Bert «Nene Dimensionen», Dance 2 Trance «We Came In Peace», Eden Transmission «I'm So High».

Трайбл-транс (tribal trance) – подстиль транс-музыки, берущий свое ритмическое начало в классическом трансе. Его отличительной чертой, как и в трайбл-хаусе, является обилие звучаний этнических перкуссионных инструментов, в результате чего построение треков ведется не на основе мелодии, а на основе разнообразных ритмических построений в партии перкуссионных инструментов. Мелодия в данном подстиле выражена слабо, поэтому трайбл-транс весьма однообразен в своем звучании.

Свою ритмическую основу трайбл-транс взял из подстилей транс-музыки, объединяющихся в одну большую группу, получившую название евротранс. Евротранс включает в себя такие подстили, как прогрессив-транс (progressive trance), антем-транс (anthem trance), симфоник-транс (symphonic trance), ибица-транс (ibiza trance), дрим-транс (dream trance), эпик-транс (epic trace) и голландский транс (dutch trance).

Евротранс – одно из наиболее популярных к концу 90-х годов направлений транс-музыки. Подстили транс-музыки, входящие в евротранс, являются наиболее мелодичными.

Прогрессив-транс (progressive trance) – подстиль, сформировавшийся ближе к середине 90-х годов XX века, характеризуется, прежде всего, «космичностью» звучания, быстрым темпом, задаваемым неагрессивным «трансовым» битом, а также романтическим характером мелодий. Прогрессивный транс впитал в себя все наиболее характерные черты классического транса с его арпеджированными синтезаторными партиями и техникой эмоционального нагнетания в ритмических паузах треков. Нередко прогрессив-транс именуется как romantic trance, cosmic trance или traditional trance. Как и прогрессив-хаус, прогрессив-транс изобилует «прогрессивными изменениями», что придает развитию его композиций большую плавность и мелодичность.

Наиболее известными представителями прогрессив-транс-музыки являются такие музыканты, как ВТ «Flaming June», CM «Dream Universe», Sasha «X Pander».

Романтический настрой прогрессив-транса еще более развился в музыке дрим-транс. Дрим-транс (dream trance) – направление очень близкое с дрим-хаусом (dream house). Можно сказать, что оба подстиля находятся на границе стилей хаус и транс.

Особый акцент в дрим-трансе делается на мелодию. Дрим-транс менее «космический» в своем звучании, нежели прогрессив-транс, что, прежде всего, проявляется в меньшей насыщенности музыки арпеджированными синтезаторными партиями. Нередко в качестве инструмента, исполняющего мелодическую партию, используются тембры акустических инструментов, в частности фортепиано[218]. В отношении дрим-транса нередко употребляются такие эпитеты, как «легкость», «воздушность».

В качестве примеров дрим-транс-музыки можно привести треки таких авторов, как Robert Miles «Children», Imperio «Atlantis», Zhi-Vago «Feel My Love».

Дрим-транс тесно связан с двумя подстилями транс-музыки: ибица-трансом и эпик-трансом. Отличительной чертой первого можно назвать присутствие в звучании типичных «балеарских» черт, таких как звуки испанских гитар, присутствие натуральных шумов природы, что роднит данный подстиль с музыкой стиля эмбиент.

Эпик-транс, нередко именуемый также аплифтинг (англ, uplifting), в свою очередь является своеобразной версией прогрессив-транса, отличаясь от него лишь тем, что в эпик-трансе первостепенную роль приобретают яркие вокальные или инструментальные мелодические партии. Примером эпик-транса могут служить треки таких авторов, как Ian Van Dahl «Castles In the Sky», KAYESTONE «Atmosphere (angelic mix)», Ayla «Ayla (PART 2)».

Голландский транс, или датч-транс (dutch trance), характеризуется продолжительными (длина достигает нескольких минут) паузами в звучании ударных и баса. Звучание синтезаторных мелодических партий или секвенций отличается тембральной яркостью и большими акустическими пространствами. В течение данной паузы постепенно нарастает присутствие пульсирующего ритма, что особым образом воздействует на слушателей. Также следует отметить особую эмоциональную насыщенность гармонических ходов и последовательностей. Датч-транс нередко называют также мега-трансом (mega trance).

Примерами датч-транса являются композиции таких авторов, как Rank One «Airwave», Envio «Touched By The Sun».

Основной типичной чертой подстиля симфоник-транс является использование семплов живых инструментов симфонического оркестра. Симфоник-трансом являются треки следующих авторов: Crescendo «Are You Out There», Yomanda feat. Emma Shapplin «Spente Le Stelle».

Так, дип-транс (deep trance) в своем звучании близок к брит-хаусу, который также находится очень близко к границе стилей хаус и транс. В дип-трансе практически отсутствует мелодия. Основное музыкальное движение происходит в плавно развивающихся синтезаторных секвенциях. Бит в дип-трансе также отличается особой мягкостью звучания. В качестве примеров дип-транса можно привести композиции таких авторов, как The Fact «Contact», Excession «Affected».

Тек-транс (tech trance) – подстиль транс-музыки, многое позаимствовавший в музыке техно. Это, прежде всего, проявляется в техногенности звучания, обилии коротких, ритмично повторяющихся, синтезаторных звуков, что в какой-то степени отражает звучание музыки электро. Гармонические ходы не столь эмоционально насыщены, как в датч-трансе.

Примерами тек-транса являются треки таких авторов, как Spirallianz «Side Winder», Aphid Moon «A Lot Of Radio», Cosma «Human Evolution».

Брейк-транс (break trance) – подстиль транс-музыки, отличающийся от других подстилей тем, что в своей ритмической основе содержит не стандартный трансовый бит со всеми его чертами звучания, а ломаный бит. Это сближает брейк-транс с брейкбитом и позволяет нам говорить о том, что брейк-транс – подстиль, находящийся на границе стилей транс и брейкбит.

Примерами брейк-транса можно считать треки таких авторов, как Paul Van Dyk «Vega», Hybrid «Finished Symphony», Christian J «Understand».

Второй подстилевой группой стиля транс является пси-транс[219] (psy trance), на формирование которой во многом повлиял классический транс с типичными для него партиями ударных и пространственным звучанием. В нее входят такие подстили, как гоа-транс (goa trance), псайкеделик-транс (psychedelic trance), хеви-метал-гоа (heavy metalgoa).

Гоа-транс (goa trance) – направление, получившее свое название от индийского штата Гоа, на пляжах которого еще в 60-е годы стали отдыхать предпочтительно рок-музыканты, путешественники и прочие люди, жившие по принципам хиппи. Непосредственным атрибутом данного отдыха была рок-музыка того времени. Когда в Европе конца 80-х годов начался бум вокруг эйсид-хауса, на пляжах Гоа, так же как и на Ибице, резко возрос интерес к эйсид-музыке. В результате экспериментов таких местных музыкантов, как Goa Gil, в Гоа возникло свое направление танцевальной электронной музыки, получившее название гоа-транс.

Типичными чертами звучания гоа-транса являются большая энергичность басовой партии, насыщенность короткими повторяющимися звучаниями аккордов синтезаторов.

Большую роль в развитии гоа-транс-музыки сыграли музыканты из Израиля, представители которого в период с 80-х до начала 90-х годов регулярно посещали курорты Гоа. Поэтому среди авторов гоа-транс-музыки много израильских музыкантов, таких как Harel Prussky, DJ Miko (California Sunshine), Guy Sebbag и, конечно же, Astral Projection (Avi Nissim, Lior Perlmutter и Yaniv Haviv). Нередко их творчество выделяется в отдельное направление, называемое израильским трансом, отличающимся от большего числа европейских направлений особой мелодичностью и мощностью басовой партии, что создает большую энергетику в звучании.

На сегодняшний день среди гоа-транс-музыкантов можно также отметить Cosmosis «Gift of the Gods», Talamasca «Sinai», Etnica «Mystical Experiences in Goa» и других.

Говоря о гоа-трансе, необходимо упомянуть о дарк-трансе (dark trance), который в своем звучании близок к подстилям пси-группы, однако отличается более мрачным звучанием, что выражается в специфических гармонических ходах, аккордах, нагнетающем звучании синтетических стаккато. Звучание партий в дарк-трансе более отрывистое и разрозненное, нежели в подстилях пси-группы. Дарк-трансом являются треки таких авторов, как Plastic Angel «Hardwired», De Niro «Mind Of Man».

Нередко, говоря о гоа-трансе, в качестве синонима используется понятие псайкеделик-транс (от греч. psyche – душа и delia – иллюзия), отражая тем самым психоделическую направленность данного подстиля.

Хеви-метал-гоа (heavy metal goa) – подстиль транс-музыки, отличающийся от других подстилей группы пси-транс использованием звуков и семплов из музыки хард-рок, хеви-метал со свойственными им гитарными рифами и мелодическими ходами. Примерами хеви-метал-гоа являются треки таких авторов, как Sun Project «At The Edge Of Time», Infected Mushroom «None Of This Is Real», Dark Soho «Combustion».

Хард-дэнс (hard dance) – еще одна группа подстилей транс-музыки, включающая в себя хард-эйсид-транс (hard acid), эн-эр-джи-транс (NRG), хард-транс (hard).

Необходимо отметить связь между хард-дэнс-подстилями и музыкой эйсид-транса, что особенно проявляется в хард-эйсид-трансе, который, так же как и эйсид-транс, изобилует звуками синтезатора Roland ТВ-303. Однако звучание синтезаторов в хард-эйсид-трансе отличается большей яркостью, достигаемой за счет использования резонансных фильтров. Также хард-эйсид-транс более энергичный и агрессивный подстиль, нежели эйсид-транс, что в принципе свойственно всем подстилям хард-дэнс.

Эн-эр-джи-транс отличается от других подстилей более высоким темпом и преобладанием акцентов на слабые доли в басовой партии, что роднит данный подстиль «транс-музыки» с подстилями направления «хард-дэнс» в «хаус-музыке» – с «хард-хаусом». «Эн-эр-джи-транс» – это треки таких авторов, как ВК & Nick Sentience «Noise», Intoxication «Walking».

Хард-транс отличается от хард-эйсид-транса тем, что в нем нет такого преобладания звуков, похожих на Roland ТВ-303. Звучание синтезаторных партий в хард-трансе более разнообразное и в тембральном, и в мелодическом смыслах.

В качестве примеров хард-транс-музыки можно привести треки таких авторов, как Hennes & Cold «The Second Trip», Cinderella «The Realm», Angel Beats «Brightness».

Брейкбит (breakbeat) – стиль танцевальной электронной музыки, сформировавшийся в конце 70-х – начале 80-х годов XX века. Главная идея брейкбита – использование в ритмической основе ломаного бита, представляющего из себя закольцованную последовательность воспроизведения ритмических сбивок (брейков) из композиций стиля фанк. Таким образом, в отличие от прямого бита, в ломаном, в простейшем его виде на 2-й и 4-й доле такта отсутствует звучание басового барабана. Удар, сопровождавший третью долю, обычно смещен на 16-ю или 8-ю доли к началу такта, одновременно с этим дублируясь на 3-й слабой доле, что позволяет избежать ритмических пустот, делая звучание ритма цельным и непрерывным.

Изначально брейкбит был продуктом диджейского творчества и создавался посредством последовательного воспроизведения брейков с пластинок, однако впоследствии брейкбит стали записывать, используя живых барабанщиков и басистов, а также ритм-машины и синтезаторы.

Особую популярность брейкбит получил в 80-е годы, когда стал музыкальной основой хип-хоп-культуры. Брейкбит хорошо сочетался с рэпом (rap) – рифмованными речитативами, имеющими свои корни в музыке регги и ставшими одним из ярчайших проявлений хип-хоп-культуры.

В 80-е годы появляется множество подстилей брейкбита, связанных с хип-хоп-культурой и, в частности, с рэпом, которые можно объединить в одну большую группу, чаще всего именуемую как рэп, брейкбит 80-х или хип-хоп. Однако в рамках изучения танцевальной электронной музыки наиболее приемлемым представляется название брейкбит 80-х, так как при остальных вариантах может возникать ситуация подмены понятий. Несмотря на немалое количество подстилей, возникших в данной группе, многие из них сходны в своем звучании друг с другом и отличаются лишь смысловым наполнением исполняемых речитативов или географическим положением места происхождения.

Такими подстилями прежде всего являются ист-кост-рэп и вест-кост-рэп (east-coast-rap & west-coast-rap – в перев. с англ, рэп Восточного побережья и рэп Западного побережья), ганста-рэп (gangsta). Все указанные направления характеризуются минималистичностью музыкального сопровождения и в музыкальном плане представляют из себя исполнение речитативов под воспроизводимые в темпе 70-100 ударов в минуту барабанные «кольца», дополненные редкими звучаниями синтезаторных партий или семплов живых инструментов. Музыкальные семплы используются в основном в виде отдельных коротких вставок, подчеркивающих ритмические акценты, либо в виде засемплированных повторяющихся музыкальных фрагментов. Основная идея данных подстилей заключена в текстах исполняемых речитативов.

Примерами ист-кост-рэпа являются композиции таких коллективов, как Biz Markie «Vapors», Gza «Duel Of The Iron Mic», Public Enemy «Fight The Power».

Вест-кост-рэп – это 2pac «California Love», NWA «Straight Outta Compton», Ice-T «Money, Power, Women», Eazy-E «Hit The Hooker».

Южный рэп, чаще именуемый как грязный южный рэп (dirty south rap), – подстиль брейкбит-музыки, в основе которой лежит электро-бит, с исполняемыми под него речитативами. Южный рэп – это примитивные по смыслу речитативы, в основном ориентированные на аудиторию тинейджеров, исполняемые под звучание электро-бит. В музыкальном плане южный рэп так же несложен, как и ист-кост-рэп и вест-кост-рэп. Единственным музыкальным отличием является более быстрый темп воспроизведения – до 130–140 ударов в минуту.

В качестве примеров южного рэпа можно привести творчество таких коллективов, как The Dogs «Take It Off», Scarface «Born Killer», Freak Nasty «Da dip».

Использование элементов музыки стиля брейкбит в качестве музыкальной основы для речитативов имело прикладной характер и не привнесло в развитие данного подстиля новых музыкальных идей.

В качестве примеров, характеризующих брейкбит как стиль танцевальной электронной музыки, наиболее показательны такие подстили, как электро, турнтаблизм, Майами-бас, биг-бит (кемикал-бит).

Электро (electro) – подстиль музыки брейкбит, отличительной чертой которого является использование электронных по своей природе звучания инструментов: ритм-машин, синтезаторов, голоса, обработанного вокодером, что создавало эффект говорящего робота. Благодаря этому звучание электро становится более монотонным и механистичным, создается впечатление, что данная музыка воспроизводится не человеком, а машиной или роботом.

Электро 90-х годов отличается от первых опытов в данном подстиле более высоким качеством звукозаписи, передачи тембров инструментов и нередко именуется нью электро (new electro).

Примеры музыки электро – это Kraftwerk «Boing Boom Tschak», Afrika Bambaataa «Planet Rock», Herbie Hancock «Rockit».

Использование музыки электро в сочетании с вокалом привело к появлению нового подстиля, получившего название фристайл (freestyle).

Примеры фристайл – это Rockell «In A Dream», Wickett «I Want You», Debbie Debb «I Wanna Dance».

Турнтаблизм (turntablism[220]) – подстиль брейкбита, в основе которого лежит всевозможное манипулирование звучанием музыкальной композиции, посредством движения пластинки под включенным звукоснимателем. Данное манипулирование пластинкой нередко именуется скретчингом (scratching). В отличие от электро, в звучании турнтаблизма более отчетливо проявляется участие человека. Это обусловлено, прежде всего, ритмическими неровностями в манипуляциях с пластинками, что значительно уменьшает монотонность и механистичность в звучании и создает впечатление живого выступления. Умение воспроизводить скретчи является своеобразным показателем мастерства диджеев.

В качестве музыкально-ритмической основы в процессе скретчинга используются ритмические «кольца» ударных инструментов, а также отдельные семплы звучания акустических инструментов или вокала.

Примерами турнтаблизма являются такие треки, как Dj Q-Bert «Razor Blade Alcohol Slide», Mix Master Mike «Supa Wyde Laces», Kid Koala «Fender Bender».

Майами-бас (Miami bass) – один из ранних подстилей брейкбита, происхождение которого относится к середине 80-х годов XX века, ставший основой для появления направления бути-басс (booty bass). Отличительной чертой музыки Майами-бас является нарочитая гулкость в басовой партии в области низких частот, при этом электро-бит, используемый в качестве ритмической основы, нередко отодвигается на второй план в силу того, что в звучании басового барабана не столь подчеркнуто звучание низких частот. Майами-бас отличается динамичностью звучания, что проявляется в относительно высоком темпе композиций (до 140–150 ударов в минуту), использовании мелких длительностей в партиях синтезаторов, а также сочетании рэп-речитативов и вокальных распевов.

Примерами музыки Майами-бас являются такие композиции, как Uncle Al «Slip’N Slide», Dj Magic Mike «You want Bass», 69 Boyz «Tootsee Roll».

Наиболее интересными с музыкальной точки зрения являются подстили, сформировавшиеся и ставшие популярными в 90-е годы, – биг-бит (bigbeat), а также близкий ему кемикал-бит (chemical beat).

Звучание данных подстилей отличается богатством и насыщенностью тембров используемых инструментов. Также необходимо отметить тем-бральную насыщенность партии ударных инструментов, изобилующих звучаниями разнообразных перкуссионных и шумовых инструментов, что в совокупности с темпом, находящимся в пределах 125–135 ударов в минуту, добавляет композициям данных подстилей динамичности и агрессивности.

Отличием кемикал-бита от биг-бита является использование преимущественно синтетических, электронных тембров, роднящих данный подстиль с acid-house. В то же время в биг-бите нередко используются тембры оркестровых инструментов, а также электрогитар.

Примерами данных подстилей являются Crystal Method «Busy Child», Chemical Brothers «Electrobank», The Prodigy «Poison».

Смешение брейкбита с элементами других музыкальных стилей в 90-е годы привело к появлению таких подстил ей, как фанки-брейкбит (funky break beat) – брейкбит с обилием семплов из фанк, трайбл-брейкбит (tribal break beat) – брейкбит с использованием перкуссионных инструментов.

Также в 90-е годы стало популярным использование ритмической брейкбит-основы в сочетании с вокальными партиями стиля соул (soul). В результате появилось целое направление в популярной музыке, часто именующееся в СМИ как ар-н-би (r’n’b – rhythm and blues). Музыку ар-н-би отличают насыщенность музыкальными и, прежде всего, вокальными партиями. Темп композиций находится в пределах 90-110 ударов в минуту.

Примеры ар-н-би композиций – это Lathun «Freak It», Sisqo «Not Afraid», Imx «Ain't No Need».

Джангл (jungle) – стиль танцевальной электронной музыки, сформировавшийся в начале 90-х годов XX века. Появление джангла связано с взаимодействием трех стилей музыки: хардкора, брейкбита и музыки регги. Рассмотрение развития данного стиля нередко приводит к определенной терминологической путанице. Для некоторых современных слушателей звучание музыки джангл больше ассоциируется с названием драм-н-бейс. И назвать это ошибкой было бы также не совсем правильным.

Дело в том, что с момента своего появления джангл развивался сразу несколькими путями. Это и аутентичный рагга-джангл, и альтернативный интеллиджент-джангл (intelligent jungle), и более мрачный дарккор (darkcore).

В ритмической основе рагга-джангла лежит ускоренный ломаный бит, темп которого колеблется от 150 до 180 ударов в минуту. Из музыки регги рагга-джангл позаимствовал басовые партии, вокал и речитативы. Необходимо отметить, что, несмотря на ускоренный бит, партия баса имеет более медленный, протяжный характер. Таким образом, может создаваться ощущение, что один такт партии баса приходится на два такта барабанов. Также отличительной чертой джангла в его первичном варианте является облегченность партии ударных, получившаяся в результате исключения низко звучащих ударов басового барабана. Однако некоторые подстили джангл-музыки впоследствии стали использовать данное звучание вновь.

Если на начальном этапе рагга-джангл был самым популярным среди подстилей джангл, то со временем развитие остальных направлений джангл привело к появлению большого количества подстилей, в которых регги-составляющие (вокал, бас) были вытеснены иными звучаниями, никак не связанными с ямайской музыкой.

Со временем и само название стиля сменилось более емким и универсальным термином драм-н-бейс, включившим в себя все, что появлялось нового в данном направлении. В целом отличительной чертой позднего джангла, или драм-н-бейс, является использование насыщенного низкими частотами звучания басового барабана в ритм-секции, а также ярко выраженной доминирующей в своем звучании партии баса, исполняемого как акустическими басовыми инструментами, так и синтетическими.

Одной из ветвей развития драм-н-бейс стало появление таких подстилей, как хард-степ (hardstep), дарк-степ (darkstep), тек-степ (techstep). В качестве музыкального наполнения в данных подстилях используются синтетические мелодические ходы, а также отдельные звуки и их сочетания, чаще всего создающие ощущение диссонанса и мрачности. Слово степ, входящее в название каждого из указанных подстилей, обозначает довольно узнаваемый ритмический рисунок, когда удар басового барабана смещается с 3-й сильной доли на следующую за ним слабую долю.

Примерами данных подстилей являются композиции таких авторов, как Grooverider «On The Double», Capone «Tudor Rose», Dj Hype «Weird Energy».

Отличается своей простотой музыкального содержания подстиль джамп-ап (jump up). В композициях, относящих к джамп-ап, присутствуют преимущественно только партии ударных инструментов и баса. Необходимо отметить, что, в отличие от других подстилей, в композициях, относящихся к джамп-ап, бас более подвижен и исполняет более сложные ходы и пассажи.

В качестве примеров музыки подстиля джамп-ап можно привести такие композиции, как Aphrodite «Jungle brother», Mulder «The Hard Way», Majistrate «Prohibited».

Особый интерес представляют подстили музыки драм-н-бейс, сформировавшиеся в результате совмещения с другими стилями.

Так, использование приемов из музыки стиля транс привело к появлению подстиля транс-степ. Его отличительными чертами являются большие акустические пространства, использование синтезаторных секвенций и протяжных «падовых» звучаний, характерных для музыки стиля транс.

Примерами музыки транс-степ являются John В «American Girl», Raiden «Failin’», Cydefx «Timescape».

Облегченным вариантом музыки транс-степ являются композиции подстиля атмосферик-джангл (atmospheric jungle). В результате применения звучания басового барабана с пониженным уровнем низких частот, а также большего акцента на использование протяжных «падовых» звучаний, композиции данного подстиля становятся близки к музыке стиля эмбиент и часто именуются эмбиент-джангл (ambient jungle).

Примерами таких композиций являются Blame «Alpha: 7», LTJ Bukem «Horizons», Apollo 440 «Vanishing Point».

С использованием мелодических ходов, а также семплов и фрагментов звукозаписей музыки джаз сформировался подстиль, именуемый джаз-степ (jazzstep). Также вместе с инструментальными фрагментами из джазовых композиций позаимствованы и вокальные партии или их фрагменты, семплы.

Примеры джаз-степа – это DJ Pulse «Planet Funk», Amorphouse «Sidestepper», Roni Size Reprasent «Brown Paper Back».

В отдельную подстилевую группу можно выделить подстили, относящиеся к IDM-направлению танцевальной электронной музыки, сформировавшемуся в 90-х годах XX века. Это экспериментал джангл (experimental jungle), глитч (glitch) и ряд других подстилей. Для всех обозначенных подстилей характерен нарочито электронный тембр звучания, а также сложность ритмических рисунков во всех партиях.

Экспериментал джангл — подстиль, в рамках которого главный акцент сделан на эксперименты в партии ударных инструментов. Композиции данного подстиля изобилуют вариациями ритмических последовательностей, повторений в партии барабанов, воспроизводимых во всевозможных сочетаниях. С точки зрения слухового анализа необходимо отметить также использование понижения уровня низких частот в партии ударных, что делает композиции более «легкими» и динамичными.

Примерами композиций данного подстиля являются Squarepusher «Rustik Raver», Aphex Twin «4».

Глитч – наиболее экспериментальный из подстилей джангл. Нередко звучание композиций данного подстиля напоминает зацикленное повторение короткого фрагмента звукозаписи на компакт-диске или сочетание таких повторений.

В качестве примеров композиций глитч можно привести Electric Company «As Am I», Twerk «Inorganic Clarity», Fax «Danz».

Рассмотрение и классификация стилей и подстилей танцевальной электронной музыки показывает, что основными критериями их дифференцирования являются различия в области ритмических и тембральных средств выразительности, а также новых возможностей редакции записанного звука, реализуемых с помощью электронных средств обработки.

На современном этапе широкое многообразие описанных стилей позволяет существенно расширять аудиторию слушателей композициям совершенно разных жанров. Создание ремиксов стало неотъемлемой частью современного музыкального бизнеса. Издавая ремиксы на свои композиции, авторы нередко открывают для себя целые группы новых поклонников того или иного стиля.

Продюсеры ремиксов, нередко именуемые как ремикс-артисты (remix artist), зачастую являются не менее значимыми личностями для привлечения внимания аудитории к новой композиции.

Стремительный рост количества стилей и подстилей танцевальной электронной музыки в 90-е годы XX века весьма красноречиво демонстрирует тот уровень востребованности, которого достигла танцевальная электронная музыка за всего два десятилетия.

Раздел III

Художественные образы представителей молодежных

субкультур ХХ века – источник развития вестиментарной моды

Стремительное развитие общества и его социально-демографической группы, называемой молодежью, повлекло за собой рождение целого ряда специфических явлений, в том числе и особенной разновидности культуры, получившей название молодежной. Молодежная культура — динамично развивающаяся социокультурная система современного общества, которая выявляет себя во взаимодействии с доминирующей культурой. Вплоть до конца XX века она являлась лишь редупликацией основной, и только осознав свою качественно иную природу, вычленяется в относительно самостоятельное образование. Ее характер обусловлен не только значительной ролью молодого поколения в современном обществе, но и всеми процессами, происходящими в нем. Сущность молодежной культуры – единство противоположностей – конформизма и созидательности. Конформистской она является потому, что с ее помощью юное поколение стремится адаптироваться к существующей общественной системе, влиться в нее. Созидательность проявляется в творческом проявлении самовыражения, создании ярких новаций. В этих противоречиях видна двойственность самоопределения молодежи: с одной стороны, им важна принадлежность к какой-то общественной группе, а с другой – необходимо отличаться от других.

До 1990-х годов понятия молодежная культура и молодежная субкультура не разделялись, «приставка “суб-” появлялась лишь тогда, когда хотели подчеркнуть, что молодежная культура вторична по отношению к базовой и включена в нее»[221]. Как «особая сфера культуры, суверенное целостное образование внутри господствующей культуры, отличающееся собственным ценностным строем, обычаями, нормами»[222], определяется рассматриваемое понятие в настоящее время.

