Findroid

Наследие Истинного Пламени

Домен Власти

Пролог

Восьмой год завоеваний Владетеля, 1771 год от Исхода старых богов.

За полтора года до Небесного раскола.

— Ну и жарища… — протянул Варрис Тэну, смотря на проходящих мимо людей. Зря он прибыл в Дармасс в это время года. Повремени хотя бы месяц, и не пришлось бы стоять на солнцепеке в надежде кому-нибудь что-нибудь продать.

— Вот тебе холодного лимонада, — улыбнулась Ульфа, его жена, и протянула мужчине бокал с напитком. Залпом выпив его, тот сразу почувствовал себя лучше и принялся зазывать народ.

— Лучше товары со всех концов света! — горланил Варрис, мысленно проклиная зевак, которые подходят, смотрят и товар и уходят.

Он даже не заметил, в какой момент появилась странная красотка в черном закрытом платье. Её лицо было настолько хорошо, что мужчина аж запнулся, но лишь на мгновение.

— Госпожа, вас интересует что-то конкретное?

— Возможно, — подтвердила она. Изучающий взгляд метался по прилавку, словно женщина пыталась что-то найти.

— Может, вы хотите что-нибудь особенное? Например, вот эти чудные серьги из…

— Нет, — оборвала его женщина, даже не взглянув на торговца.

Странная дамочка.

Судя по белоснежной коже и дорогим украшениям, состоятельная, следовательно можно хорошо заработать.

— Может, вы опишите, что именно хотите, а я поищу это в своей кладовой?

— Я хочу что-то необычное, — твердо заявила она. — Что-то, что ни на что не похоже.

— Ни на что не похоже?.. — торговец задумался. Через пару мгновений его осенило. — Подождите минуту.

Он забрался в свою повозку и стал перебирать вещи, пока руки не добрались до резной шкатулки-головоломки, сделанной из чистого серебра. Эта вещица — настоящее произведение искусства, совсем недавно попавшее в руки Варрису. Он собирался приберечь её до Невигарского аукциона, но если эта дамочка сможет заплатить тысячу… нет, две тысячи марок, то он готов отдать эту диковинку уже сейчас.

По правде говоря, этот предмет вызывал у торговца странный дискомфорт. От одного лишь взгляда на искусный орнамент блестящих граней становилось не по себе. Никогда за все время торговли ни с одном товаром не случалось подобного. Если бы не жадность, Варрис давно бы уже избавился от шкатулки.

— Вот, взгляните… — торговец протянул шкатулку и увидел то, что и надеялся. Молодая красотка в полном восторге. Её пальцы дрогнули за миг до прикосновения, словно предвосхищая этот момент. Осторожно приняв головоломку, женщина стала с интересом её рассматривать.

— Она была изготовлена лучшими элкханскими мастерами для царя-царей Коллиоса Второго. По легендам внутри этой вещицы запечатан могущественный джин. Если кто-то сможет открыть головоломку, то он явит себя и исполнит три желания, — пьянчуга, продавший эту головоломку, говорил что-то отдаленно похожее, но Варрис уже не помнил и придумывал красивую историю на ходу.

— Царь-царей говорите… — задумчиво произнесла женщина, рассматривая вещицу в своих руках.

— Да. Он собирался подарить её своей возлюбленной в день рождения, но…

— Сколько?

— Три тысячи марок.

— Вы хотите очень многого.

— Это ценная вещь, — пожал торговец плечами. Варрис взял её за пятьсот и планировал выручить не меньше тысячи.

— Двести.

— Это слишком мало. Она из чистого серебра, одна его масса тянет как минимум на тысячу, не говоря уже о работе мастеров, которые над ней трудились.

Варрис ожидал услышать новое предложение, более реальное, но кажется, знатная незнакомка слишком увлеклась вещицей. Она крутила её в руках так и эдак, и мужчине в какой-то миг показалось, что диковинные символы на неизвестном ему языке едва заметно вспыхивают под её пальцами.

— Что вы делаете? — нахмурился торговец.

— Минутку, — ответила женщина, даже не посмотрев на него. — Весьма любопытная вещица… Никогда таких не видела.

Щелк.

От внезапного, пусть не очень громкого звука шкатулки вздрогнули и торговец, и покупательница.

— Верните её, пожалуйста, — вежливо попросил он. — Цена этой вещи — три тысячи марок, а никак не двести монет. Если вы не намерены покупать, то просто отдайте и подыщите то, что вам по карману.

Он ожидал таким образом задеть женщину, сыграть на её тщеславии, чтобы она в порыве гнева заплатила за эту безделушку требуемые три тысячи марок.

Но в этот момент раздался новый щелчок. А затем ещё один.

Узоры перестраивались, грани металлического серебряного куба двигались, а символы на поверхности вспыхивали.

— Что вы сделали?!

— Я… не знаю… — кажется, женщина тоже растеряна. — Я просто влила туда немного Иного.

Иного?! Чертова ведьма! Значит, это не просто безделушка, а настоящий магический артефакт?!

Секрет создания артефактов был утрачен ещё много-много сотен лет назад, так что эти вещицы могут стоить не просто много, а сумасшедшие суммы. Миллионы марок! К несчастью, многие из артефактов очень опасны.

Щелк.

Крышка куба отворилась, и яркий, ослепительный свет хлынул во все стороны. Настолько яркий, что Варрису на доли секунды показалось, что он ослеп. К счастью, очень скоро зрение начало возвращаться.

Дура! Проклятая дура, испепели её Свет!

Колдунья не сбежала. Она, как и торговец, оказалась дезориентирована и стояла на коленях, сжимая в руках открытую шкатулку.

— Отдай сюда! — торговец буквально вырвал шкатулку из её пальцев.

Ещё пять лет назад узнай Варрис, что перед ним одна из Ткачей Иного, он бы испугался, ведь мало ли что эти колдуны могут устроить, но благослави Свет Теона Альдрима, теперь в этих землях царит порядок. Законы одни для всех, а для Ткачей они даже строже, чем для простых людей.

— Как так?.. — опешил Варрис, заглянув внутрь открытой шкатулки. Внутри ничего не оказалось. — Ты что-то взяла! Украла!

— Ничего я не брала, — поморщилась женщина, потирая глаза.

— Врешь! Я не поверю, что… — но торговец не договорил, потому что неподалеку посреди толпы появился мужчина.

Он был молод, красив, хорошо сложен и абсолютно гол, но казалось, это нисколько его не волновало.

Ещё и сумасшедшего мне тут не хватало…

Обнаженный незнакомец как-то странно посмотрел по сторонам, провел рукой по своим длинным черным волосам, а затем задрал голову и взглянул на небо.

— Свобода… — произнес он и рассмеялся.

Люди косились на него, не понимая, что происходит, а вот реакция девицы-воровки Варриса удивила. Она вдруг упала на колени и заплакала, вся сжавшись, словно столкнулась с чем-то жутким и невероятным.

— Внемлите мне! Я, Могдин Победоносный, вернулся в этот мир! Возрадуйтесь! Ваш бог тут!

Но окружающая толпа отреагировала совсем не так, как ожидал этот сумасшедший. Кто-то лишь рассмеялся, услышав громогласные вопли, кто-то просто делал, вид что не замечает безумца, и лишь какой-то торговец за прилавком неподалеку осмелился крикнуть.

— Ты вначале штаны себе найди, Могдин, а потом в мир выходи. У меня, кстати штаны найдутся, но вот с марками у тебя, вижу, проблемы.

Лицо черноволосого мужчины было преисполнено радости и блаженства, но ровно до этих слов.

— Что ты сказал? — безумец стал серьезным.

— Говорю, ушел бы ты с площади, малец. Может, хер у тебя и большой, но это точно не лучшее место, чтобы его демонстрировать.

Назвавшийся Могдином мужчина побагровел.

— На колени перед вашим богом! — закричал он во весь голос. Словно усиленный магией, он прогрохотал по всей площади. Варрис даже не сомневался, что мужчина использовал силу Иного для этого.

Он точно безумец. Это же преступление.

Разумеется, никто в здравом уме не стал становиться на колени перед этим типом, но на всякий случай народ начал расходится, стараясь держаться от него подальше.

— Значит, вот как вы встречаете своего бога… — лицо мужчины исказила гримаса ярости. — Похоже, этот город погряз в святотатстве, и лишь очистительное пламя может смыть ваши грехи. Кайтесь! Вставайте на колени и молите о прощении! Или умрите!

* * *

Теон замер перед настежь распахнутыми воротами в Дармасс. Он не был в своем родном городе больше пятнадцати лет, но едва ли испытывал радость или ностальгию по былым денькам.

Сейчас здесь пахнет смертью.

— Теон, — женская рука коснулась плеча, и мужчина невольно вздрогнул. Моргнув, он повернулся и посмотрев Руннэт, на лице которой отражалось беспокойство. Помимо своей возлюбленной с ним было ещё двое: Эрлисфиль, что может оживлять картины прошлого, и Зарим, открывающий для Теона порталы.

Последнему он сказал ждать на месте, а сам в сопровождении девушек направился в Дармасс. Город встретил его непривычной тишиной, давящей и пугающей. Он помнил этот город бурлящим и полным жизни, что не удивительно, ведь здесь располагается один из самых крупных портов в стране, уступая только Невигару. Улицы даже ночью были полны народом, а сейчас тут нет никого.

Теон шел медленно, а под его ногами скрипел пепел, которым усеяна каждая улочка города.

— Чувствуешь что-нибудь? — спросила Руннэт.

— Ничего большего чем то, что уже известно, — спустя несколько секунд ответил Теон. — Силу и смерть…

Кто бы не устроил это, он обладал силой не меньшей, чем у Теона. Остаточный след невероятно яркий. Удивительно, что после такого всплеска ещё не объявились опустошители, но Теон не сомневался, что это временно. Они непременно появятся, нужно быть готовыми.

— Нам нужно найти эпицентр, — напомнила Эрлисфиль.

Она не слишком красива по общепринятым меркам. Длинные темные волосы, слишком длинный, крючковатый нос и тонкие, слегка скошенные губы, словно она всегда не в настроении. Фигурой природа её тоже обделила, Теону Эрлисфиль всегда казалась слишком угловатой.

— Да, я его чувствую, — кивнул мужчина. Ему гораздо проще искать потоки, чем спутницам, ведь он черпает свою силу изнутри, а не из окружающего мира, как остальные Ткачи.

Чем глубже они погружались в город, тем мрачнее становился Теон. Запах смерти и гари неприятно щекотал нос.

Сколько в этом городе жило людей? Сорок тысяч? Пятьдесят?

Все они умерли в один момент. Просто сгорели, оставив после себя лишь горстку золы, которой теперь усеян весь город.

Кто бы это не устроил, он за это заплатит!

Дорога привела их на центральную торговую площадь, где, судя по ощущениям Теона, все и произошло. Тот, кто убил всех жителей, находился здесь.

— Это тут, — Теон почти безошибочно смог определить место, на котором стоял неизвестный Ткач Иного во время применения своей способности.

— Хорошо, — кивнула Эрлисфиль, выходя вперед. — Времени прошло немного, вмешательства почти не было, а разлитая тут сила должна помочь.

— Начинай.

Мир вокруг тут же стал меняться. Троицу Ткачей Иного окружили полупрозрачные призраки. Сотни, может даже тысячи. Торговая площадь вернулась на два дня назад, за несколько минут до произошедшей трагедии. Лишь в одном была проблема: все они были немы. Духи разговаривали между собой, повторяя все, что произошло в тот день, но присутствующие люди ничего не слышали.

— Нужна речь, Эрлисфиль!

— Я пытаюсь, это не так просто… — ответила женщина, продолжая выстраивать плетения.

Спустя почти минуту то тут, то там начали проскальзывать звуки: обрывки фраз, возгласы, но пока что они не формировали цельную картину. Насколько Теон знал, восстановить звуки гораздо сложнее, чем картинку.

— Давай, Эрли, ты справишься, — подбодрила подругу Руннэт.

Внезапно у неё получилось. Площадь, которая пару минут назад была мертвой, ожила.

— Репа! Свежая репа!

— Хрусталь прямиком из Лондрана!

— Домашняя утварь! Только сегодня, распродаем остатки…

Теон на мгновение словно вернулся домой. Он отлично помнил те юные годы, когда носился по этим улочкам и крал кошельки у местных зевак. Мог ли кто-нибудь в тот момент подумать, что простой беспризорник покорит практически весь мир?

Тряхнув головой, мужчина отбросил воспоминания и сосредоточился на окружении. Нужно понять, кто именно убил всех этих людей, но пока что ни он, ни Руннэт не замечали ничего подозрительного.

— Не похоже, чтобы кто-то из них… — начал говорить Теон, но резко отпрянул, когда прямо перед ним появился новый дух. Он возник буквально из ниоткуда. Черноволосый, хорошо сложенный и… голый.

— Это ещё кто? — Руннэт тут же оказалась рядом с Теоном, с интересом разглядывая незнакомца.

— Хороший вопрос. Он взялся буквально из ниоткуда.

— Свобода… Внемлите мне! Я, Могдин Победоносный, вернулся в этот мир! Возрадуйтесь! Ваш бог тут! — произнес дух и рассмеялся. В его смехе Теон уловил крупицы безумия.

— Погоди, он назвался Могдином? Одним из Старых Богов? — Руннэт напряглась, а Теон пока хранил молчание, наблюдая за мужчиной.

Тот ликовал из-за того, что обрел «свободу», что бы это ни значило, только вот люди вокруг не разделяли его восторга. Они смотрели на мужчину как на сумасшедшего, и были в своем праве. Теон бы на их месте поступил точно так же.

И это сильно разозлило человека, назвавшегося Могдином Победоносным.

— Похоже, этот город погряз в святотатстве, и лишь очистительное пламя может смыть ваши грехи. Кайтесь! Вставайте на колени и молите о прощении! Или умрите. — воскликнул он, а когда не увидел вокруг ни намека на повиновение, протянул руку и щелкнул пальцами, порождая волну из пламени, хлынувшую в все стороны и мгновенно превращающую всех вокруг в пепел.

Через мгновение площадь опустела.

— Это все. Дальше из-за всплеска магии история стерта. Мы не узнаем, что он делал дальше, с помощью моей силы, — сообщила Эрлисфиль.

— Верни немного назад, — попросил Теон, и женщина исполнила его просьбу. Призраки вернулись и стали проживать миг заново, но уже в обратном ходе времени.

— Стоп.

Мир замер, и Теон встал перед мужчиной, что именовал себя одним из Старых богов.

— Это же не может быть он, — тихо сказала Эрлисфильм. — Старые боги ушли и больше не вернутся!

— Ушли… Не вернутся… — пробормотал Теон, смотря на мужчину. Он не сомневался в том, что перед ними Могдин Победоносный. Он отлично помнил лицо каждого из старых богов, встречающих пришедших в Тор-Санрэйз. Но почему-то сейчас, всматриваясь, Теон ощущал нарастающий гнев, но вовсе не потому, что бог одним махом уничтожил его родину. Это Банрат-Тан-Азур. Черному демону не свойственны эмоции, но сейчас Владетель ощущал, как ярость демона отравляет его душу, врезаясь в разум, заставляя терять и без того шаткий контроль.

— Если это действительно Могдин, то… что ты намерен делать, Теон? — спросила Руннэт.

— Буду готовиться к бою, — ответил он. — Ведь нам только что объявили войну.

Глава 1. Подчинение

— Какая же я слабачка… — тихо произнесла Вестра, разглядывая потолок в своей комнате. Вчера её на флаере доставили обратно в Школу. Сейчас девушке положено соблюдать постельный режим вплоть до полного восстановления.

Врачи говорят, что она чудом выжила. Её разорванные внутренние органы собирали по частям, но теперь, благодаря регенеративным препаратам, фурия должна быстро пойти на поправку. Вот только Вестра не чувствовала себя радостной.

Она то и дело прокручивала в голове те несколько часов, что она провела с Теоном Альдримом в Обители Старых Богов. Это могло было стать самым потрясающим приключением в её жизни, если бы не финал.

Опустошитель.

Одна мысль о нем приводила девушку в ужас, тем не менее Вестра нашла в себе силы и смелость отвлечь на себя внимание монстра, чтобы Теон смог взять меч. Её воспоминания обрывались на моменте, когда Опустошитель насадил её на свои когти, но раз она жива, этот поступок был верным. Теон победил.

Я спасала его ценой своей жизни. И спасла. Даже я могу быть полезной.

Вестра Тебрил не слишком сильная фурия. Как и у большинства, у девушки есть два дара: малый и большой. Обычно чем сильнее большой дар фурии, тем слабее малый, но у Вестры они равнозначны.

С помощью дара «Скорость» девушка может ускорять себя до такой степени, что мир практически замирает. Довольно мощная и сильная способность, которой Вестра не очень-то и умеет пользоваться. А малый дар — «Воплощение». Фурия может создавать призрачные предметы и даже живых существ, однако она его почти не развивала.

Все вокруг, будь то друзья или специалисты, говорили, что у фурии с такими способностями большое будущее, что её потенциал огромен, но все-таки чего-то не хватает.

Стремлений. Мне не хватало стремлений.

Всю свою жизнь Вестра не ставила перед собой никаких целей. Она просто жила и наслаждалась сегодняшним днем. Ей было все-равно на собственные силы, она никогда не пыталась прыгнуть выше головы. Лифэтта, к примеру, всю свою жизнь провела в тени сестры, и потому все свои силы прилагала, чтобы когда-нибудь её превзойти, но для Вестры все это казалось таким чуждым и непонятным.

Она выросла в полноценной счастливой семье, и её единственным стремление было обрести такую же: любящего мужа рядом и ораву милых детишек. Вот и все стремления Вестры. Смотря на ту же Лифэтту, девушка подсознанием понимала, что её подруга никогда не станет счастливой. Никогда не построит семью. Вся её жизнь будет борьбой, как и у многих других фурий.

Я не хочу такой жизни, — обычно говорила она себе.

Столкновение с Опустошителем все изменило, заставило иначе посмотреть на собственную жизнь и устыдится. Тренируйся она больше, все могло бы быть иначе. Будь её реакция гораздо лучше, Вестра бы, пусть и с трудом, но увернулась от той атаки.

Страх и нерешительность её погубили.

Семья? Дети? Ничего бы этого не было, если бы не Тео…

На глазах проступили слезы, но девушка тут же вытерла их. Она больше не хотела чувствовать себя слабой. Не хотела чувствовать себя обузой.

Сбросив одеяло, она поднялась на ноги и тут же поморщилась от боли. Голова закружилась и подступила тошнота.

— Я стану сильной… Обязательно! — решительно заявила она самой себе, прижимая руку к животу. В тумбочке она нашла баночку таблеток, которые ей прописали от боли, и проглотила сразу две штуки, после чего одела тренировочные штаны, а затем и майку. — Я стану сильной…

К моменту, когда девушка покинула свою комнату, таблетки подействовали, почти полностью погасив боль от ранения.

Надо было раньше выпить.

Вестра опасалась встретить кого-нибудь по пути. Арвин, например. Та обязательно загонит её обратно в постель, а затем ещё и сидеть будет, присматривая. К счастью, фурии повезло, и она дошла до тренировочного зала, так никого и не встретив.

Водрузив себе на голову обруч, связывающий её сознание с машиной материализации образов на Арене, девушка прошла к оружейной стойке. Она уже по привычке собиралась взять автоматическое оружие, питающееся энергией Иного, каким обычно пользовались они с Арвин, но одернула себя.

Оно было простым, но не подходило ни ей, ни её способностям.

— Ближний бой… — шепотом произнесла Вестра, взяв легкий одноручный меч.

Фурия прошла на Арену и запустила процедуру генерации. Она собиралась выбрать одного из обычных Опустшителей, но вновь одернула себя, вспомнив, что говорил Теон Арвин. Здесь фурии дерутся с упрощенными формами этих монстров, слабыми словно котята. Машина способна создать Опустошителя реальной силы, но Вестра понимала, что еще не готова к такой встрече.

— И как же мне быть?..

Внезапно фурия вспомнила о старике, с которым дрался Теон, а в последствии с ним тренировалась и Лифэтта. Он должен быть в системе.

Возможно, наблюдая за ним, я смогу научиться каким-нибудь приемам.

Сосредоточившись на обруче, она дала мысленную команду создать того самого старика, и система с готовностью выполнила запрос. Уже через секунду напротив неё появился худой морщинистый мужчина с длинными седыми волосами, собранными в хвост.

Мастер Шу… кажется так он его называл…

Он стоял спокойно, расслаблено, но это было обманчивое впечатление. Вестра уже не раз видела, с какой скоростью тот способен вытаскивать меч из ножен.

— Мастер Шу, — обратилась она к призраку и приветственно поклонилась, чувствуя себя при этом очень глупо. Алетра, скорее всего, рассмеялась бы, увидев, как Вестра разговаривает и даже кланяется созданной машиной проекции. — Говорят, вы были учителем Теона, учили его искусству меча. Я… Научите меня, пожалуйста. Я хочу быть для него полезной…

Лишь закончив говорить, Вестра до конца осознала нелепость ситуации. Кровь прилила к её щекам, и девушка потупила взгляд, но произошло то, чего она никак не ожидала.

Старик поклонился ей.

Затем мастер Шу медленно извлек оружие из ножен и повернулся к девушке боком, после чего встал в боевую стойку.

Он… не нападает. Он… хочет, чтобы я повторяла за ним?

Это было слишком невероятным, чтобы быть правдой. Перед ней же стоит лишь плотная голограмма, просто проекция, созданная из энергии Иного. Она не разумна, а выполняет заданные алгоритмы.

И тем не менее призрак мастера Шу был готов учить её своему искусству.

* * *

Разрядка — одна из важнейших частей в жизни каждой фурии, и вопреки расхожему мнению, бытующему среди обычных людей, это не просто секс, не удовольствие плоти. Во время разрядки фурии по большей части обмениваются собственной энергией, которая благотворно влияет на правильное развитие дара.

После пробуждения сил молодым фуриям разрядка жизненно необходима, и чем регулярнее она будет происходить, тем быстрее девушки овладевают своими силами. С возрастом и обретением полноценного контроля эта потребность заметно снижается. Фурии без особого вреда для себя и окружающих могут годами жить, не прибегая к чему-то подобному, хотя разряжаться хотя бы раз в месяц все же рекомендуется.

Алетре разрядка нравится, в отличие, скажем, от Лифэтты дор-Мантэс, которая относится к ней с равнодушием, принимая ту, как данность, а не как что-то жизненно важное. Так что можно сказать, Алетре повезло встретить фурию, разделяющую её мнение.

Арвин Мейр на один год старше Алетры, и когда управляющая поставила их в пару на разрядку, они поняли, что идеально друг дугу подходят. Между ними возникла искра, и в итоге очень скоро они объявили об «ученическом партнерстве». Это не было прописано в уставе Школ, но фурии довольно часто формировали пары. Управляющие обычно снисходительно к этому относились, хотя все-равно изредка могли ставить в график разрядки других девушек. Это было нормальной частью обучения.

Прямо сейчас Арвин и Алетра занимались разрядкой. Миниатюрная блондинка прильнула к налитой груди своей меднокожей подруги, принявшись ласкать сосок язычком. Грудь Алетры была весьма чувствительна, и Арвин прекрасно об этом знала. Её тонкие пальчики скользнули меж половых губ и осторожно погрузились в лоно Алетры, заставив девушку закусить нижнюю губу и застонать.

Хорошо…

Алетра откинулась на мягкую стену в комнате разрядки, а голова Арвин оказалась меж широких бедер темнокожей девушки.

— Да… Арвин… — шептала Алетра, запустив пальцы ей в волосы, но что-то было не так. Вначале все шло, как обычно, но, когда в дело пошли оральные ласки, для девушки это стало очевидным. Обычно в такие моменты внизу живота вспыхивал маленький вулкан, но сейчас этого не произошло.

Арвин всегда была довольно живой и активной, её энергия заражала, но после того, как в Школе появился мужчина, все изменилось. Сейчас Алетра чувствовала это как никогда. Арвин не получала наслаждения, словно происходит такой же обыденный и скучный процесс, как поход в душ.

— Арвин! — Алетра могла бы смолчать и закончить разрядку, как положено, но из-за своего взрывного характера не смогла игнорировать происходящее.

— А? Что? Я сделала что-то не так? — блондинка прервалась и вытерла губы.

Она в такие моменты очень милая…

Но Алетра тут же тряхнула головой, не желая давать слабину.

— Ты все сделала не так, — прямо сказала она подруге. — У нас сейчас разрядка, а ты словно не тут!

— Правда? — Арвин задумалась и виновато улыбнулась. — Извини, в последнее время столько всего произошло.

— Это все из-за него! Из-за того мужчины! — больше девушка не могла терпеть эти недомолвки. Пора поставить точку в этом вопросе.

— Только не начинай об этом снова…

— Не начинать? — фыркнула дорнийка. — Да как не начинать, когда все твои мысли крутятся вокруг него?

— И вовсе нет!

— Нет? Сколько раз у нас была разрядка с момента его появления?

— Ну…

— Это второй раз, и то мне пришлось тебя чуть ли не уговаривать!

— Знаю… Извини. Я исправлюсь, слышишь?

— Исправишься?! Как?! Перестанешь с ним трахаться? — Алетра мечтала услышать утвердительный, но подруга потупила взгляд. Дорнийку это бесило.

— Ты не понимаешь, Алетра. Происходящее между нами… Это не объяснить словами. Тебе самой нужно попробовать! Уверена, что он не будет против, да и я могу быть на подхвате.

— Ты в самом деле предлагаешь мне позволить этому мужику войти в мое лоно?.. — произнесла Алетра таким холодным тоном, что её подруга побледнела. — Ты вообще помнишь, что моя мать — одна из жриц Истинного Пути?

— Алетра… Ты все слишком драматизируешь. Это правда другое. Ты не поймешь, пока не попробуешь. Это словно… ты всю жизнь пьешь из грязной лужи, а затем оказываешься на берегу огромного, кристально чистого озера!

— Значит разрядка со мной — питье из грязной лужи?..

— Что? Ох… Нет! Это была очень плохая аналогия.

— А по мне очень даже хорошая.

Алетра встала с кровати и подняла валяющиеся на полу вещи.

— Думаю, на этом наше партнерство заканчивается.

— Алетра… — Арвин была в шоке. — Прости, я…

Но дорнийка уже ничего не хотела слушать. Её разрывала злость и обида, и ещё большой вопрос, на кого: на Арвин или на мужчину, который поселился в этой Школе.

Лишь когда девушка прошла до конца коридора и свернула за угол, она позволила себе дать слабину. Сжимая в руках одежду, Алетра плакала, прислонившись к холодной стене.

— Дура! Дура! Дура! — повторяла девушка, обращаясь не то к предавшей подруге, не то к себе самой. А ведь ещё совсем недавно они всерьез обсуждали идею стать полноценными партнерами после выпуска, даже если их распределят в разные Домены. Да, это было бы сложно, и в результате рано или поздно одна из них уткнулась бы в карьерный потолок из-за этих отношений, но Алетра была готова на это пойти. — Предательница…

Рыдая, девушка сползла на пол. У неё даже не было сил, чтобы одеться, не то чтобы дойти до своей комнаты.

Если бы его только не было… Если бы он просто исчез и оставил их в покое…

Алетра ненавидела внезапно появившегося мужчину всем своим сердцем, каждой клеточкой своего тела за то, что разрушил дорогие ей отношения, за то, что она сейчас чувствует себя разбитой и сломленной.

— Почему ты плачешь? — внезапный вопрос заставил её вздрогнуть и поднять глаза. Перед ней стаял ужасный монстр с черепом вместо лица, одетый в черный деловой костюм. Новый «гость» Школы.

Она мгновение смотрела на него, ощущая накатывающую ярость. Возможно, впервые за свои восемнадцать лет Алетра ощущала такую сильную ненависть, смотря на кого-то. Мужчина, способный касаться иного. Монстр, который олицетворяет все, что она ненавидит и презирает как адепт Истинного Пути.

Именно из-за таких, как он, произошел Небесный Раскол!

Алетра распалила свой гнев, слив его с энергией Иного, и обрушила эту мощь прямо на мужчину. Мощный поток пламени ударил урода в грудь, с огромной силой отбрасывая в стену.

После атаки ярость схлынула, и фурия внезапно осознала, что сделала. Ей стоило проверить, все ли с ним в порядке, но девушке просто хотелось убраться отсюда. Сбежать подальше и от черепоголового, и от Арвин, которая скорее всего услышала шум и пойдет посмотреть, что случилось.

Алетра бежала, сломя голову, и сама не заметила, как оказалась в собственной комнате. Лишь тут она смогла перевести дух.

— Дура! Дура! Какая же я дура!

Ей было плевать на раненого мужчину. Пусть он даже сгорел, это её мало волновало. Куда больше её беспокоили последствия такого поступка. Вновь Алетра пошла на поводу у своего гнева, который был одновременно её силой и слабостью. Чем сильнее она злилась, тем более сильное пламя могла создать.

— Помощь… Мне нужна помощь… Я хочу выбраться отсюда…

Помедлив секунду, девушка коснулась своего браслета-коммуникатора и выбрала функцию звонка.

Пока девушки числятся ученицами, их контакты с внешним миром сильно ограничены. Они могут сидеть в Сети в режиме чтения и звонить лишь после одобрения управляющей. Но у всего бывают исключения — один номер, на который фурии могут звонить без ограничений в любое время. Это номер матери, отца или опекуна, в зависимости от обстоятельств.

Гудки…

Девушке казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

— Алетра? — послышался слегка уставший голос матери. — Надеюсь, у тебя что-то срочное. У меня много дел.

— Это… очень срочное…

— Ты плачешь?

— Мама, послушай… я хочу… хочу уйти отсюда.

— Ты ведь прекрасно знаешь, что это невозможно. Пока ты не получишь одобрение о полном котр…

— Ты не понимаешь! Эта Школа… Ты видела мужчину по телевизору? Того, что якобы касается Иного? Он тут! Он прячется в этой Школе!

— Алетра, надеюсь, это не шутка, — голос матери мгновенно стал серьезным.

— Я бы не стала о таком шутить. Он тут, мама, и он действительно способен касаться Иного. Я читала в Сети, что многие принимаю это за фокусы, но нет. Я сама видела. Он обладает даром, и он тут…

Мать молчала, и это молчание говорило девушке об очень многом. Она не стала бы тратить драгоценное время на молчание в трубку, значит сейчас она всерьез обдумывает услышанное.

— Хорошо, дочь моя. Я тебя услышала.

* * *

Йондра Велв ещё несколько мгновений смотрела перед собой, положив трубку. Звонок дочери стал неожиданностью, но если все, что она сказала — правда, то это можно использовать. Пусть Йондра не происходит из знатной семьи, но как одна из верховных жриц Истинного Пути обладает не меньшим влиянием, чем кто-нибудь из архонтов.

— Я должна это как-то использовать… — задумалась она.

— Использовать что? — поинтересовалась обнаженная женщина, лежащая рядом и с аппетитом вкушающая виноград.

— Звонила моя дочь, сказала, что ей известно, где скрывается человек, именующий себя Теоном Альдримом.

— Это же не шутка? — женщина отложила чашу с виноградом и заняла вертикальное положение. — Ты ей веришь?

— Алетра, как мне кажется, не стала бы о таком врать. Она эмоциональна и вспыльчива, а ещё немного упряма, но не так глупа, чтобы обмануть меня. Если она говорит, что этот мужчина там, значит она действительно так считает.

— Школа, значит… — хмыкнула собеседница. — Хорошее место, чтобы спрятаться. Режимный, закрытый от чужих глаз объект. Ты же можешь инициировать там проверку?

— Если надавлю на нужных фурий, но не думаю, что это что-то даст. Через два дня он должен явиться на встречу с представителями Арбитража, исход которой может многое поменять в этом мире.

— Они же его не признают! — воскликнула женщина, вскакивая с постели.

— Кто знает… — задумалась Йондра. — Ситуация не так проста, как кажется. Я верю свой дочери, а она говорит, что этот мужчина действительно способен касаться Иного.

— Ты не собираешься ничего предпринять?

— С чего ты взяла? Я много чего собираюсь предпринять. Сама информация о его местонахождении не так уж важна, в конце концов место всегда можно поменять. А вот то, что он действительно Ткач Иного…

— Мы же его убьем? Мы обязаны его убить! Он оскорбление Истинного Пути!

— Разумеется, убьем, — кивнула жрица. — И не просто убьем. Мы распнем его, уничтожим публично, показав это всему миру! Мы отрежем его грязный член и выставим в музее, чтобы это было напоминанием! Мужчины, владеющие Иным, однажды чуть было не уничтожили мир. Наша задача в том, чтобы не допустить повторения тех событий.

— Вот теперь я узнаю свою любимую Йондру, — ухмыльнулась собеседница. — Я уже почти тебя боюсь… хи-хи-хи… Я очень хочу кубок из его черепа. Подаришь мне его на годовщину?

— Обязательно.

— Хотя нет, я передумала.

Йондра удивленно вскинула бровь.

— Лучше я сделаю тебе такой подарок. Думаю, стоит попробовать обратиться к Держателю Костей.

От упоминания Алчущего Йондра поежилась.

— Он запросит не мало, — продолжила фурия, — но сделает свою работу качественно. А даже если ничего не выйдет… никто не узнает, что это были мы.

Йондра кивнула. Пусть ей и не хотелось связываться с костяным братством, но в том, что никакие нити не дотянутся до жрицы Истинного Пути, можно быть уверенной. Братство гарантирует полную анонимность, даже в случае провала они лишь потеряют деньги.

— Но пусть доставят тело. Мне нужно его тело!

— Разумеется. Ведь без тела чашу не сделать… — хищно улыбнулась собеседница.

* * *

Теон застыл в дверях, неотрывно смотря на рассевшуюся как ни в чем не бывало Руннэт. Его бывшая возлюбленная почти не изменилась за те семь сотен лет, что они провели в разлуке. Все та же идеальная кожа, темные словно бездна глаза и слегка вьющиеся рыжие волосы. Они у неё всегда были немного непослушными.

— Привет, Теон, — её голос при произнесении имени слегка дрогнул. Она пыталась быть холодной и отрешенной, но это слишком сложно, учитывая, что произошло между ними и чем закончилось. — Думаю… нам надо поговорить.

Внутри мужчины все перевернулось. Последнюю неделю он только и думал о том, как добраться до неё и свернуть её тонкую шею, но она его переиграла. Сама явилась, да ещё и в одиночку.

— Руннэт… — его голос прозвучал хрипло.

Как же он желал этой встречи, но… одновременно страшился её. Теону было совершенно плевать на остальных. Он бы убил их, и глазом не моргнув, но с ней все иначе.

В следующий миг воздух вокруг Теона наполнился силой. Руннэт не успела ничего предпринять, и её отшвырнуло в ближайшую стену. Фурия вскрикнула, но не могла пошевелить и пальцем.

— Теон… кха… Послушай… я просто… хочу поговорить.

— Поговорить? — в голосе Владетеля звучали раздражение и злость. — Поговорить?!

Он медленно шел к Руннэт, а когда между ними осталось несколько шагов, взмахнул рукой, и одежда на её теле превратилась в пыль. Теон опасался, что она могла припасти что-то под одеждой, какой-нибудь магический артефакт времен старых богов или один из блокираторов, о которых он столько слышал.

Убедившись, что ничего нет, Теон сделал ещё один шаг, оказавшись перед женщиной вплотную. Он хотел вырвать ей сердце голыми руками, свернуть её шею или сделать что похуже, но… что-то его волновало, и он не сразу понял, что именно.

Она не сопротивляется.

Теон не мог воздействовать своей силой непосредственно на Ткачей. Руннэт достаточно было коснуться Иного, но по какой-то причине она этого не делала. Она могла освободиться в любой момент, но терпела давление его силы.

— Почему?

— Что?..

— Почему ты не касаешься Иного?

— Я… Не могу. Я приняла блокиратор.

Теон нахмурился.

Приняла блокиратор? Зачем?

— Ещё шесть часов я буду полностью лишена сил, — продолжила Руннэт. — Знала, что если я окажусь перед тобой, то так или иначе коснусь. Возможно, не нарочно, но в таком случае ты вряд ли станешь меня слушать.

Тут она была права. Если бы она решила использовать силы, то Теон обрушил бы на неё всю свою ярость, скопленную за долгие столетия, проведенные во тьме. Но сейчас Королева Шипов прямо перед ним, нагая и бессильная. Он может сотворить с ней все, что угодно: превратить все кости в песок, сжечь каждый нерв в её теле. Причинить самую невероятную из возможной боль.

— Теон…

— Заткнись! — прорычал Владетель и зажал ей рот.

Руннэт взглянула него глазами, полными вины, вызывая в душе бурю сомнений. Теон вплотную прижался к ней и ощутил запах её духов, точно такой же, каким она пользовалась семь сотен лет назад. Он убрал руку и поцеловал Руннэт, поддавшись внезапному порыву, и она ответила, как отвечала всегда.

Теон ослабил хватку, и руки бывшей возлюбленной легли ему на плечи. Поцелуй длился долго. Они оба заключили в нём страсть и боль, а когда прервались, оба поняли, к чему все идет.

Руннэт не сопротивлялась, позволив Теону уложить себя на стол и занять место между её стройных бедер. В темных как бездна глазах мужчина увидел непривычную для фурии эмоцию — страх, но вместе с ним и желание. Даже спустя сотни лет, даже спустя ту пропасть, которая их разделяет, Руннэт все ещё его желает.

Руки фурии за считанные секунды расстегнули штаны, после чего она сама направила ствол, куда нужно. В этот раз не было никакой прелюдии, никакой нежности и ласок. Руннэт не могла просить о таком, а Теон не собирался предлагать сам.

Когда он вошел, Руннэт застонала от боли. Фурия не была готова принять его в себя, и тем не менее смогла сохранить лицо.

— Не останавливайся, — прошептала она. В её глазах читалось столько эмоций: желание, вызов, страх…

Теон подался вперед, и тело фурии содрогнулось. С губ сорвался новый стон, но Руннэт тут же его подавила.

Теон был груб, но фурия не сопротивлялась, покорно принимая происходящее. Мужчина не использовал ни крупицы энергии Иного. Происходящее между ними сейчас — не что иное, как грубый физилогический процесс.

Предчувствуя приближение конца, Теон схватил Руннэт за горло. Фурия захрипела, но пыталась не сопротивляться, не била его, не пыталась убрать его руку от своего горла, и это, пожалуй, злило Теона ещё сильнее.

Её покорность, её желание доставить удовольствие даже ценой своей боли или даже жизни…

Он исторг семя в её лоно за несколько мгновений до того, как Руннэт потеряла бы сознание, после чего ослабил хватку и отступил. Его бывшая возлюбленная судорожно вздохнула, а затем зашлась кашлем, переворачиваясь на бок.

— Ты меня чуть не задушил… — шепотом произнесла она. В её голосе не было ни капли укора, она просто констатировала факт.

— Может и стоило бы, — отрешенно ответил ей мужчина, опускаясь на пол и прижимаясь спиной к столу, на котором все ещё лежала фурия.

— Может и стоило бы… — тихо согласилась Руннэт.

Они оба замолчали, погруженные в свои мысли. О чем думала Руннэт, Теон не знал, но сам он ненавидел себя за то, что только что сделал. Он должен был убить Руннэт сразу, как увидел. Покончить с этим и двигаться дальше. Но он дал ей шанс объясниться…

Теон хотел выяснить причины предательства, но нельзя было узнавать их от Руннэт. Ошибка. Большая ошибка, ведь теперь Теон искал причины, чтобы оставить её в живых. Её смирение, её приход… Причин становилось все больше и больше.

— Теон…

— Помолчи, — отрезал он, собираясь с мыслями.

Сделай это! Убей её прямо сейчас!

— Знаю, что это ничего для тебя не значит, но… прости. Мне жаль, что я так поступила…

— Замолчи…

— Теон, нам НАДО поговорить.

Мужчина молчал. Он все ещё раздумывал над тем, чтобы свернуть фурии шею, внутренний голос буквально вопил об этом, и тем не менее Теон зачем-то продолжал слушать бывшую возлюбленную.

Он хотел встретить злую и хладнокровную суку, желающую его смерти и страшащуюся его возмездия, но встретил все ту же женщину, которую любил, смотрящую на него с болью, виной и сожалением.

— Ты предала меня, Руннэт.

— Да. Предала. Знаю, что это прозвучит, как жалкое оправдание, но… Я поступила так, как посчитала верным, — Руннэт встала, легко поглаживая горло. — Сочла верным в тот момент… Я знаю, ты меня сейчас ненавидишь, но… дай мне хотя бы возможность все тебе объяснить.

— Что ты можешь сказать мне? Ты вонзила мне кренталевый кол в грудь и упрятала в гроб на семь сотен лет. Знаешь, каково это, провести вечность в ящике?

— Не могу и представить… — тихо ответила фурия, потупив взгляд.

Не смей её жалеть! Не смей!

Теону приходилось буквально заставлять себя ненавидеть эту женщину. До этой встречи он не сомневался, что свернет ей шею, как только увидит. Но… он все ещё слишком её любит. И именно поэтому не может простить.

— Что бы ты не сказала мне, предательство есть предательство. Если ты пришла просить прощения и умолять меня о пощаде, то зря. Ты лишь облегчила мне поиски.

— Теон, что ты помнишь о последнем месяце до Раскола?

Вопрос был неожиданным, заставившим мужчину покоситься на бывшую возлюбленную.

— Подготовка к схватке с Могдином. Саму схватку. Расколотую луну. Твое предательство, — на самом деле Теон плохо помнил последние месяцы до Небесного раскола, но прямо говорить об этом не стал. — Я не понимаю, что именно ты хочешь от меня услышать?

Руннэт поджала губы, её взгляд забегал по полу, затем она закрыла глаза, сделала глубокий вдох и решительно посмотрела на Теона.

— После уничтожения Дармасса ты стал меняться. Медленно, но уверено. Я и раньше замечала за тобой странности. Ты порой замирал, смотрел на что-то, но при этом никто из окружающих не мог понять, на что. Это было редко, но после начала войны с Могдином это стало прогрессировать. В последний месяц ты почти не спал, а когда тебе все-таки удавалось заснуть, ты просыпался с кошмарами. Даже ход твоих мыслей становился хаотичным. Ты на лету менял темы разговоров, отчего с тобой невозможно было беседовать. Мы могли говорить о стратегии, и посреди обсуждения ты совершенно внезапно начинал говорить об искусстве.

Руннэт замолчала на несколько секунд, давая мужчине осмыслить сказанное.

— Ты сходил с ума, Теон. И никто не мог тебе помочь. Ты помнишь Гренхейм?

— Нет, — Теону почему-то казалось знакомым это слово.

— А стоило бы. Гренхэйм — это город, который первым принял Могдина как своего бога. И ты его уничтожил. Полностью. Не оставил там камня на камне. Десятки тысяч людей погибли от твоей руки в тот день, среди которых были женщины и дети.

Теон удивленно воззрился на Руннэт.

Он это забыл.

После слов Руннэт он вспомнил свой гнев, и как впервые применил Рэман-дал-Тор. От осознания этого мужчину пробрал холодный пот.

— Теперь понимаешь? Это… это было чересчур. До этого момента каждый наш шаг был продиктован благими намерениями, но уничтожение этого города означало только одно: ты ничем не лучше, чем Могдин.

Теон поднялся с пола и замер, неотрывно смотря на фурию.

— Ты потерял контроль, Теон, — продолжила она. — И я знала, что дальше будет хуже. А затем состоялась ваша злополучная схватка, закончившаяся Небесным расколом. Ты победил, попутно расколов сраную луну… — Руннэт покачала головой и рассмеялась сквозь слезы. — Когда я пришла на поле боя, то увидела тебя, ослабленного, не способного даже пошевелиться…

— И ты решила, что это твой шанс…

— Галатэя решила, — возразила фурия, но затем вздохнула и тряхнула головой. — Точнее, она предложила, но последнее слово было за мной. Гроб мы готовили для Могдина, на тот случай, если ты не сможешь его убить. И она убедила меня им воспользоваться.

Теон стиснул зубы. На него накатывала злость, и Руннэт это видела, но тем не менее продолжала.

— Ты нас ненавидишь, но посмотри на все нашими глазами. Ты сходил с ума, а благодаря этому мечу твои возможности стали больше, чем у кого-бы то ни было. Достаточно посмотреть на небо! У нас был выбор: либо оставить тебя на свободе и надеяться, что ты не уничтожишь мир, либо…

— …избавиться от меня.

— Я считала это временной мерой. Знала, что ты не умрешь. Хотела отсечь тебя от Иного, вернуть тебе разум! Вначале на несколько месяцев, затем на год… Но все, что мы построили, рухнуло. Цунами и землетрясения… Казалось, что наступил конец света. Выпускать тебя в такое время было плохим решением. Все знали, что это твоих рук дело. А когда мир стал успокаиваться, оказалось, что прошло уже много десятков лет. И мы струсили… Мы не отважились будить тебя, зная, что ты всех нас убьешь.

Это он и сделает. Убьет их всех. Каждого из тех, кто его предал.

— И вы решили, что меня и вовсе не стоит будить, — он почти выплюнул это.

— Да.

Теон прикрыл глаза, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями.

— И все-таки я тут…

— Да, ты тут. Я планировала обставить твое пробуждение немного иначе, но получилось, что получилось.

— Погоди, что? Ты знаешь, кто меня пробудил?

— Это была я, Теон. И, предрекая твой вопрос, нет, я не побоялась смотреть тебе в глаза. Дело в другом. Меня уже несколько лет считают мертвой.

— Я в курсе. Зачем тебе это?

— Все сложно. Я тебе расскажу, но обо всем по порядку. Меня считали мертвой, а это, знаешь ли, накладывает определенные трудности. Твой гроб должны были доставить на юг, в Бонхард, но что-то пошло не по плану. Люди оказались не слишком надежными, да ещё и Магистериум мешался под ногами. Я понятия не имею, что там произошло, но кто-то вскрыл гроб, а что было дальше, ты уже знаешь.

Теон кивнул, скрестив руки на груди.

— И почему же ты передумала? Зачем решила меня разбудить?

Ключевой вопрос, который поставит точку. Решит, насколько долго Руннэт будет умирать.

— Я ошиблась. Я думала, что поступаю правильно, и поверь, мне правда жаль, что я так обошлась с тобой. Я любила тебя. Действительно любила и до сих пор люблю. Но бывают моменты в жизни, когда стоит отринуть чувства и поступить правильно. А в тот момент правильным решением было избавить мир от Владетеля, — Руннэт тяжело вздохнула, вытерев слезы. — Но, как я уже сказала, я ошиблась. Нужно было больше верить в тебя.

Руннэт сделала паузу и глубоко вздохнула, после чего произнесла слова, от которых по спине у Теона пробежал холодок.

— Они вернулись.

— Кто? — в этом вопросе не было смысла. Ответ на него мог быть только один.

— Старые боги. Могдин был лишь первым из них…

Глава 2. Учение двуединства

Руннэт, все ещё сидящая на столе, подтянула ноги к груди иобхватила колени руками. Она старалась не смотреть Теону в глаза, но держала его в поле зрения.

Мужчина закрыл лицо руками и сделал глубокий вдох.

Старые боги… слова Руннэт то и дело звучали у него в голове. Перед глазами четко предстал образ черноволосого мужчины, сила которого была настолько велика, что у Теона не было бы и шанса одолеть его без созданного Кригером меча.

Пазлы сложились. Зачем ещё ей мог понадобиться Владетель? Лишь он может использовать Убийцу Богов. Лишь он может хоть что-то противопоставить Старым богам.

— Сколько их сейчас?

— Мне известно о троих: Хозяине Ночи, Шлюхе и Молотобойце. Но их может быть гораздо больше.

— А что знаешь насчет того, что мужчины больше не могут касаться Иного?..

— Думаю, это дело рук Шлюхи.

— Думаешь? Ты не уверена?

— Они действуют не так, как Могдин, Теон. Тот открыто заявлял миру о себе, подчинял города, создавал армии, но эти трое действуют иначе. Они таятся в тени, дергая за ниточки и перекраивая мир, как им заблагорассудится.

— И каковы их цели?

— Я понятия не имею, но едва ли их можно назвать хорошими. Баланс нарушен, и с каждым десятилетием становится все хуже, Теон. Без мужчин, способных касаться Иного, многие фурии не достигают той силы, какая должна у них быть. В нынешнее время они даже не способны полноценно сплетать потоки Иного, используя и развивая лишь то, что им даровано. А «разрядки» — просто смешно… Лишь лечение симптома смертельной болезни, поразившей этот мир. Нарушение баланса калечит нынешних фурий как физически, так и ментально, но этого никто не понимает, ведь из ныне живущих лишь такие, как мы с тобой, помнят, как все должно быть.

— «Давай спасем мир, Теон», «Давай сделаем его лучше», — фыркнул мужчина, испытывая раздражение. Он уже не раз слышал подобные речи, только раньше они были направлены не на Ткачей, а на простых людей. Теон до сих пор отлично помнил речь Руннэт о Держателе Скал. — Тебе вновь нужна моя сила.

— Да. Нужна.

Все встает на свои места. Его пробуждение, попытка уничтожить Тор-Санрэйз и Убийцу Богов неизвестным врагом, и то, что не так с этим миром будущего.

— Мне это не интересно.

— Ты врешь.

Теон стиснул зубы. Злость снова на него накатывала, но он пока что держал себя в руках.

— Ты Владетель, — продолжила Руннэт. — Был, есть и будешь им, хочешь ты того или нет. Даже твой поступок говорит об этом. Ты бы мог затеряться, скрыться из поля зрения и начать выслеживать меня и остальных, но нет. Ты вышел и объявил о своем возвращении миру, бросив всем вызов.

Теон хотел оправдаться, сказать, что все это чушь и ему нет ни до кого дела, кроме себя, но это не правда. И Руннэт это прекрасно знала. Точнее, думала, что знала.

Банрат-Тан-Азур шевелился каждый раз, когда заходила речь о Старых Богах. Когда бывшая возлюбленная сказала, что трое из них разгуливают по миру, Теон ощутил, как обычно равнодушный ко всему Черный демон скрутил его душу в порыве гнева. Он ненавидел Старых богов, и эта ненависть передавалась Теону.

— Домен Власти. Красиво звучит, — хмыкнула она. — Но это будет даже посложнее, чем захват Бонхарда и свержение Держателя Скал. Архонты не позволят тебе развернуться, но в то же время игнорировать мужчину, который касается Иного и обладает огромной силой, они не смогут. Ты правильно поступил, выступив в открытую. В обществе накопилось слишком много противоречий. Архонты опираются на церковь Истинного Пути, а у неё слишком много недоброжелателей, которые только и ждут кого-то вроде тебя — сильного лидера, способного сплотить их под своим крылом.

Теон слушал Руннэт и все больше вспоминал их долгие разговоры и планирования покорения мира. Фурия сейчас не говорила о своем участии, но крайне умело давала оценку текущей ситуации, напоминая, насколько она важна. Если бы не Руннэт, несмотря на всю свою силу Теон вряд ли смог бы стать Владетелем. Они были идеальным тандемом: Сила и Хитрость. Когда был бессилен Теон, Руннэт находила выход.

— …так что я думаю, нам стоит заручиться поддержкой одного из анклавов Немланда. Они часто грызутся между собой, хотя и изображают «единство». Это наш шанс получить ресурсы для твоего Домена. Разумеется, в ответ мы тоже должны будем что-нибудь дать, но у меня…

— Ты меня предала, Руннэт, — голос Теона звучал безжизненно и отрешенно.

— Стой, — фурия вскочила на ноги и отступила от мужчины. Она уже все прочла в его глазах. Тень у ног мужчины стала растягиваться, превращаясь в черную лужу.

— Спасибо за все, Руннэт, но, я не могу так просто простить тебя.

— Но… Теон! Старые боги! Они уже тут, слышишь?! Без меня ты не справишься! Я долгие десятилетия выслеживала их, и мои знания…

Теон сделал несколько шагов к ней и прижал указательный палец к её губам.

— Ты меня предала, Руннэт, — повторил он все тем же тоном. — Даже если ты верила, что поступаешь правильно, даже если я правда обезумел от силы, всегда был другой выход.

Теон вздохнул, чувствуя жалость. Жалость, которую он всячески пытался в себе убить.

Не делай этого! Не смей этого делать!

— Я сделаю все, что угодно! — твердо заявила Руннэт, и Теон даже позволил себе криво усмехнуться. — Я дам…

— Ты будешь отсечена от Иного, — это единственная альтернатива смерти, которую Теон мог предложить.

Руннэт побелела. Одна эта фраза была как мощная пощечина, способная подкосить любую фурию. Отсечение от дара — это хуже смерти. Продолжать жить, ощущая энергию Иного, но будучи неспособной коснуться его — для фурий это все равно, что в один миг лишиться рук, ног и глаз.

— Это смертный приговор, Теон, — прошептала она.

Разумеется, он это знал.

Лишенные дара фурии просто теряют причины жить. С каждым днем им становится все сложнее заставить себя подняться утром с кровати, и в конце концов они либо умирают от истощения, либо кончают жизнь самоубийством. За все время не было ни одной фурии, прожившей больше трех лет после потери дара, а способа восстановить силы после становления Тусклой не существует.

— Даже хуже смерти, — тут же поправилась она. — Я превращусь не просто в человека, а в собственную блеклую тень. Если… если ты так хочешь, чтобы я была рядом с тобой беззащитной, то давай используем блокираторы. Или что-то из кренталя! Но не это…

Это были мольбы. Руннэт даже была готова встать перед мужчиной на колени, лишь бы избежать этой участи. Отсечение дара — это навсегда. Блокираторы и кренталь оставляют лучик надежды, и именно этот лучик Теон хотел отнять.

— Смысл не в беззащитности, Руннэт. Чтобы сохранить тебе жизнь, я переступаю через собственные принципы. Мне НУЖНО забрать у тебя то, что ты ценишь так же сильно, как жизнь. Чтобы до конца своих дней ты ощущала потерю и сожалела о том, что предала меня. Но если ты меня попросишь, я покончу с этим быстро и безболезненно прямо сейчас.

— Ты жесток, Теон…

По щекам фурии текли слезы, но в этот раз его сердце было черство. Он уже сделал больше, чем должен был, проявил непозволительную слабость, за которую будет корить себя до того дня, пока Руннэт не умрет.

— Я выберу жизнь.

Для простых людей такой выбор мог показаться очевидным, но Теон знал много фурий, которые предпочли бы смерть, оказавшись в её положении.

— Если ты мне не соврала, то мне потребуется твоя помощь, знания и связи. Все, что ты можешь предложить. Но не заблуждайся, мы с тобой больше не любовники и даже не друзья. Ты больше не Королева Шипов, и твое слово ничего не значит. Просто пешка, которую я собираюсь использовать против Старых богов и всех, кто им помогает.

Руннэт слушала Теона со всем возможным достоинством, смирившись с предстоящей участью.

— Когда все случится?

— Сегодня вечером. Я дам тебе час на то, чтобы ты могла последний раз коснуться Иного. Это Школа, так что тут есть комнаты для разрядки, в одной из них ты проведешь время до намеченного срока. Также я не стану возражать, если кто-то составит тебе компанию.

— Но не ты, — поняла она.

— Между нам все кончено, — повторил Теон так же твердо. — Пусть девушки сами решат, хотят ли они дать тебе почувствовать себя живой в последний раз.

* * *

Вестра, несмотря на сильную боль в животе, не хотела возвращаться обратно в комнату и лежать на постели.

Нужно поесть, — решила фурия.

Голода она не чувствовала, даже наоборот, ощущала легкую тошноту, но несмотря на это девушка понимала, что телу сейчас нужно восстанавливаться, а следовательно, нужно есть даже через силу.

В столовой, впрочем, она оказалась не одна. За одним столиком сидели Арвин и Лифэтта, о чем-то разговаривая. Это сразу показалось Вестре немного странным. Эти две фурии никогда особо не ладили, удивительно было видеть, как они общаются. Девушки даже не заметили, как раненая фурия подошла к автомату и получила свою порцию еды, тут же поморщившись.

Каша… Вестра терпеть не могла кашу, но ничего твердого в нынешнем состоянии ей нельзя. Каши, йогурты, сок, и так ещё как минимум неделю.

Особо не церемонясь, она поставила поднос с едой на стол девушек и села рядом с Лифэттой, отчего обе фурии удивленно на неё уставились.

— Вестра! Ты должна быть в постели, — Арвин как всегда слишком бурно реагировала. — Ты…

— Я сама знаю, что и как, — вздохнула Вестра, ковыряя ложкой кашу. Аппетита и так не было, а от вида этой жижи ещё и тошнота усилилась. — Я не настолько слаба, чтобы не поесть с вами в столовой.

Говорить о том, что только что почти целый час повторяла приемы за призраком древнего мастера, Вестра не стала.

— О чем вы болтаете? — спросила она, поспешив сменить тему.

— О Тео, о ком же ещё? Я предлагаю Лифэтте делить его по дням недели. К примеру, мне понедельник, среда и пятница, а ей вторник, четверг и суббота.

— А что с воскресением? — спросила Вестра, все-таки сумев проглотить ложку каши и поспешно запить её соком.

— Предлагаю устроить групповую разрядку, на троих, — с довольным видом заявила Арвин, хотя Вестра заметила, что её словно что-то беспокоит, но она всячески пытается делать вид, что все нормально.

Поругалась с Алетрой, скорее всего.

— А я тебе говорю, что твое предложение не имеет смысла.

— Почему?

— Потому что нас не двое, — Лифэтта, как всегда, была спокойна и рассудительна. — Этой ночью у него ночевала не я. Когда я уже собиралась пройти в его комнату, то увидела, как туда прошла та черноволосая фурия. Самина, кажется.

— Раскол… Трое — это уже много… — огорчилась Арвин.

— Да и Вестре, когда поправится, стоит попробовать.

Вестра тут же покраснела. Мысль о том, чтобы устроить разрядку с мужчиной, её безумно смущала.

— О, наша крошка-кошка засмущалась, — усмехнулась Арвин, да и Лифэтта тепло улыбнулась. — Но Лиф права. Тебе правда нужно попробовать, когда поправишься. Это… что-то невероятное. Разрядка с мужчиной, способным касаться Иного, это словно иной мир! Никогда и ни с кем я так себя не чувствовала. Это словно оргазм, помноженный на пятьдесят!

Удивительно, но Лифэтта согласно закивала.

— Значит… это правда, — задумалась Вестра.

— Что правда?

— Вы слышали о книге «Учение о двуединстве» за авторством Эрлисфиль дор-Крул?

— Первый раз слышу. Я вообще книги не читаю, — нахмурилась Арвин. Лифетта тоже отрицательно замотала головой.

— На самом деле это не удивительно. Пока лежала в кровати, все попыталась её найти, но не смогла. Похоже, её нет в сети, хотя некоторые научные труды ссылаются на неё. Но мне повезло. Несколько лет назад я находила её в городской библиотеке и читала, — заметив хмурый взгляд Арвин, Вестра осеклась, поняв, что слишком сильно отклонилась от главного. — В ней говорилось о Ткачах Иного. Не только о фуриях, но и о мужчинах. Там вообще хватало крайне необычных утверждений, например о том, что Ткачи Иного приходят в этот мир парами.

— Бред какой-то. Если это так, то почему мужчины, обладающие силой, больше не рождаются?

— Я не знаю, — Вестра пожала плечами. — Эта книга была написана ещё до Раскола. Кажется, Теон даже может знать её автора, но в ней вряд ли могут быть ответы на вопрос, почему лишь фурии обладают силой.

Арвин хотела ещё что-то сказать, но Лиф в буквальном смысле заткнула девушке рот, внимательно слушая Вестру.

— Продолжай.

— Так вот… Сейчас об этом не говорят за ненадобностью, но мужская и женская энергии различаются. Мужская — словно огонь. Она яркая и мощная, но при этом может спалить обладателя дара. Женская — словно вода, она мягче, но при малейшем нарушении баланса начинает вытекать в мир.

