Терри Вулф

Гений наносит ответный удар

© Голованов П.С., перевод на русский язык, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 202

В книге пойдет речь о следующих играх:

Metal Gear Solid: The Twin Snakes

Metal Gear Solid 3: Snake Eater

Metal Gear Solid 3: Subsistence

Metal Gear Solid 4: Guns of the Patriots

Metal Gear Solid: Portable Ops

Metal Gear Solid Mobile

Все права на эти игры и их персонажей принадлежат KONAMI.

Цель этой книги – проанализировать содержание вышеперечисленных произведений. Автор ни в коем случае не утверждает, что имеет на эти игры какие-либо права. В книге присутствуют цитаты и частично пересказываются сюжеты, но если вы читали первую книгу, то уже знаете, что мы призываем купить оригиналы и ознакомиться с ними в интерактивном формате. Так книгу будет намного интереснее читать!

Автор ни в коем случае не претендует на роль эксперта по современным или историческим вопросам, а все взгляды и утверждения, представленные в книге, всего лишь его мнение, а не констатация фактов.

Если после прочтения вы захотите узнать больше, то посетите страницу MetaGearSolid.org/StealthGame – там вы найдете дополнительные заметки, исправления и комментарии к этой книге.

ВВЕДЕНИЕ

Приступая к написанию продолжения книги «Кодзима – гений», я решил затронуть только те темы, которых избегал раньше и которые нужны для понимания других работ Хидео Кодзимы. Не было нужды повторяться или доказывать тезис о его авторском подходе, ведь я уже проследил эволюцию его талантов и характера с начала карьеры до 2003 года и выхода Metal Gear Solid 2: Substance. Я собирался разобрать на винтики все последующие игры, включая Death Stranding 2019 года – его первое независимое творение. Тогда я думал, что правило использовать в новых работах только свежие материалы упростит процесс. В конце концов, «Кодзима – гений» уже рассказала историю происхождения этого гения и подготовила базу для следующей книги. Казалось, работа пойдет легко и с песней.

«Что может быть проще?» – подумал я и вскоре осознал, как сильно ошибался. Одну только Metal Gear Solid 3: Snake Eater настолько обделили вниманием, что на ее аналитический разбор мне понадобилось все мое терпение. И несчетные часы копания в обстоятельствах ее создания. А потом столько же пришлось разбираться в подтекстах. И еще столько же я потратил на выводы. Например, я заметил темы, проходящие через все повествование, которые невозможно было игнорировать: война с терроризмом и неочевидные истоки западной технократии. Я начал детально их исследовать – все-таки они были новыми и важными. Даже после того как я выкинул огромную часть материала, готовый текст занимал страниц двести. Что-то подсказывало, что мой план близок к провалу.

Вопреки всему, я был полон решимости впихнуть в эту книгу все, что задумал, даже если бы пришлось сократить описание некоторых игр до пары абзацев. Как вы можете убедиться, этот план провалился. В процессе работы я обнаружил скрытую полемику Кодзимы, благодаря которой по-другому взглянул на анализ новых идей. Именно эта находка подарила книге ее название и главную идею. Честно говоря, я даже горжусь тем, какой эта книга получилась, и надеюсь, что она поможет читателям увидеть все скрытые смыслы так же, как это получилось у меня. Темы, которые мы будем в [1]ней исследовать, интересны и самостоятельны, а в некотором смысле даже и более актуальны, чем чисто метааналитический подход. Эта книга заставила меня провести увлекательнейшие исследования тем, об обсуждении которых я раньше и подумать не мог. Они отлично дополняют существующую (и продолжающуюся) дискуссию о метанарративах в работах Кодзимы, где его личная жизнь и отношение к серии превращаются в аллегорические образы в сюжете. Смотрите, новый смысловой уровень для свежеиспеченной книги!

Заранее приношу извинения читателям, привыкшим к так обожаемой «гением» полной капитализации терминов и названий: FOXHOUND, RAY, REX, ну вы поняли. Я взял на себя смелость оставить прописной только первую букву в подобных словах. Думаю, это поможет избавить от путаницы всех, кто хотя бы раз задумывался, какой же великий смысл таят в себе эти слова. Ответ простой – никакого. В видеоиграх полная капитализация смотрится отлично, придавая происходящему дополнительную мощь, а вот в книге выглядит как-то несуразно.

Эта книга написана в конце 2019 года, за считаные месяцы до прихода в нашу жизнь пандемии и ее влияния на общество и экономику по всему миру. На этапе редактирования было решено отказаться от комментариев на эту тему, так что любые совпадения – чистая случайность. Мои выводы получены исключительно в результате изучения игр, их тем и подтекстов.

Надеюсь, что эта книга поможет узнать еще одну сторону загадочного японского автора, которому благодарны миллионы поклонников и в играх которого мы продолжаем искать новые идеи и вдохновение.

ВСТУПЛЕНИЕ

Крах завораживает. Крах меняет нашу жизнь, парализует тело неким священным ужасом и неверием в произошедшее. Вот вы наслаждаетесь привычной жизнью, а в следующее мгновение весь мир рушится, реальность оказывается грандиозной ложью, и даже сильные мира сего неспособны поддерживать иллюзию нормальности. Все переворачивается с ног на голову, катится кубарем под откос, выворачивается наизнанку, и нам остается только вопрошать у высших сил: «Так где же правда?!»

На рубеже двадцатого века поколение великих мыслителей разрушило привычный старый мир и составило план создания нового, более совершенного. Великое поколение пережило эти изменения и приступило к строительству новой эпохи. Унаследовавшие этот чудный новый мир беби-бумеры не стали терять времени и решили эксплуатировать подаренные им возможности, упиваясь всеми доступными излишествами, но в итоге погрязли в разврате и коррупции. Поколение X выставило эту проблему на всеобщее обозрение, а миллениалы продолжили неуклюже разрушать уже свой мир. Сложно назвать это переворотами, но кое-что все-таки переворачивалось в мире: власть имущие падали на дно общества, а не имевшие ничего возвышались и создавали сами себя. Все меняется, эпоха провидцев подходит к концу, и нет больше сил поддерживать статус-кво. Но кукловоды за ширмой делают все возможное, чтобы никто не заметил, как близок мир к краху.

Так кто же поверг этих невидимых титанов? Восседающие в комфортных креслах, бесконечно зависающие в Интернете и видеоиграх миллениалы. И, как вы можете помнить из первой книги, в ходе этого они нажили себе массу врагов. Кукловоды не хотят, просто не могут признать поражение. Они продолжают обманывать весь мир, изо всех сил поддерживая веру в свое могущество. Свои провалы они прикрывают гиперреальностью и симулякрами – строя дивный новый мир подмены реальности через подмену восприятия. [2]Нельзя же позволить нам осознать, что все уже полетело ко всем чертям.

В мире переворотов и крахов, иллюзий и подмен реальности Хидео Кодзима – один из самых интересных для изучения людей. Он превратил управляемый крах в искусство, а подмену реальности в фирменный почерк.

В книге «Кодзима – гений» я проследил его путь от неизвестности до признания, а с рождением управляемого краха, известного как Metal Gear Solid 2, – и до освистания. Я исследовал игру за игрой и препарировал не только основные идеи его работ, но и их исторический и культурологический контекст. Я хотел, чтобы читатель увидел события с точки зрения прошлого, когда исход, принимаемый нами как неизбежность, казался лишь пугающей перспективой. Чтобы он лучше понимал важность силы воли. Чтобы осознал те силы, которые движут нами изнутри и извне. Я хотел научить читателя ценить усилия людей, выковавших свою судьбу, и людей, унаследовавших чужие идеи. Хотел, чтобы наши глаза открылись и увидели, как огонь свободы мысли передается через искусство от одного поколения к другому. И в итоге мы поймем, что будущее создается великими людьми, а прошлое – не позорные страницы истории, а наследие победителей. По крайней мере, так считает Хидео Кодзима. Он уважает творцов истории – уважает экзоны, а не интроны.[3]

А разбираться в этих темах мы продолжим в этой книге. Я не только затрону технологическую конъюнктуру, но и покопаюсь в личной жизни и эмоциональном багаже Кодзимы. А еще мы познакомимся с историческими событиями, которые вдохновляли гейм-дизайнера на протяжении его карьеры. Мы незаметно прокрадемся на неизведанную ранее территорию – туда, где прячется истина. Мы научимся ценить субъективность. Нет, нас все еще интересуют факты, но только как исходные точки, так часто вводящие наблюдателя в заблуждение. Эта книга – моя лучшая попытка разобраться в творчестве Хидео Кодзимы, и ради этого я готов снова пожертвовать здоровьем и рассудком.

Эта книга поможет вам увидеть подтексты, связывающие самую противоречивую работу Кодзимы с самой обожаемой, а самую обожаемую – с самой мрачной. Вы узнаете, что эти игры символизируют и чем не являются. Надеюсь, что в процессе чтения вы научитесь мыслить как аналитики, а не как диванные критиканы. Вы увидите, как Кодзима начал борьбу за новый вид свободы и какую цену он за это заплатил. Это путешествие будет под завязку набито высокомерием, амбициями и героическим стоицизмом перед лицом сомнений и постоянно растущих ставок. В путь! Наша цель – мир откровений!

ЧАСТЬ I

Я ИМ ПОКАЖУ

1

АЛЛЕГОРИИ

Хидео Кодзима обожает аллегории и без стеснения использует метафоры для… да для всего подряд. Как увидит аллегории, так и начнет их в игры пихать. Иногда так разойдется, что сидит весь красный, руками машет, метафорами изъясняется, просто ужас!

Аллегория рождается, когда мы решаем не касаться какого-либо предмета напрямую, а превращаем его в метафору и рассматриваем уже в таком виде, вместо того чтобы воспринимать его буквально. Предметом может стать что угодно: наши чувства, история, которую мы предпочли бы скрыть за завесой символизма, или наше мировосприятие. Аллегория зависит от своего создателя, она может быть простой или сложной, предсказуемой, душной – в этом деле каких-то определенных правил нет. Ну и всем известно, что практически вся поэзия аллегорична. Часто так проще донести свою мысль, чем пытаться простыми словами объяснить все раздирающие изнутри эмоции и переживания. Необязательно подробно разъяснять, как на вас повлияла смерть близкого, можно использовать образы. Ведь, при всей искренности, ваши разъяснения могут звучать как клише с траурной открытки. Представьте застрявшего на орбите астронавта, который обречен наблюдать за разрушением родной планеты, не имея возможности вернуться домой. Метафора способна подарить нам столько пищи для размышлений, сколько не подарит обычная дискуссия. Она может оказаться ближе к истине, чем сама истина.

Аллегорию лучше представлять не как конкретный нарратив, а как интерактивную карту взаимосвязанных идей, которую можно исследовать и даже взаимодействовать с ее деталями – прямо как в видеоиграх, смотрите-ка! И все это работает согласно собственным правилам и логике. Поэтому даже если аллегорию изложить в виде истории, то эта история – всего лишь один пройденный по карте путь, один набор предположений. Одно прохождение игры. Вы всегда можете вернуться в начало и поэкспериментировать с логикой и путями этой системы. Когда кто-то попытается объяснить вам что-то с помощью метафоры – поиграйтесь с ней! Иногда метафоры рассыпаются в пыль, если начать в них копаться, но некоторые могут стать сильнее под нашим пристальным взглядом. А связав несколько метафор в одну аллегорию, отсылающую к чему-то реальному, мы только усилим ее интерактивность. В книге «Кодзима – гений» мы установили, что сюжет Metal Gear Solid 2 является аллегорией, открывающей глаза на желание игроков отождествлять себя со своим героем – Солидом Снейком, самым совершенным мужчиной в обозримой вселенной. Нужно ли говорить, что у большинства игроков нет с ним вообще ничего общего? Аллегорический сюжет показал, как это тайное желание и погружение в мир фантазий затмили для геймеров сложные темы и социальные комментарии, о которых говорилось в игре. Но она просила нас не просто нажимать на кнопки и ассоциировать себя с крутым наемником, которого даже не существует, а думать.

Кодзима обожает аллегории по тем же причинам, что и интеллектуалы. Эмоционально аллегории куда убедительнее буквальных разъяснений, а еще это отличная зарядка для ума. Они могут снова и снова вознаграждать вдумчивого человека новыми открытиями и озарениями – стоит только посмотреть на аллегорию под другим углом. Как это работает? А вот как: хорошая, годная аллегория содержит все важнейшие детали обсуждаемого предмета, и их можно выразить через меткие и уместные метафоры. И когда вы все это обдумываете, то приходите к определенным выводам. Например, человек, испытывающий смешанные чувства к своей работе, может представить ее как гиперактивного, но мимимишного щеночка – такого хорошенького, но постоянно доставляющего хозяину уйму хлопот. У щенка может быть привычка мочиться в цветочные горшки, а это может олицетворять отношения с друзьями. Ситуация непростая. Как же исправить поведение щенка, не подавив его чистую неуемную энергию? Что хозяин должен поставить на первое место? Сколько еще он способен мириться с этой долбаной работой – то есть с осатаневшим щеночком? Прямого ответа нет. Когда взглянешь на проблему так, она становится понятной для человека, незнакомого с ситуацией. А опираясь на логику аллегории, мы можем найти решение проблемы. В конце концов, если метафора точна, то почему бы решению не сработать и в реальной жизни?

ЭМОЦИОНАЛЬНО АЛЛЕГОРИИ КУДА УБЕДИТЕЛЬНЕЕ БУКВАЛЬНЫХ РАЗЪЯСНЕНИЙ, А ЕЩЕ ЭТО ОТЛИЧНАЯ ЗАРЯДКА ДЛЯ УМА.

Раз аллегория – зеркало истины, значит, и эти преобразования работают в обе стороны. Любой наблюдатель может участвовать в исследовании аллегории – задавать вопросы и взаимодействовать с [4]ней. Теоретически в процессе исследования мы способны использовать любые догадки и знания о предмете. Мы можем добраться до всех тонкостей и секретов аллегории. Мы превращаем знания в понимание. К примеру, в метафоре с астронавтом и гибнущей планетой нам могут быть известны какие-то факты о смерти человека. Тогда мы логически додумаем, как это было символически зашифровано, и без особых проблем поймем, о чем идет речь. Обретенные знания станут ключами, которые откроют новые части аллегории и дадут больше любопытнейших деталей. Возможно, у скончавшегося человека и автора аллегории были совместные интересы или увлечения. Тогда можно ожидать, что это хобби находится внутри космического корабля главного героя. Оно может быть вещью, инструментом или каким-либо сувениром с разрушенной «планеты». Как только мы находим в аллегории этот «ключ», все взаимодействия персонажа с ним обретают новый смысл: может, он выкинет его и забудет или использует для преодоления важного испытания и оставит себе, как напоминание о победе. Мы начинаем понимать, что детали, раньше казавшиеся совершенно неважными, на самом деле еще как важны. А если бы мы ничего не знали о предмете, то так и гадали бы дальше: «А что же это все значит?» или «К чему он это?» Не понимали бы, чем вдохновлен рассказ. Самые дикие и причудливые творческие ходы в аллегорической истории могут обернуться остроумными и продуманными, а совершенно незначительные вещи внезапно обретают вес и наполняются смыслом. Абсолютно бессмысленный набор идей становится непробиваемой истиной. Само собой разумеется, что при изучении аллегории важна именно символическая составляющая. Все видимые, буквальные, очевидные части важны лишь как отражения: им стоит уделять внимание, но только потому, что они могут иметь отношение к обсуждаемому предмету. Детали аллегории могут быть совершенно бессмысленными, бесконечно запутанными или надуманными – лишь бы метафора сработала при возвращении к обсуждению предмета. Если вы воспринимаете аллегорию буквально, то поздравляю – вы упускаете всю суть! Тот факт, что многие, если не большинство аллегорий – это детские сказки с карикатурными и гротескными персонажами, сплошными преувеличениями и странной логикой, прекрасно иллюстрирует суть дела. Попытки разобраться в логике детских сказок – дело гиблое и глупое. Поймите, что через аллегории сказки пытаются нас чему-то научить, а не просто рассказывают про каких-то там говорящих медведей и летающие ковры.

«Путешествие Пилигрима» – вероятно, одно из самых известных аллегорических произведений, написанное в семнадцатом веке пуританином Джоном Беньяном. Полное название произведения дает нам исчерпывающее представление о его содержании: «Путешествие Пилигрима из этого мира в Тот, который грядет, изложенное в виде сна». По сути, это серия взаимосвязанных проповедей, рассказанная посредством глубоко личной, злободневной богословской истории. В «Путешествии…» идет речь о грешнике, стремящемся попасть в Рай. Роман стал легендарным не только благодаря тому, что это один из первых, лучших и до сих пор сохранивших актуальность образцов пуританской литературы, но и потому, что он изначально преподносился как аллегория, а не как заурядная книга, приправленная христианскими нравоучениями. «Путешествие…» построено как обычная история, повествующая о пути героя через впо[5]лне обыденную логику странствия, но стоит чуточку приглядеться – и вот уже метафоры лезут изо всех щелей. Это большая редкость. Обычно стандартный формат повествования используется в поэзии и притчах, только когда нужно донести до читателя основную суть, а потом все возвращается к игре с абстрактными образами или поучениям. «Путешествие…» же от начала и до конца является цельной историей, но персонажи в нем носят такие имена, как Мирской мудрец, Евангелист или Лицемер, совершенно не скрывая того, что они олицетворяют. Собственно, все до единого персонажи носят в качестве имени аллегорический ярлык, превращаясь в достойные толкования метафоры, имеющие прямое отношение к теме произведения. Да даже главного персонажа зовут Христианин, чего уж тут. И хотя его проблемы и переживания кажутся туманными и загадочными, на поверку это неприкрытые замечания по конкретным вопросам, призванные предостеречь, приободрить или дать читателю пищу для размышлений.

Если бы писатели охотнее говорили о том, что в их произведениях кроются аллегории, не сомневайтесь, мы бы начали видеть их повсюду. Символический нарратив присутствует в бесчисленных фильмах, книгах, да на самом деле в любом сюжете – просто он не считывается большинством, и аллегории остаются «неофициальными». А использование метафор уже лет сто как вышло из моды. Современные авторы предпочитают развивать свои миры и персонажей, жонглируя жанровыми условностями, архетипами, личными нападками, противоречиями и неоднозначностью, а не запихивая в нас морализаторский символизм. Совсем необязательно использовать аллегории, чтобы поведать поучительную историю – повествование без аллегорий все равно может содержать темы, аллюзии и размышления, которые возьмут за живое. Так автор донесет свой замысел, даже не выстраивая логику произведения вокруг центральной метафоры. И все равно современные писатели умудряются запрятать в работах то метафору, то аллегорию – и никому об этом не говорят. Не будем их сильно за это журить – все-таки развод, тяжелое детство или чья-то биография могут послужить источником вдохновения.

Есть и веские причины избегать символизма. Вспомним Клайва Льюиса и его книги о Нарнии – писатель настойчиво открещивался от признания его книг аллегориями, не желая, чтобы люди видели в его произведениях банальную метафору христианства. Он любил своих персонажей и мир, в котором они жили – так пусть и остальные их любят, не ища отсылки к Библии между строк. Как только общество берется за аллегорическую интерпретацию произведения – все пропало. Никого уже не будет волновать художественная ценность. Интерпретация игнорирует в повествовании все, что не является метафорой. Да, риск потерпеть провал, используя аллегории, велик, но он того стоит.

Давайте-ка проясним. Тема – не то же самое, что аллегория. Ее хватит только четко обозначить, а метафор там может и вовсе не быть. Если персонажи постоянно треплются о татуировках, хвастаются ими, а на экране по ходу сюжета появляются изображения татуировок – скорее всего, темой произведения являются татуировки. И тема в произведении может появиться непреднамеренно. Да и символизм тоже может возникнуть совершенно случайно, только опытный писатель успеет поймать его до того, как закончит работу. Мы становимся свидетелями некоего сдвига в мышлении, когда мало написать хорошую историю и приправить ее метафорами. Теперь нужно стремиться к созданию историй, вращающихся вокруг личного восприятия сюжета, и, следовательно, внутренняя логика истории будет отвечать этому восприятию. Я считаю это важной тенденцией.

Если дизайнер видеоигр одержим аллегориями, построенные им миры неизбежно становятся цифровыми метафорами. Персонажи, окружение, трудные решения, испытания, выпадающие на долю игрока, – все это может отражать множество вариантов истины, в которую верит автор. Это уже не просто игра или нарратив, а иммерсивная симуляция многогранности обсуждаемого предмета. Будь Джон Беньян жив сегодня, может, и его пилигрим стал бы играбельным персонажем в виртуальном мире горестей?

2

ГОРОДОК НАШ НЕБОЛЬШОЙ…

На дворе 1997 год, до выхода Metal Gear Solid на PlayStation остается всего один оборот планеты вокруг Солнца. Бело-голубая полицейская Chevrolet Caprice проезжает перекресток на Пятой авеню в Нью-Йорке. Красавица машина, таких больше не делают, да и куда современным с ней тягаться. Позади автомобиля уносится в небо узнаваемый ступенчатый фасад Трамп-тауэр. Это не очень хорошая фотография, сделанная примерно в 70‐е, размытая и недосвеченная. Но это не имеет никакого значения. Важны лишь три слова, напечатанные поверх изображения, набранные массивным шрифтом и приправленные языком пламени: Grand Theft Auto.

Неудивительно, что это фото использовали для обложки игры. Кто бы что ни говорил, но пресловутые 70‐е навсегда изменили облик Нью-Йорка. Повальная безработица и разгул преступности, полицейские рейды и невыносимая жара, проституция, бунты и постоянные отключения электричества, граффити, наркотики, диско, ночные клубы, уличные банды, панк и хип-хоп, охота за сенсациями, распутство, порнография, эксплуатационное кино и упивающийся своим богатством миллионер Дональд Трамп – вот он, Нью-Йорк 70‐х. Десятилетие началось с того, что Америка узнала о COINTELPRO – обширной секретной программе ФБР, направленной в том числе на подрыв деятельности таких опасных «коммунистических» движений, как, например, антивоенные общества и демонстрации. Ну а завершились 70‐е грандиозной антиядерной демонстрацией в Нью-Йорке, собравшей около двухсот тысяч человек. Доверие к правительству упало на рекордно [6]низкий уровень. В 1975 году война во Вьетнаме закончилась, но ветераны вернулись совсем другими людьми – искалеченными морально и физически и ненужными своей стране.

В это турбулентное время и вышли на сцену режиссеры нового поколения, в одночасье изменившие мир кинематографа. Зрителей захватили смелые и жесткие, отталкивающие натуралистичностью и идеализирующие жизнь американских улиц сюжеты. Новые фильмы усилили и без того растущие антиправительственные настроения и ненависть к полиции. «Таксист», «Собачий полдень», «Лихорадка субботнего вечера», «Воины» и прочая киноклассика, перечислять которую можно бесконечно, пытались во всех деталях запечатлеть (иногда красочно преувеличивая) пропитанную сексом, насилием и искренностью изнанку Нью-Йорка. До сих пор писатели и сценаристы нередко обращаются к эпохе 70‐х, находя там источники для вдохновения и образцы для подражания. И появление на свет некачественной фотографии Трамп-тауэр с тремя словами поверх повлияло на весь мир.

После выхода Grand Theft Auto студия, создавшая франшизу, сменит владельца и расширит штат, но под своим первоначальным названием так и не сыщет особой славы. Они называли себя DMA Design, и это название ничего не значило. Нет, серьезно, DMA расшифровывается как «Doesn’t mean anything» – «Ничего не значит». Впрочем, большинство упустили эту шутку юмора, а жаль. Это же не только насмешка над людьми, ищущими глубокий смысл в названиях и сокращениях, но и послание геймерам и критикам: «Эй, это всего лишь игры – перестаньте относиться к ним так серьезно, они же ничего не значат!»

С чувством юмора у ребят все было (и будет!) отлично. Их первым успехом стала Lemmings (1991) – игра, в которой крошечный народец задорно марширует навстречу неминуемой смерти, пока вы не решаете взять на себя роль их спасителя, начиная раздавать леммингам [7]необходимые для выживания инструменты и поручения. Игра шокировала людей не только взрывами пиксельных человечков, но и сложнейшими головоломками. Фишкой шотландцев из города Данди были коктейли из черного юмора и дерзкого эпатажа, и [8]GTA прекрасно это подтвердила. Несмотря на то что на момент выхода она уже казалась немного устаревшей – вид сверху и 2D-графика не тянули на титул самой технически совершенной игры 1997 года, – GTA стала хитом. Ну а где вы раньше могли исследовать аж целых три огромных, живущих своей жизнью города? Примерив роль безымянного гопника, выполняющего сомнительные с моральной точки зрения задания, выдаваемые через таксофоны, вы будете воровать, убивать, рвать когти с места преступления, угонять автомобили и расстреливать хранителей правопорядка с таким нескрываемым удовольствием, что, возможно, когда-нибудь зададитесь вопросом: «А со мной точно все нормально?» Нормально, это всего лишь игра. Персонажи выглядят как корявенькие спрайты, которые из-за вида сверху на людей не похожи. Но когда они умирают, подкошенные пулеметной очередью или размазанные по тротуару автомобилем, то сразу видно, что это труп человека. Спрайтового. В игре полно разнооб разного оружия, но нет правил относительно того, что с ним нужно делать или куда пойти и чем заняться. Вместо этого существует система очков, наград и преград. Необходимо заработать определенную сумму денег, чтобы открыть доступ к следующему городу и новым заданиям. Игра начинается в Либерти-Сити, продолжается в Вайс-Сити, а завершается в Сан-Андреасе – сатирических версиях Нью-Йорка, Майами и Лос-Анджелеса. Избежав задержания, вы неплохо заработаете, а сбивая пешеходов на полицейской машине, вообще получите удвоенное количество очков (в реальной жизни все работает немножко не так). Подобрав на улице иконку с черепом, вы включите режим «Кровавый угар»: у вас в руках окажется какое-нибудь беспощадное оружие типа огнемета, с помощью которого придется за ограниченное время убить сколько-то людей. Если не успеете, то по истечении времени набранный в процессе убийств уровень розыска останется – надо было активнее всех убивать, теперь разгребайте последствия. Но если вы прикончили всех вовремя, то получаете полное прощение и кучу очков. Не ищите в этом смысла, игра просто дарит возможность оторваться на полную катушку. Дать игроку возможность развлекать себя самому на тот момент стало новаторским решением. Игровой мир существовал сам по себе без привязки к заданиям, а движение по сюжету лишь оправдывало рост вашего арсенала.[9]

Короче, бандитизм в вымышленном мире GTA стоил того, чтобы им заниматься. Игра вышла в Европе одновременно на платформах MS-DOS, Windows и PlayStation, а через [10]несколько месяцев добралась и до Северной Америки. Меньше чем через год всех поразили невероятные и мрачные ролики MGS – игра сделала своей целью вывести игры на новые художественные высоты. Творения Кодзимы, в отличие от игр DMA Design, изо всех сил будут стараться что-то значить.

Вжух – перенесемся в 2001 год. Несмотря на успех оригинальной GTA и ее преемницы, ничто не могло подготовить геймеров к монументальной третьей части. Она вышла всего за двадцать два дня до релиза Metal Gear Solid 2: Sons of Liberty (MGS2) и стала эксклюзивом для PlayStation 2. Действие снова разворачивается в Нью-Йорке. Ой, то есть в Либерти-Сити. На этот раз мир был ошеломляюще трехмерен, люди стали похожи на людей, а у персонажей появились голоса. В игре хорошо заметны с годами подросшие уверенность и талант разработчиков, а сильная кинематографичная сюжетная линия была вдохновлена такими шедеврами, как «Славные парни» и «Клан Сопрано». В индустрии произошла очередная революция.

Сложно оценить, что какое-то событие изменило ход истории (особенно когда вы его проживаете), пока не задумываешься о нем. Давайте посмотрим, что же это за игра и при чем здесь постмодернистский балаган MGS2. Все начинается с легкого джаза. Вступительные титры сопровождаются неспешным монтажом городских пейзажей. Мы видим будничную жизнь Либерти-Сити и никаких намеков на безудержный экшен. Титры подходят к концу, нам уже не терпится начать игру. И вот мы видим ночную улицу и фасад банка. Звучит тревожная музыка. Летящий пулей спортивный автомобиль еле вписывается в поворот и заезжает в соседний с банком переулок. Дверь банка выбивается ударом ноги под оглушительный грохот барабанов. Надрывается сигнализация, и на улицу выбегают трое грабителей. Последним, за девушкой и каким-то мужиком, показывается наш герой. Но как только он заворачивает за угол, на него нацеливаются аж два пистолета подельницы. «Прости, милый, я девочка амбициозная», – говорит она, нажимая на спусковой крючок, пока мы наблюдаем за сценой глазами получившего пулю мужчины. «А ты просто мелкая сошка», – добавляет она. Главный герой падает на асфальт, а нам остается наблюдать, как предательница поднимает чемодан и уходит не оглядываясь.

Следующий кадр – первая полоса газеты с фотографией нашего героя. Его называют грабителем банков, которого прокинула его девушка – так мы узнаем, кем она была. Сюжет развивается с бешеной скоростью – героя уже признали виновным и перевозят в тюрьму. Сцена меняется, и мы видим, как он в оранжевом комбинезоне сидит в задней части полицейского фургона, сопровождаемого патрульной машиной, и слышим репортаж о нападении на конвой, в котором его перевозят. Темные улицы заливает дождь. Машины въезжают на подвесной мост и, если бы мы не знали, что перед нами за игра, то совершенно бы не удивились, появись в этот момент на мосту Солид Снейк в резиновой плащ-накидке и с сигаретой в зубах, а под мостом – танкер, перевозящий новый «Метал гир». Совпадение со вступлением Sons of Liberty невероятное – даже цветокоррекция у роликов практически идентичная!

В ходе штурма бандиты освобождают не вас, но сбежать удается всем преступникам. Герой и еще один заключенный удирают вместе. Вскоре подельник сводит вас с человеком, предлагающим поработать на мафию, а мост, ведущий в другие районы города будет перекрыт, пока не выполните необходимое количество миссий и не продвинетесь по сюжету. Вот только игроки вольны плюнуть на прохождение сюжета и могут начать развлекаться в городе как им угодно. Многие так и поступили, только потом обнаружив, что на карте есть области, которые заблокированы. А город-то побольше, чем казалось! Игра только началась, а головы геймеров уже взрываются.

Grand Theft Auto III (GTAIII) потрясла игровой мир, а вот у MGS2 этого не получилось. Кстати, MGS2 ждали намного сильнее – спасибо обожаемой предшественнице и мощнейшим трейлерам на E3. Но Кодзима предал поклонников, выпустив свой постмодернистский выпендреж, откровенно посмеявшись над их желанием снова побыть красавцами-наемниками, а бесконечные [11]нелепые сюжетные повороты оставляли после себя лишь недоумение и неприятное послевкусие. GTAIII же устроила революцию по-своему. Список ее достижений, без которых мы уже не можем представить современные игры, огромен. Взять хотя бы смену дня и ночи, зависящую от внутриигровых часов, или меняющиеся погодные условия, влияющие на управление транспортом. Искусственный интеллект горожан тоже впечатлял: [12]они целенаправленно куда-то шли, ехали и убедительно занимались своими делами. Водители меняли полосы, соблюдали ПДД и реагировали на препятствия так же, как и пешеходы. Они гудели и жаловались на все вокруг, а когда терпение иссякало – пытались протиснуться между стоящими в пробке автомобилями или протаранить преграду. Сбитых пешеходов и случайно совершенные преступления полиция не прощала не только персонажу игрока, но и NPC. Пожарные, медики и таксисты делали свою работу и реагировали на происходящее – а вы могли угнать их машины и немного подзаработать. Что-то из этого уже существовало в предыдущих играх серии, но, как и MGS, местами повторявшая свою предшественницу Metal Gear 2: Solid Snake, GTAIII стала возрождением, а не ремейком.

Поначалу люди не понимали, как оценивать MGS2 и GTAIII, но одно уяснили все – это не просто игры, а мощнейшие заявления значимых людей в индустрии. В случае с GTAIII разработчики даже немного перестарались, наступив на пятки другим жанрам. Например, система вождения получилась лучше, чем в некоторых гоночных играх. А разнообразие транспортных средств – от старых драндулетов, автобусов, фургонов, грузовиков и до суперкаров – превращало почти каждый побег в комедийное шоу. Физика игры позволяла автомобилям ездить на двух колесах, свалиться с моста и приземлиться на крышу другой машины или кубарем полететь вниз по крутому склону, превращаясь в груду металла. При сильных повреждениях автомобили взрывались, сея панику и хаос. Крышки капотов и багажников при повреждении расшатывались и прыгали вверх-вниз. Фонарные столбы, пожарные гидранты и газетные стойки тоже разрушались на ура. Управление, разумеется, кривоватое, особенно прицеливание и прыжки, да и уровень детализации не везде одинаково хорош, но это мелочи. У игры было авторское видение, она пыталась что-то доказать. Многие, между прочим, и понятия не имели, кто озвучивает персонажей! А ведь это Майкл Мэдсен, Фрэнк Винсент, Джо Пантолиано, Майкл Рапапорт, Кайл Маклахлен и другие знаменитые актеры – круто же? И некоторых из них услышат в последующих играх серии. GTAIII покорила людей не актерским составом, конечно же, но даже юные геймеры, не знакомые с ролями этих звезд, оказались рады увидеть (и услышать!) персонажей, озвученных не профессиональными программистами. Озвучка в MGS2 тоже потрясающая, спору нет, но вот похвастаться громкими именами или размером игрового мира она не могла. Счастливый конец у этой истории есть, не переживайте – актеры озвучивания MGS2 в итоге стали звездами, но мира видеоигр, а не кино.[13]

Кроме года выхода, консоли, внимания публики и отчасти места действия, у игр было еще кое-что общее: социальные комментарии на тему американской культуры и истеблишмента. Вот только в GTAIII они работали иначе. Вместо того чтобы мучать игрока, зачитывая ему длиннющие лекции о теориях заговора и дистопических технологиях, слово дали городской жизни. Кишащим преступностью улицам. Возможность подобрать на машине проститутку, найти укромный уголок и воспользоваться ее услугами шокировала и родителей, и законодателей, и прессу. Практически во всех автомобилях установлено радио, и реклама, которую на нем крутят, – это уморительная сатира, высмеивающая все подряд. Радиоведущие остроумно стебут целевую аудиторию. «Вы настроились на 90‐е, но застряли в 80‐х», – издевается ди-джей станции Flashback 95.6 FM. Можно услышать ролик сети магазинов AmmuNation, где стопку банкнот меняют на оружие, которое и военным-то не всегда доступно. Или вот реклама кроссовок Ares, где легко считывается критика условий труда на фабриках компании Nike. В ролике представитель компании берет интервью у рабочего, голос которого подозрительно похож на детский. Его спрашивают, нравится ли ему работа: «Тут весело! Нам разрешают играться с ножичками!», – радостно отвечает малолетний трудяга. На вопрос о коллегах ребенок отвечает: «Мой друг Джоуи себе руки вместе сшил!» А что насчет жалования? «Заработал вчера целый доллар!» Как видите, в компании все в порядке. Ее слоган? «Кроссовки Ares. Бегут вечно. От всего». И это лишь толика всех уколов в адрес корпоративной Америки. Есть и полностью говорильная станция, где всякие безумцы и [14][15][16]неудачники выплескивают на ведущего соображения о том, как обустроить Америку. Один из них – разгневанный активист, позвонивший, чтобы вдохновить сограждан выйти на митинг в парке, но вот против чего митинговать – понятия не имеет. Он кидается пустыми, бессмысленными лозунгами о патриотизме, справедливости и «хватит это терпеть». Ведущий продолжает допытываться, за что же борется «борец», но в ответ получает обвинения в равнодушии к общему делу или в недостатке «американскости». Удивительно, но игроки легко забывали о сюжете и пострелушках, парковали где-нибудь автомобиль и подолгу сидели, наслаждаясь злободневной сатирой и отличной музыкой. Радиостанции по-настоящему оживляли этот мир.

Сатира спасла игру от клейма «симулятора убийства копов». Это настоящее чудо, учитывая недавние террористические атаки 11 сентября, поднявшие волну патриотизма в американском обществе. Даже те, кому плевать на политику, в итоге угорали над веселым трепом и подколами – американцы оказались в состоянии искренне посмеяться над собой. Социальный комментарий был элегантно вплетен в сеттинг без использования душных речей. Люди такой ход оценили.

Этого Хидео Кодзима не предвидел. Он сосредоточился на своем тайном желании выпустить свое творение на PlayStation 2 быстрее японских конкурентов. Но небольшая студия из Шотландии разрушила планы Кодзимы. И их игра доминировала в чартах до и после релиза MGS2. GTAIII продалась вдвое лучше и стала эталоном для видеоигр будущего. DMA Design сменила название на Rockstar North, ну а остальное, как говорится, – история.

НИЧЕГО НЕ ЗНАЧИТ

Новости об успехе GTAIII повергли Хидео Кодзиму в шок. Сама концепция игры была чужеродной не только для него, но и для всех японских разработчиков. В ней отсутствовала обучающая часть, игроков сразу бросали в океан решений и последствий. Едва начав игру, можно было наломать дров, заблудиться и бесславно погибнуть. Японские геймеры всегда с недоверием относились к играм с открытым миром, предпочитая наслаждаться неспешным линейным повествованием с постепенно растущей сложностью и щедрыми порциями экспозиции на всем протяжении сюжета. GTAIII была другой. Ее, без всяких сомнений, можно назвать «западной» игрой во всех смыслах этого слова и гигантским неприличным жестом в сторону старых принципов индустрии. Если задаться целью очернить GTAIII, то можно назвать ее вульгарной, излишне жестокой, бесцельной, неструктурированной, с ужасным темпом, ничего толком не объясняющей, бесящей и, положа руку на сердце, местами откровенно недоработанной. Кодзима считал, что раз у его детища таких проблем нет, то именно оно и добьется успеха. Все это обернулось ожесточенной борьбой за сердца и кошельки западной аудитории, но вскоре стало ясно, что в категориях «продажи» и «отзывы критиков» победа за GTAIII. А откажись Кодзима от постмодернистских выходок и глумления над фанатами – может, все сложилось бы совсем иначе. Молчаливого протагониста GTAIII все понимали: развязная походка, штаны-карго и кожаная куртка – сама крутизна, какой ее представляли в начале двадцать первого века. Но никто не понимал Райдена – андрогинного сопляка в резиновом комбинезоне, которого Кодзима сделал главным героем игры. Тут сколько ни дорабатывай – не поможет.

Вместо того чтобы вознестись на вершину игровой индустрии, Кодзиме пришлось задаваться вопросами, к которым он не был готов. Серия Metal Gear стала его кормилицей, а он взял и все запорол. Игру есть за что хвалить – ее и хвалили за очевидные заслуги, но упускали из виду все то, что Кодзима считал в ней важным. В очередной раз скрытый смысл оказался никому не интересен. Считалось, что Кодзима делает все неправильно и отстал от тенденций индустрии. Мир стал сложнее, общество еще не оправилось от шока из-за террористических атак, и никто не желал разбираться в странных и депрессивных тонкостях Sons of Liberty. Кодзима упустил возможность объяснить свои непростые идеи в ходе рекламных интервью, так что ему оставалось только наблюдать, как GTAIII завоевывает титулы «Игры года» от крупнейших изданий. Можно было бы отмахнуться и объявить GTAIII очередной бездумной стрелялкой, но в ее создании принимали участие настоящие голливудские звезды, сюжет оказался тщательно продуманным, а явные отсылки к киноклассике синефил Кодзима не мог пропустить. Вся игра оказалась данью уважения произведениям, которые он обожал. Его будущее в Америке как ведущего гейм-дизайнера оказалось в опасности, а авторитет – под вопросом. Работа всей жизни ничего не значила. Ее затмила компания, название которой вообще ничего не значило! GTAIII казалась Кодзиме пустышкой, переполненной грязью и похабщиной, а его личный шедевр – истинным произведением искусства. На рану высыпали немало соли.

Нужно было как-то исправлять положение, в котором он оказался благодаря смазливому Райдену, бесконечным сюжетным дырам, недосказанности и воцарившейся на тр[17]оне GTAIII, перетянувшей на себя все внимание от его постмодернистского magnum opus. Если будущее теперь за [18]GTA, то у него большие проблемы.

3

КОДЗИМА ПРОТИВ ВСЕХ

Может показаться маловероятным, что успех GTAIII вообще волновал Хидео Кодзиму с его MGS2. Подумаешь, вышли одновременно и стали самыми значимыми играми года, пусть одна и стала важнее другой. Может, он просто счастлив за успех шотландцев? Как бы то ни было, к концу этой книги вы увидите, что Кодзима стал одержим этим случаем.

Выход в 2002 году расширенной версии MGS2 – Metal Gear Solid 2: Substance, был вопросом решенным. MGS1 тоже получила дополнение в виде релиза Integral, но разработка MGS2 изначально шла в таком бешеном темпе, что в финальный релиз попали далеко не все запланированные идеи – даже VR-миссии остались за бортом. Кодзима использовал эту возможность, чтобы сильнее унизить фанатов, включив в расширенную версию симулятор скейтбординга и режим Snake Tales. Ему нужно было доказать, что [19][20]Metal Gear принадлежит только ему. Не геймерам и уж точно не Konami. Вот только его спорные решения сыграли с ним злую шутку. Поклонники требовали ответов, а Konami не могла допустить того, чтобы ее самая прибыльная франшиза погрязла в насмешках и критике. В компании не представляли, как выбраться из этой пиар-катастрофы. Но кое-что было очевидным – надо избавиться от Райдена и вернуться к истокам. Хватит сюрпризов и бунтарских выходок. Уже тогда большая часть споров проходила в Интернете, и все прекрасно могли наблюдать, как разделяются мнения по поводу опуса Кодзимы. И те, кому понравилась игра, чувствовали, что это еще не конец, и ждали, что на все оставшиеся вопросы вот-вот будут даны ответы. Бедняги, как же они ошибались. Substance ничего не исправила, так что потенциальный сиквел геймеры хоть и ждали, но с опаской.

Это не значит, что Кодзима полностью провалился. Теперь геймеры признали его как единоличного создателя франшизы, ответственного за всю ее многолетнюю историю. Люди вслушивались в его интервью и интересовались идеями, которые он транслировал. Хотя критики и не были в восторге от его решений, они уважали Кодзиму как творца, держащего бразды правления серией Metal Gear в своих руках. И хотя стиль его повествования не всем нравился, благодаря ему появилась надежда на то, что если видеоигры продолжат развиваться в этом направлении – то скоро их начнут сравнивать с фильмами, с настоящим искусством.

ХОТЯ КРИТИКИ И НЕ БЫЛИ В ВОСТОРГЕ ОТ ЕГО РЕШЕНИЙ, ОНИ УВАЖАЛИ КОДЗИМУ КАК ТВОРЦА, ДЕРЖАЩЕГО БРАЗДЫ ПРАВЛЕНИЯ СЕРИЕЙ METAL GEAR В СВОИХ РУКАХ.

Все принципы Кодзимы скоро подвергнутся суровому испытанию. Он знал, что придется дать людям то, чего они хотят – и это не обсуждается. Но Кодзима был уверен, что сможет прошмыгнуть мимо наблюдателей и запрятать свои мысли и послания где только получится. Так начались «Игры в стелс».

«ГОРОД ПОРОКОВ»

MGS2: Substance вышла в Северной Америке под конец 2002 года, но все снова пошло не так. Всего на восемь дней ее опередила очередная игра из серии GTA с подзаголовком Vice City («Город пороков»), не дав Кодзиме блеснуть странной «режиссерской версией», выходящей почему-то на Xbox. Все страньше и страньше. Vice City стала эксклюзивом PlayStation 2 и влюбила в себя геймеров. Substance не выйдет на платформе от Sony до следующего года, так что времени насладиться хитом от Rockstar было море. Эта компания могла не только шокировать и удивлять аудиторию, но и давать ей то, чего она хочет, в отличие от Кодзимы.

Vice City продолжила развивать идеи, заложенные в GTAIII, но не новые пушки или автомобили стали звездой игры, а сияющий огнями прибрежный город – полная противоположность тоскливому мегаполису Либерти-Сити. А ведь все решили, что круче GTAIII ничего быть не может. В новой игре главный герой не немой болванчик, на которого игрок проецировал себя – его озвучивал не кто иной, как Рэй Лиотта («Славные парни», «Наркобарон»), и ему было что сказать. Яркие цвета и неоновые вывески, туристы и тусовщики – игра стала веселой и безбашенной, долой уныние и депрессию. Действие Vice City разворачивалось в припорошенных кокаином 80‐х, отдавая дань «Полиции Майами» и «Лицу со шрамом». Радиостанции, полные сатиры и издевок, стали еще разнообразнее. На этот раз вместо неизвестных музыкантов, исполняющих свои песни, вы кайфовали от настоящих хитов того времени, и все они – от рока и классики до поп-музыки и хип-хопа – были лицензированными. Наслаждаясь видами, полными пальм, пляжей и гавайских рубашек, вы могли услышать по радио DMC, Грандмастера Флэша, Майкла Джексона, Megadeth, Оззи Озборна и многих других популярных тогда исполнителей. Для продвижения игры Rockstar даже сделала сайт в ретростиле, где можно было послушать музыку, посмотреть скриншоты и трейлеры и изучить город повнимательнее. Вот такого другие игры точно не делали.

Одним из главных новшеств стало появление в игре самолетов и вертолетов. Теперь игроки могли взглянуть на остров с высоты птичьего полета (локации во всех [21]GTA всегда острова) – мечта геймеров сбылась. Абсолютная свобода уже не маячила на горизонте, а ощущалась совсем близко. Странно, конечно, что главный герой не умеет плавать, несмотря на обилие пляжей и воды вокруг; да и площадь островов не то чтобы была большой, но ощущался мир просто огромным – спасибо атмосфере и сюжету игры. Все происходящее казалось грандиозным и эксцентричным, не то что в унылых играх конкурентов. Главный герой, Томми Версетти, мог по желанию игрока менять наряды, давая тому почувствовать себя настоящим стилягой, а в некоторых миссиях маскировка была даже обязательна.

Творческое видение Rockstar узнавалось безошибочно. Хотя у нее не нашлось в загашнике говорливого дизайнера, чье имя лезло бы из каждого утюга, разработчики и так прекрасно справлялись с игнором политкорректности и статуса-кво. Желая позлить истеричных законотворцев вроде сенатора Джо Либермана, Rockstar взяла и добавила в игру сцены из будней порноиндустрии и коррумпированных политиков, и главное – наркотики, много наркотиков. Мы снова встречаемся с пародией на Дональда Трампа – Дональдом Лавом, продажным бизнесменом, за которого всю грязную работу делают итальянские мафиози и вы. В [22]GTAIII он уже находится на пике своего могущества, но до сих пор в решении многочисленных проблем полагается на преступный мир в вашем лице. Платит он щедро, но бесчувственный манипулятор уже устал от преград на пути – к черту мораль, закон и людей. Он заставляет вас разжигать войны между бандами, понижать цены на недвижимость, уничтожать инкриминирующие его доказательства и перевозить настолько ценные грузы, что за вами гоняются толпы федералов. В Vice City он еще молод и только мотает на ус советы наставника-ковбоя, принципы которого (или их отсутствие) похожи на принципы повзрослевшего Лава. Rockstar практически тыкает нас лицом в реальные проблемы общества и государства.