Сложность, неоднозначность и даже противоречивость субкультурных процессов привлекла внимание многочисленных исследователей всего мира. В 1970-е годы британскими леворадикальными социологами были предприняты попытки разработать теорию субкультур. Именно тогда понятие «молодежная культура» было заменено картиной множества молодежных субкультур. Представители каждой из субкультур стремились выделиться, привлечь к себе внимание, с одной стороны, и объединиться внутри своего сообщества, с другой. Выражение этого противоречия достигалось за счет идеологических основ, музыкальных пристрастий и своеобразного внешнего вида. Как правило, сначала определялась идеологическая основа, и в ее контексте происходило создание собственной музыки, не имеющей ничего общего с модными стилевыми направлениями. Затем появлялся отличительный внешний вид, костюм, опровергающий те тенденции, которые предлагала официальная мода. На протяжении второй половины XX века процесс самоидентификации внутри молодежных субкультур проходил именно в такой последовательности. Рождаясь в Америке, новые музыкальные течения распространялись в Европе. В Англии они находили свое визуальное выражение. Не случайно Великобритания является родиной большого количества молодежных субкультур, ведь именно английская склонность к поиску экстравагантного внешнего вида создавала почву для экспериментов. Ярчайший пример – движение панков. Панк-музыка появилась в Америке, а широко известный образ панка сложился в Лондоне, благодаря творческим усилиям Малькольма МакЛарена и его жены, ставшей впоследствии дизайнером с мировым именем, Вивьен Вествуд.

Одежда, подобранная по определенному принципу, выступала как самый распространенный визуальный символ, имеющий целью идентификацию индивида со своей группой и обозначение дистанции между другими общественными группами и субкультурами. Таким образом, к концу XX века внутри субкультурных сообществ сформировались определенные художественные образы, созданные на основе философских идей, танцевальных или спортивных увлечений и побуждаемые новыми музыкальными ритмами. Имеющие под собой разные основы, каждый их них остается узнаваемым. Последнее десятилетие XX и начало следующего XXI века молодежные субкультуры перестали возникать на идеологических основах, но остались музыкальные поиски, появилось обращение к новым информационным технологиям и компьютерным играм и никуда не исчезло стремление к самовыражению посредством создания художественного образа. Благодаря субкультурным движениям, в молодежной моде возникло явление стритстайл, вобравшее в себя весь арсенал выразительных средств субкультурных костюмов XX века для дальнейших экспериментов с перевоплощениями.

Существование альтернативной культуры в совокупности с мировоззрением, образом жизни, противостоящими фундаментальным принципам, господствующим в обществе, постепенно привело к изменениям в сфере вестиментарной моды. Образы молодежной субкультурной среды повлияли на официальную вестиментарную моду и определили ее развитие на десятилетия вперед. Не заметить стихийного творческого процесса создания молодежью индивидуальных образов было невозможно, и улавливающие дух времени дизайнеры стали обращаться к молодежным субкультурным образам как к новому источнику для создания коллекций. Как показало время, элементы костюмов представителей различных субкультур оказываются очень жизнестойкими и, творчески переработанные профессионалами, надолго остаются в истории современного костюма.

Начиная с 1960-х годов прошлого века высокая мода обращается за вдохновением к субкультурным движениям. Под их влиянием преобразовываются общепринятые эталоны красоты, теперь они основываются на идеалах молодости. Воздействие постмодернистских течений накладывает отпечаток на взаимодействие высокой моды и художественных образов представителей субкультур, оно принимает другой характер. В его основу ложится принцип цитирования, то есть заимствования отдельных характерных деталей. В качестве примера можно привести творческие коллекции Джона Галльяно и Жан Поля Готье, в которых очень часто смешиваются элементы, взятые из различных направлений субкультурной среды.

Художественные образы, воплощенные в костюмах представителей субкультур, не только подарили новые стилевые направления официальной вестиментарной моде, но и дали толчок к изменению зрительного восприятия костюма. В частности, принцип создания костюма хиппи – комплектность, основанный на случайном подборе предметов одежды, с 1970-х годов заменяет принцип ансамбля, который исключал появление в образе случайных вещей.

Субкультурная среда, ставшая основой явления стритстайл, обогатила вестиментарную моду, позволила ей вдохновляться своими идеями, тем самым запустив новый механизм развития моды «от улицы до подиума». Такой подход был невозможен на протяжении предыдущих эпох, осуждаем в 1960-х годах и лишь к концу XX века завоевывает признание.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что молодежные субкультуры положительно повлияли на развитие вестиментарной моды конца XX – начала XXI века.

3.1 Рождение нового художественного образа 1920-х годов[223]

В 1920-е годы, после потрясений Первой мировой войны в обществе царила атмосфера ощущения свободы, возрождения, больших возможностей, предоставляемых техническим прогрессом. Жажда жизни, вера в будущее прорывались во всем – «бешеных» вечеринках, роскошных нарядах и в повседневной одежде. Всё было «через край» в мире, еще не остывшем от войны, в людях, покалеченных войной и душевно, и физически. Человеческий характер на сломе эпох не остается застывшим, он становится чрезвычайно выразительным как отражение глобальных изменений. Трансформирующаяся под влиянием войны модель поведения повлекла за собой и изменения во внешности женщин.

Как воплощение новой свободной женщины, свободной телесно и духовно, был воспринят образ, созданный Виктором Маргериттом в романе «Ля гарсон», вышедшем в 1922 году. «Воздух был насыщен новым и скандальным ароматом – ароматом новой женщины, garzonne – женщины, похожей на мальчика и манерами и внешностью»[224]. Она становится «иконой» десятилетия.

В эти годы с формированием облика, подобного мальчику, длина женской одежды резко укорачивается, тогда как ранее женская послевоенная одежда позволяла открыть ноги только до середины икры. Однако образ женщины-мальчика не был унисексуальным, он отличался новой женственностью, близкой к андрогинности. Он и не мог оставаться прежним, с резким изгибом тела, создаваемым корсетами, от которых полностью отказались в военное время. В новых платьях прямого покроя линию талии располагали ближе к бедрам, зрительно вытягивали конструктивными линиями фигуру, так она казалась узкой. Становится непринятым подчеркивать грудь. Для достижения эффекта уплощенной фигуры женщины прибегали к эластичному белью, утягивающему естественные формы.

«Слово la garconne, ставшее расхожим, благодаря писателю Виктору Маргеритту, указывает на то, что референтом для новой “женской идентичности” служит все же мужчина. “Современная” девушка ведет себя “как мужчина”. Она пользуется свободой нравов, которая до этого была закреплена за мужчинами, и ценит личную независимость. Она носит костюмы, которые сглаживают ее округлости, у нее короткие волосы, она управляет автомобилем и курит на публике»[225].

Стиль гарсон содержит элементы мужского костюма – пиджаки, галстуки, жилеты, небольшие шляпы, кашне. Что касается брюк, то в 20-е годы они предлагаются как одежда для отдыха – пляжные ансамбли, или же как вариант домашней одежды – пижама. Шанель вводит в моду женские брюки, надевая их на загородные прогулки.

Предыдущий идеал женской внешности, неизменно затянутой в корсет, акцентировал знаковые части тела – грудь и талию. В новом акцент сместился на ноги, открывающиеся настолько, насколько это казалось возможным в то время. Короткая стрижка тоже отвечала требованиям «походить на мальчика». Платья, предназначенные для танцевальных вечеринок в ритме джаза, не столько тяготели к унисексуальности, сколько проводили границу между возрастными категориями женщин. Достичь в образе эффекта девушки-подростка не всегда возможно даме солидного возраста. К тому же и весь образ жизни – динамичный, спортивный, включающий и езду на автомобилях, разъединяет поколения, как и стремление строить карьеру.

Рис. 1. Танцы и костюмы 1920-х гг.

URL: https://www.lweintemet.ru/users/ domenika67/post240742805/ (дата обращения: 06.04.2021)

Модные танцы отличаются безудержностью, энергичным ритмом и быстротой (рис. 1), непосредственным контактом с партнером, тогда как в предыдущем веке движения были плавными, а партнеры отстраненными друг от друга. Для прежних танцев годились длинные пышные платья, высокие прически, для новых – короткие, невесомые, позволяющие стремительно исполнять чарльстон, фокстрот и блэк боттом. Танцы позволяли поддерживать модную стройность фигуры, следовать идеалу «женщины-мальчика», что тоже проводило разделительную черту между поколениями, как и эпатаж – основное правило поведения поколения молодых в 1920-е годы, отличавшее их от поколения предыдущего, воспитанного в духе викторианской морали. Демонстративное курение относилось к одному из способов эпатажа. «Что касается аксессуаров, то важна была не стоимость, а шокирующий эффект. Поэтому бесконечно длинный мундштук, который мог быть так провоцирующе двусмыслен, пользовался еще большим успехом, чем безумно длинная нить жемчуга, причем совсем необязательно настоящего»[226].

Образ новой женщины периода 20-х годов прошлого столетия чрезвычайно противоречив. С одной стороны, он тяготеет к мужскому, но с другой – остается верен вечной женственности (рис. 2). Упрощенность силуэта, незаметность груди, узость бедер, короткая стрижка – все эти приемы создавали андрогинность облика, но обильный макияж, более похожий на грим, маникюр, открытые ноги и руки, а в вечерних нарядах и спины – «кричали» о женской сути.

Рис. 2. Платье в стиле ар-деко 1920-х гг.

URL: https://zen.yandex.ru/media/costumer/ lulu-kak-kcintessenciia – fleppera-iz- 1920h-5ff 89368d1 a90641caca5596 (дата обращения: 06.04.2021)

Очевидно, что как только в женском облике появляются черты, сближающие его с мужским полом, парадоксальным образом появляются и новые отличия, не позволяющие торжествовать унисексуальности.

Рис. 3. Танцовщица Жозефина Бейкер в сценическом костюме, 1920-е гг. URL: https://homsk.com/begemot/ zhozefina-beyker-golaya – pravednitsa (дата обращения: 06.04.2021)

Можно сказать, тело женщины периода а-ля гарсон тяготеет к андрогинности, олицетворяющей образ юности. Однако костюм еще не приобрел тех форм и черт выразительности, которые бы усилили его сходство с мужским. В повседневном стиле женщины использовали одежду, заимствованную из мужского гардероба, а также спортивную, которая, в свою очередь, ранее относилась только к мужской. Так, в повседневный обиход вошли свитера, на блузках появились высокие, застегивающиеся на шее воротнички, на шее завязывались небольшие галстуки. И даже манжеты блуз застегивались на запонки.

Молодость начиная с периода 20-х годов становится доминирующей в обществе возрастной категорией, возникает своеобразный культ молодости. Внешние его проявления привлекают своеобразием, яркостью, но содержательная основа явления не однозначна.

Идеал обновленного женского «облика юности» воспевает Жозефина Бейкер, чернокожая американская певица и танцовщица 1920-х годов (рис. 3). Ее феерические выступления в юбочке из бананов, когда она танцевала модный танец чарльстон, обратили взоры европейской публики к афроамериканской культуре. Загорелое тело стало одной из главных составляющих нового идеала красоты, резко отличавшегося от прежних идеалов с «аристократической бледностью» кожи. Телесная белизна считалась неоспоримым атрибутом красоты, обладание которой было доступно лишь тем слоям общества, которым не было необходимости работать. Работа на открытом воздухе, которой занимались женщины и мужчины неимущего класса, неизбежно приводила к загару. Так приобретенный загорелый цвет тела служил демаркационной линией раздела классов. XX век изменил условия труда, повлекшие за собой и перемены в образе жизни. Теперь работа происходит в основном в закрытых помещениях, и загар ассоциируется не столько с трудом, сколько с отдыхом на курортах, доступ к которым имеют представители имущего класса. На Западе красоту загорелой кожи ввела в моду Габриэль Шанель в 1922 году. Женщины зрелого возраста не могли отказаться от казавшегося им незыблемого правила белизны кожи, тем более что в этом их поддерживал знаменитый кутюрье Поль Пуаре – авторитет того времени в области моды.

Предсказанная еще в 1930-е годы Хосе Ортега-и-Гассетом (в произведении «Восстание масс») опасность «массового человека» имеет непосредственное отношение к означенному явлению. Он афористично назвал такого человека – «самодовольный недоросль», интуитивно предсказав появление ранее неизвестного «культа молодости». Ортега относился к поколению, стеснявшемуся казаться молодым; уважая зрелость и мудрость, его ровесники стремились выглядеть солидными. Предсказания выдающегося мыслителя сбылись. Остались в прошлом революции, пали диктатуры, а курс на омоложение общества продолжает «набирать обороты». Контркультура и сексуальная революция 1960-х годов придали процессу широкомасштабность.

Почему Хосе Ортега предупреждал о негативных последствиях этого процесса, казавшегося прогрессивным? Опасность виделась ему в том, что инертность и безликость массового человека проявляется интенсивнее в силу незрелости, которая свойственна мыслям и чувствам юного возраста.

3.2 От костюма зут и хипстеров 1940-х годов к современным хипстерам[227]

Вторая мировая война поделила десятилетие 1940-х на две части – военную и послевоенную. Это повлияло на все стороны жизни и в том числе на костюм. Военное время вносило свои поправки в требования к одежде. Все внутренние ресурсы стран были направлены на реализацию нужд фронта. В условиях ограниченности ресурсов во всех воюющих странах был введен режим экономии. Гражданам Европы и США предлагались экономичные варианты одежды, с минимальным расходом ткани, кроме того, предусматривалась возможность, комбинируя, сшить из старого новое. И у мужчин, и у женщин по тем же причинам укоротилась длина одежды, произошел отказ от манжет, отворотов, накладных карманов.

В Англии план «Утилиты» ввел нормы расхода тканей и сопутствующих материалов для производства одежды, которые швейные предприятия должны были неукоснительно выполнять. Подобные ограничения в стремлении помочь фронту ввели и США.

Необходимость сокращения расходов тканей в связи с трудностями войны вызывала протест у цветной части американцев. Созданный ими альтернативный наряд зут имел вид традиционного мужского костюма, увеличенного на несколько размеров: пиджак, достигающий коленей, с огромными плечевыми накладками и широкими лацканами, и брюки на подтяжках с завышенной линией талии и глубокими складками, заложенными на поясе (рис. 4). Дополняли образ длинная массивная «золотая» цепь, спускавшаяся от талии до коленей ниже полы пиджака, ботинки из кожи двух цветов и шляпа с широкими полями. Широким, свободным костюмом зут афроамериканцы подчеркивали нежелание мириться с политическими условиями, диктовавшими необходимость ограничения материалов на производство одежды и вместе с тем отказ участвовать в жизни белого населения. Своим необычным, протестным видом они старались продемонстрировать незаинтересованность в проблемах страны и лишениях, связанных с военным временем. Зуты позволяли себе роскошествовать, тогда как основное население бедствовало в стремлении помочь фронту.

Рис. 4. Эстрадный исполнитель в костюме зут, 1940-е гг. URL: https//www.vintag.es/2015/11 /zoot-suit-trousers- 1940s-mens-fashion.html (дата обращения: 06.04.2021)

Французская версия зут получила название зазу. «Оно появилось от рефрена французского напева Джонни Нессеса в хите “за зоу зоу за”, но, по другой версии, оно могло возникнуть от хита Кеба Калловейса: “заз зу заз”»[228].

Те же корни имеют и художественные образы музыкантов – хипстеров, появившихся в нью-йоркской атмосфере послевоенного времени, с характерным для него исчезновением веры в себя и свободное общество; молодые интеллектуалы пришли к союзу с миром улицы, в индивидуальном творчестве отразив своеобразное мировоззрение. Наиболее близкое к их сути определение дал Дж. Керуак. По его мнению, определение хипстер происходит от сленгового музыкального выражения «to be at the high hip on», то есть «достигать высшей точки постижения качества звука в импровизации», образно говоря, находиться на вершине блаженства.

Зуты и хипстеры появились приблизительно одновременно – первые – в начале 1940-х годов, а вторые в послевоенное время. Оба движения были созданы афроамериканским населением, но в отличие от костюма зут, носившего откровенно протестный характер, хипстеры создали своеобразный наряд музыкантов, играющих серьезную, новаторскую музыку би-боп, основанную на импровизации.

Эксцентричный облик музыкантов-исполнителей создавался двубортными костюмами и разнообразными аксессуарами. Несмотря на то, что костюмы были относительно просторными, в сравнении со своим предшественником костюмом зут они выглядели прилегающими. Хипстеры, как правило, выражали свою индивидуальность, экспериментируя с аксессуарами. Так, мы видим на одной из фотографий музыканта, вместо галстука носящего обмотанный вокруг шеи шарф, а на голове не обычную шляпу с широкими полями, а черный берет. Их «козлиные» бородки, наряду с неординарными головными уборами и другими дополнениями, определили образ, впоследствии так же широко имитирующийся, как и их музыка (сегодня она называется эйсид джаз).

Облик хипстеров получил свое второе рождение в 1980-1990-е годы в костюме субкультуры эйсид джаз, взявшей за основу музыку предшественников, возрожденное музыкальное направление би-боп 1940-х годов, а также вобравший в себя особенности их внешности: использование беретов, но, в отличие от хипстеров 1940-х годов, красного или белого цветов, шарфов, ярких галстуков.

Вместе с музыкой они заимствовали и особенности облика хипстеров. Так, в среде эстрадных исполнителей распространены традиционные черные костюмы в сочетании с красными беретами и цветными галстуками. Среди молодежи, увлекающейся этой музыкой, как видно из различных фотографических источников, популярны трикотажные свитера в этническом духе, традиционные свитера, трикотажные рубашки с отложным воротником, вязаные жилетки (основной мотив рисунка на одежде – разноцветные полосы), брюки с защипами и джинсы. Головные уборы встречаются самые разнообразные: вязаные объемные береты, шапочки, плотно облегающие голову, шляпы с небольшими полями, объемные кепки и традиционные мужские шляпы (как у хипстеров). Аксессуары – черные солнцезащитные очки.

В целом эйсид джаз представляет собой постмодернистскую субкультуру, поэтому в костюме ее представителей смешиваются вещи разных десятилетий, тем не менее костюмы хипстеров стали их основным первоисточником.

В 2000-е годы хипстеры вновь вошли в моду, но само понятие хипстер обрело новую смысловую окраску. Время требует других идеалов. Теперь это не просто визуальное воплощение приверженцев определенной музыки, а собственная жизненная философия, основанная на творческом подходе к художественному оформлению внешности. Современный хипстер — молодой человек с оригинальной короткой прической, с выбритыми висками и удлиненным чубом, с бородкой, одетый в узкие джинсы и клетчатую рубашку, на ногах у него мокасины или высокие ботинки. Созданный образ совершенно не похож на его предшественника 1940-х годов, но он транслирует мировоззрение творческого человека, увлеченного музыкой новой эпохи, стремящегося подчеркнуть свой индивидуальный взгляд на окружающий мир.

3.3 Образы битников и первое соприкосновение высокой моды с «модой улицы»

В урбанистической Америке конца 1940-х – начала 1950-х годов появилась группа бунтарей, имевших определенные идеологические основы – уход от жизни общества, но их идеология носила протестный характер. В основном это были студенты и представители богемы, которые называли себя «разбитое поколение», или битники. Об их существовании первыми заявили американские писатели А. Гинзберг и Дж. Керуак. Последний выразил идеи этой субкультуры и сформулировал термин «разбитое поколение». Движение отличал дух свободы, характерный для довоенной Америки.

Битники стали одной из основополагающих субкультур XX века, как в идеологии, так и в области костюма. Для них характерен протест против силы государства, угнетающей и убивающей личность, пренебрежение основными американскими ценностями, презрительное отношение к обществу потребления, а также постоянное «пребывание в пути», ставшее образом жизни. Все это было очень точно передано Дж. Керуаком названием и содержанием книги «На дороге»[229].

Идеология движения строилась на взглядах Ж.-Ж. Руссо, Г. Маркузе, Ж. П. Сартра, проповедовавших свободу, равенство и озабоченных «выходом из тупика прогресса». Не приемля технократизм, битники разделяли точку зрения О. Шпенглера на процесс механизации мира. Битники отвергали идеалы брака и остальные ценности, принятые обществом. Для них характерна тоска по невостребованным возможностям, тяжелое ощущение своего одиночества, отчужденность от мира и, как следствие, уединение в «богемных гетто». Сильнее всего у представителей бит-поколения был выражен дух невмешательства в жизнь других.

Основа «разбитого поколения» — преобладание эмоционального начала, культ необузданных страстей, поклонение инстинкту, энергии, примитивизму, что выражалось в музыкальных и танцевальных импровизациях.

Заветной целью стало для них становление «нового» человека и образа жизни. Этому должна была соответствовать и внешность. Примитивизм в одежде, призывающий к возврату к природе, простоте существования, уходит корнями в философию киников, проповедующую аскетизм. Непритязательный облик выбран этой субкультурой в качестве способа идентификации людей, создавших эпатирующий стиль жизни. Принцип пренебрежения к одежде вобрал в себя те элементы, которые, пройдя через десятилетия, повторились в других субкультурах.

Джинсы или простые свободные брюки, просторная полосатая бретонская или клетчатая рубашка в духе деревенского кантри, из-под которой выглядывает белая футболка, черная кожаная куртка и рабочие ботинки или ременчатые сандалии составляли костюм битника. Непременным элементом являлся черный пуловер («черный пул»), введенный в моду поклонниками экзистенциалистов и богемой 1940-х годов. С их подачи впоследствии он становится униформой интеллектуалов. Часто они использовали отдельные составляющие американской армейской формы.

У юношей почти обязательная небольшая бородка, длинные волосы и круглые черные очки (ставшие своеобразным символом особого видения сквозь призму собственных взглядов) и черный берет, завершающий образ. Девушки одевались в просторные блузы и широкие черные брюки или юбки, их длинные волосы были распущены.

Черный цвет был выбран бит-поколением как символ отстраненности от мира. Бледность лица, общий меланхолический облик ассоциативно объединяют представителей «разбитого поколения» с романтиками XIX века. Подчеркивание левых взглядов находит отражение в ношении простых клетчатых рубашек и джинсов, которые еще не стали общепринятыми. Кроме того, они ввели этнические вещи и самодельные украшения как символ своего образа жизни – вечного пребывания в пути.

В дальнейшем можно говорить о некой исторической преемственности костюма, так, практически весь гардероб битников используется у представителей субкультуры гранж в 1980-е годы, однако в собственной интерпретации. Военная одежда становится любимой у рейверов в 1980-х, у представителей техно (technos), а также техно- и киберпанков и индустриальных (техно) готов в 1990-2000-х годах.

Впервые идеи молодежных субкультур были использованы высокой модой в коллекции Ив Сен-Лорана осень – зима 1959/1960 года под названием «Битник». Она включала куртки из крокодиловой кожи, отделанные норкой, черные свитера-водолазки (прообраз «черного пула») и вязаные шапочки. Тогда идеи кутюрье были расценены как неподобающие для высокой моды. Тем не менее нужно отметить, что он был первопроходцем, и отдать ему должное в умении предвидеть, в каком направлении будет двигаться вектор развития модных течений.

Впоследствии, после первой негативной реакции от революционных преобразований, вестиментарная мода все-таки открылась для новых идей, которые изменили ее в соответствии с требованиями времени.

3.4 От мотоциклетной униформы байкера к «металлическому» стилю рокеров

Летом 1947 года в Калифорнии мотобанды привлекли к себе внимание уличными потасовками. Бывшие солдаты американской армии, для которых адаптация к мирной жизни вызывала трудности, объединились «под знаменами» движения байкеров. Им не хватало динамизма событий, стремительных скоростей и ощущения свободы. Сумасшедшие гонки в мотоциклетном седле восполнили «недостатки» спокойной мирной жизни. Одним из доказательств того, что своей жизнью они не слишком дорожили, служит и их девиз: «Живи быстро, умри молодым, оставь после себя красивый труп»[230].

Байкеры любили езду на мотоциклах и высокие скорости, их костюм соответствовал выбранной специфике. В его основе – куртки из черной кожи, джинсы, закатанные на высоту ботинок, дополненных высокими кожаными гетрами, закрывающими ноги почти до колен, для защиты от брызг грязи, перчатки и шлемы военных летчиков.

Самой примечательной, удобной и любимой вещью байкеров стала кожаная куртка с косой застежкой-молнией, позднее пережившая многие десятилетия и вошедшая в число культовых иконографических предметов современной моды.

Куртка с асимметричной косой застежкой больше, чем любой другой предмет одежды, предоставляла ее обладателю ни с чем не сравнимое чувство власти. Знаменитая Эдит Пиаф в песне «Человек на мотоцикле» пела: «Он носил байкерские брюки, ботинки, и черную кожаную куртку с орлом на спине. Его мотоцикл, выглядевший как пушечное ядро, сеял вокруг террор»[231].

За курткой из черной кожи прочно закрепилась дурная слава, связанная с хулиганским характером ее обладателей. Но настоящим символом протеста бунтующего поколения она стала после смерти в автокатастрофе Джеймса Дина, носившего куртку «Перфекто». Помог этому и культовый фильм «Дикий» с М. Брандо.

Звездный час бунтарей пробил в конце 1960-х годов. Идеология байкеров, в основе которой – любовь к мотоциклам и стремительный образ жизни, получила свое продолжение у рокеров. Они также любили своих железных коней, бешеные скорости и кожаную одежду, а кроме того, увлекались новым музыкальным направлением – рок-н-роллом, что отразилось в их названии, что связывают, в частности, с хитом Элвиса Пресли «Рокер».

Кинематограф сыграл большую роль в популяризации движения среди молодежи. Фильм Д. Хоппера «Беспечный ездок» дал мощный импульс легендам о рокерах: для одних они стали кумирами, для других – отрицательными героями и злостными хулиганами, воспевающими жестокость и насилие. Подобно тому, как кинофильм «Дикий», с участием Марлона Брандо, стал основополагающим для идеологии их предшественников (рис. 5).

Рис. 5. Марлон Брандо в роли байкера в фильме «Дикий», 1956 г. URL: https:// pressa.tv/znamenitosti/85849-marlon-brando-samyy-populyamyy-bayker-50-h-godov.html (дата обращения: 06.04.2021)

В бунтарской среде царил культ патриотизма и мужского духа, а образом жизни выбран своеобразный отказ, разрыв с обывательской средой. «Рокер лишь тогда чувствует свободу, когда мчится с бешеной скоростью в неведомое»[232]. Девиз на их знаменах гласил: «Братство – навсегда!» Ощущая себя изгоями общества, они находили опору в своем клубе, группировке, дававшей чувство солидарности. У них существовала четкая организованность – устав, эмблема, которую должен носить член клуба, каждому необходимо иметь мотоцикл, участвовать в ралли или гонках и в совместных развлечениях. Эти объединения существуют и сегодня. Вот некоторые из их названий: «Дикие ангелы», «Лихие наездники», «Сорвиголовы», «Изгои», «Ангелы ада» и т. д. Вступить в них непросто – нужно пройти испытательный срок и церемонию приема.

Новые группировки мотоциклистов заимствовали у байкеров практически все предметы костюма, значительно обогатив их новыми дополнениями. Прежде всего, металлическими украшениями, например, цепочками, заклепками и шипами (рис. 6). Причем заклепки были выполнены целыми рядами, а геральдические знаки нашивались в таком изобилии, что открыто и наглядно демонстрировали так называемую «племенную идентичность». Большинство из символов должны были показать окружающим, к какой группировке относится владелец куртки.