— Огонь и вода, значит… — задумалась Лифэтта.

— Это условно, — поправила её Вестра. — Просто самая простая аналогия, на деле же, разумеется, все сложнее. В этой книге говорится, что всё связанное с даром Ткачей прямо завязано на балансе мужского и женского. Мужчина без женской энергии рискует просто уничтожить себя. Женщина же в большинстве случаев сжечь себя не может, но и развиться при этом полноценно не способна. Вода тушит огонь, не позволяя ему гореть слишком ярко, огонь же заставляет кипеть воду, значительно усиливая её.

— Крайне любопытная философия, — Лифэтта все ещё выглядела задумчивой. — После проведенной с Теоном разрядки я заметила на тренировке, что у меня словно стало больше сил. Что потоки Иного текут по жилам куда быстрее, да и уровень контроля словно стал лучше. Я даже смогла непроизвольно призвать крыло, хотя обычно для этого нужна большая концентрация.

— А я ничего не заметила, — задумалась Арвин.

— Потому что ты никогда не выкладываешься на полную.

— Непр… — хотела было возразить фурия, но передумала, прикусив язык. И по мнению Вестры, правильно сделала. После той истории с побегом Лифэтта тренировалась как сумасшедшая, постоянно доводя себя до грани. — Ладно-ладно… Я тренируюсь в меру сил, не собираясь себя при этом калечить… У меня, в отличие от вас двоих, не слишком-то боевые способности.

Тут Арвин не соврала. Про малый дар Вестра не знала, а вот большой — это проведение потоков Иного. Крайне распространенная сила, позволяющая фурии служить ходячей батарейкой для другой фурии. Зато проводники могут с большей эффективностью использовать оружие, проводящее Иное, в частности дистанционное. Вестра, к примеру, не может использовать автоматический огонь, и уж тем более точно контролировать мощность зарядов, в отличие от Арвин. Но на этом плюсы силы и заканчиваются. То, что может Арвин, может и любая другая фурия, просто с гораздо меньшей эффективностью.

— Так же в той книге говорится, — продолжила Вестра, оторвавшись от собственных мыслей. — Что, когда мужчина и женщина сливаются в коитусе, сталкивая их энергии, происходит что-то вроде духовного резонанса. Когда они начинают чувствовать не только себя, но и друг друга.

— Да-да! — тут же подтвердила Арвин. — Так и есть! Это вообще не похоже на разрядку с другой фурией!

— Думаю, это потому, что разрядка с другой фурией как раз-таки и является «разрядкой». Не просто же так мы называем это не сексом или трахом, а именно разрядкой. Мы обмениваемся энергией, немного снижая внутреннее давление в нашем энергетическом сосуде, не давая ему трескаться и давать течь, попутно получая немного удовольствия при этом. Как при… опустошении мочевого пузыря. Хотя не уверена, что эта аналогия хороша.

— Ого… — кажется, Арвин только сейчас начала понимать, насколько важно все, что говорит Вестра. — Но… почему нам об этом не рассказывают?

— А какой в этом смысл? — хмыкнула Лифэтта. — Мужчин, способных касаться Иного, нет. Точнее, не было до появления Тео. К тому же об этом сейчас практически не найти информацию. Полагаю здесь приложил руку Истинный Путь.

— Они могли, — подтвердила Вестра.

О церкви Истинного Пути фурия знала не так уж много, поскольку росла в нормальной семье с нормальными родителями, но одно точно — фурии оттуда мужчин, мягко говоря, не любили. Они винили их во всех бедах, и в той или иной степени почти всем фуриям учение Истинного Пути было близко.

При упоминании Истинного Пути Арвин помрачнела и поджала губы.

Точно поругались…

Арвин и Алетра были очень близки, но после появления Теона между ними словно стена выросла. Алетра — дочь одной из жриц Истинного Пути и с детства привыкла считать мужчин людьми второго сорта.

Стоило подумать об этом, как в столовую вошла Алетра. Меднокожая девушка замерла на пороге, увидев остальных учениц, и несколько мгновений раздумывала, не уйти ли, но затем гордо вздернула подбородок и прошла к автомату с едой.

Взяв свою обеденную порцию, Алетра прошла к соседнему столику и села за него, проигнорировав свободное место за столом остальных девушек.

— Алетра, — когда Арвин внезапно заговорила, Вестра сильно удивилась. — Ты бы послушала, что говорит Вестра. Она нам рассказала, что мужчины и женщины должны существовать в балансе. Что их силы могут раскрыться, только соприкасаясь друг с другом. К примеру, Лифэтта. Ты же помнишь, как она сражалась раньше? Она очень редко призывала свое крыло. А с момента, когда они с Теоном провели разрядку, она стала гораздо сильнее. Ты же видела последний тренировочный бой! Она использовала его трижды, и даже могла поддерживать!

Алетра не проронила ни слова. Она даже не повернула головы, полностью игнорируя Арвин, и последнюю это очень бесило.

Лифэтта вздохнула и покачала головой. Она, как и Вестра, понимала, что так просто учение Истинного Пути из головы не выбить. Оно откладывается во всех фуриях в той или иной степени, а когда твоя мать — жрица Истинного пути, и ты растешь в нем, это сложнее втройне.

Но Арвин не унималась.

— Хорошо! — Арвин поднялась из-за стола и с вызовом посмотрела на бывшую подругу. — Если ты так хочешь сердится на меня, то… я вызываю тебя на дуэль. Решим наш конфликт как полагается фуриям!

— Арвин, не глупи, у тебя нет и шанса против неё, — вмешалась Вестра.

Мысль о дуэли была абсурдной, ведь девушки в совершенно разных категориях силы. Алетра — без сомнения боевая фурия, которая лишь немного уступает по силам и навыкам Лифэтте, а Арвин всего лишь проводник, фактически большой сосуд для энергии Иного.

— Если ты так этого хочешь.

Вестра закатила глаза, когда и вторая фурия поднялась, принимая вызов. Бросив взгляд на Лифэтту, девушке стало ясно, что та вмешиваться в конфликт не собиралась.

Уже спустя несколько десятков минут они собрались в тренировочном зале. Девушки уже облачились в обтягивающие урталевые костюмы и вышли на арену, готовясь к схватке. Что сразу приметила Вестра, Арвин была на удивление энергичной и оптимистичной, словно собиралась устроить взбучку своей подруге, но причины такого настроя не понимала.

— Почему ты не стала вмешиваться? — прямо спросила Вестра у своей партнерши. Лифэтта тоже пришла посмотреть на схватку, но по её лицу сложно было понять, правда ей интересно или она просто развеивает таким образом скуку.

— Потому что это не наше дело. У этих фурий накопилось внутренних конфликтов, им стоит немного выпустить пар.

— Я все-равно против, — вздохнула Вестра, отчасти понимая правоту серебряновласой красотки. — С тобой я бы сражаться не стала.

Лифэтта в ответ на это улыбнулась и потрепала подругу за волосы.

* * *

У меня нет ни шанса! — повторяла про себя Арвин, но эти слова не несли в себе страха. Напротив, фурия, смотря на свою партнершу, испытывала возбуждение и что-то вроде азарта.

Странное чувство, непривычное для девушки.

Алетра была сильна, даже очень. Огненная фурия, способная порождать пламя, что делает её очень сильным бойцом. Но… основная проблема девушки была в контроле. Эмоции — вот что является самым большим недостатком у дорнийки. Она слишком от них зависит. Чем больше её злость и решимость, тем сильнее пламя. Будь на месте Арвин Теон, её противница выложилась бы на полную, но против той, которую любишь…

Она не решится сражаться в полную силу. И пожалеет от этом!

Первым делом Арвин сделала небольшую разминку. Алетра же смотрела на это с каменной миной, не считая нужным приготовиться.

Считает, что справится со мной, не напрягаясь.

Ничего, уж когда она увидит мой новый прием…

[3]

[2]

[1]

Голографическое табло закончило отсчет, и урталевые костюмы синхронизировались с системой арены.

Победит тот, кто выведет соперника из строя.

В следующий миг в Арвин ударила струя пламени, заставившая девушку спасаться бегством. Противница не церемонилась, сразу сплетая огненные потоки из энергии Иного и обрушивая на соперницу всю мощь огненной стихии.

* * *

— Это точно схватка? — вздохнула Вестра, наблюдая, как Арвин носится кругами, то и дело ускользая от пламени огненной фурии. Лифэтта никак не комментировала происходящее, лишь молча наблюдала.

— Как ни посмотри, у Арвин нет ни единого шанса. Слишком велика разница в силах, чтобы…

Веста осеклась, когда Арвин неожиданно рванула прямо навстречу пламени. Вскинув руку, блондинка сконцентрировала энергию Иного в руке и резко её выплеснула, разрушая плетение противницы. Ещё шаг, и Арвин оказалась практически перед Алетрой. Дорнийка удивилась лишь на мгновение, а затем нанесла удар ногой Арвин в живот. Блондинку тут же опрокинуло на землю, и она, обхватив себя руками, зашлась в кашли.

— Это было… быстро, — хмыкнула Вестра, осознав, что все закончилось.

* * *

— Ой-ей-ей-ей-ей… — запричитала Арвин, пытаясь восстановить дыхание.

Неужели я уже проиграла? А как же мой новый суперкрутой прием?

— Арвин, ты в порядке? Я не хотела бить так сильно… — начала было Алетра, пытаясь помочь подруге.

— Все нормально, — Арвин вымученно улыбнулась и показала большой палец, поднятый вверх.

Вздохнув, Алетра помогла девушке подняться на ноги.

— Ты все это устроила лишь для того, чтобы я тебе врезала?..

— Нет, — честно ответила блондинка, но рассказывать, что у неё в голове эта схватка должна была выглядеть чуть иначе, не стала.

Арвин собиралась застать дорнийку врасплох и воспользоваться новым мощным приемом, но… все получилось иначе.

Все-таки глупо пытаться использовать прием ближнего боя, когда толком не умеешь драться…

Девушки ещё не успели покинуть арену, как в тренировочную комнату вошла управляющая. Генриэтта окинула девушек сердитым взглядом, скрестив руки под грудью.

— Насколько я помню, спарринги без моего надзора запрещены.

Арвин и Алетра виновато переглянулись, а Вестра сделала вид, что её вообще тут нет, спрятавшись за Лифэтту.

— А тебе было велено лежать в постели, — не укрылась от глаз управляющей разгуливающая по Школе раненая фурия. — Но обо всем этом мы поговорим потом. Сейчас у меня есть большая… просьба. Управляющая не должна просить учениц об этом, но у меня просто нет выбора. Мне нужно, чтобы вы помогли мне провести обряд Отсечения.

От невероятности этой ужасной просьбы девушки побледнели, даже Алетра с её медной кожей.

— И кого же мы должны превратить в Тусклую? — голос Лифэтты прозвучал ровно, но лишь если не знать её близко.

— Королеву Шипов.

Глава 3. Отсечение

— Вы собираетесь оставить её при себе? — прямо спросил Теона Кригер. В его голосе не звучало не единой эмоции, но Теон не сомневался, что этот вопрос его крайне волнует, ведь именно по приказу Руннэт его схватили и поместили в темницу на долгие десятилетия.

Возможно, он даже винит её в том, что с ним сделали.

— Ты собрался обсуждать мои решения?

Это что-то новенькое. Никогда прежде Кригер не задавал вопросов и тем более не выказывал недовольства.

— Нет, господин Теон, — Кригеру все ещё было тяжело обращаться к мужчине по имени.

— А мне кажется, именно это ты и делаешь.

— Вы проявили мягкость, оставляя её рядом. Эта женщина предала вас!

— Так и есть, — спорить с этим было глупо. — Предала. Думаешь, я этого не знаю? Ты провел в камере несколько десятилетий, а я семь сотен лет!

Теон уже пожалел, что дал волю эмоциям.

Это все из-за Руннэт. Лучше бы она и дальше пряталась, уверив всех вокруг, что мертва.

— Если ты заподозришь, что она затевает что-то против меня, можешь делать, что сочтешь нужным, не спрашивая разрешения.

Кригер удовлетворенно кивнул, и Теон почему-то подумал, что если бы его старый друг мог улыбаться, он бы сейчас это и сделал.

— Отсечение — это хуже смерти. — Продолжил Теон. — Теперь она будет умирать долго, но при этом, даже будучи Тусклой, сможет нам помочь. Старые боги… — от одного этого слова Черный демон внутри зашевелился. — … если они действительно ходят среди людей, то мне нужны её знания.

— Старые боги, — повторил за Теоном Кригер, скрестив руки на груди. По голосу сложно было понять, какие мысли крутятся в его голове.

— Ты что-нибудь знаешь об этом? — Теон поспешил перевести тему на что-нибудь другое. Он и сам прекрасно понимал, что после Отсечения нужно избавиться от Руннэт, но находил кучу причин этого не делать.

— Немного. Только слухи, которые никто не принимал всерьез. Вам же прекрасно известно, что не всем слухам можно верить. До меня не раз доходили известия, что вы живы и начинаете завоевания заново то в Лотридусе, то в Гардианге. И я лично прибывал туда, чтобы проверить, но каждый раз находил фальшивку.

— Кто-то назывался моим именем? — Теон удивился.

— Да. Всего было шесть Лжевладетелей, появляющихся после Раскола. По крайней мере шесть достаточно крупных и сумевших завоевать как минимум несколько городов. И пятерых из них я прикончил сам. Каждый был достаточно сильным Ткачом Иного, но не идущим ни в какое сравнение с вами.

— Вот как… — информация была интересной, но вполне разумеющейся. После падения его империи из-за Раскола должны были найтись люди, которые хотели использовать сложившуюся ситуацию. — И долго продолжалось появление этих Лжевладетелей?

— Около полувека, почти весь период катаклизмов после раскола луны. Но когда мир начал приходить в норму, они пропали. Что же до Старых Богов, с того момента начали ходить упорные слухи о том, что луну раскололи не вы, а Старые Боги. Что они разгневались и наказали вас и тех, кто за вами следовал.

Теон криво усмехнулся.

— А затем перестали рождаться мужчины, обладающие силой. Это случилось не сразу, а происходило постепенно. Год за годом их рождалось все меньше, а к исходу первого столетия не осталось ни одного. Тогда Руннэт решила, что Могдин мог быть жив или… он вернулся не один. Но даже спустя шесть сотен лет у неё не было ни единого доказательства кроме слухов и домыслов.

— То есть ты ей не веришь?

— То есть она для вас бесполезна. В мире и впрямь что-то происходит, но едва ли она поможет в этом разобраться.

Теон кивнул, принимая мнение старого товарища. В этом была одна из его положительных черт. Кригер всегда смотрел на ситуацию без каких-либо эмоций, основываясь лишь на том, что знает. Он никогда не врал и не лукавил, и эта ещё одна черта, почему его не любили остальные.

— Но, — неожиданно добавил он. — Если Старые боги действительно вернулись, они начнут что-то делать после твоего появления. Такие, как я или Руннэт, для них не страшны. Мы просто муравьи, но не ты. Рэман-дал-Тор уже сразил одного из них, и им это прекрасно известно.

Прискорбно, что Теон узнал об этом слишком поздно, иначе не стал бы торопиться делать такие поспешные заявления. Одно дело — выступать против зазнавшихся фурий, которые возомнили себя властителями мира, а совсем другое — против тех, кто ими являлся изначально. Один только Могдин заставил Теона вести кровопролитную войну почти год, и это при условии, что тогда у него была целая империя, охватывающая большую часть трех континентов.

Сейчас в его распоряжении была лишь пара юных фурий, силам которых ещё только предстоит раскрыться, и Кригер. Теону нужна Руннэт, нужна её сила, но пойти наперекор собственным убеждениям он не мог. Она нанесла ему слишком болезненную рану. Сказать «я тебя прощаю» он не мог. Сегодня она станет Тусклой, и на этом закончится история Королевы Шипов.

Домен Власти… То, что Теон первоначально планировал как пощечину всему местному обществу, в итоге должно превратиться в новую армию, готовую дать бой сторонникам Старых богов.

— Полагаю, нам нужно готовится к войне. Нужны рекруты, оружие, ресурсы…

— Я займусь оружием.

— Даже не сомневался.

— Но для этого нужны компоненты. Лучшие материалы, какие можно только достать. Из абы чего хорошее оружие не сделать, а доступа к Тор-Санрэйз, как я понимаю, теперь нет.

— Пришлось уничтожить это место, — вздохнул Теон, по-прежнему об этом сожалея. Скорее всего, в кладовых Обители Богов оставалось ещё много полезных вещей, который теперь навсегда потеряны.

Теон вспомнил о красных трещинах и Опустошителе, который только и ждал появления чужаков. Кто-то пытался уничтожить Тор-Санрэйз, не в силах избавиться от меча. И теперь Теон догадывался, кто именно. Без меча он бы вряд ли что-то смог противопоставить Старым богам.

— Ничего, — продолжил Теон свою мысль. — Будут тебе материалы. Не сразу, но будут.

Кригер удовлетворенно кивнул.

— Если позволите, я буду на страже предательницы. Не хочу, чтобы она попыталась сбежать.

Теон думал всего несколько мгновений. Будь на его месте кто другой, он не согласился бы, но если Кригер говорит, что хочет лишь убедится, что Руннэт не сбежит, значит так оно и будет.

— Хорошо. Можешь принять меры, но лишь если она попытается сбежать, не раньше.

— Разумеется.

Кригер собрался уйти, но Теон его окликнул.

— Почему у тебя костюм подпаленный?

Кузнец бросил взгляд на обожженную ткань на своей груди.

— Дорнийская девчонка, — ответил Кригер спустя несколько секунд. — Я хотел узнать, почему она плачет, а в итоге получил огонь в лицо. Будь я простым человеком, мне пришлось бы не сладко.

— Ты ей ничего не сделал?

— Она убежала раньше, чем я успел научить её хорошим манерам.

Теон поморщился. Методы обучения у Кригера могли быть жесткими. Вернее жестокими.

— Ничего не предпринимай. Просто сообщи об этом Генри, и пусть она сама разбирается. В конце концов, именно она тут старшая.

Кригер покорно кивнул и покинул комнату, а Теон устало вздохнул и посмотрел на часы. До момента обряда отсечения оставалось около двух часов.

* * *

Руннэт с тревогой отсчитывала минуты. Её силы должны вот-вот вернуться, но что делать дальше? Одна мысль о том, чтобы остаться без сил ввергала фурию в бездну отчаяния.

Спустя томительные часы ожидания и одиночества Руннэт почувствовала, как силы начали возвращаться. Вначале это было похоже на вспыхнувший уголек глубоко в душе. Уголек, которого она коснулась и начала раздувать, превращая в полноценное пламя.

Она обняла его, чувствуя растекающийся по телу жар и приятную легкость. Сила пьянила, заставляла чувствовать себя почти что богом. И тем больнее было осознавать, что уже через час она этого лишится.

Лишится навсегда, превратившись в Тусклую.

— Я не хочу… — заплакала она, продолжая обнимать свою силу. — Он мой… МОЙ!

Беги! Ты ещё можешь сбежать!

Мысли о побеге то и дело терзали её разум, но она каждый раз их отбрасывала, и с каждой минутой это становилось сделать все сложнее. Для любой фурии лучше потерять руку, зрение, даже ребенка, но не собственную силу. И Руннэт была не исключением. Если бы Теон дал ей выбор, то она предпочла бы лишится конечностей, но остаться фурией.

Боль и отчаяние сменились злостью. Вскочив на ноги, Руннэт несколько минут била кулаками стену, проклиная Теона и Старых богов, пока вновь не упала на колени и не заплакала.

— Не хочу…

В конце концов она отвесила себе пощечину и сделала глубокий вдох. Стало легче. Она выплеснула часть эмоций и смогла вернуть себе хладнокровие. Давно она не позволяла себе проявлять эмоции и чувствовать себя слабой. Перед Теоном она такой не покажется.

Нет, она предстанет перед ним с высоко поднятой головой и с честью примет свою участь, ведь… это важно для мира. Королева Шипов за семь сотен лет так и не смогла создать идеальный мир, какой собиралась. Даже не смогла противостоять Старым богам, а раз так, то пришло время отойти в сторону и дать Теону делать то, что он умеет лучше всего.

Убивать.

В этот момент дверь отъехала в сторону и на пороге появилась управляющая школы, поприветствовав женщину коротким кивком. Руннэт невольно бросила взгляд ей за спину и похолодела, увидев там Кригера.

Без сомнения, он был гениальным кузнецом, лучшим из когда-либо живших, но одновременно с этим он был психопатом и садистом, помешанным на порядке. Ещё во времена завоеваний Теона пленные, узнавая, что их собирается допрашивать Кригер, накладывали на себя руки.

Бежать? Дура… Кригер не даст тебе уйти…

Радовало одно: без приказа Теона Кригер её не тронет. По крайней мере, пока она тихо сидит в своей камере, но и сбежать он ей не даст, это точно.

Мужчина изменился, превратился в настоящее чудовище. Руннэт понятия не имела, что за эксперименты на нем ставили после её «гибели», но новый облик Кригера под стать его натуре. От одного взгляда его горящих синем пламенем глаз кровь стыла в жилах, а энергия Иного трепетала. Он напоминал ей Опустошителя, только перед которым фурии не теряют силы.

Дверь закрылась, и фурия облегченно выдохнула, переводя взгляд на вошедшую женщину.

— Надеюсь, что вы простите за такое обращение. Я Генриэтта Штрейс, управляющая этой Школой. Для меня честь принимать у себя легендарную Королеву Шипов, и тем печальнее то, что нам придется сделать… Превратить в Тусклую живую легенду… — похоже, управляющей и правда было жаль.

— Не стоит сожалеть об этом, — голос Руннэт звучал удивительно твердо. Её саму удивило, с какой легкостью она говорит. — Я пожинаю заслуженные плоды своих действий. Кто будет проводить обряд?

— Я, — ответила управляющая. — В Школе как раз шесть фурий, но направлять буду я.

— Хорошо.

— Не против, если я присяду?

— Нет, конечно, — ответила Руннэт.

— Ваши силы вернулись?

Вместо ответа Руннэт выставила руку перед собой ладонью кверху, и на ней появился небольшой призрачный цветок. Несколько мгновений обе женщины любовались им, но затем Руннэт его развеяла.

— В таком случае я засеку таймер, — управляющая с помощью своего браслета запустила обратный отсчет, после чего посмотрела на сидящую перед ней фурию. В её глазах читалось сожаление, понимание того, через что предстоит пройти Королеве Шипов. — И я должна задать ещё один вопрос. Мне остаться с вами на этот час?

— Да… — Руннэт взяла женщину за руку. — Было бы здорово…

* * *

Обычно церемонии отсечения от дара проводились с торжественностью, по крайней мере во времена Теона. Этот обряд должен быть своеобразным шоу и показывать остальным фуриям, как важно следовать законам.

В иных обстоятельствах превращения Королевы Шипов в Тусклую должно было быть эпохальным событием с невероятным размахом, на которое явились бы тысячи людей, но конец Королевы Шипов будет тихим и незаметным. Все закончится в комнате для тренировок юных фурий в присутствии лишь восьми человек.

Девушки нервничали, обсуждая предстоящий обряд. Их можно понять, для простых учениц, ещё не полностью контролирующих способности, участие в обряде отсечения является слишком важным событием. Фактически решение Теона превращает их в палачей, но и поручить эту работу кому-то ещё в данный момент он не мог. Слишком большая ответственность для юных фурий, но у него не было выбора.

Самина пыталась убедить его этого не делать, отложить этот обряд, найти других, взрослых и обученных фурий, но мужчина не мог позволить Руннэт оставаться при силах, не мог позволить ей убедить его в своей полезности как фурии. Нужно решить этот вопрос здесь и сейчас или убить её.

Девушки спорили, ругались, особенно возмущалась Алетра, которая время от времени бросала гневные взгляды на Теона. Мужчину, впрочем, это почти никак не волновало. Все его мысли были нацелены не на текущий момент, а на будущее. Ресурсы, люди, оружие… все это было нужно, но он не хотел прибегать к помощи Руннэт.

Вначале встреча с архонтами, — решил он.

До неё оставалось всего ничего, и сложно было предсказать, как именно они поступят.

Дверь, ведущая в тренировочную комнату, отворилась, и на пороге появилась Руннэт, кутающаяся в полупрозрачную шаль. За её спиной возвышался Кригер, готовый немедленно применить силу, если что-то пойдет не так. При появлении женщины и её сопровождающего разговоры тут же смолкли, и все удивленно воззрились на пока еще фурию, которой сегодня суждено стать Тусклой.

Следом в комнату вошла Генриэтта и проводила Руннэт к столу, на котором произойдет обряд отсечения дара. Бывшая возлюбленная Владетеля шла с гордо поднятой головой, как и подобает Королеве Шипов. Сейчас она полна сил. Теон ощущал её огромную по сравнению с присутствующими девушками силу, словно полная луна в окружении маленьких еле мерцающих звезд.

В этот момент Владетель вновь ощутил укол сомнений. Действительно ли стоит ли лишать её этой великой силы?

Но продолжалось это лишь пару мгновений. Теон не передумает и не отступит. Руннэт заплатит за свой поступок здесь и сейчас, если только Старые боги самолично не явятся её спасать.

* * *

Самине было жаль девочек. То, к чему их принудил Теон, неправильно. Несмотря на то, что сам обряд относительно прост, и для него достаточно шести фурий, обычно его проводят только хорошо подготовленные женщины. Лишиться дара — это самый большой страх фурии. Заставлять молодых учениц участвовать в таком — это все-равно что заставлять ребенка совершить убийство.

Чтоб тебя, Теон Альдрим! Не втягивай в свою вендетту остальных!

Мысленно огрызнувшись, Самина сделала глубокий вдох и перевела взгляд на подошедшую к столу Генри, рядом с которой шла легендарная Королева Шипов, одна из сильнейших фурий. И едва ли это было преувеличением. Она не касалась Иного, но её тело и душа настолько был пропитаны силой, что Руннэт сейчас словно сияла. А ещё Самина отметила, что Королева невероятно красива даже будучи без макияжа. Идеальная кожа, глубокие темно-карие глаза, шелковистые волосы. Что уж говорить про фигуру, которую словно высекли руки умелого скульптора. Изгибы её тела невольно привлекали взгляды всех присутствующих.

Теперь понятно, что он в ней нашел.

Оказавшись перед столом, Руннэт поклонилась присутствующим девушкам и тепло улыбнулась, увидев их волнение.

— Знаю, то, что вам предстоит сделать, может показаться ужасным, — её голос звучал на удивление ровно, но в глазах все-равно можно было заметить крупицу страха. — Но прошу, не принимайте это близко к сердцу. Я сама иду на это, по своей воле. Вашей вины тут нет.

По своей? Ну да…

Но Самина сдержала свой обычный сарказм, который так и рвался из неё.

Руннэт — поразительная женщина. Беспокоится о юных фуриях, когда тебя вот-вот должны отсечь от дара? Самина на её месте вряд ли вообще способна была бы думать о чем-то, кроме того, как жить дальше.

Самина невольно бросила взгляд на Теона, стоящего чуть поодаль, неподалеку от входа, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. Смотря на его вечно хмуро-самодовольную рожу, внутри запылал гнев.

Да как он может! Такой дар! Да фурий такого уровня можно сосчитать по пальцам одной руки! Как ты вообще можешь превратить эту женщину в Тусклую?!

— Есть что-нибудь, что вы хотите сказать напоследок? — поинтересовалась Генриэтта.

Руннэт внимательно всмотрелась в лицо каждой из присутствующих женщин, и когда они с Саминой встретились взглядами, брюнетка смутилась.

В конце концов Королева повернулась к Теону, внимательно наблюдающему за процессом со стороны.

— Надеюсь, это тебя удовлетворит, Теон, — голос её звучал ровно, но в тоже время в нем прослеживались нотки печали. Мужчина же в ответ буравил Руннэт холодным, пробирающим до самых костей взглядом.

На меня он так никогда не смотрел.

И Самина была этому только рада.

— Мы можем начинать.

Руннэт сбросила тонкую шаль, обнажаясь и со всей подобающей грацией заняла место на столе спиной кверху. Генриэтта тем временем взяла в руки заранее приготовленный мешочек, откуда извлекла пять белых камней из урталя и раздала по одному каждой из фурий. Каждая из девушек наполнила их своей энергией. Затем Генри указала, куда нужно положить каждый из камней.

В теле фурий существует пять основных узлов силы, через которые проходит энергия: три основных и два вторичных. Каждый из камней должен уничтожить эти каналы, отсекая фурию от дара.

Если верить тому, что доводилось слышать Самине, с мужчинами все было сложнее. У них мало того, что не пять, а шесть узлов, но и для подавления каждого из них нужно либо семеро мужчин, либо тринадцать женщин, по две на каждый узел и одна для общего контроля.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнула Генриэтта, убедившись, что каждый из урталевых камней находится на своем месте. — Теперь одну руку положите на камень, другой касайтесь стоящей рядом. Важно непременно касаться кожи, любая ткань может мешать и вызывать нестабильности.

И именно поэтому мы и стоим тут в нижнем белье…

Обычно для таких обрядов используется специальная одежда, но в Школе такой взяться неоткуда. Фуриям пришлось обходиться, чем есть.

В итоге получился полукруг из фурий с Генри и Саминой в центре. Теперь Самина должна направить поток в центральный камень Самина, а Генриэтте отводилась самая серьезная работа: регуляция потоков для их равномерности.

— Девочки, послушайте меня, — Генри обратилась к фуриям. — Теперь расслабьтесь. От вас дальше ничего не зависит. Я все сделаю сама, а вы лишь должны не сопротивляться, позволяя мне делать то, что должно.

Они кивнули, и Генри продолжила.

— А теперь зачерпните Иного так много, как можете.

Управляющая дождалась, пока каждая из присутствующих фурий наполнит себя силой. — Хорошо. А теперь просто дышите. Дышите в такт со мной. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Мы должны быть синхронны и дышать в одном ритме.

Самина прикрыла глаза и прислушалась к дыханию остальных фурий, стараясь попасть с ними в один ритм.

Вдох-выдох.

Вдох-выдох.

Наконец наступило то, что называют единением потока, когда силы группы фурий соединяется воедино. Это было странное, приятное и волнующее чувство, отдаленно похожее на разрядку, только в этот раз фурии не вкладывали в этот поток эмоции и чувства, как это делают обычно.

Затем Генриэтта взяла контроль над потоком в свои руки и все чуть было не рухнуло.

— Алетра, расслабься, — сказала ученице Генри.

— Я… Я стараюсь… Но все это неправильно! Мы же не…

— Возьми себя в руки, — голос управляющей звучал спокойно. — Если не возьмешь себя в руки, то всех нас убьешь.

Помогло. Поток стабилизировался, и Самина почувствовала, как теряет контроль над своей силой.

Это нормально, просто отпусти… — сказала она самой себе и расслабилась, позволяя Генриэтте управлять.

Вдох-выдох.

Вдох-выдох.

Процесс шел неспешно, Самина бы даже сказала, лениво, и кончился совершенно внезапно. Генри просто оборвала связь, оставив Самину в легком недоумении. Кажется, девочки тоже удивились, что все закончилось, и теперь удивленно переглядывались.

Что-то пошло не так?

Но лицо Генриэтты не отражало ни малейшего беспокойства.

Выходит, все прошло хорошо?

Руннэт тем временем поднялась со стола и попыталась встать, но чуть было не упала. К счастью, рядом оказалась Лифэтта и поддержала её. Самина заглянула в лицо некогда великой Королевы Шипов и не узнала её. Внешне она не изменилась, но словно потеряла какую-то искру. Волосы стали менее яркими, взгляд потух, плечи поникли, а кожа словно побледнела.

Генриэтта накинула на женщину шаль, прикрывая наготу, и повела её прочь из комнаты. Когда они оказались у выхода из зала, Кригер, тоже наблюдавший за церемонией, собрался было идти следом, но Генри его остановила.

— Теперь вам нет смысла её охранять.

Ничего не говоря, Кригер посмотрел на Теона, и тот отрицательно мотнул головой. Этого оказалось достаточно, чтобы Кригер отступил, позволяя Генриэтте самой увести несчастную без дополнительного присмотра.

Выждав немного, зал покинули мужчины, о чем-то разговаривая. Самине было любопытно, о чем. Возможно, о дальнейших планах, но подслушивать было выше её достоинства, да и не видела она в этом большого смысла. Замыслы Теона все как один опасны и безрассудны.

* * *

Самина читала какую-то крайне унылую книгу о любви молодого безработного юноши в гордую и богатую фурию из знатного рода, и все это в антураже Бонхарда столетней давности. Фурия полюбила юношу, но всячески пыталась это скрыть, а он отчаянно добивался её внимания. А когда она наконец ответила взаимности, мачеха фурии, являющаяся фанатичной приверженкой Истинного Пути, решила убить юношу.

Больше всего Самину в этой книге раздражала её излишняя слащавость. Главные герои разводили такие пафосно-сопливые монологи, от которых у девушки порой сводило скулы. И все же Самина продолжала её читать.

— Самина, — вздохнула Генриэтта. — Тебе не обязательно спать на кушетке.

— Мне и тут нормально, — отозвалась она, не отрывая взгляда от книги.

— Когда ты перестанешь на меня злиться?

— Не знаю, но как минимум я все ещё жду извинений за то, что ты наставила на меня пистолет.

— Я не могу извиниться за то, что считала правильным. Ты была готова совершить страшную глупость. К тому же ты регенератор. Даже если бы я выстрелила тебе в ногу, ты бы быстро восстановилась.

Самина лишь сердито поджала губы, продолжая таращиться в книгу. Она уже не видела текста, а лишь ощущала раздражение и злость. Разумеется, она простит Генриэтту, ведь та действительно считала свой поступок верным. Но не сейчас. Когда единственный по-настоящему дорогой тебе человек угрожает тебе оружием — это больно.

Генри устало вздохнула и, покачав головой, начала готовиться ко сну. Она слишком хорошо знала Самину. Пытаться её переубедить, когда та уперлась, как баран, бессмысленно. Нужно просто дать ей время все обдумать и успокоиться.

Управляющая погасила свет, отчего в комнате воцарился полумрак. Единственным источником света осталась маленькая настольная лампа возле кушетки. Самина сладко зевнула, дочитав до очередного драматичного поворота, и решила, что стоит остановиться.

Отложив книгу, она уже собралась устроиться поудобнее и отправиться на боковую, как внезапно тишину разорвал сигнал тревоги, исходящий от браслета Генриэтты.

— Что происходит?

— Был активирован центральный лифт. — Генри уже сбросила с себя одеяло и внимательно изучала информацию с датчиков.

— Лифт? Опять Теон…

— Нет. Его активировали снаружи, используя резервные коды.

Самине не нужно было объяснять, что это значит. Только что на территорию Школы кто-то проник.

* * *

И вновь Теон оказался в этом месте…

Как давно это было последний раз? — промелькнула в голове мысль.

Он считал, что это карракская пустыня, раскинувшаяся в неделе пути от Бонхарда, но это было лишь предположение. На многие мили вокруг не было ничего, одна каменистая пустошь, а следовательно, нет и ориентиров, по которым можно отыскать это место.

И тем не менее Теон пытался.

За время своего заточения этот сон он не видел, но во время завоеваний он снился ему постоянно.

Внимание Теона сосредоточилось на двенадцати фигурах, сидящих на земле. Мужчины и женщины, разного возраста и происхождения. Черты их лиц Теон не мог разобрать, как не силился. Лишь двенадцатую фигуру, к которой были обращены взгляды всех присутствующих, Теон видел ясно.

В центре их круга сидел мужчина в дорогом наряде с вышитым золотом узором и символом Истинного Пламени на груди. Он был их учителем, человеком, заменившим собравшимся отца.

Когда Теон увидел этот сон впервые, то не понял его суть, но сейчас ему было ясно, что человек в центре круга не кто иной как Таргарон. Длань Света. Что он говорил своим ученикам, Теон не слышал ни прежде, ни сейчас, слова заглушались ревом ветра, но видимо что-то важное, потому что каждый из учеников с трепетом слушал.

А вот и ключевой момент… — вздохнул Теон.

Таргарон погрузил руку себе в грудь и извлек оттуда шар из золотого огня. Затем он стал вручать каждому по кусочку собственной души и с улыбкой гордого отца наблюдал за тем, как они поглощают дар.

Так и родились Старые боги…

Таргарон продолжил свой рассказ, но сразу после этого поднялась буря, скрывающая людей от взгляда Теона. Он знал, что так будет, поэтому просто прикрыл глаза, дожидаясь следующего этапа.

Когда ветер утих, а песок улегся, картина разительно изменилась. В центре круга по-прежнему находился Таргарон, вот только он был мертв. Из его спины, живота и шеи торчало несколько кинжалов, а ученики спорили и ругались, не обращая внимания на тело мертвого мастера.

Ты дал им Свет, а они ударили тебе в спину, — с грустью подумал Теон, наблюдая эту картину. — Им было мало твоего дара. Они хотели больше.

Вновь поднялась буря, смывая образы и меняя их на другие. Таргарон и его ученики исчезли, но круг остался там, где был. На месте Длани Света теперь находился меч Теона, Рэман-дал-Тор, а на местах, где раньше сидели ученики, были выставлены предметы. И один из них Владетель отлично помнил: шкатулку-головоломку, которая по предположению Эрлисфиль и Руннэт была чем-то вроде темницы для Могдина.

Теон смотрел на эту картину, дожидаясь окончания сна. Обычно на этом моменте все и кончалось. Солнце клонилось к закату, освещая меч и расставленные вокруг него предметы, а затем он просыпался.

Но в этот раз что-то было не так. Теон это ощутил, но пока ещё не понял, что именно. Осознание пришло неожиданно: позади него раздавались тяжелые шаги. Удивленный этим, Теон развернулся и столкнулся практически лицом к лицу с прекрасной молодой женщиной со светлыми волосами, облаченной в золотистую броню. Её глаза пылали золотым пламенем и словно смотрели насквозь, заставляя Теона отшатнуться. Каждая частица его души кричала, что она не тот противник, с которым можно сражаться.

— Кто ты? — от звука её голоса Теона буквально скрутило. Казалось, что он сейчас рассыпится, превратившись в пыль. Кажется, и женщина это поняла, потому что за миг до того, как Теон очнулся, на её лице отразилась едва заметная растерянность.

Теон беззвучно захрипел, скручиваемый судорогой, едва не разбудив спящую рядом Лифэтту. Ощущения после сна были такими, словно его вывернули наизнанку, а затем вернули в исходную форму, и теперь он судорожно хватал ртом воздух, пытаясь прийти в норму.

Девушка заворочалась, перевернулась на другой бок, но не проснулась.

Что это во имя Света только что было?! — мысленно спросил Теон.

Он быстро возвращался в норму, но воспоминания о пережитом до сих пор заставляли его содрогнуться.

Спустя несколько минут он окончательно пришел в себя и вернул себе способность трезво мыслить, но ни к какому внятному объяснению прийти не смог. Вернее… одно объяснение было, но оно слишком невероятное: Теона во сне посетила одна из Дланей Света.

В другой ситуации Теон посмеялся бы над этим с мыслью «Приснится же такое», но он до сих пор помнил тот взгляд горящих глаз, смотрящих прямо в душу. Даже Банрат-Тан-Азур в страхе отступил, попытавшись спрятаться за душой Теона.

Перевернувшись на спину, Теон взглянул на потолок и решил, что когда обзаведется нормальной резиденцией, то сделает стеклянный потолок в спальне. Он хотел видеть небо всегда, чтобы при пробуждении помнить, что он больше не заперт в ящике. Что он свободен.

Лифэтта вновь зашевелилась и прижалась грудью к руке Теона, по-хозяйски положив ладонь ему на грудь. Она выглядит очень мило, когда спит, не такая серьезная, как обычно.

Завтра скорее всего будет Арвин, — с легкой досадой подумалось Теону.

Не то что бы мужчине она не нравилась, но есть у девушки одна неприятная особенность: Арвин не знает, когда стоит остановиться. Каждый раз она выжимает из Теона все соки. Если дать той волю, то она могла наслаждаться его членом до самого утра, в то время как Лифэтте и Самине было более чем достаточно часа-двух неторопливой разрядки.

Надо с этим что-то делать. Пусть энергии Иного в Теоне предостаточно, но вот физические ресурсы организма ограничены. К тому же, как поправится Вестра, её тоже стоит включить в разрядочный список. Эти юные фурии все ещё познают свой дар, и сейчас мужская энергия крайне благосклонно отражается на них. Проводя такие ночи, они могут стать на порядок сильнее. Лифэтта первая из девушек, кто заметила эффект, и теперь она способна гораздо легче призывать и поддерживать свое крыло, а ведь это только начало. Её способности ещё далеки до пика.

Но, разумеется, принуждать Теон никого не собирался. Вестра вполне могла отказаться. К миэндал-гахотт, единению противоположностей, не принуждают.

Мысли Теона вновь и вновь возвращались ко сну, который исходил от Черного Демона. Его гнев, его ярость… Он чувствовал их каждый раз, когда оказывался в той пустыне и видел Таргарона и его «апостолов», которые в последствии стали именоваться богами.

Кто была та женщина?

В этот момент раздался едва слышный звук открывающейся двери, и Теон поморщился. Неужели Арвин? Он эту девицу слишком разбаловал. Приподняв голову, он никого не увидел, лишь открытую настежь дверь, которая тут же закрылась.

Странно…

Кто-то решил проверить, один ли я?

Теон опустил голову на подушку, но в душе уже поселилось какое-то странное и знакомое чувство. Он вновь поднял голову и ощутил легкую ломоту в глазах, словно долго и упорно во что-то всматриваешься.

Мужчина ощутил движение воздуха рядом с собой и рефлекторно вскинул руку, а в следующую секунду его ладонь была пронзена костяным кинжалом, острие которого чуть было не вонзилось мужчине в глаз.

Кровь Теона брызнула Лифэтте в лицо, пробуждая её ото сна, но на мягкое пробуждение не было времени, и Теон просто вытолкнул девушку из постели.

Воспользовавшись силой Теон, подхватил простынь и набросил её на невидимого противника, после чего что есть силы швырнул его в стену. Послышался удар и хруст ломающихся костей.

— Что… это было?.. — тихо прошептала ошарашенная Лифэтта, поднимаясь на ноги. Она ещё не успела осознать, что именно произошло, переводя ошарашенный взгляд то на Теона, то на нечто, валяющееся рядом со входом в комнату.

Внезапно ахнула и рефлекторно отступила на шаг. Костяной клинок скользнул по её горлу, разрезая кожу. Теон отреагировал не сразу, лишь в этот момент осознав, что враг не один. Не доверяя своим глазам, он бросился туда, где предполагаемо находился враг, не позволяя ему завершить начатое.

Врезавшись в невидимую фигуру, Теон отбросил её к стене и тут же вцепился в ворот одежды убийцы. Маскировка спала и Теон наконец смог увидеть его лицо. Ничего примечательного в нем не было. Немолодой мужчина с легкой сединой в волосах и мертвецки бледной кожей. Его глаза были словно затянуты туманом. Убийца не остался в долгу и вонзил свой кинжал Теону в грудь, точно в сердце, а в следующий миг челюсти Черного демона сомкнулись на его голове, дробя кости.

Теон бросил взгляд на зажимающее раненое горло Лифэтту и тут же услышал, как зашевелился человек обернутый в простыню. У него были переломаны кости, но он продолжал дергаться.

Ничего удивительного для Теона в этом не было. Бездушные не чувствуют боли. Черный демон схватил недобитого врага, начав его пожирать. Множество черных рук дробили ещё оставшиеся целыми кости, а челюсти с противным чавкающим звуком пережевывали плоть.

Лифэтта тем временем зажимала кровоточащую рану рукой, прижимаясь к стене. Опустившись перед ней на одно колено, Теон тихо произнес:

— Все будет хорошо, не волнуйся.

Глава 4. Вторжение

Кригер сидел чуть дальше по коридору от комнаты для разрядки, в которой в данный момент находилась Руннэт. Обычно мужчина точно выполнял приказы, но в этот раз решил воспользоваться лазейкой и присмотреть за пленницей. Даже если Руннэт Залмейр стала Тусклой, она все ещё остается одной из самых умных и хитрых женщин, которых Кригер знал, а Теон, несмотря на все, не может рационально мыслить, находясь рядом с ней.

Кригер не собирался ничего предпринимать насчет женщины, но присмотреть, чтобы она ничего не выкинула — это он мог. С расстояния, но мог. Тем более, как уже давным-давно понял Кригер, его новому телу практически не нужен сон. Ему хватало часа в неделю, а то и меньше, и даже если бы мужчина захотел, то спать больше у него не получалось.

Напротив, тело требовало действий. Особенно после десятилетий заключения. Кригер хотел заняться ремеслом или дробить кости врагам, и пока не был уверен, чего из этого ему хочется больше.

Откинувшись на стуле, он внимательно следил за коридором, ожидая, что рано или поздно в нем появится Руннэт. Что делать позже Кригер, пока не решил. Убивать её он не станет, а вот сломать пару костей…

Не думаю, что Теон сильно из-за этого расстроится…

В этот момент он заметил, что с противоположной стороны коридора показалась чья-то фигура. Первую секунду Кригеру подумалось, что это управляющая пришла проверить пленницу, но почти сразу понял, что ошибся.

Это был темноволосый мужчина с бледным лицом, облаченный в черную невзрачную одежду. Его Кригер тут видел впервые, и тем удивительнее, что сидящий в конце коридора «уродец» не вызвал у того никакой реакции. Мужчина смотрел только перед собой, игнорируя все вокруг.

Он прошел мимо Кригера, даже не посмотрев на него.

— Стой, — наконец сказал кузнец незнакомцу, хватая его за руку. Реакция последовала незамедлительно. С нечеловеческой быстротой черноволосый выхватил из-за пояса костяной кинжал и ударил им Кригера точно в висок. Оружие не выдержало столкновения с черепом Кригера и разлетелось на множество осколков. — Это ты зря.

Только что этот человек попытался убить Кригера, а это значило, что он точно не друг и не союзник. Кузнец сдавил запястье незнакомца, с легкостью дробя кости, но тот при этом даже не вскрикнул. Его лицо осталось безразличным к окровавленному месиву, в которое превратилась конечность.

Рука незнакомца метнулась к одному из карманов, но Кригер одним жестким ударом переломил тому кость в предплечье. И опять никакой реакции. Вторженец словно не чувствовал боли.

Ухватив его за ворот, Кригер не сдерживаясь швырнул мужчину в стену, но тот почти сразу начал подниматься.

— Убей его! — послышался возглас, и лишь тогда кузнец заметил Руннэт, покинувшую комнату.

— Я хочу знать, кто он такой, — ответил Кригер, смотря на поднимающегося на ноги человека. — А ты возвращайся в свою комнату, или я верну тебя туда сам.

— Это Бездушный!

Кригер нахмурился бы, если бы мог. Он много слышал о Бездушных, но никогда с ними не встречался. Идеальные убийцы, не знающие ни боли, ни страха.

Это и впрямь Бездушный? Или кто-то пришел пытаться освободить Руннэт и теперь она пытается сделать вид что они не знакомы?

Но размышлять об этом у Кригера не было времени, потому что мужчина со сломанной рукой сумел вытащить из кармана ручную гранату и тут же выдернуть из неё чеку.

* * *

Теон с интересом рассматривал то, что осталось от Бездушных, пришедших за его, а в этом он не сомневался, головой. Возникает вопрос, кто именно их прислал, и что с этим делать дальше.

Кригер принес тела наверх, в зал для приемов. Теону лишь оставалось поражаться тому, во что превратился его старый друг. Сейчас он выглядел потрепанным, а все потому, что пережил взрыв ручной гранаты в паре метров от себя.

Помимо Кригера в помещении находилась и Руннэт. Женщина сидела на диванчике у одной из стен и молчала, ведь Теон ей слово не давал. Он так ей и сказал: «Ты будешь со мной говорить, когда я к тебе обращусь», и теперь она не смела идти ему наперекор.

Наконец подошли и остальные, включая Лифэтту. Горло девушки было перевязано, но сама она, на первый взгляд, была в порядке.

— Как себя чувствуешь?

— Просто царапина, — отозвалась серебряновласая фурия.

— А теперь, — тут уже заговорила крайне возмущенная Самина. — Что вообще произошло?!

— Меня тоже интересует этот вопрос, — поддержала её Генриэтта. Она была куда сдержаннее своей давней подруги, но по глазам было видно, что она в ярости. И Теон отлично её понимал: кто-то проник в Школу и ранил одну из девочек, не говоря еще о случившемся внизу взрыве.

— Если коротко, — начал Теон, окинув всех внимательным взглядом. — На нас напали.

— Да мы это уже поняли, — не смогла сдержать свой острый язычок Самина. — А можно подробности?

— Этот человек, — вмешалась в разговор Лиф. — Он был невидим. Я его ощутила, но не видела… Он такой же, как и вы? Один из Ткачей Иного?

— Руннэт, — женщина наверняка знает о нынешнем положении дел куда больше, так что Теон дал ей возможность разъяснить ситуацию.

Рыжеволосая фурия сразу поняла, что именно от неё требуется. Поднявшись с дивана, она подошла к столу Теона и окинула его печальным взглядом. Мужчина ощутил что-то отдаленно похожее на укол вины, но тут же подавил это чувство.

— Вы когда-нибудь слышали о Костяном Братстве и Держателе Костей?

Девушки удивленно переглянулись, после чего осторожно заговорила Вестра:

— Костяное братство ведь сказка… Страшилка…

— Алчущий посмеялся бы над тобой, — не смог сдержаться Кригер, но тут же умолк, заметив осуждающий взгляд Теона.

— Костяное Братство реально, это я могу вам сказать абсолютно точно, — заговорила Руннэт. Её голос звучал слегка отрешенно. — Это братство убийц, в которое вербуют только лучших из лучших. Держатель Костей, которого так же называют Алчущим, забирает их души, даруя способность становиться незаметными для людских глаз, не чувствовать боли и страха. Каждый из них — это тренированная машина для убийства, которая нанесет вам удар прежде, чем вы это осознаете.

— Братство убийц? — Самина едва не рассмеялась. — Больше похоже на какую-то городскую легенду. Я уже не один год работаю в легистии и слышала много всякого. Например, что блеск производят Дети Света, и что в подвалах церкви Истинного Пути есть пыточная, где фурии устраивают оргии, наблюдая за пытками мужчин. Но я ничего не слышала ни о каком братстве киллеров.

— Это неправда! — возмутилась Алетра обвинением в адрес церкви, но никто не обратил внимания на её возглас. Это настолько её оскорбило, что девушка едва не вышла из комнаты, но в итоге осталась, слишком заинтересованная ситуацией.

— В этом нет ничего удивительного. Костяное Братство — не та организация, которая выставляет себя напоказ. Этим они и страшны, — продолжила Руннэт. — Никогда не знаешь, где и когда ударят. Бездушные могут пройти через любую охрану, оставаясь незамеченными. Последний раз я слышала о них лет двести назад… На период катаклизма они легли на дно, но во времена становления нынешнего общества к их услугам часто прибегали. Сейчас же Костяное Братство больше реликт далекого прошлого. Да и у нас с Алчущим был заключен негласный мир.

— Стоп, — вмешалась Самина. — Мир? Вы заключили мир с братством убийц?

— В тот момент это было наилучшим решением, — заговорил Теон. — Держатель Костей обладает весьма значительным влиянием. У него была огромная агентурная сеть и армия незримых убийц. Воевать с ним было бы куда сложнее, чем может показаться. Было решено, что он не лезет к нам, а мы — к нему.

— И тем не менее, он пришел за кем-то из нас. За тобой или Руннэт, — тихо произнес Кригер, но его потусторонний голос пробирал до самых костей.

— Да, — подтвердил Теона. Запрокинув голову, он несколько секунд молча смотрел в потолок.

— А вдруг это ошибка? — предположила Вестра. — Вдруг его обманули?

— Алчущего не обманывают, — покачала головой Руннэт. — Он отправляет Бездушных, лишь когда твердо знает, кто цель и где она находится.

— Значит он наш враг. Перемирию конец, — с легкой досадой сказал Теон. А ведь у него были мысли выяснить, существует ли Братство по сей день. Они могли стать для него хорошим инструментом, но теперь это не имело значения. Сегодня мог умереть кто-нибудь из присутствующих, и лишь чудом этого не произошло. — Алчущий сделал ставку не на нас.

— Скорее всего, — согласилась Руннэт. — Он всегда выбирает наиболее безопасный и выгодный путь.

— И все же очень странно… он прекрасно знал, что тут нахожусь я, — продолжил Теон. — Но послал всего троих… Бездушным меня не убить. Зачем ему все это? Разозлить меня? Заставить не чувствовать себя в безопасности?

— Не думаю, что мы сейчас узнаем ответ.

— Верно. А может это такое предупреждение? Вроде: «Я знаю, где вы, значит и они знают».

— Глупости, — не согласилась Самина, скрестив руки на груди. Теону казалось, что она возражала лишь потому, что ей хотелось, а не из-за каких-то веских причин. — Для этого достаточно было отправить записку или сообщение. Да и знай Арбитраж и Магистериум, где мы, они бы уже прислали штурмовой отряд из фурий.

— Речь не про Арбитраж, — нахмурился Теон.

— В смысле? — не поняла его Самина.

— Думаю, пришло время вам кое-что узнать. Враг, с которым я собираюсь сражаться — не Арбитраж и не Архонты.

— Теон, не думаю, что это хорошая идея. Порой лучше не знать, — попыталась образумить его Руннэт, но тут же замолчала, недовольно поджав губы, увидев его взгляд.

— Они в праве знать.

— Знать что? — нахмурилась Самина. Впрочем, это было почти её обычное состояние. Кажется, её брови не сходились на переносице лишь во время сна.

— То, кому именно мы объявили войну пару дней назад, — Теон собрался продолжить, но увидел за плечом Самины призрака Утрена, его старого учителя. Он положил свою гниющую руку фурии на плечо, но девушка этого и не замечала.

— Теон? Знать что? — повторила она свой вопрос, но инициативу в разговоре перехватила Руннэт.

— Мы объявили войну Старым Богам. По крайней мере нескольким из них.

Сказать, что присутствующие были удивлены — не передать и десятой доли их эмоций. Самина была в недоумении, Вестра изумлена, Алетра восприняла это как бред сумасшедшего.

— Стой-стой, — Самина вышла вперед и оперлась одной рукой о стол, за которым сидел Теон. — Ты говоришь, что Старые Боги, те самые, которые якобы существовали две с хреном тысячи лет назад, сейчас тут? Разгуливают по этому самому городу? И мы собираемся с ними сражаться?

Она даже не пыталась скрыть насмешку, но Теона это не задело.

— Перед тобой сидит бессмертный император всего мира, — заговорил Кригер из дальнего угла комнаты. — Так ли странно после этого существования богов?

Самина бросила на Кригера сердитый, обжигающий взгляд, но сказать что-то против этого аргумента не смогла.

— Зря ты это затеял, лучше им было не знать, — вздохнула Руннэт, после чего обратилась к присутствующим. — Давайте начнем с того, что именно вы слышали о старых богах.

Первой заговорила Вестра. Как Теон уже успел понять, она весьма сообразительная и эрудированная девушка.

— После того, как Тьма убила Истинное Пламя, Длань Света Таргарон пришел в этот мир и взял себе одиннадцать учеников. Он поделился с ними частицей своей души, но… Тьма оставила на нем свой отпечаток. В итоге он обезумел и возжелал испепелить весь мир, но ученики выступили против него и сумели его остановить. После этого наступил мир, Золотая Эпоха, когда Старые Боги с помощью своей силы развивали общество, а когда поняли, что больше не могут ничего дать, они ушли.

— Это ложь! — от тона Теона Вестра вздрогнула, да и остальные девушки попятились. Лишь тогда мужчина понял, что невольно зачерпнул энергии Иного, и каждая из присутствующих фурий это ощутила. Отпустив силу, он тряхнул головой, прогоняя нахлынувший гнев.

— Это ложь, — повторил он, уже гораздо спокойнее. — Тьма действительно тронула Таргарона, но он не был настолько безумен, насколько его описывают.

Даже я куда безумнее.

— Им двигали лишь благие побуждения. После смерти Истинного Пламени тысячи миров были уничтожены, а некоторые, и наш в том числе, уцелели, но прибывали в хаосе. Он пришел принести нам порядок, а те, кого мы называем Старыми Богами, прикоснувшись к его силе, предали его! Убили, принесли в жертву в угоду собственной алчности! Им было мало того, чем он поделился! Им было мало… Ещё! Больше силы! Ещё! Ещё! Они…

— Теон! — возглас Руннэт вырвал мужчину из мыслей, и он вновь понял, что потерял контроль. Он так крепко вцепился в подлокотник кресла, что тот треснул.

Воспоминания Черного Демона и его гнев накатывали волнами. Это случалось редко, но каждый раз Теону было тяжело удержать их под контролем.

— Думаю, будет лучше, если я продолжу, — сказала Руннэт.

— Да…

Теон прикрыл глаза рукой, ощущая, как его всего трясет. А ещё призраки… Сейчас их в комнате стало уже трое. Он ощущал даже с закрытыми глазами их взгляды и чувствовал вонь их гниющей плоти.

— Как уже сказал Теон, все это… не совсем правда. Мы не знаем, как было доподлинно. Источников того времени почти не сохранилось, но я могу сказать вам одно — Старые Боги были не такие уж хорошими, какими их сейчас принято считать. В наше время Старые боги оценивались крайне неоднозначно. Они действительно могли делать что-то хорошее, но и ужасов в те времена хватало. Пока Лейва Дарующая основывала торговые гильдии, создавая Великий Путь Лей, Молотобоец уничтожил Рамкасовый хребет, в один миг стерев с лица земли двенадцать городов и сотни тысяч человек. И таких примеров масса. Они творили с этим миром все, что заблагорассудится, и никто не мог им противостоять. Весь мир был для них игровой площадкой, где они устанавливали правила.

— Я никогда ни о чем таком не читала… — охнула Вестра.

— Не удивительно. Наш враг мастерски переписывал историю. Сейчас никто и не помнит о тех ужасах, что они творили.

— Но, если они действительно так сильны, то почему открыто не объявили о себе? Почему мы ничего не слышали о старых богах? Тем более половина из них были мужчинами, — спросила Лифэтта.

— Потому что я убил одного из них, — Теон улыбнулся самой жуткой и безумной из своих улыбок. В этот момент он просто не мог улыбаться иначе. — Они поняли, что тоже смертны.

Руннэт вздохнула, бросив на Теона недовольный взгляд, но вслух ничего не сказала. Да и нечего было говорить — Теон был не в себе, и так было почти всегда, когда дело касалось Старых Богов. В такие моменты Банрат-Тан-Азур и его эмоции брали над мужчиной верх.

— Что за ерунду вы говорите? — не сдержалась Самина. — Старые Боги ушли две тысячи лет назад, вы сами это сказали.

— Они не ушли, — ответила на это Руннэт. — Их запечатали.

— Что? — Самина удивленно выгнула левую бровь. — В смысле запечатали?

— Заключили в магическую тюрьму, пока однажды одна из фурий случайно не освободила Могдина.

— А может и не случайно, — мрачно не согласился Теон. Они так и не выяснили, как именно это произошло. Та «головоломка» ходила по рукам две тысячи лет, и совершенно внезапно её сумели открыть именно в тот день, в Дармассе?

— Как бы то ни было, Могдин обрел свободу и испепелил всех жителей Дармасса. Ни осталось ни одного. Больше года мы вели с ним войну. Для него это была игра. Он, как и мы собирал армии, отправлял их в бой, захватывал крепости и города. А затем… — Руннэт запнулась и бросила на Теона короткий взгляд. — Затем они с Теоном сошлись в схватке, итогом которой стал Небесный Раскол.

— Двое мужчин решили подраться и уничтожили полмира, — рассмеялась Алетра. — Правильно, что вас лишили сил! Безумцы, возомнившие о себе слишком много.