Персонажам на этот раз подарил свои голоса ну совсем уж звездный состав актеров: Гэри Бьюзи, Дэнни Трехо, Том Сайзмор, Бёрт Рейнольдс, Деннис Хоппер, Луис Гусман и даже Дженна Джеймсон. И, конечно же, Рэй Лиотта.

ДВА БРАТА-АКРОБАТА

MGS2 сделала все возможное в попытке загнобить фанатов за желание вернуться на Шэдоу-Мозес и опять поиграть за Солида Снейка. Забыли? Кодзима включил в сюжет «План 3‐С» – издевательскую пародию на события, произошедшие на острове. Но это не помешало фанатам снова и снова возвращаться к великому оригиналу, концептуально и атмосферно превосходящему главы «Танкер» и «Биг Шелл» из MGS2. Беда была в том, что графика оригинальной MGS устарела, а управление было ужасно нелогичным, так что прямой порт на современные платформы был исключен. Metal Gear Solid: The Twin Snakes[23] задумывалась как ремейк оригинала для консоли Nintendo GameCube – с новой шикарной графикой и нормальным управлением. Konami не ошиблась в прогнозах – фанаты купят игру, а Nintendo оказалась совсем не против выпустить на своей консоли такой лакомый кусочек, как игру серии [24]Metal Gear. Но разработка будет вестись не студиями Konami и даже не Кодзимой.

За работу взялась малоизвестная канадская студия Silicon Knights. Она не принадлежала Nintendo, но в 2000 году была заключена сделка, обязывающая студию создавать игры эксклюзивно для консолей японского гиганта. И этот новый проект позволял обеим компаниям извлечь из соглашения максимальную выгоду. Сейчас студия больше известна погубившим ее скандалом по поводу кражи кода движка Unreal Engine и последовавшим судебным разбирательством с Epic Games. Хидео Кодзима курировал этот проект вместе с главным лицом всей Nintendo – Сигэру Миямото, создателем Марио.[25][26]

Во многом это точная адаптация оригинала, сохранившая его основное устройство и идеи. Схема управления теперь скопирована у MGS2, так что в игру добавлены шкафчики и огнетушители, с помощью которых можно дурачить охранников. Наконец-то появилось прицеливание от первого лица – отстреливать врагов издалека стало удобнее. Можно свисать с выступов – что позволило дизайнерам уровней развесить по острову тросы, по которым игрок мог перебираться из одного места в другое. В целом же игра стала проще, например, Снейк начинает игру с максимальным уровнем шкалы жизни, которая к тому же полностью восстанавливается после каждой битвы с боссом. В оригинале шкала потихоньку увеличивалась в определенных точках сюжета и после битв восстанавливалась частично. Стали доступны пистолет с транквилизатором и «очень легкий» режим игры. Жаль, но разработчики не укладывались в дедлайны, так что VR-миссии пришлось вырезать, а заодно и все диалоги с упоминанием VR-тренировок. Но в игру и так внесены десятки интересных мелочей, освеживших игру и сделавших ее доступнее. Этот релиз никто не считал поспешным или сырым.

Увы, сцены брифинга были обезображены. Нет, нам не дадут посмотреть зернистую видеозапись Солида Снейка, заключенного в камере на подлодке «Дискавери», бесподобно нарисованную Ёдзи Синкавой в оригинале для PS1. Вместо этого придется наблюдать, как поганого качества 3D-модели сидят, стоят и лениво бродят по комнате, так что их передвижение не совпадает с диалогами. Выглядит как школьная постановка в актовом зале – с записанной заранее звуковой дорожкой, играющей из магнитофона на подоконнике. Вы можете переключаться между разными камерами, но ради всего святого – лучше пропустите этот позор.

С озвучкой тоже не все гладко. Актеры оригинала вернулись в полном составе, чтобы перезаписать все диалоги заново. Но не из-за того, что какие-то реплики переосмыслены в новом сценарии, нет – потому что качество оригинальной аудиозаписи посчитали плохим. Студия, в которой проходила запись для MGS, находилась в обычном доме на оживленной улице, поэтому разные звуки вроде проезжающих машин и уличных работ в итоге тоже оказались записаны. В сильно пережатых файлах оригинала этого не было слышно, но новые звуковые алгоритмы и высококачественная техника позволили бы всем услышать ужасный фоновый шум. Кроме того, почему-то пропали акценты у Мэй Лин и Наоми Хантер. Может, кто-то решил, что уровень культурной чувствительности не соответствует современным реалиям, или был принят во внимание аргумент, что эти персонажи прожили большую часть жизни в Америке и утратили акценты, до конца не ясно. Но ясно то, что их голоса стали звучать скучно и безэмоционально. Потеря акцента обернулась потерей ярких персонажей.

К счастью, Ликвид Снейк сохранил чопорный британский акцент, хоть что-то хорошее. Но вы прекрасно можете слышать, с каким трудом актерам далась перезапись диалогов все того же чудовищного объема. Кажется, что они пародируют оригинальное аудио, то переигрывая, то пытаясь в малейших деталях воспроизвести оригинальные интонации, в итоге звуча слишком неестественно. Вероятно, без участия в проекте Джереми Блауштейна по-другому выйти и не могло – все-таки он был ответственным за разъяснения всех тонкостей своего сценария актерам. И не забывайте о таком моменте: хотя самые фанатичные поклонники запоминают весь сценарий построчно и могут воспроизвести его в любое время суток, актеры озвучивания после завершения работы на одном проекте могут сразу же приняться за работу на следующем. Актеров волнует только то, что будет дальше – они месяцами не имеют ни малейшего понятия, стал ли один из их проектов успешным или провальным. Абсолютно нечестно требовать от них идентичного повторения работы, сделанной годы назад.

Но самой большой и противоречивой переменой стала та, о которой попросил лично Кодзима. Она расколола фанатов на два лагеря – такого эффекта мало какие ремейки добивались. Кое-кто решил доверить пересъемку роликов игры Рюхэю Китамуре – японскому режиссеру и сценаристу, знаменитому безумными, низкобюджетными и откровенно трэшовыми экшен-фильмами. Они под завязку набиты боевыми искусствами, мечами, пушками и черными тренчами, но лишены утонченности «настоящего» кино. Ничего страшного в этом не было, потому что американцы ни малейшего понятия не имели, что это за человек, да и Китамура просто решил в точности воссоздать все ролики оригинала, как только начал работу над игрой. Использовав технологию motion capture, Китамура и Silicon Knights сделали отличную замену неуклюжим оригинальным кат-сценам. Но Хидео Кодзима выкинул все их наработки в мусорное ведро. Ему не нужна была покадровая пересъемка – он хотел ролики в фирменном сумасшедшем стиле режиссера. Китамуре дали карт-бланш – требовалось только оставить оригинальные диалоги, а дальше он мог творить все, что пожелает. Так он и сделал.

Игра рекламировалась как кроссовер востока и запада. Silicon Knights была канадской студией, а MGS – японской игрой с творческим вкладом знаменитого японского режиссера. Но, как мы знаем из предыдущей книги, Хидео Кодзима [27]ненавидел MGS1 и то, как ее воспринимают фанаты. Игра стала популярной благодаря шикарным дизайнам Ёдзи Синкавы, потрясающему переводу Джереми Блауштейна и работе режиссера озвучки Криса Циммермана Солтера – именно он помог актерам мощно и убедительно сыграть свои роли, превратив мешанину из полигонов и пикселей в популярнейших персонажей. А вот сюжет и глубокий смысл произведения оказались проигнорированы. Создатель игры и фанаты по-разному относились к ее успеху. Кодзима использовал свое влияние на разработку The Twin Snakes, задним числом списывая оригинал в утиль и провозглашая ремейк каноном. В рекламных целях Konami некоторое время называла игру «окончательной редакцией» MGS. Текст на обратной стороне обложки гласил: «Настало время увидеть Metal Gear Solid такой, какой она была задумана». Доля правды в этом есть. В 1998 году Кодзима хотел дать игрокам возможность перетаскивать тела охранников и прятать их в шкафчиках, а еще разбивать лампочки, создавая темные участки, чтобы под покровом темноты с легкостью прокрасться, куда нужно. Технологии того времени осуществить такое не позволяли, так что новый геймплей оказался ближе к изначальной задумке. Но замена мрачной и реалистичной атмосферы на невменяемый цирк роликов Китамуры была для Кодзимы настоящим кощунством. Это меняло всю игру до неузнаваемости.

Трудно поверить, что Кодзиме хоть сколько-нибудь нравились работы Рюхэя Китамуры. Никто не отрицает, что у его фильмов есть достоинства – они даже получали награды, но вот творящаяся в них безвкусица и упоение кровавыми убийствами никак не вяжутся с тем, что мы знаем о предпочтениях Кодзимы. Вполне вероятно, что работы Китамуры были ему отвратительны, и именно поэтому Кодзима использовал режиссера как оружие, способное уничтожить наследие MGS1, не желая марать собственные руки. Для Кодзимы важна возможность правдоподобного отрицания. Ему нравятся интеллектуальные фильмы, детективные драмы, голливудская классика и сложное независимое кино вроде работ Дэвида Линча. Несомненно, его интересы еще шире, и кто знает, какими еще фильмами «гений» наслаждается за закрытыми дверьми, но выбрав Рюхэя Китамуру на роль человека, извращающего оригинальное видение игры, Кодзима показал фанатам метафорический средний палец. «Ах, вы хотели больше изящного экшена? Ну что ж, встречайте – Рюхэй Китамура, прошу любить и жаловать».

Мне жаль всех, кто до сих пор помнит, какой стыд творился в The Twin Snakes. Я очень извиняюсь, что приходится об этом напоминать, но ради полноты картины все-таки надо пройтись по некоторым моментам.

• Небольшой намек на то, что нас ожидает, случается, когда Снейк плывет в торпеде к Шэдоу-Мозесу. Торпеда петляет в расщелинах подводных скал, но в итоге начинает биться о стены сужающихся проходов. Скоро Снейк доплывает до тупика, катапультируется и, пока торпеда разбивается о камни, делает под водой обратное сальто. Только после этого он всплывает.

• Беседуя с главой DARPA в камере, Снейк больше не прячется, прижавшись к стене, когда появляется приказывающий замолчать охранник. Вместо этого наш герой, как паук, в один миг оказывается под потолком, где висит, упершись ногами в разные стены. Как только охранник уходит, Снейк спрыгивает и спокойно продолжает беседу как ни в чем не бывало.

• Вскоре после этого, когда Мэрил направляет на Снейка ружье, он обезоруживает ее одним движением, в свою очередь направляя винтовку на противницу. А та, изящно кружась вокруг героя, вырывает винтовку у него. Каким образом Мэрил превращается из беспомощной и дрожащей девушки – неспособной даже снять оружие с предохранителя, – в сверхчеловека, способного на раз обезоружить легендарного Снейка, находясь у него на мушке? Ответа мы не дождемся.

• После встречи с президентом ArmsTech и неожиданного предупредительного выстрела Револьвера Оцелота Снейк не отпрыгивает назад, уклоняясь от рикошета. Вместо этого он, разумеется, делает обратное сальто со скоростью, явно превышающей скорость летящей пули. Мы наблюдаем за акробатическими способностями Снейка с разных углов, пока пуля медленно пролетает под ним. Как же нечеловечески крут Снейк, как же мощны его сальтухи!

• Но первая схватка с киберниндзей превзошла все ожидания. Между репликами ниндзя кромсает окружение мечом, пока Снейк пытается контратаковать, уклоняясь от падающих колонн и обломков. Ниндзя бьет Снейка ногой, но тот блокирует удар рукой, уезжая назад метра на три под звук скрипящих автомобильных покрышек, издаваемый подошвами его сапогов. К тому времени как наш акробатически одаренный герой приходит в себя, его противник уже находится в воздухе, разрубая бетонный потолок со сверхзвуковой скоростью. Падая вниз вместе с одним из обломков, ниндзя делает сальто в воздухе и пинает кусок бетона в сторону Снейка, который делает обратное сальто – чтобы уклониться от импровизированного снаряда. И все это происходит с потрясающим эффектом замедленной съемки, как будто само действо упивается своей умопомрачительной крышесносностью. Когда демонстрация вычурной хореографии подходит к концу, Снейк и киберниндзя оказываются лицом к лицу, наставив друг на друга пистолет и меч. Все это в сочетании с энергичной, но бездарной музыкой походит на дешевый клон «Матрицы».

И это только малая часть примеров, но, думаю, пора сжалиться над читателем. Общее количество исполненных в игре сальто исчисляется, скорее всего, десятками. Но это и нужно было Кодзиме: тупой гипертрофированный экшен. Отвлечение от сюжета. Диссонанс. Яркая пустышка для глупеньких фанатов, гарантирующая, что часть игрового сообщества возвеличит эту версию и докажет правоту дизайнера. Если он не смог никого заставить размышлять о вложенных в игру идеях, может, выйдет открыть глаза на то, в какой фарс превратится Metal Gear без ее создателя. Что бы ни случилось, это уже не его проблемы. Серия стала разменной монетой, а он теперь остался один против всех. Кодзима продолжит работу над играми, но с потаканием аудитории покончено – теперь балом начнут править глумливые сюжетные повороты.

А был ли он прав насчет фанатов? Как я писал выше, мнения по поводу The Twin Snakes разделились. Игра продалась неплохо и понравилась критикам – они хвалили нововведения и, как и в случае с MGS2, закрывали глаза на все недочеты. Но в попытке найти светлые стороны ремейка от Silicon Knights преданные поклонники поняли только одно – оригинальное видение Кодзимы лучше. Как и многие попытки «гения» саботировать ставшие ненавистными ему элементы Metal Gear, эта оказалась всего лишь незначительной ремаркой, а не уроком для провинившихся.

Вишенкой на торте стало провозглашение ремейка «окончательной редакцией» – тут, вероятно, стоило промолчать или не быть столь категоричным. Игра с каноном всегда игра с огнем, и пламя разгорится еще сильнее, если в процессе тронуть оригинал. Может быть, так и думал Кодзима – его сценарий осквернен, его идеи больше не канон, так какой во всем смысл? Никакого. Он заставит американских игроков почувствовать его унижение. Они пожалеют обо всем.

4

ПОЛЕМИКА

В литературе полемика – это атака на то, что дорого другим. Неудивительно, что она с завидной частотой использовалась в богословских и политических трудах. Обычно полемика используется интеллектуалами, чтобы подорвать авторитет противоположной стороны, и использует для достижения цели все подряд: аргументы, оскорбления, персонажей, истории или даже юмор. Например, в литературе иконы этого стиля письма – Вольтер и Джордж Оруэлл. В Библии полемики тоже хватает – в ней хитроумно критикуются древние ближневосточные религии, исчезнувшие еще тысячи лет назад. Ее составители использовали игру слов и образы, которые бросали вызов существовавшим тогда мифам и священным традициям, несмотря на то что представители других культур не смогли бы понять, о чем идет речь. Это была война, которая велась на духовном и интеллектуальном фронтах – призванная завоевать моральное превосходство и спровоцировать противника. Только истинные знатоки истории древнего мира смогут по достоинству оценить изреченные в книге аргументы. И это применимо к полемике всегда. Когда меняются времена и эпохи, она и ее аргументы легко теряют ценность и смысл.

В зависимости от эпохи и цивилизации, полемика принимает различные формы. Книги, эссе и новостные статьи выполняют ту же функцию, что и раньше – выгораживают одну сторону, провозглашая победу над другой. Фильмы и масскульт выбирают выгодные стороны по какому-либо вопросу, изображая одни идеи в благоприятном свете и осуждая другие. В обществе, где свобода слова защищена законом, а соперничество разных систем ценностей привычно, такая битва идей стала делом обыденным. Мы, может, и не так подкованы в риторике и построении логических конструкций, как великие умы прошлого, но у нас есть свои способы – боевые мемы. Уже более ста лет политические карикатуры работают эффективнее мудреных статей. Изображения понятны всем без исключения, даже неграмотным. С развитием эры Интернета это стало особенно заметно – по всей Сети ведутся масштабные сражения с применением боевых картиночек, и одним из ярких примеров таких баталий стали президентские выборы в США в 2016 году. В Интернете тогда появилось [28]несчетное количество отфотошопленных фотографий кандидатов в президенты, превращенных чуть ли не в богов Олимпа – блистающих великолепием и уверенностью в себе. А их противники изображались жалкими и немощными. Никакого политического месседжа картинки при этом не несли. Короткие видеоролики и смешные фотошопы завоевывали сторонников лучше, чем многомилионные рекламные кампании. Все эти мемы в каком-то смысле тоже полемика. Они могут изменить мнение тысяч людей, завируситься и усложнить жизнь политикам и общественным институтам. Это игра на эмоциях. Могут ли видеоигры использовать полемику? А разве встреча игрока с Дональдом Лавом в Либерти-Сити, после которой нам приходится совершать преступления, за которые Лав неплохо платит, не полемика? Налицо очевидная нападка на известную личность. Эта сюжетная линия не вызовет вопросов у геймеров, не уловивших отсылку, но тех, кто в курсе слухов о том, какими способами Дональд Трамп пришел к успеху, побудит задуматься. То же можно сказать и о романах Оруэлла, которые остаются замечательными произведениями и без понимания скрытой в них критики марксизма и технократии. Древние богословские труды можно читать как поэзию и философские трактаты, не углубляясь в противостояние племен и религиозных лидеров. Хорошая полемика может быть мощной и точной, даже когда скрыта от непосвященных.

Аллегории и полемика всегда вместе. Автор использует аллегорию, скрывая свои намерения, чтобы нанести максимальный урон цели. Одни авторы обожают выставлять свои посылы напоказ, лишь немного завуалировав их, чтобы защититься от судебных исков. Другие же скрывают смысл глубоко в недрах или держат в таком секрете, что никто о нем и не узнает. Впрочем, если в произведении есть подсказки, от читателя ожидается, что он сможет провести аналогию с реальными событиями и разберется во всех тайных смыслах. И это круто. Автор не обязан все разжевывать, он просто дает читателю возможность самому разбираться в причудах сюжета. Намеренно сбивая всех с толку, он сбрасывает ищеек скрытого смысла со следа или заставляет вражеского дешифровщика погрузиться в бессмысленную работу. Стелс-повествование бывает таким же коварным, как настоящий шпионаж – и там и там используются коды, шифры и военное искусство. И знали бы вы, как же авторы кайфуют от того, что большинство людей не заметит запрятанных в глубине их произведений богатств! А уж как кайфуют интерпретаторы, смысл жизни которых заключается в поиске этих сокровищ, ух…

Существует риск того, что прямолинейная история будет неверно истолкована чрезмерно рьяными искателями тайных смыслов, и есть вероятность неверной интерпретации излишне яркой аллегории. Это ставит авторов в затруднительное положение. Им придется или раскрыть все карты, максимально доступно объяснив истинный посыл – испортив все веселье и подвергнув себя критике, – или позволить их работам служить чужим идеям. Отличный пример – вышедший на экраны в 1988 году фильм Джона Карпентера «Чужие среди нас». Это кино, полное социальных комментариев, куда-то метящее своими аллегориями, но вот куда – неясно. Главный герой находит необычные солнечные очки, позволяющие увидеть настоящий мир: среди людей скрываются инопланетяне, подчиняющие своей воле все население планеты. А делают это с помощью скрытых в журналах и на рекламных щитах сообщений, увидеть которые можно только через очки. Но к кому или чему отсылают эти инопланетяне? Что зеркало пытается отразить? Это оказалось настолько неясным, что со временем интерпретации сюжета неоднократно менялись. Дошло даже до того, что Карпентера вынудили публично опровергнуть идею о том, что в фильме идет речь об управляющих планетой коварных евреях. 3 января 2017 года Карпентер опубликовал в Twitter сообщение, чтобы пресечь все домыслы:

«„Чужие среди нас“ о яппи и разгуле капитализма. В фильме нет и намека на еврейский контроль над миром. Это ложь и клевета».

Вот только заявление Карпентера не остановило, а подстегнуло дискутирующих на эту тему. И не помешало, по крайней мере, одному пользователю сети сделать картинку, на которой главный герой фильма, надев очки, смотрит на твит режиссера и видит признание в том, что евреи управляют миром. Как только поезд трактовки ушел – пиши пропало.

Иронично, но в ранних трактовках фильма утверждалось, что он антинацистский. Люди видят то, что подсознательно ожидают увидеть, как в тесте Роршаха. Карпентер ведь и раньше не скрывал, что кино было о яппи и рейганомике 1980‐х, и отрицал наличие двойного дна. Но некоторым это не помешало продолжить поиск «настоящего смысла».

Это может выглядеть как безобидная перепалка между сетевыми троллями и кликбейтными медиа, практически кормящимися излишней впечатлительностью и возмущениями, но есть один момент. Представьте, что автор хочет рассказать о некоем заговоре, закодировав информацию в метафорах и образах. Есть мнение, что так делал Стэнли Кубрик в картинах «2001: Космическая одиссея» (1968), «Сияние» (1980) и своем последнем фильме «С широко закрытыми глазами» (1999). Мелочи, выбивающиеся из общей картины, обычный зритель не заметит, но эти мелочи могут складываться в загадки, отсылающие к чему-то еще. Знание того, что Кубрик был одержимым гением, повернутым на деталях, превращает каждый киноляп в объект трактовки. Многие десятилетия киноманы покадрово изучают его фильмы и находят в них пугающе убедительные теории. Например, об участии Кубрика в секретных правительственных проектах и последующем раскаянии. Или о его увлечении секс-культами, в которых состоят люди, контролирующие общество. Может, это очередной пример того, как внушаемые интеллектуалы проецируют свои фантазии на произведение искусства? Были ли эти фильмы простыми товарами для потребления или действительно скрывали откровения? Интервью и инсайдерская информация стали ключевыми факторами в попытках разобраться в этих вопросах. В какой-то момент и отрицание становится подтверждением. Все возможно, когда вы имеете дело с профессиональным хитрюгой.

5

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ДЖУНГЛИ

После выхода Metal Gear Solid 2: Sons of Liberty можно было забыть о двух вещах: о прямом сиквеле, пытающемся разгрести постмодернистскую мешанину, и о еще одной игре про Солида Снейка. Для усмирения хулителей Кодзима использовал The Twin Snakes, которая, по его мнению, успокоит фанатов Шэдоу-Мозеса, не желающих видеть ничего, кроме бесконечного экшена, и Substance – для тех, кто хотел больше бессмысленных VR-миссий. Вроде бы дышать стало проще – у Хидео появился простор для творчества.

Он хотел продвинуться по карьерной лестнице, но для этого придется выложиться на полную и превзойти самые смелые ожидания. Открыв для себя силу фансервиса и разработав тайную стратегию «Игры в стелс», Кодзима готовился играть по-крупному. О новом поколении консолей думать было рановато, еще не всю мощь он выжал из PlayStation [29]2. Разработка MGS2 велась поспешно – нужно было опередить всех конкурентов и перетянуть всю славу и обожание на себя. Отчасти план сработал. Настало время по-настоящему амбициозного проекта. Вот только одна игра – а точнее, одна франшиза – являлась спонсором его бесконечных головных болей. Она уже два раза посмела обломать его в погоне за славой. Это был бессмысленный симулятор бандитизма, Grand Theft Auto III, и его вульгарнейший спин-офф – Vice City. Эти блокбастеры, эти образцы высоких технологий и пошлости представляли серьезную угрозу гегемонии японских разработчиков как на домашних консолях, так и в индустрии в целом. Кодзима не мог позволить западным играм одержать победу и направил все силы на то, чтобы отвоевать обратно аудиторию PlayStation 2.

КОДЗИМА НЕ МОГ ПОЗВОЛИТЬ ЗАПАДНЫМ ИГРАМ ОДЕРЖАТЬ ПОБЕДУ И НАПРАВИЛ ВСЕ СИЛЫ НА ТО, ЧТОБЫ ОТВОЕВАТЬ ОБРАТНО АУДИТОРИЮ PLAYSTATION 2.

ВРЕМЕНА СМЕНЯЮТ ДРУГ ДРУГА

Уроки всегда находятся в прошлом, и Хидео Кодзиме не терпелось чему-нибудь всех научить. В 1964 году на одноименном альбоме вышел легендарный хиппи-гимн Боба Дилана The Times They Are a‐Changin’ («Времена сменяют друг друга»). Это был поворотный момент в американской поп-культуре. Журнал Rolling Stone поставил песню на 59‐е место в списке «500 величайших песен всех времен». Она благодарила контркультуру, овладевшую умами нового общества, и призывала старшее поколение не путаться под ногами молодежи. Незадолго до выхода песни убили президента Джона Ф. Кеннеди, и это сделало трек знаковым, а тот, в свою очередь, подарил травмированной стране чувство катарсиса. Беби-бумеры, не желавшие ничего, кроме скорейшего окончания холодной войны, еще активнее начали призывать к отвержению идей национализма и милитаризма и ядерному разоружению. Хидео Кодзима родился в эту эпоху революций и рос, наблюдая за призывами к переменам. И хотя Боб Дилан не уточнил, каким принципам следует сам, ему это и не требовалось делать. Времена сменяли друг друга, а все остальное – просто мелочи.

Рассматривая свои творческие возможности в годы, последовавшие за терактами 11 сентября, Кодзима вспомнил проблемы молодости. Скоординированные теракты на территории США стали очередной поворотной точкой истории, и он задался вопросом, к чему же это приведет. В один день атаке подверглись не только два знаковых здания Нью-Йорка – башни-близнецы Всемирного торгового центра, но и Пентагон – штаб-квартира Министерства обороны США. Общественность не понимала, что происходит, напряжение росло, а жажда ответов и мести была почти физически осязаема. Вскоре НАТО применила пятую статью своего Устава, гласящую, что нападение на одного из членов альянса расценивается как нападение на всех. Это санкционировало новый уровень военного сотрудничества в мире, и теперь более десятка стран патрулировали небо США и морские торговые пути. Выглядело так, как будто весь мир внезапно оказался под угрозой и тотальный контроль во имя всеобщей безопасности стал их заботой. Скептики видели во всем этом только жажду контроля и политической власти, вызванную страхом получить ответный удар. Через несколько дней после терактов президент Джордж Буш-младший произнес в выступлении: «Все страны должны решить: либо вы с нами, либо с террористами». Очень хитро развернул обсуждение темы себе на пользу, если не сказать большего. Страшилка о терроризме послужит предлогом для новой холодной войны, потенциально вечного конфликта без четкого образа врага и с целью сдерживания угроз гегемонии США. Это ознаменовало новую эру страха, цензуры и грязного, как [30]никогда, шпионажа. Как настоящий японец, испытывающий отвращение к мировому господству США и помнящий, как это началось, Кодзима обратился к первопричинам. Имя Усамы бен Ладена всплыло в памяти всего мира, и урок сразу же стал ясен. Почему произошли теракты? Джордж Буш сказал, что все просто – террористы ненавидят свободу. Но Кодзима понимал, что все совсем не просто. Он вспомнил один из величайших фильмов в истории, темой которого стали бесчинства и зверства армии США во время войны во Вьетнаме – «Апокалипсис сегодня» (1979), сценаристом и режиссером которого стал Фрэнсис Форд Коппола. И фильм этот нес в себе очень важный урок.

Действие происходит во Вьетнаме в 1969 году. В центре повествования – оперативник американского спецназа, посланный убить дезертировавшего полковника Курца, пропавшего в глубине неприятельской территории и, судя по всему, присоединившегося к повстанцам. Главная загадка, почему и зачем один из лучших офицеров предал свою страну и начал новую жизнь на вражеской земле. Главного героя, капитана Уилларда, сопровождают на патрульном катере вглубь вьетнамских джунглей, где он становится свидетелем сюрреалистического мира, который сотворил Курц. Уиллард узнает, что другой оперативник из его отряда был послан убить Курца несколькими неделями ранее, но дезертировал и присоединился к безумцу. А оказавшийся тут фотожурналист проповедует философию полковника, поднимая еще больше вопросов о личности человека, на которого идет охота. Несмотря на подготовку Уилларда и его товарищей, их планы срываются, и каждый из них оказывается или в плену, или убит врагами-фанатиками. В месте, где оказался Уиллард, лежат горы отрубленных голов и демонстрируются жуткие военные трофеи. Вскоре он встречается со своей целью в исполнении Марлона Брандо. Курц читает Уилларду проповеди о Вьетконге и объясняет, как сильно уважает их безграничную волю к победе любой ценой. Персонаж полковника противопоставлен всему, что касается американской армии, которую мы до этого видели в фильме. Армия выглядит самонадеянной, ей, кажется, безразличен смысл своей миссии. Военные мыслят только в рамках огневой мощи и численного превосходства. Курц же осознал весь потенциал психологической войны и ужаса. Он совершенно спокоен и адекватен. Война показала Курцу, что существует кое-что посильнее армии – всепоглощающая, несокрушимая, неумолимая воля к сопротивлению. Несмотря на то что Уилларду разрешено остаться в лагере и влиться в созданный там темный мир независимости, он не попадает под чары полковника. Уиллард набирается мужества и жестоко убивает Курца с помощью мачете. Лежа на земле, окровавленный умирающий полковник произносит ставшие легендарными слова: «Ужас… ужас…»

Травмированный увиденным, Уиллард уходит, забрав с собой сборник сочинений полковника. Последователи Курца не останавливают его, а наоборот, поклоняются как новому лидеру. Жестокостью он заслужил уважение. Фильм заканчивается неоднозначной сценой размышлений Уилларда о том, чему же его научило произошедшее. Зрители еще раз слышат последние слова Курца, Уиллард покидает его лагерь, экран гаснет.

В основе сюжета лежит роман «Сердце тьмы» (1899) и реальная история участвовавшего во вьетнамской войне офицера ЦРУ Энтони Пошепни[31]. Он был известен как Тони По и использовал нестандартные и порой античеловеческие способы ведения психологической войны. Вместо своей прямой миссии по обучению местных жителей военному делу он стал их боевым лидером. Например, с вертолета сбрасывал на лагеря противника отрубленные головы, а однажды в качестве доказательства своих успехов отослал начальству мешок с отрезанными ушами. В конце концов он ушел в отставку, женился на вьетнамке и завел четырех детей. Ну а ЦРУ, похоже, вполне довольно его работой.

КРУГОВОРОТ СМЕРТИ

Дух ЦРУ всегда витал в мире «тактического шпионского экшена», но самому агентству Кодзима внимания не уделял. Это скоро изменится. Когда мы думаем о ЦРУ, то обычно представляем незаконные сделки, торговлю информацией и тайных агентов в горячих точках планеты. Это даже близко не так. Центр специальных операций (ЦСО) агентства занимается грязнейшими из грязных работ, настоящими тайными делишками – совершенно неофициальными и никому не подконтрольными. У операций даже может не быть конкретных задач, поскольку его бесчисленные агенты и каналы передачи данных буквально начинают новую жизнь в чужой стране и вмешиваются в ее дела на протяжении поколений, получая минимум обратной связи. Неважно, насколько нелегальными, изменническими или политически неприкасаемыми являются действия ЦСО – они всегда завербуют нужных людей, скомпрометируют неугодных и сделают все максимально скрытно. Именно из-за таких делишек ЦРУ и замешано в перевозке контрабанды, наркотиков, сделках на черном рынке и т. д. – такими способами агентство финансирует свои тайные операции, не прибегая к государственным платежам. Как и в случае с миссией Уилларда, ЦСО работает в самых удаленных и малоизвестных уголках мира и решает проблемы, существование которых никто не признает. Отчитывается центр об операциях не только правительству, но и избранным членам огромного и запутанного Совета национальной безопасности. [32]Неподотчетность ЦСО означает, что в их деле порой невозможно избежать непредсказуемых последствий, недоработок, неосмотрительных сделок и случайно созданного в преступном мире хаоса. Как вы понимаете, отрицание правды для ЦСО – правило номер один. Когда самые крутые в мире оперативники ЦРУ отправляются вглубь вражеской территории практически без поддержки и с заданиями вроде свержения правительства, часто приходится вербовать местных жителей – как делал Тони По. Такие люди сочетают в себе качества разведчика и солдата: ум и силу. Они владеют безупречным чутьем на людей, которых можно использовать, пониманием, какая пропаганда будет эффективной, и знанием, как добраться до слабых мест противника. Оперативник должен быть харизматичным и пленять местных жителей своей брутальной красотой. Как же стать настоящим лидером? А нужно быть по-настоящему неординарной личностью и даже немного психопатом. Такие льют сладкую ложь в уши новообретенным последователям и кормят их сказками, мотивирующими перед лицом неизбежной смерти. Это жестокая и необратимая промывка мозгов, но необходимая для выполнения заданий, не опирающихся на привычную военную логику воздушного превосходства, численности войск и линий снабжения. Когда ЦРУ отправляет своих тайных героев на задания, поверьте – оно отправляет безумцев.

Кодзима использовал «Апокалипсис сегодня» как источник вдохновения для первой Metal Gear. Только подумайте, сколько всего он содрал. Персонаж Биг Босса отчасти основан на полковнике Курце. Действие игры разворачивается в глубинах вражеской территории, но в конце вы сражаетесь с обезумевшим соотечественником. Солид Снейк послан завершить миссию Грея Фокса – своего пропавшего напарника. Все то же самое. Кодзима, разумеется, добавил сюжетный поворот, сделав Биг Босса одновременно и командующим вашей миссией, и лидером вражеских сил. Metal Gear 2: Solid Snake тоже не погнушалась позаимствовать идеи у фильма. В ней и Грей Фокс переходит на сторону врага, и Биг Босс философствует о войне при встрече с нами. Черт возьми, по пути вы даже встречаете персонажей, боготворящих Биг Босса. Да, включая журналиста! Может, гигантский шагающий робот и является в сюжете центральной угрозой, но мир игры вращается исключительно вокруг Биг Босса и его тайн. Спасибо Копполе за это.

Круг замыкается, когда мы начинаем понимать, что Усама бен Ладен мог быть агентом или завербованным сотрудником ЦРУ. Естественно, это отрицается, но некоторые источники на протяжении десятилетий пытались распутать этот подозрительный клубок. Майкл Спрингманн, бывший сотрудником американского консульства в Саудовской Аравии во времена холодной войны, пытался разоблачить операцию ЦРУ по подготовке моджахедов, впоследствии под начальством бен Ладена превратившихся в Аль-Каиду. А спецагент ФБР Сибель Эдмондс [33]неоднократно заявляла, что семья бен Ладена и Талибан вплоть до терактов 11 сентября находились под контролем разведки США. В чем точно [34][35]нет сомнения, так это в том, что в 1980‐х Усама бен Ладен развернул силы моджахедов против советской армии в Афганистане. И когда заходит разговор об источниках вдохновения Кодзимы, 1988 год особенно интересен. Одновременно с основанием бен Ладеном (или ЦРУ, в зависимости от вашей точки зрения) Талибана в кинопрокат выходит «Рэмбо III», где в конце на экр[36]ане появляется посвящение «храбрым афганистанским бойцам-моджахедам». Термином «моджахед» обычно обозначали боевиков‐исламистов, [37]сражавшихся с Советским Союзом, и в их число входили боевики Аль-Каиды бен [38]Ладена. Их поддерживала Америка, и поддержка эта доходила аж до голливудских боевиков. Кстати, в Голливуде часто сотрудничают с ЦРУ и армией при съемке фильмов на щекотливые темы вроде зарубежных конфликтов. Усаму бен Ладена называли героем. В общественное сознание не должна была проникнуть идея, что эти боевики спонсировались, организовывались, обучались и вооружались американской разведкой. Западная публика должна была видеть в [39]них героев, цели которых случайно совпали с целями Запада. Что еще ироничнее, так это то, что Джон Рэмбо изначально являлся персонажем антивоенным. В «Рэмбо: Первая кровь» (1982), первом фильме франшизы, показано, что он сломленный, полный животного страха и жестокости человек – по сути, оружие, созданное правительством США. В сиквелах об этом забудут. Бушующего Рэмбо смог остановить лишь коварный полковник Траутман, послуживший прообразом полковника Кэмпбелла из «Гончих» (Foxhound). Он промыл Рэмбо мозги, превратив того в психопата. Цитата полковника говорит сама за себя: «Господь не создавал Рэмбо, это сделал я». Но позже в разговоре с главным героем он убеждает героя, что армия не делала из того машину для убийств – просто Рэмбо всегда был таким, а правительство лишь помогло ему это осознать. Двуличность и манипуляции, попытки сыграть на образе отца и вернуть ветерана обратно в мясорубку войны должны были достучаться до аудитории – Рэмбо хочет забыть о смертях и убийствах, хочет стать обычным свободным человеком. Как и «Апокалипсис сегодня», фильм несет в себе антивоенный посыл, но рассматривает дегуманизацию с другой точки зрения. Жаль, но к выходу «Рэмбо III» серия превратилась в военную пропаганду, прославляющую военные действия США и даже Аль-Каиду. Времена сменяют друг друга, и вместе с [40]ними меняется все вокруг. Кодзима жил этими фильмами, изучал их, использовал как источники вдохновения и подтверждения тому, что уже знал от отца, служившего на флоте.[41]

Дэвид Моррелл, автор романа «Первая кровь» (по мотивам которого и снят первый фильм франшизы), увидел те же ироничные параллели, о которых рассуждаем мы, и нет сомнений, что и Кодзима после терактов 11 сентября заметил то же самое. Подробнее Моррелл написал об этом на своем сайте. Обсуждая свою новеллизацию «Рэмбо III», он критикует фильм за неубедительность. В книге он стремится это исправить и гордится тем, что его версия остается актуальным протестом против вьетнамской войны и возвращения США в Афганистан:[42]

«Одним из многих подтекстов в моей книге является мысль о том, что война в Афганистане стала для СССР их версией американского конфликта во Вьетнаме, со схожими последствиями для культуры и ветеранов обеих стран. Разве кто-то мог предугадать, что тринадцать лет спустя США сами ввяжутся в долгую войну в Афганистане с похожим исходом?»

Будучи писателем с четкой гражданской позицией и антивоенным настроем, он решил включить в сюжет «множество подтекстов», желая указать читателям на параллели не только с прошлым, но и с настоящим. И Моррелл, и Кодзима видели одно: США снова превращают молодежь в убийц для участия в вооруженных конфликтах, и это приведет к новым ужасам, трагическим последствиям и смертям. Дух полковника Курца, полковника Траутмана и Биг Босса живет и здравствует даже в двадцать первом веке.

РОЖДЕНИЕ БЕЗУМЦА

Кодзиме пришло в голову вернуться к персонажу Биг Босса, а именно к обстоятельствам, вынудившим того предать свою страну. Но в сюжете серии Биг Босс давно мертв. Его смерть – вернее, его останки стали ключевой частью сюжета Metal Gear Solid. Сделать сиквел с Биг Боссом в качестве антагониста было невозможно, и выходов из ситуации было два: придумать ему замену, как Кодзима уже сделал в MGS2 с помощью Солидуса Снейка, или вернуться в прошлое.

Он мог бы взять и сделать ремейки первых Metal Gear для PlayStation 2. Эти игры не просто до сих пор канон серии и любимицы фанатов – их ремейки позволили бы всем желающим приобщиться к истокам и показать противостояние неопытного Солида Снейка и легендарного Биг Босса, о котором публика помоложе знает только понаслышке. Очевидно, что если геймеры готовы купить The Twin Snakes, ремейк игры, вышедшей на консоли предыдущего поколения, то за обновленную версию классики, в которую мало кто играл, они точно заплатят. Неважно, что пересказ сюжетов обеих игр доступен в главном меню Metal Gear Solid – фанаты ведь и по сей день требуют ремейков классики. Кодзима мог бы практически бесконечно исследовать личность Биг Босса через новые ролики и переговоры по радио. Работа бы шла без сучка и задоринки.

Но вы же понимаете, что Кодзиме этого мало? Это бы не стало ни вызовом, ни демонстрацией власти. После того как он рискнул карьерой, сделав одну из самых противоречивых игр в истории, Кодзима почувствовал силу и некую уязвимость. Внимание он привлек сравнительно недавно, и каждая новая игра была проверкой его профпригодности. И не пройти ее нельзя. Надо было убедить публику, что успех MGS1 это не случайность и не заслуга великого художника Ёдзи Синкавы или бесчестного переводчика Джереми Блауштейна. Кроме того, пришлось бы доказать, что вся чудаковатость и горы ляпов MGS2 – осознанный выбор, а не признак заката карьеры потерявшего хватку гейм-дизайнера. Доказательства были нужны всем: и поклонникам, и начальникам. Чтобы получить больше творческой свободы, Кодзиме требовалось заслужить повышение и стать настоящим героем.

Это означало, что ему придется рассказать новую историю с новыми персонажами, оставив себе как можно больше пространства для маневров, дабы показать, на что он способен, в то же время тайно выстраивая свою полемику против эпохи. Его прежнее желание уничтожить франшизу и заняться чем-нибудь другим никогда не было направлено против серии. Это просто было способом сжечь все мосты, оставив после себя такой хаос, который никто и трогать не захочет. Кодзима все еще видел в серии потенциал и хотел привнести что-то новое в жанр, единолично созданный им много лет назад. В 2002 году мимо него не прошла Tom Clancy’s Splinter Cell, вышедшая на Xbox – в этой игре нашелся свой герой с хрипотцой в голосе и команда поддержки, общающаяся с ним по рации. Потом она выйдет на PlayStation 2 и на GameCube и станет одной из лучших игр в жанре «стелс». Вот только она была предсказуема и совершенно неоригинальна, а от этого Кодзима старался держаться как можно дальше. От Splinter Cell несло военной пропагандой и бесхитростными дизайнерскими решениями. Сэм Фишер (главный герой Splinter Cell) получает задание остановить террористов, прокрадывается куда нужно и останавливает их. Поздравляем – вы великолепны. И так раз за разом. Это настолько банально, что Кодзима не воспринимал игру как угрозу – он скорее считал Splinter Cell забавной отсылкой к своим играм. Сам он старался держаться подальше от сочившегося из всех щелей тошнотворного патриотизма и убийств во имя великой справедливости. Спустя [43]несколько месяцев после терактов 11 сентября и за несколько дней до выхода MGS2 на телеэкранах появится эксплуатирующий страх и ярость американцев сверхпопулярный сериал «24 часа» с Кифером Сазерлендом в главной роли. Джек Бауэр – лучший в мире полевой агент, но со всех сторон он стеснен мерзкими правилами и бюрократией. Пытаясь как можно скорее остановить злодеев, он вынужден стать отступником, совершать военные преступления, пытать людей и доказывать всем, что ЦРУ – круто. Основная фишка сериала в том, что события каждого сезона укладываются в рамки двадцати четырех часов – по часу на серию, отсчитывая уходящие секунды огромными тикающими часами. И так по кругу.

Темы патриотизма и самооправдания тирании напрямую затрагивались в Sons of Liberty, где злая теневая группировка, контролирующая США, звала себя «Патриотами», а террористы, против которых вы сражались, называли себя «Сынами свободы» – в честь тайной армии патриотов, участвовавшей в организации Американской революции. Лидер «Сынов» хочет остановить разрушение общества оцифрованными «Патриотами», и именно наш доверчивый, копирующий во всем Солида Снейка, натренированный в VR герой останавливает его из неуместного чувства долга. Как далеко зайдет Кодзима в этот раз, чтобы донести мысль? Что для этого потребуется?

Он решил, что главная проблема – это точка зрения. Когда мы смотрим на мир глазами агента по борьбе с терроризмом или спецназовца, мы автоматически оправдываем их действия, даже если они аморальные. Как говорится, цель оправдывает средства. Это философия Джека Бауэра и ЦРУ. Если поп-культурным злодеям дают высказаться, раскрыть мотивы и покритиковать США – для нас они сродни антагонистам из произведений про Джеймса Бонда, рассказывающим, почему нужно поскорее нацелить на Луну лазер. Чистое безумие и зло. Зачем их слушать? Злодейские речи мы пропускаем мимо ушей, и их мотивы никогда не бывают оправданы целью – неважно, насколько трагична история злодейской жизни и каким заблудшим стал Запад. Временами мы понимаем, что они правы и не заслуживают смерти, но все равно приходится привести приговор в исполнение – выбора нет, это наша работа. Антивоенные произведения частенько отдают должное противнику таким образом. Но что, если мы не просто в очередной раз послушаем разглагольствования злодея и доведем дело до конца? Что, если мы влезем в его шкуру и лично узнаем, как он дошел до жизни такой?

Раскрытие тайны происхождения самого Биг Босса – один из самых сильных ходов в карьере Кодзимы. Несмотря на то что вокруг его личности построен сюжет первых трех игр, мы ничего не знали ни о его прошлом, ни о его мотивах. Мы лишь были в курсе, что он командовал «Гончими» и стал лидером собственной страны для военных – Аутер-Хевен (Outer Heaven – «Внешний рай»). Прыгнув в 1960‐е, в разгар холодной войны, Кодзима получил абсолютную свободу – теперь он мог рассказать любую историю, и никто ее не предугадает.

6

СРЫВ ПОКРОВОВ

Когда я говорю, что видеоигры ненастоящие, то не пытаюсь оскорбить ваши умственные способности, честно! Мы все прекрасно понимаем, что миры видеоигр вымышлены. Закрыв глаза на внутриигровую логику и царящие там правила, какими бы безумными они ни были, мы можем целиком и полностью отдаться игре, представив ее как, ну, альтернативную вселенную. Вообразить, что там все по-настоящему, и погрузиться в происходящее на экране. И это относится ко всем художественным произведениям. Солнце не встанет, пока этого не пожелает автор, а вода не потечет по склону, пока ей не разрешат это сделать. Без разрешения не происходит ни-че-го. Первое и самое важное правило – автор контролирует факты, логику и устройство истории. Вот только как бы ясно ваш могучий и рациональный ум ни осознавал это, ваша интуиция будет его игнорировать в попытке разобраться, а почему все работает именно вот так. Размышляя о деталях истории, обычно мы не задумываемся над мотивами автора. И вот тут-то незаменимы аналитики, препарирующие текст и внимательно автора изучающие.

Даже если произведение рождалось при участии редакторов, продюсеров, соавторов, с учетом требований от руководства, установленных заранее предысторий, контрактных обязательств, юридических ограничений, бюджетов, дедлайнов, цайтгайстов и писательских соглашений, которые необходимо соблюдать, – а все это лишает автора абсолютного контроля над творчеством, – история не сможет писать сама себя. Где-то кто-то должен решать, что происходит и почему. Художественные произведения все-таки создаются людьми, поэтому не лишним спросить, что же у этих людей на уме.

В знаменитой аллегории пещеры Платона узники с детства не покидали свое подземное убежище и всю свою жизнь были прикованы к месту, лицом к огромной стене, на которой пляшут фигуры. Заключенных это завораживает. Они не знают, что картинки – тени от марионеток, проецируемые на стену из-за невысокой преграды. За спинами узников горит огонь, превращая тени от маленьких кукол в огромные и очаровывающие образы. Прикованные к месту люди не знают об иллюзорности наблюдаемых образов и о существовании огня и марионеток, для них пещера – истинная реальность, а фигурам на стене они дают имена и названия. Они видят различия в фигурах и их поведении и верят, что постепенно познают мир. Но настоящая реальность, созданная незримыми кукловодами, скрыта, а мир на стене – игра воображения. Эта гениальная аллегория рассказывает о невежестве тех, кого держат в неведении насильно; о верящих только в очевидное для них самих, не зная правды и не имея возможности взглянуть на мир под другим углом. Даже если часть узников освободится и обнаружит огонь и кукловодов, пещера не станет частью внешнего мира, где сияет солнце и жизнь идет своим чередом. Собственно, политические и конспирологические намеки этой аллегории неслучайны. Платон использовал этот принцип, манипулируя обществом с помощью тщательно продуманных логических утверждений, казавшихся правдивыми тем, кто не мог их оспорить. И за тысячелетия ничего не изменилось.

