Шана Лаут

Эта маленькая леди

Пролог

Наши дни

Недавняя волна убийств в Карифте очень сильно изменила атмосферу и в ближайших к нему городах. Следователи и дознаватели смогли лишь определить, что маньяком оказалась молодая и явно знатная дама. И ничего удивительного в том, что в какой-то момент за многими леди появилась слежка, даже постоянное открытое наблюдение.

Особенно отчётливо под подозрения попадали одинокие вдовы, разведённые или просто ещё невышедшие замуж, но и без мужчин очень влиятельные особы. Ведь по мнению коллегии дознавательства, в которой большинство — это суровые мужчины, одинокая женщина — бедовость общества.

Прекрасное оправдание своей некомпитентности. Нет, я ничего не имею против их работы, способностей и прочего, но шовинизм слишком сильно и глубоко въелся в мышление здешнего общества. И ведь он проник не только в высшие слои, так ещё и в обычных цветёт буйным цветом.

Хоть женщин в Империи Эдарт не презирают, не считают вторым, а то и третьим сортом, как в одном из соседних государств, но слишком большой свободы им всё равно не даётся. Не смогла как-то выделится среди других — будь любезна сильно не отсвечивать и быть хорошим приложением к семье или к мужу.

Поэтому я не удивлена, что маньяком, что вот уже целых полгода шалит в подворотнях аж самой столицы, оказалась именно женщина. Не выдержала трепетная душа. А уж если следователи додумались, что она ещё и из аристократической семьи — хотя совсем не представляю, что их подтолкнуло к такой мысли, — то дамочка явно с психическими заскоками.

Убивает она всех изменников обоих полов, дам лёгкого поведения и, что хуже всего, детей-бастардов, которым и так несладко. Я, конечно, не берусь судить бедняжку за её поистине отвратительные поступки и явно нездоровое влечение к «испорченной крови». Но! Из-за этой чокнутой белоручки возникли проблемы и у меня! А это не есть хорошо.

Нет, меня ни капельки не тревожит постоянная слежка одних нанятых соглядатаев и постоянный присмотр других. Для меня что они есть, что их нет — одно и тоже. Вот только теперь, с увеличением количества умерших в городе и пригороде, у меня прибавилось забот, проблем и соответственно работы. Будто до этого её было меньше!

Очередной отчёт об неспокойном и неправильном поведении магии недалеко от второго пригородного кладбища. Надоело, честное слово. Снова духи бушуют, а вызывают меня, потому что никто другой не справится. Будто некромантов в том районе мало, чтоб немного утихомирить неправильные эманации хотя б на время.

Я с силой отбросила документ на другой конец рабочего стола к стопке собратьев со средней степенью важности. Не до возмущений астрального порядка сейчас, вот совсем!

Отодвинув кресло, встала и отошла к окну, чтобы дать отдохнуть глазам. И будто по команде дверь в кабинет тихонько приоткрылась, а из образовавшейся щели показалась голова дворецкого. Он явно поджидал где-то поблизости хоть какого-то сигнала, коим и стал скип ножек кресла об пол, а теперь ждёт распоряжений.

— Если обед готов, то пусть подготовят малую столовую. Я буду обедать там, — не оборачиваясь приказала я.

— Как прикажете, — тут же отозвался мужчина и исчез выполнять поручение. Лишь торопливые удаляющиеся шаги выдавали его нервозность.

Ещё бы он не нервничал! Уже третью неделю и его достают вечные перебежки шпионов под окнами, постоянно незапланированные явления проверяющих и шёпотки прислуги обо всё этом. Бедный мой мажордом. Нужно будет увеличить его жалование за этот нелёгкий период, а потом ещё и дать недельку-другую отдыха. Пусть переведёт дух, подлечит нервы, потискается нормально с женой, а то уже жалко смотреть на то, как они украдкой взглядами обмениваются и мимолётно обнимаются, когда, казалось бы, никто их не видит.

Эх, любовь! В этом мире её встретить почти нереально. А если и попадается, то чаще несчастливая, ведь большинство браков, даже среди простого населения — уж в нашей стране точно, — это браки договорного порядка. Хорошо, если пара поладит, засимпатизирует или будет хотя бы уважать друг друга. А если нет? Это же мука до конца дней, ведь в Эдарте нет разводов.

Странно, что браки одобряются и скрепляются магией аж до смерти одного из супругов, но при этом не учитывается само счастье народа. Конечно, в случае с аристократией всё понятно — это попытка сохранить побольше «чистой» крови. Но почему тогда вместе с брачными обетами от супругов не требуют и верности?

Во-первых, видимо, из-за того, что хоть так кто-то из них может и с любовью быть, но при этом не забыть свой долг перед семьёй. Во-вторых, как мне кажется, если бы его всё же давали, то вся эта ситуация с маньячкой просто бы не случилась.

Нет, ну реально! Женщина же кукухой не от счастливой жизни поехала. Наверняка, основная проблема именно в изменах ненавистного ей супруга, который держит её лишь как придаток и матку, что должна лишь дарить ему наследников. Небось ещё и руку поднимает часто.

— Тогда нет ничего удивительного, — выдохнула я, переминая в руках веер.

Встаёт только вопрос — а знают ли подобное следователи и дознаватели? Догадались ли? Вроде умом обделены не должны быть, особенно те, которых из своих личных тайных канцелярий выделил на это дело сам Император.

— Снова обдумываешь эту убогую ситуацию? — раздался голос бабули почти рядом. Вот кто-кто, а она лучше всего понимает мои тревоги.

— Можно и так сказать, — вновь не удержала тяжелого вздоха. — Это слишком давит даже на меня.

— Не удивительно, столица вся тонет в эманациях ненависти и боли, смотреть страшно, — хмыкнула бабушка.

Старшая леди нашего рода подплыла ближе к окну, чтобы взглянуть на мир снаружи хоть глазком. От дневного света её фигура стала ещё более прозрачной и незаметной. Что ж, будучи давно мёртвой, она стала куда лучше понимать духовных и посметрный мир, чем при жизни. Поэтому её слова о волнении астрального фона над всем городом нужно воспринимать куда как буквально.

— Да, почти большая часть приходящих ко мне отчётов только об этих эманациях и состоит, — согласилась я, через плечо оглядываясь на три ровные стопки документации в левой части стола. — И ведь даже половина из них совсем не от служб Имперского надзора.

— Тогда отошли их обратно или передай лорду Зедарду — вроде он теперь этим занимается, — отмахнулась бабуля. — Если нет печати Императора или его заместителя в этом деле, то таким ты заниматься не обязана. Пусть посылают соответствующий отдел духовенств или вовсе некромантов. Их на службе короне пруд пруди. А ты у нас одна.

В последней фразе было столько тепла и любви, что в груди снова сжимался мягкий комочек счастья. Эта женщина подарила мне замечательное детство, отдала всю себя, чтобы поднять меня, дать твёрдую основу для спокойной и уверенной жизни — как в нашем аристократическом обществе, так и в магической её составляющей.

И я ей безмерно благодарна. Особенно, если учесть нашу не совсем родственную связь.

Нет, телом я ей родная внучка, кровь от крови её, плоть от плоти. Но вот душа… Душа моя не от мира сего. Буквально. Ведь я, если так можно сказать, попаданка. Правда, не я сюда попала, а меня сюда принесли, дали моей душе тело, почти новую жизнь. Так что я скорее что-то среднее между перерожденкой и попаданкой.

И всё равно, бабушка приняла меня как родную. А ведь такая гордая, сильная и волевая женщина даже бы божественную волю моего появления здесь послала бы, если бы захотела. Но даже такой мне она была рада, была благодарна, хоть и истинную душу внучки было уже не вернуть.

Да, хорошее было тогда время. Спокойное. Если можно назвать спокойным гнев бывшего, но тогда ещё действующего Императора Андариана на членов из своей семьи, из-за которой погибла часть моей. Тогда многие сбледнули, когда он пошёл в разнос, и его люди прошерстили всю знать от и до, вдоль и против шерсти. Но зато стало спокойнее на следующие двадцать лет.

И вот вновь волнения, вновь из-за аристократии. И мне остаётся только молиться Богине, чтоб хоть в этот раз нашу семью не задело.

В этот момент дверь в кабинет снова открылась. Я уже было подумала, что это дворецкий спешит сообщить мне о готовом обеде, но наткнулась на серьёзные и хмурые лица семи представителей дознавательства.

— Вот бесстыдники! — возмущённо ахнул призрак бабушки. Благо, что его могу видеть и слышать только я.

— Господа, чем обязана? — спокойно спросила я.

— Леди Лианта Элиа Астарс! — грозно и громко начал главный всего этого сборища. — Велением Его Сиятельства маркиза Дарганта Таутура Леварта, вы арестованы по подозрению в совершении вами ряда жестоких убийств…

Он говорил что-то ещё, кажется, зачитывал мне все обвинения и данные права на ближайшее время, но я уже не слушала. Слишком была удивлена происходящим. Прям до глубины души, как моя бабуля.

Вот это поворот. Мне кажется или история наступает на те же грабли?

Глава 1

Двадцать один год до основных событий

Ночь давно вступила в свои права. Вот только урагану, бушующему в её объятьях, было всё равно. Он, казалось бы, только ещё больше набрался сил, чтобы обрушить их на беззащитный город.

То был Карифт — столица великой империи Эдарт, империи, большей частью жителей которой являются люди. Как обычные, так и маги, колдуны, ведьмаки и волшебники. Но как бы ни были они сильны духом, телами и магией, с Силой Мира и Богов спорить не смел никто. Но каждый знал, чувствовал, что разразившийся ураган — не просто явление природы.

Нет, это был гнев, яростный гнев одного из Божеств Изначальный. И такой гнев не нёс ничего хорошего ни людям, ни их землям, ни даже соседним государствам. Всем оставалось лишь запираться в своих домах, в храмах, чтобы молить Богов об Их милости.

Но что беда народа по сравнению с горем в семье!

Леди Тифида Аласта Астарс тихо сидела на простеньком стуле рядом с огромной кроватью, скрытой полупрозрачными занавесями от остального мира, и беззвучно роняла слёзы на безвольно упавшие на колени руки. Ни одна эмоция не отразилась на вмиг постаревшем лице. Вот только душа женщины разрывалась от боли.

Она не смогла. Сил банально не хватило в этом старом теле. Но хуже всего — осознание, что какой-то крупицы этих самых сил не доставало, чтобы вернуть, удержать в этом маленьком, хрупком, изломанном тельце, возлежащем на кровати, последние остатки… если уже не жизни, то хотя бы души.

Хотя бы душу удержать! А там и целители бы подоспели! Леди краем уха слышала, как по теперь уже пустым коридорам разлетаются звуки скорого бега, становясь всё ближе. Вот они уже в гостиной, вот их главный сопровождающий — тоже уже давно немолодой дворецкий её семьи, её рода — первым влетает в спальню, пропуская за собой и небольшой отряд лекарей.

Пустыми глазами женщина отметила про себя, что у каждого их них на груди был герб императорского госпиталя. Значит, это лучшие из лучших. Но что они смогут? Минимум — констатируют и так уже понятное состояние маленькой пациентки, максимум — исцелят тело, приведут, так сказать, в более приятный вид.

Впрочем, главе собранного отряда это становиться также понятно с первого же взгляда на маленькое тельце. Он взмахом руки останавливает бурную деятельность коллег и под их вопросительными взглядами лишь обречённо качает головой — они умны, они понимают, что промедление из-за разбушевавшейся погоды стоило всем тех самых важных мгновений, когда решается сама жизнь.

Ещё один взмах его руки, и мужчины тихо, но споро покидают комнату. В ней остаются лишь четверо — сам глава коллегии, убитая горем леди, её дворецкий и… император. Его Величество появился вместе с ними, но решил оставаться в гостиной, пока не будет сделано всё, что в силах его лекарей. А уж в своём личном — он ни на мгновение бы не усомнился.

Так стоит ли говорить, как сильно и неприятно его удивила повисшая тишина по ту сторону дверей, где уже во всю должна была быть развита бурная деятельность. А каким отчаянием наполнилось его сердце, стоило мужчинам, едва вошедшим в спальню, начать выходить обратно. Мрачные лица были ему ответом на мысленные вопросы, заставляя ворваться в комнату уже самому прежде, чем двери снова закрылась.

Мавиан вопросительно посмотрел на своего повелителя, прося разрешения взглядом. Его Величество только кивнул, пусть и смотрел точно в заплаканные глаза леди. Ох, его милая леди, леди его души и сердца, тайна его бессонных ночей давно ушедшей молодости. Видеть её в таком состоянии — худшее, что когда-либо случалось с ним.

Даже отдавая её своему лучшему другу, которого избрало её сердце, он не чувствовал той душевной боли, что сейчас. Тогда мужчина мог только желать любимой счастья и обещать стать для неё и её семьи самым надёжным союзником, самой лучшей защитой. Но, видимо, Боги отвернулись от его клятвы сегодня второй раз. Сначала была пропажа и гибель друга, а теперь и всего его рода. Только Богам всегда мало. Они решили забрать не только сына и невестку Риндана, но и их единственное дитя — последнее дитя некогда великого рода!

Андариан с силой сцепил зубы, заставляя их скрипеть, а сжатые кулаки белеть. Его ярости не было предела, ведь он только что всё понял. Понял кто и почему так настойчиво идёт на подобное! Ох, каким же он был глупцом, чтобы не видеть очевидное! А ещё на Богов посмел грешить…

Мавиан закончил исцелять тело малышки как внутри, так и снаружи. И, судя по его лицу, изломанный, почти растерзанных до неузнаваемости внешний вид ничто по сравнению с тем, что скрывалось под ним. Это только подвило масла в закипающий вулкан ярости правителя.

— Я сотру эту линию порока из истории. Эта тварь пожалеет, что даже задумалась о подобном, — прорычал император, еле сдерживаясь, чтобы не выпустить свою магию и не разрушить всё на своём пути.

Тифида вновь повернула голову в его сторону. Его магия тут же затихла под её взглядом. Всего один хоть и пустой взгляд, и он снова готов положить всё, что у него есть, к её ногам. Боги, за что вы так с ней? Что он может сейчас для неё сделать?

Будто в ответ на крик его души, за окном с новой силой ударил ужасающий ветер, а небо не только разорвалось чередой вспышек огромных молний, что осветили всё собой почти на половину минуты, но и заставило дрожать землю. О, Боги в неменьшей ярости! Сейчас мужчина прекрасно понимал, что Их к этому привело. И, кажется, знал, что спасёт от разрушения и гибели его страну, его народ.

— Тифида, — тихо обратился мужчина к возлюбленной, мельком удивляясь резкому затишью и за стенами особняка. Это знак одобрения его затее? Хотя даже если бы Они не одобряли, он бы всё равно пошёл на это. Ради той, что сейчас угасала вслед за последним лучом в своей жизни, но всё ещё готовой и способной бороться за него. — При всех свидетелях я даю тебе своё высшее дозволение на Белый Путь Последней Богини.

Лекарь и дворецкий тут же посерели лицами от ужаса осознания приказа, но не посмели вымолвить и доли возражения воле своего государя. А вот женщина буквально засветилась изнутри! Мгновенно подлетела к телу малышки, хватая его в руки и готовясь мчаться в указанное место со всей доступной ей скоростью.

Андариан хотел бы предложить ей помощь с переносом тельца, но хорошо знал свою леди, поэтому мог стать ей лишь провожатым. Кивком головы он также позвал с собой и остальных мужчин, что боялись двинуться с места после услышанного. Всё же, если его задумка удастся, то их помощь будет очень кстати.

Тифида, не сбавляя скорости даже на поворотах и лестницах, неслась в сторону дальних подвалов, вход в которые для всех, кроме взрослых членов её семьи, всегда был под строжайшим запретом. Почему же раньше она не могла подобное сделать? А потому, что на это нужно высшее дозволение правителя, под покровительством и на территории которого проживает семья в данное время. О, Боги, как же ей повезло, что Андариан был другом их семьи, другом Рина!

Ворвавшись сначала в основной подвал поместья, женщина тут же помчалась к самой дальней и неприметной двери, укрытой ещё и особой иллюзией на крови для надёжности. Раскрыть ту помог сам император, когда она дала мысленное разрешение на проявление двери перед другими её спутниками.

Помещение больше похожее на высеченную вручную пещеру нежели подвальную комнату, было освещено лишь белым кристаллом, что был будто вплавлен точно в середину потолка. А сам чёрный камень пола, стен и опять же потолка был словно литой, единый, без единого стыка плит. Казалось, что всё помещение вырубили из скал Чёрных гор и сразу в готовом виде поместили сюда, а только потом облагородили кристаллом, дверьми и, как вишенкой на торте, особняком над ним.

Вот только в его середине, на полу, точно под молочно-белым природным «светильником» был вырезан круг. Пустой, без каких-либо дополнений в виде линий, надписей или знаков.

И в этот круг, в самый его центр Тифида поспешила уложить тело внучки, осторожно выпрямив ножки и вытянув ручки вдоль туловища. Ещё не окоченело, ещё теплятся остатки былой жизни — это хорошо, значит шанс есть. А большего женщине и не нужно.

Андариан прекрасно знал действия ритуала, поэтому, зайдя последним в помещение, закрыл за собой двери. Потому взглядом указал лекарю и дворецкому остаться рядом с ними, а сам подошёл к границе круга со стороны ног девочки. Леди поспешила же встать со стороны головы, но уже на колени.

Она беззвучно, шевеля одними губами, скороговоркой выговаривала древние слова. Как только глаза, с мольбой направленные к кристаллу, заволокло белым маревом, в тот же момент Тифида уколола центр ладони о еле заметный острый выступ на границе круга. Его желоб быстро наполнился кровью.

Но как наполнился, так кровь и исчезла с последним словом заклинания. Женщине оставалось лишь отнять руку и в баюкающем жесте прижать её к груди. Уже вернувшиеся в прежний вид глаза теперь неотрывно смотрели на малышку. Кажется, Тифида — как и все в ритуальном помещении — задержала дыхание, боясь пропустить самое важное.

Но прошла минута. За ней вторая. И ничего так и не случилось.

Андариан опустился рядом с любимой, обхватывая её плечи и прижимая ослабевшее тело к себе, не давая ему упасть на пол. Кажется, они опоздали и опоздали в тот момент, когда весть от его шпионов-наблюдателей только дошла до него. Но хуже всего для него было то, что теперь вслед за ребёнком в чертоги Последней Богини вот-вот отправится и леди его сердца. И он пойдёт за ней. Его есть кому сменить, есть кому исполнить последнюю волю о предателях.

Тихий стон со стороны девочки не ждал уже никто. Поэтому не сразу поверили в услышанное. Благо Мавиан отреагировал мгновенно! Бросился в круг, упал на колени и принялся было пропускать свою магию через тельце, но его остановил тихий оклик Тифиды:

— Не здесь, прошу.

И то верно. Слишком странное для понимания лекаря место. Как в плане вида, так и в плане энергий. Слишком много… смерти!

Малышку теперь подхватил он сам и быстро направился на выход. Он обладал хорошей памятью и быстро нашёл обратный путь к тем покоям, в которых их привели ранее. Дворецкий был отправлен Андарианом на кухню с приказами об приготовлении лёгкого ужина для больной. А сам правитель с любимой на руках последовал следом за лекарем, который и ей вот-вот понадобится.

— Получилось, — тихо, но очень счастливо выдохнула женщина. — Спасибо, Андариан.

— Тише, побереги силы, — мужчина прижался губами к её горячему лбу. — Ты нужна ей… «нужна мне», — закончил он про себя.

— Да, — Тифида мудрая женщина, она знала, чувствовала его недосказанность, но ради них самих просто положила голову на его плечо, на мгновение поддавшись желанной слабости. Желанной для них двоих.

Глава 2

Давно я не видела такой бури. Страшная гроза разрывала небо над городом уже третий час. От грохота грома дрожали стёкла в домах, а владельцы машин не успевали перенастраивать сигнализации. Молнии сверкали так яростно и часто, что не успевала закончить свой путь одна, как его продолжала другая. Ливень и вовсе затопил большинство улиц, превратив их в бушующие потоки.

И угораздило меня именно в такую погоду выйти из дома! Вообще очень хотелось залезть с ногами на диван, укутаться в плед и попивать горячий чай, читая книгу в ожидании, пока весь этот ужас за окном не прекратится. Но нет! Я уже сажусь в такси, чтобы мчаться на другой конец города!

Эх, сердобольная душа. Расплакалась младшая сестра, которая поссорилась с парнем, позвонила мне, а я уже с ноющей душой спешу быть жилеткой, наплевав на всё.

Боже, даже от подобного объяснения я чувствую себя отвратительно. А ведь говорила ей, предупреждала быть с ним начеку! Ну да, я старшая и подозрительна к тем, кто претендует на чувства и сердца моих младших. Но! Почему опять я? Почему они сами не думают, а когда случается, то плачутся мне?

Вновь тяжело вздохнув, мысленно не забыв отвесить и себе пару подзатыльников — ведь просто могла высказать всё через телефон, — поудобнее устроилась на переднем месте в машине и продиктовала подтверждение адреса назначения. А едва мы двинулись, поспешила пристегнутся. От греха подальше, да и так спокойнее.

Не знаю, повезло ли мне, но кроме вопроса уточнения адреса водитель больше ни с чем другим не лез. Ехать в относительной тишине, которую едва разбавляет тихо включенное радио, куда приятнее. А может просто мне так привычнее. Я была даже не против, когда водитель объезжать прямые пути из-за их затопления, лишь бы не тревожил. И, кажется, даже задремала, поэтому не сразу отреагировала на резко сменившуюся атмосферу в салоне.

— Вот чёрт! — выкрикнул водитель, вытаскивая меня тем самым из состояния дрёмы. К тому же, мужчина старательно пытался затормозить, а когда не получилось из-за слишком утопленной дороги, и объехать какое-то препятствие — так резко меня мотнуло сначала в одну сторону потом в другую.

Правда, лучше бы этого не делал. Ведь открыв глаза и подняв голову, первое и, думается мне, последнее в этой жизни, что я увидела, — были приближающиеся яркие огни передних фар и огроменный бампер тягача.

Крик так из застрял в груди, из которой уже в следующую секунду мощным ударом выбило, казалось, не только воздух, а ещё и органы. Хотя, учитывая нашу скорость, меня просто раздавило. Должно было. Только удар и всё. Тишина и темнота. Разве что, я всё так же себя осознавала, будто просто закрыла глаза, а не потеряла сознание.

Интересно, водитель успел вырулить? Наверняка, меня просто от страха и удара так накрыло. Сейчас чуток подожду и попробую открыть глаза, может даже так быстрее получится оклематься. Но прошла минута, две. И ничего. Всё те же темнота, хоть глаз выколи, и глухая тишина.

И чем дольше это продолжалось, чем страшнее мне становилось. Ну не может быть такого состояния, что пропали все внешние ощущения и чувства, а сознание и внутренние переживания остались. Разве что… Нет! Даже думать не хочется. К тому же, я слышала и не раз, что люди, впавшие в кому, всё же некоторые отголоски внешнего мира воспринимают. Или просто мне так не повезло?

— Сложно ответить на этот вопрос, — вдруг донеслось до меня откуда-то позади, заставляя обернутся. Если, конечно, можно так сказать, когда чувств как таковых нет, даже ощущения положения тела в пространстве. Просто вдруг поняла, что столу или вишу перед чем-то. Вот оно ощущалось и очень даже отлично. — Странно мышление, маленькая душа. Но мне нравится.

Рада, что угодила. Ещё бы знать, кто вы, где я и почему такое отношение?

На мои размышления женский голос — по-другому его тембры и вибрации не воспринимались — лишь довольно хмыкнул, а потом пространство передо мной стало вдруг ослепительно белым. Я бы закрыла глаза, если бы могла, только век словно не было.

Белый свет же сжимался, и сжимался до тех пор, пока не стал формироваться в человеческую фигуру. Ясно-понятно, что женскую, но больно уж большую, будто моя собеседница была как минимум трёхметрового роста. Но до чего красивая!

Снежно-белая. Вся! И ткань бесформенных летящих одежд, и нежная кожа, и длинные волосы, и даже глаза без зрачков. Она была подобна идеальной фарфоровой кукле, если бы не была настолько живая!

Я бы назвала её призраком, но язык не повернулся бы. Слишком прекрасна, слишком нежна и так породному приятна. Казалось, что только находясь рядом с ней, я будто вернулась домой. Столько странствовала, столько тяготилась. И вот, наконец, вернулась.

— Какие всё же интересные у тебя мысли, — женщина улыбнулась. Невероятно нежно. И смех её согрел душу ещё больше, чем само присутствие. — Кажется, я сделала верный выбор.

Выбор? О чём она? Да и кто?

— Верные вопросы, — теперь меня удостоили даже протянутой руки… на которую усадили всё моё естество. Что? Как это? Она ведь не выглядит настолько огромной! — Это не я большая. Просто тебе вернулся твой основной вид и форма. И, предупреждая твои следующие вопросы, которые обязательно появятся, отвечу: да, дитя, ты мертва, и душа твоя — то, что предстало предо мной.

Вот так просто? Хотя, никаких возмущений, возражений, страха или волнений её слова не вызвали. Кажется, я уже и так знала это, просто мирское сознание ещё теплилось внутри бесплотного шара. Если я, конечно, в такой форме сейчас.

Стоп. Если я мертва, если я здесь — где бы это «здесь» не было, — то эта женщина… Ангел Смерти?

— Нет, что ты! — тихо посмеялась она вновь, чуть прищурив глаза. — Конечно, обычными душами занимаются так называемые вами «Ангелы Смерти», «жнецы» и тому подобное. Но в этот раз я решила прийти лично.

Лично? Я вроде ничего особенно за свою не такую уж и длинную жизнь успела натворить. Совершенно ничего. Если и были мелкие грехи или подвиги, то они сглаживались и уравнивались иными поступками, делая меня скорее не плохой, но и хорошей тоже себя не назвала бы. Так, где-то посередине.

— Вот за такое мышление я и пришла лично. И, думаю, ты уже догадалась, кто я, — над моим «телом» провели хрупкой ладошкой… и я почувствовала! О, Боже! Силу, что пронизывала само существо этой женщины невозможно передать словами, только почувствовать можно! Да и женщина ли это? Что-то невообразимо необъятное и могущественное, просто принявшее привычным мне внешний вид. Но кто же тогда она на самом деле? И почему я должна это знать?

Нет. Я знаю. Самым своим глубоким нутром. И это знание завораживает, заставляя трепетать и теплеть изнутри, тяготясь прильнуть к силе большего, чтобы слиться с ним, стать его частью.

— Не погружайся в это чувство, — вернула меня назад женщина. Нет! Богиня! Эта была сама Богиня Смерти! Пусть я и думала, что над нашим миром довлеет Бог и точно в мужском роде. — Ну, за вашим сектором и правда следят… мужчины. Даже мой собрат и тот, вопреки многим мнениям, мужчина.

«Наш сектор как-то излишне патриархален, даже в духовной своей составляющей», — не удержалась я от замечания, на которое получила очередное поглаживание и мягкий смех в ответ.

— Можно и так сказать. Миры бывают разные. Как обычные, так и высшие. И каждый из них по-своему уникален. Где-то больше мужчин, где-то женщин. Где-то нужен жёсткий контроль, где-то и помягче присмотр. Но из начала всех начал старшие приглядывали за теми, кто их младше. Помогали, развивали, растили, указывали пути. Не напрямую, конечно, но мягко, постепенно, лишь слегка подталкивали.

Богиня рассказывала тихо, спокойно. И как бы не завораживал её голос, информация была слишком удивительной, чтобы её упустить. Где ещё может так случится, что сама Богиня посвятит какую-то маленькую и точно не единственную в своём роде душу. Но выходило у Неё поучительно. Как у старшей перед младшим.

— Все души рано или поздно взрослеют и переходят на более высокую ступень своей жизни. Они тоже узнают это, но в своё время, — заметила Она то, что я чуть отвлеклась.

«Почему тогда узнаю это я? Разве моё время пришло?» — задала я резонный вопрос.

— Это ты узнаешь сама, — было мне ответом. — Но я посчитала необходимым хоть немного тебе приоткрыть и так почти всем известное.

«Но я ведь это забуду сразу, как только перерожусь», — знание о том, что меня ждёт новое тело, новый виток жизни пришёл откуда-то из глубины. И знания о последствиях тоже.

— Нет, милая, не переродишься, — вновь тепло улыбнулась Богиня, заставляя меня внимательнее прислушаться к дальнейшим Её словам. — Поэтому я и лично пришла за тобой, выпросила у собрата. Мир, который был передан на воспитании мне и моим друзьям, семье… случилось то, чего не должно было. Что-то помешало истинному течению энергии того мира, отчего многое изменило свой путь. Даже история. И нами было принято решение попросить помощи извне. Миры и те, кто присматривает за нами, позволили немного вмешаться и вернуть утраченное равновесие. К другим мирам решили послать меня. Мне же для решения случившегося нужно было то, чего в нашем мире нет, — иной души с иной энергией, иным мышлением. И я выбрала тебя, вырвав из положенного тебе цикла перерождения, за что искренне прошу прощения.

«Ну что вы!» — было очень неловко и странно от услышанного. Боги имеют силы изменять невообразимое для простого человека. Меня бы и спрашивать не нужно по идеи, чтобы их проблемы решились. А тут такое!

— Как ни странно, но многие из вас так думают, даже в моём мире, — заметила Богиня. — Но мне правда жаль. Ведь прервав твой цикл в той энергии, в которой ты взращивалась ранее, я невольно нарушила твою духовную жизнь, и ты ещё не скоро восстановишься. Как я и сказала, души растут в своих потоках, взрослеют с каждым новым витком цикла, пока однажды не становятся энергетически стабильными настолько, чтобы занять новое место среди высших душ.

«Таких как Боги и их помощники», — догадалась я.

— Верно. Все мы проходили через это. Медленно, но верно, в своих потоках, в своих мирах. Может, через многие сотни перерождений, когда эта Вселенная тоже зайдёт на новый виток своей жизни, ты бы тоже стала подобна нам. Но теперь это будущее под вопросом. И всё из-за наших действий. Поэтому я не могла не просить у тебя прощения, ведь всё слишком серьёзно.

«И что же будет теперь?» — захотелось бы всё же знать свою дальнейшую, новую судьбу, раз былой путь для меня стал закрыт.

— Тебя ждёт новое тело, новая жизнь, но уже в другом мире, которому ты стала так нужна, — меня снова осторожно и нежно погладили, успокаивая небольшую бурю энергии где-то в глубине моей сути.

«Но я же не смогу переродиться», — вспомнила я Её предыдущие слова.

— Не сможешь потому, что тело, что мы спешим тебе даровать, уже было рождено. Даже прожило какое-то время, хоть и ужасно мало.

«И вы хотите, чтобы я закончила жизнь того… человека за него?» — ну да, такое сложно считать перерождение, скорее попаданчеством в другое тело.

— Да, — кивнула женщина. — Той малышке суждено было прожить долгую, счастливую жизнь. Сначала в семье, полной родительской любви, затем в новой, где её ждал созданный для неё и их совместного будущего мужчина. Они бы дали тела и жизнь трём душам, которых ждало великое будущее как в жизни, так и в посмертии. Но…

Богиня замолчала. Ей словно стало больно и обидно до слёз — так омрачилось её прекрасное лицо. Да, наверное, очень неприятно, когда ты столько стараешься, строишь, вычисляешь, делаешь, а все твои старания идут насмарку из-за… а из-за чего? Как я поняла из общего рассказала, кто-то вмешался, сменил течения энергий, отчего и пострадало такое количество душ! Даже, если умерла всего одна, но она вела ко многим и многим другим.

— Очень точное замечание, — Богиня быстро взяла себя в руки и стала почти неизменно прежней. — Но, если честно, малышка и её семья — они были очень важны для меня и по другой причине. В нашем мире так всё устроенно, что силы Богов в той или иной степени текут энергиями не только по миру, но и в его детях. И чем сильнее это течение, тем удивительнее мир. Кажется, в вашем подобное звалось магией.

«Магией!» — ахнула я. — «В вашем мире есть магия?»

— Есть. Пусть не так много, как в некоторых соседних, но есть. И род малышки был пронизан энергиями очень близкими ко мне и моим собратьям. Хм, по-вашему это звучало бы как «Магия Смерти». Хоть ничего такое страшного и пугающего в ней нет. Но ты и так меня понимаешь, — я бы кивнула, если бы могла, но была с Богиней согласна. Магия Смерти — это не некромантия, как многие думают, это нечто иное, более абстрактное и энергообразное. — Точно подмечено. И когда-нибудь в роду этой маленькой девочки родилась бы достаточно сильная душа с подходящей энергией, чтобы после смерти стать подобной нам. Только теперь цикл нарушен, и наш собрат ещё долго не сможет занять своё место. И это очень сильно нарушит баланс мира, можно сказать, ослабит его. Мы не можем этого допустить.

«И каков теперь план?» — не зря же меня забрали из моего цикла, чтобы дать уже явно мёртвое тело, для продолжения его жизни. — «Что мне нужно будет сделать?»

— Я дам тебе тело малышки, её жизнь, мы подстроим её судьбу под твою. И пока ты живёшь, мы подлатаем потоки энергии, восстановим течение и исправим последствия. А ты… тебе нужно просто жить, — Её ладошка вновь погладила мою суть.

«А если нарушитель баланса снова вернётся?» — знать об опасности наперёд, значит быть к ней готовым.

— В этот раз мы будем бдительнее. Но обещаю, что если это понадобится, то я лично тебя предупрежу, — кивнула Богиня.

«Спасибо», — я тоже хотела кивнула, но получилось лишь волнение внутренней энергии. — «И могу я ещё кое о чём попросить?» — и дождавшись нового кивка, продолжила: «Позвольте мне помнить всё это и свою прошлую жизнь»,

— Мы и не думали лишать тебя этого, — лукаво прищурилась Богиня. — Но раз ты просишь, то уж всё знание останется с тобой. Только прошу, не используй его в открытую, не рушь течения.

«Даю слово», — кажется, с этими словами я сверкнула собой ярче, чем была.

Смерть в ответ погладила меня в очередной раз, а потом мы будто стали спускаться куда-то вниз. И я поняла — пора обрести новое тело и новую жизнь. Была ли я к этому готова? Да!

— Тогда живи, малышка, — сказала на прощание Богиня прежде, чем ослепительный свет поглотил всю мою суть и утопил в новой тьме.

Глава 3

Первым, что ощутила, когда осознала себя в этой странной темноте, — что-то твёрдое давило на тело сзади. Твёрдое, не слишком ровное, но холодное. Хотя сейчас объятья Смерти казались всё же холоднее, но и они были для меня мягким светом, который душа воспринимала как возвращение домой, в тепло и любовь большой семьи.

Чуть подождав, пока ощущения устаканятся, осознала две немаловажные вещи. Во-первых, слава Богине, я всё помню! Во-вторых, я лежу на каком-то камне. Тело такое тяжёлое, словно не моё вовсе. Правда, оно и так не моё, если вспомнить весь наш разговор, который, кажется, только-только закончился.

Тяжесть в теле не давала шевельнуть даже пальчиком, не то, что глаза открыть. Поэтому проверить точно — сработала ли божественная задумка — пока не представлялось возможным. А вот через силу перевести дыхание и застонать — это мы можем.

Я слышала и даже чувствовала, что в этом странном помещении нахожусь не одна, поэтому на свой страх и риск дала о себе знать. Не знаю, где точно нахожусь, но надеяться, что это «свои» и новую меня не убьют ещё раз, не могу — вот не верю я, что малышка сама отошла к праотцам без чужой помощи. Поэтому застонала, уповая на Богиню и Её планы — не думаю, что Она бы закинула меня в тело девочки, когда что-то ему ещё грозило бы.

Меня услышали, ко мне поспешили. И судя по причитанию и теплу, вдруг пролившемуся на меня мягкими волнами, всё же тут союзники.

— Тише, девочка, всё хорошо, маленькая, — шептал мне мужской голос, подхватывая на руки.

Судя по ощущениям от сильного и огромного тела, к которому меня прижали, моё тело таки маленькое. Значит, всё удалось. Отлично.

Движение, гулкие и быстрые шаги — мужчина куда-то спешил с мои телом, а следом за ним был кто-то ещё. Надеюсь, меня несут в безопасное место. Правда, это оказалось под вопросом, потому что из каменного помещения мы слишком быстро оказались где-то, где пол точно деревянный, да и тепло тут. Вот чувствую и слышу подъём по лестницам, которые мой «спаситель» преодолевал через одну, а потом вновь по коридорам, и вот меня укладывают на что-то мягкое. Скорее всего кровать.

И опять же, слишком быстро, словно тельце валялось у самого дома или даже в его подвалах. Хотя, что я знаю об этом мире, кроме того, что рассказала мне Богиня? Правильно ничего толком. Разве что то, что здесь есть магия. А значит быстрое прибытие к цели могло быть достигнуто и построением порталов.

Но толку строить догадки. Нужно поскорее взять тело под полный контроль и выяснить всё как есть уже иными способами.

По телу вновь начали бегать тёплые волны. Они проникали под кожу, согревали самые дальние уголки и почти касались, казалось бы, самой души, но нет. Стоило об этом подумать, как мужчина, чьи руки и распространяли эти странные волны, будто обжёгшись, с шипением отнял руки и что-то проворчал себе под нос.

Наши сопровождающие, что также расположились в этой же комнате, отреагировали на ругательства сразу. Мужчина начал что-то высказывать моему «носильщику», а женщина заставила их обоих замолчать, чтобы ей дали ответ о моём состоянии.

— Юная леди здорова телом, но её душа… Миледи, я не уверен в своих ощущениях, — растерялся «спаситель».

Миледи? Какое интересное обращение. Надеюсь, тут мир, если и с монархическим строением власти, то хотя бы не как в средние века у нас.

— Что с Лиантой? — напряглась дама, чей голос оказался уже достаточно близко. Её горячие руки схватили мою ледяную ладошку и зажали между своих. Мгновение, и прохладная энергия будто освежающий весенний ветерок пронеслась по телу.

Лианта? Это имя моего нового тела? Хм, вроде не так плохо. Даже симпатичное.

— Её душа холоднее Последних Чертогов, — шёпотом, будто остерегаясь быть услышанным, ответил «носильщик».

— Тогда всё хорошо, если я правильно всё помню, — ответил второй мужчина.

— Да, слава Богине, всё так, как и должно быть, — облегчённо выдохнула женщина.

Если прислушаться к её голосу, то можно услышать немалый груз прожитых лет, так что она точно не так молода, как я могла подумать ранее. Да и кто она? Матушка тела, тётушка или бабушка? Поскорее бы прийти в себя, чтоб во всём разобраться.

— Что ж, тогда могу лишь предложить от себя ежедневные проверки, чтобы до конца убедиться в здравии юной леди, — будто отрапортовал мужчина, а не предложил помощь.

— Официальный приказ передаст Дуанс, — ответил ему второй, судя по голосу и словам явно положение выше этого… врача? Или в случае с миром магии профессию моего «спасителя» нужно назвать «лекарь» или «целитель»?

— Да, Ваше Величество, — ответил целитель и поспешил покинуть комнату.

Ого, так второй незнакомец весьма немалого положения. Вот только возникает вопрос, а почему он здесь? Не может же он быть родственником моего тельца, вроде отца, дядюшки или деда? Не может же, правда?

Нет, я не имею ничего против монархии и её представителей. Но становиться одной из них совершенно нет желания. Я даже готова смирится оказаться теперь ребёнком средней аристократии, но не более! Мало малышке было проблем до этого, так ещё больше будет потом у меня — не хочу лезть в змеиное логово головой вперёд.

— Тифида, — мягко позвал Его Величество женщину. В голосе скрывался едва заметный вопрос, но она всё поняла, поэтому ответила:

— Сейчас уже всё хорошо. Тело и душа в порядке.

— Слава Богам, — облегчённо теперь выдохнул и он. Будто груз сбросил с плеч.

Хм, интересные тут витают настроения. А они точно не муж с женой? Ну или брат с сестрой. Хотя ощущения ситуации всё же намекают на первый вариант отношений.

— Сколько она будет спать? — минуту помолчав, решил узнать мужчина.

— Это не сон, скорее промежуточное состояние, — вздохнула леди, присев на кровать рядом, если я правильно ощутила. — Боюсь, как бы не пришлось обращаться к менталистам.

— Думаешь, она может вспомнить сам момент нападения? — хмуро отозвался король или какой у него титул?

— Будь Лиа старше, это бы очень помогло, но она ещё слишком мала. Да и пережить смерть и вернутся… Андариан, тебе ли не знать, насколько наша магия иная. Её душа будет помнить этот опыт. И я боюсь, как бы он не повлиял на неё, — мою ладошку подняли выше и её коснулись мягкие, но суховатые губы леди, что начала покачиваться из стороны в сторону, чтобы, скорее всего, успокоить себя.

— Сообщи мне, если всё же понадобится помощь и в этом. Думаю, с таким я могу обратится только к лорду Сурдиафу, — задумался мужчина.

— Аран Сурдиаф? — удивилась дама. — Не знала, что он — менталист.

— Это его вторая магическая направленность, доставшаяся от прадеда. Считай, с ней он работает только на меня, — усмехнулся Его Величество. — Для общества же он просто боевой маг, входящий в элиту по моей личной защите.

— Если ты в нём так уверен, — хмыкнула женщина с интонацией «ох уж эти мальчишечьи тайны», — то и я против не буду.

— Тогда, я всё же пришлю его к вам, — мужчина подошёл поближе и чуть понизил голос, — даже если малышке не понадобится блокировать эту часть памяти, то что-то могло в ней отложится. Любая деталь, что сможет конкретно указать на истинных виновников.

— Так всё же ты не уверен? — в голосе леди проскользнула растерянность.

— Уверен, что они замешаны, но вот на каких позициях — заказчики или посредники? — хмуро ответил ей Правитель. — Как я тебе и обещал, я в любом случае искореню этот гнилой росток под самый корень.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Да, смерть предыдущей хозяйки тела точно не была простой, как я могла подумать в самом начале. К тому же у меня возник новый вопрос — а где родители малышки? Если это не эти двое, то почему настоящих нет рядом? Может ещё в пути или даже не знают о случившемся? Или… страшно думать о подобном, но раз уж тут сам Глава государства, то родители уж точно должны быть, а раз их нет, то и они могли попасть под раздачу.

Эх, что же происходит вокруг? Как же хочется поскорее всё узнать и не мучиться больше вопросами. Правда, думаю, от ответов на эти, я задамся ещё большим количеством новых.

— Думаю, на первое время приставлю к вам своих доверенных людей, — спустя несколько минут отозвался Правитель. — Не переживай, они вас не потревожат, даже если что-то случится вновь.

— Не дай Богиня, — вздохнула тяжело леди.

— Будем надеяться, что Боги нас услышат, и эти меры будут излишними, — согласился он с ней. А потом, судя по звукам, оказался очень близко к нам, а точнее к леди, и я смогла расслышать тихое: — Берегите себя. Если что-то случится вновь… — тяжелый вздох очень уставшего и много пережившего человека слишком хорошо мне сказал, что всё же эти двое довольно близки.

Леди ничего не ответила. Может ей и не надо было. Я пока мало, что понимаю из происходящего, но точно осознала, что и она, и я так или иначе дороги Его Величеству, кем бы не являлись для него. Что ж, такого правителя всё же хорошо иметь в друзьях, нежели во врагах. А вот его противнику я не позавидую — и то, что нападавшие на малышку ответят даже больше, чем по полной, я уверена на все сто.

Так или иначе, но Правитель нас оставил. Думаю, дела слишком его заждались. Ведь вот так срываться куда-то всё бросив, может позволить себе не каждый. И всё равно заботы тебя нагонят, прихватив с собой ещё чего по пути. Удивительный человек.

Если он человек, конечно. Как-то я не уточнила у Богини о разнообразии здешних рас. Вдруг тут только люди. А может оказаться и такое разнообразие, что нашим фантастам и не снилось! Эх, прекрасный новый мир, какие же сюрпризы ты мне готовишь?

Глава 4

— Ты ведь уже пришла в себя, милая моя, — усмехнулась женщина, а у меня внутри чуток йокнуло от неожиданности. Как она догадалась? Почувствовала? — Я понимаю, что сил у тебя пока открыть глазки нет, но… не открывай пока. Отдыхай. Если сможешь, то даже поспи. И не бойся, я побуду рядом.

Что ж, поспать — это неплохой вариант, чтобы восстановить энергию. Поэтому почему бы и нет? Да и усталость в теле, действительно, ужасная. Я её воспринимала скорее как слабость, но сейчас, когда мне предложили отдохнуть, то состояние стало куда очевиднее.

Может так даже лучше. Пока я сплю, леди тоже отдохнёт. Как бы она не бодрилась, в голосе нет-нет да и проскальзывают нотки чрезмерной усталости и былого напряжения.

Ну, буду надеяться, что она всё же тоже приляжет. И не важно рядом или уйдёт в свою комнату.

Сама же я с этой мыслью провалилась в сон. Без страха, что не проснусь вновь или вернусь обратно. Я прекрасно всё понимаю и осознаю. Лишь на самой грани создания чувствую грусть и тревогу о прошлом — всё же меня вырвали из неё не в самый спокойный момент.

В той жизни осталось многое. И многое я буду оплакивать, многое буду вспоминать лелея. Но подобное теперь мало, что изменит. Да, жалко, что больше всё не будет как прежде. Новая жизнь, новая семья, новый мир и его реалии. И лучше смириться как можно быстрее, принять всё это.

Может, когда-нибудь я спрошу у Богини, приведшей меня сюда, как там оставленные мной дорогие и родные. А пока нужно настроится на всё новое. Чувствую, что даже эта жизнь не будет такой уж простой, как мне её описали. Не зря же тельце, теперь уже принадлежащее мне, покинула предыдущая хозяйка и точно не добровольно. К тому же рядом оказались не последние лица этого государства, но при этом из родственников только одна леди. Где, спрашивается, остальные?

Я не питаю надежд на хороший исход, имея даже такое малое представление обо всей ситуации и то только по услышанному. Если малышка оказалась в передряге, которая задела аж Правителя, то и её родители пострадали. Скорее всего летально.

Жаль. Очень жаль. И девочку, и её старшую родственницу. Но главное, что первая сиротой не осталась, выжила, осталась почти здоровой — явно благодаря тому целителю, — а уж поддержать друг друга мы с бабулей сможем. Как бы сложно это не было.

Я, конечно, уверена, что отношения между предыдущей «мной» и бабушкой были хорошими. Но теперь в теле её кровиночки новая душа, новая личность да ещё и взрослой — я себя взрослой считаю с таким багажом прожитых лет — женщины, которую скрывать будет просто невозможно. Да и не буду я. Вот отосплюсь, поем и поговорю с леди. Ведь ей надо это знать, а мне быть готовой к её реакции.