— Ты кое-чего не понимаешь, девочка, — Руннэт отетила так холодно, что мгновение назад смеющаяся Алетра тут же нервно сглотнула и невольно отступила на полшага. — Не какая-то высшая сила, жаждущая справедливости, лишила мужчин сил. Это сделали Старые Боги. Они нарушили баланс, и это отражается на мире. Вы можете не видеть изменения, ведь вы прожили слишком мало, но ваши тела, ваша сила их ощущают.

Руннэт начала рассказывать присутствующим о собственных выводах на счет того, что делают сейчас Старые Боги, но все это Теон уже слышал. Сейчас основное внимание мужчины было сосредоточено на призраке Утрена. Его мертвый учитель что-то говорил, как и остальные призраки, но Теон никак не мог понять, что именно. Губы точно произносили слова, но язык… это точно был не мэнрейский, который ныне называют всеобщим. Именно он стал единым государственным языком Империи Теона. И это не язык, на котором говорили Несущие Свет.

Что же ты говоришь, старый ублюдок?

Когда Руннэт закончила, в комнате воцарилась молчание. Девушкам нужно было осмыслить сказанное.

— Теперь вы знаете все. Ну или почти все, — подытожил Теон. — Нам неизвестны их цели, но одно точно: они не хотят ничего хорошего для этого мира.

На лицах почти всех присутствующих были сомнения, особенно хорошо они читались у Арвин.

— Если то, что вы говорите, правда, — осторожно начала Генриэтта. — То… ваши действия — это почти что война…

— Это и есть война. Война со всем миром, если придется.

— Это безумие! — не выдержала Арвин. — Нельзя воевать со всем миром! Нас же всего… несколько человек.

— Когда мы решили воздвигнуть свою империю, — тихо сказала Руннэт, — были лишь мы с Теоном. Двое Ткачей Иного, решившие бросить вызов Держателю Скал. Самому могущественному человеку на континенте.

Теон криво усмехнулся. Так-то оно так, но Руннэт многое умалчивала. Например то, что в те времена она была весьма состоятельной дамой с сетью отличных информаторов, помогающей находить нужных людей. Сейчас же они слепы и глухи, да ещё и без гроша в кармане. Не говоря о том, что Держатель Скал не воспринимал их всерьез до момента, когда уже было поздно. Повторят ли Старые Боги ту же ошибку? Вряд ли… Смерть Могдина заставила их соблюдать осторожность.

— Я не о том, — покачала головой Арвин, делая шаг вперед. — Это же самоубийство! Да, ты очень силен, но…

Теон вздохнул и тепло улыбнулся девушке. Настолько тепло, насколько он был способен в тот момент. Внутри кипела ярость Черного Демона, и мужчине приходилось прилагать немало сил, чтобы сдерживать её.

— Я понимаю. Вы напуганы, и… несправедливо втягивать вас в это. Вы молоды и не готовы к подобному. И это нормально. Поэтому я беру назад все ваши клятвы и долги, — Теон это говорил вполне серьезно. — Я не буду пытаться вас завербовать или убедить помогать мне. Я собираюсь отправиться на войну и убить их всех. Не успокоюсь, пока головы всех десяти предателей не будут насажены на пики.

— Война… — Самина прикрыла глаза ладонью и оперлась о ближайшую стену.

— Война, — подтвердил Кригер, и в его голосе Теон словно услышал нотки удовлетворения.

— Я никого не принуждаю. Никого не осуждаю. Если вы не захотите иметь со мной ничего общего, я не стану вас винить и уйду через два дня, — продолжен Теон. — Тогда я предстану перед Арбитражем и ещё раз объявлю о создании Домена Власти. Я не требую от вас ответа прямо сейчас. Можете сказать мне его перед моим уходом, чтобы я знал, нужно ли мне возвращаться.

Вперед решительно вышла Лифэтта и встала перед мужчиной на одно колено.

— Я готова служить вам, Владетель, — произнесла она. В её взгляде горела решимость. — Мой меч принадлежит вам.

Неожиданно…

— Уверена?

— Вы — человек, который завоевал большую часть мира. Сильнейший из Ткачей Иного, и рядом с вами я чувствую, что становлюсь сильнее сама, — она говорила на диалекте знати, выказывая мужчине свое уважение. — В вашем Домене всего три человека, и я хочу быть там. Это мой шанс стать частью чего-то великого, чего-то, что способно изменить мир и войти в историю.

— Тобой движет тщеславие и жажда славы?

— Как и любой фурией с амбициями, — честно ответила девушка. — К тому же вы сами предлагали мне возглавить рыцарский орден.

Теон ничего не сказал, лишь удовлетворенно улыбнулся и кивнул головой.

— В таком случае, я тоже, — вперед вышла Вестра. Она тоже пыталась говорить, как Лифэтта, но чувствовалось, что она не до конца понимает, как правильно должны звучать слова в диалекте знати. — Я бы хотела продолжить вести хронику и запечатлеть момент падения Старых Богов. И лучше всего делать это в первых рядах.

— Ну вот что вы делаете, — вздохнула Арвин. — И вот как мне теперь быть, а? Ладно… я тоже в деле. Надерем задницы этим Старым Богопердунам!

Вестра рассмеялась, Лифэтта лишь сдержано улыбнулась, а вот Руннэт покачала головой. Ей все это не нравилось.

— В таком случае и я не могу остаться в стороне, — теперь пришел черед говорить управляющей. — Я должна присматривать за девочками. Не думаю, что от меня будет так уж много помощи в битвах, но могу помочь с бюрократической частью.

Взгляды присутствующих невольно переключились на Самину, все ещё стоявшую, прислонившись спиной к стене.

— Что вы на меня так смотрите? — нахмурилась брюнетка, на лице которой возникло обычное для неё раздражение. — Конечно, я с вами. Какой у меня, во имя Света, выбор? Арбитраж меня официально записал в изменники и террористы! Мне некуда деваться. Хотя толку от меня не так уж и много…

— Не правда, — не согласился с ней Теон. — Твоя способность распознавать ложь будет весьма кстати.

— Ну… да… — согласилась Самина, немного смутившись.

— Погодите, если мы войдем в домен… то… жалование у нас будет? Большое? — оживилась Арвин. — И я тоже хочу свой отряд! Или рыцарский орден! Или…

— Да вы просто психи! — воскликнула Алетра, не веря своим глазам. — Как вы можете добровольно помогать ему?! Он же чудовище! Человек, что разрубил луну пополам! Это нихрена не сказки и легенды! Как вы можете становиться на колени перед этим монстром и…

Вестра подошла к Алетре и отвесила той пощечину. Никто в комнате не ожидал подобного поворота событий. Меднокожая фурия остолбенела, касаясь собственной щеки.

— Да что ты вообще знаешь о монстрах? — в голосе Вестры кипел гнев. — Лифетта видела монстра. Я видела монстра! Ты знаешь, что значит встретиться лицом к лицу с Опустошителем? Знаешь, каково это, когда его когти пронзают тебя насквозь, а ты вообще ничего не можешь сделать?! Я встретила Опустошителя, прошедшего две эволюции, и осталась жива только из-за человека, которого ты называешь монстром. Кто-то сотворил его. Кто-то скармливал ему фурий, таких как мы с тобой лишь для того, чтобы сделать эту тварь сильнее!

Алетра ошарашенно таращилась на разъяренную фурию, словно впервые видела её такой.

— Так что, Алетра, можешь не присоединяться к нам, если не хочешь, но не смей говорить о том, о чем не имеешь ни малейшего понятия.

Алетра начала злиться, на её руках и плечах стали вспыхивать алые языки пламени. Остальные фурии собирались утихомирить её, но этого не потребовалось. Зарычав, она развернулась и быстрым шагом покинула комнату, при этом весьма красочно полыхая.

У неё хорошая боевая способность. Жаль, что не сходимся мировоззрениями, — с легкой досадой подумал Теон.

— Хорошо. В таком случае, Генриэтта, назначаю тебя комендантом нашей штабквартиры. Думаю, первое время эта работа будет не слишком отличаться от работы управляющей Школы.

— Как вам будет угодно.

— Лифэтта, ты сформируешь боевое звено, — продолжил Теон раздавать указания. — Чтобы стоять во главе рыцарского ордена, это надо ещё заслужить.

Лифэтта ответила Теону едва заметной улыбкой, с покорностью принимая назначение.

— Арвин, переходишь в подчинение Лифэтты.

— А? Что? Но…

— У тебя нет боевого опыта, чтобы руководить звеном.

— У Лифэтты тоже!

— Она победила Опустошителя, а это многого стоит. Хорошо проявишь себя, и я повышу тебя, а пока таково мое решение.

— Но…

— Арвин, — фыркнула на неё Лифэтта, одарив хмурым взглядом. — Таково решение Владетеля, и раз уж ты отныне в моем подчинении, я научу тебя дисциплине.

— Э… — Арвин попятилась от фурии, втянув голову в плечи, но мало кому было интересно их выяснение отношений.

— Лифэтта.

— Да?

— По вопросам снаряжения, или если просто будут проблемы с дисциплиной, обращайся к Кригеру. Он мастер сделать так, чтобы все работало как отлаженный механизм. Теперь ты, Самина. С этого дня — ты мой секретарь.

— Что? Нет… погоди… а как же… — девушка растерялась, переводя взгляд то на Теона, то на Руннэт. — А почему не она? Думаю, что…

— Я не могу доверять Руннэт. По-хорошему мне стоило посадить её под стражу и забыть о её существовании, но… — Теон смерил бывшую возлюбленную холодным взглядом. — Она слишком ценна для этого. Можешь считать её своей персональной помощницей, — Теон не смог сдержать злорадной ухмылки, увидев на мгновение дрогнувшее лицо Руннэт. — Будет готовить тебе кофе и делать все, что ты захочешь.

— Это бред какой-то, Теон. Я не могу быть твоей секретаршей! Я ничего в этом не смыслю, и уж тем более я никак не могу иметь в помощницах Королеву Шипов.

— Она больше не Королева Шипов, — поправил фурию Теон. — Теперь это просто Руннэт Залмэйр. Ни больше, ни меньше. Она потеряла это имя вместе с силой. К тому же у этого приказа есть и практическое значение. Она Тусклая, не забывай об этом. Каждое поручение, каждый указ заставляет её шевелиться и прожить на день дольше. Так что будь с ней построже.

Самина нервно сглотнула и потупила взгляд. Скорее всего ей было неудобно из-за того, что сама Руннэт все это слышала, но Теону было на это плевать.

— Что-ж… думаю, на сегодня с вас достаточно. Идите спать и будьте настороже.

Интерлюдия 1. Мир пришел в движение

Страж сделал свой ход.

Сиобан задумался и откинулся в кресле, рассматривая игровую доску, стоящую на маленьком столике перед собой.

Война Башен — это сложная тактическая игра, целью которой является захват башни противника. На круглом поле, состоящем из шестигранных ячеек двух цветов, помимо Башен, расположенных в противоположных концах поля, размещается три типа фигур: Стражи, Хранители и Герои. Стражи, которых порой ещё называют воинами, это основная ударная сила, те, кем легче всего пожертвовать. У каждого игрока их десять, и раз в пять ходов игрок может вернуть одного потерянного Стража. Хранителей пять, и для победы над ним нужен был либо другой Хранитель, либо два Стража, один из которых непременно должен ударить «в спину». Победить Хранителя «в лоб» с помощью Стражей невозможно.

Фигура Героя сильная и самая ценная, способная захватить Башню в одиночку, но одновременно и самая уязвимая. Если герой не двигается, он неуязвим, но стоит ему сделать хотя бы один ход, и после этого его может убить даже один единственный Страж.

Чтобы захватить Башню, Стражи должны в течении трех ходов держать её в осаде. Для этого нужно окружить вражескую башню тремя фигурами. Хранители захватывают Башню за два хода, и их требуется всего два. Герой же захватывал Башню в одиночку, но при этом становился уязвимым.

В отличие от других игр, тут очень сложно победить и очень легко все свести к ничьей. Сиобан часто проецировал действия своих оппонентов из реального мира в эту игру, это позволяло ему предугадывать их дальнейшие ходы и выстраивать контртактики.

— Да отлипни ты уже от этой игры, — фыркнул здоровяк, сидящий на диване напротив. Зард Молотобоец, рослый и крепкий мужчина почти на голову выше Сиобана.

— Не отвлекай его, — вступилась обворожительная красотка, сидящая на противоположном конце того же дивана. Джасмаэль Прекрасная, которую чаще всего в народе именуют «Шлюхой». Впрочем, саму женщину это нисколько не задевает. У неё длинные черные волосы, небесно-голубые глаза и идеальные женственные формы, которые она не скрывала. То, что на ней сейчас надето, едва ли можно назвать платьем, скорее уж несколькими полосками ткани, кое-как скрепленными золотыми булавками и цепочками. — Ты же прекрасно знаешь, что он так думает.

— Раньше надо было думать. Я пересек полмира не для того, чтобы ждать, пока наш умник доиграет в свою игру.

Сиобан вздохнул и внимательно посмотрел на Зарда.

— Хочешь высказаться? Вперед.

— Мы должны его прикончить! Раздавить!

— Уверен, что тебе это по силам? — усмехнулась Джасмаэль, и побагровевший Зард смял золотой кубок с вином, который держал в руках, словно тот был сделан из мягкого пластика.

— У него теперь Рэман-дал-Тор, — напомнила стоящая у окна Лейва. Она, как и Зард, прибыла в Риндерон из Немланда сегодня утром. Короткостриженная, но изящная женщина в черном деловом костюме не смотрела на присутствующих, наблюдая за городом из панорамного окна. — С этим стоит считаться.

Услышав это, Зард лишь фыркнул.

— То есть вы предлагаете просто позволить ему шататься по миру и творить что захочется? Этот ублюдок убил Могдина!

— И разрубил пополам луну. Да-да, мы в курсе, — закатила глаза Джасмаэль, чем вызвала у мужчины новую вспышку гнева. Зард и Джасмаэль терпеть друг друга не могут, даже удивительно, как они так долго пробыли в одной комнате.

— Это была ошибка Могдина, — покачал головой Сиобан. — Он недооценил противника, и нам не стоит поступать так же.

— Согласна, — Лейва повернулась к присутствующим, сложив руки под грудью. — Теон Альдрим опасен. Он как минимум равен нам, а возможно даже превосходит, раз сумел одолеть Могдина.

— Но нас больше, — возразил Зард. — Если мы ударим сейчас, все вместе, он не выстоит.

— И что будет тогда? Новый Раскол? Только уже земной? Я пробудилась раньше тебя, Зард, — холодно заметила Лейва. — Я видела цунами размером с гору, видела бури, которые способны стирать с лица земли города и крепости. Ты, Зард, пропустил самое веселье.

— Я согласен, что нам не стоит вступать с ним в прямую конфронтацию, — кивнул Сиобан. — Если действовать, то тоньше.

— Так может нам не действовать вовсе? — со скучающим видом спросила Джасмаэль, заставив присутствующих с интересом взглянуть на неё. — Он мужчина, а значит не всегда думает головой.

— Хочешь его соблазнить? — предложение женщины Сиобана не удивило. Для неё секс всегда был как хобби, так и инструментом.

— По крайней мере попробовать. Пусть Теон Альдрим и убил Могдина, но кто сказал, что он нам враг? У него свои цели, у нас — свои. То, что случилось семьсот лет назад, было недопониманием, не более того.

— Не враг… — задумался Сиобан, услышав это предложение. Если не брать в расчет предположение о Банрат-Тан-Азуре и том, чем он является на самом деле, то Теон Альдрим действительно может не быть врагом. — Не союзник, но и не враг.

— Именно, — улыбнулась Джасмаэль. — Мы можем убедить его, что не держим зла из-за Могдина. Что наши интересы с ним не пересекаются, и нет никакого смысла во вражде. Мы даже можем отдать ему этот треклятый мир, если он поможет нам освободиться.

Освободиться, — Сиобан криво усмехнулся и невольно прикоснулся к карману, в котором скрывалась небольшая фигурка, изображающая его же, а точнее мужчину, которым он был когда-то. До того, как принял Истинный Свет, данный Таргароном, в свою душу.

Этот вариант нравился Сиобану, но опять же, если исключить связь Банрат-Тан-Азура с Таргароном.

— Я поддерживаю, — кивнула Лейва. — Стоит попытаться решить все миром, если это возможно, но… всегда стоит иметь при себе запасной план.

Женщина достала из кармана телефон и сделала короткий звонок. Сиобан заинтересовался её поведением, но вопросов не задавал. Через минуту в помещение вошел юноша, на вид которому было не больше лет двадцати. Молодой парень с простыми невыразительными чертами лица. Сиобан не почувстовал в нем ничего, не искры дара, ни чего-то ещё.

— Это твой новый любовник? — не смогла сдержаться Джасмаэль, но Лейва никак не отреагировала на эту уколку.

— Покажи им, — отдала она короткий приказ, и юноша покорно склонил голову. В следующий миг Сиобан ощутил, как волосы по всему телу встают дыбом. Юноша при этом не делал совершенно ничего. Он не изменился внешне, стоя с гордо поднятой головой и смотря на Лейву.

Зард вскочил на ноги, призывая свое оружие, а улыбающаяся Шлюха с тревогой на лице уже сплела защитное плетение.

— Хватит! — приказала Лейва, и все мгновенно прекратилось.

— Что это за тварь?! — не сдержала возгласа Джасмаэль.

Улыбающаяся Лейва медленно прошлась по комнате, покачивая бедрами, и встала возле юноши, положив руку ему на плечо.

— Это Опустошитель? — догадался Сиобан. На таких, как они, эти существа действовали иначе, чем на простых Ткачей Иного, и тем не менее не почувствовать эту жуткую ауру было невозможно. — Опустошитель, что выглядит как человек?

— Невозможно! — взревел Зард, сжимая в руках сияющий молот, один удар которого может стереть с лица земли добрую половину города.

Сиобан вздохнул и вернул на лицо маску безразличия, которая на несколько секунд дала трещину. Ему было известно, что Лейва занимается экспериментами с Опустошителями, но не думал, что они зашли настолько далеко.

— Сколько он прошел эволюций? Четыре? — прямо спросил он.

— Пять. Мне потребовалось больше трех сотен лет, чтобы вырастить его, обучить и превратить в оружие.

Безумие!

— Как тебе это удалось? Пять эволюций — это миллионы жизни фурий. Невозможно создать подобное существо и при этом оставить его создание в секрете!

— Да, это так. Но это если пытаться вырастить Опустошителя в «естественной среде». Чтобы стимулировать его эволюцию, не обязательно убивать фурий. Они питаются их силой, но их убийство — это скорее инстинкт.

Сиобан нахмурился. Теперь он, кажется, стал понимать, о чем говорит женщина.

— Все довольно просто. Если парализовать Опустошителя каким-либо способом, то он все-равно вытягивает энергию Иного из Ткачей, но при этом не способен их убить. Ткачи обычно просто теряют сознание, лишившись всех сил, но не умирают. Впрочем, это не панацея. В итоге они все-равно умирают от истощения. Но даже так это сотни кормёжек.

— Сотни встреч с Опустошителем? — криво усмехнулась Джасмаэль, с явной опаской смотря на создание, выглядящее как человек. — Такого и врагу не пожелаешь.

Сиобан кивнул, соглашаясь с её словами, и задумался о том, почему существо перед ними не высасывает силу из окружающих. Он контролирует эту способность? Разумно ли вообще оно, или это просто управляемая живая кукла с невероятной силой? Сиобан поздравил бы с таким открытием Лейву, если бы не был так обеспокоен. Сам факт существования Опустошителя такого уровня пугал даже его.

— Вижу, Мерфион вас впечатлил, — улыбнулась Лейва, подводя итог их встречи. — Если есть ещё вопросы, я с радостью на них отвечу.

— У него есть член? — тут же спросила Джасмаэль, облизнув губы. Сидящий рядом Зард, взглянув на женщину как на сумасшедшую.

— Да, и вполне функциональный, как у любого нормального мужчины, — Лейва была довольна собственным превосходством. — Мерфион не отличается от людей. Если сам не захочет противоположного.

— Он единственный?

— С пятой эволюцией? Да, — не стала скрывать женщина, выкладывая все карты на стол. — Есть ещё несколько четвертых, готовых к трансформации, но я пока не спешу. В такие моменты они обретают разум, и нужно заложить в них правильные… мысли.

Сиобана удивляло, как спокойно она говорила это при Опустошителе. Это значило лишь одно: она его полностью контролирует. Ни одно из случайно брошенных слов не могло настроить эту тварь против неё.

— Шестая возможна?

От этого вопроса Лейва улыбнулась ещё шире, а глаза при этом победоносно сверкнули, но уже через мгновение она изобразила сожаление.

— Увы, но вот уже несколько десятилетий нет никакого прогресса, — развела она руками. — Словно чего-то не хватает. Возможно, чтобы совершить эту эволюцию, ему нужно что-то… большее, чем Ткачи Иного.

Например, один из нас.

Разумеется, в слух этого никто не сказал, но Сиобан умел читать между строк. Это не была угроза в прямом понимании этого слова, скорее предостережение остальным.

Вопреки всеобщему мнению, среди Старых Богов, как теперь именуют учеников Таргарона, нет единства и дружбы. Каждый из них всегда преследовал свои цели, но смерть Могдина многое поменяла. Самого Могдина нет, но его сила никуда не делась. Она все ещё сокрыта в темнице и только и ждет того, кто её присвоит. Если один из них присвоит силу Могдина, то это сделает его в два раза сильнее. Нарушится чаша весов, и кто знает, что будет дальше? Возможно, кто-то захочет заполучить силы остальных, и в итоге стать равным Длани Света.

Если между учениками Таргарона начнется противостояние, то Лейва показала присутствующим, что готова к нему.

— Можешь идти, Мерфион, — мягко сказала она, и юноша, поклонившись присутствующим, направился прочь.

— Думаю, стоит вернуться к главному вопросу, — первой взяла себя в руки Джасмаэль, что было как минимум необычно. Уж очень плотоядно она смотрела вслед Опустошителю. — Теон Альдрим. Что мы будем делать с ним? Завтра он явится в Арбитраж. Как нам поступить?

— Никак, — сказал Сиобан, окинув взглядом присутствующих. — Пусть Архонты сами разбираются с ним и поступают, как захотят.

— Не думаю, что это мудро, — покачал головой Зард. — Дать возможность врагу укрепиться…

— Тебя не должны волновать Архонты, — так же мягко сказала Лейва. — Они не имеют значения. Важна лишь свобода.

— Свобода, — кивнул Зард, и его рука невольно коснулась кольца на пальце. Сиобан мысленно улыбнулся и немного позавидовал. Узилище в форме кольца позволяло всегда носить его с собой, в отличие от фигурки, что была у Сиобана в кармане.

Они обретут её, однажды, и воздадут той, кто сделал это с ними.

* * *

— Они ушли?

Когда Сиобан вошел в комнату, молодая пепельноволосая девушка приподнялась и посмотрела на него внимательным взглядом. Один её глаз был серым, а другой золотистым.

— Да, извини если мы тебя разбудили, — тепло улыбнулся он ей и присел на край постели рядом с ней.

Она была красива, даже очень: крепкое мускулистое тело, большая грудь, широкие бедра. И все это принадлежало Сиобану.

Мужчина протянул руку и коснулся её лба.

— Жар ещё не спал, — подытожил он.

— Я в порядке, — не согласилась она с ним. — Завтра я буду там, чтобы исполнить свой долг.

— Я не стану тебе мешать, но постарайся избежать сражения с ним.

— Ты думаешь, что я не способна справиться с этим человеком?

— Что ты, Ингрем. Я думаю, ты можешь справиться с кем угодно, — нежно произнес Сиобан, касаясь её мягкой щеки.

Даже с Опустошителем, прошедшим пятую эволюцию.

* * *

Нейрам вывел на листе бумаги последнюю букву письма, после чего отложил пергамент и поставил перо в чернильницу. Пробежавшись глазами по тексту, старик удовлетворенно кивнул, сложил лист и запечатал его, используя печать на своем кольце.

Бумажная работа всегда отнимала у него много времени. Прочитать донесения, раздать приказы ревнителям. Все это отнимало большую часть дня, а все потому, что Нейрам не доверял технологиям. Он даже не сомневался, что ведьмы Истинного Пути читают каждое электронное письмо, каждое сообщение. Именно поэтому Дети Света используют более архаичные методы для передачи информации, лишь изредка применяя современные средства связи для передачи зашифрованных посланий.

Стук в дверь кабинета прервал размышления старика.

— Войдите.

Дверь отворилась, на пороге показался юноша в белой рясе с изображением Истинного Пламени.

— Все собрались, Магистр, — почтительно произнес он, поклонившись.

— Замечательно, — Нейрам улыбнулся, что делал крайне редко. — Передай чадам, что я сейчас приду.

Поклонившись ещё раз, юноша поспешил покинуть кабинет, а Магистр откинулся в своем кресле и бросил задумчивый взгляд на панорамное окно, из которого открывался прекрасный вид на Фиральм, который так же называют Цитаделью Света.

Этот город — его детище! За каких-то двадцать лет он превратил его из маленькой общины в крупный город, независимый от Арбитража. Глупые ведьмы считают, что Дети Света просто безобидные чудики, которых нет смысла бояться, чем Нейрам активно пользовался. Пользовался репутацией пацифистов и отношением общества к Детям, продвигая свои интересы.

И в итоге Дети Света в нынешнее время лишь немногим уступают ведьмам Истинного Пути. Они не имеют большой поддержки в Арбитраже, но простой народ им сочувствует. Пожертвования, благодаря пропаганде, огромные, и их будет больше, когда Дети полноценно развернуться в Немланде.

Но все это в будущем, а сейчас Магистра ждет важное дело. Дело, к которому он готовился всю свою жизнь.

На выходе из кабинета Нейрама ждала охрана: двое мужчин и двое женщин, в сопровождении которых он и продолжил свой путь. При появлении Магистра чада кланялись и прикладывали руку ко лбу, изображая пальцами символ Истинного Пламени.

Спустившись по винтовой лестнице в подвал и пройдя по запутанным коридорам, Нейрам вышел в просторную комнату со сводчатыми потолками, в которой занимались приготовлениями несколько десяток человек. Кто-то чистил оружие, кто-то точил ножи, другие просто тренировались. Золотая Гвардия, лучшие из лучших.

При появлении старого Магистра, командор Гаван, что отвечает за Золотую Гвардию, дал команду строится, и воины Света, тут же побросав свои дела, выстроились в три шеренги, приветствуя своего лидера.

— Магистр, все бойцы собраны, — отрапортовал Гаван, на что Нейрам удовлетворенно кивнул и осветил его символом Света.

— Ты хорошо потрудился, — сказал он ему, после чего вышел к собравшимся солдатам. Все смотрели на Нейрама с раболепной покорностью, взглядом, полным трепета и уважения, что лишний раз убеждало Магистра, что назначить Гавана командором Золотой Гвардии было правильным решением.

— Чада! — торжественно начал Нейрам, обращаясь к каждому из этих мужчин и женщин. — Время Последнего Часа почти пришло.

Магистр специально сделал паузу, наблюдая за их реакцией. Некоторые вздрогнули от услышанного, другие внешне не выказали эмоций, но трепет читался у них во взгляде.

— Да, вы не ослышались, — подтвердил Нейрам. — Последний Час так близко, что нам стоит лишь немного постараться, чтобы он наступил пусть не завтра, но очень-очень скоро.

Очередная пауза, дающая возможность солдатам проникнуться услышанным.

— Владетель вернулся. Думаю, вы все слышали об этом. Человек, что расколол луну и обрушил её нам на головы! — старик окинул внимательным взглядом каждого из присутствующих, всматриваясь в их реакцию. — Он вновь приведет мир в движение, итогом которого станет возрождение Истинного Пламени. Но ведьмы этого не допустят. Они попробуют его уничтожить, кто-то из-за страха, кто-то из-за глупости. Они смотрят и не видят, что мир должен быть сломан ещё раз, чтобы лишь достойные шли в Свете. Чтобы Истинное Пламя вернуло к жизни своих чад, которые своими действиями приближали Последний Час. Вы отправляетесь на войну, чада мои. Но не страшитесь смерти, не страшитесь крови на своих руках. Истинное Пламя очистит всех и каждого из нас.

Магистр отступил, а Гаван вскинул руку и закричал клич Золотой Гвардии. Солдаты хором ему ответили в едином порыве, а Нейрам с едва заметной улыбкой за этим наблюдал.

Если этот человек действительно Владетель, Теон Альдрим, то Нейрам спасет его от лап ведьм, скольких жизней это бы не стоило. Даже если сам Владетель будет против. Но, если это будет очередной самозванец, какие активно появлялись после Небесного Раскола, то этот человек глубоко пожалеет об этом.

Глава 5. Площадь

Небеса пылали, внушая ужас любому, кто рисковал поднять голову. Земля содрогалась от подземных толчков, отчего никто не мог чувствовать себя в безопасности, все искали надежное укрытие. Каждое мгновение казалось, что пол под ногами обвалится или на голову рухнет потолок, словно наступил Последний Час, и все с минуты на минуту предстанут перед Истинным Пламенем.

Схватка Теона и Могдина происходила в тысячи лиг отсюда, но даже так Руннэт и остальные ощущали их силу. Силу, способную сокрушать города и даже страны.

Чудовищная сила. Сила, которой не должно существовать.

— Будем молиться, чтобы Теон победил, — тихо сказала Эрлисфиль, неотрывно смотря на горизонт. Шейн бросил на неё хмурый взгляд, всем своим видом показывая, что придерживается мнения, что лучше бы они прикончили друг друга. Руннэт оставалось порадоваться, что этого не видит Кригер. Кузнец в данный момент находится в Бонхарде по какому-то важному поручению Теона.

Внезапно вдали возникла ослепительная белая вспышка, гораздо ярче чем всё, что случалось раньше. Руннэт рефлекторно прикрыла глаза, но уже в следующее мгновение земля стала уходить у неё из-под ног. Следом пришел ветер настолько сильный, что Эрлисфиль пришлось сплести щит, защищающий от мчащихся на огромной скорости обломков.

Но, как оказалось, это было лишь началом. Когда зрение вернулось, Руннэт подняла глаза и ужаснулась. Луна была расколота. Невероятное, абсурдное зрелище, от которого кровь стыла в жилах. Один за другим все присутствующие поднимали глаза и в ужасе взирали на расколотый спутник.

Первой пришла в себя Эрлисфиль и стала раздавать приказы подчиненным. Никто из присутствующих и представить не мог, какие последствия повлечет случившееся, но точно ясно одно: стоит готовится к худшему.

— Зарим! — воскликнула Руннэт, оборачиваясь к Ткачу, умеющему открывать порталы. — Я должна попасть туда!

— Мы не знаем, кто победил! — возразила Эрлисфиль. — Если Теон, то он сам к нам вернется, а если Могдин… лучше нам быть как можно дальше от него. К тому же… Расколотая луна — это серьезно! Сейчас мы даже близко не можем вообразить себе последствия!

— И все же я пойду, — Руннэт стояла на своем. — Зарим, открывай портал! Можешь не идти со мной, если боишься.

— Я пойду, — устало вздохнул портальщик, начав сплетать потоки для открытия прохода. — Иначе как ты потом вернешься?

— Я тоже, — вмешался Шейн. Мастер Шу молча сделал шаг вперед, положив руку на рукоять меча, высказывая таким образом и свою решимость отправиться с Королевой Шипов. Руннэт и не сомневалась, что он пойдет вместе с ней.

Зарим уже открыл портал, и фурия решительным шагом вошла в него, а следом в проход вошли и остальные. Всего шаг, и троица оказалась в Тарсовой Долине, которую Теон избрал для схватки с Могдином. Раньше это было цветущее зеленое место, но сейчас от былого прекрасного вида мало что осталось. Ни деревьев, ни травы, одна лишь выжженная земля.

— Свет! — выругался Шейн.

— Нам туда, — Руннэт быстро определила, где именно должен находиться Теон.

Потребовалось несколько минут, чтобы достигнуть места, где Владетель и Могдин завершили свою схватку. Там компанию встретил огромный карьер глубиной больше сотни метров и шириной в несколько километров. Могдина Руннэт не заметила, только Теона. Её возлюбленный стоял на коленях, запрокинув голову и смотря на небо. Рэман-дал-Тор лежал рядом.

— Теон! Теон! — Руннэт попыталась привести мужчину в чувство, опустившись перед ним на колени. Шейн тем временем, словно невзначай оказавшись рядом, толкнул оружие Теона ногой чуть в сторону, чтобы тот не мог до него дотянуться. — Теон, посмотри на меня!

Мужчина все-таки оторвал взгляд от расколотых небес и посмотрел в её глаза. Тяжело было поверить, что перед фурией Владетель, тот самый человек, которого она любит всем сердцем. За время схватки он словно потерял пару десятков килограмм: под глазами темные круги, щеки впали, а обычно мускулистое тело выглядит хилым и слабым.

— Это… Это сделал я… — Теон был не в себе, хотя за последние месяцы это стало его почти нормальным состоянием. — Это все я…

— Могдин. Где Могдин?

— Я… убил его… Убил… — Теон ответил далеко не сразу, перед этим он несколько раз взглянул Руннэт за плечо, словно видел там кого-то.

Внезапно Шейн подошел к фурии и крайне жестко взял за руку, оттащив от Владетеля. Будь Теон в нормальном состоянии, он обратил бы внимание на такой необычный поступок мужчины, но сейчас его больше волновали «призраки», которых видел лишь он, и расколотая луна.

— Что ты творишь?! — зашипела фурия, обжигая Шейна взглядом.

— Это наш шанс! — тихо зашептал он.

— Шанс? Шанс для чего?!

— Сама знаешь, — Шейн недоверчиво покосился на старика, который в данный момент, не обращая внимания на Руннэт и Шейна, пытался помочь Теону подняться. — Он слаб, ты же чувствуешь. Если мы нанесем удар сейчас, то справимся с ним.

Руннэт сразу поняла, о чем речь.

— Ты спятил?! Это же Теон! То, о чем мы говорили, должно быть его добровольным решением. Он сам должен пойти на это, а то, что ты предлагаешь, это… предательство.

— Какая нахрен разница, Руннэт? Ты правда думаешь, что он добровольно ляжет в гроб? Не будь наивной! Я понимаю, что ты его любишь, но он угроза для нас всех. Я бы умер, если бы рядом не оказалась Эрлисфиль!

Чуть больше недели назад произошел крайне опасный инцидент, когда Теон принял Шейна за кого-то другого. Если бы не целительные способности Эрли, то вряд ли Шейн бы выжил.

— Он давно не в себе и становится лишь опаснее. Посмотри на небо и спроси себя, это худшее, что он сделал, или дальше будет хуже? Если мы не воспользуемся этим шансом, то другого не будет. Рано или поздно его безумие прикончит всех нас!

Зарим, подошедший к ним и услышавший последнюю часть разговора, утвердительно кивнул. Он тоже входил в число «заговорщиков». Портальщик протянул руку, создавая маленький портал, и достал из пространственного кармана небольшой деревянный футляр, который тут же протянул Шейну.

Руннэт прекрасно знала, что находится внутри — кренталевый кол. Если пронзить им один из центральных узлов силы, это должно на несколько минут лишить Теона сил и при этом не дать Банрат-тан-Азуру обрести свободу. Это рискованно, но какой у них сейчас выбор?

Я не могу… Не могу этого сделать… Не могу с ним так поступить…

— Я все сделаю, — сказал Шейн, открывая футляр.

Как поступить?

Руннэт страшилась этого дня. Она хотела помочь Теону, но никто в целом мире не способен это сделать. Невозможно разделить Черного демона и Сосуд, при этом не убив последний.

Любовь или мир. Я знала, что этот день придет…

Руннэт убеждала себя, что, когда Могдин будет сокрушен, а у Теона наступит просветление, они поговорят. И Теон поступит правильно. Он согласится лечь в тот гроб, отсечь себя от Иного, хоть на время.

Но что, если нет?

Этот вопрос сильно терзал её. Что если он не согласится? Что если безумие возьмет верх, и его развивающаяся паранойя отразится на всех?

Сомнения… Сомнения…

Любовь или мир.

— Нет! — воскликнула Руннэт, резко положив руку на футляр.

Шейн досадливо цокнул языком, Зарим нахмурился ещё сильнее.

— Это должна сделать я, — Руннэт сама не верила, что говорит это. Сама мысль о том, чтобы предать Теона, казалась ей безумной, но не менее безумным было и то, что Теон совершил.

Она любила Теона, но одновременно с этим она отчетливо понимала, что его сила слишком велика. И сейчас, когда луна распадалась на части, она понимала это как никогда.

Настал момент, когда Руннэт Залмейр нужно уйти в сторону, дав дорогу Королеве Шипов. Хладнокровной, хитрой и расчетливой.

— Это мой грех. Моя ответственность, — прошептала фурия, забирая кол из футляра.

— Зарим, — обратился Шейн к портальщику и взглядом указал на Мастера Шу. Портальщик с мрачным видом кивнул. Шейн сделал шаг назад, исчезая в открывшемся у него за спиной портале, но практически сразу появился с противоположной стороны от старого мастера меча. Старик словно что-то почувствовал. Его рука с молниеносной быстротой метнулась к рукояти меча, но руки схватили голову старика и резко повернули её, ломая тому шею.

На мгновение Руннэт обмерла, увидев, как тело старого телохранителя Теона падает на землю. Боль наполняла её сердце, но она отринула эмоции. Как бы больно не было терять сейчас друга, Мастер Шу не позволил бы им свершить задуманное. Его преданность была абсолютной, прямо как у Кригера. Шу не пошел бы против Теона, даже если бы тот спалил мир до тла.

От него нужно было избавиться.

— Нет! — закричал Теон, вырывая огромный пласт земли под ногами у Шейна, но позади Ткача уже открылся портал, спасая его от гнева Владетеля.

Сейчас…

Руннэт подошла к Теону с другой стороны, сжимая в руках кренталевый кол. За миг до удара он повернул голову и заглянул ей прямо в глаза. Рука Руннэт дрогнула, но лишь на миг. В тот момент, когда Шейн убил Шу, пути назад не стало.

Женщине пришлось отринуть чувства и поступить правильно. По крайней мере, ей казалось, что она поступает правильно.

Кол вошел в самое сердце мужчины, пронзая одну из главных узловых точек Иного. Теон удивленно воззрился на фурию, и даже его взгляд прояснел от безумия. Он отчетливо понимал, что только что произошло.

— Рун-нэт… — прохрипел он, оседая на землю.

— Прости меня… — шептала она, а по щекам уже бежали слезы. — Я должна… Обязана… Прости меня…

* * *

Руннэт открыла глаза и ещё несколько минут просто лежала, уставившись в потолок. В какой-то миг женщина поймала себя на мысли, что могла бы провести так весь день. Просто лежать в постели и смотреть в никуда.

Значит, вот каково стать Тусклой…

В душе пустота. Непривычное чувство утраты чего-то важного, словно кто-то вырвал кусочек тебя, не оставив ничего взамен. Когда принимаешь блокиратор или касаешься кренталя, то ощущаешь нечто подобное, но именно «подобное». Будучи Тусклой это чувство в тысячу раз сильнее.

Хуже всего то, что её дар оставался рядом. Казалось, достаточно протянуть руку и схватить его, но с таким же успехом можно было пытаться ухватиться за воздух. Он словно давал надежду, но это было ложью. За тысячи лет, что существует Отсечение, никому не удавалось излечиться. Когда фурия становится Тусклой — это навсегда.

Какая-то часть женщины хотела кричать, плакать и биться в истерике, но другой, которая теперь будет лишь набирать силы, было все-равно. И это равнодушие ужасало гораздо сильнее, чем что-либо. Теон объявил войну Старым богам, враг может атаковать в любой момент и избрать самые неожиданные способы, чтобы навредить, но при этом Руннэт было все-равно.

Все заботы и тревоги как-то разом потеряли свое значение.

Она уже даже не злилась на Теона. Сожаление о прошлом все ещё терзало её душу, но не было сомнений в том, что не пройдет и нескольких недель, как равнодушие поглотит и это чувство.

В итоге у Руннэт не останется ничего. Ни желаний, ни стремлений, ни чувств. Пустота и равнодушие, которое в конце концов отнимет последнее — желание жить. Но до этого ещё далеко.

У меня ещё есть время! — мысленно сказала она сама себе.

Поднявшись, Руннэт отвесила себе пощечину, буквально заставляя себя злиться. На Теона, на саму себя, на кого-нибудь, лишь бы эти эмоции были достаточно сильными, чтобы заставить себя что-то делать.

Сегодня Теон отправится на встречу с Архонтами, и я должна быть готова к любому повороту событий. Даже если при этом я не буду иметь никакого значения…

* * *

Теон перед предстоящей встречей нисколько не волновался, хоть и предполагал, что все может обернуться очень и очень плохо вплоть до очередной бойни с сотнями, а может даже тысячами жертв. Ему не хотелось такого поворота событий, но лучше готовиться к худшему, а не уповать на то, что все разрешится само собой.

Теон был даже готов к тому, что, оказавшись перед Архонтами, поймет, что это и есть Старые Боги, хотя такой поворот событий казался маловероятным. И не только потому, что половина из них была мужчинами. Руннэт говорила об этом. Его истинный враг не показывается, находясь в тени и используя остальных как марионеток.

Но с появлением Старых Богов, Теон не забыл о тех, кому все ещё нужно воздать по заслугам: старых товарищей, предавших его. С Королевой Шипов покончено. Он убил её, оставив лишь её бледную тень — Руннэт Залмейр.

С остальными же все не так просто. По словам фурии, они рассеялись по миру, скрываются, меняют имена и порой даже лица.

Ничего, они получат по заслугам. Особенно Шейн. Этот ублюдок помогал Руннэт в тот день, и именно он свернул шею Мастеру Шу.

Теон помнил этот момент так же отчетливо, как сегодняшнее утро.

— Я отправлюсь с тобой, — заявила Лифэтта, появившаяся на пороге. Девушка уже была облачена в урталевый костюм, призванный максимализировать её способности. За спиной серебряновласой воительницы висел её именной тяжелый меч.

— Я отправлюсь один, — сообщил ей Теон, поправляя пиджак.

— Но ты не можешь! — возразила она, и Теон бросил на неё хмурый взгляд. Девушка тут же потупила взор, но отступать не собиралась. — Тебе нужен кто-то, чтобы прикрыть спину, и кроме меня и Кригера тебе…

— Лифэтта, я благодарен тебе за заботу, но я пойду один, — достаточно мягко, но одновременно с этим тоном, не терпящим возражений, повторил Теон. — Кригер тоже остается. Если старые боги и Архонты подготовили ловушку, то ты в той ситуации окажешься просто балластом.

Фурия была иного мнения и всем своим видом это показывала, но ей хватило выдержки, чтобы больше не возражать мужчине в открытую. И тем не менее, она не уходила, стояла, скрестив руки на груди, и словно ждала, что Теон передумает или хотя бы более вразумительно объяснит свое решение.

Он мог бы отослать её и даже не сомневался, что девушка уйдет, но порой подчиненных нужно поощрять вниманием и считаться с их мнением.

— Я не считаю тебя слабой, Лифэтта дор-Мантэс. И глупой. Но лишь самонадеянный глупец будет рваться в заведомо проигрышный бой. У тебя будет ещё много возможностей продемонстрировать свои возможности и испытать себя.

— Обещаешь? — то, каким тоном фурия это спросила, удивило, кажется, даже её саму.

— Обещаю.

В глубине души Теон посмеивался из-за сложившейся ситуации. Он собирается сражаться с правителями этого мира, имея в распоряжении лишь нескольких человек, половина из которых совсем юные девушки, которым в пору думать о кружевах и платьицах, а не о войне. Впрочем, к войне мало кто оказывается готов.

Кивнув, Лифэтта удалилась, но побыть пару минут наедине с самим собой Теону не дали. Сначала в комнату вошла Руннэт, а следом за ней Самина. Кажется, последняя пыталась получить у бывшей возлюбленной Теона несколько советов относительно нового назначения, но насколько удачным это было, покажет лишь время.

— Ты правда собираешься идти туда один? — заговорила Самина. Вид у девушки был крайне недовольный и немного обеспокоенный. Кажется, она действительно о нем переживала, что Теона слегка забавляло. Руннэт же была мрачна и бледна, как и почти все Тусклые. И в обычное время Теон редко догадывался о том, что творится в голове у этой женщины, но теперь это стало ещё сложнее. — Возьми с собой хотя бы Кригера! Он одним своим видом может заставить обделаться половину из Архонтов.

— Нет, — Теон покачал головой, закончив с костюмом. Впрочем, у Руннэт на этот счет оказалось иное мнение. Не говоря ни слова, она подошла и поправила его черный галстук, лишь в самый последний миг заглянув мужчине в глаза.

Почему я не могу её ненавидеть? Кого угодно, но не её…

— Если собираешься идти один, то возьми меч. Ты может и бессмертный, Теон, но непобедимый. Помни об этом, — больше Руннэт ничего не сказала. Поклонившись ему, она развернулась и покинула комнату.

Меч…

Теону не хотелось браться за Рэман-дал-Тор. Убийца Богов нечто большее, чем просто оружие. Его клинок выкован из плоти и крови Таргарона, Длани Света, и этим мечом Теон мог уничтожить мир, если бы очень захотел.

— Что за женщина… — вздохнула Самина, когда Руннэт ушла. — Поверить не могу, что общаюсь с живой легендой.

— А то, что сегодняшнюю ночь ты провела с другой живой легендой, поверить можешь? — не удержался от маленькой уколки Теон. Самина тут же покраснела, но уже через мгновение взяла себя в руки.

— Я могу пойти с тобой. Знаю, что бесполезна, но, по крайней мере, меня гораздо труднее убить, чем остальных.

— Не думаю, что это хорошее решение, — Теон улыбнулся краешками губ, попутно размышляя о том, это искренняя её забота или фурия просто боится оказаться беззащитной перед Арбитражем. — Я разберусь, Самина. Все будет хорошо.

Проводить Теона собрались все обитатели Школы: и те, кому тут самое место, и гости, нахождение которых здесь считается преступлением. Даже Алетра, меднокожая последовательница Истинного Пути, присутствовала, хоть и держала приличную дистанцию, стоя рядом с дверью.

Теон прошел к Рэман-дал-Тору и замер перед ним. Меч находился там, где Теон его оставил по возвращении из Обители Богов. Цепи надежно держали оружие, не позволяя чужаку им завладеть.

Мужчине не хотелось его брать. Использование меча выворачивало душу Теона наизнанку, заставляло терять те частицы себя, которых и так оставалось не очень много, но и проигнорировать совет Руннэт было бы неразумно. Убийца Богов — не просто оружие. Это символ. Угроза и предупреждение врагам.

Помедлив несколько мгновений, Теон протянул руку, но за миг до того, как пальцы мужчины коснулись рукояти, чья-то рука легла на оружие. Теон резко отпрянул, подняв глаза, и увидел скалившегося «призрака». В этот раз это был Утрен, учитель Теона. Он улыбался, смотря на ученика затуманенными белыми глазами, и от этой улыбки по спине у Владетеля побежали мурашки.

— Проваливай! — зарычал Теон. Уродливые губы Утрена неестественно растянулись в самодовольной и жуткой улыбке. Он словно насмехался над своим учеником, но в итоге отступил, растворяясь в воздухе.

Теон тряхнул головой, сбрасывая легкое оцепенение.

Его тут нет. Его тут нет…

Наконец пальцы Теона сомкнулись на рукояти меча. Вначале он направил энергию Иного в оружие, и то отозвалось, возвращая Силу взрывным потоком. Цепи ослабли, отпустили землю, но уже в следующий миг пронзили предплечье мужчины, сливаясь с его телом.

Сила меча пьянила, но в тоже время поглощала мужчину, растворяла в себе. Нужно постоянно держать концентрацию, не позволяя этому случиться.

Теон окинул взглядом всех присутствующих, после чего поднял меч и одним взмахом рассек воздух, создавая пространственный разрыв. Это было своего рода порталом, только более грубым. Не говоря своим подданным ни слова, Владетель шагнул в разрыв и оказался на крыше ДерманТех, того самого здания, которое штурмовал всего несколько дней назад.

С крыши ДерманТех открывался отличный вид на город и три массивных черных башни Доменов, над которыми возвышалась парящая пирамида, где заседал Арбитраж.

Каким образом подобная конструкция может находиться в воздухе, Теон не знал, но скорее всего за это отвечал тот же артефакт, что в свое время использовал Держатель Небес.

Теон и взмыл в воздух, направившись к центральной площади города. В своем послании несколько дней назад он заявил, что сегодня ровно в полдень явится на центральную городскую площадь готовым встретиться с Арбитражем. Если встреча не состоится, все, что удалось вытащить с Черного Этажа-8, будет опубликовано в сети, включая имена связанных.

Теон ожидал увидеть в центре города армию, но увидел целую кучу простых людей. Их было так много, что людская толпа заполняла все центральные улицы города. У многих в руках были плакаты, но в данный момент Теон не мог рассмотреть, что именно на них написано.

Армия тоже была, но солдаты присутствовали лишь в самом центре, где между небоскребами находилось небольшое одноэтажное здание круглой формы, с высоты напоминавшее блюдце. Именно вокруг него находились войска, удерживающие толпу на небольшом расстоянии. Помимо простых людей Теон без труда заметил там больше десятка фурий в облегающих урталевых костюмах и несколько мехов с тяжелым вооружением.

Теон опустился ниже, чтобы его заметили, и это решение тут же нашло отклик в толпе. Собравшиеся загудели, что-то закричали и заскандировали, но в этом гуле тяжело было понять, что именно. Теон даже не мог понять, это были возгласы негодования или радости. Но это напомнило ему первое появление перед поддаными в Бонхарте после того, как был повешен Держатель Скал, как скандировали его имя и тянулись руками, словно могли прикоснуться к его величию.

Воспоминание начало поглощать Теона. Казалось, ещё чуть-чуть, и он окажется там, в прошлом, запертый собственным разумом. Тряхнув головой, он сбросил наваждение, вернувшись в реальность как раз к тому моменту, когда оказался перед встречающими.

Солдаты незамедлительно вскинули оружие, взяв Теона на мушку, а фурии коснулись Иного, наполнив себя силами и готовясь к возможной схватке. Но при этом никто из них не сдвинулся с места, когда ноги Теона коснулись земли уже внутри оцепления.

— Полагаю, вы ждете меня?

Солдаты взяли Теона в круг, а тем временем фурии за их спинами приготовились к бою сплетая потоки, но его это особо не волновало. Пытаются запугать его или продемонстрировать силу, но это все-равно что боевой танец нескольких муравьев перед муравьедом.

Секунда.

Вторая.

Наконец появилась та, кто ответственен за встречу Теона.

Это была пепельноволосая девушка с единственным серым глазом. Второй скрывала повязка. Её урталевый костюм слегка отличался по фасону от одеяний остальных фурий как минимум тем, что имел вырез. На поясе незнакомки висели два парных клинка в необычных ножнах. Она касалась Иного и сияла так сильно, как никто из присутствующих. Можно было даже сказать, что её сила превосходила силу остальных присутствующих фурий вместе взятых.

Она была как минимум на уровне Королевы Шипов. А это значило одно: её сила развивалась правильно, естественно, из чего исходило и другое. Тут замешан мужчина-Ткач. Невозможно стать настолько могущественной фурией без помощи мужчины.

— Полагаю, ты здесь главная.

— Я Ингрем Ромард, — представилась она. — Отвечаю за твое сопровождение и за то, чтобы ты не делал глупостей.

Ингрем Ромард… Теону пришлось напрячь память, чтобы вспомнить, откуда он знет это имя. Сильнейшая фурия, о которой он уже слышал от Арвин и Лифэтты. Раньше эти речи вызывали у Теона снисходительную улыбку, но теперь стало понятно, что молва была заслужена. Один лишь уровень её силы сравним с сильнейшими Ткачами его времени, но куда важнее, каким именно даром она владеет. Судя по мечам, это ближний бой, но это может быть обманкой.

Теону было интересно, кто именно помог этой фурии развиться, но сейчас не то время и не то место.

— Я пришел с мирными намерениями для диалога, а не для сражения.

— В таком случае прошу сдать оружие и принять вот это, — рядом с Ингрем появилась другая фурия с подносом в руках, на котором лежало две вещи: браслет из кренталя и инъектор. В последнем скорее всего находился блокиратор.

Все это вызывало у Теона лишь снисходительную усмешку, которую, разумеется, он не собирался показывать.

— Хотите лишить меня сил?

— Я не позволю террористу войти в Арбитраж, не отрезав его от Иного.

— А где гарантии, что после того, как меня отрежут, вы не схватите меня и не запихнёте в глухую темницу?

— Мое слово. Я отведу тебя к Архонтам, и они решат твою судьбу.

На такое предложение мог согласиться только глупец. Лишиться сил и оказаться в стане врага, будучи беззащитным?

Глупые-глупые фурии…

— Хорошо, — не стал спорить Теон, хотя стоило бы. Хотя бы для видимости. — Я согласен, но лишь отчасти. Хотите кренталь — пожалуйста, но я не собираюсь вкалывать себе неизвестный препарат. Это может быть простой блокиратор, а может и что-то другое. Так что нет. Второе — я не могу сложить оружие.

Теон специально приспустил рукав, показав пепельноволосой, что цепи уходят прямо в плоть, сливаясь с рукой.

— Это часть меня, и если вы не собираетесь отрезать мне руку, то мне придется взять меч с собой, — впрочем, даже если кто-то попробует лишить его меча, их ждет крайне неприятный сюрприз. Цепи уходят гораздо глубже, чем кажется со стороны, до самого плеча, и вражеское оружие так или иначе столкнулось бы с ними.

Девушка одарила Теона хмурым взглядом, после чего отступила и использовала для связи наушник. Разговор длился недолго и, судя по всему, не слишком обрадовал фурию. Ингрем хотела пустить Теона лишь на своих условиях, но начальство было готово пойти на уступки.

— Хорошо, — наконец согласилась фурия, вернувшись к мужчине. — Можешь не принимать препарат, но без кренталя на теле ты не войдешь.

— Без проблем, — Теон протянул левую руку, чтобы застегнуть на ней браслет, но Ингрем на неё даже не посмотрела.

— Другую.

Теон в этот раз не стал сдерживать улыбку. Скорее всего, она думала, что Теон в случае опасности просто отсечет себе кисть вместе с браслетом с помощью меча и тем самым вернет себе силы.

Браслет Ингрем застегивала сама, после чего бросила взгляд куда-то в сторону. Теон проследил за ним и заметил чуть в отдалении уже знакомое лицо фурии. Та самая, что в свое время сопровождала Хэлен и лишила Теона способностей.

Как только браслет защелкнулся на запястье, фурия-ограничитель вышла вперед и обратилась к Ингрем.

— Он отрезан. Я не чувствую, чтобы он мог касаться Иного, — доложила та, на что Ингрем удовлетворенно кивнула.

— Довольны? Я могу увидится с Архонтами? — поинтересовался Теон, мысленно приготовившись. Сейчас могло произойти что угодно, но это ни капли его не страшило. Ни браслет, ни фурия-блокиратор не имеют значения, пока в руках находится меч, созданный из плоти и крови Длани Света.

— Я держу свое слово, — ответила Ингрем. — Архонты ждут тебя.

Глава 6. Архонты

Самина пораженно наблюдала за тем, как Теон взмахом своего странного меча рассек воздух и открыл портал. Фурия при этом не ощутила ни малейшего всплеска Иного, словно мужчина вообще его не касался, но при этом ощущала что-то другое. Непонятное и оттого жутковатое.

Девушка не понимала ни сути этого меча, ни его силы, ни того, как именно Теону удается вытворять подобное. С помощью этого оружия он спас Вестру и при этом как ни в чем не бывало открывает порталы, словно фуриям-портальщикам не нужны упорные годы тренировок для этого. Ещё в Школе Самина знала одну портальщицу, та больше года училась открывать портал толщиной с палец, что уж говорить про порталы, в которые может пройти человек. Но Теон сделал это так легко…

Мужчина шагнул и исчез в портале, который закрылся за ним уже через несколько секунд, оставляя после себя лишь едва уловимую марь в воздухе.

— Ну и что вы все стоите как вкопанные? — от внезапного громкого вопроса Самина вздрогнула и удивленно посмотрела на Руннэт. — Так и будете таращиться в никуда или отправитесь за ним?

— Но Теон сказал, что пойдет один, — возразила Лифэтта, и Арвин согласно закивала.

— Он и отправился один, но он ни слова не сказал насчет того, что вы не можете отправиться следом.

— Хватит командовать, Тусклая, — внезапно в разговор вмешался Кригер. Он буквально в два шага оказался рядом с Руннэт и схватил женщину за горло. — У тебя нет права голоса. Нет вообще никаких прав. Ты все ещё дышишь лишь потому, что он того хочет, но стоит тебе хоть раз оступиться, и моя рука не дрогнет.

— Прошу, хватит, все мы тут на одной стороне, — заговорила Генриэтта, подойдя к Кригеру и Руннэт. Она положила ладонь на руку мужчины, этим жестом прося отпустить Руннэт. Он в ответ одарил управляющую уничижительным взглядом, но горло Руннэт все-таки отпустил.

— Я тебе не враг, Кригер. Ни тебе, ни Теону, что бы вы оба себе не надумали. И к тому, что с тобой сделали, я не имею никакого отношения.

Кригер собирался сказать что-то в ответ, но Самина решила, что пришел черед уже ей вмешаться. Кригер пугал её до мурашек, лучше будет отвлечь его и не позволить давнему конфликту выйти из-под контроля.

— Я тоже считаю, что нам лучше отправиться за Теоном. Он не хотел брать никого из нас потому, что опасался, что мы будем балластом. Так оно и было бы, заявись мы вместе с ним. Сейчас же все внимание будет сосредоточено на Теоне, мы вполне можем затеряться в толпе и, если станет жарко, помочь. Но все мы поехать не сможем.

— Она не поедет, — твердо заявил Кригер, указав на Руннэт.

— Как тебе будет угодно, — по лицу рыжеволосой сложно было понять, испытывает ли она по этому поводу какое-либо негодование.

Впрочем, Кригера и это не удовлетворило. Он, судя по всему, уже решил, что отправится вместе с Саминой, но оставлять Руннэт без присмотра не собирался. Даже слова Генриэтты не помогли. Кригер поступил радикально: отвел женщину в её «камеру» и запечатал дверь с помощью своей силы. Теперь открыть её невозможно. Либо ломать, либо ждать возвращения Ткача.

Отправиться за Теоном хотели практически все, кроме Алетры и самой Генриэтты, которая не собиралась отпускать своих учениц несмотря на протесты.

Самина уж подумала, что в город они отправятся вдвоем с Кригером, но перед самым отбытием к ним подошла Вестра.

— Управляющая разрешила мне отправиться с вами, — заявила она, и Самина одарила её взглядом, полным сомнений.

— Да ну?

— Это правда! — словно в качестве подтверждения своих слов Вестра достала из прихваченной сумочки видеокамеру. — Я не собираюсь участвовать в битвах или чем-то таком. Теон назначил меня Летописцем, и я хочу запечатлеть момент, когда он встретится с Архонтами.

Самина покачала головой. Брать с собой эту девочку не имело смысла, но она понимала её желание хоть краем глаза увидеть, как будет происходить переломный момент в истории. Да что уж говорить, она бы и сама многое отдала за возможность посмотреть на заседание Архонтов и их встречу с Теоном, но та будет происходить за закрытыми дверями Арбитража. О результате все узнают уже постфактум.

— Ладно, — после недолгих раздумий Самина согласилась. Их поездка по большей части излишняя подстраховка, не более того. — Но ты только снимаешь и слушаешься нас, идет?

— Конечно!

— Ладно, запрыгивай в машину. Мы и так потеряли много времени.

* * *

— Следуй рядом со мной, — сказала Теону Ингрем. — Если сделаешь что-то подозрительное, лишишься головы.

— Как страшно, — усмехнулся Теон, но глаза мужчины остались холодными. Больше всего в данный момент его интересовало, как можно попасть в пирамиду, висящую над городом. Судя по информации в Сети, её конструкция практически монолитная, а на поверхности нет ни единой двери. Впрочем, решение головоломки открылось довольно быстро — то самое здание-чаша.