Этот урок вдвойне важен, если речь заходит о художественных произведениях. Почему это мы не должны размышлять о мотивах рассказчика? Мы же в курсе, что тени на стене иллюзорны, и знаем людей, которые их создают. Мы не узники. Мы видим марионеток и огонь; понимаем, как они взаимодействуют друг с другом. В наших силах докопаться до самой сути. И когда речь заходит о Хидео Кодзиме, он провоцирует нас на деконструкцию и распутывание хитросплетений своих произведений. The Document of Metal Gear Solid 2 – диск с материалами о разработке игры – вышел на PlayStation 2 в сентябре 2002 года и был создан специально для того, чтобы разрушить иллюзию, подчеркнув искусственную природу миров Кодзимы.

КРИТИК ПРОТИВ АНАЛИТИКА

В отличие от критиков, аналитики обязаны абстрагироваться от эмоций. Им нужно пристально следить за кукловодом и тенями от марионеток в попытке взглянуть на иллюзию глазами ее создателей. После чего следует задаться вопросом: «А почему именно так?» Работа критиков куда проще – они лишь оценивают произведения. Покороче стоило его сделать или подлиннее? А марионеток не слишком ли много? Интересно вообще было? Это очень эгоистичные вопросы, ставящие на первое место точку зрения потребителя, поскольку выход за рамки этих вопросов уничтожит удовольствие от произведения, а этого никто не хочет.

К сожалению, грань между двумя профессиями сегодня слишком размыта. Посмотрите, как много в Интернете стало «экспертов», за плечами которых в лучшем случае пара курсов художественного колледжа или листание Википедии. Это бахвальство собственной проницательностью и привело к появлению огромного числа высокомерных обзорщиков, ловящих кайф от того, как много умных слов они знают. Они не пытаются анализировать и разобрать что-то, а просто хвастаются знаниями о медиа. Это отравило весь мир критики и превратило анализ в свалку поверхностных разглагольствований. Для таких людей оценка произведения по собственным впечатлениям слишком банальна и безвкусна, но тщательное исследование и интерпретация работ автора – ой, нет, спасибо, слишком сложно. Да и шквал критики в свою сторону получить никто не хочет. И все эти доморощенные эксперты легко подвержены тому, что я называю «ложным откровением», но не исключаю, что у этого явления уже есть научный термин. Суть в том, что в какой-то момент критик переключается на описание внезапных озарений и предполагаемых мотивов автора. Ну да, вот так просто. А последствия серьезные. Одного такого «откровения» хватит, чтобы разрушить весь ход мысли и скатиться в псевдоаналитику. Первоочередной задачей критика должна быть оценка произведения без оглядки на царящую шумиху – журналистские амбиции тут стоит отложить в сторонку. Ложное откровение ставит критика-оценщика на место следователя, чья задача – не судить, а понять. Аналитик, прослеживая ход мыслей и разбирая решения автора, должен разделять его чувства, хотя бы искусственно. И в данных книгах, и на своем сайте я занимаюсь именно этим. Когда я решаю написать рецензию, то складываю полномочия аналитика и отбрасываю всю симпатию к автору, если таковая имеется. В этот момент становится абсолютно неважным все, что Кодзима хотел сказать – теперь важно лишь то, как соответствует игра моим стандартам. К осмыслению игры мои стандарты отношения не имеют – от понимания глубинных смыслов ее качество не изменится.

Может, это трудно понять, поэтому давайте используем аналогию. Представьте, что после поимки преступника с серьезными психологическими проблемами к нему приставляют психолога. Основная задача психолога – абстрагироваться от собственного отвращения к чудовищному разуму убийцы и попытаться посмотреть на вещи с точки зрения психически больного человека. Таким образом можно открыть все тайны подсознания и понять, что подтолкнуло того к ужасным поступкам. Но что, если тот же психолог, зная все тонкости работы мозга преступника, выступает как беспристрастный судья? Участие в суде предполагает абсолютную объективность и соблюдение закона, игнорирование любых оправданий преступлений. Другими словами, происходящее должно оцениваться без задних мыслей, а все тонкости творческого процесса отправляются в топку.

Если в произведении есть что-то, достойное похвалы, то непредвзятая рецензия покажет, что это «что-то» следует из качеств самого произведения, без всяческих метаанализов и копания в разуме автора. Лично мне несложно переключаться между этими ролями, но большинство критиков не так пластичны и не различают эти роли. Я говорю «большинство критиков» не в попытке оскорбить уважаемых обозревателей и легендарных критиков, но констатируя факт, верный сейчас как никогда раньше, – кругом одни критики. Мы живем в мире онлайн-эссеистов, обзорщиков с YouTube и экспертов из соцсетей. У необразованных пустозвонов, еще до эпохи Интернета заваливавших незнакомцев своими важными мнениями, теперь есть и логотип, и собственный бренд, и целых 350 подписчиков, с нетерпением ожидающих очередного эпического разноса. Критика стала частью индустрии развлечений. Здесь у ложного откровения появилась власть, а само дело стало чем-то второстепенным.

Многие критики (особенно любители) оказываются неспособны проникнуть в истинную суть творческого процесса. Они не понимают, что и как с ним делать. Будучи рядовыми потребителями, пытающимися просто получить удовольствие, они почему-то считают, что их мнение настолько весомо, что им следует поделиться со всем миром. Речь об их чувствах. О впечатлениях. Об эталонах. Но когда они сталкиваются с фактами творческого процесса или с замыслом людей, стоящих за произведением, они превращают эту информацию в свои мысли, смешивая домыслы с надеждами и чаяниями создателей. Таким образом, создатели могут обмануть критика, заставив того забыть о своих ожиданиях и побудив его размышлять об успехе или провале работы с позиции автора.

ЕСЛИ В ПРОИЗВЕДЕНИИ ЕСТЬ ЧТО-ТО, ДОСТОЙНОЕ ПОХВАЛЫ, ТО НЕПРЕДВЗЯТАЯ РЕЦЕНЗИЯ ПОКАЖЕТ, ЧТО ЭТО «ЧТО-ТО» СЛЕДУЕТ ИЗ КАЧЕСТВ САМОГО ПРОИЗВЕДЕНИЯ, БЕЗ ВСЯЧЕСКИХ МЕТА-АНАЛИЗОВ И КОПАНИЯ В РАЗУМЕ АВТОРА.

ВОЕНИЗИРОВАННОЕ ОЗАРЕНИЕ

Ложное озарение живет и здравствует уже тысячелетия, но за последний десяток лет или около того оно эволюционировало и начало служить интересам корпораций. Цели маркетинга сместились от стремлений понравиться потребителю, который порекомендует продукт друзьям, к созданию иллюзии сотрудничества между доморощенными критиками и разработчиками или авторами. Даже до появления Интернета существовали опросы, тестирование рынка, фокус-группы, бета-тестеры и системы обратной связи, но развитие индустрии реакций в соцсетях привело к тому, что прямые метрики интереса мутировали в крепкие приятельские отношения инфлюенсеров и [44]неофициальных маркетологов, симбиотически решающих маркетинговые задачи практически в реальном времени[45]. Я хочу, чтобы вы заметили, когда вы или ваши знакомые заинтересуетесь каким-либо произведением по одной из следующих причин.

• У него есть захватывающая история создания или какие-то интересные закулисные драмы.

• У создателей в планах прописаны такие вещи, как киновселенная, спин-оффы и т. д.

• Какой-то элемент произведения в будущем будет признан спорным или культурно значимым, и именно это сделает его достойным внимания.

• Это позволит авторитетно высказываться о произведении, обсуждая его с другими.

• В будущем вы сможете насладиться обзором вашего любимого онлайн-критика, что принесет даже больше радости, чем само произведение.[46]

Но ничто из этого не будет частью произведения. Вы не за это должны платить и не об этом думать. Нас всех обдурили, заверив в том, что побочные эффекты творческого процесса и информационный шум – неотъемлемая часть конечного продукта. Нам нужно уметь отделять эту чепуху от оценки по нашим личным стандартам. Сегодня дети растут, бесплатно потребляя бесконечные часы словоблудия и чуши ютуберов, а к обсуждаемому материалу обращаются, только чтобы не пропустить очередную порцию драмы.

Все это – часть стратегии военизированного озарения, применяющейся уже практически повсеместно. Это поставленное на поток производство ложного озарения. Часть постпродуктовой психологии маркетинга. Это игра в кошки-мышки с высокими ставками, провоцирующая и примиряющая стороны, имеющие собственные цели и сферы влияния. Публичные извинения, интервью, утечки и творческий процесс – все это теперь часть маркетинговой стратегии. Скандалы превращаются в рекламу. Найм и увольнение сотрудников становятся игрой мускулами для корпораций, демонстрирующих поддержку определенных групп или правоту критиков. Даже элементарные объяснения маркетинговых целей подпитывают высокомерие и самомнение самодовольных критиков. Творческий процесс все еще реален (и дело сочинительства продолжает жить, руководствуется собственной логикой и остается важной частью нашего мира), но теперь выполняет двойную функцию, создавая для бренда красивую картинку, так важную в полярном и гиперактивном мире потребительской критики. Когда все для военизированного озарения складывается удачно, оно увеличивает интерес к продукту, мобилизуя эгоистичные порывы к вниманию и влиянию.

КЕЙФЕБ

Как и другие бесчисленные инновации в маркетинге и продажах, этот трюк давным-давно изобрела великая индустрия американского профессионального рестлинга. Ему стоит уделить внимание хотя бы ради того, чтобы увидеть, как далеко можно зайти с его помощью. Рестлеры никогда не дерутся по-настоящему – величайший секрет индустрии, который скрывали долгое время. И хотя сейчас это очевидно всем, миллионы людей были обмануты и верили в то, что бойцы изо всех сил стараются победить друг друга на ринге. Ведь казалось, что и правила настоящие, и даже рефери на ринге присутствовали. Жулики, не соблюдающие правила, считались подлыми злодеями, не заслуживающими своих успехов и титулов. Существует множество забавных историй о рестлерах, у которых в сценарии были прописаны несоблюдения правил. После окончания шоу на парковке их поджидала разъяренная толпа, требующая справедливости – зрители не понимали, что им только что показали хорошо поставленный спектакль. Для искусства поддержания иллюзии правдоподобности в индустрии придумали термин «[47]кейфеб» – кодовое слово, которым ни в коем случае нельзя было делиться с кем-либо за пределами мира постановочных схваток. Обслуживающий персонал конвентов, службы безопасности, правоохранительные органы и даже некоторые сотрудники индустрии оставались в неведении ради сохранения иллюзии соперничества и престижа завоевываемых титулов. Но вечно это продолжаться не могло. В конце концов фанаты стали искушеннее и дотошнее, а Интернет открыл двери для экспертов и инсайдеров. Началась утечка секретов. Кейфеб и иллюзия рестлинга дали трещину. Люди поняли, что это все понарошку, жуликам разрешают жулить, потому что это зрелищно и прибыльно, а хорошие и плохие ребята – профессиональные актеры, играющие роли. Но это не стало концом рестлинга. Кейфеб поддерживался как ни в чем не бывало, а бойцы играли свои роли как для все еще верующих, так и для знающих главный секрет. Зрители, верящие в иллюзию, по-прежнему полностью погружались в зрелище, а сведущие видели действо как бы изнутри и изучали его с новой точки зрения. В мире бродячих цирков и карнавалов использовалось понятие «меченый» – так называли доверчивых простаков, которых грех было не обмануть. А теперь появились самопровозглашенные «умные меченые». Эти люди продолжали покупать билеты, смотреть шоу и поддерживать индустрию – иногда сильнее, чем раньше, – только чтобы почувствовать превосходство над обычными «мечеными». Они ждали новых боев не потому, что там должен был победить их любимый положительный герой, а потому, что проверяли свои теории и догадки насчет сценария шоу. Даже в телепередачах появлялось все больше и больше закулисных драм из жизни рестлеров, играя на абсурдности кейфеба и спорах вокруг него. Скандалы, кадровые перестановки, увольнения и подковерная возня стали зрителям интереснее, чем сами схватки. Неважно, кто победит, а кто проиграет. Раньше бизнесом было шоу, а теперь в шоу превратился бизнес.

КАСКАДЕРЫ

А что, если все эти гигантские корпорации, акциями которых торгуют на бирже, тоже устраивают шоу? Может, и начальство, и рядовые сотрудники тоже играют роли для зрителей? Рискуют ли они чем-нибудь? Основной принцип в искусстве мошенничества – существование убедительных рисков. Если их нет, то люди начнут задавать неудобные вопросы и усомнятся в происходящем. И в рестлинге этот принцип соблюдается уже многие десятилетия. Бойцы исполняют трюки, выглядящие в наше время примитивными и постановочными, но не забывайте, что раньше все это казалось по-настоящему опасным, а актеры и комментаторы относились к действу с абсолютной серьезностью. Если вы раньше не видели, как здоровенный, накачанный мужик поднимает другого на руках и со всей силы швыряет на пол, то будет трудновато убедить вас в том, что это понарошку. Разумеется, без риска тут не обойтись – запланированный трюк иногда не получается, но случайно полученные настоящие травмы только подкрепляют иллюзию.

Мошенники – эксперты в области безопасного риска. Они в каком-то смысле каскадеры. Планирование трюка – трудная работа, нацеленная на минимизирование шанса неудачи, но каждый раз, наблюдая за исполнением трюка, мы ожидаем худшее. Мошенники же подвергают себя таким высоким рискам, что странным образом подозрений избегают. Такой подход применим и к индустрии рестлинга: «Эти силачи дерутся и швыряют друг друга понарошку? Что за бред!» [48]Невозможно было поверить, что огромные, страшные, крепко сложенные атлеты притворяются и ведут бои за вымышленные титулы. Радость победы, чествования, атрибутика, комментаторы – все производило впечатление реальности происходящего. Зачем кому-то вкладываться в такой жалкий фарс? Как можно быть настолько циничными? Жить [49]ненастоящей жизнью и на ринге, и вне его, зарабатывая ложью? Как оказалось, в обществе есть класс людей, наслаждающихся жизнью как перформансом. Для них настоящее развлечение – доверчивость и предсказуемость других. Их вера, заблуждения и погружение в обман. А если они и что-то вложат в аферу, будет еще лучше. Например, деньги. Или репутацию.

Образ мышления эксплуататоров невежества, может, и не абсолютно хищнический или грабительский, но точно отличается от разума обычных или умных «меченых». Серийный убийца, насильник, профессиональный пиарщик – все они испытывают кайф, чувствуя господство над несмышленышами. Для ничтожных людишек у них есть маленький костер с маленькими марионетками, отбрасывающими пляшущие тени. Они упиваются своим превосходством, даже если ими самими манипулируют. Вы не представляете, как далеко можно зайти, чтобы обмануть публику.[50]

ОГОЛЯЯ СНЕЙКА

Когда в следующей главе мы возьмемся за анализ Metal Gear Solid 3: Snake Eater[51], главной задачей станет срыв покровов с иллюзии и поиск творческих способов ее поддерживания, но важно не попасться в ловушку ложного озарения. В предыдущих главах мы рассмотрели источники вдохновения Хидео Кодзимы и начали собирать пазл его мотивов, основываясь на правящих тогда обстоятельствах. Теперь предстоит столкнуться с самой игрой. Вместо того чтобы написать текст, стилистически соответствующий настрою игры, как я делал в книге «Кодзима – гений» – по большей части из-за противоположных концепций, лежащих в основе MGS1 и MGS2[52], – в этой работе мы уйдем от такого формата. У нас будет время расслабиться, вспомнить и переосмыслить какое-нибудь событие, но не забывайте, наша цель – понять игру и образ мышления ее создателя, а не заблудиться в ней. Темы, аллегории, полемика и многое другое будут представлены с моими теориями и аргументацией, а тонкости и детали сюжета будут аккуратно вплетены в повествование. Не забуду я и про любопытнейшие подробности разработки и маркетинга игры.

Читатели предыдущей книги вспомнят о детстве Хидео Кодзимы, когда он со своим отцом занимался похожими упражнениями в тематической деконструкции. Кодзиме было разрешено смотреть фильмы при условии, что он будет внимательно следить за темами и посланиями, а после просмотра расскажет о [53]них отцу. Это было интересное задание, и я считаю, что оно привило ему привычку оставлять в своих произведениях подсказки для единомышленников. Анализировать игру Хидео Кодзимы и разгадывать ее смысловые тайны – значит продолжать традицию, которую он сам чтит.

7

ПОЧУВСТВУЙ СЕБЯ БОССОМ

Чтобы заставить игроков сопереживать превращению наивного солдатика-патриота в циничного полковника Курца, Кодзиме необходимо было провести героя через настоящий ад. В рекламе пошли в дело проверенные ходы – игроков манили сексуальность, острые ощущения и шовинистское великолепие героя-аутсайдера. А затем им потихоньку открывали глаза на лицемерие американцев, боготворящих свою армию и разведку. Эта линия прослеживалась и в предыдущих Metal Gear, но теперь она приведет к совершенно иному финалу. Солид Снейк не укатит с красоткой в закат, и не будет никакого клиффхэнгера с «Патриотами». Больше не нужно ждать сиквелы. Их и не будет, потому что это история появления великого злодея Биг Босса, и игроки узнают ее от начала и до конца.

Прекрасно понимая, что после терактов 11 сентября сюжеты даже с малейшим намеком на оправдание терроризма подвергнутся жесточайшей критике, Кодзима решил держаться подальше от реальных исторических событий. Под зонтиком холодной войны скрыто не поддающееся счету количество невероятных спецопераций, а в 1960‐х творился такой хаос, что произойти могло самое невообразимое. Что еще лучше, туманное прошлое Биг Босса – оно в предыдущих играх почти не затрагивается, а все сказанное о нем противоречиво – позволило Кодзиме рассказать историю о событиях настолько сверхсекретных и важных, что информация о них никогда не предавалась огласке. В конце концов, в этом же и есть суть спецопераций: о них никто не должен знать. Вот только некоторые моменты все-таки придется приоткрыть – должен же Биг Босс как-то стать Биг Боссом. Он станет всемирно известным героем, чтобы в будущем основать «Гончих» и творить свои грязные дела, ловко скрываясь от мировых спецслужб.

Кодзима отлично знал, каково это – добиваться славы и известности, спрятав внутри темный секрет. И этим знанием он воспользуется в полной мере.

СОВЕРШЕННЫЙ СИМУЛЯТОР СПЕЦНАЗА

Об этом уже забыли, да и поверить в это трудно, но Хидео Кодзима планировал нарушить традиции и отойти в MGS3 от зарекомендовавшей себя формулы линейного повествования. Он хотел создать обширный дикий край с динамической сменой погоды, течением времени, приготовлением еды, сложной системой врачевания, созданием камуфляжа и даже возможностью заблудиться и прокладывать путь с помощью ориентиров, наблюдаемых с высоты. Планировалась симуляция флоры и фауны, а ради выживания игроку пришлось бы охотиться, собирать в лесу подножный корм и конструировать полезные штуки из палок и… палок?

Предполагалось, что враги будут ходить длинными и замысловатыми маршрутами, дежурить на блокпостах и водить транспортные средства. В одном из первых трейлеров игры показывали советского солдата, ремонтирующего в лесных дебрях мотоцикл. Ничто не предвещало беды. Но вдруг на него оказывается направлен пистолет Снейка, который хочет мотоцикл угнать. Солдат поднимает руки, поворачивается к Снейку, качает головой и разочарованно руки опускает.

«Это что, очередной автоугон?!» – спрашивает он.[54]

Снейк шокирован вопросом. Он в замешательстве смотрит на пистолет в руке, но быстро приходит в себя и снова направляет ствол на собеседника.

«Нет! Тайная миссия».

Солдат за словом в карман не лезет: «Тут тебе не город пороков… Мы в джунглях!»[55]

Он запрыгивает на мотоцикл и говорит Снейку: «Иди змей пожри!» – а затем скрывается в т[56]ени деревьев. Если это не полемический укол, то я не знаю, что это.

Вы должны понимать, что Кодзима действительно настраивался как можно скорее уничтожить франшизу Grand Theft Auto. Намеренное упоминание Vice City было выпадом в сторону Rockstar, попыткой обозвать игры противника вульгарными, пустыми и никому в будущем не нужными. Озвучка в трейлере была на японском, но с английскими субтитрами, так что отказавшись от использования заглавных букв в названиях «grand theft auto» и «vice city», Кодзима обезопасил себя от судебных исков, но кому надо, те все поняли. Контекст не для всех и комедийная подача вроде бы и показывали, что подкол был дружеским, но невиданным было то, что популярная игра взяла и в открытую нахамила другой франшизе. Серьезно, это было настолько из ряда вон, что практически никто не понял сути! Да, речь шла о решившем угнать мотоцикл Снейке, которого затем шутливо посылали. Но эти две игры были в разных жанрах, никто о них не думал как о соперниках. Это как если бы Марио начал катить бочку на Street Fighter. Юмор-то в чем?

А юмор в том, что Кодзима отвергнул видение будущего Rockstar и теперь сам состряпает «песочницу» с открытым миром, которая докажет его абсолютное гейм-дизайнерское мастерство. Он создаст мир, который будет больше, богаче и осмысленнее, чем все, что до этого делала Rockstar. Это будет совершенный симулятор спецназа с многоуровневым сюжетом, в открытую критикующим западное прославление бессмысленного насилия и комментирующим политические события той эпохи и их значение. О нет, игроки не будут кататься по прекрасным пляжам на красивых американских автомобилях, держа руль залитыми кровью руками. Вместо этого им придется ползти по русской грязи, собирать грибы и готовить на костре дичь, умело выслеживать добычу (в том числе и двуногую), использовать терпение как оружие и держать смекалку наготове. Они прочувствуют всю сложность миссии, перенесут все тяготы и на своей шкуре поймут, как ужасна жизнь солдата, которого правительство даже за человека не держит. Для правительства он всего лишь очередное оружие.

Звучит офигеть как круто, согласны? Настолько технологически совершенная игра для PlayStation 2, что в ней вырастут огромные бесшовные джунгли, появится множество завязанных на реальном времени систем, а еще крепости, реки, водопады, пещеры и бог знает что еще. Она похвастается вертикальностью окружения и потрясающей дальностью прорисовки, позволяя игрокам забраться на дерево или еще куда и наблюдать за местностью. Во все это было сложно поверить, но показанное в трейлере и правда выглядело убедительно. После того как мотоциклист уезжает, мы видим, как последовавший его совету Снейк ест сырую змею, раздирая плоть зубами. Далее следует сцена, в которой на Снейка охотятся собаки, а охранники поджидают его в засаде. Он использует тепловизор, чтобы увидеть их сквозь брызги водопада… И тут от взрывов гранат взлетает в воздух рыба, и на его позицию начинается атака! Полуголый и напуганный, он бежит от [57]несущихся за ним собак и спрыгивает с другого водопада. И вот в джунглях ночь. Снейка обстреливают из минометов, пока он по пояс в воде пробирается вперед и ведет огонь по противникам. Но тьма не спасает – враг запускает осветительную ракету, раскрывающую позиции Снейка! А затем лес начинает пылать! Как эта игра может выглядеть настолько потрясающе и при этом быть такой огромной и разнообразной? Да никак. Все идеи симулятора выживания с открытым миром пришлось выкинуть из-за ограничений по всем фронтам, как технических, так и многих других. Это была несбыточная мечта. Но это не значит, что Кодзима не попытался воплотить ее в реальность. Поставив перед собой фантастические цели, он сумел создать одну из самых впечатляющих игр в истории. В плане дизайна окружения, графики, разнообразных подсистем, управления и всего остального она была на две головы выше MGS2. Иногда там действительно можно почувствовать себя в джунглях – в динамической траве легко прятаться, а когда по ней проходят люди или животные, она приминается и шелестит. Там полно жуков, птиц, змей, аллигаторов, крыс, летучих мышей, грибов, фруктов и прочей флоры и фауны. И все это можно с пользой для себя использовать. Убейте животное, и его тушка через какое-то время сгниет в рюкзаке, но усыпите его транквилизатором – и зверюшка хранится, пока не проголодаетесь. Или можете выпустить ее на волю как живое оружие или отвлекающий маневр. Да, в игре можно кидаться живыми змеями в охранников, наблюдая, как солдаты приходят в ужас от прилетевшей в лицо рептилии. Вы можете сбивать с деревьев пчелиные ульи и смотреть, как взбешенный рой донимает оказавшихся рядом охранников. Переработана и механика скрытности – системы камуфляжа и обнаружения оказались отлично продуманными, заставляя игрока задумываться о преимуществе или недостатке каждого квадратного метра. Имеет значение даже то, на фоне чего вы стоите. В игре присутствует шкала, показывающая степень маскировки героя, на нее влияют скорость перемещения, стойка и раскраска лица. Если ползти медленно и не высовываться, облачившись в камуфляж, соответствующий окружению, то шансы вас обнаружить минимальны, но если вы сломя голову несетесь по джунглям в смокинге – исход додумайте сами. Игра предлагала погрузиться в безжалостный мир полевого шпионажа, превосходящий все, что франшиза делала до этого момента, и неважно, что ради такого ее пришлось ужать до небольшого и линейного региона.

Идея ухода за ранами тоже не была отброшена. Получив ранение, игроки уже не ели мгновенно поправляющий здоровье паек, а залатывали каждую рану, используя дезинфицирующие средства и лечебные мази, накладывая шины, жгуты и швы. От полученных травм не только снижался уровень здоровья, медленно восстанавливающийся со временем, но и максимальный его показатель неуклонно полз вниз, пока проблема не решалась хирургическим путем – еще одна система, которая бы идеально сыграла в монументальном симуляторе выживания. В меню можно обнаружить систему рентгена, показывающую типы ран и что необходимо для их устранения. Типы травм зависели от того, как вы их получите, а последствия требовали различных подходов в лечении. При падении с высоты вы что-нибудь себе сломаете, а словите пулю – и в теле застрянет кусочек свинца, который нужно поскорее удалить. Даже присосавшихся пиявок нужно прижигать сигарой. Звучит как форменное безумие, но это лишь пара деталей задуманного Кодзимой мира. Ведь предполагался настоящий сурвивализм с вылазками на разведку и стратегическим планированием на протяжении дней и ночей, с аккуратным и неторопливым приближением к цели.

Трейлер красноречивее любых слов. Слоганы сменяют друг друга, пока мы наблюдаем, как спускающийся на парашюте Снейк приземляется в джунглях и срывает с лица маску, очень похожую на ту, что была на Райдене в начале главы «Танкер». Звучит всеми обожаемая эпическая музыкальная тема Metal Gear Solid – усидеть на месте становится невозможно. Вот слоганы, мелькающие на экране: «Новый сеттинг. Новая эпоха. Новый геймплей. Назад к истокам!» (Здесь завеса тайны спадает, и мы видим, что под маской не Райден, а удивительно похожий на Солида Снейка бородатый мужчина.) «Настоящий герой тут Снейк! Стелс + выживание. Ешь или стань съеденным». (На экране Снейк поедает сырую рыбину, сплевывая несъедобные кусочки.) «Жри или умри. Охоться или стань добычей».

Тщательно подобранные кадры рисуют картину леса настолько обширного, а свободу передвижений такой безграничной, что кажется, вы, как Рэмбо, сможете пробираться сквозь джунгли, скрываясь от врагов и охотясь на них. Оставляя в грязи следы, Снейк карабкается по деревьям и, свешиваясь с ветки, отстреливает членов вражеского отряда одного за другим. Действие переключается на ночь, подразумевая, что охота может длиться столько, сколько потребуется. Уставший охранник прислоняется к бревну, и его задница сразу же простреливается замаскировавшимся Снейком. Пока герой пробирается к загадочной цели, начинается дождь, и охота продолжается уже во время грозы. Подкравшись сзади к одному из охранников, Снейк перерезает ему горло, показывая, что это вовсе не Солид Снейк, который к холодному оружию и относится холодно.

«Битва идеологий. Битва инстинктов. Битва рептилий». Слова перемещаются по экрану на фоне камуфляжа, образов войны и политических символов. Серп и молот, пацифик и падающие бомбы демонстрируются в трейлере неоднократно. «Изголодались по Снейку?» Тут уж мысль донесена максимально ясно. Кодзима знает, чего хотят фанаты. Не заумной лекции о постмодернистской белиберде с плаксивым метросексуалом в главной роли, а возвращения сурового воина-шпиона в его естественную среду – глубины вражеской территории. Кодзима клянется поклонникам в верности. Он доказывает преданность и покоряет сердца и души самых ярых скептиков, ручаясь за свое творение.

Подтекста тоже хватает. Уколы в сторону GTA появляются под конец трейлера, как вишенка на напичканном секретами торте. «Игра в стелс» уже идет полным ходом. Музыка нагнетает атмосферу во время длиннющей сцены перестрелки между Снейком и полчищами врагов. Нам демонстрируют, сколько разнообразного оружия могут применять и игрок, и противники. А завершается сцена потрясающей иллюстрацией Ёдзи Синкавы – Снейк в полный рост. Его униформа переливается всевозможными узорами. Очевидно, нам и систему камуфляжа тут показывают, и то, что Синкава – гениальный иллюстратор. Но последний узор сопровождается фразой «Выживание змейнейших!», и мы видим, как форма Биг Босса оказывается разделена ровно по центру: на американский флаг и на флаг СССР. Эта картинка остается на экране всего на секунду, но ее невозможно не заметить.

В глубине души мы понимаем, что перед нами не кто иной, как молодой Биг Босс. Пока не заслуживший легендарного титула, но это он. Мы знаем, что на дворе 1960‐е и идет холодная война – избитая, надо сказать, формула заурядного боевика, но конкретно этот герой не будет классическим звездно-полосатым сверхчеловеком. Он просто притворяется таковым.

КАМУФЛЯЖ

«Выживание змейнейших!» – одна из самых хитроумных фраз в карьере Кодзимы. Практически все геймеры считают, что видеоиграм глубокий смысл не нужен, а раз английский язык не родной для Кодзимы, то и его представление об иностранной игре слов ограничено лишь смешными словечками. Поэтому эти словечки из трейлера, показанного на E3 2003, были с таким восторгом приняты публикой – звучит прикольно, а задумываться о таких мелочах, как тематическая интерпретация и метакомментарий, никто не потрудился. Но фраза скрывает несколько смыслов. Во‐первых, она подчеркивает главенство Снейка как героя франшизы. Появившись на экране одновременно с иллюстрацией Синкавы, казалось, она уверяет в том, что Кодзима услышал игроков и выкинул Райдена на свалку истории. Но с его стороны это было намеком на то, что путь к победе лежит через коварство. Змея, ползучая бестия, хищник-невидимка. Чтобы выжить в новой эпохе, он научился мыслить как змея. Кодзима тайком подобрался к жертве и нанес удар, когда та меньше всего ожидала. Ему пришлось красться, слившись с местностью, и размахивать огромным полотном с надписью «Снейк», чтобы скрыть свои истинные цели. Пока люди осуществляли вожделенную фантазию, он мог заняться настоящим планом.

Разделенная надвое форма – еще один ключ к замыслу Кодзимы. Он понимал психологию игроков и в точности предугадал реакцию на появление в трейлере персонажа, как две капли воды похожего на Солида Снейка (они же все клоны, в конце концов). Его неоднократно называют Снейком. Мы думаем, что знаем, кто он, аж нутром чуем. Думаем, что обожаем его и что он символизирует нас. Через узнаваемость и ассоциации проецируем на [58]него собственные фантазии. Но на самом деле мы не знаем о нем ничего. Нам только так кажется. Он – чистый лист и с помощью камуфляжа может притвориться кем угодно. Мы видим только то, что видим – так действует камуфляж. Он обманывает мозг, заставляя нас лицезреть известный или комфортный паттерн, спрятав правду под ним. Если этот мистер «Чистый лист» наденет звездно-полосатую форму и начнет действовать, как Рэмбо, то мы поверим в то, что он истинный американский герой. Если он окажется перебежчиком и двойным агентом коммунистов – что ж, значит, так и есть. Молодой Биг Босс – никто. Он может оказаться кем угодно. Он – Джон Доу.

ЧЕЛОВЕК БЕЗ ИМЕНИ

Хидео Кодзима всегда уделяет особое внимание именам персонажей, делая с их помощью отсылки на что-нибудь важное или остроумное. Можно сказать, имена в его работах – это подсказки. Молодой Биг Босс предстает в образе Джона Доу не только в переносном смысле, но и в прямом. Как известно большинству американцев, именем Джон Доу называют всех неопознанных мужчин в США – например, когда найдено чье-то тело или если подозреваемый в бегах. Так что в каком-то смысле всех мужчин зовут Джон Доу до тех пор, пока не будет установлена их настоящая личность. Я уверен, что Кодзима был в восторге от этой идеи. Если «Джон Доу» – термин, описывающий неизвестную личность, значит, он отлично подойдет как имя для нового героя без истории. Его прошлое не имеет значения, потому что он может быть вами.

Ранее Кодзима решительно отвергал идею, что игроки отождествляют себя с Солидом Снейком, и, пытаясь наставить их на путь истинный проповедями из MGS2, нажил немало врагов. Но здесь он приветствовал эту идею, не просто извиняясь перед игроками, которые больше не могли слушать, что они избалованные виртуальностью дети, только и мечтающие о превращении в легендарного наемника, но и расставляя ловушки для осуществления своего грандиозного плана. В MGS2 Кодзима, в лучших традициях многочисленных ролевых игр, заставил игроков вводить их собственное имя, и это специально происходило до того, как мы узнавали, что главный герой игры – Райден. А в конце игры наше имя появляется на его солдатских жетонах, окончательно доламывая четвертую стену. Еще раньше, в [59]MGS1, Солид Снейк решил после завершения миссии назваться новым именем, показав, что он больше не готов мириться с ролью убийцы. Он стал новым, никому не подвластным человеком. В некотором метасмысле это было сделано, потому что Кодзима любит дарить героям счастливые концовки, освобождая от контроля игроков, заставлявших виртуальных персонажей делать ужасные вещи. А теперь геймеру предложено сделать все в точности наоборот, спроецировав свою личность на Джона Доу – человека, выглядящего в точности как Солид Снейк. Кодзима хотел, чтобы в первую очередь американцы ощутили связь с персонажем Джона Доу. Нет, не как с развалившимся в кресле геймером, бредящим о превращении в героя боевика, а как с неким архетипическим образом, резонирующим с нашими подсознательными мечтами. Кодзиме нужен был совершенный симулятор спецназа, чтобы погружение было максимально глубоким. Чем больше времени нам удастся провести в шкуре Снейка, проживая его жизнь на поле битвы, тем сильнее будем уверены, что заслужили отождествления с ним. Мы бы буквально превратились в него, переплетая свои проблемы с его проблемами. Продвигаясь по сюжету и слушая радиопереговоры с командой поддержки, мы бы узнавали о нем все больше и больше, затем погружаясь в долгие и напряженные эпизоды игры. Теряя себя в миссии. Сопричастность и погружение были превыше всего. Если на прохождение игры уходили недели или месяцы, значит, так было нужно. К тому моменту, как игроки добирались бы до реально сложных ситуаций, они бы настолько понимали эмоциональное состояние персонажа, что сами бы почувствовали всю ненависть и отвращение к США и американской империи лицемерия. Мы бы ощутили конфликт лояльности. У нас бы открылись глаза. Мы бы основали Аутер-Хевен и начали растить детей-солдат. Так, нет, о последнем давайте-ка забудем.

РАНЕЕ КОДЗИМА РЕШИТЕЛЬНО ОТВЕРГАЛ ИДЕЮ ТОГО, ЧТО ИГРОКИ ОТОЖДЕСТВЛЯЮТ СЕБЯ С СОЛИДОМ СНЕЙКОМ, И, ПЫТАЯСЬ НАСТАВИТЬ ИХ НА ПУСТЬ ИСТИННЫЙ ПРОПОВЕДЯМИ ИЗ MGS2, НАЖИЛ НЕМАЛО ВРАГОВ.

Но это обнажает одну проблему. Если бы план Кодзимы сработал, то существовала бы опасность, что его работу примут за антиамериканскую пропаганду или того хуже – агитку, призывающую детей посвятить себя терроризму. Скорее всего, дело бы ограничилось символическим нагоняем или нытьем политиков, но такая известность никому не нужна. В сердце игры должно было быть что-то светлое, значащее даже больше, чем сама Америка. Что-то величественное и необъяснимое, а не банальное и заезженное. Над чем-то знакомым и понятным люди бы не задумались. Они всегда ожидают легкую мораль в конце истории. Но Кодзима помнил о таких сложных произведениях, как «Апокалипсис сегодня», «Цельнометаллическая оболочка» и «Рэмбо: Первая кровь» – они оставляли зрителя в смятении и раздумьях на тему того, а в чем же мораль. MGS2 пыталась запихнуть в нас это противоречие, но получила былинный отказ. И еще одного Кодзима бы не перенес. Вероятно, нужна была загадка. Что-то, что останется с игроками после завершения игры и породит жаркие дискуссии.

Джон Доу стал идеальной маскировкой для Хидео Кодзимы. Впервые в жизни он сделает аллегорию о себе. Действительно, чтобы в итоге прийти к определенным экзистенциальным и философским выводам, игрок должен пережить все взлеты и падения персонажа, но Кодзима нашел другие способы подвести нас к ним. Вспомните, логика повествования – не что иное, как иллюзия с определенной целью, и именно цель первостепенна. Аллегория – метафорическое отражение предмета, и в этом случае им была не холодная война, Усама бен Ладен или игрок. Предметом был Хидео Кодзима и выбранный им творческий путь. Это провозглашение его новой личности, а не нашей. История о террористах с конфликтом лояльности не была чем-то жизненно необходимым – но она стала удобным средством для Кодзимы, решившего рассказать о своей расколотой идентичности. Политические параллели эпох служили не только в качестве полемики, но и как камуфляж, скрывающий его внутреннюю борьбу.

ВРЕМЯ РЕШАЕТ ВСЕ

Одна из важных тем MGS3 – размышление о том, как смена времен меняет смысл происходящего. Замысел игры блестяще это демонстрирует: мы должны вернуться в прошлое и примерить на себя роль Биг Босса до того, как он станет врагом всей планеты. Игроки, прошедшие все игры серии, не раз убивали этого персонажа и праздновали победу над ним, но стоит только перенестись в другую эпоху выдуманного мира, и вот мы уже с радостью управляем им и даже ему сочувствуем. После, кхм, Райдена играть даже за самого неоднозначного человека в мире – большое счастье. Мы хотим, чтобы он выжил. Выживание – еще одна важная тема MGS3, которую предполагалось выкрутить до предела, пока размеры игры, к сожалению, не сдулись. Кодзима замышлял, что в совершенном симуляторе спецназа мы проведем многие часы, старательно опекая, заботясь и защищая от смерти Биг Босса – человека, который в итоге будет грозить миру ядерным оружием и творить ужасающие бесчинства. Как же быстро мы готовы простить и забыть события… ну, неизбежного будущего, судя по всему.

Понятно, что геополитика и рассуждения о войне с терроризмом – лишь небольшая часть темы «смены времен». Демонстрация лицемерия игрока, теперь переживающего за злодея, – еще одна. И от этого отмахнуться уже непросто, потому что, даже если мы согласны, что игроку вообще-то не должно быть стыдно побеждать в игре, это лишь наше мнение, а не Кодзимы. Не забывайте, что мы пытаемся проанализировать мотивы гения с его личной точки зрения – именно это и важно в анализе чьих-либо работ. Достаточно вспомнить, с каким трудом нам давалась связь с Роуз в предыдущей игре, или то, как, благодаря сумасшедшему метанарративу «Внешнего наблюдателя», мы после провала миссии попросту стыдились начинать игру заново. Вспомним – и сразу поймем, что либо Кодзима заставляет мозг игроков работать усерднее, чем обычно, либо он получает удовольствие от донесения своей точки зрения до аудитории различными метаспособами. По правде говоря, выстраивать метаситуации ему в кайф даже тогда, когда игроки их не понимают или когда им эти заумные заигрывания со смыслами совершенно по барабану. Ну а чего вы ждете от человека, у которого в игре экстрасенс, пытаясь напугать вас до чертиков, проверяет вашу карту памяти на наличие сохранений? Серьезно думаете, что он от этого не прется? В глазах Кодзимы игра за Биг Босса уже нравственная дилемма, так что [60]решение превратить этот опыт в геймерскую фантазию только прибавляет пикантности ситуации. Посмотрите на необычайную привлекательность этого красавца мужчины и вспомните, как настоящие оперативники ЦРУ использовали харизму, манипулируя тысячами солдат. Легендарный непобедимый американский воин. Круче уже некуда. Кодзима хотел, чтобы игроки запали на Биг Босса так же, как запали на Тони По лаосские племена. Если его план сработает, нас завербует Биг Босс, и мы отдадим за него жизнь. Но мы в курсе, что живой Биг Босс – штука для мира не очень-то и хорошая. По крайней мере, согласно нашим знаниям. А что, если мы что-то упускаем?

Игра еще не началась, а психологическая составляющая тут как тут. Один только трейлер действует волшебно. Это рекламный ролик. Объявление о вербовке. Агитационный плакат, который гласит: «Ты тоже сможешь стать Биг Боссом!» Не задавайте вопросов. Смотрите на него. Смотрите, как умело он убивает врагов. Смотрите, как побеждает любой ценой. Вы не знаете, какова его миссия. Вы знаете только то, что хотите быть им, а не Райденом. Больше никакого Райдена, будьте в этом уверены на миллион процентов. Кто-то поплатится, если вам снова когда-нибудь придется играть за кого-то, кроме Снейка. Вы – это Снейк, а Снейк – это вы. Кем бы этот Снейк ни был. Это неважно. Не сейчас.

ВОСТОК И ЗАПАД

История MGS3 разделена на две части. Первая – миссия по спасению советского ученого, бегущего на Запад, а вторая повествует о последствиях этого инцидента и сопутствующих политических интригах. Кодзима поступил умно и перед началом игры рассказал о завязке холодной войны в коротком сообщении, зачитанном голосом вернувшегося к своей роли Дэвида Хейтера (если вы вдруг поленились прочитать текст на экране): «После окончания Второй мировой войны мир оказался разделен надвое – на Восток и Запад. Это ознаменовало начало эпохи, известной как холодная война». Оскорбительно банальное описание конфликта, но оно важно для нашего анализа подтекста.

Есть много способов кратко сформулировать суть холодной войны, но Кодзима выбрал раскол на Восток и Запад, и в этом ключ к аллегории. Он мог бы сказать про противостояние плановой экономики и свободного рынка или про борьбу США и союзников против СССР. Намеренное упрощение конфликта до «Восток против Запада» превращается в объявление Кодзимой и Японией войны западному гейм-дизайну. Успех Grand Theft Auto III означал, что будущее за Западом (тут не получится сказать «за Америкой» – разработчики GTA родом из Шотландии), поэтому соперничество велось не между США и Россией, а между западной философией гейм-дизайна и восточной – в данном случае японской. Тема противостояния индустрий Запада и Японии будет подниматься неоднократно в карьере Кодзимы, и весьма занятно наблюдать за тем, как она зарождалась. Как и в холодной войне, в этой нельзя победить, участвуя лишь только в открытых сражениях. Эта война тайная.

НОВЫЕ ВЫСОТЫ

Вступительный ролик MGS3 не только напичкан мельчайшими деталями, но и выглядит невероятно. Нам сообщают точное время событий (5:30 утра, 24 августа 1964 года), местоположение (воздушное пространство Пакистана) и высоту (30 тысяч футов). Мы слышим, как переговариваются диспетчеры, пилоты и экипаж огромного самолета, в котором находится Снейк. Кабина и персонажи выглядят поразительно, каждому миллиметру приборов и дисплеев уделено даже слишком много внимания! Одежда, волосы, да абсолютно все выглядит в разы лучше, чем в [61]MGS2 – теперь персонажи похожи на людей, а не на блестящих пластиковых кукол.

А на хвосте самолета красуется не только ожидаемый американский флаг, но и маленький японский. Тут зарождается метафора самолета как символа команды Кодзимы.

Когда действие переносится из кабины в грузовой отсек, где сидит Снейк, Кодзима заостряет внимание на настолько незначительной детали, что ничем, кроме как подсознательным сообщением, это назвать не получается. Нос самолета накладывается на сигару в руке Снейка, но это, разумеется, не все. У них схожая форма, но на мгновение угол освещения и цвет самолета меняются таким образом, что он становится похож на сигару – прямо перед тем, как нам крупным планом показывают саму сигару. Все это время самолет освещался сверху, но на секунду источник освещения перемещается вниз, превращая холодный серый фюзеляж в темный и землистый. Логотип на борту самолета и цветные полосы заставляют еще сильнее задуматься о подсознательном сравнении с сигарой – у нее ведь тоже на сигарной ленте напечатан логотип компании. Такие подсознательные сообщения говорят нам, что Кодзима тут не шутки пришел шутить. Манипулирует освещением самолета профессиональный программист, а дизайном деталей занимается художник-дизайнер. Нам же не приобретенный ими заранее реквизит показывают, и солнце тоже не может случайно оказаться под брюхом самолета. Здесь свет – компьютерный эффект, запрограммированный профессионалами. Кто-то должен был дать им приказ изменить освещение, и у него были на то причины.

Снейк расслабленно покуривает сигару, пока стоящий рядом инструктор не приказывает затушить ее и надеть маску. Маска понадобится для задающей тон всей игре сцены с HALO-прыжком. Она кинематографична, нереально крута и убеждает нас в том, каким же молодцом был молодой Биг Босс. HALO – реально существующий термин, обозначающий сверхзатяжной прыжок (High Altitude Low Opening – «большая высота, низкое раскрытие»), выполняемый оперативниками спецназа, проникающими на территорию противника с воздуха. В 1964 году такой прыжок выглядит анахронизмом, так что Кодзиме пришлось поместить его в игру, приписав Биг Боссу лавры первопроходца – один из персонажей даже говорит, что это событие войдет в учебники истории как первый в мире HALO-прыжок. Окей, теперь это имеет логическое обоснование, но Кодзима не был бы собой, не используй он эту ситуацию как предлог взять на мушку еще один западный шутер – спустя минуту после заявления о противостоянии Востока и Запада.[62]

Разработанный Bungie, Inc., эксклюзивный для Xbox шутер от первого лица (FPS) Halo: Combat Evolved появился на прилавках 15 ноября 2001 года, спустя два дня после релиза MGS2. Насыщенный был месяц, не так ли? Halo стала еще одним гигантом, вышедшим на ринг против Кодзимы, хотя тогда большинство геймеров не считали их конкурентами. Помните, для Кодзимы конкурентами были не определенные жанры, а инновации и позиции на рынке. Проведем аналогию, представив игровые компании как воюющие страны, а их игры – вооружение, которое они используют друг против друга. Чтобы победить врага, нужно всего лишь использовать оружие, и если у того не окажется оружия помощнее – он раз за разом будет проигрывать. Во всяком случае в понимании Кодзимы разработка игр – это гонка вооружений. Глядя на хвастливый подзаголовок Halo «Эволюция сражений», Кодзима почувствовал, что пуля просвистела в опасной близости. Необходимо было сделать ответный выстрел.