Рис. 6. Рокеры. URL: https://www.pinterest.ru/pin/316729786273795542/ (дата обращения: 06.04.2021)

Самым почитаемым символом стала для рокеров нашивка «1 %». Она буквально объединяет их против остального мира, является своего рода «орденом», который надо заслужить. К «1 %» относятся мотоклубы открыто конфронтационные. Этот символ своим появлением обязан скандально знаменитым гонкам в июле 1957 года «…когда двое “ангелов”[233] стали виновниками аварии с человеческими жертвами… Ассоциация объявила, что американские мотоциклисты – на 99 % законопослушные граждане и лишь на 1 % закоренелые злодеи. В ответ “Ангелы” провозгласили себя “однопро-центниками” и даже сделали соответствующие татуировки»[234]. (Нужно отметить и то, что именно рокеры привнесли в среду мотоциклистов любовь к татуировкам.)

Цветные косынки-банданы, повязанные вокруг шеи на ковбойский манер, высокие резиновые сапоги с трикотажной отделкой верха или ботинки из черной кожи, с металлическими пластинками впереди – аксессуары, дополнившие костюмы настоящих байкеров, а позднее и рокеров. Так же как и байкеры, они заворачивали джинсы на высоту обуви, для предохранения их от брызг грязи. Позднее, помимо джинсов, в гардеробе докеров появляются черные кожаные брюки, украшенные бахромой, металлическими заклепками или шнуровкой.

Костюм настоящего рокера представляет собой наглядную иконографию из эмблем, кнопок, значков и цепочек, а куртка «Перфектно» превратилась в неотъемлемую часть истории рок-н-ролла, став для рок-звезд символом, объединяющим их с поклонниками.

Выразительные особенности костюмов рокеров в дальнейшем получили продолжение в образах панков, для которых также характерна любовь к черной коже, разорванной одежде, использование металлических элементов и значков с символикой.

Художественно-пластические приемы, использованные при создании образа бунтаря-мотоциклиста, можно сравнить с поисками, происходившими внутри авангардных течений искусства XX века. Необычность художественных средств, присутствующих в обликах байкеров и рокеров, схожа с открытым футуристами новым ощущением пластичности, присущей движущимся объектам. «Футуристы провозгласили культ современности, возникновение новой эстетики и нового способа чувствования и выдвинули обвинение против всей классической традиции… С другой стороны, они впервые признали мир технологии, механики, скорости, урбанизма как выражение красоты»[235]. Эта красота скорости, воспетая художниками футуристами, прочитывается и в художественных образах мотоциклистов. Их вздыбленные ветром куртки с диагональными застежками-молниями и шевронами, забрызганные грязью джинсы – все выражает экспрессивную энергию, созвучную картине У. Боччони «Динамизм велосипедиста», передающей ощущение пульсации времени, слияния стремительно мчащегося человека и окружающего мира.

Функциональность их одежды неразрывно связана с образностью. Так, например, черный кожаный костюм рокера в сочетании со стремительно мчащимся в ночи мотоциклом создает мощный динамичный образ. Дополняют и усиливают его, придавая черты барочности, ряды металлических заклепок и агрессивных шипов, яркие нашивки с символикой клуба, а также призванная изначально быть функциональной косая застежка-молния на куртке, своей контрастной диагональю создающая дополнительный эффект движения. Свои черные кожаные наряды рокеры снабжали целым набором значков с рок-н-ролльной и мотоциклетной тематикой, украшали всевозможными цепочками, яркими ярлыками с гербами клубов, металлическими заклепками и шипами. Все это стало своеобразным проявлением авангардного направления искусства XX века – реди-мейда в процессе создания костюма бунтарской направленности, усиливающим его протестный характер.

Своеобразное воплощение романтических настроений в костюме байкеров 1950-х годов в дальнейшем, под воздействием временных изменений, а также новых музыкальных ритмов трансформировалось в агрессивные динамичные образы «дьяволов в ночи», получившие дальнейшее развитие внутри современной молодежной моды.

3.5 «Свингующие 60-е»

1960-е годы стали самым важным десятилетием XX века, отмеченным бунтом молодого поколения, стремящегося к всесторонней реализации личности. Как писал Ч. Рейч: «Революция приближается. Она не будет похожа на революции прошлого. Она будет порождена индивидом и культурой и изменит политическую структуру только в конечном счете… Это революция нового поколения. Его протест и бунт, его культура, одежда, музыка, наркотики, образ мыслей и освобожденный стиль жизни – не только мимолетная причуда или форма несогласия и отказа, но и некая чувственная иррациональность…В целом возникающая модель (pattern) – от идеалов до демонстраций в кампусах, бус, колокольчиков, до фестиваля в Вудстоке – становится осмысленной, и это часть последовательной философии»[236].

В историю моды этот период вошел под названием «свингующие шестидесятые»[237]. Молодежь стремилась создать собственную культуру, с новой философией, музыкой и образом жизни. «Бунтующие» 1960-е остались в памяти как время «секса, наркотиков и рок-н-ролла»[238], превратившихся в основные средства протеста. Мятежность молодых душ требовала и нового визуального выражения, одной из основных форм которого стал костюм. Пестроцветие, царившее в «свингующем Лондоне», было продолжением психоделического музыкального направления[239].

Молодые модельеры, чувствующие настроения молодежи, начали создавать альтернативные модели, впоследствии повлиявшие на развитие моды XX века. Главным источником их творчества послужили красочные образы обитателей лондонской Карнаби-стрит. В начале 1960-х годов эта улица стала убежищем для первых представителей субкультуры модов, позднее превратилась в своеобразную мекку для молодых людей, в центр сосредоточения неофициальной уличной культуры, сцену «свингующего Лондона» (рис. 7).

Рис. 7. «Свингующий» Лондон, 1960-е гг.

URL: https://thestyland.wordpress.com/ (дата обращения: 06.04.2021)

Английский исследователь Катрин МакДемотт отмечает опубликование журналом «Таймс» в 1964 году карты «свингующего Лондона», которая установила три важных улицы с магазинами в Лондоне: Кинг-роуд, Кенсингтон-Хайт-стрит и Карнаби-стрит. На этих улицах внезапно появлялись новые независимые бутики, такие как «Базар Мэри Квэнт», «Бабушка отправляется в путешествие», «Висящий на тебе», «Мистер Свобода» и «Биба». Они предлагали молодым людям другой выбор, выражавший дух социальных изменений[240]. Бесконечным потоком открывающиеся на Карнаби-стрит бутики пестрели всевозможными яркими, кричащими рисунками на тканях, демонстрировали смешение одежды, результатом чего становились образы, которым до сих пор трудно найти определение. Их создатели вдохновлялись искусством зародившегося в тот же период оп-арта и ставшего основным мотивом творчества популярного художника Энди Уорхола. Кроме того, всему этому праздничному многоцветию было присуще обилие декора, среди которого особой любовью пользовались ряды блестящих пуговиц и аксельбантов, взятых с традиционного военного костюма или с формы духового оркестра. Документальные материалы о лондонских клубах той поры показывают, что мода в то время была действительно новаторской, даже фантастической. Все кружилось в водовороте ярких красок дизайна оп-поп, столкновение цветов и кричащих декораций создавало чувство, что «свингующий Лондон» — сплошная галлюцинация, где каждый погружен в психоделическое странствие.

Психоделия, используемая «свингующим Лондоном», как весьма полезный лейбл была подхвачена музыкантами оркестра «Мэри Пранкстерс». Летом 1964 года на школьном автобусе, со звукозаписывающей аппаратурой, кинокамерами и наркотиком ЛСД, тогда еще легальным в США, они отправились в путь с целью «остановить конец света». За рулем сидел не кто иной, как Нил Кэссиди – прототип Дина Мориарти в книге Дж. Керуака «На дороге». Внутри и снаружи автобус был расписан множеством цветов, видимых на большом расстоянии. Так родилась «психоделическая революция» 1960-х годов, а первенство в развитии молодежной культуры вновь перешло от Британии к США. Оркестр «Мэри Пранкстерс» средства массовой информации назвали хиппи, но на самом деле эта субкультура и психоделическая революция не были одним и тем же явлением.

К середине десятилетия происходит смешение представителей битников, серферов и психоделиков. Результатом этого становится появление нового движения. «…Битники способствовали их отчужденности от потребительского общества и обратной связи хиппи с их первоисточником – черным джазом. Фольклорное движение дало им упрощенный взгляд на деревенскую жизнь до индустриального общества и веру в совместную деятельность. Серфингисты подарили изюминку гедонизма и стремление к полной связи с природой. Психоделики внесли широту взглядов и возможность использования современных технологий (электрический синтетический звук), новых тканей и цветов и ЛСД для бегства от действительности»[241].

За всю историю XX века субкультура хиппи, созданная молодежью из семей среднего класса, стала одним из самых массовых протестных движений, открыто заявивших о своих правах. Оно возникло в районе Хейт-Эшберн в Сан-Франциско, а вскоре молодые люди, называющие себя хиппи[242], восставшие против культа потребительства, навязываемого обществом, появились практически во всех штатах США. Они имели свои идеалы и стремления, вынашивали планы формирования «новой расы», живущей в согласии с природой. Один из самых знаменитых их лозунгов: «Занимайтесь любовью, а не войной!» («Make Love Not War!»). В отрицании насилия виделся им единственно возможный путь к переустройству мира, чему способствовал и образ жизни, основанный на невмешательстве в окружающий мир и направленный на поиски свободы.

Неряшливость в одежде была лишь внешней оболочкой, за которой скрывалась целая философия, суть которой близка к экзистенциализму, отражающему идеи борьбы за признание свободы личности в глазах других. Психоделические настроения отразились в использовании ярких цветов в одежде, в подавлении агрессии и употреблении наркотиков с целью уйти от действительности и освободить творческий потенциал. В качестве главной идеи хиппи провозглашали мысль о ценности человеческой личности. Лозунгом: «Долой цивилизацию! Назад к природе!» они напоминали обществу, что пора отказаться от благ цивилизации и вернуться к истокам. Отчужденность от потребительского инстинкта, любовь к путешествиям, идеализация деревенского образа жизни, стремление слиться в гармонии с природой, а также пренебрежительное отношение к своему облику были заимствованы у битников. Отличительная черта – жизнь в коммунах – казалась хиппи наиболее соответствующей их представлениям о свободе. Проповедовались отрицание пуританства и, как следствие, свободная любовь, ставшая впоследствии предтечей сексуальной революции. «Отклонение сексуальных табу выражалось в отказе девушек хиппи от ношения бюстгальтера, они считали, что этот анахронизм близок к бабушкиным корсетам. Девушки носили просвечивающие одежды, выставляя напоказ не бикини…но исключительно панталоны; это живописно называлось “монокини”. Эти типичные образцы одежды стали известны везде благодаря удивительному росту индустрии средств сообщения»[243]. Подобный образ жизни истолковывался как древнее дионисийство, но, скорее всего, он был подсознательной попыткой возвращения к племенному началу.

Миролюбивые хиппи символом протеста против войн и любого неравенства выбрали цветок, который также олицетворял молодость и естественность. В лондонском музее декоративно-прикладного искусства Виктории и Альберта хранится льняной костюм и рубашка из хлопка, расписанные цветочным рисунком. «Эти вещи принадлежали хиппи по имени Колин Вудхед. В 1966 году во время “лета любви” Вудхед посетил греческий остров Майконос, где встретил художника из Америки, прозванного “святым”, он был известен тем, что рисовал цветы на всех поверхностях, которые попадались под руку. Хиппи попросил его расписать любимый льняной костюм, специально привезенный из Лондона. Когда работа была закончена, автор подписал ее “Святой-Амант”. Это стало наиболее рафинированным художественным отражением “власти цветов”»[244].

Определение «власть цветов» (flower power), принадлежащее американскому поэту Алену Гинзбергу, одному из апологетов движения[245], стало одним из ключевых определений стритстайла 1960-х годов, поскольку хиппи стали самой значительной из всех субкультур этого десятилетия. Стремление к творчеству помогло им создать яркие запоминающиеся образы, соединившие элементы, казавшиеся несовместимыми: индийские шали, куртки из крашеного меха, жилеты из тканей различных цветов, пончо и многое другое. Это движение, подобно деревенскому лоскутному одеялу или калейдоскопу цветной мозаики, собрало и объединило все самое оригинальное и самобытное из того, что существовало в 1960-е годы. Любовь к самодельной одежде, декорированной вышивками или аппликациями, к вязаным вещам, украшениям, выполненным вручную, – стала наглядной иллюстрацией лозунга: «Назад к природе!» Традиционные костюмы, многие из которых никогда не рассматривались вне своей местности, разыскивались и адаптировались на Западе молодежью, которая хотела продемонстрировать солидарность с другими культурами. Они были пацифистами и музыкантами-любителями, по-юношески отвергали свои первоисточники, выражая бунтарство отрицанием гармоничных коллекций одежды[246].

Одним из таких примеров обращения к народным костюмам являются афганские мужские кожаные куртки без рукавов и пальто, которые носили пастухи, они стали ключевыми вещами хиппи. Изначально их шили из неокрашенных шкур, а затем вышивали вручную, вместе с путешествующей молодежью эта одежда пришла в Америку и Европу[247].

Впитав восточную культуру, хиппи обогатили свой живописный облик яркими красками, путешествуя по восточным странам, они дополняли его этническими вещами: разноцветные кафтаны, расшитые афганские халаты, браслеты из бисера (позднее получившие особое семиотическое значение и названные «фенечками»)[248]. «Фенечка была символом принадлежности к братству, кроме того, она несла зашифрованную информацию о стаже в братстве и типе употребляемых наркотических веществ. А потому была частью своеобразной культуры хиппи»[249]. Предположительно родиной фенечек является Америка. К такому выводу позволяет прийти аналогичность способа плетения сумок для табака и отделочной тесьмы у апачей. Головная налобная повязка – незаменимый атрибут этой субкультуры, имеет два корня своего происхождения. Во-первых, ее традиционно носили странники, а во-вторых, подобные плетеные полоски существовали у членов индейских племен.

Также прослеживаются у хиппи элементы одежды американских индейцев и ковбоев: отделка бахромой, использование кожи и замши. Из них наибольшей популярностью пользовалось пончо. Большая поверхность этого предмета одежды давала свободу для творческих экспериментов, ее расписывали разнообразными знаками – от магических узоров племени Яки до надписей с названием любимой группы. Также были заимствованы ковбойские рубашки и брюки из джинсовой ткани с характерными элементами отделки, шляпы техас и сомбреро, сапоги из комбинированной цветной кожи и шейные платки. Джинсы, ранее появлявшиеся у байкеров (1940-е), битников и рокеров (1950-е), только у хиппи превратились в предмет творчества, который украшали бисером, бахромой, кожаными заплатками, расписывали красками. Представители субкультуры хиппи дополняли свой образ бусами. «В разнообразии этого аксессуара хиппи проявили небывалую фантазию – керамические, из стекляруса, кожаные, каменные, из желудей и шишек, из шахматных фигурок и шашек. Особой любовью, помимо всего прочего, пользовались колокольчики, причем желательно было, чтобы внизу они были закрыты, т. е. язычок не должен быть виден»[250]. Возможно, любовь к бусам заимствована у калифорнийских воинов-туземцев, носивших меховые жилеты с многочисленными рядами самых разных бус на груди. Нужно отметить, что с туземцами их роднило и нанесение рисунков на тело. Представители массового протестного движения 1960-х предпочитали ходить босиком или в сандалиях; если они использовали обувь, то чаще всего это были сандалии с подошвой-платформой или гобеленовая обувь, а иногда даже ботиночки на каблучках.

Увлечение исполнителей из легендарной группы «Битлз» военными мундирами вдохновило молодежь на ношение милитаристских одежд, которые, как это ни казалось бы странным, органично вписались в общую картину образа хиппи-пацифиста.

В хипповских костюмах содержится целая система закодированных знаков, невидимых на первый взгляд и понятных только посвященным. Прежде всего, они указывают на дистанцирование от общества. К ним относятся те, что символизируют дорогу, путь – это почти неизменная торба, головная повязка.

Отслеживая иллюстрации в книгах, посвященных истории костюма и субкультурам, можно заметить, что общепризнанными пацифистскими символами, своеобразными «иконами» 1960-х годов стали изображения цветка, смайлика и пацифика[251]. Так, например, в каталоге выставки, проходившей в лондонском музее Виктории и Альберта в 1994 году, можно увидеть фотографию, на которой значок с пацификом приколот к красному мундиру королевских инженеров образца 1914 года[252]. В 1960-х годах мундир принадлежал одному из представителей субкультуры.

Апогеем движения стало «лето любви» 1966 года в Сан-Франциско, запомнившееся бесконечными концертами под открытым небом. А в 1969 году прошел легендарный фестиваль в Вудстоке, вошедший в историю как величайший хеппенинг. «Дети цветов» последний раз показали свое единение, а модная волна постепенно пошла на спад.

Идеология и образ жизни хиппи, идущие от битников, получили свое дальнейшее развитие у таких субкультур 1980-х годов, как нью-эйдж, гранж, рейв. Ими заимствован характерный облик усталого путника, с длинными спутанными волосами и рассеянным взглядом, ставший символом отстраненности от общества. Игровое восприятие жизни, передаваемое символикой детства, в 1980-х годах проявилось у рейверов, которые усилили его красноречивым аксессуаром – детской соской на шнурке, кроме того, в этой среде отмечается любовь к этнической одежде и украшениям, а также боди-арту, что роднит их с представителями движения 1960-х годов. Рейверы использовали и символический знак – смайлик[253] – желтый круг с двумя точками и вогнутой линией, символизирующими глаза и улыбающиеся губы, который они наносили на футболки, из-за чего возникло название smiley T-shirt. В костюмах представителей гранжа появилась поношенная, растянутая и рваная одежда, напоминающая о хиппи, а субкультура 1980-х – нью-эйдж полностью их повторила, заимствовав и образ жизни, и внешний облик.

Образы представителей молодежного движения хиппи оказали существенное влияние на моду 1970-х годов и последующих десятилетий. Поиски индивидуальности привели хиппи к смешению предметов одежды разных народов. Путешествуя по восточным странам, они привозили оттуда колокольчики бедуинов, сумки-торбы, в которых те носили свой нехитрый скарб, длинные просторные рубашки-джеллабы, туники из шифона, свободные афганские вышитые пальто, плетеные украшения из бисера и прочие предметы одежды и аксессуары, за которыми скрывался истинный колорит Востока. Под этим влиянием их образы приобретали пестроту и красочность. Молодые люди нашли свое понимание восточной самобытности. Они отобрали то главное, что составляет ее изюминку – многослойность прозрачных одежд и умение сочетать самые яркие цвета и необычные элементы костюма, украшения и аксессуары, которых не знала европейская мода, не обращавшаяся к деталям одежды простых жителей Востока.

Стремление сочетать в своем костюме множество, как тогда казалось, не сочетающихся между собой вещей отличает облик хиппи. Это очень значительные детали, впоследствии обогатившие моду. Такую же роль сыграли и простота в обращении с одеждой, характерная для Востока, и отсутствие «культа вещей», которым часто отличаются европейцы. Во многом повлияла естественность и раскованность хиппи, отражающие призыв возвратиться к природе. В моду вошли натуральные материалы – шерсть, хлопок, лен (в то время как мода 1960-х годов увлекалась современными синтетическими и искусственными материалами), аутентичная одежда, живые цветы. Место мини-юбок заняли длинные балахоны, а вместо сапог из лакированной кожи, нейлоновых чулок появились сандалии, надетые на босые ноги. Короткие стрижки сменили длинные распущенные волосы. Фотографии модных журналов того времени подтверждают господство такого направления. Как отмечает Ш. Зелинг, журнал «Вог» превратил в модную тенденцию разрисовывание тела психоделическими узорами, что было характерным для представителей хиппи. В коллекциях «от кутюр» появились полупрозрачные блузки, надетые на голое тело, отразив в высокой моде любовь хиппи к обнаженному телу[254].

Хиппи возродили моду на джинсы (которые в те годы уже успели утратить актуальность) в самых разных сочетаниях – с афганскими вышитыми куртками из шкуры ягненка, с индейскими кожаными аксессуарами. Одежда из хлопка, индийские шали, расписанные вручную футболки, длинные юбки с оборками и многое другое стало уместным и допустимым в общественных местах. Приобрели популярность появившиеся в их среде футболки с изображением смайла (smiley T-shirt).

Вдохновившись новыми идеями молодежной среды, модельеры внесли в моду XX века существенные изменения. Именно благодаря хиппи в моде наметилась тенденция самостоятельного создания образа. Их наследием стало и составление гардероба из разрозненных предметов одежды – создание комплектов. До этого мода руководствовалась принципом ансамбля. Характерное для 1970-х годов романтическое направление в сочетании с этническими дополнениями позволяет говорить о первом появлении диффузности в костюме. Под влиянием массового увлечения молодежными образами создаются «альтернативные магазины» с этнической одеждой из натуральных тканей, расшитой бисером, и вещами с эффектом поношенности. Стало возможным искусственно воссоздавать потертости на ткани промышленным способом, что впоследствии привело к возникновению популярного ныне направления – винтаж. Новые идеи психоделической революции отразились в коллекциях дизайнеров конца 1960-х годов. Модельер Марк Боан в 1967 году создает коллекцию для лондонского филиала Дома Диора с использованием психоделических мотивов, а другой модельер, Эмилио Пуччи предлагает брючные костюмы и платья из шерстяного джерси с психоделическими узорами агрессивных тонов. Позднее роскошные наряды от Пуччи полюбились представителям обеспеченных слоев общества, желавшим одеваться «под хиппи». Модельер Барбара Хуланчики (известная под псевдонимом «Биба») использовала для своих моделей материал джерси с набивными рисунками в стиле оп-арт. Ее мини-платья выполнены в романтическом стиле, о чем говорят сосборенные рукава, глубокие вырезы, что еще раз напоминает о романтизме, которым был пропитан дух эпохи.

Ив Сен-Лоран вновь подхватил новые настроения. Вдохновляясь любимыми протестной молодежью мотивами: ретро, этническим и фольклорным, он представлял на подиуме их облагороженные, творчески переработанные варианты. Его творчеству присущ синтез, благодаря которому идеи молодежной моды стритстайл сочетаются с элементами популярных направлений искусства. Так, коллекция 1966 года выдержана в духе поп-арта, но в сочетании с образами, навеянными впечатлениями об атмосфере «свингующего Лондона». Романтические одеяния из отрезов органзы, шелка, с имитацией лоскутной техники превратились в престижный костюм для хиппи-«аристократов».

В лондонском музее декоративно-прикладного искусства Виктории и Альберта хранятся модели, созданные Ив Сен-Лораном в начале 1970-х годов. Это длинные платья с завышенной линией талии, присборенные от линии подреза и длинными рукавами со сборкой по окату. Сшиты они из тканей ярких цветов с цветочной набивкой. Также здесь можно увидеть ансамбль в фольклорном духе, включающий длинную юбку и блузу из тонкой шерстяной ткани белого цвета. Низ юбки, рукава и горловина блузы украшены ручной вышивкой, выполненной коричневыми и светло-бежевыми нитками.

В 1973 году английский художник-модельер Зандра Роудз создает навеянную образами хиппи коллекцию платьев из шифона, которая вместо названия имеет номер «73/44». Длинные, свободно спадающие легкими складками, струящиеся платья с V-образными глубокими вырезами на груди и длинными широкими рукавами, подпоясанные широкими атласными поясами, покрытые набивными цветочными рисунками под названием «Поле лилий», были созвучны веяньям моды. В те годы подобные платья можно было увидеть в ночных клубах и на официальных обедах, они стали символом женственности. Легкие, полупрозрачные ткани и струящиеся, свободно драпирующиеся вокруг фигуры воздушные формы были новационными. Впоследствии модели стали экспонатами частного музея Зандры Роудз в Лондоне как одни из лучших творений автора.

В 1990-е годы, когда в моде утверждается минимализм, дизайнеры вновь вспоминают 1960-е годы. Появляется новое прочтение костюма хиппи – «хиппи-шик». Он соединяет раскованность и неформальность с возможностью продемонстрировать при помощи костюма высокий социальный статус и благополучие, становится своеобразным ответом упрощенному до предела минимализму. Одежду хиппи-шик отличают неровные края, швы, обращенные наружу, рваные юбки и джинсы, созданные культовыми дизайнерами из дорогих и даже экзотических материалов, как, например, кожа питона. Брючный костюм, выполненный в лоскутной технике, дополненный разноцветной шелковой блузой с цветочным рисунком, сандалиями на платформе и экстравагантной черной шляпой из хлопка, украшенной разноцветными перьями и цыганским платком, созданный Дольче и Габбана в 1994 году, был представлен на выставке, посвященной стритстайл в музее Виктории и Альберта. В нем ярко отразилось влияние хиппи.

В 1999 году фирма «Гуччи» возродила моду на вышитые джинсы. В том же году Эммануэль Унгаро создает современную версию костюма хиппи — длинные юбки из набивной ткани в цветочек, украшенные воланами, в сочетании со свитерами сиреневого цвета из кружева и ленточек, брюки из тончайшего шифона, расшитого бисером. Все это дополняется легкими, невесомыми куртками или палантинами с меховой опушкой.

XXI век начался на мировом подиуме с трансляции модных стилей и направлений предыдущего столетия. Так, в 2000 году на Миланском подиуме Жиль Сандер (дизайнер марки «Прадо») представила коллекцию, несомненно возрождавшую облик хиппи, так радостны и многоцветны были гавайские рубашки и юбки, украшенные ромашками.

Коллекции мировых дизайнеров сезона весна – лето 2005 года вновь обратились к наследию «детей цветов». «Новые модные предложения декларировали обращение к пацифизму, возникшее под влиянием стиля хиппи и прозвучавшее как объяснение в любви будущему лету»[255]. Модели были насыщены яркими разноцветными тканями с цветочными мотивами рисунков. Среди тканей предпочтение отдавалось легкому струящемуся шифону. На смену традиционным блузам пришли туника, блуза-кафтан и даже берберская рубашка-джеллаба.

Хиппи подарили высокой моде всплеск новых идей и вдохновение, которого хватило не на одно десятилетие: получили развитие этнические мотивы, направления унисекс, винтажа ретро, а также появилась комплектность в костюме. Направление унисекс, проявившееся в образах хиппи, широко распространилось в обыденной жизни, но так и не достигло желаемого результата. Вместо равноправия оно привело к гендерному единообразию в костюме.

3.6 Рождение художественного образа панка из смеси новых музыкальных ритмов и анархии

В 1970-х годах самым шокирующим костюмом и поведением отличались панки, «пришедшие на смену» миролюбивым хиппи. Панк-рок появился в 1964 году в США, где возникло множество ансамблей, музыка которых обладала мощной энергией молодости, поднимала дух свободы и быстро стала популярной среди молодежи. Это была смесь народных мотивов, блюза и доморощенной музыки скиффл. Американские панки исполняли ее на клубных вечеринках, читали авангардистскую литературу, увлекались символизмом и футуризмом. Все это традиционно интересовало интеллигенцию и не вызывало опасений властей.