Ингрем провела Теона в самый центр этого здания, в просторную открытую комнату со сводчатым потолком. Помимо Теона и пепельноволосой фурии туда прошло ещё несколько фурий, включая ту, что обладала силой блокировать дар, а вот простые солдаты остались снаружи.

— В центр, — сказала женщина, и Теона незамедлительно провели туда. Фурии вели себя с мужчиной словно с пленником, разве что руки не связали, видимо считая, что кренталя и фурии-блокиратора достаточно. Зря… С мечом в руках, даже если бы это был не Рэман-дал-Тор, Теон мог бы убить всех здесь присутствующих, кроме Ингрем, а они бы даже опомниться не успели.

Что произошло дальше, понять со стороны было сложно. Визуально помещение не изменилось, но Теон почувствовал, как через всю комнату прошел огромный поток энергии Иного, а уже в следующую секунду дверь распахнулась, и в помещение вошло ещё несколько вооруженных фурий. Но они Теона волновали мало, куда интереснее был коридор за их спинами. Он разительно отличался от того, что мужчина видел ранее.

Теперь мне все ясно.

Для того, чтобы попасть в Арбитраж, используется точно такая же сила, что и у Таммит-дор-Рунтоп. Существует два одинаковых помещения, одно внизу, другое наверху, и фурия или какой-то древний артефакт меняет их местами.

Озвучивать свое открытие Теон не стал, изобразив легкое удивление. Ингрем тем временем если и оставляла Теона без присмотра, то лишь на доли секунды, постоянно стараясь держать его в поле зрения, а её рука все время лежала на рукояти меча.

Чем больше Теон наблюдал за Ингрем, тем больше она его интересовала. Её хорошо обучали, взращивали её дар. Это не просто женщина, а полноценное живое оружие. Теон несколько раз мысленно представлял возможные атаки на неё, но в итоге выходило, что даже будучи внешне расслабленной она не имеет брешей в обороне.

Интересно… Её обучением занимался кто-то уровнем близкий к Мастеру Шу, вне всякого сомнения.

Теона вывели в просторный коридор с высокими потолками и темными стенами, украшенными золотыми узорами. Окна присутствовали, но фальшивые, такие же ему доводилось видеть в Школе. Это просто экраны, транслирующие изображение, но с крайне высокой детализацией.

Несколько раз Теону на глаза попадались стенды с разного рода вещицами из прошлого. Особенно позабавил его латный доспех тяжелого пехотинца армии Владетеля, в который облачили манекен.

Уже через пару минут мужчину вывели в ещё более широкий прямой коридор, который привел к массивной золотой двери, возле которой стояли охранники.

— Приготовься, сейчас ты предстанешь перед Архонтами, — начала Ингрем инструктаж. — Прояви уважение. Говори, лишь когда к тебе обращаются. Вопросы?

— Ты когда-нибудь улыбаешься?

На мгновение маска серьезности дрогнула, глаза Ингрем удивленно расширились, но затем она плотно сжала губы и отступила на пару шагов, так ничего и не ответив.

Теон слегка сместил взгляд и увидел одного из призраков, возникшего возле двери. Он неотрывно смотрел на мужчину, что-то беззвучно бормоча, и скрябал ногтями по металлу двери, оставляя на ней кровавые следы. Другой призрак появился за спиной у Ингрем и запустил пальцы ей в волосы. Фурия при этом словно что-то почувствовала и рефлекторно провела свободной рукой по голове.

Призрак тут же отступил и растаял в воздухе, а вот Теон не мог поверить своим глазам.

Она его почувствовала?

Да нет, это бред. Они не настоящие, они живут лишь в моей голове. Просто совпадение…

— Ты сейчас что-то почувствовала? — не сдержал Теон своего любопытства. — Чье-то прикосновение?

Ингрем нахмурилась, её взгляд стал ещё более подозрительным, хотя, казалось бы, куда больше, но ответить не успела. Массивная позолоченная дверь отворилась, и в помещение вошла фурия, облаченная в элегантное закрытое платье серого цвета. Её лицо скрывала серая вуаль, заканчивающаяся примерно на уровне губ.

— Арбитраж ожидает, — спокойно сообщила она и жестом пригласила присутствующих войти.

Теон, как главный гость этого мероприятия, пошел первым. Ингрем, все ещё держа один из своих клинков наготове, дышала ему в спину, остальные фурии остались на месте. Видимо, им не разрешено входить.

Мужчина вошел в огромную просторную залу полукруглой формы, слегка напоминающую лекторий или театр. Сотни письменных столов выставлены полукругом, и каждый ряд на уровень выше предыдущего. На том месте, где располагалась бы сцена, находились места Старших Архонтов. Теон сразу отметил, что главы Арбитража возвышаются над всеми, даже задние ряды находятся чуть ниже, чем места Старших.

Столики были разделены на три секции, каждая из которых имела свой цвет: красный, синий и желтый. Красный — цвет Домена Силы, синий — Правосудия, а желтый, соответственно, Разума. Каждая из представительниц власти была облачена в платье цвета своего Домена, а лица их скрывали вуали, такие же, как у той фурии, что впустила Владетеля в зал.

Старшие Архонты были облачены в платья черного цвета. Их лица аналогично были скрыты, и вот так сразу Теону сложно было понять, есть ли среди них Таммит-дор-Рунтоп. Должна быть, но с таким же успехом эти десять женщин в черном, смотрящих на него сверху вниз, могут быть фальшивками.

Шали были проблемой для Теона. Он хотел взглянуть на лица этих женщин и найти в них хоть одно знакомое, но пока это не предоставлялось возможным.

Но ничего, ещё все впереди…

Теон в сопровождении Ингрем прошел в самый центр залы под взоры и шепотки сотни присутствующих фурий: девяноста обычных и десяти Старших. На этом знания Теона о нынешнем управлении заканчивались. На бумаге общий совет должен уравновешивать власть Старших, но как оно на самом деле, для Теона оставалось загадкой. Женские коллективы сами по себе часто представляют собой то ещё змеиное гнездо, а когда каждая из них наделена властью и жаждет получить больше, это место может стать очень жарким. Скорее всего, каждая из присутствующих видит в Теоне либо потенциальное оружие для собственного возвышения, либо угрозу, а может все вместе.

Когда Владетель и фурия оказались в центре, прямо перед местами Старших Архонтов, Ингрем прошла чуть вперед и жестом велела мужчине остановиться, после чего отошла чуть в сторону, но так, чтобы в случае чего помешать ему сделать недозволенное.

Раздался колокольный звон, и присутствующие тут же умолкли. Как только все звуки стихли, заговорила одна из Старших Архонтов:

— Сто семьдесят восьмое внеочередное собрание Арбитража объявляется открытым.

Стоило прозвучать этим словам, как одна из женщин Домена Разума открыла толстенную древнюю книгу, которой на вскидку не одна сотня лет, и принялась записывать туда что-то, с помощью пера и чернил.

Странный архаизм, учитывая, что в нынешнем мире существует Сеть, но видимо, на то есть причины.

— Причиной нынешнего собрания послужил человек, именующий себя Теоном Альдримом. Владетелем, — кажется, в голосе можно уловить едва заметную насмешку. — Вы действительно именуете себя так?

Этот вопрос, вне всякого сомнения, был задан единственному мужчине в зале.

— Да. Я Теон Альдрим. Тот, кого в истории именуют Владетелем.

Женщина удовлетворенно кивнула, после чего жестом передала слово другому Старшему Архонту.

— В таком случае мы можем перейти к судебной части этого заседания. Теон Альдрим, вы обвиняетесь в терроризме, в убийстве двухсот девяносто семи человек, четырнадцати фурий, порче государственного имущества суммой в три миллиарда четыреста семьдесят девять миллионов кредитов…

На этом список не закончился. Фурия ещё несколько минут зачитывала его «преступления», а Теон все гадал, действительно ли они в своем уме? Они хоть понимают, в какой ситуации находятся?

— Закончили? — поинтересовался Теон, когда фурия замолчала.

— Это серьезные обвинения, и прошу относиться к ним соответствующе. По нашим законам только лишь за первый пункт обвинений вас ждет смертная казнь.

— В таком случае могли не тратить время, — Теон не скрывал улыбки.

— Арбитраж может проявить снисходительность и смягчить наказание, но для этого вы должны передать нам все данные, похищенные из правительственного объекта, сдать всех своих сообщников и, разумеется…

— Довольно этого цирка, — вздохнул Теон и покачал головой. — Я думал, что это будет серьезная встреча, где мы обсудим текущее положение дел и дальнейшие действия, но в ваши тупые куриные головы, кажется, никак не дойдет, кто я такой, и что намерен сделать.

Ноги Владетеля оторвались от земли. Он поднялся в воздух, вначале поравнявшись с местами Старших Архонтов, а затем поднявшись ещё выше. Теперь уже он смотрел на них сверху вниз. Послышались шокированные возгласы, крики.

Фурии одна за другой стали касаться Иного, наполняя себя силой. Произойди такая ситуация ещё до Раскола, Теон бы напрягся, но местные фурии ничто по сравнению с Ткачами прошлого. Их дары лишь чуть выше уровня только что проявившихся детишек. Единственной из присутствующих, кто представляет для Теона хоть какую-то мнимую угрозу, является Ингрем.

— Невозможно! Он в кренталевых оковах! — воскликнула одна из женщин, судя по голосу, это Таммит.

— Ты об этих оковах? — Теон поднял руку и продемонстрировал кренталевый браслет, который уже через мгновение стал таять и просто стек по руке куда-то на пол.

В этот момент в дело вступила Ингрем. Теон больше почувствовал её, чем увидел. Фурия сократила расстояние за доли секунды, и лишь благодаря многим годам тренировок с Мастером Шу Теон успел отреагировать и заблокировать атаку.

Клинок Ингрем и Рэман-дал-Тор столкнулись. Фурия, кажется, удивилась, что кто-то смог остановить её атаку, но ещё больше её, скорее всего, удивило, когда Теон играючи отшвырнул девушку от себя с такой силой, что та прошибла стену зала и скрылась где-то в глубине пирамиды.

— Я не собираюсь тратить время на ваши игры. Сейчас я скажу вам, как все будет дальше. С сегодняшнего дня будет учрежден новый Домен, во главе которого стану я. Домен Власти, основной целью которого будет борьба с Опустошителями. Как я понимаю, раньше обязанности по борьбе с ними были разделены между Силой и Порядком в перевес первых. Теперь этому пришел конец. Новый Домен берет на себя все обязанности.

Реакция была бурной, особенно среди «красных». Были слышны выкрики, возмущения, но Теон даже не повернулся, смотря исключительно на Старших. Именно эти десять женщин в итоге и принимают решение, лишь их мнение имеет значение.

Как раз в этот момент в зал вернулась Ингрем, немного потрепанная, но в порядке, что лишь подтверждало подозрения Теона на её счет. Фурия собиралась броситься в бой, но видимо кому-то из руководства стало очевидно, что устраивать бойню в самом центре Арбитража — не лучшая идея.

— Довольно, Ингрем, — сказала одна из Старших и жестом велела фурии остановиться. — В насилии нет необходимости. Ведь так?

Последний вопрос был адресован Теону.

— Не я первым напал, — напомнил мужчина.

— Думаю, я буду говорить от имени всех присутствующих, если мои сестры не против, — женщина дождалась согласных кивков старших Архонтов. Некоторые это сделали сразу, иные после недолгих раздумий и явных сомнений. Да и голоса остальных членов Арбитража были полны сомнений в выборе кандидатуры переговорщика.

Нет в них единства.

Женщина убрала шаль, открывая лицо.

На вид ей было немногим за тридцать, но если присмотреться внимательнее к холодным голубым глазам, то можно было понять, что она гораздо старше, чем кажется. Фурия смотрела на мужчину без страха и опаски. Так смотрят на равного, на человека, силу которого уважают.

С этим уже можно работать, — подумал Теон, вспоминая полные презрения взгляды Таммит.

Даже сейчас она, скорее всего, прячась за шалью, смотрит на него со страхом и трепетом, готовясь в любой момент поменять себя с другим.

— Меня зовут Тристи дор-Хэйви, — представилась она. — Думаю, нам стоит попросить прощения за то, что только что произошло. Мужчина, способный касаться Иного — это неслыханная вещь, особенно когда он называет себя Теоном Альдримом.

Как ловко все обыграла в свою пользу.

Теону даже хотелось ей поаплодировать.

— Что же до вашего требования о создании нового Домена, как бы сказать более уважительно… Это требование ломает все наше многовековое устройство. Выстроенный баланс. И при всем уважении к вашей силе, мы не можем учредить новый домен.

— «При всем уважении», — рассмеялся Теон. — Я и так проявил перед вами достаточное уважение. Я пришел сюда, подчиняясь вашим правилам. Я постарался адаптировать свои представления под вашу модель общества, хотя мог бы стереть с лица земли всех присутствующих.

Меч в руках Теона вспыхнул, на его клинке затанцевало золотое пламя.

— Вы ничего не способны мне сделать, а я могу не оставить от этого города камня на камне. «Как минимум одна из вас», — Теон не сказал имя, но этого и не требовалось. — Занималась созданием Опустошителей, скармливала им фурий, чтобы те проходили одну эволюцию за другой. Не забудем про эксперименты по созданию гибридов. Эти эксперименты длятся уже много лет, даже десятилетий, и раз Арбитраж допускает подобное, значит он не так уж хорош. Может его стоит разрушить, как когда-то я сделал с Держателями Скал, Океана и Небес? Я проявил к вам достаточное уважение. Может даже большее чем вы заслуживаете.

Теон сделал короткую паузу.

— Сегодня будет учрежден Домен Власти. Это не просьба и не предложение. Это факт. Любая из вас, кто будет противодействовать мне, будет расценена мной как причастная к экспериментам.

В зале воцарилась тишина.

— Детали того, как новый Домен вольется в вашу «семью», мы обсудим при следующей встрече. А пока что все обвинения против меня и моих союзников должны быть сняты.

— Это… мы можем устроить, — согласилась Тристи.

— Я разрешаю вам провести внутреннее расследование и наказать виновных. И очень надеюсь, что результаты меня удовлетворят. Отныне любые исследования Опустошителей и их сил должны получить наше одобрение и находиться под нашим плотным контролем. Любые личности, какое бы положение они не занимали, предстанут перед трибуналом Домена Власти в случае нарушения.

— Вы требуете слишком многого. Это рушит весь баланс.

— Баланс давно нарушен, а я собираюсь его восстановить. Мне нет дела до созданий новой Империи, но этот мир сломан. Его нужно починить, нравится вам это или нет.

Теон сомневался, что фурии просто так оставят сказанное им, но первое правило переговоров — место для торгов. Он специально затребовал много, чтобы потом привести все к условиям, которые устроят всех. Нельзя требовать слишком мало, иначе это воспримут как слабость.

Владетелю нет дела до Арбитража и их грызни за власть, да и строительство новой Империи его мало интересует. Долгие годы они с Руннэт покоряли мир, а что в итоге? Все пошло прахом. Для того, чтобы объединить мир, нужно нечто большее, чем грубая сила. Можно подчинить страны своей власти, но нельзя заставить давних врагов в один миг стать единым народом. Противоречия все равно дадут о себе знать.

Сейчас Теон это понимал гораздо лучше, чем в прошлом, и не собирался действовать так же прямолинейно. Эпоха Завоеваний Владетеля осталась позади.

— Хорошо. Мы выработаем соглашение по интеграции нового домена в нашу систему.

— Я пришлю своего представителя для контроля за документом.

— Но вы же понимаете, что это процесс не быстрый. Нужно выработать процедуры и… — начала было Тристи.

— Я понимаю. Разработка соглашения может занять годы, — Теон не сомневался, что они будут тянуть время, сколько могут. Эти гадюки не хотят делиться властью, тем более с мужчиной. — Но это все бумажки. Домен Власти начнет функционировать сегодня. В ближайшие недели мы обзаведемся штабом, начнем набирать рекрутов и выполнять возложенные на нас обязательства по уничтожению Опустошителей. И это не подлежит никакому обсуждению.

— В таком случае… — внезапно у соседки Тристи засветился браслет на руке, прервав речь фурии. На этом дело не закончилось, коммуникаторы стали загораться у многих присутствующих, и в итоге даже у самой Тристи. Увидев, насколько массовым получилось сообщение, она подняла руку, а над её запястьем возникло голографическое окошко.

— Что-то случилось?

— Только что было взорвано одно из зданий рядом с центральной площадью, — ответила фурия. — В донесении говорится, что это сделали Дети Света. Они требуют, чтобы Арбитраж освободил Теона Альдрима из плена…

Глава 7. Во имя Света

— Раскол! Опять пробка, — недовольно буркнула Самина, когда в очередной раз пришлось остановиться. Город сегодня крайне многолюден, улицы кишат людьми, стекающимися к центру как муравьи. Все они хотят посмотреть на вернувшегося Владетеля.

Девушка, в очередной раз выругавшись, протянула руку и достала из бардачка портсигар, покрутила его в руках, словно обдумывая что-то, но в конце концов достала одну из сигарет и прикурила её.

Кригер, сидевший возле неё, тоже протянул руку и взял сигарету.

— Не знала, что ты куришь, — слегка удивилась Самина.

— Раньше курил, — ответил тот после небольшой паузы.

Хоть бы меня спросили… — поморщила нос Вестра, сидящая на заднем сидении. Но, с другой стороны, она сама напросилась к ним, так что какое право она имеет возражать? Тем более Самина, судя по всему, нервничает, а сигареты, как она слышала часто помогают немного снизить стресс.

Сама Вестра не нервничала, по крайней мере не так, как старшая фурия. Внутри юной девушки играло возбуждение и восторг.

Столько людей! Интересно, а мои родители тоже где-то тут?

Вестра провела в Школе столько времени, что подобные толпы для неё очень непривычны. Может, окажись она среди этих людей, девушке и стало бы некомфортно, но сейчас, смотря со стороны, она была в восторге. Не забывала Вестра и вести хронику. Не просто же так Теон доверил ей должность летописца. Хотя кадры из окна машины ей пока не слишком нравились. Для хорошей записи нужно оказаться на центральной площади и желательно подняться повыше.

Машина тронулась с места, но уже через минуту опять встала.

— Все, дальше мы вряд ли проедем, — вздохнула Самина и стала высматривать место для парковки. — Пойдем пешком.

Кригер ничего не сказал. Он практически всю поездку провел молча. И пусть Вестра знала, что он союзник и друг Теона, не могла отделаться от мрачных мыслей, глядя на него. И дело не только во внешности, есть что-то еще. Находясь рядом с ним, даже не глядя, фурию то и дело охватывало странное чувство тревоги, с которым постоянно приходилось бороться.

Может, Самина нервничает по этой же причине?

Первым машину покинул Кригер, натянувший на голову капюшон от кофты-худи, и прикрыл нижнюю половину лица маской. Видок у него был ещё тот, но в такой толпе, если не присматриваться, он не должен привлекать много внимания.

Самина тоже озаботилась маскировкой, если так можно назвать легкую смену имиджа. Свои обычно распущенные волосы она собрала в тугой хвост и одела крупные солнцезащитные очки.

— Идешь или посидишь тут? — обратилась она к юной фурии.

— Конечно, я с вами!

Ответ Самине не понравился. Она бы предпочла, чтобы Вестра осталась в машине, но у той свои планы.

— Ладно, только будь на виду. Если потеряешься в толпе, искать тебя не будем.

— Я не ребенок, и могу о себе позаботиться, — надулась Вестра. Такое отношение её возмущало.

— Да, конечно, — с едва сдерживаемым сарказмом согласилась Самина.

Уже через минуту машина осталась позади, и троица влилась в толпу. Первым шел Кригер, и Вестра не могла не обратить внимание на то, как люди, стоящие у него на пути, словно невольно расходились. Мужчине не нужно было ничего говорить или заявлять о себе, они словно инстинктивно ощущали опасность и расступались.

Людокол «Кригер» на службе Владетеля.

Попутно Вестра поймала себя на очень необычной мысли: она не рассматривает Кригера как мужчину. Рядом с Теоном что-то внутри фурии бурлит, заставляя испытывать влечение, но с Кригером все наоборот. Несмотря на то, что он тоже способен касаться Иного, никакого резонанса двуединства не происходит.

Как же я рада, что он на нашей стороне…

Людей собралось так много, что Вестре порой приходилось проталкиваться через них, чтобы не отстать. И чем ближе к центру города они приближались, тем плотнее становилась толпа.

До башен Доменов осталось всего-ничего, они уже возвышались над компанией, заставляя чувствовать себя незначительными. Последний раз Вестра была на этой площади года три назад, если не больше. Ещё до того, как открыла у себя дар и была помещена в Школу.

Они всегда были такими огромными?

Но сейчас не время и не место восхищаться постройками, так что Вестра переключилась на людей, желая понять, что именно ими движет. Зачем они пришли сюда? Не просто же для того, чтобы посмотреть на живую легенду.

Для поиска ответов Вестра для начала осмотрела плакаты, которые держат люди, а затем решила поговорить с ними. Все это приходилось делать на ходу, чтобы не отстать от Самины и Кригера, но кое-какие результаты она все-таки получила.

— Зачем я тут? Так говорят, что появился мужик-колдун! Хочу лично убедиться…

— А ты миленькая. Дашь свой номер?

— Его появление — это шанс на изменение…

— Арбитраж слишком долго проводил политику по возвеличиванию фурий, а простые люди? Не на фуриях держится экономика, а на таких работягах, как мы!

— А ты что, все это снимаешь?

— Думаю, все это фикция. Да какой дурак поверит в то, что мужик из сказки восстал из мертвых? Это все происки расы разумных опустошителей из измерения Дсен.

Условно всех опрошенных Вестра разделяла на две категории: те, кто пришел поглазеть, и те, кто ждет «чего-то». Это «что-то» — очень широкое понятие. Одни хотели, чтобы Арбитраж был полностью уничтожен, другие — чтобы в правительстве и на высоких должностях появлялись и мужчины. Кто-то даже ждал, что теперь будут появляться и другие мужчины, способные касаться Иного.

И все эти люди говорили так ярко, так эмоционально! Для них изменения в обществе были животрепещущей темой, о которой они с охотой говорили. Вестра сама не заметила, как стала проникаться этим потоком эмоций, исходящим от людей. Для них Теон — не просто человек из легенд, а символ и надежда на новый, лучший мир.

Чья-то рука резко дернула девушку за плечо, заставив Вестру вздрогнуть и обернуться. Прямо перед ней возник странного вида мужчина. Бледный, с мешками под глазами и странным бегающим взглядом. Под его взором фурия невольно поежилась.

— Последний Час уже почти наступил, — внезапно заявил тот, и Вестра тут же отпрянула от него. — Конец времени близок, и лишь в Свете вы продолжите жить. Лишь избрав Свет, вы обретете вечность!

Вестра заметила на шее у незнакомца амулет с изображением Истинного Пламени, из чего следовало, что этот человек — адепт Детей Света. О них она знала не так уж много, но достаточно, чтобы осознать, что незнакомец пусть и выглядит странно, но не опасен. Дети Света крайне миролюбивы, они проповедуют единство и равенство.

— Те, кто пойдут против Истинного Пламени, сгорят в нем, — продолжал причитать мужчина, смотря прямо на Вестру, но тут рядом с фурией появилась Самина. Она довольно решительно выскользнула из толпы и оттолкнула незнакомца.

— Отвали, — грозно сказала старшая фурия, и её рука легла на кобуру пистолета. Как-никак, Самина была сотрудницей Зеленого Этажа, табельное оружие осталось при ней.

— Все мы будем гореть в Свете. Скоро. Но лишь избранные вернутся, — сказал мужчина и отступил, скрываясь в толпе. Самина ещё пару секунд внимательно смотрела перед собой, словно опасаясь, что этот странный малый вернется, а затем облегченно выдохнула, поворачиваясь к Вестре.

— Ну и что ты тут делаешь? Говорила же не отставать.

— Извините… — виновато потупила взор Вестра. — Я знаю, но я же делаю хронику. Мне интересно пообщаться с людьми, понять, что ими движет. Это важно! Например…

— Давай потом, — устало вздохнула Самина. — Да и записей будет много… Ты же понимаешь, это сейчас делают десятки, если не сотни людей? Пройдет несколько часов, и вся Сеть будет пестрить записями с этой площади.

— Одно дело — чужие, а другое дело — свои, — настаивала девушка.

— Ладно, как хочешь. Но не отставай, ещё не хватало, чтобы мы потеряли Кригера… — Самина закрутила головой, прошла чуть вперед, снова закрутила. — Раскол… Кажется, мы его только что потеряли.

* * *

Кригеру было странно находиться среди всех этих людей. Он и в прошлом не слишком любил столпотворения, считая и проявлением хаоса. Когда большое количество человек собирается в одном месте, может произойти все, что угодно. Одна искра способна зажечь толпу, толкнуть её на самые разные действия. Например, погромы или убийства.

Но это мелочи. Истинная причина была в том, что за последние десятилетия он привык быть один. Большие пространства, сотни или даже тысячи людей вокруг — все это давило и раздражало Ткача. Поэтому он постарался сосредоточиться на цели: дойти до центра площади, где находится вход в пирамиду Арбитража.

Что делать дальше, Кригер пока не решил. Скорее всего, просто ждать, и если Теон слишком задержится, что-то предпринять. Самину в качестве боевой силы он не рассматривал. Максимум, на что годится эта женщина, по его мнению, это быть живым щитом. На большее дар регенерации не тянет.

Кригер прошел примерно половину пути, в отдалении уже можно было заметить плотное оцепление военных. Мужчина собирался подойти чуть ближе, но не настолько, чтобы его заметили фурии, которые в оцеплении, вне всякого сомнения, есть. Все-таки он частично опустошитель, Ткачи Иного могут ощутить это.

Внезапно он что-то почувствовал.

Не там, — подумал Кригер, бросая взгляд на оцепление. Это странное знакомое чувство шло откуда-то со стороны, невольно притягивая к себе. Мгновение поразмыслив, Кригер свернул с намеченного пути, начав удаляться от центра городской площади.

Фурии давно отстали, но Кригера это не слишком волновало. От них все-равно не было никакого толку.

Наконец треугольная площадь Арбитража осталась позади, и он вышел на одну из прилегающих улиц. Народу тут было чуть меньше, но все ещё хватало.

— Это тут, — Кригер оказался перед одной из высоток, понимая, что ему нужно попасть внутрь. Дверь оказалась заперта, а рядом висело оповещение, что в здании проводится капитальный ремонт.

Вначале мужчина собирался взломать дверь, но быстро передумал, слишком тут много любопытных глаз, поэтому решил поискать другой проход. Обогнув строение с левой стороны, он вошел в узкий переулок, который закончился искусственно созданным тупиком. Кто-то перегородил вход фургоном с логотипом строительной компании.

Я тут не для этого, — сказал сам себе Кригер и даже бросил взгляд назад. Логика говорила, что даже если здесь находится то, о чем он думает, то это проблема фурий, а не его. И тем не менее Кригер сделал шаг вперед и толкнул фургон, открывая себе проход.

Он сразу понял, что попал куда нужно. Перед черным ходом в здание крутилось двое мужчин в одеждах строителей. При появлении Кригера они сразу оживились и поспешили ему навстречу.

— Извините, но это закрытая территория. Посторонним сюда вход запрещен.

— Мне? Запрещен? Я владелец этого здания, не помню, чтобы сегодня тут собирались проводить работы, — соврал он. На лице одного из мужчин скользнуло удивление, а затем его рука направилась под куртку.

Фальшивый рабочий не успел выхватить пистолет, потому что из земли с невероятной скоростью выскочил шип, пронзивший мужчину от паха до горла. Второй испуганно отпрянул и лишь после этого схватился за свое оружие. Если первый был вооружен простым пистолетом, то вот второй обзавелся компактным пистолетом-пулеметом, но выстрелить все равно не успел.

Кригер с нечеловеческой быстротой сократил дистанцию и вырвал оружие из рук фальшивого рабочего, отбрасывая ПП в сторону.

— Кто вы? Чем вы тут занимаетесь? — Кригер схватил мужчину за горло одной рукой, попутно ломая руку второй. «Рабочий» завопил от боли, задергался, а затем стал зачитывать молитву Детей Света. Тогда Кригер сломал ему вторую руку, но это привело лишь к тому, что молитва стала менее разборчивой. — Я устал тратить на тебя время…

Кригер мог бы выдавить из него многое, будь время и нужные инструменты, но в этом не было ни малейшего смысла. Схватив голову рыдающего и продолжающего зачитывать молитву мужчины, Ткач просто сдавил её, раскалывая как спелый арбуз.

Вытерев руки о штанину мертвеца, Кригер вернулся к фургону и затем перекрыл проход.

Будет нехорошо, если кто-то случайно заметит трупы, по крайней мере пока.

Дверь внутрь здания оказалась закрыта, но это не остановило Кригера. Ему даже не пришлось касаться Иного, он просто толкнул её, и замок со звонким лязгом свалился.

Внутри было пыльно и грязно, как и следовало ожидать от здания, находящегося на ремонте. Обшарпанные стены, сыплющаяся с потолка штукатурка. Похоже, работы тут находятся лишь на начальном этапе или ещё не начались вовсе. Как бы то ни было, это не имело значения. Кригер прошел к ближайшей лестнице и поднялся на два этажа, прежде чем услышал чьи-то голоса.

— Мне не по себе от этой твари.

— Перестань сраться, Гил. Все мы тут во имя Света.

— Я слышал, что Опустошитель при убийстве поглощает душу. Если он сожрет душу, то Истинное Пламя сможет её вернуть?

— Ты сомневаешься в силе Истинного Пламени?

— Нет, что ты… — но в голосе явно звучали сомнения.

Значит, мне не показалось…

Опустошитель. Именно его Кригер и почувствовал, но пока не понимал, что именно происходит. Дети Света взяли в плен Опустошителя? Дети Света носят при себе оружие? Эти фанатики всегда считались безобидными. Они проповедуют единение и из любого конфликта предпочитают искать мирные решения.

Что тут происходит, во имя Света?

Кригер не стал прятаться. Он достал из кармана сигарету, которую позаимствовал у Самины ещё в машине, после чего прикурил её, используя собственную силу, сделал глубокую затяжку и направился наверх, сбрасывая с головы капюшон и избавляясь от маски.

— Какого?.. — охнул один из мужчин, заметив чужака.

Кригер окинул взглядом людей. Их было восемь, каждый при оружии. В центре комнаты стоял массивный металлический контейнер. В него, скорее всего, добавили немного кренталя, это позволило частично ограничить тварь и скрыть её от сенсоров Арбитража.

Даже любопытно, как они эту громадину затаскивали на второй этаж.

Мужчины таращились на Кригера, не понимая, кто он такой и что тут делает, а сам Кригер лишь усиливал их непонимание своем спокойствием.

— Ты кто, нахрен, такой? — наконец воскликнул один из мужчин, выходя вперед и нацеливая штурмовую винтовку прямо на Кригера. — Говори немедленно!

— Я Кригер.

— Кригер? — они непонимающе переглянулись. — Какой ещё, нахрен, Кригер?

— Кузнец. Немного дознаватель. Когда требуется, — Ткач сделал ещё одну затяжку и, пройдя чуть вперед, оперся спиной об одну из квадратных колон.

— Почему ты такой урод? — вырвалось у одного из парней.

— Урод? — Кригер сделал новую затяжку, бросив исподлобья взгляд на говорившего. — Интересно, ты это повторишь, глядя на себя в зеркало, когда я сдеру с тебя кожу?

Один из фальшивых рабочих достал из кармана коротковолновый коммуникатор. Кригер видел такие в прошлом, они позволяют связываться с обладателями таких же коммуникаторов на небольшом расстоянии. Обычно в радиусе пяти-шести километров.

Значит, группа не одна. Где-то поблизости есть ещё.

— Зэл, тут к нам явился какой-то странный тип, называет себя Кригером. Тебе что-нибудь известно?

Ответ пришел незамедлительно и, разумеется, был отрицательным.

— Валите его! — внезапно закричал радист.

Бойцы Детей Света незамедлительно открыли огонь. Одна пуля больно ударила Кригеру в плечо. Плотную кожу не пробило, но тем не менее подставляться под пули Ткач не собирался. Он метнулся влево, попутно преобразовывая структуру пола, и люди просто стали проваливаться вниз. Через секунду четверо из бойцов оказались вмурованы в пол по плечи, а их ноги болтались внизу из потолка первого этажа.

Подпрыгнув к ближайшему, Кригер пнул голову мужчины и словно мячом поразил ею успевшего ускользнуть человека. Того опрокинуло на землю, но подняться ему уже было не суждено. Оказавшись рядом, Кригер ухватил его за ногу, резко потянул в сторону и ударил мужчиной об ближайшую колону. Итог у этого столкновения был плачевным. Вся верхняя половина тела превратилась в массу из крови, потрохов и перемолотых ударом костей.

В спину ударила дробь, заставив Кригера пошатнуться. Оказавшийся рядом боец уже передернул затвор и выстрелил вновь. Дробь на этот раз ударила Ткача в грудь, оставляя крупную дыру в и без того дырявом худи.

Резкий рывок вперед, и кулак Кригера без труда пробил грудь Чаду Света.

Осталось двое.

Троих вмурованных в пол он не считал. Они ему ничего сделать не могут, а вот он им…

Но это потом.

Одного Кригер потерял из виду, того самого, что говорил по коротковолновой рации. Другой в этот момент ринулся к клетке с Опустошителем с явным намерением её открыть. Кригер ему не мешал.

— Парень, ты уверен, что хочешь это сделать?

Но тот уже открыл механический засов, и дверь стала открываться, выпуская монстра. Кригер тем временем сделал несколько шагов вперед, разминая шею и готовясь к чуть более серьезной схватке, но таковой не вышло.

Из контейнера вышел Опустошитель, чем-то напоминающий волка, только вместо шерсти его покрывала светло-серая чешуя. Завидев Кригера, он оскалился, зарычал, но в атаку не бросился, словно понимая разницу в силах. Опустошитель был слаб, он не прошел даже первую эволюцию. Для схватки с таким хватит одной-двух фурий средней паршивости, для Кригера же это существо было практически не опасно.

Он протянул руку и схватил Опустошителя за одну из бронепластин у морды. Тот попытался вырваться, но не получилось, и в этот момент кузнец ощутил этого зверя. Точно так же он ощущал опустошителя в Черном Этаже, но в тоже время теперь все было чуть иначе. Этот зверь понимал разницу в силах. Понимал и боялся.

— Хочешь, чтобы я тебя пощадил? Хорошо. Мне как раз пригодится охотничья гончая.

Кригер отступил, и Опустошитель словно склонился перед ним, признавая Ткача своим вожаком.

— Что происходит?.. — тот тип, что открыл клетку, просто опешил. Он ожидал, что монстр набросится на чужака, но вместо этого все обернулось совсем иначе.

— Фас, — Кригер указал рукой на человека, и опустошитель незамедлительно бросился в атаку, в два прыжка преодолев разделяющее их с добычей расстояния.

— Как закончишь, добей остальных, — бросил Кригер «псу», а сам отправился на поиски последнего выжившего.

Опустошитель. Дети Света. Кригер все ещё не понимал, что происходит, и это его слегка беспокоило.

Что они затеяли?

Кригер нагнал последнего из Детей Света примерно через минуту. Далеко тот убежать не успел.

— Ты опоздал, урод! Я не боюсь смерти, Истинное Пламя вернет меня! — закричал мужчина, пятясь от Ткача. — Слышишь, ты опоздал!

— Опоздал на что?

И в этот момент Кригер ощутил, как содрогнулась земля. Пол зашатался, а потолок, казалось, вот-вот свалится на голову. Что-то произошло, но не тут. Где-то близко. Сквозь грохот, идущий откуда-то снаружи, был слышен безумный смех последнего из фанатиков.

* * *

— Ну и куда он делся? — в очередной раз задала риторический вопрос Самина. Они уже пару минут пытались отыскать Кригера, который словно сквозь землю провалился. — Ладно, плевать на него. Думаю, нам стоит попытаться пройти дальше.

Вестра кивнула, но при этом понимала, что без Кригера это будет не так-то просто. Он заставлял толпу расступаться или просто расталкивал людей, словно и не замечая препятствий. Оставшись вдвоем, фурии оказались зажаты в толпе, пройти дальше будет крайне проблематично.

— Ещё немного, и мы выйдем на площадь.

Вестра вновь кивнула.

Внезапно справа что-то грохнуло, какого-то человека буквально толкнуло на юную фурию. Рухнув на землю, она поморщилась от звона в ушах, а когда сосредоточила взгляд перед собой, то её сердце чуть не остановилось.

Гигантский небоскреб, стоящий рядом с одной из башен Доменов, стал крениться и уже через секунду начал падать прямо на собравшихся в центре города людей. И Вестра лишь мгновение спустя осознала, что она одна из этих самых людей.

Глава 8. Завал

— Только что было взорвано одно из зданий рядом с центральной площадью, — сообщила Тристи Теону и помрачнела. — В донесении говорится, что это сделали Дети Света. Они требуют, чтобы Арбитраж освободил Теона Альдрима из плена.

— Плена? — Теон нахмурился.

— Они думают, что в данный момент вы находитесь под стражей Арбитража.

И они не далеки от истины.

— Значит, они пришли меня спасти? От вас? — эта мысль не укладывалась в голове у Теона. — Я никогда не имел ничего общего с Детьми Света, ни в прошлом, ни тем более сейчас.

— Для вашего же блага очень надеюсь, что это так, — слова прозвучали словно не явная, но угроза. — Одна из групп взяла в заложники несколько сотен человек в доме Лэндри, от них мы узнали о требовании. Дети Света собираются убивать по заложнику каждые пять минут. В данный момент уже идет формирование группы штурма.

— В этом нет необходимости. Раз они хотят меня, то они меня получат. Я разберусь.

— Так не положено. Если… — Тристи начала возражать, но Теон уже развернулся к Старшим Архонтам спиной и взмахнул клинком, рассекая воздух, а вместе с ним и пространство. В следующий миг он оказался над городской площадью, аккурат между парящей пирамидой и зданием-чашей.

Картина, открывшаяся его взору, не радовала. Огромный небоскреб рухнул прямо на улицу, подняв в воздух тучу пыли, большая часть которой уже успела осесть.

Сколько людей были погребены там, под камнями?

Быстро и аккуратно извлечь людей из-под завала он не мог, так что лучше пока оставить все профессионалам, а после того, как с Детьми Света будет покончено, он вернется сюда. В сложившейся ситуации ему нужно показать себя с лучшей стороны. Для людей он должен предстать в образе «хорошего парня».

Надо было спросить, где находится этот дом Лэндри…

Теон проследил за флаерами и машинами легистов. Часть стягивалась к рухнувшему дому, а другая устремилась куда-то левее площади. Теону с воздуха не сложно было отыскать кардон, выставленный вокруг скромного по сравнению с черными башнями Доменов шестиэтажного кирпичного домика.

Первым делом Теон приземлился в оцеплении, чем вызвал внутри бурную реакцию. Легисты пока не получили от начальства никаких распоряжений и не знали, что делать с внезапно появившимся Ткачем Иного.

— Кто тут главный? — сразу спросил Теон.

— Я, — вперед вышла женщина за сорок. Похоже фурия, но не слишком сильная. — А вы…

— Теон Альдрим.

Среди легистов послышались перешептывания, а и их командир нервно сглотнула. В её взгляде читалась неуверенность.

— Я так полагаю, они хотят меня?

— Да… — наконец фурия взяла себя в руки. — Говорят, что «ведьмы взяли в плен Владетеля и должны его освободить, иначе они убьют всех в здании». Команда для штурма уже собирается, но проблема в другом. Они заминировали весь первый этаж. Если мы попытаемся взять их штурмом, то они просто обрушат дом.

Теон кивнул, посмотрел на дом Лэндри и стал размышлять, как бы сделать все быстро. Видимо, он делал это слишком долго, потому что на верхних этажах что-то грохнуло, а затем звон стекла. К асфальту устремилось тело толстого пожилого мужчины. Теон остановил падение за пару сантиметров до земли, но это мужчину не спасло. Тот был уже мертв. Три пулевых ранения в грудь.

— Раскол! Надо связаться с ними, сказать, что вы тут, и тогда возможно… Стойте! — последние слова были брошены уже вслед Теону. Владетель узнал все, что было необходимо, и вновь поднялся в воздух, прямиком на высоту последнего этажа, откуда и было сброшено тело.

Он влетел в окно, оказавшись перед целой кучей людей: порядка двадцати вооруженных мужчин и женщин, и примерно в три раза больше заложников. Некоторые пленники были уложены на пол, другие сидели на коленях, а к их головам были приставлены дула винтовок.

— Стоять! — заорал кто-то из Детей Света. — Ты кто?!

— Тот, кого вы так желали спасти. Теон Альдрим.

Фанатики удивленно переглянулись. Никто из них не ожидал, что Владетель явится к ним лично.

— Отпустите этих людей и сдавайтесь. Я свободен. Нет нужды проливать ещё больше крови.

Вперед вышел болезненный тип с мешками под глазами и абсолютно безумным взглядом. Так смотрел сам Теон во времена худших помутнений разума.

— Если Владетель свободен, то мы должны восславить Свет, — сказал тот.

— Восславить Свет! — вторили ему остальные.

— Владетелю надлежит встретиться с Магистром, а наша миссия окончена. Да воссияет Свет!

— Воссияет Свет!

От громких фанатичных возгласов даже у Теона по спине побежали мурашки. Эти люди словно не в себе.

— Отведите меня к вашему Магистру, — сказал Теон, но Дети Света никак не отреагировали.

— Наша миссия окончена. Да Воссияет Свет!

— Воссияет Свет!

Лишь после этого Теон обратил внимание на предмет, который мужчина держит в руках. Детонатор.

— Воссияет Свет!

Палец фанатика нажал на кнопку, но ничего не произошло. Пока в руках Теона Рэман-дал-Тор, его силы почти не имеют границ. Он коснулся своей силой всего здания, ощутив каждый кирпичик, каждую пылинку в нем и, разумеется, взрывчатку.

Фанатик поднял детонатор, с непониманием взглянул на устройство в своих руках и ещё несколько раз нажал на кнопку.

— Бесполезно. Я избавился от взрывчатки.

— Это плохо, — с каким-то странным безразличием ответил мужчина. — Так нам сложнее предстать перед Истинным Пламенем. Убейте всех, кого сможете.

Последние слова были обращены к своим союзникам.

Теон мог бы обезвредить их, не убивая, если бы захотел, но не стал себя утруждать. В прошлом ему уже приходилось иметь дело с фанатиками, Родэмским культом, например. Оставлять их в живых смысла не было. Они скорее умрут, чем предадут свои идеалы.

Поэтому в следующую секунду каждый из террористов был превращен в кровавое месиво. Их тела разрывало на куски, разбрызгивая кровь вокруг. Заложники запаниковали. Одни побежали, другие забились под столы, третьи просто остолбенели, вытаращив глаза на море крови.

— Ох, — расстроенно вздохнул единственный оставшийся в живых фанатик, тот, кто разговаривал с Владетелем. Кровавая баня его словно не впечатлила. — Жаль, я надеялся, что гораздо больше людей предстанет перед Светом.

Отбросив детонатор, мужчина достал из-за пояса пистолет.

— Это не причинит мне вреда.

— Я знаю. Она не для вас, — подтвердил фанатик и, приставив оружие к виску, выстрелил. Теон мог бы ему помешать, но не стал. С теми, кто с такой легкостью расстается с жизнью ради своих идеалов, нет смысла разговаривать. Проще устранить, прежде чем тем представится шанс взорвать еще пару небоскребов.

— Ненавижу фанатиков, — поморщился Теон, оглядывая помещение. Он мог бы сработать чисто, к примеру устроить этим людям кровоизлияние в мозг, но каждый раз действовал слишком грубо. Старые привычки дают о себе знать. В прошлом, будучи Владетелем, ему чаще всего приходилось действовать именно так. Нужно было вселять во врагов страх. Сейчас мир стал другим, его старые методы в будущем могут причинить больше вреда, чем пользы.

Со смертью последнего фанатика заложников больше ничто не удерживало. Один за другим они покидали этаж, пока ни осталось никого.

Вздохнув, Теон собрался отправиться вниз, сообщить легистам о том, что с террористами покончено, и ни один из заложников не пострадал, но заметил фигуру, стоящую на четвереньках и словно копошащуюся руками в луже крови.

— Что ты д…? — Теон осекся, рассмотрев к кому именно он обращается. Призрак.

Теон осекся, рассмотрев фигуру. Еще один призрак, Джор дор-Рунтоп. Человек, которого так хотела прикончить Лифэтта.

Подняв глаза, он улыбнулся Теону кровавой улыбкой и продолжил выводить в кровавой луже символ Истинного Пламени, что-то беззвучно бормоча себе под нос.

Теон отступил и прикрыл глаза, пытаясь прогнать видение, но призрак в ответ лишь бросил на него ещё один взгляд и зловеще ухмыльнулся, словно говоря «никуда я не денусь».

Внезапно стекло позади разлетелось вдребезги. Повернув голову, Теон увидел пепельноволосую Ингрем с мечом в руках. Её окутывала такая плотная энергия Иного, что становилась почти осязаемой.

— Это… ты сделал? — фурия удивленно таращилась на останки фанатиков.

— А ты имеешь что-то против?

— Чудовище… — зарычала она, и энергия хлынула во все стороны. В прошлый раз Ингрем сдерживалась, но в этот раз не собиралась. Теон, увидев эту решимость, лишь снисходительно улыбнулся.

На долю секунды Игнрем исчезла из поля зрения. Это была не телепортация, просто она двигалась слишком быстро. Когда фурия возникла рядом, её клинок застыл в паре сантиметров от горла Владетеля. На лице девушки вначале возникло недоумение, а затем страх.

— Это не так уж просто, как ты думаешь, — усмехнулся Теон, отводя пальцем клинок от своего горла.

— Что?.. — прошептала Ингрем, не в силах пошевелиться.

Обычно Теон не мог влиять своей силой непосредственно на фурий, но лишь пока в его руках не было меча. Рэман-дал-Тор меняет правила, превращает энергию Иного в Свет, и теперь единственные, кто может противиться его телекинезу, это Старые Боги.

Ингрем сопротивлялась. Теон ощущал, как она раз за разом пыталась вырваться, но это было бесполезно. Разница в силах слишком большая.

— У меня к тебе есть несколько вопросов, Ингрем. И раз уж мы с тобой оказались только вдвоем, в такой интимной обстановке, я бы очень хотел получить на них ответы.

Теон не сдержался и коснулся щеки фурии. От этого жеста её и без того яростный взгляд вспыхнул ещё сильнее. Она даже смогла сдвинуть клинок на пару миллиметров, но это ничего не изменило.

— Ты сильная. Даже очень, хотя и не сильнее меня. А теперь скажи, кто тебя трахает?

В глазах девушки мелькнуло изумление, а затем ещё большая ярость.

— Пошел ты… — прошипела она.

— Думаешь, я не почувствовал твой дар? Такую силу можно получить только от союза с Ткачом-мужчиной. Но вот незадача, — Теон перестал касаться щеки и железной хваткой ухватил фурию за горло. — Говорят, что сейчас я единственный мужчина-Ткач, и я не помню, чтобы делил с тобой постель. Тогда кто? Кто этот человек? Я хочу это знать!

— Отлижи! — Ингрем плюнула ему в лицо, но слюна повисла в воздухе, не достигнув цели. В следующий миг она застонала от боли. Невидимыми тисками Теон сжимал её череп.

— Отвечай. Пока я не… — внезапно за окном появился флаер. Парящее летательное средство зависло на уровне этажа. Судя по логотипу на двери, это подоспела пресса. Сразу несколько дронов кружили вокруг флаера, снимая все вокруг. — Тц…

Покачав головой, Теон отпустил женщину, чуть отступил, а затем с помощью силы развернул её в сторону флаера.

— Улыбнись. Надеюсь, снимки получатся красивыми, — усмехнувшись, Теон приобнял женщину, с помощью силы заставив её принять более естественную позу. — Сегодня ты спаслась, но однажды мы продолжим этот разговор.

* * *

Почему так темно?

Это первое, что пришло в голову Вестре, когда она очнулась.

Она открывала и закрывала глаза, картинка не изменялась, один сплошной непроглядный мрак. А еще спертый и наполненный пылью воздух.

Девушка попыталась подняться, но тут же почувствовала боль в левой руке.

— Ай…

— Вестра?..

— Самина? — тут же ответила молодая фурия, попытавшись высвободить руку из невидимого капкана.

— Не шевелись… — голос звучал странно, сдавленно и безумно устало.

— Что происходит?

Но Самина не ответила, вместо этого Вестра услышала стон и какой-то грохот сверху. И в этот момент Вестра осознала, что произошло.

— Подожди, я… — она зашарила рукой, пытаясь найти камеру, и это получилось далеко не сразу.

Камень… Камень… а это что?… арматура?

В конце концов рука Вестры нащупала знакомый ремешок камеры. Подтянув её к себе, фурия наощупь нашла кнопку включения и тут же поморщилась, когда зажегся экран.

Ну хотя бы со зрением все в порядке. Девушка включила вспышку, осветила окружающее пространство и охнула. Их с Саминой завалило обломками, и лишь благодаря старшей фурии они все ещё живы. В данный момент Самина удерживала на себе камни, норовящие обрушиться им на головы.

— Самина… — прошептала Вестра, удивленно смотря на фурию. Со старшей фурией что-то произошло. Её руки и плечи стали темно-серыми и словно покрылись наростами. По шее и лицу струились черные вены, а глаза словно налились кровью.

Сколько именно веса она на себе держит?

Разумеется, ответа на этот вопрос Вестра не получила, зато быстро поняла, что ситуация очень плоха. Самина долго не продержится.

— Нам надо выбираться из-под завала… — сказала Вестра больше самой себе, чем Самине.

Фурия осветила левую руку. Та оказалась зажата камнем, но при определенном старании… Вестра как можно осторожнее сгруппировалась, уперлась одной ногой в камень и что есть силы потянула руку на себя. Конечность вспыхнула болью, но уже через пару секунд молодая фурия обрела свободу. Кожа на руке ободрана, но кости целы.

Теперь я должна помочь Самине! Думай, Вестра, думай!

От ускорения в данной ситуации мало толку, а Воплощение может помочь. Вестра почти не развивала этот дар, толком не понимая, как лучше его применять. Ускорение проще и удобнее, но сейчас предстояло воспользоваться именно Воплощением.

Соберись, Вестра, ты справишься… справишься…

Девушка начала сплетать потоки, создавая довольно простую конструкцию в виде столба. Он должен был стать дополнительной опорой и помочь Самине. Но первая же попытка пошла прахом. Стоило сформировать столб и разместить его, как тот поплыл, став мягким, словно масло.

— Раскол! — не сдержалась девушка. Самина тем временем тяжело дышала и уже даже закрыла глаза, отрешившись от мира. Скорее всего, она каждую секунду тратит на концентрацию на весе.

Ещё раз!

На этот раз Вестра особое внимание уделила плотности столба. Спустя минуту камни подпирало уже несколько столбов, созданных Вестрой.

— Спасибо! — сказала Самина, все ещё тяжело дыша. Фурия ещё удерживала каменный массив, но теперь могла опустить руки, упираясь только спиной.

— Ты в порядке? Твои руки…

Самина словно только сейчас заметила изменения в собственном теле, и они её напугали.

— Я… Я в порядке…

В её голосе совсем не чувствовалось уверенности, но она решила не развивать эту тему сейчас. Что бы не происходило с телом, это может подождать.

— Самина, нам надо выбираться.

— Надо, — кивнула фурия. — Но мы не знаем, насколько большой завал. Да и… мне не по силам все это сдвинуть.

— Возможно я смогу, — немного подумав сказала Вестра. — Но это будет сложно. Мне нужно создать достаточно много сложных конструкций, и я не уверена, что мне хватит на это энергии. Воплощение отнимает очень много сил.

— Не волнуйся, ты справишься, — попыталась улыбнуться фурия. Вестре было так непривычно видеть её улыбающейся. Самина большую часть времени казалась серьезной, хмурой и задумчивой, но в такой сложный момент она нашла в себе силы улыбнуться, чтобы приободрить девушку. — Я поделюсь с тобой своей силой. У меня не такой уж большой запас, но это хоть что-то.

Вестра принялась перестраивать собственные столбы. Нужно было сделать их подвижными, на манер гидравлического пресса, и одновременно соединить перекрытиями для того, чтобы камень, потеряв стабильность, не рухнул им на головы.

— Кажется, я все… больше нет сил… — выдохнула Вестра.

— Тогда иди сюда. Я передам тебе свою, как обещала.

— Ладно… — Вестра придвинулась поближе. — И что теперь?

— А сама как думаешь? Поцелуй меня.

— П-поцеловать? — Вестра тут же налилась краской.

— Да. Не время для полноценной разрядки, так что придется обойтись так.

Невозможно просто так использовать чужую энергию. Фурии могут её проводить, как во время обряда Отсечения, но не могут использовать в даре. Для последнего нужно раскрыться партнеру, чтобы твой дар принял его, трансформировал чужую силу в свою.

— Ладно…

Сказать, что Вестра смущалась, это не передать и толики тех эмоций, что бурлили в ней. Одно дело — поцеловать Лифетту или Арвин, или даже Алетру. Они такими же юные фурии, только осваивающие свой дар, как и сама Вестра, но Самина на десять лет старше. Вестре было тяжело рассматривать настоящую полноценную фурию как партнера.

Придвинувшись чуть ближе, Вестра подалась вперед и осторожно коснулась своими губами губ девушки. Первое мгновение неловкости довольно быстро прошло. Самина умела целоваться, и Вестре в итоге оставалось лишь отвечать. И все же, когда внезапно рука старшей фурии коснулась груди, Вестра невольно вздрогнула.

— Не зажимайся, — тихо прошептала Самина. — Ты не принимаешь поток. Можешь тоже меня потрогать.

— Л-ладно… — согласилась фурия.

Самина была права. Вестра зажималась из-за ощущения неловкости. Взяв себя в руки, она тоже коснулась груди партнерши.

Новое мгновение неловкости.

Хватит! Расслабься. Если ты не расслабишься, то мы тут погибнем!

Собравшись с духом, Вестра залезла Самине под футболку. Поцелуй продолжился, но стал гораздо горячее. Скованность Вестры стала исчезать, её пальцы уже стимулировали сосок старшей фурии.

Поток энергии Иного хлынул в Вестру, и она оказалась к нему не готова. Самина говорила, что у неё оставалось немного, но это было далеко от действительности. В Самине энергии было гораздо больше, кажется, сама старшая фурия не понимала, насколько большой поток передает.

— Хватит! — Вестра отпрянула резко, может даже чересчур, чем удивила Самину. — Ещё немного, и ты повредишь мои потоки…

— Извини… Я думала, во мне гораздо меньше силы…

Меньше?! Да её уровень энергии больше, чем у Лифэтты, а та модифицированная фурия!

Произошедшее не укладывалось в голове, но размышлять об этом сейчас не было смысла. Вестра вновь коснулась Иного и вернулась к работе. Укрепить, перестроить, привести в движение…

Вестра почти опустошила себя, когда решила, что закончила. Разумеется, ей хотелось бы больше опор и конструкцию понадежнее, но на что-то полноценное сил не оставалось.

— Думаю, надо попробовать… — в итоге решила Вестра.

— Действуй, — кивнула Самина, приготовившись к тому, что все в очередной раз придется удерживать ей. Столбы дали ей немного времени передохнуть. — Я готова.

Девушка взяла упор, а Вестра, воспользовавшись даром, запустила воплощенную конструкцию. Столбы стали раздвигаться, поднимая камни.

Вестре стало безумно страшно. Все кругом грохотало, казалось, что ещё немного, и весь этот массив рухнет на них.

Сердце в груди билось как ненормальное.

Что-то сверху затрещало, а затем сумрак, который освещал лишь маленький фонарь камеры, рассеяли лучи дневного света.

— Да! Да! — воскликнула Вестра.

— Ещё чуть-чуть! — Самина тоже напряглась, но щель больше не становилась.

— Не выходит…

Самина, все ещё пытаясь держать на себе камни, постаралась переместиться поближе к щели.

— Я попробую расширить!

Вестра видела, как той было сложно, но ничего не могла сделать. Юной фурии просто не хватало физических сил, чтобы расширить проход.

— Лезь! — внезапно крикнула Самина. Одна из опор, созданных фурией, внезапно исчезла, а вместе с ней завал начал обрушаться.

— Но..

— Лезь!

Стиснув зубы, Вестра полезла в дыру. Это оказалось не так уж и сложно с её миниатюрной комплекцией. Оказавшись на улице, девушка тут же развернулась к дыре, протянув руку.

— Самина!

Зарычав, старшая фурия тоже попыталась выбраться, но наружу смогла пролезть только правая рука и голова.

— Сраные сиськи! — не сдержалась Самина, пытаясь протолкнуть себя через узкую дыру.

Вестра бросилась на выручку и всеми силами пыталась помочь.

— Пожалуйста! На помощь! — закричала она, призывая хоть кого-нибудь, но вокруг царила неразбериха. Сотни, если не тысячи людей оказались под обломками. Спасатели только пребывали на место.

А затем совершенно внезапно Самина смогла пролезть, буквально за несколько секунд до того, как исчезло ещё несколько опор, и завал рухнул вниз.

— Самина! Самина! Ты в порядке?!

— Я… — девушка пребывала в легком шоке. Да и Вестра тоже. В данный момент вся левая половина тела старшей фурии словно «съехала». Плечо переместилось на уровень живота, но Самину в тот момент, кажется, это особо не волновало.

— Что с тобой?..

— Не знаю… — Самина взялась за свое плечо и потянула его вверх, возвращая руку на место. — Я понятия не имею, что со мной…

— Но… Главное, что мы живы, — теперь уже пришло время Вестры приободрять.

— Да… Живы.

— Ой…

— Что?

— Кажется… я оставила свою камеру… там, — девушка указала на завал.

Самина удивленно посмотрела на юную фурию, а затем весело расхохоталась, заставив Вестру ещё раз смутиться.

— Я куплю тебе новую. А сейчас нам пора уходить.

Покинуть оцепление спасателей было не так уж и просто, но девушки справились. Самина не хотела попадать в поле зрения легистов. Пройдя через несколько переулков, они вышли к припаркованной машине, где их уже ждал Кригер.

— Выглядите так, словно на вас рухнул дом, — сказал он им.

— Ха-ха, очень смешно, — фыркнула Самина, бросив на него сердитый взгляд. — Залезайте в машину и сваливаем.

Фурия уже собиралась сесть за руль, как вдруг странное движение на заднем сидении привлекло её внимание. Самина инстинктивно резко отпрянула, выхватывая оружие. Вестра тоже это почувствовала, как нечто высасывает остатки сил.

— Хватит, — рыкнул Кригер на существо в машине, и все резко прекратилось.

— Какого хрена?! Это что… Оп… Опустошитель у меня в машине?

— Да. Не волнуйтесь, он вас не тронет.

Самина от услышанного едва нервно не рассмеялась. Вестра во все глаза таращилась на монстра, который свернулся калачиком на сиденье.

— Откуда тут взялся Опустошитель?!

— Отбил его у Детей Света, — ответил Кригер так равнодушно, будто занимается приручением монстров каждый день.

— Детей Света? Что?..

— Это может подождать. Легистов становится все больше, а с моей рожей пройти через оцепление будет гораздо сложнее. Нужно ехать.

— Раскол! Ладно…

— Э-э-э…А можно вопрос? — наконец отошла от шока Вестра.

— М?

— Впереди два места, а сзади сидит Опустошитель… Получается… Кому-то из нас придется ехать вместе с ним?