Оглядываясь в прошлое, легко представить, что игры серий GTA и Halo были обречены на грандиозный успех. Однако это ложный вывод – в период разработки MGS3 их будущее не было предначертано. Halo казалась очередным заурядным шутером, никто не знал, что ее ждет. Существовала вероятность, что Кодзима сможет всех нокаутировать, сорвать вражеские продажи и заслужить необходимую для победы в войне похвалу критиков. Восток против Запада, да. Halo была большим эксклюзивом Xbox, западной игрой, продвигающей западную идеологию гейм-дизайна на западной консоли. Она подарила консольным геймерам радость мультиплеерных FPS-сражений – таких масштабов труженики геймпада раньше не видели. Halo стала ключом к выживанию Xbox, стоявшей в то время на зыбкой почве. Не выйди игра – и бренд консолей от Microsoft, скорее всего, сгинул бы. Нити их судеб оказались переплетены. И все же с ними приходилось считаться как с достойными противниками. Halo стала эпохальным заявлением о превосходстве Bungie, и люди ждали, что Кодзима возьмет на вооружение инновации западных разработчиков. Он вспомнил, что последней популярной мультиплеерной FPS была Goldeneye 007 – лицензированная игра про Джеймса Бонда для Nintendo 64, вышедшая за год до MGS1. Эволюционировавшие сражения Halo оказались всего-навсего эволюцией шутера про Бонда. Еще больше смертей, еще больше стрельбы и бесконечное повторение одного и того же, но с арсеналом побогаче. Xbox, Halo, да и вообще все FPS-игры в Японии продаются ужасно. Местные от таких игр воротят нос.[63]

Но даже если Кодзима и захотел бы поиграть в эти игры, оказалось бы, что от FPS его укачивает. Решение выпустить [64]MGS2: Substance на Xbox вперед PlayStation 2 (и вообще решение о выпуске игры на Xbox) было плевком в сторону фанатов, проигнорировавших сюжет [65]MGS2, но желавших проходить бесконечные VR-миссии; в глазах Кодзимы владельцы Xbox могли жаждать только пушек и стрельбы. Были тупыми американцами, готовыми бесконечно жрать бессмысленное насилие. И решение использовать и прокомментировать анахроничный HALO-прыжок тоже не случайность. Так Кодзима создавал логику, подкрепляющую его полемику.

ИНОГДА СИГАРА – ЭТО ПРОСТО СИГАРА

Существует множество причин сделать Биг Босса курильщиком сигар. Солид Снейк вот дымил, и будет странновато, если новый Снейк откажется от курения. Элементарная ассоциация. К тому же мы знаем, что у сигаретного дыма есть и полезные способы применения, что и было неоднократно продемонстрировано в предыдущих играх. Логично предположить, что именно Биг Босс научил Солида Снейка нестандартному применению сигарет. И уж тем более логично ожидать, что Биг Босс умеет делать все, что умеет и Снейк, но лучше и круче. В конце концов, он – Биг Босс, и равных ему нет.

Сигары тоже кажутся нам старше, благороднее и безупречнее. У них нет фильтров, и они не производятся массово. Сигары скручены вручную и полностью натуральны. Они – это оригинал. А Солид Снейк – созданный учеными клон, имитация подлинника. Он неполноценный, даже не имеет способности к размножению. Сигары больше, стильнее и намного культовее, вам кто угодно подтвердит. Но хитрец Кодзима и тут добавил интересных деталей. После того как Биг Босс выбрасывает сигару, она, вращаясь, летит по воздуху, и тут камера выхватывает, казалось бы, совсем незначительную деталь. Скорее всего, вы ее не заметите, если не будете знать, о чем идет речь. На мгновение мы видим слово «Habano», напечатанное на сигарной ленте. Это реально существующий бренд кубинских сигар. Более того, это бренд из коммунистической страны, а значит, им владеет само государство. Оно продвигает, распространяет и контролирует все производство кубинских сигар, то есть Кодзиме, вероятно, пришлось вести переговоры с кубинским правительством, чтобы получить права на использование бренда. Подумайте, каких усилий это потребовало.

Почему вообще элитный американский солдат курит кубинскую сигару? Все знают, что кубинские сигары являются в Америке контрабандой, но они по-прежнему востребованы и популярны среди элит. Все же слышали байки о том, как полицейские, конфискующие кубинские сигары, на самом деле относят их домой и там наслаждаются запрещенкой? А в Америке это действительно предметы роскоши, по иронии судьбы изготовленные грязными коммунистическими селянами, которых США вечно угнетают и демонизируют. Ведущие бизнесмены, политики, спортсмены, знаменитости и солдаты, которые должны отвергать все дары коммунистов, любят побаловать себя запретными плодами. Биг Босс показан очередным лицемером, плюющим на моральные принципы страны, которой служит, и времени, в котором живет.

Мысль подкрепляется совершенно ненавязчиво. Даже если какой-нибудь нерд и заметит логотип на сигаре, задумается ли он о его значении, тематическом заряде или поэтическом символизме? Навряд ли. Вокруг и так происходит слишком много всего, нас знакомят с множеством персонажей, и вообще – это самое начало игры, никто не будет выискивать там скрытые смыслы. Но это Кодзиму не останавливает. Ему нужно, чтобы его истории выдержали проверку временем и не рассыпались под пристальным взглядом. О Halo: Combat Evolved такого сказать не получится. В этом и заключается разница между «игрой Хидео Кодзимы» и Западом.

ВИРТУАЛЬНАЯ МИССИЯ

После того как Снейк надевает маску, один в один похожую на ту, что носил Райден на Биг Шелл, он совершает HALO-прыжок и растворяется в облаках. В следующей сцене майор Зеро (Zero – «Ноль») и Снейк беседуют о миссии. Первое, что мы слышим, – как пожилой командир британских коммандос называет Снейка Джеком и говорит ему, что глава ЦРУ дал разрешение на «Добродетельную миссию». Но Снейк его не расслышал и переспрашивает: «Виртуальная миссия?» Хидео Кодзима зря врем[66]ени не теряет и снова морочит игрокам голову.

Мы едва притронулись к игре, а нам уже показали маску Райдена, упомянули его прозвище Джек и виртуальную миссию. В отличие от крохотных тонких намеков, о которых мы вели речь выше, эти – прямая противоположность тонкости. Скорее удар кувалдой по нашим мозгам. Как и в трейлере, тут Кодзима хорошо осознает, сколько страданий он причинил созданием Райдена, и теперь троллит игроков их худшим страхом: что, если мы все еще играем за Райдена в VR-миссии?

Это один из самых игнорируемых с аналитической точки зрения моментов в истории франшизы. Даже если это безобидная шутка, намеренную отсылку на «теорию VR» MGS2 [67]нельзя обойти вниманием. Она не закопана в глубине опциональных разговоров по рации с второстепенным персонажем. Она выставлена на всеобщее обозрение в открывающем ролике, и ссылается на нее главный герой в первой своей реплике. Есть над чем задуматься. Как и в случае с «теорией VR», фанаты отрицали или игнорировали ее значимость. Ее считали троллингом, разрушением четвертой стены, но точно не важным посланием. «Отличная шутка», говорили они. Но в чем заключается шутка? О чем она? Будем честны и признаем, что существующее сходство слов «virtuous» и «virtual» не смешно само по себе и нет смысла в том, чтобы персонаж уделял этому хоть толику внимания. Если в этой шутке не заключено что-то большее, то она бессмысленна. Мало того, что слово в диалоге произносится ясно и четко, так на экране и субтитры есть, чтобы игроки слова не перепутали.

Недопонимания между вымышленными персонажами быть не может. Если только этого не захочет их создатель. Последний раз, когда мы видели, как персонаж путает один термин с другим, это был Райден, необъяснимым образом принявший слово «узел» (node) за слово «очкарик» (nerd). Это что же значит? Опять Джеку что-то послышалось? Зная, как Кодзима обожает игру слов, двойные смыслы, каламбуры и прочие формы лингвистического садизма, с трудом верится, что он не продумал это со своей японской точки зрения. Он специально выбрал слово «virtuous», потому что оно звучит похоже на «virtual», таким образом ссылаясь на «теорию VR» на раннем этапе игры, создавая многочисленные ассоциации с Райденом не только визуально, но и упомянув имя Джек одновременно с этим недоразумением.

Наконец, подумайте о том, насколько странно звучит слово «виртуальный» из уст Биг Босса. В 1964 году. Да, этимология слова своими корнями уходит на сотни лет в прошлое, но о какой виртуальной миссии может идти речь в 60‐х? Снейк ни разу не айтишник. Он и понятия не имеет о каких-то там виртуальных мирах, и вскоре мы узнаем, что в области высоких технологий его знания где-то на уровне обывателя. Это еще один намек на то, что мы, возможно, играем за Райдена в VR-среде, где нам дали шанс поуправлять Биг Боссом в рамках наших фантазий.[68]

БУДУЩЕЕ ОТРЯДА «ЛИС»

В определенной степени Биг Босс олицетворяет Хидео Кодзиму, так что нет ничего удивительного в том, что он является членом экспериментального отряда, в котором сомневается начальство, и в том, что он обязан выполнить поставленное задание, чтобы заслужить признание. «От этого зависит будущее отряда „Лис“ (Fox)», – говорит майор Зеро. Не станет случайностью и то, что в будущем логотип отряда «Лис» станет логотипом студии Kojima Productions. Следующая реплика майора раскрывает еще больше: «Если все получится, мы будем официально организованы в подразделение».

«„Добродетельная миссия?“ Похоже на какой-то ритуал посвящения», – комментирует Снейк, снова закуривая кубинскую сигару. Майор Зеро говорит ему, чтобы тот не расслаблялся, потому что это не тренировочная операция. С точки зрения гейм-дизайна это полная ложь. «Добродетельная миссия» – самая что ни на есть настоящая тренировочная часть игры. Как и глава «Танкер» в MGS2, она знакомит игрока с управлением, правилами и основами. Она вводит нас в курс дела и готовит завязку для основной части сюжета. Но тут Кодзима ведет речь не о гейм-дизайне. Он делает намеки на то, что для него и команды ставки как никогда высоки. Они не могут относиться к MGS3 легкомысленно – это серьезная задача и важнейшая миссия, которую необходимо выполнить во что бы то ни стало. Они сражаются за свое существование. От этого зависит их будущее. Может, им и не удалось создать тот самый заветный совершенный симулятор спецназа, но они все еще в состоянии войны с Западом, и значение имеют даже малейшие детали. Изображение японского флага на самолете «Лис» связывает все воедино.

«СКРЕПКА»

Как мы уже знаем, суть первой миссии состоит в том, чтобы спасти советского ученого и обеспечить ему защиту американцев. Кодзима использует этого персонажа как предлог, чтобы рассказать о неизвестных большинству игроков фактах холодной войны. Он использует отрывки из кинохроники того времени, включая кадры с президентом Джоном Кеннеди, заголовками газет и Берлинской стеной. Он хочет, чтобы игроки поняли, что холодная война была серьезнейшим конфликтом, где на кон было поставлено существование человеческой цивилизации. История советского инженера оказывается напрямую связана с Карибским кризисом 1962 года, когда СССР начал перевозить на Кубу свои ракеты, а США ввели блокаду острова, тем самым поставив мир на грань ядерной войны.

В мире, придуманном Кодзимой, советский ученый Соколов оказался тайной разменной монетой, использованной, чтобы заставить СССР вывести свое вооружение с Кубы и положить конец конфронтации. История, скормленная мировым спецслужбам и прессе, была ложью от начала и до конца. Снейк поражен тем, насколько важным оказался один человек, и желает узнать, над чем же тот работал. Соколов испугался своих творений и пытался сбежать, не желая завершать работу. Теперь разработка почти окончена, а сам он для участия в полевых испытаниях перевезен в отдаленный район под названием Девственные скалы. Снейк отмечает, что это крайне подходящее для «Добродетельной миссии» название. Таким образом еще раз подчеркивается тема того, что Биг Босс пока не Биг Босс – он неопытный солдат, еще не потерявший свою спецназовскую, так сказать, девственность. Разумеется, в данном случае к Кодзиме это не относится – он уже много раз доказал свою состоятельность и неоднократно рисковал своей карьерой. Но это нормально: хотя испытание «Лис» и является параллелью, не все должно ею быть. Замысел игры не в том, чтобы с самого начала проводить бесконечные параллели с Кодзимой, а скорее в том, чтобы создать череду событий, которые бы к завершению игры сформировали мышление игрока так, чтобы оно совпадало с образом мыслей Кодзимы. Итог – вот, что нужно считать совпадением, а не каждую точку на пути к нему. Но параллелей на этом пути будет еще больше, и они уже нам попадались.

К слову, Девственных скал и туманных советских джунглей не существует. Такой экосистемы вообще нет в России, и региона, где происходит действие игры, на карте мы не найдем. Резонно, поскольку и африканский Гальцбург тоже был выдуманной страной, неподалеку от которой располагалась Аутер-Хевен; да и Занзибарии тоже не существует, несмотря на схожесть с названием реальной страны. Шэдоу-Мозес и Лисьи острова тоже фиктивны. При всей его любви к отсылкам и реализму, Кодзиму не очень-то заботят география и быт реальных мест.

Операция «Скрепка» ни разу не упоминается в MGS3, но вербовка вражеских ученых и специалистов с помощью шпионов, двойных агентов и тайных сделок имела ключевое значение для американского технологического прогресса в течение десятилетий после окончания Второй мировой войны и определила ход войны холодной. Без всяких сомнений, эта операция и послужила основой для «Добродетельной миссии». В наши дни информацию о «Скрепке» найти несложно, но вот ее истинные масштабы все еще вызывают сомнения. Например, считается, что ученые, специализировавшиеся на экспериментах над людьми, вели программы по созданию суперсолдат. Правда это или нет, но мы точно знаем, что программы вроде МК-Ультра существовали и изучали на людях эффекты от взаимодействия психотропных веществ, психозов, индоктринации и тому подобного. В других странах схожие исследования вели их собственные ученые. Разница заключалась в том, что в Америке население было убеждено, что все нацисты убиты или арестованы и им бы никогда и ни за что не дали эмигрировать в США, а уж тем более стать ценными трофеями, за которые втайне сражаются американцы и коммунисты.

ПЕРЕД НАЧАЛОМ ИГРЫ ВАМ НУЖНО ВЫБРАТЬ, НОВИЧОК ВЫ В СЕРИИ ИЛИ ВАМ НРАВИТСЯ MGS1, MGS2 ИЛИ MGS3. КАЖДЫЙ ВАРИАНТ МЕНЯЕТ ЧТО-ТО В ИГРЕ.

Кодзима реальную историю обходит стороной, но полагаю, что он хотел, чтобы люди на Западе задумались, а как именно Америка получила свои потрясающие технологические преимущества, и поискали информацию об этом самостоятельно. Думаю, они сильно удивятся, прочитав о тысячах нацистских ученых, спасенных от преследований и завербованных американцами.[69]

МНЕ НРАВИТСЯ MGS2!

Перед началом игры вам нужно выбрать, новичок вы в серии или вам нравится MGS1, MGS2 или MGS3. Каждый вариант меняет что-то в игре. Например, если ответить, что нравится MGS1, то выносливость героя будет уменьшаться не так быстро. Если выбрать «Мне нравится MGS2!», то после приземления в лесу Снейк снимет свою маску, под которой окажется… лицо Райдена! С той же самой дурацкой прической! И его имя на экране отображается как Джек! Произошло немыслимое. Кодзима предлагает поиграть за ненавистного героя, еще больше запутав людей, заметивших «Виртуальную миссию», маску и совпадение имен. Даже имя над шкалой здоровья меняется на Джек вместо Снейк.

Но оказывается, что это всего лишь резиновая маска, разработанная для иных задач. Якобы она предназначена для того, чтобы скрыть личность Снейка от людей, не связанных с миссией, но занимающихся его транспортировкой. Снейк снимает маску и говорит, что пришло время сбросить свою кожу. Какие-то детсадовские попытки запутать аудиторию. Но это не значит, что Кодзима не пытается намекнуть на то, что Райден запросто может оказаться главным героем, проходящим VR-миссию, посвященную историческим событиям.

ВРЕМЕННОЙ ПАРАДОКС

Во время встречи с Соколовым на игроков вываливается гора экспозиции о соперничающих между собой группах в верхушке СССР и о том, какую роль во всем этом играет главный злодей игры, с которым, как вы понимаете, нам придется сразиться – полковник Волгин. После окончания рандеву мы попадаем в засаду аж двух отрядов. Как выясняется, они поджидали вовсе не нас, а друг друга, поскольку представляют противоборствующие стороны в борьбе за власть в СССР. Хорошо, что нам только что об этой борьбе рассказали! И тут с одной из сторон безо всяких проблем расправляется один солдат – ничего, кроме пистолета, ему для этого не требуется. Это щегольски одетый молодой человек, с коротко подстриженными волосами и в стильном берете. Увидев его, Соколов содрогается в страхе, а солдаты отмечают, что этот красавчик из отряда специального назначения «Оцелоты». Хватило же Кодзиме наглости взять и расширить предысторию Револьвера Оцелота, особенно после бредней MGS2, где тот после пересадки ему руки Ликвида Снейка стал одержим призраком клона с британским акцентом. И вот теперь мы видим его наглым молодым воякой. Эффектно появившись на экране, крутя на пальце полуавтоматический пистолет Макарова, он называет Нейкида Снейка (Naked Snake – «Голый Змей») «легендарным Боссом». Это блестящий ход Кодзимы, создающий прямую взаимосвязь с одним из самых интересных и противоречивых персонажей предыдущих двух игр. Он юн и неопытен – и все же смертоносен и бесстрашен, – и это живое напоминание о том, что значит вернуться в прошлое. Меняется многое, но некоторые вещи остаются неизменными.

Во время брифинга нас познакомили с Босс – бывшей наставницей Нейкида Снейка и одним из организаторов текущей миссии. Она героиня Второй мировой войны, так называемая «мать спецназа». Только после того как мы убьем ее в конце игры, Нейкиду и будет присвоено звание «Биг Босс». Сам президент наградит его, и так родится легенда о Биг Боссе – воине, превзошедшем величайшего в мире спецназовца. Но сейчас вы Нейкид Снейк, всего лишь новичок, а Босс – ваш таинственный союзник. Оцелот счастлив встретиться с «Боссом» и полагает, что Снейк и есть тот самый легендарный герой, которого он с нетерпением ожидал увидеть. Но Снейк продолжает держать его на прицеле, Соколов в ужасе убегает, и тут до Оцелота доходит, что он ошибся. В этот момент он вызывает из укрытия свой отряд. В кат-сцене мы радостно наблюдаем, как, умело воспользовавшись просчетом Оцелота, Снейк устраняет весь отряд с помощью пистолета с транквилизатором и агрессивных техник ближнего боя (ТББ). Это отличный штрих, подчеркивающий разницу в уровнях мастерства между двумя героями и преследующие их ошибки (Оцелот слишком уж самоуверен, а Биг Босс оставляет в живых людей, которых следовало бы прикончить). Кстати, в этом ролике отдают должное Босс, разработавшей ТББ на пару с Биг Боссом. А игрокам теперь предстоит разыскать Соколова.

Но если они воспользуются случаем и решат поубивать «Оцелотов», чтобы повытряхивать из них полезные предметы и ценности, то могут случайно обнаружить, что убийство самого майора Оцелота – большой ай-яй-яй. Игра закончится. Специально для этого случая в игре есть особый экран, на котором вместо известных каждому слов «Игра окончена» появляется фраза «Оцелот мертв». А если вы просидите перед этим экраном какое-то время, то буквы превратятся во фразу «Временной парадокс». И перед тем как это произойдет, вы услышите знакомый голос полковника Кэмпбелла (Пол Эйдинг), который из будущего напрямую обращается к Снейку: «Снейк, что же ты наделал? Ты изменил будущее! Ты создал временной парадокс!»

И с чего это к нам обращается Кэмпбелл? Было бы гораздо логичнее услышать это от нашего начальника, майора Зеро, или от Босс – нашей наставницы и руководителя «Добродетельной миссии». Забавно, конечно, слышать, как полковник возвращается ради такой мелочи – события, которое происходит, только если у вас совсем уж руки чешутся. И смешно, и странно! Полковник Кэмпбелл участия в игре не принимает, в разговорах по рации не участвует, не упоминается никем из персонажей, с Револьвером Оцелотом в будущем вроде бы не дружит и уж точно не является Хранителем Неприкосновенности Пространства и Времени. Кроме того, убийство Оцелота могло бы привести к провалу миссии по другим, более реалистичным причинам. Настоящие спецоперации не обходятся без множества парадоксальных требований и запретов, и солдаты обычно остаются в неведении относительно их оснований. Перед началом миссии майор Зеро мог бы запросто сказать нам по рации: «Не нужно убивать лидера „Оцелотов“. Это приказ. Это не часть поставленной задачи и вообще, что-то у меня плохое предчувствие насчет того, что может произойти, если мы без всякой причины убьем командира спецназа во время „Добродетельной миссии“. Иди за Соколовым и постарайся не привлекать внимания во время первого для „Лис“ полевого задания, хорошо?»

То есть это был выбор, сделанный с каким-то определенным умыслом. С каким же? Происходящее ломает четвертую стену. Пробуждает в нас воспоминания о том, что полковник Кэмпбелл был нашим командиром. И это в самом деле немного похоже на провал VR-миссии и заставляет нас задуматься о предопределенности будущего и потенциальной возможности создавать своими поступками парадоксы. А если вспомнить о безумии, творившемся в «Арсенал гире», когда «Кэмпбелл» (а на самом деле GW) звонил нам, [70]неся полную ахинею и ломающий четвертую стену бред, сразу возникают ассоциации с «теорией VR». Его обращение к Биг Боссу как к «Снейку» тоже небезынтересно. Стал бы Кэмпбелл из будущего так называть Биг Босса, зная, в кого тот превратится? Это полная нелепица, но сценарист должен учитывать такие моменты, особенно когда пытается загладить вину за непопулярные решения в предыдущей игре, взрывающей все четвертые стены, до которых та смогла дотянуться.

Помимо очевидной функции экрана и хиханек-хаханек, мне кажется, что Кодзима ненавязчиво подкидывает нам мысль о том, что мы переживаем не реальные исторические события. Мы в фэнтезийном мире, а полковник все еще наблюдает за нами. И даже если это не подразумевается как «настоящий сюжет» игры, мы увидим, что Кодзима не сбрасывает такую возможность со счетов.

ЗАГАДКА ДВУХ БОССОВ

«Добродетельная миссия» заканчивается катастрофой: Соколова захватывает не кто иной, как наставница Снейка – Босс. Она переходит на сторону Советского Союза и чуть не убивает бывшего ученика, когда он пытается ее остановить. Но щадит его и не держит на него зла. Тайны, окутывающие ее личность, становятся движущей силой сюжета на протяжении всей игры. Давайте рассмотрим ее роль в нарративе, прежде чем вернемся к анализу в главе 9.

На протяжении двух десятилетий Босс заметно выделялась среди прочих поп-культурных героинь – она была лучше их всех. Босс кардинально отличается от всего, что мы ожидаем увидеть в женском персонаже. Несмотря на то что она прекрасная блондинка, строгая и спортивная, она не сексуализирована и не объективизирована. Босс одета в подобающую униформу, держится с достоинством и сражается, не прибегая к акробатическому выпендрежу или японским клише, где нечеловечески сильная девушка одним ударом вырубает мужиков по полтора центнера. Она действует расчетливо и профессионально. Героиня зрелая и спокойная, не лишена эмоций, но осознает трагизм своей судьбы и окружающих ее обстоятельств. Возможно, Босс – самый оригинальный и сложный персонаж всех игр серии.[71]

Для того чтобы достичь как можно больше с помощью одного персонажа, Кодзима закономерно пришел к образам невоспетого героя, загадочного проводника и создателя. Вспомните, например, Оби-Вана Кеноби из «Звездных войн». Молодой Биг Босс таким быть не мог – он бы стал совершенно неиграбелен и чужд аудитории. Но и позволить себе создать целый пантеон новых персонажей, за которыми пришлось бы следить на протяжении всей игры, тоже бы не вышло. Все это необходимо было ужать в сингулярность. И по мнению Кодзимы, материнская фигура как нельзя лучше отвечала этим требованиям.

Матери – настоящие невоспетые герои, загадочные проводники и создатели. Они несут бремя жизни, взращивают и через боль рождают ее на этот свет, не зная, во что та превратится. Они пытаются учить, но не могут управлять. Они даруют рождение, жизнь и мудрость, даже если остаются непонятыми. И когда их дети вырастают, они часто забывают о своих матерях. Хидео Кодзима был сильно привязан к матери, особенно после ранней смерти отца. Дома она исполняла двойную роль: заботливой мамы и наставницы. Но в целом в азиатских культурах принято, что женщина берет на себя обязанности воспитательницы и учительницы, а мужчина в первую очередь служит своей стране всем, чем может. Отражением этой культуры в общественном сознании стал троп «мать-тигрица». И вот из этого колодца концепций и черпал Кодзима, создавая Босс.[72]

Босс является архетипической матерью на всех уровнях – она та, кто рождает; та, кто исправляет чужие ошибки; та, кто жертвует. Она дала жизнь спецназу. Дала жизнь Оцелоту – в самом прямом смысле. Босс сражалась на войне будучи беременной, и родила Оцелота на поле битвы – и теперь носит на теле гигантский змеевидный шрам от операции. Ее сына при рождении забрала теневая группировка технократов, к которой принадлежала она сама, и ее сын остался без материнской заботы. Вместо [73]него она взрастила Джека и стала для него матерью во всех смыслах. Детали их сексуального влечения и истории отношений остались туманными, но подразумевается, что Биг Босс скорее был очарован ею, а не был настоящим любовником.

Того факта, что Босс предает Снейка без видимых на то причин и что Снейк в конечном счете должен выследить и убить ее по приказу правительства – из-за стечения обстоятельств и политических тонкостей того времени, – хватает для создания загадки, которая превратит его из безумца и террориста в нечто большее.

Но чтобы понять всю глубину этих отношений, сперва нам необходимо подробно изучить события игры и множество ее геополитических и философских связей.

8

ОБЛИК ГРЯДУЩЕГО

Холодная война перекроила мироустройство, а оно, в свою очередь, преобразило общественные ценности. Традиционный конфликт стал невозможен – «благодаря» межконтинентальным баллистическим ракетам с ядерными боеголовками, способными стереть миллионы жизней с лица планеты после одного нажатия кнопки. И все же война никогда еще не велась так ожесточенно. Тайные операции и промывка мозгов стали основными орудиями в новом мире обмана, прокси-войн и пропаганды. Ученые предсказывали, что тотальная война приведет к неисчислимым смертям среди гражданского населения, но международная ядерная парадигма предотвратила катастрофу и вместо этого превратила тотальную войну в игру в сферах технологий, экономики и общественного мнения. Внезапно все стало частью военных действий. Каждый повседневный выбор вносил вклад в невидимую бесконечную войну. Учеба, шопинг, секс – все обрело новый смысл. Размышляя о том, сколько подтекста и замысловатых отсылок мы уже нашли к концу первого акта [74]Snake Eater, давайте убедимся, что понимаем реальную историю, стоящую за происходящим.

В далеком 1936 году, за три года до начала Второй мировой войны, на экраны вышел черно-белый фильм «Облик грядущего». Сценарий был написан легендарным британским писателем-фантастом Гербертом Уэллсом, продолжившим линию своих пугающих видений будущего. Сюжет в фильме является слабо прикрытой аллегорией о том, каким, по мнению Уэллса, может быть, будет и должно быть будущее. На самом деле, немного жутковато становится, если начать разбирать, насколько сюжет совпадает с событиями последующих десятилетий. Действие начинается в вымышленном английском городке Эвритаун и повествует о жизни человека по имени Джон Кэбел. Он и его товарищи находятся в постоянном страхе из-за того, что со дня на день начнется очередная большая война, и все слухи в городе только об этом. Некоторые считают, что новая война станет двигателем технического прогресса, но Кэбел думает, что она будет кардинально отличаться от предыдущих. Конечно же, вскоре Эвритаун подвергается бомбардировкам и начинается новая мировая.

Уэллс изображает войну как почти бесконечную, рассказывая о прошедших с ее начала годах и о влиянии конфликта на общество. Тридцать лет спустя, к 1960‐м, весь мир превращен в руины, а люди забыли, ради чего эта война ведется. Эвритаун не преуспел и не стал кузницей новых технологий – он вернулся в средневековье, а его жители влачат жалкое существование, как примитивные племена. Они ездят на лошадях и носят шкуры, а валяющиеся вокруг, как мусор, ржавые автомобили и реликвии прошлого давно разобраны. Люди живут в страхе перед самолетами и пушками вечного врага, угроза нападения которого до сих пор нависает над ними. Они утратили практически все навыки и знания и уже не могут что-то построить или починить. Финальный ход неизвестного врага перед поражением – создание новой чумы, которая распространяется по планете и фактически превращает людей в зомби. С течением времени человечество все глубже погружается в Темные века, и местный вождь решает умертвить жертв чумы и взять власть в свои руки.

Жалкие будни людей, живущих в страхе и разрухе, оказываются прерваны прибытием в город футуристичного самолета, из которого выходит сам Джон Кэбел! Он одет в фантастический (не только для дикарей, но и для зрителя) скафандр – чистый, блестящий и инопланетно выглядящий. Бросив вызов авторитету местного вождя, Кэбел пытается объяснить великий план возрождения человечества, над которым работают он и его товарищи-авиаторы из подразделения «Крылья над миром». Но глупый и недальновидный вождь бросает его в клетку, подвергая сомнениям мотивы Кэбела и не понимая важность работы его организации. Она называется «Мировые сообщения», и это последняя на планете группа инженеров и ученых, объединивших свои усилия и знания, чтобы возродить мир из пепла. Их план – наладить с помощью технологий связь между городами и регионами планеты, воспитать новых экспертов и в конечном счете установить новый мировой порядок технологических чудес. Да, это станет вторым рождением человечества.

Местный механик, узнавший о пленении Кэбела, летит в штаб-квартиру «Мировых сообщений», чтобы доложить о случившемся. Они посылают в город звено передовых бомбардировщиков и сбрасывают на него заряды с усыпляющим газом. Вождь умирает от аллергической реакции, и «Крылья над миром» берут город под контроль. Они объявляют смерть старого мира и рождение нового.

Но мы добрались только до середины сюжета. Далее перед нами предстает блистательное братство авиаторов «Мировых сообщений» на торжественном собрании, где идет речь об их планах в отношении человечества. Кажется, что в организации нет никакой иерархии, только сотрудничество на равных и рациональность. Она намерена объединить весь мир под своим контролем, принудительно заставив население планеты восстанавливать разрушенный мир. Звучат обещания любыми способами добиваться наступления технологической утопии. И из земной коры необходимо до последней песчинки извлечь все драгоценные ресурсы и потратить последние крупицы ценностей на строительство этого мира мечты. В процессе этого уровень жизни человека будет поднят на невиданные ранее высоты, люди забудут о тяжелом труде, и все наконец станут равны. Но мир на поверхности будет опустошен, так что человечеству придется переселиться в освещенные искусственным солнцем подземные города, подальше от опасностей природы. Ради великого блага нельзя останавливаться ни перед чем.

И действительно, к 2036 году мечты о светлом будущем воплотились в жизнь и подземный новый мировой порядок стал реальностью. Работа для людей существует, но она значительно упростилась благодаря гигантским машинам и передовым технологиям. Большинство людей просто бездельничают и праздно слоняются. И это вызывает беспокойство у новых луддитов, с опаской ожидающих очередную волну прогресса. У них есть телевидение, стильные лифты, электронные коммуникации и многое другое, что казалось невозможным в 1930 году, но эти люди ошарашены скоростью перемен и считают, что миру пора притормозить и насладиться своими достижениями. Несомненно, ошеломленные идеей такой футуристической реальности, зрители в кинотеатрах думали так же. В частности, луддиты боятся создания гигантской «космической пушки», способной запустить людей на Луну. Но внук Джона Кэбела – видный государственный деятель, и он оспаривает эту точку зрения, обращая внимание на потенциально безграничные ресурсы, которые можно найти, колонизировав другие планеты и саму Луну. Ресурсы Земли растрачены, и человечество не может позволить себе бездействие.

Космическая пушка – источник раздора, и луддиты стремятся вывести ее из строя. Потомки авиаторов не позволяют этому случиться и спешат запустить первых людей до того, как пушка будет разрушена. Бравые первопроходцы будут исследовать Луну и найдут способ вернуться, чтобы рассказать о ее богатствах. В заключительном монологе внук Джона Кэбела размышляет о природе человечества и его неизбежном выборе между прогрессом с вечной, сплоченной коллективистской экспансией и животным существованием, полным рутины, распрей и бессмысленного застоя. Развитие общества не должно стоять на месте. Человечество обязано покорить галактику и узнать секреты пространства и времени. Вселенная или небытие – таков финальный выбор, предоставленный зрителю.

СТРЕМЛЕНИЕ К ЗВЕЗДАМ

В 1930‐х исследование и разработка ракетных двигателей все еще велись исключительно с целью дальнейшего использования в военных целях, а мысль о запуске ракеты в космос – еще и с человеком на борту – была несбыточной мечтой. Фантасты вроде Уэллса считали, что гигантская космическая пушка размером с небоскреб – выбор куда более реалистичный. Она же будет такой мощной, что без проблем будет пулять людьми аж до Луны. Но как тогда человек сможет выжить? Ну, о таких мелочах рано было задумываться, до этого и так пришлось бы решить тонну проблем с этим теоретическим проектом. Слишком сложно вдаваться в технические детали, когда описываешь технологии далекого будущего. В действительности же прогресс в ракетостроении (кстати, Соколов в Snake Eater имеет к нему прямое отношение), и в частности «Фау‐2», изменил войну гораздо раньше. Космос и связанная с его покорением международная политика окажутся в центре внимания уже через несколько десятилетий. В ретроспективе космическая пушка выглядит комично, но это не было шуткой. Фильм нельзя назвать легким развлечением для всей семьи, и идеи, представленные в нем, заставляли современников всерьез задуматься. Концепции, лежащие в основе киноленты, снискали уважение среди интеллектуалов, которые оценили масштабное видение будущего, а его пропагандистские усилия были нужны, чтобы разжечь в людях мечты о мире во всем мире, достигнутом с помощью мирового правительства.

Есть что-то безумное в содержании «Облика грядущего», но фильм в своих предсказаниях оказался пугающе точен. Зачем кому-то фантазировать о выкачивании из недр планеты всех ее ресурсов и о правящей из теней организации инженеров и ученых? Не сомневайтесь, призыв к созданию теневого правительства является основной темой фильма. Если вы не заметили, об этом свидетельствует фамилия главного героя – Кэбел (Cabal – «клика»), что буквально означает «группа людей, любыми средствами стремящаяся к власти» или «заговор с целью совершения какого-либо злонамеренного или незаконного действия». Это такой же аллегорический намек, как и название города Эвритаун (Everytown – «любой город» или «каждый город»). Рядовому зрителю фильм своих тайн не раскрывает, но внимательные люди смогут найти и разложить все подсказки по полочкам. Обычный человек видит, какой Джон Кэбел мудрый, благоразумный и просвещенный; как он спасает глупых дикарей от их страданий, пока мир рассыпается в прах усилиями царящего национализма и патриотизма. Зрители же, прочитавшие подтекст, увидели нечто иное: как при правильном подходе Вторая мировая война станет благом для человечества и что Джон Кэбел был не рядовым гражданином, а тайным агентом, работавшим над стартом этой войны. Летчики изображают из себя спасителей, когда в реальности они – разрушители. В конце концов, нам так и не раскрывают тайну, каким образом Кэбелу удалось избежать войны и присоединиться к этому могущественному обществу, которое, по всей видимости, ожидало его вступления в их ряды. Спустя десятилетия он с какой-то стати прилетает с Ближнего Востока, а в его распоряжении оказываются технологии, которым местные жители не могут ничего противопоставить. Кэбел давно предал свою страну, и вопрос в том, когда он сделал это и вступил в тайное общество – во время войны или задолго до ее начала.

Вождь, которому уделена значительная часть фильма, одержим идеей, что он является суверенным правителем своего региона. Суверенный, суверенный, суверенный! Это все, о чем он говорит, и мы просто не можем дождаться, когда на экране появится кто-то более здравомыслящий. Он управляет лишь грудой развалин, но сам себя считает правителем великой страны и отправляет своих усталых, голодных подданных воевать и умирать без всяких на то причин. В аллегории он олицетворяет смехотворную попытку национальных государств остаться независимыми и суверенными после окончания Второй мировой войны и перед лицом неминуемого движения к единству и технократии. Напротив, [75]они будут казаться глупенькими и недалекими, мечущимися между сиюминутными проблемами, с трудом сохраняя авторитет.

Кэбел же символизирует тайную элиту, манипулирующую крахом национализма. Суверенные государства будут разрушены не мировыми заговорщиками, а просто будут стравливаться друг с другом, пока не окажутся уничтожены в чудовищной бесконечной войне с применением биологического оружия. Тем временем общество Кэбела работает в тени, разрабатывая оружие настолько совершенное, что ни одна страна не сможет ему противостоять. Когда они выходят на свет и начинают действовать, то ни о каких преференциях и уступках не идет и речи – они разрушают националистические системы пытающихся сопротивляться стран и склоняют человечество на свою сторону, используя не силу, а страх перед хаосом. Хватит старого националистского мироустройства и ужасов долгой войны, чтобы человечество отказалось от своих принципов и воззвало к созданию централизованного управления. Больше никаких войн – только мир, которым управляют умнейшие, храбрейшие и самые целеустремленные.

Создание ракет и ядерных бомб и их комбинация в виде МБР еще сильнее упростили реальный нарратив. Мир оказался удобно разделен на сверхдержавы и их вассальные государства. Даже ребенку можно было легко объяснить, как устроен мир в эпоху холодной войны. Таким образом, всему поколению беби-бумеров промыли мозги, заставив их думать, что национализм ведет к тотальному истреблению, что войны бессмысленны, а научное управление и глобальная централизация являются ответом на все вопросы.

Но «Облик грядущего» – всего один из вариантов развития событий. Старшее поколение, управлявшее мировой политикой до Второй мировой войны, имело свои соображения насчет того, каким образом мир должен прийти к технократии.

ТЕХНОКРАТИЯ

Герберт Уэллс и его поборники верили в организацию краха системы суверенных государств с помощью подрывной деятельности, заранее спланированных войн и диалектического метода. [76][77]Они стремились заворожить человечество чудесами технологий и интеллектуальной революцией. Эта «клика» установила бы «новый мировой порядок» централизованного технократического правления. Данная идея изложена в книге Уэллса «Открытый заговор: чертежи мировой революции» (1929). Ничего себе название, да? В ней он призывает влиятельных и образованных членов общества к совместной работе над созданием централизованной мировой системы, обосновывая это как необходимость для достижения мира во всем мире и прекращения запутанных конфликтов, порожденных союзничеством, национализмом и независимостью. Эту идею высоко оценил другой мыслитель – Бертран Рассел, прокомментировав ее следующим образом: «Я не знаю ничего, с чем бы я был более согласен». Эти люди и их коллеги открыто призывали к применению евгеники, контролю рождаемости, принудительной стерилизации, программам человеческой селекции и промыванию мозгов рабочего класса. Я серьезно, это не преувеличение – продвигаемые ими евгенические программы велись США, Германией и Японией. Эти люди были умелыми пропагандистами, и им удалось преподнести это миру совершенно этичным с научной точки зрения. Даже светлейшие умы планеты одобрили этот кошмар. Они направляли мысли человечества, его порывы и генетику в сторону от индивидуализма и конкуренции, ведя мир к предсказуемой системе, которой бы смогли управлять Джоны Кэбелы нашей реальности. И чтобы это доказать, я воспользуюсь прямыми цитатами из книги Бертрана Рассела The Scientific Outlook («Научное мировоззрение») (1931):

«Научное общество, как я его себе представляю, суть то, которое использует лучшую научную методику в производстве, в образовании и в пропаганде. […] Сперва наука научила нас создавать машины. Теперь она с помощью менделевской селекции и экспериментальной эмбриологии учит нас создавать новые виды растений и животных. Можно не сомневаться, что схожие методы вскоре дадут нам возможность в каком-то смысле создавать новых человеческих индивидуумов, произведенных на свет без вмешательства природы. А с помощью психологических и экономических приемов становится возможным создание сообществ, столь же искусственных, как и паровой двигатель, и столь же отличных от всего, что могло бы возникнуть само по себе без сознательного вмешательства человеческих посредников».

Это все из главы 12, «Artificially Created Societies» («Искусственно созданные сообщества»), где Рассел грезит о том, как близко наука может продвинуть человечество к абсолютному технократическому господству. Вы видите, как он лелеет мир, созданный его собственным выдающимся разумом. Мир иллюзий, сотворенный невидимыми руками.

Следующая глава называется «The Individual and the Whole» («Индивидуум и целое»). В ней он заявляет такое: «Боюсь, что равенство, как и свобода, не более, чем мечта девятнадцатого века». Таким образом, по мнению технократа, и свобода, и равенство – устаревшие заблуждения и не заслуживают внимания. Он противопоставляет их обществу будущего, которое будет управляться по принципу иерархии «аналогичной католической церкви» и станет «все активнее вмешиваться в жизнь индивида, при этом осваивая приемы, позволяющие с данным вмешательством мириться». Читать такие пассажи не очень-то комфортно, не считаете? Вероятно, правящий класс сочтет необходимым создание иллюзии демократии и свободы, но на деле он из поколения в поколение будет манипулировать людьми, пока не добьется желаемого результата. И если вы думаете, что я тут снова взялся за анализ идей и подтекстов Metal Gear Solid 2: Sons of Liberty, то все так и есть. Собственно, Metal Gear Solid 3 и является прямым ее последователем в плане рассуждений о контроле над обществом. Но делает это не напрямую, а замаскировав и спрятав эти мысли. «Игра в стелс» может быть под завязку набита полемикой и аллегориями, не афишируя их. MGS2 говорила о своих истинах в лоб и была отвергнута, но MGS3 оперирует тоньше, разграничивая игру и лекции ради комфорта и безопасности игрока. Подумайте о негласных отсылках к операции «Скрепка» и американской вербовке ученых-нацистов – спорные темы, о которых не говорится напрямую. А вот через намеки у игрока может разгореться к ним интерес, и тогда он сам решит докопаться до нелицеприятной правды. MGS3 и не должна была стать мрачной проповедью – ей нужно было слиться с окружением и предстать игрой веселой, а то и вовсе комедийной. Но Кодзима хотел пойти дальше, с удвоенной силой продолжив полемику предыдущей игры. Для этого он и использовал «Код Кодзимы» и оставил возможность трактовки для тех, кто не парится о словах, но «определит, что они значат, а потом решит».[78]

В MGS2 в основу тоталитарного ИИ «Патриотов» Хидео Кодзима положил как раз личности людей вроде Герберта Уэллса и Бертрана Рассела – он практически слово в слово использовал их язвительную критику человечества из таких книг, как The Scientific Outlook. Это не какие-то там свежие идеи двадцать первого века и не модные молодежные взгляды. Давайте взглянем на главу 15 «Education in the Scientific Society» («Обучение в научном обществе»). И не забудем прочитать ее голосом британской версии GW начала двадцатого века, говорящим с Райденом из далекого прошлого:

«Образование в научном обществе, как мне кажется, может быть лучше всего организовано по аналогии с системой образования иезуитов. Они предоставляли один вид образования для мальчиков, которые должны были стать светскими людьми, и другой – для тех, кто должен был стать членами Общества Иисуса. Подобным образом научные правители будут предоставлять один вид образования для простых людей и другой – для тех, кто должен стать носителями научной власти. От обычных мужчин и женщин будут ожидать, что они станут послушными, трудолюбивыми, пунктуальными, бездумными и довольными. Из этих качеств, вероятно, удовлетворенность будет считаться самым важным. […] Все мальчики и девочки с раннего возраста будут обучаться сотрудничеству, то есть учиться делать то, что делают все остальные. Их инициативность будет пресекаться, а неподчинение станет не наказуемым, но будет научным путем вытравлено из них».

И это лишь небольшой пример. Разрешите мне привести еще один, чтобы закрепить мысль. Взглянем на главу 16 «Scientific Reproduction» («Научное размножение»):

«Если мы правы, предполагая, что в научном обществе будут существовать различные социальные классы в зависимости от вида выполняемой работы, то можем считать, что в нем найдется и место людям, не обладающим высоким уровнем интеллекта. Вполне вероятно, что определенные виды работ будут выполняться в основном неграми и что рабочие в большинстве своем будут выращиваться для покорности и физической работы, а не для интеллектуальной. […] Научная селекция, в любой подлинно научной форме, в настоящее время столкнулась бы с непреодолимыми препятствиями как со стороны религии, так и со стороны общественного мнения. […] Матерей будут отбирать по их евгеническим качествам. […] Если бы роды вызывались преждевременно, а ребенок отделялся от матери при рождении, материнские чувства имели бы мало шансов развиться».[79]

MGS3 И НЕ ДОЛЖНА БЫЛА СТАТЬ МРАЧНОЙ ПРОПОВЕДЬЮ – ЕЙ НУЖНО БЫЛО СЛИТЬСЯ С ОКРУЖЕНИЕМ И ПРЕДСТАТЬ ИГРОЙ ВЕСЕЛОЙ, А ТО И ВОВСЕ КОМЕДИЙНОЙ.

Верьте или нет, но это я еще опускаю самые худшие и манипулятивные части. Эта свора одержимых, жаждущих геноцида, мечтающих о богоподобии маньяков не была вычеркнута из истории. Напротив, их вывели в высшие эшелоны исследовательских групп, финансируемых богатейшими людьми мира, дабы безумцы набросали план будущего. К ним прислушивались самые влиятельные люди на Земле. Их технократическое авторитарное общество, защищенное от демократии и общественных сантиментов, могло свободно разрабатывать любые стратегии и предлагать их правительствам. Геноцид, стерилизация, аборты, кошмарный японский Отряд 731 и другие программы научно санкционированного ужаса были [80]непосредственно порождены пропагандистской машиной технократов и отголосками ее работы. Организация Объединенных Наций стала их конечным инструментом консолидации и укрепления легитимности, своего рода решающим экспериментом, призванным постепенно наращивать власть по мере ослабления национализма и вербовки новых лидеров в этот «открытый заговор», предписанный Уэллсом.

Помните, что Солид Снейк и клоны генетически спроектированы быть неспособными к размножению? Нам может показаться сомнительным, что Кодзима позаимствовал эти идеи непосредственно из книг о футуризме 1930‐х годов, и вероятно, что он вдохновлялся современными фильмами с похожими концепциями, например «Черной маской» (1996) и «Гаттакой» (1997). Но даже эти фильмы и их сюжеты в своей основе пронизаны идеями классических научных трудов и проведенных на их базе реальных экспериментов. Причина, по которой научно-фантастические истории в первой полов[81]ине 1900‐х годов стали популярными и цепляющими людей, заключается в том, что они напрямую черпали вдохновение из реальных чаяний и теорий технократов. Возможно, Кодзима узнал об этих идеях в юном возрасте прямо из первоисточника и ждал их появления в западных медиа, чтобы затем использовать в целях повышения осведомленности. Кодзима вырос в 1960‐х годах, одержимый книгами, телевидением, научными выставками, грандиозными перспективами космических путешествий, генетикой и всеми благами, которые технологии смогут подарить человечеству. Он хотел стать астронавтом задолго до того, как захотел стать писателем – мечтал, чтобы его отправили на Луну на гигантской ракете или из космической пушки. Он – яркий пример человека, изучавшего работы Герберта Уэллса, Олдоса Хаксли и Бертрана Рассела.