Размышления плыли в голове одновременно со сном. Он был мутным, непонятным, с размытыми образами, с приглушённым фразами. В общем, был бы самым обычным, если бы не тугой ком страха, что рос в груди с каждым новым поворот сюжета. Учитывая, что малышка пережила, кошмары ожидаемы. Мне остаётся просто потерпеть, ведь рано или поздно они пройдут. Я надеюсь. А пока лучше проснуться.

Что я и сделала, быстро вырываясь из оков сновидений. Тело не успело прийти в себя от резкой смены режима, отчего на несколько секунд меня сковал сонный паралич. Зараза. Неприятное чувство. Но остаётся только расслабится и дышать — это, фактически, единственный способ освободится.

Но один плюс всё же имеется — я смогла открыть глаза. Да и уже возвращающее себя чувствительность и способность двигаться тело реагировало очень хорошо на мои желания. Только садиться я не спешила. Медленно размяла сначала пальцы рук и ног, потом кисти и стопы, затем локти и колени, и лишь тогда попыталась осторожно принять сидячее положение.

Управлять новым телом, тем более учитывая его явные отличия в размере, было немного затруднительно. Ничего, привыкну, раз жить хочу.

К моменту моего гордого полного восседания на кровати, дверь в спальню открылась, а ко мне поспешила дама уже давно не средних лет. Среднего роста, статная, тёмно-каштановые волосы лишь слегка задеты сединой. Её лицо было лишь слегка задето сеткой возрастных морщин, что лишь больше придавало ей величавости, нежели возраста.

Тёмно-серые глаза смотрели с тревогой и волнением, и по этим признакам, а ещё по очень хорошей одежде, я могла судить — скорее всего это и есть бабушка. Красивая у меня бабуля, ничего не скажешь. Даже интересно стало, а сколько ей лет, что она так хорошо сохранила свою цветущую женственность?

— Лиа, малышка, — женщина уже оказалась рядом. Присела на край кровати и заключила меня в объятья. Такие тёплые и родные, что защемило где-то к груди. Вот только душа осталась спокойной. — Милая моя, как ты себя чувствуешь? Нигде не болит? Ничего не тревожит?

Отстранившись, она стала осматривать и даже немного ощупывать плечи и руки, будто искала повреждения самостоятельно. Такая милая забота. И главное, что искренняя. Со мной прежней никогда так не возились. Если и волновались за последствия детского поступка, то только ругали или нагружали заботами.

Сама не заметила, как это отличие чуть увлажнило глаза. Зато заметила леди. Она снова обняла меня, прижав к своего груди, и стала покачиваться, шептать, что уже всё хорошо и боятся больше нечего.

А мне стало ещё грустнее. И в этот раз потому, что, видя её заботу и переживание за малышку, её чувства к ней, я должна была начать такой сложный, но необходимый разговор.

Решившись, я отстранилась от непонимающей леди и посмотрела ей в лицо. Не знаю, что она увидела в моих глазах, возможно свои догадки и опасения, только теперь её тревога сменилась грустью и тяжестью осознания. Но того ли?

— Лиа, — тихо выдохнула женщина, а я лишь отрицательно покачала головой, добавив:

— Простите.

Только это не разговор. Нужно объяснится и выяснить всё заковырки судьбы так, чтобы понятно стало и ей, и мне. Для хоть небольшого фундамента к этому я дала леди время подумать, прежде чем начать самой.

— Простите меня, леди Тифида, кажется, так вас зовут, — постаралась я вспомнить вчерашний её разговор с Правителем. Женщина заторможенно кивнула. Нужно как-нибудь повежливее и более подходяще ей по этикету говорить, чтобы ещё сильнее не травмировать. Хотя, куда уж сильнее? — Меня зовут Александра. И я приношу извинения ещё раз за то, что чужим велением заняла тело вашей внучки. Я пойму, если вы попытаетесь изгнать меня из тела или просто выгоните, но буду очень признательна, если не лишите вновь обретённой жизни, — и склонить голову. Вежливо, медленно и с достоинством, как писалось в книгах.

Если подумать, то дама одета как английская леди девятнадцатого века. В меру пышное платье с турнюром траурно-чёрного цвета, где лишь манжеты и часть закрытого декольте тёмно-серые. Даже в высокой причёске тёмные заколки, сливающиеся с природным цветом и становящиеся незаметными. Из других украшений на ней лишь серьги в виде крупного камня в кольце мелких, скрывающие всю мочку уха, и простой золотой браслет шириной в два пальца на левой руке. И всё.

Но даже так весь её вид был прекрасен, без излишеств, и при этом утончён, статен. Сразу видно, что это не простая леди, и даже не из средней знати. Скорее всего либо герцогиня, либо маркиза. Хотя, может тут титулов больше, и они звучат по-другому, но не суть.

Пока я занималась разглядываниями, леди уже пришла в себя. Хотя, лучше будет сказать, взяла себя в руки. Её спина выпрямилась ещё сильнее, голова была гордо поднята, лицо бесстрастно. И только глаза не могли скрыть всё ту силу скорби, что сейчас тревожила её душу. Удивительная выдержка и воспитание! Невольно начинаешь гордится таким человеком — столько пережить и не сломаться.

— Александра, — леди повернула ко мне голову, удостаивая взгляда внимательного, но не с высока, — позвольте представится, Тифида Аласта Астарс, урождённая и истинная, милостью Императора Андариана Ладиви Эдартского графиня Тулонская… — и замялась на мгновение. — С возвращением к жизни.

— Благодарю, — ещё раз медленно склонить голову, но не полностью. — И понимаю, как вам сейчас тяжело и больно, но позвольте мне объяснить вам всю ситуацию, в которой мы с вами невольно оказались.

— Невольно? — переспросила леди, а потом будто вспомнила. — Вы сказали, что заняли тело моей внучки чужим велением? Вы знаете, чьим? — кажется, она даже подобралась вся, словно готова хоть сейчас вскочить и умчаться убивать нарушителей. И, смотря на неё, я знала, леди будет убивать виновных за пролитую кровь своих родных. Вот это преданность и любовь к семье!

Чтобы ответ не показался ей сектантским в стиле «Это воля Богини!», я начала рассказ с того, как вообще эта история получила начало именно с моей стороны. Выход из дома, авария повозки — ну, не скажу же я об автомобиле, — встреча с Богиней Смерти этого мира, договор с ней и моё вселение в тело.

Леди слушала внимательно, не перебивая, хотя было видно, что есть вопросы, которые так и рвутся к ответам. Конечно, она мне их задала после. Просила описать Богиню, видимо, чтобы удостоверится в правдивости моих слов. Потом уточнила детали мира, из которого я пришла, чтобы проверить, а не придумала ли я его. И когда последние детали были исчерпаны, в комнате снова повисла тишина, которую разбил звук моего пробудившегося желудка.

— Простите, — извинилась я за такую неэтикетную неловкость.

— Ох, — выдохнула леди, — это ты меня прости. Задержала тебя разговором, а ведь ты ещё так слаба и голодна после пробуждения.

— Думаю, нам обеим был необходим этот разговор, чтобы уладить все вопросы, так что ничего страшного, — улыбнулась я ей. — Да и, если честно, почувствовать себя снова живой — приятно, пусть я и не так долго была мертва.

— Но душам многое несвойственно из того, что дано живым, а живым неизвестно то, что знают только души, — улыбнулась женщина.

И эта понимающая, довольная улыбка старшей родственницы сгладила последние углы между нами. Да, возможно, найдутся ещё одни, но, думаю, мы решим и их.

Глава 5

Долго леди не заставила меня ждать. Почти тут же встала, подошла к двери и, выглянув за ней, что-то быстро проговорила кому-то. Кажется, она с самого начала не была одна, как мне думалось. Но вроде как знати положено, чтобы кто-то из слуг почти постоянно был поблизости, чтобы своевременно отреагировать на зов и исполнить распоряжение.

— Потерпи ещё чуть-чуть, — вернулась она ко мне и снова присела на кровать, — завтрак вот-вот накроют. Я распорядилась, чтобы это сделали в гостиной этих покоев.

— Благодарю, леди, — кивнула медленно я.

— Не стоит, — чуть грустно улыбнулась дама. — Это мне стоит быть благодарной. И прости мне то, что я всё ещё вижу в тебе свою внучку.

— Поверьте, я понимаю, — я взяла её за руку, зажав между своими ладошками. — И вы ещё раз простите меня, что так получилось.

— Коль на это воля моей Богини, я не смею противится, — женщина опустила глаза. Что я могу сказать на это, кроме как:

— Я постараюсь изо всех сил, чтобы стать хоть немного похожей на Лианту, но понимаю, что никогда вам её не смогу заменить.

— Спасибо, Александра, — а после небольшой паузы добавила: — Кто ещё может знать о желании Богини?

— Думаю, Его Величество, а там будет уже зависеть от его решения, — пожала плечами.

— Верно, — улыбнулась мне леди, кивнув. Кажется, это была проверка, и я её прошла. Значит, такое будет не раз. Ну и ладно, мне скрывать нечего.

О готовности завтрака нам сообщили через пару минут, лёгким стуком в дверь. Её приоткрыл хмурый седой мужчина в возрасте, одетый во что-то похожее на ливрею, заглянул к нам и с небольшим поклоном, когда понял, что на него смотрят, оповестил об этом.

— Сможешь встать? — с трудом скрываемым волнением спросила леди.

— Попробую, — кивнула ей и начала слезать с кровати.

Да, управлять маленьким телом не так легко. Оно ещё ощущалось как чужое, тяжелое и непропорциональное к привычным мне размерам. Словно ты надел что-то с чужого и явно меньшего плеча. Только выбора всё равно нет.

Леди следила за моими движениями очень пристально. Казалось, если я оступлюсь, она тут же меня поймает и поможет вернуться в устойчивое положение. Но и я старалась не оплошать. Контроль и ещё раз контроль. Даже если нужно двинуть только пальчиком.

Так мы и дошли сначала до двери, потом вышли в гостиную и вот уже у стола. Как ещё не слишком большому ребёнку мне положена была подушечка на сидении высокого стула для удобства нахождения за столом. Но чтобы сесть на этот самый стул мне нужна была помощь, которую сразу поспешил оказать тот самый хмурый мужчина в ливрее.

Интересно, а кто он? Так обращаться к леди, как хозяйке дома, что её распоряжение выполнено, встречать нас у самого стола, подавать знаки другим слугам, чтоб подавали необходимое, а ещё спешить мне на помощь. Смею предположить, что он — мажордом этого поместья или, говоря проще, дворецкий в этом доме.

На завтрак была какая-то каша, несколько тостов и лёгкий салат. Чай или другие напитки скорее всего подадут позже. Но меня беспокоило не это, а то, что приборов было куда больше того, к чему я привыкла.

Боги, я ведь даже в нашем мире не слишком-то интересовалось бытом и жизнью предыдущих поколений, а уж этикетом и подавно. Разве что в книгах о подобных эпохах замечала те или иные моменты. А теперь я хозяйка тела ребёнка из знатной семьи, которому подобное с молоком матери передавалось, а потом ещё и преподавалось.

Словно поняв мою заминку, леди взмахов руки отослала всю прислугу прочь, но, поразмыслив, оставила дворецкого с нами. В её взгляде на меня был вопрос, который стоило понимать как «можно ли ему знать?». А почему, собственно, и нет? Он самый главный слуга этого дома, и если леди ему доверяет, то и я не против. Так будет гораздо меньше проблем. Поэтому на вопросительный взгляд я лишь кивнула.

Переглядки между нами мужчина никак не воспринимал либо просто игнорировал, ведь по всем правилам слуги не должны вмешиваться во внутренние дела и отношения семьи, если для этого нет никак распоряжений главных хозяев дома.

— Рисарт, — обратилась к дворецкому леди, заставляя того немного напрячься, — ты служишь нашему дому, как до этого служили твои предки. Ваша семья поколениями делала это с честью и верностью, которую так редко можно встретить в нашем мире. Позволь попросить тебя ещё об одном.

— Всё, что угодно, моя леди, — мужчина приложил правую ладонь к левой груди и поклонился с идеально ровной спиной почти на сорок пять градусов. Вот это выдержка и отработка! Хотя я успела заметить, как он чуть побледнел и заволновался. Кажется, леди не всегда ведёт такие речи, а уж о преданности тем более. И раз завела, значит это чересчур серьёзно, по мнению самого мажордома.

— Ешь, дитя, — обратилась она ко мне, — пока не заботься об этикете. Его мы обсудим позже.

— Хорошо, — кивнула я и добавила по привычке: — Приятного аппетита, — чем озадачила дворецкого.

Леди кратко поведала своему верному слуге сложность сложившихся обстоятельств. Основным, конечно, являлась моя душа, занявшая тела её внучки. Вторым шли мои почти полные незнания того, что должна знать маленькая леди моего нынешнего возраста. А также мне положено всё сопутствующее моему новому, а по их понимаю старому положению.

— Тогда, позвольте предположить, — после слов хозяйки задумался мужчина, что едва смог сдержать дрожь в голосе, от чего тот казался напряжённым. Ему действительно дорога семья господ, которым он служит, а уж горе, постигшее хозяев, — горе и для слуги. — Лучше будет сменить учителей в некоторый дисциплинах, таких как основы начального этикета, общая история Империи и науки для знатных леди, — и снова поклонился.

— Хороший совет, — согласилась с ним дама. — Начальный этике, историю и часть наук я возьму на себя.

— Если это вас не затруднит, — оторвалась я от еды.

— Ни капли, милая, — тепло улыбнулась мне она. — Твои незнания предыдущего опыта во всём учении спишем на стресс от пережитого покушения, как и отличия в поведении. К тому же, часть необходимых тебе навыков и знаний всё равно подавала бы тебе я.

— Родовые знания? — удивилась я, хотя можно было этого не делать. Многие знатные семьи в прошлом что-то да передавали своим детям, что было известно только их семьям.

— Абсолютно верно, — мягко кивнула леди. — В нашей семье есть то, чего нет ни в одной другой по всему миру, — особая магия, подчинённая лишь нам.

— Магия? — автоматом переспросила я, а потом припомнила разговор с Богиней. — Магия Смерти?

— Да, — леди не позволила себе сильного удивления, лишь чуть приподняла брови, но успокоилась быстро, ведь подобное я упоминала в нашем с ней откровенном разговоре. — Но она куда сильнее и на совершенно другом уровне, чем у простых Магов Смерти, пусть и осталось их так мало, что едва хватит на одной руке посчитать. И из них двое — это мы с тобой. Подготовить тебя к её использованию, повелению ею, могу только я. Для другой магии я приглашу отдельного учителя.

— Другой магии? — а вот это уже интересно. — Во мне есть ещё одна?

— Никто кроме Его Величества Императора, его истинного наследника, а также наших самых верных с ними слуг не знает и не должен знать об твоей Истиной магии. Для всей Империи ты — простой целитель среднего уровня, от семьи получивший в наследство и семейное дело — содержание нескольких больниц и лечебниц в центральной части столицы, среднем её кольце. Магия целительства в тебе есть, и её немного, но управлять ей тоже необходимо обучиться. Я дать тебе нужных знаний не смогу, ведь во мне вторая магия — магия иллюзий.

— Тогда откуда во мне целительство? — нахмурилась я, но быстро поняла. — От вашего супруга?

— Да, твой дед Риндан, — леди специально выделила принадлежность, чтобы мы обе быстрее привыкали к новой реалии семейности, — мой любимый и ныне покойный супруг, как и наш с ним сын — твой отец Раянд, оба были целителями. В сыне, конечно, ещё прослеживалась Истинный дар моей семьи, но не был так силён, как во мне или Лианте, точнее в прежней тебе. Сейчас же, милостью Богини, и, думается мне, после пережитого тобой, дар только усилился. И мне неизвестно даже предположительных его пределов, а, следовательно, и опасности, которой он теперь может представлять.

— Я понимаю, — не согласится было невозможно. А новая жизнь не устаёт меня удивлять, значит пора быть готовой к чему-то и ещё не менее удивительному. Ну а учёба? Думаю, и её сдюжу, ведь после нашего образования многое уже не страшно!

— Тогда приступим к первым занятиям через неделю, — задумалась бабушка. — Тебе нужно как следует отдохнуть и привыкнуть к телу. Если что-то будет тревожить из ощущений или даже просто волновать — сообщи мне.

— Хорошо.

Далее завтрак прошёл в тихом поглощении пищи. Я, конечно, старалась держать спину ровнее, приборы более-менее правильно, но было сложно. Возможно, частично мне с этим помогала мышечная память тела, только этого всё равно мало.

Потом мне пришлось вернутся в спальню. Силы ушли слишком быстро и обещали вернутся лишь к обеду. И чтобы я не скучала, леди сказала Рисарту принести мне несколько книг по основам магии и подготовке магического ядра, ну и историю с этикетом. Видимо, с расчётом к моей небольшой, но готовности к будущим занятиям.

Ладно, пусть такие книги, но это хоть что-то из так нужной мне сейчас информации о новом мире.

Леди Тифида пообещала до обеда меня не тревожить, но, кажется, отдых и время подумать нужны больше ей самой. Да, многое нужно обдумать нам обеим. И если мои мысли крутились у всего нового, что меня ждало с первой книгой, то вот бабушке предстоит переварить всё, что сегодня на неё свалилось. Ведь она осталась почти полностью одна, лишилась всей семьи в том её понимании, к которому так привыкла. Которую так любила.

Так что, если времени до обеда на первый информационный голод мне хватит, то вот ей справиться с таким горем… я не уверена. Надеюсь, я смогу хоть немного её отвлечь и облегчить боль потери. Постараюсь стать ей той внучкой, которой она будет гордиться.

Глава 6

Постепенное вливание в новую жизнь проходило в ровномерном темпе.

План бабушки о моём «посттравматическом» состоянии, приведшем к изменению поведения и мышления, сработал. Учителя, найденные для меня, старались всё преподать с нуля, не отвлекаясь на то, что, по всеобщему мнению, я должна уже была всё это знать.

Бабушка Тифида тоже раскрывала мне тайны нашей силы, помогала научиться ей управлять. Её методика обучения совершенно отличалась от той, что мне прививалась учителем целительства. Эта магия, в отличие от Истинной, шла из магического источника, находящегося в районе живота. Туда же она поступала эманациями эфира, растворённого во всём, что нас окружает. В то время, как сила магии Смерти исходила от самой моей души, связанной с миром духов и самой Смерти, то есть шла изнутри.

Я всё запоминала, всё учила, корпела до закипания мозгов и отваливающихся от усталости конечностей. Но такова плата за хорошее и спокойное будущее.

Хотя со «спокойным» я всё же погорячилась. То, что я до рождения своего ребёнка и обретения им силы семьи останусь одна, много ответственности укладывает на мои плечи. И часть из них на меня свалились на второй месяц новой жизни.

В один из дней, что слились для меня в одинаковые и ничем неотличимые, к обеду нас неожиданно посетил Его Величество Андариан. Основной новостью, с которой он к нам зашёл, было окончание расследования происшествия, что изменило жизнь нашей семьи и привело меня в этот мир. И результаты были не очень утешительными как для леди Тифиды, так и для всей Империи.

Как и предположил в самом начале Император, самым главным заказчиком была его жена — теперь уже бывшая и недавно тайно казнённая. Будучи одной из младших принцесс соседней, дружественной страны, она была помолвлена с нашим Правителем, и свадьба состоялась едва ли не сразу, как только она прибыла в нашу страну. И, что самое интересное, полюбила своего супруга, была ему верна во всём, готова была отдать даже душу.

Но завистники есть везде, а уж при дворе и подавно. И они сделали всё, чтобы настроить Её бывшее Величество против нашей семьи. Спрашивается, зачем? Но ответы просты.

Во-первых, в тайной жизни Империи мы занимаем почти второе место после семьи Императора, и власти у нас как у герцогского семейства, а может даже больше. Но об этом мало, кто знает, что сужает круг подозреваемый в организации такого масштабного госпереворота.

Во-вторых, мой дед Риндан был лучшим другом Его Величества ещё с самого детства. И именно тогда, будучи приближённый ко двору, познакомился с бабушкой. Юная Тифида сразу поселилась в его сердце, и деду многого пришлось добиться, чтобы ему дали разрешение быть хотя бы претендентом на её руку и сердце. Но она и так отдала себя ему. Вот только Её Величеству всё преподавалось так, будто моя бабушка на самом деле была невестой Его Величества, но ему не дали разрешения в Имперском Совете на эту свадьбу. Вот он и пристроил любимую за другом, а сам продолжал её любить, да так, что мой отец якобы и был истинным наследником трона, а не дети Императрицы. И он, однажды, заявит свои права. А раз наша семья так близка к трону даже в простой жизни и почти всегда под защитой Императора, что только больше наводило подозрений, то это лишь вопрос времени, когда Её детей просто убьют.

И вот, когда пришла пора подготавливать наследника к принятию трона, Императрица решила действовать. С помощью гильдии наёмников и с пособничеством некоторых личностей из высшей знати, она избавилась, как она думала, от угроз для её сыновей и старшего внука.

Император и его люди вычислили зачинщиков, подстрекателей и исполнителей, даже казнили почти всех. Но худшим ударом для Правителя стало то, что старший из его сыновей, сам кронпринц был одним из тех, кто стремился к истреблению нашей семьи. Младший лишь подозревал, что что-то не чисто, поэтому решил принять сторону отца, когда узнал, что его невеста беремена, и вовремя. Этим он спас и себя, и теперь уже жену, и будущего ребёнка.

Вот только, как Император не старался, одна ниточка зачинщиков уходила куда-то далеко за границы нашей Империи, где терялась сразу в двух королевствах. Конечно, запросы были отправлены и туда, чтобы предупредить о таком произволе своих друзей и заодно предупредить их, что мы-то всё уже знаем, и лучше нас не провоцировать на военные действия, от греха подальше.

Войны не хотел никто. А может просто не были к ней полностью готовы, учитывая, что устранение нашей семьи в полном составе провалилось. Поэтому обе страны сразу стали отнекиваться и заверять, что найдут кончики тех ниточек, что затерялись на их территориях.

Всё это рассказывая, мужчина то и дело косился на меня. Всё же я слишком внимательно смотрела на него и слушала всё, что он говорил. Это привлекло внимание и его сопровождающего. Я не знала, кто это был, но цепкий, холодный, пронизывающий до самой души взгляд многое о нём и его профессии говорил. Не удивлюсь, если это кто-то из тайной канцелярии, если не сам её глава.

Бабушка переглянулась со мной, вновь спрашивая разрешения на рассказ всей правды. Не соглашаться смысла не было. Теперь наши гости — это бледный до смерти Император, схватившийся за голову, и всё же глава тайной канцелярии, стоявший за его спиной чернее тучи.

— Тифида, — поднял голову Правитель, с затаённым ужасом смотря на женщину, — их души…

— Нет, — прикрыла увлажнившиеся глаза та и сглотнула горький ком, — их нет. Мы с Лией искали на всех уровнять, чтобы хоть что-то… — большего она сказать не смогла, сил не хватило. Всё же ей ещё слишком тяжело. Пришлось продолжить мне:

— Все уровни астрала, а также дальние сферы посмертных линий не имеют о них даже представления, Ваше Величество. Я могу попробовать обратится к Высшим, чтобы узнать судьбу этих душ, но для подобного мне нужно Ваше дозволение.

— Можешь спросить у Высших? — не понял мужчина, а его цепной пёс помрачнел ещё сильнее.

— Высшие — души, перешедшие на более высокий духовный уровень развития, став помощниками и посланниками Богов, — было ему ответом. — Могу попробовать спросить и у Богини, но, думаю, у Неё достаточно дел, чтобы на меня ещё раз отвлекаться.

Упоминание Богини заставило монарха вскочить на ноги и заметаться по гостиной моих покоев, в которых его и было решено принимать. Мужчина вышагивал нервно, то и дело зарываясь пальцами в волосы да тяжело вздыхая. Пока в какой-то момент не замер, а потом резко развернулся ко мне и спросил твёрдым голосом:

— Каков твой уровень Истинной магии?

— Лиа ещё многого не знает, Андариан, — решила ответить на этот вопрос бабушка, — но уже сейчас её уровень близок к моему. Если так пойдёт и дальше, к пику силы, она сможет спокойно призывать даже Белый Легион.

Белым Легионом, насколько мне успела поведать бабуля, в их семье называют армию призраков, численностью от четырёх тысяч душ воинов. Почему «от»? Потому что тут уж зависит от силы призывающего. В нашей семье лишь однажды один из предков смог вызвать из-за Грани астрала почти семь тысяч душ, и мало кто смог хоть немного приблизиться к этому числу. Но чтобы призвать хотя бы половину, нужно дозволение правителя, которому даётся клятва верного вассала.

— Белый Легион, — промычал себе под нос поражённый Император, прикрывая глаза на мгновение. — Что на счёт Призрачных Генералов? Как скоро она сможет призвать первого?

А вот Призрачный Генерал — это обычно самый первый призрачный воин, которого призывает наследник силы семьи. Их количество также зависит от силы души призывающего. Бабуля, например, может призвать только двоих.

Когда призывающий будет вызывать в этот мир других воинов, то Генералы встанут во главе этой армии. Нет вернее и преданнее, чем Генералы, но в обычной жизни они скорее выполняют роль тени и телохранителя, который не показывается, когда в его присуствии нет смысла.

Но, что удивительно, есть из всего этого одно исключение, самое тайное и никому не дозволяемое без нашего согласия знание, — всегда хотя бы один из Генералов у наследника нашей семьи должен быть живым. Чаще всего такую миссию на себя берёт избранник наследника, будь то муж или жена. Но только мужчины, получив это «звание», после смерти становятся Призрачными Генералами, пока не придёт час лично проводить душу своего призвавшего в чертоги Последней Богини.

Как можно было догадаться, бабушкиным первым Генералом в своё время стал её отец, а вторым — супруг. На большее её сил не хватало.

— Уже смогла, — гордо выпрямилась и подняла голову леди Тифида, вновь ошарашивая нашего бедного Правителя.

Словно по её велению, а не моему, за моей спиной появилась в бледно-голубом сиянии призрачная фигура, заставляя всех мужчин в комнате — дворецкий неизменно присутствовал рядом с нами всегда — мгновенно отшатнуться на пару шагов. Такого шока они точно давно не испытывали.

Широкие плечи, высокий рост и весь прозрачный — вот и всё, что можно было сказать о моём Генерале. В остальном же его укутывал с ног до головы с глубоким капюшоном плащ, под которым и скрывались доспехи с оружием. Вот только как ни старайся, лица никто кроме меня или без моего позволения увидеть не сможет.

Я мало знала о том, кого призвала, но, увидев его лицо в первый раз, бабуля не сдержала слёз. В первые на моей новой памяти. Спрашивать было неловко. Я уж было подумала, что это мой отец, но женщина быстро взяла себя в руки и опровергла это, чем ещё больше меня озадачила.

Кого же я призвала, мы с леди ещё долго пытались узнать.

Глава 7

Кажется, Император тоже осознал это, когда взял себя в руки. Думаю, ему известны многие секреты нашей семьи. В отличие от его сопровождающего, что был готов броситься в атаку, если того потребует Повелитель.

Но наш монарх лишь грустно улыбнулся, а потом перевёл взгляд с Генерала на меня. Странно было видеть почти отеческое тепло и понимание в его взгляде.

— Думаю, сила Лианты, — видимо, последовал примеру бабушки, что теперь полноценно зовёт меня этим именем, — возросла после пребывания в Чертогах Последней Богини.

— Да, мы тоже так считаем, — кивнула леди. — И ты сам понимаешь, что такую силу лучше тренировать, не сдерживаясь.

Что обозначает «постоянное использование, желательно без перерыва и контроля». И Его Величество это прекрасно понимал.

— Что ж, да будет так, — согласился мужчина, возвращаясь на своё место. И лишь потом повернулся снова ко мне. — Ты уже видишь призраков?

От его вопроса взгляд невольно скользнул к дальней стене, из-за которой выглядывали три любопытных прозрачно-белых лица бывших слуг этого места. Заметив, что я на них посмотрела, двое мужчин тут же скрылись, а женщина успела помахать ручкой перед тем, как они прихватили её с собой.

— Вижу, Ваше Величество, — улыбнулась я служанке в ответ, а потом посмотрела на растерявшегося на пару секунд монарха.

— Твоя сила удивительна, — вздохнул он, откидываясь на спинку кресла в задумчивости. — Нужно усилить контроль за информацией и тем самым повысить уровень защиты вашей семьи, Тифида.

— Согласна, но будь любезен, не ограничивай нас, — хмыкнула леди. — Сам прекрасно знаешь, чем это заканчивается.

— Знаю, — весело усмехнулся Правитель.

Это они о том, что если нас держать в узде, то мы бунтуем? Если да, то теперь понятно, почему это происходило в прошлом, и почему правители последних нескольких поколений даже не помышляли о подобном. Как говорится «себе дороже». Лучше уж иметь таких сильных союзников и верный вассалов, чем озлобленных и оголодалых до свободы диких псов.

— Что ж, раз такие вопросы мы решили, — Император подал знак своему спутнику, и тот направился ко входу в покои, — тогда можно перейти к следующим.

К нам присоединился молодой мужчина, очень похожий на Правителя, в сопровождении ещё одного, скорее всего своего помощника. Принц подошёл ближе, поздоровался с отцом, чуть поклонился бабушке, а потом с неловкостью посмотрел на меня.

— Не тушуйся, Андисар, — хмыкнул Его Величество на реакцию сына, — поздоровайся с нашей маленькой леди.

— Леди Лианта, — чуть кивнул принц, приложив руку к сердцу.

— Ваше высочество, — также кивнула ему я, отбросив в сторону не такой важный сейчас этикет, чем точно озадачила принца ещё сильнее. А вот Императора повеселила.

— Теперь наследником будет он? — посмотрев будто с высока на молодого мужчину, точно не ожидавшего такого приёма, спросила бабушка.

— Верно. Титул кронпринца перешёл к нему после предательства Андариуса, — поджал губы Андариан. — К тому же Маливика ждёт дитя.

— Оу, — приподняла брови старшая леди нашего дома, — мои поздравления.

— Не смотри на него так, Тифида, — закатил глаза монарх, — тебе ли не знать Андисара.

— Отец? — не понял юмора принц.

А вот я поняла, так как приметила призрака — одного из наших слуг, — прошедшего сквозь двери и вставшего точно за спиной Его высочества. Кажется, бабушка решила проверить будущего монарха на все вилы лояльностей. Что ж, это хорошо.

А вот кронпринцу не очень. Заметил, что я смотрю куда-то за него слишком уж внимательно, и как побледнеет. Даже сглотнул, после того как оглянулся, но никого за спиной не обнаружил. Естественно, это ещё больше развеселило его отца.

— Теперь ты всё понимаешь, сын? — гордо спросил Правитель.

— Не всё, отец, — нахмурился тот.

Но Его Величеству только в радость было посвятить своего отрока истинному положению моей семьи в их Империи, а ещё с лёгкой руки добавить, чем грозит наш настоящий бунт. И что простым госпереворотом они бы не отделались.

Почему-то именно в этот момент моё тело вспомнило, что принадлежит семилетней девочке, а не взрослой и адекватной женщине. Короче, я решила схулиганить. Мгновение — и за моей спиной вновь появился Призрачный Генерал, чем довершил вложенное в принца впечатление, заставив того отшатнуться, запнуться о собственную ногу и плюхнуться на задницу. Какой трепетный мужчина.

Ругать меня никто за такое, конечно, и не думал. Его Величество лишь громогласно расхохотался, в глазах же бабули я увидела помимо еле сдерживаемого веселья ещё и одобрение моим действиям. А вот глава имперской тайной канцелярии лишь закатил глаза.

— Э-эт-то о-он? Приз-призрачный Гене-рал? — заикаясь уточнил принц Андисар.

— Верно, самое сильное оружие нашей Империи, — хмыкнул Император, возвращая серьёзность и мрачность. — Запомни всё, что сегодня узнал и услышал навсегда, Анд. Это ты должен будешь передать своему наследнику, в котором будешь уверен и которому точно доверишь трон. Ему и только ему. Ну, а вы, дорогой Сирант, — обратился он к помощнику принца, что стоял у дверей ни жив, ни мёртв от ужаса, — передать эти знания никому не посмеете. На ваших с моим сыном плечах теперь слишком многое, включая защиту нашей страны как изнутри, так и снаружи.

Это был тонкий намёк на то, что нас тоже нужно защищать и не трогать, а при пожаре выносить первыми?

— Д-д-да, В-в-ваше В-ве-л-ли-чество, — стуча зубами отозвался тот.

— Вот и отлично. Думаю, нам пора, — поднялся Правитель и направился на выход. — И, Тифида, — остановился он у самых дверей, — увеличь наблюдение во всех поместьях столицы. Я хочу быть уверенным, что у нас искоренил всю заразу.

— Как прикажете, Ваше Величество, — склонила голову бабушка, мягко улыбаясь. — Ну, и как тебе наш новый наследник трона? — спросила она меня, как только все лишние покинули нас.

— Учитывая, что на него ложится защита нашего рода извне, ему нужно укрепить нервы и развить рефлекс невозмутимого лица, — выдала я то, о чём не раз успела за сегодня подумать.

— Как это? — не поняла леди.

— Это когда ты остаёшься внешне спокоен и невозмутим, даже если находишься в самом эпицентре урагана, — и не удержавшись рассмеялась, заражая смехом и старшую родственницу.

— Прикажете подавать обед? — после того, как мы успокоились, осведомился дворецкий.

— Да, будь добр в эту же гостиную, — кивнула дама.

В общем и целом, в следующие недели дни проходили спокойно, и походили на те, что сопровождали меня и прежде. Пробуждение, умывание, переодевание, завтрак, теоретические науки, обед, получасовой отдых, практические науки, ужин, тренировки силы с бабушкой, ванная и сон.

Обычно мы тренировали призыв духов, приказы им, поддержка их плотности и времени провождения в мире живых. Но появились и ещё два новых занятия. Во-первых, теперь я должна была призывать духов посильнее и атаковать ими указанный предмет в точности в то место, что указывала леди. Во-вторых, тренироваться в защите себя самой.

Нет, это не рукопашные бои, но оружие я всё же отправилась выбирать вместе с бабулей в личную оружейную семьи. Туда никто, кроме нас почти и не заходил. Только прислуга, ответственная за чистоту в помещении. Для неё зал с оружием выглядел скорее как музей или даже склад. А вот для меня…

Каждое оружие источало свою ауру. Кто настолько холодную, что казалось, что кожа сейчас покроется инеем, если я к нему прикоснусь. Кто слишком горячую, способную оставить вполне реальный ожог на коже ладоней. Были и такие, что даже взгляд отводился сам собой, чтобы не видеть этой пожирающей тьмы или слишком слепящего света.

А вообще в оружейной было столько видов разнообразного оружие ещё и по несколько отличающихся друг от друга экземпляров, что на малую армию хватило бы с лихвой! Мечи, сабли, рапиры, шпаги, палаши, шашки и даже катаны. Клинки, ножи, стилеты, керамбиты и кинжалы всех размеров и форм. Пики, штыки и алебарды, топоры и секиры. Даже булава нашлась, различные клинки и шары с иглами прикреплённые к цепочкам всех возможных длин.

Казалось, что я тоже попала в своеобразный музей холодного оружия. Но нет, мне предстояло найти то самое, своё личное, что станет моей личной защитой на всю жизнь. Как сказала бабушка: «У каждого из них своя душа, свой характер. И лучше выбрать верного друга, чем открыть спину тихому врагу».

Что ж, вполне логично. Но ничего из представленного меня не то что не притягивало, а очень даже отталкивало, готовое в любой момент поранить, если не убить сразу с одного удара, стоить только неосторожно оказаться слишком близко. А ведь мне с одним из них нужно сливаться почти на уровне ауры, что даже если потеряется моё оружие на другом конце города, то я всегда могу протянуть руку и сотворить его из воздуха по желанию!

Круто? Круто, конечно! Но и страшно. Да и меня, реально, ничего не привлекало. К тому же, выглядело слишком по-мужски. О чём я тут же сообщила бабушке.

Та лишь усмехнулась, соглашаясь, но отменять выбор не собиралась. Так что мне пришлось мирится с неизбежным и пройтись по всему периметру, у каждого выставочного стеллажа и стойки ещё раз. И тогда я заметила его. Случайно, ведь раньше, казалось, его там и не водилось.

Подойдя ближе, я удостоверилась, что такое точно не заметить невозможно.

Передо мной лежал белый веер. Вполне себе обычный женский веер, сделанный для аристократки. Основа из снежно-белой кости с прекраснейшим узором лучей, снежинок и перьев. А между ними тончайшие, но прочные нити снежного кружева, скрывавшего за собой тончайшие костяные клинки — продолжения «рукояти».

Я невольно судорожно перевела дыхание. И даже не успела остановить свою руку, как веер уже лежал в ней. Удобно и так правильно, словно он был сделать именно для меня.

— Какой интересный выбор, милая, — удивилась леди Тифида, когда я вышла к ней из-за стеллажей и показала свою находку.

— Интересный? — нахмурилась я.

— Верно. Не волнуйся, ему ты можешь доверить свою жизнь и душу, настолько он тебе будет предан, — успокаивающе улыбнулась она. — Он создан из костей последнего белого дракона, пропитанных его же кровью и сохранивших частички его пламени. А вот кружево из…

— Паутины Уравийского паука[1], - опередила невольно леди, чем почему-то не удивила её, а наоборот очень порадовала. Кажется, эта красота действительно моя. И связь уже начала скрепляться.

Останется только научиться им пользоваться как в обычной жизни, так и в бою. Что ж, тренировки ждут.

Глава 8

Использование веера, как предмета гардероба, пригодилось уже через месяц после его обретения.

Из-за частых проверок и почти постоянного контроля знать начала волноваться и выдавать своё недовольство странностям власти Императора открыто. Это не могло не сказаться на многом из будущего, тем более, если учесть, как аристократы негативно отреагировали на позднее раскрытие заговора аж имперского масштаба.

Его Величеством было решено устроить что-то вроде бала с танцами, банкетом и даже награждением особо выделившихся в раскрытии заговора и поимке преступников. Конечно, были приглашены все, кто мог прийти, даже мы с бабушкой. Хотя нас скорее пригласили для слежения за порядком. Но это неофициально. А вот для всех остальных мы присутствием только как одна из сильно пострадавших верных сторон Императора, что приняла на себя основной удар противника.

И, стоя в огромное праздничной зале, я ловила на себе лишь сочувственные взгляды и принимала слова соболезнования. Это утомляло и отвлекало, особенно, когда гость вставал точно позади одного из призраков, вернувшихся с проверки. Благо призванный мог сам догадаться, что нужно помолчать и не отвлекать.

Именно за одним из отчётов меня и застал мальчик лет восьми. Хорошо одетый по меркам местной аристократической моды. Я бы даже сказала, что богато, но не настолько, чтобы это мозолило глаза. Блондинистые крупные кудряшки волос с приятными чертами лица и небесно-голубыми глазами делали его внешность почти ангельской. Прям как по канонам моего прошлого мира.

И всё бы ничего, мальчик и мальчик. Да только это недоразумение встало передо мной и делало шаги то в одну, то в другую сторону, куда я отводила от него глаза. Улыбка до ушей и счастливо-решительный взгляд только усугубляли моё впечатление о грядущей назойливости сие индивида.

— Вы что-то хотели, лорд? — чуть приподняв подбородок, спросила я, решив не меняться в лице, что бы это чудо мне ни сказало.

— Даргант Таутур Леварт, миледи, — мальчишка по-военному выпрямился, приложил правую ладонь к сердцу и чуть склонился в поклоне. Без титула? Или думает, что я всех уже знаю наизусть? — Позвольте узнать и ваше имя.

— Лианта Элиа Астарс, — спокойно представилась в ответ я, чуть присев в чём-то очень похожем на наш земной книксен.

— Леди Лианта, позвольте пригласить вас на танец, — и столько торжественности в громких словах и протянутой руке, что невольно это стало привлекать внимание всех близстоящих взрослых. Они тут же зашушукались на манер «как мило», «какой смелый мальчишка, далеко пойдёт», «да это же единственный сын маркиза Леварта», «хоть бы не вышел этот союз, я хотел отдать за этого мальца свою младшую дочь» и всё в таком духе.

О каком союзе вещали люди понять несложно. Обычно на таких вот мероприятиях, когда дети чаще всего и знакомятся, а взрослые обсуждают дела насущные, и происходят многие договорённости на временные помолвки и будущие браки. Вот только это в обычном обществе аристоктарии. Зная же законы моей семьи, Император никогда не одобрит ни один союз без моего на то согласия, кто бы и что ни говорил.

— Если это не обременит вас, — ответила я всё ещё ждущему мальчишке.

Танцам меня усиленно обучали последние две недели, когда до бабушки дошёл слух о возможности проведения вот такого мероприятия. Поэтому и держалась я уверенно, спокойно и полностью позволяя партнёру себя вести.

Конечно, наша пара не могла остаться незамеченной. Часть взрослых пар даже чуть отодвинулась, чтобы другим было лучше нас видно. Шёпотков и откровенных переговоров от подобного стало ещё в разы больше.

Естественно, что большинство выражало недовольство возможному союзу, ведь у них были личные планы на брак с Даргантом. У кого были ещё не обговорены вторые и третьи дочери, у кого — едва рождённые внучки, но все хотели место для них подле него.

Оставшееся меньшинство же относилось к увиденному скорее скептически. Часть из них даже вспомнила былые времена, когда вот также на балу танцевали мой отец и единственная на тот момент дочь герцога. Им тоже многие пророчили прекрасное будущее, учитывая как лояльно к нашей семье относится Его Величество, что так много позволяет.

Вот только отец выбрал третью дочь баронета, что тогда еле-еле пробилась в общество, и то только благодаря стараниям своего отца и его ещё не оборвавшимся связям. Такой союз разочаровал многих, обернув две трети аристократов в негативное отношение к нашей семье. А отца и вовсе стали звать величайшим глупцом того времени.

И никто из них так толком и не знал, с каким трепетом, заботой и любовью он относился к своей супруге, с какой преданностью и обожанием отвечала она. Бабушка именно так описывала их отношения, переглядки и даже просто нахождение рядом друг с другом будь то в обществе или наедине. Ещё обмолвилась, что это очень правильные и важные аспекты в образовании пары.

— Образование пары? — не совсем поняла я тогда.

— Пары, где один из партнёров наследник нашей семьи, а второй — его супруг или супруга, — начала рассказывать бабуля. — Между ними должно быть полное понимание, доверие, уважение, в идеале искренняя любовь. Только тогда слияние структур душ и магии пройдёт успешно. А оно очень важно для появления следующего наследника, а также признания партнёра как живое воплощение Генерала.

Мы тогда как раз искали решение проблемы с тем, что только что случайно вызванный мной Призрачный Генерал оказался очень странным и совершенно неизвестным леди. Разве что оставалось неоспоримым его принадлежность семье, по законам которой это должен был быть мой отец. Но его душу, как душу мамы и настоящей Лианты, мы так и не нашли в переплетениях астрального мира.

В итоге, было решено, что место папы занял один из предков. Его имя, описание жизни и силы нам оставалось лишь найти в записях жизни рода. Вот только пока никакого результата не было.

И сейчас, выплясывая с будущим маркизом, я старалась вслушиваться в свои чувства. Вдруг я что-то да почувствую, как говорит бабушка Тифида: «это подобно вспышке в груди или даже прохладному бризу в самый жаркий день». Так она описывала идеально подходящего нашей магии человека. К такому нас тянет, с таким мы находим своё идеальное счастье. Но здесь ничего не было. Значит и стараться что-то делать нет смысла.

Поэтому, стоило танцу завершиться, я спокойно поблагодарила парнишку за хорошее исполнение роли партнёра и удалилась к своему прежнему месту, даже не позволив себя проводить. Для него это, возможно, было почти оскорблением, но публика восприняла как хороший знак.

Жаль, что на этом наши столкновения — как я подозреваю, специально спланированные — не закончились. И чем больше я появлялась на людях, тем чаще и чаще юный Даргант влезал в мой круг общения. Он делал всё, чтобы я его заметила. Тянул танцевать с ним минимум три танца за один бал. Обязательно завязывал сложные для его возраста беседы, чтобы показать себя самым умным, хотя чаще это оборачивалось против него. Короче старался быть везде и всем, не осознавая, как сильно мешает и мне, и другим.

Первыми забили тревогу его родители. Через год такого поведения после нашей первой встречи они к нам даже заехали с официальным визитом, оборвав мою такую долгожданную практику по боевой связке с Генералом. И ладно бы просто зашли в гости, так нет же!

Чета Леварт, прибывшая, слава Богине, без сына, решила провести переговоры с бабушкой на тему нашего с их отпрыском будущего. И были откровенно удивлены её отказу, ведь были уверены в обратном — тенденции и положение в обществе дали им слишком много уверенности в положительном исходе, мол «каждая девочка мечтает стать маркизой их рода». Даже успели состряпать предварительную версию брачного договора, чтобы отдать её нам на выявления нежелательных и добавления новых пунктов. Глупцы.

Леди Тифида использовала тактику лица-кирпича, когда маркиз не выдержал её холодных отказов и начал переходить едва ли не к угрозам. Тогда она сообщила им одну интересную вещь — есть особый закон, подписанный пра-пра-пра-пра-пра-дедом нашего Императора, то есть семь поколений правителей назад, в котором нашей семье навечно-неизменно выдаётся привилегия выбора будущего спутника жизни, лишь с оговоркой, что желательно аристократических корней.

И этому закону следуют все, кто хочет получить нашу кровь. И даже получив её, основной наследник семьи берёт нашу фамилию, что при случае с его единственным числом в новой семье ведёт к поглощению рода партнёра, каких бы высот положения он ни занимал. Поэтому если наследник или наследница семьи сказала «нет», значит иного ответа уже не будет.

Стоит ли говорить, что после подобного визита, увеличились нападки на меня. И нет, не со стороны общества. А именно от семьи маркиза. Меня закидывали подарками, что тут же возвращались отправителю. Меня умасливали сладкими речами, приглашениями, прогулками и всем, что выказало бы их расположение ко мне, но ничего не действовало, даже активные действия их сына.

Я оставалась холодна ко всему. Во-первых, ещё с первой встречи отмела для себя кандидатуру мальца. Во-вторых, меня с каждым новым годом всё больше и больше поглощали науки, тренировки и семейная магия, отнимая почти всё свободное время.

Может поэтому я и не заметила, когда настал тот опасный момент, и симпатия будущего маркиза переросла в одержимость и желание обладания. Он ведь вроде успокоился, начал замечать других дам, что были к нему очень даже благосклонны. Но оказалось, что моё внимание лишь отвлекали от проблемы.