И Вестра уже прекрасно знала, кому именно…

* * *

Ингрем всю трясло, отчасти от возмущения, отчасти от перенапряжения. Сиобан был прав… Он силен. Невообразимо силен. Ингрем так привыкла быть сильнейшей, так привыкла, что никто из фурий не способен противопоставить ей хоть что-то в прямом столкновении, что встреча с Владетелем шокировала. И ужасала. Тяжело было вообразить, что кто-то способен обладать ТАКОЙ силой.

Теон ушел, оставив её одну, и как бы Ингрем не хотелось это признавать, но девушка испытала облегчение с его уходом.

— Сиобан был прав… — повторила она сама себе и уже собиралась уйти, как вдруг её взгляд за что-то зацепился. Сделав несколько шагов в сторону замеченного, Ингрем увидела символ Истинного Пламени, выведенный в луже крови. Не слишком ровный, но она видела его слишком много раз, чтобы ошибиться. — Психи. Кому понадобилось такое делать?

Этот символ был словно послание. Вопрос лишь, для кого?

Глава 9. Ушки

Тристи вошла в свой кабинет и потянулась. Сняв с лица черную вуаль, она отбросила её в дальний угол, после чего присела на один из диванов. Собрание прошло немного не так, как она предполагала, но в рамках допустимого.

Эти глупые курицы понятия не имеют, с кем разговаривают. Она с самого начала не одобрила идею того, чтобы прилюдно обвинить Владетеля в преступлениях и попытаться судить. В тот момент, когда мужчина явился с мечом в руках, ей мгновенно стало ясно: ничего не выйдет. И Теон Альдрим это доказал.

Но оставался вопрос, что делать дальше? Сейчас он отступил, удовлетворившись обещаниями и небольшими уступками, но что потребует потом? С ним нельзя действовать слишком прямо, грубой силой его не победить.

Размышления Тристи прервала внезапно раскрывшаяся дверь, в которую влетела Таммит дор-Рунтоп.

Только этой дуры тут не хватало, — поморщилась Тристи при виде женщины. — Она и так натворила дел. И натворит ещё больше, если её не остановить.

— Какого хрена, Тристи?! Что это, сука, только что было?! Ты должна была…

— Заткнись.

И Таммит заткнулась, правда всего на несколько секунд.

— Я не заткнусь! Ты должна…

— Ничего я тебе не должна, Таммит. Ты сама себе вырыла могилу. Про твоего сынка давно ходили слухи, тебе не стоило так попустительски к ним относиться, и вот результат. Радуйся, что он не прикончил тебя прямо там, в зале.

Таммит побледнела и отшатнулась словно от пощечины.

— Ты же не собираешься все свалить на меня?.. — в глазах женщины блеснуло осознание ситуации. — Я не собираюсь становиться крайней!

— Как будто у тебя есть выбор, Таммит, — Тристи утомлял этот разговор. Раз Теон требовал провести расследование, значит кто-то должен стать крайним. — Ты сама дала рычаг давления Владетелю прямо в руки. Хорошо хоть, что в украденных данных есть далеко не всё.

— Я не дам сделать из себя крайнюю, Тристи!

Тристи вздохнула. Разговор с каждой секундой утомлял все сильнее.

— А тебя никто не будет спрашивать. Веди себя как примерная девочка, прими наказание. Тебя скорее всего сделают Тусклой, но в память о былых временах не отправят в ссылку. Проведешь остаток дней в собственной постели.

От услышанного Таммит вздрогнула.

— Или беги. Бери, что сможешь, и покинь Риндерон. В Немланде хватает мест, где не выдают беглецов.

— Бежать, поджав хвост?! После всего?! Я Таммит дор-Рунтоп! Старший Архонт! Я не собираюсь бросать все, что строила долгие годы! Нет, Тристи, я не побегу! Ты поможешь мне все уладить, иначе я потащу тебя за собой! Ты замешана в этом не меньше меня, и да выжжет меня огонь Таргарона, если я… кха…

Крупная мужская рука внезапно зажала женщине рот, а секундой спустя в горло вонзился костяной кинжал. В глазах Таммит мелькнул ужас, но что-либо сделать она уже не могла. Кренталевые вставки на перчатке мужчины не позволили фурии использовать силу.

Тристи наблюдала за этим без особого интереса, с холодным равнодушием, которое сменилось раздражением, когда кровь замарала пол.

Наконец убийца отпустил свою жертву, и обливающаяся кровью фурия рухнула на пол, содрогаясь в конвульсиях. Она пыталась остановить кровотечение, зажимая рану, одновременно безмолвно моля Тристи о помощи.

— Не стоило угрожать мне, Таммит.

Тристи перевела взгляд на невзрачного мужчину лет тридцати с самой заурядной внешностью. Бездушные практически все такие, вместе с «душой» из них уходит и «индивидуальность», если можно так это назвать. Лицо сглаживается, лишаясь отличительных черт, их всех можно принять за братьев и сестер.

— Найди кого-то с даром Восстановления. Нужно избавиться от раны и сделать так, чтобы все выглядело как самоубийство, — приказала фурия.

Бездушный покорно кивнул и занялся упаковкой тела для транспортировки, а Тристи тем временем уже мысленно составляла список тех, кого ещё нужно убить, чтобы зачистить хвосты.

* * *

Сложно представить, но с момента, когда Теон предстал перед Арбитражем, прошло уже больше недели. Для Самины это были тяжелые дни. Она и представить не могла, сколько работы ляжет на плечи помощницы Теона сразу после того, как была достигнута договоренность.

Совместным с Генриэттой решением стало превращение Школы в штаб Домена Власти. Пока временный, но как говорится «нет ничего более постоянного, чем временное», поэтому обустройством штаба занялись основательно.

В первую очередь было решено разблокировать законсервированные помещения, расположенные на более глубоких уровнях. Дожидаться, когда прибудет соответствующий специалист с ключами доступа, никто не стал, Кригер просто уничтожил дверь, а затем совместными усилиями после нескольких не вполне удачных попыток в комнатах восстановили энергосеть. Не все функционировало должным образом, но по крайней мере теперь места стало гораздо больше.

Но этого Теону, показалось мало.

— Нижние этажи для доверенных людей, — сказал Теон, раздавая указания перед тем, как отправиться отдыхать. — Так что нам нужно расшириться и снаружи.

Вначале Самина не понимала, что это значит, пока Кригер не переместил окружающие Школу стены, расширив внутренний двор раз эдак в пять-шесть. Сами же стены стали выше, превратив бывшую Школу в чуть ли не крепость. Затем Кригер приступил к возведению зданий.

Самина наблюдала за этим со стороны, но и без этого проблем у девушки хватало. И первая — сам Домен Власти. После того, как Теон продемонстрировал себя Арбитражу, он на несколько дней выбыл из строя, находясь в полубессознательном состоянии. В итоге все решения относительно Домена пришлось брать на себя фурии, и к такой ответственности она не была готова.

Нужно было отправляться на первую встречу с Арбитражем. Теон помочь не может, а Кригер занят возведением нового штаба. Идти одной Самине не хотелось, поэтому она решила взять с собой Руннэт. Кригер был категорически против, но Самина убедила его, что одной ей не справиться.

— Послушай, — начала Самина разговор, пока они ехали в Арбитраж. — Может, ты будешь говорить от его имени? В смысле… Я понимаю, что Теон назначил главной меня, но я же ничего в этом не понимаю. Я легист, а не политик. И…

— В этом нет смысла, Самина, — Руннэт даже на посмотрела на фурию. Взгляд бывшей Королевы Шипов смотрел куда-то в пустоту. — Я не могу взять на себя твою работу, даже если захочу.

— Я и не прошу. Просто…

— Самина, — Руннэт посмотрела фурии прямо в глаза. — Я могу дать тебе несколько советов, но не более, просто прими это. Я с вами ненадолго, и даже если сегодня я возьму на себя роль доверенного лица Теона, то лишь наврежу этим и ему, и тебе. Я буду бороться с Отсечением столько, сколько смогу, но в итоге оно все-равно меня заберет. К тому времени ты должна быть готова обходиться без моих советов.

— Значит, чтобы научить плавать, хочешь бросить меня в пруд с пираньями… — Самина поняла, о чем идет речь. Руннэт на это лишь улыбнулась краешками губ.

— Теон доверил это тебе, веря, что ты справишься. А значит ты справишься.

— Мне бы вашу уверенность… Я вообще не знаю, что делать, когда мы окажемся там.

— Будь твердой и гибкой одновременно. Требуй много, внушай непоколебимую уверенность, но одновременно будь готова идти на уступки.

— Звучит просто…

— Звучит — да. Но на деле едва ли это просто. Ничего, ты научишься.

Самина кивнула, чувствуя легкую досаду. В душе она знала, что все так обернется, но неуверенность в собственных силах мешала ей. Одно дело — работа в Зеленом Этаже, а другое — представлять целый Домен, не имея в этом ни малейшего опыта.

— Можно личный вопрос? — поинтересовалась Руннэт.

— Конечно.

— Ты любишь Теона?

Самина от такого неожиданного вопроса едва не подпрыгнула.

— Я не знаю, — после недолгого раздумья ответила она. — Я не привыкла разбрасываться такими словами. Я чувствую к нему что-то, но не уверена, что это именно любовь. Он такой самодовольный, самовлюбленный и эгоистичный… Порой мне хочется врезать ему от души. А ещё он такой печальный. В нем словно постоянно кипит борьба.

— Он не всегда был таким. Когда мы впервые встретились, Теон был другим. Молодым, горячим и решительным. Он странствовал по миру, ища неприятностей, пока однажды не оказался в Бонхарде, — на губах Руннэт играла грустная улыбка. — Случайная встреча двух Ткачей, которая переросла в страсть, а дальше — во что-то большее… Встреча, изменившая мир. Лучше бы её не было..

Последние слова женщины удивили Самину.

— Самина, я хочу сказать, что нынешнему Теону нужен кто-то рядом. Кто-то, кто его поддержит и не даст потерять себя. Сейчас он нашел равновесие, но вряд ли это продлится долго. Очень надеюсь, что, когда это случится, тебе не придется столкнуться с выбором, который оказался передо мной.

Это был странный разговор, но особенно пробрали последние слова Руннэт.

— Позаботьтесь о нем, когда меня не станет.

И это был самый запоминающийся момент того дня.

Встреча с Арбитражем прошла на удивление рутинно. Несмотря на ожидание, никто из Старших Архонтов не соизволил снизойти до встречи с посланниками, хотя Самине пришлось пообщаться с парочкой простых Архонтов. Проблема, которая волновала фурию больше всего, а именно помилование, решилась практически сразу. Ей просто дали бланк, куда нужно было внести имена, после чего в течении нескольких дней все указанные люди получат прощение преступлений.

Пришлось повозиться с оформлениями бумаг на перевод статуса Школы под новую штабквартиру. Большую часть дня Самина занималась именно этим, а Архонты ясно дали понять, что вопрос о полноценном регламенте, где будет прописана работа нового Домена и его интеграция в правление, будет поднят ещё не скоро.

По итогу третьего дня Домен Власти уже был оформлен официально, правда вовсе не так, как предполагал Теон. На данном этапе он носил формат частной компании с чуть более широкими правами, например возможностью иметь собственную армию, доступ к датчикам искажения Иного, помогающим обнаружить прорывы и появление Опустошителей, и некоторым другим вещам.

Но дольше всего Самина обивала пороги отдела финансов Домена Разума. С кем бы она не встречалась, там лишь разводили руками и открещивались от финансового опроса. Кто-то говорил, что финансирование новый домен в лучшем случае получит через два квартала, поскольку на эти план уже готов и утвержден. Другие лишь разводили руками, говоря что-то вроде «вы же записаны как частная компания», а такие не финансируются из государственного бюджета.

— Хватит! — в какой-то момент психанула Самина. — Пусть Теон сам с ними разбирается. Не могу больше… За каждый кредит готовы биться.

— А ты как хотела? — Руннэт сопровождала Самину все эти дни. — Мы выскочки, которые пытаются отхватить кусок уже давно поделенного пирога. Разумеется, они не хотят делиться. Но ничего, со временем поймут, что выбора нет, а пока просто не принимай это близко к сердцу. Или возьми с собой Кригера.

И тем не менее, если не считать финансовых проблем нового Домена, на бумагах он уже был вполне оформленным и готовым к работе.

* * *

Приняв душ, Самина вышла из ванной и улыбнулась нежащейся в постели молодой фурии. Вестра тут же подтянула повыше тонкую простынку, прикрывая грудь. Эта её неловкость и смущение казались Самине очень милыми.

После того, как были разблокированы нижние уровни Школы, у Самины появилась собственная комната. Больше не приходилось размышлять, где спать сегодня. С Генриэттой они по-прежнему находились в натянутых отношениях. Самина ждала, что Генри извинится за наставленный пистолет, но та не сожалела, так что большую часть ночей Самина проводила одна. Теон понемногу приходил в себя, а Арвин с Лифэттой ему с этим помогали, и именно по этой причине Вестра и пришла к Самине накануне. Молодой фурии нужна была разрядка, а Арвин с Лифэттой полностью себя опустошают. Алетра же покинула Школу ещё пару дней назад.

— Долго ещё собираешься валяться? — усмехнулась Самина.

— Пока не надоест, — с довольным видом заявила Вестра. — Хотя я бы не отказалась перекусить.

— Завтрака в постель можешь не ждать.

— Нет в тебе никакой романтики, Самина, — покачала головой Вестра. — А я вот хочу, чтобы мой муж приносил мне завтрак в постель.

— Прям муж?

— Угу. Я хочу нормальную семью, когда стану полноценной фурией. Любящего и трудолюбивого мужа, красивых и здоровых детей. Мальчика и девочку.

— Порой это не так просто, как кажется, — вздохнула Самина, вспоминая свои не самые удачные отношения. Вестра ещё не понимала, насколько сложно приходится фуриям в отношениях с мужчинами. — Но думаю, у тебя все получится.

Вестра улыбнулась.

— И все же… мне будет не хватать таких разрядок.

— Можешь обсудить это с будущим мужем, — пожала плечами Самина, начав собираться. — Сейчас все популярнее становится тип семьи из двух фурий и одного мужчины. Все-таки разрядка для нас — не просто секс. Каким бы хорошим мужчина не был в постели, он не способен дарить единение душ.

— Да… — вздохнула Вестра, а затем поспешила сменить тему. — Послушай, ты же так ни с кем и не говорила по поводу дара?

— Нет. Со мной все нормально, а остальное может подождать.

— Не хочешь ходить по специалистам? — поняла Вестра.

— Я регенератор. Врачи и я существуем в разных вселенных.

— Так может в этом-то и дело?

— В том, что врачи из иной вселенной?

— Нет. В том, что ты не регенератор.

— Вестра, — Самина снисходительно улыбнулась. — Я могу отрезать себе палец, и он отрастет за день. Ты правда думаешь, что…

— Я не об этом. В смысле… — Вестра приподнялась, заняв вертикальное положение. — Смотри. Лифэтта мне говорила, что стала гораздо сильнее после разрядок с Теоном. Арвин тоже заметила, что у неё стало гораздо больше внутренней энергии. Что, если твой дар тоже развивается?

— Развивается, — задумалась Самина. Это многое объясняло. — Но во что?

— Думаю, это что-то вроде морфизма. Регенерация была первым этапом. Ты могла ускоренно восстанавливать свое тело, а на следующем этапе сможешь его менять.

— Знать бы ещё как.

— Ну не знаю. Помнишь свои чувства во время прошлых изменений?

— Когда на нас рухнул дом? Нет… точнее… все как в тумане. Я действовала на автомате.

— А когда пыталась пролезть через дыру?

На этот раз Самина задумалась уже гораздо сильнее. Что ею двигало? Страх, борьба…

— Думаю, я просто хотела, чтобы мне ничего не мешало. Хотела пролезть в эту дыру.

— Попробуй что-нибудь изменить.

— Например?

— Ну… Попробуй сделать кошачьи ушки.

— Вестра…

— Ну попробуй…

Закатив глаза, Самина сокрушенно вздохнула и попыталась выполнить просьбу.

Ну и как именно я должна это сделать?

Первые пару минут ничего не происходило, да и «подбадривания» Вестры больше раздражали, чем помогали, но затем Самина попыталась подойти к этой проблеме чуть более осмысленно. Вначале она вспомнила, как именно выглядят кошачьи ушки, их шерсть, форму, плотность. Попыталась представить, как бы они выглядели на голове.

— Ох!.. — раздался изумленный возглас Вестры.

— Что? Получилось?

Молодая фурия, мгновенно забыв о стеснении бросилась искать зеркало, и уже через минуту Самина смотрела на собственное отражение и два треугольных уха на макушке.

— А… М-можно мне потрогать? Они такие… такие…

— Потрогай.

— Ну как? Тебе приятно? — поинтересовалась Вестра, касаясь кошачьих ушей.

— Ничего не чувствую.

— В смысле?

— Я только что поняла, что малость сглупила. Это не уши.

— В смысле? — не поняла молодая фурия.

— Они выглядят, как уши, но это не уши. Я их даже не чувствую, потому что там почти отсутствует нервная система. Про ушные каналы я вообще молчу.

— Э?! Раскол… Но выглядит миленько. А можешь ещё сделать хвостик? Такой пушистый и…

— Нет уж.

— Но…

— Нет.

— А ещё ты можешь сделать…

— Нет!

Самина провела по волосам руками, словно пытаясь их пригладить, и пара «ушей» исчезла.

— Ладно…

Вестра расстроилась, и Самина поняла, что ответила чересчур резко. Эти трансформации пугали старшую фурию, она не считала это предметом для веселья.

— Во время следующей разрядки я сделаю для тебя ушки и хвост.

— Правда?! — в глазах юной фурии читался детский восторг.

— Да. Но мне пора. Сегодня я должна разбираться с новобранцами.

— Так это уже сегодня?!

— Да. И я понятия не имею, что меня ждет…

* * *

Всю неделю Теон провел в постели в разной степени адекватности. Откат от использования Рэман-дал-Тора в этот раз был гораздо сильнее, чем в прошлый. Он помнил эти дни, наполненные кошмарами, урывками. Просветления случались, лишь когда появлялись девушки: Лифэтта и Арвин. Иногда вместе, иногда порознь. Они ласкали его, наполняли его своей энергией, но он не помнил, отвечал ли им.

Зато Теон помнил кошмары, которые затаскивали его в самые темные уголки сознания. Ему много раз снилось, как сотни призраков, души которых стали пищей для Черного Демона, рвут на куски его тело. И часто казалось, что это происходит на самом деле.

Теон раз за разом видел Руннэт, вонзающую кол в его сердце. Порой она при этом плакала, порой смеялась. Он видел, как Самину съедает Банрат-тан-Азур. Черный демон пережевывал её, но фурия восстанавливалась, и так раз за разом. Видел, как Риндерон сгорает до тла в золотом пламени. Как люди превращаются в пыль.

Видел Шанис, единственную ученицу Теона, погибшую из-за собственной оплошности. Кожа фурии плавилась, стекая на пол. Шанис кричала от боли, моля о помощи и проклиная своего учителя, но Теон ничего не мог сделать, чтобы ей помочь.

Казалось, что это безумие не закончится никогда, что он так и останется во власти своего разломанного разума, но в какой-то момент он открыл глаза и понял, что все закончилось.

Почти…

В кресле в дальнем конце комнаты сидел один из призраков. В отличие от прошлых, этот ничего не бормотал, а просто ковырялся ножом в собственной руке, словно пытаясь что-то оттуда достать.

— Убирайся! — зарычал Теон и в порыве гнева попытался обрушить на духа силу. Бесполезное дело, но в тот момент Владетель ещё не полностью отошел ото сна. Впрочем, у него не получилось. На его запястье висела тонкая цепочка с маленьким камушком кренталя.

Точно…

Лишь тогда Теон вспомнил, что это было его распоряжение. Его сила слишком велика, чтобы оставлять её без контроля. Снять браслет было не так уж сложно, но мужчина решил пока этого не делать.

Поднявшись с постели, Теон чуть не упал. Голова шла кругом, ноги были ватными, но после нескольких не слишком уверенных шагов мужчина ощутил, что ему становится лучше.

На столике неподалеку Теон заметил остатки еды и кружку недопитого кофе. Похоже, девушки перекусывали прямо тут, но как давно это было, Теон затруднялся ответить. В тот момент он даже толком не мог понять, сколько именно проспал. Но даже если долго, отдохнувшим он себя не чувствовал. Напротив, казалось, что он только-только вернулся с какой-нибудь зубодробительной тренировки Мастера Шу.

Мне тебя не хватает, старик…

Закинув себе в рот остатки еды, Теон тут же их запил, но это лишь распалило голод. Похоже, что не ел он очень давно. Для его тела отсутствие воды и пищи не смертельно, но это все-равно скверно влияет на физическую форму.

Но вначале Теон решил привести себя в порядок и пошатывающейся походкой направился в душ. Спустя десять минут он чувствовал себя уже гораздо лучше. Головокружение почти прошло. Все ещё беспокоила легкая тошнота и головная боль, но это пройдет. Главное — он вернул себе ясность мысли.

Как раз, когда мужчина закончил с душем, в комнату вошла Арвин.

— Тео! Ты проснулся! — девушка тут же полезла обниматься, и Теону пришлось отбиваться от нападок. К счастью, слишком сильно она не наседала, заметив, что мужчина все ещё чувствует себя скверно.

Пока Теон одевался, Арвин коротко ввела его в курс дела, рассказывая о стройке, которую устроил Кригер по его поручению.

— Собери всех, — поручил он девушке, а сам отправился в столовую. Спустя час Теон уже был в своем новом кабинете, находившемся в одном из построенных Кригером зданий. Просторный, занимавший добрую половину этажа, с собственной широкой террасой и панорамными окнами. Даже мебель присутствовала, очень простая, также сделанная Кригером, но ничто не мешало в будущем привести тут все в надлежащий вид.

— Надеюсь, что это тебя устроит. Это место слишком просто для Владетеля, но как временный вариант должно сгодиться.

— Да, спасибо, — кивнул Теон, обходя новые владения. Один за другим в комнату подтягивались обитатели Школы, вернее Домена Власти. Когда все были в сборе, Теон ещё раз выслушал все, что произошло в его отсутствие, но уже из уст Самины.

— Как-то так, — закончила она свой отчет.

— Ты молодец. Я и не ожидал, что Арбитраж примет новый домен с распростертыми объятиями, но они по крайней мере не вставляют нам палки в колеса.

— Отсутствие финансирования — это очень существенно, — не согласилась Самина. — Я сегодня все утро встречалась с рекрутами, но им же надо чем-то платить.

— Мы могли бы открыть собственную строительную фирму, — ухмыльнулась Арвин. — Кригер и партнеры!

Самина хотела возразить, но затем задумалась.

— А это интересная мысль…

Теон бросил взгляд на Кригера, спрашивая его мнение.

— Как будет приказано, — пожал он плечами. — Я могу строить, но мой ресурс не бесконечен.

— Хорошо. Самина, попробуй раздобыть нам несколько строительных контрактов, но постарайся скрыть, кто именно строит.

— Это будет непросто, — покачала головой фурия. — За стенами даже сейчас сидит несколько десятков журналистов.

— Они ещё и дроны запускают, — поморщилась Арвин. — Я уже устала их сбивать…

Теперь Теону стало понятно, почему Арвин ходит с небольшой энергетической винтовкой.

— Журналистов игнорировать нельзя, — задумчиво сказал Теон. — О нас должны говорить, нас должны воспринимать всерьез. Чем больше у нас будет общественной поддержки, тем лучше.

— Верно, — кивнула Вестра. — Тем более учитывая слухи о связи Домена Власти и Детей Света.

— Хочешь созвать пресс-конференцию? — спросила Самина, внося это электронную записную книжку.

— Возможно…

— Может лучше интервью? — предложила Вестра. — Например, у Майли дор-Хэттсен.

— Майли дор-Хэттсен… Знакомое имя, — задумалась Самина.

— У неё крупнейшее ток-шоу в Сети. Зачем говорить с десятком журналистов, если можно поговорить с одним, донеся до общественности нашу позицию и цели.

— Мне нравится, — кивнул Теон. — Можно попробовать.

— Постараюсь договориться, — вздохнула Самина. — Не думаю, что это будет слишком сложно. К тому же… возможно, за это интервью нам заплатят. Это ведь эксклюзив и все такое…

— Ладно, с журналистами разобрались, — поставил точку Теон в этом вопросе. — Что с новобранцами?

— Я встретилась с пятью десятками из нескольких… тысяч, — поморщилась Самина. — Хорошо, что вначале я решила просматривать анкеты, а уже затем приглашать людей. По итогу в данный момент нам подходят тринадцать человек. Восемь мужчин, пять женщин, три из которых фурии. Мужчины все имеют боевой опыт: кто-то был легистом, кто-то служил в Домене Силы.

— Кто-то из них шпион, если не все, — напомнила Руннэт. — Не забывайте об этом.

— Я не дура и прекрасно об этом знаю. Людей, которых уволили из Доменов несколько дней назад, я заворачивала сразу. Минимум два месяца.

— Они могут изменить данные. Или найти рычаг давления.

— По такой логике любой может быть шпионом. Даже ты, — фыркнула Самина.

— Всегда держи это в голове.

— Хватит! — Теон хлопнул ладонью по столу. — Что с теми тремя фуриями?

— У одной сила крайне посредственна и не представляет особого интереса. Я её не вычеркнула только из-за того, что она фурия. Чем больше у нас девушек, способных касаться Иного, тем значимее мы становимся. У второй дар поинтереснее, но он больше защитный. Зато третья лекарь, правда запросы у неё такие, что мы вряд ли потянем.

— Дар лекаря редок, удивительно что к нам вообще поступило предложение от такой фурии, — заметила Генриэтта.

— Лекарь нам нужен, плевать на цену, — кивнул Теон. — Даже если она шпион, это не имеет значения. Главное, чтобы делала свою работу. Дай всем предварительное согласие. К работе приступят, как только мы получим деньги. Ещё что-то?

— Да. К нам поступило несколько приглашений от архонтов из разных богатых домов. Семнадцать, если быть точным.

Теон ухмыльнулся. Это было ожидаемо.

— И… думаю, лучше если она скажет.

— Она? — не понял Теон, но тут вперед вышла Лифэтта.

— Одно из приглашений отправила моя старшая сестра.

Глава 10. (Не)Деловая встреча

В кабинете остались Самина, Руннэт и Лифэтта, которую Теон попросил задержаться, учитывая открывшуюся информацию.

— Значит, одно из приглашений принадлежит твоей сестре, — хмыкнул мужчина, постукивая указательным пальцем по столешнице рабочего стола. — Ты с ней разговаривала?

— Последний раз это было несколько месяцев назад. Не уверена, что она знает, что мы знакомы.

— Понятно…

Семнадцать приглашений — это много, но тратить время на все из них Теон не собирался. Ему нужна политическая власть, а устраивать встречи с каждым значит показать, что Домен нуждается в людях сильнее, чем они в нем, показать свою слабость. Не Теон должен отчаянно желать и добиваться встречи, а они.

— Ты примешь её приглашение?

— Как раз раздумываю над этим. Я приму три приглашения и хочу сделать верный выбор. Что можешь рассказать о своей семье и конкретно о сестре?

Лифэтта задумалась.

— Про Нефис я мало что могу рассказать, мы не особо близки. С момента пробуждения дара её готовили стать главой дома, меня же задвинули за второй план. Мой дар пробудился гораздо позже. Что же касается семьи… Ну, мы довольно богаты. Нам принадлежит несколько крупных компаний, но я не владею информацией о доходе.

— А про политическое влияние?

— Сестра — одна из Архонтов, но это все, что мне известно.

Теон удовлетворенно кивнул и отпустил девушку, решив обговорить услышанное со своими советницами.

— Дор-Мантэс — не плохой вариант, — на Руннэт все сильнее действовало Отсечение. Из её речи пропали эмоции, голос звучал совсем безжизненно. — Из того, что мне известно, они действительно богаты, но при этом не обладают достаточно большой политической властью. Возможно, через тебя они хотят это компенсировать. А мы в свою очередь можем получить ещё один канал для финансирования. Но я бы тебе посоветовала встретиться с родом дор-Уеймрид.

— Почему?

— Они старейшие, имеют большое количество связей, но есть еще один интересный факт: Дор-Уеймрид ведет свое начало от Шейна.

— Ты говорила, что не знаешь, где сейчас остальные, — напомнил Теон, едва сдерживая нахлынувшую злость. Шейн будет умирать долго. За мастера Шу.

— Я и не знаю. Шейн ещё две сотни лет назад покинул род и отправился в Немланд. После того, как ты во всеуслышание объявил о своем возвращении, вполне возможно, что он решит использовать влияние родственников для спасения собственной шкуры. Или для слежки за тобой. В любом случае дор-Уеймрид — лучшая зацепка для поиска Шейна.

Значит, второй выбор тоже очевиден.

— Нужно ответить на ещё одно приглашение, — вздохнула Самина.

— Есть соображения? — спросил Теон её мнения.

— Никаких. Я не знатная и мало что в этом понимаю, — пожала плечами фурия. — Есть дома, которые даже у меня на слуху, но они пока молчат.

— В таком случае отложим третье приглашение на потом. Договорись с дор-Мантэс и дор-Уеймрид, и не забудь про то ток-шоу и интервью.

— С последним лучше не затягивать, — обратилась Руннэт к Самине. — Чем быстрее мы дадим всем понять, что никак не связаны с Детьми Света, тем лучше. По Сети уже ползут нехорошие слухи, и наши враги обязательно попробуют этим воспользоваться. Ещё не хватало, чтобы Домен Власти ассоциировали с террористами.

* * *

Возвращение Алетры в материнский дом прошло довольно прохладно. Огромный особняк на окраине Риндерона пустовал, что было обычным делом, учитывая постоянные командировки жрицы Истинного Пути. Йондра не считала необходимым держать постоянную прислугу, так что дом наполнялся жизнью лишь во время отпусков, или когда матери было необходимо провести банкет.

Зачем ей вообще эти мертвые хоромы? Все равно она в них бывает раз в месяц… — подумала Алетра проходя по пустым и давящим своей величественностью коридорам.

Домоправительница, что следит за особняком в отсутствии хозяев, уже приготовила для юной фурии спальню и проинформировала, когда будет ужин.

Оказавшись в собственной комнате Алетра ощутила странный приступ ностальгии и одновременно с этим печали. Последний раз она была тут ещё до того, как открылся её дар, и едва ли воспоминания о том времени приятные. Ни друзей, ни развлечений, лишь эта пустая комната и учеба с нанятыми учителями.

Стоило двери закрыться, как Алетра рухнула на кровать и заплакала. Арвин предала её, предала дружбу, и все из-за какого-то мужчины.

Да что она в нем нашла?!

В итоге Алетра провела в постели весь день, плача в подушку, и даже проигнорировала ужин, приготовленный домоправительницей.

Следующий день начался со стука в дверь.

— Я сплю! — крикнула Алетра. — Меня не трогать.

Обычно этого хватало, чтобы служанка ушла, но в этот раз стук повторился.

— Госпожа Алетра, госпожа Йондра прибыла. Она ждет вас у себя. Сейчас.

Фурия еще некоторое время лежала, уставившись перед собой немигающим взором. Она не хотела разговаривать с матерью, но, если та зовет, нельзя не подчиниться.

— Хорошо. Я иду.

Поднявшись с постели, Алетра прошла в ванную и умылась, после чего ещё пару минут пыталась привести в порядок растрепавшиеся волосы. Открыв гардероб, фурия одела первое попавшееся на глаза платье, ставшее за последние пару лет тесным.

Йондра любит видеть дочь в платьях.

Алетра осмотрела себя в зеркале, покинула свою комнату и направилась на второй этаж, где находился кабинет матери. Подойдя к массивной деревянной двери, сделанной на заказ, девушка замерла и сделала глубокий вдох, перед тем как постучать.

— Заходи уже, — послышался раздраженный голос старшей фурии.

Кабинет матери остался точно таким, каким она его помнила. Таким же безвкусным и перегруженным вещами. Йондра всегда хотела казаться гораздо важнее, чем на самом деле, и это очень раздражало Алетру.

Войдя в кабинет, юная фурия тут же поморщилась из-за табачного дыма, который наполнял помещение. В одном из кресел сидела Таисия Мэй, партнерша Йондры, хотя мысленно Алетра эту женщину кроме как конченой сукой никак не называла.

Она была красива: длинные черные волосы, фиалковые глаза, точеная фигура и налитая грудь. Но это была лишь обертка, под которой лишь гниль и ненависть к окружающим. Именно с появлением этой женщины отношения между Алетрой и матерью испортились.

— Ты не торопилась, — голос Йондры был холоден.

— Прости, — сухо ответила Алетра.

Йондра окинула дочь холодным взглядом, после чего подошла и отвесила той пощечину. Алетра отшатнулась, хватаясь за пылающую огнем щеку.

— Дура! — зарычала женщина.

— Мама, я…

— Заткнись! Я только порадовалась, что моя неразумная плоть и кровь взялась за ум! Проявила сознательность, позвонив матери и сообщив, где прячется этот ублюдок Теон Альдрим, а затем берешь и херишь все одним глупым и детским поступком!

— О чем ты? Я…

— Я сказала тебе заткнуться! — новая пощечина, которую Алетра опять стерпела. Сила и ярость пылали в груди фурии, но она их сдерживала.

— Хочешь знать, что ты сделала, дура? Ты явилась сюда! Явилась, ничего не сообщив.

— Я посчитала, что не могу больше находиться в том месте, — как можно более твердо начала говорить Алетра. — Как женщина, идущая Истинным Путем, я…

Новый удар. Алетра едва сдерживалась, чтобы не заплакать.

— Как женщина, идущая Истинным Путем, ты должна в первую очередь спрашивать совета у жрицы, а уже затем рушить все, что удалось построить. Именно поэтому ты ещё глупый ребенок, Алетра. Вместо того, чтобы воспользоваться шансом, ты одним своим глупым поступком все просрала!

— Спокойнее, Йонди, — мягко заговорила вторая фурия, подходя к жрице. Она нежно приобняла её за плечи, успокаивая. — Она наломала дров, но все ещё можно уладить.

— Да… Да… Слушай сюда, девочка. Завтра утром ты вернешься обратно в этот омерзительный Домен Власти.

— Но…

— Заткнись и слушай! Ты вернешься туда и будешь прилагать все силы, чтобы оказаться там полезной. Если для возвращения потребуется отсосать его грязный член, ты это сделаешь.

Алетра в ужасе отшатнулась.

Мама, да что ты такое, во имя Света, говоришь?!

— Мне нужен свой человек там. Ты будешь шпионить и докладывать о каждом шаге этого мужчины. О каждой мелочи. Это тебе ясно?

— Д-да…

— Замечательно.

— Йонди… — томно произнесла её партнерша. — В девочке стало слишком много спеси, как я погляжу. Она теряет уважение к старшим. Её нужно хорошенько наказать…

Услышав это, Алетра попятилась, а грудь сдавило судорогой.

— Хорошо. Делай, но не слишком сильно. Завтра она должна ходить на своих двоих.

— Разумеется, — все тем же тоном ответила Таисия, облизнув губы. — Я буду… очень аккуратной.

* * *

За час до назначенного времени на территории Домена Власти приземлился флаер, принадлежащий семье дор-Мантэс.

— Не хочешь пойти со мной? — спросил Теон у провожающей его Лифэтты. Изначально на переговоры с Нефис он собирался отправиться в одиночку, но в итоге подумал, что появление младшей сестры может все упростить.

— Я там буду лишней, — девушка слегка потупила взгляд, что на неё было не очень похоже.

— Как хочешь, — не стал настаивать Теон, направившись к флаеру.

Флаеры всем своим видом демонстрируют элитность. Это дорогой летающий транспорт, внутри которого все сделано для комфорта: удобные сиденья, небольшой бар, доступ в Сеть. Даже кабина водителя отделена, чтобы не смущать уважаемых пассажиров.

Теону, впрочем, до этой роскоши не было никакого дела. Он направился к флаеру, где водитель услужливо открыл ему дверь, и транспорт неторопливо взмыл в ночное небо.

Спустя примерно полчаса он приземлился на крыше какого-то здания, там Теона уже ждали несколько слуг. Поклонившись, они провели Теона к лифту, который спустил мужчину на несколько этажей вниз. Это оказались вовсе не апартаменты Нефис дор-Мантэс, если она, конечно, не живет в дорогом и элитном ресторане. Одного беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что заведение не из дешевых. И оно пустовало.

Лишь один из столиков был накрыт, и за ним сидела серебряноволосая женщина в черном платье с броским вырезом до середины живота.

— Неужели вы сняли целый ресторан для одного только меня, мисс дор-Мантэс? Не слишком ли много чести для моей персоны?

Фурия улыбнулась краешками губ, взглянув на Теона, и жестом пригласила его присесть. Внешне они с Лифэттой очень похожи, разве что красота Нефис более зрелая. Не девочки, но женщины. И судя по взгляду, она знает себе цену.

— Просто Нефис, не люблю формальности. И нет, я не снимала целый ресторан, просто закрыла его на этот вечер. Он принадлежит моей семье.

Теон ответил ей аналогичной вежливой улыбкой, занимая место напротив.

— Раз сегодня вечер без формальностей, то меня тоже можешь звать просто Теон.

— Идет. Но перед тем, как мы перейдем непосредственно к делам, ты же понимаешь, что я должна убедиться, что ты…

Фурия ещё не закончила, а бутылка вина уже поднялась в воздух и наполнила оба бокала.

— Удовлетворена?

— Более чем, — кинула Нефис, забирая наполненный бокал. — Вынуждена просить прощения за подобное, но порой необходимо увидеть это своими глазами.

— Ты же вроде Архонт. Тебя не было на собрании Арбитража?

— Была, но… Мы живем в таком мире, что все нужно проверять самой. В том помещении была сотня фурий, достаточно усилий всего нескольких из них, чтобы устроить инсценировку. Это мог быть спектакль, который разыграли Старшие Архонты. Вплоть до момента, пока эта бутылка не поднялась в воздух, я всерьез думала, что все это какая-то игра.

— Полагаю, многие так думают, — Теон пригубил бокал и невольно улыбнулся. Хорошее, явно старое.

— Значит, вся эта затея с Доменом Власти — не попытка устроить передел влияния внутри Доменов?

— У Домена Власти одна цель — сражаться с врагами этого мира. Меня мало интересует Арбитраж как таковой и их подковерные игры.

— Вот как… — задумалась фурия, откидываясь на стуле и тоже делая глоток вина. Пара капель сорвались с губ и упали в ложбинку между пышных грудей. Теон не сомневался, что сделано это было специально. — Признаться, учитывая домыслы, я была уверена, что Домен Власти проигнорирует мое приглашение или пошлет пешку для визита вежливости, но учитывая открывшиеся обстоятельства… Почему я? Полагаю, что не только я отправила вам приглашение на встречу, но ни один из моих информаторов не сообщал о том, что вы с кем-то встречались.

— Лифэтта, — не стал скрывать Теон. — Она посчитала, что нам стоит встретиться.

Лишь на мгновение Нефис сбросила маску, продемонстрировав удивление, но уже через мгновение вернула облик уверенной женщины.

— Неожиданно. Значит, вы знакомы?

— Она уже стала частью Домена Власти, — это не было секретом, да и информация о всех членах нового Домена так или иначе будет доступна для всех заинтересованных.

— Какая умница. А я-то всегда считала её слишком глупой для такого.

— Глупой?

— Я немного не так выразилась. Я люблю Лифэтту, все-таки мы родня, но она слишком прямолинейная и упрямая. Ей не хватает гибкости ума и широты взглядов. Но раз она смогла одной из первых стать членом четвертого Домена, то это просто замечательно. Помню, как в детстве…

Нефис рассказывала забавные случаи из детства Лифэтты, не забывая время от времени задавать Теону вопросы о его происхождении. Делала она это осторожно, неторопливо прощупывая почву, и Теон даже отвечал, вспоминая вещи, о которых, казалось, уже и сам давно забыл.

— Значит, тебе и в самом деле больше семисот лет? — подытожила фурия.

— Хорошо сохранился?

— До меня доходили слухи о фуриях, которым не одна сотня лет, но… Мне правда тяжело поверить, что ты Владетель.

— Как меня называли раньше. Значение имеет только настоящее.

— Действительно, — не стала спорить Нефис. Теон по глазам видел, что у этой женщины назрело очень много вопросов относительно него, но она успешно сдерживала свое любопытство. — Полагаю, стоит перейти к сути нашей сегодняшней встречи?

— Было бы не плохо. Компания очаровательной женщины и бокал хорошего вина — это прекрасно, но стоит сразу разобраться в наших будущих отношениях. Что ты хочешь от меня, Нефис? Только честно.

— Политического влияния, чего же ещё? Все хотят власти, а те, кто говорят обратное — лгут. Или окружающим, или, что ещё хуже, самим себе. Я уперлась в потолок своих возможностей. Вот уже два года я стараюсь стать Старшим Архонтом, но наша власть закостенела и прогнила. Выборы Архонтов проходят каждый год, Старших — раз в три года, но знаешь, сколько новых женщин заняло этот пост за последние десять лет?

— Не имею понятия.

— Две, и то потому, что Мириам дор-Лэм скончалась в своей постели два года назад, а шатл Лимин Сидар разбился во время посадки девять лет назад. Итого смена произошла только после того, как кто-то умер. А так быть не должно. Когда формировался Арбитраж, Старшие должны были сменяться каждый год, чтобы власть подолгу не оставалась в одних руках. Но сейчас уже ходят слухи о реформах, после которых смена будет происходить раз в пять лет, а простых Архонтов будут избирать раз в два года. Такими темпами пройдет ещё пара десятков лет, и Старшие вообще начнут править пожизненно.

— И ты хочешь, чтобы я снова устроил справедливые выборы?

— Нет, вовсе нет. Я не настолько наивна. Чтобы такое провернуть, придется перебить половину Арбитража, но в таком случае уж проще вернуть старую Империю Владетеля. Но этого, как я понимаю, ты делать не хочешь?

— Не вижу смысла. Скорее всего, я мог бы захватить власть, хотя вряд ли это было легко даже с моей силой. Но все это пройденный этап. Почти десять лет я строил Империю ради себя и Руннэт. Наверное, больше именно ради неё. Но смотря на мир сейчас, я прихожу к выводу, что все это было зря. Вся та пролитая кровь, все те жизни, что были отданы во имя единого мира, пошли крахом. Человечество все так же раздроблено, все так же полно ненависти друг к другу. Даже Раскол этого не изменил.

— Значит, ты больше не хочешь менять мир?

— Я больше не хочу его объединять, не хочу пытаться объять необъятное. Начну с малого. Например, с Домена Власти. Возможно, ошибка прошлого была в том, что я не заложил нормальный фундамент своей Империи.

— Пробуешь другой путь, — удовлетворенно кивнула Нефис. — Понимаю. Но возвращаясь к нашей основной теме, я хочу место Старшего Архонта. Как только новый Домен будет полноценно интегрирован, хотя я понимаю, что это будет далеко не скоро, от него будет выдвинуто три Старших Архонта, и я хочу быть одной из них.

— Значит, ты хочешь купить себе место во власти, — усмехнулся Теон. — Весьма нахально.

— Я заслуживаю этого места. Я хочу сделать эту страну лучше!

— Допустим, я соглашусь. Что я получу взамен?

— Многое. Денежное финансирование, правильное освещение прессой. Мне принадлежит одно из самых крупных информационных агенств города. Вряд ли тебя сильно радует, что Домен Власти пытаются связать с недавним терактом. Я могу это исправить. Слушок там, слушок тут, парочка правильных статей. Слухи не уйдут, но сделать их менее достоверными и заслуживающими внимания мне по силам. Плюс, у меня хорошие контакты с Немландскими анклавами, и я могу достать многое по очень вкусной скидке.

— Заманчиво говоришь. Что насчет финансов?

— Двадцать миллионов уйдет на твой счет сегодня же вечером, после чего я буду отсылать по три миллиона ежемесячно.

Двадцать и три…

— Так что скажешь, мое предложение…

— Дерьмовое, — Теон едва не рассмеялся. — Если это все, что ты можешь предложить, то я, пожалуй, пойду.

Теон начал подниматься, и только тогда Нефис поняла, что совершила крупную ошибку.

— Стой! Двести миллионов!

— Уже лучше, — Теон неторопливо вернулся за стол. — Триста.

— Это много…

— Ты сама говорила, что готова многое отдать.

— Хорошо. Триста миллионов, но не сегодня. Мне нужно по крайней мере несколько дней.

— И двадцать миллионов ежемесячно.

— Пятнадцать…

— Мне сказать двадцать пять?

— Хорошо… двадцать… — поморщилась фурия. — Но ты обещаешь мне место?

— Обещаю. Но имей в виду, я не собираюсь держать на высокой должности бесполезного человека. Ты будешь Старшим Архонтом, только если будешь приносить непосредственную пользу.

— Покупаешь меня с потрохами, да ещё и за мои же деньги… — вздохнула женщина и жестом подозвала официанта. Уже через минуту на стол подали несколько сочных стейков, отчего у Теона невольно проснулся аппетит.

Вот же женщина… А я ведь собирался сейчас уйти.

Теон набросился на мясо с нескрываемым аппетитом.

— Послушай. У меня к тебе есть ещё одно деловое предложение, помимо уже обговоренного.

— Если оно будет мне выгодно.

— Пятьсот миллионов.

— И что же я должен сделать за такие деньги?

— Зачать мне ребенка. Если родится девочка, способная касаться Иного, то я заплачу тебе пятьсот миллионов. Разумеется, при условии отказа от отцовства. Если родится мальчик с силой, я заплачу миллиард.

— Не ты ли говорила, что триста миллионов — это много?

— Много. Даже для меня пятьсот миллионов — крайне приличная сумма. Для этого придется продать часть активов, но это будет того стоить. Более того, я готова заплатить половину этих сумм, если родит Лифэтта.

Теон несколько мгновений удивленно смотрел на фурию, после чего рассмеялся.

— Возможно, тебе и смешно, а вот мне нет. Я глава семьи и должна родить наследницу. Наследницу с даром! Знаешь, как это сложно? Нужно тщательно выбрать партнера, у кого в роду была далеко не одна фурия, для увеличения шансов. Но мужчина, который сам способен касаться Иного! С тобой шансы гораздо выше, чем с кем-либо!

— Прости, но вынужден тебя разочаровать, — вздохнул Теон и вернулся к мясу. — У меня не может быть детей.

— Ты в этом уверен?

— На сто процентов.

— И все же я бы хотела попытаться. В конце концов, думаю, нам обоим не повредит хорошая разрядка для закрепления сделки.

* * *

— Нам сюда, — Нефис распахнула дверь, проводя гостя в собственную спальню. Просторная, но относительно пустая. Помимо кровати, одиноко висящей на стене картины и нескольких светлых тумбочек тут ничего особо и не было. Зато в глаза бросались широкие панорамные окна, занимавшие две стены. Вид на город тут открывался просто изумительный.

В постели лежали две обнаженные девицы и что-то увлеченно обсуждали, смотря на голографический экран, проецируемый коммуникатором одной из них. При появлении людей они тут же закончили свои дела и выбрались из кровати, представ перед пришедшими во всей красе.

Незнакомки сильно отличались друг от друга. Первая — фигуристая брюнетка с пышной грудью и широкими бедрами. В ней, судя по тону кожи, присутствовала дорнийская кровь, но не так много, как у Алетры. Вторая — миниатюрная блондинка, щуплая, с небольшой грудью и милой мордашкой. Обе девушки неотрывно таращились на мужчину как на какую-то диковинку.

Теон, окинув девушек взглядом, бросил непонимающий взгляд на Нефис, но та лишь хитро улыбнулась. Эта пикантная ситуация, видимо, доставляла ей какое-то странное удовольствие. Вальяжной походкой она прошла к девушкам и поцеловала вначале одну, затем другую. Рукам тоже нашлось дело. Глава дома дор-Мантэс без какого-либо стеснения начала ласкать грудь брюнетки, блондинка же бесцеремонно обнажила правую грудь Нефис и припала к её розовому соску губами, но при этом все равно поглядывая на Теона.

— Я вам не мешаю? — поинтересовался он, и лишь после этого женщины прекратили свои игрища.

— Извини, — рассмеялась Нефис, поворачиваясь к мужчине лицом и даже не пытаясь прикрыться. Она демонстративно провела рукой по подбородку блондинки. — Ларе нравятся подобные игры: смотреть, как мужчины и мальчики краснеют при виде подобных сцен, как твердеют их члены, как они либо стыдливо их прячут, либо надеются пустить их в ход, когда им ничего не светит.

— Злые у вас игры, дамы.

— Да брось, это просто шалости. Многие готовы заплатить, чтобы оказаться на месте этих «бедолаг».

— И много же их было?

— Нет. Может, один раз в пару месяцев. Официант, принесший заказ прямо в мои апартаменты. Посыльный с доставкой. Злоупотреблять таким слишком… глупо. Теряется весь шарм момента.

— И все же, Нефис, что происходит? Мне казалось, что мы с тобой будем вдвоем.

— А я разве что-то говорила про двоих? Я говорила про разрядку, но не про количество участников, — хмыкнула фурия, после чего решила нормально представить девушек. — Это Чейра и Лара. Они мои помощницы и партнерши.

— Могла бы и предупредить заранее. Я не слишком люблю сюрпризы.

— И не посмотреть на твою реакцию? Впрочем, ты прав. Просто мне всегда казалось, что мужчины довольно падки на такие пикантные штучки.

— Ты уже не первый раз просишь извинения за этот вечер. Постарайся, чтобы впредь такого не было.

— Разумеется, — Нефис поклонилась, вызвав легкое негодование у её партнерш, после чего сбросила с себя платье, оставшись лишь в черных чулках с подвязками. — Лара и Чейра тут лишь для поддержки.

— Будут размахивать флажками с подбадривающими криками?

Нефис хотела ответить, но за неё это сделала брюнетка.

— Нет, это должно больше тебе понравится, — она демонстративно облизнула губы и опустилась на колени, принявшись расстегивать штаны на Теоне. — Ну привет, здоровяк.

Нефис тем временем уже устроилась на кровати, широко раскинув ноги, и Лара занялась оральными ласками своей партнерши.

Теперь Теону стало понятно, что значит «поддержка». Раздельная прелюдия, чтобы затем перейти к делу. Плюс дополнительные шансы на беременность. Если забеременеет кто-то из партнерш, то Нефис может взять ребенка себе.

Хитра…

Но Теон знал, что ничего из этого не выйдет, поэтому не возражал.

Вопреки ожиданиям, Чейра знала толк в оральных ласках. В нынешних реалиях ублажать мужчину ртом для фурий считалось делом если не унизительным, то недалеко от этого. Ни одна из девушек, с которыми Теон проводил ночи, не умела делать это правильно. А вот Чейра — другое дело. Она и брала глубоко, и язык подключала, когда надо.

Но стоило Теону коснуться Иного, как Чейра ошарашенно замерла, вдыхая его силу, но уже через секунду стала отдавать свою. С этого момента её движения изменились. Отработанность движений исчезла, на смену ей пришло желание и жадность.

Нефис, наслаждаясь ласками, неотрывно смотрела на мужчину, ту и дело закусывая нижнюю губу. Она тоже ощущала распаляющую желание силу Теона.

Приподнятая попка блондинки маняще смотрела прямо на мужчину, и оставалось загадкой, было ли это так задумано или это ещё одна игра. Как бы то ни было, Теон остановил Чейру и решительным шагом направился к постели, попутно избавляясь от одежды.

— Ты будешь первой, — решил он, пристраиваясь к блондинке и кладя руки ей на бедра.

— Что?.. — хищно улыбающаяся Нефис, держа девушку за волосы, вернула её голову на прежнее место.

* * *

Теон смотрел на девушек, которые жадно впиваются губами в его член, отчаянно желающих сделать ему приятно, но не испытывал ни настоящего возбуждения, ни даже желания. Чувство, которое зарождалось внутри, было если не омерзением, то как минимум жалостью.

Нефис — гордая и знающая себе цену фурия. Учитывая присутствие «поддержки», она вовсе не собиралась отсасывать какому-то мужчине, но бурление дара смело все предрассудки. Фурии просто потеряли контроль, тоня в похоти. Это нормальное явление для Ткачей, которые только пробудили дар, но не для взрослых.

Этот мир точно сломан…

Теон уделил примерно равное внимание каждой из фурий, но они были ненасытны и желали продолжения банкета.

* * *

Последней, кто осталась на ногах, разумеется, оказалась Нефис. Две других фурии уже израсходовали свой ресурс и прямо сейчас мирно спали в обнимку, но глава дома дор-Мантэс ещё не насытилась.

Она похотливо стонала, прижимаясь грудью к панорамному окну, царапая его поверхность, а временами даже облизывая его языком.

— Да! Ещё! — кричала она.

Внезапно прозвенел звонок открытия дверей лифта, ведущего в апартаменты дор-Мантэс. Теон остановился и приготовился. Кто-то мог попробовать воспользоваться моментом и напасть, но из лифта вышел не боевой отряд фурий, а всего лишь официант из заведения Нефис.

— Чего тебе тут надо, во имя Света?! Пошел нахрен отсюда! — зарычала рассерженная фурия, но гость не шелохнулся. Нефис и не заметила, что этого щуплого юношу всего трясло.

— Я… Я… должен передать… Вас… Вас… Вас ждут… внизу… — дрожащим голосом произнес он, после чего внезапно упал на колени и закричал, разрывая на себе одежду. В следующий миг официанта охватывает золотое пламя, которое сожгло мужчину буквально за пару секунд, не оставив после себя ни тела, ни костей, лишь обугленный пол.

Только это событие заставило Нефис прийти в себя.

Внутри Теона все забурлило. Черный Демон словно лавина нахлынул на разум. Владетель направился к лифту, по ходу одеваясь.

— Стой! Что происходит?!

— Будьте здесь!

— Ну уж нет! Это мое здание, мой дом и мои лю…

— Стой тут! — зарычал Теон, и его голос, усиленный Иным, как рокот прокатился по спальне, заставив Нефис невольно отступить.

Оказавшись в лифте, Теон выбрал этаж, стараясь подавить дрожь в руках. Ярость, злость, страх… В один миг целая буря чужих эмоций обрушилась на него, и теперь Теону приходилось их сдерживать словно плотине.

Дверь лифта открылась на этаже ресторана, и у самого входа Теон заметил два выжженых участка.

Значит, погибло уже как минимум трое. Зал ресторана был пуст, лишь в дальнем углу зала тьму рассеивал тусклый золотистый огонек, парящий в воздухе. Перед окном, смотря на пробуждающийся город, стоял мужчина в костюме, сложив руки за спиной.

Стоило Теону его увидеть, как ярость скрутила его душу в тугой узел. Банрат-тан-Азур бился внутри него, желая выйти наружу.

При приближении мужчины незнакомец повернулся к нему лицом, и Теон его узнал.

Сиобан, прозванный Мудрейшим.

Один из старых богов, собственной персоной.

Глава 11. Пламя и жар

— Теон Альдрим, — голос гостя звучал мягко, словно у барда, но в нем чувствовалась и твердость. Тихий, но усиленный силой, голос резонировал, и казалось, что звучит у Теона прямо в голове. — Мы прежде не встречались, но думаю время пришло. Я…

— Я прекрасно знаю, кто ты, Сиобан Мудрейший, — Теон пытался сохранять спокойствие, насколько это было возможно в сложившейся ситуации. Каждая клеточка его тела бурлила. Ненависть к стоящему перед ним мужчине была подобна пламени, сжигающем изнутри.

Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!..

Губы мужчины растянулись в снисходительной улыбке.

— В таком случае, все будет куда проще, чем я думал.

Теон сделал несколько шагов вперед, стараясь осмотреться, не выпуская врага из поля зрения. Где один, там могут быть и остальные.

— Я один, если тебя это волнует, — от глаз Старого Бога не укрылась его реакция.

Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!..

Теон сопротивлялся этому призыву, рокотом звенящиму в его голове. Несмотря на эту безумную ненависть Банрат-тан-Азура, сам Теон понимал, что вступать в бой с Сиобаном — самоубийство. Без меча у него нет и шанса одолеть одного из Старых Богов.

— Что тебе нужно?

— Поговорить, — ответил Сиобан совершенно спокойно. Всем своим видом он демонстрировал открытость, но Теона не обмануть. — Ты почти не покидаешь свою «крепость», а мое появление там можно счесть объявлением войны. Так что я решил, что лучше нам будет увидеться на нейтральной территории. Эта более чем подходит.

— Нейтральной территории? Счесть объявлением войны? — Теон едва не рассмеялся. — А те сожженные тобой люди разве не объявление войны?

— Да брось, не делай вид, что тебе есть до них какое-либо дело. Нужно было устранить случайных свидетелей, вот и все.

Теону и впрямь не было дела до сгоревших никакого дела.

Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!..

— Могу извиниться за то, что прервал твою разрядку, если хочешь, но я хотел разобраться с этим вопросом как можно скорее, — пожал Сиобан плечами. — Первое, что я хочу тебе сказать: не думай, что мы враги.

— Разве? Я, насколько помнишь, прикончил Могдина.

— И какой ценой? Я говорю даже не о Небесном Расколе и его последствиях, а о вашей войне, которая длилась больше года. Сколько людей тогда умерло? Десятки тысяч? Сотни? — Сиобан явно хотел продолжить, сказать что-то ещё, но вздохнул и покачал головой. — Мне жаль Могдина. Он был мне братом, но есть ситуации, когда надо отпустить эту боль и ненависть и идти дальше.

— Вы боитесь меня.

— А ты боишься нас. Боишься и ненавидишь. Думаешь, я не вижу, сколько сил ты прилагаешь, чтобы сдержаться? Но я искренне надеюсь, что ты отпустишь это чувство и найдешь в себе силы двигаться дальше. Повторю, мы не враги. Нам с Владетелем нечего делить. Хочешь эту страну? Забирай! — Сиобан окинул рукой город за окном. — Мной и остальными движут иные, гораздо более высокие цели. То, что произошло между тобой и Могдином было… недопониманием. Недопониманием, которого я хочу избежать. И вот тебе мое предложение, Теон Альдрим: отступи. Забудь обо мне и остальных. А мы в свою очередь забудем о тебе. Не лезь в наши дела, а мы не будем лезть в твои. Установим нейтралитет, и в итоге каждый из нас выиграет.

— Нейтралитет? Вы ломаете этот мир! Вы отсекли от дара всех мужчин! Вы нарушили баланс, и после этого просите оставить все как есть?! Наглости тебе не занимать, Сиобан Мудрейший.

Ярость все сильнее охватывала Теона. Он все отчетливее понимал, что ещё немного, и потеряет над собой контроль. —

— Мне не ведомо, кто именно стоит за этим, но что могу сказать тебе точно: я не знаю, почему мужчины с даром больше не рождаются.

Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!..Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!.. Ложь!.. Убей!..

Этот гудящий призыв сводил Теона с ума. Вокруг него один за другим стали появляться призраки, в этот раз их было много. Десятки… Может даже сотни. Весь этаж ресторана был полон ими.

— Предатель! — зарычал Теон и не узнал собственный голос. — Ты и остальные предали его! Предали и убили! Из жадности! Вам было мало его дара. Вы хотели больше! Хотели силы! Пришел черед платить! Никакого мира! Только смерть!

— Значит, это правда… — Сиобан отступил. В его взгляде мелькнуло что-то странное, смесь понимания и… страха.

БОЙСЯ! УМРИ! БОЙСЯ! УМРИ!

— Последний Час настанет, предатель! УМРИ!

Теон окончательно потерял контроль, словно незримая сила схватила его за горло и оттащила назад в недра разума, посадив на место простого наблюдателя.

Тьма хлынула во все стороны, поглощая улыбавшихся призраков, каждый из которых показывал символ истинного пламени руками. За считанные секунды Сиобан оказался окружен тьмой, и тысячи красных глаз впились в него голодным взглядом.

Весь этот поток мрака бросился на бога, но ничего не вышло. Стоило черным рукам коснуться одежды Старого Бога, как их тут же спалило золотым пламенем, хлынувшим во все стороны.