Многие юные американцы уже и не вспомнят, что Япония во Второй мировой войне была отнюдь не союзником США. В ту эпоху она всецело следовала фашистским, технократическим, социал-дарвинистским, расовым идеям нацистов, и только поражение в войне заставило страну отказаться от курса, порожденного этой идеологией. Маленькая моноэтническая нация верила в эти принципы и претворяла их в жизнь со свирепостью, немыслимой для среднего американца. Их взгляд на человечество и на роль науки слишком отличается от квазихристианского прагматизма Америки. Я не говорю, что они до сих пор все это одобряют, но японцы и правда воспринимают эти идеи на совершенно другом уровне. Они и близко не так несведущи, как мы, в том, откуда пришли такие идеи, как они распространялись и какое влияние в конечном счете оказали на мир и на них самих. Они живут в мрачной тени этих мыслителей. Их идеи развивались по другому пути. И на этом пути оказался Кодзима.

ОБРАЩАЯСЬ К ИСТОРИИ

«Открытый заговор: чертежи мировой революции» – в самом деле чертеж, как и заявлено в названии, тут все честно. И от его содержания пробегает холодок по спине. В отличие от «Облика грядущего», это не какая-то вымышленная аллегория, призванная шокировать и что-то внушать обывателям. Уэллсу было за шестьдесят, когда он написал эту книгу. В 1940 году, когда под натиском нацистов пала Франция, а Уинстон Черчилль встал во главе Соединенного Королевства, он написал еще одну, под названием «Новый мировой порядок». В ней он защищает свои экстремистские идеи и принципы и подробно описывает жестокие макиавеллианские методы, необходимые для достижения технократического видения будущего. Во вступлении говорится: «Я просто пытаюсь изложить то, что мы должны сделать, и цену, которую мы должны заплатить за мир во всем мире, если мы действительно намерены его достичь». Его уважали за амбиции, красноречие и умение побудить других влиятельных людей к открытому заговору с целью создания нового мирового порядка.

Я совсем не утверждаю, что Вторая мировая война была тайно спланирована некой слаженной коалицией постнационалистических заговорщиков в надежде уничтожить независимость и прибрать мир в свои коварные руки. Но в преддверии войны на политической арене и правда действовала такая группировка, и история отражает их видение. Была ли эта фракция с ее пропагандистской методикой создана по лекалу организации иезуитов, как они надеялись? Вывели ли они свою собственную расу интеллектуалов, которые получали образование, значительно отличающееся от того, которое давали послушному рабочему классу? Их мечта о том, что человечество после столкновения с бесконечными смертями и ужасами с распростертыми объятиями поприветствует конец независимости, обрела настоящих последователей. Это звучит нелепо. Так же нелепо, как подземные города или создание гигантской космической пушки, способной запустить человека на Луну. А что мы можем сказать про «О дивный новый мир» Хаксли, «1984» Оруэлла и про прочное переплетение этих старых произведений с реальностью, сформировавшей нашу историю, которая драматически разыгрывается и поныне? Если это все не совпадения и удачные догадки, то у их понимания реального мира должна быть какая-то подоплека. Их пророчества, замыслы и предупреждения взаимосвязаны – аллегорически или как-то еще – и требуют комплексного исследования. Не бойтесь, итоги этого исследования, да и оно само, не являются темой данной книги, но влияние этих произведений на бесчисленных писателей и художников ощущается сегодня так же сильно, как и раньше. Люди хвалят Хидео Кодзиму за его ультрасовременные высказывания в Sons of Liberty, но они не понимают, что высказывания эти заимствованы из давно забытых источников. Как вы думаете, почему в сцене после титров о «Комитете мудрецов» говорится, что они мертвы «уже около ста лет»? Проследите хронологию событий и посмотрите на реальную историю: теневое правительство заговорщиков, интеллектуалов различных областей, жило бы и процветало на заре двадцатого века, когда такие люди, как Уэллс, грезили перед Второй мировой войной идеей наступления технократии. Кодзима лично призывает нас проследить обратный путь современной антиутопии до этого загадочного периода революций и краха.

Чтобы вырваться из уютной тепличной жизни образцового гражданина, чтобы эволюционировать из Райдена в Биг Босса, мы должны открыто взглянуть на нашу эпоху. Необходимо вернуться назад, чтобы увидеть те времена, которые ее породили. И только тогда мы сможем решить, что нам со всем этим делать.

Давайте рассмотрим еще один пример (но вообще, их много), чтобы обосновать мой подход к анализу «Игры в стелс», ведь он нам пригодится в будущем. Если вы знакомы с историей MGS1, то помните, как Хидео Кодзима сделал попытку обсудить так называемый синдром войны в Персидском заливе, которым страдали американские солдаты. Через речи Ликвида Снейка он оспаривает официальную версию того, почему сотни тысяч здоровых бойцов вдруг поразили странные симптомы. Такое взятое с потолка и совершенно [82]ненужное помещение реальных исторических событий в его вымышленный мир заставляет почесать голову. Может, японскому разработчику захотелось побыть эпатажным, высказавшись на модную тему? Ставить под сомнение правду, стоящую за этой трагедией, было весьма рискованно, поскольку война в Персидском заливе закончилась за несколько лет до этого (она длилась с 1990 по 1991 год), и миллионы американцев были связаны с пострадавшими солдатами профессионально или через семью и друзей. Боль от синдрома войны в Персидском заливе все еще не утихла. Казалось откровенно оскорбительным говорить о том, что Пентагон проводил генетические эксперименты над этими солдатами и скрывал причины болезни, вызванной действиями правительства, чтобы избежать ответственности. В игре показываются реальные кадры войны и эти солдаты и подчеркивается, что Кодзима хотел, чтобы игроки узнали о недавних событиях и полемике вокруг них, а не решили, что это очередная выдуманная им история.

Отец Кодзимы работал в области медицины и был тесно связан с фармацевтической промышленностью Японии; Кодзима признался, что практически не может пользоваться обычными лекарствами, потому что его семья получала их столько, сколько хотела, и его организм еще в детстве выработал устойчивость к лекарственным препаратам. Круг общения его отца был полон профессионалов и специалистов в смежных областях, среди которых могли быть исследователи и эксперты, располагавшие нелицеприятными сведениями о научных разработках и потенциальных программах, реализуемых по всему миру. Япония – маленькая страна с высокой степенью пересечения профессиональной деловой и военной (в основном сбор разведданных и исследования) сфер. Бесспорно, по этой причине Кодзима часто акцентирует внимание на врачах и медицине в своих историях, особенно в самом личном и с любовью созданном творении – Policenauts. Напомню, что его семья хотела, чтобы он пошел по стопам отца, но, к их огорчению, Кодзима выбрал искусство и гейм-дизайн. Он даже врал о том, чем зарабатывает на жизнь, чтобы избежать расспросов и скандалов. Нетрудно понять желание Кодзимы отдать дань уважения работе отца и использовать полученные от него знания о медицине, вирусах, вакцинах, фармацевтической промышленности, а также военных и корпоративных исследованиях в данной области, в качестве основы для повествования в своих играх. Представьте, что живете в семье, члены которой многие годы вращаются в конфиденциальных кругах автомобильной индустрии – вы уже годам к пятнадцати узнаете о таких пикантных подробностях, какие обывателям и не снились. А если решите не заниматься семейным ремеслом, а удариться, например, в писательство, то, скорее всего, в ваших работах появятся детали из этой отрасли – а значит, и полная правдоподобность описываемых персонажей, сцен и сюжетов. Опираясь на свои знания о неком специфическом аспекте жизни, вы можете использовать писательскую платформу для смелых высказываний о вызывающих подозрение явлениях – ведь это вымысел, и вам не грозит возмездие со стороны той отрасли, которую вы разоблачаете.

Не исключено, что Кодзима распознал в синдроме войны в Персидском заливе что-то такое, что большинство людей не увидели, и ощутил перед обществом долг разоблачить эту ложь, даже если он не мог сказать правду или не знал, в чем она заключается. Даже если в его вымышленной истории причинами стали эксперименты по генной инженерии, это не самое главное. Как мы видим, «Игра в стелс» – это не дословное изложение сути вопроса, а привлечение внимания к нему в надежде, что публика сама заинтересуется его подробностями. Синдром войны в Персидском заливе – тема спорная и подозрительная, и человек, хотя бы немного знакомый с медициной, может понять, что симптомы, проявляющиеся у солдат, заставляют усомниться в объяснении (или отсутствии такового), которое дает правительство.

Трудно отрицать факт того, что правительство США скрыло правду. Ну, по крайней мере, это широко распространенное мнение. Согласно книге «Gassed in the Gulf: The Inside Story of the Pentagon-CIA Cover-up of Gulf War Syndrome» («Отравленные в заливе: история сокрытия Пентагоном и ЦРУ синдрома войны в Персидском заливе») (2000), написанной удостоенным награды бывшим аналитиком ЦРУ Патриком Эддингтоном, служившим во время войны в Персидском заливе, он и его жена были очевидцами систематических усилий по препятствованию расследования синдрома. И не нужно далеко ходить за доказательствами того, что первая леди США, Хиллари Клинтон, лично проводила симпозиум на эту тему и отрицала существование этого синдрома. А когда всплывали улики и [83]неоспоримые доказательства – давались взаимоисключающие ответы. Подробные правительственные записи о химическом и биологическом воздействии были очень кстати взорваны во время теракта в Оклахома-Сити, а ведь они могли бы подтвердить правдивость официальной версии. Но с тем же успехом могли бы и доказать, что правительство лжет. В конце концов вся история превратилась в мешанину без ясных ответов, но с [84]неизменным акцентом на иностранное происхождение заболевания. Оно все-таки называлось синдромом войны в Персидском заливе, так что и возникнуть должно там же, верно? Возможно, так и было. Но, по мнению [85]некоторых исследователей, синдромом войны в Заливе страдали даже люди, которые за границей не подвергались воздействию никаких веществ, никогда не служили в армии и не имели никакого отношения к химикатам, которые, как утверждается, и были причиной заболевания. Заключенные, а затем тюремные охранники и их семьи и медицинские работники оказались заражены этой болезнью в Хантсвилле, штат Техас, где за несколько лет до войны в Персидском заливе проводились испытания сомнительной вакцины. Утверждается, что совладельцем компании, участвовавшей в разработке вакцины, являлся Джеймс Бейкер III, государственный секретарь при сорок первом президенте США Джордже Буше-старшем, который – вот это сюрприз – был главным акционером этой компании.[86]

Это идеологические потомки технократов, таких как Герберт Уэллс и Бертран Рассел, которые верили, что целым миром можно управлять с помощью террора, войны, психологии и чудес науки – в том числе оружия и разнообразных наркотиков. Любого, кто бросал им вызов, называли террористом, сумасшедшим или «проблемой». Они твердо верили в создание проблем только для того, чтобы примчаться их решать и быть встреченными как герои. Таков подтекст «Облика грядущего» и схема, которой они следовали.

Не забывайте, что в фильме «Апокалипсис сегодня» присутствовало упоминание о вакцинах от полиомиелита, которые США вводили вьетнамским детям – члены сопротивления отрезали им руки, чтобы не допустить заражения вакцинами, проникшими в детский организм. Полковник [87]Курц вспоминал это событие как поворотный момент, заставивший его понять, что повстанцы сильнее и упорнее ЦРУ и армии. Идея использования прививок в качестве оружия зародилась давно и получила широкое признание.

Я не эксперт ни в чем, да и Кодзима тоже не эксперт в области науки и медицины, но необязательно быть экспертом, чтобы задумываться о таких вещах. Как ни странно, Кодзима, кажется, заботился о пострадавших солдатах США больше, чем многие американцы, которые к 1998 году забыли о синдроме войны в Персидском заливе. Он намеревался использовать любую имеющуюся у него платформу, чтобы заронить зерно сомнения в умы игроков. Давайте же по достоинству оценим риск, на который он пошел.

Давайте признаем, что, когда никому нет ни малейшего дела до ваших провокаций и призывов к пробуждению, вы начинаете серьезно задумываться о том, что же нужно сделать, чтобы пробудить людей. Вы даже можете создать сиквел, который сделает что-то экстраординарное и прикует к себе внимание аудитории. Это была Sons of Liberty. Затем, завладев вниманием людей и получив немалую дозу критики, логично, что Кодзима вернулся в стелс-режим и продолжил исследовать вопросы по-новому, балансируя между бездумным весельем и серьезными темами. Это уже Snake Eater. Тупицы могли пойти смотреть кат-сцены от Китамуры в The Twin Snakes или бесконечно гонять VR-миссии в Substance, но сюда их тоже позвали – ведь сюжетом можно было насладиться и считывая подтекст, и вовсе его не замечая.

Необычный финал «Добродетельной миссии» воплощает в себе безбашенный и смелый стиль Кодзимы того времени. Как и почти все остальное в игре, он остался практически не изученным фанатами, включая тех, что считают себя ярыми интеллектуалами и опытными аналитиками. Сцены, подобные этой, так и просят разбора. Они полны моментов, которые слишком странны, чтобы мы могли игнорировать их с аналитической точки зрения. Поэтому давайте продолжим.

9

РУССКАЯ ГОРЯЧКА

КУВАБАРА КУВАБАРА

В сцене, где Босс похищает Соколова и побеждает Снейка, сбросив его с моста, появляется новый персонаж. Знакомьтесь – полковник Волгин. Он намерен использовать ученого, его разработки, заодно и Босс с отрядом «Кобры», чтобы свергнуть действующее советское правительство и поставить на его место свое. Соколов уже рассказывал нам о мотивах и истории Волгина, но теперь мы удостоены чести узреть этого человека во плоти. Он высоченный, здоровущий и от шеи до пят затянут в длинный мундир. И умеет создавать электрические разряды, которые эффектно бьют из его тела. Если вы принимаете это за чистую монету, стоит отметить, что это странно. Это, блин, очень и очень странно! Обычный вроде полковник с какими-то там политическими родственными связями и собственной армией. Почему он молниями пуляет?! Это не специально завербованный чудик, найденный Биг Боссом в каком-то забытом уголке мира и обученный стать элитным бойцом какого-нибудь экспериментального подразделения вроде «Гончих». Он просто большой накачанный мужик!

В любом случае, несмотря на его устрашающий вид, первое, что мы слышим от него, – это какая-то смешная бессмыслица: «Кувабара кувабара». Кодзима опять стебется над англоговорящими игроками!

Это японская фраза, не имеющая эквивалента в английском языке. Потому-то она и попала в игру. Как и многое другое в Snake Eater, она ссылается на нечто, требующее разбирательства для понимания. Если, конечно, нам действительно хочется это понять. Буквальный перевод слова «кувабара» – «шелковица», но это знание нам никак не помогает, потому что непонятно, почему Волгин вообще произносит это слово. Фраза «кувабара кувабара» – это не про шелковицу, а присказка сродни английской «постучи по дереву», которую произносят в надежде избежать удара молнии во время грозы. Она основана на старой китайской легенде, согласно которой в тутовые деревья [88]никогда не бьет молния. Считается, эти слова должны отгонять от вас страшные электрические разряды. Но это все еще не объясняет, почему Волгин произнес это именно тогда или почему Кодзима решил вставить в игру фразу, с легкостью превращающуюся в кошмар любого переводчика.

Так почему она тут? Да потому что Кодзима устал потворствовать американской ментальности и понимал, что эта фраза точно заставит западных игроков схватиться за голову. Ну а для японской аудитории, понимающей, о чем идет речь, она станет кринжовой присказкой. Просто русский цитирует японскую фразу, основанную на китайской легенде, и не нужно искать здесь никакого смысла. Она никак в игре не обсуждается и не объясняется, оставаясь настоящей загадкой для игрока, уютно устроившись рядом с ним и ехидно ухмыляясь. Может, эта фраза чертовски важна, а может, и ничего не значит – чтобы узнать наверняка, придется провести расследование.

КАК ВО СНЕ

Сцена на мосту – настоящий праздник сюрреализма, и это неслучайно. Водяная дымка окутывает мост, скрывая в тумане очертания идущей по нему Босс. Снейк не может ее разглядеть, пока она не оказывается совсем рядом. Она несет два больших оружейных кейса, по одному в каждой руке, и бросает их: сначала один, затем другой. Соколова и Снейка бросает из стороны в сторону, мост перекашивается от тяжести оружия. Сцена пропитана аллегорическим символизмом, который стоит разобрать подробнее.

Кейсы тяжелые, и мы с нашими героями это отлично чувствуем. Старый веревочный мост – это тонкая связь между двумя сторонами. Место неожиданных встреч. Висящий высоко мост невероятно опасен для жизни – он может обрушиться, или кто-то может свалиться с него. Действия Босс кидают Снейка в одну сторону, лишая его свободного выбора своей лояльности. Мост – это возможность обмена чем-то между людьми. Идеями, оружием, чем угодно. Он символизирует сотрудничество и диалог, даже если обе стороны рискуют столкнуться с печальным исходом. Если дословно, но все же не без символизма – это путь Снейка к победе и завершению миссии. Но когда оружие падает на мост, то все летит в бездну. Снейк и Соколов спотыкаются и изо всех сил пытаются удержаться на ногах, но Босс, не сдвинувшись ни на миллиметр, уверенно стоит посередине. Она полностью контролирует и себя, и мост. Босс поддерживает баланс происходящего. Сохраняет способность оставаться нейтральной и верной себе, даже когда мир немилосердно кидает ее из стороны в сторону. Вскоре Волгин использует то самое оружие в кейсах, чтобы нарушить мировой баланс сил, поставив под угрозу хрупкую надежду на мир между сверхдержавами. Волгин – воплощение дисбаланса, тщеславный, горделивый и готовый сжечь за собой все мосты. Босс же – воплощение нейтралитета, она способна выдержать все, что приносит с собой смена времен. Молодой Биг Босс оказывается не готов ко всему этому, теряет самообладание и в конечном счете терпит крах, неспособный остановить ее и взять ситуацию под контроль.

Но в сюрреалистической сцене на мосту Кодзима преследует и другую цель. Это разрыв реальности, возвращение в мир грез MGS2, где сверхъестественные события происходят не только за закрытыми дверями и без свидетелей, но и в ключевые моменты сюжета. Это вызов для игрока – отказаться от буквального прочтения и погрузиться в решение почти философских вопросов, вооружившись символизмом и аллегорией. Не забывайте, что в аллегории самые весомые вопросы совсем не прямолинейны. Вылив на игроков ушат с абсурдом под названием «Кобры», Кодзима отринул всю буквальщину.[89]

Мы знакомимся с отрядом «Кобр», наблюдая, как над мостом, закрывая собой солнце, сгущаются темные тучи, которые оказываются плотным скоплением шершней. И не обычных, а телепатически управляемых. А управляет ими стоящий в вертолете человек в маске. Снейк ненадолго оказывается сбит с толку, но этого хватает, чтобы другой член «Кобр» успел спуститься из шершневого облака и затащить напуганного Соколова в вертолет. Почему турбулентный след вращающихся лопастей никоим образом не влияет на насекомых – или на что-либо еще вокруг, – никак не объясняется, потому что вертолет, похоже, вообще никаких потоков воздуха не создает. Мы слышим раскаты грома, и внезапно начинается дождь, вопреки только что стоявшей ясной погоде. «Идет кровавый дождь», – говорит Босс. На самом деле дождь идет обычный, и в красный цвет [90]ничто не окрашивается – это все иллюзия. Сзади к ней приближается похожая на привидение фигура, и Босс задается вопросом – неужели это плачет «он», имея в виду Скорбь, чей призрачный лик появляется у нее за спиной. Затем он исчезает, и в вертолет поднимается туманный дух. Дождь прекращается. Во время этой мнимой грозы мы не слышим вертолета, но как только дождь заканчивается, все звуки возвращаются. Как будто была создана карманная реальность. Необъяснимые способности громовержца Волгина не так удивляют после увиденной бесовщины.

Как будет видно из дальнейшего анализа, «Кобры» – претендент на самую топорную попытку использования аллегорий, которую когда-либо предпринимал Кодзима. Но следует признать, что игрокам все равно было наплевать – до них доходил только поверхностный смысл. Snake Eater считалась крутой веселой игрушкой. О том, чтобы вникать в абсурдность «Кобр» и задумываться о внезапном появлении сверхъестественных сущностей, не могло быть и речи – этот путь вел обратно к чему-то дикому типа «теории VR». Более того, в MGS2 Кодзима показал, как он обходится с социальными комментариями и метанарративом: агрессивно впихивает их в нас через болезненно длинные разговоры между говорящими головами.

Когда в MGS2 Райден впервые встречает Вампа, а затем Фортуну, у него начинает ехать крыша. Он не может поверить своим глазам. И признается, что чувствует себя как во сне и что это все не может быть по-настоящему. Их способности находятся за гранью реальности, и он это отлично понимает. Так Кодзима пытался пробудить игроков в предыдущей игре, но здесь, когда нам показывают совсем уж безумную дичь, никто и бровью не повел. Все персонажи молчат, будто так и должно быть. Даже ваша команда поддержки не говорит ни слова. Спите спокойно.

НОЧНОЙ КОШМАР

«Добродетельная миссия» завершается тем, что Волгин запускает миниатюрную ядерную ракету с помощью реального американского оружия 1960‐х – системы «Дэви Крокетт». Это разработанное в 1950‐х годах, устанавливаемое на треножник орудие M28, предназначенное для запуска на территорию противника небольшого ядерного заряда мощностью от десяти до двадцати тонн. Конечно, это ничтожно мало по сравнению с мощностью полноразмерной ядерной бомбы – там речь идет о сотнях и миллионах тонн в тротиловом эквиваленте, но радиоактивный характер взрыва означал, что он загадит смертоносной радиацией все вокруг. Орудие и заряд для него – вот что было в кейсах, которые Босс после своего предательства подарила своим новым советским партнерам. Волгин намеревается уничтожить взрывом конкурирующую российскую группу, повесив вину на Босс, предположительно для того, чтобы у нее не осталось никаких шансов еще раз сменить сторону. Кодзима заставляет Волгина произнести: «Помни Аламо!», когда тот запускает снаряд, ссылаясь на реального героя войны за независимость Техаса, в честь которого и было названо оружие.

Вас уже не должно удивлять, что Кодзима включает в повествование весьма специфические концепции и детали, поднимающие вопросы о нравственном облике США. Не забывайте, что цель игры – превратить Биг Босса в человека, который противостоит американской империи не потому, что он сумасшедший или террорист, а по соображениям морали. Нейкид Снейк оправляется от ран на берегу реки, в которую его сбросила Босс, и тут вспышка, ядерный взрыв, и Снейк получает свою незаслуженную дозу облучения. Пока мы вместе с ним наблюдаем за клубящимся грибовидным облаком, экран темнеет и начинает звучать незабываемая заглавная песня.

ЦЕЛЬ ИГРЫ – ПРЕВРАТИТЬ БИГ БОССА В ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ ПРОТИВОСТОИТ АМЕРИКАНСКОЙ ИМПЕРИИ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ОН СУМАСШЕДШИЙ ИЛИ ТЕРРОРИСТ, А ПО СООБРАЖЕНИЯМ МОРАЛИ.

КОЛЫБЕЛЬНАЯ

О да, это легендарнейшая заставка. Если бы это был фильм о Джеймсе Бонде, то все показанное до этого было бы лишь тизером, где зрители знакомятся с персонажами и некоторыми деталями сюжета. Сексуальная, томная заглавная песня – идеальный выбор для эпохи 1960‐х, когда звезда Бонда находилась в зените. Визуальным дизайном заставки занимался Кайл Купер – всемирно известный создатель вступительных титров для таких культовых голливудских фильмов, как «Миссия: Невыполнима». Поэтому, хотя образы и дизайн основаны на предложениях и рекомендациях Кодзимы, детали были не в его руках.

Первое, что мы видим, – заголовки газет, которые быстро перетасовываются, а элементы страниц летают туда-сюда и сменяются другими. О чем говорится в заголовках, в реальном времени прочитать затруднительно. Первый заголовок рассказывает о Берлинской стене и о побеге людей с коммунистической стороны 8 октября 1961 года. Это реальное событие – тогда на Запад сбежали 137 человек. Второй заголовок – из французской газеты – о Карибском кризисе, но по неведомой причине в газете указана дата 31 мая 1963 года, хотя кризис произошел в 1962 году. Кроме того, в дате указан четверг, но на самом деле тогда была пятница. Если это было сделано намеренно, то я понятия не имею почему. Третий заголовок, датированный 13 июля 1965 года, гласит, что во Вьетнаме сражаются полмиллиона американских солдат. Это необъяснимое преувеличение реальной численности войск, которая на тот момент составляла менее двухсот тысяч человек, но она соответствует размерам сил Вьетнама, насчитывавших более пятисот тысяч бойцов. Но в том месяце произошло резкое увеличение численности войск, а подзаголовок говорит о том, что общественность призывает их покинуть Вьетнам, что соответствует действительности. Четвертый заголовок – новость о том, что 20 июля 1969 года человек ступил на Луну.

Вступительные титры создавались за несколько лет до завершения работы над MGS3, с момента выхода MGS2. И Купер, и Кодзима сами не знали точных дат событий игры и что там будет происходить. Но они уже условились остановиться на 1960‐х годах, да и общие темы были обрисованы. Я никак не могу объяснить ошибки в заголовках (в любом случае незаметные без остановки видео и рассматривания мелкого шрифта прищурившись), но я бы предположил, что во всем виноват подгоняемый сроками и не слишком внимательный к деталям Кайл Купер. В любом случае ролик – зрелище завораживающее.

Но песня затмила все. Ее написал и сочинил композитор Норихико Хибино, сотрудничавший с Кодзимой на предыдущих проектах. Текст написан на английском, но то тут, то там вылезает кривой синтаксис и странное построение предложений. Особенно интересен припев:

I give my life

Not for honor, but for you (Snake Eater)

In my time, there’ll be no one else

Crime, it’s the way I fly to you (Snake Eater)

I’m still in a dream

Snake Eater[91]

Возможно, вы заметили ключевую строку. Она повторяется в конце песни дважды, в прекрасном и пленяющем исполнении Синтии Харрелл. Я все еще во сне, Пожиратель змей.

Как мы выяснили в главе 6, если мы хотим видеть и понимать вещи так, как их видит и понимает автор, нам необходимо разрушить иллюзию. Отбросим мысли о совпадении, и уж тем более отринем их, когда речь заходит о совместной работе, которая стоит денег и требует согласования с самим Кодзимой. Необходимо отказаться от мыслей о случайности результата. Случайности, разумеется, происходят – в производстве обычных телесериалов или фильмов, но вы не понимаете, эта игра – это другое. Здесь Хидео Кодзима планирует переломный момент в своей карьере сразу после того, как собственноручно провернул величайший постмодернистский трюк в истории. Теперь он вернется, докажет миру свою правоту и повергнет всех своих врагов. И это не какая-то малюсенькая деталь – мы говорим о заглавной пе сне, которой суждено стать классикой, и ее ключевой строчке, дважды повторяющейся в кульминационный момент композиции. Так и будем считать, что это ничего не значит?

Ладно, давайте так считать. Представьте себе мир, в котором Хидео Кодзима – одержимый творец, работающий над самой важной вещью в своей жизни, – плевать хотел на то, о чем там будет петься в заглавной песне. Мы должны поверить, что Норихико Хибино догадался о содержании игры, не спрашивая Кодзиму, и что пассаж о пребывании во сне взялся из ниоткуда? То есть он решил написать странный и вызывающий вопросы текст самостоятельно, без какой-либо причины, а Кодзима это все взял и сходу одобрил, не посмотрев, на что это там намекают всякие английские словечки? Может быть, с таким же успехом можно было написать «Я завтра иду в магазин, Пожиратель змей»? Или как насчет «Я кушоц хочу, Пожиратель змей»? Если это взятая с потолка бессмысленная фраза, а Кодзиму устраивало что угодно, то почему бы и нет? Я, кстати, боюсь даже прикинуть число заглавных песен из аниме со взрывающими мозг фразами на изуродованном английском. Сами-то песни на японском, а языкоблудие – нормальное в Японии дело, просто английский для них звучит круто. Но тут все иначе. Snake Eater готовилась пободаться с заокеанскими конкурентами вроде игр Rockstar, о чем и свидетельствуют подколы в трейлере с E3. Вон, даже текст песни полностью на английском.

Из рассказа Рики Муранаки мы знаем, что Кодзима мнит себя великим знатоком музыки, но не понимает и половины того, о чем говорит, и при этом еще слишком требователен и щепетилен в выборе песен для своих игр. «The Best is yet to Come» («Лучшее еще впереди») и «Can’t Say Goodbye to Yesterday» («Не могу попрощаться со вчерашним днем») насквозь пропитаны очевидным метанарративом: песня из [92]MGS1 намекала на то, что сногсшибательный сиквел на подходе (который он и правда собирался сделать, пока из-за событий, описанных в предыдущей книге, все не пошло наперекосяк), а песня из MGS2 открыто признавала, что это не тот сиквел, который все ждали, и что все так и будут ждать возвращения на Шэдоу-Мозес. Черт, да вся игра – сплошное признание того, что MGS1 намного лучше! А если учесть, что MGS2 должна была стать финальной игрой всей серии, то «невозможность попрощаться со вчерашним днем» с годами приобретает совсем иной смысл. Это важные послания, и хотя все признают, что тексты и конкретные слова тех песен важны, когда речь заходит о красивых заключительных словах в «Snake Eater», интереса к ним не возникает никакого. Это и есть диссонанс.

Правдоподобия мысли добавляет и тот факт, что они были написаны на английском языке, но японцами. Когда писателю приходится подбирать точные формулировки на другом языке, процесс перестает быть интуитивным. Это может привести к рождению ужасных или страшно смешных исковерканных текстов, когда что-то идет не так (и, разумеется, в «Snake Eater» попадаются неуклюжие фразы), но песни в играх Кодзимы до сих пор были понятными и эстетически цельными. И это превращается в некую игру по подбору слов, которые передадут вашу мысль с должным эффектом. Я придерживаюсь мнения, что подобно тому, как субтитры в фильме усиливают эффект каждого слова для зрителя, который внимательно и вдумчиво читает, так и при написании на языке, который не является родным, каждое слово имеет двойное значение. Пребывание «все еще» во «сне» – не случайность. Это говорит что-то и о прошлой игре, и об этой. Мы пока спим. Это не реальный мир.[93]

Нам стоит об этом задуматься. Мы только что стали свидетелями одной из самых безумных сцен в истории франшизы, которую по странности может превзойти только сцена с парящей в воздухе голографической платформой, о которой я подробно рассказывал в предыдущей книге. А, ну и полное сумасшествие «Внешнего наблюдателя» тоже может переплюнуть увиденное. Волгин и «Кобры» бросают вызов здравому смыслу. Да даже не бросают, а полностью отвергают его. Происходящее выходит далеко за рамки того, что Райден в прошлой игре после встречи с Вампом и Фортуной назвал «дурным сном». В этой короткой вступительной главе есть несколько намеков на Райдена: маска, которую Биг Босс надевает перед HALO-прыжком; резиновое лицо Райдена (с дурацкой прической, да); тот факт, что героя называют Джеком (а Босс зовет его исключительно так), и недоразумение с «Виртуальной миссией». Текст песни явно вдохновлен конкретными темами и идеями игры – он точно не от балды написан. В песне упоминается поедание древесных лягушек; фраза «на моем веку» подчеркивает акцент на уникальной политике и проблемах эпохи; а «Я отдаю свою жизнь. Не за честь, а за тебя, Пожиратель змей» – это в точности то, что решит сделать Босс. Это совсем не бессодержательная песенка. Ее создание наверняка согласовали с Хидео Кодзимой, поскольку Норихико Хибино – всего лишь музыкант, и вряд ли бы его озарило откровение, раскрывшее все тонкости сюжета и тем игры. Разумеется, ему о них поведал Кодзима. Вероятность того, что самая важная строчка песни не имеет никакого отношения к игре, не то что менее правдоподобна, чем альтернативные версии, но вообще практически нулевая.[94]

Мысленное упражнение

Если вы никогда не писали собственных сочинений, возможно, вам трудно понять, насколько в них все продумано. Персонажи не говорят, пока вы не подберете им слова. Ничего не происходит, пока вы в точности не опишете происходящее. Я предлагаю всем читателям попробовать написать короткий рассказ с диалогами, действием, сюжетными поворотами и крепкой моралью в конце. Это поможет лучше понять образ мысли писателя или сценариста.

НЕ НАЕМНЫЙ УБИЙЦА

Спустя неделю Биг Босс приступает к выполнению нового задания. На него возлагается ответственность за доказательство непричастности Америки к инциденту в Советском Союзе – необходимо усмирить военачальников, лютующих после новостей о ядерной атаке, в которой обвинили Босс. И надо доказать начальству ЦРУ, что «Лисы» все еще боеспособны и готовы действовать. Ему поручено спасти Соколова, собрать сведения о творении ученого – мобильном ядерном супероружии «Шагоход», и убить Босс, всех членов отряда «Кобры» и полковника Волгина, предотвратив тем самым Третью мировую войну. Вот почему миссия носит кодовое название «Пожиратель змей» – потому что придется покончить с отрядом, названным в честь змеи. В реальности же термин «пожиратели змей» – это жаргонное название членов спецназа сродни «зеленым беретам» и тому подобному. И восходит оно к традиции угощения змеиным мясом посетителей демонстрационных объектов специальных войск. Практика организации проведения совместных со спецназом операций и набора сотрудников ЦСО из числа лучших бойцов зародилась в ЦРУ во времена вьетнамской войны. Вот почему снято так много фильмов про элитных солдат и секретные миссии во Вьетнаме и так сильно размыта граница между официальной армейской деятельностью и сверхсекретным миром грязных делишек ЦРУ. Действие игры происходит в 1964 году, в середине вьетнамской войны, но Кодзима создает свою версию происхождения змеиного термина.

Узнав о своем чудовищном задании, Биг Босс говорит майору Зеро, что он «не наемный убийца». Учитывая, что в будущем ему уготовано стать «Легендарным наемником», это служит напоминанием о том, что пока он относительно невинен. И не похож на циничного и безэмоционального Солида Снейка, называющего себя в Metal Gear Solid 4 «старым убийцей, нанятым, чтобы сделать очередную грязную работу». Перед тем как Босс сбрасывает его с моста, Волгин спрашивает у нее, пойдет ли Снейк с ними, на что получает ответ, что пока он им не подходит, что он «все еще дитя, слишком непорочное для „Кобр“» и что он «пока не нашел эмоцию, которую должен нести в бой». Кодзима пытается донести до нас суть различными способами. Помните, что метанарратив здесь в том, что его трансформация аллегорически отражается через Биг Босса, так что бессмысленно было бы делать его озлобленным и безразличным к произошедшему.

КТО ТАКИЕ «ПАТРИОТЫ»?

Мы узнаем о паре шифровальщиков из АНБ, которые некоторое время назад перешли на сторону Советского Союза и теперь действуют как кроты, помогающие уничтожить режим Волгина. Их зовут Адам и Ева, и мы должны встретиться с [95]ними на том же самом месте, где раньше спасли Соколова. Для проверки их личности нам выдан пароль «Кто такие „Патриоты“?», ответом на который должна стать фраза «ла-ли-лу-ле-ло». Великолепный ход Кодзимы! Давайте рассмотрим его подробнее.

В MGS2 персонажи, не имевшие нужного уровня допуска, чтобы знать о «Патриотах», не могли услышать или произнести это название – вместо этого их мозг превращал произносимое слово в «ла-ли-лу-ле-ло». Все это выливалось в обескураживающие моменты, когда персонаж на полном серьезе и с ужасом в голосе произносит эту ерунду, понимая, что речь идет о самой тайной правительственной организации в мире. Сбой в программировании этих персонажей – во время исследования Райденом VR-конструкта или в подлинном восприятии людей – демонстрирует возможность «Патриотов» управлять реальностью. Но в [96][97]MGS3 это всего-навсего пароль. В аллегорическом и метанарративном смысле это тоже верно – если игрок сможет разглядеть пароль, уничтожив иллюзии Кодзимы, то обнаружит скрытую информацию. А для тех, кто не поймет, это будет прикольная отсылка к какой-то бредятине из предыдущей игры.[98]

Подумайте, что значит эта «шутка» в качестве серьезного сюжетного элемента игры. Неужели мы должны воспринимать ее как намек на то, что вот эти персонажи из 1960‐х каким-то образом контролируют определенные аспекты антиутопической системы управления, в которой после их смерти оказались заперты Райден и информационный мир двадцать первого века? Ну это просто смехотворно. Как можно такое допустить? Да это даже не рассматривалось. Такой маленький и, казалось бы, безобидный пароль был пасхальным яйцом для тех, кто понял, о чем идет речь. Позже мы увидим, что это не совсем так и что его присутствие в игре было обоснованным.

ДОБРОДЕТЕЛЬ И ПРЕДАННОСТЬ

Нейкид Снейк пробирается сквозь темные джунгли, пока не натыкается на стоящего на поляне оседланного белого коня. Он принадлежит поджидавшей героя Босс. Вместо того чтобы прикончить его на месте, используя элемент неожиданности, она окликает героя из-за спины и говорит, что смерть пока не готова к нему. Эта фраза говорит о том, что она руководствуется религиозными или суеверными убеждениями. Он поворачивается, чтобы прицелиться в нее, но опускает оружие. Они не хотят убивать друг друга. Снейк спрашивает, что она тут делает, но Босс вмиг оказывается рядом и снова обезоруживает его, как на мосту. За долю секунды разбирает пистолет и выкидывает его части в высокую траву. Она велит ему возвращаться домой, уверяя, что у его миссии нет ни единого шанса на успех. «Босс!» – кричит он, поднимаясь на ноги. Даже после того как она перешла на сторону СССР, сорвала его миссию, чуть не убила и теперь снова противостоит ему, Снейк по-прежнему считает ее своим лидером. Но он все равно нападает на нее с голыми руками – и вновь оказывается на земле. Босс говорит, что она больше ему не хозяйка и что здесь не нужно доказывать свою добродетель, потому что это не Америка – еще один полемический укол, подразумевающий, что США обожают показуху. Она достает необычное ружье с двухбарабанным магазином и без ствола и выпускает длинную очередь в находящийся рядом сбитый самолет, взрывая его. Пламя освещает темные джунгли. Босс говорит, что это привлечет внимание и что он должен бежать обратно за границу и исчезнуть. Поверженный и растерянный, Снейк находит в себе силы только спросить, почему она переметнулась.

«Я не делала этого, – твердо заявляет Босс. – Я верна до конца. Верна своей цели. А что насчет тебя, Джек? Что ты выберешь? Верность своей стране или верность мне? Свою страну или старую наставницу? Свою миссию или свои убеждения? Долг перед отрядом или личные чувства? Ты пока не знаешь правды, но рано или поздно тебе придется сделать выбор».

Кодзима загадывает загадку. Как это Босс не перешла на сторону противника? Каким образом можно оставаться «верной» своей «цели», если это означает нарушение всех данных клятв и борьбу с собственной страной? Какой пример Босс подает? Очевидно, что примером является она сама: именно ей Снейк хочет подражать. Мы должны задуматься о том, как пойти по ее стопам. Если кратко, то она говорит нам, что выбор остаться верным своей стране, нашей миссии, нашему долгу и нашему отряду означает крах Босс, нашей наставницы, наших убеждений и чувств. Полагаю, верно и обратное: выбрав Босс, нашу наставницу, наши убеждения и наши чувства, мы уничтожим свою страну, свою миссию, свой долг и собственный отряд.

Только давайте не будем воспринимать это буквально. Случайные повороты судьбы, столкнувшие Биг Босса с его наставницей, не имеют никакого значения, потому что они вымышлены и существуют только по велению Кодзимы. Он использовал надуманную и неправдоподобную логику, исключительно чтобы прийти к этой чрезмерно драматизированной сцене. Ему хотелось запечатлеть это затруднительное положение, в котором оказался Биг Босс, а остальное придумано, чтобы добраться до него. Не нужно быть Томом Клэнси, чтобы понять, какой бред творится на экране: президент Джонсон и Хрущёв улаживают свои разногласия, организуя секретную миссию по убийству Босс, чтобы доказать, что Америка не взрывала ядерную бомбу. А потом доверяют ее выполнение новичку, надеясь, что фанатичных русских генералов устроит такой поворот событий. Какая же чушь. Но Кодзиму реализм не сильно заботил, и он даже не пытался найти самую логичную подводку к происходящему. Он хотел построить весь сценарий вокруг этих отношений, которые послужат аллегорией и зародят идеи, которые воплотятся в жизнь в процессе нашего путешествия по подтексту.

«Я не жду, что ты простишь меня. Но и победить меня ты не сможешь. Ты слишком хорошо меня знаешь». Она садится на лошадь и готовится ускакать, пока солдаты не успели сюда добраться. Указывая пальцем на Биг Босса, она обращается к его подсознанию: «Просто посмотри на эту бандану. Если ты не можешь оставить прошлое позади, то долго не проживешь». Действительно, на Биг Боссе та же самая бандана, что была на Босс во время их встречи на мосту. Своей у него тогда не было. Он сорвал ее с головы противницы, когда полетел с моста и позже использовал как перевязь для сломанной руки. То, что теперь он сам носит эту бандану, – явный признак того, что ему хочется быть похожим на Босс, а может, и быть с ней. Ее заявление еще раз подчеркивает, что придется забыть о дружеском прошлом, если он хочет спасти свою страну, отряд и все, что ему дорого. Он должен относиться к ней как к врагу, пусть для этого и нет никаких веских причин.

СТВОЛЫ И ДЕВУШКИ

Босс ускакала, и джунгли теперь кишат советскими солдатами, так что Снейку не остается ничего другого, как продолжить путь к развалинам, где он в прошлый раз встретил Соколова. Теперь ему предстоит встретиться с шифровальщиком АНБ Адамом. Но вместо Адама его застает врасплох девушка, зовущая себя Евой. Она, похоже, не знает ответа на вопрос: «Кто такие „Патриоты“?», но зато знает, как мастерски расстрелять советских охранников, устроивших засаду. Ну как после такого ей не доверять? Она – белокурая секс-бомба, лихо гоняющая на мотоцикле, и если игроки были внимательны, то распознают в ней девушку, которая находилась в вертолете с Волгиным, когда он стрелял из «Дэви Крокетта». Ее волосы больше не зализаны назад, а красиво ниспадают на плечи и великолепно прорисованы (учитывая мощности PS2, конечно). И вместо опрятной женской униформы на ней теперь кожаные перчатки и высокие мотоциклетные ботинки, а когда она соблазнительно расстегивает молнию своего комбинезона до самой талии, нашему взору предстает кожаный бикини-топ. Во время расспроса она слишком уж уклончиво отвечает на вопросы Биг Босса о том, куда же делся Адам, дарит угрюмому герою шикарный пистолет и предлагает поддержку по рации. Опять же – как после такого не доверять красавице? Если игроки что-нибудь знают о шпионских триллерах и красивых девушках, то поймут, что попали в натуральную бондиану. Ева отлично справляется с ролью сексуальной красотки, держа планку, установленную Мэрил Сильверберг на Шэдоу-Мозесе. Но она не трясущаяся девочка, боготворящая нашего героя, пытающаяся на каждом шагу произвести на него впечатление, нет – Ева дерзкая, опытная, сладкоречивая и стреляет без промедления. Это с лихвой компенсирует воспоминания о душных разговорах с Роуз на Биг Шелл – в этом и суть. Создав столь привлекательную подружку для Биг Босса, Кодзима показывает, что Роуз получилась такой не потому, что автор выдохся. Он в любой момент может сотворить очаровательную героиню, и ему это как два пальца об асфальт. А значит, за созданием Роуз стояли совсем другие причины и о них стоит задуматься.

Эта сцена не стесняется всячески подчеркивать сексуальность Евы, и игроки могут наслаждаться аппетитными изгибами ее тела от первого лица, зажимая в определенные моменты кнопку R1. До сих пор Кодзима давал возможность посмотреть на происходящее от первого лица в немного других обстоятельствах – например, для того чтобы рассмотреть призрака, появляющегося рядом с Босс. А здесь это бесстыдная объективация, и работает она чертовски хорошо, потому что Ева должна соблазнить и покорить героя своей красотой, а не сухой логикой. Если и игрок вожделеет ее – супер, синхронизация прошла успешно. Она противопоставляется Босс, встреча с которой произошла совсем недавно. Снейк не хочет свою наставницу, да и изображена она не как модель журнала для взрослых. Это вульгарное и ни к чему не обязывающее веселье, и, боже, как же приятно за этим наблюдать после вызывающего мигрень постмодерна прошлой игры!

То же самое касается и пистолета, который она ему предлагает. Снейк постоянно украдкой бросает взгляд на ее фигуру, но при этом старательно отводит глаза, и сидя на кровати, попыхивает сигарой, но как только видит пистолет, тут же выпрямляется – взгляд прикован к оружию – и бросает сигару. Теперь уж не до полуголой красотки, пистолетом он очарован сильнее, только что слюни на него не пускает. Биг Босс в один миг замечает полдюжины сделанных на заказ модификаций и описывает каждую из них. Это для серии как-то необычно и неожиданно. Солид Снейк в оружии разбирался и уважал его, но не более. Райден вообще о своем арсенале практически не говорил. А вот Биг Босс помешан на оружии. Это еще больше ассоциирует его с аудиторией, для которой игра и задумывалась: влюбленные в оружие убер-американцы, патриоты с собственным арсеналом, желающие поиграть за крутейшего Биг Босса. В Японии владение оружием находится под запретом, и мысль о том, что у обычного человека может найтись тайник с модифицированными пистолетами, немыслима. Для них американская оружейная культура может быть крутой в мыслях, но это все детские фантазии, не имеющие к их реальности никакого отношения. А когда у персонажа стояк на «удлиненный спусковой крючок с [99]нескользящими канавками» – это пародия на американскость. Какие стереотипы об американцах известны во всем мире? Они любят размахивать звездно-полосатым флагом, одержимы сиськами и блондинками и по любому поводу выхватывают оружие. Такую шутку оценят в любом месте планеты!

Биг Босс, очевидно, притомился, и Парамедик (член нашей команды поддержки) приказывает ему поспать. Он и засыпает под бдительным присмотром новой знакомой. Мы видим, как она ускользает наружу и делает вызов по рации – у нее, оказывается, портативный радиопередатчик в портфеле, но мы не слышим, с кем и о чем она говорит. Когда Биг Босс просыпается, то здание оказывается окружено отрядом Оцелота. Ева удивлена и совершенно этому не рада, и вскоре мы понимаем, что они не в сговоре – связывалась она вовсе не с ним.