В 1976 году волна панк-рока донеслась до Великобритании. Респектабельная консервативная Англия была шокирована агрессивным проявлением нового движения, ставшего массовым увлечением молодежи. Получила распространение политическая позиция панка, подкрепленная фундаментальной теоретической основой. В отличие от взглядов хиппи, философская позиция тшшс-движения основана на принципах нигилизма и тотального анархического протеста против общества. Еще одно существенное отличие панков от хиппи в том, что они считали невозможным изменить мир к лучшему. Для них все потеряло смысл, будущее исчезло, отношение к миру и к себе стало безразличным, дух противоречия и отрицания восторжествовал.

Вновь в Англии в очередной раз сформировался внешний облик представителей нового направления. Шокирующие образы возникали не стихийно. Малькольм МакЛарен, лидер панк-группы «Секс Пистоле», один из основателей нового движения, стал непосредственным участником его создания. Именно здесь дизайнерский талант семейного и творческого тандема с Вивьен Вествуд впервые обрел яркое выражение. МакЛарен стал идейным вдохновителем Вествуд (рис. 8). Ему принадлежит мысль выразить протест через столь агрессивный образ, в котором смешались самые несочетаемые вещи, что в дальнейшем стало одной из модных тенденций конца XX – начала XXI века – «сочетание несочетаемого».

Анархия превратилась в своеобразную цель панков, которые всячески старалась акцентировать несвободу молодежи в обществе. Так появляются брюки бондэйж с соединенными штанинами, самим названием подчеркивающие это. Связывание рук цепями или кожаными ремнями – демонстрация несвободы, как и узкие черные кожаные галстуки на шее, ассоциировавшиеся с петлей. По мнению автора, именно поэтому могли возникнуть шокирующие повязки со свастикой и другая нацистская символика, брюки бондэйж (bondage)[256], садомазохистская одежда из резины, ботинки «Доктор Мертенс», майки с оскорбительными лозунгами, рваные сетчатые колготки, шотландская клетка и английские булавки, приобрели популярность вещи из тканей на основе каучука.

Рис. 8. Вивьен Вествуд с певцом Малкольмом МакЛареном. URL: https://styleinsider.com. ua/2015/03/istoriya-sozdaniya-brenda-civienne-westwood/ (дата обращения: 21.07.2021)

«За основу брюк бондэйж взят покрой американских военных брюк, которые Вествуд скопировала, заменив традиционную ткань черным блестящим сатином. На уровне коленей штанины соединялись между собой ремнями, что наглядно иллюстрировало идею несвободы и добавляло сексуальности. Вдоль штанин внизу нашивались застежки-молнии, позволяющие им свободно двигаться вокруг икры или, наоборот, плотно ее облегать. Кроме того, молния проходила вдоль всего среднего шва, от гульфика до копчика, а сзади был откидной клапан – бам-флэп (bumflap)»[257]. «Эти брюки, “штаны садомазо”, – как говорил Малькольм, – объявили войну потребительской массовой моде», стали «взрывом внимания к телу посредством ограничения свободы движения». «Я скроила штаны садомазо из хлопчатобумажного сатина, – вспоминает Вивьен, – а Малькольм предложил пришить ремешок. А еще он сказал, что сзади нужно пришить небольшой клапан. Ему просто казалось, что так надо. А я ответила, что тогда надо взять махровую ткань для полотенец. Малькольм хотел сделать что-то похожее на одежду древних племен, типа набедренной повязки. Так мы и работали». Эти идеи до сих пор находят отражение в творчестве Вивьен, сковывая свободу движения и парадоксальным образом раскрепощая. И спустя совсем недолгое время в уличную моду вошли, правда, в упрощенном виде, пряжки и ремешки, пришитые для украшения. Вивьен ввела эту моду. Она создала такой сильный образ, что он сам себя прославлял: к молниям и элементам фетиш-одежды, порнографическим мотивам и намекам на политику Вивьен добавила еще более явно ассоциирующиеся с насилием детали – бритвенные лезвия (частично сточенные пилочкой для ногтей), превратившиеся в ювелирные украшения; цепочки и булавки, «потрепанные» и испачканные ткани – «попорченная одежда», как называл ее Малькольм, или «одежда современных героев», как говорила Вивьен, и продавалась она в магазине, где «каждый день разрушалась современность». Вивьен и Малькольм намеренно переворачивали с ног на голову правила моды, они создавали в магазине «свою уличную моду»[258].

В дальнейшем Вествуд развила идею брюк бондэйж. Обладая тонким чувством традиций, она заменила черный сатин красной шерстяной шотландкой, удлинила откидной клапан, добавив такой же спереди, в результате чего появился несшитый по бокам, плиссированный передник, напоминающий килт. Эта деталь усилила агрессивно анархическую андрогинность панка. Предназначенные как для мужчин, так и для женщин, брюки бондэйж воплощали нигилизм, нарциссизм и, более всего, гендерное смешение, заявленное Пбштс-модой. До сих пор ее приверженцы носят брюки из красной шотландки, украшенные молниями, а сверху часто надевают плиссированную юбку или передник из такой же ткани.

Тот факт, что Вествуд не сразу стала использовать шотландку (рис. 9), добавившую оттенок национального шотландского свободолюбия в общий облик панков, по нашему мнению, подчеркивает интуитивность ее поисков, вследствие которых к ней пришло понимание национального костюма как богатого источника для творчества. Роль откидного клапана – детали, позже ставшей несшитым плиссированным передником, могла бы изначально «играть» мужская юбка – килт. Работа с клетчатыми тканями была продолжена, и в дальнейшем это привело Вествуд к созданию известной коллекции «Англомания».

Вполне вероятно, с точки зрения автора, что в появлении в костюме панков шотландки, а также английских булавок не последнюю роль сыграло происхождение МакЛарена, желавшего лишний раз напомнить о свободолюбии шотландцев. Как известно, традиционный килт впереди закалывался булавкой. Существует и версия появления этого символа после одного из панк-концертов: «Ричард Хелл вошел в такой экстаз, что в клочья разорвал на себе одежду и продолжал петь, скрепив отдельные куски ткани английскими булавками, которые собрали для него зрители»[259]. Их, наравне с лезвиями, в больших количествах втыкали не только в одежду, но и в тело и лицо. Впоследствии стало классическим изображение панка с проткнутой булавкой щекой или ухом. Английская булавка стала одним из основных символов, характеризующих это молодежное движение. «Майка с оскорбительным слоганом стала не менее известным панк-символом, чем английская булавка. В 1977 году к юбилею королевы Елизаветы В. Вествуд напечатала на одной из маек ее портрет с проткнутой булавкой щекой. В качестве объяснения этого поступка она сказала официальным лицам: “Вы тоже можете быть панком”»[260].

Рис. 9. Вивьен Вествуд (справа) и ее модели в стиле панк. URL: https://www.roskosh-jewel. ru/blog/allcollections/kollektsii-bozhe-khrani – korolevu/ (дата обращения: 06.04.2021)

В этом поступке наглядно проявилось желание выступить против чопорного истеблишмента, подорвать их влияние и напомнить о том, что не только они могут быть законодателями моды.

Можно сказать, что своеобразный пирсинг роднит представителей движения с племенами туземцев, так же как и необычная прическа – агрессивно вздымающийся над головой разноцветный гребень-ирокез, который красили в яркие флуоресцентные цвета. Кроме воинственно торчащих гребней встречались прически в виде скрученных рогов. При посещении лондонского музея натуральной истории в витрине рядом с черепами животных можно увидеть красноречивую фотографию девушки панка с характерной одеждой, макияжем и прической в виде рогов[261]. Юноши носили типично женские прически, например химическую завивку, или обесцвечивали волосы, а также использовали яркую косметику и предметы женского гардероба.

Макияж, использующийся представителями обоих полов, – красные или кобальтовые тени вокруг глаз, черная помада и белый грим, напоминал боевую раскраску дикаря. «Цепи, которые при случае могут быть использованы в качестве оружия, металлические шипы, приверженность к цвету крови, перчатки без пальцев, словно для демонстрации звериных когтей – классический образ панка»[262]. Весь облик выражал крайнюю агрессию, став воплощением шокирующей тактики, присущей отдельным представителям фауны, отпугивающим врагов устрашающим внешним видом.

Разорванные кожаные куртки и жилетки надевались прямо на голое тело и зачастую перетягивались ремнями. Их в изобилии украшали металлическими заклепками, шипами, увешивали значками с разными эмблемами, в том числе с нацистской символикой, служившей всего лишь знаком, провокацией. Любимым цветом одежды был черный, как соответствующий идее крайнего нигилизма и мятежности.

Вествуд «подала пример» молодежи, смело разрывая и протыкая кожаные вещи, используя шокирующую резиновую одежду. Это также помогло ей создать образ, соответствующий новым эстетическим идеалам.

Приобрести подходящий дизайнерский наряд панки могли в легендарном бутике «Секс» МакЛарена и Вествуд на Кингс-роуд. Вот как его описал Т. Хойбнер: «…часть интерьера бутика была стилизована под пожарище, в углах лежали части обуглившихся манекенов, на стенах посетителей приветствовали Гитлер и Чарльз Мэнсон. Здесь можно было купить все – от колготок в сеточку до колокольчиков на шею. “Униформа нищего” со скованными цепью штанинами брюк, черные лохмотья пилигрима с кандалами стоят весьма недешево»[263]. Вот как вспоминает о том времени Вивьен Вествуд в книге «Вивьен Вествуд», созданной в соавторстве с Иэн Келли: «Малькольм и Вивьен нашли в порочных излишествах городской молодежи вдохновение для себя как дизайнеров, а Малькольм к тому же – для формирования своей политики сексуальной конфронтации: “Все началось с интереса к любым формам молодежного бунта, с тедди-боев и рокеров. К этому мы добавили элемент сексуальности. И тут началось”»[264].

Представителями лондонской субкультуры панк становились учащиеся художественных школ, творческая молодежь, а также средний класс, не все могли позволить себе одеваться у Вествуд, но творить самим было гораздо интереснее. Новый подход к созданию образа представлял широкое поле для творческой деятельности. И выбранный девиз вполне подходил для этого: «Наденем то, что нелепее, отвратительнее и грязнее!»[265] По их убеждению, можно носить и делать все что угодно, но главное – не казаться нормальным. Так появилась ужасная мешанина в одежде, из которой возникали совершенно безумные сочетания. Они надевали на себя мешки для мусора, вещи из блестящего люрекса, пояса с заклепками, пластмассовые бельевые прищепки, платья и кофты с леопардовой расцветкой, армейскую форму, ботинки «Доктор Мертенс», раскрашенные в соответствии с собственной фантазией. В ход шло буквально все: от белых нейлоновых рубашек и черных кожаных сапог до открытых шлепанцев и дамских подвязок, а также прорезиненных штанов и маек. На шеях можно было увидеть огромные собачьи воротники и ошейники.

В качестве украшений использовалась и фашистская символика – ведь они стремились вызвать ненависть к себе. Такими превращениями обществу давалось понять, что в нем самом существует почва для экстремистских течений, а в каждом человеке живут подсознательные механизмы, управляющие им при соответствующих условиях.

Символом панка выбрана белая крыса. Крыса – сильное и хитрое животное, которое, как известно, умеет выживать при любых обстоятельствах и не останавливаться перед трудностями. Кроме того, крысы живут стаями и нападают стаями. Так и представители этой субкультуры всегда держатся своей группировки. Белая крыса, как и панки, жила в мусорном баке и олицетворяла собой ту самую помойку, ставшую их образным символом. «В поисках символа ненависти и презрения панки выбрали крысу и в качестве живого талисмана носили ее постоянно при себе»[266]. Нужно сказать, что белая крыса выигрышно смотрелась на черных одеждах ее хозяина.

Эта субкультура давала возможность самовыражения представителям обоих полов. Девушки носили куртки из кожи с разорванными майками и мини-юбками, часто дополняли образ порванные сетчатые чулки, короткие сапожки на острой шпильке. Футболки, у которых для большего эффекта часто отрывали рукава, содержали анархические, зачастую неприличные надписи. Вариантов одеяний могло быть бесчисленное множество, здесь господствовала шокирующая несогласованность.

В истории костюма остался некий собирательный образ представителя панка, который обязательно включает в себя разорванную футболку, скрепленную английскими булавками, с лозунгами оскорбительного содержания, черную кожаную куртку, утыканную металлическими заклепками, шипами, булавками и значками, обилием цепочек, а также прическу в виде ирокеза яркого флуоресцентного цвета и макияж с преобладающим черным цветом.

Вивьен Вествуд и Мальком Макларен посредством создания панк-сти-листики внесли в моду агрессивные элементы (булавки, обилие металла), а также сделали популярной печать анархических лозунгов на одежде. При этом они не ограничивались только традиционными вещами. Если хиппи сочетали в своем гардеробе предметы, заимствованные из народного костюма, то панки отличались «любовью к мусору». Именно интерес к подчас шокирующим сочетаниям, балансирующим на грани китча, стал еще одним дополнением, внесенным в высокую моду. В дальнейшем такой принцип построения костюма станет одним из основных направлений моды начала XXI века. Говоря о совмещении на первый взгляд несовместимых вещей, можно привести знаменитое определение красоты, некогда приписанное авторству Макса Эрнста: «Прекрасен как случайная встреча на анатомическом столе швейной машинки и зонтика», то есть соединение несовместимого в реальности рождает захватывающие эффекты, создавая некий символический пласт, без которого невозможна работа мысли и воображения в эстетическом восприятии[267].

Использование английских булавок в костюме панк было похоже на поделки, созданные представителями примитивных племен. В своей работе Клер Вилкокс отмечает то, что Вивьен Вествуд говорила об этом: «Английские булавки определенно имели аналогию в культуре стран третьего мира, подобно перьям в волосах… или африканцам, которые делали ожерелья из старых автомобильных втулок». Такой «не западный подход» продолжался в моде несколько лет, проявляясь в коллекциях, включающих ржавые шляпки гвоздей, сломанные ножи и вилки, пуговицы, сделанные из пуль или резины. И хотя творчество Вествуд не ассоциируют с таким современным направлением в моде, как «деконструктивизм», тем не менее она и М. Макларен еще в 1970-е годы затронули эту тему, которая позднее получила развитие у таких дизайнеров, как Мартин Марджиелла, Рей Кавакубо и Раф Симонс. Одним из самых существенных факторов панка было то, что «он дал возможность утвердиться женской одежде, в отличие от доминирующего мужского костюма в среде тедов и рокеров» [268].

Начав свое творчество с создания анархического направления, Вествуд вошла в историю британской моды как один из самых ярких дизайнеров. Ее коллекции неожиданно эпатажны, они шокируют и запоминаются, а идеи часто заимствуются другими модельерами.

Свойственная модельеру манера иронично, подобно панкам, сочетать традиционные техники кроя и современные материалы, доведенные до гротеска акценты на сексуальность и анархию – все это подтверждает удивительную способность чувствовать дух времени и помогает ей создать образ, соответствующий новым эстетическим идеалам. Истинно британская эксцентрика как антипод незыблемости вековой традиционности в полной мере проявилась в моделях Вествуд.

Необычные образы панков не могли не повлиять на моду. Так, в коллекции Зандры Роудз, представленной в ее частном музее в Лондоне, костюм панк преображен почти до неузнаваемости, из него убраны все антиэстетические и шокирующие элементы (рис. 10). Модели выполнены из шелкового джерси черного и малинового цветов, разрезы и отверстия на платьях аккуратно обработаны мелким швом «зигзаг», что придает им дополнительное изящество. Их края скреплены английскими булавками, больше похожими на ювелирные украшения. В арсенал высокой моды вошел и главный символ панков — английская булавка вместе с новым способом ее применения в качестве изысканного украшения. Также в отделке моделей Роудз используются тонкие металлические цепочки и жемчужные бусинки. Нужно заметить, что некоторые из платьев соединены швами наружу, что в те годы еще не применялось и стало одним из нововведений Зандры Роудз. По формам и силуэтам модели напоминают современные вечерние туалеты. Кроме преобладающего черного, любимого субкультурами, она использует малиновый и белый цвета. Очень уместно смотрятся дополнения к платьям – ярко-малиновые пояса, банты и ленты. Длинное белое платье из тонкого джерси, верхняя часть которого выполнена из белого атласа, завершается шлейфом – свадебное платье невесты панка. Оно также декорировано разрезами, скрепленными булавками и цепочками, а шлейф заканчивается слегка волнистым краем, что выглядит очень изящно. В столь необычной интерпретации платье смотрится весьма эффектно. Рваные края и вырезы нисколько не мешают его своеобразной элегантности. Еще одна не совсем обычная модель – платье из легкого шифона, с напуском на талии, украшенное печатным рисунком в виде все тех же булавок и разрезов. Столь необычный нежный орнамент на полупрозрачном фоне бледно-кремового цвета приобретает чрезвычайную изысканность. Создается впечатление, что вещь была создана отдельно от коллекции, в то же время она представляет не меньший интерес, чем все остальные. Тем более что такой интерпретации больше не встречается. Все образы дополняют экстравагантные прически и своеобразный макияж, воспроизведенные на уникальных в своем роде манекенах.

Рис. 10. Модели Зандры Роудз в стиле панк. URL: https://www.pinterest.ru/ pin/672584525578524589/?amp _client_id= CLIENT ID (J) &mweb_unauth_ id=%7B%7Bdefault.session%7D%7D (дата обращения: 06.04.2021)

За свою коллекцию «Концептуальный шик» автор вполне заслуженно получила титул «высшей жрицы панка»[269], и даже сама Вивьен Вествуд не стала возражать против этого, так как Зандра Роудз не копировала ее модели, а выразила собственный взгляд. В ее творчестве панк получил несвойственный первоисточнику блеск и лоск. Джанни Версаче признавал, что при создании знаменитого платья, скрепленного английскими булавками, для Лиз Харли в 1994 году он вдохновился именно коллекцией Роудз 1977 года. Знаменитое «булавочное» платье от Версаче помогло британской актрисе Лиз Харли стать звездой[270].

Жан-Поль Готье постоянно подчеркивает привлекательность различных направлений и образов молодежной моды, подаренных средой субкультурных движений XX века, неизменно включая в коллекции их всевозможные мотивы и элементы. Дизайнеру удалось преодолеть различия между мужской и женской одеждой, начало этого преодоления тоже положено исследуемым явлением. В своем творчестве он часто обращался и к изобретениям панков, но даже их грубые татуировки он превращает в поэтические символы, запечатленные на футболках и кожаных куртках. Используя своеобразную подлинность и изобретательное начало образов, подаренных явлением стритстайл, талантливо интерпретируя его, Готье значительно расширил понимание красоты костюма.

Клод Монтана, вдохновившись образами панков, в конце 1970-х создал агрессивный «властный костюм», ставший символом последующего десятилетия восьмидесятых.

Кристиан Лакруа смешивает в своих моделях всевозможные мотивы, в результате получаются «пестрые» коллекции, одновременно шокирующие и роскошные, балансирующие на грани вычурного китча, в котором его часто упрекали, тем не менее они позволяют высокой моде быть игривой и несерьезной.

Духом сюрреалистических проявлений в образах панков проникнуто творчество итальянца Москино, виртуозно превращающего безобидный костюм в язвительный комментарий к устоявшимся вкусам и стереотипам. Следуя принципам постмодернизма, а также используя идеи представителей упомянутого движения, Москино творит провокационно и иронично. Примерами могут послужить вещи из его коллекций: жакет с надписью на спине «Дорогой жакет» или костюм тореадора с довольно оскорбительными словами, означающими буквально «бычий шик», блузка с набивкой в виде следов от утюга, которая намекает на игру английских слов: «слишком переглажена», что может также читаться и как «слишком много иронии». Помимо надписей, дизайнер использует образы рекламы, кино, поп-арта.

Элементы панковского костюма периодически появлялись в коллекциях дизайнеров на протяжении конца XX и начала XXI века во всевозможных вариациях. Так в моде 2002/2003 годов о нем напомнили ремни, соединяющие брюки на уровне коленей. В современном прочтении количество этих висящих ремней на брюках, юбках, рубашках, майках, куртках было увеличено. Отражение идей панковских нарядов можно увидеть в тенденции панк-шик, вероятно потому, что высокая мода не терпит в своем арсенале антиэстетики. На примере трансформаций в стилистике панка мода еще раз доказала свою способность преображать антиэстетическое начало в высоко эстетическое, заимствуя из первого все самое лучшее и интересное. Вполне возможно, причина в том, что над его созданием работала Вивьен Вествуд, талант которой раскрылся в дальнейшем в полной силе именно благодаря этому анархическому образу, созданному в начале карьеры.

3.7 Художественные образы фанка и глэм-рока 1970-х годов в костюме

В 1970-х годах появилось эстрадное направление – глэм, ставшее одним из самых заметных в этот временной период. На него оказали влияние модные течения первой половины десятилетия, когда стремление к роскоши достигло своего пика. Образы, созданные на эстраде приверженцами глэма, были вдохновлены американской и британской музыкой.

Во многом на эстетику и костюмы исполнителей глэма повлиял фанк – американское «черное» направление, сформировавшееся под воздействием фильмов «Shaft» и «Superfly», вышедших на экраны в 1971 и 1972 годах соответственно, и музыки черных – соул (soul).

Облегающие формы костюмов афроамериканских исполнителей музыки фанк акцентировали сексуальную привлекательность фигуры. Ее подчеркивали и брюки, сшитые из блестящей кожи или замши, плотно обтягивающие ягодицы и сильно расклешенные внизу, прилегающие костюмы из ламе, женственные рубашки с удлиненными концами воротников и отделанные жабо, туфли на высокой платформе, обилие «золотых» цепей и других ювелирных украшений. Популярны были вещи, выполненные в лоскутной технике из цветных кусочков кожи, например, длинные тренчкоты или жилеты и брюки багги. В образах фанка смешивались детали мужского и женского костюмов. Унисекс как смешение гендерных элементов выражает, прежде всего, тенденцию раскрепощения личности, изменение взглядов в сторону большей терпимости к сексуальной свободе, пересмотр общественно допустимых норм. Показной роскошью представители фанка, подобно зутам, стремились продемонстрировать свою успешность. Под влиянием атмосферы «свингующего Лондона» ритмы фанка приобрели новых поклонников, в дальнейшем на его основе возникло похожее направление глэм-рок.

Глэм-рок — направление, стиль в музыке, основанный не только на непосредственном звучании, но и на внешней броскости и яркости сценического действия. Не случайно в основе термина лежит понятие «глэм», которое само по себе отсылает к понятию «гламур». Гламур – явление, известное на протяжении многих предшествующих эпох, нашел обновленное продолжение, включающее ауру знаменитости. С этим определением связаны самые различные ассоциации, носящие отрицательный характер. Это произошло из-за слишком частого упоминания слова различными популярными глянцевыми изданиями. В понятие «гламурный» вкладывается смысл «блестящий», «слишком вычурный, искусственный», и отсылает оно к «девушкам с обложки». Поэтому словосочетание глэм-рок кажется еще более странным, ведь в нем сливается название серьезного музыкального стиля рок и легковесного понятия глэм.

Звезды – явление, родившееся в XX веке как продукт массовой культуры. Фанаты предъявляют к ним не только эстетические требования соответствия идеалу красоты, но, прежде всего, требования обладания индивидуальностью. То есть в обществе появилась необходимость лицезрения и общения с личностью незаурядной, самобытной, даже неоднозначной. Эстрадные исполнители становились не просто кумирами для своих поклонников, но и «новой элитой», на которую ориентировались и с которой брали во всем пример поклонники.

В образах представителей глэма продолжились традиции, начатые фанком. Преднамеренное манипулирование стиранием половых различий во внешнем облике становится стержневой чертой нового направления. Кумиры молодежи стремились завоевать новых поклонников необычными сценическими образами. Концерт превращался в спектакль, где наравне с музыкой огромную роль играл внешний вид исполнителей.

Яркий представитель направления глэм на сцене – знаковая фигура в музыкальном мире – Дэвид Боуи, личность харизматичная и уверенная. Он не боялся экспериментов, эпатажа. Среди его нарядов были и платья, которые он называл мужскими, утверждая, что это его индивидуальный взгляд на одежду, чем игнорировал все допустимые границы демонстрации сексуальности.

В результате экспериментов со своей внешностью и костюмом певец Дэвид Боуи стал новым неожиданным персонажем «инопланетного происхождения» по имени Зигги Стардаст, что означало «Зигги звездная пыль». Очевидно, артисту хотелось обратить внимание на свою необычность, принадлежность к иному миру, возможно, инопланетному (рис. 11).

Обратимся к истории – время, когда «зародился Зигги Стардаст», начало 1970-х годов, прошло под впечатлением первого полета в космос, высадки американцев на Луну. Эти события породили массовое увлечение космической темой в различных областях. В моде того периода активно создавались коллекции для людей будущего, которые, возможно, уже совсем скоро будут жить на Марсе. Французский дизайнер Андре Курреж в 1964 году показывает коллекцию одежды для «лунной девушки», в 1968 году выходит коллекция «Space Age». Затем дизайнер разрабатывает коллекцию для людей будущего и прячет эскизы, запечатанные в капсулу, в стене своего дома моды с пожеланием открыть в 2000 году (к большому огорчению маэстро, он не угадал с моделями, которые не выглядели популярными в XXI веке).

Рис. 11. Дэвид Боуи в образах Зигги Стардаста, 1970-е гг.

URL: http://mirogorod.ru/bowie/ (дата обращения: 06.04.2021)

Пьер Карден, Ив Сен-Лоран, стоящие на тот момент в авангарде французской моды, работали в футуристическом стиле. Вся атмосфера десятилетия подогревала интерес к будущей космической эре, идея о «высадке инопланетных существ» витала в воздухе и воплотилась в сценических образах Дэвида Боуи и его группы.

Кроме того, 1970-е года были проникнуты желанием человечества очистить свою планету от грязных выбросов, смога и мусора. Люди разных стран забили тревогу, забота об окружающей среде впервые возводилась в ранг общечеловеческой проблемы.

Вот и персонаж Дэвида Боуи прилетел на Землю с благой целью – помочь привести в порядок нашу планету. Костюмы для исполнителей шили самостоятельно из блестящих тканей для занавесок. Прическу для Зигги, в основу которой легли три различные стрижки и яркий рыжий цвет, стилист придумала совместно с Дэвидом. Музыканты группы поначалу не принимали новые образы, но Дэвиду удалось их убедить. Сценические движения были также не случайны, а тщательно продуманы. В их основу легли театральные практики, прежде всего, японского театра кабуки, в котором артиста привлекала тема исполнения мужчинами женских ролей, особой пластики, необычного грима. Из такой смеси идей родился Зигги Стар-даст – андрогинный сценический персонаж неземного происхождения с волосами рыжего цвета в облегающем тело костюме. Он притягивал внимание зрителей своей неординарностью, загадкой и смелым поведением. Его сопровождали друзья – группа «Пауки с Марса». Тщательно продуманная стратегия, образ, созданный с учетом потребностей публики, дали нужный результат – Зигги полюбили.

В дальнейшем Боуи продолжал эксперименты с образами до самого конца своей карьеры. Он чутко отзывался на запросы времени и демонстрировал поистине великолепное умение перевоплощаться.

Глэм-рок подарил вестиментарной моде новое прочтение мужского образа, возможность играть на разных его гранях, демонстрировать широкую палитру прочтения – от андрогинного до маскулинного, от эпатажно сексуального до бисексуального.