Банрат-тан Азур кричал от боли, сгорая в пламени Света, и лишь эта агония Черного Демона, не ожидавшего встретить такой отпор, позволила Теону вернуть себе контроль.

Здание задрожало, а затем все верхние этажи взорвались, а то, что осталось, взмыло в воздух, превратившись в огромное облако из обломков. Тысячи тонн камня, бетона и металла Владетель направил в Сиобана, даже не думая, что на верхних этажах все ещё находится Нефис и две другие фурии.

Но этого было мало, чтобы победить Сиобана. Бог, вися в воздухе, поднял руки, и за его спиной появились тысячи энергетических сгустков, подобно ливню ударившим по обломкам, превращая их в пыль.

Уходить…Надо уходить!!

Но в голове звучал другой голос, все ещё повторявший: Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!.. Убей!..

Только гораздо тише. Сегодня Черный Демон оказался на грани смерти, а вместе с ним и Теон.

Но думать, стоит бежать или сражаться, не пришлось. Сияние божественного огня внезапно пропало, и Теон с удивлением обнаружил, что враг отступил.

Почему? Я был у него как на ладони…

Стоило порадоваться такому поступку врага, но это вызывало лишь ещё большую злость. Сиобан не посчитал нужным закончить дело. Не посчитал его достаточной сильной угрозой, чтобы устранить.

— Зря… — прохрипел Теон, которого внезапно скрутило судорогой.

— Ах ты ублюдок! — послышался позади рассерженный женский возглас. — Что, во имя Света, ты тут устроил?!

Теон немного повернул голову и увидел, как на остатки верхушки здания приземляется что-то вроде огромного мыльного пузыря с Нефис и её партнершами внутри.

— Ты хоть понимаешь, во сколько… — продолжила кричать фурия, а живот Теона в этот момент скрутило с новой силой, и мужчину вырвало смесью крови и чего-то густого и черного.

Новая судорога оказалась гораздо сильнее прошлой, и Теон завалился на бок, теряя контроль над собственным телом. В глазах темнело, крики Нефис удалялись, но даже так Теон видел перед собой скалящееся лицо мертвого учителя.

* * *

После атаки Владетеля Сиобан погасил пламя и поспешил скрыться. Сегодня он не собирался устраивать битву, даже если мог выйти из неё победителем. Ещё не хватало, чтобы его засняли на камеры и распространили по сети. Встреча с Теоном Альдримом прошла немного не так, как он надеялся, но одновременно с этим прояснилось одно давнее подозрение.

Ступив на балкон собственных апартаментов, Сиобан облегченно выдохнул и тут же бросил раздраженный взгляд на Зарда. Здоровяк развалился на шезлонге и потягивал пиво, смотря на вернувшегося с «переговоров» с нахальной ухмылкой.

— Судя по тому, что на мгновение день наступил раньше времени, ваш разговор прошел херово.

— Не помню, чтобы приглашал тебя в гости, — голос Сиобана звучал холодно.

— Да брось, неужели ты не рад меня видеть?

— Я думал, ты вернулся в Немланд.

— Ну уж нет, — покачал он головой. — Значит, все прошло хреново? Ты так и не ответил.

— В какой-то мере, — кивнул Сиобан. — Но теперь мне ясно, что на мирное решение проблемы рассчитывать не приходится.

— А я говорил! — воскликнул Зард, вскакивая на ноги и сминая банку с пивом в руках. — Говорил, что этого ублюдка надо прикончить! Ты же это сделал? Да?

— Он ушел, — пожал плечами Сиобан, изобразив сожаление.

— Неудачник! Ты всегда был таким! — Зард плюнул под ноги Сиобану. — Избегаешь драки, хотя мог бы превратить этого сукиного сына в радиоактивный пепел. Боишься запачкать руки, но на твое счастье, я не боюсь.

— Стой!

Зард бросил на бога хмурый взгляд.

— Ты можешь его убить, но все нужно сделать правильно, понимаешь? Не здесь и не сейчас. Я не хочу, чтобы город превратился в руины из-за того, что ты себя плохо контролируешь.

— Плевал я на город и на твое мнение, Сиобан, — фыркнул Зард и исчез. Лишь после этого на балкон осторожно вышла Ингрем в одном лишь нижнем белье и с мечом в руках.

— Ты не спишь? — вздохнул мужчина, с теплотой посмотрев на пепельноволосую фурию.

— Извини, — виновато улыбнулась она, немного расслабившись. — Но я с ним согласна. Почему ты не убил своего врага, если понимаешь, что мирный исход невозможен?

— Ингрем…

— Извини, наверное, это не мое дело, — фурия отвела взгляд и уже собиралась уйти, но мужчина обнял её и прижал к себе.

— Все в порядке, — прошептал Сиобан, обнимая такую сильную, но одновременно такую хрупкую девушку. — Зард любит действовать слишком прямолинейно, но это не всегда хорошо. Я все ещё не уверен, что смерть Теона Альдрима так необходима, как считают остальные.

— Я убью его для тебя. Если попросишь, — прошептала фурия, утыкаясь богу в грудь, словно игнорируя его слова.

— Он не твоя забота, Ингрем. Я тебе уже не раз это говорил.

Сиобану даже не нужно было видеть её лицо или читать мысли, чтобы знать, что она считает иначе.

— Пойдем в постель, ещё не хватало, чтобы ты простыла.

Девушка нехотя кивнула.

— Но ты же не будешь останавливать Зарда?

— Нет, но полагаю, что стоит ему немного помочь. По крайней мере сделать так, чтобы разрушения были не очень большими.

А для этого надо будет поговорить с Лейвой.

* * *

Алетра испытывала смешанные чувства, когда такси привезло её к зданию бывшей Школы. Теперь это временный штаб Домена Власти. За те несколько дней, что девушка отсутствовала, ничего кардинально не поменялось. Стены, выстроенные Кригером, оставались такими же высокими, у входа, как и прежде, разбили лагерь журналисты, и появление меднокожей дорнийки незамеченным не прошло.

Вопросы сыпались на Алетру дождем, и она едва сдерживалась, чтобы кому-нибудь не врезать. Впустили её далеко не сразу, а когда это случилось, то тут фурию ждал новый сюрприз. Впустил её мужчина, не слишком молодой, но хорошо сложенный и высокий. При виде его Алетра на мгновение растерялась.

— Я Пирсон, новенький, — представился он. — Вас уже ждут, госпожа Алетра.

Новенький? Мужчина? Не похоже, что бы он мог использовать силу…

Пирсон был с ней вежлив и обаятелен, но одновременно сдержан. Он проводил её к основному зданию и оставил, когда оттуда выбежала радостная Арвин.

— Алетра! — воскликнула блондинка, заключая подругу в объятиях. — Я думала, что ты на совсем нас оставила…

— Оказавшись дома, я поняла, что совершила глупость. Что мне не стоило так поступать… — Алетра поцеловала Арвин. — Прости. Я тебя не собираюсь оставлять. Мы ведь подруги.

— И не только, — кивнула Арвин.

Алетре действительно было приятно, что девушка по ней скучала, что она не забыла о ней после связей с Теоном.

— Когда ты уже поймешь, — продолжила Арвин. — Теон Теоном, но ты мне куда важнее! Ладно… пойдем, я покажу тебе, что у нас поменялось.

Экскурсия продлилась недолго, но затем Арвин была вынуждена удалиться. Кто-то опять запустил дрон, который нужно было срочно сбить, и Алетра оказалась предоставлена сама себе.

Это место казалось ей совершенно чужим. Школа, ставшая для неё домом, в одночасье превратилась во что-то странное. Тут появились незнакомые люди. Пусть немного, но сам факт их наличия смущал, а ещё Алетра не могла отделаться от ощущения, что за ней наблюдают. Что все вокруг прекрасно осведомлены, что её мать жрица Истинного Пути и скорее всего прислала свою дочь шпионить.

Фурия прогуливалась по разросшейся территории, пока внезапно не услышала звук кузнечного молота, заставивший её замереть и оглядеться. Чуть в стороне от новеньких домов, построенных Кригером, Алетра заметила новую постройку. Одноэтажную, с большой дымящейся трубой.

Не удержав любопытства, она решила подойти поближе и быстро поняла, что это ни что иное как кузница, с горном, наковальней и всем прочим. И прямо сейчас там кипела работа.

Кригер…

От вида этого уродливого мужчины внутри все перекрутило. Он, как и Теон, тоже обладает силой, но если первый хотя бы внешне не вызывает отторжения, то вот Кригер был омерзителен. Его почти черная недокожа, отсутствие губ, горящий взгляд… Все в нем отталкивало.

Алетра хотела развернуться и убраться подальше от этого урода, но замерла, вспомнив слова матери.

Кригер… Судя по тому, что тут кроме него никого нет, его избегают. Может, это мой шанс? Теон ему доверяет. Мне же не обязательно с ним трахаться. Достаточно просто быть вежливой и извиниться за то, что случилось в прошлый раз… Я должна влиться в коллектив, стать своей. И даже если для Арвин я буду такой, то это ничего не даст. Я должна втереться в доверие к тем, кто близок Теону. А этот уродец именно из таких.

Сделав глубокий вдох и набравшись решимости, она шагнула в кузницу.

— Привет.

— Мне казалось, ты уехала, — Кригер даже не посмотрел на фурию, продолжив заниматься какой-то металлической заготовкой. Вначале накалил её в печи, затем стал воздействовать на металл своей силой. Девушка с легким интересом наблюдала за процессом, не понимая, зачем это ему.

Разве он не может сделать, что угодно, с помощью силы?

От мыслей девушку мгновенно оторвала вышедшая со стороны четвероногая фигура, от вида которой все внутри сжалось.

Как я могла забыть об этом гребаном ручном Опустошителе?!

Монстр поднял голову, приоткрыл свою жуткую пасть, и Алетра ощутила, как сила стала перетекать в него. В этот момент Кригер оторвался от работы и бросил всего лишь один взгляд на Опустошителя. Утечка силы тут же прекратилась, а жуткий монстр, который является кошмаром для любой фурии, отступил и опустил голову, словно испуганный щенок.

— Его ещё нужно дрессировать, — сказал девушке Кригер, возвращаясь к работе. И лишь тогда девушка обратила внимание, что мужчина держит раскаленную заготовку не кузнечными щипцами, а голыми руками. — Так что тебе нужно, вернувшаяся Алетра?

Сказано это было странным тоном, словно с укором и одновременно подозрением. Словно он прекрасно знал, по какой именно причине фурия вернулась.

— Я… хотела извиниться. За тот случай. Я напала на тебя без причины и искренне об этом сожалею.

Чтобы быть убедительнее, Алетра даже поклонилась.

Кригер выпрямился и бросил на девушку ничего не выражающий взгляд. По его лицу и глазам всегда непонятно, что творится в голове у этого мужчины.

— Хорошо, — сказал он, собираясь возвращаться к работе.

Алетра облегченно выдохнула и уже собиралась уходить, но затем вспомнила, зачем вообще сюда пришла. Нужно показать свою полезность. Стать своей.

— Если понадобится помощь, я буду рада.

Вряд ли сейчас ему нужна помощь девушки, которая никогда не занималась ничем подобным. Он меня отпустит и…

— Тогда иди сюда, — ответил Кригер, и девушка тут же мысленно себя отругала. — Твой дар ведь огонь?

— Да.

— Хорошо, будешь мне помогать.

Вначале Алетра не поняла, чем именно может быть полезна, но вскоре все начало вставать на свои места. С помощью дара она нагревала заготовку прямо на наковальне, а Кригер одновременно с этим менял структуру металла.

— А почему ты просто не создашь вещь, как дома и прочее? — поинтересовалась Алетра.

— Хорошие вещи так не создаются. Я мог бы создать оружие с помощью своей силы, но оно не прослужит долго. Возможно, сломается во время первого же боя. Нет, создание хорошего меча — это искусство.

— Меча? Мы его сейчас делаем?

— Да. Вестра захотела себе оружие.

Вестра?

Работа кипела. Кригер стучал по заготовке кузнечным молотом, потом они вместе с фурией занимались модификацией структуры, затем охлаждение, затем слияние двух заготовок в одну, и вновь нагрев и модификация.

Жар в кузнице стоял такой, что пот насквозь пропитал одежду девушки. Серая блузка прилипла к коже, и девушка уже десять раз пожалела, что не стала надевать бюстгалтер. Предательская ткань демонстрировала все. Алетра не сразу это заметила, но когда открытие случилось, она едва не сгорела со стыда, но затем обнаружила, что Кригер даже не смотрит на её грудь.

Открытие было неожиданным и странным.

Разве не должен такой урод глазеть на меня?

Алетра прекрасно осознавала собственную привлекательность и не понимала, почему мужчина остается равнодушным. В конце концов стыд пропал, сменившись любопытством. Она все пыталась поймать момент, когда он будет пялится, но этого не происходило. Если Кригер и смотрел на неё, то только в глаза.

Единственное, что действительно интересовало Кригера, это работа. Окончательно в этом Алетра убедилась, когда, плюнув на все приличия, стянула с себя насквозь мокрую блузку. Даже тогда Кригер не выразил ни капли заинтересованности.

— А ты не такой уж и страшный, — Алетра сама удивилась, что сказала это. Они проработали в кузнице несколько часов, тяжелых и жутко утомительных, за это время девушка стала относиться к мужчине гораздо лучше. Даже омерзение, которое она раньше испытывала, почти сошло на нет.

— Сочту за комплимент, — безразлично отозвался Кригер, окидывая взглядом ещё не до конца законченный клинок с урталевым основанием.

— А ты можешь сделать и мне оружие? Знаю, что именное оружие, учитывающее особенности дара, стоит дорого, но…

— Хорошо, — почти сразу ответил мужчина и резко шагнул к девушке, хватая её за руку. Хорошее настроение мгновенно улетучилось, а в душе вспыхнула злость.

Он такой же! Такой же, как остальные мужчины! Это все его коварный план! Обессилил меня и решил трахнуть! Скажет: «Я возьму тебя в качестве оплаты»!

Грубым толчком он заставил фурию развернуться к себе спиной. Алетра тут же коснулась Иного, собираясь ударить теми каплями сил, что оставались после тяжелой работы.

— Знакомый след, — лишь пара слов, но весь боевой пыл мгновенно схлынул. Девушку словно ведром воды окатили. Палец Кригера коснулся все ещё воспаленного места у Алетры под лопаткой.

Он ослабил хватку, и фурия тут же высвободилась, разрывая дистанцию между ними. Она встала в оборонительную позу, прикрывая одной рукой грудь, но прекрасно понимала, что выглядит жалко. Сейчас девушку всю трясло от воспоминаний о наказании, что оставила партнерша матери.

— Там находится один из узлов дара. Не основной, а вспомогательный, и при определенном воздействии на него получается очень любопытный результат. Это усиливает чувствительность нервных рецепторов и значительно снижает болевой порог, отчего даже легкий удар ладони может ощущаться как удар молотком. Но мозг при этом понимает, что все не так страшно, и не дает отключиться, не дает умереть от болевого шока. Ты агонизируешь, но при этом твое тело думает, что все нормально. Особо хитрая и изощренная пытка только для Ткачей.

Алетра удивленно взирала на мужчину, поражаясь тому, откуда он это знает. Как он вообще заметил это едва заметное пятнышко, больше напоминающее зреющий прыщ?

— А теперь скажи мне, Алетра Велв, кто тебя пытал?

Глава 12. Страхи

— Потрясающе! — глаза Вестры засветились от восторга, когда Кригер преподнес ей меч. Присутствующие при вручении Лифэтта и Арвин поздравляли её с обновкой. — Спасибо! Он… Он просто великолепен.

Меч был не слишком большим, примерно с руку Вестры, и при этом невероятно легким. Девушка отошла чуть в сторону и сделала несколько пробных взмахов, затем попробовала провести один из базовых приемов в верхней стойке и сразу заметила разницу по сравнения с прошлым мечом.

— Что-то не так, Вестра? — спросила Арвин, заметив, как девушка хмурит брови.

— Нет, просто… — девушка задумалась, не зная, как лучше описать свои ощущения. — Он словно продолжение моей руки. А ещё его вес… Очень непривычно.

— Можно попробовать? — попросила Лифэтта, и Вестра с легкостью рассталась с новоприобретенным оружием. Серебряноволосая красавица тоже провела несколько комбинаций ударов, правда в совершенно другом стиле, нежели Вестра. Лифэтта привыкла обращаться с тяжелым клинком, и даже в сражении одноручным мечом это накладывало определенный отпечаток на размах ударов и их силу.

— Все ясно, — Лифэтта вернула оружие и поправила слегка растрепавшиеся волосы. — Его баланс гораздо лучше чем у тех мечей, что мы используем для тренировки.

Кригер наблюдал за обсуждением своей работы молча, чем немного удивлял Вестру.

— Спасибо ещё раз, — девушка церемониально поклонилась кузнецу, как обычно это делал Мастер Шу перед началом тренировки.

— Как и у другого оружия для фурий, у этого меча урталевая основа, способная проводить энергию Иного, — сказал ей Кригер. — Это значительно усиливает его режущие качества и позволяет рассекать то, что создано Иным. Но его острота вторична. Я бы мог сделать его ещё острее, но в таком случае он был бы не таким прочным. Ты — ускоритель. Твой стиль боя создает крайне мощные перегрузки, которые воздействуют не только на тело, на оружие. В первую очередь твой меч должен выдерживать их, а уже во вторую очередь — разить врага.

— Понимаю, — кивнула Вестра. — Какой толк от меча, что сломается в первом же бою?

— Именно. А теперь идите веселитесь, а у взрослых есть ещё дела.

Вестру, да и все остальных юных фурий, такое отношение немного задевало. Самина, Генриэтта и Кригер относились к бывшим ученицам так же, как и раньше — не считая их полноценными фуриями. И даже слова Теона о том, что Лифэтта сможет создать собственный боевой отряд, оставались лишь словами. Вернее, в её распоряжение было отдано несколько новичков, но это скорее для того, чтобы Лифэтта попробовала себя в командовании людьми.

— Они относятся к нам как к маленьким, — буркнула Арвин, смотря вслед уходящему Кригеру. — Как же это бесит.

— Ему больше семиста лет, неудивительно, что мы для него дети. Так что не стоит заострять на этом внимание. Лучше вернись на пост, вдруг запустят ещё дронов.

Арвин закатила глаза. Даже несмотря на то, что в Домене появились и другие фурии, основной системой ПВО по-прежнему выступала блондинка.

Лифэтта тоже ушла по своим делам, и Вестра в который раз осталась предоставлена сама себе. Порой девушка сама удивлялась своему положению. Никто её не трогал, не нагружал тренировками, отчего девушке приходилось это делать самой.

Спустившись в тренировочную комнату, она надела управляющий элемент в виде обруча себе на голову и вышла на Арену. Несколько секунд система настраивала внутренние алгоритмы. Услышав характерный звук, сигнализирующий о готовности, Вестра коснулась Иного, и уже через мгновение напротив неё материализовался Мастер Шу.

Седой гладковыбритый старик как обычно был одет в свой немного мешковатый кафтан со свободным рукавом. Насколько Вестра помнила, Мастер Шу был родом из Ул-Тура, далекой Немландской страны, и такая одежда была для них обычной.

— Мастер! — улыбнулась Вестра и тут же поклонилась, как делала это много раз ранее. — Кригер сделал мне новый меч.

Наверное, для любого другого человека со стороны эта ситуация показалась бы сущим абсурдом. Фурия хвастается обновкой проецируемой Ареной голограмме. Да она бы и сама раньше рассмеялась, услышав о таком, но какая-то часть Вестры верила, что перед ней действительно учитель Теона, его дух или что-то подобное, а не просто бездушная голограмма.

Увидев радость на лице девушки, старик кивнул и сам улыбнулся. Сдержано, как и всегда. Девушка жалела лишь об одном: что этот дух не может говорить.

Мастер Шу медленно положил руку на рукоять своего меча и извлек его из ножен.

— Опробовать его в бою? — улыбнулась Вестра. — Да… Мне тоже не терпится.

Может, хоть сегодня я смогу его задеть!

* * *

— Ты уверен? — вздохнула Самина, проводя ладонью по лицу.

— Абсолютно, — кивнул Кригер.

— Если Кригер говорит, что девочку пытали, значит так оно и есть, — равнодушно сказала Руннэт, смотря в окно. Можно было подумать, что она вообще не слушает, о чем мужчина рассказывает, но Кригер не сомневался, что это показное.

— Только этого нам ещё и не хватало, — судя по тому, как помрачнела Самина, это будет еще одной проблемой, которая ляжет на её плечи. Пока что девушка на должности помощника держалась хорошо, но было очевидно, что ноша ей не по плечу. Долго в таком ритме она не выдержит.

Впрочем, Кригера это мало волновало.

— Но ты хоть узнал, кто это был? — задала следующий вопрос Самина.

— Нет. Она не говорит. Я бы мог её разговорить, но вряд ли вы одобрите эти методы.

— Скорее всего, это её мать или кто-то из окружения. Послали её шпионить за нами, — высказала свое предположение Руннэт.

— Пытать свою дочь? Ты спятила? — фыркнула Самина.

— Не недооценивай Истинных. Среди преданных приверженцев хватает озлобленных сук, которые ненавидят всех вокруг. Мне доводилось встречаться и вести дела с их жрицами, и могу с уверенностью сказать, что они не любят никого. Само их учение построено на ненависти. Ненависти к мужчинам и всем сочувствующим.

— И что нам делать? Выгнать её? — спросила Самина.

— Это тебе решать, — пожала плечами Руннэт. — Я бы выгнала.

— Но если её пытали перед тем, как отправить сюда, что её ждет за провал?

— Ещё пытки.

— Я разберусь, — заявил Кригер, поднимаясь со стула.

— В смысле, разберешься? — опешила Самина, но прояснить свои действия мужчина не стал. Может, Теон и назначил её своей помощницей, но это не делало её командиром.

Кригер покинул зал заседаний, не став объясняться, и направился к лифту, ведущему на подземные уровни. В данный момент Алетра находилась под стражей, и Кригер намеревался с ней поговорить.

Неторопливо шагая по коридорам, мужчина бросил взгляд на часы. Время шло, уже наступило утро, а Теон все ещё не вернулся. Кригера преследовало какое-то дурное предчувствие, на которое он старался не обращать внимания.

Когда Кригер отворил дверь и вошел в небольшую комнатушку, ставшей временной «камерой» для Алетры, фурия вздрогнула, в глазах блеснул испуг, но она тут же постаралась его спрятать за маской воинственности.

— Чего тебе надо? Убирайся.

— Ты не в том положении? чтобы мне приказывать, — равнодушно заметил Кригер. — Для начала я хочу с тобой поговорить. Что приказала тебе мать? Следить за нами? Докладывать о наших действиях?

В глазах девушки блеснул страх.

Значит, и впрямь мать.

Открытие не произвело на мужчину никакого впечатления. Он привык, что люди убивают и истязают друг друга вне зависимости от близости и родственных связей.

— Ничего мне не приказывали, — буркнула Алетра, отводя взгляд. Больше она не смотрела на мужчину, но тем больше убеждала его в правильности догадок. — Я просто беспокоилась за Арвин. Вот и все.

— Разумеется. А теперь, расскажи мне про пытки, Алетра.

Девушка, все ещё сидя на кровати, отодвинулась к стене, прижимая колени к груди.

— Как это с тобой делали?

Её всю затрясло.

Похоже, что она психологически сломлена. Её пытали далеко не раз, больше похоже на систематическое.

У Кригера зародился соблазн закончить начатое. Окончательно сломать девушку, наблюдая за её страданиями. Может, тогда бы он смог сам ощутить хотя бы крупицу эмоций. Но пришлось подавить этот порыв. Домен Власти важен для Теона, и подобный поступок может причинить большой ущерб его планам.

Эту проблему надо решить иначе.

— Тебя собираются отослать назад, домой, — прямо сообщил он ей.

Девушка сжалась ещё сильнее, представив, что ждет её по возвращении.

— Но, я могу тебе помочь. Могу сделать так, чтобы никто тебя больше не мучал.

Несколько секунд Алетра молчала, но затем все-таки подняла глаза на Ткача.

Это оно.

За всей этой маской воинственности фурия прятала страх, очень плотно угнездившийся в её разуме. В Школе, вдали от дома она могла показать себя такой, какой не была. Воинственной, смелой и решительной. Но вернувшись назад она вновь столкнется с тем, от чего бежала. Вновь станет забитой маленькой девочкой.

— И… что ты хочешь взамен? — слова давались девушке с трудом, словно застревая в горле.

— Для начала откровенности. Что конкретно поручила тебе мать?

— Следить… Докладывать… Она не дала конкретных указаний. Просто быть её глазами и ушами, — с каждым словом Алетра говорила все увереннее.

Это было легко. Стоило лишь узнать, что за всем стоит мать.

— Я правда не знаю больше, — фурия нервно сглотнула. — Она не делилась со мной своими планами!

— Спокойнее, — сказал ей Кригер, после чего собрался покинуть комнату. Сегодня у него ещё были дела, тратить весь день на девицу, которая ничего не знает, Кригер не собирался.

— Постой! — внезапно она вскочила с кровати и схватила мужчину за руку. Но уже через секунду отпрянула, словно обожглась. — Я… Я не хочу возвращаться домой! Пожалуйста! Только… только не туда.

— Так сильно боишься мать?

— Не мать… Другую.

Интересно…

— И кто?

— Таисия. Она её партнерша.

— Значит, тебя пытает любовница матери, — подытожил он. — А она сама-то об этом знает?

— Конечно. Порой даже смотрит, — лицо Алетры исказила гримаса злости. Она ненавидела ту женщину всей душой. — Думаю, ей это даже нравится…

— Вот как… — если бы Кригер мог улыбаться, то это бы он и сделал, но едва ли в этой улыбке была бы хоть крупица теплоты. — А что, если я тебе скажу, что помогу отомстить? Заставить их почувствовать то же, что чувствовала ты? Но только если ты сама этого захочешь. Как говорил один мой старый знакомый: «Кто ты, Алетра Велв?» Ты испуганная маленькая девочка, терпеливо сносящая побои и унижение, или кто-то другой?

Пару мгновений Алетра ошалело смотрела на мужчину, а затем почти уверенно спросила:

— Что от меня требуется?

Сразу после того, как девушка согласилась, Кригер вручил коммуникатор ей в руки и велел звонить матери.

— И что мне сказать?

— Назначь встречу. Скажи, что у тебя есть важная информация о Владетеле, и что ты ей расскажешь только лично, боясь прослушки.

— А если она что-то заподозрит? Что, если у неё будут другие важные дела? — в её голосе начали звучать панические нотки.

— А ты скажи это так, чтобы она поняла — это ДЕЙСТВИТЕЛЬНО важно.

* * *

Они покинули территорию Домена, ничего не сказав остальным, чем Кригер слегка удивил Алетру, но она не стала задавать вопросов и просто молча села в машину.

А вдруг он собирается от меня избавиться? Убить, а затем закопать тело где-нибудь за городом?

Страшные мысли, которые приводили в ужас, но одновременно с этим девушка чувствовала свое бессилие.

Все эти несколько лет, что она пробыла в Школе, казалось, изменили её, закалили, сделали сильной и стойкой. Она думала, что, вернувшись домой, не позволит матери бить себя, не позволит Конченой Суке себя мучить, но стоило в тот день переступить порог кабинета, как всё вернулось. Страх, слабость, ужас… Когда рядом Таисия, Алетра, казалось, теряла волю к борьбе.

Кригер, сидевший на месте водителя, вселял похожие чувства, но вместе с тем иные. Алетра не могла это объяснить, и дело не только в уродливом облике, а в чем-то ещё. Безмерно жутком и пугающем. Кажется, даже его ручной Опустошитель, которого мужчина называл просто Пёс, не такой страшный, как его хозяин.

— Если ты собираешься убить меня, то ладно. Лучше так, чем возвращаться в тот дом, — Алетра сама не знала, зачем это сказала. Наверное, она просто устала бояться.

— Если я тебя убью, Арвин расстроится. И вряд ли это понравится остальным, — голос Кригера звучал равнодушно. — Домен важен для Теона, а значит важен и для меня. И я предпочитаю решать проблемы, а не создавать новые.

— Значит… Ты правда хочешь мне помочь?

— Запомни одно, Алетра Велв: я никогда не лгу. Если я сказал, что собираюсь помочь, то я помогу. Можешь спросить у рыжей предательницы. Она подтвердит. В моих словах не стоит искать двусмысленности. Если бы я собирался тебя убить, то сказал бы тебе это прямо в лицо.

Девушка удивленно посмотрела на мужчину. Сообщить кому-то в лицо, что ты собираешься его убить, казалось ей дикостью. Хотя… Таисии она бы с радостью это сказала.

— И… Ты их убьешь? Мою мать? Таисию? — удивительно, с какой легкостью она задала этот вопрос. Алетра вдруг поняла, что смерть матери не вызывает никакого отклика в её сердце.

— Я? — Кригер словно попытался изобразить удивление, но его лицо почти не передавало эмоций. — Нет. Ты сама должна разобраться со своими демонами, девочка.

— Погоди, но…

Кригер жестом заставил её замолчать. Коммуникатор на его руке засветился и завибрировал, говоря о входящем звонке. Кригер щелкнул по нему, вызывая голографический экран.

— Самина, — сказал мужчина и уже собирался ответить на звонок, но девушка ему помешала.

— Не надо. Пожалуйста.

— Как хочешь, — на удивление легко согласился Кригер, сбрасывая вызов и блокируя коммуникатор. — Так нам никто не помешает.

— Спасибо… — с каким-то странным облегчением выдохнула девушка. Её все ещё беспокоили слова о «разборке со своими демонами», но Алетра решила, что пусть все будет, как будет. В конце концов, когда рядом с тобой монстр, способный приручить Опустошителя, даже самые пугающие вещи не кажутся такими уж страшными.

Машина неторопливо плыла по улицам города, и у девушки было время успокоится и немного подумать о том, что уже произошло, а чему еще предстоит случиться. Она не до конца понимала мотивов Кригера, но раз он ей действительно помогает, то какая разница?

— Почему ты следуешь за ним? За Теоном Альдримом? — спустя несколько минут поинтересовалась Алетра. — Ты тоже можешь касаться Иного, но «особенный» только он. Разве тебя это не задевает?

— Владетель — нечто большее чем просто человек. Он символ.

— Символ? — нахмурилась дорнийка. — Символ чего?

— Символ нового времени. Символ изменений. Символ единого и нерушимого порядка.

— Пока что он создает только хаос, — не согласилась Алетра, но тут же одернула себя.

Зачем ты с ним споришь?!

— Хаос рождает порядок.

— Извини, но ты говоришь какой-то бред. Я тебя не понимаю.

— Когда-нибудь, возможно, поймешь, — Кригер нисколько не обиделся на такое замечание.

Покачав головой, девушка отвернулась к окну.

Спустя час они подъехали к воротам поместья Велв, и в этот момент Алетра в очередной раз испытала приступ паники. Уверенность, которую она приобрела в дороге, испарилась, и девушка уже была готова молить водителя отвезти её назад.

— Соберись, девочка, — бросил ей Кригер, выходя из машины и выпуская на улицу своего жуткого питомца. — Сколько человек в этом доме?

— Не считая матери и Конченной Суки? Скорее всего, только домоправительница, но она хорошая женщина, не нужно её трогать.

Кригер кивнул и решительно направился к дверям поместья. Алетра, мгновение помедлив, бросилась следом, нагнав его только у лестницы, ведущей к главному входу.

Дверь отворила домоправительница, немолодая дородная женщина, волосы которой только тронула седина. Алетра не солгала, говоря о ней. Служанка всегда относилась к девушке хорошо, но держала дистанцию, не превращаясь в кого-то по-настоящему близкого.

Увидев Кригера, она отпрянула в ужасе и тут же попыталась захлопнуть дверь, но ничего не получилось. Мужчина легко оттолкнул её, зашел внутрь и жестом указал Псу на служанку. Алетра уже подумала, что Опустошитель сожрет женщину, но тот сделал круг вокруг неё и сел, впив в домоправительницу свои холодные и бездушные глаза.

— Попробуешь сбежать или сделаешь что-нибудь подозрительное — станешь его кормом. Ясно?

Женщина испуганно закивала.

— Мама уже приехала? — спросила Алетра, и домоправительница словно только сейчас заметила молодую фурию.

— Н-нет… госпожа… пока нет…

Домоправительницу Кригер запер в одной из комнат на третьем этаже, приставив следить за ней Пса. Алетра предложила подождать возвращение женщин в кабинете матери.

Войдя туда, девушка вновь ощутила приступ паники, но в этот раз смогла подавить его сама, и это придало ей решимости.

Сегодня я со всем этим покончу!

Разумеется, убивать свою мать она не собиралась. И даже Конченую Суку. Избить, унизить — вне всякого сомнения, но Алетра не была готова отнимать жизнь.

— Пахнет табаком, — первое, что сказал Кригер, оказавшись внутри.

— Да, моя мать любит дымить трубкой. Кажется, все стены пропахли табаком.

— В таком случае это ничего не изменит, — Кригер достал из кармана пачку сигарет, выудил одну и прикурил.

— А можно мне тоже? — спросила Алетра, протянув руку.

— Ты куришь?

— Нет. Но раз я сегодня собиралась стать непослушной дочкой, то буду идти до конца.

Бросив на девушку странный взгляд, Кригер выудил одну из сигарет и вручил ей. Прикурила девушка сама, используя силу. Просто зажгла небольшой огонек на кончике пальца.

Алетра сделала глубокую затяжку, после чего зашлась кашлем.

— Ну и гадость, — буркнула она и уже собиралась потушить сигарету, но посмотрев, как спокойно курит Кригер, передумала. Попутно она поймала себя на мысли, что мужчина больше не вызывает у неё отвращения. Напротив, она бы назвала его… крутым что ли.

Кригер присел на кушетку, стоящую у левой стены, и закинул ногу на ногу. Девушка, немного помявшись, подошла к столу матери и села в её кресло. Странные ощущения. Как бы Алетра не пыталась сесть, ей было неудобно. Создавалось ощущение, что это кресло специально было спроектировано так, чтобы на нем невозможно было сидеть с комфортом. В конце концов фурия просто закинула ноги на столешницу.

Уже спустя десять минут и две сигареты, когда Алетра была готова выкурить хоть всю пачку, лишь бы взбесить мать, послышались шаги в коридоре. Девушка тут же заняла самый нахальный из возможных видов, а вот Кригер даже не пошевелился.

— Да куда пропала эта жирная дура? — рычала Йондра. — Почему нас никто не встречает?

— Я давно тебе говорила, что нужно найти кого-то помоложе и поотзывчивее.

— Она просто не в твоем вкусе, Тис… Что это? — только сейчас мать увидела Алетру, восседающую за её столом, но пока ещё не заметила Кригера. — Алетра?! Во имя Света, что ты творишь?! Какие бы сведения ты не принесла, такое поведение недопустимо!

— Похоже, я слишком мягко её наказала в прошлый раз. Надо это исправить, — на лице Таисии мелькнула довольная улыбка.

Алетра смотрела на этих женщин, а затем перевела взгляд на Кригера, и вдруг весь страх и волнение пропали. По сравнению с ним, Йондра и Таисия были просто двумя самодовольными курицами, вымещающими злость на девушке, которая не может дать сдачи.

Но теперь я могу!

— Меня больше никто не будет наказывать, — твердо заявила Алетра. — Сегодня наказывать будут вас.

— Сейчас же убери ноги со стола, дочь. И потуши сигарету. Я не потерплю такого отношения к себе!

— По мне ваше отношение к ней гораздо хуже. Это же какой мразью надо быть, чтобы пытать собственную дочь, — Кригер прервал свое молчание, и женщины резко развернулись.

— Мужчина! — зашипела Таисия словно змея.

— Что все это значит?! Почему этот поганый членоносец сидит у меня в кабинете?!

Рука Йондры вспыхнула алым пламенем. Свой основной дар Алетра унаследовала от матери.

— Сожги его!

Но в следующий миг пламя погасло, а по кабинету пронесся крик боли. Мать рухнула на колени, баюкая раненую руку. У неё из ладони что-то торчало, и лишь спустя несколько секунд Алетра поняла, что это карандаш. Юная фурия даже и не заметила, как именно Кригер успел метнуть его. Слишком быстро все произошло. Кригер тем временем демонстративно положил на подлокотник кушетки ещё два.

— Твой черед, Алетра, — сказал он девушке. — Разберись со своими демонами.

* * *

Самина жутко хотела спать. Собеседования очень её утомляли несмотря на то, что их было не так уж и много. Но в данный момент поручить эту работу кому-то ещё просто не представлялось возможным. Хорошо хоть Руннэт немного помогала, впрочем, едва ли можно было сказать, что они с Саминой сблизились.

— На сегодня ещё два, — вздохнула брюнетка. — После этого можно пообедать и пойти спать.

— Меня беспокоит, что Теон не берет трубку, — внезапно сказала Руннэт.

— Думаю, у него все в порядке. Он Владетель как-никак.

— Ты переоцениваешь его силу. Он тоже человек.

Самина хотела возразить, но совершенно внезапно завибрировал коммуникатор на запястье.

— Звонит Нефис дор-Мантэс, — слегка удивилась Самина. — Сейчас скажет, что все у них в порядке. Готова поставить сто кредитов, что он её соблазнил.

Но судя по серьезному взгляду Руннэт, шутка не получилась.

— Самина Лэмфорд слушает.

— Самина? Это Нефис дор-Мантэс. Вы же помощница Теона Альдрима?

— Да. Как он, кстати? Он отправился на встречу с вами вечером и до сих пор не вернулся. Надеюсь, все нор…

— Кое-что произошло. Я в данный момент нахожусь в больнице имени Течфорда. Ночью на Теона кто-то напал. Я не до конца поняла, что случилось, но теперь он без сознания. Врачи уже…

Внезапно Руннэт сорвалась с места, оказавшись совсем рядом с Саминой.

— Опиши его состояние!

— Что?.. — Нефис, судя по голосу, была очень уставшей.

— Состояние! Опиши его состояние! Детально!

— Я не врач… Так что может сами приедете и спросите у них?

— ОПИШИ. ЕГО. СОСТОЯНИЕ. Это вопрос жизни и смерти! Он в полной отключке или нет?

— Скорее… нет. Он словно в горячке. Если и отключается, то всего на пару секунд. Врачи уже ввели ему успокоительное, но пока не помогает. Сейчас собираются дать что-то посильнее. У него жар и…

— Хорошо, хорошо… очень хорошо… Нефис, слушай меня очень и очень внимательно. Ни в коем случае не позволяй им его отключать. Найдите в больнице подвальное помещение, без окон и с достаточно крепкой дверью с замком, и заприте его там. Врачи ему не помогут, а препараты сделают только хуже. Запомни одно: если Теон отключится надолго и не будет заперт, вы все умрете.

Глава 13. Подготовка

— Что за чушь? — Нефис явно не ожидала такого напора, да и Самина была удивлена такой бурной реакцией со стороны Руннэт. Фурия не знала, какой женщина была раньше, но будучи Тусклой она была тихой и замкнутой. Но сейчас она совершенно другая, взволнованная и живая, словно проснулась от долгого сна. — Что значит, мы все умрем?

— То и значит. Просто сделай это и не задавай вопросов.

По ту сторону связи послышалась едва разборчивая ругань.

— Ладно, постараюсь. Но вряд ли врачи одобрят.

— Плевать на врачей. Сделай это. Запомни: комната без окон, с замком снаружи. Двери не обязательно быть толстой, главное, чтобы её было непросто открыть.

— Хорошо, хорошо…

— Как только это сделаешь, стягивай к больнице всех, кого можешь.

— Раскол!.. — уже по одному этому возгласу стало понятно, что до Нефис стало доходить, как может повернуться ситуация. — Вы всерьез думаете, что кто-то явится закончить начатое?

— Вне всякого сомнения. Теон Арбитражу как кость в горле. Они его боятся, но сейчас он слаб и почти беззащитен. Для них это лучшая возможность избавиться от него.

— Тогда я умываю руки! Я не собираюсь вступать в прямое столкновение с Магистериумом!

Самина не могла винить Нефисза такое решение, но как ни посмотри, «союзница» только что кинула их в кризисной ситуации, и это выводило девушку из себя.

— Хорошо, — удивительно, но Руннэт в отличие от Самины и бровью не повела, услышав эти слова. — Но сделай то, о чем я тебе говорю. Комната без окон. Заприте его там и не позволяйте никому заходить до нашего приезда.

Тишина.

Томительная и нервная.

Нефис молчала секунд десять, прежде чем дала ответ.

— Хорошо. Я все сделаю, но на большее не рассчитывайте.

Связь оборвалась.

— Что происходит, Руннэт? Почему они умрут, если не запрут Теона?

— Я не знаю, что там произошло, но Теону нельзя погружаться в глубокий сон. Он может дремать, видеть сны, но не может позволить сознанию полностью отключиться. Какая-то часть его «я» постоянно должна бодрствовать, чтобы сдерживать Банрат-тан-Азура.

— Значит… если его накачают транквилизаторами…

— Демон вырвется на свободу. Банрат заполняет собой все пространство, но при этом почти не воздействует на него. Именно поэтому Теон не смог выбраться из гроба, будучи лишенным силы.

— Раскол!..

— Если он отключится, все в больнице станут пищей для демона. Этого нельзя допустить. И нельзя забывать, что скорее всего информация о том, что Владетель в больнице, уже дошла до Арбитража.

— Тогда я собираю людей. Берем всех?

— Да, кого сможем.

Вновь выругавшись, Самина поспешила собрать людей и сразу столкнулась с известием о том, что Кригер вместе с Алетрой уехали. То, главная ударная сила помимо Теона только что свалила, дико взбесило фурию. Она тут же попробовала позвонить Кригеру, но тот просто сбросил вызов, а затем и вовсе заблокировал коммуникатор.

— Класс! Просто замечательно!

На сбор ушло примерно полчаса. Четырнадцать бойцов-людей: девять мужчин, пять женщин, каждый с опытом и навыками. Они были первой ударной группой, возглавил которую Клайв Пирсон как человек, у которого больше всех боевого опыта. Самина предпочла бы женщину на роли лидера, но ни одна из пяти новеньких не годилась на роль командира.

Также в больницу поедут пять фурий: Самина, Лифетта, Вестра и две новенькие.

Шейла дор-Нэйс — фурия из обедневшего знатного рода, от которого из знатного осталась лишь приписка «дор». Её дар защитного типа, она может сплетать защитные барьеры уровня 2Б. Это значит, что силы барьера хватает на остановку мелкого калибра и не слишком мощных ударов энергии Иного. Но крупный калибр держит плохо. Один выстрел скорее всего выдержит, но второй пробьет барьер насквозь.

Вторая фурия, Диона Эрив, тоже не могла похвастаться боевыми способностями, но зато обладала крайне полезным даром чувствовать энергию Иного на тонком уровне. Таких в Зеленом Этаже называют следопытами. Девушка раньше была коллегой Самины по работе, так что при её найме фурия долго не размышляла. Самина с готовностью поставила бы её во главе первого ударного отряда, но Теон решил, что на данном этапе стоит разделять фурий и простых людей.

В домен должна прибыть еще фурия-лекарь, но та пока не объявлялась. В данный момент она находится в Немланде и должна прибыть в Риндерон только через неделю.

— А почему меня не посчитали? — встряла Арвин, когда Самина уже начала раздавать приказы. — Почему Вестра едет, а я нет?!

— Потому что у Вестры есть боевые силы, а у тебя нет, — твердо сказала Лифэтта обращаясь к подруге.

— Это не тебе решать! Я тоже хочу сражаться!

— Помнишь свою недавнюю схватку с Алетрой?

Арвин тут же помрачнела.

— Самина! Ну хоть ты скажи, что я тоже буду полезна! — взмолилась юная фурия, обращаясь к старшей. Самина перевела взгляд на Лифэтту, и та отрицательно помотала головой.

— Извини, но ты остаешься. Лифэтта права. Ты проводник, а у нас не так много фурий, которым нужна будет подзарядка. В бою тебя использовать не получится, и в итоге ты просто превратишься в обузу, которую надо будет защищать. Извини, но тебе правда будет лучше остаться.

— Ну и плевать! — разобиделась девушка и быстрым шагом зашагала прочь. — Вот кончится у вас энергия, ещё пожалеете, что не взяли меня.

— Уверена, что нам не стоило её брать? — уточнила Самина у Лифэтты. — У нас правда может закончится энергия.

— Если там будет так тяжело, что у нас кончатся силы, то Арвин точно там не место. Я не хочу, чтобы она пострадала.

— Ладно, — Самина не стала настаивать. Если Лифэтта считает, что Арвин ещё рано участвовать в полноценной боевой операции, значит так тому и быть. — А ты, Вестра? Уверена, что не хочешь остаться?

Самина перевела взгляд на молодую фурию. После того, как их едва не похоронило под завалами дома, они стали гораздо ближе друг к другу, да и несколько совместных разрядок только поспособствовали этому сближению, и вот Самина уже всерьез опасалась, что девушка может пострадать.

— Я точно иду. Мои способности будут полезны, — в глазах Вестры было полно решимости.

Спорить Самина не стала, просто кивнула и теперь уже громко обратилась к остальным.

— Послушайте меня! Сегодня ночью неизвестные напали на нашего лидера Теона Альдрима. В данный момент он находится в больнице имени Течфорда. Это на севере от города. Враги могут воспользоваться моментом слабости, чтобы нанести удар. Мы немедленно отправляемся туда и постараемся организовать оборону. Все, что от нас потребуется — продержаться до момента его пробуждения. Вопросы?

— Кто нам будет противостоять? Численность противника? Его вооружение? — сразу стал задавать вопросы Пирсон.

— Неизвестно. Это может быть кто угодно.

— В таком случае нам нужно нормальное оружие. Того, что есть, явно недостаточно, чтобы противостоять тем же фуриям, к примеру.

— С этим я могу помочь, — сообщила присутствующим Руннэт.

* * *

Голова у Нефис шла кругом. Если бы фурия знала, в какую ситуацию попадет, то ни за что на свете не стала бы соглашаться на встречу с этим мужчиной. Прямой конфликт с Магистериумом однозначно не стоит того удовольствия, что она получила этой ночью.

Отключив коммуникатор, фурия ещё пару мгновений смотрела перед собой, после чего направилась в одиночную палату, где за Теоном наблюдали несколько докторов. Один из них собирался что-то ввести в капельницу, и Нефис, вспоминая услышанное, поспешила этому помешать.

— Ничего ему не вводите! — приказала она, буквально отнимая шприц у мужчины.

— Простите, но это не вам решать. Я тут врач и… — но мужчина тут же попятился назад, увидев за спиной женщины жуткий демонический силуэт, сотканный из Иного.

— В здании больницы есть комната без окон с хорошей крепкой дверью, запирающейся снаружи?

— Э… ну…

— Я заплачу вам миллион кредитов, если вы сделаете все, как я говорю.

Деньги решают многие проблемы, и вот уже два санитара везут Теона Альдрима в подвальное помещение. Мужчина тем временем так в себя и не пришел. Его лихорадило, он метался на каталке, словно был во власти очень живого и жуткого кошмара. Его словно рвали на куски жуткие твари, а он при этом отбивался от них.

По крайней мере так Нефис казалось со стороны.

— Эта комната подходит? — скучающим тоном поинтересовался один из санитаров. Он вряд ли понимал, что происходит и насколько это серьезно.

Нефис бегло осмотрела помещение, которое служило чем-то вроде архива. Небольшое, с кучей шкафов и папок.

— Он сюда не поместится, — нахмурилась Нефис, скрестив руки на груди.

— Сейчас сдвинем стол, — заявил другой санитар, приступая к работе. Папки были просто сброшены в сторону, стол с противным скрипом переместился к дальней стене. Если бы Нефис была ответственна за все это, то не позволила бы так халатно обращаться с документацией, но в данный момент ей было совершенно плевать. Все, чего она хотела — поскорее убедиться, что Теон заперт, и уйти.

Тем временем Теону словно стало хуже. Судороги усилились, и если бы его не связали, то он бы точно что-то себе повредил.

— Ему бы успокоительного ввести, — высказал робкое предложение один из санитаров, которое Нефис, разумеется, проигнорировала.

Фурия с нетерпением следила за вялой работой мужчин, и не сразу осознала, что что-то изменилось, словно исчез какой-то раздражитель.

Теон затих.

— Он уснул!

— М? — санитар удивленно посмотрел на мужчину на каталке, после чего коснулся его шеи и проверил пульс. — Да, похоже уснул. Но жар все ещё есть. Вы уверены, что стоит держать его здесь? Палаты…

Санитар говорил что-то ещё, но Нефис уже ощущала растущую угрозу. Со стороны все казалось спокойным, но внутри уже все сжималось.

— Быстрее затаскивайте его внутрь! — воскликнула фурия, чем очень удивила санитаров.

— Но я ещё не закончил.

— Живо!

Санитары переглянулись. Из-за того, что убрать весь хлам ещё не успели, поставить каталку не получилось, но все это уже через мгновение стало неважно. Во все стороны от Теона хлынуло что-то черное, стремительно поглощая все вокруг. Нефис мгновенно отпрянула назад, выскакивая из комнаты, санитары же не успели. Прямо на глазах фурии их схватило множество черных рук и потянуло к открывшимся во тьме пастям.

Послышались крики боли и омерзительный хруст костей. Черная дрянь заживо жрала людей, продолжая разрастаться. Черные руки уже дошли до порога комнаты и потянулись к Нефис, но она в последний момент захлопнула дверь.

— Дерьмо! Вот дерьмо! — сердце билось в груди женщины как ненормальное. Все внутри кричало о том, что нужно бежать как можно дальше от этой дряни, но Нефис уже не первый раз оказывалась в смертельной опасности и смогла побороть это чувство.

Маленькое окошко на уровне лица в конечном итоге тоже поглотила тьма, полностью скрыв все, что происходит внутри, и наступила тишина. Давящая, словно затишье перед бурей. Нефис осторожно приблизилась, коснувшись Иного, и в этот момент на неё посмотрели. Огромный красный глаз смотрел на неё с противоположной стороны.

— Да что ты, во имя Света, такое?…

Нефис отступила и опустила взгляд на небольшую лужицу крови, которая расходилась от двери. Но на этом все словно и кончилось. Зловещее существо таращилось на неё через окошко, но словно и не собиралось попытаться выйти, и тьма не просачивалась сквозь щели.

— Так значит… вот почему они просили его запереть? Вот же сука… могла же предупредить…

Внезапные шаги заставили женщину обернуться. К ней быстрым шагом направлялся один из медбратов.

И как я теперь должна объяснить случившееся?

Он подходил все ближе и ближе, и лишь тогда Нефис стала замечать странности. Лицо мужчины было каким-то напряженным, но одновременно с этим сосредоточенным. Его словно не волновала лужа крови у двери.

Когда расстояние между ними сократилось до пары десятков шагов, рука мужчины дернулась под полы халата, выхватывая пистолет-пулемет с глушителем.

Киллер?!

Стрелял мужчина от бедра, но учитывая узость пространства и дистанцию, промазать было очень сложно. Нефис тут же коснулась Иного, пропуская энергию через себя.

За её спиной уже привычным образом возник «демон», жуткое воплощение, которое своей массивной рукой защитило хозяйку, и одновременно с этим ударило по врагу призрачными стреляющими шипами. Два из них вонзились мужчине в грудь, повалив его на землю.

Демон испарился, и стонущая от боли Нефис оперлась о стену.

— Сука! Сука! Сука…

Пули оказались с кренталем. Её создание физически не смогло защитить фурию от раны, лишь слегка отклонило пули. Одна прошла мимо, но две других все-таки задели Нефис.

Одна пробила насквозь бедро, другая застряла где-то в животе.

— Потрахалась на свою голову…. Кха…

* * *

Самина не могла унять легкую нервную дрожь. Очередной звонок Кригеру, и вновь ничего. Мужчина как сквозь землю провалился, а ведь сильнейший после Теона. С ним они могли с легкостью удерживать оборону, пока Теон не проснется.

Они проделали уже половину пути до больницы, когда Руннэт сказала повернуть на запад. Вторая машина, где находился первый ударный отряд, поехала дальше. Им было приказано ехать прямо в больницу.

— Может стоило транспортировать Теона в Домен? — спросила Самина у Руннэт.

— Слишком рискованно. Судя по услышанному, его состояние нестабильно. Если он отключится во время перевозки, будет очень плохо. Если бы эта женщина позвонила сразу, то все было бы гораздо проще. Можно было бы попробовать рискнуть или спрятать Теона там же, где случилось нападение, но она отвезла его в больницу, тем самым сообщив слишком много. Крайне неосмотрительно с её стороны.

— Ты судишь со своей позиции, — не согласилась Вестра, сидящая на заднем сидении машины. Помимо их троих тут так же была Лифэтта, но серебряноволосая фурия пока хранила молчание и размышляла о чем-то своем. — Это мы знаем, что Теона почти невозможно убить, но остальные считают его человеком. А когда человеку плохо, логично отвезти его в больницу.

— Да, я понимаю, — вздохнула Самина. — Просто складывается все очень паршиво.

— А может нам вновь попробовать привлечь прессу? Можно сообщить им, и тогда враг не сможет действовать открыто.

— Не поможет, — покачала головой Руннэт. — Сейчас им будет совершенно плевать на общественность. Пресса будет мешать лишь до той поры, пока Теон жив. Какая разница, что напишут журналисты, если оппонента уже нет? Нам повезет, если Магистериум пришлет лишь небольшой отряд, а не целую армию…

— Так значит, дело совсем плохо? — нахмурилась Вестра.

— Да. Но сдаваться рано.

Самина завела машину в подземную парковку здания, указанного Руннэт.

— Припаркуй её вон там, — указала рыжеволосая женщина и первой покинула транспорт.

Рядом с парковкой находился подземный склад, где любой желающий мог арендовать ячейку. Обычно люди хранили в таких местах барахло, которое было жалко выкинуть, но Руннэт тут хранила что-то куда более ценное. Это Самина поняла, как только женщина открыла металлическую дверцу, за которой оказалась ещё одна, и не абы какая, а сейфовая дверь со сложным биометрическим замком.

— Впечатляет… — охнула Вестра, но куда большее удивление ждало девушек, когда они попали в контейнер. Для начала он был на порядок больше, чем ожидалось, похоже, захватывал сразу несколько соседних. Во-вторых, он был просто завален всевозможным оружием. Автоматы, винтовки, пулеметы, гранатометы, противопехотные и противотанковые мины.

— О-хре-неть… — протянула Самина, оглядываясь по сторонам. — И все это ты хранила прямо под одним из офисных зданий? Безумие! Куда смотрит служба безопасности Арбитража?!

— Туда же, куда и смотрела при терракте Детей Света. Ты переоцениваешь Арбитраж. Архонты последнюю сотню лет больше грызут глотки друг другу, чем глядят по сторонам. Они размякли и не видят дальше собственного носа. К тому же этому складу больше двадцати лет, и я не заходила сюда примерно столько же. Поэтому тут в основном устаревшее оружие, годящееся для людей.

— Его хватит, чтобы вооружить армию…

— Так я и готовилась к войне. Это не единственный склад и далеко не самый крупный, но его я больше всего не хотела трогать. Пойдем со мной, а вы, — она обратилась к Вестре и Лифетте. — Берите сумки и забирайте все, что можете. И про патроны не забудьте.

Пока девушки выполняли приказ, Руннэт подвела Самину к дальней стене и стала делать что-то странное: наступать на напольные плитки словно в каком-то особом порядке.

— Что ты делаешь? — не поняла Самина, но затем вдруг одна из плиток на стене совершенно внезапно выехала вперед, открывая небольшую древнюю панель. — Погоди… тут есть тайник?

— Тихо. Если я ошибусь, мы туда уже не попадем. Да и вообще не выйдем отсюда живыми.

Услышав это, Самина нервно сглотнула и отступила, реши, в что и впрямь лучше будет не мешать.

Как только верная комбинация была введена, одна из стен комнаты выдвинулась, открывая доступ в секретное помещение, которое больше походило на сейф какого-то банка.

Но вопреки ожиданиям, Самина не увидела внутри ничего впечатляющего. По крайней мере в начале. Лишь пара ящиков с боеприпасами и какая-то небольшая шкатулка, стоящая на полке, и лишь подойдя поближе она поняла.

— Стоп… тут же повсюду кренталь!

— Да, даже в стенах. Чтобы никто из Ткачей не мог попасть внутрь с помощью перемещения или чего-то такого.

— Охренеть. Это же миллионы кредитов.

— Миллиарды. Но все это не важно. Большая часть из этого кренталя — остатки того, что ушло на гроб Теона.

Первым делом Самина подошла к ящикам с патронами и охнула. Действительно пули, начиненные кренталем. Боеприпасы, созданные для убийства фурий. И их было так много… Даже на складе Зеленого Этажа их было гораздо меньше.

Но кажется, саму Руннэт пули волновали мало, куда большее внимание она уделила шкатулке.

— Что это? — спросила Самина.

— То, что может перевернуть игру.

— То есть это… оружие?

— В какой-то мере.

— Там же не ядерная бомба, да?

— Кое-что куда более опасное.

— В таком случае… — Самина протянула руку. — Ты же не возражаешь, если я это возьму?

Руннэт помедлила, но затем после нескольких секунд колебаний протянула шкатулку фурии.

— Но запомни: если решишь им воспользоваться, то умрешь. Ни ты, ни я не выдержим его силы. Это оружие последнего шанса, когда пути назад уже нет. Так что для всех нас будет лучше, если оно так и останется лежать в кренталевой шкатулке.

Глава 14. Страж

— Ах ты, дрянь! — завопила Таисия, вытаращив глаза на Алетру. Тем временем Йондра баюкала собственную руку, даже не пытаясь вытащить карандаш из ладони.

Алетра смотрела на собственную мать и ловила себя на мысли, что ничего не чувствует. До последнего она не была уверена, что сможет причинить матери боль, но сейчас, глядя на её страдания, убедилась в обратном.

Йондра Велв ничего не дала дочери. Когда Алетра была ребенком, она почти не видела мать. Та была либо в деловых разъездах, либо занята работой. Когда Алетра стала старше, Йондра начала обращать на дочь внимание, но вовсе не то, на которое рассчитывает ребенок, жаждущий материнского тепла. Её учили быть всесторонне развитой леди и наказывали за малейшую оплошность. И из года в год все становилось только хуже.

— Послушай, Алетра, — наконец отошла от болевого шока Йондра и, наверное, впервые за все время заговорила с теплотой. Пусть вызванной болью и страхом, но теплотой, и тем фальшивее звучали её слова. — Не знаю, что тебе сказал и пообещал этот мужчина, но это все ложь. Опомнись, я же твоя мать. Я люблю тебя и…

— Любишь? — Алетра рассмеялась и поднялась из-за стола. — Любишь?! Серьезно?!

— Ты моя плоть и кровь…

— Да, и мне от этого тошно. Ты никогда меня не любила, «мама». Никогда. Ты хоть раз укладывала меня спать в детстве? Ты хоть раз водила меня в парк?

— Я дала тебе все, что могла! Манеры, образование. Может, я и могла быть с тобой чересчур строгой, но это все ради твоего будущего! Однажды ты станешь жрицей Истинного Пути, займешь мое место, и ты должна быть готова к этому.

— А ты когда-нибудь спрашивала меня, хочу ли я становиться жрицей? Есть ли мне дело до Истинного Пути как такового?

— Алетра, это все не важно! Мы всегда можем спокойно поговорить и найти решение, которое устроит нас обоих.

Алетра перевела взгляд на Кригера, но тот бездействовал, равнодушно глядя на женщин. В руке он крутил карандаш, намекая на то, что в любой момент может пустить его в ход. Мужчина не давал советов и назиданий, не высказывал осуждения. Просто наблюдал.

Тем временем Таисия попятилась назад, словно собираясь сбежать. Когда до побега оставалось всего два шага, Кригер метнул второй карандаш, протыкая женщине голень. Теперь уже черед Таисии взвыть от боли.