ВЫСОКОЕ ИСКУССТВО

Игрокам дана полная свобода действий – они могут разобраться с врагами по своему усмотрению. Ситуация непростая, и вражеские силы многочисленны, но у нас есть много способов дать отпор. На этот раз с Оцелотом ничего сделать нельзя. После уничтожения его отряда начинается кат-сцена, в которой Оцелот хватает Еву, приставляет ей к горлу нож и начинает насмехаться над Биг Боссом. За шлемом, маской и застегнутым комбинезоном пол Евы распознать сложно, и Оцелот обнаруживает, что она женщина, схватив ее за грудь и заметив ее парфюм. «Надушилась, сука!» – восклицает он. Да это же начало его карьеры в должности садиста-женоненавистника! Но его настоящая цель – Биг Босс, и он хорошо того запомнил. Надрав в прошлый раз Оцелоту задницу, наш герой сказал, что техника стрельбы майора больше подходит для револьвера. Как мы можем видеть, Оцелот прислушался к совету – в его руке именно такой пистолет. Такой, да не простой! Дорогущий револьвер, с ажурной гравировкой по всему корпусу. Правда, не стреляет. Оцелот пытается прикончить Биг Босса, но револьвер раз за разом дает осечку. Биг Босс смеется над неудачливым стрелком и говорит, что у того кишка тонка, чтобы его убить. Когда пистолет в очередной раз дает осечку, Ева пользуется этим и выполняет весьма впечатляющий, достойный американской чирлидерши, высоченный удар ногой прямо в лицо Оцелота. Затем она ударом ногой с разворота сбрасывает его со здания и совершает эффектное сальто, приземляясь прямиком на сиденье мотоцикла. Когда Оцелот встает и достает нож, девушка заводит двигатель и делает один из самых нелепых трюков в истории франшизы. Ева подъезжает к нему, бьет передним колесом в лицо, въезжает вверх по его телу и, оттолкнувшись задним колесом от его физиономии, делает сальто на мотоцикле, отправляя Оцелота в воздух, после чего приземляется на переднее колесо. И в завершение этого Ева не глядя (или даже не видя – она же в шлеме) легко и непринужденно ловит вращающийся падающий нож Оцелота.

После этого нелепого представления Оцелот (со следами от протектора шин на физиономии) убегает, а Ева пытается выстрелить ему в спину. Биг Босс отводит ее пистолет в сторону и говорит, что не нужно его убивать, ведь Оцелот еще мальчишка. «Пожалеешь, что остановил меня», – говорит она. И тут понимает, что ей нужно опередить Оцелота и вернуться на базу первой, поэтому она резко разворачивается, въезжает по металлической лестнице и взлетает в небо в слоу-мо, сопровождаемая оглушительным ревом, добавленным, потому что так круче. Высота, на которую она поднимается, невероятно абсурдна, но так и впрямь круче! Очевидно, о реализме речь сейчас не идет. Она приземляется на крышу соседнего здания и съезжает с другой стороны, протаранив ранее закрытые железные ворота и открыв для Биг Босса новый путь.

Вот это бомбическая сцена, да? Тут и важные для сюжета события, и раскрытие персонажей, да и она просто чертовски увлекательна, одно удовольствие смотреть. Но не стоит считать, что вся игра задумывалась в таком стиле. Сальто, полеты и слоу-мо-безумие ранее были уделом киберниндзя, но здесь невозможное вытворяет изящная девушка, а мы должны кивать головой и говорить: «Ну да, разумеется, обычное дело». Если бы это был другой режиссер или сценарист, это можно было бы списать на их стилистические предпочтения, но это же Кодзима, который в курсе, что вещи имеют вес. Он знает, что тела при падении на пол издают громкие звуки, и пользуется этим – например, когда Солид Снейк спрыгивает из вентиляции в камеру главы DARPA. В отличие от Рюхэя Китамуры, он правила физики уважает. И нарушает их только тогда, когда пытается показать что-то нечеловеческое или сюрреалистическое. Увиденное относится к категории «сюрреалистическое».

СОКРЫТОЕ ВО ЛЖИ

Как только мы пересекаем кишащее крокодилами болото, с нами связывается Ева. Биг Босс говорит с ней о перебежничестве, все еще не в силах понять, как человек может пойти на такое. Ева рассказывает ему о том, что теперь видит мир, как видят его разведслужбы. «И люди, и страны меняются под влиянием окружения. И под влиянием времен».

«Похоже на то, что говорила Босс», – отвечает он.

«Между этой страной и Америкой колоссальная разница. Но это всего лишь разница позиций. Разница в точках зрения. Попав сюда, я кое-что осознала. Половина того, что мне говорили, была чистейшей и абсолютной ложью… А другая половина – ловко скроенной ложью».

«Но где же тогда правда?»

«Она скрыта во лжи».

Если бы мы были такими наивными, чтобы представить, что в диалоге между вымышленными персонажами найдется место причудам и неловкостям разговора настоящих людей… Да, здесь можно было бы увидеть двух шпионов, ведущих интимный разговор, пытаясь не сболтнуть лишнего. Диалог получился неловким и со странным изложением мыслей. Замечание о взгляде на вещи с точки зрения врага, несомненно, является одной из тем игры, но часть о ловко скроенной лжи и поисках в ней правды – чистейшей воды метакомментарий. Этот разговор ни во что не выльется, и к нему больше не вернутся, так что на развитие персонажей и последующие события он никакого влияния не окажет. Мы так и не узнаем, что Ева имела в виду, говоря о лжи и поиске правды в ней. Это не часть сюжета, а часть метанарратива. Только посмотрите, как Кодзима ведет беседу к завершению. Биг Босс спрашивает Еву, не лжет ли она сама, получает ответ, что да, возможно, потому что ее учили выдавать ложь за чистую правду. Позже мы узнаем, что она лгала о своей работе шифровальщиком АНБ, на самом деле являясь агентом другой страны, так что тут не придраться. Она предполагает, что его тоже обучали плетению лжи, но Биг Босс шокирует ее отвечая: «Нет, я… верю, потому что должен верить. Даже если все вокруг – сплошная ложь… это часть моей миссии». Ева говорит, что запомнит эти слова, и заканчивает разговор, оставив нам свою радиочастоту для связи.

Увидеть правду во лжи – это то, чего хочет Хидео Кодзима от игроков. Чтобы они заметили реальность в вымысле. Биг Боссу не дано докопаться до истины в своей роли, ему придется остаться тупым солдафоном, послушно выполняющим свою миссию. Но игроки находятся в совсем другом положении. Это уже пятая часть серии и третий большой международный релиз, и нам не пристало оставаться такими же несведущими, как прежде. Мы должны рассматривать эту историю со всей строгостью и знаниями, полученными из предыдущих игр. Обязаны мыслить критически и аналитически, и этот разговор – способ заставить нас выйти за пределы очевидного. Он разрушает иллюзию, сбрасывает камуфляж. Игра полна обмана – чистого вымысла, созданного только ради развлечения. Но в ней много и ловко скроенной лжи, известной в писательском деле как «надуманность». В следующей главе мы обсудим важность надуманности и то, как Кодзима демонстрирует уровень самоанализа, красноречиво свидетельствующий о его подходе к разработке.

УВИДЕТЬ ПРАВДУ ВО ЛЖИ – ЭТО ТО, ЧЕГО ХОЧЕТ ХИДЕО КОДЗИМА ОТ ИГРОКОВ. ЧТОБЫ ОНИ ЗАМЕТИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ В ВЫМЫСЛЕ.

10

НАДУМАННОСТЬ

Вы хотите написать историю, но всякий раз, как начинаете задумываться, в каком же направлении развивать сюжет, сталкиваетесь с щекотливыми вопросами, которые стопорят весь процесс. Ошибка дилетанта, дружище! Профессионал прет вперед, несмотря ни на что, на ходу выдумывая совпадения и отвлекая читателей от появления всяческих вопросов. Если никто не спрашивает, то какая вообще разница, что там за ответ должен быть. Правда, иногда ситуация все же выходит за рамки разумного. Причем так, что даже не самые светлые умы среди аудитории начинают хлопать глазами и предъявлять претензии. И вот тут автору стоит стать осторожнее. Следующую ложь придется тщательно продумать.

Разработать сюжет, который выстоит под пристальным взором критиков, сложно, но это может стать не самой приоритетной задачей. Теоретически в идеальной истории никакой надуманности нет. Учтено все: каждый шокирующий поворот окажется в ретроспективе неизбежным, каждый конфликт совершенно логичен, а все взрослые платят квартплату вовремя. В историях из нашей жизни нет никакой натянутости – только путь к пониманию всех обстоятельств, и крепко сбитый сюжет может попытаться воспроизвести это ощущение реализма происходящего. Но если начать вдаваться во все мельчайшие подробности, даже реальные истории способны быстро утомить собеседника, а значит, нужно сосредоточиться на главном, а остальное отдать на откуп недосказанности. Необязательно показывать и рассказывать, как персонаж добирался из одного места в другое, но логичный ответ на этот вопрос должен проистекать из наших знаний об описываемом мире. Мы сможем сделать разумный вывод и найти ответ без подсказок. Однако если писатель не смог логически обосновать, как это возможно, то ему придется сочинить удобный отрывочек, рассказывающий, как персонаж добрался до нужного места. Он может появиться в пункте назначения и отметить, как же здорово, что в глухой ночи его соизволили подвезти случайные незнакомцы. Ой, как надуманно. Но разве это хуже, чем выкинуть персонажа из произведения или отказаться от объяснений, оставив зияющую дыру в сюжете, которая до самого конца будет затягивать в себя все мысли читателей?

Если ваша цель – рассказать максимально связную историю, вернитесь в начало и снова все перепроверьте. Убедитесь, что все учтено; выстроите все так, чтобы самый правдоподобный ход сюжета оказался и самым интересным. Но если ваша истинная цель заключается в чем-то ином, типа сокрытия в подтексте личных мотивов, будьте готовы рассовывать по сюжету надуманности и расплачиваться за это.

А какова цена? Мы уже обсудили, что аллегория и полемика могут нам дать, но не поговорили о большущем минусе под названием «надуманность». Потому что вместо того, чтобы выбрать самый логичный путь из одной точки сюжета в другую, вы начинаете размышлять о том, как обставить ситуацию так, чтобы она послужила этим скрытым мотивам. Логично, что персонаж хранит свои сокровенные тайны при себе, но для аллегории необходимо, чтобы он выложил все незнакомцу, таким образом выдав аудитории ключик, отпирающий двери метафор. И тогда придется дать вашему герою странную фамилию вроде Кэбел. Или потребуется ввести в сюжет HALO-прыжок, который уколет в бок ваших конкурентов. Или придется заставить советского солдата в джунглях говорить об «автоугоне» и «городе пороков». При грамотном использовании надуманность часто выглядит мило или забавно, а персонажи могут остроумно подметить странность происходящего. А коли в истории полно аллегорий и полемики, то вполне можно ожидать появления надуманностей, которые станут темой отдельного разговора. Почему расстроенные персонажи всегда вызывают такси? Потому что история показывает, как легко в современном обществе убежать от проблем, вместо того чтобы остаться на месте и решать их – надуманность и подтекст в одном флаконе.

Это дело вкуса, но я считаю, что худшие надуманности – те, что городятся друг на друга, выдавая это нагромождение за богатую проработку мира. Это не просто малюсенькая случайность, спасающая положение, а постоянно растущий карточный домик, который развалится, если вы случайно его коснетесь или поставите под сомнение его существование. И таким положением дел печально известны фантастические произведения. Давайте вспомним, что Кодзима в глубине души – писатель-фантаст. Он создал Metal Gear только потому, что ему пришлось это сделать, а когда появилась возможность сотворить что-то новое – родил на свет Snatcher и Policenauts, и как только обрел настоящую независимость – Death Stranding. Можете что угодно думать об Уэллсе как пропагандисте, но он старался прорабатывать все тонкости своих произведений, отвечая на потенциальные вопросы читателей и не заставляя сюжет буксовать на месте. Кодзима так никогда не умел. Следующие поколения фантастов отказались от подробного объяснения происходящего и вместо этого создали жанровые тропы, которые использовали для заполнения всех пробелов в повествовании. Но Кодзима, разумеется, нашел свой путь решения этой проблемы: с помощью гигантских фолиантов любопытных фактов, мелочей и интересностей, добавленных в игру в виде опциональных разговоров или натуральных энциклопедий. Похоже, он мнит себя великим демиургом и полагает, что видеоигры позволяют ему развернуться на полную, давая возможность заваливать аудиторию огромным объемом информации где-[100]нибудь подальше от основного сюжета. Любой, кто слушал эти разговоры, подтвердит, что Кодзима любит поговорить обо всем на свете, даже о вещах, о которых мы и не подумали бы спросить. С другой стороны, он обожает подтекст и хотел бы, чтобы поклонники уделяли больше внимания этому аспекту его работ.[101]

Все это и привело к тому, что мы имеем честь наблюдать в MGS3. Это амбициозный и высокобюджетный шпионский триллер с обилием мельчайших деталей, придающих истории мира MGS потрясающую глубину, вот только изо всех сил попирающий здравый смысл, швыряющийся в нас корявыми метафорами, заставляя забыть о всех буквальностях и сосредоточиться на поиске скрытых посланий. Хидео, почему нельзя было сконцентрироваться на чем-то одном? Как он мог ожидать, что кто-то проникнется этой эпической игрой и ее многолетним багажом, если она постоянно прерывается странным самобичеванием? Но если вы смиритесь с таким стилем, есть более очевидная проблема: как с таким количеством текста понять, когда читать между строк? Это безбашенный блокбастер для подростков или глубокое погружение в психику сломленного воина? Комедия или трагедия? Мрачный урок истории или пародия на бондиану? С тех пор как он разработал свою технику повествования со скрытыми целями – то, что я и называю «Игрой в стелс», – то решил, что сможет усидеть на двух стульях и больше никогда и ни перед кем не извиняться. «Игра в стелс» дает людям то, что они хотят, при этом оставляя кое-что и ему.

11

ПОЖИРАТЕЛЬ ЗМЕЙ

Итак, предпосылки созданы, тон задан, а метанарратив набирает обороты. Мы ненадолго прервались сразу после разговора Евы и Биг Босса, в котором она признает, что является искусной лгуньей, и намекает на ловко скроенную ложь. Разговор заканчивается, и в этот момент Хидео Кодзима позволяет игре раскрыться по-настоящему – настало время стелса, шпионажа, прогулок по смертоносным советским джунглям и схваток с боссами. Никто не будет нас от этого отвлекать! Сюжет, в свою очередь, следует проверенной приключенческой формуле: в самом начале зарождаются ключевые конфликты и вопросы, которые остаются практически без внимания до заключительного акта, где появляются снова, обретая новые смыслы. Это привычно и понятно. Аудитории нужно дать возможность забыть о непростых темах и погрузиться в мир веселья, ярких персонажей и захватывающих дух пейзажей. Приключения – это причина, по которой они вообще игру купили, верно? Следовательно, автор может сколь угодно долго баловаться жанровыми условностями и демонстрировать свое непревзойденное мастерство. До тех пор пока все не вернется к исходной предпосылке и ключевым взаимоотношениям. Но до этого автор может использовать увлекательную середину, чтобы оторваться, обвести фанатов вокруг пальца и подготовить почву для невероятных сюжетных поворотов и задуманной с самого начала концовки. Это не значит, что эта середина не важна. В ней частенько встречается перечень тем, которые не вносят особого вклада в сюжет, но сами по себе весьма занятны.

Поскольку мы переходим к этой части игры, то давайте подсократим рассуждения и сосредоточимся на ключевых моментах и конкретных примерах. Но перед этим обозначим ряд поставленных Кодзимой общих целей. А затем поговорим о том, что двигало им в каждом случае и как ловко он этих целей достиг.

• Создание Волгина как поистине дьявольского злодея, какого франшиза еще не видела.

• Превращение Оцелота в персонажа правдоподобного, интересного и любимого игроками не меньше Снейков.

• Непрерывное повышение планки абсурда и сверхъестественного.

• Ответ на многие вопросы о происхождении вещей из предыдущих игр.

• Еще немного унижения любителей Metal Gear Solid 2.

• Лекции об иностранных обычаях, традициях, организациях и исторических конфликтах.

ШОКИРОВАНЫ ШОКЕРОМ

Хидео Кодзима задумал Волгина как самого омерзительного персонажа всех игр серии – полную противоположность благородного (пока что) Биг Босса и клонов‐подражателей. Конечная цель Кодзимы заключалась в том, чтобы раскрыть Биг Босса как непонятого миром героя со сложным внутренним конфликтом, поэтому его противопоставление тирану-психопату, обожающему причинять страдания, сильно облегчает эту задачу. Из речей Ликвида Снейка мы знаем, что мечтой Биг Босса было создание мира, в котором оперативников спецназа ценят и уважают, а их судьбами не распоряжаются политиканы. У Волгина, с другой стороны, никаких принципов нет. Он просто сумасшедший садист.

В сообществе поклонников Metal Gear бытует мнение, что Кодзима умеет создавать только вызывающих сочувствие злодеев. Это потому, что трагические и сломленные персонажи запоминаются лучше – разве можно забыть Снайпер Вульф и Грея Фокса? А Солидуса Снейка мы помним и уважаем, потому что в некотором смысле он оказался большим героем, чем протагонист MGS2. И все же это популярное мнение не очень справедливо, поскольку не учитывает, на что пошел Кодзима, чтобы превратить Волгина в апогей отвратительности.

Когда мы в следующий раз видим полковника, он вместе с Евой (в образе Татьяны, кроткой девушки Соколова) и «Кобрами» куда-то ведет ученого, которому мы не смогли помочь в ходе «Добродетельной миссии». Соколов колеблется и пытается сопротивляться, от чего Волгин не в восторге. Он хватает девушку и пропускает сквозь ее тело волшебные электрические разряды, заставляя ту кричать от боли. После поднимает ее в воздух одной рукой, хватает за грудь и посылает через нее напряжение такой чудовищной силы, что оно прожигает дыры на колготках Евы. Когда все заканчивается, в его взгляде нет ни капли сочувствия. Выбор прост: либо все будет, как хочет он, либо смерть. После запугивания со стороны Оцелота ученый покоряется и дает себя увести. Волгин говорит Еве, что Соколов недостоин ее любви и что с этого момента она служит полковнику.

Сравните это с поведением Ликвида Снейка, который, несмотря ни на что, просто пышет благородством. В MGS1 он даже не одобряет пристрастия Револьвера Оцелота к пыткам. Конечно, Ликвид Снейк по-прежнему коварен и источает харизматичное негодяйство, но его мотивы связаны со знанием о неправоте и вине американского правительства. И если уж на то пошло, он заботится о своих людях как о родных, пытаясь найти лекарство от их генетического недуга, и принимает решение не уничтожать ядерным зарядом крупный населенный пункт в России, не забывая о чувствах Оцелота и его русских союзниках. Нетрудно понять, что Волгин находится на совершенно другом скотоуровне. Позже в сюжете мы увидим, как полковник жестоко допрашивает Гранина – родоначальника концепции «Метал гиров», – если можно назвать избиение до смерти допросом. Ученый умирает, не успев ничего рассказать. Молодой Оцелот в шоке от жестокости Волгина и заявляет, что против подобных выходок. Но тот отвечает с абсолютным безразличием, что если кого-то что-то не устраивает, то пускай идет и докладывает властям. Шутка в том, что Волгин здесь – абсолютная власть. Плевать он хотел на мнение других, даже высокопоставленные командиры ему не указ.

А ВОТ И КОТ

Теперь возьмемся за Револьвера Оцелота. Думаю, справедливо будет сказать, что в играх серии Metal Gear он не имеет никакого аллегорического значения. По крайней мере, он не отражает какую-то часть жизни Кодзимы или его душевных терзаний. Это может показаться неожиданным, учитывая его исключительную значимость на протяжении большей части игр серии и саму суть этой книги. Многие, кстати, считают Оцелота главным героем всей франшизы – слишком уж много внимания ему уделено в каждой игре, да и во всех значимых событиях он, так или иначе, играет не последнюю (а то и ведущую) роль. Так как же увязать философию «Игры в стелс» с отсутствием подтекста в любимчике Кодзимы?

Ответ до обидного прост. Он уверенно продвигается к получению звания важнейшего персонажа всей франшизы именно потому, что не имеет аллегорического значения, олицетворяя собой ее историю без всяких подтекстов. По мере того как вера Кодзимы в способности игроков интерпретировать послания в его играх уменьшается, значимость роли Оцелота растет. Это динамика, с которой знаком каждый писатель и которая загубила многие серии: когда автор со временем начинает уделять все меньше и меньше внимания неудобным вопросам и логике повествования, он становится ленивым и призывает на помощь «костыль». Обычно это могущественный, скрытный персонаж, на которого взваливается все больше и больше обязанностей в сюжете, при этом ему даруются ему все более надуманные и поразительные способности. В совсем уж крайнем случае достаточно увидеть в кадре его силуэт, чтобы понять – вот этот тип все и спланировал. На самом деле это довольно безопасная стратегия – фанатам обычно все равно, даже если они замечают неестественность. Вместо того чтобы возмущаться тем, насколько это ленивый ход, они клюют на крутизну персонажа и загадочность всесильной, богато финансируемой секретной организации, которую тот представляет. Все же помнят Курильщика из «Секретных материалов»? К счастью, в MGS3 у Кодзимы была конкретная цель – доказать, что он при желании может создать достойную и убедительную историю, поэтому Оцелот практически не движет основным сюжетом, хотя в конце и играет снова роль тройного агента. Кодзима хотел сделать его более человечным, реалистичным и убедительным, в очередной раз бросив критикам вызов через контраст. Он решил показать, что в любой момент способен выдернуть сюжет из пучин сюрреализма и вернуть его к абсолютной нормальности или так же быстро перевернуть все с ног на голову. Это постоянное переключение между двумя крайностями должно подтолкнуть игроков к пониманию задумки автора.

Но это так и не объясняет, почему Оцелот должен был стать популярнее и круче! Проще было бы изобразить его мерзким, коварным прихвостнем, который превращается в супершпиона благодаря опыту и упорным тренировкам. Зачем делать его таким миловидным, энергичным, с фирменными жестами, мяуканьем и уморительными взлетами (буквально) и падениями (тоже буквально)? Зачем делать его центром внимания, превращая в паренька, во всех сценах перетягивающего на себя одеяло и стремящегося ни в чем не уступать окружающим его эксцентричным безумцам? Зачем постоянно строить из него конкурента Биг Босса – как в успешности, так и в привлекательности?

У этого тоже есть простой ответ, и он ближе всего подбирается к аллегорическому значению Оцелота. Как минимум, он может быть связан с душевными терзаниями Кодзимы. Впрочем, я считаю это скорее попыткой отстоять свою точку зрения, а не настоящей метафорой.

Те, кто читал «Кодзиму – гения», знают, что переводчик Джереми Блауштейн стремился локализовать как можно больше деталей сценария [102]MGS1 и делал он это без ведома Кодзимы. Мы опустим подробности этой увлекательной истории и перейдем к самому главному: в какой-то момент между Кодзимой и Блауштейном разгорелся спор касательно изменения имен персонажей, которые, как и все английские слова, классно звучали для японского уха, но, на взгляд (и слух) англоговорящего человека, оказались просто кошмарны. Само собой, Револьвер Оцелот тоже подлежал локализации, если у Кодзимы не возникнет возражений. Блауштейн и так считал этого персонажа совершенно безумным и понимал, что дурацкое имя превратит того в полное посмешище для западной аудитории. Конечно же, он был прав. При первом прохождении игры все оказались обескуражены этим именем – и это, мол, ваш первый босс? Револьвер? Оцелот? Ни с того ни с сего серьезная и мрачная история превращалась в балаган. Кодзима сразу же отверг возмутительное и оскорбительное предложение Блауштейна. Ему была ненавистна мысль о том, что такую важную деталь можно изменить по прихоти переводчика. Это подлило масла в огонь паранойи и сокрушений по поводу возможных изменений, которым могли подвергнуться его прошлые работы. Вот одна из причин, по которой MGS2 свернула на путь тотального отъезда кукухи и почему именно Револьвер Оцелот был в ней выбран новым воплощением безумия. Но в MGS3 снова следовало все кардинально изменить. Теперь предстояло превратить Оцелота в любимца публики, доказывая, что Кодзима не голый король, потерявший в MGS2 творческую хватку. Он сделал все, чтобы доказать, что может превратить Оцелота в неотразимого милашку. Даже рассказал, как появился его дурацкий позывной: в молодости тот командовал отрядом «Оцелоты», а в револьверы влюбился благодаря теркам с Биг Боссом. И правда, история Оцелота оказывается очень тесно и эффектно переплетена с историей будущего великого злодея. Слышите? Это Кодзима смеется над Блауштейном, решившим, что сможет вылокализовать имя персонажа из реальности. Теперь пропала любая возможность разделить персонажей и их имена. Кому, как не Кодзиме, знать, что происходит, когда вы интегрируете вымышленный элемент одной игры в другую.[103][104]

Чтобы внимательнее рассмотреть это в контексте и подтвердить идею продуманного контраста, важно помнить о других проектах, которыми руководил Кодзима в период работы над MGS3. Основной план был составлен одновременно с работой над Substance с ее сносящими крышу Snake Tales, а разрабатывалась она параллельно с The Twin Snakes, где с помощью умений Рюхэя Китамуры были достигнуты новые высоты несуразности. А если учесть, что MGS2 представляет собой трюк из трюков, то можно с уверенностью сказать, что на тот момент Кодзима уже вошел в творческий раж, круша все, что грозило затмить его художественные порывы, и разрушая все возможности буквального прочтения. Он будто вопил: «Забудьте о крутизне! Хватит воспринимать историю буквально! Да посмотрите же вы! На подтекст посмотрите! Кроме него тут ничего важного нет!» Наряду со всем остальным, роль Оцелота в MGS3 прекрасно иллюстрирует, что Кодзима может в любой момент выкрутить уровни упоротости на максимум и так же стремительно может сбавить обороты. И следующая встреча с Оцелотом – очередное тому подтверждение.

Это настоящая киношная дуэль – противники стоят друг напротив друга, разделенные глубокой пропастью. Но они не одни – их окружают солдаты Оцелота, вынуждая Биг Босса вступить в схватку. И дуэль очень хитроумно построена, показывая, как Оцелот учится перезаряжать свои револьверы посреди боя и использовать в нем эффектные пистолетные трюки. Он крутит и подбрасывает револьверы в воздух, как заправский уличный артист, зарабатывающий себе на жизнь. Идея того, что Оцелот умеет стремительно адаптироваться и совершенствовать свое мастерство в каждой стычке – важный сюжетный момент. Впоследствии от Волгина он перенимает пристрастие к пыткам (в том числе и электричеством) и сексуальный садизм. Помните метапризнание о «ловко скроенной лжи?» Вот так, путем надуманностей и всяческих ухищрений, личность Оцелота ретроактивно укореняется в логике мира и событиях прошлого.

Несмотря на то что мы выпустили в Оцелота как минимум несколько обойм, в следующей кат-сцене на нем ни царапины. Он совершенно спокоен и рвется продолжить перестрелку. И только появление роя шершней Боли останавливает наших героев. Пока Биг Босс тщетно пытается отогнать от себя тучи насекомых, они начинают до смерти жалить паникующих солдат. А вот Оцелоту удается остановить их с помощью крутящихся револьверов. Снова Кодзима ввергает нас в пучину комического идиотизма! Несмотря на десятки тысяч роящихся вокруг шершней, Оцелот невозмутимо отходит назад, с огромной скоростью и так и сяк крутя свои револьверы, уничтожая этим сотни насекомых, практически засасывая их воздушным вихрем. Мертвые шершни безостановочно сыпятся вниз – да ими уже вся земля покрыта! Оцелот не паникует, но его бесит, что такая славная битва оказалась прервана. В происходящем нет вообще никакой логики, скажем ей «до свидания». Его тоже должны жалить, как и всех остальных участников жужжащего фестиваля, а Кодзима еще и крупным планом показывает происходящее, чтобы мы не пропустили ни мгновения Оцелотовых выкрутасов. Очевидно, что для него это приемлемая позиция; ему опасность быть ужаленным не грозит, как долго бы это ни длилось. Биг Боссу повезло меньше, и когда он, окончательно измотанный, уже не в силах терпеть это издевательство, то прыгает в глубокое ущелье, пытаясь скрыться от шершней. Это натуральное самоубийство – там метров тридцать, не меньше.

ОТЕЧНОСТЬ И АГОНИЯ

Сразу после схватки с Оцелотом мы погружаемся в непроглядную темень большой пещерной системы. Биг Боссу повезло, и он благополучно скатился вниз по каменистым склонам, ничуть не пострадав и избавившись от смертоносных шершней. После таких безумств и буйств чувств нас внезапно лишают света и звука. Поиск выхода может занять пару минут или несколько часов, зависит от вашего любопытства. Удивительно, но пещеры густо населены ночной флорой и фауной. Мы становимся внимательны к окружающим нас мелочам. Путешествие дает нам время расслабиться и подумать. Это интимный, уединенный и приземленный опыт – мы снова переходим из одной крайности в другую. Кодзиме нужен этот контраст, и здесь это видно, как нигде. В этой спокойной обстановке можно поразмышлять о том, что только что пережили. Например, можем задуматься о том, какой же тупой была сцена с Оцелотом и шершнями.

Большинство игроков, понятное дело, не задумаются. Желающие просто получать кайф от происходящего предпочтут не задаваться вопросом о произошедшем. Они будут слепо смаковать все достоинства и недостатки, принимая все за чистую монету. А почему бы и нет? Игра предлагает большое разнообразие, классный гейм-дизайн и даже такой нестандартный эпизод. Прочие экшены, которые полагаются на топорно связанные сюжетом унылые перестрелки, подобным похвастаться не могут. Но Кодзима тут совсем не бахвалится умениями, а целенаправленно усыпляет наше внимание. Вы можете представить, как тщательно он продумывает сценарий, сначала раздвигая границы приемлемого, а затем бросая игроков в пропасть, заставляя их внимательно изучать окружение и хорошенько подумать над путем к спасению. Темп, тон и ритм.

Чем же он удивит нас дальше? Самой дебильной битвой в истории видеоигр.

Биг Босс входит в большую пещеру. Солнечный свет пробивается через дыру в своде и играет на поверхности пещерного озера, в центре которого находятся два небольших островка. Стены пестрят тенями отражений, что еще раз доказывает, как много внимания Кодзима уделяет деталям и атмосфере. Умиротворяющее зрелище. Может, сейчас даже принцесса фей из «Зельды» появится. Но спустя всего пару мгновений вокруг Биг Босса начинают роиться шершни, вынуждая его нырнуть в воду.

Нам крупным планом показывают дальний островок, а Биг Босс проплывает под водой и всплывает у ближнего. На острове пусто, и только насекомые беспорядочно жужжат в воздухе, но не собираются в плотные тучи и не загораживают нам обзор. Но как только Биг Босс ступает на землю, мы становимся свидетелями пугающей картины: шершни начинают слетаться и сливаются в один большой, плотный, вибрирующий клубок, из которого раздается возглас: «Наконец-то я тебя поймал!» Этот мерзкий хриплый голос может принадлежать только одному человеку. «Мы – сыновья Босс», – провозглашает волшебная сущность, внезапно вырываясь на свет из разлетающихся шершней. Это один из членов отряда «Кобры» – Боль. На нем ярко-желтый жилет, но в основном он облачен во все черное, включая лыжную маску на лице. Все, что мы можем разглядеть, – это опухшие, бугристые следы от укусов вокруг его глаз. Сразу после своего впечатляющего появления он выполняет неуместное колесо назад и разворачивается, рявкнув «ха!», как будто мы должны наградить его гимнастические способности аплодисментами.

Далее он представляется и делает еще несколько смешных и бессмысленных движений вроде достойных авангардного театра кружения на месте и странных пассов вскинутой в воздух ногой. «Я провожу тебя в мир невообразимых страданий!» Очередная нелепая поза, очередное бессмысленное сальто назад, и вот, тужась и громко рыча, он показывает свои телепатические способности, сгущая рои шершней вокруг своих вытянутых рук. «Начнем, пожалуй».

И вот так и начинается битва. Нет никакой слезливой предыстории о том, как Боль чуть не зажалили насмерть шершни в Уганде, ни страстной речи о роли насекомых в экологии, вообще ничего умного или актуального. Просто вызывающая истерику гимнастика и банальные угрозы – и вот мы отправляемся в бой. Его сальто и чудачества лишены всякого здравого смысла и не добавляют персонажу никакой ценности. Правда, персонажем мы можем вот это назвать, только давясь от смеха. А его не поддающееся объяснению появление – форменное оскорбление интеллекта игрока. У нас только что было полно времени, чтобы передохнуть и подумать, а теперь мы сражаемся с боссом, настолько выбивающимся из общей картины серии, что диссонанс не получится заметить, только закрыв глаза. Но не будем их закрывать, а посмотрим, что в этой битве происходит. Пританцовывая, Боль воздевает в небо пустую руку, взывая: «Томми-ган!», и ждет, пока шершни не соберутся вокруг его кулака в форме пулемета и так же молниеносно не разлетятся, оставив после себя настоящий, реальный, осязаемый, металлический, заряженный пистолет-пулемет Томпсона. Самая настоящая магия. Очень сильное колдунство. Нет и намека на то, как это можно было бы объяснить. Шершни не прилетают скопом из-за экрана в форме пулемета, позволяя подумать, что они всего-навсего притащили его из тайника, который Боль оборудовал неподалеку; они не приносят детали пулемета и не собирают его на месте; Боль не поворачивается к нам спиной, скрывая происходящее и давая волю воображению. Хидео Кодзима принял шокирующее, беспрецедентное и осознанное решение исключить все эти простые ответы из числа возможных. Поймите, что он мог дать Боли пулемет с самого начала. Но намеренное вкрапление в повествование чего-то абсурдного и было сверхзадачей – все ради усиления карикатурности. Это подтверждает и ранее увиденное: Боль появляется в пещере точно таким же образом.

Чтобы сэкономить на странице место, мы рассмотрим последний эпизод в этой битве. Это происходит в кат-сцене посередине схватки. Боль снова задорно пританцовывает и стягивает с себя маску, обнажая свою распухшую, изуродованную голову. Теперь его рот свободен, и он начинает извергать из него гигантских шершней, плюясь ими, как пулями. Эти супершершни носятся по экрану как ужаленные и наносят Биг Боссу серьезный урон. И даже грызут его изнутри, пока вы не удалите их хирургическим путем. Где, где Боль их хранит?! В легких? Да они такие огромные, что он не смог бы дышать. В желудке? С плещущимся в нем желудочным соком? Сомневаюсь. В горле? Нет, он бы не смог ни дышать, ни говорить. Физиологическая бессмыслица. Еще одна невозможность ухмыляется нам в лицо.

«Да пофиг, это всего лишь игра», – совершенно нормальная реакция, в большинстве случаев абсолютно здравая. Но нормальность определяется закономерностью, а для Кодзимы это что угодно, но не норма. Никто этого бреда не замечает. Мы не получаем никаких объяснений ни от Парамедика, ни от Евы, ни от майора Зеро. Вообще никаких, даже до смешного надуманных. Более того, мы знаем, что Кодзима прекрасно осведомлен о мантре «это всего лишь игра» и использует ее в своих коварных целях. В «Кодзиме – гении» я рассказал, каким пакостником он может быть, тыча игрокам в лицо фактом, что они просто играют в игру, чисто чтобы проверить, сколько из них пожмут плечами и продолжат спокойно нажимать на кнопки.[105]

Заканчивается битва столь же комично. Боль падает на колени, встает и начинает ощупывать свое тело, как будто чувствует что-то впервые в жизни. «Боль…» – шепчет он. Это слово повторяется еще раз и еще, в громком крике. Боль начинает падать на спину в слоу-мо, ударяется о землю и мощно взрывается, поднимая в воздух облако дыма и разбрасывая осколки. Как если бы мы победили монстра из «Могучих рейнджеров». Осколки и мертвые шершни продолжают падать в воду, а Биг Босс спокойненько плывет к выходу.

ПОГЛОЩАЯ ВОЙНУ

Если вы видели «Апокалипсис сегодня», то аллюзия от вас не спрячется. Но она намного глубже, чем кажется на первый взгляд. Вместо того чтобы произнести заключительную речь, как все нормальные боссы серии, Боль озвучивает чувство, которое с одержимостью причиняет другим. Он наконец-то почувствовал, каково это – стать жертвой своего худшего кошмара. Но именно отсутствие комментариев делает это идеальным примером подхода «Игры в стелс»: сокрытие глубинного смысла в тонких отсылках и разрозненных, на первый взгляд, фактах, а не вдалбливание его молотком в наши головы. Это дуалистический подход, призванный ввести в заблуждение и оскорбить наивных геймеров, при этом вознаграждая интеллектуалов.

О чем же тут велась речь? Невзирая на то, какой идиотской была битва – пародирующая концепцию «шизанутого босса от Кодзимы», – финальные слова Боли являются ключом к пониманию скрытого смысла. Это отсылка к полковнику Курцу и его последним словам: «Ужас… ужас…» В фильме Курц избрал ужас в качестве своего оружия, но сам почувствовал его только перед смертью. Кодзима подразумевает, что если бы полковник был боссом в Snake Eater, то звался бы Ужасом и, наверное, использовал в битвах отрубленные головы и всякие жуткие психологические приемы. И то, что переживает Биг Босс, перекликается с испытаниями Уилларда, который с новой точки зрения видит уродство войны, что навсегда меняет его. Уиллард впитал ужас полковника Курца и теперь несет его с собой, хотя технически выполнил миссию и должен чувствовать себя триумфатором. Надо полагать, антиамериканские настроения, свирепость и психоз безумного полковника стали частью Уилларда. Таков двойной (или тройной, или четверной) смысл фразы «пожиратель змей». Нейкид Снейк побеждает всех боссов, всех «Кобр», но в итоге сам становится величайшим боссом – последним боссом. Биг Боссом. Из Уилларда он превращается в полковника Курца. Теперь вы можете подобрать и самолично использовать камуфляж Боли, подтверждая процесс поглощения и трансформации. И это справедливо для всех последующих битв с членами спецотряда – о [106]них я расскажу в Приложении А: Битвы с «Кобрами».

РОЗЫГРЫШИ

Если вы надеетесь, что после такого игра сразу и навсегда вернется к нормальности, то я вас разочарую – нет, не вернется. Напротив, дальнейшие события разыграны таким образом, что постоянно обманывают наши ожидания. Выйдя из пещеры, Биг Босс глядит вверх и видит нечто странное: мимо пролетает пара неопознанных летающих объектов. Самые настоящие НЛО. [107]Они издают странный, донельзя шаблонный звук фантастических летательных аппаратов, прямо как в «Джетсонах», и освещают огнями местность. Затем быстро скрываются, и игровой процесс снова оказывается в наших руках. Дурдом, правда? Если ваш мозг не регистрирует это как намеренную попытку поразить игроков, вероятно, вы уже стали слишком безразличными, чтобы оценить такие манипулятивные штучки. Хотя, по правде говоря, многие из самых безумных идей Кодзимы на бумаге работают куда лучше, чем в реальности. Все-таки процесс игры в видеоигру нормализует увиденное. Поэтому эта книга должна вернуть их обратно на бумагу, чтобы напомнить, что это реально большие идеи. Биг Босс только что наблюдал НЛО. А в прошлой игре Кодзима заставил полковника Кэмпбелла (точнее, его глючащий ИИ-конструкт) рассказать жуткую историю о том, как его похитили инопланетяне[108]. Так, может, это и не очередная нелепица? Неужели Кодзима собирается официально подтвердить существование инопланетной жизни в своих играх? Значит, рассказ Кэмпбелла правда? Или это означает, что мы действительно находимся во сне? После Оцелотового насекомоапокалипсиса и сверхъестественных выкрутасов Боли появление настоящих инопланетян наконец-то сможет поставить точку в этом вопросе!

НЕЙКИД СНЕЙК ПОБЕЖДАЕТ ВСЕХ БОССОВ, ВСЕХ «КОБР», НО В ИТОГЕ САМ СТАНОВИТСЯ ВЕЛИЧАЙШИМ БОССОМ – ПОСЛЕДНИМ БОССОМ.

Но этому находится другое объяснение. Чтобы до него добраться, нам придется преодолеть еще одну внушительную пещеру – а значит, есть шанс передохнуть и покумекать о том, что, черт возьми, вообще тут творится, – и в следующей локации у нас появляется возможность хорошенько разглядеть эти летающие объекты. Они патрулируют мелкий ручей, через который мы должны перебраться. Оказывается, это всего лишь небольшие летающие платформы, пилотируемые вполне человеческими солдатами. Они способны устойчиво держаться в воздухе и преодолевать большие расстояния с помощью одной только реактивной тяги. А поскольку в джунглях уже наступила ночь, то комбинация жужжания двигателя и бегающего по воде света прожекторов и создает эту иллюзию визита инопланетных гостей. Нужно ли говорить, что причины появления в игре подобных устройств совершенно неважны, как неважны и их реальные прототипы, потому что значение имеет только производимый ими конкретный когнитивный эффект. Думаю, что только для этого [109]они и появились в игре.

Проскользнув мимо них, получаем еще одну дозу странности. Мы видим упомянутый ранее причал на берегу озера, где Соколова сопровождает вражеская верхушка. Давайте сначала остановимся на сцене с Оцелотом. Помните, что он запугивал Соколова? Для этого он заряжает патрон в один из трех револьверов, которые теперь носит с собой (револьверы, кажется, размножаются), и начинает жонглировать ими, каждые несколько секунд нажимая на спусковой крючок одного из них. Оцелот говорит, что проверяет, насколько Соколов «удачлив». Ученый в монокле пятится назад и в ужасе мочит штаны, но в тот момент, когда в него должен быть произведен выстрел, Босс перехватывает падающий револьвер и стреляет в сторону, каким-то образом узнав, где именно находится патрон. «На поле боя не существует удачи», – произносит она. Прежде чем отдать Оцелоту пистолет, Босс вынимает из него барабан, превращая оружие в бесполезный кусок металла. Этот прием демонстрировался уже несколько раз, и становится ясно, что Кодзима пытается донести до нас мысль о том, что обезоруживание и разборка оружия могут быть эффективнее, чем неприкрытый мачизм или пистолетные трюки. А ее слова о том, что удачи не существует, в сочетании со способностью предсказать местонахождение патрона попахивают чем-то потусторонним и мистическим. Будто она настоящая провидица. Вообще-то логично предположить, что лидер «Кобр» тоже обладает сверхчеловеческими способностями.

Кстати, насчет них. Мы наблюдаем, как Страх привозит на инвалидной коляске старца Конца. Когда она велит Страху остановить Биг Босса, тот не просто спокойно уходит – он убегает по поверхности озера. Имея некоторые познания в области свойств воды, могу уверить вас, что это физически невозможно. На деле это еще одна отсылка, на этот раз к ненавистному всеми Вампу, непринужденно бегавшему в MGS2 по поверхности океана. Кодзима в курсе, что игроки раньше считали это запредельной глупостью, в которую нельзя поверить, и тут вновь об этом напоминает. По сей день критики MGS2 припоминают Кодзиме необъяснимые библейские способности Вампа, но никого не волнует, что Страх проделывает то же самое. MGS3 это сходит с рук только потому, что она сохраняет атмосферу крутизны происходящего, будучи до предела абсурдной. Она выставляет игроков и критиков настоящими лицемерами, которым нравятся еще более глупые и неправдоподобные вещи, чем те, на которые они жаловались раньше – и это только потому, что им больше заходит атмосфера и мир новой игры. Кодзима намерен показать, что на самом деле нас волнует не реализм, а фантазии и мечты. На экране снова показывают электрические способности Волгина и призрачного члена «Кобр» Скорбь, который опять призывает непогоду из царства духов. Мы узнаем, что Конец большую часть времени натурально мертв и оживает только для того, чтобы вступить в бой. Стоит признать – очень изобретательный маневр Кодзимы. Либо игрокам придется отвергнуть все эти не имеющие смысла, но нереально крутые и культовые фишки, либо им придется признать, что по сравнению со всем этим MGS2 была абсолютно нормальной. Вместо того чтобы объяснять необъяснимое в предыдущих играх, он просто выдает все за обыденность.

МАСТЕР СВОЕГО ДЕЛА

Пробравшись сквозь доки и лежащий за ними лес, Биг Босс обнаруживает исследовательский центр, где встречает выдающегося советского конструктора оружия. Но это не Соколов. Это разгневанный ученый по имени Гранин, уставший от неуважения со стороны Волгина и соотечественников. Он сильно пьян, но это не останавливает его от поглощения все новых порций алкоголя. Гранин пьет, попутно с радостью раскрывая Биг Боссу все тайны. В этой сцене Кодзима искусно вводит в свою вселенную концепцию «Метал гиров». Оказывается, Гранин уже разработал такой танк, но Советы предпочли вариант на ракетной тяге от Соколова. Мы замечаем на столе чертежи «Метал гира Rex», и ученый показывает их Биг Боссу, объясняя всю прелесть оружия, способного перемещаться по любой местности. Герой внимательно рассматривает документы. Но самое лучшее впереди. Ученый называет свое оружие недостающим звеном между пехотой и артиллерией и сравнивает его с – набрали воздуха? – металлической шестерней («metal gear»). В оригинале Биг Босс повторяет эти слова уже с заглавными буквами в субтитрах, как будто это имя собственное: «Metal Gear…» Гранин планирует отправить чертежи своему другу в Америку, который, судя по висящей на стене фотографии, чертовски похож на Хэла Эммериха, больше известного как Отакон. Из чего можно сделать вывод, что это отец Хэла. По логике Гранина, позволив Америке получить чертежи, он заставит Советы на собственном опыте понять, почему следовало выбрать [110]его проект.

Это, без преувеличения, мастерский ход. Одной сценой Кодзима связывает воедино десятки вопросов, которые большинство игроков и не думали задавать, и превращает события на Шэдоу-Мозесе во что-то неважное, что являлось еще одной тайной целью. Сцена придает значимость холодной войне и советской изобретательности как концепциям, лежащим в основе всей франшизы, расширяя ее мир и делая его крепче. И она создает задел для того, как Биг Босс получит свой будущий козырь, и на мгновение напоминает нам о том, что мы играем за персонажа, который, как нам скажут, является воплощением зла и заслуживает только смерти… О чем легко забыть после лицезрения безудержного садизма Волгина. Сколько еще авторов могут создать пятую часть франшизы, которой уже семнадцать лет, при этом настолько превзойдя свои ранние второсортные сюжеты? Это потрясающая сценарная работа, полностью опровергающая мнение о том, что Кодзима годится только для макулатурной писанины, передирания голливудских фильмов и высокопарных сентенций. Она изящна, многозначительна и вызывает слезы счастья у настоящих поклонников его вселенной. Как если бы приквелы «Звездных войн» превзошли оригинальную трилогию стильностью, зрелищностью экшена и глубиной сюжетов.

Но Кодзима подготовил еще один подарочек от Гранина. Он заставил его упомянуть нечто под названием «Наследие Философов» – источник отчаяния конструктора. Вернее, источником является его отсутствие, потому что «Наследие» вручили не ему, а Соколову. Это бесконечный денежный запас, позволяющий Волгину лично финансировать разработку вооружения и вербовку войск. Полковник унаследовал его от своего отца, отмывавшего деньги для теневой организации, известной как «Философы». Во время разговора мы видим на экране чертежи вертолета «Ми‐24», передовых танков и прочей техники, что наглядно свидетельствует о разрушительной силе, которую такой капитал дарует своему обладателю. Сущность «Философов» пока остается в тайне, но их «Наследие» станет негласной целью игры. Это великолепное оправдание нереального превосходства войск, которыми командует Волгин, которое к тому же поддерживает традицию наличия скрытого мотива у миссии, на которую отправлен Снейк.