И сейчас, сидя в допросной одного из зданий дознавательства и вспоминая все эти детали своей новой жизни, я отчётливо поняла, что угодила в хорошо расставленную маркизом ловушку. Теперь, чтобы выбраться из неё и не начать гражданскую войну с новой волной резни аристократической крови, мне понадобиться весь мой нажитый опыт.

С чего бы начать?

Глава 9

Наши дни

К слову сказать, допросная была очень уютной. С удобным диваном, креслами, низким журнальным столиком, на котором расположились разные вкусности и только что заваренный чай дорогого сорта. Чай из страны ящеров — Чардэ, из чайной провинции Кутту, если мне не изменяет обоняние. Только травянистую добавку сложно разобрать…

Хм, я так понимаю, что это допросная для трепетных леди? Или сопровождавший меня дознаватель перепутал комнаты и привёл в кабинет начальства, а точнее ту его часть, где принято ждать таким вот дамам, как я? Хотелось бы верить в последнее, но обвинения уж очень серьёзные на меня повесили.

Едва эта мысль проскочила в голове, как в коридоре раздалась ругань. И она становилась всё ближе, яростнее, как и топот множества ног. О, это ко мне спешат?

Дверь чуть не слетела с петель, когда в комнату ворвался дознаватель. Из отряда средней значимости — одного из семи серых, расположенных в столице. Судя по кожаному плащу с серебряной пряжкой на левом грудном кармане — этот мужчина уже в чине капитана своего подразделения, а вот чёрный цветок в её центре — отличительный символ некромантов.

Какой интересный экземпляр. Капитан целого отряда ищеек, да ещё и некромант. Редко такое встретишь. Даже через расстояние, разделявшее нас — мужчина так и застыл у дверного проёма, — я чувствовала его девятый уровень. Девятый! Из двенадцати возможных! Силён, красавчик.

И да, он был достаточно красив, высок и статен. Хотя чего ждать от вояки с ещё теплящейся в нём аристократической кровью. Так что даже через недельную щетину и запылённость приятные черты лица трудно укрыть от внимательного взгляда.

Прямой нос с небольшой горбинкой — серьёзный перелом заработал, что даже целители до конца не справились. Не слишком, но всё же квадратный подбородок — упрямец, каких поискать. Глубокая морщина между густых чёрных бровей — почти не перестаёт хмуриться, значит много думает, а проблемы на него так и сыплются.

Средней толщены хорошо очерченные губы с силой сжаты, что свидетельствует о явном недовольстве и крайней степени сдерживаемой злости. А уж как сверкают эти глаза! От переполнявших мужчину эмоций цвет жидкой ртути только ещё сильнее завораживает!

— Почему леди здесь, а не в камере? — тихо прорычал он в мою сторону. Глубокий, чуть с хрипцой голос. М-м-м, таким только команды и отдавать.

— М? — удивлённо подняла брови я и пожала плечами. — Меня привели сюда.

И получила обещающий расправу взгляд за то, что ответила вместо рядового, кому этот вопрос, кажется, и предназначался. Ух, аж мурашки по коже.

— К-капитан Рэвер приказал д-доставить леди в цветочную комнату ож-жидания, — заикаясь ответил молодой парнишка, оставленный для исполнения моих прихотей и как временная охрана.

— Подозреваемую в стольких убийствах? — некромант не поднимал голоса, но от этого становилось только страшнее… рядовому. — Хочешь стать следующим?

— Кирэн! — в комнату ворвался глава того отряда, что меня сюда и привёл. Упомянутый капитан Рэвер, я полагаю. — Какого… — хотел было он выругаться, но заметил моё пристальное внимание. — Что ты тут делаешь? Ты со своими должен быть в северо-западном районе среднего кольца, насколько я помню.

— Ты схватил и привёл в главный участок возможную маньячку, за которой мы охотимся уже целое полугодие, — резко приблизившись, прошипел некромант ему в лицо. — Как один из капитанов, я обязан присутствовать на допросе. Но едва я явился к допросной, там никого не оказалось. Поспрашивав же, узнаю, что главную подозреваемую приветствуют подобно желанному гостю. Ничего не хочешь мне объяснить?

Ого, какая воодушевлённая речь, сколько возмущения. Кажется, та чокнутая много нервов у защитников нашего спокойствия поела, оставаясь непойманной. И, скорее всего, именно капитан Кирэн и занимался основной частью этого дела, а именно работа с жертвами, то есть трупами. Та ещё перспектива, но он — некромант, ему, как дознавателю, удобнее брать такую роль на себя. Но его жажда расправы над преступницей мне также говорит, что виденные им трупы многих не оставили равнодушными.

— Во-первых, если ты не заметил, — в такой же манере начал держать ответ капитан Рэвер, — леди — графиня, к тому же из уважаемого всеми рода Астарс. Во-вторых, это было распоряжение начальства. А против генерала Гарда даже наш глава не пойдёт.

В этом деле ещё и генерал Гард засветился? Кажется, дело простой маньячки переходит в куда более опасные, чем обычные полномочия серых отрядов следователей и дознавателей. Тут уже разряд как раз для чёрных мундиров имперских служб. А это плохо.

Кажется, придётся призвать с полсотни или даже сотню-другую духов и прочесать все районы города, улочка за уточкой. И когда выберусь отсюда, получу уже первые детали картины происходящего, с которой и загляну к нашему дражайшему Правителю — давно хотелось к нему заглянуть на чашечку информативного чая.

— Какие интересные подробности я слышу, — хмуро отозвалась бабуля, прогуливаясь по комнате и иногда заглядывая в соседние через стены. — Кажется, мы с тобой недооценили поехавшую бедняжку, раз главным над этим делом поставили Гарда. А учитывая скорость, с которой продвигается расследование, то как бы тебе не пришлось пускать Призрачного Генерала в дело.

Жаль, что не могу ответить бабушке, слишком много посторонних, которые, кстати, продолжали выяснять, что со мной делать. Дождаться распоряжения свыше, перевести в другую комнату, более подходящую для подозреваемой, или допросить самим прямо тут?

— А кто вообще вам дал право решать судьбу графини Астарс? — прервал споры вошедший генерал Гард. Весь седой, голос по-старчески хриплый, но мужик ещё полон сил и стати. В твёрдости его руки ни у кого не возникало сомнений ни разу.

Чёрный мундир с золотыми эполетами, пуговицами, пряжкой на ремне и аксельбантом на правой стороне груди — как всегда при полном параде, куда бы ни пошёл. Даже личный именной меч у бедра всегда готов к бою. Удивительный человек. Будь на лет так пятьдесят моложе, я бы попробовала проверить его на парность с собой. Хотя, кажется, уже и тогда он был счастливо женат. Эх, какой мужчина, какая счастливица леди Гард.

В комнате повисла почти звенящая тишина. Лишь бабуля Тифида довольно хмыкнула на появление генерала. Она с дедом всегда его уважали и считали человеком исключительной чести и силы. Вот и теперь не смогла сдержать одобрительной улыбки на его действия.

— Как вы, леди? — обратился ко мне старик, чей обращённый на меня взгляд мгновенно смягчился, вызывая недовольство со стороны капитана Кирэна. Его соперник же только губы поджал.

— Всё довольно неплохо, генерал, — мягко улыбнулась я своему защитнику.

— Если вас оскорбили или допустили рукоприкладство, угрозы, не скрывайте, скажите прямо, — нахмурился Гард, внимательно меня осматривая.

— Ну что вы, — отмахнулась закрытым веером я, чем привлекла его взгляд. О, да, старик прекрасно понимает, что это не элемент гардероба, и поданый знак его успокаивает. — Как видите, о моём удобстве позаботились. Если хотите, можете присоединиться и вместе со мной дождаться обвинителя, — указала на слегка остывший чай и вкусности.

— Обвинителя? — добродушность дедули как рукой сняло. Ох, сейчас пойдёт в разнос. — Говоришь, что тебя привели сюда под серым конвоем только с чьих-то слов? — и так недобро посмотрел на мрачнеющих капитанов.

— Получается, что так, — не могла не согласиться я. — Насколько я поняла, им что-то сообщил и приказал меня задержать маркиз Леварт.

— Этот мальчишка, совсем зарвался поганец! — прорычал генерал, сжимая кулаки, но быстро взял себя в руки. Правильно, не хватало нам ещё минимум пятибалльного землетрясения, если его сила случайно выйдет из-под контроля. — Свела с ума ты его знатно, Лианта, раз он на такое пошёл.

— Считаете? Я слышала, что он окончательно решил жениться на дочери барона Фастэра. Столько показной любви, подарков и заверений, думаете, что это был лишь отвлекающий манёвр? — я взяла одну из чашек и стала наливать себе чай. А пока тот лился, будто случайно обронила в него колечко из особого серебра, заговорённого лучшим в империи артефактором на поиск ядов, заговоров, магических воздействий. — Ой! — ахнула я, когда это случилось, но доставать украшение не полезла под строгим взглядом генерала.

Тот прочеканил ко мне каждый шаг и ну очень недобро посмотрел на результат происшествия. Чай в чашке стал мутно сиреневого цвета, в котором то и дело проскакивали розовые искорки. Какая гадость. Не удивительно, что запах растительной добавки так странно сочетался с основным ароматом.

— Поганец златокудрый, — едва рыкнул старик, как упомянутый им уже стоял на пороге.

— Лианта, я спешил, как мог! — обеспокоенно пролепетал Даргант, приближаясь к нам. — Вышло какое-то недоразумение! Мне только-только сообщили, что тебя несправедливо обвинили, схватили и увели серые — никогда себе не прошу твоего страха!

Судя по тому, как мужчина замер в ожидании хоть какой-то реакции от меня, я ещё больше уверилась в неслучайности происходящего. Как в общем-то и генерал Гард, которого маркиз заметил, лишь закончив свою тщательно продуманную речь в не менее продуманной ситуации.

Он ведь рассчитывал, что я выпью чай до его прихода, зелье и магия в нём к моменту его прихода уже бы подействовали, и услышанные речи для меня звучали бы как баллада спасителя? Да, Даргант выглядел бы в моих глазах, как тот самый герой, которого я ждала всю свою жизнь.

Скотина.

Так низко, что подобного от него я ожидала меньше всего. Даже клевета и задержание серыми плащами меня не так обидели, как весь этот спектакль и реквизиты к нему. И судя по моей кирпичной мине с холодным презрением в глазах, о своём провале мужчина, кажется, догадался сам.

А вот что было интересно, так это его непонимание, удивление и ярая злость, когда он заметил уже ставший фиолетовым чай. Слишком чистые эмоции, как и грозный рык маркиза:

— Какая тварь посмела?

Глава 10

О, да, мне теперь тоже начинает казаться, что слишком уж всё обманчиво-двусмысленно. Словно хотели подставить не меня, а именно самого Леварта. И, думаю, у зачинщика бы всё получилось, не будь почти все мы так предусмотрительно-осторожны к некоторым деталям.

И если до этого я всё же в нём сомневалась — даже в последнем гневной рычании, — то последние несостыковки развеял призрак-слуга, приставленный мной к молодому маркизу, чтобы предупреждать меня и помочь скрыться бесследно, если тот появится слишком близко от возможного места встречи. Призрак внимательно осмотрел меня, потом всех присутствующих, затем перевёл взгляд на чай. Нахмурился увиденному и отрицательно покачал головой на ожидающие вердикта взгляды от меня и бабули, прошелестев тихое: «Не господин».

Генерал, в этом время внимательно наблюдавший за действиями и реакциями молодого маркиза, тоже заподозрил неладное, заметив вполне настоящую реакцию на увиденное. Он хорошо знал Дарганта, ведь один из лучших его учеников и претендентов на его место в своё время был учителем по фехтованию и воинскому делу ещё тогда будущего маркиза. Поэтому тоже очень разгневался и обиделся на мелкого, подумав о плохом после увиденного, а сейчас…

Кажется, самый главный гад получит на орехи от всех, кто стал свидетелем происходящего. Даже два серых капитана, очень внимательно присматривавшихся и прислушивавшихся к происходящему, поняли, что их втянули в грязные игры и использовали как пешек. А уж некромант и боевик такого с рук точно не спустят — по мельчайшему следу пойдут, но восстановят справедливость.

— Кто-то играет по-крупному, Лиа. Мне с каждым новым кусочком паззла нравится это всё меньше, — сокрушалась бабуля, кружа рядом со мной, но так, чтобы случайно не задеть кого-нибудь — прикосновение сильного призрака даже простым людям ощутимо, а уж магам выше шестого уровня силы и подавно. — Сначала эти жуткие убийства со странной временной цикличностью, затем тебя обвиняют и хватают, чтобы по итогу выставить нехорошим этого мальца. Что-то тут слишком нечисто. Боюсь, придётся перерыть призраками всю столицу.

Если честно, поначалу я так и хотела поступить, но… Теперь, когда затронуто так много сильных персон нашей Империи, мелких и средних призраков призывать стало опасно.

Стоп! Если маркиз и генерал здесь вместе со мной, значит я для них была как приманка. И либо это для того, чтобы собрать нас всех вместе для мгновенного устранения, либо…

Мысленный приказ — и Призрачный Генерал, не показываясь никому рядом с нами, уже мчится в сторону императорского дворца, призывая по пути часть своих воинов, чтобы защитили и нашего Правителя, и нас не оставили без присмотра.

Раскрыв веер, я прикрыла нижнюю часть лица внутренней стороной наружу. Это действие было встречено всеми по-разному. И если серые лишь заломили брови и закатили глаза, а Даргант озадачился моей «оплошности», то генерал смачно и не сдерживаясь выругался. Схватив кристалл связи, старик рявкнул, что было сил:

— Леврант на острее меча!

Это было своеобразным кодом у элитного имперского отряда защиты, в полномочия которого входит защита только семьи Правителя. Леврантом же звался зверь, изображённый на гербе императорской семьи и похожий на льва из моего прошлого мира, только цвет его шкуры снежно-белый, а глаз — небесный. Острие обозначает опасность, а вот меч — символ аристократии.

— Лианта, — обратился ко мне генерал, — я немедленно отправляюсь во дворец, ты же возвращайся домой.

Ох, какой жирный намёк на мою дальнейшую деятельность, но я и так уже готова была сорваться с места и бежать. Да только леди не бегают.

— Я провожу миледи, — начал было маркиз, но его буквально за шиворот поволок к выходу наш бравый вояка:

— Нет уж, ты со мной. О леди позаботятся те, кто её сюда и привёл, — и очень так недобро посмотрел на капитанов.

— Шкуры спущу, если с миледи что-то случится! — крикнул уже из коридора Даргант. Поразительно! Как только ему смелости хватает вести себя настолько откровенно? Я ему ни сестра, ни невеста, ни тем более жена.

С тяжелым вздохом поднялась с дивана, закрывая веер и вышагивая в сторону выхода. Кто будет меня сопровождать из этих двоих капитанов — мне дела нет. Думаю, решат сами. Мне же хотелось уже самой вскочить на коня и мчаться домой, но нужно было ещё ждать повозку.

Вот чего вообще не хочется, так это трястись в деревянном коробе! Может артефакторам и кузнецам подсказать такую профессию, как маготехник? Создали бы что-то вроде машины на двигателях, работающих от кристаллов-накопителей. А то, на мой взгляд, слишком уж тут всё устоялось и застарело. Никаких открытий, никаких продвижений по профессиям — все двигаются уже по проторенным дорожкам. Столько возможностей утекает!

Нужно будет как-нибудь вырваться из всей этой рутины и поговорить с имперским артефактором и его братом — главой имперской академии магии. Думаю, они оценят мою идею. Пусть пока и не для массового производства, а для высших особ. Всё же это куда удобнее, чем ждать, пока тебе подадут лошадь или экипаж.

Эх, мечты мечтами, но данное Богине обещание я не нарушу, сколько бы раз во благо мира это ни было.

Я так задумалась, что не сразу поняла, что уже вышла из здания участка дознавательства и иду пешком в сторону дома. М-да, некоторые привычки неизменны, как ни переучивайся. Стоит хоть раз задуматься, забыться, и всё вылезает на поверхность.

Конечно, меня уже окружили четверо из телохранителей в чёрных мундирах, оставленных генералом, но и один из капитанов со своими тремя людьми присоединился к ним. Странно то, что меня решился сопровождать некромант, а не боевик, что, собственно, и привёл мою персону на допрос. Хотя нет, не странно. Всё очень даже логично.

Как бы я ни старалась, скрыть ауру смерти очень сложно, особенно, когда тебя то и дело пронизывает ниточка призыва и подчинения призрака. Естественно, что некромант такой силы уловил ледяные эманации, не присущие живым людям и вообще магам.

— Второй капитан решил остаться в участке? — как бы между прочим решила осведомиться я, не останавливая своего движения.

А ведь меня хотели притормозить, это видно по глазам и нервозности сопровождающих дознавателей. Люди же генерала уже привычны к подобным моим заскокам. Они знают, что если я куда-то иду, то нет смысла меня останавливать или заставлять ждать средства передвижения.

Конечно, их могут подать, но уже к тому месту, где вышагиваю я. Ждать — выше моих сил. Так хотя бы отвлекусь. Да и контроль за нежитью даётся легче, когда ничего не мешает движению тела и ходу мыслей. В пешей прогулке куда меньше отвлекающих факторов, кто бы и что ни говорил.

— Объявлена боевая готовность, леди Астарс, — отчеканил некромант, едва прикрывая недовольство. Самому хочется действовать, а не балду гонять, меня сопровождая? Или за реакцией скрыто что-то ещё? — Капитан Рэвер единственный боевой маг восьмого уровня в этом районе города, ему не положено в такое время покидать своего места.

Какое милое оправдание, хотя, не скрою, что логично составленное для представителя моего положения. Правда куда прозаичнее — кому-то довольно совестно, а ведь могут запрячь ещё сильнее, когда так хочется найти виновника своего положения и задать трёпку.

— Вот как, — лениво протянула я, чуть приоткрывая веер и бросая мимолётный взгляд на главу телохранителей. Тот едва заметно кивает, понимая мой намёк на пренебрежение приказам генерала. — Ну что ж, ваша компания тоже не так плоха.

— Миледи? — не понял меня мужчина, настороженно хмурясь. И с чего я вдруг стала «миледи»? Заподозрил, что всё не так ладно, и если не быть милым и услужливым, то можно схлопотать куда сверх меры? Умный мужчина.

Приятно с такими вести беседы, но и осторожной стоит быть. Всё же я уже привыкла вести двойные и тройные смысловые нагрузки в разговорах, а умные быстро это замечают и стараются пресечь, отчего становится скучно. Хотя иногда очень даже интересно, если такая беседа поддерживается. Она становится похожа на игру. А поиграть, как мы знаем, даже взрослые не прочь, и у них свои игры.

— Как я понимаю, вы — некромант? — и взгляд на знак чёрного цветка.

— Верно, миледи, — кивнул капитан.

— Это хорошо, — хмыкнула я, — тогда мне не так страшно. Всё же вы, как я могу предположить, как минимум седьмого уровня, а может и больше.

— Больше, миледи, — и чуть расправил плечи, пусть в глазах ещё и мелькает осторожность. Готов ко всему?

— Отлично, значит, мне тем более нечего опасаться, если вы рядом. Только… — и чуть притормозила, почти сравниваясь со слегка отстающим на полшага мужчиной. — Нужна ли мне такая защита? Насколько я успела услышать, основными жертвами убийств были преимущественно простолюдины или кто-то связанный кровно с малой знатью. Что же может грозить мне?

— Вы — маг, а это уже опасно, учитывая вашу связь с такими людьми как генерал Гард и маркиз Леварт, — отчеканил капитан и тут же запнулся. Его взгляд в мою сторону вновь стал острее кинжала, стоило мужчине понять, что главную информацию он только что невольно сболтнул.

Значит, все, кто подвергся нападениям «ненормальной», имели в себе магические способности. Это может усложнить дело, учитывая, как легко зашли в ловушку упомянутые. Когда их отвлекли на меня, остался — по мнению главных зачинщиков — беззащитным Император. А теперь, когда мужчины двинулись на борьбу, без защиты осталась уже я. Логично, что за мной нужно присмотреть магу высоких уровней.

Как я и думала, этот некромант не так глуп. И скорее всего не просто так остаётся всего лишь капитаном отряда. У него на это свои причины. Но даже он понял, что всё куда как нечисто в творящихся делах, и за мной нужно присмотреть.

А ещё, кажется, мужчина понял, что действия маньячки — это не просто систематика, это конкретные, даже контролируемые действия. Значит, что есть кто-то ещё, кто за всем этим наблюдает, контролирует, наставляет. Ведь убийство мага никогда не даются просто, даже если он необучен маломальскому контролю своей силы. Такие убийства всё равно оставляют определённые следы, и некроманту они видны лучше всего.

И некромант осознал всю серьёзность происходящего сейчас в полной мере. Думаю, ему просто не хватало несколько частичек мозаики, чтобы видеть иные стороны ситуации. Иными словами, он не брал в расчёт среднюю и высшую аристократию, а также магическую составляющую происшествия. Ведь, как ни посмотри, всё выглядит так, будто женщина свихнулась и пошла убивать под влиянием момента.

Сейчас же, когда противник перешёл к активным действиям — выманил меня и сделал приманкой, — многое стало уже понятнее. Оттого некромант занервничал ещё сильнее. Ему хотелось бежать обратно и поделится догадкой с начальством, получить приказы к действиям, готовиться к следующему шагу.

Что же его останавливало? А то, что не просто так я сейчас иду рядом с ним. О, да, кажется, я являюсь ключевой фигурой для следующего этапа плана противника. Значит, либо я инструмент, либо цель. Другого не дано. И капитан покорно продолжал идти, готовясь встретить что угодно грудью.

Ах, какой мужчина.

Глава 11

Как ни странно, но до моего дома мы дошли пешком и абсолютно без происшествий. Благо он находился в самом начале богатых кварталов, прямо рядом с условной границей внутреннего круга столицы, и ноги после почти часовой прогулки ещё не начали ныть. Но присесть отдохнуть уже хотелось.

Конечно, пребывание на территории собственного особняка не означало, что мне можно выдохнуть. Обычно именно в момент «фух, проблема позади» всё и происходит.

Капитан, словно чувствуя это, хотел продолжить мою охрану даже в стенах дома. Так сильно его желание найти преступников? Или дело в другом? А может мне где-то глубоко внутри хотелось бы, чтобы дело было в другом?

Последний вопрос, мелькнувший на задворках сознания, не обрадовал. Насторожил, заставил чуть ускорить шаг, чтобы зайти, наконец, в дом и, оградившись от всего мирского, погрузится в привычную обстановку тишины и отстранённости, а может даже в работу, лишь бы не свербело в груди.

Естественно, что смену моего поведения нужно было контролировать и не показывать, и я сделала всё возможное для этого. Всё же спугнуть своих возможных убийц не желательно, ведь работают-то профессионалы, которые такое в миг замечают.

Вон, даже некромант заметил, что что-то со мной не так. Виду, конечно, не подал, но моя спешка ему точно не понравилась.

— Что ж, это была занимательная прогулка, капитан, — остановилась я у самых дверей главного входа. С той стороны их уже открывал мой дворецкий, сын предыдущего, и с поклоном встречал, ожидая. — Я считаю ваш долг выполненным. Благодарю за компанию и спешу откланяться. Это была тяжёлая вторая половина дня, мне следует отдохнуть. Прощайте, — и с этими словами вошла в объятья родных стен, не давая мужчине и слова сказать.

Последовать за мной он тоже не мог. Во-первых, это было бы уже беспочвенное, незаконное проникновение в частную собственность. Хотя, учитывая угрозу моей жизни, капитан мог бы этим пренебречь — почему-то от этого понимания ещё сильнее засвербело в груди. Во-вторых, телохранители ему этого просто не дали, как и захлопнувший двери дворецкий.

Откинув сейчас такие ненужные мысли, я направилась в сторону своего кабинета, оставляя по пути по одному из своей охраны. Уже будучи на рабочем месте, я взглядом остановила за его пределами последнего из чёрных мундиров. Никого из них впутывать в дельнейшее и тем более давать участвовать я не хочу, не имею права.

Бабушка, летавшая всё это время рядом и внимательно за всем следившая, как и многие другие призраки-воины, что разлетелись по особняку и вокруг него, только недовольно поцокала языком. Ничего говорить леди не спешила, но наблюдательного взора не лишила, даже когда я не поспешила к своему столу, как делала это обычно.

— Что не так? — всё же осведомилась она.

— Не могу понять, — честно ответила я, но, естественно, ей этого было мало. — Что-то из всего услышанного не даёт покоя. Свербит под самым черепом догадкой и не отпускает.

— И ты так хочешь найти этот ответ? — дама пролетела по всему кабинету и остановилась рядом.

— Скорее понять, так ли нужно мне вмешиваться, — я прошла к столу и взяла верхнее из ещё непросмотренных дел. Но как бы в текст ни вглядывалась, не видела ничего, кроме бессвязных сочетаний букв.

— В каком это смысле? — бабушка только сейчас, кажется, поняла мои слова.

— Когда-то я пообещала Богине, что буду просто жить, — напомнила ей я наш самый первый разговор. — Она же в свою очередь пообещала меня предупредить, если Ей понадобиться моя помощь. И предупреждения не было. Вот я и думаю — а нужно ли мне вмешиваться или хватит уже того, что сделано и делается сейчас?

— Если ты про защиту Андисара и его семьи, то да, твои полномочия выполнены, — заметила леди Тифида, медленно и довольно кивнув. — Но успокоится ли твоя душа на этом?

— Вот поэтому и не могу выкинуть до зуда назойливую мысль, — как-то неосознанно и в словно в защитном жесте прижимая руку с веером к груди, призналась я и откинула лист отчёта. Бесполезно работать тогда, когда даже минимально собраться не получается.

— А я подозреваю, что дело не в этом, — пробурчала себе под нос бабуля, но на мой вопросительный взгляд лишь махнула рукой. — Так что думаешь делать теперь? Дела ты отбрасываешь, но и броситься в бой не можешь.

— Подожду хоть каких-то результатов от моего Генерала, — хмыкнула и только потом поняла, что немного не так выразилась, чем насторожила старшую родственницу. И если она не хотела это показать, то увеличившееся свечение её души стало слишком явным индикатором. — Не переживай, я его чувствую и просто жду хоть чего-то.

— Может, лучше спустишься в каменную залу? — предложила Тифида, держась неестественно прямо — ещё один прямой признак её волнения.

— Нет, сейчас туда лучше не заглядывать, — не согласилась я, всё же резкий перепад вливаемой в призраков силы привязки — и они станут видимы всем либо повылезает ещё больше, чем должно. — Я подумываю отправиться во дворец завтра с утра, если к тому времени особых изменений в ситуации не будет. Плюс Его Величеству Андисару будет интересно узнать новые обстоятельства дела и все подробности сегодняшнего дня.

— Не могу не согласиться, — пожала плечами леди. Как-то слишком уж отстранённо. Надеюсь, не слишком её обидела отказом. Сейчас у меня, действительно, не лучшее состояние, чтобы появляться в той комнате.

Ужин дворецкий предусмотрительно подготовил в малой обеденной зоне, выделенной рядом с кабинетом специально на случай большого объёма работы, когда даже в туалет сбегать некогда. Ела я быстро, не замечая вкуса, продолжая обдумывать каждую услышанную фразу. Крутила их и так, и эдак. Проверяла все возможные смыслы и контексты, возникающие в связи с другими фразами и действиями людей, произносивших их.

Когда голова была готова опухнуть от переизбытка информации, бабушка отправила меня спать. Это было очень верным решение. Всё же мне нужно быть завтра достаточно выспавшейся и посвежевшей, а не будто только восставшей из могилы.

Эта мысль чуток дёрнула, но отвлекать от приготовлений ко сну не стала. Как говорилось в прошлой жизни: «Утро вечера мудренее». Буду полагать, что в этом мире те же законы мироздания. И проснувшись с утра, я почувствую, как мозг уже разложил всё по полочкам, заархивировал и зафиксировал в хронологическом порядке.

Вот только едва осознав себя пробуждающейся, я ощутила только увеличившийся дискомфорт в районе груди, чуть ниже сердца. Там, где обычно зрела вся моя истинная сила, сейчас творилось какое-то помутнение, волнение. В общем всё, чего никогда не было.

Открыв глаза и встретив привычный потолок цвета морской зелени, что так радовал и расслаблял в такую рань, я скривилась от раздражения. Вот же! У меня ведь вся комната в близких этому оттенках, разбавленных белыми оттенками в мебели. И ничего из этого меня не радовало. Не радовало, потому что это совсем не то.

А вот что «не то»? Это мозг расшифровывать не спешил. Просто высыпал на меня всё скопившееся за вчера, отсортированное и правленное, и на этом взял паузу. Мол: «Ты этого хотела? Этого. Тогда не требуй от меня большего».

Залетевший в комнату призрак личной горничной, что даже после смерти не решилась покидать меня, очень озадачился моему состоянию. Её полупрозрачное белёсое тело начало неравномерно мерцать, выдавая взволнованность, но вслух что-то сказать или спросить женщина не спешила, лишь приступила к своим обязанностям.

Приготовленная ею ванная была с большим добавлением освежающих и бодрящих растворов, она даже шампунь мне выбрала со снежной мятой. Что уж говорить про дальнейшие приготовления.

Платье — цвета весенней, но ещё бледной зелени — лёгкое по ощущениям, но на вид, будто я готова бросится в бой. Даже полусапожки удобные для бега подобрала, а не только в тон платью. Причёска высокая, а удобная настолько, что не развалится, даже если я оседлаю дракона. Из макияжа лишь подведённые глаза и чуть тронутые помадой губы, едва ли отличающейся цветом друг от друга.

Бабушка, встретившая меня на выходе из покоев, удивлённо застыла, потеряв даже способность сдерживать себя. Брови леди удивлённо взметнулись на середину лба, глаза ошеломлённо бегали по моему виду, подмечая все мелкие детали. Лишь мой вопросительный взгляд на такую реакцию привёл её в себя.

— Ты будто на войну собралась, — разъяснила бабуля, взмахом руки показывая на всю меня.

— Учитывая, что происходит, это едва ли не прелюдия к войне, — пожала я плечами и продолжила путь к малой столовой, где, судя по запахам, уже накрыли завтрак.

Дворецкий, ожидавший моего прихода у самых её дверей, кое-как сумел сдержать своё удивление и никак его не показать. Даже рука не дрогнула, открывая передо мной дверь и придерживая её. А уж голос, пожелавший мне доброго утра и приятного аппетита, и вовсе остался неизменно твёрдым и бесстрастным.

И снова еда без особого вкуса. Даже крепкий сладкий чай, что очень поддерживает силы в столь раннее утро, никак себя не отметил. На мгновение мне показалось, будто он и вовсе лишь подкрашенная вода с примесью пыли. Отвратительное чувство, заставляющее невольно кривиться.

Естественно, что для бдительной леди Тифиды это не осталось незамеченным. Но бабушка промолчала, поджав губы и вновь неестественно прямя спину.

— Карета подана, миледи, — сообщил дворецкий, когда я допивала вторую чашку.

— Спасибо, Джореф, — только и могла ответить, поднимаясь с места и вышагивая к выходу.

Уже будучи в карете и на полпути ко дворцу, я не выдержала пристального взгляда старшей родственницы, вырывающего меня из тумана бессвязных мыслей:

— Что не так?

— Это ты мне скажи, — чуть приподняла она идеальную бровь.

Но что я могла ей сказать? Что меня гложет что-то изнутри, что-то неясное, неведанное ранее? Она и так это видит. А может лучше сказать, как мне страшно допустить даже малую мысль, что начались неотвратимые изменения, которых мы так ждали? Я сама боюсь в это поверить, поэтому пока гоню такие измышления прочь.

Поэтому лишь тяжело вздыхаю, чувствуя, как тугой ком встаёт в горле, а глаза начинает припекать. Нет-нет! Не сейчас! Нужно взять себя в руки, иначе весь дворец на уши поднимется, если хоть кто-то увидит меня настолько разбитой. Нельзя, не сейчас. Вот вернусь домой, а там уже можно будет… Можно будет что?

— Ох, милая моя, — вздохнула вслед за мной бабушка, подлетая ближе и накрывая своими ладонями мои. — Не переживай так, всё наладится. Если на то воля нашей Богини, то и тем более не стоит переживать.

— Да, но Она так и не пришла, — я нахмурилась, смотря в окно, и отметила про себя, что слишком уж много стражи и гвардейцев расставлено по всему периметру придворцовой территории.

— Значит, либо ещё не время, либо стоит положится на Её силы, — и улыбнулась очень тепло, чем хоть и на время, но развеяла тучи в душе.

— Спасибо, — выдохнула я в ответ.

И как раз вовремя, ведь карета уже остановилась у главной лестницы, с которой ко мне на помощь уже спешил лакей.

Глава 12

Едва я вошла в холл, как меня окружили вчерашние телохранители. Ух ты, даже не заметила за всем этим состоянием, что они так и остались вчера в моём доме, а потом стали сопровождать карету. Сейчас же мужчины знатно озадачивали своим поведением всех встреченных нам на пути жителей и слуг главного дворца.

И если они просто удивлялись, озадачивались или закатывали глаза, мол «опять она выделяется», то вот все связанные с военным делом или вообще с ведомством, особенно военные советник и министр — видимо, также спешащие в зал малых советов — напряглись и приготовились к худшему. Вообще, у всех служивых, знающих или близких к тайне нашей семьи, увидеть одного из нас, тем более под конвоем — плохая примета.

Мужчины остановились у самых дверей, пропуская меня вперёд, а сопровождающих направляя сторожить этот коридор. Но это уже их дело, моё же состояло в другом.

— А вот и наша маленькая леди, — усмехнулся генерал Гард, первым заметивший моё появление в зале.

Будто по его команде все присутствующие обернулись в нашу сторону. Мне не привыкать к подобному. Император во главе центрального стола — верхнего в их Т-построении, — как всегда заваленного бумагами, остальные либо заняли места за другими, либо стояли около и вели свои беседы, ожидая отмашки к началу.

Вот только кое-что в этот раз отличалось: в сегодняшнем совете будут участвовать и начальники всех военных штабов, включая и просто солдатских, и даже дознавательских. Наверняка среди всех этих хмурых уже давно немолодых мужчин есть и тот, в чей участок привели вчера меня.

— Прошу прощения, если опоздала, — приветственно кивнув, ответила я генералу в повисшей тишине.

— Ни на мгновение, — усмехнулся старый усач. Только после этого заметил зашедших вслед за мной: — О, Норан, Эмбриш, опаздываете! — и расхохотался двойственности созданной им же ситуации.

— Старый пройдоха, — хмыкнула бабуля, пряча довольную улыбку в уголках губ.

— Я так понимаю, что совет уже нельзя назвать тайным в этот раз, — беззлобно заметил военный советник Норан.

— Как видишь, — хмыкнул министр внутренней военной политики Тарв, уже восседавший на своём месте — первый по левую руку в вытянутой части столов. К нему и поспешили опоздавшие.

В прочем, многие начали рассаживаться согласно негласны правилам, а ещё титулам и званиям. Многим просто не оставалось ничего, кроме как остаться стоять более-менее ровными полукругами вдоль дальней от Правителя стены. И только я медленно прохаживалась по кабинету, не обращая внимания на недовольные и вопросительные взгляды.

Своё место я знала — оно за главным столом, по левую руку Его Величества, где уже стояло приготовленное удобное кресло. Но, зная его, я заранее выбрала самый длинный путь к нему, при этом откровенно нервируя почти всех. Не потому, что хотела, а потому, что понимаю, без меня не начнут.

А меня заинтересовала одна из карт, развешанных именно на стене справа от Императора. Их было три: первая и почти во всю стену — карта ближайшего мира со всеми границами королевств, империй, княжеств; вторая — почти детальная карта нашей страны; третья — детальная карта столицы. Вот её вид и привлёк моё внимание больше всего. Точнее странные цветовые метки, потыканные то тут, то там.

Одни из них были одиноки, но одного цвета и большие, а вот те, что стояли рядом друг с другом, имели другой цвет, меньший размер, но их связывали между собой ниточками цветом как большие. И не смотря на всю эту режущую цветовую гамму, мозг пытался выловить почему-то знакомую и явно не полную схему.

— Что это? — обернулась я в пол-оборота и повернула голову к Его Величеству.

— Места всех найденных жертв, — ответил тот, опередив одного из начальников дознавательств. — Большие одинарные — один убитый, малые двойные — двое убитых на одном и том же месте, но в разное время.

— Как интересно, — вернулась я к просмотру «картины».

Наша столица была кругового типа, состоящая из двух разделённых стеной колец. Нижнее или внешнее кольцо — основной город, внутреннее — тут живёт и работает в основном аристократия и все с ними связанные, включая хороших и богатых торговцев. Ну и в самом центре — Императорский дворец и прилегающая к нему территория.

Конечно, был ещё третье кольцо, внутренее, но ни на одной из карт его не обозначают. Но все знают его условное начало, обозначенное первыми домами аристократии, что росли в размерах и титуловонности хозяев тем выше, чем ближе было их расположение к дворцу. Если не считать мой дом, который предки расположили почти у границы только потому, что им было так удобнее.

Итак, почти все цветные «кнопочки» были во внешнем кольце и только две малых в самой южной точке внутри внутреннего. Кажется, это и сбивало мозг от полной картины. А может чего-то ещё не хватало. Но чего?

Думай, Лиа! Думай!

— Миледи? — насторожился моему молчанию военный советник Норан.

— Боги, чего мы вообще ждём? — сорвался один из «гостей». — Что мелкая пигалица может понимать? Зачем она вообще…

— Заткни пасть, щенок! — гаркнул старый генерал и ударил кулаком по столу, да так, что стены затряслись, не говоря уже о коленях всех побелевших от страха «новеньких».

— Плохое у меня предчувствие, милая, — с тревогой выразила свою мысль бабушка, также неотрывно смотря на метки. — Ох, не спроста всё в таком порядке.

— Порядок, — повторила я про себя. И тут же меня будто осенило. — Порядок!

— Что? — не понял министр внутренней военной политики Тарв, привставая с места.

— Кого убили первым? С кого всё началось? — не оборачиваясь, уточнила я.

— Кладовщик в таверне, Илив Усар, — ответил мне один из толпы главных дознавателей.

— Самый верхний камень, — более нужную информацию выдал его сосед, когда я обернулась к ним. Кажется, именно их район в той стороне, если верить отличительным значкам на форме. — Далее был мальчишка-попрошайка с третьей речной улочки — чуть ниже и правее. В том же месте была убита посудомойка из таверны «У Моста».

Мужчина говорил всё медленнее, будто начал понимать то, что я пыталась донести. А вот я ещё не понимала до конца сама. Лишь потянулась рукой куда-то в сторону, стараясь схватить что-то. Удивительно, но мне в руку тут же был уложен моток красных ниток.

Точно, его я заметила на краю стола Государя, когда оборачивалась, но не придала значения. И сейчас он оказался таким нужным.

Дрожащей рукой я завязала петельку и затянула на верхнем камешке, потянула до места второго и двойного убийства, а там рука будто сама повела, «рисуя» то, что так старался донести до меня разум. А именно:

— Семигранная звезда, — еле выдохнула я, с ужасом отскакивая от получившегося рисунка. Оставшийся клубок выпал из задрожавших рук и громко покатился по полу в повисшей снова тишине.

— О, Богиня, защити! — с ужасом вскрикнула леди Тифида, тут же прикрывая рот ладошкой.

— Что это… такое? — ахнул советник по внешней военной политике Ландив, сидящий первым по правую руку Правителя и спиной ко мне. Ему пришлось хорошенько извернуться, чтобы не пропустить ничего важного.

— Ритуал, — я ещё отступила на шаг назад, видимо, подсознательно надеясь убежать от увиденного. — Очень сильный, очень древний. Ведь все убитые, как мы знаем, были так или иначе носителями магического источника. Даже если не были обучены.

— Мерзость, — прорычал сквозь крепко сжатые зубы главный придворный маг Парли. — Гнусная магия, противоестественная, если я правильно вас понял, миледи Астарс.

— Да, — заторможенно кивнула, но быстро скинула с себя это противное оцепенение. — И судя по тому, что не хватает ещё двоих малых камней на последней ветви, он, слава Богине, не окончен. Ещё есть шанс остановить его, но, учитывая, что основной круг полон, малый почти не несёт значения.

— А что будет обозначать конец ритуала? — поинтересовался кто-то из дознавателей.

— Войну, — очень просто ответила я, чем почти всех из толпы озадачила. — Как только ритуал свершится, главная защита и сила нашей страны падёт, что даст отмашку к началу атаки противника.

— Поэтому, слушать мой приказ! — громом прокатился по залу голос Императора, привлекая всё внимание к Его Величеству. — Парли, ты и министр Эмбриш берёте на себя командование всеми взводами магов, глав дознавательств и часть гарнизонов серых плащей, чтобы остановить вершение ритуала. А до тех пор по всей стране, и особенно в столице введено военное положение, коль мы на грани такой ужасной войны.

— Да, Ваше Величество, — поклонились названные и тут же принялись уводить всех, кого им назначили.

— Тарв, Норан, на вас прогноз и подготовка ко всем ситуациям, которые могут и не могут произойти в ближайшее время, учитывая все перспективы положения в нашей стране, — продолжил командовать Правитель.

— Как прикажете, — поклонились те и тоже поспешили на выход, как и большинство оставшихся министров и советников. Теперь у всех дел было невпроворот.

Надо же, как Андисар изменился за эти годы. Раньше казался таким теряющимся, способным спасовать в любой трудной ситуации. А сейчас… Сейчас я вижу перед собой решительного, твёрдого в слове своём Государя, за которым последую без промедления.

— Раз не получилось, решили попробовать снова? — горько усмехнулся генерал Гард, когда зал опустел, и остались лишь мы втроём и бабуля.

— Но почему именно столько лет спустя? — нахмурился Император.

— Думаю, — отозвалась я, — дело в количестве.

— Количестве? — не понял мужчина. А я снова указала на символ ритуала и начала объяснять:

— Основных точек семь, малых точек четырнадцать, а прошёл уже двадцать один год. В ритуалах важна даже самая малая закономерность. А число семьи очень необычно, ведь обозначает многое из божественного. Тем более три раза по семь. И если в этот раз ритуал сработает, — невольно мой взгляд снова вернулся к схеме на стене, — умрёт не только моя семья, как носители божественной силы и знаний. Умрёт сама сила. Навсегда.

Глава 13

Настроение, с которым я вышла из зала советов, было куда хуже, чем то, с которым вообще сюда приехала. Эх, думала, что за делами хоть немного смогу отвлечься от этого скрежета в груди. Но противное ощущение только усилилось к концу нашего малого собрания.

Его итоги радуют меня ещё меньше, чем военное положение в стране. Ведь теперь я должна мало того, что быть всегда под наблюдением самых доверенных лиц и защитников, так ещё и почти буквально запереться в каменной зале в подвале своего дома, чтобы выполнить приказ Владыки. Я бы и рада, но слишком уж муторно сидеть в четырёх стенах. А другого выхода нет, ведь только там, под белым камнем душ — итритом — я смогу накопить всю ту мощь, что сейчас так важна.

Если даже план противника с ритуалом провалится, то это ещё не значит, что не будет войны. Будет, в любом исходе будет. Раз враг решился, значит подготовился. И нашей стране нужна моя сила противостоять ему, а точнее нужно то, что я могу с её помощью — призыв армии сильной, почти непобедимой.

Жаль лишь, что её будет лишь половина, если не треть. Но в нашей ситуации и это хороший результат.

Я почти дошла до центральной лестницы, когда меня окрикнула одна леди. Она приближалась очень быстро. Поэтому я едва успела признать в ней Алитану Фастэр, дочь барона Фастэра и ту самую девушку, что по слухам вроде как являлась невестой Дарганта.

— Леди Фастэр? — удивилась я её такому решительному виду и малой крейсерской скорости, с которой она на меня шла.

— Чтоб ты сдохла, сука, — прошипела девушка, оказавшись уже рядом, а потом со всей дури толкнула обеими руками в грудь.

— Лианта! — испугано закричала бабушка.

Я бы даже опешила от такого открытого и откровенного нападения леди и реакции бабули на это, если бы не вспомнила, что за моей спиной лестница минимум в тридцать мраморных ступеней, и падение с неё равносильно смерти. А будучи уже в полёте, я мало что могла. Если только призвать своего Генерала.

Но противный шелест магии телепортации захватил меня раньше, чем я успела даже малый посыл ему отправить. Перед глазами и в голове всё перемешалось, оставляя в памяти лишь два события: безумная победная улыбка Алитаны и крепкий захват чьих-то рук на талии.

В общем-то, если бы не они, я бы окончательно утратила связь с реальностью и маломальскую ориентацию в пространстве. Хотя последние и так произошло, когда портал закрутил нас и несколько раз поменял ориентиры «пол-потолок» местами прежде, чем выплюнуть где-то… в пустыне?

— А получше места не нашлось, — чувствуя, как во все открытые и не очень места сыплется обжигающий песок, в кучу которого нас и вышвырнуло, простонала я.

Но мне ещё повезло, ведь у меня была подушка безопасность, что сейчас тихо стонала подо мной мужским и очень знакомым голосом что-то явно непечатное. Благо «спаситель» или соратник по несчастью додумался отпустить меня, позволяя слезть с себя и облегчить свои страдания.

Перекатившись в сторону и прищурив глаза, я постаралась рассмотреть под слепящим солнцем в чёрном пятне хоть какие-то опознавательные признаки. Раз голос узнала, то и человека знаю, но хоть что-то увидеть ещё привыкающие к яркости освещения глаза не могли.

— Миледи? — простонала чёрная ворочающаяся кучка. Или она не чёрная?

— Капитан Кирэн? — удивилась я. Вот кого-кого, а его в своих спасителях точно не ожидала увидеть.

— Вы в порядке, миледи? — пропыхтел мужчина, всё же справляясь с собой и принимая вертикальное положение.

Надо же, шагая вчера рядом с ним, я как-то не обратила внимание на такую сильную разницу в росте. Сейчас, особенно с такого ракурса, некромант казался почти огромным, что легко закрывал от меня солнце. Если же я встану… то сильно ничего не поменяется.

«Интересно, я ему до подбородка макушкой достану или едва ли до плеч дотяну?» — такая наглая мысль меня очень отрезвила, заставляя встряхнуть головой и побыстрее подняться на ноги. Но если бы всё было так просто! Ноги буквально стали разъезжаться на слишком сыпучей поверхность, что капитану пришлось хватать меня за руки, чтобы помочь устоять более-менее ровно.

— Прошу прощения, — буркнул он на свои действия, но рук не убрал. А вот оглядываться вокруг начал.