— Урод! Тварь! — зашипела она подобно змее. — Ты за это заплатишь! Я прикончу и тебя, и всех, кто тебе дорог! И ты тоже, поганая мелкая шлюха! Плохо я учила тебя манерам, но я это исправлю. Думаешь, то, что ты испытала, это боль? Я покажу тебе настоящую боль. Ты будешь молить меня о пощаде, когда я буду срезать с тебя кожу!

В обычное время такие угрозы пробрали бы Алетру, но сейчас они вызывали лишь кривую усмешку. Обойдя мать и подойдя к все ещё шипящей от переполняющей злости Суке, Алетра от всей души врезала той в лицо.

— Как же давно я хотела это сделать… Аж на душе легче стало!

— Ты пожалеешь. Сильно пожалеешь… — продолжала сочится злобой Таисия, закрывая рукой кровоточащий нос. — Ты понятия не имеешь, с кем связалась…

— Заткнись уже, — шикнула на неё Алетра, возвращаясь к матери. Та робко пыталась вытащить карандаш из ладони. Юная фурия все ещё не знала, что делать дальше. Насколько далеко она может зайти в мести своей матери за то, в каком кошмаре она жила?

— И что ты собралась делать, Алетра? Ты ведь понимаешь, что для тебя это в любом случае закончится плохо, — Йондра попыталась вернуть себе властный давящий вид, но у неё не получалось.

— А я не боюсь. Хватит бояться! Думаешь, я не понимаю, почему ты так со мной обращаешься, мама? Ты завидуешь. Вначале, может, ты и пыталась сделать из меня свою копию, а когда это начало получаться, ты стала завидовать. Молодости, красоте… Твои сиськи отвисают, кожа покрывается морщинами, а я только хорошею. Ты боишься превратиться в старую, никому не нужную, суку, которой и являешься. Именно поэтому ты позволяла той женщине измываться надо мной!

— Все не так, Алетра…

— Да? И в чем же я ошибаюсь? Тебе уже давно не интересны мои успехи, зато за каждую неудачу ты наказывала меня так, что я несколько дней из постели встать не могла. В те дни я лежала и думала: «Чем я прогневила Свет и заслужила такую мать, как ты?». Ты столько раз делала мне больно, что не удивляйся, что теперь я хочу сделать то же самое!

— Ну так делай! Делай это сама, а не поручай уродовать меня этому омерзительному монстру.

— О нет, мама. Ты думаешь, все будет так просто? Нет. Кригер, не мог бы ты мне немного помочь?

Мужчина посмотрел на Алетру и спустя несколько секунд кивнул.

— Схвати эту Конченую Суку, — фурия указала на Таисию, — и подтащи её к столу.

Для Кригера это было очень легко. Он схватил женщину за шиворот как котенка и буквально швырнул в противоположную часть комнаты. Та врезалась спиной в массивный деревянный стол и упала на пол. Застонав от боли, она попыталась подняться, но Кригер уже был рядом и рывком поставил её на ноги.

В голове у девушки мелькнула крайне садистская и извращенная идея предложить Кригеру трахнуть Таисию прямо на этом столе, на глазах у Йондры, но она тут же отбросила это. Кригер ей помогает и только. Просить сделать его столь вульгарное деяние — это уже чересчур, хотя Алетра не отказала бы себе в удовольствии посмотреть на реакцию Таисии.

— Мама, все-таки кое в чем ты права. Ты дала мне жизнь, образование, дом… Как бы мне не хотелось сказать «гори оно все пламенем Таргарона», это останется фактом. Если ты сделаешь то, что я скажу, ни я, ни Кригер не причиним тебе вреда.

Йондра нахмурилась, в глазах мелькнуло подозрение, а затем надежда.

— Хочешь, чтобы больше никто и пальцем тебя не касался? Хорошо!

— Ох нет. Меня и впрямь больше никто и пальцем не тронет, но вовсе не потому, что ты обещаешь. Потому что, если ты попробуешь это сделать, то глубоко пожалеешь.

— И что же ты хочешь, Алетра?

— Твоя вторая рука цела. Выжги глаза этой суке. Собственноручно.

— Ты обезумела?! Я не стану этого делать!

— Тогда я выжгу глаза тебе, — Алетра постаралась, чтобы её голос звучал твердо. Руки девушки окутало пламя, намекая на то, что она в любой момент готова пустить его в ход. — Перестань. Ты не стыдилась причинять вред мне, но, когда дело зашло о твоей любовнице, ты сразу встала в позу? Ты всегда учила обращаться с людьми как с вещами. Сделай это сейчас. Разберись с женщиной, что влезла в нашу семью, и тогда я тебя прощу. По крайней мере сделаю вид, что забыла прошлое.

Йондра бросила на свою любовницу хмурый взгляд. Та сейчас смотрелась жалко, словно побитая уличная кошка, которую взяли за шкирку. Взгляд холодный, колкий, только и ждущий момента, как бы укусить. Смотря в эти глаза Алетра, не видела раскаяния, сожаления или чего-то подобного, лишь возмущение и злость.

— Так что ты выберешь? Она или я?

— Пошла ты, Алетра. Неблагодарная маленькая дрянь! Я не буду играть в твои жалкие и никчемные игры. Выжжешь мне глаза? Да у тебя кишка тонка на такое!

Пламя окутало юную фурию, отчего даже ковер под её ногами начал дымиться, но Йондра и бровью не повела, решительно смотря на дочь, всем своим видом показывая «ты блефуешь».

Кригера она бы испугалась…

— Кригер, если мама этого не сделает, убей Таисию через одну минуту, — не сводя взгляда с матери, сказала Алетра.

— Стой! Нет! — взмолилась та. — Если ты меня убьешь, то пожалеешь! Тебя найдут и убьют самой ужасной из возможных смертей! Моя сестра тебя найдет! Слышишь?! Ты будешь долго умирать! Ты понятия не имеешь, с кем связался!

Внезапно дверь в кабинет отворилась. Все присутствующие рефлекторно повернули головы, но никого не увидели. Дверь просто открылась, словно ветер случайно её отворил. Алетра нахмурилась и ощутила странную ломоту в глазах. Ей было неприятно смотреть на пустующий проход.

— Убейте их! Убейте! — внезапно завопила Таисия. — Убейте их всех!

Алетра не поняла, кому именно она так кричит, и судя по реакции Йондры, та тоже не понимала, что происходит.

— Алетра, вниз! — раздался рык Кригера, но девушка не послушалась. Она все ещё ничего не понимала, но тут чья-то могучая рука вцепилась ей в плечо, игнорируя окутывающее девушку пламя, и резко дернула назад. Падение было болезненным, и лишь спустя пару мгновений фурия поняла, что это был Кригер.

На мгновение показалось, что он словно кого-то схватил, но человеческая фигура тут же расплылась, а глаза девушки заломило ещё сильнее. Йондра отпрянула в сторону, а Таисия, что-то крича, ломанулась к двери.

Все происходило быстро и непонятно, глаза сводило, а затем девушка услышала крик своей матери. Повернув голову, Алетра увидела, как та падает на пол, а на её груди расплывается кровавое пятно. Рядом с ней мелькнул смутный силуэт, который все сильнее расплывался при попытках девушки его рассмотреть.

Не раздумывая, Алетра что есть силы ударила потоком пламени. В миг силуэт обрел четкость, а боль в глазах исчезла. Это был человек, вне всякого сомнения, и он был объят огнем. Но при этом не кричал, не вопил, и, казалось, вообще не обращал внимание на то, что его лицо обугливается.

Горящая фигура потянулась к фурии, но на её пути вновь встал Кригер. Он перехватил руку мужчины, сжимающую странный изогнутый кинжал, словно сделанный из кости, и с треском переломил её. Затем ударом кулака он отшвырнул мужчину в сторону и повернулся к Алетре.

— Вставай! Надо уходить!

Алетра перестаралась. Пламя стремительно распространялось по кабинету. Ещё минута, и оно будет повсюду.

Не дожидаясь ответа, Кригер схватил её за руку и потянул за собой.

— А как же мама?

— Ей не помочь.

Кригер тащил фурию за собой, но Алетра все-таки нашла в себе силы повернуться и бросить последний взгляд на Йондру. Женщина так и лежала на полу, зажимая рану на груди, и смотрела перед собой.

Вот значит, как…

Ни ужаса, ни паники девушка не ощущала, лишь легкое неверие, что все это реально.

— Служанка. Надо её выпустить, — опомнилась Алетра, оказавшись в коридоре. Уже через минуту они были в другом крыле, открывая дверь и отпуская невольную пленницу. Женщина тот час бросилась прочь, а Алетра прислонилась спиной к стене.

— Все вышло… немного не так, как я себе представляла. Что это были за призраки?

— Бездушные. Идеальные убийцы. Незаметные и очень опасные, — ответил Кригер. — Знать бы ещё, что им тут понадобилось.

— Конченая Сука может знать… Раскол! Она сбежала. Мать мертва, а эта паскуда сбежала!

— Далеко не уйдет. Пёс, искать!

Опустошитель, послушно сидящий возле ног Кригера, тотчас устремился прочь. Таисии не позавидуешь, когда эта гончая найдет свою цель. Пламя тем временем уже начало выбираться в коридор. Совсем скоро его будет не остановить, и весь особняк запылает.

Туда ему и дорога!

* * *

Таисия мчалась со всех ног. На крыльце она чуть было не свернула шею, не самым удачным образом упав, но все это мелочи. Главное, что она вырвалась из цепких лап того мужчины. Сама мысль о том, что он касался её нежного тела своими грязными пальцами, вызывала отвращение и тошноту.

Женщине жаль было бросать Йондру, но что поделаешь. Умирать ради этой женщины она не собиралась. Если та останется в живых, Таисия просто слезно попросит у неё прощения, а если нет… что-ж… самое нужное фурия уже получила. Влияние, деньги. Она даже убедила Йондру указать Таисию в завещании.

— Ну ты и дура… — буркнула фурия, запрыгивая в машину. Ключей не оказалось. За рулем обычно была Йондра, и ключи остались у неё, но все это не беда. Таисия научилась паре трюков, чтобы заводить машины без ключа.

Вскрыв приборную панель, она покопалась в проводке, пока не обнаружила нужные провода.

— Они заплатят. Ещё как заплатят.

В голове женщины мелькнула мысль позвонить старшей сестре и сообщить о случившемся, но одно лишь воспоминание о довольном лице Тристи заставило отбросить эту идею. Таисия не хотела оказываться у неё в долгу, тем более таком. Она попросит помощи, но потом, на своих условиях, а не будучи побитой и пытающейся спастись.

Внезапно фурия почувствовала, как что-то тянет из неё силы. Она много раз слышала про это явление, но никогда раньше не ощущала. Оторвавшись от электроники, она подняла голову и посмотрела вперед через лобовое стекло и обмерла.

Прямо у капота стоял жуткий монстр, напоминающий помесь собаки и броненосца. Костяная броня, массивная зубастая пасть с раздвоенной нижней челюстью, безжизненные и холодные глаза.

Опустошитель?! Откуда тут Опустошитель?!

Паника охватила Таисию, и она бросилась с новым упорством пытаться завести двигатель. Тот час машина содрогнулась, её кузов помялся, стекла треснули. Опустошитель запрыгнул на капот и уже пытался разорвать когтями крышу. Таисия закричала от ужаса и бессилия. Несмотря на то, что она была фурией, её силы совершенно не подходили для боя с такой тварью.

Оружие! Мне нужно оружие!

Машина содрогалась, метал корежило. Ещё несколько секунд, и опустошитель вскроет машину как консервную банку, добираясь до содержимого. В панике Таисия бросила попытки завести транспорт и сунулась в бардачок. Йондра хранила там пистолет на экстренный случай.

И…

Да!

Ей повезло. Пистолет оказался на месте, и именно в этот момент массивная голова чудовища проникла в помятый салон и уже потянулась к женщине.

— Иди нахер! — завопила она, открыв огонь.

Опустошитель взвыл от боли и резко отпрянул, машину при этом чуть не подбросило вверх. Уж слишком массивным и сильным оказалось это существо. А затем наступила тишина, томительная и пугающая.

Сжавшись под бардачком, Таисия ждала, прислушивалась к каждому шороху, но в итоге все затихло.

— Испугался?! Аха-ха-ха-ха! Он испугался! — рассмеялась она и осторожно покинула свое убежище. Речи о том, чтобы попытаться завести транспорт, больше не было: машина помята так, что даже если двигатель заведется, то она все-равно не поедет.

Выбравшись на улицу, женщина огляделась и ухмыльнулась ещё шире. Опустошитель исчез, испарился, словно его и не было, а оружие в руках придавало уверенности. Теперь она уже не боялась тех двоих. Какая разница, насколько могущественная ты фурия, когда в твоих руках пистолет?

И в этот момент Таисия заметила какое-то движение краем глаза. Она резко развернулась, вскидывая пистолет, но было уже поздно. Опустошитель, который двигался невероятно проворно, выскочил из-за машины, вцепился ей в руку, перекусив её словно тростинку, и тотчас отпустил.

Заливая землю кровью и вопя от неописуемой боли, Таисия рухнула на траву и попыталась уползти. В её разуме в тот момент было лишь одно слово: бежать! Но монстр, словно играясь, позволил ей проползти несколько метров, затем сделал круг и вцепился в бедро, вырывая здоровый кусок мяса.

Больше Таисия не могла бежать. Все, что оставалось фурии, это вопить и молить о помощи. Пасть монстра оказалась совсем близко от лица, и женщина попробовала защититься, но в итоге лишь лишилась пальцев. Боли уже не было, её в какой-то момент стало так много, что затем она просто исчезла, словно кто-то повернул невидимый рубильник в её голове.

Это все должно быть сон. Не может быть, чтобы это было реальностью, — подумала Таисия, когда Опустошитель вгрызся ей в живот. — Да! Точно… Сон. Йондра посмеется, когда я расскажу ей про этот кошмар…

Таисия засмеялась и смеялась до самого конца, до того самого момента, когда челюсти монстра сомкнулись на её голове.

* * *

— И как же меня угораздило во все это вляпаться… — сердито бормотала себе под нос Нефис, зажимая простреленный бок и пытаясь подняться по лестнице. Каждая ступенька была для неё практически непреодолимым препятствием, но она раз за разом пересиливала себя, заставляла сделать ещё один шаг.

Женщина преодолела примерно половину лестничного пролета, когда зазвучала тревожная сирена. Нахлынуло дурное предчувствие, и Нефис с новым упорством продолжила покорение лестницы.

— Гребаный лифт… — буркнула она. Мертвый киллер чуть ранее сломал панель управления лифтом, лишив возможности вызвать его снизу. — Гребаный Теон Альдрим…

Наконец она смогла подняться на первый этаж и пошатывающейся походкой, прижимаясь плечом к стене, вышла в коридор. Удивительно, но коридоры были почти пусты.

— Эй! — крикнула Нефис. — Есть кто? Мне нужна помощь!

Почти сразу из помещения рядом выскочила раскрасневшаяся и слегка запыхавшаяся медсестра, которая бросилась к Нефис.

— Что вы тут делаете?! На выход! Срочно на выход!

— Что случилось?

— Опустошитель! Сказали, что тут опустошитель!

— Опустошитель? Что за бред… — и тут до неё дошло. Это же идеальный способ отправить сюда ударную группу. Персонал и больных эвакуируют, зону закрывают. Но нет тут никакого опустошителя. — Раскол…

— Быстрее! Уходим! Он может быть совсем рядом! — девица схватила Нефис за руку и буквально силой потащила за собой. Кажется, в панике, та даже и не заметила, что женщина ранена.

— Нет! Стой! Я не могу… — Нефис с силой оттолкнула медсестру, отчего та потеряла равновесие и упала.

— Ну и дура. Подыхай тут сама! — воскликнула она и рванула прочь.

Нефис застонала и прислонилась к стене. Боль накатывала волнами, голова начала кружиться.

Я теряю кровь. Нужно что-то предпринять…

К выходу она не пошла, вместо этого женщина вначале направилась к указателям и быстро просмотрела список отделений на первом этаже.

— Хирургия… То, что надо…

Сделав глубокий вдох, она вновь поковыляла. Пару раз она чуть было не падала на землю, прострелянная нога плохо слушалась, но все-таки каким-то чудом женщина смогла дойти до хирургического отделения.

— АвтоДок, хвала Свету…

В одной из операционных стояла сложная машина со множеством рук манипуляторов. Дойдя до стола, женщина взгромоздилась на него, после чего активировала коммуникатор.

— Умник, только возьми трубку.

— Нефис? Надеюсь, ты с хорошими новостями?

— О, ещё с какими… — поморщилась женщина.

— У тебя голос странный. Что-то случилось?

— Встреча с Теоном Альдримом вышла мне боком. Кто-то напал на него ночью, и в итоге сейчас он то ли в коме, то ли чем-то похожем.

— Свет! Ох… Это плохо…

— Слушай, Умник, это же ты поставляешь в Риндерон автодоки?

— По большей части.

— Сможешь объяснить, как им пользоваться?

— Объяснить? Нефис, это сложное медицинское оборудование, для работы с которым нужна специальная квалификация. Да, там есть скрипты для простых операций, но так или иначе контролировать процесс должен врач.

— Да нет тут сраного врача, Кайл! Больницу уже эвакуировали, и скоро сюда прибудет ударный отряд для убийства Теона, а у меня в брюхе кренталевая пуля. Тебе все ясно?

— Так… Хорошо… Я все понял… Сможешь сказать серийный номер автодока? Он должен быть написан на контрольной панели.

Морщась и ругаясь, Нефис дошла до панели, борясь с усиливающимся головокружением.

— Пять… три, семь, девять, четыре, восемь, два.

— Ага… Ага… Минутку… Нашел. Устанавливаю контакт.

— В смысле «устанавливаешь контакт»?

— Все мои разработки имеют… бэкдор, я могу брать над ними контроль через Сеть.

— Раскол! Ты понимаешь, что если это выяснится, то с тобой разорвут все контракты?

— Не переживай. Эта уязвимость крайне специфична, заметить её можно лишь во время непосредственного управления, но я таким не занимаюсь. Она существует на экстренный случай, вроде этого.

— И все же ты ходишь по опасному льду.

— Ложись на стол. Попробую что-нибудь сделать.

— Только не отрежь мне ничего лишнего…

— Ты шутишь — хороший знак.

— Я вообще-то говорю совершенно серьезно!

Мужчина рассмеялся, но Нефис слишком хорошо его знала, чтобы не заметить, как он нервничает. Женщина все той же пошатывающейся походкой легла на стол, почувствовав легкое облегчение.

Механические манипуляторы над столом пришли в движение. Один просканировал Нефис с ног да головы, затем другой с маленькими щипчиками на конце потянулся к её животу, но в последний момент остановился.

— Ты же понимаешь… что мне придется тебя раздеть?

— Боги, Кайл…

— Да, извини… Так… Рана довольно серьезная, но крупные сосуды вроде не задеты.

— Значит, залатать меня сможешь?

— Залатать? Погоди… ты собираешься сражаться?

— Похоже, у меня сейчас особо нет времени. Да и не люблю я, когда в меня стреляют.

— Нефис…

— Не начинай, Кайл. Лучше заштопай рану, и только местная анестезия.

— Уверена? Тебе, скорее всего, все-равно будет больно.

— Плевать. Я не хочу валятся тут под наркозом, когда меня придут убивать.

— Да… Понимаю. Тогда я начинаю.

Больно было, но не так уж сильно. Скорее сам факт, что какая-то железка копошится у тебя внутри, вызывал неприязнь. Женщине в этот момент хотелось выпить что-нибудь крепкого, но вряд ли в больнице имеется бар.

— Слушай… А в этой штуке есть что-нибудь болеутоляющее? Только такое, чтобы в голову не сильно било. Не хочу терять остроту мышления.

— Нет, к сожалению. Повезло, что анестезия есть, видимо, недавно проводили операцию и не достали расходник.

— Жаль…

— Нефис…

— М?

— Да так, ничего…

— Нет уж, говори как есть.

— Прости. Это ведь все из-за меня. Это я предложил тебе встретиться с Теоном Альдримом.

— Вот только не начинай, а… Вот чего делать не смей, так это винить себя. То, что я делаю — это исключительной мой выбор, ясно?

— Да…

— Кайл… Вот сколько мы с тобой знакомы?

— Лет… двадцать, я думаю.

— Точно… И как мы с тобой при этом ещё не переспали?

— Кхем… мы ведь друзья. Да и сейчас уже… вряд ли получится.

— Да… — подтвердила Нефис, отлично понимая, о чем он говорит. — Я слышу чье-то злобное дыхание. Ты все ещё не избавился от этой чокнутой?

— САМА ТЫ ЧОКНУТАЯ!

— Фэри! Не мешай! Извини… она бывает на редкость ревнива. И ты же знаешь, что я без неё как без рук. Найти специалиста её уровня крайне тяжело.

— Да-да, как скажешь.

— Нефис, слушай… ты сама на себя не похожа. Ты же не собираешься там умирать?

— Я? Нет. С чего ты взял?

— Но и бросать Теона Альдрима не станешь?

— По крайней мере пока не прибудут его люди. И да, я дура, знаю. Если бы знала себя чуть хуже, подумала бы, что влюбилась.

— Я тебя понимаю. Я скоро буду.

— В смысле, будешь?

— В прямом. Я не брошу тебя там умирать. Прибуду, как только смогу.

— Кайл, не говори чуши. Ты на другом конце света. Даже если ты сейчас сядешь во флаер, путь сюда на полной скорости займет полдня. И даже если ты каким-то чудом сможешь сюда прибыть, то что это даст?

— Просто подожди. Продержись хотя бы несколько часов.

* * *

Кайл оборвал связь и дрожащей рукой вытер пот платком, который услужливо подала помощница. Фэри была веснушчатой светловолосой девушкой, невысокой и с «мальчишеской» фигурой, но Кайл нанял её вовсе не из-за внешних данных, а из-за просто невероятного инженерного таланта. Она не сильна в проектировании новинок, но готовые идеи отлично воплощает в жизнь.

Вряд ли я бы смог создать ЭТО без её помощи.

Мужчина перевел взгляд на занимающую большую часть ангара массивную человекоподобную фигуру, напоминающую изящного рыцаря высотой в пятнадцать метров. Часть его брони была словно сделана из золота.

Его величайшее творение.

— Фэри, запускай системы Арбетоса. Самое время испытать его!

— Не-не-не-не! — тут же запротестовала она. — Даже и не думай! Мы его только на полигоне испытывали! И последний раз системы отказали прямо посреди испытаний. В центральном ядре ещё полно глюков, и если что-то пойдет не так, то…

— Я знаю, но выбора нет. Я не хочу потерять Нефис, — при упоминании фурии Фэри тут же надулась. Кайл знал, что девушка ревнует, но предпочитал не обращать на это внимание, в конце концов Нефис просто друг, а Фэри просто помощница. Ни с одной из них его не связывают какие-либо отношения.

Владелец ЗиммерТех, один из богатейших людей Немланда, был одинок несмотря на все богатства и влияние и вообще редко покидал свою лабораторию, позволяя вести большую часть дел своим заместителям. А все потому, что вот уже два года он был прикован к инвалидной коляске. Его ноги были ампутированы по колено, а из-за наследственного и прогрессирующего заболевания он не мог поставить себе импланты.

— К тому же, — попытался он немного утихомирить девушку. — Ты же слышала разговор. Теона Альдрима собираются убить. Если убьют его, то и все мои надежды скорее всего рухнут. Какой смысл так отчаянно работать и прилагать столько сил, если в нужный час я не могу это применить?

— Но… он правда не готов. Нейронный интерфейс барахлит, система вооружения готова лишь на пятьдесят процентов. Реактор не разгоняется выше сорока одного и двадцати девяти сотых процентов. Как не посмотри, но он ещё далек от готовности для полноценного боя. К тому же… вряд ли Арбитраж так просто позволит нам отправить в Риндерон настолько мощное оружие.

— А мы не будем их спрашивать.

— Вряд ли они этому обрадуются… — кисло заметила Фэри, но увидев решимость в глазах мужчины, кивнула. — Ладно… Я поняла… Приступаю. Но внутрь я тебя не пущу! Даже не проси.

— Но мы не испытывали нейронное управление на таком расстоянии! — возразил мужчина. Кайл и впрямь собирался самолично пилотировать Арбетоса.

— Воспользуемся спутниками для этого. Если ты залезешь в него сам, то я умываю руки.

— Ты ведь в курсе, что я твой работодатель?

— Ты ведь в курсе, что я кусаюсь?

— Кхм… Ладно. Уговорила. Надеюсь, лаг будет не слишком большим…

Пришла пора тебе вновь подняться в небеса, Страж Света Арбетос.

Глава 15. Осада

— От Кригера все ещё нет вестей? — спросила Вестра, и Самина в ответ отрицательно помотала головой.

— Нет. Коммуникатор по-прежнему выключен.

Девушка кивнула и больше не стала ничего спрашивать. Самина нервничала, да и Лифэтта тоже. Для постороннего наблюдателя это может быть и не было бы так заметно, но Вестра слишком хорошо знала серебряноволосую воительницу.

Сама же Вестра относилась к ситуации с каким-то странным и удивительным смирением.

Кажется, от Мастера Шу я перенимаю не только искусства меча.

Девушка усмехнулась себе под нос, но на это, кажется, никто не обратил ни малейшего внимания. Все были погружены в собственные, скорее всего мрачные мысли, из-за чего почти всю дорогу ехали в тишине. Хорошо хоть у Вестры с собой был портативный плеер и наушники, так что девушка устроилась поудобнее, включила музыку и постаралась расслабиться. Волноваться сейчас не было никакого смысла.

В какой-то момент машина резко остановилась, и девушка приоткрыла один глаз. Их остановил один из легистов.

— Только этого ещё не хватало, — буркнула Самина, и её рука невольно легла на пистолет на бедре. — Надеюсь, остальные смогли проехать…

Подойдя к водителю, страж правопорядка постучал по стеклу и терпеливо дождался, пока Самина опустит стекло.

— Простите, но больница перекрыта. На территории обнаружен Опустошитель, так что туда въезд закрыт.

Пока Самина пыталась придумать, чтобы такого ответить, заговорила Руннэт. Она обожгла мужчину уничижительным взглядом и властно произнесла.

— А мы что, похожи на больных? Перед тобой четыре боевые фурии в полном облачении.

— Но мне сообщили, что боевой отряд ещё не…

— Мы были поблизости и прибыли раньше. И вообще, с какого перепуга я должна отчитываться перед кем-то вроде тебя? Прочь с дороги, пока я не разозлилась по-настоящему и не сделала так, что вершиной твоей будущей карьерной лестницы станет работник супермаркета.

Мужчина опешил от такой наглости и испугался, Вестра отчетливо увидела это в его глазах. Было так странно и необычно видеть этот трепет перед фурией в глазах простого человека.

— Прошу прощения, проезжайте, — он замахал руками остальным, после чего те стали убирать оцепление, чтобы пропустить машину.

— Удивительно, как нас так легко пропустили, — удивилась Вестра. — Даже документы не спросили.

— Вряд ли люди, которые участвуют в эвакуации, знают, что происходит на самом деле. Это простые легисты, которые действуют по протоколам, — ответила вместо Руннэт Самина. — Стоит отдать должное Арбитражу. Они использовали самый простой метод для того, чтобы расчистить территорию. Опустошитель, с ума сойти…

Самина криво усмехнулась.

Кордон был установлен довольно далеко от больницы, что опять же, по словам Самины, было совершенно нормально для таких случаев.

Через пятнадцать минут езды впереди показалась больница имени Течфорда, одна из частных и довольно респектабельных клиник, представляющая собой комплекс из нескольких пятиэтажных зданий, соединенных переходами.

У главного входа уже был припаркован фургон Домена. Бойцы первого боевого подразделения пока ещё не заходили внутрь, а крутились возле машины, но даже издали можно было заметить, что новый глава отряда в данный момент о чем-то громко спорит с Шейлой дор-Нэйс. При приближении машины Самины споры утихли.

— Докладывайте, — приказала фурия, как только покинула транспорт. Пирсон собирался было что-то сказать, но в разговор вмешалась незнакомая Вестре женщина с серебристыми волосами. Она была очень красива и практически копия Лифэтты, только чуть старше.

Скорее всего, это Нефис, сестра Лиф…

— Лучше я, — сказала она, и Вестра только после этого обратила внимание на кровь на одежде.

— Сестра! Ты ранена? — опомнилась Лифэтта.

— Спокойнее. Пара царапин, ничего страшного, меня уже заштопали, — бросила она младшей, после чего обратилась к Самине. — В данный момент Теон Альдрим лежит в семнадцатом кабинете подвального помещения. Я сделала, как вы сказали — комната без окон, нормальная дверь… Но, Свет, могли бы вы сразу сказать, что из его задницы вылезет черный монстр!

— А ты бы поверила? — хмыкнула Руннэт.

— Так значит, это ты мне указывала? — с вызовом уточнила Нефис, и на мгновение Вестре показалось, что та начнет предъявлять претензии, но голос серебряноволосой фурии уже на следующих словах стал гораздо мягче. — Спасибо. Страшно представить, что бы было, случись это наверху.

— Банрат открыл бы все незапертые двери, заполняя собой помещение и пожирая всех, кто там окажется. Значит жертв не было?

— Два санитара. Все случилось слишком быстро.

— Двое значит, — кивнула Руннэт. По её лицу сложно было понять, о чем именно она думает. — Плохо.

— По мне, двое — это не так уж страшно. Жаль, конечно, но по сравнению с сотнями, — не согласилась Нефис, но Руннэт отрицательно покачала головой.

— Нет. Это плохо. Банрата нельзя часто кормить, именно поэтому Теон использует его лишь в определенных ситуациях. Демон ненасытен, каждая кормежка делает его сильнее, заставляет активнее расшатывать стены «темницы». Но это все уже не важно, что сделано, то сделано. Если Банрат освободился, то нам нет смысла думать о транспортировке. Осталось ждать, когда Теон очнется.

— И сколько это займет?

— Час. День. Неделю. Кто знает.

— Хреновый ответ.

— Какая ситуация, такой и ответ. Судя по крови на одежде, враг уже тут?

— Пока один убийца. Я с ним разобралась, — ответила Нефис поморщившись. — Но имейте в виду, он стрелял кренталевыми пулями.

— Значит, основные силы ещё не подошли. Но вряд ли они дадут нам много времени на подготовку.

Руннэт жестом позвала за собой нескольких парней и поручила им выгрузку снаряжения из машины. Пирсон при виде целого арсенала расплылся в улыбке, но когда дело дошло до самого «вкусного», а именно нескольких ящиков с кренталевыми пулями, его улыбка стал совсем жуткой.

— Разбирайте, — сказала им Руннэт, после чего первой же облачилась в один из бронежилетов и взяла штурмовую винтовку.

Пока Руннэт занималась распределением снаряжения, Самина выстраивала план дальнейшей обороны. Один из солдат Пирсона положил на капот машины чуть ранее позаимствованную карту больницы.

— Нам нет смысла удерживать всю больницу. Достаточно взять под контроль вот этот участок, — Самина маркером обозначила на карте нужную точку. — Тут и лифт, и лестницы. Вот этот, этот и этот коридоры мы попробуем заблокировать.

— Можно заминировать, — предложил один из солдат. — У меня есть нужная подготовка.

— Замечательно, — кивнула Самина, продолжая инструктаж. — Кому-то придется подняться в машинное отделение лифта и поднять его на уровень первого этажа, после чего как-то заблокировать. Будет плохо если враг проберется в обход по шахте, пока мы будем заняты обороной первого этажа.

— Главное помните, — сказала всем Руннэт. — Время играет на руку нам, а не им. Чем дольше они возятся, чем дольше будут пытаться взять нас приступом, тем лучше. Как только Теон очнется, у них не будет и шанса.

— А теперь хватит стоять! — крикнула Самина. — Нам надо перекрыть проходы тут, тут и тут. Быстрее!

Работа закипела. Солдаты перетаскивали каталки, тумбы, кровати, все габаритное, что можно использовать для перекрытия подступов. В основном этим занимались простые люди. Фурий никто не осмеливался просить помочь, но Вестра все-равно помогала, таскала разный хлам.

— Эй, ты ведь в курсе что должна беречь силы? — одернула её одна из новеньких фурий, когда Вестра тащила к коридору несколько стульев. — Пусть лучше люди этим занимаются. А мы…

— А они что, не устанут? Они так же, как и мы, будут сражаться.

— Да, но… — хотела возразить фурия, но в итоге замолчала, увидев, что даже Самина помогает с баррикадами, попутно отдавая приказы.

Все было тихо, даже слишком. Это казалось Вестре странным, но она хорошо помнила слова Руннэт о том, что время сейчас на их стороне. Каждая минута промедления со стороны врага была выигранной минутой, но всё хорошее когда-нибудь заканчивается.

Первое, что фурия услышала, это грохот, приближалось что-то тяжелое. Подойдя к ближайшему окну, выходящему на дорогу, Вестра увидела военные грузовики.

— А вот и гости, — удивительно спокойно произнесла Руннэт, разглядывая приближающиеся машины через бинокль.

— Враг! Все по позициям! — приказала Самина, и люди поспешили занять свои места. Вестра тоже не стала просто пялится из окна на приближающийся транспорт и направилась в точку, которую дали ей.

* * *

— Как же их много, — пробормотала Самина, разглядывая выходящих из машин солдат. По крайней мере пять десятков бойцов, два легких меха и больше десяти боевых фурий из ударного отряда. И у каждой именное оружие… Это будет тяжелый бой.

Самина активировала коммуникатор и попыталась выйти с его помощью на канал, по которому общаются члены Домена Силы. Именно оттуда и пришли эти люди, а вовсе не Магистериума, как можно было подумать. Это было ясно по логотипам на грузовиках.

— Обращаюсь к боевой группе фурий, прибывших к больнице Течфорда. Повторяю. Обращаюсь к боевой группе фурий, прибывших к больнице Течфорда.

— Это закрытый канал. Кто это? — спустя небольшую паузу послышался ответ. Самина напрягла зрение, пытаясь понять, кто именно из фурий говорит.

Ага… вот ты и попалась.

С ней говорила светловолосая фурия, которая параллельно раздавала команды. Несколько бойцов уже направились к машине, чтобы проверить её содержимое. Там их должен будет ждать крайне неприятный сюрприз, но все это потом.

— Говорит Самина Лэмфорд, — скрывать свою личность смысла нет. Арбитраж и так прекрасно знает всех, кто связан с Владетелем. — Помощник Теона Альдрима, и я говорю один единственный раз: уходите.

— Лэмфорд? Вы что-то путаете, мы прибыли сюда по вызову о Опустошителе.

Самина криво усмехнулась.

— В таком случае вам тем более стоит уйти. Теперь это дело Домена Власти, забыли? Все что связано с Опустошителями теперь в нашей юрисдикции.

— Послушайте, может, вы просто к нам выйдете? Мы поговорим, и думаю, сможем найти компромисс в данной ситуации, — сказала фурия и одновременно с этим жестами уже отдавала новый приказ своим людям.

— Компромисс? Будет один компромисс: вы уйдете, и останетесь в живых.

— Встречное предложение. Выходите и предстаньте перед судом, в противном случае я убью всех и каждого, кто вам помогает. Как тебе такое?

— Сама напросилась.

Самина и бровью не повела, кивнув сидящему рядом Пирсону. Тот припал к прицелу своей винтовки, и уже через секунду раздался выстрел. Стрелок из мужчины оказался отменным, пуля попала блондинке точно в голову. Следом за первым выстрелом в бой вступили и остальные подчиненные Самины. Она разместила огневые точки почти на каждом этаже. Кренталевые пули были у всех, но ими в данный момент стреляли только Пирсон и ещё один стрелок, сидящий на крыше. Остальные пока ограничивались простыми боеприпасами стреляя по солдатам.

Раз… Два… Три…

Несколько вражеских солдат укрылись за их фургоном, и Самина без малейших колебаний нажала щелкнула кнопку детонатора. Взрыв вышел не слишком сильным, но довольно эффектным. Тех, кто укрывался за транспортом, убило на месте, ещё нескольких как минимум отбросило взрывной волной.

Вперед выскочила фурия, подняв руки над головой, и тот час бойцов Домена Силы закрыл энергетический купол, с легкостью отражающий простые пули.

— Пирсон!

— Понял, — стрелок уже навел ствол на новую жертву и мягко нажал на спусковой крючок. Фурия вскрикнула и завалилась на землю, хватаясь за шею.

— Низко пошла, — с легкой досадой и поразительным спокойствием сказал Пирсон. Самину это немного удивило. Мужчина вообще не нервничал несмотря на то, что враг огрызался, и уже пара десяток пуль влетала в окно, через которое они стреляли. — А вот сейчас у нас будут проблемы!

Самина выругалась, поняв, о чем говорит мужчина. Один из двух приведенных мехов вышел вперед, игнорируя мелкокалиберные пули, и пальнул в здание из портативной ракетницы. К счастью для Самины и Пирсона, стреляли куда-то выше, скорее всего в третий или четвертый этаж. Насколько сильно пострадало здание и люди, сейчас было не понять, но Самина и не пыталась. Она просто выхватила одну из приготовленных гранат, вырвала чеку и швырнула её прямо меху под ноги.

Этого было мало, чтобы уничтожить боевую машину, но по крайней мере её немного повредило, и скорее всего, бойцу внутри тоже пришлось несладко.

— Думаю, пора менять позиции, — сказал Пирсон, тронув фурию за плечо. Самина, подумав мгновение согласно кивнула, тем более вдали были видны ещё грузовики. К врагу ехало подкрепление.

* * *

— Останови машину, — попросила Алетра.

— Мы уже через полчаса будем дома.

— Все-равно, останови, мне очень нужно…

Кригер съехал на обочину. Как только машина остановилась, Алетра выскочила на улицу и, не пройдя и метра, опустилась на колени, избавляясь от содержимого желудка. Вышло совсем немного, но девушка сразу почувствовала себя лучше.

Убедившись, что ничего не попало на одежду, она поправила немного растрепавшиеся волосы и вернулась обратно в салон.

— Держи, — Кригер протянул ей какую-то флягу.

Девушка, бросив на него удивленный взгляд, взяла флягу, открутила крышку и тут же поморщилась от резкого запаха.

— Это не вода.

— Претензии к хозяину.

— А разве она не твоя?

— Нашел в бардачке.

— А машина чья?

— Кого-то из новеньких. Я сказал, что мне нужна машина, и мне дали ключи.

— Понятно…

И тем не менее вкус рвоты едва ли можно было назвать приятным, так что Алетра сделала глоток и едва не выплюнула эту ядреную смесь, которую можно считать смертельным оружием. Но все же она заставила себя её проглотить.

— Лучше?

— Теперь вообще вкуса не чувствую.

— Можем ехать?

— Дай минутку, я хочу немного подышать свежим воздухом.

Дорога проходила через лес, по ней мало кто ездил, так как в том направлении кроме Домена фактически ничего и не было. Школы специально строились далеко от населенных пунктов, чтобы фуриям было тяжело сбежать.

Девушка смотрела на умиротворяющий вид, на крону деревьев, сквозь которую пробивались лучи заходящего солнца, глянула на флягу в своей руке и сделала ещё один глоток. Крепкая выпивка вновь зажгла пищевод, а затем приятное тепло стало расходиться по всему телу.

— Ты, наверное, разочарован.

— М?

— Я не смогла убить свою мать, несмотря на все, что она со мной делала. Я проявила слабость, и в итоге её жизнь забрал непонятный «призрак».

— Я знал, что ты не сможешь этого сделать.

— Знал?

— Она твоя мать, даже если ты её ненавидишь. Тяжело пойти против человека, что дал тебе жизнь. Когда мы ехали, я знал, что ты вряд ли сможешь пойти дальше угроз.

— Это так очевидно?.. — Алетра и впрямь не планировала ничего такого. Хотела просто обрести свободу, но в итоге превратилась в сироту. В конечном итоге Таисии было совершенно плевать на Йондру. Своя шкура была гораздо дороже.

— Да.

— Ну и плевать.

Девушка замолчала, подставив лицо ветру.

— Хорошо… — внезапно даже для самой себя прошептала девушка.

— Что?

— Хорошо, говорю. Я… Я словно заново родилась. Словно с плеч свалился тяжкий груз, который не давал мне жить. Я должна грустить, плакать, но во мне нет этих эмоций. Напротив, я чувствую свободу. Больше никто не будет указывать, как мне поступать и на что тратить свою жизнь.

Алетра возможно впервые за свою жизнь ощутила себя по-настоящему свободной. Это чувство пьянило покрепче, чем алкоголь. Осознание того факта, что Йондры Велв больше нет, кажется, словно ещё не пришло. Алетра, возможно, будет грустить, но не сейчас и даже не через несколько дней. Лишь спустя годы, когда воспоминания о ужасах померкнут, лишь тогда она, может быть, и станет вспоминать хотя бы с равнодушием.

Фурия бросила взгляд на Кригера, такого невозмутимого и жуткого. Он вновь закурил, равнодушно смотря на дорогу, и это вызывало у девушки чувство не то разочарования, не то злости.

Почему он не смотрит на меня?

Алетра знала, что красива, и то, что сделал Кригер… Обычно на такие безумства идут влюбленные мальчишки, чтобы завоевать симпатию девушки, но этот мужчина ни одним словом или видом не показал хоть какую-то заинтересованность.

В конце концов это игнорирование так её разозлило, что девушка выхватила сигарету прямо у мужчины изо рта и бесцеремонно уселась ему на колени. Алетра сделала затяжку и выпустила дым прямо мужчине в лицо, решив, что со стороны это должно смотреться очень сексуально. Но вопреки надеждам, Кригер никак не отреагировал, его взгляд остался абсолютно холодным.

— Что ты делаешь?

— А на что похоже? Собираюсь тебя трахнуть, раз уж ты инициативу проявлять не собираешься.

— Это плохая идея.

— У меня уже давно не было нормальной разрядки, — заявила Алетра, смотря ему прямо в глаза. — И полагаю, что у тебя тоже. Арвин, Лифетта и Самина то и дело прыгают на члене Теона, но ты при этом всегда один. Я думаю, несправедливо, что тебе никто не достается.

— Мне это не нужно, — не похоже, чтобы Кригер шутил.

— Мне это нужно! — твердо заявила Алетра, уперев руки в плечи мужчины и придавливая его к сидению. Точнее, попыталась это сделать, но внезапно осознала, что мужчина твердый. Алетра пораженно провела руками по его плечам, словно сделанным из камня.

— Ты не понимаешь, о чем просишь.

— Мне кажется, я отлично все понимаю, — не согласилась фурия. Стащив с себя футболку, она бросила её на соседнее сидение. Спустя несколько секунд туда полетел и бюстгалтер.

Теперь ты точно будешь на них смотреть!

И Кригер действительно смотрел, правда совсем не тем взглядом, на который рассчитывала девушка. Все то же равнодушие.

— Я монстр, Алетра.

— И что? По мне, лучше выглядеть как монстр, чем быть таковым внутри. Только… отправь Пса на улицу.

— Тебя он смущает?

— Немного.

Кригер спорить не стал. Чуть сместился влево, дотягиваясь до дверцы пассажирского сидения и отворил её. Опустошитель бросил на людей странный взгляд, после чего нехотя покинул салон.

Алетра улыбнулась и, нащупав рычаг регулировки сидения, дернула за него. Спинка сдвинулась, места сразу стало больше. Бросая на Кригера хищные взгляды, девушка стала медленно, одну за другой расстегивать пуговицы на его рубашке.

Кригер был удивительно пассивен и не выказывал особой заинтересованности в происходящем. С одной стороны это немного раздражало фурию, а с другой это было своего рода вызовом. Но в конце концов его «броня» дрогнула. Мужчина протянул руку и прикоснулся к груди девушки. Сделал он это довольно грубо, но Алетру это даже заводило.

Она провела ладонью по тому месту, где располагался член, и облизнула пересохшие губы. Кажется, только сейчас девушка осознала, на что именно собирается пойти, что эта его «штука» в итоге должна оказаться внутри неё. От осознания этого стало слегка дурно, и накатила непонятная паника, но волевым решением Алетра задвинула эти мешающие чувства в глубь сознания. Отступать фурия не собиралась. Вместо этого Алетра расстегнула ширинку, собираясь заглянуть страху в глаза.

— Ох…

— Не таким ты его себе представляла, да? — если бы голос Кригера мог выражать эмоции, то в нем бы звучала легкая насмешка.

— Немного…

Алетре доводилось видеть разные ролики в сети, и разумеется, она знала, как должен выглядеть член мужчины, но орган Кригера выглядел слегка иначе.

Её рука легла на ствол, начав делать мягкие поступательные движения, затем чуть грубее и быстрее, при этом неотрывно Кригеру в глаза, и в этот раз ощутила отклик. И без того грубая плоть становилась каменной.

Мужчина не стал пассивно наслаждаться ласками. Его рука соскользнула с груди фурии, и Кригер провел указательным пальцем по бедрам, разрезая своей силой ткань джинс. Алетра и опомниться не успела, как то, что осталось от штанов, полетело к остальной одежде, и она осталась в одних лишь трусиках, но и им не долго оставалось находится в целости.

Могучая ладонь легла Алетре между ног, и она вздрогнула. Было так странно ощущать эти крупные грубые пальцы после тонких и нежных пальчиков Алетры.

Девушка не знала, сколько времени они так ласкали друг друга. Может пару минут, а может целый час. Пальцы Кригера вызывали целый вулкан ощущений. Алетра чувствовала его силу, его энергию Иного и захлебывалась ею. Остановились они, лишь когда Алетра отчетливо поняла, что готова принять его. Возбуждение было таким сильным, что она теряла контроль, и это поражало её саму. В конце концов фурия подалась вперед, одновременно рукой направляя член в себя.

Ей было больно несмотря на то, что девушка была достаточно возбуждена. Казалось, что таз рвут на куски, но вскоре боль начала стихать, сменившись распаляющим жаром. И только в этот момент Алетра начала понимать Арвин.

* * *

— Я хочу стать твоей партнершей, — заявила фурия, развалившись на пассажирском сидении. Сердце все ещё бешено билось, а кожу покрывал липкий пот. Девушке очень хотелось принять душ, но, пожалуй, ещё больше ей хотелось продолжения.

Это было так странно. Когда она решила устроить разрядку с Кригером, не думала, что ей НАСТОЛЬКО понравится. Она много раз слышала от фурий, что секс с мужчиной это что-то пресное, что это нельзя сравнить с разрядкой фурий, но такую гамму чувств Алетра не ощущала ни с Арвин, ни с какой-либо другой девушкой. Раньше она винила Арвин в предательстве из-за того, что та променяла свою партнершу на мужчину, но теперь осознавала, почему подруга так поступила. Да Алетра сама в итоге готова пойти на очень многое, чтобы испытать это чувство снова.

— Мне не нужен партнер, — ответил Кригер, закуривая.

— Тебе так нравится быть одному?

— Для меня это привычно. Лишние люди вокруг создают хаос.

— А мне все-равно. Я хочу стать твоей партнершей. Мы с тобой неплохо сработались, как мне кажется. Так что с этого момента я твоя партнерша и не желаю слушать возражений.

Кригер молчал, равнодушно смотря вперед.

Ему ведь совершенно на меня плевать? Ну и ладно…

Не то что бы Алетру это сильно трогало, но насчет партнерши она не шутила. Девушка не ждала романтики или чего-то такого, Кригер не такой человек. Фурия просто вспоминала слова Вестры о том, что от союза мужской и женской энергии дар обоих развивается. Она просто хотела стать сильнее.

Когда Кригер закончил с сигаретой, он несколько раз щелкнул по браслету на своей руке, активируя коммуникатор.

— Кригер, чтоб тебя пламя Таргарона сожгло! Где ты?! У нас проблемы! Теон ранен, сейчас он лежит в больнице Течфорда, и скорее всего его попытаются убить. Перезвони, как только получишь это сообщение, чтоб тебя!

Голосовое сообщение ещё не успело завершится, а мужчина уже завел машину и тронулся. Алетра в тот момент расслабленно сидела и едва не вылетела из машины через открытую дверь.

— Свет! Ты чего?! — воскликнула девушка, перепугавшись, но почти сразу до неё дошло, что именно происходит. — Ох… Давно она его оставила?

— Три часа назад.

— Дерьмо! А Пёс, он же был на улице…

— Догонит.

Алетра выглянула через окно, бросая взгляд на дорогу позади. Действительно, Опустошитель довольно резво бежал за машиной.

* * *

Тристи восседала на Троне Костей и наблюдала за тем, как солдаты Домена Силы штурмуют больницу, где находится Теон Альдрим. Делала она это через глаза пятерых Бездушных, что тоже были готовы действовать. И все же она пока не давала им команды. Всего фурия может контролировать двадцать Бездушных единовременно. В этом до отца, который управлял несколькими сотнями, ей, увы, далеко.

— Как идут дела? — поинтересовалась вошедшая в зал Галатея, которую в древних сказаниях часто называли «Дарующей Жизнь».

— Пока хуже, чем хотелось бы, мама, — ответила Тристи отпустив контроль Бездушных. — Но у меня для тебя плохие новости.

— Это какие?

— Таисия мертва, убита одним из сподвижников Теона Альдрима.

Если мать ощутила утрату, то никак внешне это не показала.

— Печальное известие, — сухо ответила она. — Но Таисия сама выбрала такую судьбу. Слишком ударилась в Истинный Путь, вообразив, что однажды сможет стать Верховной Жрицей. Куда больше я сожалею о Бездушных, которых ты ей отдала. Они ведь убиты?

— Да, — не стала отрицать Тристи. В общей сложности она отдала сестре пять Бездушных, четверть имеющейся силы в обмен на обещание не пытаться претендовать на Трон Костей. — Этот Кригер… Похоже, он может их видеть, даже когда они используют отвод глаз. Он ведь был твоим другом?

— Другом? — Галатея криво усмехнулась. — У Кригера нет друзей. Он цепной пес Владетеля, человек без жалости и совести. Опасайся его. Он может доставить тебе не меньше проблем, чем сам Владетель.

— Тогда нам повезло, что его нет в больнице. Если сможем захватить Альдрима раньше, чем туда прибудет Кригер, то выиграем.

— Гроб уже доставили?

— Почти. Ещё полчаса, и он будет на месте.

— Замечательно, — улыбнулась Галатея. — Давно пора похоронить этот реликт прошлого. Но на этот раз так, чтобы его не откопали.

Тристи захотелось пошутить, что её дорогая матушка гораздо старше Владетеля, и является куда более древним реликтом, но не стала. У Галатеи много детей, но лишь самые способные удостаиваются её внимания, да и не стоит злить женщину, которая может убить тебя одним прикосновением.

Глава 16. Первый бой Домена Власти

Самина и Пирсон сменили позицию, и сделали это вовремя. Не прошло и полминуты, как на прежнее место прилетела граната, взрыв которой гулко пронесся по больнице. Стрельба не прекращалась, хотя в тот момент сложно было сказать, кто именно стрелял, свои или чужие.

— Самина, ты ранена! — внезапно воскликнул Пирсон.

Фурия удивленно взглянула на него, затем осмотрела себя и поняла, что тот прав. На правой руке уже краснело пятно.

Меня подстрелили, а я даже и не заметила? Вот так дела…

Самину это не на шутку удивило и даже немного напугало. Закатав рукав, она оглянула рану, и Пирсон присвистнул.

— Так ты регенератор? Повезло…

Рана на руке девушки уже начала затягиваться. К утру, скорее всего, даже шрама не останется.

— Да, просто царапина. Переходим к следующему этапу плана, — сказала Самина, и Пирсон согласно кивнул, начав отдавать приказы через коммуникатор. Враг с легкостью мог подслушать их переговоры, ведь пока что никакого защищенного канала у Домена Власти нет, поэтому для переговоров использовались шифровальные слова, смысл которых был оговорен заранее.

Почти сразу выстрелы стали стихать, что говорило о том, что ударный отряд Домена Власти отступил на новые позиции, уже в глубине здания. Самина и Пирсон тем временем перебрались в соседнее крыло через единственный незаблокированный проход. Оттуда открывался хороший вид на позицию врага.

Прибыло ещё несколько грузовиков. В общей сложности ещё сотня людей и два боевых отряда фурий.

— Плохо, — поморщился Пирсон. — Их так много…

— Но у нас хватает кренталевых пуль.

— Тоже верно, — улыбнулся тот.

У стрелков все-таки получилось повредить один из вражеских мехов. Оттуда вылез пилот и стал ковыряться в машине, пытаясь привести её в рабочее состояние.

— Сними его, — попросила Самина. — И отступаем.

Судя по тому, что никто больше не помогал с мехом, пилот-механик был только один, не считая того, что в данный момент пилотировал второго меха. Запасных не брали.

Пирсон кивнул и, уперев приклад в плечо, припал глазом к снайперскому прицелу. Бах, и пилот падает с простреленной головой. Немного расслабившийся после прекращения огня противник тут же жестко ответил свинцовым дождем по позициям Самины и Пирсона, но парочка уже была далеко.

Ожил коммуникатор на запястье фурии.

— Желтый семь, — послышался голос Руннэт.

— Оранжевый дом, — ответила она.

Руннэт передала, что противники готовятся к штурму и будут пробовать войти через главный вход. Впереди пойдут боевые фурии с навыками защиты, следом несколько мощных атакующих, а в конце уже боевой отряд людей.

Самина бежала первой, мужчина неотрывно следовал за ней, прикрывая спину. Они сбежали по лестнице вниз на два пролета и вышли к позиции Руннэт.

— Все готово?

— Да. Их ждет неприятный сюрприз, — рыжеволосая женщина улыбнулась слегка жутковатой улыбкой. Самина на мгновение даже и забыла, что перед ней Тусклая. Руннэт сейчас казалась невероятно живой. — По местам.

В здание больницы вошло шесть фурий, намного больше, чем ожидалось, и каждая из них обладала довольно могучим защитным барьером. Против пуль с кренталем это не слишком помогло бы, поэтому фурии поступили умно, взяв с собой по ростовому щиту.

Самина, Руннэт и Пирсон наблюдали за передвижением противника через несколько установленных в главном холе камер. Шли фурии плотным строем, прикрывая друг друга, отчего даже перекрестным огнем их было сложно достать, но у Пирсона был другой план.

Почти гениальный, надо сказать. Когда фурии прошли достаточно глубоко, и в дело вступил боевой отряд, который должен был рассредоточиться по помещениям, Пирсон протянул Самине детонатор.

— Доверяю это тебе, — улыбнулся он.

— С превеликим удовольствием.

После щелчка кнопки в холле больницы произошел взрыв. Его целью было вовсе не поражение противника взрывной волной, ту погасят барьеры фурий, а в шрапнели, и далеко не обычной. Несколько десятков кренталевых пуль были разобраны, после чего один из людей Пирсона сидел с молотком, пытаясь размельчить их на более мелкие фрагменты.

Всего зарядов было пять, и все были установлены на потолке, чтобы враг оказался максимально беззащитным. Два с кренталем, три обычных, и взрывались они последовательно, с десятисекундным интервалом. Урон оказался просто невероятным. Первым взрывом накрыло фурий, кренталевая шрапнель ударила им в спины, лишая какой-бы то ни было защиты, следом взорвались оставшиеся заряды.

— О-хре-неть… — протянула Самина, смотря на голографический дисплей браслета, который транслировал картинку с камер.

— Некогда сидеть! — рыкнула Руннэт и поспешила покинуть укрытие. Самина и Пирсон последовали за ней. Не замедляя шаг, женщина открыла огонь по раненым солдатам. К этому времени подошли и ещё несколько людей Пирсона, которые сделали тоже самое. Никакой жалости. Они методично добивали раненых.

А вот Самина помедлила. Она понимала, что так нужно, что они враги и пришли их убить, но какая-то часть говорила, что все это неправильно. Теон был прав. То, что сейчас происходит, это война. Настоящая война, где льется кровь.

Правильную ли сторону я выбрала?

Но сейчас плохое время для сомнений, поэтому Самина нажала на спусковой крючок.

— Отходим! — крикнул Пирсон, заметив, что на входе появилась новая группа врагов. Отстреливаясь, они отступали, баррикадируя за собой двери.

Скольких они уже убили за сегодня? По меньшей мере десятка четыре точно, среди которых дюжина фурий наберется.

* * *

— Судя по выражению твоего лица, дела идут не очень хорошо, — на идеальном лице Галатеи возникла озорная усмешка. В такие моменты Тристи не понимала, на чьей вообще стороне её мать.

— Мы только что потеряли один из отрядов, пытавшийся взять дом штурмом. Я уже отправила ещё два в обход, но, судя по всему, они забаррикадировались. Единственный свободный проход только центральный.

— И ты послала людей прямо в очевидную ловушку?

— Я не раздаю приказы напрямую. Оливию, которой я поручила командование, убили ещё в первые минуты схватки. Похоже, что Домен Власти обзавелся пулями с кренталем. И в весьма большом количестве.

— Надо будет выяснить, кто их поставщики, и разобраться с предателями. Просто с ума сойти, кренталевые пули. Такие вещи на дороге не валяются, достать их даже на черном рынке сложно и дорого.

Тристи очень хотелось сказать матери, что она и так это прекрасно знает, но решила промолчать.

— Как насчет спутника? — предложила Гатаея. — Насколько я помню, на орбите должна находится парочка.

— Тот, к которому у меня был допуск, уничтожен Теоном Альдримом. Есть второй, но в данный момент он на техническом переоснащении. Я могу попробовать получить к нему ключи доступа и вывести на позицию огня, но это займет время, а оно играет против нас. Мы и так получили информацию о Теоне слишком поздно.

— Да. Если он проснется, то всему конец, — согласилась Галатея. — Но у нас все ещё есть возможность сделать его менее опасным.

— О чем ты?

— А ты сама подумай.

Тристи нахмурилась, обдумывая, что такого важного она могла упустить.

— Пока Теон Альдрим в больнице, Кригер был занят разборкой с Таисией, — начала рассуждать фурия вслух. — Что из этого следует… Что их штаб сейчас находится без какой-либо защиты.

— А что находится там?

— Да ничего, наверное, сейчас там пус… — и тут она осеклась. До неё внезапно дошло, о чем говорит мать. — Рэман-дал-Тор! Его меч!

— Именно, — улыбка Галатеи стала совсем жуткой. — Рэман-дал-Тор. Если мы получим Убийцу Богов, то превратим Теона Альдрим в такого же Ткача Иного, как остальные. Да, бессмертного, да, могущественного, но страдающего от тех же слабостей, что и остальные. Если он очнется и поймет, что мы пытались сделать, то с мечом в руках мы его не остановим. Он сотрет с лица земли этот город, не оставив тут ни единой живой души.

— Но что, если меч запечатан? Мы не сможем его взять.

— Ты же не думаешь, что за все эти семьсот лет я ничего не придумала? Пока он был в Тор-Санрэйз, достать его было невозможно, но тут реальный мир, а не созданный старыми богами.

— В таком случае, надо действовать быстро.

— Именно, дочь моя.

* * *

Лифэтта не участвовала в перестрелке, дожидаясь у черного входа. Вне всякого сомнения, кто-то попытается напасть сзади, поэтому Лифэтту и поставили возле одного из черных ходов. Фурии не нравилось, что в итоге её задвинули подальше от боя, но и идти против приказа Самины и тем более ослушаться его она не стала. В организации нужна субординация, это девушка понимала. Самина заменяла Теона, а значит могла отдавать приказы в том числе и ей.

И все же Лифэтте нетерпелось вступить в бой.

Внезапно забаррикадированная дверь неподалеку дрогнула. Кто-то пытался её выломать.

Удар. Удар. Удар.

В конце концов преграда не выдержала и разлетелась множеством обломков.

Нефис кивнула в сторону двери и Лифэтта согласно кивнула в ответ. С момента встречи они с сестрой практически и не разговаривали, молча дожидаясь нападения врага на их позицию.

Лифэтта с сестрой заняли место по обе стороны дверного косяка и затихли, дожидаясь удачной возможности для атаки.

— Вот же придурки, — послышался чей-то женский голос. — Даже никого тут не оставили. Ударим им в спину, они и очухаться не успеют.