Когда Биг Босс снова находит Соколова и пытается его спасти, ученый отказывается ехать в Америку, понимая, что его всегда будут использовать для создания вооружения, которое принесет человечеству только великие беды. США не собираются просто так дарить ему свободу. Он измучен, несчастен и больше не хочет создавать оружие «без единого слова похвалы», которое к тому же станет «инструментом политиков». Биг Босс внимательно его слушает. В будущем он сам будет похищать/вербовать разочаровавшихся во всем ученых в свой военный рай, противостоя политикам, сдерживающим развитие науки и армии в своих корыстных целях. Соколов рассказывает, что хотел создавать ракеты и помогать процветанию человечества, но космическая гонка тоже превратилась в политический инструмент. Кодзима показывает, что ничего в нашем мире не меняется. Технологии – это не только лучшая надежда человечества на будущее, но и самая страшная угроза. В аллегории это увязано с любовью Кодзимы к технологиям и железу для разработки, способных вывести игры на новые уровни художественности и значимости для человечества, но в то же время приводящих к огромным денежным тратам и интеллектуальной, аддиктивной и бессмысленной деградации. Соколов говорит, что космическая гонка и гонка вооружений неотличимы друг от друга, и точно так же Кодзима относится к видеоиграм. Он постоянно пытается обогнать соперников, стараясь противостоять силам зла внутри индустрии.

ВОЗВРАЩЕНИЕ РАЙДЕНА

Спустя некоторое время Биг Босс поднимается в горы и добирается до точки встречи с Евой, которая передает ему ценную информацию и ключ. Соколова и все остальное тоже перевезли сюда. Но для доступа к самым ценным сведениям нужно иметь высокий уровень допуска, а для этого придется прикинуться одним живущим на базе офицером. Ева показывает Биг Боссу фотографию.

Его зовут майор Иван Райденович Райков, и он точная копия Райдена: милая женственная мордашка, длинные платиновые волосы и мальчишеская улыбочка. В кат-сцене показывается, как он прогуливается по базе, смотря прямо в камеру, словно желая посмеяться над игроками. Мы должны стащить его одежду, а затем придумать, что же делать с его лицом. Ну это удар ниже пояса! Кодзима играет по-грязному, так что придется покопаться в этой грязи.

В отличие от отсылок и аллюзий, которые мы наблюдали до этого момента, задача по маскировке под Райдена неизбежна – причем это приличный такой кусок геймплея, требующий от игрока усилий и концентрации. Это приумножает его важность с точки зрения воздействия на психику игрока, потому что все опциональное мы можем пропустить или вытеснить из своих мыслей, если оно нам придется не по нраву. Но Райденович… Райденовича пропустить не получится. Его имя, внешность и манеры принципиально важны, ведь от нас требуется найти его и под него мимикрировать. Как только заполучим его одежду, нам придется расхаживать по комплексу, делая вид, что мы – это он, не имея ни малейшего понятия, сколько придется носить эту личину – может, и несколько часов кряду. Ранее в лаборатории Гранина мы могли прикинуться ученым, надев лабораторный халат и очки, но теперь придется полностью перевоплотиться в другого персонажа. Юмор заключается в том, что Кодзима глумится над игроками, которых от Райдена тошнит, но игравших во «Внешнего наблюдателя» из Snake Tales в Substance это заденет еще сильнее. В той миссии мы играли за Солида Снейка, который вынужден участвовать в VR-симуляции в облике Райдена. Кошмар из кошмаров, экзистенциальная пытка, устроенная Солидусом – путешествующим по мультивселенной злодеем. Блин, это очень длинная история. Давайте вспомним, как Солидус там отзывается о Роуз и Райдене, чтобы понять, что Кодзима отдает себе полный отчет о происходящем в его собственной игре и ее обсуждениях:

«Отвратительные, печально известные во многих вселенных, вызывающие лишь ненависть и страх… Одно их присутствие способно уничтожить мир. Дети тьмы, на которых направлена ненависть всей вселенной. Княжна преисподней и князь хаоса. Позволь мне представить… Роуз и Джека!»

Повторюсь: во «Внешнем наблюдателе» Солид Снейк не просто встречает Райдена и обращается с ним как с занозой в одном месте – он фактически становится им и забывает себя. Это и есть пытка. Он оказывается погружен в бесконечный, бессмысленный цикл VR-миссий, которые прерываются только едким метаюмором в адрес игрока и бескомпромиссными попытками донести мысль, насколько кретинскими являются события на Биг Шелл, если воспринимать их буквально. Если у вас под рукой есть «Кодзима – гений», я предлагаю вам ненадолго прерваться и освежить в памяти раздел об этой миссии – творящийся там крышеснос стоит того. Наш напарник Отакон даже пытается достучаться до нас сквозь симуляцию и напомнить о том, что мы – Снейк и должны как можно скорее покинуть этот VR-ад через настоящее меню паузы. И вот мы играем за Биг Босса и вынуждены проделать все то же самое с помощью маскировки и подражания. И по мере того как мы все лучше и лучше узнаем этого Райкова, подлая шутка становится все более отчетливой и впечатляющей.[111]

Заполучив одежду и вещи майора Райкова, мы узнаем несколько занятных деталей. Как и Волгин, он имеет уровень допуска полковника, хотя сам всего лишь майор. Нам все-таки придется переодеться в блондинчика. Сложно устоять перед соблазном поиздеваться над ним – спасибо Кодзиме за метанарративное веселье!

Одевшись как ученый, мы можем беспрепятственно исследовать комплекс «Грозный град» и подобраться к Райкову. Если мы подкараулим его в укромном уголке и схватим, как обычно хватаем охранников, угрожая ножом, Райков сперва подскажет, как одолеть Волгина, но в конце концов ломает четвертую стену и подтверждает «родство» с Райденом. Без всякой на то причины он произносит слова «30 апреля» – день, которым его донимала Роуз в [112]MGS2. И говорит: «Мы все им расскажем… вместе…» и «Сегодня день, когда я повстречал тебя». Это прямые цитаты из концовки MGS2, обращающие внимание игрока не только на странности предыдущей игры, но и непосредственно на бесящие отношения Райдена и Роуз. Это важно понимать. Акцент на этих отношениях подтверждает и то, что Кодзима приложил свою руку к их высмеиванию во «Внешнем наблюдателе», и обесценивает все, чем мог бы похвастаться Райден. Например, тем, что был солдатом-ребенком у Солидуса Снейка, бывшего президента США. Райков – беспомощная юная игрушка в руках очередного могущественного главнокомандующего, так что аналогия вполне уместна, не так ли? Еще он произносит: «Нет, никогда его раньше не слышал», – это он говорит Солиду Снейку, решая выкинуть жетоны с именем игрока. В прошлой игре это был главный момент разрушения четвертой стены, и Кодзима решает напомнить о нем и в этой. Если хотите, можете назвать это безобидной шуткой, но на деле это сильный ход.

Если мы провозимся с Райковым слишком долго, то вынудим его дать отпор – он кидается на нас, используя знаменитое рукопашное комбо Райдена, включая запоминающийся удар ногой с разворота. Избив, оглушив, убив или еще каким-нибудь образом обездвижив его, мы притаскиваем его в раздевалку, где снимаем с него одежду и натыкаемся на торчащую перед нами очередную порцию извращенного юмора. Крупным планом нам показывают кожаные стринги Райкова – Кодзима даже убедился, чтобы была видна выпуклость от пениса. Хотите – верьте, хотите – нет, но хейтеров Райдена это заинтересует. В MGS2 был знаменитый отрезок, где Райден бегал голышом, и игроки обнаружили, что если заставить его убрать руки с паха, то под [113]ними не окажется никаких гениталий – только гладкая и блестящая поверхность. То есть над ним стебались, что у него не то что гениталий не было, но и вообще какого-либо пола – ну вы посмотрите на его лицо, телосложение и манеры и попробуйте сами понять. Возможно, Кодзима использовал паховый хват в этом эпизоде игры, чтобы напомнить игрокам о президенте Джонсоне, который точно таким же образом обнаружил, что Райден все-таки самец.

Но и это не все. Кодзима не забыл и про в прямом смысле – символизм, поместив на труселя символ молнии. «Райден» переводится с японского, как «молния», что еще сильнее связывает Райкова с Райденом. Молния на стрингах. Если вы подумаете, что этот запредельный уровень мелочности тут только для того, чтобы насолить злопыхателям, то будете правы. Такие вот дела.

Биг Босс запихивает его тело в шкафчик, но перед тем как продолжится геймплей, остается последний реверанс в сторону Райдена. Ага, на случай, если вы подумали, что все остальное было простым совпадением. На двери шкафчика висит плакат с изображением самого Райдена в его обтягивающем костюме из MGS2. Вот он – прямо перед нами. Дверь закрывается, и Райден с плаката оказывается лицом к лицу с Райковым. Процесс сопряжения завершен.

Теперь вы сможете переодеться в форму Райкова, надеть маску Райдена и обрести полную свободу и безнаказанность на объекте. Райков – не рядовой офицер, как остальные, а настоящая примадонна, которой сходят с рук и избиения, и удушение персонала, и включение сигнала тревоги. Избитые Райковым офицеры будут отдавать ему честь и благодарить за рукоприкладство: «Спасибо, товарищ майор!», а пришедшие в себя после отключки будут извиняться за то, что встали на его пути. Это избавляет команду Кодзимы от необходимости программировать уникальное поведение для всех NPC комплекса и доказывает, что Райков в самом деле неприкосновенный любимчик Волгина. И это хорошо объясняет, как Еве, маскирующейся под кроткую Татьяну – сексуальную игрушку полковника, – удается получить такой же высокий уровень доступа и свободы. Далее мы увидим, что она разгуливает по комплексу без проблем.

Благодаря маскировке Биг Босс добирается до комнаты Соколова и подслушивает его с Евой разговор. Как только она покидает комнату, он, сняв маску, заходит, готовый спасти ученого. Там Соколов произносит речь о гонке вооружений. Но разговор обрывается на полуслове – в комнату входит сам Волгин, ищущий повсюду Татьяну. Биг Босс успевает натянуть маску на лицо и отдает честь, но Волгин спрашивает, что Райков тут делает, ведь он должен ждать в комнате. Биг Босс не может ответить – у маски неподвижный рот, да и подражать голосу майора у него вряд ли бы вышло. Что-то заподозрив, Волгин резко хватает псевдо-Райкова. «Если ты думаешь, что можешь обмануть меня, то сильно ошибаешься. Я знаю майора лучше, чем кто-либо другой».

Волгин достает пистолет и наставляет его на Биг Босса. В воздухе повисает тишина… И спустя несколько напряженных секунд полковник простреливает Соколову колени! Никто не смеет его дурачить. Биг Босс хватает оружие и обезоруживает гиганта, с легкостью опрокидывает его на пол с помощью ТББ и отступает к двери. К несчастью, за его спиной появляется Босс, и он вынужден вступить в схватку c ней. По сравнению с прошлой их встречей, эти двое сражаются более-менее на равных, и Биг Босс оказывает достойное сопротивление. Но мастерство Босс выше – она обездвиживает его и срывает с бедняги маску.

«Что за нелепый маскарад? – раздраженно спрашивает она. – Смотри не привыкни. Так можно и забыть, кто ты на самом деле». Хотя это можно принять за очередную шутку, но перед нами настоящая метапытка, которая становится все более циничной и изуверской. Волгин приходит в себя и берет ситуацию в свои руки, поклявшись, что Биг Босс заплатит за то, что сделал с Ваней – Иваном Райденовичем Райковым. Образно говоря, Кодзима мстит игрокам, которые ненавидели Райдена даже после того, как поиграли за него и получили возможность – цитируя концовку MGS2 – «начать заново» с новообретенным пониманием глубинного смысла. Если для фанатов Райден всего-навсего женственная, бесполая фея – слова Кодзимы, не мои, – заслуживающая лишь избиений и унижений, то Кодзима будет потакать этим ожиданиям, но не забудет и еще раз размыть границы. Слова Босс об утере понимания того, «кто ты на самом деле», только подтверждают это и опять возвращают нас к идеям «Внешнего наблюдателя». Вы не Снейк, вы – Райден, неудачник, продолжающий мнить себя великим героем. Для игроков, которые не желают с этим мириться, это болезненный укол.

Жестокость, с которой Волгин нас избивает, не сравнима ни с чем, что мы наблюдали в серии до этого. Он получает от процесса нескрываемое удовольствие, в полной мере используя свои электрические силы, пока Босс, отвернувшись, ожидает окончания экзекуции. Биг Босс зверски измордован, из ран на его теле льется кровь, а лицо – один сплошной синяк. Этот кошмар длится практически две минуты, прежде чем герой замертво падает на пол. Он не смог ничего противопоставить Волгину. Босс уходит с печатью отчаяния на лице, а майор Оцелот с любопытством наблюдает за кровавым зрелищем снаружи – увиденное пригодится ему в будущем.

Эпизод с Райковым начинается как дурацкая хохма и заканчивается самой тяжелой и жестокой сценой на нашей памяти.

И ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ

Оставшаяся часть Metal Gear Solid 3 – это безостановочный экшен. Один за другим разрешаются важные вопросы, уверенно ведя нас к кульминации. Давайте я в двух словах расскажу, что же там происходит, а затем мы поглядим, куда это нас привело. Биг Босс просыпается в пыточной, где Волгин продолжает его истязать – вот и классическая сцена с пыткой, мы ждали, спасибо. Здесь легенда и лишается глаза, правда, совершенно случайно. После возвращения в камеру, ему удается бежать из заключения. Его преследуют; он вроде как умирает, прыгнув на десятки метров с водопада; встречает в загробном мире Скорбь и благодаря этой встрече возвращается в мир живых – Биг Босс называет это «наркоманской прогулочкой». Он встречается с Евой, пополняет запасы, подлечивает раны и возвращается в Грозный град, чтобы уничтожить «Шагоход» и Волгина. Теперь это личное. Его ловят, когда он устанавливает в ангаре взрывчатку, и вскоре начинается схватка один на один с Волгиным. Победив полковника, но не прикончив его (помните, что Биг Босс всегда оставляет в живых тех, кого следовало бы добить?), он сбегает с Евой на мотоцикле. За ними гонится вся волгинская армия, а очнувшийся амбал самолично садится за штурвал «Шагохода». В итоге Ева и Биг Босс в грандиозной схватке побеждают «Шагоход» и Волгина, после чего тот и погибает, хоть и не от их рук. Но парочку продолжают преследовать! Их загоняют в лес, где они разбиваются, а Ева получает серьезное ранение. Биг Босс защищает ее, пока они пробираются сквозь густой лес к озеру, где их ждет самолет. Все вот-вот закончится. Но прежде чем они успевают взлететь, Биг Босса настигает его наставница, готовая к последней схватке, которая поставит в этой миссии точку. У героя не остается выбора – он убивает Босс. Сделав это, он с Евой взлетает на самолете, но Оцелот тут как тут! Он врезается в самолет на летающей платформе, запрыгивает в салон и требует от Биг Босса решающей битвы. Оцелот с трудом повержен в поединке, и теперь все беды позади.

Это, без шуток, незабываемое зрелище, полное крутейших схваток и перестрелок, особенно во время потрясающего побега на мотоцикле. После увиденного ни у кого не останется ни капли сомнений, что Кодзима способен на поистине голливудские масштабы эпичности и размаха. Эмоциональные качели этого финального отрезка в разы сильнее всех событий на Шэдоу-Мозесе, а отношения с Евой и проработаны глубже, и выглядят убедительнее шашней с Мэрил, даром что формально она всего лишь шпионка-соблазнительница. Здесь есть все, чего вы только можете пожелать от игры серии Metal Gear, и даже больше – на описание всех тонкостей и деталей мне одной книги не хватит. Шанс блеснуть получают все персонажи – от Оцелота до Волгина и Скорби. Краткости ради я оставлю некоторые комментарии для Приложения А, а здесь выделю только конкретные моменты, имеющие отношение к подтексту.

ЭПИЗОД С РАЙКОВЫМ НАЧИНАЕТСЯ КАК ДУРАЦКАЯ ХОХМА И ЗАКАНЧИВАЕТСЯ САМОЙ ТЯЖЕЛОЙ И ЖЕСТОКОЙ СЦЕНОЙ НА НАШЕЙ ПАМЯТИ.

ЧЕРТЕЖИ МИРОВОГО ГОСПОДСТВА

Во время сцены пытки, в которой Биг Босс теряет глаз, Волгин начинает сыпать сведениями о «Наследии Философов». Он пытается выбить из несчастного признание, что его прислало ЦРУ, чтобы похитить «Наследие», но в процессе неосознанно обрисовывает его суть в общих чертах. Это созданный «тремя великими державами» тайный капитал в размере ста миллиардов долларов, разделенный на части, спрятанные по всему миру. Позже, когда нас застают за установкой взрывчатки, Биг Босс спрашивает, что такое это «Наследие». Высокомерный Волгин проявляет снисходительность и рассказывает. Во время двух мировых войн самые могущественные и влиятельные люди Америки, Китая и Советского Союза (и это необязательно люди из правительств) объединили свои ресурсы и умы, чтобы создать план победы над силами Оси и установления «нового мирового порядка». Он санкционирует разработку сверхсекретных операций и технологий, таких как Манхэттенский проект, ракетные технологии и отряд «Кобры». «Наследие Философов» – это финансовая база для построения и обеспечения нового мирового порядка. Это заговор могущественных, богатых, остающихся в т[114]ени специалистов – да, это технократия. Кроме того, Волгин упоминает, что с помощью этого соглашения США и СССР заполучили немецких ученых после Второй мировой войны.

Волгин объясняет, что его отец был одним из казначеев, ответственных за богатства; он сумел разработать ряд хитроумных планов, позволивших в послевоенном хаосе собрать и отмыть все деньги так, чтобы доступ к ним остался только у Советского Союза. Записи, необходимые для доступа к этим средствам, скомпонованы на одном слайде с несколькими микрофильмами, без труда помещающимся в карман. После смерти отца Волгин узнал о слайде и заполучил его, и Америка, Китай и правящая партия Советского Союза потеряли доступ к деньгам – теперь все они в руках Волгина. Используя свои политические связи и бездонный запас денег, он построил армию, крепость и исследовательский центр, а также использовал секретную шпионскую сеть, созданную в рамках соглашения, чтобы связаться с Босс и убедить ее перейти на его сторону. Он объясняет это тем, насколько «коварной» та может быть.

Волгин говорит, что раньше мир был един, но конфликт между «Философами» разорвал его на две части, под которыми он подразумевает политические и экономические блоки Востока и Запада времен холодной войны. Полковник хочет использовать свою власть, чтобы залечить этот разлом и объединить мир под своим началом. Для этого ему нужен «неоспоримый козырь», коим и стали «Шагоход» и «Кобры». Волгин готов наладить массовое производство «Шагоходов» и передать их террористам и военным группировкам, согласным с ним сотрудничать. Это бы обеспечило его полное господство. Все это звучит ну очень неубедительно и непродуманно, но теоретически такое можно было бы провернуть при наличии денег и беспрекословной преданности. Как жаль, что ни того, ни другого у него нет.

Во время сцен избиения и пыток мы замечаем несколько едва уловимых подсказок о том, что же происходит на самом деле. В обеих ситуациях присутствуют и Ева, и Босс, и Оцелот, а в ключевые моменты они переглядываются за спиной Волгина, особенно когда начинает обсуждаться «Наследие Философов». Они все хотят его получить. Ева – будучи в образе Татьяны – поймана при попытке украсть «Наследие» из подземного хранилища (о котором Волгин упоминал во время пыток), так что задача по охране богатств оказывается переложена на Босс. Когда это происходит, Оцелот ухмыляется и кивает Босс, словно зная, что она совсем не та, кем прикидывается. В этот момент игроки должны понять, что оказались в центре шпионских игр, полагая, что Ева все еще работает на Америку как крот АНБ, что Оцелот работает на советское ГРУ и что Босс на самом деле перебежчица. Вот только это все неправда, и при повторном прохождении мы замечаем, что подсказки, оказывается, разбросаны по всей игре! Держитесь покрепче. Ева работает на Китай как крот, внедренный в юности в АНБ только для того, чтобы позже перейти на сторону СССР и подобраться ближе к «Наследию», при этом действуя на этой миссии как верный Америке агент. У Босс были указания от ЦРУ перейти на сторону Волгина – разумеется, чтобы заполучить «Наследие». Оцелот тоже все это время работал на ЦРУ – его обязанность заключалась в том, чтобы обеспечить Босс поддержку, помочь свергнуть действующий советский режим, убедить новый режим в невиновности США и скрыть факт существования «Наследия».[115]

«Философы» – интереснейшая тема, которая становится только занятнее, если рассматривать ее как преемницу идей MGS2. Для этого нам придется отнестись к сюжету со всей серьезностью, что очень непросто, но стоит того. Перед последним сражением Босс рассказывает нам все, что о них знает. С ее слов, началось все с «Комитета мудрецов». Это название хорошо знакомо игрокам в MGS2, где «Комитет» был таинственной организацией, которая, по слухам, обладала властью над президентом США и практически всей мировой политикой, но все члены которой – как мы узнаем из финального поворота – «умерли около ста лет назад». Здесь этот бред разрешается с хитростью, присущей «Игре в стелс». Логика существования «Комитета мудрецов» находит подтверждение в существовании реальных комитетов по международной политике и исследованиям, таких как британский Королевский институт международных отношений или американский Совет по международным отношениям. Их влиятельные члены, часто занимающие ключевые посты в правительстве, армии, финансовой и прочих сферах, регулярно встречаются, чтобы согласовать будущую деятельность, гарантируя ее устойчивость перед угрозами народных восстаний или банального невезения. «Комитет мудрецов» также являлся тайным собранием, созванным для заключения соглашения между его членами и согласования их планов. Они создали то, что позже разрастется в «Философов» – сообщество экспертов‐технократов и социальных инженеров, преданных своему делу. Босс рассказывает, что они основали эту группу «в начале двадцатого века» (от Волгина мы уже знаем, что ее целью стало создание «нового мирового порядка»), но последний из ее основателей умер в 1930‐х годах. Значение этого мы обсудим попозже.

По словам Босс, после смерти основателей «Комитета мудрецов» остальные члены «Философов» «стали неуправляемыми», предположительно снедаемые жаждой власти, а сам комитет «превратился в свою собственную тень». Его члены грызлись между собой, потеряли из виду свои ориентиры и стали одержимы идеей нажиться на войне. «Нынешних „Философов“ больше не заботит добро или зло. Их влияние распространяется на страны и организации, так или иначе вовлеченные в любую войну. Теперь они – сама война. Вот как они действуют».

Она говорит о том, что я в главе 5 назвал «круговоротом смерти». Конфликты порождают другие конфликты, эскалации, ответные удары, и вот – цикл войны поддерживает сам себя. Отринув свою человечность, «Философы» запустили его только ради собственной выгоды. И сейчас [116]они пытаются манипулировать Биг Боссом и Босс, чтобы устранить их и обеспечить продолжение цикла смертей. Босс хочет возродить «Философов» должным образом, положить конец этому безумию и обуздать аморальных спекулянтов, управляющих миром. Она наблюдала наш мир из космоса и поняла, что не существует таких вещей, как границы или страны. Босс видит человечество единой группой, не нуждающейся в войне, и желает вернуть технократов к идеалам своего отца, убитого «Философами» за то, что он выдал дочери их тайны. Босс называет себя «последним ребенком „Философов“» и клеймит организацию «бесформенной и хаотичной», подразумевая, что теперь это аморфная прослойка людей, а не четкая, целенаправленная программа. Не комитет с уверенным лидером или на худой конец ясной целью. Это военно-промышленный комплекс.

И СНОВА, И СНОВА

Очень занятная история: в ней и есть над чем подумать, и сама по себе она захватывающая, и полемикой служит, и связывает воедино все остальные игры, но вызывает кое-какие вопросы, пробуждающие не менее занятные мысли. Например, хронология. Утверждается, что «Комитет мудрецов» созвали в начале двадцатого века – скажем, не ранее 1901 года, – а все его основатели умерли до 1940‐го. Вторая мировая война началась в 1939‐м, то есть непосредственно после их смерти. Но во время Второй мировой Босс командовала «Кобрами» с помощью «Философов», которые финансировали ее отряд и следовали ее стратегиям победы. Известно, что «Философы» сформировали денежный фонд с целью разгромить силы Оси, так что временные рамки и достигнутые договоренности вполне логичны. Но и тогда они не были хорошими ребятами. «Философы» отобрали у Босс ее сына вскоре после его рождения. Он родился в Нормандии в 1944 году на поле боя, и, чтобы его спасти, матери потребовалась срочная операция, которая наградила ее змеевидным шрамом. А раз мы знаем, что ее сын – Оцелот и что в будущем он превратится в абсолютного психопата и насильника, коварного сверх всякой меры, то можем сделать вывод, насколько извращенными были их методы и цели даже во время Второй мировой, ведь так? Ну, не совсем. Но об этом мы поговорим во второй части книги. В любом случае Босс пользовалась их благосклонностью и со своей стороны помогла им достичь их мечты – только для того, чтобы увидеть, как эта мечта превращается в [117]ненавистную ей военную машину. Она объясняет, как правительство США подставило ее в ходе операции ЦРУ в заливе Свиней в 1961 году и что ей пришлось бежать в «подполье» – предположительно воспользовавшись подпольной сетью «Философов», – чтобы выжить и продолжать получать новые задания. Год спустя Босс получила миссию непосредственно от «Философов» – убить Скорбь. Она была выполнена. Тут придется вчитаться между строк, но думаю, что в этом и заключается смысл: есть многое, что спрятано в глубинах повествования, и многое, что Биг Босс переосмыслил между концовкой этой игры и своим окончательным превращением в полковника Курца. Поэтому игрокам тоже следует немного пораскинуть мозгами и понять, как эта игра сможет ответить на все волнующие их вопросы, так мало говоря открытым текстом. Вся суть «Игры в стелс» в намеках, предположениях и подтексте.

Постойте, что-то не сходится. Если члены мировой элиты, входившие в состав первого «Комитета мудрецов», умерли от старости в 1930‐х годах, то у власти они должны были быть в конце девятнадцатого века. Мы можем предположить, что их не перебили (по крайней мере, не всех), иначе Босс бы это подметила. Кроме того, вполне логично, что они сколотили свои состояния и достигли высокого статуса задолго до того, как решили править миром сообща. А значит, свои капиталы и власть они получили в очень странных местах, и тут стоит задуматься – не скрывает ли тут Кодзима истинную сущность тех, кто мог бы быть причастен к реальному аналогу комитета. Взгляните-ка на стороны. Новорожденный Советский Союз? Еле стоящая на ногах Китайская республика? Соединенные Штаты? Никто из них не занимал доминирующего положения на международной арене и не встревал в мировую политику, если у них вообще была такая возможность. Идея того, что на рубеже двадцатого века сверхмогущественные граждане этих стран объединились для создания нового мирового порядка перед Второй мировой войной, мягко говоря, максимально бредовая. После образования Советского Союза в 1922 году в нем царил тотальный хаос и разруха; он нуждался в огромном внешнем финансировании, только чтобы не развалиться. У него были экспансионистские амбиции, но о слаженном правительстве не было и речи. Китайская республика тоже могуществом похвастаться не могла – она, как и Советский Союз, образовалась недавно, и хаоса в ней тоже хватало; в беспорядке страна оставалась на всем протяжении Второй мировой войны, так и не оказав значительного влияния на мир. По крайней мере, это Кодзима знать был обязан, поскольку Японская империя была усилена союзом с настоящей сверхдержавой той эпохи – Британией. С ее помощью Япония аннексировала Корею и имела дальнейшие великие завоевательские планы. Во время Первой мировой войны Япония выступала на стороне Антанты, а Версальский договор давал им право на часть китайских территорий, что и послужило поводом для вторжения туда. Во время Второй мировой тихоокеанский театр военных действий стал сущим адом, но к тому моменту Британия уже отвернулась от Японии, которая была вынуждена срочно обратиться за поддержкой к Германии и Италии. А Америка тогда была слишком изоляционистской и не проявляла интереса к ведению международных дел, пока мировые войны не вынудили ее обратить пристальное внимание на глобальные события и стать активным игроком на международной ар[118]ене. Ни одну из этих стран нельзя назвать «Великой державой» в 1920‐х. Все великие державы были европейскими, и об этом факте Кодзима, видимо, не знает.[119]

Реальная печальная история отношений Британии и Японии в начале двадцатого века и привела к тому, что в разгар становления Японии как могущественной мировой державы она оказалась предана, а ядерная бомбардировка со стороны Америки окончательно и жестоко подавила эти амбиции. Не кажется ли вам, что комментарий Кодзимы о смене времен и предательстве со стороны близких союзников скрыто говорит именно об этом? И если англо-японский альянс и его распад в пользу американского превосходства – волнующий Кодзиму вопрос, то разве время появления «Философов» не согласуется с эпохой технократов вроде Герберта Уэллса и Бертрана Рассела? Британия была одержима амбициями мирового масштаба и вряд ли ее можно было назвать добродетельной империей. В надежде, что к ней примкнет Америка, она возглавила Лигу Наций, а когда это не сработало, вновь погрузилась в ад военных манипуляций и установки нового мирового порядка. США были марионеткой Британии, и Япония оказалась лишь одной из многих жертв, которые они принесли, чтобы упрочить этот великий альянс.

12

МОНО-НО АВАРЭ[120]

Давайте вернемся к Босс и аллегории Кодзимы. Безусловно, в игре полно любопытных посылов и наворотов, но настоящий ее смысл заключался в том, чтобы заставить игроков сочувствовать Биг Боссу, позволяя войти в тяжелое положение ее создателя. В ней он объясняет (с помощью метафор, конечно), почему ему пришлось сделать MGS2 и что он планирует делать дальше. Я выдвинул теорию, что конфликт Востока и Запада стал замаскированным ответом на Grand Theft Auto III (игру британскую, но действие которой происходит в США, да и наибольшим успехом она пользуется там же) и что отряд «Лис» символизирует его собственную команду, рассчитывающую на получение в Konami особого статуса. Их миссия заключалась в том, чтобы показать компании, на что они способны, доказать невиновность Кодзимы после фиаско MGS2 и продемонстрировать ей свою преданность. В центре аллегории стоит Босс – женщина-загадка, олицетворяющая целый ряд идеалов и ценностей, которые нелегко оценить геймерам. Особенно западным. И это неслучайно.

Как мы поняли из главы 7, Кодзиме понадобился не просто очередной чудной персонаж – он нуждался в настоящем человечище, который стал бы энигмой, лежащей в основе франшизы. Босс должна была контрастировать с Биг Боссом, чей путь неизбежно приведет к тирании и неописуемым ужасам. Это помогает игроку понять мировоззрение Биг Босса, и нет необходимости расписывать, как его убеждения изменятся после событий игры. В отличие от него, Босс готова стать уничтоженной, опороченной, оклеветанной и забытой, если это поможет избежать международной катастрофы. Но она по-прежнему движется вперед к победе. Босс – герой-жертва, возведенный в абсолют. Ее взгляд на вещи проникновенен и многогранен, а принятие рождается не из слабости, а из силы. Она сильна, как никто, чтобы с достоинством понять и принять требования новых времен. Биг Босс – полная противоположность. Он вспыльчив, импульсивен, запутан, и он бросит вызов всему миру из-за несправедливости ее жертвы. Полная утрата иллюзий относительно мировых держав скинет его в пучины безумия и подтолкнет к мысли самому стать сверхдержавой. Он сразится со всеми, кто встанет на его пути, и сделает все, чтобы добиться почтения и власти. Биг Босс сам решит, за что сражаться – никто больше не посмеет диктовать ему условия. Если потребуется, он будет сражаться даже со сменяющими друг друга временами, станет самым ненавидимым человеком в мире и опустится до любого уровня подлости, если это принесет ему победу. Его стремление заполучить «Метал гир» – это ультимативное свидетельство того, как далеко он готов зайти. Босс по такому пути пойти не могла. Да, ей бы с легкостью удалось провернуть то же самое вместе со своими «Кобрами» и с новой силой разжечь конфликты эпохи, отвернувшись от всех и заняв свою собственную сторону. Но вместо этого Босс хотела возродить «Философов» и повернуть ход истории, опираясь на принципы и ресурсы технократов. Увы, ее мечта оказалась раздавлена, и она умерла безымянным солдатом, а все следы правды были навсегда стерты из истории. Только люди, знавшие ее лично, будут помнить оставленный ею след и сами решат, как трактовать ее поступки. Биг Боссу тяжело дается понимание идей и наследия бывшей наставницы, что отражает борьбу Кодзимы с его собственными идеалами.

В конечном счете Биг Босс создаст отряд, армию и нацию, где безымянные жертвы станут пережитком прошлого. Вместе у них хватит силы и решимости, чтобы стать независимой сверхдержавой. Он отвернется и от Востока, и от Запада и начнет стравливать одну сторону с другой, преследуя свои цели и эксплуатируя слабости и ненависть тех, кто слабее его. Мы знаем, что он станет основателем «Гончих» и обучит Грея Фокса, Ликвида и Солида Снейков и других в качестве элитных наемников, выполняющих задания по всему миру, отринув любую идеологию. Но Аутер-Хевен – это и есть его идеология, и «Гончих» нанимают, чтобы ее уничтожить. Его собственный отряд послан, чтобы его убить, и его глупый, ни черта не понимающий и не знающий клон лишает его абсолютно всего.

Может ли все это быть аллегорией? Было бы идиотизмом предполагать, что этот подтекст существовал в играх Кодзимы до MGS3. Он появился на свет в этой игре, и проигнорировать его не получится. Существует с десяток веских причин, по которым Кодзима сочинял свои сюжеты в 1980‐х, но теперь он проецирует свою аллегорию на прошлое, на свои старые истории. Времена изменили его. Крушение иллюзий, описанное в «Кодзиме – гении», заставило его взглянуть на вещи по-другому и провести параллели с полковником Курцем или Усамой бен Ладеном – выдающимся воином, перешедшим на сторону тьмы, провозгласившим свою независимость и в итоге заклейменным как террорист. А в мире аллегорий совершенно уместным выглядит и намеренное сгущение красок, и нарочитое преувеличение. Соразмерность – это не про аллегории. Вы создаете метафору, чтобы подчеркнуть едва уловимое и донести до читателя ощущения, которые не описать прямым текстом.

Но Босс тут не только для контраста. С ней мы познакомились в самом начале «Добродетельной миссии», где она связывается с нами по рации – она все-таки руководитель миссии и человек, получивший от ЦРУ разрешение на эту затею. Похоже, что Босс организовала миссию, чтобы предать вас и похитить несчастного ученого. Это шокирует Снейка до глубины души, ведь она ему как мать. Даже в конце игры он не может понять и принять ее поступки, поэтому его наставница и решает рассказать ему, как устроен этот жестокий и несправедливый мир. Во время их первого разговора Снейк упоминает, что прошло «пять лет, семьдесят два дня и восемнадцать часов», имея в виду, сколько времени прошло с момента ее исчезновения. Он зол на нее за то, что она тогда бесследно пропала, но Босс объясняет, что все это время выполняла сверхсекретное задание. Снейк плачется ей о том, что она не осталась рядом с ним, чтобы научить его «думать, как солдат». Но мудрая наставница парирует, говоря, что не может обучить его этому. «На самом деле, умения не имеют значения. Сила характера – вот что важно. Тело и дух – это две стороны одной медали. Они суть одно и то же. Я не могу научить тебя думать. Тебе придется разбираться во всем самому». И это – послание Кодзимы игрокам. Он может рассказывать им прикольные истории, ставить перед ними увлекательные задачи и подарить им целый мир для изучения, но им самим придется разобраться с тем, как все это интерпретировать с аналитической точки зрения.

Когда в конце игры Босс произносит свою финальную речь, то признает, что дала ему все, что могла. Но ему все еще чего-то не хватает, и он не может смириться со сложившейся ситуацией. Из ее же собственной винтовки «Патриот» Биг Босс убивает свою наставницу выстрелом в лицо и со слезами на глазах салютует ее могиле, на надгробии которой она значится как «патриот, который спас мир». Еве Босс доверила всю правду о произошедшем, попросив шпионку открыть истину Биг Боссу в случае, если в схватке победу одержит он. И на этот раз Ева не юлит: «Вся эта история с изменой была подлым обманом, подстроенным правительством США. Просто один большой спектакль, разыгранный Вашингтоном, жаждущим прибрать к рукам „Наследие Философов“… Выяснить, где спрятано „Наследие“, – вот что должно было стать ее величайшей миссией». Ева объясняет, что только выстрел Волгина из «Дэви Крокетта» во время «Добродетельной миссии» заставил «значительно расширить и внести коррективы» в операцию, чтобы доказать Советскому Союзу «невиновность» Америки и скрыть правду от глаз всего мира. «Было важно, чтобы об этом не узнал никто… и никогда». И это тоже аллегория, отсылающая к сложному и извилистому пути закадровых перипетий, которые вынудили Кодзиму разломать Sons of Liberty и превратить ее в постмодернистский метакошмар. MGS3 – это доказательство его невиновности в этом инциденте, ответственность за который он никогда не собирается брать. Кодзима винит во всем тупых геймеров, Джереми Блауштейна и весь белый свет – это они первыми предали его, пока он пытался подарить им их потрясающий сиквел. Если вы забыли, к моменту завершения работы над MGS1 работа над MGS2 уже стартовала – она задумывалась, как способное угодить всем (особенно американским) фанатам невероятное продолжение истории, но события, описанные в «Кодзиме – гении», в корне изменили эти планы. Речь идет не о точном соответствии каждого слова с реальными событиями, а скорее о последовательности идей, изложенных Евой. Поэтому она формулирует их именно так, пока мы наблюдаем, как Биг Босс лично встречается с президентом США и директором ЦРУ, только чтобы уйти «героем», знающим, что причиной всему – алчность и власть. Сочетание сильных, обличительных слов Евы с демонстрацией этих почестей должно вызывать в нас презрение, которое и Биг Босс будет хранить в своем сердце, задумав создание собственной империи и превращаясь в настоящую легенду среди наемников, которую уважают и боятся. Презрение, которое толкнет его к идее обретения абсолютной независимости. Да, это то же самое чувство, которое испытал Кодзима, когда ему пришлось уничтожить ни в чем не повинную Metal Gear Solid 2, которая должна была нести в мир прекрасные, важные послания и философские, интересные темы для размышлений. Вместо этого он выстрелил ей в лицо и получил пустые похвалы от критиков, которые ничего не поняли. Теперь Кодзима знает, что произойдет в реальной жизни: он выйдет из конференц-зала с повышением, доказав всем свою преданность с помощью MGS3, лишенный возможности когда-либо сказать публике правду и готовый сразиться со всем миром.

РАЙ СПУСТИЛСЯ НА ЗЕМЛЮ

В последующих играх Босс останется ключевой фигурой, а ее загадочная воля окажется в центре всех важнейших сюжетных линий франшизы. Мы проследим почему, но держать самих себя в неведении нет никакого смысла. Босс не создана невозможной для понимания, только непостижимой для склада ума рядовых геймеров или солдат. Она воплощает в себе важный принцип японской культуры, не имеющий реального эквивалента в Америке, да и на Западе в целом.

Он называется моно-но аварэ и представляет собой философскую решимость принимать все, что несет в себе смена времен, даже если мы не можем найти себе в ней места. Если переводить формально, то получается какое-то неуклюжее «печаль по вещам», означающее смешанные чувства от расставания с чем-то хорошим, необходимого для того, чтобы полюбить что-то новое. Смена времен года в Японии приносит с собой кардинальные перемены, но каждый сезон там по-своему красив. Эта философия во многом и родилась из осознания того, что каждое время года прекрасно само по себе и человек не сможет насладиться каждым из них, если будет цепляться за предыдущее. Жить настоящим, не позволяя прошлому диктовать будущее, но с теплотой вспоминать и хранить о нем память – примерно так можно описать этот принцип. О главном его символе вы, конечно же, знаете – это дивные цветки сакуры, расцветающие и живущие несколько коротких дней перед своей смертью. Можно было бы и поплакать или горько сожалеть о том, что дерево теряет свое великолепие, но красота, которая рождается из смерти, поразительнее и глубже, чем ее утрата. Для человека западного это и правда может стать настоящей головоломкой. Неудивительно, что образ цветущей сакуры встречается в японской культуре повсеместно, не только обожаем за свою очевидную красоту, но и отражает уникальный менталитет японцев, которым они так гордятся. Никто и никогда не ожидал конкуренции от крошечных островков, но Япония на протяжении веков адаптировалась к невообразимым переменам и не отставала от ведущих мировых держав, несмотря на тяжелейшие испытания, выпавшие на ее долю.

БОСС НЕ СОЗДАНА НЕВОЗМОЖНОЙ ДЛЯ ПОНИМАНИЯ, ТОЛЬКО НЕПОСТИЖИМОЙ ДЛЯ СКЛАДА УМА РЯДОВЫХ ГЕЙМЕРОВ ИЛИ СОЛДАТ.

Когда мы узнаем об этой философии, нам становится понятно, почему в «Кобрах» Босс носит позывной Радость, несмотря на то что является трагичным персонажем и обязана быть преисполнена ненависти и горечи. Она явно охвачена тоской и грустью из-за того, как все сложилось, но вместе с тем она за все признательна и даже улыбается перед схваткой с Биг Боссом. За мгновение до смерти Босс просит его нажать на спусковой крючок и в тот самый момент передает ему свою надежду. Бой проходит на большом поле белых цветов, живописно колышущихся от дуновения ветерка, показывая, что они не сопротивляются ветрам перемен. Сорванные в ходе боя лепестки взлетают и парят в воздухе, напоминая опадающие лепестки сакуры. В момент смерти Босс от рук ее ученика все цветы волшебным образом окрашиваются в розовый, а затем в красный. Невероятно мощный момент. Все чистое и непорочное отныне запятнано кровью, но помните о моно-но аварэ. Времена меняются.

А как насчет идеи того, что все эти поэтические, аллегорические образы напрямую вдохновлены словами полковника Курца из «Апокалипсиса сегодня»? Из уст полного безумца это звучит еще большим безумием, но в фильме есть момент, где он говорит о том, как однажды видел поля гардений, растущих вдоль побережья реки Огайо. Очеловечивающий его момент, показывающий, что этот военный преступник, этот «ужас», который должен сокрушить Уиллард, помнит утонченную красоту своей родины и говорит о ней с неприкрытой нежностью: «Как будто сам рай спустился на землю в виде гардений». Гардении – прекрасные белые цветы, а их гавайская разновидность похожа на цветы на поле финальной схватки. Пять белых лепестков, простых и чистых.

Но и это еще не все. Гардении несут в себе несколько значений. Вместо пересказов приведу прямую цитату со страницы Gardenerdy.com/gardenia-meaning:

«Цветы гардении означают тайную любовь, чистоту и радость. С этим цветком связаны понятия красоты и очарования. Обычно их дарят в знак признания в любви. Поэтому если у вас есть девушка или парень, в которых вы давно влюблены, но не знаете, как сказать ему/ей о чувствах, можете просто подарить букет гардений с запиской. Эти цветы славятся своим сладким и освежающим ароматом. Так как они символизируют собой любовь, непорочность, радость и красоту, их нередко используют в свадебных церемониях. В наше время родители часто называют дочерей в честь этого нежного и прекрасного цветка».

Любовь. Чистота. Радость. Красота. Вот почему полковник Курц вспоминает о них в своем кошмарном лагере смерти посреди кровопролитной войны, и вот почему этот эпизод оказал на Кодзиму сильное влияние. Он свято верит в поиск и трактовку глубинного смысла, и послание из этого фильма исключением не стало. Кодзима пронес его с собой, найдя ему применение в своей работе. Использование той же самой метафоры и косвенная отсылка на фильм связывают все воедино – для тех, кто внимателен, конечно. Молчаливый и скрытный, Кодзима хочет сказать невообразимо много, но чувствует, что не сможет использовать для этого обычные слова, и обращается за помощью к образности и «Игре в стелс». Несмотря на то что ее доброе имя оказалось опорочено самими временами, Босс любит этот мир и Биг Босса, и ее видение чисто и благородно. Радость – вот что она чувствует, отдаваясь моно-но аварэ, пусть даже ей и суждено стать очерненной и опозоренной. Сейчас мы увидим, в какую пронзительную сцену это выльется.

СИЯЮЩЕЕ НАДГРОБИЕ

Покинув Овальный кабинет, мы наблюдаем, как Биг Босс с чемоданом в руке идет по кладбищу и приближается к могиле Босс, пока Ева рассказывает о трагедии жизни безвестной героини. На улице ослепительное утро…

«Даже в смерти она будет заклеймена печатью бесчестья. Будущие поколения станут поносить ее. В Америке – как презренную предательницу без малейшего понятия о чести. А в России – как чудовище, допустившее ядерную катастрофу. Она войдет в официальную историю военной преступницей. И никто никогда ее не поймет. Это была ее последняя миссия. И, как настоящий солдат, она ее выполнила. Но я думаю, она хотела, чтобы именно ты узнал всю правду. Босс хотела жить дальше. В твоей памяти».

В этот момент Биг Босс открывает чемодан и кладет ее верную винтовку «Патриот» рядом с белоснежным надгробием. Оно сверкает светом утреннего солнца, и мы не можем прочитать, что гласит надпись на нем. Мягкий фокус и яркие лучи ослепляют, но подчеркивают символизм ее чистого надгробия – ее невинной смерти. Ева продолжает:

«Не как солдат, а как женщина. Но она не могла рассказать тебе об этом и поэтому попросила меня».

Биг Босс возлагает на оружие наставницы букет белых гавайских гардений – он несет в своей душе частичку Босс и теперь возвращает ее. Он уважает Босс как женщину, а не только как солдата. Тайная любовь гардений скрывает послание, но его преисполненная боли и моно-но аварэ истина останется запретной и забытой.

«Снейк, человечество никогда не узнает, что она сделала. Никто не узнает правду. Ее история – ее дебрифинг – будет жить только в твоем сердце».

Биг Босс медленно встает – на его лице печать грусти. Ева, продолжая повествование, начинает плакать, кладбище озаряется солнечным светом, пробивающимся сквозь кроны деревьев, и на фоне старающегося держать себя в руках Биг Босса пролетает стайка птиц. Наконец мы видим надпись на надгробии: «В ПАМЯТЬ О ПАТРИОТЕ, КОТОРЫЙ СПАС МИР». Биг Босс начинает отдавать честь и изо всех сил пытается сдержать свои эмоции, но Ева больше не сдерживается. Она рыдает.

«Все, что Босс сделала, она сделала ради своей страны. Она пожертвовала жизнью и честью ради своей родины. Она была настоящим героем. Она была настоящим патриотом».

Биг Босс продолжает отдавать честь, стараясь держаться, как подобает солдату – твердо и с достоинством, но все тщетно… По его дрожащему, перекошенному болью лицу начинают течь слезы. Он не может смириться со всем этим. Биг Босс никогда не примет ее жертву – ее «Патриотизм»[121]. Она сделала все ради своей страны, Америки, примирившись с необходимостью этого. Но он не выберет этот путь, не станет таким, как она. Мы знаем, что не станет.

13

ВЕСЕЛО И СТРАШНО

А теперь давайте обратим наш взор на Стэнли Кубрика. Не секрет, что Хидео Кодзима влюблен в легендарного загадочного упрямца. Кодзима считает «2001: Космическую одиссею» (1968) и другие фильмы примерами для подражания и равняется на великого режиссера. Кубрик любил шокировать публику, но культурная ценность его творений превосходила все ожидания; он был абсолютнейшим тираном на съемочной площадке, но пользовался глубочайшим уважением коллег; был неумолим в своем внимании к деталям и всегда знал больше, чем говорил. Понятно, почему Кодзима им восхищается!