3.8 Стиль гранж, рожденный «Нирваной»

Основой для создания направления гранж в молодежной моде послужила одноименная музыка группы «Нирвана» из американского города Сиэтл. Своеобразные наряды солиста Курта Кобейна, который мог выйти на сцену в коротком платьице, с хвостиками на голове и в рабочих ботинках на ногах, послужили источником возникновения новой эстетики костюма. Составляющими костюма стали поношенные, растянутые джинсы и футболки с характерными принтами в духе граффити, клетчатые и пестрые фланелевые рубашки, отдельные предметы армейской формы (рубашки, брюки, обувь, куртки), тяжелые рабочие ботинки или ботинки «Доктор Мертенс».

Приверженцами направления гранж, проникнутого пессимизмом и меланхолией, стали преимущественно студенты. Он отчасти был противоположностью своеобразной экзотике новых романтиков. Так же как и битники, его представители интерпретировали антиэлегантность в антипривилегированность. Появление подобного движения было своеобразной протестной реакцией на возникновение американских молодых бизнесменов – яппи в 1980-1990-х годах, отличавшихся строгими деловыми костюмами. В противовес им приверженцы гранжа одевались в необычные вещи, купленные на благотворительных распродажах и в магазинах подержанной одежды.

Такой самостоятельный подход к моде отразил панковские корни гранжа. Эта экстремальная субкультура в образах своих представителей соединила пренебрежительное отношение к битникам и хиппи с эклектичностью костюмов панков и новых романтиков. Тем не менее, в отличие от яркой индивидуальности панков, поклонники гранжа отличаются безликостью. Для их облика характерно смешение вещей из мужского и женского гардероба. «Многочисленные рубашки и свитера, которые они носили обернутыми вокруг талии, создавали подобие юбки и напоминали о заднем откидном клапане бам-флэп на брюках бондэйж у панков»[271]. Многие рокеры, играющие музыку гранж, напротив, предпочитали носить подчеркнуто мужскую одежду. На британской сцене новая музыка соединилась с направлением нью-эйдж, отличающимся космическими мотивами и синтезированными электронными звуками.

Именно он наиболее точно выразил общий настрой общества в последнее десятилетие века – демонстрировать богатство становится неприличным. Наметившаяся тенденция получила отражение и развилась в начале XXI века.

В начале и в середине 1990-х годов можно было увидеть свитера и рубашки, обернутые вокруг талии, в коллекциях Армани, Версаче, Дольче и Габбана, в коллекции весна/лето 2002 года Антонио Марраса. «Американский дизайнер Анна Сьюи, вдохновившись образом Курта Кобейна, создала несколько “детских платьиц” для своей коллекции '"Киберпанк” весна/ лето 1994 года. На подиуме они демонстрировались с длинными кальсонами и грубыми высокими ботинками. В моделях соединилась оригинальная форма и необычные ткани с набивками научно-фантастикой тематики»[272]. Так, она придумала образ, объединивший техно-фетишистскую андрогинность и виртуальную реальность, задействовав в своем замысле в качестве первоисточников костюмы субкультур панка и гранжа. Французский дизайнер Жан Шарль де Кастельбажак также вдохновился обликом Курта Кобейна при разработке модели домашнего пальто (любимая одежда певца), а также платья для мужчин из тканей с печатным рисунком в виде различных татуировок.

3.9 Соединение этнических и урбанистических мотивов в образах би-бойз и флайгерлз

Субкультурное направление би-бойз и флайгерлз возникло на основе нового танцевального направления – брейк-данс в начале 1980-х годов. Нужно отметить, что ранее уже наблюдался аналогичный источник появления, например у нортен соул и рейверов. Танцоров брейк-данса стали называть би-бойз[273] и флайгерлз[274].

Благодаря сложному танцу с акробатическими движениями особой популярностью у представителей этого направления пользовались нейлоновые спортивные костюмы черного цвета и белые кроссовки фирмы Адидас (Adidas). Спортивная одежда дополнялась черными классическими мужскими шляпами с небольшими полями, толстыми «золотыми» цепями, часто с массивными подвесками, и черными солнцезащитными очками. Кроме этого, би-бойз носили джинсы с джинсовыми куртками, а также объемные нейлоновые или кожаные куртки, сшитые из разноцветных блоков и украшенные множеством цветных нашивок, получившие название бомберы. Подобное эклектичное соединение могло показаться странным для традиционного городского костюма, но в рамках субкультурной одежды такие смешения не были редкостью. Достаточно вспомнить тедов, панков, рейверов. Можно сказать, что такие эклектичные варианты – один из признаков стритстайла.

Женские образы строились на сочетании курток бомберов с цветными обтягивающими лосинами и футболками, мягкими кожаными сапогами или кроссовками, дополнением служили небольшие высокие шапочки без полей, а также крупные украшения – цепи, серьги-кольца, широкие браслеты.

Существуют и разновидности мужских костюмов би-бойз. Одна из них основана на этнических мотивах, взятых из национального африканского костюма. Цветные широкие блузы – рубашки и куртки – бомберы, выполненные в лоскутной технике из ярких тканей со сложными орнаментальными рисунками, разноцветные вязаные объемные береты, похожие на берет там у растафари, или большие кепки, как у представителей фанка. В этническом направлении встречаются и широкие светлые брюки из хлопковой ткани с растительным орнаментом, которые могут соединяться в один комплект с просторной кожаной курткой. Вместо тяжелых «золотых» цепей на шее могут быть этнические бусы, в качестве дополнений часто используются черные круглые очки и разноцветные ремни. Традиционные этнические рубашки объединяются с классическими синими джинсами. Обувь – темные кроссовки или стандартные черные мужские ботинки.

В 1988 году появилось еще одно направление. Его представители называли себя «городские коммандос шик» (urban commando chic) и предпочитали армейскую одежду защитного цвета, бейсболки военного образца. В качестве дополнений к костюму по-прежнему использовались цепи, на которых в качестве подвески можно увидеть круглые часы довольно большого размера.

Би-бойз, эффектно соединив в своем костюме элементы спортивного, городского и этнического характера (традиционные африканские ткани), добавив военизированную одежду, создали интересное направление стритстайл. Танец брейк сегодня популярен у молодежи всего мира, его поклонники одеваются в спортивные нейлоновые костюмы, бейсболки и кроссовки. Куртки-бсшберы, имеющие, по всей видимости, этнические корни (блоки из разноцветных тканей, а также многочисленные нашивки – это элементы лоскутной техники), стали популярной одеждой у молодых людей, увлекающихся танцем хип-хоп (они носят их в комплекте с широкими джинсами, украшенными всевозможными нашивками, или брюками багги). Дизайнеры часто экспериментируют с ними в своих коллекциях.

Массивные украшения из «золота» проявляются в субкультурной среде афроамериканцев начиная с зутов 1940-х годов, затем у представителей фанка в 1960-е и глэма в 1970-е годы.

Только с 1970-х годов они стали обращаться к африканскому костюму (растафари). У представителей би-бойз и флайгерлз наблюдается частичное использование этнических элементов в костюме, при этом они объединяются с урбанистическими вещами, взятыми из современного гардероба.

3.9 Неоромантические направления (новые романтики и готы)

В 1980-е годы возникают субкультуры, впервые обращающиеся к историческому наследию прошлого как к источнику вдохновения. Это новые романтики и готы.

Новые романтики зарождались в атмосфере лондонских клубов, где дизайнеры представляли свои модели. Впервые показанная там коллекция Вивьен Вествуд «Пираты», созданная на основе исторических костюмов, стала основополагающей для этого направления. «Забытый крой брюк и романтических вздымающихся рубашек с их “червеобразным” рисунком основывался на крое мужской одежды XVIII века. Вествуд смешала идею костюма пиратов с элементами одежды североамериканских индейцев и французских – мервейерс»[275].

Эклектичный характер коллекции обусловлен обращением к разным источникам. Задорные, юные и романтичные образы, объемные наряды напоминают не то бесшабашных пиратов, не то туземцев с накрашенными лицами, составивших свой наряд из разноцветных европейских тканей. Просторные свободные рубашки и платья с широкими, сильно присборенными рукавами, ярких цветов, с контрастным рисунком в виде волнообразных линий, комбинируются с брюками исторического покроя, подпоясанными длинными широкими шарфами, жилетами с воротниками-стойками или жакетами. Комплекты дополняются цветными шляпами-треуголками, украшенными розетками из ткани и кистями, платками, накрученными на голове, или простыми повязками. Обувь – сапоги (некоторые из которых дополнены ремешками с пряжками), выполненные из мягкой кожи или замши. Отдельные модели сапог с таким же рисунком, как и на одежде. Благодаря прическам, манекенщицы напоминали американских индейцев. Выполненная из материалов ярких цветов (оранжевые, желтые, сиреневые, синие) с простыми контрастными рисунками, коллекция «Пираты» стала полной противоположностью вещам, которые дизайнер предлагала панкам в своем бутике. Некоторые предметы одежды из нее сегодня хранятся в лондонском музее декоративно-прикладного искусства Виктории и Альберта и Музее Лондона.

Модели Вествуд дали визуальный образ первой клубной молодежной субкультуре 1980-х годов, основанной на ностальгических настроениях, она вновь подарила им идеи, которые не остались без внимания и получили продолжение.

Нарциссический облик, характерный для нового романтика, очень декоративен, даже театрален, в нем отразились андрогинные мотивы, акцентированные глэмом 1970-х годов, а также эксперименты с гендерными формами одежды (рис. 12).

Рис. 12. Представители молодежной субкультуры «Новые романтики».

URL: https://no.pinterest.com/ pin/588071663834570011⁄ (дата обращения: 06.04.2021)

В лондонских клубах можно было увидеть костюмы, представляющие собой полнейшее смешение элементов, заимствованных из разных исторических эпох. Так, например, белые свободные одежды, по форме напоминающие традиционные японские одеяния, неплохо «сочетались» с красной лентой, повязанной через плечо, и небольшим красным платком с советской символикой в виде серпа, молота и пятиконечной звезды, заткнутым за пояс. Молодежь обращалась и к наследию прошлого, и к футуристическим образам, например, пилотов космических кораблей. Среди этих эклектичных нарядов также встречались вещи, расшитые орнаментами из блесток. Самые экзотические образы были у эстрадных певцов, например, Бой Джордж и Принц выступали в романтических блузах с рюшами и бархатных костюмах.

Эстетика общего направления моды 1980-х годов не могла не сказаться на экстравагантном облике новых романтиков, в их костюме появились огромные серьги в виде колец и шаров, сюрреалистические ожерелья из пластмассы, имитирующие настоящие фрукты; характерный для моды десятилетия яркий макияж, включающий элементы боди-арта (на лицах рисовали неестественные линии бровей, акцентировали скулы яркими малиновыми пятнами румян, губы красили ярко-красной помадой, а глаза обводили вокруг черным карандашом), а прически с торчащими в разные стороны волосами напоминали «стог сена».

Развлечения, танцы, создание необычных образов, без всякой серьезной идеологической основы, впервые послужили поводом для объединения молодежи. Новые романтики — ярчайшее движение 1980-х годов, их неоромантизм – сочетание глэма 1970-х годов и элементов постмодернистского декадентства. Эклектичные наряды можно назвать вторым значительным шагом, после образов панков, в сторону смешения элементов всех костюмов стритстайл XX века.

Представляет интерес и готическая субкультура, в том числе и с точки зрения использования элементов исторических костюмов. Она возникла в начале 1980-х годов в Англии. «Зарождение нового стиля связывают с музыкой групп “Siouxsie & the Banshees”, “Bauhaus”, “Sex Gand Children”, “Joy Division”, “Southtm Death Cult”, “Specimen”. С подачи музыкальных изданий они стали называть свою музыку готикой, хотя играли мрачноватый пост-панк»[276]. Новое направление отличалось депрессивным, декадентским настроением. Человеку свойственно выражение своих внутренних глубин с помощью музыки, звуковая стихия более тонко передает мельчайшие нюансы душевных переживаний, может выразить то, что невозможно передать словами. Видимо, меланхолическое настроение, передаваемое этой музыкой, очень точно отразилось в термине готика.

Составляющая пост-панка в готическом направлении весьма существенна. Первых представителей называли темные панки {dark punks), по своей идеологии они действительно были близки с панками, но, в отличие от последних, у них не столь нигилистические взгляды, выраженные в декадентских формах. Их девиз: «Гот бессмертен!» («Goth's Undead!») перекликается с девизом панков: «Панк не умрет!» («Punk’s Not Dead!»).

Особенности атмосферы времени, его социально-политическая обстановка, вызвавшие востребованность нигилизма, не могли измениться внезапно на полную противоположность, вызвать к жизни оптимистическое движение. По нашему мнению, скорее всего, истоки появления новой субкультуры – в попытке нового осмысления характера отношений между миром и человеком. Появилась целая формация людей, не только называющих себя готами, но и сформировавших свое определенное мировоззрение. Новая субкультура следует традициям романтизма, но уже с поправкой на современность, наследует некоторую долю панковского нигилизма. Готическое направление возникло в момент разделения общих настроений 1970-х годов на два противоположных, но равноценных по влиянию на молодежь течения. Агрессивные, примитивные стали ассоциироваться со скинами, а подчеркнуто позерские депрессивные – с артистическими образами готов.

Движение типично для времени постмодернизма. Анализ характерных художественных черт костюма этого направления позволяет заметить, что они отражают лишь определенный творческий образ жизни молодых людей, не претендующий на цельность и чистоту стиля. Отсюда их столь разнохарактерные заимствования из декадентской, вампирской, ковбойской, фетишистской эстетики. В этом корни существования огромного числа их подвидов: панк-готы, вестерн-готы, вампир-готы, трайбл-готы, фетиш-готы, антикварные, ренессансные, романтические, андрогины и т. д.

В образах этой субкультуры сильно игровое начало, каждое ответвление представляет определенных героев, оставаясь при этом в рамках одного направления. И это тоже черта постмодернизма, как и ирония – ее жизненная позиция, являющаяся средством и противостояния, и бегства от лживого пафоса, от масс-культуры.

При создании индивидуального облика представители этой субкультуры проявляют незаурядную фантазию. Эстетика движения носит эклектичный характер, распространяющийся и на символику. Основа готической эстетики – образ смерти – продолжение готического мировоззрения с его восприятием смерти как фетиша. Символика включает египетские (анк – крест с закругленным верхним концом – обозначает вечную жизнь), христианские элементы и кельтские орнаменты. Присутствует также оккультная символика в виде пентаграмм, как обычных, так и перевернутых, восьмиконечных звезд (знак хаоса). К изобретениям готов относятся изображения летучих мышей, которые подчеркивают связь с вампирской тематикой.

Как и все романтики, представители этой субкультуры рассматривают искусство в качестве посредника между миром свободы и необходимостью. Артистичность, стремление к выражению до конца неосознанных, личностных глубин, не нашедших законченных форм, находит воплощение в образе, выработанном на основе романтического мировоззрения, идеалов красоты XVIII века, когда ценилась утонченность, анемичность и болезненно бледные, тонкие чувственные натуры.

Характерным признаком нового образа является преобладание черного во внешнем облике (одежда, макияж, волосы), что было заимствовано у панков (так же как и использование в костюме декоративных металлических элементов и сетки), однако они не отрицают и другие цвета – такие как фиолетовый, бордовый и даже ярко-розовый, кроваво-красный и салатовый. Сурово-черная или блестящая кожаная одежда в сочетании с характерным макияжем сразу выделяет гота из толпы. Прическа представителя этой субкультуры – длинные распущенные или собранные в хвост волосы, иногда выбритые виски, а волосы зачесаны на одну из сторон. Возможно, это заимствовано из облика готов Средневековья: «Голова у них спереди выбрита…а сзади свисают волосы»[277].

В их костюмах исторические детали обретают яркое звучание, чему способствует использование необычных сочетаний современных тканей.

Девушки предпочитают длинные черные платья и юбки сложного кроя, изысканные корсеты из самых разных материалов – от бархата и шелка до латекса и винила. В качестве отделок используются кружево, искусственный мех (им оторачивается низ юбки или верх платья). Кроме того, используются декоративные металлические кольца, люверсы, цепочки.

Построенные на основе старинных нарядов, мужские костюмы не менее разнообразны, их шьют из бархата, шелка, кожи, богато украшают кружевами. Из головных уборов отдается предпочтение черным цилиндрам.

Разнообразна и верхняя одежда – это пальто, накидки, кожаные плащи. Особенно эффектно выглядят накидки, выполненные в разных вариациях, часто они бывают двусторонними с подкладкой из шелка контрастного цвета.

Приверженцы фетишистского направления отдают предпочтение обтягивающим комбинезонам, сильно открытым корсетам и платьям со сложными вырезами, богато декорированным многочисленными цепочками и пряжками.

Наиболее близок к этому ответвлению романтический облик так называемой готической Лолиты, который весьма популярен. Его основу составляют короткие платья с широкими расклешенными юбками, украшенные бантами и кружевом, ассоциирующиеся с детскими.

Готы, увлекающиеся литературными, кинематографическими образами вампиров, акцентируют своеобразную внешность при помощи характерного макияжа: белый грим, на котором выделяются обведенные черным карандашом глаза и накрашенные ярко-красной помадой губы. Для усиления сходства «последователи» графа Дракулы используют линзы и искусственные клыки. Одежда, подчеркивающая образ – вампирские двусторонние плащи – внешний черного цвета, внутренний – красного и цилиндры.

К футуристическим можно отнести техно- и киберготов, которые стараются подражать виртуальным героям компьютерных игр. При создании образов они пользуются современными материалами, что позволяет максимально отразить их устремленность.

Представители всех направлений предпочитают дополнять свои костюмы оригинальными ювелирными украшениями из серебра. Выбор этого материала связан с их склонностью к мистицизму и верой в его магическую силу. Своеобразен и внешний вид изделий, например, так называемые «сестринские кольца», которые чаще всего размером с фалангу или палец, некоторые из них напоминают большие звериные когти. Часто они гравируются изображениями черепов, летучих мышей, крестов и т. п. Кроме того, одна из обязательных принадлежностей – ошейник, который может изготавливаться как из кожи, так и из металла или латекса. Этот аксессуар, как правило, декорируется металлическими шипами, заклепками, цепочками, подвесками.

Новые романтики и готическая субкультура – два направления стрит-стайл, которые использовали элементы исторических костюмов при создании своих образов. Но если первые несли яркое оптимистическое начало и обращались к необычным экзотическим нарядам пиратов, туземцев и т. п., то вторые, напротив, предпочитают утонченное изящество мрачных романтических мотивов.

Эти постмодернистские субкультуры объединяют маскарадность, теа-трализованность, мистификация. «Маска дает возможность, пусть иллюзорную, изменить свое поведение, образ жизни, наконец, саму жизнь, самостоятельно “выбрав” новую роль, и играть ее, сохраняя инкогнито и по-детски не думая о последствиях; маска позволяет соединить или сблизить скучную обыденность и праздник»[278].

3.10 Танцевальная субкультура рейверов 1980-х годов

1980-е годы стали десятилетием зарождения клубных субкультур, одна из которых – рейверы. Золотая молодежь выбрала местом своего отдыха Балеарские острова и остров Ибицу, послужившие своеобразной стартовой площадкой новому движению. Его представители, на первый взгляд проводящие время в бесконечных танцах, ассоциируются с толпой, на самом деле единение отдельных индивидов в общем танце – их своеобразный ритуал. К концу 1980-х – началу 1990-х годов рейв стал центральным объединяющим молодежным направлением.

Образ жизни рейверов, основанный на любви к новому танцевальному ритму, требовал свободной, удобной для движений одежды. На их фотографиях можно увидеть выбранные в соответствии со стремлением к комфорту трикотажные или нейлоновые куртки с капюшонами, легинсы из лайкры флуоресцентных цветов, цветные и белые футболки с короткими и длинными рукавами с различными изображениями – от веселых смайлов и сердечек до рекламных слоганов в духе комиксов. Их носят в комплекте с джинсами (как классическими, так и широкими по всей длине), брюками багги и разноцветными комбинезонами.

В качестве верхней одежды используют и традиционные куртки-ветровки, и колоритные национальные пончо. Дополняют образ различные головные уборы. Это может быть традиционная бейсболка, панама и даже соломенная шляпка, украшенная искусственными цветами. Нетрадиционны аксессуары, украшающие рейвера. Так, на шее можно увидеть детскую соску, на лице респиратор необычно яркого цвета, на руках объемные перчатки, встречаются платки, накрученные на руки или повязанные на шее. Из более традиционных дополнений – круглые черные очки, серьги-кольца, значки и кулончики на кожаных шнурках, например, с изображением знака инь – ян.

Искусственные, так называемые «кислотные» цвета одежды символизируют ностальгию по временам хиппи и психоделии. Рейверы часто расписывают тела простыми узорами, например, спиралями или кругами, подобно хиппи и нью-эйдж. Расписанные тела – своеобразное выражение единения племени.

Рис. 13. Представители молодежной субкультуры рейверов.

URL: http:// www. cdn.shopify.сот (дата обращения: 06.04.2021)

Весь образ проникнут эксцентричностью и эпатажем. Соединив урбанистические черты (принты-комиксы на футболках, бейсболки, круглые черные очки) с национальными (пончо, соломенные шляпки, платки), племенными (роспись тела) и дополнив все это необычными аксессуарами (соски, респираторы, объемные перчатки), рейв выразил гедонистские настроения современной молодежи. Игра в детство, нежелание взрослеть легли в основу их поведения и обосновали выбор костюмов (рис. 13).

Рейверы соединили в себе образ городского подростка, любовь хиппи к национальной одежде, увлечение боди-артом. Кроме того, в их стиле ярко выразилось детское восприятие мира. Круглые черные очки, которыми битники отгораживались от мира, у представителей этой субкультуры становятся одним из забавных аксессуаров, поскольку рейвер открыт окружающему миру, един с соплеменниками, по-детски рад и счастлив жизни.

3.11 Отражение технического прогресса в современных направлениях

1990-е годы подарили новые субкультурные направления, основанные на использовании достижений технического прогресса и новых ритмах музыки техно. В это десятилетие также продолжило свое существование большинство субкультур 1980-х годов.

Япония была одной из первых стран, где молодежь серьезно увлеклась компьютерными играми, виртуальным пространством и Интернетом, веяние быстро распространилось по всему миру. Компьютерные технологии открыли молодым людям нереальный мир, который был обыгран молодежными субкультурными направлениями. Одним из них стало техно, на появление которого, кроме компьютерных игр, повлияла и новая музыка. Так же как и оглушительная, механическая музыка, их одежда сопротивлялась имитации фешенебельности. Одетые в антирадиационные костюмы и маски, военные артиллеристские куртки или камуфляж городского боевика, техносы выглядели как герои современного научно-фантастического кинобоевика.

Применение армейской одежды роднит техно с битниками 1950-х годов и гранжем 1980-х годов. Бейсболки и кроссовки в последние десятилетия XX века входят в костюм представителей многих субкультур, поскольку становятся традиционными и любимыми у молодежи.

Близок к техно киберпанк, вдохновленный научной фантастикой, виртуальными играми, а также новым жанром комиксов. В то же время в его основе – панк-направление. Взгляды киберпанков полностью соответствуют взглядам их предшественников. «Вооруженные» более сильным оружием – компьютером и Интернетом, они призывают использовать технический прогресс во всех сферах общества, предлагают подорвать иерархические структуры власти с помощью доступных компьютерных сетей и свободных информационных каналов.

Представители движения, подобно панкам 1970-х, используют в своем костюме отходы индустриального производства: автомобильные покрышки, противогазы, резиновые трубки, микросхемы, провода, в сочетании с современными технологиями и голографическими тканями. Это объясняется, с одной стороны, современным взглядом на окружающую действительность, а с другой – становится своеобразным способом выражения отношения к экологическому состоянию окружающей среды.

Своим обликом, столь же изобретательным и радикальным, как и их идеология, эта новая порода киберпанков представляет мощный взгляд XXI века и показывает, что так же, как и зуты пятьдесят лет назад, улица и клубный стиль все еще могут удивить и даже потрясти.

Сегодня «техно-» и «кибер-» стали приставками, характеризующими новые, «вооруженные» современными технологиями урбанизированные ответвления уже известных направлений. Это один из способов увеличения многообразия костюмов стритстайл, благодаря которому молодому человеку предоставляется возможность выбирать наиболее близкое ему течение в своей среде. Так, например, кроме киберпанков существуют киберготы. Так называемых индустриальных готов можно назвать техно готами, поскольку их образы перекликаются с представителями техно. Они предпочитают рабочие комбинезоны из камуфляжной ткани, тяжелые ботинки. В качестве аксессуаров используются сварочные очки, тяжелые металлические украшения, часто с эффектом ржавчины. Костюмы киберготов изготавливаются с применением пластика или современного материала бифлекса, украшаются проводами, микросхемами, свето-отражателями (рис. 14). Поклонники этого направления носят сварочные очки. Эти особенности можно наблюдать на фотографиях интернет-сайтов, посвященных готической одежде, и в журналах соответствующей направленности[279].

В этих новых течениях находит отражение современное постмодернистское мышление и творчество, его «идеальным образцом… является компьютерная игра, допускающая на плоском экране любые сочетания образов, знаков, языков, быструю, по воле играющего, замену одного изображения другим и погружающая человека в виртуальный мир»[280].

Образы представителей стритстайл, названия которых начинаются с приставки «кибер-», словно пришли из несуществующей реальности, а их обладатели напоминают путешественников неосвоенного вымышленного пространства. Возможно, такие эксперименты подготовят появление неведомых ранее, «вселенских» футуристических костюмов, подобно тому, как информационное общество создает виртуальное пространство, объединяющее мир.

3.12 «Иконические предметы» молодежной моды

На протяжении конца XX века, начиная с 1970-х годов, можно наблюдать, как находки в области создания образов молодежных субкультурных движений постепенно изменяют представления о моде. И в результате незаметных на первый взгляд изменений именно субкультурная среда определит вектор развития вестиментарной моды на многие десятилетия вперед и в значительной степени повлияет на повседневный облик современного человека. Несмотря на разнохарактерные черты образов представителей субкультурных движений, можно наблюдать их особенную любовь к определенным видам одежды, которые удивительным образом притягивают молодежь, позволяя оставлять на себе любые отличительные метки, маркируя идеологические предпочтения. Действительно, отдельные предметы молодежного гардероба, помимо утилитарной и эстетической ценности, обладают особой магией, что позволило им подняться от простого бытового уровня до уровня культового костюма, так называемых икон. Каждый из этих предметов одежды прошел долгий путь превращения в икону моды.