— Ничего страшного, — хмыкнула я, также начиная рыскать глазами в поисках ориентира. У каждого места в этом мире есть хоть какая-нибудь особенность, отличительная черта, позволяющая сразу распознать его. А что я вижу сейчас? Песок от горизонта до горизонта, бесконечные барханы и палящее солнце на безоблачном небе.

— Где мы? — пусть мужчина и пытался это скрыть, но всё равно было видно, как он нервничает всё сильнее.

— Смею предположить, что мы в Усталисской пустыне, — а я вот стала находить то, что искала.

— Усталисской? — некромант схватил мои руки сильнее и придвинул ещё ближе, отчего по телу побежали мурашки. — С чего вы это взяли?

— У каждого портала есть свой ограничительный периметр действия, — решила пояснить свои выводы сразу со всех позиций. — И в зоне самых сильных всего три места: Варская пустыня, пустыня Балиста и Усталисская. Цвет песка слишком светлый для первых двух, да и здесь не так жарко, как во второй. К тому же солнце уже в длине двух ладоней от западной линии горизонта, когда как в тех пустынях ещё начало дня и едва светает. А ещё тут особый вид песка, который создаёт непредсказуемые магические течения, отчего сюда портал построить можно, а отсюда — нет. Идеальное место, чтобы желать кому-то смерти — за что прошу у вас прощения ещё раз.

— Миледи? — не понял капитан.

— Вы бросились меня спасать от падения, — подняла я голову к нему и отметила слишком бледный вид, — а попали в такую ловушку. Но в одном вам всё же повезло, — теперь на меня посмотрел и он, точно в глаза, вновь запуская предательские мурашки по телу, — вы попали сюда со мной.

— Повезло, — как загипнотизированный отозвался капитан, но этот эффект длился всего мгновение. — Вы знаете, как отсюда выбраться?

Умный, до чего же умный!

— Знаю, и если отпустите, то мы можем успеть дойти до ближайшего оазиса к наступлению темноты.

И меня отпустили, резко отпрянув. Быстро, слишком быстро. Аж больно в сердце. Я так для него неприятна?

«Сейчас не время! Нам нужно двигаться», — решила я пока откинуть лишнее, чтобы и не отвлекаться, и не страдать.

Путь я выбрала точно на север. В пустыне, конечно, трудно ориентироваться, но когда предположительно знаешь своё местоположение, то и двигаться легче. Оставалось лишь надеяться, что я не отклонилась в примерных подсчётах, ведь если так, то нас скорее выведет к ущелью Пиррей, чем к оазису.

Хотя, там тоже есть вода. Но также есть и опасные ядовитые твари, похожие на склизких многолапых пауков размером с телёнка, вылезающие под покровом ночи, чтобы начать охоту. Та ещё перспектива, конечно, но выбора у нас сейчас мало. Только если молиться всем Богам и просить их смилостивиться, указать верный путь и направить в нужную сторону.

Выверенно двигая ногами, чтобы не сбиться с шага и не потерять равновесие, я одновременно с этим снимала с себя платье. Нет, выкидывать я его не буду, лишь просто понесу в руках. Так и менее жарко, и ночью будет чем укрыться — всё же пустыни и этого мира ночью промерзают до нуля и ниже.

Кажется, капитан быстро пришёл к тому же выводу, также избавившись от лишней на теле одежды. Вот только не знаю, повезло ему или нет? У меня из нижнего белья есть панталоны до колен, что-то вроде гольф и рубашка с длинными рукавами и высоким горлом. А у него, кажется, под штанами нет белья. И теперь на мужчине только штаны, рубашка и что-то вроде носков.

Но кое в чём ему всё же свезло больше — голову он прикрыл жилетом, тогда как я могла использовать только пиджачок. Эх, кому что. Но сейчас такие мысли помогали отвлечься от других, менее приятных лично для моего внутреннего мира.

Почему-то именно здесь, оказавшись с этим мужчиной наедине, без других отвлекающих факторов, я лучше всего почувствовало то, что творилось со мной со вчерашнего момента нашей встречи и мучило меня до сего момента. А именно — моя истинная сила начала резонировать с его магией. И делала это так, как должна была, если я встречу идеального магического и жизненного партнёра.

Будь я в своём мире, то назвала бы этот эффект «истинной парой», учитывая, что привязка идёт также бесконтрольно и самостоятельно, как у оборотней или драконов. Ты просто медленно, но верно становишься единым силой и душой со своей половинкой. Но у тех рас всё взаимно, в отличие от людей. А уж у таких магов, как я тем более.

Люди могут найти себе ещё партнёров, если с любимым не сложилось. А мы нет. Поэтому отец выбрал маму и сделал всё, чтобы быть с ней. Как и бабушка с дедом. Как все предыдущие поколения семьи. У них взаимность была ясна с самого начала.

Вот только проблема в том, что ни у одного из них не было в партнёрах некроманта! И о взаимности я даже боюсь задуматься — вдруг её нет и не будет. Всё же с этим видом магов нам сложнее всего найти точки понимания. Это словно грани одного алмаза — мы вроде одно и тоже, но такие разные.

Сейчас, после осознания своей главной проблемы, я двигаюсь к спасению только для того, чтобы спасти его, вывести отсюда. Сама бы я уже давно сдалась, наверное. А что на счёт ритуала врагов в столице… Есть ли смысл решать проблему с ним? Только если выполнить долг своей семьи, спасти свою страну, защитить от врага. А потом… А потом просто жить и доживать последние дни великого рода Смерти?

Богиня! Ты ведь слышишь меня да? Ты разве этого хотела? Твои планы, вроде, были иными. Так почему же всё получилось именно так? Ответь! Прошу!

Глава 14

Шагать в полной тишине на местности, которая почти и не изменяется, очень сложно. Будто попал во временную петлю, свой личный бесконечный ад.

Но всё же отличия имелись — солнце уже почти коснулось горизонта, да и жара теперь не была настолько удушающей. А вот жажды прибавилось в разы, в то время как силы убывали всё быстрее с каждым шагом. Но я сильная, я справлюсь. В своём же спутнике я тоже не сомневалась ни на мгновение, как и в том, что, если упаду, он поднимет, поможет встать и продолжить путь.

И вот солнце село, а мозги почти окончательно спеклись, когда перед нами за очередным барханом раскинулось небольшое озерцо, обнятое со всех сторон спасительной растительностью колючих кустиков, сухоньких деревцев и слегка пожухлой травки.

— Слава Богине, — выдохнула я от осознания, что всё же не ошиблась с направлением. Осталось только поднажать и дошагать.

Правда, у самой воды капитан вдруг активизировался. Быстро сократил разделявшее нас расстояние и закрыл собой, подозрительно оглядываясь. Возможно, я бы и возмутилась, особенно, когда цель уже была так близка, но дознаватель, тем более некромант, мог учуять опасность даже в таком потрёпанном состоянии. Всегда начеку, да?

— Капитан? — прохрипела я, чувствуя, как песок скрежещет не только на зубах, но уже и в горле. Противно до жути, но потерпеть придётся — жизнь сейчас важнее.

— У самой воды трое трупов, — также хрипло, но с большей силой в голосе ответил мужчина.

Замечательно. Только отравленной воды нам сейчас и не хватало. Боюсь даже представить, что бы с нами было, если бы не моя вторая сила. Целительство даже с таким маленьким уровнем способно убрать яд как из воды, так и из тела, если он туда только попал.

— Ну, теперь у вас есть чем пользоваться, — я постаралась пошутить, чтобы хоть немного развеять обстановку.

— Что? — а вот некромант не понял моего настроя и силы моей жажды, видимо, тоже. Едва начала его обходить, как он схватил меня за локоть и на пару шагов отодвинул от озерца. — Кажется, вы не поняли всю опасность, миледи.

— Кажется, это вы не поняли всех перспектив ситуации, капитан, — и усмехнулась на его скептично приподнятую бровь. Считает, что я всё же спеклась на жаре? — Капитан Кирэн, если вы ещё не заметили, то объясню. Во-первых, мы в оазисе, где основная часть воды находится у песка и в песке и тем самым фильтруется, обновляясь благодаря подземному источнику. Во-вторых, трупы уже на той стадии разложения, когда они скорее иссыхают, нежели источают какие-либо запахи или жидкости, вы же некромант, должны заметить. В-третьих, я — целитель. Да, слабоватый, не спорю, но моих навыков и силы хватит, чтобы извлечь все возможные яды, что наберутся в том количестве воды, что за раз уместятся в ваших ладонях, и не один раз… И спасибо, — и о вежливости забывать не стоит.

— За что? — мужчина отпустил-таки мою руку и дал спокойно подойти к воде.

— За предупреждение, — хмыкнула про себя на его растерянность. Что, у меня, правда, так незаметна сила целителя? Нужно поработать над подобным упущением. — Всё же лучше убирать яды и примеси из самой воды, нежели уже из тела, одновременно борясь с последствиями.

Жажда была утолена, лица и руки с ногами обмыты. И вовремя, потому что едва зажглись первые звёзды, как ледяной ветер остудил всё, до чего дотянулся. Пришлось споро натягивать на себя обратно снятые и сбережённые вещи.

От воды сильнее потянуло прохладой уже к полуночи, делая ночной холод только хуже. Нашедший чем и как развести огонь капитан поспешил было поделиться со мой своим плащом, но я просто взяла его, а потом села рядом с мужчиной и украла нас обоих. Так куда теплее. И если мой неожиданный попутчик был сначала против, хоть и молчал, то вскоре просто махнул рукой на все приличия и этикет и расслабился.

Ну, последнее он сделал скорее для виду. Настороженный и внимательный взгляд, которым он время от времени окидывал местность, выдавали его собранность с головой. И пусть блеска магии в них я не могла заметить, когда мужчина отворачивался, то вот сами магические эманации ощущались буквально кожей.

Насколько же силён этот удивительный мужчина? И хочу ли я разгадать эту тайну? Хочу, если честно. Но кто бы дал. Напрямую не спросить, а задаром открывать все свои секреты ни один маг не будет. Да и кто сказал, что капитан не попросит у меня ответной услуги?

Смотря на огонь и пригреваясь к на удивление горячему боку, я и сама не заметила, как задремала, опустив голову на надёжное плечо. И если увиденное было сном, то очень странным.

Вокруг меня была пещера, очень похожая на каменную комнату в подвале особняка, только в разы больше. В самом её центре был круг пропасти, с висящим прямо в его середине плоским камнем. Над ним же с «потолка» острой сосулькой свисал невероятных размеров белый кристалл, которому наш домашний и в подмётки не годится.

— Время пришло, милая, — мягкий голос Последней Богини я узнаю из миллиардов, как и Её саму, вдруг оказавшуюся рядом и мягко рассмеявшуюся с моих мыслей.

— Вам нужна помощь? — я попыталась припомнить тот давний первый разговор.

— Верно, — кивнула женщина, лёгкой и невесомой походкой пройдясь до самого центра висящей платформы. Для Неё словно и не существовало пропасти. Хотя, Она — Богиня, да и это сон, других объяснений и не надо. — Как мы не старались, полностью наладить течения энергий не смогли. Это привело к ещё небольшому, но уже дающему о себе знать искривлению, позволяющему части непрошенных гостей спокойно проникать в наш мир. Ритуал, способный лишить твой род не только жизни, но и сил, нужным им людям подсказали именно они. И свершённые убийства тех, кто очень сильно завязан на будущие потоки энергий, подкосили мировой баланс ещё сильнее. Боюсь, что простой войной ни твоя страна, ни весь мир не обойдётся.

Я слушала Её, внимала каждому слову и холодела от подступающего ужаса. Конечно, я понимала, что сулит мне такая встреча, даже ждала её, но к стольким новостям всё равно не будешь никогда готов. А ещё Она подтвердила мои самые опасные догадки — за ритуалом, его исполнителями и жертвами стоит слишком многое.

Да, как-то бабуля, уже ставшая призраком, поведала мне, что именно произошло с моими здешними родителями и предыдущей хозяйкой тела. Они возвращались из гостей, когда на их карету и сопровождение напали. Когда из выживших осталась лишь наша семья, то первым на глазах у любимой и дочери убили отца, как носителя основной силы.

Его обездвиженного, избитого до полусмерти и парализованного неизвестной никому в этом мире магией, кинули в центр семигранной звезды, вершины которой украшали сердца убитых телохранителей. Зачитка заклинания и полное стирание души, будто такой никогда и не существовало.

Следующей жертвой была мать малышки. Но её ждал лишь ритуальный кинжал в сердце и обезглавливание. И всё это на глазах у семилетнего ребёнка, едва живого от ужаса.

Пока сердца убитых занимали вершины, главные деятели ритуала принялись за Лианту. Как бы она не вырывалась, не кричала, её тащили в центр звезды. Заклинание, наложенное для обездвиживания отца, не сработало на малышке, поэтому её просто избили, переломав ноги, руки и несколько рёбер, чтоб наверняка не вырвалась и не сбежала.

А затем завершили свой ритуал стирания души, только сердце пронзить не успели. Их спугнули прибывшие на подмогу семье телохранители Его Величества. Часть, конечно, поубивали, кого успели. За оставшейся частью бросились в погоню, пока один из них доставлял тело малышки бабушке по приказу старшего отряда.

Я до сих пор помню призрачные слёзы и внутреннее содрогание, с которым рассказывала мне это бабушка Тифида. Слушала её и сама обмирала от горя и того, что пришлось им всем пережить в день моего перерождения. Всё же сама попросила мне всё объяснить, чтобы знать, к чему можно будет готовится в новой жизни главы рода. И не зря.

Теперь угроза стирания душ нависла над всей столицей, над страной — война, а над миром — разрушение. Не думаю, что нарушение баланса к чему-то кроме него может привести. А раз уж Богиня пришла сейчас, когда мы на самой грани всего этого кошмара, то дела и вовсе хуже некуда.

— Прости меня, милая, — вдруг отозвалась Она, привлекая моё внимание к себе. Кажется, слишком сильно я задумалась. — Мы правда старались всё сделать так, чтобы не пришлось вмешивать вас, тревожить тебя. Всё же, я обещала тебе спокойную жизнь.

— Ничего страшного, — успокаивающе улыбнулась я этой прекрасной женщине. — И не с таким справлялись. Так что помогу чем смогу.

— Спасибо, — мягко улыбнулась Богиня вновь и облегчённо вздохнула, будто не думала, что я отвечу положительно.

— И что мне нужно сделать? — решила узнать сразу, вдруг всё же поведают свои планы на меня.

— Ты должна войти в эту пещеру, — обвела взглядом наше местонахождения Последняя Леди. — Войти без сожалений, — белые глаза повернулся обратно ко мне. — Встать под итритом, — тонкий палец указал на кристалл над Её головой, — и открыть свою душу ему. И самое главное, что с тобой должны быть сильные души твоих защитников, они помогут не потерять себя.

— Призрачный Генерал? — уточнила я, чтоб точно знать.

— Верно, твои Генералы должны быть рядом неотлучно, — кивнула женщина, а я только нерешительно замялась. Как сказать надеющейся на меня Богине, что Генерал у меня только один, совершенно не представляла.

Только вот, как это водится с божественными личностями, из моих мыслей Она уже всё знала, но ничего говорить на это не стала, лишь привычно мягко улыбнулась, шепнув напоследок:

— Эфтинская долина. Момент полной луны.

А потом я уже смотрела на встревоженное лицо капитана, почему-то склонявшегося надо мной и, кажется, аккуратно похлопывавшего по щеке.

Глава 15

— Уже утро? — прохрипела я.

Уф, что с голосом? Такое ощущение, что застудила-таки вчера горло прохладной водичкой после многочасовой жарки и высушивания. Так себе ощущение, если честно.

— Нет, до рассвета ещё час, — хмуро отозвался некромант. — Вы упали в обморок.

— Да? — удивлённо выдохнула и попыталась сесть. Мужчина тут же сдвинулся в бок и придержал за плечи, помогая. Какой заботливый. — Видимо, переутомилась за день. Приношу свои извинения за беспокойство.

— Миледи? — вдруг озадачился капитан моим словам.

Разве, я что-то сказала не так? Слишком вежливо и отстранённо, что очень отличается от предыдущих диалогов. Но оно и понятно, сейчас я не настроена их вести в прежнем стиле. Я вообще на них не настроена после разговора с Богиней. Мне хотелось просто помолчать и подумать. Хотя тут для этого не самое подходящее место.

Эфтинская долина? Мне нужно туда. А как попасть в это место, минуя преграды и не возвращаясь в столицу за их решением? Ладно, думаю, туда можно попасть через обходные пути и лазейки, мне не привыкать. А вот бравого капитана стоит вернуть к службе, заодно пошлю через него весточку Императору.

Остаётся вопрос — как это сделать, будучи почти в сутках от границы искажённой пустынной территории, когда времени и так дано не слышном много. Почему я решила, что его нет? Если посмотреть на луну, то полнолуние уже завтра, а полностью она войдёт в силу едва солнце сядет. Столько времени на лишние движения у меня нет.

— Миледи, — некромант присел передо мной на корточки и протянул сложенные лодочкой ладони. В них плескалась зачерпнутая вода. Успел сбегать, пока я витала в размышлениях?

— Благодарю, — кивнула и движением пальцев над водой очистила её прежде, чем выпить прямо так с его ладоней.

Руки передо мной напряглись, и, кажется, я услышала скрип зубов. Настолько неприятно? Ладно, больше не буду. Тут же оторвалась от ещё оставшейся воды и выдала:

— С восходом солнца я открою портал в столицу. Накопленных сил хватит, чтобы он был достаточно стабильным.

— Искажения сильны даже здесь, — не согласился капитан, — нужно найти более спокойное место. И ваш обморок…

— Нет, здесь уже достаточно спокойно, — голосом надавила я, перебивая и заставляя его недовольно скривится. Прости, другого выхода нет. — Да и нам нужно скорее вернуться. У вас, наверняка, за столько времени накопилось достаточно дел. Как и у меня.

— Разбирательство по поводу нападения и покушения на вас могут и подождать, — не сдаётся упёртый. — Уверен, что леди Фастэр уже схвачена и допрошена. Нападение в стенах главного Императорского дворца, да ещё и такой портал — не остаются бесследными, тем более безнаказанными.

— С чего вы взяли, что наказание за нападение на меня и перемещение будет настолько суровым? — а иного его глаза, вновь ставшие цвета ртути, не обещали.

— Вы шли со стороны зала малого совета, — ответил этот умный мужчина, прищуриваясь. — Не будь вы там так нужны, вас бы просто не пропустили в тот коридор. Информация, услышанная вами там, — это государственная тайна, которую доверяют лишь немногим, а значит, вы важны для короны.

Как всё логично объяснил. И ведь не поспоришь.

— Вы следили за мной? — вдруг вырвалось у меня. Всё же на собрании его не было, а главы дознавательств уже все разбежались к моменту моего появления в том коридоре и у лестницы.

— Я спешил к главе своего участка, что присутствовал на том собрании, только и всего, — было мне ответом.

Лгунишка. По глазам вижу, что соврал. Он прекрасно знал, что его начальник уже ушёл, а вот я ещё поблизости. Вопрос только в том, что ему было нужно? Завершить вчерашний разговор? А может решил проследить за мной, раз счёл ключевой фигурой в творящемся в столице беспределе? Ладно, сделаю вид, что поверила, ибо не до этого сейчас.

Силы для стабильного портала копились с трудом в этом чудовищно искажённом месте. Открыто это делать я не могла, только не рядом с некромантом. Он запросто мог почувствовать истинное направление моей силы, что не вело сейчас ни к чему хорошему. Эх, а мне ещё на второй нужно накопить. Гадство.

Одно хорошо — меня больше не отвлекали на разговоры. Вообще не кантовали никак. Мужчина просто сел рядом, укрывая плащом, как было в самом начале, и всё. Только тишина, потрескивание обновлённого костра, холод и трупы — вот последние самое то, как аккомуляторы нужных эманаций.

Правда, когда начало светать, а энергия для порталов была почти готова, капитан всё же не сдержался и попросил, если допросный тон можно так назвать:

— Расскажите о вашей связи с леди Фастэр.

— Что именно вы хотите знать? Её мотивы? — уточнила я.

— Желательно, но и полную вашу взаимосвязь тоже. Мне нужно знать всю картину, — кивнул скорее сам себе мужчина.

— Алитана пока неофициально считается невестой маркиза Леварта. С ним мы знакомы уже двадцать лет, первые три четверти которых он потратил на попытки стать мне… женихом. Но все были провальные, тогда он сдался и вроде как начал вести обычную для молодого аристократа жизнь. Даже подыскал к вступлению в наследство и принятию титула от отца подходящую невесту. Леди Фастэр отлично подходила для этого. Официальные свидания, ухаживания, подарки сделали своё дело. Помолвка должна была состоятся через полгода, когда ей исполнится двадцать четыре — семейная традиция сильного рода стихийников с земным элементом. А тут эти нападения, убийства. Все стоят на ушах, поэтому, как только ваши люди привели меня в участок для допроса как главную подозреваемую, на которую кто-то указал от имели самого маркиза Леварта, тот и прибежал разбираться в этом деле. Логично, что во влюблённой леди, не знающей всей подоплёки наших отношений, которые уже пару несут скорее приятельский оттенок, это породило ревность, которой просто умело воспользовались.

Таков был мой ответ. Развёрнут настолько, насколько позволяли приличия, но этой информации было достаточно, на мой взгляд. Да и капитан ничего не спрашивал, выслушал внимательно и сейчас просто обдумывал полученную информацию. Поэтому первые лучи встающего солнца мы встретили во вновь повисшей тишине.

— Что ж, — встала я на ноги и принялась отряхиваться от песка, — пора строить портал.

— Вас подстраховать? — поднялся следом за мной дознаватель, ещё не отринувший мысли о назревающем деле и его разрешении.

— Нет необходимости, — я отмахнулась, протягивая одолженный плащ, и поспешила сосредоточится на точке переноса. Думаю, прямо рядом с дворцом Андисара пойдёт. Он почувствует, что переход открыла я, поэтому доверия к появлению капитана будет больше, да и выслушает его куда охотнее.

Серебряная дымка образовала в паре метров перед нами идеальный овал с провалом воронки-перехода в своём центре. Осталось лишь сделать шаг на ту сторону.

Чуть нахмурившись увиденному — да, у целителей обычно зеленовато-салатовые оттенки порталов, но мне нужен был сильный и стабильный, чтоб точно дотянул, — некромант подошёл к нему ближе и замер в шаге, озадаченно обернувшись.

— Миледи? — протянул он мне руку. Думает, что я пойду с ним? Я даже бровь приподняла вопросительно, прежде чем заговорить:

— Капитан Кирэн, передайте Его Величеству всё увиденное и услышанное, — в этот же момент за мной образовалась другая воронка, если я правильно истолковала свои ощущения и осознание, отразившееся на этом притягательном лице напротив. И, пока мужчина не спохватился, быстро отскочила назад, уносясь к своей цели.

Приземление было куда лучше, чем от портала Алитаны. Я даже на ногах устояла, хоть перед глазами всё кружило и двоилось. В голове тоже был кавардак — сил одновременные порталы высосали прилично. Поэтому, наверное, я и не сразу осознала, что не так. А когда мир нашёл свою статичность в моих ощущениях, услышала грозный голос точно над собой:

— Я капитан Рэнур. Кирэн — это моё имя, миледи.

Глава 16

Я медленно подняла глаза, чтобы встретиться с яростным взглядом разозлённого некроманта. Почему-то почувствовала себя как мышь перед удавом. Хех, давно такого не было. И вообще!

— Почему вы здесь? Я что, зря тратила силы на портал до дворца Императора? — возмутилась я. Всё, сдержанность отказала мне. Слишком сильно было удивление в этот момент.

— С чего вы вообще взяли, что я пойду туда один? — прорычал мужчина.

— Потому что вы должны, — попыталась донести до него эту истину, даже глаза выпучила. — Суть вашего перехода ко дворцу — передача важный сведений Его Величеству!

— Единственное, что я должен, — это вернуть вас в столицу, а до этого — защищать, — не сдавал позиции этот… упрямец.

— У меня свои дела по эту сторону! — но кто сказал, что и я так просто сдамся? — Вам в них участвовать нет ни смысла, ни нужды! Для меня же это долг!

— Долг? — некромант заозирался, пытаясь понять, куда его занесло. — В Эфтинской долине? — и так поднял бровь, что у меня аж дыхание перехватило от его саркастичного вида.

Ничего на это я отвечать была не намерена. Просто развернулась и пошла в нужном направлении. Как его определила? Почувствовала душой. К тому же в этой части нашей Империи уже был почти полдень. Если получится, то пешком к вечеру дойду до места. Конечно, как только восстановятся силы, лучше бы их использовать на призыв Генерала. На его верном призрачном скакуне добраться к нужной пещере будет ещё проще. Но!

Это самое «но» сейчас вышагивало за моей спиной, прожигая мне спину своим недовольным взглядом. Молчание мужчину задело однозначно, но не все будут отвечать на поставленные вопросы. А раскрывать свою силу, фактически государственную тайну, перед ним не было никакого желания. Вот только, судя по его упёртости, он за мной и в пещеру пойдёт, чего допустить нельзя.

Пару часов молчание никого не трогало, мне бы и далее не мешало, если бы не дикий голод. Сначала он просто скручивал желудок, а сейчас и вовсе заставил его требовательно выть. В пустыне из-за жары такого не было, ведь организм старался работать в экстренном режиме, когда не до такой потребности, а уж получив воду и подавно о еде не думал, держась ещё и на крупицах целительской магии. А сейчас, в прекрасных тёплых полях долины решил, что пора бы и спросить о таком пополнении сил с энергией.

Стыдно ли мне было за своё «нытьё внутреннего кита»? Ни капельки. Зато некромант нервничал всё больше. Так что нарушение тишины он всё же взял на себя:

— Если я не ошибаюсь, чуть правее будет дорога в деревушку Элитри. Там можно остановиться на ночлег, хорошенько отдохнуть и подкрепиться.

— Нет времени, — отрезала я, хотя предложение казалось очень заманчивым.

— От чего же, миледи? — решил уточнить, легко догоняя и ровняясь со мной.

— До захода солнца я должна быть на месте, чтобы встретить там полную луну, — а толку такое скрывать, если уж навострился со мной и всё равно заметит.

— В той стороне лишь белые скалы, — только и выдал мужчина, хмуро уставившись на виднеющиеся на самом горизонте пики тех самых скал.

— Вот туда нам и надо. На второй портал сил уже нет, и копить их долго, — о, да, капитан, это камень в ваш огород. — . А если остановиться или повернуть к деревне, я просто не успею ни того, ни другого и только зря потрачу время.

Ещё пара минут прошла. Капитан думал, усиленно, взвешивал и проверял в своей голове каждое моё слово. До чего же он умный, мне аж страшно становится. Если догадается о сокрытом, то придётся клятву с него просить. Кровавую!

Не скажу, что он будет против — выхода у него уже не будет. Просто если простые маги принесут её и будут просто молчать да игнорировать всё, что под запретом. То некроманты носом в такое по самые макушки зароются. Всё же они и их жизни тоже часть Смерти, они тоже в Её власти. Мы как стороны одной моменты. Вроде одно и тоже, но разные. Абсолютно.

И если мне понимать некромантию довольно просто, почти на интуитивном уровне, то вот некроманту понять мага Смерти и суть его магии — это как атеисту поверить в Бога. Равносильно до одурения.

А я ещё и последняя. В роду. В стране. Во всём этом мире.

Едва не сбилась с шага от этой мысли. Тело будто ослабло на мгновение. Сердце и вовсе больно дрогнуло. Ведь, по правде сказать, если я, действительно, последняя, то мне нет смысла сопротивляться. Некромант меня не примет, как партнёра, а грядущий ритуал может сотворить с моей душой такое, что от меня только тело и останется.

Умом я понимаю, что Богине невыгодно, чтобы я погибла. Но и как теперь продолжать род, я не понимала. Мне что, попросить капитана просто заделать мне дитя? Не могу я так. Да и просто умру от тоски в первые же три года, а оставлять ребёнка одного не хочется, не смогу. Выйти за другого? Не получится. Ни мой малыш, ни его дети, внуки и следующие потомки не возьмут на себя магию моего рода.

Так что, могу смело делать вывод: еда подождёт, она — последнее, о чём сейчас стоит волноваться. А ещё у меня есть часа три-четыре, чтобы решить вопрос с некромантом. Попросить его довериться мне, ничего не требуя? Самой довериться ему и рассказать всё? Подождать ещё, ведь, вроде как, время ещё есть?

— У вас есть кто-нибудь, капитан? — неожиданно даже для себя самой спросила я, что уж говорить об удивившемся мужчине. Если, конечно, чуть приподнятые брови можно считать за признак удивления.

— Миледи? — кажется, он не понял подоплёки вопроса. Я и сама не слишком поняла, что хотела узнать. Но, думаю, моя суть всё же медленно, но верно требует своё. Тогда продолжу:

— Женщина, капитан. Любимая девушка, невеста или жена.

— Есть, миледи, — было мне ответом. Болезненным, но показывать я этого не буду ни лицом, ни глазами. Даже голос проконтролирую — не зря столько лет училась.

— Невеста или уже жена? — продолжила скорее для поддержания разговора, показания своей незаинтересованности, а простого любопытства.

— Пока просто пара, миледи.

А вот это уже интереснее. Хотя бабушка же говорила, объясняя, почему и как она выбрала деда, а отец — маму: что у таких магов, как мы и некроманты, есть особенность. Мы чувствуем одиночество куда ярче, чем все остальные жители этого мира. И душами стремимся найти ту, что сможет нас согреть, поддержать, стать с нами едиными. Я тогда назвала это «эффектом парности», на что леди Тифида покивала, добавив, что это, по сути своей, и есть парность, но менее выраженная, чем у оборотней, эргов[2], нагов или драконов.

Но даже тут у нас есть отличия между друг другом. Если маг Смерти может пережить смерть своей половинки, потому что душа возлюбленного всегда с ним, до самого гроба и после. То вот некроманты уходят вслед за душой пары, чтобы быть её проводником на том свете, в то время, как их пара может спокойно продолжать жить после смерти своего некроманта.

— Мои поздравления, капитан, — чуть радостнее отозвалась я.

— Вы знаете о таком? — тут же нахмурился мужчина.

— Знаю, — кивнула. — Я многое успела повидать, услышать и прочитать за свою жизнь.

— Тогда вы знаете и то, что она мне ещё не ответила взаимностью… И не ответит.

Что это в его голосе? Затаённая грусть?

Я даже повернулась к нему и хорошенько присмотрелась. Сначала просто, чтобы понять — послышалось или нет. Вроде, ничего в его виде не выдавало таких чувств. А потом посмотрела на него более магически. О, да, парная связь у его души есть — и как я только раньше её не заметила? — вот только лишь с его стороны. Как он и сказал, ему нужно согласие пары, чтобы связь стала двусторонней со всеми последствиями и особенностями.

— Вы говорили с ней на эту тему? — вдруг захотелось ему помочь. Если не мне, то хотя бы ему счастье пусть достанется. — Вы хоть знакомы?

— Знакомы, — хмыкнул иронично, да так, что мне аж мурашки спину затоптали. — Разговор же… не выходит. Она знатная леди и слишком занята, скрытна, всегда спешит вперёд.

— Да? — какая удивительная бизнес-леди аристократического мира ему попалась. Эх. — Тогда выловите её, как только вернётесь в столицу. Напроситесь на встречу, пригласите на прогулку в парк или ужин в ресторации. Мягко подведите к нужной вам мысли, объяснитесь и спросите её ответ. Можете даже несколько таких встреч провести, дать ей к себе привыкнуть перед тем, как заявить о ваших чувствах. Если умна, то поймёт, осмыслит и примет. И её знатность вам обоим в этом не будет преградой.

— Учту, миледи, — и вновь эта убийственная усмешка. — И да, она умна. Порой слишком, порой не всегда.

— Как это? — я опять оторвалась от дороги, чтобы посмотреть на него. Так, нужно брать себя в руки и не пялиться так часто. Не после таких откровений.

— Слишком много дел на столь хрупких плечах, миледи, ей всегда приходится думать наперёд, чтобы всё успеть, всё решить, — да, точно описал проблемы занятых аристократок. Такие о браке-то своём узнают уже перед самой свадьбой, и то только потому, что пришли модистки для примерки свадебного платья. Но что не сделаешь ради семьи, рода?

— Тогда договоритесь со старшим её рода. Его-то она точно послушает, выделив нужное вам время, — предложила и уже не знала, как перестать чувствовать эту всё нарастающую тяжесть в груди.

— Она и есть старшая рода, миледи. Но я воспользуюсь вашими советами, — уголки его чётко очерченных губ дрогнули в тёплой улыбке.

Так! Не смотреть, я сказала! Хуже только сделаешь! Сейчас нужно сосредоточиться на своей силе, чтобы к моменту истины быть готовой. А вот как раскрыть душу, что сейчас обливалась кровавыми слезами, я не представляла.

М-да, зря я затеяла этот разговор. Хотела отвлечься, закрыться в чувствах, чтоб не тревожили душу, а получила… О, Богиня, сжалься! Одари милостью своей, чтоб закончить намеченное, обрести духовную благодать до того, как отчаяние и боль пожрут меня окончательно.

Глава 17

Едва солнце начало клониться к горизонту окончательно, мы добрались до небольшого пустыря, резко переходящего в белые скалы. Они словно вырастали из земли, стремясь к небу. А может так и было.

Когда же показалась расщелина входа в нужную мне пещеру, я переставляла ноги на одной силе воли. Они гудели, отзывались ужасной режущей болью в стопах, коленях и даже отдавали ею в бёдрах, что значительно влияло как на скорость передвижения, так и на походку в целом.

Очень хотелось просто свалиться и отдохнуть прямо тут у входа. Но я знала, что если сделаю так, то просто не поднимусь до завтрашнего дня. Сил не будет. Поэтому упрямо продолжала шагать.

— Миледи, — непонимающе позвал капитан. Мы почти и не говорили больше после того, как завершили разговор о его паре.

Я так и не решила, что мне делать — доверять ему или доверится. И даже сейчас я молча вскинула руку в останавливающем жесте, чтоб оставить его снаружи, тогда как сама направилась внутрь. Там, в тени и невидимый снаружи, меня уже ждёт Генерал.

— Останьтесь здесь, капитан, — нашла-таки в себе силы, чтоб заговорить, хотя чувствовала, как горло душат подступающие слёзы. Боялась ли я войти туда и не вернуться? Пожалуй, да. — Ради вашей же безопасности.

— Я должен защищать вас, — не согласился он, чего и следовало ожидать от дознавателя, военного в его звании.

— Вы выполнили свой долг, — отрезала я. — Теперь мне пора выполнить свой.

— Если я пойду с вами? — и столько скрытой угрозы в голосе мужчины, что всё равно продолжал двигаться следом, хоть и отстал чуток.

— Вы нарушите государственную тайну, капитан, и мне придётся обязать вас кровавой клятвой, чего делать бы не хотелось. Поэтому, просто останьтесь здесь, а лучше возвращайтесь в столицу, доложите обо всём Императору, а потом, как освободитесь, просто идите к своей леди и сделайте всё, чтобы она ответила вам взаимностью, — побольше ноток властности и холода нужно было добавить, а не мёртвой глухоты.

— Как прикажете, миледи, — также глухо отозвался некромант, отстав наконец.

Не знаю почему, но мне даже стало легче дышать, стоило переступить эту невидимую линию «до и после», которой стал для меня своеобразный порог входа в пещеру. С души словно камень упал, ей стало спокойно. Ведь он выполнит приказ. Он будет счастлив, и её сделает счастливой. Такой точно не отступит.

Как и ожидалось, стоило оказаться достаточно далеко от входа, как рядом со мной тут же появился Генерал. Призрак протянул руку, предлагая её в качестве опоры, что было очень своевременно. Дурак капитан! Отправился бы сразу в столицу, не пришлось бы мне пешим ходом всё это расстояние проделывать. Зараза! Как же болят ноги!

Безымянный Генерал принял мои тихие охи-вздохи с кривляньями, как отмашку к действиям. Подхватил на руки и понёс вглубь. Эх, хорошо ему, нет нужды блуждать в этой непроглядной тьме без ориентира. Он просто идёт туда, куда нужно, видя мир по-своему. Мой универсальный призрачный навигатор.

Но долго идти не пришлось. Уже через пару сотен метров показался лёгкий свет. Он был мягким, но холодным. Я бы даже сказала, что ледяным, полным эманаций Смерти. Прямо как дома, в подвальной комнате.

Увиденное тоже не стало удивительным открытием. Эта почти круглая галерея пещеры была именно такой, как во сне. С бездонной дырой в полу, плоской площадкой в её центре и огромным сосулькообразным итритом над ней.

Генерал пронёс меня над бездной так легко, словно её для него не существовало. Осторожно поставил на ноги, а потом отошёл к стене пещеры, оставляя на островке совершенно одну. Может так и надо? Не думаю, что находиться под прямым излучением кристалла ему полезно.

А вот полезно ли мне? Любому другому человеку или представителю иных рас это смертельно опасно. Итрит таких размеров просто заберёт их душу и всё, но что он сделает со мной? Что там говорила Богиня? Открыть ему свою душу. И что с ней будет?

Хотя, так ли это важно сейчас для меня? Во-первых, я уже тут. Во-вторых, терять мне нечего. В-третьих, зря что ли я маг Смерти? Нас не так просто так именуют. Да и Богине я верю, какой бы результат не принесло моё здесь нахождение.

Я старалась дышать размеренно, отпустить всё, что накопилось в душе, в разуме, отрешиться от мира. Буря в душе становилась всё тише, сердце стучало спокойнее, тише, голову словно заволокло белёсым туманом. Лишь сознание осталось при мне. Всё как и учила бабушка.

Но даже так сама не поняла, в какой момент тело перестало быть тяжёлым. Когда именно гравитация сбросила с меня оковы, позволяя ногам оторваться от пола, а телу же повиснуть горизонтально. Остриё итрита расположилось точно над центром груди, когда мне показалось, что свет его стал ярче.

И пикнуть не успела, а моё тело уже пронзает слепящий луч. Было не больно. Было никак. Лишь душой я словно вновь оказалась в таком далёком сейчас прошлом, в нежный объятьях рук Богини, несущей меня через безмерное пространство высших миров.

Как и тогда, в этот раз первое, что я осознала, была тьма вокруг. За ней пришла вернувшаяся тяжесть тела. А потом меня опалило жаром… А вот этого не было!

Я попыталась открыть глаза, чтобы найти источник этого пекла, что сковывало почти всё тело своими оковами. Веки поддались с трудом, но мир сейчас был каким-то расплывчатым. И даже так не сложно стало довершить увиденную картину — меня кто-то держал в своих объятьях, почти полностью расположив мою бездвижную тушку на себе сидящем. А ещё он склонился точно над лицом, заметив, что я пришла в себя.

— Миледи? — спросил мужчина, и именно в этот момент зрение сфокусировалось. Я уж было подумать успела, что у меня глюки, ведь не может же это быть капитан. Думалось, что он сейчас далеко, в столице, уже держит в объятьях свою леди, а тут, рядом со мной, кто-то из посланных Его Величеством гвардейцев, а может и люди генерала Гарда.

Но нет. Надо мной склонился этот упрямый некромант. Держит в руках, прижимает к себе, делится уже мягким теплом жизни и прожигает внимательным взглядом цвета ртути. Вот же… упёртый!

— Капитан, — прокаркала я, нежели сказала. Ужасный голос. Вроде не кричала, чтоб так его надорвать. — Вы нарушили приказ.

— Я исполнил его в точности, миледи, — недовольно хмыкнул мужчина, хмуря брови.

В ответ возмутиться не успела. Меня подхватили на руки и понесли куда-то. Хотя почему «куда-то»? На выход из пещеры. Мы, оказывается, всё это время были в той галерее, просто сидели у одной из стен. Точнее он сидел, а я лежала на нём… О, Богиня, если б могла, покраснела бы!

Едва мы вышли под звёздное небо, как я заметила отряд примерно из двадцати чёрных мундиров с золотыми знаками отличия — лично избранные Императором или генералом гвардейцы. Их капитаном выступал сын генерала Гарда, который тут же поспешил к нам навстречу.

— Леди Астарс! — громко гаркнул Гард-младший. У меня аж в ушах зазвенело, но я точно услышала, как на такое недовольно рыкнул что-то капитан Рэнур. — Как вы, Лианта?

— Ну, всё не так плохо, как кажется, Эрих, — отмахнулась я и даже попыталась улыбнуться, краем глаза замечая мрачнеющего некроманта. — Кстати, а чего это ты здесь?

— Приказом Императора мне велено под охраной моего отряда сопроводить вас, леди Астарс, во дворец, — отчеканил мужчина, лишь хмыкая на реакцию моего носильщика.

— И как Его Величество узнал, что мы тут? — я честно не понимала этого момента. Маячка на мне нет, иначе давно бы пришли за мной. Вестника я тоже не отправляла, а вот… Пришлось внимательнее присмотреться к Кирэну, сейчас старательно не отсвечивающему.

Кажется, кое-кто исполнил мой приказ, как и сказал. Но по-своему. Очень по-своему.

— Верно, — заметив наши переглядки, если это так можно назвать, ответил мне Эрих. — Капитан Рэнур отослал вестник своему доверенному лицу, которое и связалось с моим отцом, а тот уже доложил Императору. Подробности, прости, не знаю. Я лишь исполняю приказ.

— Всем бы такую точность, — ни к кому конкретно не обращаясь, буркнула я в момент, когда один из гвардейцев сообщил о готовности портала.

— Я в точности исполнил ваш приказ, миледи, — некромант всё же услышал мои слова.

— Разве? — не могла не переспросить. Хотела грозно, а получилось очень устало, даже показалось, что руки, что держали меня, напряглись и прижали к мужчине сильнее.

— Именно так, миледи.

— Тогда повторите мой приказ, капитан.

— Отправиться в столицу, донести Императору случившееся, вернуться, — скомкал этот… слов уже нет, как ещё назвать его упрямство.

— Про возвращение там не было ни слова, — возразила я.

Портал уже закружил и часть отряда поспешила перейти на ту сторону, чтобы проверить место перемещения. Следом пошёл Гард-младший, а там уже зашагал и капитан. И оказавшись на той стороне, я отметила про себя, что небо над столицей уже светает. Это ж сколько я пробыла в той пещере? А сколько без сознания?

— Вы приказали мне, — наконец, продолжил держать ответ Рэнур, шагая в сторону дворца и поджидающей нас мини-делегации из Правителя, генерала, пары советников и личного лекаря Императора, — доложить обо всём Императору, а потом, как освобожусь, просто идти к своей леди и сделать всё, чтобы она ответила мне взаимностью, — и почти процитировал мои слова.

— Именно! — выдохнула я. — Вы должны сейчас…

Стоп! Что? Я едва вдохом не задохнулась, а он всё продолжал:

— И я исполняю ваш приказ, миледи. Я делаю всё, чтобы моя леди ответила мне взаимностью.

Глава 18

Я боялась поверить в услышанное. Откровенно боялась. Да и как это понимать вообще? Он вернулся потому, что таков приказ, ведь я его леди? Или спасая меня, помогая мне до конца, он таким образом поднимется в глазах свой возлюбленной?

Кажется, мозг просто отказал после всего пережитого. Поэтому я просто молчала, дышала и во все глаза смотрела на этого невозможного мужчину. А ещё ждала. Ждала, что он просто сдаст меня на руки лекарям, а сам развернётся и уйдёт.

Но нет. Мы дошли под конвоем до самых дверей, где нас ждали. Его Величество довольно хмыкнул на происходящую картину, нахмурился и, развернувшись, вошёл во дворец. Вся мини-свита тоже пошла следом. И капитан не отстал. Может потом передаст и уйдёт?

Вот центральная лестница, потом поворот, подъём на третий этаж, поворот в личное крыло императорской семьи, специальные гостевые покои моей семьи и, наконец, спальня. Меня осторожно стали опускать на кровать. Это тот самый момент?

Почему я так жду, что он уйдёт? Кажется, я слишком привыкла готовиться к худшему, а не ждать приятностей. И это пришло со мной ещё с той жизни. Оттого ещё поразительней был тот факт, что некромант просто встал у изголовья кровати, но никуда уходить не спешил.

Императору подставили кресло поближе, в которое он тут же опустился. Лекарь же приступил к моему осмотру. Хмурился, сканировал, сразу залечивал найденные повреждения. Хорошо, что начал с ног, они вернули свою чувствительность, и сейчас их дико ломило и тянуло — регенерация в самом разгаре. А вот стоило ему дойти с осмотром до груди, как мужчина мгновенно отпрыгнул как ошпаренный, хватаясь за словно обожжённые руки и прижимая их к груди с болезненным шипением сквозь сжатые на силу зубы.

— Что такое, Иттис? — взволновался Его Величество, вскакивая на ноги.

— Я… я не… я не знаю, Ваше Величество, — попытался взять себя в руки ошарашенный лекарь. И посмотрел на свои руки. Они мертвенно побелели, словно принадлежали и неживому вовсе. — Ледяной холод… — и тут же осёкся, посмотрев на капитана.

— Вот как, — облегчённо выдохнул Правитель. — Можешь пока идти. Приди в себя и возвращайся, леди ещё может понадобится помощь.

— Да, Ваше Величество, — поклонился он и быстро покинул комнату.

Император же вернулся на место и очень выразительно посмотрел на меня, но спрашивать сразу ничего не стал. Дождался, пока к нам присоединится генерал, и лишь потом заговорил:

— Опиши всё, что случилось с тобой с момента твоего ухода из зала малого совета.

Я с ещё неугасшей неуверенностью посмотрела на Кирэна. Он был спокоен и даже невозмутим, словно так и должно быть.

— Говори, как есть, Лианта, — заметив мои метания, отозвался генерал Гард. — Потом спросим с твоего защитника всё, что требуется по протоколу и по делу.

Что ж, в таком случае…

Как и просили, начала с самого выхода из зала совета. Подробно описала встречу с леди Фастэр, её слова, её действия, причину такого отношения и злодеяния. Моё спасение от падения капитаном Рэнуром, наше с ним попадание в Усталисскую пустыню, похождение до оазиса. Потом было самое сложное — рассказал при новом в наших беседах лице о Богине, её явлении во сне и указании дальнейших действий.

Даже попинала капитана в том, что он направился со мной в Эфтинскую долину, хотя я открыла для него портал в столицу, потратив едва накопленные в искажённом месте силы. Кирэн лишь поджал губы и сделал вид, что он тут не при чём. Хотя слушал внимательно, вдумчиво каждое слово.