— Тихо, — шикнула на девушку вторая.

Лифэтта прикрыла глаза и попыталась понять, сколько их, ориентируясь на звук шагов и запах. В особенности на последний, как никак сверхчувствительность ароматов была её малым даром. Бесполезным по большей части, и в определенные моменты мешающим, но и от него бывал толк.

Трое… нет! Четверо. У одной жутко пахучие духи, от которых у Лифэтты щипало нос и немного притупляло нюх, но, вне всякого сомнения, их было четверо. Открыв глаза, Лифэтта бросила взгляд на сестру и показала четыре пальца.

— По мне как-то даже слишком тихо… — сказала одна из фурий, оказавшись прямо рядом с дверным проемом, за которым и прятались сестры.

Нефис жестами начала отсчет.

Три.

Два.

Один.

Резко покинув укрытие, Нефис коснулась Иного, призывая демоническую форму.

Её дар называют «Теневым воплощением». Такие фурии способны воплощать какой-то образ с помощью энергии Иного, который крепко к ним привязан и не способен двигаться автономно. В руке демона был клинок, который пронзил вражескую фурию насквозь, пригвоздив ту к стене. Она даже ничего сделать не успела.

— Враг! — закричала одна из фурий Домена Силы, и с её рук хлынули потоки молний, устремившиеся в Нефис. Сестра попыталась заблокировать эту атаку второй рукой демона, но электрический разряд все-равно её задел, заставив закричать от боли.

— Нефис! — крикнула Лифэтта, выскочившая из укрытия на пару мгновений позже.

Она бросилась к оставшимся трем фуриям, но не успела пробежать и трех шагов, как пол под ногами фурии задрожал и пошел трещинами, а уже через миг вверх полетели десятки мелких камней, словно под полом что-то взорвалось.

Квейкер, вот кем была одна из вражеских фурий. Создательницей землетрясений. В древности таких называли Магами Камня, правда если бы эта была так сильна, как Ткачи прошлого, то скорее всего она бы просто обрушила здание.

Лифетта призвала крыло, защищая себя от осколков, но удар был такой силы, что девушку подбросило под самый потолок. Зато это дало время Нефис оклематься от удара и воспользоваться шипами демона.

Три призрачных шипа сорвались с руки демона Нефис, поразив фурию-квейкера в живот и голень. Третий прошел мимо, но и тех, что попали, хватило.

Воспользовавшись заминкой среди оставшихся в живых фурий, Лифэтта оттолкнулась крылом, придавая себе ускорение, и уже через пару секунд оказалась рядом с женщинами. Электрическая успела ударить снова, но слишком поздно. Большую часть заряда поглотил именной меч, который обрушился прямо на голову фурии.

Последняя дрогнула, осознав, что осталась одна. Кажется, она даже Иного не касалась из-за страха. Пробормотав что-то неразборчивое, она отступила и бросилась бежать. Лифэтта преследовать её не собиралась, застыв в легком оцепенении.

Она только что убила человека…

Раньше она думала, что готова к этому. Что есть враг, и она не будет испытывать угрызений совести из-за его убийства. Но права была лишь отчасти. Когда пришло время, рука не дрогнула, но одновременно с этим в душе нарастало какое-то смятение.

Нефис, держась за окровавленный бок, подошла к Лифэтте, наклонилась рядом с одной из убитых фурий, вытащила пистолет, что висел у той на бедре, вкинула его и выстрелила улепетывающей фурии в спину.

— Можно было бы её не убивать.

— Она враг, Лифэтта. Окажись ты на её месте, она бы выстрелила, не раздумывая.

— Ты этого не знаешь.

— Знаю. Врагов за спиной не оставляют, — сухо ответила та, морщась от боли.

— Тебя ранили?

— Нет, шов разошелся. Умник подлатал меня не так хорошо, как я думала.

— Пошли. Нужно обработать рану.

— Потом. Все потом. Ещё не хватало, чтобы сюда ещё кто-нибудь явился, пока мы прохлаждаемся.

— Верно… — нехотя согласилась Лифэтта, бросив взгляд на открытую дверь и почему-то почувствовав дискомфорт в глазах.

* * *

— Кайл, ты входишь в воздушное пространство Риндерона. Они пытаются выйти с тобой на связь.

— Понял, — ответил мужчина. Прямо сейчас он находился в капсуле с нейроуправлением и видел лишь то, что транслировали датчики Арбетоса.

Пока что первый полет шел довольно уверенно. Двигатели если и теряли мощность, то не более пяти процентов, что не сказывалось на полете, да и Фэри оперативно вносила коррективы в программу.

— Я послала им песню с котиком в качестве ответа.

— Эта та, где «кошечка мяу-мяу мир покорила?»

— Её самую.

— А они что?

— Выслали нам на перехват дронов. Зануды. Это же свежий супер-хит! Никакого чувства вкуса…

Дроны появились довольно скоро, и было их довольно много. По меньшей мере сотня.

— Ой. Они стреляют!

— Я вижу… Это предупредительный.

До дронов, выстроившихся плотной стеной, оставалось всего-ничего. Когда они выстрелили второй раз, то стало очевидно, что теперь это огонь на поражение. По броне Арбетоса загремели пули, выпущенные из крупнокалиберных пулеметов, а следом дроны пустили несколько десятков ракет, вереницей устремившихся в мех.

— С самонаведением, — хмыкнула помощница.

— Щит!

В следующую секунду Арбетоса окутал силовой барьер, который и принял на себя основной удар.

— Ой-ей!

— Что? Только не говори, что щит не выдержал.

— Щит сработал прекрасно, а вот реактору кирдык.

Кайл проверил показатели и выругался. От слишком сильного удара и чрезмерного расхода энергии на погашение урона мощность упала на шестьдесят девять процентов. Арбетос начал терять высоту.

— Пламя Таргарона! Этого ещё не хватало… — Кайл пытался сделать хоть что-нибудь, чтобы исправить ситуацию, но все безрезультатно. — Фэри, сделай хоть что-нибудь!

— Ладно-ладно… попробуем замкнуть вот этот контур… и вот этот… отрубим кофеварку…

— Кофевар… чего?! Зачем в Арбетосе кофеварка?!

— Я часто ковыряюсь в кабине управления, и мне было лень постоянно бегать за кофе, вот я туда её и установила.

— Кофеварка жрала один процент энергии?! — Кайл опешил, когда увидел показания. — Фэри, ты серьезно?!

— Да, она малость глючная, но ты бы знал, какой капучино варит… м-м-м-м…

Арбетос тем временем опустился на опасную высоту, одна нога билась о волны.

— Фэри!

— Все, отрубила, что могла, и перераспределила энергию, теперь все должно работать лучше.

Мощность реактора вернулась к исходным значениям, и Страж вновь резко начал выбирать высоту.

— А теперь пора испытать систему вооружения.

От спины Арбетоса отделилось несколько автономных боевых систем, по сути тех же дронов, но с куда более мощным вооружением. Несколько ослепительных лучей ударили по вражеской системе ПВО, испепеляя десятки дронов врага за считанные секунды.

— Потрясающе… мы уничтожили треть вражеских дронов за пару секунд.

— Ага, и это мы только разогреваемся! — подтвердила Фэри. — Эй, стой, а остальные?!

— Нет времени. Уничтожу только тех, что будут догонять.

— Зануда, — вздохнула девушка. — И что ты нашел в этой Нефис…

— Мы с ней друзья.

— Да-да… Лети уже, рыцарь в сияющем мехе… Эх…

* * *

Вестра была далеко от места начала схватки. Ей и Дионе Эрив поручили быть недалеко от лестницы, ведущей в подвал, где заперт Теон. Здание внезапно вздрогнуло, словно случилось землетрясение. С потолка посыпалась штукатурка, и Диона раздраженно выругалась. Женщина нервничала, время от времени проверяя исправность дробовика в собственных руках.

— Как ты можешь просто так сидеть? — в конце концов не выдержала старшая фурия, увидев, как Вестра сидит на полу, скрестив ноги под собой.

— Не вижу смысла переживать, — спокойно ответила Вестра. Казалось бы, юная фурия не так уж давно стала заниматься с Мастером Шу, но крайне быстро перенимала его привычки. Нет смысла слишком переживать перед битвой. Фурия чувствовала странное умиротворение, хотя частичка её подсознания все-таки беспокоилась за остальных. — Мы все-равно не можем ни на что повлиять.

— Легко сказать, — буркнула фурия, неуверенно переминаясь с ноги на ногу.

— Хочешь шоколадку? — спросила Вестра и достала шоколадный батончик из кармана рюкзака, лежащего рядом.

— У тебя с собой шоколадка? — нахмурилась Диона.

— Ага. И содовая.

— Давай, — после небольшой паузы и немного смутившись, согласилась Диона.

— Но газировка моя, — предупредила Вестра, доставая из рюкзака баночку. — Могу дать глоток-два, но не больше.

— Тебе говорили, что ты странная?

— Хм-м-м… Вроде нет. Но я и общалась мало с кем в последние годы.

— Ах да, ты же ещё недавно была ученицей Школы. Видимо, поэтому тебя сюда и поставили. Плохо контролируешь силы? Это нормально. Способности проявляются в разном возрасте, и по-разному развиваются…

Диона говорила что-то ещё, но Вестра не слушала. Все эти разговоры она и так прекрасно знала, тем более что проблем с контролем сил у неё практически и не было. Ещё полгода назад она почти дошла до момента, когда могла покинуть Школу, и собиралась это сделать через два месяца, когда должен был начаться новый год. Вестру бы протестировали, проверили её уровень контроля, после чего она бы вышла в большой мир.

Надо будет навестить родителей, — с грустью подумала она. Девушка последний раз разговаривала с ними больше месяца назад, ещё до того, как появился Теон Альдрим. Она правда по ним скучала.

Вестра так и сидела бы, как вдруг уловила едва заметный звук со стороны единственного спуска вниз. Мгновенно вскочив на ноги, она навострила уши, устремив взгляд в дальний конец коридора.

— Ты чего? — спросила напарница.

— Тихо. Я что-то слышу.

Диона полным сомнения взглядом оглянула тускло освещенный коридор, но ничего не увидела. Вестра тоже ничего не заметила, лишь почувствовала странную ломоту в глазах и острое желание отвернуться. Смотреть куда угодно, но лишь бы не в сторону лестницы.

— Что-то не так, — пробормотала девушка, сама до конца не понимая, что именно её смущает. А затем пришло воспоминание о том, что кто-то пытался убить Теона. Люди, способные становиться невидимыми. — Бездушные…

— Что?

— Не пугайся, но… Мне кажется, тут Бездушные.

— Бездушные? О чем ты?

Вестра вздохнула. Диона появилась в Домене гораздо позже нападения и понятия не имела, что такие существа вообще есть. Даже Вестра, читавшая о них в книгах, считала их просто сказкой до недавнего времени.

— Я… Я что-то чувствую! — внезапно охнула Диона.

Точно, она ведь следопыт и чувствует потоки Иного гораздо лучше, чем кто-либо из нас.

— Двое… Две фигуры… Они… Мне больно на них смотреть. Что это такое?..

— Где они?!

Но вместо ответа Диона прицелилась и выстрелила из дробовика, выцелив одного из них. Вестра уловила брызги крови, на мгновение возникшие в воздухе, и рванула туда.

Что-то чиркнуло Вестру по щеке, оставляя глубокую царапину, но девушка не обратила на это никакого внимания, атакуя невидимого врага. Её клинок столкнулся с чем-то, и на мгновение иллюзия, окружающая Бездушного, дрогнула. Перед ней появился немолодой мужчина среднего возраста с легкой сединой в волосах. Фурия попыталась оттолкнуть его, скрестив клинки, но получилось наоборот. Это её отбросило как пушинку, уж слишком большая разница в физических силах между ними.

Вестра выпрямилась и заняла боевую стойку, как учил Мастер Шу, а мужчина вновь растворился в воздухе. Диона снова выстрелила, но словно мимо, зато одновременно с этим раздался крик боли. Вестра бросила беглый взгляд назад и увидела, что напарница лежит на земле, зажимая плечо, из которого торчит метательный нож.

Значит у них есть метательное оружие!

Переживать за напарницу времени не было, главное самой выжить. Вестра почувствовала колебания воздуха и рефлекторно коснулась Иного. Время тут же замедлило свой ход, и она увидела, как к ней неторопливо плывет метательный кинжал. Девушка без труда отбила его, но сразу почувствовала усталость. Ускорение выматывало.

— Диона, где они?!

— Я… Я не знаю… перед глазами все расплывается…

Вестре захотелось выругаться, но тут она ощутила, как её слегка повело в сторону.

Что происходит?

Вестра и сама не поняла, как оказалась возле стены, которая единственная мешала ей свалиться с ног.

Яд…

Та царапина на щеке… Нож был отправлен!

— Нет… нет… Нет… Нет… Я могу сражаться! Я могу… — забормотала девушка и, оттолкнувшись от стены, попыталась встать в боевую стойку, но ноги предательски подогнулись, и она упала на пол. Новая попытка встать не увенчалась успехом.

Нет уж… В этот раз я не буду жертвой!

Девушка коснулась Иного и направила силу не в обычное для себя ускорение, а в другой дар. Потоки Иного стали сплетаться, образуя фигуру того, кто точно не проиграет. Того, кто сможет не дать Бездушным навредить Теону.

— Ох… — не смогла сдержать удивленного возгласа девушка, когда перед ней предстал дух мастера Шу.

Глава 17. Последнее сияние шипов

— Мастер Шу? — осторожно спросила Вестра, не веря своим глазам. Она раньше пробовала воплощать различные предметы, но ограничивалась чем-то малым: карандашом, детской игрушкой или чем-то похожим, но никогда не пыталась воплощать что-то одушевленное. Некоторые фурии с воплощением способны на такое, но это требует огромного количества практики. Вестра же смогла воплотить человека.

Немыслимо! Просто немыслимо!

Старик повернул голову, бросив на девушку спокойный взгляд, после чего повернулся в сторону невидимых противников. Он казался расслабленным, его рука мягко лежала на рукояти меча, не выказывая никакого беспокойства. Впрочем, это было нормально. Несколько раз Веста видела тренировку мастера Шу и Теона, и старик практически никогда не использовал классические боевые стойки, и тем не менее не оставлял у себя открытых мест.

Девушка даже и не поняла, когда враг решил атаковать. Мастер Шу слегка качнулся в сторону, легко и неуловимо, а в следующую секунду сделал резкий выпад, нанося удар ладонью на уровне головы. И одновременно с этим проявилась вражеская фигура. Своим ударом старик разбил невидимке нос, но тот словно этого не заметил и попытался поразить мастера костяным кинжалом в грудь.

Вестра затаив дыхание наблюдала за схваткой. Мастер Шу был великолепен, ни одного лишнего движения. Старик выбил костяной кинжал из руки Бездушного и нанес удар поддых, заставив мужчину согнуться. Пусть они и не чувствуют боли, но все ещё остаются людьми из плоти и крови.

Пока Мастер Шу сражался с первым Бездушным, со спины на него напал второй, но тоже безрезультатно. Старик и Бездушные были на совершенно разных уровнях. Мастер сражался с ними как с детьми, даже не обнажая клинок.

Он перехватил руку одного из противников, а затем ударом под колено повалил его на землю, одновременно с этим выворачивая конечность в локте. Бездушный даже не пискнул, лишний раз показывая, что им неведома боль. Но тут же старик был вынужден отступить, пропуская выпад невидимого противника рядом со мной.

Удар в коленную чашечку ножнами вывел второго Бездушного из равновесия. Несмотря на травмы, Бездушные поднимались, то пропадая из вида, то проявляясь вновь. Их маскировка становилась все более ненадежной, а движения из-за травм значительно замедлились. Может, боли они и не чувствовали, но каждый удар мастера Шу пусть и не убивал, но в достаточной степени травмировал врагов. Травмировал так сильно, что в какой-то момент скоротечной схватки один из них упал, но так и не смог подняться, а вскоре его участь разделил и второй.

Почему Мастер Шу не обнажает меч? — этот вопрос крутился в голове у девушки, но в какой-то момент она поняла, что знает на него ответ.

Пусть Бездушные не совсем люди, пусть они и хотят их убить, но девушка не хотела их смерти. Не хотела отнимать жизнь. Может это со стороны и казалось ребячеством в нынешней ситуации, но Вестра не хотела становиться убийцей. И Мастер Шу каким-то неведомым образом это знал. Он ломал им кости, выворачивал суставы, но сохранялжизнь.

— Спасибо… — тихо прошептала она, смотря на старика. — Спасибо…

* * *

— Дроны! — крикнула Самина, когда на первый этаж совершенно внезапно влетело несколько парящих объектов, тут же открывших огонь по людям. Все бросились врассыпную, нескольких бойцов ударного отряда защитила Шейла, создав защитный барьер, но даже так одного человека прошило насквозь очередью, и тот упал замертво. Второго просто ранило, Пирсон уже оттаскивал его в укрытие.

Самина и Руннэт открыли огонь. К счастью, дроны были довольно хрупкими. Хорошую защиту на них не повесишь — они становятся слишком тяжелыми, так что с теми, что влетели через главный вход, разобрались быстро.

Самина сразу бросилась в сторону окна и выругалась. Дроны — дорогая игрушка, их на вооружении не так уж и много в самом городе, но кажется, их всех собрали здесь. В данный момент больницу окружало больше сотни дронов, готовых в любой момент открыть огонь.

— Вот дерьмо, — выругался объявившийся рядом Пирсон. — Как-то этих штук тут даже слишком много.

— Видимо поняли, что отправлять на убой фурий и солдат глупо, вот и стянули все доступные автономные боевые машины.

— Есть план на такой случай?

— Нет. А у тебя?

— Свет его знает… — поморщился мужчина, разглядывая окружение. — Они пока не заходят, но, если зайдут, задавят нас числом. А если у них ещё и кренталевые пули…

— Думаю, нам нужно отступить в подвал.

— Загонем себя в ловушку? Оттуда выхода уже не будет.

— У нас и так его нет.

— Что правда, то правда… — нехотя согласилась Самина. Она хотела держать оборону на первом этаже, чтобы иметь возможность для маневра, отступить в случае опасности, не говоря о том, что враги могут попытаться выкурить защитников Теона из подвала при помощи газа или химического оружия. Но сейчас Пирсон был прав. Врагов слишком много, воевать тут значит погибнуть.

Самина уже хотела отдавать приказ, как вдруг услышала музыку, звучащую откуда-то сверху.

«Ко-ко-кошечка! Кошечка! Кошечка! Милая кошечка, говорит Мяу-Мяу»

«Славшая кошечка. Милая кошечка. Лунная кошечка, говорит Мяу-Мяу»

Самина перевела удивленный взгляд на мужчину, но тот, кажется, понимал не больше, чем она сама.

— Думаю, это все психологическая атака. Они хотят, чтобы мы свихнулись, слушая эту дрянь, — предположила запыхавшаяся Шейла. Использование щита давалось ей тяжело.

«Ко-ко-кошечка! Кошечка! Кошечка! Милая кошечка, говорит Мяу-Мяу»

— Н-да… Возможно, ты и права…

Внезапно сразу десяток дронов были уничтожены ослепительными вспышками, затем ещё и ещё. Что-то атаковало их сверху, оттуда же, откуда шла музыка.

— Что, во имя Света, происходит?

А затем перед зданием больницы приземлился крупный мех высотой метров в пятнадцать. Он был словно огромный сияющий рыцарь.

— Невероятно! — кажется, Самина впервые слышала в голосе Руннэт удивление. — Это что, Страж Света?

— Нет, это всего лишь Кайл, — Самина резко обернулась и увидела, что к ним направляются Нефис и Лифэтта. Старшая сестра зажимала рукой окровавленный живот и могла идти только при поддержке Лифэтты. — Я как услышала эту песню, поняла, что это может быть только он. Фэри любит слушать такую дрянь.

Тем временем мех вступил в схватку с противником. С его рук срывались лучи света, превращающие дронов в пыль, а их орудия не способны были причинить гигантской машине большого вреда.

Он расправлялся со скоплением врагов с такой легкостью, что Самине стало страшно. Кто вообще создает настолько могущественные боевые машины? Это даже не танк или простой дрон. Этот мех способен расправиться с целым отрядом боевых фурий, не дав им возможности успеть предпринять хоть что-то.

— Кайл? Какой ещё Кайл? — спросила Руннэт.

— Кайл Зиммер. Мой старый друг. Я связалась с ним, когда все ещё только начиналось, и он сказал, что придет помочь, но… я даже не ожидала, что он явится вот так.

Кайл Зиммер… Самине потребовалась минута, чтобы вспомнить. где она слышала это имя. Кайл Зиммер был молодым гением, сколотившим состояние вначале на медицинском оборудовании, а затем и на военных поставках.

У Нефис настолько большие связи?

Внезапно браслет на руке старшей дор-Мантэс ожил, и оттуда зазвучал мужской голос.

— Нефис. Ответь. Это я. Ты жива?

Прислонившись к стене с кучей пулевых отверстий, Нефис кликнула по браслету и заговорила.

— Да. Я в порядке. А ты, я смотрю, не очень-то торопился.

— Извини. Я правда летел как мог, — голос Зиммера был довольно молодым, практически юношеским.

— Мы, кстати, чуть не разбились! — из динамика внезапно зазвучал слегка писклявый женский голосок.

— И тебе привет, Фэри.

— Фэри, не лезь в чужой канал, — буркнул мужчина.

— А ты не отвлекайся. К врагу идет подкреп…

Два грузовика, приближающиеся к больнице, вспыхнули ослепительным пламенем.

— Уже не идет…

— Это что, Страж Света? — вмешалась в разговор Руннэт, которая почему-то упорно так называла боевую машину.

— Кто это? — спросил Зиммер. — Откуда вы…

— Руннэт.

— Ру… Королевы Шипов?! Охренеть! Я столько…

— Ты пропустил парочку дронов, вон там, — фыркнула девушка, которую Зиммер называл Фэри, и мех тут же поднял руку, пальнув куда-то чуть в сторону. Неподалеку вспыхнула новая вспышка. — А все… Ладно…

— Это Страж Света на двадцать три и шесть сотых процента, если быть совсем точным. Несколько лет назад мне в руки попали его останки. Первоначально я хотел отправить их в музей, но затем, проведя несколько экспериментов с материалом брони, сделал парочку крайне занимательных открытий. Например, я узнал, что кристаллический Свет, из которого и состоит броня Стражей, вступает во взаимоде…

— Это все очень интересно, но у нас проблемы, — сказала Самина, ощутив нечто странное, тревожное чувство надвигающейся угрозы, и связано оно было с появлением человеческой фигуры чуть в отдалении. Несмотря на то, что вокруг царила непроглядная ночная тьма, этот человек словно сиял.

— Зард Молотобоец, — тихо произнесла Руннэт, вглядываясь в возникший силуэт.

Он шел медленно и вальяжно, перекидывая из руки в руку свой массивный молот. С каждым его шагом в воздухе все отчетливее ощущалась сила. Вне всякого сомнения, он был гораздо сильнее Теона.

Есть ли у нас хоть один шанс в схватке с этим монстром?

* * *

Зард не спешил, наблюдая за схваткой издалека и попивая взятый чуть раньше молочный коктейль. Новые подчиненные Владетеля показали себя хорошо и не дрогнули, столкнувшись с противником, у которого было численное превосходство.

Для Зарда все это было похоже на возню муравьев. Он мог бы стереть их всех в пыль одним единственным ударом, но ждал, продолжая наблюдение. И чем дольше Старый Бог наблюдал за схваткой, тем отчетливее понимал, что этот мир нужно перекраивать. Долгое время он, как и многие, слушали Сиобана, держались в тени, и что в итоге? Народы стали слабы. Они забыли, что такое война.

Даже когда враг слаб, Арбитраж не способен стянуть достаточные силы, чтобы уничтожить это место. Пара сотен человек и несколько десятков фурий — все это ничтожные силы. Стой во главе Зард, он бы послал сюда сотни тысяч солдат, готовых умереть, но убить врага своего бога.

— Я убью Теона Альдрима, заберу Рэман-дал-Тор и первым делом прикончу Сиобана. Хватит с меня приказов этого труса. С тремя частицами Света я буду непобедим. Ни Лейва с её щенком, ни шлюха Джасмаэль не смогут ничего мне противопоставить. Я стану Верховным Богом и переделаю этот мир, как сам захочу!

Наконец Арбитраж стал играть чуть более серьезно, отправив в бой дронов, и Зарду даже на мгновение стало интересно, как выпутаются из этой ситуации смертные, но к ним совершенно внезапно пришло подкрепление. Вначале Зард охнул, увидев «его».

Стража Света.

Он отлично помнил этих солдат древней войны, что создало Истинное Пламя для сражения с Принявшими Тьму. Но после того, как война была проиграна, их почти не осталось. Когда Таргарон пришел в этот мир, его сопровождало несколько, хотя что с ними было дальше, Зарду неведомо. Учитель дал им приказы, и больше ученики их не видели.

На миг богу стало тревожно, что сюда явилась та, кого они так боялись и одновременно так желали убить, но нет. Это всего лишь человеческая машина, использующая броню Стража.

— Святотатство, — процедил Зард, добавив в список дел создателя этой машины. Этот человек будет умирать долго и мучительно. Лишь богам дозволено иметь дело с тем, в чем есть Свет.

С появлением нового игрока перевес сил сильно изменился. Боевая мощь этой машины была огромна, но для Зарда она была лишь игрушкой.

Ухмыльнувшись, мужчина поднялся и потянулся, разминая руки и плечи. В следующий миг в его руке возник массивный молот.

— Пришла пора Зарду научить детишек хорошим манерам.

Зард не торопился. Он знал, что его уже заметили, этого он и добивался: чтобы они знали, кто именно идет им навстречу, кто именно размозжит им головы, чтобы они прочувствовали страх. Но вначале стоит разобраться с этим ведром с болтами.

Псевдо-Страж развернулся и даже сделал несколько выстрелов, но ни один из них не попал по богу. Защита, окружающая Зарда, впитала энергию как губка. С улыбкой он размахнулся молотом, и в следующий миг справа от меха появилась точная копия оружия, только в сотню раз больше. Взмахом молота боевую машину просто смело, словно назойливую муху мухобойкой.

* * *

— Кайл! Кайл отзовись! — закричала Нефис, когда связь внезапно оборвалась, а мех отшвырнуло куда-то в сторону с такой силой, что от него сейчас осталась в лучшем случае груда металлолома.

Зард Молотобоец подходил все ближе и ближе. Он не скрывался и был абсолютно уверен в собственных силах. И был прав. Людям нечего ему противопоставить. Даже если Теон сейчас очнется и вступит в схватку, без меча ему не победить.

— Самина, — Руннэт обратилась к девушке. — Та вещь, которую мы забрали в моем тайнике, она в твоем рюкзаке?

— Атомную бомбу?

— Что? — удивленно воскликнула Нефис и ошарашенно посмотрела на женщин.

— Ага. Похоже, настал «тот самый момент».

— Погоди, но ты сказала, что тот, кто её использует, умрет.

— Да, но если не используем, умрут все, — Руннэт саму удивило, насколько спокойно она об этом говорила.

— Тогда… Тогда это сделаю я! Я регенератор. Если что, то может быть…

— Нет. Неважно какой у тебя дар, тебя просто выжжет изнутри. Это сделаю я.

— Нет-нет-нет… мы…

— Самина, послушай, — голос Руннэт все ещё оставался спокойным. — Я и так мертва, просто мое тело ещё этого не поняло. Я не хочу умирать в постели или наложить на себя руки после месяцев депрессии. Пожалуйста.

Самина не хотела верить в услышанное, и все же прекрасно понимала, что Руннэт на самом деле лучший кандидат. В конце концов кивнув, она сняла рюкзак с плеча и достала оттуда кренталевую шкатулку.

Руннэт приняла её и лишь в тот момент ощутила легкую дрожь в собственных руках.

Это… страх?

Она уже начала забывать, что это за чувство, и была рада его появлению, словно старому другу. Открыв крышку, она достала небольшой куб-головоломку.

— Что это? — спросила Самина, но Руннэт на это просто улыбнулась, поцеловала девушку в щеку и похлопала по плечу Пирсона. Тот словно собирался что-то сказать, но не смог вымолвить и слова.

— Прощайте, — сказала им Руннэт и поспешила прочь.

Близость собственной смерти заставили казавшиеся мертвыми чувства вновь вспыхнуть.

Я живу! Я все ещё живу!

Руннэт на пару секунд остановилась перед выходом и сняла с себя бронежилет, он ей не понадобится, и лишь после этого решительным шагом вышла на улицу, направившись навстречу врагу.

Зард Молотобоец, один из Старых Богов собственной персоной явился по их души. Мужчина улыбался, явно довольный происходящим. Теон слаб, никто не способен ему ничего противопоставить. Он может стереть эту больницу и людей в ней одним лишь взмахом своего молота. И судя по тому, что ещё этого не сделал, он собирался растянуть удовольствие.

Они остановились друг напротив друга на расстоянии около пяти десятков шагов.

— Неужели сама Королева Шипов почтила меня своим визитом, — осклабился он, демонстрируя идеально белые зубы. — Странно видеть тебя тут. Ты же предала Владетеля, разве нет?

— Все мы делаем ошибки.

Куб-головоломку женщина держала за спиной, не спеша демонстрировать её Зарду. Пальцы Руннэт скользили по металлическим граням в определенной последовательности. Она просматривала «запись» из Дармаса, запоминая все, что делала та девушка с этой вещицей.

Прости, Теон, но похоже, что я уйду по-своему.

— Да… Ошибки… — усмехнулся он. — Хочешь предложить мне сделку?

— Возможно, — подыграла Руннэт. Сейчас нужно выиграть время, хотя бы минуту, и совершенно неважно, о чем будет идти речь.

Продолжай болтать, кусок дерьма.

— Какая же ты двуличная сучка. Но мне такие нравятся. Они обычно очень горячи в постели. Так где он? Где Теон Альдрим? — бог ухмылялся, но затем его улыбка стала сходить на нет, а во взгляде возникло подозрение. — Что с тобой, Королева Шипов? Где твое величие? Почему ты…

На лице бога отразилось понимание.

— Ты Тусклая?! Он превратил тебя в Тусклую?! Пха-ха-ха-ха-ха!

— Ты можешь вернуть мне силы?

Невольно сердце в груди забилось чаще. Руннэт уже смирилась со своей участью, но проблеск надежды заставил сомнениям вгрызться в разум.

— Нет, крошка. Это навсегда. Тут даже я бессилен.

И тут Руннэт рассмеялась. По щекам невольно потекли слезы, но как же она была счастлива это услышать.

— Почему ты смеешься? — напрягся бог.

— Да так. Только что ты развеял все мои сомнения, — она улыбалась. — Мне больше нечего страшиться.

— Что у тебя за спиной? — лишь сейчас Зард обратил внимание на то, что женщина не показывала руки. — Все это время ты тянула время… Что. У тебя. За. Спиной?!

Молот в его руках вспыхнул золотым пламенем.

— Да так, одна безделушка.

Пальцы Руннэт закончили с последовательностью. Она протянула руку и показала открывающийся куб в своей ладони. Зард охнул, округлил глаза, а женщина вдохнула силу, исходящую из вещи, настолько невероятную, что не снилась не одному Ткачу. Она была необъятной, словно океан, и одновременно горячей, словно недра самого горячего вулкана.

Неописуемая сила потоком хлынула в женщину. Она перестала быть тусклой, став даже чем-то большим, чем фурией.

Вот значит, как чувствую себя боги…

Но эйфория практически тут же схлынула, а на её место пришла боль. Сила была настолько велика, что просто сжигала женщину изнутри.

— Дрянь! Дай это сюда! — зарычал Зард, взмахнув молотом.

— А ты забери!

Старый Бог обрушил на Королеву Шипов свою силу, и Руннэт ответила ему тем же. Тысячи сияющих шипов хлынули во все стороны, закрывая собой и больницу, и саму женщину. Большая часть из них была в мгновение ока снесена Молотобойцем, но на месте уничтоженных тут же появлялись новые.

Сияющие терновые лозы, полные шипов, окружали бога, заставляя его отбиваться и переходить в оборону. Он рычал, пытаясь уничтожить то и дело восстанавливающиеся преграды. Он попытался вырваться из окружения, но безрезультатно. Руннэт опутала практически всю прилегающую территорию, плотно держа Зарда в ловушке.

— Не-е-е-е-ет! — зарычал он, мечась из стороны в сторону, тщетно пытаясь найти выход. Даже попытка подняться выше закончилась неудачей. Терновник искажал пространство, зацикливая его и превращая в идеальную ловушку для беснующегося бога. — Тварь! Я тебя сотру в порошок! Ты будешь умирать так медленно, что проклянешь этот день!

Боль ушла внезапно, а вместе с ней и остальные чувства. Запах, вкус, даже зрение. Руннэт уже как минуту ничего не видела глазами, которых в тот момент уже и не было. И все же она улыбалась.

Ей оставалось меньше минуты, и сегодня Старые Боги поймут, что простые люди тоже чего-то стоят.

Терновые лозы резко сомкнулись на Зарде, опутывая его, дробя кости и разрывая плоть. Он вырывался, но попадал в новую хватку. В конце концов путы стали настолько сильными и тугими, что Молотобоец даже не мог схватиться за свое оружие. Шипы рвали его тело на куски, а он мог лишь кричать в бессилии, тщетно пытаясь спастись.

Все закончилось в тот момент, когда одна из лоз перепилила шипами Зарда пополам, словно цепная пила. Тогда же и иссякла сила, ещё мгновение назад текущая бесконечным потоком. Сияющий терновник исчез, а шкатулка закрылась, вновь запечатывая таящуюся в ней силу.

* * *

Самина не могла поверить своим глазам. Все вокруг больницы озарил ослепительный свет, словно их укрыло огромное растение переплетающимися ветками. Длилось все это недолго, максимум минуты две, но то, какое количество силы было использовано для этого, поражало воображение, словно тысячи и тысячи фурий объединились. Тяжело поверить, что это все сила одного человека.

Сияние исчезло, ночь вновь вернулась в свои права, хоть и ненадолго. На горизонте уже пробивались первые лучи солнца, озаряя поле боя.

Немного помешкав, Самина бросилась на улицу, Пирсон последовал за ней. Руннэт все ещё стояла на ногах, посреди выжженой земли.

— Руннэт! Руннэт! Ты… — Самина опешила, когда на оклики женщина повернулась. Её лицо почти полностью обуглилось, все тело покрывали темные ожоги. Удивительно, как та все ещё стоит на ногах. — Руннэт…

— Дальше… вы сами… позаботьтесь о… нем… — женщина протянула Самине металлический куб, но когда фурия попыталась его взять, тот резко упал на землю, а рука, которая ещё мгновение назад его сжимала, превратилась в пыль.

* * *

— Я не сдохну! Я… Я выживу! Я всех их убью! Всех и каждого! — бормотал Зард, ползя по траве и оставляя за собой след светящейся крови.

Эта рыжая сука недооценила меня! Ну ничего… Они ещё пожалеют…

— Великий Зард Молотобоец копошится в земле, словно червь, — Зард замер и поднял глаза, увидев перед собой Лейву. Позади неё стоял Опустошитель, выглядящий как человек. — Какое жалкое зрелище!

— Лейва? Во имя Света, ты вовремя! Помоги мне!

Плевать на эти насмешки, в этот раз я их стерплю.

— Ты потерял свою задницу, — все тем же насмешливым тоном сообщила Лейва, и её слуга бросил перед Зардом нижнюю половину его туловища.

Да! Да! Да! Мне главное…

Зард тут же зашарил по карманам в поисках статуэтки с изображением воина с молотом.

Нет! Где он?!

— Это ищешь? — улыбка Лейвы стала ещё шире.

— Отдай! Сейчас же! — зарычал Зард. — Сука! Отдай его!

— Я бы могла, но… У меня есть идея получше.

— Ах ты дрянь! Клянусь Светом, если ты его мне не отдашь, то придет день, и ты пожалеешь. Я буду тебе подчиняться, но однажды она вновь окажется в моих руках, и тогда…

— Ох нет, ты меня совершенно неправильно понял, Зард. Я не собираюсь подчинять тебя себе. Зачем, когда у меня и так есть послушный воин? — она провела рукой по руке Опустошителя. — Сегодня ты умрешь, Зард, а Мерфион, возможно, станет первым в истории Опустошителям, прошедшим шестую эволюцию.

— Ох нет… Нет! Ты не скормишь меня этой твари! Нет!

Мерфион улыбнулся. Черты его лица исказились, демонстрируя что-то нечеловеческое, и Зард впервые за многие тысячи лет почувствовал настоящий страх. Страх и полную беспомощность.

* * *

— Тогда… я, пожалуй… пойду вот так, — Арвин долго думала над следующим холодом, в отличие от Генриэтты, которая чувствовала себя в этой игре как рыба в воде. Арвин делала ходы, не продумывая последствий, действовала слишком прямолинейно, из-за чего и проигрывала.

— Ты в осаде, — объявила управляющая и улыбнулась краешками губ, наблюдая за тем, как соперница вытаращила глаза.

— Как?! Я же… Но… Ох…

— У тебя еще есть три хода, чтобы её снять.

— Ну да… — невесело согласилась девушка, поглядывая на доску полным скепсиса взглядом.

— Тут нужно стратегически мыслить, Арвин. Нужно просчитывать возможные ходы соперника, а ещё нужно жертвовать чем-то, чтобы в итоге выиграть партию. Понимаешь?

Девушка кивнула, но Генриэтта все-равно сомневалась, что та уловила смысл сказанного. Управляющая решила немного поддаться, поставить себя в уязвимое положение, чтобы дать девушке возможность отыграться, но в момент, когда она коснулась фигурки Рыцаря, её браслет ожил.

— Что-то случилось?

— У нас вторжение! — Генриэтта вскочила на ноги, пролистывая информацию на голографическом экране. — Иди в свою комнату, запрись и не открывай до момента, пока я сама тебе этого не скажу.

— Но! Я могу сражаться! Я же фурия…

— Нет! Ты выполнишь мой приказ. Иди в свою комнату. Живо!

Арвин насупилась, но в итоге все-таки послушалась, а Генриэтта направилась к главному входу, оценивая силы противника. Два десятка человек, причем ни одной фурии. Учитывая численное превосходство, Генриэтта даже не попыталась дойти до кабинета и достать из сейфа пистолет. Вместо этого она встала неподалеку от лифта и, когда его двери отворились, подняла руки над головой.

— Не двигаться! — закричали ей.

— Показать руки!

— Прошу, не нужно насилия. В этой Школе осталась только я, её управляющая.

— Где меч?!

— Меч?

— Меч! Где меч?! Ты прекрасно знаешь, о чем речь!

Значит, они пришли за Рэман-дал-Тором…

— В оружейной. Но никто не сможет коснуться его, — предупредила Генриетта, но фурию не слушали. Один из солдат, лица которых скрывали шлемы, видимо лидер, махнул рукой, и трое подчиненных с массивными тяжелыми чемоданами поспешили дальше по коридору.

Похоже, они подготовились. Даже знают, где оружейная.

— Ликвидировать, — приказал командир, и в следующий миг грудь фурии прошила короткая очередь.

Генриэтта упала замертво, а солдаты уже спешили дальше, но разве могли они заранее учесть, что женщина уже давно мертва?

Её рука цепко схватила ближайшего бойца за голень, и в следующий миг все его тело покрыли алые трещины. Мужчина заорал, а затем просто развалился на множество кусочков, словно его порезали острым ножом.

— Что за?! — успел крикнуть второй, но его тут же постигла та же участь.

По Генриэтте открыли массированный огонь. Дыр в теле становилось только больше. Одна из пуль попала в голову, оторвав кусочек черепа, но женщине было совершенно плевать на эти раны. Она бросилась вперед и коснулась ближайшего солдата, затем следующего. И ещё одного. И ещё…

В коридоре было тесно, а людей — слишком много. То, что они шли плотным строем, сыграло с ними злую шутку. Генриетте было достаточно коснуться, чтобы убить. Последний попробовал убежать, но женщина прыгнула ему на спину, расправляясь с ним так же, как и с остальными.

— Управляющая… — послышался робкий голос совсем рядом, заставивший Генриэтту вздрогнуть и неестественно дернуться. Она подняла изуродованную голову и взглянула на Арвин с энергетической винтовкой в руках. — Что с вами?

Ах, девочка, мне жаль…

— Зря ты меня не послушалась. Тебе стоило запереться в своей комнате, как я говорила.

Я не могу оставить свидетеля.

Рука Генриэтты потянулась к автомату, лежащему у тела последней жертвы. Арвин, невинная душа, не ожидала ничего плохого от управляющей Школы, строгой и справедливой, поэтому даже не подняла оружие, когда дуло автомата оказалось нацелено на неё.

Ну же, девочка, сделай хоть что-нибудь, чтобы мне было проще.

Но нет. Арвин застыла, как вкопанная, испуганно смотря на Генриэтту, и последней ничего не осталось, кроме как нажать на спусковой крючок. Раздался треск очереди, и Арвин рухнула на пол с простреленной грудью.

Генриэтта отшвырнула оружие и покачивающейся походкой подошла к молодой фурии, хрипящей от боли. Её тело содрогалось в предсмертных судорогах, а взгляд был полон страха.

— Прости, — голос Генриэтты звучал искаженно из-за поврежденных связок. — Ты не оставила мне выбора, покинув комнату. И вряд ли это тебя утешит, но знай… Сегодня ты маленький воин, что пал в большой игре.

Генриэтта коснулась лба юной фурии пальцем, и лицо девушки разгладилось.

— Я заберу твою боль. Ты уйдешь без страданий.

Управляющая сидела рядом с девушкой, пока её сердце не перестало биться, а из взгляда не ушла жизнь, и лишь после этого поднялась на ноги. Как бы не хотела Генриэтта относиться к произошедшему равнодушно, но у неё не получалось. И все же это пришлось сделать. Теперь, вернувшись, Теон Альдрим решит, что это Арбитраж виновен в смерти юной фурии.

Идти было тяжело. Пули повредили слишком много важного, но Генриэтта не чувствовала боли. Она просто шла, словно марионетка, которую дергают за ниточки, заставляя двигаться.

Подойдя к оружейной, женщина осторожно заглянула внутрь. Ей было интересно, что задумали люди. Они не способны коснуться Рэман-дал-Тора, а следовательно, и забрать его. Но, как оказалось, Генриэтта недооценила изобретательность людей.

Меч находился в центре комнаты, погруженный клинком в пол, а цепи, удерживающие его, пронзали бетон, надежно фиксируя его. Вокруг меча выстроили круг из металлических палок, подключенных к какому-то компьютеру в чемодане. Выглядело это все очень странно. Люди не ковыряли пол, не трогали меч, а лишь возились со странной аппаратурой.

— Готово! — доложил тот, что создавал металлическое кольцо вокруг меча.

— Три. Два. Один.

Вспышка была такой яркой, что на мгновение Генриэтта лишилась зрения, но когда оно вернулось, то не поверила своим глазам. Меча… не было. Лишь идеально круглая выемка в бетонном полу.

Что они сделали?!

Телепортация? Невозможно! Меч создает слишком сильные помехи для такого. Попытка его перемещения таким образом создаст серьезные пространственные искажения, которые с большой вероятностью убьют всех вокруг.

После вспышки один из мужчин полез в образовавшуюся яму и извлек из неё небольшой черный шарик, размером с орех.

— Получилось!

— Отлично, тогда доложим капитану и…

— Как интересно, — Генриэтта перестала прятаться и вошла в комнату. Видок у неё был крайне жутким со всеми этими ранами и отсутствующим куском черепа. — Как вы это сделали?

Один из солдат тут же вскинул автомат, но выстрелить не успел. Генриэтта, несмотря на состояние тела, оказалась быстрее, и превратила солдата в аккуратно порезанные куски мяса. Двое остальных, похоже, солдатами не были, потому что даже с оружием толком обращаться не умели.

— А теперь, — на лице Генриэтты расплылась жуткая нечеловеческая улыбка. — Отдайте мне его. Пожалуйста. И я убью вас быстро.

Эпилог

Кошмар закончился внезапно. Ещё мгновение назад тысячи рук рвали его на части, и вот Теон лежит на неудобной больничной каталке. В голове туман. Мужчиина не мог понять ни где он, ни сколько времени прошло с момента, когда он потерял сознание.

Но одно он знал точно: на два призрака в его кошмарах стало больше. Демон успел перемолоть их души, прежде чем Теон смог вычленить хоть малейший фрагмент их воспоминаний. Они были простыми людьми. Если бы Банрат съел фурий, то их энергию Иного Теон бы почувствовал. Нет, это были именно люди.

Поднявшись с каталки, мужчина пошатнулся и чуть не упал. В виски словно две раскаленные иглы впились, а к горлу подкатила тошнота. А ещё жутко хотелось пить.

Оглянувшись по сторонам, он понял, что находится в какой-то небольшой комнатушке, которая использовалась то ли как офис, то ли как архив. Помимо каталки, не вписывающийся в антураж, тут был стол и целая гора каких-то документов.

Все так же пошатываясь, Теон дошел до двери и дернул ручку.

Заперто.

Церемониться с дверью у Теона не было ни времени, ни желания, поэтому он просто толкнул её с использованием силы, и та вылетела из петель. В коридоре царил полумрак, который разрывало аварийное освещение неприятного красного цвета.

Что-то происходило, и это Теону не нравилось.

Он прошел коридор, завернул за угол и увидел двух женщин, лежащих на полу. Одну он узнал сразу, это была Вестра, а вот вторую помнил смутно, но лицо казалось знакомым. Кажется, это одна из новеньких. Глянув чуть дальше, он увидел ещё две человеческие фигуры, которые корчились на полу.

Все это казалось Теону странным, а разум все никак не мог вернуть себе остроту. Впервые за долгое время он вновь стал сомневаться в реальности происходящего.

Может, он все ещё спит?

— Эй, — окликнул он фурий и подошел к новенькой. Та была ранена, под ней уже образовалась небольшая лужа крови, а она сама была без сознания. Судя по сердцебиению, фурии осталось не так уж много.

— Свет… — выругался мужчина и, воспользовавшись своей силой, попытался срастить края раны. Воздействовать на плоть всегда было тяжело, она плохо реагирует на слабые воздействия, но при этом слишком хрупка. Это как пытаться сдвинуть стеклянную преграду. Толкнешь слишком слабо, и она не сдвинется, слишком сильно — и та разобьется на множество осколков. Но Теон справился, остановив кровотечение. Теперь жизнь женщины зависит от неё самой.

Отойдя, мужчина направился к Вестре. Со стороны он ран не заметил, поэтому и подошел во вторую очередь. Проверил пульс и убедился, что та жива. Не похоже, чтобы девушка была ранена, и тем не менее по какой-то причине та была без сознания. Попытка привести её в чувства успехом не увенчалась.

Что же тут произошло?

И лишь после того, как Теон заметил костяной кинжал, валяющийся на полу, часть картины сложилась. Бездушные. На фурий напали слуги Алчущего, но при этом кто-то с ними расправился, да ещё и не убивая. Самым логичным в этой ситуации было предположить, что это была Вестра до того, как отключилась, но что-то в его голове все-равно не складывалось.

Не став зацикливаться на этом, первым делом Теон поднял костяной кинжал и оборвал жизни Бездушных, после чего отбросил эту неприятную вещицу, пропитанную искаженной энергией Иного, с помощью силы осторожно поднял девушек в воздух и понес за собой.

Первый этаж представлял собой настоящее поле боя. Дыры пуль на стенах, трупы, следы от взрывов. Но сражение уже закончилось, и теперь в коридорах больницы царила мертвая тишина.

Теон шел, перешагивая через трупы людей, и пару раз замечал в темных коридорах силуэты призраков, смотрящих на него. Безумие никуда не ушло. Оно тут, рядом, продолжает терзать его разум.

Владетель продолжил свой путь, пока пробивающийся вдали солнечный свет не вывел его на улицу. Около десятка человек, мужчин и женщин стояли неподалеку от входа перед чьим-то телом и о чем-то тихо спорили.

Самина, Нефис, Лифэтта… ещё несколько человек, имен которых он не помнил.

Перед кем они стоят?

В голове все ещё стоял легкий туман, но острота мысли понемногу возвращается.

Первой появление мужчины заметила Лифэтта, резко развернувшись и тут же дернув за рукав сестру. Следом была Самина и остальные.

— Хвала Свету! — не сдержался один из мужчин ударного отряда.

— Что происходит? Где Кригер?

— Насчет черепоголового — я тоже очень хочу это знать. А в остальном — мы тут тебя спасали.

Теон нахмурился.

Точно… Я же столкнулся с Сиобаном.

— И Теон… — осторожно начала Самина. — Мы должны тебе кое-что сказать.

Остальные расступились, открывая тело.

Руннэт. Изуродованная, словно её кто-то сжег. Вначале Теон собирался спросить детали, но лишь затем обратил внимание, что держит Самина в руках металлический куб. Темницу Могдина.

Внутри тут же вспыхнула ярость. Если бы Руннэт была бы жива, то он бы точно убил её. Все это время Темница Могдина была у неё, и она ни словом об этом не обмолвилась. Но… длилось это лишь несколько секунд, а затем пришло успокоение.

— Сюда приходил Зард Молотобоец, — сказала Лифэтта. — Она нас всех спасла.

— И тебя в том числе, — добавила Самина. — Она спасла тебя, Теон. Спасла всех нас ценой своей жизни, и может ты найдешь в своем сердце немного…

— Нет.

— Её уже нет, и…

— Я не могу, Самина. Просто не могу… — стиснув зубы, сухо ответил Теон. Он думал, что, когда Руннэт умрет, ничего не почувствует. Просто не стало ещё одного человека, которого он когда-то знал, но она смогла переиграть его даже в такой ситуации. Пожертвовала собой, ранила или даже убила Зарда… Спасла его. Вновь заставила его почувствовать что-то к ней. — Я не могу…

И все же Теон опустился к телу и коснулся пальцами лба женщины. Он не мог простить её, но мог сделать кое-что другое.

— Спасибо.

Теон отступил, и его тень стала разрастаться, пока полностью не покрыла все под телом Руннэт. Черные руки стали осторожно утаскивать её во мрак, но он не позволит Банрату её пожирать. Отныне Руннэт всегда будет частью его.

— Кто-то едет, — сказал Пирсон. Теон все-таки вспомнил имя этого мужчины, которого Самина поставила во главе ударной группы.

— Это моя машина! — крикнул один из мужчин.

— Кригер! Сукин сын! Явился, когда все уже кончилось.

Автомобиль на полной скорости несся к людям и резко затормозил, уйдя в занос совсем рядом с ними.

— Владетель! — рыкнул кузнец, выскакивая из-за водительского места, но почти сразу рядом с ним возникла Самина, дав мужчине пощечину.

— Явился! Во имя Света, тебе что, так сложно было взять гребаную трубку?!

— У меня были дела, — сухо ответил тот. — Я не думал, что ситуация так быстро поменяется.

Рассерженная Самина говорила что-то ещё, но ни Теон, ни Кригер её не слушали. Все внимание кузнеца было приковано к Владетелю и именно его мнению.

— Это твой просчет, — Самина была права. Теон всегда полагался на Кригера, и это был первый раз, когда он так сильно его подвел. Их всех могли убить, пока он решал личные проблемы. — И его нужно будет исправить.

— Я исправлю.

Теон кивнул, показав тем самым, что разговор закончен, и обратился уже всем остальным.

— Собираемся. Пора домой.

* * *

Как не удивительно, но территорию больницы они покинули беспрепятственно. Похоже, информация о том, что Теон Альдрим проснулся, крайне оперативно прошла по каналам связи Арбитража, и они отозвали силы.

Проблема с отбытием была лишь одна.

Одна из машин, на которой они приехали, была уничтожена взрывом, вторая прошита насквозь пулями, и завести её не представлялось возможным, а в машину, на которой приехал Кригер, влезло бы ещё максимум три-четыре человека.

Решение нашлось быстро. Один из грузовиков Домена Силы оказался припаркован в полукилометре от больницы. В бою он не участвовал, и его не повредило. В него как раз должны были влезть все, плюс можно было погрузить остатки снаряжения. К примеру, оставшиеся кренталевые пули.

Но то, что ждало их в кузове, оказалось сюрпризом для всех.

— Теон, — позвала мужчину Самина. — Ты… должен это увидеть.

Теон запрыгнул в кузов и остолбенел, а затем резко попятился назад.

Гроб. Кренталевый гроб, в котором он провел последние семь сотен лет, находился там. Самину волновала его судьба, но возможности выяснить, куда его дели, не было, и вот, он вдруг оказался рядом с ними.

— Теон, ты в порядке?

— Да… — он тряхнул головой, нехотя отводя взгляд от гроба. — Они хотели вновь меня похоронить.

— Но мы этого не допустили.

— Да… — Теона всего трясло, не то от страха, не то от гнева. — Но это хорошо. Теперь он у нас, под моим контролем, а значит его не смогут использовать против меня.

Больше Теон к гробу не приближался, заняв место в кабине. Самина тоже считала факт того, что гроб теперь у них, хорошим знаком. Это минус один козырь в рукаве врага.

Путь назад занял несколько часов, за которые многие успели вздремнуть. Ночная схватка вымотала всех и каждого, так что люди и фурии пользовались моментом, чтобы отдохнуть.

Самина, впрочем, дремала вполглаза, постоянно ожидая нападения или какой-нибудь подставы со стороны Арбитража, и лишь когда впереди показались стены Домена Власти, вздохнула с облегчением.

И как оказалось, очень рано.

Подъезжая к воротам, она увидела, что те выбиты. На газоне перед зданием бывшей Школы стояло два грузовика и три брошенных грузовых флаера. И при этом вокруг совершенно никого.

Припарковав машины, все покинули транспорт, и ударный отряд тот же вооружился, готовясь к бою.

— Пламя Таргарона… — выругалась Самина, увидев целое море крови и останки тел кучи людей возле входа. Она бросила взгляд на Кригера, но тот покачал головой.

Спустившись под землю, они увидели настоящую бойню. Словно кто-то порубил несколько десяток человек на мелкие кусочки.

— Ох…

— Арвин! — вдруг раздался полный ужаса крик Алетры.

Дорнийка бросилась вперед, полностью проигнорировав трупы. Чуть дальше, в стороне от бойни на полу лежала Арвин с винтовкой в руках.

— Нет… — прошептала Лифэтта, тоже оказавшись рядом с Алетрой.

Даже Самина испытала шок от увиденного. Эту юную девушку убили. Просто расстреляли, судя по пулевым ранам…

— Генри! Где Генри?! — опомнилась Самина и активировала коммуникатор, попытавшись связаться с подругой, но звонок не проходил. — Свет!

Самина и не заметила, как вперед вышел Теон и замер перед телом юной фурии.

— Как они могли?! Она же… Она… — рыдала Алетра, сжимая бледную руку подруги. — Пообещай, что убьешь их! Пообещай, что прикончишь их всех за это!

— Я убью каждого, кто к этому причастен, — лицо Теона лишь казалось каменным, на деле же Самина замечала, как он едва сдерживал кипящую внутри ярость.

— Спасибо…

Во время прочесывания территории в поисках оставшихся врагов оказалось, что Рэман-дал-Тор пропал. Вместо него оставалась лишь дыра в полу оружейной и ещё несколько порубленных на куски трупов.

— Теон, скажи честно, это конец, да? — Самина уже поняла, что одолеть одного из Старых Богов без меча Теон не сможет. — Мы проиграли?

Теон выглядел напряженным, но не сказать, что сдавшимся.

— Проиграли? О нет, — покачал он головой. — Враг считает нас беззащитными, но это далеко не так.

В его руке был тот самый куб, что убил Руннэт.

— Ты… можешь его использовать?

— Не без последствий, но… эта вещь, кроме формы, мало чем отличается от моего меча. Мы потеряли одно оружие, но приобрели другое. К тому же, пока я жив, они не смогут воспользоваться Убийцей Богов. Рано или поздно он вернется мне в руки.

* * *

Нейрам проводил свой обычный обход, раздумывая над дальнейшими действиями. Ситуация в Риндероне осложнила отношения Детей Света и Арбитража, и пусть официально Магистр заявлял, что не одобряет действия террористов, ведьмы ему не слишком-то верили. Сейчас отношение к Чадам сильно изменилось. Арбитраж так и ждет, чтобы взяться за них всерьез, но пока этого не происходило.

— Нужно организовать встречу с Владетелем, — решил он, размышляя в слух.

Обход почти подошел к концу, когда к нему подбежал запыхавшийся послушник, сообщив, что настоятель Лорцио очень просит Магистра прийти в нижние кельи. Выслушав послание, Нейрам кивнул и неторопливо направился в сторону лестницы, стараясь не показывать вида, что спешит. У Лорцио был крайне узкий круг обязанностей, поэтому если у него было какое-то важное дело к Магистру, это было срочно и не терпело промедлений.

Спустившись на несколько уровней вниз, Магистр прошел по темным и узким коридорам, пока не остановился перед невзрачной, но одновременно очень крепкой дверью.

Три удара, пауза, один удар, пауза, три удара.

Несколько секунд ожиданий, и затвор по другую сторону щелкнул, пропуская Нейрама в узкий коридор, погруженный в полумрак. Его встречал полноватый лысеющий мужчина в белых одеждах с подсвечником в руках.

Электричество в эту часть обители никто не проводил, так что приходилось обходиться свечами. Да и была в этом своеобразная атмосфера таинства, добавляющая загадочности.

— Произошло что-то новое?

— Да, — Лорцио казался взволнованным. — Это… Это просто невероятно!

Мужчины миновали еще несколкьо крепких дверей, прежде чем оказались в просторной келье, все стены которой были покрыты надписями на языке Света.

Каждый раз, когда Нейрам попадал сюда, то испытывал легкий трепет, словно прикасался к сокровенному. Возле одной из стен крутился заросший худой человек, с особой тщательностью выводя письмена на ещё чистом участке стены. Он рисовал черным угольком, но так переусердствовал, что на стене можно было заметить пятна крови.

Человек что-то бормотал, разговаривал сам с собой и продолжал выводить свои каракули. Лорцио первым подошел к мужчине и, что-то ласково шепча, попытался отвести от стены, давая возможность магистру разглядеть рисунок.

— Это… — Нейрам почувствовал, как ком подкатил к губам.

— Возможно, — подтвердил Лорцио. — Вы же сами понимаете, что его речи… отрывисты. И не всегда можно понять смысл. Но рисуя это, он говорил одно…

— Таргарон! Таргарон! Таргарон! — забормотал безумец, стуча себя по голове ладонью.

— Таргарон… — охнул Нейрам и перевел взгляд на изображение человека, объятого пламенем.

* * *

Небеса разорвала ослепительная вспышка и подобно комете устремилась к земле. Служба безопасности Арбитража приняла это за одну из деталей уничтоженной космической станции, рухнувшей с орбиты, и не придала этому большого значения, так как упасть та должна была в отдалении от жилых зон. Никто не стал отправлять силы на перехват, ограничившись небольшим предупреждением в зоне падения.

Но рухнувшая комета была вовсе не обломком корабля, а древней силой, давно покинувшей этот мир, но вернувшейся вновь.

Из образовавшейся воронки выбралась женщина с длинными золотистыми волосами, облаченная в золотой сияющий доспех.

В Риндерон спустя две тысячи лет вернулась Длань Света.

Content

Findroid
Наследие Истинного Пламени
Домен Власти

Пролог

Глава 1. Подчинение

Глава 2. Учение двуединства

Глава 3. Отсечение

Глава 4. Вторжение

Интерлюдия 1. Мир пришел в движение

Глава 5. Площадь

Глава 6. Архонты

Глава 7. Во имя Света

Глава 8. Завал

Глава 9. Ушки

Глава 10. (Не)Деловая встреча

Глава 11. Пламя и жар

Глава 12. Страхи

Глава 13. Подготовка

Глава 14. Страж

Глава 15. Осада

Глава 16. Первый бой Домена Власти

Глава 17. Последнее сияние шипов

Эпилог