Рис. 14. Образ кибергот. URL: https://www. pinterest.ru/pm/423197696237072512/ (дата обращения: 06.04.2021)

Один из самых популярных объектов в этом отношении представляют джинсы — рабочая одежда золотоискателей Клондайка и американских ковбоев. Простые рабочие брюки из брезентовой ткани, позднее получившие свое легендарное название. Возможно, это произошло потому, что их стали шить из прочной ткани, производимой в Генуе (jeans – это сокращение от прилагательного генуэзский, сделанный в Генуе). Термин деним, употребляемый обычно в паре с термином джинсы, очевидно, произошел от названия французского города Нима, где производилась ткань для этих брюк, то есть «происходивший из Нима». Предполагают, что для удобства произношения было принято сокращение деним. Авторам одежды – Леви Страусу и Якобу Дэвису впервые пришла в голову блестящая идея не пришивать карманы к брюкам, а приклепать заклепками из металла, благодаря чему они приобрели прочность. Первоначально рабочие брюки изготавливались из палаточной ткани коричневого цвета, были отделаны двойными строчками, сзади на поясе настрачивался яркий лейбл. Немного позднее заклепки на задних карманах исчезли по просьбе ковбоев, так как портили кожу седел. Одновременно появился и маленький кармашек спереди для часов и монет, и с тех пор традиционные джинсы стали выпускаться всегда с пятью карманами. Варьировались строчки, пуговицы, толщина нитей, технология окрашивания и пошива. После окончания периода золотой лихорадки интерес к джинсам пропал. Этот предмет одежды мог навсегда уйти в историю, но произошло иначе.

В 1960-х годах движение хиппи выбрало синие джинсы, которые тогда не были в моде, в качестве одного из предметов собственной идентификации. Удобные, прочные и долговечные брюки из денима они украшали бисером, бахромой, кожей, разноцветными заплатками, расписывали картинками. Поношенный, потертый вид лишь придавал джинсам привлекательности в глазах владельца. С тех пор они претерпевали множество изменений. Каждое субкультурное направление интерпретировало внешний вид джинсов в соответствии со своими представлениями о костюме. Популярной у молодежи одеждой заинтересовались модные дизайнеры, а средства массовой информации широко их разрекламировали, помог распространению и кинематограф.

Длинный путь джинсов из разряда рабочей одежды до приобретения символического статуса проходил через переосмысление их значимости посредством преобразований внутри мятежной субкультурой среды.

Следующий иконический предмет молодежной моды – белая футболка (или T-shit, англ.) эволюционировала от части нижнего белья до незаменимого модного атрибута. Проникновение в разряд символических вещей началось в 1950-х годах, когда в фильме «Трамвай “Желание”» герой М. Брандо появился в ней на экране.

Футболка стала своеобразной униформой бунтарской молодежи, претерпевая различные изменения, в соответствии с ее меняющимся характером. Представители субкультур наносили на нее диаметрально противоположные символы и знаки.

В 1950-х годах байкеры надевали футболки под кожаные куртки, в 1960-х годах хиппи рисовали на них символический рисунок – смайл, отчего футболки получили название смайл Ти-шот (smiley T-shit). Этот символ, наряду с ромашкой, тоже стал своеобразной иконой. Сегодня он широко используется в различных областях. В 1994 году дизайнер Москино, известный своим чувством юмора, создал сумку «лицо смайл» (smiley-face) в виде этой иконы 1960-х годов.

Спустя десятилетие майка с короткими рукавами стала своеобразной листовкой для панков, на которой они писали оскорбительные лозунги. Она нашла отражение в костюмах представителей гранжа, рейвов, готов и других субкультур.

В 1990-х годах дизайнер Хельмут Ланг предложил комбинировать футболки с различными элементами костюма, но публичное появление в ней стало приемлемым лишь к концу десятилетия. Сегодня этот предмет одежды претерпевает изменения в современных интерпретациях модных дизайнеров. Появились вечерние шелковые майки от Версаче, из полупрозрачного шифона «от Нины Ричи». Дизайнеры Кельвин Кляйн и Поль Смит производят под своими марками футболки из хлопка, в коллекциях Хельмута Ланга их можно увидеть прорезанными насквозь. На модных подиумах появляются самые неожиданные варианты: майки наслаивают друг на друга, одевают поверх футболок, экспериментируют с цветами и тематикой принтов, появились удлиненные майки-платья. И все же первоисточником этих экспериментов является белая мужская майка из хлопкового трикотажа. Возникнув как предмет нижнего белья, затем став элементом спортивной одежды, она претерпела немало изменений, прежде чем превратилась в провокационно-гендерный и демократизационный символ.

Являясь одной из главных, знаковых икон моды, футболка отражает двойственность мира молодежи – единство и разнообразие. Как предмет одежды она объединяет молодых людей, тем не менее изображения на ней могут нести самую разную, зачастую даже провокационную смысловую нагрузку. Несмотря на то, что футболки – продукт массового производства, их нетрудно индивидуализировать. Сегодня у каждого появилась возможность напечатать на футболке абсолютно любое изображение и тем самым обозначить себя в окружающей общественной среде. Кроме того, различные знаки служат, с одной стороны, целям индивидуализации, с другой – обладают объединяющим свойством. Единые символы порождают у молодежи мифологизированную веру в общую идею поколения. Сегодня трудно назвать дизайнера, который бы не использовал прием печати слоганов на одежде.

Наряду с джинсами и футболкой черная кожаная куртка «Перфектно», созданная Ирвингом Скоттом в 1928 году на основе летных курток специально по просьбе байкеров, является одной из необыкновенных, не подвластных времени вещей.

Кожаная куртка «Перфектно» имела множество интересных деталей, разработанных для удобства при езде на мотоцикле. Это была первая куртка с застежкой на молнии, причем застежка была косой, для удобства к собачке молнии крепилась маленькая цепочка. Это позволило расстегивать куртку рукой в мотоциклетной перчатке, не снимая вторую с руля. Рукава были заужены книзу и имели вертикальную молнию для защиты от ветра, кроме того, в них вставлялись ластовицы, обеспечивающие большую свободу движения. Также для защиты от ветра усиливалась спинка. На воротнике-стойке располагалась кнопка, при помощи которой можно было закрепить кепку. С тех пор «Перфектно» практически не изменилась, только вместо грубой конской кожи стали использовать более мягкую телячью, а через 20 лет после создания появилась ее женская вариация.

Хиппи украшали свои кожаные куртки бахромой, панки их резали и скрепляли булавками. Рок-звезды от Элвиса Пресли до Брука Спринстина использовали «Перфектно» как сценический костюм.

Модельеров также привлекала легендарная куртка с мятежным характером. С 1970-х годов они превратили ее в предмет роскоши, далекий от первоначальной идеи. В 1980-х годах «Перфекто» была своеобразным «смокингом» на модных вечеринках ночных клубов Парижа, где ее носили с облегающими брюками или мини-юбками. Вивьен Вествуд, Версаче, Готье, Мюглер, Клод Монтан, Лагерфельд, Дольче и Габбана и многие другие дизайнеры моды создают всевозможные вариации на тему «Перфекто». В зимней мужской коллекции «Гермес» 2003 года была представлена байкерская куртка из кожи ящерицы[281].

Еще одним примером культового предмета стали ботинки «Доктор Мертенс». Истории их возникновения уделено должное внимание в работе Квилльер «The Leather Book». Впервые они появились в 1945 году. Их изобрел доктор Клаус Мертенс, усовершенствовавший подошву, положив поверх нее аэроподушку, что обеспечило дополнительную опору и комфорт. «После тяжелых военных лет, проведенных в неудобных армейских ботинках, новинка стала очень популярной, в том числе и у женщин “за 40”».

В 1960-х годах английский обувщик Бил Грипп приобрел эксклюзивные права на использование аэровоздушной подошвы. До этого он был известен своими рабочими ботинками, которые носили военные и шахтеры. Теперь Грипп внес некоторые изменения в немецкую модель: использовал более толстую кожу, добавил желтые стежки и рифленую подошву с характерным узнаваемым левым следом. Ботинки с высокой подошвой были масло-, водо-, кислотно- и бензинонепроницаемыми. Незаменимые, удобные и функциональные, «Доктор Мертенс» быстро полюбились английскому рабочему классу: рабочим метро, полицейским, докерам, почтальонам и другим.

Первой публичной фигурой, выставившей напоказ «Доктор Мертенс», стал лейборист Тони Бенни. Вскоре его примеру последовали левые группировки студентов, «док» быстро стали модными. Удобные, подходящие для самых невероятных ситуаций, они не только были важной составляющей образов мятежной молодежи, но и снискали популярность на британской рок-сцене. «Секс Пистоле», «The Who» и другие звезды – список их фанатов среди музыкантов кажется бесконечным.

Даже панки перекрашивали эти ботинки в соответствии с собственным вкусом. «Доктор Мертенс» пережили и черные дни, когда агрессивно настроенные скинхеды и группы неофашистов сделали их ключевым предметом своего устрашающего механизма. Они закатывали джинсы до икры, чтобы продемонстрировать ботинки черного или винно-красного цвета, самые высокие из которых имели как минимум 22 глазка[282]. Поклонники костюма гранж в Сиэтле носили их с клетчатыми рубашками и безразмерными шортами. «Доктор Мертенс» на протяжении всей истории молодежных мятежей были излюбленной обувью их участников. Больше того, они стали частью тенденции «унисекс», так как подходили представителям обоих полов. Женщины, стремящиеся к независимости, отказывались от бюстгальтеров и высоких каблуков, часто заменяя последние на удобные ботинки «Доктор Мертенс». Распространившись от Австралии до Гонконга, эти ботинки, несмотря на бурное прошлое, стали любимой обувью тинейджеров.

Попав в поле внимания модельеров, удивительная функциональность этой обуви соединилась с яркой образностью. Особенно незаменимыми они оказывались на показах молодежной моды, где их надевали с одеждой разных направлений, даже с легкими летними платьями. Кроме того, дизайнеры, например Кензо, Чарльз Джордан, предлагали свои варианты известной модели. Одним из последних воплощений на подиуме стали ботинки высотой до бедер в зимней коллекции Жан-Поля Готье в 2003 году.

Синие брюки из денима, куртка «Перфекто», футболка и ботинки «Доктор Мертенс», став легендарными, разрушили все границы: половые, возрастные, гендерные, национальные. Они превратились в незаменимые, культовые предметы одежды и распространились по всему миру, получив интернациональный характер.

Создание мифов массовой культуры говорит о неизбывности интереса к прошлому, о том, что новации художественного языка, как в живописи, так и в моде, питались соками низовых жанров. Миф позволяет человеку чувствовать себя частью огромного мира. Магнетическую силу мифа угадывали своим обостренным чутьем художники. «Уставший выражать только свою личность художник ищет опору в мифе, усматривая в нем средство “укрупнения” формы, преодоления отрыва от народных корней, утраты всеобщих стилистических ориентиров»[283].

Феномен мифологизации, превращения обиходных предметов одежды в некую «икону», можно назвать своего рода палимпсестом постмодернизма, выраженным языком костюма. В постмодернистской текстологии палимпсест, или интертекстуальность, – это понятие постмодернистской текстологии, «артикулирующее феномен взаимодействия текста с семиотической культурной средой в качестве интериоризации внешнего»[284]. «Каждый текст представляет собой новую ткань, сотканную из старых цитат»[285]. Поскольку цитирование становится одним из основополагающих признаков постмодернизма, с его движением в направлении «смерти автора», палимпсест отражает состояние культуры этого времени. Интертекстуальность создает эффект многослойности, полупрозрачности, когда старое не исчезает, а наоборот, проступает сквозь новые наслоения. Тем самым прошлое продолжает свое существование в качестве некоей парафразы. На этом принципе строится искусство постмодернизма, и он же ложится в основу новых «икон». Первоначальный предмет костюма, например майка или кожаная куртка, остается незыблемым в своей архетипической первооснове, его очертания всегда угадываются под всеми наслоениями времени, подобно тому, как в новом тексте или современном произведении искусства подчас прочитывается первоисточник цитирования. Можно изменить отделку, напечатать рисунки, украсить значками или заклепками, но сквозь все дополнения и изменения всегда узнается истинное «тело» вещи и то, какой именно предмет был взят за основу, что говорит о его универсальности, способности пережить время.

Принцип палимпсеста проявляется и в надписях, наносимых на футболки и другую одежду. Как пишет С. Кусков: «…надписи – это слой начертаний, который как бы произвольно накладываясь на изображение, развивается сам по себе – автономно, лишь ассоциативно увязываясь с другими слоями: фото, живописи, коллажа, каждый из которых просвечивает через другой, мерцая и подбрасывая загадки. Надпись здесь не объясняет, а усложняет низлежащий слой образов и материалов»[286]. С этой точки зрения можно рассматривать и надписи на одежде, завоевавшие сегодня огромную популярность. Их разнообразие очень велико: от персонажей комиксов или виртуальных игр и портретов кумиров до рекламы и даже непристойных выражений.

3.13 Музыка как источник вдохновения для дизайнеров высокой моды

Влияние музыки на все сферы культурной жизни XX века было столь велико, что позволило назвать его «веком музыки», тогда как век предыдущий являлся столетием литературы. Именно музыке подвластно передавать мироощущение молодого поколения, их эмоции и надежды на изменение мира. Эмоциональное воздействие музыки, способной создавать ассоциативные представления о явлениях и окружающем мире, более существенно по сравнению с другими видами искусств. Это дает повод назвать музыку одним из связующих элементов мира высокой художественной культуры и культуры молодежной, которая черпает вдохновение в неожиданных музыкальных направлениях. Новый феномен получил выражение в ином музыкальном языке, интернациональном и объединяющем по своей сущности, ставшим средством общения молодых людей. Вторым языком молодежной среды стал язык одежды. Они неразрывно связаны. Музыкальная мода становится генератором очередной молодежной субкультуры, а ее символика находит продолжение в визуальном образе ее представителей.

Дизайнеры вестиментарной моды на протяжении конца XX – начала XXI века вдохновлялись молодежными образами, созданными в стихийной уличной среде под влиянием новых музыкальных ритмов и направлений. Проникнутые философской идеологией, они не всегда понятны обывателю. Тем не менее переведенные на визуальный язык модных тенденций, образы, на первый взгляд далекие, становятся любимыми и воспринимаются как самые модные. Тенденции моды начала XXI века словно в калейдоскопе продемонстрировали обращение к некогда скандальным образам хиппи, панков, готов, рокеров, тедов, даже гипертрофированный костюм зут нашел свое отражение в коллекции Джона Гальяно. Кроме того, объемный, лишенный размера зут стал прообразом современных «безразмерных моделей» и тем самым основоположником метода проектирования оверсайз. Стиль гранж завоевал популярность у миллионов людей, став особенной «фишкой», дающей возможность скрыть свое финансовое положение. Непритязательный с виду, образ в стиле гранж решил проблему нивелирования отличий в костюме между социальными классами.

Пожалуй, ни одно из направлений молодежной среды, созданных на основе музыкальных течений, не осталось вне поля зрения дизайнеров и прошло через визуализацию образов в коллекциях прет-а-порте и от кутюр. Концептуальные идеи являются основой для создания дизайнерами коллекций вестиментарной моды. Источником творческого вдохновения зачастую становится музыка, ассоциирующаяся с визуальными образами. Показ модной коллекции не обходится без музыкального сопровождения, подбор которого чрезвычайно важен для выражения общей идеи коллекции. Но и сама музыка как тема, а также сценические образы музыкантов становятся одними из важных источников вдохновения современных дизайнеров костюма.

Рис. 15. Платье из коллекции Эльзы Скиапарелли «Музыка» и фрагмент платья, 1939 г.

URL: https://zen.yandex.ru/media/id/59f4b9aba936f4d4c24a38f4/istoriia-domov-mody-elsa-schiaparelli-5a60ab9c00b3ddca9f339f1c; https://annncuana.livejoumal.eom/1608.html (дата обращения: 06.04.2021)

Одной из первых обратилась к этой теме художник-модельер, работавшая в стиле сюрреализма, относившаяся к своим моделям как к произведениям искусства, Эльза Скиапарелли, создавшая в 1939 году коллекцию «Музыка» (рис. 15). Она вышила на платьях изображения нот и нотных линеек, украсила пояса, перчатки (рис. 16) и шляпки вышитыми изображениями музыкальных инструментов – бубнов, скрипок, музыкальных шкатулок, выполнила пуговицы в форме барабанов.

Дизайнер Валентино словно процитировал Скиапарелли, посвятив одну из моделей своей весенне-летней коллекции 2014 года музыкальной теме (рис. 17«). Ноты, написанные тонкой нитью на прозрачной органзе платья, словно готовы рассказать зрителю историю его создания на языке музыки.

Рис. 16. Перчатки к коллекции «Музыка» Эльза Скиапарелли, 1939 г.

URL: https://mylitta.ru/1074-gloces.html; https://www.pinterest.se/ pin/297519119119879144/ (дата обращения: 06.04.2021)

Создается впечатление, что дизайнер вдохновлялся именно этим музыкальным произведением, ноты которого мы видим в вышивке.

В одной из своих коллекций высокой моды голландские дизайнеры Виктор и Рольф использовали образы музыкантов, исполнителей классической музыки, одновременно затронув и тему выходного торжественного мужского фрачного костюма. Дизайнеры перенесли эту модель на женский образ (рис. 1‰). В моделях сквозит постмодернистское ироничное отношение к серьезной теме, увеличенное жабо словно раздувает грудь, делая фигуру более значимой.

В коллекции весна – лето 2008 года Виктор и Рольф продемонстрировали модели с полуобъемными скрипками (рис. 176, рис. 186). Это было неожиданное прочтение темы музыкальных инструментов.

Дизайнеры разрабатывали костюмы для сценических выступлений музыкантов XX века. Так, Жан Поль Готье создал незабываемый образ Мадонны, включающий корсет с конусообразными чашечками, английский дизайнер Зандра Роудз – сценические костюмы для Фредди Меркьюри, японский дизайнер Кансай Ямамото – знаменитые костюмы Зигги Стар-даста для Дэвида Боуи. Такое сотрудничество с дизайнерами позволяет музыкантам достичь ярких, незабываемых образов, которые затем снова становятся источником вдохновения для других дизайнеров. Неподражаемый Жан Поль Готье в 2013 году представил коллекцию «от кутюр», посвященную известным музыкантам современности. Образы Мадонны, Бой Джорджа, Грейс Джонс в нескольких вариантах, Энни Ленокс, Майкла Джексона и Дэвида Боуи (Зигги Стардаст) (рис. 17в) были представлены в качестве моделей. Музыкальные ритмы и сценические образы исполнителей продолжают рождать новые художественные образы вестиментарной моды, вдохновляя дизайнеров на смелые эксперименты с костюмом.

Рис. 17. Модели, вдохновленные музыкой: а) Валентино, 2014 г. URL: http s://www.pinterest. es/pin/522417625509569603/ (дата обращения: 06.04.2021) б) Виктор и Ролъф, 2008 г. URL: http://fashionshow-w.blogspot.com/2013/02/ viktor-rolf-spring-2008.html?m=0 (дата обращения: 06.04.2021); в) Жан-Поль Готье (Дэвид Боуи в образе Зигги Стардаста), 2013 г. https://www.seattletimes.com/nation-world/david-bowie-held-powerful-influence-on-fashion-design/ (дата обращения: 06.04.2021)

Рис. 18. Модели Виктора и Рольфа:

а) Коллекция 1998 г. URL: http://www.intermoda.ru/doc/apollonbezobrazov/vystavka-viktor- rolf-fashion-artists – otkroetsya – v-mel-bume.html (дата обращения: 06.04.2021), б, в) коллекция 2008 г. URL: https://www.sabah. com.tr/galeri/magazin/parisjnodaJtaftasi/7; http://fashionshow-w.blogspot.com/2013/02/viktor-rolf-spring-2008.html?m=O (дата обращения: 06.04.2021)

Послесловие

Молодежная культура представляет собой своеобразную художественно-эстетическую среду, которая в рамках постоянно возникающих новых субкультурных движений рождает новаторские идеи, формирует эстетические идеалы и формы их отображения, которые, как показала история XX века, подхватываются массовой культурой, расцветают, обогащая ее новыми смыслами. В начале XX столетия в культуре начинает формироваться явление культа молодости, которое становится ведущим к окончанию века. В музыке возникает феномен глобального музыкального языка на основе синтеза европейского, неевропейского языков, отображенный в технозвуках, ритмах, порожденных индустриальной и постиндустриальной эпохами. Более того, начало XXI века в искусстве, в том числе музыки и моды – это бесконечная рефлексия на то, что было создано в предшествующую эпоху, кризис эстетических и новаторских идей, вызванный во многом стремительностью, буквально каждое десятилетие, возникновения новых ярчайших художественных и музыкальных направлений и стилей

Такая ситуация обусловлена постмодернистской парадигмой культуры, которую необходимо осмыслить, чтобы прочувствовать во всей полноте.

Развитие массовой музыки и моды, безусловно, будет продолжено и в XXI веке; авторам данной работы представлялось необходимым показать те основные идеи, художественные тенденции, социально-культурные причины, которые станут основой для инновационного музыкального и художественного языка будущего.

Литература

Раздел I

1. Арановский М.Г. Русское музыкальное искусство в истории художественной культуры XX века: Сб. науч. ст. – М., 1999. – С. 3–40.

2. Аргамаков К.А. Искусство импровизации // Муз. альманах. – М., 1914. – С. 112–116.

3. Ариарский М.А. Прикладная культурология как область научного знания и социальной практики: автореф. дис…. д-ра пед. наук. – СПб., 1999. – 47 с.

4. Аксютина О. Панк-вирус в России. – М., 1999. – 320 с.

5. Аннинский Л. Барды. – М., 1999. – 384 с.

6. Асафьев Б. В. Избранные статьи о музыкальном просвещении и образовании. – Л., 1973. – 142 с.

7. Барбан Е. Идея импровизации // Родник. – 1990. – № 12. – С. 12–18.

8. Барбан Е. Черная музыка. Белая музыка. – Екатеринбург, 2002. – 284 с.

9. Баташев А.Н. Искусство джаза в музыкальной культуре//Советский джаз. Проблемы. События. Мастера: Сб. ст. – М., 1989. – С. 80–95.

10. Баташев А.Н. Советский джаз: Ист. очерк⁄ под ред. и предисл. А. В. Медведева. – М.: Музыка, 1972. – 175 с.

11. Баташев А.Н. Феномен импровизации// Сов. музыка. – 1987. – № 2. – С. 46–49.

12. Бондаренко В.Л. Энциклопедия популярной музыки. – Минск, 2002. – 480 с.

13. Бриль И.М. Основы джазовой импровизации на фортепьяно: Учеб-метод, пособие. – М.: Изд-во гос. муз. пед. ин-та им. Гнесиных, 1976. – 111 с.

14. Бурлака А., Запесоцкий А. В ритме эпохи. – СПб., 1994. – 86 с.

15. Бондаренко В.П., Дроздов Ю.П. История рок-музыки. Европа, Америка, Австралия. – Минск, 1997. – 176 с.

16. Бэлза И. Ф. Исторические судьбы романтизма и музыки: Очерки. – М.: Музыка, 1985. – 255 с.

17. Далькроз Ж.Э. Ритм, его значение в жизни и в искусстве: 6 лекций ⁄ предисл. П. Бэль. – СПб.: [Б. и.], 1913. – 42 с.

18. Егорова О. Ритмическая и эстетическая гимнастика // Оркестр. – 1911.-№ 15.-С. 3–4.

19. Жданов А. А. Вступительная речь и выступление на совещании деятелей советской музыки в ЦК ВКП(б) в январе 1948. – М.: Госполитиздат, 1952. 30[2] с.

20. Запесоцкий А. С. Возникновение и развитие дискотек. – СПб., 2004 – 44 с.

21. Запесоцкий А. С. Из истории рок-музыки: Творчество «Битлз». – СПб.: СПбГУП, 2013.-40 с.

22. Запесоцкий А. С. Философия и социология культуры. Избранные научные труды. – СПб.: СПбГУП, 2011. – 815 с.

23. Иконникова С. И. История культурологии. Идеи и судьбы: Учеб, пособие. – СПб.: СПбГАК, 1996. – 264 с.: ил.

24. Иконникова С. И. Молодежь: Социологический и социально-психологический анализ. – Л.: ЛГУ, 1974. – 164 с.

25. Жаркова О. Искусство джаза в музыкальной культуре России // Развитие творческих и коммуникативных способностей личности: Сб. науч, ст. – Самара, 1996. – С. 85–93.

26. Искусство в системе культуры: Сб. науч. ст. ⁄ ред. М. С. Каган. – Л.: Наука, 1987. – 272 с.

27. Каган М. С. Музыка в мире искусств. – М., 1995. – 231 с.

28. Каган М. С. Морфология искусства. – Л., 1972. – 440 с.

29. Кампус Э.А. О Мюзикле. – М., 1983. – 127 с.

30. Козлов А. Рок: истоки и развитие. – М., 1998. – 191 с.

31. Коллиер Д.Л. Становление джаза: Ист. очерк ⁄ предисл. А. В. Медведева. – М., 1984. – 390 с.

32. Конен В.Д. Пути американской музыки. – 2-е изд., доп. – М., 1965. – 524 с.

33. Конен В.Д. Рождение джаза. – 2-е изд. – М., 1990. – 319 с.

34. Конен В.Д. Третий пласт: Новые массовые жанры в музыке XX века. – М., 1994. – 160 с.

35. Конен В.Д. Об истоках рок-музыки // Советская музыка. – 1986. – № 7.-С. 104.

36. Корзун И. Феномен массовой культуры. – М., 1987. – 121 с.

37. Крымова Л. О «ДДТ», Шевчуке и не только о нем. – Ростов н/Д., 2001. – 63 с.

38. Курбановский А. Рок-блокнот. – СПб., 1991. – 92 с.

39. Махлина С. Т. Семиотика культуры и искусства: Опыт энцикл. слов.: в 2 ч. – СПб., 2003. – Кн.1. – 264 с.

40. Махлина С.Т. Язык искусства в контексте культуры. – СПб., 1995. – 216 с.

41. Медведев А. В. Время зрелости // Советский джаз. Проблемы. События. Мастера: Сб. ст. – М, 1987. – С. 29–47.

42. Медушевский В. В. О закономерностях и средствах художественного воздействия музыки. – М., 1976. – 253 с.

43. Молзинский В. В. Проблемы изучения современных тенденций музыкального развития молодежи: автореф. дис…. канд. искуствоведения. – Л., 1986.– 16 с.

44. Назайкинский Е.В. О психологии музыкального восприятия. – М., 1972. – 383 с.

45. Орлов Г. А. Древо музыки ⁄ предисл. М. Друскина. – СПб.; Вашингтон: Frager, 1992. – 408 с.

46. Сарджент У. Джаз. Генезис. Музыкальный язык. Эстетика ⁄ пер. с англ, и общ. коммент. В.Ю. Озерова; вступ. ст. В. А. Ерохина. – М., 1987. – 296 с.

47. Селиванов В. В. Взаимосвязь искусства и публики ⁄⁄ Искусство и общество: Сб. ст. – Л., 1978. – С. 203–206.

48. Coxop А.Н. Музыка как вид искусства. – 2-е изд., доп. – М., 1970. – 192 с.

49. Троицкий А. Рок в Союзе. – М., 1991. – 203 с.

50. Уитмер П. Элвис Пресли. Психобиография певца – Ростов н/Д., 1999. – 507 с.

51. Утесов Л. О. Спасибо, сердце! – М., 2016. – 379 с.

52. Фейертаг В.Б. Джаз от Ленинграда до Петербурга. – СПб., 1999. – 346 с.

53. Холопова В.Н. Музыкальный ритм: Очерк. – М., 1980. – 72 с.

54. Хренов Н.А. Публика в истории культуры. – М., 2007. – 496 с.