Конечно, наш разговор я опустила, посчитав достаточно личным, поэтому лишь посетовала на то, что, побоявшись раскрытия государственной тайны, я шла пешком, тогда как могла добраться до пещеры верхом. Некромант вновь всем видом показал, что ничего не знает. Только всё равно я приметила, как сильно он напрягся телом, как неестественно пряма его спина и бледны костяшки пальцев, сжатых в кулак.

Свой приказ и дальнейшие действия описала несколькими предложениями. Особенно подробным описаниям подверглась пещера и произошедшее в ней.

— Открытие души, говоришь? — переспросил генерал. — Под огромных размеров итритом?

— Да, — кивнула я, отмечая в каком отчаянии был мрачный Император, который, как и раньше его отец, побледнел при упоминании Небесной покровительнице моей семьи. — Таково было Её желание.

— Значит, войны всё равно не избежать, — подвёл итог Правитель и переглянулся с кивнувшим на несказанные слова Гардом. А потом повернулся к капитану: — Вы понимаете всё, что было услышано и сказано в этих стенах?

— Да, Ваше Величество, — ответил тот ему.

— Тогда вы также понимаете и то, что вам придётся принести клятву на крови о неразглашении всего услышанного здесь, всего увиденного там, — продолжил Владыка грозным голосом. — Вы стали намеренным свидетелем того, что в случае огласки, несёт в себе угрозу как безопасности всей нашей страны, так и леди Астарс в особенности. Вы понимаете всю серьёзность?

— Да, Ваше Величество.

— Вы готовы принести клятву крови?

— Да, Ваше Величество, — и, посмотрев на меня, заглянув точно в глаза, добавил: — Если её примет моя леди.

У меня спёрло дыхание. Я боялась моргнуть и спугнуть момент, боялась, что это лишь видение. А глупое сердце сладко замирало.

— Лианта, — ахнул генерал Гард.

— Леди Астарс, — позвал также вопросительно Император.

Они хотели знать не мой ответ, а правду ли он сказал, не ослышались ли они. Ведь как доверенные лица рода эти мужчины единственные знали о подоплёке с нашими привязками, отношениями и тем более подпоре пары.

— Да, — выдохнула-таки я, более-менее взяв тело под контроль. — Я признала его… как пару.

Глаза некроманта стали цвета жидкой стали. Мгновение — и он опустился на колено, прикладывая правую руку к сердцу, но взгляда не отрывая.

— Но связь не подтвердила, — заметил наши действия старый генерал, — до сего момента.

— Почему? — тут же стребовал пояснений Его Величество.

— Побоялась, — честный ответ и главное, что единственно верный.

— Чего же? — шепнул мой капитан.

— В моём роду никогда не было некромантов. Нас никогда не связывало с вами по многим причинам, — пожала плечами. — Главная из которых — сила нашего рода. Она решает, подходит ли её носителю этот человек или нет, а потом, если походит, устанавливает связь, что очень похожи на вашу, только…

— Только? — его глаза сверкали всё ярче и ярче, завораживая, сбивая с мысли.

— Только мы сливаемся с парой душами, становимся их частью, как они частью нас, если всё взаимно. Без этого, лишившись части души, мы просто угасаем за пару-тройку лет, — было ему ответом. — Это сильнее нас.

— Нас, — повторил эхом мужчина, приближаясь и прижимаясь лбом к моему. — Значит, ты согласна, моя леди? — решил спросить напрямую, чтобы точно знать ответ. Хотя, вроде, он некромантам важен, без него никто из них ничего не будут делать.

— Согласна.

— Тогда даю своё высшее дозволение вам, капитан Рэнур, — отозвался Император, возвращая нас из нашего мирка и напоминая, что мы тут не одни. А ещё напомнил, что без его дозволения и моего согласия мужчина бы просто ничего не получил, кроме как от ворот поворот.

— Благодарю, Ваше Величество, — встал и поклонился ему Кирэн, получив до этого мой кивок.

Связь его души и моей уже начала своё плетение, о чём свидетельствовали мягкие волны, окутывающие душу и разбегающиеся от неё по всему телу. Интересно, как она будет выглядеть в итоге. Всё же он некромант, у них это выглядит по-другому.

Словно прочитав мои мысли, мужчина нахмурился, повернулся вновь ко мне и как выдаст:

— Твой род имеет силу схожую с некромантами, но… это не некромантия. Мы не вызываем призраков.

— Ты видел Призрачного Генерала? — ахнул Император.

— Он и привёл меня к моей леди, когда начался ритуал, — ответил некромант, а у меня аж йокнуло всё в груди. Я-то подумала, что сам пришёл, а тут такое!

Генерал никогда сам никому не покажется, если на это нет причин или приказа. И если он это сделал… значит, уже знал или чувствовал нашу с капитаном тягу друг к другу? Или даже через нашу неполную связь уже принял Кирэна как своего Живого коллегу? И ведь не спросишь — не ответит, несмотря на то, что вопрос даже будет приказом.

На слова капитана Правитель и генерал ничего говорить не стали. Кивнули, переглянулись, ещё раз кивнули и быстро поспешили покинуть мою комнату. Правда у самой двери Его Величество всё же обернулся на мгновение, чтобы добавить:

— Завтра будет новый сбор малого совета по поводу всего произошедшего с момента предыдущего. Поверь, тебе есть, что услышать и сказать до бала.

— Бала? — не поняла я.

— Верно. Послезавтра прибывает посол из Тардира, с ним будет советник Ластус. Думаю, раз войны всё же не избежать, даже если враг не доберётся до тебя, то появление посла с советником может сыграть одну из положительных для нас комбинаций, — и вышел, хотя, уже будучи за дверью, пообещал, что пришлёт лекаря через часик, чтоб случайно не помешал нашему с Кирэном разговору. Клятву также сказал принять самостоятельно, раз уж тут такие интересные детали выяснились.

А мне показалось, что все объяснения для Рэнура просто скинули на меня, как на самую основную связанную. Мол разбирайся сама, твоя же пара.

— Лианта, — мягко позвал меня мой капитан, присаживаясь на край кровати и внимательно смотря в глаза. От преображения его голоса у меня муражки побежали по коже, а сердце сладко дрогнуло. Вот только магкость в голове пытливости в глазах не поубавила. Эх, ну почему ты такой умных и шикарный мужик, а когда надо упёртый и дотошный… некромант в общем! Что ж, он говорит прямо, значит и мне стоит. И будь, что будет.

— Я маг Смерти, Кирэн, — выдохнула я и замерла.

Глава 19

Кирэн Рэнур

«Маг Смерти» — эти слова буквально выжгли всё внутри, заставляя мужчину невольно задержать дыхание. О, да, он прекрасно знал, кто они такие! Легенды, почти превратившиеся в миф, исчезнувшие в пыли веков, оставив после себя только разговоры, недомолвки и догадки.

Ну и некромантию. Учитель Кирэна, вызвавшийся взять ребёнка крестьянина на бесплатное обучении и контролю вдруг пробудившегося дара, которого многие простые люди считают скорее проклятьем, говорил мальчику, что первыми некромантами были маги Смерти. Почему их так называли? Потому что их благословляла сама Последняя Богиня, даровала силы, указывала путь и вершила через них свои законы.

— Какие законы? — спросил тогда ещё пятилетний мальчишка, прижимаясь в тёплому боку учителя, правящего небольшой кибиткой, едва ли набитой их вещами и продуктами на грядущий путь.

— Как думаешь, что с нами происходит, когда мы умираем? — задал провокационный вопрос вечно хмурый мужчина — именно таким он Кирэну и запомнился.

— Мы попадаем в чертоги Последней Богини, — как-то неуверенно ответил юный ученик.

— Верно, — кивнул некромант, — но до этого мы должны пройти испытание. Каждый, бывшей некогда живым, обязан его пройти, чтобы стыть достойным войти в те чертоги. И испытания эти выпадают нашим душам, определяемые тем, как мы прожили свою жизнь. Но нас так много, что не может Богиня решать судьбу каждого умершего. Для этого Она послала своих помощников, чтобы те как назначали эти самые испытания, так и помогали душам их пройти. Ими и были маги Смерти.

— Так мы тоже маги Смерти? — неуверенно уточнил Кирэн, вздрагивая всем телом. Всё же частое упоминание Последней Леди не есть хорошо, а жители его деревушки и вовсе верили, что так Она услышит их, посмотрит в их сторону и заберёт раньше срока.

— Нет, — твёрдо ответил учитель, обрубая подобные мысли на корню. — Мы — некроманты! И мы даже близко не стояли с ними. Но да, наша сила была рождена от них. Обычно дети от союза мага Смерти и другого мага несут в себе силу простого родителя, то есть им не передаётся частичка великой силы Богини. Только одному из них, и если он родился, то все остальные будут простыми магами. Но, однажды, вместо простых магов стали появляться некроманты. Не дающие покой душам, но дающие его их телам. Ты меня понимаешь?

Малыш задумался, представляя всё так, как объяснял учитель. Для собственного понимания, представлял на своей семье, где отец мог бы быть великим магом Смерти, а мать, к примеру, стихийница. Вот у них появились дети, все его братья и сёстры — стихийники, а он вдруг родился с силой отца. Если думать в том ключе, то маленький Кирэн впервые почувствовал себя не так одиноко.

Единственный маг на всё селение. Конечно, будь он тем же стихийником, целителем или боевиком цены б ему среди односельчан не было. Но некромант! Умертвия — будь то пробуждённое, спящее или уже упокоенное — чувствуют эту силу, тянутся к ней, идут на зов, желая покоя. А их появление в маленькой деревушке ничем другим, кроме как проблемами или того хуже — бойней, не оборачивается. Благо в его случае учитель, как раз спешащий в столицу из соседнего с деревушкой городка, почувствовал неладное и успел спасти большую часть жителей, найти источник невольного призыва мёртвых и забрать его с собой.

— Понимаю, — тихо выдохнул малыш. — Кто-то из моих предков был некромантом, предками которого были маги Смерти.

— Правильно, — кивнул учитель. — И моя обязанность научить тебя пользоваться этой силой, обуздать её, направить.

Таким был его первый урок.

И так, разговор за разговором, небольшими практиками и постоянным контролем, они добрались за месяц до столицы, где обучение продолжилось. Конечно, учитель за обязанностями и делами не мог, как делал это в дороге, постоянно следить за стараниями своего невольного ученика, но своей стези не бросал.

Всё же быть капитаном отряда некромантов, контролирующих почти всю южную часть столицы не так просто. Это накладывает свои отпечатки, отнимает много времени и сил, лишая почти всех радостей простой жизни. И даже так, как и капитан, его отряд принял маленького ученика своего начальства. Часто помогали советом, показывали примеры на вдруг восставшей нежити, но так, чтобы малыш сам догадался.

В общем, за три года новой жизни маленький мальчик обрёл новую семью, что показалась ему куда более дружной и родной, если не по крови, то по духу, нежели его прошлая. А ведь вступив на новый путь, он даже не вспоминал о ней! А зачем, если там он никому не нужен, а здесь его принимают как младшего брата и почти сына. Для малыша выбор очевиден.

Жаль, что всё хорошее всегда длится так мало.

Вскоре в столице начали происходить что-то неладное. Старшие ничего ему не рассказывали, но их усталые лица, нервозность и мрачность, что увеличивались с каждым новым вызовом на места работы, говорили сами за себя. И чем чаще такое происходило, тем возвращалось их всё меньше и меньше.

Сначала не вернулся кто-то один, через месяц уже пятеро не переступили порог их небольшого общего дома. Уже будучи постарше Кирэн узнал, что лишь часть из невернувшихся — ушедшие за умершей в этом ужасе парой, у остальных же просто не хватило сил справится с очередным восстанием… Боги, что в те месяцы только творилось!

Целые кладбища поднимались в крайней степени ярости. Умертвия рычали, выли, клекотали остатками голосовых связок и трещали костями. Они рвались из своих могил и склепов куда-то в глубины города, сносили всё на своём пути, рвали на куски тех, кто вставал преградой к цели. И хуже всего то, что павшие тоже пробуждались и неслись следом.

В одной из таких стычек девятилетнему Кирэну самому пришлось занимать оборонительные позиции. Некромантов становилось всё меньше, они не успевали к каждой точке очередного пробуждения, и учителю просто пришлось взять его с собой, чтобы не оставлять без присмотра и быть спокойным за дитя.

Тогда-то, кажется, парнишка и увидел невозможное. То, что будучи рассказанным учителю, заставило ещё вполне крепкого мужчину в одночасье поседеть. Кирэн увидел призраков! Всего на мгновение, но белые, едва видимые в творящемся хаосе и только при сильных вспышках молний от разразившейся над городом бури силуэты грозных воинов в старинных и даже древних доспехах отпечатались в сознании мальчика. Как и чёрные тени, мчавшиеся безмолвным войском сквозь нежить и зовущую тех за собой!

Призраки и тени — да, это они были движущей силой. Мальчик и раньше замечал, как последние роятся в дальних углах заброшенных склепов или в их руинах, но никогда не придавал значения. Даже в этом бедствии принимал их как должное, считая, что и остальные видят. Оттого и удивился сильно, даже испугался, когда учитель на утро и после упоминания увиденного, сошёл с лица, а к вечеру уже был весь седой.

Мужчина лишь попросил его навсегда забыть то, что он видел или просто никому не говорить, заперев такие знания далеко в глубине разума. Кажется, он тогда облегчённо вздохнул, что Кирэн никому до него не успел это рассказать, считая за благо подобное незнание. И мальчик понял, принял и постарался забыть. А ещё попытался на следующий день отвлечь капитана и загладить услышанное доселе, рассказав об удивительном сне, в котором к нему пришла красивая девушка вся в белом, пригласила на танец, и они вместе всю ночь кружили на балу.

— Ты запомнил её лицо? — усмехнувшись, спросил лейтенант, услышавший восторженное описание своего маленького сослуживца.

— Нет, — тут же расстроился тот, но быстро воспрял духом, — но у неё такая тёплая улыбка. Рядом с ней так спокойно.

— Повезло тебе, мелкий, — усмехнулся под хмык капитана его помощник, — это к тебе приходила твоя пара. Значит, она появилась в этом мире и уже сейчас стремится к тебе.

— Пара, — только и мог восхищённо выдохнуть Кирэн, чувствуя, что вот-вот задрожит всем телом от внутреннего трепета, вдруг охватившего всё его естество.

Учитель только раз упоминал значение этого слова для некроманта. Пара, половинка души, тихий уголок спокойствия и тепла, к которому так стремятся все скованные холодом их магии. Уйдёт пара, уйдёт и некромант, чтобы стать её вечным спутником и в посмертии.

Красиво и страшно. Мало кто хочет такой привязки, ведь она не всегда желанна, особенно, если человек неподходящий. Только с Высшими не поспоришь, не скажешь им, что глаза или характер пары не по нраву, ведь тут всё решает магия. А ей даже положение в обществе не указ.

Но иногда кажется, что лучше уж какой-то партнёр, чем бесконечная пустота и холод в груди, сковывающие душу с каждым годом всё сильнее. И примеры того, как умирают одинокие некроманты, были. Тот же лейтенант или его учитель — оба ушли в Последние Чертоги так и не встретив пару. Все их тела были изъедены тьмой, хрупки как иней на остатках их кожи.

Сила вышла из-под контроля. Так говорят про них, ушедших в одиночестве. Так пишут в делах, когда следователи или дознаватели приходят осматривать труп. Просто «не удержали контроля».

Что же эти слова значили для самого Кирэна? Лишь отголосок боли потери в груди и стремление повысить уровень своего контроля силы, как этому учил капитан с самого начала.

Конечно, контроль важен и по другим причинам. Например, ещё будучи простым рядовым в отряде к своим семнадцати молодой Рэнур уже был с силой шестого уровня! Ровня каждому лейтенанту, если не самим капитанам-некромантам. Вот только юноша знал, что никакие уровни, никакой железный контроль не стоит ужасного конца, оттого и не останавливался на достигнутом ни на мгновение.

Лишь один раз едва не упустив всё, чего добился.

Мелькнувшая на периферии зрения маленькая фигурка молоденькой девушки, в прекрасном светло-салатовом платье, привлекла внимание тогда уже лейтенанта. Привлекла и прочно приковала к себе взгляд. Хрупкая и воздушная, с мягкой улыбкой, тёплым взглядом серых глаз, с солнцем в русых волосах. Она была словно пропитана любовью и светом всего мира.

Многие в отряде, столпившегося у ворот кладбища, на котором вдруг разбушевались несколько умертвий, как повернули голову к этой нимфе, так и потеряли суть задания, которое уже почти прокричал капитан. Правда, и сам он подвис, заметив леди. Но на мгновение, потому что потом закатил глаза, фыркнув:

— Опять эта маленькая леди.

Никто ничего не понял, да и не хотел. А вот Кирэн почувствовал, как его жжёт изнутри, льдом забурлившей силы жжёт. От взглядов сослуживцев, от недовольных слов капитана, а ещё от ужаса того, что рядом с его парой мелькнул призрачной силуэт.

Глава 20

Лианта

На добрую минуту в комнате повисла тишина. Я не спешила что-либо добавлять, но и Кирэн ничего дополнительно не спрашивал.

Мужчина вообще сидел ни жив, ни мёртв. Казалось, он полностью погрузился в свои мысли, дыша через раз. Ну и ладно, мне тоже есть, что обдумать. Всё же если столь скорое собрание совета не было удивительным, учитывая всё произошедшее, то вот прибытие посла и советника из союзного нам Тардира… Драгуры исполняют таким образом свою клятву союзника или есть ещё причина такого спешного прибытия к нам?

Что я вообще успела пропустить за почти двое суток отсутствия? Вроде не так много времени прошло, а такое ощущение, словно событий случилось на целый месяц вперёд, и мне с каждым нужно разобраться. А если это так, то… где бабуля? Где хоть один призрак-патрульный, который, почувствовав моё возвращение, должен уже спешить ко мне с докладом?

Стоило об этом подумать, как сквозь дверь влетел призрак леди Тифиды с гневным:

— Лианта! Ты хоть представляешь, как я переживала! Всю столицу на уши подняла! Все окрестные города и поселения фонят магией, поднимая даже низших умертвий! Что уж о личах, к примеру, говорить — уже троих упокоили только на территории столицы! А тени! Те и вовсе как с ума посходили — лезут из всех щелей!

— Прости, — только и смогла ответить я, одновременно с тем, как едва заметно вздрогнул Кирэн.

Некромант вообще очень точно уставился в ту же сторону, в которой была бабушка, словно видел её. Хотя, учитывая всё, что с нами случилось, это был бы логичный исход формирования связи наших душ. Я бы скорее напряглась, не заметить он бабулю.

Зато такое внимание сначала удивило, а потом насторожило саму леди. Она гордо выпрямилась, приняла самый вдохновлённый вид аристократки и прищурила глаза в сторону капитана, прежде чем выдать со всем благодушием:

— Так и думала.

— Думала? — переспросила я уже менее уверенно. — Хочешь сказать, что предполагала такой исход, — и кивок в сторону растерявшегося некроманта.

— Конечно, — хмыкнула бабуля, складывая руки перед собой на юбке платья. — Я сразу поняла, как только он оказался достаточно близко от тебя. Просто возмущения силы между вами были слишком слабы ещё — для закрепления связей всегда нужно время, ты и сама это прекрасно понимаешь. И знаешь, я даже рада, что это произошло в такое тяжёлое время.

— Что? Всё настолько плохо? — я попыталась приподняться и сесть, но тело предательски отозвалось слабостью и свалилось обратно на подушки. М-да, ностальгично, прям как в первые дни моего появления в этом мире. Снова спальня, кровать, слабое тело, бабуля рядом. Хотя тогда она занимала место капитана.

— Не перенапрягайся, — взволновалась женщина, подлетая ближе и склоняясь надо мной. — Тебе лучше пока полежать и набраться сил — тебя словно выпили и, одновременно, наполнили сверх меры. Но да, ты права, в столице творится такое, что даже древние из нас едва ли вспомнят подобное! Ноют, что разбужены, спасу нет! Но все говорят, что уснуть сила, что выше их стоит, не даёт, взывает.

«О, древние призраки тоже поднялись», — отметила про себя интересную информацию. Будто высшей нежити и теней для полной картины проблем не хватает.

Редко кому из умерших сразу предоставляется перерождение. Иногда его нужно заслужить. А до этого приходится помучиться в посмертии. И вот маются они, кому и сколько отвели Боги. Кому год отмучиться выпадает, вымаливая прощения за проступки в жизни, помогая живым и наставляя новоумерших. А кому доводится и до нескольких сотен лет терпеть в ожидании снисхождения Небожителей.

В столице около пяти древних призраков. Самому старшему из них семьсот тридцать четыре года. Он помнил эти земли ещё в самом начале образования нашей Империи, когда она была небольшим молодым королевством, которое только-только начало свои завоевания соседей для объединения под общим знаменем и властью. Нагрешил в одной из таких битв, вот и завис в посмертии на столькие века!

Обычно древние после рубежа в триста лет отрешаются от мира, уходят в совершенствование духа или вообще впадают в спячку, пока либо не растворяются в ничто, либо не становятся неприкаянными тенями, либо их не призывают к Последней Богине на суд. А уж если сейчас древние проснулись, то всё куда хуже, чем кажется на первый и второй взгляды.

— Андигор тоже проснулся? — как бы между прочим уточнила. Но скривившееся лицо бабули ответило за неё. Да, наш самый древний тоже очнулся, да ещё и поездить по чужим ушам успел. По её, я так понимаю, точно.

Всё-таки какими бы старыми или новыми призраки ни были, их как пчёл к нектару тянет в нашу сторону. Они чувствуют силу Смерти в нас, стремятся к ней, к подчинению, к контролю, чтобы, в конце концов, обрести заслуженный покой. Даже если представитель нашей семьи сам призрак, что случается крайне редко.

Вообще бабушка могла уйти и не раз после того, как её время пришло. Но мне едва стукнуло пятнадцать, поэтому оставлять внучку до конца не обученную и не подготовленную — по её личному мнению — она не решилась. Даже с наступлением моего совершеннолетия, которое в этом мире и империи средние и высшие аристократы празднуют в двадцать один, своих полномочий старшей родственницы леди не сложила. Наоборот, взялась за меня и будущее семьи с ещё большей рьяностью, став брать на себя часть контроля за надзором «мёртвой части» столицы.

Поэтому она — первая стена обороны, когда призраки начинают волноваться. А ещё леди как истинный военноначальник правит этой огромной армией не хуже нашего генерала Гарда с его солдатами. И если бабушка говорит, что призраки неспокойны, то это она ещё утрирует, чему доказательство — подъём древних и буйство теней.

Что-то грядёт, и это что-то куда опаснее, сильнее и яростнее, чем когда-либо встреченное нами.

Я так задумалась, что не сразу заметила, какие переглядки устроили капитан и леди. Один смотрел на что-то новое, для него ещё непознанное и от того удивительное, интересное. А вот бабушка вглядывалась туда, куда не мог проникнуть взор даже сильнейшего магистра магии. Сейчас она видела саму суть Кирэна, видела его душу, его силу, едва ли не его мысли.

— Хороший мальчик, — наконец, вынесла она вердикт. — Сильный, верный. Сила приняла его без остатка — будет прекрасным Генералом.

— Генералом? — нахмурился Рэнур.

Как же прекрасно он держит себя в руках! Многие побывавшие на его месте никогда так быстро не приходили в себя после первой встречи с призраком, тем более таким сильны как бабуля. Хотя, о чём это я! Он ведь даже Генерала моего видел и весьма спокойно упомянул эту встречу — не дрогнул ни мускулом, ни голосом. Я бы сказала, что от него любопытством веяло!

— Ты думал, что связь с моей дорогой внучкой проходит бесследно? Даже встреча с другим Генералом, который тебя также принял за своего, оставила такой след на тебе, что любой другой из нас увидит и почувствует, — как само собой разумеющее ответила призрачная леди.

Как я и подозревала, Безымянный почувствовал нашу с Кирэном едва образовавшуюся связь и обратился к новому собрату за помощью, признал его.

Почему-то глаза вдруг увлажнились. Я поспешила закрыть их, чтобы никто не заметил, но бабуля была чересчур бдительна.

— Ох, малышка, — выдохнула она, — не переживай. Как видишь, у Богов свои планы на всё. И теперь у тебя есть второй Генерал. Пусть живой взял на себя его роль, но всё же теперь он у тебя есть.

— Да, — только и смогла отозваться я, борясь с бурей чувств в груди.

Хоть и призвала я своего первого Генерала довольно рано для представителей своего рода, но, как ни пыталась, других призвать не смогла. А о живом же, место которого должен будет занять будущий супруг, даже мечтать уже боялась, не то, чтобы просто думать.

— Ты умничка, милая, — продолжила успокаивать меня леди Тифида, совершенно не стесняясь присутствия постороннего. Но такой уж он теперь посторонний? — Главное, что всё произошло вовремя. Теперь ты будешь защищена в «живом мире» куда лучше, чем до этого. Остаётся только объяснить твоему новому защитнику — куда он безвозвратно вляпался.

Безвозвратно? Какое точное и ироничное определение нашей ситуации. Он — партнёр души для меня, я — пара для него. И это определено магически, духовно и с обещанием небесной канцелярии. О, да, я помню обещание Богини устроить мою жизнь, даже если моя помощь им — Высшим — не понадобится.

До прихода императорского лекаря время ещё осталось, поэтому было решено посвятить Рэнура во все тонкости его новой жизни. Начиная, конечно, с пояснений моего раннего признания своей сущности — всё же я последний маг Смерти во всём мире, а от нас и так до этого уже довольно давно оставалось… в общем, только наша семья, наш род — это всё, что от нас осталось.

Мужчина слушал внимательно, впитывал каждое слово, обдумывал услышанное и иногда задавал уточняющие вопросы. Например, почему его назвали моим новым Генералом? Почему я считаю себя последней? Чем так особенна и значима моя сила, раз сам Император готов защищать меня, как самое ценное сокровище нашей Империи?

Сокровище Империи — какое точное определение подобрал капитан. Прям в точку. Но я не отвлекалась, объясняла, приводила примеры. И лишь раз запнулась, когда прозвучал вопрос о моей связи с Последней Богиней.

Хотелось, конечно, отмахнуться тем, что Она та, чью силу несёт в себе мой род, но… я не хотела врать. Не ему.

Поняв, что эта тема слишком особенная, Кирэн не раздумывая спустился с кровати и опустился на колено передо мной, достал кинжал, что всегда носил на поясе. Проткнув указательный палец правой руки, мужчина стал произносить клятву вечной верности, сохранении тайны даже после смерти и заботы об её главном носителе до тех пор, пока я того требую или желают Боги.

Капля выступившей крови тут же зашипела, едва были произнесены последние слова, а ранка мгновенно затянулась. Клятва принята на высшем уровне, чему удивилась даже бабуля.

— Вот и славно, — довольно хмыкнула она. И кивнула мне, давая и своё дозволение рассказать столь важный для меня факт. Хотя, так она скорее успокоила меня и придала уверенности.

Что ж… сказал «А», говори и «Б», поэтому выдав тайну о своём истинном происхождении, точнее моей души, я рассказала и всю историю своего печального появления. Естественно, что этот умный мужчина быстро сопоставил все факты прошлого и настоящего, чтобы понять, в какой непросветной… проблеме мы теперь находимся со всем происходящем в нашей столице.

Ах, какой же всё-таки уникум мне достался. И, спрашивается, где только был всё это время?

Глава 21

После возвращения лекаря и последовавшего за этим обедом, было решено дать мне поспать. Но какой там! Едва я начала дремать, как в спальню проскользнуло ещё пять призраков, вызвав довольно громкое негодование бабушки и тяжёлый вздох от капитана.

Он снова сидел рядом, обдумывал всё услышанного и явно какие-то уже личные мысли. Появление новых потусторонних гостей воспринял куда спокойнее, чем было с бабулей. Даже огрел их таким взглядом, что те сами вздрогнули, чем вызвали ещё больше довольства со стороны призрачной леди. Вот уж кто доволен выбором Богов больше всех.

В любом случае, нас с Кирэном оставили одних. Бабуля ушла разбираться с переполохом, устроенным этой пятёркой паникёров. А все остальные призраки, что витали где-то по близости, предпочли под горячую руку леди не попадать, разлетевшись кто куда. И лишь маленькая тень, незамеченная ранее из-за призрачного шума, притаилась под кроватью, иногда тихонечко шурша для виду, мол «я всё ещё тут».

То ли чувствуя её, то ли слыша, капитан накрыл мою руку своей большой и такой тёплой ладонью, будто в успокаивающем жесте. Приятно до мурашек. А ещё чувство покоя, разливающееся в груди, дало окончательный толчок дремоте, что мягко перетекла в крепкий сон. За ним я уже ничего не чувствовала и не слышала, поэтому была весьма удивлена, проснувшись в весьма провокационной позе.

Оказывается, пока я спала, Кирэн прилёг на другой край кровати, чтобы и далеко не быть, и мне неудобств не доставлять. Вот только моё тело во сне само сдвинулось к нему, да так, что я не просто прижалась к боку мужчины, а обхватила его торс руками и на бёдра закинула ногу! Ух, стыдоба-то какая! Хорошо, что никто не зашёл и не увидел подобного!

Нет, мне было бы всё равно. Обо мне и моей «поруганной» чести даже и не подумали бы заикнуться. А вот подмочить этим репутацию капитана не хотелось бы.

Я хотела осторожно слезть с ещё спящего некроманта, начав медленно отцепляться и сдвигаться. Но, будто почувствовав движение, мужчина только развернулся на бок лицом ко мне и прижал меня к себе крепче. А уткнувшись в макушку носом, глубоко перевёл дыхание и снова уплыл в крепкий сон.

В новом положении я уже не могла двигаться так открыто, чтобы не потревожить сон капитана. Всё же едва начало светать, и можно поспать ещё пару-тройку часиков. Но я очень хотела освежиться, и сна уже ни в одном глазу. Да и как тут уснёшь, когда тебя так крепко, но нежно сжимает в своих объятьях самый желанный мужчина!

— Ой, — тихо выдохнула бабуля, осторожно заглянувшая через дверь, — кажется, я тебя разбудила.

Посмотрев на старшую родственницу из своего положения так, чтобы случайно не потревожить капитана, я убедилась, что её наша поза тоже никак не задела. Судя по довольному выражению лица, призрачную леди всё более чем устраивает.

— Доброе утро, — прошептала я в ответ.

— Доброе — это точно, — хмыкнула она, полностью показываясь в комнате, но близко не подлетая. — Андисар тоже уже не спит, во всю готовится к сегодняшнему совету. Ему много чего донёс его цепной пёс, и, если честно, мало приятного. Мальчик так расстроился! Думаю, совет будет тяжёлым для всех.

— Всё так серьёзно? — от её слов меня вдруг обуяла смутная тревога, словно на краю нитей призывов призраков вдруг стало холоднее, и этот холод подбирался к источнику силы с каждой минутой всё быстрее.

— Более чем, — кивнула леди. — Насколько я поняла из донесений, то нападение на тебя молодой Фастэр было… договорным, — вот так новости. Чувствовала, что не всё так просто, но… — И цепочка, которую нашли императорские гончие, не очень приятная. Боюсь, если не найти хороших оправданий, то первыми, чьи головы полетят с плеч, будут кронпринц и его невеста. Снова.

— Алариан замешан? — ахнула я. Вот от кого не ожидала, так от него уж точно!

— Точно сказать не могу, — пожала она плечами, — для этого я отправила нескольких своих помощников, чтобы во всём удостоверится или всё опровергнуть наверняка. И главное — успеть к началу совета. Не хочется, чтобы из-за той же самой ошибки императорский род прервался и в этот раз с концами.

— А что уже известно? — я же только и могла, что тяжело перевести дыхание. Да, сегодняшний день обещает быть щедрым на новости и сюрпризы в большинстве своём точно неприятные. — Почему именно Алитану на меня натравили? Род Фастэр чист, верен короне и законопослушен… Да, я проверила его, когда узнала, что Даргант переключился на неё, — хмыкнула на взгляд бабули «с чего бы это ты?».

— Насколько я поняла и знаю, юную Фастэр в последние полгода очень часто к себе стала звать леди Ристила Ульвиа — наша тихая, устремлённая и деловитая невеста Алариана. Сначала просто позвала на чаепитие, как возможную будущую маркизу, якобы наладить связи и подружится. Потом встречи участились, но предлоги всегда были разными — гардероб немного обновить, слухи пообсуждать, прогуляться в садах дворца. Вроде ничего такого никто не увидел, ну решила Ристила сделать из Алитаны компаньонку, которая будет ей помощницей в будущем. Так многие правительницы поступали в прошлом, — хмыкнула леди, пожимая плечами, будто что-то вспомнила. — Но, как оказалось, Ристила отлично промывала бедняжечке мозги. Сначала всячески увещевала о том, как сильно юный Леварт любит Алитану, открывшую ему глаза, что предыдущие чувства — лишь детская влюблённость и юношеский азарт. Потом через свои связи сделала всё, чтобы как можно лучше сблизить Дарганта с Алитаной — часть их встреч подстроена ею и даже несколько подарков якобы от маркиза были от неё. Ты понимаешь, к чему я клоню?

Я слушала бабулю и мне всё меньше и меньше нравилась та паутина, в которую случайно угодила. Как и обмолвилась призрачная леди, хуже всего было то, что во всём этом безобразии вновь замешана женщина, связанная с императорской семьёй. Будто нам всем для примера столь давних событий не хватало!

— Понимаю, — прикрыла я глаза. — Более чем.

Невольно вспомнился предыдущий Правитель и то, как трудно ему на самом деле далась казнь жены и наследника. Пусть Андариан и держался молодцом, правил страной твёрдой рукой, не давая возможности новой волны бунта, но… я видела, как ему тяжело, поэтому не сильно удивилась, что едва мужчина привёл страну и все свои дела в порядок, как тут же передал корону сыну. Да, венец правления — тяжёлое бремя. Не понимаю, почему все так к нему стремятся?

— Значит, — раздался надо мной напряжённый голос Кирэна, которого, кажется, мы случайно разбудили, — и заявление от якобы маркиза Леварта о том, что Лианта виновна, и зелье «влюблённого помутнения» — это всё дело рук леди Ульвиа?

— Верно, — кивнула бабушка. — Всё это было частью плана, по которому Ристила собиралась избавится от моей внучки, испачкав чужие руки, а именно руки Алитаны, сыграв на её слишком яркой влюблённости в Дарганта. Сначала она их сводила всеми способами, потом через «акт спасения от несправедливости обвинения» и зелье показала бы, что Лианта помеха их любви. Якобы Лиа вдруг очнулась и поняла, что потеряла, и поспешила вернуть себе былого ухажёра. План, как видите, не сработал полностью, но оснований для подпитки уже зародившейся ревности дал. Поэтому, ещё пара фраз, ложных доказательств — и вот юная Фастэр прямо в доме правящей семьи совершает нападение на соперницу с явной целью убить. Свидетелей нашлось на удивление много!

Ох, как давно я не слышала такого ядовитого сарказма. Кажется, бабуля тоже пойдёт в разнос, когда начнётся полное разоблачение всех гадов, решивших пойти такими методами для… а для чего?

— Но зачем Ристила так рьяно старается опорочить и вообще убрать меня? — решила уточнить я. — Надеюсь, это не снова та же песня «она претендует на кровь и трон правителей»?

— Именно эту песню будущей, но уже явно несостоявшейся, императрице и напевали! — зло усмехнулась бабуля. — Видимо, рассчитывали поработать над ошибками прошлого — не получилось с тогда действующей, перешли на планирование будущей. Причём её изначально воспитывали в нужном им направлении мышления и амбиций. И судя по почерку — те же самые, что… — её голос резко сел, а тело замерцало.

Эти странные метаморфозы озадачили капитана, до этого внимательно впитывавшего всё услышанное. Но мне они были понятны и так. Леди очень больно, больно самой её душе! Ведь яркие воспоминания и сильные чувства затрагивают и её.

— Они не просто вернулись, Лианта, — бабуля подлетела ближе и взяла меня за руку — так ей всегда становилось спокойнее и легче. И, если честно, нам обеим. — Вся эта история с грозящей стране войной, играми за власть, всеми этими убийствами — это не просто завершение того, что тогда сорвалось благодаря вмешательству Богини. Это уже финальное действие. Боюсь, что нас просто отвлекают, водят по лабиринтам их плана обходными путями, пока в искомом центре зреет что-то ужасное… И я даже представить не возьмусь, что именно, раз уж наша Богиня всё же пришла к тебе.

— Всё будет хорошо, — я извернулась и укрыла ладони леди второй своей, вливая в неё тепло своей души, от чего её тело стало плотнее и ярче в полутьме комнаты.

— Я очень надеюсь на это, милая. Но молитв и надежд всегда мало, когда жизнь стоит на кону, — процитировала она одного из наших предков. — Поэтому, позволь мне поднять на твой зов Белое Знамя и собрать под ним не только простых воинов и оставшихся Древних, но и стражей рода. Думаю, пришла пора им исполнить свой долг.

— Но тогда, — если честно, у меня от этой просьбы похолодели пальцы. Вроде, нет ничего страшного в том, что будет призвана ещё десятка другая сильнейших призраков, подобных моему Генералу. Вот только смогу ли я удержать его мощь? Готова ли?

— Да, милая моя, — кивнула твёрдо призрачная леди. — Сейчас именно тот «самый крайний случай», когда ничто другое не остаётся.

— Но удержу ли? — закономерный вопрос, выливающий все тревоги. — Да и позволит ли Император?

— У него не будет выбора! — отмахнулась бабушка. — На кону стоит не только его государство, а целый мир! Да и против воли Богов его слово ничего не будет весить. А Венец… ты готова и сильна, как никто из семьи. Предки будут горды, если именно ты будет той, кто вновь понесёт его, — и столько гордости и любви было в её словах, взгляде, ласковых поглаживаниях моих рук. — Пора вернуть былое величие силы и рода, Лиа. Слишком долго мы просто смотрели и украдкой помогали. Хватит, ибо ни к чему хорошему это не привело. А за клятву короне не переживай, она тебя, милостью Богини, больше не тронет, — опередила она мои сомнения.

В комнату сквозь чуть приоткрытые шторы проник первый луч нового дня. Эх, как бы его пережить, если так тяжело одно лишь его начало?

Глава 22

Неужели, мирная жизнь простой средней аристократки подходят к концу? Готова ли я если не физически, то морально взять на себя то самое бремя, которого никогда не желала? Белый Венец — сила и достояние рода, артефакт, дар самой Последней Богини далёким предкам. Его сила непомерна, поистине божественна и чудовищна в сути своей.

— Как скоро я… — только и смогла вымолвить я. Кирэн, молча слушавших последнюю часть диалога и почувствовавший мои смятение и страх, прижал меня к себе сильнее, будто пытаясь согреть от вдруг охватившего всё внутри холода.

— Твоя сила уже на достаточном уровне, думаю, что это произойдёт на завтрашнем балу, — задумалась бабушка. — Самое лучшее время, на мой взгляд. Да и свидетелей достаточное количество, учитывая ещё и посла с советником из Тардира.

Да, лучше времени и не придумать. И зрители подходящие, и охрана на более высоком уровне будет в честь приёма и объявления грядущих событий. А если ещё и учесть, что меня в буквальном смысле коронуют, то стоит ожидать и каких-нибудь форс-мажорных обстоятельств почти со стопроцентной их вероятностью.

Едва бабуля уплыла проверять какие-то свои заготовки и на встречу с одним из своих призрачных соглядатаев, как Кирэн очень мягко попросил объяснить всё им услышанное вплоть до его роли и едва ли не каждого шага, перемежая вопросы с осторожными поглаживаниями плеч и очень целомудренными поцелуями руки. А что ему, собственно, делать, кроме как быть рядом со мной и желательно ежеминутно.

— Что же… мне стоять рядом или чуть позади, или в первых рядах, когда Его Величество тебя… коронует? — тщательно подбирал слова мужчина. Нет, он не был недоволен или как-то обижен, а вот озадаченность в голосе мелькала. — И как всё это вообще будет проходить?

— Ну, всю программу до шага или взгляда я не знаю, но в планах дождаться речи Императора, стоя чуть позади и правее его, принять его приглашение подойти ближе, принести клятву Венцу и дать своему Генералу надеть его на себя, — я мягко высвободилась из его таких приятных объятий и начала подниматься с кровати — пора бы уже начинать готовится к собранию. А ведь ещё умыться нужно, привести себя в более-менее приятный вид и позавтракать.

— Генералу? Не Его Величеству? — удивился Рэнур, покидая постель следом.

— Боюсь, что Его Величество Андисар, не являясь членом моей семьи и не имея в своих жилах её кровь, может пострадать, едва попробует прикоснуться к Белому Венцу, — пожала плечами, отмечая краем глаза, как сквозь дверь осторожно просочился призрак моей личной горничной — наверное, бабуля постаралась. Кирэн тоже её заметил, нахмурился, но ничего не сказал. — Впрочем, ему, как Правителю и моему Сюзерену, которому я принесла клятву преданного защитника, ничем серьёзным случайное прикосновение не несёт, в отличие от других.

— А мне? — мужчина проводил призрак женщины, поспешившей не мешать разговору господ и скрывшейся за дверями ванной комнаты, а потом шагнул ближе ко мне, внимательно вглядываясь в глаза. Что он там искал, не знаю, но точно находил и был доволен.

— Ты — часть моей души, ты — один из моих Генералов. И уже поэтому часть семьи, даже если обмена кровью ещё не было, — хмыкнула я на его озадаченное выражение лица и поспешила в ванную, где, судя по звукам, уже всё было готово.

Уже у самых дверей меня догнал взволнованный вопрос: «Когда?»

— В любой удобный для этого момент, — только и смогла ответить, вдруг почувствовав, как опалило смущением щёки.

— Даже сейчас? — а вот этот вопрос окончательно заставил моё лицо пылать.

Но брать себя в руки стоит быстрее, для смущения нет ни времени и причин. По сути своей обряд обмена кровью, хоть и можно считать частью свадебного ритуала, но может проводиться и вне его — в любой удобный для пары момент. Случалось так, что свадьба, как официальное событие и торжество нашей семьёй и вовсе опускалось за ненадобностью, ведь и без неё всё уже сделано, и нет смысла показушничать.

Даже я, в тайне ото всех, кроме бабули Тифиды, не хотела пышного торжества. Мне бы хватило и обмена клятвами, потом кровью и, если уж захочется поделится своей радостью, устроить посиделки в узком кругу семьи и знакомых. Вот только аристократические замашки общества, что нас окружало, требовали подчинения соответствующим правилам поведения и жизни, вплоть до организации приёмов, балов и банкетов по случаю такого события.

— Если для тебя не важны обстоятельства, обстановка и окружение… — я взяла контроль над эмоциями и даже смогла обернутся, чтобы оказаться вновь в крепких объятьях.

— Если они важны для тебя, мы можем потом организовать всё по правилам, — мягко отозвался Кирэн мне в макушку, запуская по телу толпы приятных мурашек. — Для меня же главным во всем этом будет твоё согласие стать моей женой… а я ведь толком и не сделал ничего для этого и из вашего приказа, — вдруг спохватился, отпрянул и под моим вопросительным взглядом опустился на колено, чтобы взять в свои руки мои вдруг похолодевшие от волнения ладошки: — Но даже так я не упущу шанса, моя леди. Поэтому прямо здесь и сейчас, пусть и не перед взором Богов и Предков, я прошу вас, леди Лианта Элиа Астарс, ста…

— Ещё слово и ты лишишься головы за дерзость! — раздался рык со стороны входных дверей, где запыхавшись застыл и пылал гневом Даргант Леварт, в следующую секунду хватаясь за рукоять меча и давая стали опасно сверкнуть в направлении прикрывшего меня собой некроманта.

— Что ты тут делаешь, Даргант? — спросила спокойно я, вышагивая из-за спины своего защитника. — Разве совет вот-вот начнётся?

— Я узнал, что ты вернулась и сейчас во дворце, поэтому поспешил сюда и, видимо, не зря, — буравя взглядом Рэнура, ответил напряжённый маркиз.

— Наоборот, — хмыкнула на такую концовку фразы, — тебе бы выспаться надо было, учитывая ситуацию, по которой тебя вообще пригласили на сегодняшний совет, а не мчаться сюда и так опрометчиво вмешиваться в чужую жизнь.

— Ч-что? — запнулся мужчина и перевёл растерянный взгляд на меня. Благо выдержка хорошая — быстро очухался и вернул себе прежний боевой запал: — Лианта! То, чему я стал свидетелем, — это…

— Вполне нормально и естественно для пары, готовящейся к важному шагу в совместной жизни, — я резко перебила его, теряя терпение. Никогда так быстро оно не улетучивалось. Видимо, волнение и напряжённое от новостей начала дня сказались.

— О, Богиня! Такой момент! Неужели не мог запоздать хоть на минутку! — шёпотом выругалась призрак бабули, проходя через стену из гостиной. А я-то думала, что там за странное светлое пятно? Но так или иначе, реплика привлекла наше с Кирэном внимание. Поняв, что её окончательно заметили, леди гордо расправила плечи, приподняла подбородок, подплыла ближе и как гаркнет: — Даргант, паршивец! Выметайся из спальни моей внучки! Быстро!

На последнем слове она уплотнила своё тело и стала видимой, чтобы произвести ещё больше впечатления на сбледнувшего и дрогнувшего всем телом молодого Леварта. Меч с грохотом выпал из его руки, а сам мужчина подозрительно пошатнулся и, если бы не уже закрытая дверь за его спиной, рухнул бы на пол. А так, только опёрся на неё спиной и сполз вниз.

— Бабуля, ну зачем же так пугать? — взволнованно ахнула на такую картину я. Как бы крепкое сердце этого глупца инфарктом не повредилось. А ещё про себя отметила, что всё же у Кирэна просто невероятная стойкость и непрошибаемость. Может это потому, что он некромант и уже привык ко всему выходящему за грань жизни и смерти?

— А чтоб неповадно было, — гордо хмыкнула леди Тифида. И пусть смотрела она на него сейчас в высоты, в призрачных глазах я приметила искорки веселья, спрятанные за напускным гневом. — Тут такой важный для каждой парой момент происходил, а он посмел вмешиваться! Отвратительные манеры! Его не этому учил отец!

Ох, какое удивительное действие возымели её слова! Даргант буквально взлетел на ноги, будучи смущённым — на бледном лице ещё лучше были заметны красные пятна — отчитываением, быстро поднял меч, убрал его в ножны, а потом с невероятным терпением поклонился бабуле и проговорил сквозь накрепко стиснутые зубы:

— Приношу свои искренние извинения, леди Астарс.

— Лучше бы перед внучкой моей его просил, — отмахнулась бабуля, сменяя гнев на милость и мягко улыбаясь.

— Леди Астарс, — чуть было не простонал эти слова молодой маркиз.