55. Художественный рынок. Вопросы теории, истории, методологии. Сб. науч. ст. – СПб., 2004. – 228 с.

56. Чередниченко Т.В. Типология советской массовой культуры. – М., 1994. – 255 с.

57. Шехтер Т.Е. Художественный рынок как феномен культуры // Художественный рынок. Вопросы теории, истории, методологии. – СПб., 2004. – С. 18.

58. Ширин Д.В. К методике обучения импровизации: Учеб, пособие. – СПб., 1996. – 38 с.

59. Шак Ф.М. Джаз и массовая музыка в социокультурных процессах второй половины XX – начала XXI в.: автореф. дис…. д-ра искусствоведения. – Ростов н/Д., 2018. – 49 с.

60. Chase G. America’s music: From the pilgrimes to the present. – 2-nd ed. – N.Y. McGraw-Hill, 1955. – XXIV, 735 p.: not.

61. Ferand E.T. Die Improvisation in Beispielen aus neun Jahrhunderten abendlandischer Musik: Mit einer geschichtlichen Ein Fuhrung. – 2 Aufl. – Koln: Volk, 1961.– 163 p.

62. Wollner G. Improvisation in musik: Ways toward capturing musical ideas and developing them. – N. Y.: Doubleday and co, 1963. – 191 p.: ill., not.

Раздел II

1. Алдошина И. А., Притте P. Музыкальная акустика. Учебник. – СПб.: Композитор – Санкт-Петербург, 2006. – 720 с.

2. Асафьев Б.В. Музыкальная форма как процесс. – Л.: Музыка, 1971. – 376 с.

3. Асафьев Б. В. О музыке XX века. – Л.: Музыка, 1982. – 200 с.

4. Бердяев Н.А. Философия творчества, культуры и искусства. Т. 1. – М.: Искусство, 1994. – 541 с.

5. Бондаренко В. В., Дроздов Ю.В. Энциклопедия популярной музыки. – Минск: Экономпресс, 2002. – 415 с.

6. Бурлака А. И., Запесоцкий А. С. В ритме эпохи: Очерки истории музыки «рок». – СПб.: Изд-во СПбГУП, 1994. – 85 с.

7. Горохов А.Н. Музпросвет. – М.: Ad Marginem, 2004. – 335 с.

8. Динов В. Г. Звуковая картина: Записки о звукорежиссуре. – СПб.: Геликон Плюс, 2002. – 368 с.

9. Запесоцкий А. С. Дискотека в досуге молодежи. – Л.: Знание, 1987. – 20 с.

10. Запесоцкий А. С. Из истории молодежной культуры: возникновение и развитие дискотек. – СПб.: Изд-во СПбГУП, 2004. – 44 с.

11. Запесоцкий А. С. Музыка и молодежь. – М.: Знание, 1988. – 63 с.

12. Ильин К. История HOUSE // D: PM (Dance Planet Magazine). – 2005. – № 2 (5), март. – С. 58–59.

13. Каган М. С. Морфология искусства. – Л.: Искусство, 1972. – 440 с.

14. Каган М. С. Музыка в мире искусств. – СПб.: UT, 1996. – 232 с.

15. Каган М. С. Социальные функции искусства. – Л.: Знание, 1978. – 34 с.

16. Каган М. С. Философия культуры. – СПб.: Петрополис, 1996. – 415 с.

17. Кирюхин В. Брейк умер! Да здравствует брейк! // Огонек. – 1986. – № 43.-С.19–21.

18. Когоутек Ц. Техника композиции в музыке XX века ⁄ пер. с чешского К. И. Иванова. – М.: Музыка, 1976. – 367 с.

19. Козлов А. С. Рок-музыка: истоки и развитие. – М.: Мега-Сервис, 1998. – 192 с.

20. Коллиер Д.Л. Становление джаза: Популярный исторический очерк. Пер. с англ. – М.: Радуга, 1984. – 390 с.

21. Конен В.Д. Очерки по истории зарубежной музыки. – М.: Музыка, 1997. – 640 с.

22. Конен В.Д. Пути американской музыки. – 2-е изд. – М.: Музыка, 1965. – 524 с.

23. Конен В. Д. Рождение джаза. – М.: Советский композитор, 1990. – 319 с.

24. Конен В.Д. Третий пласт. Новые массовые жанры в музыкальной культуре XX века. – М.: Музыка, 1994. – 157 с.

25. Мазель Л. А. Вопросы анализа музыки. – М.: Советский композитор, 1991.-376 с.

26. Мазель Л. А. Вопросы анализа музыки: Опыт сближения теоретического музыкознания и эстетики. – М.: Советский композитор, 1978. – 350 с.

27. Махлина С. Г. Взаимодействие видов искусства. – Л.: Знание,1974. – 19 с.

28. Махлина С. Г. Эстетика и художественная культура. Курс лекций. – СПб.: Изд-во СПбГУКИ, 1997. – 51 с.

29. Махлина С. Г. Язык искусства в контексте культуры. – СПб.: Изд-во СПбГАК, 1995.– 217 с.

30. Медушевский В. В. О закономерностях и средствах художественного воздействия музыки. – М.: Музыка, 1976. – 254 с.

31. Михайлов М.К. Стиль в музыке: Исследование. – Л.: Музыка, 1981. – 264 с.

32. Назайкинский Е.В. Звуковой мир музыки. – М.: Музыка, 1988. – 254 с.

33. Пучков С.В., Светлов М.Г. Музыкальные компьютерные технологии: современный инструментарий творчества. – СПб.: СПбГУП, 2005. – 232 с.

34. Пучков С. В. Музыкальные компьютерные технологии как новый инструментарий современного творчества: дис… канд. искусствоведения. – СПб., 2002. – 268 с.

35. Рок-музыка в СССР: опыт популярной энциклопедии ⁄ сост. А. К. Троицкий. – М.: Книга, 1990. – 383 с.

36. Coxop А.Н. Вопросы социологии и эстетики музыки. Т. 2. – Л.: Советский композитор, 1981. – 296 с.

37. Сохор А.Н. Вопросы социологии и эстетики музыки. Т. 3. – Л.: Советский композитор, 1983. – 305 с.

38. Сохор А.Н. Музыка как вид искусства. – Изд. 2-е. – М.: Музыка, 1970. – 192 с.

39. Сохор А.Н. Социология и музыкальная культура. – М.: Советский композитор, 1975. – 202 с.

40. Спасов Б., Холопова В.Н. Ритмические прогрессии и серии // Проблемы музыкального ритма: сборник статей ⁄ сост. В. Н. Холопова. – М.: Музыка, 1978. – 293 с.

41. Троицкий А.К. Рок в Союзе: 60-е, 70-е, 80-е… – М.: Искусство, 1991. – 203 с.

42. Холопова В.Н. Вопросы ритма в творчестве композиторов первой половины XX века. – М.: Музыка, 1971. – 304 с.

43. Хренов Н.А. Зрелищные формы культуры и массовая публика // Зрелищные искусства. – 1988. – Вып. 2. – 24 с.

44. Цукер А.М. Единый мир музыки: избранные статьи. – Ростов н/Д.: Изд-во РГК им. С. В. Рахманинова, 2003. – 408 с.

45. Цукер А.М. И рок, и симфония… – М.: Композитор, 1993. – 304 с.

46. Шахназарова И. Г. Художественная традиция в музыке XX века. – М.: Изд-во ГИИ, 1997. – 134 с.

47. Шехтер Т.Е. Искусство, как реальность. – СПб.: Астерион, 2005. – 258 с.

48. Шехтер Т.Е. Современное искусство и арт-рынок // Художественный рынок как объект гуманитарного знания: Материалы ежегодной межвузовской научно-практической конференции, 21–23 января 2004 года. – СПб.: СПбГУП, 2004. – С. 6–13.

49. Шпаковская Е. Б. Ритмическое воспитание в контексте художественного образования // Художественное образование в вузе культуры: Состояние. Проблемы. Перспективы: сб. науч. ст. Вып. 3 ⁄ Санкт-Петербургский гос. ун-т культуры и искусств; науч. ред. Б. И. Рашрагович, В. В. Молзинский. – СПб.: Изд-во СПб ГУКИ, 2002. – С. 77–85.

50. Reynolds S. Generation ecstasy: into the world techno and rave culture. – Boston: Little, Brown, and Company, 1998. – 454 p.

51. Fikentscher K. You better work!: underground dance music in New York City. – Hanover & London: Wesleyan University Press, Published by University Press of New England, 2000. – 160 p.

Раздел III

1. Арефьева T. Эра цветов в мировой моде // Забриски пойнт. – М., 1993. – С. 14.

2. Бар К. Политическая история брюк. – М.: НЛО, 2013. – 202с., ил. (серия «Библиотека журнала “Теория моды”»).

3. Батракова С.П. Искусство и миф. Из истории живописи XX века. – М.: Наука, 2002. – 215 с., ил.

4. Вествуд В., Келли И. Вивьен Вествуд ⁄ пер. с англ. Т. Зотиной. – М.: Ко-Либри, Азбука-Аттикус, 2015. – 480 с., ил. (Серия «Персона»).

1. Горбачева Л.М. Костюм средневекового запада. От нательной рубахи до королевской мантии. – М.: Изд. ГИТИС, 2000. – 231с., ил.

5. Гуревич П.С. Субкультура // Культурология. XX век: Энциклопедия. Т. 2. – СПб., 1998. – С. 236.

6. A.N. Готика. Dark culture // Забриски Rider. – 2001–2002. – № 13. – С. 111.

7. Десятерик Д. Альтернативная культура: Энциклопедия // Екатеринбург. Ультра. Культура. – 2005. – С. 24.

8. Затулий А. И. Костюм в контексте авангардистских течений: Учеб, пособие. – Комсомольск-на-Амуре: Комсом. гос. техн, ун-т, 2002. – 53 с.

9. Западные молодежные субкультуры 80-х гг.: Научно-аналитический обзор ⁄ под ред. В. И. Оборонко. – М., ИНИОН АН СССР, 1990. -32 с.

10. Зелинг Ш. Мода. Век модельеров 1900–1999. – KONEMANN, 2000. – 655 с., ил.

11. Зиммель Г. Избранное. Созерцание жизни. Т. 2. – М.: Юрист, 1996. – 607 с.

12. История мирового искусства ⁄ Энрико Анноша и др.; ред.: Е. Сабашникова; пер. с итал. Елена Балаховская и др. – М.: БММ АО, 1998. – 718, [1] с., цв. ил.

13. История женщин на Западе: в 5 т. Т. V: Становление культурной идентичности в XX столетии. – СПб.: Алетейя, 2015.– 624 с.

14. Керуак Дж. На дороге. Эссе. Мэгги Кэссиди. – М.: Просодия, 2002. – 604 [2] с.

15. Кусков С. Палимпсест постмодернизма как «сохранение следов традиции» // Вопросы искусствознания № 2–3. – М., 1993. – С. 218.

16. Левикова С. И. Молодежная субкультура: Учебное пособие. – М.: ФАИР-ПРЕСС, 2004. – 607 fl] с.

17. Лоренц К. Оборотная сторона зеркала /перевод с немецкого А. И. Федорова, Г. Ф. Швейника. – М.: Республика, 1998. – С. 393.

18. Любовь к лету // International Textiles. – 2004/05. – № 6 (И), дек. – янв. – С. 46.

19. Мазурова А. И. Панк: альтернатива внутри альтернативы // По исписанным законам улицы ⁄ ред. Ю. М. Хотченков. – М.: Юридическая литература, 1991. – 45 с.

20. Фомина А. Фенечки ⁄⁄ Ровесник. – 1999. – № 6 (444). – С. 8–9.

21. Хойбнер Т. Вызов неприкаянных. Модные волны и молодежные течения – хиппи, панки, рокеры – в западном мире ⁄ пер. с нем.; науч. ред. А. Ефремов. – М.: Молодая гвардия, 1990. – 301 с.

22. Brake М. The sociology of young culture and young subcultures: Sex and rock- n- roll? – London etc.: Routledge & Kegan Paul, 1980. – VIII, 204 p.

23. Bolton A. Men in skirts. – London: V&A publication, 2003. – 144 p.

24. Boucher Fr. A History of Costume in West. – London.: Thames and Hudson, 1997. – P. 459.

25. de la Haye A., Dingwall C. Surfers Soulies Skinheads & Skaters. Subcultural style from the forties to the nineties. – London.: V&A publications, 1997. – 76 p.

26. Henry T. Break All Rules! University Microfilms, Ann Arbor. – MI, 1989. – 67 p.

27. McDermott C. Made in Britain. – London.: Mitchell Beazley, 2002. – 206 p.

28. Polhemus T. Streetstyle from sidewalk to catwalk. – London: Thames and Hudson, 1997. – 144 p.

29. QuillerietA.-L. The Leather Book. – N. Y.: ASSOULINE, 2004. – 399 p.

30. Reich Ch. The Greening of America. – N. Y.: Random House, 1970. —348 p.

31. Wilcox C. Vivienne Westwood. – London: V&A Publications. 2004. —228 p.

32. Zandra Rhodes a lifelong love affair with textiles / ed. G. Monsef. – Antique Collectors’ Club Ltd. 2005. – 159 p.

Примечания

1

Ши-цзи. Т. 4 С. 1179. Цит. по: Сисаури В. И. Церемониальная музыка Китая и Японии. СПб.: СПБГУ, 2008. С. 13.

2

Хань шу. Т. 4 С. 1037. Цит. по: Сисаури В. И. Церемониальная музыка Китая и Японии. С. 13.

3

Ольшанский Д. В. Психология масс. СПб., 2001; Лебон Г. Психология масс. М.; СПб., 2015; Парыгин Б.Д. Социальная психология. СПб., 2003 и многие другие.

4

Popular (амер.) – общеизвестный.

5

См. об этом подробнее: актуальные проблемы теории и практики популярной музыки. М., 1985. Вып. 3; Новые тенденции в зарубежном музыкальном искусстве 80-х годов. М., 1987. Вып. 4; Культура и искусство за рубежом. Сер «Музыка» ⁄ ГБЛ. Экспресс-информ. Вып. 5; а также работы Ф. Тагга, Дж. Шеферда, Г. Джойса, Ф. Биррера и других.

6

Популярная музыка и традиции неевропейских культур: пути развития и взаимодействия. М., 1989. С. 4.

7

Там же. С. 7.

8

В рамках исследования этого явления правомерно и употреблять поп-стиль.

9

Термин был предложен известным российским музыковедом В. Д. Коней.

10

Средства выразительности поп-музыки вполне можно классифицировать и как поп-стиль, поскольку можно отметить, что он «окрашивает» практически все музыкальные направления и жанры современности.

11

Махлина С. Т. Язык искусства в контексте культуры. СПб., 1995.

12

Модный, то есть пользующийся всеобщим успехом, вниманием (толкование по: Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка. М., 2012).

13

В данном разделе автор использует материалы своей статьи: Костюк Е. Б. Массовая музыка как явление культуры XX века // Вестник СПбГИК. 2020. № 3 (44). 1 окт.; и учебного пособия: Популярные музыкальные направления и жанры XX века. СПб.: СПбГУП, 2008. 196 с.

14

Конен В.Д. Третий пласт. Новые массовые музыкальные жанры XX века. М., 1994.

15

Махлина С. Т. Язык искусства в контексте культуры. СПб., 1995.

16

Комиссаренко С. С. Духовно-интеллектуальная элита как феномен отечественной культуры: автореф. дис…. д-ра культурологии. СПб., 2005. С. 22.

17

Марков А. Н. Цивилизация эпохи постмодерна: симптомы духовного кризиса. Некоторые итоги XIX международных Лихачевских чтений. URL: http://www.cult-cult.ru/ postmodern-civilization-symptoms-of-spiritual-crisis/ (дата обращения: 23.03.2020).

18

Ортега-и-Гассет. Дегуманизация искусства. URL: http://www.lib.ru/FILOSOF/ ORTEGA/ortegal2.txt (дата обращения: 07.07.2021); Костина А.В. Массовая культура как феномен постиндустриального общества: автореф. дис…. д-ра филос. наук. М., 2003; Соколов Е.Г. Аналитика масскульта. СПб., 2001.

19

Махлина С. Т. Массовое и элитарное искусство // Семиотика культуры и искусства: Словарь-справочник: в 2 кн. 2-е изд. СПб.: Композитор СПб., 2003. Кн. 2. С. 3–18.

20

Слышатель, значит воспринимающий музыку только как фон, развлечение (выделено автором).

21

Хренов Н.А. Публика в истории культуры: феномен публики в ракурсе психологии масс. М.: Аграф, 2007. 495 с.

22

В противовес уходящему веку романтизма с культом возвышенной жертвенной любви и преданной дружбы.

23

Для романтической оперы особенно начала века свойствен контраст между «добрым» и «злым» героем. К концу XIX столетия, как правило, герой разнопланов, и в нем «борются» Добро и Зло.

24

См. об этом подробнее: Музыка XX века. Очерки. М., 1976–1983; Арановский М.Н. Русская музыка в XX веке. М., 1998.

25

Махлина С. Т. Русская философия и художественная культура России ⁄ С. Т. Махлина, А. И. Новиков. СПб., 1999. С. 292–293.

26

Например, протестантизм в Германии, Франции, Англии.

27

Холопова В. Ритмические новации // Русская музыка в XX веке. М., 1999.

28

См. об этом подробнее: М.С. Каган «Музыка в мире искусств», Е. В. Назайкинский «О психологии музыкального восприятия», А. Н. Сохор «Воспитательная роль музыки» и других.

29

Подробнее об этом см.: Томпсон М. Восточная философия. М., 2000. С. 44 (санк-хья), 78 (буддизм), 264–268 (даосизм), 272–274 (фэн-шуй) и т. д.

30

Назайкинский Е.В. О психологии музыкального восприятия. М., 1972.

31

Коллиер Дж. Становление джаза. М., 1984 С. 15–23.

32

Ярким примером такого рода могут служить индийские раги, где произведение длится очень долго, до десятков минут, при этом мелодия состоит, как представляется европейцу, буквально из двух звуков, зато ритм – сложнейшая пульсация, способная передать и воздействовать на самые тонкие чувства.

33

Художник и публика: сб. науч, статей. Л., 1981. С. 67–77.

34

Элитарная музыка – предназначенная для узкого круга посвященных.

35

Конен В.Д. Третий пласт. Новые массовые жанры музыки XX века. М.: Музыка, 1994. С. 31.

36

Иванов К. А. Трубадуры, труверы и миннезингеры: монография. М.: Алетейя, 1997. 353 с.

37

Там же. С. 55–66.

38

Театр менестрелей = минстрел-шоу.

39

Шаутинг (англ, shouting) – кричать.

40

Коллиер Дж. Становление джаза. М., 1984. С. 18.

41

Текст приводится по книге Дж. Коллиера: Становление джаза. М.: Радуга, 1984. С. 43.

42

Джазовый стандарт – популярная мелодия для импровизации в джазе.

43

Cakewalk (англ, шествие за пирогом).

44

См. подробнее: Панасье Ю. История подлинного джаза. М.: Музыка, 1978. 128 с.

45

Коллиер Дж. Становление джаза. М.: Радуга, 1984. 400 с.

46

Дж. Коллиер и др.

47

Некоторые источники указывают, что музыка, подобная новоорлеанскому джазу, стала появляться и в других городах США того времени.

48

Случайная встреча.

49

Коллиер Дж. Становление джаза. М.: Радуга, 1984. С. 17–18.

50

Креолы – потомки белых переселенцев, но чья судьба скрестилась с представителями другой расы.

51

Первая запись джазовой музыки была сделана в 1917 году на студии инструментальным коллективом «Original Dixiland Jazz Band».

52

Подробнее о чикагском стиле см.: Коллиер Д. Становление джаза. М.: Радуга, 1984. С. 375.

53

Джаз – происхождение термина от сленгового малопристойного слова, обозначающего чувственное удовольствие от соития, кроме того, музыка бывших рабов.

54

Барбершоп-гармония – тип гармонического сопровождения мелодии, основанного на применении параллельного движения голосов в аккордовом сочленении, преимущественно септаккордов.

55

Перекрестный ритм – наложение нескольких ритмических линий друг на друга, например двудольность на трехдольность и т. и.

56

Брэйк (от англ, break – прорыв, перерыв) – короткая вставка, прерывающая звучание ансамбля, как правило, в исполнении ударных инструментов.

57

Сейчас принято употреблять современное написание – jazz.

58

См. работы Роббера Гоффена, Шарля Делоне, Юга Панасье.

59

Точнее было бы назвать ритмо-гармоническую секцию.

60

Могли быть включены гитара, банджо.

61

Музыканты предыдущих стилей в большинстве своем играли на слух и не знали нотопись, тем более гармонии и т. и.

62

Swing (англ.) – качаться.

63

Combo (англ.) – сочетание.

64

Sweet (англ.) – сладкий. Hot (англ.) – горячий.

65

По нашему мнению, американский джаз изначально формировался под влиянием социально значимых процессов, но декларировать себя в этом качестве начинает с эпохи современных стилей джаза.

66

Исследователи по-разному подразделяют эти стили, здесь они будут перечислены: джаз-рок, модальный джаз, вест-коуст.

67

Также его называют просто «боп» или «рибаи». Название происходит из техники вокального пения «скэт», так называемого слогового, бестекстового пения.

68

Герои менестрельного шоу.

69

Относится к ответвлению стиля кул – вест-коуст.

70

Сценический оркестр – тип студенческого оркестра, организованного для в том числе концертных исполнений.

71

Однако эта коллективная импровизация отличалась от того, что предлагал новоорлеанский стиль или диксиленд.

72

Юг Панасье – один из первых исследователей истории джаза, его популяризаторов в Европе, написал книгу «История подлинного джаза» (Л., 1978).

73

Delaunay Ch. Le Jazz Hot / Ch. Delaunay, H. Panassie. 1934; Panassie. Y. The Real Jazz. N.Y., 1942.

74

Значительное время в советской культуре история отечественного джаза не исследовалась, однако с 1990-х годов возросло значительно количество книг, посвященных джазу: Советский джаз. Проблемы. События, Мастера. М., 1987; Баташев А. История советского джаза. М., 1989; Фейертаг В. Джаз от Ленинграда к Петербургу. СПб., 1999; Шак Ф.М. Феномен джаза: научное издание. Краснодар, 2009; Мошков К. Индустрия джаза в Америке. XXI. М., 2013; и др.

75

Медведев А. Время зрелости // Советский джаз. СПб., 1989. С. 41.

76

Баташев А. История советского джаза. М., 1989. С. 45.

77

В. Б. Фейертаг в своей книге отмечал, что официальных запретов не существовало, однако создавалось негативное общественное мнение и вытеснение джаза из концертно-театральных мероприятий. См. подробнее: Фейертаг В. Б. Джаз от Ленинграда до Петербурга. М., 1999.

78

Там же.

79

URL: 11Пр8://ги^к1ресйа. ог£/№ 1к1/Постановление_оргбюро_ЦК_ВКП(б)_<<О_ журналах_„Звезда“_и_„Ленинград“» (дата обращения: 17.11.2020).

80

URL: http://www.intoclassics.net/publ/5-l-0-128 (дата обращения: 17.11.2020).

81

Медведев А. Время зрелости // Советский джаз. М., 1989. С. 39–40.

82

Фейертаг В.Б. Фейертаг В. Б. Джаз от Ленинграда до Петербурга. М., 1999.

83

Медведев А. Время зрелости // Советский джаз. М., 1989. С. 39.

84

Коллиер Дж. Л. Становление джаза. М., 1984. С. 82–93.

85

Конен В.Д. Пути американской музыки. М., 1965.

86

Арановский М.Г. XX век // Русское музыкальное искусство в истории художественной культуры XX века ⁄ под ред. М. Г. Арановского. М., 1999. С. 4–8.

87

Коллиер Дж. Л. Становление джаза. М., 1984. С. 43.

88

Каган М. Морфология искусства. М., 1972. С. 35–40.

89

Советский джаз. Проблемы. События. Мастера. М., 1989. С. 29–47, 80–95.

90

Медведев А. В. Время зрелости // Советский джаз. Проблемы. События. Мастера. М., 1989. С. 29–47.

91

Советский джаз. Проблемы. События. Мастера. М., 1989.

92

Кампус Э.Ю. О мюзикле. Л., 1983. С. 40–41.

93

Музыка в XX веке. М., 1979. Ч. I.

94

Козлов А. Рок-музыка: истоки и развитие. М., 1999. С. 178–182.

95

Там же. С. 181.

96

Шлягер (Schlager нем.) – буквально: хорошо продаваемый товар.

97

Совсем другое отношение к театру было во Франции и других европейских странах, где он всегда становился проводником наиболее прогрессивных идей эпохи Просвещения и т. д.

98

Кампус Э. О мюзикле. Л., 1983.

99

В европейских театрах иная система: существует постоянная труппа. Именно это обстоятельство, по нашему мнению, является одной из значимых причин трудности постановки мюзикла в Европе и России.

100

См. об этом подробнее: Кампус Э. О мюзикле. Л., 1983. С. 27.

101

Такого рода произведения ставились в специально выстроенном для удивительных зрелищ Ф. Томсоном и Э. Данди «Хипподром тиэтр», 1905 год.

102

Стриптиз буквально мог погубить жанр, опошляя его до уровня ночных притонов, однако авторы быстро осознали «тупиковость» этого приема для развития жанра.

103

Этот тип стал популярным благодаря Т. Райсу, который назвал этот образ Джимом Кроу. Персонаж со временем стал нарицательным в американской культуре.

104

Безусловно, такой тип сформировался под влиянием колоссального культурного различия в понимании женского образа в европейском и африканском сознании. Для переселенца из Англии с его пуританскими взглядами естественность и природная грация негритянок, раскованность их движений были шокирующими, отсюда и такое сатирическое изображение.

105

Кампус Э. О мюзикле. Л., 1983. С. 36.

106

Конечно, здесь мы имеем в виду изначальную «целевую» установку жанра на развлекательность и коммерческую выгоду.

107

О мюзикле в советской культуре см. подробнее: Гринберг М., Тараканов М. Современный мюзикл // Советский музыкальный театр. М., 1982; Воробьев В. Как скомпрометировали жанр ⁄⁄ Тетра. 1975. № 9. С. 26–27; Таршис Н. Музыка спектакля. Л., 1978; и др.

108

Ранее уже говорилось о том, что с самого начала мюзикл – коммерческое предприятие. Постановка мюзикла становится и в России, и в Европе также коммерческим делом, наряду с сохранением традиций европейского классического театра. См. об этом подробнее: Художественный рынок. Вопросы теории, истории, методологии. СПб.: СПбГУП, 2004.

109

Махлина С. Т. Семиотика культуры и искусства. СПб.: СПбГУКИ, 2000. Ч. I. С. 99.

110

Хренов Н. Психология города и взаимодействие зрелищ и публики в конце XIX – начале XX века // Художник и публика. Л.: ЛГИТМиК, 1981. С. 71.

111

Махлина С. Т. Семиотика культуры и искусства. СПб.: СПбГУКИ, 2000. Ч. II. С. 269.

112

В 2002 году издана книга «Великие мюзиклы мира» (М.: Олма-пресс, 2002), представляющая собой коллективную работу публицистического характера, предназначенную для массового читателя. В плане научного исследования данной проблемы книга имеет ценность, по нашему мнению, как информативный материал. Содержит тексты известных мюзиклов XX столетия на двух языках, иллюстрации, публицистические статьи. В вопросах, касающихся освещения специфики мюзикла, содержится много неточностей. Также вопросам возникновения и развития мюзикла посвящены диссертации А. В. Сысоевой, М. С. Бобровой, Е. Ю. Андрущенко.

113

Кампус Э. О мюзикле. Л., 1983. С. 20–43.

114

Конен В.Д. Пути американской музыки. М.: Музыка, 1965. С. 228.

115

Махлина С. Т. Язык искусства в контексте культуры. СПб.: СПбГАК, 1995. С. 191.

116

Анкетные опросы студентов СПбГУП и СПбГУКИ за 2002–2003 гг. 2019–2020.

117

Музыка XX века. Очерки. М.; Л.: Музгиз, 1987. С. 56–57.

118

См. об этом подробнее в работах С. Н. Иконниковой, А. С. Запесоцкого, М. С. Кагана, Г. А. Кнабе, Ю. М. Лотмана, С.Т. Махлиной, В. В. Медушевского, А. Моля, Э. В. Соколова, Т. Е. Шехтер и многих других.

119

Шехтер Т.Е. Искусство как реальность. Очерки метафизики художественного. СПб., 2005. С. 61.

120

Карибский кризис (ядерное противостояние США и СССР), война во Вьетнаме ит.д.

121

В отличие от джаза, стили которого появлялись последовательно практически каждое десятилетие, рок-музыка действительно развивалась неравномерно в историческом контексте.

122

См. работы А. Бурлака, А. Запесоцкого, А. Козлова, Д. Ухова и других.

123

См. параграф: Средства выразительности рок-музыки.

124

Известны факты целого ряда суицидов среди подростков под влиянием самоубийств их рок-кумиров.

125

Глэм-рок – «блестящий» (англ.) – синтез стилей и средств выразительности рок-и поп-музыки, рубеж 70-80-х годов XX столетия.

126

Не считая, конечно, тех случаев, которые связаны с гармонией в современных стилях джаза.

127

Импровизация – создание художественного произведения в момент исполнения.

128

Гетто в США это район города, где проживают только люди одной расы или национальности, где есть все, от больницы до злачных заведений. И можно всю жизнь прожить, не покидая пределы этого города в городе.

129

Саксофон стал популярен в Америке благодаря стилю би-боп – джаз, 1940-е годы.

130

События в США в 2020-м – убийство Дж. Флойда 25 мая 2020 года и последующие социальные протесты.

131

Алан Фрид, ведущий вечерней молодежной музыкальной радиопередачи предложил такое название ритм-энд-блюзу.

132

Козлов А. Рок-музыка: истоки и развитие. М., 1999. С. 29.

133

Козлов А. Рок: истоки и развитие. М., 1998.

134

Там же; Запесоцкий А. С. Из истории рок-музыки: творчество «Битлз». СПб., 2003.

135

См. подробнее об этом: Конен В.Д. Третий пласт. Новые музыкальные жанры XX века. М., 1994.

136

Запесоцкий А. С., Бурлака А. В ритме эпохи. Очерки истории музыки «рок». СПб., 1994. С. 19–26.

137

Там же. С. 27.

138

Об этом: Запесоцкий А. С. Творчество «Битлз»; Воробьева Т. «Битлз»; Козлов А. Рок: истоки и развитие; и др.

139

Modern (англ.) – современный.

140

Шокирующий рок – синтез шокирующего поведения на сцене, эпатажа в тексте, манере исполнения, костюме и т. и. Яркий представитель – Элис Купер, который даже вешался на сцене.

141

Хэви-металл (англ.) – для стиля характерно исключение клавишных, фольклорных мотивов. Тема песен – оккультная тематика. Яркий представитель стиля – рок-группы Black Sabbath и другие. Отличительной чертой хэви-металл является использование такого эффекта, как Distortion – небольшого прибора, именуемого на «металлическом» сленге «примочкой», который, будучи подключен к гитаре, максимально искажал звук, идущий от гитары к усилителю.

142

Глэм-рок (от англ, блестящий) – для стиля характерен акцент на внешнюю, зрелищную форму: обильный грим, театрализованного типа одежда, подчеркнуто артистичное поведение. В текстах и трактовке песен ироничность, дух бесшабашного прожигания.

143

Бурлака А., Запесоцкий А. В ритме эпохи. СПб., 1994. С. 29.

144

Теория «трансплантации» Д. С. Лихачева.

145

В стране, втянутой в гонку вооружений холодной войны, не было, видимо, времени на создание новых электронных инструментов, не имеющих стратегического значения. Как, впрочем, и бытовой техники, столь необходимой для жизни человека, но не защиты интересов страны.

146

Бурлака А., Запесоцкий А. Указ. соч. С. 51.

147

Достаточно вспомнить в качестве примера известное произведение Б. Гребенщикова («Аквариум») – «Под небом голубым есть город золотой…».

148

Например, творческая судьба лидера группы «ДДТ» Ю. Шевчука. См. об этом подробнее: Троицкий А. Рок в СССР. М., 1998.

149

Там же.

150

Разные источники указывают то 60-е годы, время появления произведения Макдермота «Волосы» (посвященного проблеме войны во Вьетнаме), то 70-е, связанные с творчество Э. Л. Вебера.

151

Конен В.Д. Третий пласт. Новые массовые жанры в музыке XX века. М., 1994. С. 24–31.

152

Например: «Вестсайдская история» (США), «Собор Парижской Богоматери» (Франция), «Ромео и Джульетта» (Франция).

153

В данном разделе используются фрагменты материалов диссертационного исследования: Ястремский Т. С. Танцевальная электронная музыка в художественной культуре рубежа XX–XXI веков: дис…. канд. искусствоведения. СПб., 2006. 228 с.

154

Каган М. С. Введение в историю мировой культуры. Книга вторая. СПб.: Петрополис, 2003. С. 277.

155

Иконникова С.И. Диалог о культуре. Л.: Лениздат, 1987. С. 186.

156

Такие как В.Д. Коней, С. С. Павлишин, С. И. Савенко, А. М. Цукер, Н.Г. Шахназарова и другие.

157

Шехтер Т.Е. Искусство, как реальность. СПб.: Астерион, 2005. С. И.

158

Махлина С. Т. Язык искусства в контексте культуры. СПб.: Изд-во СПбГУКИ, 1995. С. 168.

159

Шахназарова Н.Г. Художественная традиция в музыке XX века. М.: ГИИ, 1997. С. 18.

160

Lafitte “Reflections sur la science des machines” // Бердяев H. А. Философия творчества, культуры и искусства. Т. 1. М.: Искусство, 1994. С. 508.

161

В качестве примера можно привести творчество таких групп и артистов, как «AIR», «Led Zeppelin» и прочих, использовавших в своей практике терменвокс.

162

Артемьев Э.Н. От технологий конкретной музыки к музыке компьютерной: новые способы музыкального мышления. URL: http://www.electroshock.ru/records/ articles/techology/index.html (дата обращения: 12.07.2021).

163

Когоутек Ц. Техника композиции в музыке XX века ⁄ перевод с чешского К. Н. Иванова. М.: Музыка, 1976. С. 185.

164

Например, «Экваториал» для медных, ударных и терменовокса.

165

Артемьев Э. Н. От технологий конкретной музыки к музыке компьютерной: новые способы музыкального мышления. URL: www.electroshock.ru (дата обращения: 12.07.2021).

166

«Техно» – стиль танцевальной электронной музыки, сформировавшийся в 80-х годах XX века. Типичными для композиций данного стиля являются механистичность и «техногенность» звучания, обилие немузыкальных звуков.

167

В основе названия инструмента инициалы А. Н. Скрябина.

168

Эдуард Артемьев использовал АНС для создания музыки к фильмам Андрея Тарковского, в частности, темы Океана в фильме «Солярис».

169

Клепиков М. «Электрошок». URL: http://www.electroshock.ru/welcome (дата обращения: 12.07.2021).

170

Регги – стиль музыки, появившийся на острове Ямайка, с характерным ритмом уан-дроп (удар басового барабана приходится на третий бит каждого такта) и отбивающей четные такты ритм-гитарой.

171

Риддим (анг. riddim) – ритм.

172

Продюсер (англ, producer) – в Западной Европе и США понятие «продюсер» обозначает автора композиции, записанной на какой-либо носитель. Чаще всего это автор композиции электронной музыки. Также существует понятие «саунд-продюсер» – это непосредственный автор звукозаписи, звукорежиссер.

173

Настоящее имя Осборн Раддок.

174

Динов В. Г. Звуковая картина: Записки о звукорежиссуре. СПб.: Геликон Плюс, 2002. С. 19.

175

Запесоцкий А. С. Из истории молодежной культуры: возникновение и развитие дискотек. СПб.: Изд-во СПбГУП, 2004. С. 22.

176

Симоненко В. С. Лексикон джаза. Киев: Музична Украша, 1981. С. 46.

177

Козлов А. С. Рок-музыка: истоки и развитие. М.: Мега-Сервис, 1998. С. 115.

178

Алдошина И. А., Притте Р. Музыкальная акустика. Учебник. СПб.: Композитор – Санкт-Петербург, 2006. С. 709.

179

Пучков С. В., Светлов М.Г. Музыкальные компьютерные технологии: современный инструментарий творчества. СПб.: Изд-во СПбГУП, 2005. С. 27.

180

Бондаренко В. В., Дроздов Ю.В. Энциклопедия популярной музыки. Минск: Экономпресс, 2002. С. 221.

181

Брейкбит (англ, break beat) – ломаный бит. Позднее на основе брейкбита сформировался одноименный стиль танцевальной электронной музыки.

182

Бит – в английской музыкальной терминологии бит (beat) значит «удар» (дословно) или, в более широком понимании, «метрическая пульсация».

183

Вокодер (англ, vocoder) – устройство, позволяющее модулировать звучание голоса при помощи синтезатора.

184

Брейк-данс (англ, break-dance) – стиль танца, тесно связанный с хип-хоп-культурой. Для брейк-данса характерны угловатость, механистичность пластики, имитирующей движение роботов.

185

Кирюхин В. Брейк умер! Да здравствует брейк! // Огонек. 1986. № 43. С. 21.

186

Андеграунд (англ, underground) – в искусстве – направления, не пользующиеся массовым спросом.

187

Устройство, выпущенное японской фирмой Roland в середине 80-х годов XX века, позволявшее создавать и воспроизводить ритмические фигуры в циклической последовательности.

188

Лейбл (от англ, label) – устоявшееся выражение, обозначающее студию грамзаписи или фирму, выпускающую звукозаписи на разнообразных носителях.

189

Данная версия названия указывается в книге: Горохов А.Н. Музпросвет. М.: Ад Маргинем, 2003. С. 94.

190

Сет (англ, set) – непрерывно звучащая компиляция из нескольких треков, сведенных ди-джеем в ходе работы на дискотеке.

191

Рейв (англ, rave) – помешательство, безумие.

192

Reynolds S. Generation ecstasy: into the world techno and rave culture. Originally published: Boston: Little, Brown, and Company, 1998. P. 009.

193

Сингл (англ, single) – пластинка, содержащая только один оригинальный трек.

194

Горохов А. Н. Музпросвет. М.: Ад Маргинем, 2003. С. ИЗ.

195

Бурлака А.П., Запесоцкий А. С. В ритме эпохи: Очерки истории музыки «рок». СПб.: Изд-во СПбГУП, 1994. С. 63.

196

Пиратские радиостанции – те, которые ведут нелегальное вещание на радиочастотах.

197

Семплированные, то есть зафиксированные в виде отдельного записанного фрагмента.

198

Троицкий А.К. Рок-музыка в СССР: опыт популярной энциклопедии. М.: Книга, 1990. С. 59.

199

Бондаренко В. В., Дроздов Ю.В. Энциклопедия популярной музыки. Минск: Экономпресс, 2002. С. 307.

200

В данном случае под брейкбитом понимается целый ряд подстилей танцевальной электронной музыки, содержащих в своей ритмической основе ломаный бит.

201

Ремикс (англ, remix) – переаранжировка какого-либо музыкального произведения в соответствии с определенным художественно-стилистическим замыслом.

202

Стиль ⁄⁄ Музыкальная энциклопедия ⁄ гл. ред. Ю. В. Келдыш. Т. 5. М.: Советская Энциклопедия, 1981. Ст. 281.

203

Мазель Л. А. Анализ музыкальных произведений. М.: Изд-во ИВД, 1959. С. 14.

204

Михайлов М. К. Стиль в музыке: Исследование. Л.: Музыка, 1981. С. 65.

205

Пучков С. В. Музыкальные компьютерные технологии как новый инструментарий современного творчества: дис…. канд. искусствоведения. СПб., 2002. С. 45.

206

Основы звукорежиссуры: творческий практикум: учеб, пособие. СПб.: Изд-во СПбГУП, 2005. С. 156–161.

207

Таких, как, например, реверберация, эхо, эквалайзер.

208

Мазель Л. А. Вопросы анализа музыки: Опыт сближения теоретического музыкознания и эстетики. М.: Советский композитор, 1978. С. 95.

209

В английской версии подстили обозначены словом subgenres.

210

Примеры некоторых подстилей представлены в книге: Fikentscher К. “You better work!”: underground dance music in New York City. Hanover & London: “Wesleyan University Press”, Published by University Press Of New England, 2000.

211

Спасов Б., Холопова В.Н. Ритмические прогрессии и серии // Проблемы музыкального ритма: Сборник статей⁄ сост. В.Н. Холопова. М.: Музыка, 1978. С. 261.

212

Ильин К. История HOUSE // D: PM (Dance Planet Magazine). 2005. № 2 (5), март. C. 58–59.

213

Синти-поп – направление популярной музыки, в котором искусственность звучания используемых электронных музыкальных инструментов является главной идеей.

214

Соул (англ, soul) – стиль вокальной негритянской музыки, возникшей после Второй мировой войны на базе ритм-энд-блюза и традиций госпелз.

215

Прямой бит – ритмический рисунок, в котором удары большого (басового) барабана совпадают с сильными долями такта размером 4/4.

216

Семпл (англ, sample) – в данном случае – зафиксированный в цифровом виде единичный звук или последовательность звуков какого-либо инструмента, воспроизводимые специальным устройством – семплером.

217

Имеются в виду эффекты пространственной обработки, такие как дилей (delay), эхо (echo), реверберация (reverberation).

218

Например, композиция Роберта Майлса (Robert Miles) «Children».

219

В повседневном обиходе нередко произносится как пси-транс.

220

Turntablism (от англ, turntable) – «вертушка», проигрыватель виниловых дисков.

221

Левикова С.И. Молодежная субкультура: Учебное пособие. М.: ФАИР-ПРЕСС, 2004. С. 100.

222

Гуревич П. С. Субкультура // Культурология. XX век: Энциклопедия. Т. 2. СПб., 1998. С. 236.

223

В разделе использованы фрагменты работы автора: Образы мужественности/ женственности в костюме: от эволюции костюма в прошлых эпохах к трансформации в XX – начале XXI века. СПб., 2019. 256 с.

224

История женщин на Западе: в 5 т. Т. V: Становление культурной идентичности в XX столетии. СПб.: Алетейя, 2015. 28 с.

225

Бар К. Политическая история брюк. М.: НЛО, 2013. 202 с., ил. (серия «Библиотека журнала “Теория моды”»).

226

ЗелингШ. Мода. Век модельеров 1900–1999. Konemann, 2000. 93 с., ил.

227

В параграфах раздела использованы фрагменты работы автора «История стрит-стайла» (СПб.: Феникс, 2009. 280 с.).

228

Polhemus Т. Streetstyle from sidewalk to catwalk. London: Thames and Hudson, 1997. 20 p.

229

Керуак Дж. На дороге. Эссе. Мери Кэссиди. М.: Просодия, 2002.

230

Quilleriet A.-L. The Leather Book. N. Y.: Assouline, 2004. P. 159.

231

Ibid. P. 148.

232

Хойбнер Т. Вызов неприкаянных. Модные волны и молодежные течения – хиппи, панки, рокеры – в западном мире ⁄ пер. с нем.; науч. ред. А. Ефремов. М.: Молодая гвардия, 1990. С. 44.

233

Имеются в виду члены знаменитой группировки рокеров «Ангелы ада», которая отличалась агрессивностью. – Прим. автора.

234

Десятерик Д. Альтернативная культура: Энциклопедия //Екатеринбург. Ультра. Культура. 2005. С. 24. (Клуб «Ангелы ада» — один из самых известных и престижных рокерских клубов, существующих до сих пор. – Прим. автора.)

235

История мирового искусства ⁄ ред. Е. Сабашников. М.: БММ АО, 1998. С. 586.

236

Reich Ch. The Greening of America. N. Y.: Random House, 1970. P. 299–347.

237

Английское слово swing, давшее начало термину, означает качание, колебание, свободу действий. Вероятнее всего, выражение «свингующие», по отношению к шестидесятым, означает состояние общества и культуры, находящихся в неустойчивом, изменяющемся состоянии, подобно качанию маятника. В то же время популярные в то время песни в стиле свинг, с его колоссальной энергией, с большой амплитудой колебания, также емко и образно отражали облик десятилетия и могли лечь в основу термина. – Прим. автора.

238

ЗеллингШ. Мода. Век модельеров 1900–1990. Konemann, 2000. 343 с.

239

Так называлась музыка, созданная под влиянием галлюциногенного синтетического наркотика ЛСД, изменяющего состояние сознания, ею стремились выразить ощущения и переживания человека, находящегося под воздействием «расширяющей сознание» ЛСД. Психоделизм, наряду с аутсайдерством, альтернативными стилями жизни, стал органической составляющей рок-музыки 1960-х, стихийной объединяющей силы молодежи всего мира. – Прим. автора.

240

McDermott С. Made in Britain. London: Mitchell Beazley, 2002. P. 31–32.

241

Polhemus Т. Streetstyle from sidewalk to catwalk. London: Thames and Hudson, 1997. P. 64.

242

Существует несколько версий происхождения названия хиппи. «Одна из версий приписывает авторство слова “хиппи”, раз и навсегда обозначившего шатающихся по всему миру длинноволосых в кафтанах, жилетках, с колокольчиками, гитарами и флейтами, обозревателю “Сан-Франциско Кроникл” Хербу Кену. Словарь Американского сленга дает краткое определение: “HIPPY and HIPPIE – длинноволосая молодежь 1960-1970-х, увлекающаяся наркотиками”. По другой версии, оно происходит от английского прилагательного “хэп” – жаргонного словечка, означающего “тронутый”. Думается, что “хиппи” как обозначение любезного нашему сердцу племени, подразумевает все-таки человека “просветленного”, наделенного фантастическим даром “видения” благодаря психоделическим путешествиям. Возможны и такие варианты появления слова: как производное от “hip” – бедро. “Хиппи” – человек, делающий укол себе в бедро… Или, “хиппи” – человек, носящий джинсы на бедрах. И то и другое толкование имело место». Hip-hippy-hipster // Забриски пойнт. М., 1993. С. 3.

243

Boucher Fr. A History of Costume in West. London: Thames and Hudson, 1997. P. 424–425.

244

de la Haye A., Dingwall С. Surfers Soulies Skinheads & Skaters. Subcultural style from the forties to the nineties. London: V&A publications, 1997.

245

Арефьева T. Эра цветов в мировой моде // Забриски пойнт. М., 1993. С. 14.

246

Boucher Fr. A History of Costume in West. London: Thames and Hudson, 1997. P. 424–425.

247

de la Haye A., Dingwall C. Surfers Soulies Skinheads & Skaters. Subcultural style from the forties to the nineties. London: V&A publications, 1997.

248

Фенечки – браслеты, амулеты, которые носили хиппи. Это были не просто украшения, а сознательно созданная система знаков. Часто фенечки делались из бисера. – Прим. автора.

249

Цит. по: Затулий А. И. Костюм в контексте авангардистских течений: Учеб, пособие. Комсомольск-на-Амуре: Комсом. гос. техн, ун-т, 2002. 53 с.; Фомина А. Фенечки // Ровесник. 1999. № 6 (444). С. 8–9.

250

Арефьева Т. Эра цветов в мировой моде // Забриски пойнт. М., 1993. С. 14.

251

Название символа – «пацифик» – происходит от термина пацифизм. В этом контексте символ обозначает иглу шприца, ломающую приклад винтовки. Наглядная иллюстрация к лозунгу хиппи «Нет войне!» – Прим. автора.

252

de la Haye A., Dingwall С. Surfers Soulies Skinheads & Skaters. Subcultural style from the forties to the nineties. London: V&A publications, 1997. P. 64.

253

Смайл – своеобразный символический знак, в виде желтого круга, с двумя точками и вогнутой линией, символизирующими глаза и улыбающиеся губы, впервые появился у субкультуры хиппи. Smile – в переводе с английского – «улыбка», smiley T-shit – в дословном пер. с англ, «улыбающаяся футболка». – Прим. автора.

254

Зелинг Ш. Мода. Век модельеров 1900–1999. Konemann, 1999. 396 с.

255

Любовь к лету // International Textiles. 2004/2005. № 6(11), дек. – янв. С. 46.

256

Bondage (англ.) – рабство, неволя. – Прим. автора.

257

Bolton A. Men in skirts. London: V&A publication, 2003. P. 126.

258

Вествуд В., Келли И. Вивьен Вествуд ⁄ пер. с англ. Т. Зотиной. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2015. С. 207.

259

Мазурова А. И. Панк: альтернатива внутри альтернативы // По исписанным законам улицы ⁄ ред. Ю. М. Хотченков. М.: Юридическая литература, 1991. 45 с.

260

Wilcox С. Vivienne Westwood. London: V&A Publications, 2004. 14 p.

261

Для Лондона представители некогда шокирующего течения сегодня не более чем достопримечательность для туристов. – Прим. автора.

262

Мазурова А. И. Панк: альтернатива внутри альтернативы ⁄⁄ По исписанным законам улицы ⁄ ред. Ю. М. Хотченков. М.: Юридическая литература, 1991. 36 с.

263

Хойбнер Т. Вызов неприкаянных. М.: Молодая гвардия, 1990. 69 с.

264

Вествуд В., Келли И. Вивьен Вествуд ⁄ пер. с ант. Т. Зотиной. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2015. С. 183.

265

Хойбнер Т. Вызов неприкаянных. М.: Молодая гвардия, 1990. С. 71–72.

266

Там же. С. 59.

267

Цит. по: История мирового искусства ⁄ ред. Е. Сабашников. М.: БММ АО, 1998. 609 с.

268

Wilcox С. Vivienne Westwood. London: V&A PUBLICATIONS, 2004. 14 p.

269

Zandra Rhodes a lifelong love affair with textiles / ed. G. Monsef. Antique Collectors’ Club Ltd. 2005. 80 p.

270

Подробнее см.: Зеллинг Ш. Мода. Век модельеров. 1900–1999. Konemann, 2000. 420 с.

271

Bolton A. Men in skirts. London: V&A publication, 2003. P. 140.

272

Bolton A. Men in skirts. London: V&A publications, 2000. 141 p.

273

Би-бойз – приставка «би» означает сокращение от названия танца брейк. – Прим. автора.

274

Название «флайгерлз» берет начало в уличном сленге, что значит хорошо одетая, привлекательная, сексуальная. – Прим. автора.

275

Wilcox С. Vivienne Westwood. London: V&A Publications, 2004. P. 47.

Merveilleuses (фр.) – мервейерс, «чудесные» молодые французские дамы 1789 года, которые шокировали своими костюмами общепринятые нормы и вкусы общества. – Прим. автора.

276

A.N. Готика. Dark culture // Забриски Rider. 2001–2002. № 13. С. 111.

277

Горбачева Л.М. Костюм средневекового запада. От нательной рубахи до королевской мантии. М.: ГИТИС, 2000. С. 99.

278

Там же. С. 191.

279

Например, см. первый российский готический журнал «Gothland».

280

Батракова С.П. Искусство и миф: Из истории живописи XX века. М.: Наука, 2002. 151 с.

281

Quilleriet A.-L. The Leather Book. New York: Assouline, 2004. P. 178.

282

Ibid. Р. 212.

283

Батракова С.П. Искусство и миф. Из истории живописи XX века. М.: Наука, 2002. С. 6.

284

Цит. по: Всемирная энциклопедия: Философия. М.: ACT; Минск: Харвест, Современный литератор, 2001. С. 421.

285

Там же.

286

Кусков С. Палимпсест постмодернизма как «сохранение следов традиции» ⁄⁄ Вопросы искусствознания № 2–3. М., 1993. С. 218.

Content

Екатерина Костюк, Юлия Музалевская, Тимур Ястремский
Музыка и мода XX века. От субкультуры к массовости

От авторов

Раздел I Модная музыка XX века

Предисловие

1.1 Массовая музыка и культура XX века

1.2 До эры массовой музыки: истоки и предпосылки

1.3 На рубеже веков: спиричуэл, блюз, рэгтайм

1.4 Джаз: от Нового Орлеана до Советского Союза

1.5 Мюзикл: от шлягера к шедевру

1.6 Рок-музыка: от ритм-энд-блюза к «Red Wave»

1.7 Рок: от советского рок-андеграунда к «Red Wave»

1.8 Рок-опера: от традиции к новациям

Раздел II Танцевальная электронная музыка на рубеже XX–XXI веков

2.1 Танцевальная электронная музыка: истоки

2.2 Танцевальная электронная музыка: от рэгги до «Крафтверк»

2.3 Танцевальная электронная музыка: начало. Брейкбит

2.4 Танцевальная электронная музыка 80-х: появление хаус- и техно-музыки

2.5 Танцевальная электронная музыка 90-х: хардкор

2.6 Танцевальная электронная музыка 90-х: транс

2.7 Танцевальная электронная музыка 90-х: джангл

2.8 Танцевальная электронная музыка 90-х: развитие брейкбита, техно и хаус-музыки

2.9 Танцевальная электронная музыка «для ума»: IDM

2.10 Классификация стилей танцевальной электронной музыки

Раздел III Художественные образы представителей молодежных субкультур ХХ века – источник развития вестиментарной моды

3.1 Рождение нового художественного образа 1920-х годов

3.2 От костюма зут и хипстеров 1940-х годов к современным хипстерам

3.3 Образы битников и первое соприкосновение высокой моды с «модой улицы»

3.4 От мотоциклетной униформы байкера к «металлическому» стилю рокеров

3.5 «Свингующие 60-е»

3.6 Рождение художественного образа панка из смеси новых музыкальных ритмов и анархии

3.7 Художественные образы фанка и глэм-рока 1970-х годов в костюме

3.8 Стиль гранж, рожденный «Нирваной»

3.9 Соединение этнических и урбанистических мотивов в образах би-бойз и флайгерлз

3.9 Неоромантические направления (новые романтики и готы)

3.10 Танцевальная субкультура рейверов 1980-х годов

3.11 Отражение технического прогресса в современных направлениях

3.12 «Иконические предметы» молодежной моды

3.13 Музыка как источник вдохновения для дизайнеров высокой моды

Послесловие

Литература

Раздел I

Раздел II

Раздел III

Примечания