— А что? Вмешиваться в такой ответственный момент смелости и дерзости хватило, а элементарно извиниться за это нет? — и ещё совсем не по благородному укоризненно поцокала языком, вгоняя Леварта в большую краску. — Милый, я всё понимаю, чувства сложно перебороть, но, как тебе уже не раз было сказано, Лиа тебе не пара. Ты, насколько мне известно, нашёл прекрасную девушку, которая может составить тебе не менее прекрасную партию.

— Могла, — тихо поправил он, а я с тревогой отметила опустившиеся плечи. Словно силы покинули его, а невидимый стальной стержень всё же надломился.

Кирэну, судя по нахмурившимся бровям, тоже такая резкая перемена не понравилась, но и облегчение он точно испытал — попытался незаметно выдохнуть, когда думал, что это не заметят. Так волновался? Интересно прям от чего? От того, что момент был особенным? Но вроде так решительно действовал, отмахнувшись от всего. А может взволновался, когда подумал на Дарганда как соперника, непреодолимую помеху, что убьёт уже мою решимость на полный союз с ним?

От подобной мысли в груди стало ещё теплее. Правда, тот внутренний холод, вдруг проснувшийся после воздействия итрита, никуда не делся, но и никак не повлиял на мягкую волну рождающихся чувств. Странно? Странно. И до невозможного приятно.

— Могла? — тем временем переспросила бабушка, озадаченная прошедшим временем. Меня это тоже вернуло к разговору.

— Вам ли не знать, чем карается нападение на членов вашей семьи, — ещё тише выдохнул мужчина. В комнате повисла тишина. — Верно, ничем хорошим. Ни для зачинщика, ни для исполнителя проблем.

— Ох, милый, — леди Тифида подплыла к нему ближе и осторожно погладила плечо, дрогнувшее от мертвенного холода прикосновения. — Эта девочка стала тебе дорога, я права?

— Что теперь об этом говорить, — вздохнул маркиз, выпрямляясь. Повернулся ко мне и склонил голову: — Прости, Лианта. За всё, — а затем резкий разворот к выходу и скорый уход.

За «всё», да? Ну, собственно, это самое «всё» несёт в себе очень много смыслов и слоёв. И просто так его говорить, без конкретного объяснения, — это опасаться, что тебя неправильно поймут. Но Дарганту было не до уточнения. Он слишком сломлен, как бы сильно ни храбрился. И показывать свою слабость ему ещё сложнее, поэтому и ушёл.

— Бабуль, — позвала я старшую леди, попутно беря за руку ещё немного напряжённого Кирэна, — по сути Алитана лишь действовала под чужую дудку. И будучи использованной пострадала больше всей нас.

— Хочешь её спасти от казни? — понимающе улыбнулась призрачная леди.

— Хочу, чтобы Даргант спас её, — подмигнула ей я.

А что? Это же будет весьма в его рыцарском духе, да и, если получится, то их чувства к друг другу это только укрепит. Девушка в любом случае почувствует себя спасённой и защищённой, а если спасителем будет любимый, а не её возможная жертва, это более идеальный исход непростой ситуации. Пусть и ей достанется немного сказки.

Надеюсь, такое решение нам не аукнется, и Ристила с её кукловодами ещё не слишком глубоко пустили свои гнилые корни в эту молодую душу.

Глава 23

Едва шаги Дарганта стихли, как бабуля, будто ничего не замечая, развернулась и уплыла в гостиную. Слишком показательно уплыла — вроде и не торопясь, но и не медля. И как только от её призрачного тела не осталась на стенах и намёка, Кирэн мгновенно выхватил из пряжки ремня маленьких секретный кинжал и, опускаясь на колени, полоснул себя по ладони.

Я даже ахнуть не успела, как мужчина, держа раненную руку лодочкой, чтобы кровь набиралась, но не вытекала, начал произносить клятву:

— Здесь и сейчас, пусть не перед ликом, но под взором Богов и Предков, я прошу вас, леди Лианта Элиа Астарс, стать моей женой, прошу тебя, моя пара, стать частью души. Моя кровь, моя магия — да станут они гарантом и свидетелями моей искренности, да покарают меня коль это ложь.

Озерцо крови в ладони мягко засветилась белым светом и слегка колыхнулась — верные признаки правды и истины в словах и желании приносящего клятву. Сама не поняла, что задержала дыхание в ожидании этих эффектов. А дождавшись, опустилась на колени, едва не рухнув — ноги ослабли от эмоций, разрывающих душу, — взяла его ладонь в свои, приблизилась и мягко подула на кровь, раздувая магическое «пламя» и давая ему разгореться.

— Здесь и сейчас, — начала я с трудом повтор клятвы, удерживая голос от срыва, — пусть не перед ликом, но под взором Богов и Предков, я, леди Лианта Элиа Астарс, принимаю тебя, Кирэн Рэнур, своим мужем, принимаю тебя, моя душа. Взамен прошу того же, — пока говорила, взяла его же кинжал и надрезала осторожно ладонь точно над его «лодочкой». — Моя кровь, моя магия — да станут они гарантом и свидетелями моей искренности, да покарают меня коль это ложь.

— Принимаю, — выдохнул завороженно Кирэн, почти не моргая смотря мне точно в глаза.

Наша кровь смешалась, и белое пламя магии стало уже видимым и ощутимым. Оно поглотило кровь, показывая, что Боги и Предки услышали и приняли наши клятвы. Так мы продолжали смотреть друг на друга ещё несколько минут, пока мужчина первым не встал, помогая мне подняться, придерживая за талию. И даже выровнявшись, мы не разорвали объятий, не прервали взглядов. Не знаю, чего мы ждали, но клятвы ещё и телесно нужно было закрепить. Минимум поцелуем.

Я привстала на носочки и начала тянуть теперь уже мужа за ворот рубашки на себя, чтоб дотянутся до его губ. Понимая мои действия, Кирэн сам наклонился и накрыл мои губы своими. Сначала, я подумала, что простого поцелуя будет достаточно, но как только губы соприкоснулись, на нас словно морок навело.

Мы целовались так, будто от этого зависела наша жизнь — жадно, самозабвенно, отдавая себя действу. Объятья становились крепче, дыхания всё меньше. И, думается мне, если бы не возвращение бабули, то вся эта наведённая силой магии и клятв страсть закончилась бы бурным соитием на заманчивой своей близостью кровати.

— Кажется, я вовремя, — усмехнулась увиденному леди Тифида, наблюдая, как бы пытаемся отдышатся, но не расцепляем рук и тел. Я каким-то неведомым образом оказалась приподнятой над полом и прижатой к телу своего некроманта да так, что сама его бёдра ногами обняла для удобства.

О, Богиня! Какая постыдная картина предстала перед бабушкой. И хорошо, что только перед ней.

— Ну, думаю, — осматривая мои пылающие щеки и довольную улыбку Кирэна, хмыкнула старшая родственница, — я могу вас поздравить с божественной свадьбой?

— Да, — прохрипела я, сползая с тела мужа и отмечая для себя, что оно не осталось равнодушным к случившемуся.

— Благодарю, — кивнул тот, прижимая меня к себе так, чтобы скрыть своё интересное состояние от леди. А может ещё и показать мне, что там всё куда сильнее, чем я могла почувствовать до этого.

— Вот и прекрасно! — почти пропела бабуля Тифида. — Тогда быстренько умывайтесь и завтракать — стол в гостиной уже накрыли, — иначе опоздаете к началу совета. Андисар против ничего не скажет, но и ситуация сейчас нервная, от чего и он дёрганный. Кажется, даже не спал толком этой ночью, — и сокрушённо вдохнула.

Что ж, тут она была права. В таком деле лучше разобраться побыстрее. Да и не думаю, что совет пройдёт, как и все предыдущие. Прям чувствую, что и времени побольше заберёт, оставив без обеда, и нервов съест не мало. Но это лучший из исходов. А вот если что-то пойдёт не по плану? Такой вариант событий тоже нельзя исключать. Слишком многое происходит как в мире и стране, так и в этих стенах. Что же до того, что скрыто так, что даже Богам не разглядеть, я и вовсе молчу.

Поэтому помывка, замена одежды на чистую и свежую, а потом и завтрак — проходили быстро, чётко и почти без слов. Только от мимолётных прикосновений, поцелуев, объятий, от обжигающих и многообещающих взглядов друг другу мы с Кирэном всё же не удержались. Душа пела от счастья, а по телу то и дело пробегались приятные мурашки. Как бы хотелось продлить это состояние подольше. Но ситуация не позволит.

И она явно куда хуже, чем успела вызнать бабуля. Это стало понятно, стоило переступить порог зала среднего совета, больше похожего на уютно устроенную гостиную с камином и диванами, и встретиться с тусклым, но цепким взглядом мрачного Императора. Боюсь даже знать, насколько страшна эта упущенная деталь.

Местом, отведённым для нас, стал небольшой диванчик, поставленный по правую сторону от кресла-трона Его Величества и в небольшом повороте к нему. Диванчик слева уже занимали принц Алариан и генерал Гард. Остальные члены совета и приглашённые слушатели занимали свободные ряды кресел и диванов у стен и окон.

Все были на своих местах, как собирались обычно в таких или подобных случаях. Разве что раньше для принца и генерала были раздельные места, но, учитывая подозрения, павшие на Его Высочество, такое плотное соседство лишним не будет.

— Леди Астарс, — поприветствовал меня Император кивком головы.

— Ваше Величество, — склонила голову я и чуть присела, когда как Кирэн сделал поклон со значительным наклоном тела, но не настолько сильным, чтобы считать его преклонением.

— Вы как всегда вовремя, — усмехнулся генерал, наблюдая краем глаза кто и как скривился от этой фразы. Всё же, если брать в расчёт обычный состав совета, то присутствовали уже все члены, и я пришла самой последней — количество гостей в таком случае и вовсе считать не стоит.

— Рада слышать, — улыбнулась я в ответ и прошла к своему месту.

Сидеть по правую руку с Правителем — это не просто знак признания им моего положения, но и показательное представление для всех, что я далеко не последний человек не только в совете, но и в иерархии Империи. Обычно такое место занимает либо наследник, либо любое другое второе лицо во власти. Поэтому изумлённые лица некоторых присутствующих выглядели… особенно ярко. И если большинство из них просто недоумевали, то вот парочка побагровела от еле сдерживаемой ярости. Думаю, на всякий случай стоит приставить к ним по призраку, как говорится, от греха подальше.

Кирэн сел рядом со мной, но даже это вызвало той же реакции, что была со мной. Может приняли его за простого сопровождающего со стороны силовых структур? Думаю, именно его наличие подле меня так или иначе успокаивали возмущённых. Вот только причин такому я пока не рассматривала, но и забывать не собиралась, чтобы обдумать по ходу разбирательства или позже.

Задумавшись, я пропустила вступительную речь Его Величества, так что пока пришлось отодвинуть в сторону все размышления, чтобы ничего не пропустить.

— Иными словами, — продолжил говорить Государь в полной тишине, — Империя на грани войны. И враг может напасть в любой момент.

— Враг? — осторожно подал голос граф Флис. — Уже известно, кто именно из соседей решился на предательство?

Что ж, вопрос закономерен. Да и некоторые мужчины от него невольно заёрзали на своих местах, ведь именно их земли, их владения и семьи находятся как раз на границах, и если произойдёт вторжение вражеских войск, то первыми пострадают они.

— Вам, Далор, переживать нет нужды, — ответил ему старый генерал, насмешливо сощуриваясь. — А вот графу Лосту, виконту Эстису и барону Шарси… — от паузы названные, кажется, даже дышать перестали, — тут уж как повезёт. Но готовится нужно всем. Армия, все виды припасов, чтобы в любой момент либо покидать атакованные земли, либо баррикадироваться в замках до прихода подмоги. Не мне вас учить.

— Значит напасть может как королевство Вастия, так и империя Баяндор, — вслух то ли спросил, то ли утвердил общее мнение кто-то из гостей. Кто именно, я не видела со своего места, но по голосу узнала одного из старших сыновей виконта Тальского. Кажется, их земли как раз граничат с баронством Шарси.

— Напасть может и теократия Дианса, — кивнул на его предположения барон-сосед.

— На счёт Дианса можно не волноваться, — хмыкнул Гард-старший. — В этом противостоянии теократия на нашей стороне, — и указал на незамеченного ранее одного из гостей. Если не присматриваться, ну лорд, как лорд, но отличительные знаки на его одеждах явно говорили о принадлежности к вышей жреческой касте теократии.

И пока высокий гость вышагивал в перёд и выказывал своё почтение лордам, Шарси успел покраснеть, побледнеть и явно несколько раз взмолился Богам, чтоб его слова не приняли за неуважение такому важному гостю.

Эх, это только начало совета, а уже такие события. Но даже я не ожидала такого гостя. Всё же теократия Дианса — довольно проблемный сосед, который совершенно не признаёт монархию и аристократию, только святость и связь с Богами. Но уж если Высшее Духовенство решило заключить с нами мирный договор с взаимопомощью в любых вопросах, то в их былое мнение точно вмешались Высшие силы!

Это понимала не только я с генералом и Императором, остальные присутствующие тоже оценили масштабы происходящего. И это только от одного присутствия представительства правящего жречества на таком важном совете, а что с ними будет, когда Его Величество перейдёт ко второй основной теме встречи.

Что-то я волнуюсь.

Глава 24

— Итак, — вздохнул Его Величество, окидывая взглядом всем присутствующих, едва гость вернулся на своё место — оказывается, его расположили на отдельном кресле во втором ряду приглашённых, но достаточно близко к Правителю. — Как многие из вас подозревали, сегодняшнее собрание будет не только по причине надвигающейся войны. Да, эта тема тоже не менее важна, но не так, как то, что происходит буквально у нас под носом.

И чем больше он говорил, тем напряжённее становилась атмосфера в зале. Да, потрепала им нервы ситуация, а учитывая прореживание рядов власти в прошлом, многие опасались, что в этот раз им тоже перепадёт. Повезёт, если кто-то отделается лишь штрафными санкциями в определённые суммы, что пойдут на обеспечение будущих военных действий. А если нет? Почти никто из них не был уверен в своей невиновности, а значит головы могут полететь в каждом знатном роду, даже если они толком и не виновны.

— Но для начала, — прищурился на мрачные лица Император, — Алариан! — принц от грозного зова родителя дрогнул, но на ноги поднялся. — Предстань перед своим государем.

Его Высочество прошёл чуть в глубь зала, чтобы быть в трёх метрах от «трона», повернулся к отцу лицом и преклонил колено. Даже голову склонил. Вот только действовал так, будто чувствовал себя в полной безопасности. Неужели не знает, что его может ожидать?

— Ваше Величество, — покорно и спокойно произнёс он, под скептический хмык бабули, решившей, что всё же присутствовать рядом со мной на собрании куда полезнее и важнее, чем опасность быть почувствованной магами.

— Ответь мне, сын, — последнее слово Андисар произнёс с нажимом, — каковы твои успехи в науках?

— Выше тех, что указаны законом, как норма для аристократии и правящих семей, отец, — не поднимая головы, ответил принц.

— Тогда ответь на один единственный вопрос: когда и при каким обстоятельствах Леврант окрасил свою шерсть в белый цвет?

Вопрос был прост в той его простоте, как пустая серая стена. Вот только не зная, что за ней есть богатая комната, заметить подвох невозможно. Так и принц, ничего не подозревая, поднял голову и гордо ответил:

— При Юрвиасе Первом Белом! Когда наш предок завершил двухсотлетнее объединение четырёх королевств, семи княжеств и тогда ещё существовавшей Империи Рустар под одним знаменем, одной властью, одной короной.

— Что ж, — вздохнул Его Величество, и этот вздох показался мне тяжёлым, — историю ты выучил хорошо для принца, но и только. Ты не ответил на мой вопрос так, как требовалось от тебя как от наследника, — а на растерянный взгляд сына добавил: — Знаешь ли ты, где ошибся?

Если до этого кто-то ещё позволял себе шепотки и переглядки, то теперь зал поглотила полная тишина. Я даже огляделась — а дышат ли присутствующие, не покинули ли души тел от удушья? Но всё было в порядке. Разве что генерал Гард усмехался и даже подмигнул мне, заметив мой взгляд. Его вид и поведение подсказали, что всё происходящее продумано пошагово, и мне нужно лишь довериться и плыть по течению, пока ситуация позволяет.

— К моменту назначения Юрвиаса Эдартского наследным принце леврант уже был белым, — ответил Император, обескураживая половину присутствующих с неменьшей силой, как своего сына. Ведь официальную версию знают все, потому что ей учат всех, но истину… — А что послужило смене его цвета? Всё же цвет нашей семьи из завета предков — золотой! Неизменно и навсегда. Его носишь ты, носил я и все члены нашей семьи, не тронутые Леврантским венцом. Так почему же леврант белый? — почти гаркнул во весь голос Император да так, что дрогнули даже стены. Что уж говорить о побледневших людях.

Зато бабушке очень понравилось такое! Леди Тифида буквально сияла довольством и наслаждением. Хорошо, что сдерживала себя, иначе седых волос прибавилось бы у всех, проявись она сейчас перед нами.

— Не знаешь? — недобро прищурился Правитель. — Так по какому праву ты считаешь себя наследником, рассчитывающим занять престол после меня? Как смеешь ты надеяться на это, когда ты всего лишь Эдарский, лишь золотой, но никак не Белый? Только потому, что ты мой сын? Так и мой брат был сыном моего отца! Братья моего отца вместе с ним были сыновьями моего деда! И далее по роду до самого его основания Эдартом Первым Золотым! Все были золотыми, и, судя по всему, останемся ими до конца моей жизни, но не более, — а это уже было сказано тихо и с горечью.

— О-отец, — дрожал бледный и сломленный его словами Алариан. Он был слишком растерян, потерян и ничего не понимал. Разве что последнюю фразу отца, являющуюся фактически смертным приговором ему.

— Ваше Высочество, — подал голос генерал Гард. Говорил мужчина спокойно, сдержано, но я видела триумф в его глазах. Так доволен низвержением принца или тут что-то другое? — Подумайте хорошенько, о следующий своих словах, отвечая на вопрос: вы готовы отдать свою жизнь золотому левранту?

Вроде простой вопрос, ответом на который может быть простые «да» или «нет», тем более после речи Его Величества. Вот только оба были бы неправильными и привели ответившего на плаху. Ответы же об отдаче жизни за белого зверя или нежелании этого делать — тоже. Поэтому генерал заранее дал подсказку об обдумывании, где почти каждый ответ — билет на эшафот. И лишь один верный.

И пока принц обдумывал его — долго затягивать он тоже не имел право, — я пыталась понять причины столь яркой публичности только что произошедшего. Только под конец речи Император я поняла, что происходит посвящение в наследники, которое Правители обычно проводили либо наедине с выбранным для этого сыном, либо в присутствии двух свидетелей силы — генералами официальным и скрытым.

Видимо, в этот раз традиции пришлось немного изменить в связи с обстоятельствами и грядущим, а ещё с тем, что действовать скрытно больше не имеет смысла в том понимании, каким оно было ранее. Ну и ладно, это может быть куда удобнее во многом, перекрывая минусы.

Принц вернул себе устойчивую коленопреклонённую позу, положил правую руку ладонью на сердце и покорно склонил голову со словами:

— На всё лишь твоя воля, мой Повелитель.

— Вот и помни об этом, Алариан Белый, — гордо произнёс Император, принимая такой ответ и, одновременно с этим, официально называя сына наследником. — И вот тебе мой первый приказ — принеси клятву верности Белой Леди, и коль она сочтёт тебя достойным, прими Её клятву.

Народ вокруг едва успел выдохнуть то напряжение, что скопилось за наблюдением, как новая фраза заставила их ошеломлённо замереть. Многие из них, я уверена, лишь догадывались или носили в себе лишь домыслы о слухах о существовании носителя этого звания — Белый Лорд или Белая Леди. Они были только мифом императорского двора, передаваемым из уст в уста.

Но Его Величество взмахом руки и раскрытой вверх ладонью указал на меня, когда принц понял на него внимательный взгляд. Что-то в его глазах такой промелькнуло, похожее на догадку, но спешить что-то говорить он пока не собирался. Поднялся с колена, повернулся лицом ко мне и снова его преклонил, чтобы проговорить слова стандартной клятвы верности для человека его положения.

В неё входили и слова о защите моего рода, о помощи ему, о ненападении и искоренении любой злой мысли и слова, что могла быть в его душе, сердце и разуме. А ещё, что коль моё слово весомее, то ничто ему не преграда, пока оно истинно. В ответ я, сделав весомую паузу, будто обдумываю его слова, произнесла слова принятия и высказала свою часть клятвы, где обязала себя почитать и защищать его, его детей и род до тех пор, пока верна его клятва и сильно его слово.

Своими словами я приняла его как кронпринца, дав официальное начало его пути наследника. Поэтому Его Величество под всё ещё держащуюся обескураженную тишину гостей — даже Высший клирик теократии поражённо молчал и жадно впитывал происходящее, — начал уже знакомые мне слова:

— Сын, мой наследник и моя кровь, пришло время и тебе узнать истину. Во времена, когда леврант ещё носил златые доспехи войны завоевания, на его пути было маленькое королевство, стёртое теперь, но лишь с карт. Оно носило название Астарсиан, в честь его древнего правителя. Там правили законы, дарованные самими Богами, там каждый чтил Богов и следовал Их воле, от простого крестьянина до короля. И когда Тарвиас Третий Золотой пришёл к ним с кровавым мечом, то пал, — по залу прошлось ошеломлённое «Ах!», ведь по записанной истории всё было наоборот — он вышел победителем, а маленькое королевство пало в лету. — И пал в течение дня. Его схватили и привели в тронный зал, где король Лавилий Лос Астарс очень доходчиво объяснил ему его ошибки. И она заключили мир между нашими семьями, обменялись клятвами, и, волей Богов, стали частью нашей империи взамен на сохранение жизней — обоих государств и всех последующих. Ибо это завоевание было последним, а леврант стал белым и будет им до тех пор, пока клятвы наследников и правителей нерушими.

Моя кожа уже горела от взглядов мужчин, которые сначала не верили в совпадение между названием древнего королевства и моей фамилией, а с подтверждения Его Величеством их мыслей я только что стала самой желанной для них персоной в матримониальном смысле. Ну и самой опасной, потому что половина из них восприняла меня скорее как угрозу их силе, власти и влиянию, но открыто показать своё отношения теперь уже не получится, если не хотят вызвать гнев Правителя и наследника. А уж в предверии войны это ещё опаснее — их войска могут оправить в авангардах, а их деньги отобрать «на благо страны», пока сами семьи отправятся в опалу.

О, да, я знаю их мысли и желания, а также опасения. Спасибо призракам их бывших слуг! И бабуле, отправившей их проследить за бывшими хозяевами. А теперь ещё и Величеству. Хотя тут спорная благодарность. С одной стороны хорошо, что теперь у меня меньше проблем с ограничениями и секретностью, а с другой — с открытием моей личности и власти проблем прибавиться в других областях жизни.

— И наш долг сделать всё для этого! — продолжал Император, разрешая сыну подняться с колен и вернуться на место. Правда, эти слова были обращены всем собравшимся. — И таким образом мы перешли к следующей теме нашего обсуждения. Правда, это уже решено. И вот наше высшее решение, — Его Величество поднялся на ноги, следом встали и все мы, — Именем левранта и Богов, Именем моей семьи я, Андисар Летуви Эдартский, Золотой леврант, высшим дозволением возвращаю леди Лианте Элиа Астарс, Белой Леди, Белому Генералу, а также её семье, все права и титулы! Да примут Боги!

— Да примут Боги! — отозвались все, а комнату вдруг заполонил морозный аромат и холодок, лишая оставшихся скептиков последних сомнений в происходящем, ибо Боги услышали. Боги приняли.

Богиня приняла!

Глава 25

Стоило всем вновь занять свои места, как генерал Гард подал кому-то знак рукой. Не прошло и половины минуты как центральные двери открылись, и в зал вошла Ристила Ульвиа. Гордо вошла, степенно, словно уже была императрицей, а не всего лишь назначенной невестой принца. Вот только её уверенность явно пошатнулась, когда взгляд ледяных карих глаз наткнулся на меня.

Удивительно, как ей силы воли хватило не измениться ни лицом, ни манерами. Видимо, её отлично подготовили встречать любые неожиданности и держать при этом себя неизменной, какой бы бури внутри не было. Но я всё равно успела заметить изменения — ещё недостаточно хорошо готовая, либо просто расслабилась, будучи уверенная, что враг в моём лице устранён.

— Леди Ульвиа, — поприветствовал её Император, когда девушка остановилась в трёх метрах от него и присела в реверансе.

Вот же, даже не скрывает своей наглости или специально выставляет напоказ своё положение? Всё же расстояние даже в таком место имеет место быть. Близко могут быть только приближённые или родственники, которым правитель доверяет. Обычно такое расстояние — от двух до трёх метров до трона. Остальные аристократы останавливаются до черты в пять метров, о десяти и более для простого люда и говорить не приходится.

А она… Неужели, всё ещё думает, что может войти в правящую семью и взойти на трон? Если да, значит, ей пока ничего неизвестно из того, что её ждёт! И реакция на меня тому явное подтверждение.

— Поднимитесь, леди, — дал разрешение Его Величество, словно случайно забывшись и заставив девушку подольше постоять в напряжённой позе.

Конечно, почти всем этикет преподаётся так, что большинство движений тело делает на автоматизме. И всё же долго находится в неустойчивой позе невозможно, сколько не тренируйся. Мышцы рано или поздно начнут сдавать — дрожать, каменеть, а потом и вовсе отказывать, опасно расслабляясь. Вот и мелкая дрожь пробила ноги леди, когда она поднималась и возвращалась в вертикальное положение. Как бы не старалась она скрыть этого за плавностью движений.

— Леди Ристила Ульвиа, — величественно произнёс Император начало своей речи. Девушка аж расправила плечи сильнее, а глаза так и сверкали довольством, сколько она себя не пыталась одёрнуть, пряча торжествующий взгляд за пышными ресницами. — С сего момента и до конца вашей жизни, с Нашего Великого повеления, вы… лишаетесь всех титулов и заслуг, а также попадаете под полную опалу всего общества нашей Империи!

Девушка вскинула полные неверия глаза на Правителя и с каждым его новым словом бледнела всё сильнее, то и дело открывая и закрывая безмолвно рот. Казалось, ещё секунда — и она упадёт в обморок. Её официальный сопровождающий — кажется, это поверенный её семьи — тоже очень растерялся и бегал глазами от леди к Императору и обратно.

Думаю, он и вовсе бы не бросился её ловить, потеряй она сознание, настолько сильно было его непонимание ситуации. А вот приставленный к ним человек генерала быстро сообразил близящийся конфуз, подлетел к леди и придерживал руки рядом, чтоб словить.

И ловить, действительно, пришлось. Едва Государь закончил, и повисла тишина, Ристила бросилась к кронпринцу с глазами, полными слёз и жалобным зовом того по имени. Подчинённый Гарда мгновенно схватил её за талию и руку, когда та стала отбиваться. И чем больше эта сцена происходила, тем отвратительнее смотрелась.

Что порадовало — Алариан никак не отреагировал на это всё. Ни на крики со слезами от бывшей невесты, ни на возню перед ним. Просто сидел и был практически копией своего отца. Сейчас он мне как никогда ранее напоминал того Андисара, которого я встретила впервые. И когда был напуган гневом родителя, и сейчас, получил его благословение и поддержку.

Отсутствую чувств к Ристиле я и вовсе не удивилась. Почти все браки в высших кругах заключаются по расчёту — фактически у девяносто девяти человек из ста он такой, — и очень везёт тем, кто всё же находит не только почтение и уважение в таком браке, но и любовь. Андисару повезло — ныне покойная Императрица любила его до самого конца тяжёлой болезни, а он её тоже и так сильно, что больше не женился. Его отцу поначалу тоже, пока не вмешались те сволочи…

Алариан же… его не тронула Ристила. Ни душу, ни сердце. Можно было бы подумать, что всё предыдущее, что было между ними, лишь игра или, наоборот, холодный расчёт на хорошие будущие отношения. А может даже кронпринц и вовсе был под каким-то влиянием, которое спало с него сразу, как только отец высшим дозволением дал ему иное и ранее никому неизвестное родовое имя, тем самым снял любые воздействия и положил новую, более мощную защиту. И теперь парень тоже почувствовал, поэтому даже не подумал вмешаться, чем только больше вывел Ристилу.

— Это ты! — мгновенно изменила она, и вместо слёз и жалобных выкриков полились угрозы и рычание, но уже в мою сторону. — Ты что-то сделала! Я права? Думаешь, что такая важная, да? Думаешь, твоя грязная кровь такая особенная?

Всего несколько слов, брошенный в злобном запале, и у её горла остриё аж трёх мечей, заставляющих поражённо замолчать. Генерал, принц и мой муж — все трое в одно мгновение и не сговариваясь вскочили на ноги и обнажили мечи.

— Достаточно, леди, — убийственно холодно произнёс Его Величество, заставляя ту дрогнуть всем телом. — Надеюсь, вы осознаёте свои слова и их последствия, раз позволили себе такую вольность в отношении члена королевской семьи в присутствии представителей других стран и вашего суверена. А раз так… — мужчина поднялся с «трона» и громогласно произнёс: — Высшим словом приказываю: леди Ристилу Ульвию немедленно увести и передать ордену Альстал! А по завершению его действий — казнить! Всех связанных с ней найти, допросить и оценить их степень вовлечённости. Разрешаю казнить любого, в случае сопротивления или утайки важных улик, остальных — непричастных или просто вовлечённых по незнанию — в опалу до конца дней третьего поколения без возможности помилования.

— Так это правда, — торжествующе выдохнула схваченная под руки Ристила, смотря неотрывно на меня, — высшая дрянная кровь. Тьфу, сука! — грубо выругалась она и даже сплюнула себе под ноги. — Нужно было сразу тебя убить, а не сусолить с ритуалами и интригами. Что, сдохнуть спокойно не могла?

Кажется, у неё совсем крыша поехала столько выдавать. А может просто терять стало нечего. Вот же глупая, а ещё такой умной и хитрой казалась. Хотя, такой было бы легче управлять, сядь она на трон. Умная Императрица — проблемы для заговорщиков, а не помощница.

— Нет, ты посмотри на неё! — не выдержала бабуля, гневно пыхтя. Её эмоции вышли из-под контроля и сделали белую полупрозрачную фигуру видимой всем. — Не только страх потеряла, но и последние мозги? — подлетела к онемевшей от страха глупышке, начавшей оседать на ослабевших ногах. Думаю, если бы не руки генеральского помощника, давно бы там распласталась.

Впрочем, многие взбледнули, осели или отшатнулись подальше от потусторонней фигуры. Клирик теократии и вовсе вскочил на ноги, вскинул руку и стал чертить ладонью в воздухе защитные фигуры. Магией они не были, так как силы в них он не вливал, поэтому являлись скорее реакцией на подобие нашего русского «чур меня» с тройным крестом на тело.

— Леди Астарс, прошу вас, успокойтесь, — вздохнул Император, обращаясь к бабуле и привлекая её внимания.

— Я-то успокоюсь, — гордо расправила она плечи и многообещающе улыбнулась полуобморочной, — но про оскорбление не забуду. В полной мере за него спрошу, как только придёт время посмертия этой дряни и её помощничков. Кукловодов достать не обещаю, — развернулась она к Правителю и чуть склонила голову, — всё же не быть их душам в нашем мире после смерти.

— Что вы имеете в виду? — нахмурился Андисар.

Видя, как спокоен Его Величество, стали приходить в себя и остальные гости и члены собрания. Даже религиозный гость успокоился и внимательно вслушивался в слова леди Тифиды. Особенно его заинтересовало знание о посмертии у одних и его возможном отсутствии у других.

— Те, кто действовал тогда, двадцать один год назад, и те, что действуют сейчас, — одни и те же. И их цель проста — искоренить наш с Лиантой род. Ведь мы — потомки тех, когда Последняя Богиня даровала свою силу и дозволение править от её имени. Они же, — указала в сторону Ристилы, — подчиняются чужому Богу, который нашептал им, что, убив нас, они не только избавятся от мощного врага, но и станут бессмертными.

— Бессмертны лишь души, — сказала я прописную истину, известную ещё из моего предыдущего мира, из предыдущей жизни и подтверждённую Богиней.

— А этим предателям последний путь будет закрыт, — кивнула бабуля. — Как и вам, лорд Висти, — резко обернулась она на притаившегося у самой дальней стены барона.

Он был тем, часть границ которого была частично совмещена с границей Империи Баяндор, но так, что на него, как на предателя никто бы никогда и не подумал. А сейчас, когда бабушка во всеуслышанье объявила его таковым, субтильный седой мужчина с невероятной прытью бросился прочь с зала. Да только перехватили его тоже оперативно и так же быстро подтащили к опальной леди Ульвии, усалив на колени перед удивлённым Государем.

— От кого не ожидал такой низости, так это от вас, — тяжело вздохнул Император. Всё же, если я правильно помню, их деды были друзьями и почти побратимами, полными верности и уважения друг к другу.

— Низости? — криво усмехнулся лорд Висти. — Это вы и ваш род полон низости! — и столько гнева и затаённой обиды было в его словах. — Вы помните, как обещали мой милой маленькой сестрёнке жениться на ней? Обещали, одаривали, а в итоге женились на сучке из рода повлиятельнее! Мавика так страдала! Обесчещенная вами и больше не имевшая возможности хорошо выйти замуж! Вы бросили, наигравшись вдоволь, и забыли! А когда она пришла к вам тайком и заплаканная, чтобы просто спросить о причине вашей холодности к ней и вашему ребёнку, под её сердцем, просто выгнали и обозвали лгуньей! И ещё говорите, что я поступил низко? Вы довели её до самоубийства! Лишили наш род радости и света в жизни!

Мужчина распалялся всё сильнее, люди вокруг обескуражено молчали и молча переглядывались, а Его Величество не понимал ни слова. Зато, кажется, мы с бабушкой многое поняли. И то, где, как и с чьей помощью могли скрываться убийцы нашего рода, а то, кто всё это время портил всё изнутри, действуя под дудку, звучащую снаружи.

— А не пришло ли вам в голову, что Его Величество, тогда ещё принц Андисар никогда до, как вы говорите, слёзной тайной встречи и знать не знал о вашей сестре? — тихо просила леди Тифида, но её слышали все.

— Да кто поверит вам? — выплюнул ядовито в её сторону барон.

— А мне ты поверишь, Ларан? — тихо прошептал появившийся рядом призрак молодой глубоко беременной девушки, с невероятной тоской и горечью смотревшей на мужчину, тут же потерявшему запал.

Глава 26

Всё произошло так, как мы и подумали с бабулей. Один из приспешников наших истинных врагов имел дар иллюзий и прекрасно им пользовался. Ему хорошо заплатили, чтобы он брал на себя личину младшего принца и сделал всё, чтобы разгорелся скандал.

Сначала они хотели сделать так, чтобы Андисар женился на Мавике, якобы забеременевшей от тайного романа с ним, чтобы через её брата, на которого тоже успели начать влиять, воздействовать на императорскую семью со второй точки, когда первой была его мать, за которой шёл и старший принц. А потом, когда не получилось — Андисар уже был тайно женат на любимой, и она даже успела забеременеть Аларианом, — помогли бедняжке уйти на тот свет, чтобы выставить всё как самоубийство на почве горя и бесчестия, а потом использовать этот козырь на Ларане.

И у них получалось до сегодняшнего дня. Пока через силу бабушки душа Мавики не услышала её зов, находясь на границе, где было родовое имение и склеп, и не поспешила к Тифиде, чтобы всё рассказать, предупредить. На вопрос же «почему так долго?», ответ был простым:

— Они расставили по дому и всей земле вокруг него, включая родовое кладбище и склеп, какие-то чёрные камни, да и я находилась будто в полусне всё это время, всё видела, всё слышала, но ничего сделать не могла. Мне казалось, едва ли прошёл год, но… сон оказался куда длиннее. И вот недавно, словно оковы спали, так легко стало, и я услышала зов леди Астарс, — и кивнула на бабулю, а потом поклонилась мне, выказывая почтение.

— Чёрный камень? — переспросил клирик теократии, слушавший рассказ души очень внимательно.

— Да, — кивнула та, поворачиваясь к нему всем своим прозрачным телом, — матовый, формы конкретной нет, но от них исходит жар, словно зной. Чёрный, душащий и сухой.

— На счёт ощущений — мне они неизвестны, хотя многие, если не все магические и полумагические камни, руды и минералы известны каждому, хоть как-то занимающемуся магией, — задумался мужчина, пока на его слова кивали гости, обладающие и магией, и знаниями. — Описания внешнего вида похожи на обсидиан, конечно, но и за это сложно ручаться. Всё же, наверняка, душа умершего может чувствовать и знать то, чего не подвластно живому.

— Верно, — согласилась я с его выводом. — Но камень мне хорошо знаком. Это шерлит, одна из разновидностей турмалина. Обычно камень имеет отблеск как у стекла, но учитывая чувства Мавики и то, что она будто прибывала во сне, его пропитали тёмной магией. Магией хаоса, неизвестной этому миру. Она выводит всё из баланса, переворачивает с ног на голову и искажает действительность до неузнаваемости. Поэтому, когда пропитывает камни и минералы, делает их чёрными и матовыми. Логично, что предпочтительно сразу брать такие, чтобы незаметнее было, чтоб знающие не присматривались.

— Думаешь, они обставили почти всё баронство Висти этой гадостью, для прорыва? — нахмурилась бабуля.

— Скорее всего, — пожала плечами. — Всё же земля пропиталась за столько лет основательно, ведь камни подпитывались постоянно. И даже если бы началась война, как одна из мер подпитки хаоса, то ни мы, ни Баяндон просто ничего бы не поняли в пылу битвы, пока не было бы уже поздно. Так что да, ты была права, — вспомнились мне её слова, — они сделали всё, чтобы стать «видимыми» нам уже в самом конце своего плана, давая нам кружить по лабиринту их задумки, пока в центре разрастается брешь.

— Брешь? — переспросил Император. — В другой мир?

— О чём вы, Ваше Величество? — ахнул один из советников, другие вообще старались дышать незаметнее, боясь пропустить хоть слово.

— Леди, вы позволите? — посмотрел на меня вопросительно Император, а, получив кивок, поведал о моей встрече с Последней Богиней и Её волнениях об иномирном «вторжении». — И нам нужно сделать всё, чтобы не дать этому произойти. Думайте, советники и гости, что мы могли бы сделать для защиты не только наших государств, но и нашего мира.

— Как я понимаю, — отозвался граф Рудран, как троюродный брат советника по внешним военным делам, с которым сейчас и переглядывался, — договор о невступлении в войну с Баяндором уже невозможно заключить. Остаётся только ждать первый шагов нападения или готовиться начать наступление первыми.

— О превентивных действиях не может быть и речи! — отрезал генерал Гард. — Как леди Астарс и сказала, нельзя допустить появления бреши, нельзя подпитывать её войной. Но и избежать столкновений нам не позволят. Империя Баяндор давно уже не может смириться, что плодородные земли Ласской долины и часть Твалийских гор принадлежат нам единолично, как хозяевам этих земель. Их не устраивает вариант торговли или взаимообмена ресурсами.

— И они слишком уверены в своих силах, — хмыкнул кронпринц.

— Скорее в помощниках, — парировал Эрих Гард, вдруг появившийся из бокового прохода, ведущего в соседние небольшие покои для отдыха советующихся, когда дел много, а кто-то обязательно не выспался или переутомился. Конечно, мало кто знает, что там есть тайный проход в систему скрытых туннелей, связанных со многими важными местами дворца, включая те, что ведут в другие пристройки дворцового комплекса.

— Удалось что-то выяснить? — обратился к сыну генерал, усаживаясь обратно на своё место. Кирэн тоже последовал его примеру, а как только уселся, тут же взял меня за руку и поцеловал пальцы. Почему-то стрельнул взглядом в сторону Эриха, но тот лишь довольно усмехнулся.

— Тебе нет нужды ревновать, — наклонившись к мужу, шепнула я. — У мой друга уже есть жена на последнем месяце беременности вторым сыном.

— Если позволишь, — сверкнул серебром глаз мой милый некромант, — я продолжу это делать, пока мы не достигнем той же стадии отношений. Правда, даже тогда…

— Жду не дождусь, — нависла над нами леди Тифида с ироничным взглядом «не вовремя отвлекаетесь, дети мои». Хотя за ним слишком отчётливо было видно надежду. Да, нам с Кирэном, а потом и нашим детям, внукам и правнукам предстоит хорошо постараться, чтобы возродить роди и дать ему крепкую основу.

Вспыхнуть щекам я не позволила. Нет нужды смущаться очевидным фактам. Да и как-то не ко времени романтичные чувства, когда на пороге столь масштабные проблемы. Но так приятно. В прошлой жизни у меня никак не получалось устроить свою личную жизнь, а тут вон как складывается — мне изначально оставалось только ненавязчиво искать или просто ждать появления подходящей душе пары.

И я с каждым проведённым рядом с мужем часом, с каждой минутой всё больше и больше удостоверяюсь, что Кирэн — лучший возможный вариант, который мог меня ждать в этом мире. Даже не знаю, почему считаю его таким идеальным. Из-за его характера, взглядов, поведения? Я пока толком его не знаю, чтобы дать ответ в таком направлении. Но душа в восторге, как и магия. Возможно, они и делают сейчас своё дело, влияя на нас, чтобы потом было проще, когда они сотрут острые углы притирки, взяв их на себя.

Не скажу, что это плохо. В этом есть свои плюсы, но и минусы присутствуют. Конечно, я их пока не чувствую, поглощённая чувствами внутри и проблемами снаружи. Вон мы уже начали привлекать слишком много внимания, ведь все утихли и готовы продолжать, а мы всё ещё милуемся.

— Нашим силовикам удалось выловить нескольких шпионов Баяндора, спешащих донести хозяевам, что некий ритуал завершён, сила противника уничтожена и можно начинать наступления, — поведал основную мысль Эрих.

— Ты сказал «наступления»? С каких сторон, удалось узнать? — нахмурился военный советник Норан.

— Их будет три со стороны общих границ с нашим зарвавшимся соседом, — усмехнулся сын генерала, — с двух от пособников, среди которых был барон Висти, — обернулся он на всё ещё сидящего на коленях мужчины, которых держал за руки призрак присевшей рядом сестры и тихо с ней переговаривался. — И стоило ждать удара из самого сердца левратна, — взгляд в сторону несостоявшейся принцессы. — Но, думаю, с этими мы разобрались…

— С головой, — оборвала его я, заставляя всех посмотреть в мою сторону. — Никто никогда не действует в одиночку, когда на кону такие масштабы. У барона можно узнать, кто и как ему помогал, вызнать все имена и детали, думаю, он против не будет.

На мои слова лорд Висти обернулся и кивнул, затем вновь вернулся к любованию и к прерванному разговору с Мавикой. Девушка буквально светилась от счастья и, одновременно, печали, что-то говоря брату и иногда, будто неосознанно, поглаживая живот. Надо будет уточнить у неё или бабули — что случилось с ребёнком, кроме его нерождённости. Душа-то уже была в теле, но где она теперь?

— Что же касается леди Ульвии, — упомянутая и старающаяся быть незаметной, бледная Ристила дрогнула всем телом, стоило мне её упомянуть, — её хорошо готовили к миссии о становлении Императрицей и пути к трону. Значит тех, кто её готовил и подготавливал ей дорожку, должно быть достаточно много. Минимум — семья и близкие родственники, максимум — заговорщики и союзники из других стран, которым выгодно падение семьи Эдарт.

— Падение? — пискнула Ристила, находя в себе силы подняться на ноги. Столько возмущения было в её глазах, что я даже удивилась.

— А ты думала, что, посадив тебя на трон и убрав через твои руки и связи Императора, а потом и твоего мужа, они не тронут тебя? — усмехнулась саркастично я. — Ты в их глазах была бы уже использованной во всех смыслах настолько, что даже второй раз тебя замуж бы не взяли, а уж носи ты ребёнка от Алариана, то и подавно убили бы вместе с ним, чтобы не допустить рождения наследника. Это не приходило в твою умную светлую голову?

По тому, как посерело её лицо, Ульвиа и мысли не допускала. А ещё пыталась интриги плести. Хм, таким темпом я начну думать, что всё, что она натворила до переезда во дворец и при недолгой жизни здесь, — дело мысли и рук других.

— Проверить и задержать всех без лишнего шума, — отдал приказ Гард-старший, и один из стражей, стоявший и неотсвечивавший до этого у дверей, помчался выполнять. — Что же касается мест возможного прорыва врага — необходимо найти эти точки и узнать о количестве врага, чтобы быть готовыми встретить их и дать отпор. Лианта, это возможно?

— Уже, генерал, — подтвердила свою кандидатуру на место главы «шпионского отряда». — Но учитывая, что поведал нам о шерлите барон Висти, то простые люди тоже пригодятся в этом деле.

— Вышлю немедленно, — кивнул Эрих и поспешил прочь через главный вход в зал. Вслед за ним выдвинулся и его личный помощник, маячивший до этого где-то у стен, чтобы не мешать.

— Что ж, с этим временные решения выдвинуты и поставлены, — Император взмахнул рукой, и все, стоявшие на ногах, поспешили вернуться на свои места. — Перед тем, как мы перейдём к следующей части обсуждения стратегий и планов на грядущую войну и её предотвращение, я задам один вопрос: есть ли здесь хоть кто-то против Высшего дозволения? — в зале повисла тишина. — Нет? Раз так, леди Лианта Элиа Астарс, — посмотрел на меня, заставляя напрячься, — вы готовы принять Белый Венец?

— Если таково Ваше решение, — заставила я его выдохнуть, но тут же добавила: — Но давайте сделаем это завтра и на виду у всех?

— П-поясните? — ошарашенно переспросил Правитель, явно не ожидавший подобного. У него что, был план? Он меня сегодня перед всеми собравшимися короновать хотел? Судя по взгляду — да.

— Эрих сказах, что в одном из донесений меня упомянули как мёртвую и лишённую сил, если вдаваться в подробности частично. Так почему бы не опровергнуть это на завтрашнем балу таким способом? — предложила я вдруг осенившую меня мысль.

— Это может внести смуту в ряды врага, а также задержать его наступление, выиграв время и нам для плана на счёт иномирного прорыва, — согласился генерал.

— Тогда… решено, — кивнул Его Величество. — Следующий вопрос, требующий решения, — это…

Слушать о распределении ресурсов и войск, об подготовке к стычкам и эвакуации жителей дальних провинций, а ещё сжатые сроки для каждого владетеля земель на всё про всё, у меня совершенно не было желания. Все мысли были заняты появившемся в дверях Древнем, приведшем за собой около десятка призраков и несколько теней, от чего в зале стало довольно прохладно.

Вот же! Только их сейчас не хватало!

Глава 27

Бабуля вылетела наперехват, едва заметила гостей. Но даже это не спасло присутствующих от мертвенного холода, тут же заполнившего зал. Мужчины то и дело передёргивали плечами, потирали ладони и растирали пальцы.

Император вопросительно посмотрел на меня, но, заметив мельтешение леди Тифиды, решил дать объявление во избежание паники:

— Лорды! Гости! — все сразу обратили на него внимание, забывая про холод. — Прошу вас не паниковать, что бы вы не увидели и не услышали.

И едва его речь закончилась, как рядом со мной возник тёмно-серый прозрачный силуэт воина в чёрных доспехах с плащом на плечах и мечом на бедре. Он выглядел так, будто сошёл с древних картин минимум семисотлетней давности. Рыцарь приклонил колено в полуметре от меня и склонил голову — всё так благородно и чинно. Если бы я не знала его, то восхитилась бы манерами и статностью мужчины.

— Я прошу у тебя дозволения, о светлейшая, — глухо прошелестел Древний, а потом как разразился гневным рыком, от которого дрогнул едва ли не весь дворец, покрываясь тонкой коркой инея: — Расчленить тела всех, кто посмел пойти против вас, вырвать душу из остатков плоти, а затем также самолично разорвать её в ничто-о-о-о!

Его призрачный вой был настолько громким, что у меня чуть уши не заложило, но Кирэн успел из прикрыть, забыв о своих. И пусть я не очень люблю бушующих призраков, но к подобному успела привыкнуть. В отличие от других здесь присутствующих.

Одни повыскакивали на ноги, не смотря на предупреждение Императора. Другие повалились на пол прямо со стульев или там, где стояли. А третьи и вовсе уплыли в обмороки. Но, думается мне, это у них такая реакция не на Андигора, а на страшные бесформенные тени, тут же полезшие со всех углов, из-за стен, пола и потолка завывая в ответ на «зов» Древнего.

Да, такое в страшном сне увидишь — просто проснёшься, задыхаясь от ужаса или с замирающим чувством. Реальность же так не щадит. Она просто такая, какая есть. Со всеми тайнами, схронами и секретами, которые кто-то либо надёжно хранил, либо просто забыл, только от этого они никуда не делись.

— Хватит! — гаркнул Кирэн, что, на моё удивление, даже не поморщился. Зато глаза засияли изнутри как начищенная сталь. Ух, какая сила!

Эту ситу заметили и остальные — в зале повисла тишина. Тени замерли, внимательно всматриваясь в источник силы. Андигор перевёл тёмные пустоты, где должны были быть глаза, с меня на него, наклонил голову на бок, будто всматриваясь.

— Мои поздравления, о светлейшая, — с прежней глухой хрипотой проговорил древний воин, обращаясь ко мне и продолжая рассматривать Рэнура.

— Благодарю, Андигор, — спокойно ответила я, беря мужа за руки и опуская со своей головы. — Что скажешь?

— Сильный. Выстоит, когда ноша другим покажется непомерной, — говорил он, пока руки, плечи, даже голову и ноги моего мужчины облепляли, гладили, щупали руками тени. — И очень близок силой к нам, к нашей Великой Госпоже, — и вопросительно посмотрел на меня.

— Кирэн некромант, — пояснила ему. Вот только его настороженность зародила червячок сомнений глубоко в груди. — Верно? — решила уточнить у мужа, вдруг у него ещё есть зачатки второго дара, который и заметил Древний.

— Да, — кивнул мне супруг.

— Нет, — одновременно с ним ответил Андигор.

— Поясни, — гордо и холодно потребовала бабуля, останавливаясь рядом с нашим диваном и так, чтобы видеть воина.

— Там, в глубине, — указал он прозрачным пальцев в центр груди, — я вижу связь с нашей Госпожой. Связь древняя, но сильная.

— Думаешь, — ахнула леди Тифида, — мальчик тоже из древнего рода, подобного нам? — воин кивнул. — Тогда неудивительно, Лиа, — повернулась она к удивлённым нам с мужем, — что вас так быстро притянуло друг к другу.

— Но я из обычной крестьянской семьи, в несколько коленей, — нахмурился Кирэн. — Лишь раз там отметился некромант, но это было слишком давно… И даже так кровь пробудилась.

— Думаю, тут не обошлось без дозволения Последней Госпожи, — мягко улыбнулась бабуля и подмигнула мне. О, так она помнит детали нашего с Богиней разговора об уже устроенной судьбе с достойным и подходящим мужчиной.

— Думаю, так и есть, — я повернулась к растерянному супругу и поцеловала в щёку, но быстро развеяла свой нежный настрой, оборачиваясь обратно к воину. — Так почему ты пришёл сюда, Андигор, когда мог подождать мен…

— Не мог ждать, — перебил он, удивляя. Редко такое себе позволяет, и это настораживает.

— Что-то случилось? — нахмурилась бабуля, подплывая ко мне ещё ближе и укладывая руки мне на плечи.

— Тени говорят, что потеряли ход к вашему дому, светлейшие, а отосланные послушные, — так мы называем души тех, кто служил богам, — стали закрывать собой храмы, не пуская ни простых горожан, ни даже служащих храмовников.

Плохие новости, очень плохие!

— Что говорят другие Древние? Где они сейчас? — посмотрела за его спину, где они обычно обитали. Но там, кроме теней, никого не было.

— Собирают все сильные души, часть ведут к границе, часть — к чёрной стене, часть — окружить столицу, — чёткий ответ, по-военному чёт…

— Чёрная стена? — не поняла, а потом глаза метнулись в сторону белёсой фигурки Мавики, что жалась к брату, который закрывал её собой. Глупо выглядит, если учесть все «но», только милости не убавляет. — Мавика, ты, когда спешила сюда, видела что-нибудь подобное?

— Когда я очнулась, — тихо и немного напугано начала девушка, — то постаралась как можно быстрее достигнуть столицы, гуда меня тянуло, но… Та тёмная дымка не была дальше территории вокруг нашего родового поместья.

— Значит, оно растёт, — бабушка говорила, а я наблюдала за интереснейшей сценой.

Андигор, когда Мавика начала рассказ, резко обернулся, чтобы видеть говорящую, и тут же резко поднялся, выпрямил спину, придал себе гордый и несломленный вид бывалого и надёжного воина. И только потом начал шагать в её сторону. Шаги твёрдые, уверенные, взгляд прямой, серьёзный. Мавика, заметив странное движение воина, ахнула и попыталась скрыться за спиной брата.

Я толкнула мужа локтем, чтобы указать на разыгрывающуюся сцену. Кирэн сначала не понял и нахмурился, но складка меж бровей быстро расправилась, а на губ легла мягкая понимающая улыбка. Бабуля тоже растерялась — мы тут о серьёзной проблеме, грозящей всему миру и даже Богам, а перед ней докладчик вдруг бросает всё и идёт… налаживать свои любовные отношения.

Мёртвые они! Как же! Даже они успевают создать семьи, пока не придёт их время. Да, без детей, но и детей-призраков достаточно. Со стариками та же история. В итоге образуются целые семьи, кланы и роды. И пусть их слишком мало в сравнении с призраками-одиночками, но они есть!

Вот и Андигор, наш самый древний блуждающий, решил, наконец, приударить за призрачной леди? Мавика красива, мила, умилительно добра и доверчива. Неудивительно, что её так легко обманули. Правда, если она ответит согласием на ухаживания этим долгожителем, который вроде как вообще никого к себе не подпускал, а только ворчал и злился, то пара получится прекрасной. И она под защитой, и он сдержаннее. Ну и мне спокойнее.

— Если это все новости, которые ты так спешил мне сообщить, — начала я, привлекая к себе его внимание.

— Всё, о светлейшая, — склонил он голову. А я приметила, как Мавика, выглядывая из-за плеча барона, робко погладывает на Древнего. И ей нравится то, что она видит. — И ещё предупредить, что мы готовы начать действовать, по вашей отмашке или без неё, но ради вашей защиты в любой момент. Часть своих подвластных я оставил на границе, где очень много странного движения людей в отличной от нашей военной форме и доспехах.

— Сможешь показать на карте? — Кирэн подобрался и хотел было уже встать, но я остановила его, придержав за руку.

— Как прикажете, генерал, — склонил голову и ударил себя по груди слева кулаком Андигор.

— Другому Генералу, — хмыкнула я, призывая Призрачного. — Потом можете быть свободны и продолжать свои дела, — и взглядом намекнула на замерцавшую от волнения фигурку беременной.

Два воина умчались быстро куда-то в сторону, где за несколькими стенами от этого зала располагался кабинет Его Величество. Не прошло и десяти секунд, за время которых гости собрания, наконец, смогли вздохнуть спокойнее и рассесться по своим местам — даже тени перестали шалить с появлением Призрачного Генерала, — как призраки вернулись. И если Генерал встал за моей спиной и рядом с бабулей, то Древний подошёл к Мавике и протянул руку с:

— Вы позволите мне, леди, сопроводить вас?

Девушка замерцала ещё ярче и стала заламывать руки, то и дело поглядывая на хмурого брата. Тот же, улавливая настроение сестры, тяжело вздохнул и ответил:

— Иди, с ним ты будешь в безопасности. Мне же пока нужно закончить дела здесь. Сер, — посмотрел он на Андигора, взглядом давая разрешение.

— Благодарю, — чётко и по-военному склонил голову воин, принимая протянутую ладошку с удивительным трепетом. — За мой ей ничто не навредит.

И увёл. Медленно, чинно и цепко следя, чтобы ничто не помешало. Тени… они вообще старались под ноги не попадаться, чтоб не получить от своего негласного хозяина.

— З-за ним? — пришёл в себя растерянный барон Висти, кажется, только сейчас осознавший эту фразу.

— Верно, — усмехнулась бабуля. — Поздравляю, вы удачно выдали сестру замуж. Поверьте, очень удачно!

Это не было сарказмом, но вряд ли шокированный мужчина был в состоянии это понять. Только растерянно и пугано смотреть то на меня, то на дверь, за которой исчезла парочка.

— Не волнуйтесь, барон, — успокаивающе улыбнулась я. — Мавика в надёжных руках. Я попрошу Андигора позволять вам видится, — и поспешила добавить оседающему на пол Висти: — Всё же любовь этого мужчины, учитывая его происхождение, подобна любви дракона — одна и на всю жизнь, а ещё охраняется подобно сокровищу.

— К слову о сокровищах, как о части второй теме нашей встречи, — довольный увиденным начал Император, возвращая всё внимание к себе. — Всем нам нужно начать подготовку по двум направлениям. Во-первых, в срочном порядке к завтрашнему балу — наряды, украшения, партнёры. Во-вторых, не менее срочно отправить магические вестники в свои дома, поместья и дальние владения, чтобы начинали готовить всё связанное и с деньгами, и с припасами, а также всего, что будет касаться беженцев — своих, из соседних владений и тем более к тех, кто побежит со сторон противников. И раз основные темы мы выдвинули и решили, то… — Его Величество поднялся с «трона», люди тоже поспешили, хоть ноги не всех ещё держали, — заседание закончено. Гард, Алариан, Тифида, жду вас у себя в кабинете. Леди Лианта, — чуть кивнул мне и начал движение на выход.

Проводив Правителя взглядом, я развернулась к Кирэну. Муж был спокоен и собран, но я всё равно видела, как его кое-что сильно волнует.

— Поговорим, пока будем готовиться? — предложила, поднимаясь.

— Да, — супруг встал следом и приобнял одной рукой за талию, склонившись и прошептав как-то очень уж жарко: — У меня скопилось мно-о-ого вопросов, о светлейшая.

Глава 28

Оказывается, за всеми этими разборками и решениями обед был безбожно пропущен, но и до ужина ещё много времени. Попросив принести в гостиную наших покоев небольшой перекус, мы с Кирэном присели на диван, где я тут же была притянута за талию ближе к его боку.

— О чём бы ты хотел поговорить? — решила начать я, чтобы не тянуть больше. — У тебя ведь много вопросов накопилось.

— Первое, чего бы мне хотелось узнать, — это кто тот невероятно мощный призрак, — нахмурился муж, и я даже почувствовала, как напрягается его тело, — и что значили его слова?

— Что ж… логичное начало, — хмыкнула и принялась объяснять слегка издалека. Рассказала откуда вообще берутся призраки, что их держит в этом мире, почему многие уходят на перерождение, а остальным только и остаётся, что прозябать своё посмертие неприкаянными. Так же через эти знания поведала о происхождении теней.

— Так те тени, что пришли за ним и облепили нас, — они тоже когда-то были простыми призраками, — логично скомпоновал полученную информацию мужчина.

— Верно. Я не знаю, что будет с ними после того, как их простят… На моей памяти лишь пятеро удостоились света Последней Богини, вернувшись на пусть перерождения, — прижалась к супругу сильнее — так приятно чувствовать рядом сильное, горячее тело, слышать стук верного сердца. И, судя по тому, как оно дрогнуло и забилось сильнее, Кирэн к моим прижиманиям не был также равнодушен. — Остальные же либо развеиваются в ничто, либо продолжали рыскать по миру, оставаясь в его тени.

— Тогда что же их притянуло к Андигору? — муж наклонил голову и поцеловал меня куда-то в макушку. — Он ведь не собирается становиться одним из них.

— Конечно нет! — отмахнулась я о таком выводе. — Скорее всего их притягивает его сила, воля и… древность. Всё же ты верно заметил, он к ним куда ближе, чем все остальные. Если, конечно, ещё четверо, но те, в сравнение с ним, как дедушка и внуки.

— Вот как, — хмыкнул Рэнур. — Тогда он о многом знает.

— О многом, — я согласилась, сразу понимая поворот к первому вопросу. — А за счётом прожитых веков он много раз сталкивался и с моей семьёй, а следовательно, и с нашей силой, с её истоками. И если он в тебе что-то такое почувствовал, то нет смысла сомневаться.

Положив руку ему около сердца, я прикрыла глаза и запустила свою магию, чтобы прочувствовать потоки его магию и найти само ядро. Оно было приятно тёплым, бархатным, скорее даже как тёмная тёплая вода, которую сначала огладила по гладкой поверхности, а потом медленно стала погружать сначала пальцы, потом уже всю ладонь.

Супруг судорожно перевёл дыхание. И эта судорожность не была болезненной, скорее полной едва сдерживаемого желания и жара страсти. Но Кирэн не двигался, только тело напряглось ещё сильнее, а рука на моей талии окаменела. Про сердце и вовсе молчу — сорвалось на марафонский бег.

Я бы зарделась или даже загордилась такой приятной для жены реакцией, но отвлекаться было нельзя. Моя магия осторожно проникала всё глубже в слои ядра, а когда до центра осталось совсем чуть-чуть, над головой раздался сдавленный стон наслаждения. У меня едва не сорвало всю концентрацию, даже мурашки пришлось задержать мысленной командой.

Бабушка рассказывала, что многие из нашей семьи могут так проверять чужую магию, добираясь до самого центра ядра только потому, что оно связано напрямую с душой. Но бывают и такие маги, что просто проверяют ядра снаружи и под «поверхностью», и ничего приятного в подобном не бывает. Обычно таким пациентов или испытуемых — кому и когда какая роль доставалась — всё обезболивали медикаментозно или вливали едва ли не литрами сонные настои. Ибо боль от вмешательство похожа на ранение остриём меча в прямом ударе, и чем глубже, тем настойчивее прокручивается этот меч, погружаясь дальше.

Но есть исключение — связанный с собой испытуемым душой или браком по любви. Тогда вмешательство становиться подобием полового контакта в той его стадии, когда вот-вот и накроет оргазм. И чем глубже проникновение чужой магии, тем ярче и сильнее пик.

Вот и сейчас, я уже на границе с той частью, что соединяет ядро и душу, а Кирэн стонет громко, сладко, подрагивая всем телом, но держится. Обычно «проверяемых» связывали, либо фиксировали всё тело, чтобы те не сорвались и не навредили себе или проверяющему. С мужем так делать я не решилась или просто не захотела, хотя понимала, что большинство — если не все — случаев проверок среди супругов заканчиваются жарким сексом до утра или до бессилия обоих.

Где-то глубоко мелькала мысль: «Случиться или нет? Или Кирэн сдержится?». И я не знала, чего мне хотелось сильнее. Понимаю, что если и случиться всё здесь и сегодня, то времени на подготовку к балу совсем не останется, а ночь и вовсе оставит без сил. Но разве может как-то бал был сравним с единением с парой? Да, он тоже очень важен в преддверии возможной войны и воистину божественных столкновений, но…

От дальнейшего вялого потока мыслей меня отвлекла знакомая изморозь на границе центра магического ядра и души, где они и переплетались. Эта белая вязь была подобна росписи инея на окнах, где гармоничные рисунки вились, кружились, расцветали и переплетались. В части из них я признала рисунок своей души, её отпечаток, через который мы с ним были связаны.

Но, насколько я знала теорию, выданную мне бабушкой в период обучения, рисунок должен был быть только копией моего, как печать, что эта душа — часть моей. Здесь же вился второй рисунок. И он не принадлежал кому-то, кроме самого Кирэна.

С этой мыслью я вынырнула из транса, постаравшись медленно вернуть свою магию по проторенному ходу обратно. Дышать было сложно, ведь после поверхностного дыхания сразу задышать больновато, да и ощущение, словно вынырнула из воды в момент, когда лёгкие уже начало жечь. Кирэн тоже с трудом дышал, мелко подрагивал и постанывал мне в макушку, всё также прижимая меня к себе.

— Ты… в… поряд… ке? — с трудом выдохнула я, стараясь прислушаться своей целительской магией к состоянию супруга. Магия дала ответ закономерный: «повышенное содержание гормонов в крови, перевозбуждение на грани оргазма, семяизвержение на подступе».

— Моя леди, — прохрипел Кирэн, подрагивая уже весь, даже голосом, — позволь мне отлучиться на пару минут.

Всё же хочет продолжения, но пойти против моего желания не может, да и «опозориться», будучи только в объятьях, также воспитание и самоуважение не позволит. Но как расцепить руки, когда единственное желание — прижать к себе крепче? Да и о многом ещё поговорить и планы действий придумать надо.

Последнюю мысль о магической составляющей такого притяжения я уже просто откинула от себя, поднимая голову, приподнимаясь и целуя столь желанные губы. Естественно, последние цепи сдержанности сорвало мгновенно.

Меня подхватили под бёдра, несколько быстрых шагов — и вот мы уже в спальне, на кровати, судорожно стараемся избавить друг друга от одежды. И ничего не важно, кроме человека рядом, его губ, рук, дыхания и желания.

Удивительно, что даже так, под воздействием сумасшедшей страсти, Кирэн был удивительно нежен. Может где-то внутри ещё всё понимал и осознавал, особенно тот факт, что до него у меня никого не было. Он — мой первый и единственный муж, мой первый мужчина во всём. И его нежность невероятным образом смешивалась с ураганной страстью.

Кто-то там говорил, что некроманты холодны, нелюдимы, мрачны и вечно молчаливо-угрюмы. Не верьте! Нет никого более страстного, отдающего себя без остатка своей половинке. Они подобны драконам или драгулы — всем парным существам. Всех себя отдают своей паре по всем аспектам жизни. А уж о единении, соитии, сексе и вообще вспоминать не стоит, тут всё на высших уровнях.

И эти высшие не только в плане ощущений и чувству. Тут задействуются куда более тонкие миры и энергии! И чем лучше и чаще, тем крепче связь пары, тем здоровее и сильнее магически их дети. Оттого моя семья и старалась сочетаться браками только с теми, с кем вступала в резонанс наша сила, наша душа.

Будучи прижатой обнажённой к боку такого же голого супруга, я из-под ресниц наблюдала, с какой любовью он смотрит на меня, как оглаживает спину, бока, бёдра, прикусывает припухшую от поцелуев губу и с наслаждением прикрывает глаза. Я чувствовала всё то же, что и он, но оторваться от любования не хотелось, даже если глаза прикрывались на секунду.

— Так, — хрипло выдохнул супруг, а потом прокашлялся, — что ты нашла? — и положил свою руку поверх моей, пальчиками рисующую что-то замысловатое на его широкой груди, куда я с удовольствием положила и голову.

— Кое-что интересное и удивительное, — хмыкнула я, вспоминая увиденное и прочувствованное.

— Это и вправду было удивительно, — усмехнулся этот… обворожительный капитан! За что получил лёгкий удар кулачком в грудь, и рассмеялся. Хрипло так, сексуально, что тлеющие внутри угольки угасшего пожара удовольствия, обещали вновь вспыхнуть.

— А если серьёзно, — я приподнялась и почти полностью легла на него, — у тебя удивительная душа, супруг мой.

— Удивительная? — нахмурился он, укладывая руки мне на талию, чтобы я не сползла при его дыхании.

— Да, обычно души моей семьи похожи на снежные рисунки, которыми покрываются окна в лютую зиму, и сияют изнутри бледным светом. Души драгулов, например, подобны углю снаружи, но внутри бушует пламя, как у многих магов-стихийников. Эльды и близкие к ним по силе целители — у них души словно укрыты гладкими листьями или даже корой деревьев. Души простых людей похожи на тех призраков — тусклое свечение во тьме. И чем ярче свечение, тем добрее и сильнее человек, ну и наоборот, — вспоминала я свои ощущения и вспоминала прочитанные книги. — Твоя же…

— Черна как ночь? — поджал губы Кирэн, вспоминая, видимо, как обычно представляют себе своё нутро и магию некроманты.

— Нет, моя милый, — я подняла руку и поправила волосы, убрав те, что прилипли ко лбу, а потом огладила по щеке, чуть заросшей ещё мягкой щетиной. — Она подобна моей. Такая же украшенная ледяным узором. И это говорит о том, что ты прямой потомок одного из Магов Смерти, что сделал всё, чтобы сохранить эту силу для своих потомков. А то, что ты стал некромантом, из-за предка-некроманта, чья сила первой пробудилась в тебе, — это дало толчок к пробуждению дара того древнего ма…

Договорить мне снова не дали, закрыв рот сладким поцелуем. Хоть так, а то смотрел на меня, будто я ему сделала самый невероятный подарок, о котором и мечтать не смел.

— Ещё вопросы? — вновь восстанавливая дыхание, спросила я, чувствуя, что если не отвлечёмся, продолжим куда более приятное дело.

— Да! — раздалось со стороны двери от возмущённой бабули, заставляя меня ахнуть, а Кирэна резко подмять меня под себя, чтобы укрыть от гостьи собой. — Вы на бал собираться будете или мне просить Андисара о переносе на завтра, пока вы так активно занимаетесь возрождением рода?

— Уже встаём! — крикнула я, выглядывая из-за плеча мужа и глядя на довольную леди, скрывающуюся за ближайшей стеной, где была ванная, откуда сразу же раздался шум воды. — Встаём? — и посмотрела на задумчивого и сомневающегося Рэнура с лукавым взглядом. — Кирэн!

— Встаём, — усмехнулся супруг, чмокнул меня в кончик носа и, подхватив на руки, направился к ждущей нас ванной.

Глава 29

Жаль, но в ванной мы не задерживались. Времени почти не было. Поэтому мы быстро помылись, привели себя в более-менее приемлемый вид и вышли в халатах в спальню. Бабуля осмотрела нас с довольным хмыком, а потом моя личная призрачная горничная под удивлённый взгляд Кирэна повела меня к гардеробной.

— Завтракать будете уже на ходу! — громко проговорила Тифида, отправляя моего супруга к другому входу в хранилище вещей, где были расположены в основном мужские наряды. — Вы так увлеклись друг другом, что даже ужин пропустили! Поговорить хоть смогли?

— Успела только проверить теорию Андигора, — ответила я ей, выглядывая из-за стойки с весящими на ней нижними платьями.

— Охо-хо, — довольно хохотнула бабуля. — Тогда неудивительно, что вас так накрыло. Что узнать-то удалось?

— Древний был прав, в предках Кирэна была один из Магов Смерти, и пусть очень давно, но сила всё равно была и есть в нём. Он некромант, но эта сила была у вошедшего в род, потом притаилась на время, и вот, проявившись в Кирэне, дала толчок к пробуждению нашей, — дала я краткие пояснения. — Сколько осталось до начала неофициальной части бала?

— Как раз успеете нарядиться, поесть и дойти до центрального тронного зала, — леди Тифида выплыла в женский сектор гардероба и осмотрела меня с ног до головы. Хотя и смотреть-то ещё не на что было. Только на полупрозрачную нижнюю рубашку длинной до середины бедра и с короткими рукавами да на тонкие панталончики. — Белые и морозные оттенки, — посмотрела бабуля на горничную, та только молчаливо кивнула и потянула меня дальше.

В итоге, ей приходилось бегать и отвлекаться на других слуг, что приносили то украшения, то подарки от лордов со вчерашнего совета, то еду принести-унести. А так собирались мы с Кирэном вроде бы и в темпе, вроде и основательно. Но когда оба показались в гостиной, то невольно замерли, любуясь друг другом.

Муж был одет как истинный аристократ, почти как герцог: брюки с лампасами; рубашка, застёгнутая под горло; платок повязан на манер галстука, где узел украшен крупной брошью; мундир с вышивкой по манжетам и воротнику стойке, даже на эполетах она была. И всё в чёрный основных и серебряных по деталям цветах.

Вышивка совпадала с той, что была на моём платье и на веере. Только я была вся одета в белое. Платье было на корсете, полностью облегающем и грудь, и талию, и даже верхнюю часть бёдер, от которых юбка шла в форме бутора с небольшим шлейфом. Поверх корсета надевалась жилетка с короткими рукавами фонариками, только они были спущены с плеч, а низ жилета был длинным и повторял линию полола платья, даже удлинялся назад так же.

Причёску мне сделали высокую, чтобы открыть и плечи, и шею, но и такую, чтобы не мешала надеть на меня венец. Украшения же… я не слишком их любила в прошлой жизни, не полюбила их и в этой. Поэтому надела только небольшие серьги-шандельеры с белыми камнями и рисунком как у кружев одежды. К ним подобрали небольшое колье. Браслеты и кольца я не носила, а роль ручных аксессуаров брал на себя мой верный веер.

— Ну! — громко подала о себе знать леди Тифида. — Скажите уже что-нибудь! А то застыли будто статуи!

Кирэн, пока я переводила, как оказалось, задержанное дыхание, прошагал ко мне и, не обращая ни на кого внимания, притянул меня за талию к себе и жарко поцеловал. А когда отстранился, выдохнул:

— Вот теперь ты ещё прекраснее.

— Да, губы и щёки красить не придётся, глаза сияют — всё идеально, — усмехнулась бабуля. — А раз так — пора выдвигаться!

Уже по пути к тронному залу для приёмов, мне вдруг в голову пришла немаловажная мысль:

— Бабуль, а что нам делать с фамилией?

— А что с ней делать? — не поняла старшая родственница.

— Обычно женщина берёт фамилию мужа, в нашем роду — муж берёт фамилию жены, если её род старше. Но у Кирэна тоже есть сила, подобная нам! — выдала я свои мысли.

— Хороший вопрос, — задумалась Тифида.

— Я приму твою, если это так важно, — поцеловал мою руку, за которую держал и продолжал вести. — Имя того предка может быть совсем забыто в веках, раз уж я и предка-некроманта не знаю. В крестьянских и мещанских семьях мало что из такого остаётся. О похождениях аристократов и о бастардах стараются забывать сразу, подминая историю под себя.

— Логично, — кивнула бабуля. — Я поищу среди своих знакомых призраках, если получится, то хранители нашего рода узнают твою силу. Всё же пусть мы — Астарсы — были правящей семьёй, но это не значит, что сила была только у нас. Кровь объединяла нас со многими из представителей как аристократии, так и людей из простого народа. Как ты уже должен был понять — нам не важна власть и выгода при брачных союзах, только чувства и магия.

— Заметил, — мягко улыбнулся мне муж, заставляя щёки снова покраснеть.

— Поэтому тебе нет нужды переживать, Лианта, — вздыхала на наше милование старшая леди. — С момента, как вы дали друг другу магические брачные клятвы, по старшинству рода твоя фамилия переходит и твоему мужу, затем вашим детям и их избранникам, а там внукам с их избранниками и далее, и далее.

— Значит, Кирэн Астарс? — приподнял игриво бровь супруг, когда мы уже подходили к двойным дверям зала.

— Второе имя мы стребуем с твоего предка, если захочешь, — пожала плечами бабуля, а потом дала отмашку распорядителю, стоящему рядом с охраной и внимательно вчитывавшегося в список имён и титулов гостей.

Гвардейцы открыли двери с его громогласным представлением:

— Её Высочество миледи Лианта Элиа Астарс со своим супругом, высшим лордом Кирэном Арстарс, и покойной главой рода, леди Тифидой Аластой Астарс!

Ого, услышал наши рассуждения о преемственности родовых имён? Если да, то у него удивительный слух. Но, что более реально, ему сразу в списке как написали, а эти записи — прямой приказ Его Величества.

Уже собравшиеся гости замолчали и обернулись. И их точно не волновало то, что я при супруге, который взял себе мою фамилию, а вот наличие при нас призрака предыдущей главы рода… это удивило всех сверх меры. Нет, те, кто видел её вчера на собрании, восприняли всё вполне спокойно, а вот некоторые молодые леди падали в обморок. Правда, одна старушка-графиня буквально расцвела улыбкой и счастьем.

Насколько я помню, почти каждый бал, встречи и чаепития леди Длалена старалась быть рядом с бабулей. Они даже просто назначали встречи и гуляли вдвоём по магазинам, ресторациям и гостям. Иными словами, эта леди была подругой для Тифиды.

Они вдвоём даже как-то пытались наладить свою дружбу ещё и на уровне внуков. И пусть лорд Зарий был старше меня почти на восемь лет, что для ребёнка огромная разница, был хорошо воспитан, начитан, увлечён семейным делом, так ничего и не вышло — магия не сочла его подходящим. И я даже рада, что всё в этой части моей жизни складывалось именно так, как складывалось.

Мы подошли к тронному возвышению, и тут я не сдержала удивления. Пусть оно было слабым, выраженным в приподнятых бровях, но всё же вылезло наружу, что происходило крайне редко. А удивляться было чему.

На возвышении стояло два трона. Два! Когда, как на других балах и визитах, присутствовал один. Даже когда была жива Императрица, для неё стояло небольшое кресло позади трона, а для детей и вовсе ставили лавки. Сейчас же два трона стояли бок о бок и на одной линии. И если трон Его Величества был массивный, резковатый из, казалось бы, цельного куска золотого дерева, в которое вшили удобные седельные подушки под попу и спину.

То вот второй будто если не вырезан, то точно слеплен из чего-то белого, плотного и очень красиво оформлен. Но стоит присмотреться к этой белой матовости, то понимаешь, что это итрит, в который залили столько силы, что он уже не отдаёт свой свет, а впитывает весь из зала. Или вообще из мира.

И на него следовало сесть мне. Что и поспешил устроить Его Величество, стоящий рядом со своим. Протянул мне руку, но Кирэн поколебался пару секунд, сжал мои пальцы крепче, а только потом медленно передал.

Император помог мне подняться на возвышенность, развернул лицом к гостям и только после этого в полной тишине и под прицелами непонимающих взглядов заговорил:

— Дорогие гости праздника и гости нашей страны! — только он это сказал, как я приметила клирика из теократии и заявленных на приезд посола из Тардира с советником из Ластуса. Они стояли близко к тронному возвышению и очень внимательно следили за нами. — Сегодня поистине великий и настолько же печальный день. Для начала я хотел бы сообщить вам печальные вести.

Если кто-то ещё шушукался к этому моменту, то теперь замолчали даже они. А уж тон, которым говорил Правитель, да ещё и держа меня за руку, слишком уж требовало абсолютного внимания.

— Мы готовимся к войне! — не затягивая и не подбирая слова, резко продолжил Император, ошеломляя всех. Кто-то ахал, кто-то тихо бранился, а несколько дам тихо осели в руках своих кавалеров. — Наш противник — Империя Баяндор! Они давно зарились на наши земли и вот решились, прибегнув к помощи безбожников, проникнувших в нашу страну, чтобы подорвать нашу защиту изнутри. По их замыслам, им это удалось, — ещё несколько слабых дам потеряли сознание, а парочка мужчин поспешили выпить свой бокал с алкоголем залпом. — Но это лишь их чаяния! Ибо защита не только не сломлена, но и будет укреплена! И сегодня, с моего Высшего Дозволения, вы станете свидетелями этого удивительного события, которого не было уже по меньшей мере семь сотен лет.

Мужчина меня потянул за руку и развернул к себе лицом. К нему тут же подошёл генерал Гард с серой шёлковой подушкой, на которой лежал… На первый взгляд всё казалось шуткой — на подушке лежал кусок льда или даже огромный алмаз. Кристальный полумесяц, чьи острые концы не шли прямо от полукруга, а уходили плавно назад. В итоге вся конструкция смотрелась, как грубая корона, которую попытались вырезать из алмаза.

Вот только был итрит! Я чувствовала его силу и так явно, будто в душной жаре поднесла руку к куску льда, от которого веяло холодом. Но он был почти прозрачным, поэтому и казался простым кристаллом, если не алмазом.

Белый Венец. Это точно был он. И, думается мне, белым светом и цветом итрит наполниться, когда окажется на моей голове. Я это понимала, а вот люди вокруг нет.

Возмущения начались с тихих шёпотков, перерастая в недовольный гул. Некоторые дамы даже смеяться начали — кто открыто, кто пряча лицо за веером. Их мужчины тоже не отставали. Но их было меньшинство, едва ли два десятка наберётся. Только смех в таком важный момент не есть благое дело. И я видела, как гневно сверкают глазами многие высшие лорды, генералы — Гард и мой муж, — кронпринц и все те, кто вчера присутствовал на совете.

Жаль, что отвлекаться нельзя, как и останавливать ритуал. Слишком опасно. Поэтому мужчины и призраки-слуги бабули, я уверена, запомнили всех смеющихся по лицам и именам. Не удивлюсь, если каждый из них был под крылом власти и мыслей бывшей невесты Алариана, поэтому так отреагировали.

Что ж, их открытая насмешка может сыграть нам на руку. А пока нужно продолжать ритуал, если не для себя, то для страны.

Глава 30

Его Величество посмотрел на меня слегка вопросительно, как бы спрашивая, готова ли я. Кивнула, чуть склоняя голову.

Мужчина поправил перчатки из ткани, сотканной из специальной нити, практически пропитанной магией и силой, чтобы можно было ими взять итрит руками. Такие же перчатки были и на Гарде-старшем, но он лишь держал подушку, но я видела, как генерал был напряжён. Словно держал что-то ужасно тяжёлое или просто фонящее магией. И держал ровно, хотя всё его тело хотело откинуть опасный предмет так далеко, как только позволила был сила рук.

Император, осторожно взяв странную корону-кристалл, резко вспотел и, кажется, сцепил зубы сильнее. А ведь ему ещё фразу-ключ говорить.

— Лианта Элиа Астарс, — с трудом справляясь с парализующей его силой говорил монарх, простирая корону на вытянутых руках точно над моей головой. Мне даже приседать нельзя, чтобы ему помочь. — По долгу предков, по зову Богов, позволь мне вернуть тебе утраченное. Высшим дозволением, я, Андисар Летуви Эдартский, велением предков и моего отца Император Эдартиара, короную тебя сиим Венцом, возвращая утраченное и прося пощады.

И опустил корону-итрит мне на голову. Даже выдохнул с облечением, но тихо, едва заметно.

Я напряглась, готовая принять тяжесть, которой пострадали два таких сильных мужчины, но почувствованная лёгкость была слишком удивительна, заставляя вопросительно посмотреть на Императора. Но его руки были пусты, звона за спиной или с боков от падающего кристалла не было. Значит она на моей голове, но… я почти не чувствую веса! Лишь лёгких мертвенный холодок коснулся кожи головы, уверяя меня, что корона на месте.

— Ваше Величество, — слегка склонил голову Император Андисар, приветствуя меня уже как полноправного монарха.

— Ваше Величество, — повторила я его жест, а потом приняла поданную им руку, потянув за которую Правитель подвёл меня к белому трону и даже помог сесть.

Кирэн, всё время стоявший возле возвышения, взошёл на него и стал рядом с троном и чуть позади, как и подобает моему супруг. Зеркально ему встал кронпринц Алариан у трона своего отца, как только тот опустился на него.

— Долгих лет Его Величеству! — начали громко проговаривать гости бала. — Долгих лет Её Величеству!

И пока повторялись «кричалки», часть народа, оттеснившаяся в самом начале к стенам зала, попыталась и вовсе его покинуть, вот только никто им этого не позволил. Сначала остановили призраки, заставляя шарахнуться назад, а потом под ручки схватили и увели люди семьи Гардов.

А вот те, кто посмел смеяться, вдруг как-то резко заткнулись. Не знаю, то ли мой вид на троне перестал им быть смешным, то ли заполонившие зал призрака на них так подействовали. Правда, даже это не отрезвило одного из них.

Мужчина побился в первые ряды и гневно заявил:

— Немедленно прекратите этот фарс, Ваше Величество! — кажется, он сын одного из виконтов, часть земель которого как раз находилась рядом с землями барона Висти. — Как вы можете посадить на трон эту грязную кровь? Истинно достойная этого места — леди Ристила Ульвиа, как невеста вашего же сына! Или вы отказываетесь от своих слов и договора между вашими семьями?

Ух, как выгодно всё завернул. Мало того, что во всеуслышанье и при иностранных гостях назвал меня бастардом, так ещё и якобы не сдержанными ложными обещаниями Императора подрывает доверие к Его Величеству и его слову. Всё бы хорошо, если бы каждый из аргументов не был ложным.

— Лорд Карвин Лонд Тари, — проговорил Андисар. Слова его были тихими, но так пропитаны силой, что все, кто думал поддержать зарвавшегося лорда, быстро передумали и теперь стояли под руки с призраками, которые не дали им скрыться в толпе. — Вы не только решили пойти против моего указа и Высшего дозволения, так ещё и посмели оскорбить в присутствие высокопоставленных гостей королеву дружественного нам Астарсиана, уже многие века защищающих нашу страну и семью ваших суверенов. Но этого вам показалось мало, и вы открыто объявили себя пособником ныне опальной предательницы клятвы короне Ристины Ульвии. И только по этим двум пунктам вы обвиняетесь в измене короне и заключаетесь под стражу немедленно.

Бледного мужчину подхватила пара гвардейцев и под надзором призрака из их подразделения увели из зала. Больше никто ничего говорить не спешил. А мне было даже неловко. Всё выглядело как чистый диктат, но сейчас почти военное время, и избавиться от всех видов угрозы нужно сначала из-под носа, а уже потом действовать на всё другое.

— Раз эту часть мы выяснили, — продолжил спокойным голосом Его Величество. — Тогда, генерал Гард, прошу! — и кивнул старому вояке.

Мужчина вышел в центр у нижней ступени возвышения и начал оповещать всех присутствующих о грядущей войне и всех необходимых действиях на все возможные случаи и исходы. Я его не слушала, больше отвлекаясь на действия призраков, стоящих среди толпы так, будто они тоже часть гостей. Даже наряды соответствовали!

Среди них я заметила Андигора и Мавику. Воин прижимал её осторожно за талию к себе, а она льнула к его груди и смущённо что-то щебетала довольному мужчине. Рядом с ними был и её брат, слушавший её и иногда переговаривающийся с Древним.

— Леди Мавика и Древний? — удивлённо спросил у меня Кирэн, чуть склонившись, чтобы мне было лучше слышно. Нужно было попросить для него кресло или удобную скамейку.

— Даже после смерти души стараются найти себе спутников в новой посмертной жизни, — ответила за меня бабуля, подплывая и останавливаясь с другой стороны моего трона, чтобы её услышал и Его Величество. Как бы не казался он равнодушным, весь обратился в слух. — Кто-то ждёт ухода супругов, чтобы жить с ними, кто-то ищет новых отношений, если в жизни не сложилось. Призрачные пары очень крепкие, и обычно уходят на перерождение вместе, потому что привязываются друг к другу. И так как у них не может быть детей в таком бестелесном состоянии, то часто берут на себя заботу о малышах, детях или подростках, которым не повезло дожить до рассвета своего жизни. Ставят их на путь и помогают спокойно уйти в Последние Чертоги.

— И жизнь после смерти, как я понимаю, — отозвался Правитель, — мало чем отличается от обычной.

— Верно, — кивнула Тифида. — Та же жизнь, но без всего мелочного и важного, каким оно казалось раньше. Там не важны деньги, титулы, имущество. Только семья и чувства, — а словив на себе его удивлённый взгляд, горько усмехнулась: — Да, Андисар, даже мы чувствуем.

— Прошу меня простить, леди, — мягко склонил он голову, но я чувствовала, как вопрос рвётся с языка, но мужчина стойко его сдерживает. Это поняла и бабуля.

— Всё в порядке, милый, — улыбнулась старшая леди Астарс. — Тебе не стоит переживать. Маливика и Арталь встретят тебя, когда придёт время.

— Арталь? — переспросил кронпринц глухим голосом, а его отец и вовсе потерял дар речи.

От силы вдруг подступивших слёз я готова была схватила мужа за руку. Но Кирэн меня опередил и сжал мои пальчики, а потом опустился и поцеловал, тихо шепча успокаивающие слова. Как же я люблю этого мужчину!

— Верно, — кивнула бабушка, — пусть ещё не рождённый, не сформировавшийся, но всё же уже принц. Мавика пока не может оставить его, ждёт удобной возможности пристроить маленькую душу. Либо ты, Андисар, встретишься с ней раньше этого момента, либо женится Алариан.

— Хочешь сказать, что душа моего младшего сына будет душой моего внука? — переспросил ошарашенный Правитель.

— Это логично, — пожала леди плечами. — Та душа, которая должна была переродиться в теле младшего принца, не успела толком закрепиться в теле, когда Её Величество заболела и почила. Но Богиня начертала ему жизнь в монаршей семье твоего рода. Поэтому Мавика пока бережёт душу, как прекрасная мать.

Глаза Его Величества и его сына очень красноречиво увлажнились, но мужчины быстро взяли себя в руки. И если кронпринцу пришлось уйти в свои мысли, то Император спросил:

— Ты не знаешь… была ли так болезнь наведённой тем особо пока неизвестным врагом?

— У нас есть такие подозрения, — тяжело вздохнула Тифида, смотря как мрачнеет лицом сын её друга. — Не переживай, сейчас вы выясняем всё через связи Ристилы. Это может занять время, учитывая шерлиты с опасной силой иного Бога.

— Спасибо, — выдохнул Император. Как раз к моменту, как генерал Гард успел рассказать гостям бала всё, что было им дозволено услышать.

К возвышению подошли трое. Клирик из теократии Дианса, имя которого я так и не удосужилась узнать, хотя не сильно-то и хотела. Посол из Тардира, кажется, его зовут Эгард дар Шаргрис. И Ластус овиа Витра — первый советник короля Ватарана Третьего из Окториты.

Сколько живу в этом мире, но всё никак не могу привыкнуть к мысли, что не все здесь люди, как бы по-человечески не выглядели. И если в «человечности» клирика я была уверена, то вот Эгард точно был драгулом, иными словами, мог принимать облик дракона. Небольшого, чуть больше земного слона, но сил своего далёкого предка — настоящего дракона — от этого меньше у него не стало.

Что же касалось Ластуса. Что можно вообще говорить об эльфах нового? Я, конечно, в своё время много книг перешерстила, чтобы найти отличие от тех знаний о расах, которые были известны мне ещё с моей прошлой жизни. Но их было мало, а те, что имелись, были противоречивы. Но в целом восприятию рас никак не мешали.

Да и не среди них же я жила и собиралась жить. Я на всю оставшуюся жизнь привязана не только к этому миру, но и к той территории, на которую может быть распространена моя сила. И на этом спасибо. Путешествий мне хватило и в детстве, когда бабуля водила меня по своим друзьям и друзьям нашей семьи, чтобы я всегда могла к ним обратиться, остальные было не важно.

Муж, приветив внимательный взгляд эльфа, которых здесь называют эльфары, подошёл ещё ближе ко мне и укрыл мою ладошку ещё и второй своей рукой. Я чувствовала, как зреет недовольство внутри него на интерес остроухого, от чего поспешила успокаивающе пошикать ему, притянула за руки к себе и прошептала почти на ухо сказанную ещё вчера фразу:

— Тебе нет причин ревновать, — и добавила совсем интимно и на ушло: — мой король.

— Не хочу быть королём, — довольно и предвкушающе ответил супруг, заглядывая мне в глаза, — только твоим мужем, моя леди. И готов это доказывать всю жизнь.

— С удовольствием буду рассматривать и принимать доказательства, — чмокнула его в щёку, позволяя распрямить спину, а то слишком уж мы выделяемся на фоне серьёзной атмосферы.

Оказывается, пока мы отдавались чувствам, рассматриваниям и дележу территорий, было решено отказаться от положенного предвоенного парада. Ведь кто знает, сколько ещё шпионом, соглядатаев и слухачей осталось на улицах городов, поселений и деревень. Всех сразу выявить невозможно, даже если каждый второй человек за пределами этого зала будет призраком, а время сейчас слишком важный ресурс, которого почти не осталось.

Поэтому решено сразу готовиться к возможному нападению врага. И было три направления пала, предложенного генералом Гардом. На мои плечи сначала падёт одно из них, а на середине исполнения и второй.

Дай, Богиня, сил выдержать эту гонки на время!

Глава 31

В любом случае, бал никто отменять не стал, хоть часть участников и сократилась. Император дал отмашку музыкантам, и музыка заполнила собой всё вокруг. Вскоре к ней присоединились и голоса людей. Танцевать пока никто не спешил, ведь обычно первый танец отводится Его Величеству, но за неимением партнёрши, всегда передавался им сыну.

В этот раз даже у кронпринца не было дамы. А свободные же девушки просто не решались подойти к тронному возвышению — не по чину, да и не по этикету. Долго бы так и стояли как на банкете, пока Кирэн вдруг не вышел из-за моего трона, встав перед ним. Муж поклонился, протягивая руку:

— Позволите ли вы мне танец, моя леди? — и такая мягкая улыбка, что сердце сладко замерло.

— Позволю, — протянула руку, замечая краем глаза кивок Его Величества.

Всё же никто, кроме наше пары, видимо, открыть бал не может. Ну и ладно. Зато можно отплясать все положенные минимумы и больше не выходить в общую толпу.

Супруг вёл уверенно, твёрдо и легко. Я совершенно не чувствовала сопротивления и своей необходимости в лишних движениях, как это бывало раньше. Почти на всех балах меня преследовал Даргант, и приходилось либо искать себе срочного партнёра, под которого даже не подстроишься, либо вообще бежать прочь из зала тайными путями.

Кстати, на счёт маркиза-надоеды.

Знаком подозвала к себе одну из призрачных фигур, заведомо сделав его невидимым всем, кроме нашей пары. Призрак слуги быстро подбежал, поклонился и стал ждать указаний.

— Найди маркиза Дарганта Таутура Леварта, проследи за ним и через других сообщай мне, где он, с кем, куда движется и чем собирается заняться. При любой попытке незаконности — тут же вызывай меня! — отдала я приказ, и слуга тут же прошёл сквозь пол.

Пока я говорила, то примечала, как Кирэн изо всех сил старался не сбиться с шага, не показать, как напрягся и сжимает зубы. Поэтому не могу не объясниться:

— Ты же слышал его слова и просьбу о прощении. Так прощаются, Кирэн. А я не хочу потерять единственного «живого» друга детства, хочу, чтобы он обрёл счастье с той, что любит его так сильно, — и привстала на носочки, когда мы остановились, чтобы поцеловать и прошептать после: — так же, как и я всё сильнее люблю тебя.

— Я могу тебе помочь? — в его глазах заиграли искорки предвкушения, заставляя меня почувствовать жар на щеках.

— Только в том, чтобы как можно быстрее увести меня с этого танцевального ужаса, — тихо рассмеялась я, и получила непонимающий взгляд. — Я отдала приказ призракам следить за Даргантом, чтобы он ничего лишнего не сделал. А он сделает, когда попробует освободить из темницы свою возлюбленную. Вот только там её нет.

— Нет? — удивился муж, уводя меня обратно к трону. Туфельки хоть и были удобными и без каблуков, но усталость я уже чувствовала. Два танца и я выжата. Вот странности. Или не странно, если судить по взволнованному взгляду бабушки.

— Эрих давно вызволил её, хорошенько допросив на всех уровнях, включая ментальный, — объясняла, пока опускалась на своё место. — Сейчас девушка отдыхает в лазарете под присмотром лекарей моего лечебного центра, которым я могу доверять. И когда Даргант зайдёт слишком далеко, ни на мгновение не засомневавшись, призраки приведут его к ней. А там уже Призрачный Генерал сделает своё дело.

Довольство собой я скрыть не могла, настораживая всех, кто видел мою улыбку, но мне было всё равно. План ведь был прост и действенен: Дарганта приводят в нижние лазареты, показывают возлюбленную, но над ней нависает Генерал с мечом наголо. Если маркиз броситься драться и защищать юную деву, то через несколько финтов мечами Генерал уйдёт. Если отступит — то не так уж и любит.

Есть, конечно, и третий вариант, где Алитана пробуждается раньше. Тогда и тут всё будет по нескольким сценариям. Во-первых, она пугается и падает в обморок. Во-вторых, пугается и кричит, чем подстёгивает Дарганта её спасти и защитить. В-третьих, просыпается тогда, когда идёт драка, и либо подает в обморок, либо кричит и отвлекает любимого, либо бросается ему на помощь.

Последний вариант был бы почти идеален. А идеальнее всего, чтобы Алитана проснулась, когда появился Даргант, потом увидела призрака с мечом над ней и испугалась. Маркиз бросается её защитить, а она бросается защищать его, когда Генерал его ранит или даже ещё раньше.

Я так это предвкушаю, что не могу удержать улыбку. Это слишком привлекает к себе внимание, поэтому бабуля спешит меня отпросить у Императора, шепча ему что-то о тяжести Венца и первом его использовании. Андисар кивнул и быстро провёл церемонию моих проводов на отдых.

Как только я оказалась в наших с Кирэном покоях, муж опустил меня на кровать и поспешил избавить от обуви, платья, а когда его руки потянулись к короне, я резко пришла в себя:

— Нет! — испугано крикнула, схватив его за руки.

— Лианта! — тут же в комнату влетела бабуля, видимо, спешила следом, когда мы ушли. — Что такое?

— Ему можно касаться Белого Венца без подготовки? — тревожно спросила я.

— Уф, — выдохнула леди и подплыла ближе. — Не переживай милая. Условия прикосновения — магия и кровь. Кирэн теперь твоя семья по магии и немного по крови, поэтому Венец позволит ему прикоснуться к себе.

Я судорожно перевела дыхание, мгновенно заработав благодарный и полный жарких чувств поцелуй от мужа. За ним и не заметила, как корону сняли и отложили куда-то на прикроватную тумбу. Слышала даже «ой» от бабули, когда нижняя рубашка начала с меня сползать, а потом меня уже не волновало ничего, кроме рук, губ и тела желанного супруга.

Наутро, нежась в тёплых объятьях рук, Кирэна я вдруг подумала: «А когда мы встретились в первый раз, почему я толком ничего не почувствовала из притяжения?»

— Потому что, — прохрипел на ухо муж, опаляя его и заставляя ойкнуть — кажется, вслух спросила, — для нас эта была не первая встреча.

— Не первая? — ахнула, выбираясь из приятного плена и разворачиваясь к нему, чтоб устроиться на груди для удобства.

— Первый раз я тебя увидел лет девять назад, — ошарашил он меня. — Ты прогуливалась в светло-салатовом платьице абсолютно одна мимо огромного кладбища, где только на днях начали бушевать мертвецы и куда нас послали их упокоить. В тот момент, когда ты посмотрела на нашу толпу… тогда я понял, что пропал… почувствовал в тебе свою пару.

Всё, на что меня хватило, — это задержать дыхание. Девять лет! Девять! Так много, так долго…

— Но почему ты… не подошёл? — просипела я, чувствуя, как подступают слёзы.

Муж взял моё лицо в свои ладони и так нежно поцеловал, что слёзы всё же сорвались. Давно я не плакала, а тут словно прорвало. Ведь я так долго искала и ждала, что в душе будет отзыв, ходила по всему городу, успокаивая души по пути, посещала балы и чаепития. А оказалось… оказалось, что он давно был найден, просто… Что?

— Я родился крестьянской семье, моя леди, пусть меня и быстро забрали из семьи, когда сила пробудилась — супруг стал сцеловывать слёзы, а потом прижался своим лбом к моему. — А на момент встречи только добился звания лейтенанта в нашем небольшом и таком неважном отряде некромантов нижнего кольца. Мне бы просто не позволили подойти. Оставалось только смотреть, ловить взглядом маленькую и такую желанную фигурку, знать, что ты в порядке. Ну-ну, что ты?

Тут я плакала уже почти навзрыд, чем перепугала и призраков-слуг, и бабушку, что застыли где-то у стен, полностью не переходя, но слушая.

— Ты просто обречённо смотрел издалека? — захлёбывалась я, то и дело шмыгая носом и смаргивая новый поток слёз.

— Для меня было важным твоё здоровье, важно, что хотя бы так я могу тебя видеть, остальное не имело значения, — муж прижал меня к себе крепче, дав вволю наплакаться ему в грудь. — Пары некромантов могут жить и без нас, находить своё счастье с другими. Поэтому мне не на что было надеяться. Правда, я всё равно нарушил своё собственное правило о дистанции, — и почти ностальгично усмехнулся.

Я замерла, даже перестала плакать, поднимая на него глаза, кажется, понимая о каком моменте он вспомнил:

— Моё задержание как подозреваемой?

— Верно, — чмокнул он кончик моего носа, заставляя снова шмыгнуть. — Мы уже с ног сбились, выслеживая ту сволочь. И представь мой страх, когда говорят, что подозреваемого доставили в участок, и им оказалась ты! Я, пока бежал туда, продумывал план, как тебя выкрасть и увести так далеко, как только позволят силы и деньги.

— А я опять всё перевернула с ног на голову, — хрипло рассмеялась, но улыбка быстро сошла с лица. — Ты бы, правда, так поступил?

— Ради тебя? Да, — очень серьёзно заявил, а потом прижал сильнее к себе. — И даже не испугался бы твоего гнева. Сделал бы всё, чтобы ты мне доверилась, а потом попытался бы тебя добиться, добиться ответных чувств, ибо уже просто бы не смог отпустить.

— Да и тут не смог, да? — догадалась я о его постоянном желании быть ближе. — Даже пришёл во дворец Императора якобы к своего начальнику, а в итоге бросился меня спасать и угодил в ловушку.

— Верно, — рывок и он снова надо мной и готов к новому раунду супружеской борьбы. — И всегда буду готов повторять, — двусмысленно добавил.

— Но в другой раз! — отозвалась бабушка, появляясь и совершенно не стесняясь наших удивлённых лиц. — Не стесняйтесь, меня не волнуют дела мирские в… таком плане. Сейчас вам лучше поесть и просто лечь спать! Потому что, боюсь, другого времени больше не выдастся!

— Что-то случилось? — села я, когда муж скатился с меня.

— Во-первых, твой план с Даргантом и спасением дамы сердца сработал! Ребята уже спрятаны в надёжном месте и милуются, — задорно усмехнулась Тифида, а у меня аж отлегло. — А вот во-вторых! С утра, пока все обычные солдаты и главнокомандующие с советниками будут собираться и готовиться к отражению атаки только что начавшегося вторжения Империи Баяндор, вы должны быть бодрыми и готовыми повести свою армию на баронство Висти!

— Хочешь закрыть возможный разрыв с помощью нашей силы? — ахнула я, хотя, признаться, мне очень понравился боевой настрой бабушки.

— Именно! И тебе понадобиться так много сил, как только возможно! — призрачная леди энергично наворачивала круги по комнате. — Если мы сможем закрыть место прорыва, очистить его силой нашей Богини, то…

— Наша страна сможет воевать, не остерегаясь наступления Хаоса! — закончила за неё и прям задрожала от предвкушения, вот только… — Вот только удержу ли я такую армаду?

— Всей силы, Лианта! А твоих сил стало в разы, если не в сотню раз больше, чем ранее! — Тифида прям мерцала от волнения. — И завтра проверим её на количестве призванных Генералов! А пока я лечу к Андисару за предупреждением, вы ложитесь и спите — без попыток одарить меня правнуком! — и так задорно рассмеялась, улетая прочь.

Глава 32

Как и сказала бабуля, едва солнце показало первый лучик, как дворец стал жужжать подобно улью. Но нас это мало волновало. И я, и Кирэн были одеты в военные доспехи. И если муж больше в металлических доспехах преимущественно чёрных цветов, то у меня всё было кожаным, утеплённым, но белых и снежных цветов.

Супруг поражался моей подготовке. И не в плане физической, а в плане цвета одежды и её теплоты. Я отмалчивалась на его мягкие шуточки и предложения переодеть меня самолично. Хотя, кажется, его больше всего насмешил мой веер, что я не спешила оставлять. Молчала на обе темы, потому что хотелось увидеть его реакцию, когда всё начнётся. Даже плащ ему подбитый самой тёплой шкурой ригара, похожего на земного медведя, взяла тайком.

И вот мы уже выходим на улицу в пустой дворцовый парк на самое его открытое место. Бабушка в сопровождении Призрачного Генерала появилась рядом и ждала моих действий. А вот Кирэн явно не понимал, почему именно сюда, ведь все военноначальники собираются с другой стороны дворца, на специально подготовленной площади.

А что? Им там удобнее будет переходить на нужные стратегические места встречи с противником через портальную арку после инструктажа Гарда. Нам же в те места совсем не мало. Да и боюсь, когда начну действовать, половина солдат потеряет боевой дух ещё до того, как всё начнётся. Оно мне надо? Нет. Поэтому у меня была своя площадка для «отбытия».

— И почему мы не со всеми? — решил всё же уточнить Кирэн.

— Могу сказать одно — у Императора своё войско, а у Королевы должно быть своё, и место для него тоже, — весело усмехнулась я. — Нужно же хоть немного воспользоваться новыми положениями и привилегиями. Готов? — посмотрела на растерянного супруга, чувствуя, как меня буквально распирает от нетерпения.

— Что бы это ни было, моя Королева, — вздохнул тот, но в его глазах слишком отчётливо видны нежность и наслаждение от наблюдаемого.

— Тогда, — я поглубже набрала воздуха в лёгкие, заодно концентрируя магию в них. Затем резко отрыла перед своим лицом веер, наклонила вперёд и начала дуть на него всем «набранным», будто хотела сдуть пыль. Тонкие кружева даже не колыхнулись.

Над садом повисла тишина на добрых десять секунд. Но она была настолько оглушающей, что если Кирэн и хотел переспросить, к чему ему нужно было быть готовым, то вопрос так и застыл где-то на подходе, когда прямо перед нам будто из неоткуда рухнул невероятно огромный дракон. Белый гигант с мощной фигурой и крыльями, закрывшими собой всё видимое нами небо. И всё бы ничего, но вздох широкой грудной клеткой — и рык над нашими головами содрогнул землю, поломал пару деревьев и выбил окна с этой стороны замка.

Я хотела уже ринутся к своей чешуйчатой прелести, по которой успела соскучиться за последние полгода вынужденной разлуки. Но супруг резко схватил меня за талию, прижал к себе и готов был уже атаковать дракона шаром боевой некроэнергии. И запустил бы, если бы дракон вдруг довольно не рассмеялся, выдав:

— А он мне нравится, Лианта!

— Отлично! — ответила уже я, а потом посмотрела на растерявшегося в конец мужа. — Кирэн, познакомься, мой хранитель — Гарангараш.

— Можешь называть меня Раш, — опустив к нам голову, выдохнул дракон.

— Хранитель? — мой прекрасный некромант, кажется, понял только эту фразу, развеивая атакующее заклинание.

— Да, когда приходит время, каждый из нашей семьи выбирает себя оружие, — старалась отвлечь его, перетягивая внимание на себя с довольной чешуйчатой морды, внимательно осматривавшей нового знакомого. — И обычно это оружие — особый артефакт. Чаще всего им становился меч или лук, бывали и кинжалы, арбалеты, даже булава и секира встречались в этом списке. Мне же… достался веер, — и показала ему свой неизменный аксессуар, что всегда в моих руках или просто рядом, что бы ни случилось. — Но и он оказался с сюрпризом. Будучи не только красивым украшением, скрытым оружием и артефактом защиты, но и призывным артефактом.

— Один выдох с крупицами определённой магии на него, — продолжила бабуля, кивком поздоровавшаяся с Рашем, — и защитник тут как тут.

— Доброго посмертия, Тифида, — клыкасто улыбнулся дракон, но заметив Призрачного Генерала рядом с ней, растерял всё дружелюбие и игривость. Ну вот, как всегда. И сколько бы я не вызнавала о причинах такой реакции, этот наглый чешуйчатый либо переводил тему, либо просто отмалчивался, будто ничего не слышал.

— Почему твоим защитником стал… дракон? — спросил меня уже почти пришедший в себя супруг.

— Ну, он был последним в своём роду. Ведь сам подумай, когда ты последний раз слышал о драконах? Драгулы и ящеролюди — это всё, что осталось от них и их наследия, — пожала плечами. — И, видимо, узрев мой артефакт — а такие вещи сами выбирают себе хозяина — и сам факт, что я тоже последняя, Богиня послала его мне на защиту.

— Скорее всего так и было, — громыхнул Раш. — Мы ведь ходили под другим покровителем.

— Тогда почему вы вымерли? — задал логичный вопрос Кирэн, но логичным он был только для него, некромант всё же. А вот бабуля ахнула, будто услышала что-то оскорбительное.

— Потому что такова была Его воля, — а вот дракона нисколечко не смутили такие слова. — Мы ушли одними, чтобы стать другими.

И если я эту фразу поняла, а Тифида успокоилась, то вот муж озадачился. Пришлось шепнуть ему, что потом всё-всё ему объясню, ибо время уже поджимает. Заодно всучила прихваченный плащ.

— Что нужно делать? — поинтересовался Гарангараш, помогающий мне лапой и крылом забраться себе на шею, что для удобства уложил на землю. Кирэн замешкался, но дракон быстро подтолкнул его хвостом под попу, подгоняя.

Пока Раш расправлял крылья и готовился к взлёту, я вкратце объяснила всю ситуацию: куда летим, что будем делать, с кем бороться и, если преуспеем, как лучше присоединиться к войскам Его Величества.

— Как много же я упустил за такой короткий срок! — расхохотался ящер, отрываясь от земли хоть и плавно, но нас с мужем к шее придавило. Благо не инерцией, а магией — чтоб не слетели и не задохнулись от встречного ветра в полёте. Жаль, что от холода не спасает. — Вроде живёшь, наблюдаешь, учувствуешь в твоей жизни — и ничего толкового не происходит. А стоило отлучиться, как тут уже и заговоры, и смертоносные ритуала, и война едва ли не на божественном уровне!

— Ты так ворчишь или радуешься? — только ради интереса уточнила, потому что слишком уж довольным выглядел этот… огнедышащий. Вроде дух, хоть и материальный, что только подобен живому существу, а особенностей своей расы не утратил. Это хорошо, даже очень, учитывая, что нас вообще будет ждать.

Ещё пара взмахов крыльями и небольшой бреющий полёт в серебристый портал, закрутившийся точно перед нами. Мне на мгновение показалось, что я слышала испуганные и шокированные выкрики со стороны императорского дворца, но было уже не до этого.

Стоило оказаться по ту сторону нашего пути, я, если честно, растерялась. И было подумала, что портал сбился — вокруг темно как в вечерних сумерках. Но небольшой замок, замаячивший впереди на горизонте, развеял сомнения. Воздух вокруг даже через защиту дракона казался спёртым, угнетающим и давящим.

— Дрянная магия. Чужая, — прорычал гневно Раш, не прерывая полета. — Какого её действие, тебе известно?

— Это магия Хаоса из другого мира! — ответила я так громко, чтобы слова не сливались с шумом ветра. — Она пропитала собой шерлиты так крепко, что они даже утратили свой блеск! И их раскидали тут повсюду, по всей территории баронства, сосредоточив большую их часть у поместья и кладбища, чтоб пропить землю наверняка!

— Как против тебя готовились! — заметил дракон.

— Ну, вообще-то, так и есть! — я бы даже посмеялась с иронии, но было не до этого. — Ты бы видел тот премерзкий ритуал, который они провернули в столице! Откопали один — хотя, думаю, их Бог им подсказал, — который через семигранную звезду, возложенную на всю столицу, и с магически убиенными на концах лучей и их пересечении, выжег бы всю силу Последней Богини, а уж про мой род и говорить нечего!

— Бессмертия захотели?! — разъярился хранитель. — Я им их души в ничто выжгу!

— И такое возможно? — удивился Кирэн, внимательно нас слушавший.

— Тебе ещё многое предстоит узнать, малец, как о роде и силе твоей жены, так и об истинной силе некромантов! — хмыкнул крылатый. — Но всё потом! Лианта, как я понял, твоя сила изменилась, и ритуал провалился, даже если был завершён?

— Верно, — согласилась, благодаря Богиню за своевременное появление в том сне и направление в пещеру силы — по-другому я её назвать просто не могу.

— Тогда враг нас не ожидает — это во-первых. Во-вторых, если ты сейчас призовёшь даже часть своих войск, то они не застрянут в этих магических потоках. Удивлюсь, если они вообще их заметит! — и громогласно расхохотался.

Кирэн дрогнул и тихо спросил у меня, а не слишком ли громко Раш себя ведёт. Всё же огромного белого дракона легко заметить, когда он появляется в поле зрения, а вот услышать его можно ещё задолго до этого, когда он так горланит.

— Не переживай, — я извернулась, приподнялась и поцеловала мужа в щёку, — Раш — призрак, хоть и плотный. И если захочет, его не увидит и не услышит никто, кроме меня и связанных со мной.

— Именно, — довольно поддакнул дракон. — Но так или иначе, Лиа, готовься призвать пятерых генералов и их войска!

— Пятерых? — ахнула я. — Я едва одного…

— Ты другая, — очень серьёзно выдал Гарангараш, перебивая мои возмущения. — Если раньше я чувствовал тебя как тонкую льдинку, подобную едва полностью застывшей воде в кувшине. То сейчас ты похожа на огромную вековую льдину с далёких северных морей, — ошарашил он. — И не смей в себе сомневаться, Лианта, ибо ты потомок Последней Богини, а я твой хранитель. А просто так я бы им не стал. Уяснила?

— Абсолютно! — я постаралась взять себя в руки и отбросить все сомнения.

Где-то глубоко в душе я понимала, что он прав. Без подобной силы, которую он во мне видел, я не смогла бы даже зайти в пещеру предков, не то, чтобы простоять под тем огромным итритом. Поэтому прочь сомнения! Вдох поглубже, обращение к силе, буквально бурлящую обжигающим холодом, и зов к стольким генералам, сколько я потяну без ущерба себе и ядру силы в данной ситуации и с перспективой на будущий бой.

— Ты невероятна, Лианта! — прорычал больше, чем просто довольный Раш.

Открыв глаза и посмотрев вниз, я сама не удержалась от удивлённого «оха». Под нами на призрачных скакунах мчалась клином двадцатка Генералов, ведомая моим. Да так быстро и слажено, что, будь они реальными, грохот и пыль от их копыт были бы слышны за несколько километров. А так, они словно плыли по воздуху. Может так и было. Но смотрись невероятно мощно!

О Богиня! Сколько же простых «капитанов» и «рядовых» призраков пойдут за ними? И вот другой вопрос: если мне дали такую силу, то что ждёт нас впереди?

Глава 33

Первую границу из шерлитов мы преодолели легко, хотя у меня замирало сердце в страхе, что они нас засекут, раскроют тихую атаку или ещё хуже — застопорят моё мини-войско. Но нет, Раш летел с той же скоростью, Генералы мчались с той же прытью.

— Не переживай и верь Рашу, — шепнул мне на ухо Кирэн, обнимая крепче и прижимая к шее дракона сильнее.

— Невозможно не переживать, слишком многое на кону, — также ответила ему я.

— Поэтому тебе тем более нужен холодный рассудок, чтобы вовремя реагировать на все ситуации, что могут пойти не по плану, — как же я обожаю этого умного мужчину, со словами которого волнение само ушло. Да и как-то самой хотелось, чтобы оно спряталось глубоко-глубоко, а когда вылезло бы, то всё уже закончилось.

На том и порешила. Часть силы выпустила в сторону кладбища и поместья, выискивая замерших духов. Отдала приказ пробудиться, найти всех живых, непричастных к заговору и невиновных в происходящем, а потом как можно быстрее спрятать их или увести в самое надёжное место. То, что оно было, бабуле рассказала Мавика.

Вообще такое деление войск и план действий, когда его предложила она вместе с Гардом-старшим, никто даже спросить не стал. Очень логично и последовательно всё у них выходило на словах и картах. А вот как пойдёт в реальности… сейчас и узнаем.

Как только мы подлетели достаточно близко, Гарангараш замер над строением, набирая воздуха в грудь, чтобы обрушить чудовищный потоком белого пламени. Оно испепеляло черепицу и древесину, плавило камни так, будто они были из тонкого льда.

Те, кто был на верхних этажах, погибли мгновенно, не оставив после себя, как и обещал дракон, даже душ. А вот «везунчиков», выскочивших через двери и окна первых и вторых этажей встречали уже Генералы с парочкой своих солдат. Увидев, что первых ждало обезглавливание, вторые притормозили и стали отстреливаться магией.

Магия была разная и, что удивительно, неизвестная. Я могу предположить, что её направление что-то среднее между боевой магией и некромантией, но настолько отличается от таких же направлений этого мира, что легко понять — инородная. Но и этого было мало. Её будто пропитывала божественная чужеродная энергия. Это значит лишь одно — истоки и корни её лежат за пределами этого мира.

Итог второй — эти маги тоже пришли извне. Тогда… как они подпитывались всё это время? Все этим двадцать с лишним лет или даже более увеличивали разлом с каждым годом всё сильнее? Может поэтому хотели убрать из этого мира мою семью, как ту, что может почувствовать иномирное, чужое и дать ему отпор на более тонком уровне, нежели физическом?

Но зачем им вообще сюда проникать? Может только так, через своих последователей кто-то божественный может попасть в мир, к которому совершенно не имеет отношения. Он его не создавал, не устраивал здесь законы мироздания, не правил полипотоками энергий, пронизывающих всё вокруг.

Нет, он мог, конечно, ворваться, но всё полетело бы к чертям собачьим, нарушая баланс, и не получил бы Божок то, что так приглянулось. А вот осторожное внедрение своей сути и веры через сами основы круговорота всей энерии — жизнь, и жизнь выбрал самую многочисленную и деятельную — человека.

Через последователя можно привлечь ещё одного, эти двое ещё потянут нескольких за собой. И вот в него на чужой территории верят, а значит распространяют его силу и влияние. Пусть сначала на малый клочок земли, но через время он может разрастись до размеров страны, а дальше на континенты, и — как итог — на весь мир.

Но Последняя Богиня прочувствовала вмешательство, оповестила других Богов-коллег, и Им явно такое не пришлось по нраву — высказали своё недовольство божественному оккупанту и стали присматривать за ним. Вот только Он уже чуть-чуть, но проник в этот мир. И через Его приказы последователи нашли тех, кому покровительствовала раскрывшая Его планы и решил отомстить с выгодой для себя.

Это мне уже говорил единственный оставшийся… нет, не в живых. Я придержала его душу, когда тело разлетелось на пепельные пылинки, чтобы вытравить из него всю правду. И она не понравилась никому. Хуже того, когда рядом появилась бабуля, я увидела, какой болью наполнилось всё её существо.

— Это был ты, да? — глухо спросила тёмно-серую душу, которую сдавила силой, чтобы выдавить новые признания. А моя сила для чужеродной души была подобна чему-то среднему между раскалённым железом и кислотой.

— Ты про расправу над молодой парой и ребёнком? — зло усмехнулся через боль призрак. — Да, я там присутствовал. Отца малышки убили те трое, — указал взглядом на подпалены на земле в паре метров от нас. — Над его женой-красоткой — Урас и Тифрир, на неё хватило и двоих, — указал куда-то мне за спину. — А вот девочку держал я, пока Гириан, — так звали их главу, как мы поняли, — протыкал их гнилые сердца. И если честно, он отдал нам ещё один приказ.

— Какой? — прохрипела Тифида, а я уже поняла, сжимая против воли удерживающую его магию и причиняя боль.

— О-о-о, — просипел дух, — а ты умная. Неудивительно, что ты так легко мешаешь нашим планам столько лет.

— Что вы собирались сделать с моей невесткой и внучкой? Отвечай, тварь! — натурально рычала выведенная из равновесия старшая леди Астарс. Её прозрачное тело налилось света, а вокруг стали стягиваться тени, могильно завывая и жадно причмокивая, предвкушая расправу над нарушителем спокойствия.

— Женщина была так красива, а малышка манила своим жалобным нежным голоском и нежной кожей, — пропел призрак и с наслаждением закатил глаза, будто даже воспоминания дарили ему наслаждения. — Очень жаль, что я не успел дать малышке, — осмотрел он меня с ног до головы, задерживаясь на бёрдах и груди, — хорошенько попрыгать и попищать на моём…

Дальше договорить я ему не дала, выжигая всю его суть в ничто. Гнев и ярость распирали изнутри, раздирали сердце и душу в кровь. Если бы не крепкие объятья мужа, я бы сорвалась в истерику, поддавшись чувствам. А вот бабушка кричала. Зло, надрывно, с завыванием и такой болью, что я всё же расплакалась.

Жаль, что времени у нас было не так много, как хотелось бы после всего услышанного и увиденного. Я дала отмашку, и Генералы быстро собрали все шерлиты со всей территории, а Гарангараш их испепелил в несколько выдохов пламени.

И стоило последнему обернуться пеплом, то как будто стало легче дышать. Но лишь на тот момент, пока притихшая внутри меня энергия не начала бурлить с ещё более обжигающей яростью. Да так, что причиняла боль — Кирэн не выдержал и заключил меня в объятья, беря часть её на себя. Около половины силы я смогла выпустить в пространство вокруг— возможно, только так можно было очистить землю вокруг. А часть выходить отказалась. На обеспокоенность мужа ответила хмурая Тифида:

— Думаю, эта часть ждёт своего выхода на другом поле боя.

— Битва уже началась? Баяндор напал? — отдышавшись поинтересовалась я.

— Вот-вот должен, — ответил появившийся рядом с нами Андигор. — Поле, в получасе полёта в северо-восточную сторону, было выбрано для столкновения.

— Хорошо, — кивнула ему, что услышала. Поворачиваться или просто выбираться их надёжных тёплых рук супруга очень не хотелось. — Ты что-нибудь чувствуешь из враждебного? — спросила у Древнего.

— Нет, но это только на этом участке, — ответил тот. — Правда, как я понял, это было главное место прорыва. Твоя сила, светлейшая, прикрыла его и очистила место от последствий, но это ещё не значит, что нового не будет, учитывая, что битва вот-вот начнётся и совсем недалеко отсюда. В рядах противника могли затесаться такие же, как… — и указал взглядом на подпалены на земле.

— Верно! — загорелась энергией и какой-то идеей фикс бабуля. Как бы сама в бой не ринулась с такой решимостью! — Мы должны выдвигаться туда и либо остановить бой, проредив ряды противника, начиная с пришлой мрази, либо вмешаться в него, не дав энергии Хаоса накопиться над полем боя и снова открыть прорыв!

— Согласна, — кивнула я, целуя мужа и выпутываясь из его рук, чтобы вернуться на шею Раша и выдвинуться в путь.

Летели также быстро и тихо, но рассчитывать на полный эффект неожиданности было бы глупо. Наверняка те пришлые последователи Хаоса, идущие в рядах врага, могли почувствовать, что с их основным местом дислокации что-то случилось. Они будут минимум настороже, максимум — увеличат своё воздействие и ускорят бой, чтобы вернуть прежнюю концентрацию родной им магии.

Поэтому долго сусолить мы не решили. Скрепя сердце я отдала приказ всем призванным Призрачным Генералам — а это ещё на десяток больше прежнего количества — позвать за собой всех призрачных воинов и, не останавливаясь на подготовку, мчаться на построения врага. Рашу тоже досталось задание — жечь всех, кто пропитан чужеродной маной. Даже если это будет Баяндорский Император!

В итоге набралось целое войско. Ведь за каждым Призрачным Генералом, шло с десяток помощников, за каждым из них ещё по двое, а уже за каждым из такой двойкой не менее сотни… и того около шести тысяч с лишним призрачных воинов! И это только те, кто шёл за мной, а есть ведь те призраки, что «прятались» в рядах нашей армии, ушедшей за Императором на главный и единственный бой.

И наблюдая за огромной ордой, мчащейся под нами и ещё ждущую там, впереди, я понимала теперь всю мощь, вложенную в бабушкины — она летела рядом со нами — ошеломлённые слова:

— Это Белый Легион! Лианта! Это истинный Белый Легион!

Стоит ли говорит, с каким диким ужасом противники встречали нашу полупрозрачную бледную волну силы, которой даже не навредишь. Их, кажется, даже дракон не так впечатлил, чем обидели его, заставив драться и жечь всё вокруг ещё яростнее.

И во всём этом месиве из крови, мяса, других выделений, вспышек магии и криков я увидела его. Отчётливо так. Будто на поле был только он. Я знала его, видела там на месте расправы над семьёй Лианты и бабули. И пусть меня там не было, тело вспомнило, мозг напомнил.

Это он руководил процессом. Он брал в руки кинжал и меч, чтобы пробивать сердца и отрубать головы моей семьи! Эта тварь была тем самым, что первым пришёл из-за грани и устроил здесь весь этот хаос!

Глава 34

Словно почувствовав моё состояние и уловив мысли, дракон рванул в ту сторону, а потом скинул нас прямо в нескольких метрах от того урода. Призраки нас поймали и вернули в устойчивое положение. Но ни Кирэн, ни Тифида не понимали моих действий и планов.

— Лианта? — позвала бабушка, стараясь встать как можно ближе, чтобы меня никто шальной не задел, вылетев из толпы. Но нас и так окружила территория своеобразного отчуждения в пару десятков метров.

— Это тот самый, — выдохнула я, скапливая вокруг себя и в груди плотную сферу чистой силы. — Тот, что останавливал их сердца и лишал сил, крови, голов…

Этих слов хватило, чтобы двадцать первых Генералов окружили спокойно стоящего мужчину, готовые напасть в любую секунду. А он стоял и даже не двигался, лишь смотрел на меня и усмехался.

— О, ты стала, действительно, сильным и страшным противником, — спокойно проговорила эта мразь. — Нужно было меньше сусолить с твоими родителями, а перед твоей матерью сначала покончить с тобой. Но мне ты, как женщина, показалась малой угрозой, нежели твой брат.

У меня земля ушла из-под ног, если бы не крепкие руки супруга, то осела бы наземь. В голове мгновенно стало пусто. Но из памяти Лианты через эту пустоту я выловила её знания. Она знала, что матушка беремена, ведь даже с ещё пробуждающейся силой уловила новую душу, но не хотела радовать родителей раньше времени, готовя им сюрприз.

— Ты не представляешь, что я с тобой сделаю, — прорычала подобно Гарангарашу, обретая твёрдость в ногах и намерениях.

— Ты ничего не сможешь, — насмехался этот…этот… — Даже если лишишь тела, я просто вернусь в свой мир и под крыло своего Бога.

— Ой ли? — саркастично заметила я. — Что-то не так уж легко, как звучит с твоих слов, уходили твои собратья. Никуда их души не уходили. Некуда, ведь это не их мир, не их эманации энергий. Но даже просто плавать во всём этом я им не позволила, истлевая их суть в абсолютное ничто.

И чем больше говорила, тем быстрее ликование и спокойствие покидали противника. А под конец и вовсе сбледнул — видимо, постарался прочувствовать прорыв, но ничего не вышло. Даже хотел швырнуть в меня самым мощным в своём арсенале заклинанием разрушения, но был проткнул в районе сердца и со спины.

— Ч-что? — прохрипел он, удивлённо смотря на прозрачное лезвие, торчащее из груди со стороны сердца.

— Я дам тебе прочувствовать весь спектр боли, и даже смерть не покажется благом, потому что ты уже будешь мёртв, — и с этими словами Генерал вытащил не только меч, но и душу, нанизанную на него.

Она была ещё чернее и местами даже отливала багровыми всплесками. И найдя самые слабые её места, включая ранение от призрачного клинка, начала вливать свою силу. И не ту мягкую, которой пользовалась всю эту жизнь и до этого, а ту, новую, дарованную Богиней. Она была холодна как чистый азот в сравнении со льдом. И проникала медленно, поглощая самые малые частички призрачного эфира одну за одной, отрывая их друг от друга, разрывая изнутри.

Душа издавала такие звуки, что бой вокруг давно замер, и все свидетели бежали от поглотившего их животного ужаса. А я смотрела и наслаждалась. Это было ужасно, я понимала. Но страдать и горевать об этом буду потом. Ведь мести хотела та маленькая Лианта, что всю мою жизнь в её теле пряталась самой малой частичкой своей души глубоко за моей, решив не уходить, побоявшись покинуть бабушку. И сейчас она больше правила этим действием, мстя за родителей и братика.

А я… я будто наблюдала за всем со стороны. Она так сильна даже частью своей души, что и в правду выкинула меня из тела. Сейчас я была лишь сторонним духом, стоящим рядом, которому ни на что другое не хватало сил. Неожиданно пришло тепло, которое когда-то я почувствовала от прикосновений Богини, окутало мою душу, даруя уверенность, силу и спокойствие, я подняла руки и положила на плечи Лианты.

Девушка дрогнула и посмотрела точно мне в глаза. Посмотрела и всё поняла. Что надо уйти, ведь теперь это не её жизнь. Что больше мстить нельзя, ибо слишком опасно для души, но и родные отомщены. И главное — мы обе поняли две малые, но удивительные вещи, принёсшие нам окончательное спокойствие.

Она улыбнулась мне благодарно, уступая месте и покидая моё тело навсегда, прихватывая остатки чужой души, чтобы передать его Богине. А я рухнула в объятья мужа, что поспешил опуститься на землю и опереть меня на себя.

— Лианта! Милая моя! Девочка моя! Что с тобой? — причитала бабушка, приседая рядом с нами.

— Всё в порядке, бабуль, — слабо улыбнулась я ей.

— Н-но! То, что сейчас было! — ахала она, беря меня за руки и вдруг замирая, чтобы прислушаться к ощущениям.

— Это была не я, — пояснила всем, кто был вокруг. Оказывается, даже Император и генерал Гард с сыном поспешили к нам, когда основная битва была выиграна безоговорочной капитуляцией оставшегося противника. — На несколько мгновений моё тело заняла настоящая Лианта.

— Ах, — прикрыла ладошками губы Тифида, смотря на меня во все глаза.

— Она просто хотела отомстить за боль близких, но вовремя остановилась. Решили отдать нарушителя, точнее то, что от него осталось, в руки нашей Богини, — продолжила я пояснять, пока силы ещё остались в теле. — И ещё кое-что…

— Д-да? — всё ещё дрожала эта всегда такая несгибаемая леди.

— Я узнала, кто наш загадочный Безымянный Генерал, — названный тут же опустился рядом и по другу сторону, чтобы не теснить бабулю. — Бабуля, позволь тебе представить моего брата, точнее нерождённого брата Лианты.

Генерал снял капюшон, являя лицо взрослого мужчины со спокойным и безэмоциональным видом. Если присмотреться, мы и вправду были похожи, но я и раньше это замечала, считая, что это просто безымянный и забытый далёкий предок. Но родство и тогда чувствовалось близким, тем более закон нашей семьи таков, что только близкий родственник после смерти защищает носителя силы в роли Генерала.

Бабушка тоже это поняла, прикрывая рот рукой, чтобы потом броситься к мужчине в объятья. Точнее самой его обнять. Если бы она могла плакать, то плакала бы навзрыд, и даже так призрачные слезинки стекали по её щекам.

Брат осторожно прижал её к себе, а потом также мягко отстранил, чтобы предложить помощь мне. Но кто ему дал? Кирэн подхватил меня на руки, готовый нести туда, куда укажут. Указывать особо и не надо было. Императорский маг лично построил нам портал во дворец. Всё, что оставалось мне, — это отозвать Легион и других Генералов, кроме моих главных, а также дать отмашку на исчезновение Раша с условием — уйдёт, когда в бою больше не понадобится.

И вот мы в наших покоях, в нашей спальне. Только постояли мы не долго. Кирэн сразу направился в ванную. Лично наполнил её, раздел меня, себя и уже вместе со мной погрузился в воду. И всё это в тишине.

Так мы и сидели, пока муж не решил меня помыть, массируя всё, до чего дотронулись руки. Нет, не было эротического подтекста, только забота и нежность. Даже когда мы переместились на кровать. Просто легли, обнялись и уснули.

Сна не было, только образы. Маленькая Лианта и её родители. Они улыбались и были полны благодарности. Ещё я видела свою сестру, к которой тогда так спешила в своей прошлой жизни. Она безмолвно просила прощения, а ещё сообщила через мысли, что всё у неё наладилось, она встретила хорошего мужчину, у них трое детей и даже уже появился первый внук. Потом приходили мои родители. Они так гордились мной и желали счастья.

Всех этих чувств было так много, что слёзы лились горячие, чуточку грустные, но и счастливые. Хотелось и смеяться, но сил не было. Только распирающие изнутри чувства. Пока меня за руку вдруг не взял кто-то маленький, заставляя опустить глаза.

Оказалось, что это мальчик лет пяти. Он был очень серьёзным, но за руку держал осторожно и мягко. А ещё его сходство с моим дорогим Кирэном наводило на мысли, что это душа из прошлого мужа, он сам в том далёком возрасте. Вот только, когда малыш поднял на меня взгляд, проводив тех, кто ушёл за грань с той стороны непонятного мне пространства, я увидела свои глаза.

Маленький Кирэн с моими глазами? Такое можно увидеть только во сне. Но чем больше его разглядывала, тем больше видела на его лице и свои черты. Это так удивило, что я присела, чтобы поближе его рассмотреть, да и вообще полюбоваться такой тёплой душой. И пока я его разглядывала и тонула в нежном любящем взгляде, мальчик поднял вторую руку и погладил меня по щеке, даря ещё больше любви и тепла, а заодно стирая мои слёзы.

Я хотела спросить, кто же он, боясь озвучить свою догадку, но мальчик посмотрел на меня также строго, как Кирэн. А потом повёл за руку прочь из этого тёмного места к свету. Он вёл, оглядываясь, вроде и тянул за руку, но старался делать это мягко. И я чувствовала, что там, где светлее, нас ждут. Обоих ждут. И лучше вернуться, чтобы снова встретиться.

С последней мыслью я и проснулась. Глаза ещё не открыла, но проснулась, чувствуя, как по спине лёгкими прикосновениями блуждают поцелуи мужа. Кажется, нас ждёт приятное утро, после такого хорошего окончания сна.

— Доброе утро, — просипела сонно я, разворачиваясь к нему.

— Доброе, моя леди, — мягко улыбнулся он знакомой улыбкой и нежно поцеловал, чтобы потом углубить поцелуй, сделать жарким и даже слегка жадный, а потом увлечь в куда более приятное действие.

Кажется, я знаю, чья душа пришла ко мне этой ночью, но о ней я расскажу мужу чу-у-уточку позже. Месяца так через три. А пока мы хорошенько потрудимся ради неё. Ради него.

Эпилог

Шесть лет спустя

Бабуля летала по комнате из угла в угол, не зная куда деться. И это ни капельки не мешало. Мне, по крайней мере. А вот вызванным лекарям — очень даже. Их каждый раз передёргивало, когда Тифида пролетала за их спинами.

— Милая, — заглянул к нам сквозь стену её супруг. Одним из призванных мной тогда Генералов оказался именно дедушка, поэтому уходить не стал, когда увидел свою жену на поле боя. — Хватит отвлекать лекарей, а то дрогнет рука и…

— Всё-всё! Ухожу! — поплыла она в его сторону. — Держись, маленькая моя! — только успела бабуля договорить мне, как была утащена за талию.

Кажется, народ вздохнул с облегчением. Только поэтому я не сказала им, что почти из каждого угла сюда заглядывают тени — это так Андигор следит за правомерностью действий обслуживающего персонала. Хотя Мавика отговаривала его от этого как могла. Но разве Древнего переспоришь?

Очередная схватка прошла очень спокойно, но вот следующие словно решили отыграться на мне. Не кричала я от боли только потому, что лекари контролировали их интенсивность, чтобы слишком не страдала. И спасибо им за это. Огромное!

Тем более ребёнок не хотел ждать, а рвался скорее оказаться снаружи. Воин, как ни посмотри, всегда готов к бою и двигается вперёд, преодолевая все преграды. И уж своё рождение, как и бой, стремился сделать быстрым и максимально эффективным. А ведь прошло всего пять часов. Пять! А уже всё так интенсивно! Лекари тоже удивлённо переглядывались, стараясь максимально стабилизировать моё тело.

Так прошли ещё часа два. И это стало пределом, крик всё же сорвался с моих губ, а одновременно с этим послышался долгожданный «плюх», принося недолгое, но облегчение. Одна из лекарей поспешила достать новорождённого и как можно скорее привести в нормальный вид — отрезать пуповину, дать прокричаться, обмыть, пока её напарник принимал послед и устранял родовые последствия в моём теле.

Но мне было это не важно. Важен был лишь малыш и его первый крик, заставивший меня, наконец, выдохнуть облегчённо. Девушка-лекарь поспешила передать дитя мне, уложив на грудь эту маленькую кряхтящую прелесть, и сообщить:

— Поздравляю, миледи, у вас дочь.

— Что? — ахнула я.

— Что? — раздалось со стороны стены, где выглядывала бабуля.

— Вот это новость, — усмехнулся Древний из другого угла.

О, да, мы все ждали мальчика. Были уверены в этой детали, ведь в тело ребёнка вселилась душа воина, с характером, присущим мужчинам!

В комнату ворвался Кирэн, а следом за ним сюда просочился и Кайран — наш первенец. Они оба встали рядом с кроватью, нависли над нами и замерли.

— Кажется, мы не угадали, — слабо усмехнулась я им. — Прости, Кай, вместо братика появилась сестрёнка.

— Она прекрасна, — завороженно и с нежностью смотрел на кряхтунью Кирэн, боящийся лишний раз вздохнуть или оторвать взгляд от дочери.

— А я знал, — серьёзно заявил наш непоколебимый воин, взяв отца за руку и посмотрев на него так, как когда-то давно, в том далёком сне, смотрел на меня. — Знал, что будет сестрёнка.

— Знал? — удивилась бабушка, поправляя одеяло на мне, чтобы ноги не мёрзли, как это бывало у меня после родов. — Но почему нам не сказал? — дедушка за её спиной тихо отмалчивался и улыбался.

— Она сама просила не говорить. А рыцарь должен слушаться принцессу, да, пап? — и снова посмотрел на плавящегося от нежности родителя. А не добившись реакции, по-взрослому покачал головой мол «что взять с зефирных мозгов».

И прицепилось же это выражение к нему, стоило только раз услышать. Я тогда ляпнула, смотря на мужа, когда сообщила ему о второй беременности, и помня подобные последствия от первого такого сообщения. Кирэн сразу размякал, становился буквально пылинко-отталкивателем, мальчиком на побегушках и сюсюкающим мягкотелым «милая, а хочешь…», «милая, а может лучше…», «милая, тебе понравится…».

Кажется, в такие момент я влюбилась в него ещё сильнее и уже без всякого влияния от притяжения душ. И чем дальше, тем больше. А сейчас, смотря на любимого, на нашего сына, на замерших за правнуком бабулю с дедулей, и поняла, что этот момент войдёт в список самых счастливых в жизни.

— А я рада, что всё так сложилось, — улыбнулась я, поправляя пелёнку у ручек малышки. — Тем более, кажется, у меня теперь есть кому полноправно передать свой невольный титул, — и подмигнула пришедшему в себя супругу. На вопросительный же взгляд бабушки мы ответили вместе:

— Эта маленькая леди, — и тихонько рассмеялись.

Конец

Примечания

1

Уравийский паук идентичен нашему Пауку Дарвина, живущему на Мадагаскаре, прочность паутины которого превышает прочность кевлара минимум в десять раз.

2

Эрги — раса воинов, похожая на оборотней, но их второй ипостасью является особый вид змей, больше похожих на василисков, вот только в камень никого не превращают — зато смертельно ядовиты. Живут в жарких и засушливых частях мира нашей героини, являясь своеобразными защитниками мира от губительного естества пустынь. Парность у них абсолютна, а пара священна. Женщины-эрги почти не рождаются из-за силы и ядовитости «змеиных» ипостасей их народа, поэтому иногда им или втупившим в племена женщинам приходится брать на себя двойные узы брака, но такое решать только женщине, ибо мужчины ужасно ревнивы и могут соперника убить даже за мысли о делении их пары.

Content

Шана Лаут
Эта маленькая леди

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Эпилог

Примечания