Ну а фильм «Доктор Стрейнджлав, или Как я научился не волноваться и полюбил атомную бомбу» (1964) с легкостью демонстрирует разницу между одноклеточными и, кхм, нормальными аналитиками. В играх Кодзимы можно найти множество ниточек, ведущих к этому фильму. Помните курящего кубинскую сигару Биг Босса и драматический пролет сигарной этикетки перед нами? Так вот в фильме русский посол отказывается от ямайской сигары в пользу кубинской – понятное дело, не пристало идейному коммунисту держать во рту империалистический продукт загнивающего капитализма. Вот вам и связь с фильмом, а смысл становится кристально ясен, как только вы его посмотрите. Кодзима слишком горд, чтобы использовать прямые цитаты или перефразировать их, поэтому он хитро на них намекает. Легким движением руки бессмысленная деталь превращается в элегантную отсылку к чему-то более внятному.

В основу сюжета фильма легла концепция ядерного сдерживания – и с первой игры серия Metal Gear тоже ориентировалась на него, как на незримый источник напряженности в мире. Важность «Метал гиров» как оружия заключается в том, что они абсолютные козыри в геополитической игре сдерживания и возмездия, мастерски обрисованной и высмеянной в «Докторе Стрейнджлаве». Балансирование на грани ядерного холокоста и творящееся при этом безумие показаны в фильме Кубрика во всей пугающей красе, но в играх Кодзимы упоминаются только косвенно. Исключительно намеками.

Раз уж познакомились с Кодзимой, готовьтесь иметь дело с расплывчатостью, потому что одна отсылка к фильму может иметь аж несколько значений. Возьмем, к примеру, Револьвера Оцелота. Его постоянно кидает из комичности в смертельную серьезность, совсем как маниакальных чудаков из фильма, которые, начиная Третью мировую войну, несут какую-то чушь о фторе в воде и не в силах сдержать похоть и желание побряцать оружием даже перед лицом конца света. Почти у всех персонажей в «Докторе Стрейнджлаве» смешные двусмысленные имена, чтобы подчеркнуть их архетип в полемическом комментарии – и Кодзима с завидной частотой этому подражает. Выходки призрачной руки Оцелота из [122]MGS2 удивительно похожи на поведение, собственно, доктора Стрейнджлава, чья правая рука одержима нацистскими порывами, с которыми ученый не в силах совладать. Рука обладает собственным разумом! Стрейнджлав даже впивается в нее зубами, когда та пытается его задушить – точно так же поступает и Оцелот, пытающийся отвоевать контроль над своей конечностью у призрака Ликвида Снейка.

Чем же еще может быть одержимая рука Оцелота, если не оммажем любимому киногерою? Его рука буквально одержима разумом мертвого персонажа, который получает полный контроль над Оцелотовым телом, как только рядом появляется его брат-близнец Солид Снейк. Для некоторых «аналитиков» все элементарно: отсылку заметили, и все – питание мозга можно отключить. А почему вообще сделан такой творческий выбор? Это оммаж, и все? Неужели мы должны поверить, что у Кодзимы так мало идей, что ему приходится воровать из киноклассики? По логике этих людей, мы должны благодарить всех богов за то, что Хидео Кодзима никогда порнографию не смотрел, иначе в его играх были бы повсюду распиханы откровенные постельные сцены. Да он же не человек, а алгоритм, который считывает данные из фильмов и подгоняет их под шаблон своих игр! Что за дела!

Неважно, что фишка с одержимой рукой могла быть вдохновлена «Принцессой Мононоке» (1997), где проклятая правая рука главного героя действует в ключевые моменты сюжета сама по себе. Но в этих фильмах персонажи не становятся полностью одержимы и не превращаются в свое альтер эго с командующим изнутри призраком. Никому из них даже руку не пересаживали. Это все личные наработки Кодзимы. Не исключаю, что фильмы вдохновили его, но ни один из них не диктовал логику призрачно-ручных дел в MGS2. Мы запросто можем проассоциировать небольшой порез на щеке Солида Снейка, подаренный ему Снайпер Вульф, как с MGS1, так и с «Принцессой Мононоке» – в обоих произведениях порез на щеку герою наносит так или иначе связанная с волками прекрасная воительница, которая в итоге начинает восхищаться им и влюбляется в него. Значит ли это, что Кодзима не черпал у Кубрика вдохновения, потому что либо черпал, либо не черпал, а третьего не дано? Конечно же, нет. Кодзима работает тоньше и такие вещи оставляет открытыми для толкования. События двух фильмов можно сколь угодно долго интерпретировать, и оба сильны в своем послании, но требуют от аудитории раздумий о том, как они вписываются в сложнейшую головоломку серии Metal Gear и ее выбор освещаемых тем.

АРМРЕСТЛИНГ

Так куда же нас приведет дорожка, по которой нас направляет одержимая рука доктора Стрейнджлава? Есть ли веская причина, по которой Кодзима хотел привлечь внимание к этой сцене? Думаю, что мы сможем докопаться до какого-то подобия истины. Уж мы-то будем получше, чем псевдоаналитики, предлагающие большое сочное ничего.

«Доктор Стрейнджлав» – фильм о холодной войне и ее абсурдности. Официально он значится то комедией, то сатирой, но на деле наполнен серьезными и насущными для 1964 года мыслями. Фильм открыл широкой публике глаза на многие вещи, касающиеся применения ядерного оружия, и заставил верхушку США пересмотреть протоколы его использования. Стэнли Кубрик буквально изменил своей «комедией» мир, а возможно, и спас от ядерной катастрофы. По крайней мере, теоретически. Фильм, кстати, выглядит не как комедия: он дотошный, логичный и познавательный. Действие никуда не спешит, тщательно копаясь в деталях всех процедур, порядке субординации и устройстве системы ядерной бомбардировки. Нам показывают все и всех: пилотов, авиабазу и командный пункт, где проводятся важнейшие совещания и принимаются решения. Хотя фильм и снят по мотивам романа-триллера, едва ли Кубрику он понадобился – в процессе работы над фильмом он прочитал пятьдесят книг о ядерной войне. И, насколько известно, не прочитал ни одной об искусстве комедии и фарса. Что-то в фильме вымысел, а что-то приукрасили, но в основном он до пугающего серьезен и достоверен. Кинолента вообще скорее достоверна, чем нет. Можно даже сказать, что это грозное предостережение, притворяющееся комедией. А это как раз то, что лучше всего выходит у сатирических произведений.

Предыдущим фильмом Кубрика была «Лолита» (1962), а последующим стала «2001: Космическая одиссея» (1968). Вообще ни разу не комедии. В первом шла речь о погрязшем в педофилии и разврате Голливуде, а во втором – об инфернальном искусственном интеллекте космической эпохи. Затем он снял «Заводной апельсин» (1971), сказав о ром[123]ане, который лег в основу сценария, следующее: «Меня восхищало в нем все: сюжет, идеи, персонажи и, конечно, язык. Разумеется, история в романе работает на нескольких уровнях: политическом, социологическом, философском и, что самое важное, на фантазийном психологически-символическом» (выделение мое). Кодзима знал эти цитаты – своих кумиров он всегда изучал внимательно. То, что абсурдизм, сюрреализм и психологический символизм названы самыми важными элементами фильма, зацепило впечатлительного японского киномана, которого отец в детстве заставлял разбирать идеи и смыслы просмотренных кинолент. Ведь иногда самые бессмысленные и пустяковые вещи таят в себе самый важный смысл. С Дэвидом Линчем знакомы? Он не только фанат Кубрика, но и еще один автор, которого Кодзима боготворит. Эти титаны кинематографа только и делали, что прятали суть произведений под завесой тайн и метафор, охотно позволяя жующим попкорн зрителям пропустить все, ради чего их фильмы затевались.

Держа все это в голове, взглянем на доктора Стрейнджлава. Кажется, что он самая комичная и неправдоподобная часть фильма, чья клоунада отвлекает внимание зрителя от серьезности его слов. Но именно здесь Кубрик ловко маскирует свой замысел, ведь комедия – лучший из камуфляжей. Он освоил «Игру в стелс» задолго до того, как на сцену вышел Кодзима. А Уэллс освоил ее, когда японца даже в проекте не было. Доктор Стрейнджлав – нацист, возглавляющий американский научно-исследовательский отдел во времена холодной войны. Вот и операция «Скрепка». Вот и НАСА, использующее инженеров смерти ради собственной выгоды и дающее им самые высокие посты. В 1964 году такие фокусы на экране – настоящий шок и повод для скандала. Одержимая рука Стрейнджлава выдает его истинное «я» и неспособность скрыть, кто он на самом деле. А надетая на нее перчатка только усиливает эту «шуточную» метафору. Он вскидывает руку в нацистском приветствии и оговаривается, обращаясь к президенту «мой фюрер». За этой глупостью скрыта тревожная реальность. Под видом лжи Кубрик раскрывает истину – что и имела в виду Ева, говоря о «сокрытой во лжи» правде. Нет сомнений в том, что Кубрик и Питер Селлерс – два еврея, чья юность пришлась на период Второй мировой войны, находили что-то противоестественное в факте потворства нацистам американской военной верхушкой.[124]

Извращенная логическая цепочка доктора Стрейнджлава в итоге приводит к идее постапокалиптического будущего – жизни под поверхностью уничтоженной планеты, – мысли ужасной и отчасти оккультной, но четко сформулированной и звучащей научно обоснованно. Такой порочной, кошмарной логикой и руководствовались научные технократы в программах селекции и евгеники. В фильме подземным обитателям предлагается беспрепятственное размножение с женщинами, выбранными специально по их половым характеристикам в пропорции «десять женщин на одного мужчину», где каждый мужчина – избранный представитель элиты, разумеется. Это стопроцентная нацистская мечта – вывести расу господ и управлять судьбами человечества, и мы видим, как она близка собравшейся в командном пункте американской элите и присутствующему там русскому послу – все одобряют идею о бесконечном совокуплении. Вот почему полное название фильма поясняет – «как я научился не волноваться и полюбил атомную бомбу», ведь для устроивших эту войну все может сложиться удачно! В конце концов, глобальный ядерный холокост дает шанс начать все с чистого листа, уютно укрывшись под землей с компанией могущественных социальных инженеров, строящих новый мировой порядок. Британским технократам начала двадцатого века очень бы понравилось! В фильме даже размышляют о психологических последствиях такого решения: например, не будут ли люди под землей настолько убиты горем и осознанием кошмарности произошедшего, чтобы продолжать жить. Доктор Стрейнджлав поясняет, что никаких ужасов не будет – только теплые воспоминания о прошлой жизни и предвкушение светлого будущего. Все это мастерски и в красках расписано, чтобы показать, как же хорошо хитрый нацист и сценаристы фильма продумали этот план. Но если отбросить мрачную реальность, стоящую за этой риторикой, то в чем же юмор? В том, что командный пункт набит полоумными кретинами? Сложно поверить, что Кубрик не знал о реально существующем движении технократов. Любой образованный человек имел представление о плане уничтожения старого мира и его возрождения под землей с последующим заселением и контролем над обществом – прямо как в «Облике грядущего». Герберт Уэллс был настоящей легендой и до, и после мировых войн – труды «отца научной фантастики» изучали все, кто интересовался футуризмом и его политическим значением.

Кубрик акцентирует внимание на том, что во время взрывной кульминации фильма коварные социальные инженеры будут в выигрышной позиции – это, кстати, финальная шутка фильма. И этот важнейший визуальный каламбур многие пропускают, не замечая его за второстепенными сюжетными линиями и растущим напряжением. А происходит вот что: в тот момент, как план нациста-технократа покинуть поверхность и начать строительство цивилизации заново принимается, он чудесным образом встает с инвалидного кресла. Почему? Потому что при новом мировом порядке начнется отбор особей мужского пола по их физическим и половым характеристикам. Встав, он в прямом смысле оказывается в «выигрышной позиции». И убеждает всех, что не стоит исключать его из генофонда и лишать радостей грядущего сексуального марафона. Возможно, все это время он ради сочувствия искусно притворялся калекой, но сбросил личину, как только казаться сильным стало выгоднее. Ну гениально же. Многие задавались вопросом, почему фильм назван в честь ученого-нациста, у которого экранного времени и реплик – кот наплакал. Он и не главный герой, и не антагонист. Так, второ-, а то и третьестепенный персонаж, никак не влияющий на основные события фильма. Его реплики запутанны, абсурдны и не имеют никакого отношения к главной теме – предотвращению ядерной войны. Можно взять и вообще вырезать его из фильма – лента от этого только выиграет. И все же в названии именно его имя на первом месте, а, казалось бы, бессмысленный подзаголовок имеет смысл только с точки зрения доктора Стрейнджлава, нациста-технократа. Мы знаем, как называется фильм еще до просмотра, поэтому все время должны ждать его появления на экране и внимательно слушать то, что он говорит. Все остальное – лишь контекст.

Юмор – это инструмент. Хидео Кодзима знает это и использует абсурдность своих игр, одновременно скрывая и раскрывая правду. Он ссылается на произведения других авторов как на дополнительные материалы, которые необходимо изучать и анализировать вместе с его собственными, или как на недостающий кусочек пазла, завершающий его работу. Это связи, имеющие собственный смысл, как серия гиперссылок на веб-странице. Заметить ссылку мало – нужно кликнуть и посмотреть, куда она приведет.

Если мы свяжем одержимую руку с «Принцессой Мононоке», то что же увидим в насыщенном подтекстом аниме? По сути, это комментарий на тему порождающего ненависть и бессмысленные конфликты противостояния идей индустриализации и богов природы. Наложенное на руку проклятие герой получает в результате встречи с одержимым ненавистью кабаном. Наделив жертву огромной силой, оно значительно сокращает срок его жизни. Герой покидает родную деревню в поисках источника ненависти и попадает в промышленную крепость, производящую в феодальную эпоху мощное огнестрельное оружие – эти оружейники сражаются с самими богами. Идея борьбы богов природы с аморальной, утратившей равновесие индустриальной цивилизацией хорошо известна в японской мифологии. Тут еще можно вспомнить про Годзиллу. В японских преданиях человечество со всей его ненавистью и войнами изображается как абсолютный источник зла и страданий, а не как жертва высшей развращающей силы вроде дьявола, искушающего добрых по своей сути людей. Жестокость и масштабы человеческих конфликтов бесконечно набирают обороты, ведя к ужасному концу, и пока эти трагедии продолжаются, восстановить искреннюю красоту и равновесие природы практически нереально.

Не исключено, что Хидео Кодзима решил сослаться на этот фильм, чтобы показать, как далеко человечество зашло в двадцать первом веке, когда его собственные ложные боги – искусственный интеллект – судят своих создателей и диктуют им будущее, руководствуясь старой извращенной логикой давно забытой ненависти. Те же люди, которые жаждали играть в бога в эпоху индустриализации и тотальной войны, до сих пор из могилы направляют наше развитие и глобальную политику. ИИ-система «Патриотов» является логическим завершением пророчества Уэллса из «Облика грядущего» – тошнотворного призыва изуродовать, изнасиловать мир, сделать его бесплодным и заменить искусственными подземными городами, управляемыми социальными инженерами. Может, и одержимая рука Оцелота – намек на то, что мерзости безбожной технократии Запада станут проклятием, которое сожрет нашу самостоятельность и свободу. Как и герою аниме, нам придется сдерживать ненависть, подчиняющую наш разум. Вероятно, Кодзима углядел ту самую связующую нить между работами Кубрика и Миядзаки: проклятую руку, одновременно символизирующую последствия выбора войны и индустриализации взамен мира и природы и раскрывающую скрытые планы ученого-нациста, мечтающего о создании нового мирового порядка, в котором нынешний мир будет уничтожен, а смерть человечества с радостью воспримется как шанс реализовать его больную фантазию. Возможно, все взаимосвязано.

ЧАСТЬ II

ВОЙНА

1

МИЛЛЕНИАЛЫ

Миллионы миллениалов выросли на играх Кодзимы, и, само собой, после выхода каждой из них на форумах и в соцсетях разгорались споры и обмусоливания каждой детали сюжетов мэтра. И все же, учитывая дотошность фанатов и все, что мы узнали из этой книги, почему до сих пор нигде не было такого подробного анализа? Я уже объяснял, что часть вины можно запросто возложить на Кодзиму, но сдается мне, здесь больше вопросов к самому поколению с его отношением к производимой продукции.

Увы и ах, миллениалы совершенно не осознают себя как поколение. У них нет ни крепкой идентичности, ни поколенческого самосознания. Им за тридцатник, но они все еще уютно дремлют в кроватке, которую течение несет по реке перемен. Куда она, туда и они. Они ждут, что вот-вот все изменится, упс, возможно, мне следует говорить «мы» – все-таки я один из этих миллениалов, – но они/мы предпочитаем ничего для этих перемен не делать и помалкивать в тряпочку. Мы никогда не чувствовали себя исключительными или значимыми. Так что именно молодому поколению, идущему за нами по пятам, приходится разжигать огонь под нашими самодовольными задницами – хорошо это или плохо, вам решать. Я наблюдал, как мое поколение кичится своей аполитичностью, бегает от серьезных отношений и обязательств и начинает покрываться волдырями от одной только мысли о владении недвижимостью. Мы ни в коем случае не хотим быть ответственными. Из домашнего уюта мы спокойненько наблюдаем за всплесками инноваций, экономическими рецессиями и прочими потрясениями – очень удобно, как будто это все происходит в другом мире. Был, конечно, «Захвати Уолл-стрит», но… В итоге все выглядело скорее как зрелищное шоу, а не как стихийный призыв к революции. Просто очередная излучина реки. И это визитная карточка миллениалов: мы просто тут тусим. Занимаемся своими делами. Народ, не обращайте на нас внимания! Продолжайте делать, что делали – у нас тут свой собственный мирок.

Вот только позиция игнора всех кардинальных перемен в обществе и мире стала важнейшим парадоксом – благодаря ей мы обрели силу. Как вы думаете, что происходит, когда целое поколение принимает комфортное, безмятежное, закутанное в клетчатый плед отношение ко всему происходящему в мире? Уж поверьте, не ничего. Равнодушие – это суперспособность в мире гиперконкурентных корпораций и программ, тратящих миллиарды долларов на прогнозы поведенческой реакции потребителей. Миллениалы – не безобидные зеваки, о нет – мы перевоплотились в бесчувственную ванильную смерть с безглютеновой косой, разрушая империи, которые больше века казались незыблемыми. Мы – атомная бомба, сброшенная на беби-бумеров и построенный ими мир. Видите ли, мы более радикальны и неоднозначны, чем нам кажется. Мы выросли в 90‐х и наслаждались теликом, кинцом и всей культурой двадцатого века так, как будто после нашей смерти все будет точно так же. Мы не знали, когда это случится, но готовились рано или поздно превратиться в копии наших родителей и стать «нормальными». Но тут вовремя подоспели крутые компьютеры, видеоигры и Интернет, так что мы переключились на них. Ничего личного. Если бы мы могли поговорить с руководителями телекомпаний, то сказали бы им: «Не уходите, пожалуйста. Обещаем, что будем посматривать ваши передачи, если сделаете что-то клевое! Честно-честно!» И остального это тоже касается. Узнавать новости из газет? Подписываться на журналы? Платить за стационарный телефон? Слушать радио? Брать фильмы в прокат? Платить за музыку? Супер! Круто, что есть выбор! Нам приятно осознавать, что все это будет всегда существовать и всегда считаться нормальным. Оставайтесь нормальными на здоровье, а мы станем самой неординарностью!

ЭТО ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА МИЛЛЕНИАЛОВ: МЫ ПРОСТО ТУТ ТУСИМ. ЗАНИМАЕМСЯ СВОИМИ ДЕЛАМИ. НАРОД, НЕ ОБРАЩАЙТЕ НА НАС ВНИМАНИЯ!

А паттерн-то проясняется. Мы думали, что мы аутсайдеры и уникумы, а наши решения не имеют аналогов, но эти решения принимались миллионами из нас. Все мы были пялящимися в монитор подростками, которых родители гнали на улицу общаться с друзьями или хоть с кем-нибудь. Неважно, слушались мы или нет – в итоге мы всегда возвращались в Интернет, чтобы почувствовать себя дома, общаясь с тысячами таких же миллениалов, которые и думали точно так же. Мы играли в онлайн-игры, различные ММО и забавные браузерки на Flash. И общались друг с другом на форумах и в чатах, как будто это был исключительно наш маленький секрет. Нашим семьям это казалось странным, и мы с радостью стали считать себя «странными». Но когда целое поколение начинает считать себя странным, то это новая нормальность. Мы завели электронную почту, банковские счета, кредитки, блоги, пиратили контент потихоньку, а частенько и платные подписки оформляли. Мы не ненавидели устоявшийся порядок вещей, но радовались, что помимо устоявшихся вариантов у нас есть из чего выбирать. Мы и не подозревали, что на своем пути рушим целые миры, каждый крах воспринимался нами как событие естественное и давно, скорее всего, назревшее. Это же не наша вина, верно?

Вина была наша. И люди, чьи миры рухнули, это знали. Думали ли мы, что это сойдет нам с рук? Разумеется, нет. Мы вообще ничего не думали. Мы позволили думать другим. И они так и сделали.

На пике миллениальской беспечности мы демонстрировали полное пренебрежение нормами и выработали собственное чувство юмора, супероскорбительное и максимально неполиткорректное. Мы орали над своими героями, креативщиками и кумирами. А еще часами залипали во флэшки Stick Fight, полные нон-секвитурного ультранасилия. Ладно, мы часами залипали в такие дегенератские штуки, что их я тут даже упоминать не стану. Мы развлекали друг друга совершенно бесплатно, потому что могли. Нам в кайф было все подряд – плевать на качество и содержание. Подавайте нам что угодно, от Homestar Runner до The Best Page in the Universe [125]и всего остального контента Веба 1.0. Если вам все это кажется нормальным, значит, вы были невнимательны: нет ничего более ненормального и странного, чем все это. Это ядерная бомба! Это апокалипсис! Бесплатная, бесконечная, децентрализованная, непредсказуемая, по-настоящему народная индустрия развлечений? Создание собственных знаменитостей, сайтов и каналов без всякой бюрократии и нужды в спонсорах? И никто не берет долю у самых успешных людей нашего поколения? Это какая-то новая серия «Сумеречной зоны». Кошмар беби-бумеров, ставший явью. Это конец.

Созданные нашим поколением вещи могли бы пару десятилетий назад стать многомиллионными франшизами. Мы росли, смотря «Сайнфелд», за каждую серию которого Джерри Сайнфелд получал по полтора миллиона долларов, сочиняя шутки, которые были, ну… чуть похуже тех, что сочинял какой-нибудь неплохой блогер (стоящий где-нибудь в середине нашего топа) в начале 2000‐х годов. Но мы делали это бесплатно. Не сомневайтесь, мир паниковал – бизнес-модель нужно было менять. Срочно.

Я вкратце упоминал об этом в «Кодзиме – гении»[126], но стоит повторить, что показатели суммарных часов просмотра Twitch, одновременных пользователей Steam, просмотров на YouTube и так далее отвечают на все вопросы о том, почему на нас все ополчились[127]. Посмотрите, к чему это привело, даже несмотря на колоссальные усилия по переманиванию, консолидации и монетизации талантов нашего поколения. Попивая латте, миллениалы смотрят и поддерживают любимых креаторов, не задумываясь о том, что происходит за пределами экрана. А меж тем небольшой команде комиков‐критиков, называющих себя Red Letter Media, ежемесячно платят 8000 фанатов, так что RLM зарабатывает около полумиллиона долларов в год – без всяких там корпоративных спонсоров, затрат на видеохостинг и зависимости от рекламодателей. А наше поколение теперь смотрит фильмы и играет в игры, только чтобы знать, о чем идет речь в роликах чуваков из RLM или сотен прочих онлайн-критиков. Просто чтобы впитать очередную порцию едкой, но забавной дискуссии.

Руководство платило Джерри Сайнфелду за продажу рекламных роликов на телевидении, но этим чувакам платят исключительно братья-миллениалы. В конце 1990‐х на свет появился созданный двумя неполиткорректными миллениалами забавный веб-комикс Penny Arcade. Разве тогда можно было предсказать, что увлечение двух нердов превратится в огромный бизнес, устраивающий собственные выставки видеоигр, способные по масштабу потягаться не только с Е3, но и с крупными музыкальными фестивалями? И компании теперь борются за возможность попасть в их видео и лайвстримы или получить места на их игровых выставках. Ну и чтобы мало не казалось, они проводят одну из самых крупных благотворительных акций. И все это создали собственными силами легкомысленные, снисходительные миллениалы. Неизвестно, в какой момент все это сделало нас врагами истеблишмента, но ситуация точно вышла из-под контроля. Конец света не наступил только благодаря тому, что Apple удачно провела ребрендинг и захватила сердечки миллениалов. Поколение Х, эти хитрые ублюдки – вот кто превратил апокалипсис в самое прибыльное предприятие в истории.

Новая наука маркетинга (включая ложное озарение, о котором я говорил в главе 6) родилась непосредственно из эппловского чуда фэн-шуйской мифологии и потребительских символов статуса. Социальные сети и взрывной рост сбора данных Веба 2.0 незамедлительно приняли эти знания на вооружение. Если раньше над миллениалами невозможно было издеваться, давить на них, запугивать, демонизировать или соблазнять, то теперь до истеблишмента дошло, что миллениалов можно подкупить модными трендами. Не задавай вопросов – покупай новую модную штуку. Это и есть река. Вместо того чтобы прилагать усилия и заставлять нас двигаться в нужном ему направлении, истеблишмент сам прокапывает русло реки смыслов на нашем пути и надеется, что мы не остановимся нигде подумать о том, что происходит на самом деле. Миллениалы не только полностью принимают тренды – по-видимому, легитимизированные в их сознании популярностью, – но и просвещают друг друга на тему новых трендовых вещей и гордятся тем, что успели вскочить на поезд тренда, пока тренд еще в тренде. Единственное, что нужно было делать инженерам поколения Х, – это обращать внимание на то, что нравится их детям, почему они привязываются к вещам, а затем строить свою работу на принципах новизны, уникальности и вирусности.

Несмотря на то что так думают почти все, миллениалы – не рабы технологий. Давайте-ка я предложу своим собратьям по миллениальству чужеродную концепцию: мы считаем себя помешанными на технологиях, но я верю, что это поверхностный взгляд на нашу суть. На протяжении целого десятилетия нас пристально рассматривали под микроскопом ведущие аналитические центры, одержимые секретом манипулирования нами, превращения нас в послушных потребителей, не замечающих извилин реки. Они пришли к выводу, что мы гиперпрогрессивны во всех отношениях: политическом, технологическом, социологическом, сексуальном и так далее. Утверждается, что мы одобряем бесконечное разрушение, включая уничтожение всех традиционных ценностей и норм. Не верю, извините. Мы не технологические наркоши. Конечно, мы радовались развитию персональных компьютеров, подаривших нам творческую свободу и возможность общаться друг с другом. И, естественно, приветствовали появление позволяющих делать то же самое карманных компьютеров, которые нам ловко всучила корпорация Apple, назвав их красивым словом «смартфоны». Разница была в том, что мобильные компы подарили нам возможность вырваться из сковывающих объятий мониторов и домашней обстановки. Но мы и вполовину не так зависимы от девайсов и гаджетов, как нам говорят. Мы все с большей настороженностью относимся к Интернету вещей и 5G-вышкам, которые растут как сорняки. А ведь у нас никто не спрашивал разрешения на их установку, и что-то я не видел исследований на предмет нарушения наших прав или действия излучения. Благодаря этому нарративу где-то по пути произошла подмена понятий. Мы должны поверить в то, что технологические гиганты – это наш любимый старший братик, когда на деле они – Большой Брат. Это должно казаться естественной эволюцией, прогрессивной и вдохновляющей, но такое положение вещей удерживает нас на этой реке, изгибы которой начали возвращать нас к централизованному контролю, цензуре и регулируемой предсказуемости.

Худшие из нас навесили на себя ярлык «нерд» как часть своей идентичности. Эти люди путают путь настоящего нерда с готовностью подчиниться технократической системе управления, скрытой за новыми блестящими девайсами. Я думаю, что два основополагающих аспекта сути миллениалов – это отвержение и информация. Вот что делает нас значимыми: наше отторжение старой системы и ее отрицание нас. Наше неприятие нарративов истеблишмента и их отвержение наших органичных нарративов. Даже наше общение друг с другом, настолько независимое и неполиткорректное, что у них скулы сводит, и информация, которой мы делимся без их постоянного вмешательства и всякой цензуры. Мы – антитехнократы, бунтари и революционеры, успевшие, пока не стало слишком поздно, бросить вызов системе, о существовании которой и не подозревали. Мы должны осознать, что каждый маленький выбор, сделанный нашим поколением, вызвал реальные последствия. Расцвет Kickstarter имеет прямое отношение к слияниям и поглощениям ворочающих миллиардами корпораций. А популярность Patreon не может быть не связана с китайским влиянием на Голливуд и мир видеоигр.

ХИПСТЕРИАДА

Одновременно с расцветом миллениалов и культуры фейковых нердов на свет вышла влиятельная субкультура, которая стремилась от всех отличаться. Не отличаться в чем-то конкретном, а просто отличаться ради того, чтобы отличаться. Точно, это хипстеры. В начале нулевых о них еще мало кто слышал, они находились в зачаточном состоянии. В 2009 году журнал Time охарактеризовал их так:

«Хипстеры – это друзья, которые не упустят возможности поглумиться, когда вы признаетесь, что вам нравится слушать Coldplay. Это люди, которые носят футболки с принтами цитат из фильмов, о которых вы никогда не слышали, и единственные в Америке до сих пор считают Pabst Blue Ribbon хорошим пивом. [128]Они носят ковбойские шляпы и береты и считают, что это у них Канье Уэст спер моду на солнечные очки. Все в них кричит о том, что им на все наплевать».

В каком-то смысле хипстеры были и остаются квинтэссенцией бессознательного разума миллениалов, проживая мечту, которая снилась нашему пребывающему в анабиозе поколению. Эти выходцы из богатеньких семей могут позволить себе быть бесполезными для общества, поэтому и безостановочно треплются о «грандиозных идеях» и ведут уютную, полную винила и роговых оправ жизнь, находя все новые способы оставаться эксцентричными и создавать маленькие закрытые сообщества. Их считают до неприличия богемными, отвергающими всякие ярлыки и беспечными, но я вижу их не такими. Хотя это правда, что они не желают укладываться в какие-либо рамки (и даже ненавидят, когда их называют хипстерами), их история проста и понятна. Они росли в 1990‐х и смотрели MTV, впитывая поп-бунтарский гламур находящегося на своем пике поколения Х, когда образцами для подражания были Nirvana и Pearl Jam. Они обожали «андеграунд» и ценили аутентичность антиистеблишментного кредо. Затем успех андеграунда в мейнстриме парадоксальным образом снова сделал его некрутым, и эти дети выросли с чувством нереализованного культурного потенциала; необходимо было найти способ как-то остаться в подполье. Вот почему они до сих пор любят местное, личное и альтернативное. И, конечно же, тяготеют ко всякому ретро. Они просто сохраняют детское ощущение маленького мира, нишевых интересов и возможность открывать для себя что-то новое. К несчастью для них, Интернет, как бескрайний паноптикум, обнажает их собственную неоригинальность. Ничто из того, что они любили, не было особенным, и повсюду есть тысячи похожих на них людей. Их богемный образ жизни – это попытка вернуть себе индивидуальность.

Жизнь хипстера может идти разными путями. Некоторые имитируют традиционализм со скучной моногамией и покупками на фермерском рынке, мечтая о том, как однажды сами уедут на ферму и начнут полоть грядки. Другие уделяют все свое внимание образованию или определенной профессии или прибегают к помощи Интернета, чтобы стать в нем единственным и исключительным – обычно поддерживая жизнь какой-то частички культуры, которую они хотят защитить от экзистенциальной черной дыры двадцать первого века. А еще одним путем был импорт культуры, а особенно всего японского. Возможно, вы помните, что я упоминал основание в 1994 году балтиморского аниме-фестиваля «Отакон» как один из источников вдохновения Кодзимы[129]. Это было неизбежным последствием невероятного бума аниме и манги в Америке 1990‐х, познакомившего американских миллениалов с непривычными альтернативными медиа. Наше поколение давно полюбило японские видеоигры, но теперь мы вкусили плоды их удивительной поп-культуры. Все японское казалось искренним и наполненным глубочайшим смыслом, пропитанным каким-то мистическим ощущением интеллектуальности и штучной работы. Протохипстеры влюбились в Японию, и многим совсем крышу снесло – по сути, они сами превратились в отаку[130]. Это и привело к появлению в MGS1 Отакона – американского задрота-одиночки, обожающего науку и японскую культуру, но обладающего нулевыми социальными навыками. Кстати, импорт культуры в Америку стал для Японии большой удачей – это приносило миллионы долларов, а стандарты качества этой продукции… Скажем так, американские отаку-миллениалы были готовы принять любой низкопробный японский трэш за скрытую жемчужину, которая только и ждет, что кто-нибудь оценит ее скрытое величие. Годы идут, а многие из этих гиков импортной культуры все еще цепляются за нее в привычном хипстерском порыве.

В Сети тогда существовало множество сайтов, посвященных странной и притягательной зарубежной культуре, и на каждом обязательно присутствовал хотя бы один переводчик, готовый просвещать невежественных американцев о бесподобном японском искусстве. Эти люди владели бесконечным кладезем якобы андеграундного материала, на который можно было пускать слюни и ассоциировать себя с ним, и они продолжали открывать для себя что-то новое и необычное, как это было в начале 90‐х. Это был идеальный союз, и помешать ему не могли даже оскорбления и травля. Стереотипный японофил, само собой, в какой-то момент пытается выучить японский язык, не забывает изучать боевые искусства, покупает катану, а целью всей его жизни становится поиск японской девушки в качестве спутницы жизни. Они искренне верят в то, что все японское превосходит американскую помоечную культуру и каким-то образом уникально, наполнено особым смыслом и абсолютно безупречно. Но ирония того, как американские деньги повлияли на японский культурный экспорт и сместили его приоритеты – это совсем другая история. Суть в том, что в деле импорта было много протохипстеров.

ХИПСТЕО КОДЗИМСТЕР?

На мой взгляд, ярчайшим примером протохипстера был Тим Роджерс, выдающийся гонзо-блогер, ставший разработчиком инди-игр, и, разумеется, японофил. Вершина его творчества, как мне кажется, пришлась на начало 2000‐х, когда он писал для сайта InsertCredit, где его анализ Metal Gear Solid 2 не на шутку шокировал аудиторию и произвел неизгладимое впечатление на все игровое сообщество. О его личном блоге, где он травил байки о своих хипстерских похождениях в Японии, тоже забывать не стоит. Я моментально стал его поклонником и восхищался тем, как ему удавалось раз за разом выдавать потрясающие тексты, где главенствовала форма, а не содержание. И с каким апломбом ему это удавалось делать! Черт возьми, да он на протяжении десяти страниц мог писать ни о чем, причем делал это с полной уверенностью, что увлечет своих читателей. И увлекал ведь, собака! Ну как таким не восхищаться? Все в нем было слишком круто, иронично и переменчиво, парой слов не опишешь, а образ колесящего по миру панк-рокера он отыгрывал по полной программе.

Его анализ MGS2 был чудовищно бессодержательным – казалось, ему больше по душе превозносить свои обширные познания в японской поп-музыке, а не анализировать игру. Он и не считал, что у игры был глубокий смысл – только метазаигрывания с аудиторией, – поэтому и назвал эссе «Сон в пустой комнате». Это вдумчивый и вроде бы почтительный анализ, который предполагал, что по его прочтении у аудитории появятся вопросы – точь-в‐точь как в случае с MGS2. Народ эссе оценил, и оно быстро разлетелось по Сети. Неважно, соглашались с ним люди или нет, оно сделало важное дело: обставило все творящееся в сюжете игры безумие как нечто потенциально хорошее. Тогда это было ох как необходимо – кто-то должен был пожалеть и успокоить еще не оправившихся от предательства Кодзимы игроков, не знавших, как им дальше с этим жить. Роджерс считал, что Кодзима был таким же хипстером, как и он сам, что их роднит стремление к самовлюбленности и своевольному бунтарству. Он объяснял, что Райден был пустышкой, а его жизнь отражала его существование как персонажа видеоигры. Возможно, что Роджерс и сам не верил в эту теорию, а лишь упивался своим мастерством сардонической интерпретации катастрофы, известной как Sons of Liberty, восхваляя ее в угоду Кодзиме и всем, кто поверил в его витиеватый текст[131]. С хипстерами никогда нельзя сказать наверняка. Они вечно источают постиронию, всегда смеются над шутками, которые никто не должен понять. Так или иначе, ключевые понятия метакомментария и постмодернистского дизайна нашли свое место в лексиконе верных фанатов Metal Gear[132], а Роджерс снискал славу как визионер, спасший репутацию Кодзимы. Вся эта история случилась до выхода MGS3, спасшей его репутацию совсем иначе: став триумфальным возвращением с детально прописанным миром, полным убедительных персонажей и эмоциональных моментов. Короче, крутейшая получилась игра.

Как бы то ни было, начиная с этой эпохи смешанных отзывов и импортно-культурного хипстерства, судьба Кодзимы переплетается с кризисом идентичности миллениалов и их жалкими потугами в поиске своей оригинальности[133].

Итак, после выхода MGS3 в 2004 году и постмодернистские хипстеры, и олдскульные фанаты вновь поверили в Кодзиму. Это означало, что для того, чтобы наслаждаться играми, больше не нужно было копаться в метакомментариях и изобретать отбитые теории! Metal Gear снова великая! Мы ждали новые сиквелы, которые бы заполнили оставшиеся сюжетные дыры, и чествовали Кодзиму, который все-таки доказал нам свою преданность. Такая реакция ловко заложена в подход «Игры в стелс», так что настойчивое требование ответов его не сильно беспокоило. Он отказался от идеи быть понятым, но все еще оставлял подсказки для всех готовых разгадать его головоломки. Его превращение в Биг Босса завершилось, теперь предстояло завоевать популярность. Пришло время начать войну.

2

ПАЦАНЫ С ЗАПАДА

А как дела обстояли в Америке 2004 года? Война с терроризмом шла полным ходом, аппарат внутренней безопасности Буша-младшего без всяких ордеров прочесывал личные данные американцев и к любому чиху относился как к вопросу национальной безопасности. В четвертом сезоне сериала «24» Кифер Сазерленд продолжал убеждать американских патриотов, что пытки – это круто, а Дональд Трамп запустил собственное реалити-шоу «Ученик» и стал еще известнее и популярнее. Благодаря Стиву Джобсу и его революционному подходу к маркетингу Apple купалась в деньгах, увеличив за год свою чистую прибыль с 69 до 274 млн долларов. В следующем году денег станет еще больше, а в 2005‐м прибыль пробьет отметку в миллиард долларов. Пузырь на рынке недвижимости все раздувался, а ужасная рецессия наступит только через несколько лет.

В 2004 году не существовало YouTube, но существовал MySpace, и это был огонь. Миллениалы охотно погрязли в социальном сетевании, сменив устаревшие имейлы и чаты на удобную централизованную платформу, позволяющую обмениваться личной информацией; спустя пару лет она обойдет по посещениям поисковую страницу Google. Наконец-то поколение Х крепко вцепилось в неуловимых миллениалов.

В мире видеоигр Metal Gear Solid 3 была заслуженно обласкана критиками и игроками – что это, если не успех? Но не забывайте, что изначально Кодзима задумывал ее как песочницу с открытым миром, которая должна была раз и навсегда сокрушить западные игры – в частности, серии Halo и Grand Theft Auto. Вспомните, что он даже сделал специальную сценку – не для того, чтобы вставить ее в игру, а чтобы этот подкол без конца крутили на E3. Что ж, очень жаль, но Rockstar выпустила новую Grand Theft Auto за двадцать три дня до его собственного шедевра, а Halo 2 подобралась еще ближе, появившись на рынке всего за девять дней до игры Кодзимы. Ушлые заокеанские разработчики снова его обскакали! На этот раз бомбой от Rockstar стала Grand Theft Auto: San Andreas.

Геймеры чувствовали, что на них просыпалась манна небесная – практически одновременный выход новых Metal Gear и GTA. И правда, что это, если не дар небес? Но разработчики к играм друг друга относятся не так благосклонно, цедя поздравления сквозь зубы и держа за спиной ножичек. Кодзима понимал, что еще немного, и Rockstar станет верховной правительницей индустрии, а его это совсем не устраивало. Новая игра студии стала невиданным доселе криминальным симулятором – гигантским, сверхамбициозным и под завязку набитым контентом. Она не только в очередной раз задрала планку стандартов сторителлинга, использования кинематографических отсылок и убойного саундтрека, но и позволила игрокам детально кастомизировать своего героя. Карл Джонсон, член банды из гетто рокстаровского аналога Лос-Анджелеса, худеет и тощает, если не будет посещать забегаловки. Если же постоянно пичкать его фастфудом, то он станет толстым и тучным. Подкачайтесь в тренажерке, и вот – у него знатная бицуха и кубики пресса. Причем все это напрямую отражается на геймплее, влияя на скорость, выносливость и силу Си-Джея. Добавьте сюда огромный выбор стрижек, усов, бород и всевозможного шмотья, и вы получите потрясающий набор опций для придания персонажу индивидуальности. В игре Кодзимы тоже были камуфляж и поедание… всякого, и да, это круто, но без элемента открытого мира они больше походили на разблокируемые апгрейды в линейной истории, а не на динамическую подсистему, с которой можно было бы экспериментировать по ходу игры.

Разумеется, все нововведения предыдущих игр перекочевали и в новую: смена дня и ночи, погодные условия и так далее. Появились и новые средства передвижения, позволяющие исследовать гигантскую карту игры и ее ландшафтное разнообразие. Истребители и квадроциклы; фуры и подработка дальнобоем; фермерские угодья и поля; лесистые горы и несколько связанных между собой округов. Ах да, наконец-то игрокам разрешили плавать и нырять! Теперь можно исследовать побережье без страха потонуть в ближайшей луже. Простор в игре невероятный.

Путь Си-Джея от нищего чернокожего пацана, оказавшегося втянутым в семейную драму и разборки на своем районе, который изводят продажные копы, до уважаемого авторитета огромного региона – в модных шмотках и с влиятельными друзьями – был самым убедительным из всего, что Rockstar делала в своих играх до этого. Надо сказать, он и до сих пор остается одной из лучших реализаций авторской задумки в истории игр. Мы ощущаем этот процесс органично, шаг за шагом, в своем собственном темпе. Оставаясь дома, мы реально становимся бандосами: разрисовываем стены, захватываем территорию и представляем цвет нашей банды – зеленый в данном случае. Можно остаться в этом мирке навсегда, захватывая каждый угол и сражаясь в войнах банд. Если что-то произойдет, вы получите уведомление и, если вам по-прежнему дорог родной город, вернетесь и разберетесь с проблемой. Но можете и не вернуться. Делает ли это вас предателем? Доказывает ли это правоту тех, кто говорил, что вы лишь сраный гопник, плюющий на чувство долга? Как игрок, вы чувствуете тяжесть каждого решения, и только от вас зависит, оставите ли вы свое жалкое прошлое и вырветесь на свободу или вернетесь домой и будете представлять свою семью, даже если они – сборище тупорылых ушлепков.

Неизвестно, смог ли Хидео Кодзима по достоинству оценить этот красочный экскурс в жизнь банд Западного побережья, тяготы афроамериканцев и извечный вопрос американской мечты. Но вот что было нетрудно понять, так это то, что ему в очередной раз утерли нос, и цифры это подтверждали. San Andreas уверенно обошла MGS3 – было продано двенадцать миллионов копий против менее четырех миллионов копий игры Кодзимы. Повсеместно ветераны индустрии, критики и игровые издания превозносили ее как исключительно выдающееся произведение в истории видеоигр. Звук, персонажи, инновации, огромный бесшовный мир – все в ней захватывало дух. «Песочница» миссий по-прежнему оставалась непревзойденной формулой, дарующей практически неограниченную реиграбельность и возможность самовыражения, эффектных сцен стало больше, а управление – удобнее. Си-Джей мог висеть на уступах, подтягиваясь и влезая на высокие места, и красться, когда нужно было незаметно кого-нибудь прибить или остаться незамеченным. Прицеливание и управление перестали быть слабым местом GTA, об их качестве даже можно было написать на обложке!

Что еще хуже, критики осудили и текст сценария Кодзимы, и качество его перевода, отмечая неестественное построение предложений и потуги на юмор, не вызывающие ничего, кроме головной боли. Даже игру Дэвида Хейтера разнесли в пух и прах, что уж говорить о других актерах, еле справившихся с плохо локализованным сценарием. Кодзима решил отказаться от услуг хороших переводчиков – не обратившись к Агнесс Каку, а доверив перевод [134]небрежно сработавшей сторонней компании. Нам известно, что многие реплики значительно переработаны по сравнению с японской версией, в результате чего утеряно множество каламбуров и острот, и никто не знает, какой бы игра получилась, если бы команда переводчиков подошла к работе так же творчески и заботливо, как Джереми Блауштейн в MGS1. В западном сознании эта игра оставалась высшим достижением Кодзимы как сценариста, и все с нежностью вспоминали безупречную актерскую игру и качество сценария Блауштейна, даже если не знали, что благодарить нужно именно его. От истории же MGS2 всех просто воротило. В целом, критики оценили сюжет, но сценарию, по их мнению, чего-то недоставало, поэтому они сделали то, что всегда делают все критики, и сосредоточились на технической стороне игры, геймплее и его тонкостях. Тут тоже не все было гладко: чтобы справиться с плотностью джунглей и возросшей сложностью геометрии, игра работала с вдвое меньшей частотой кадров по сравнению со своей предшественницей. Все это не помешало ей получить высокие оценки, но она провалилась там, где Кодзима надеялся преуспеть.

С какой стороны ни погляди, Кодзиме не удалось превзойти своих противников. Они завладели мощнейшим оружием и установили контроль над территорией видеоигр. Как его успех можно назвать успехом, если у него не вышло предотвратить отвратительную вестернизацию видеоигр? Неважно, что обе игры затрагивали невероятно актуальные и важные темы, так или иначе выступая в качестве полемики против прогнившей насквозь Америки. Неважно, что они обе повели индустрию по разным, но одинаково важным путям. Кодзима жаждал победить, и «победить» означало стать самым известным и популярным разработчиком видеоигр. Только это обеспечило бы ему свободу от бездарных управленцев и корпоративного давления. Он смог бы лично направлять видеоигры в сторону их наибольшего потенциала и подальше от худших их проявлений.

Он был готов к сражению.

КОДЗИМА ЖАЖДАЛ ПОБЕДИТЬ, И «ПОБЕДИТЬ» ОЗНАЧАЛО СТАТЬ САМЫМ ИЗВЕСТНЫМ И ПОПУЛЯРНЫМ РАЗРАБОТЧИКОМ ВИДЕОИГР. ТОЛЬКО ЭТО ОБЕСПЕЧИЛО БЫ ЕМУ СВОБОДУ ОТ БЕЗДАРНЫХ УПРАВЛЕНЦЕВ И КОРПОРАТИВНОГО ДАВЛЕНИЯ.

3

СУРВИВАЛИЗМ

Ура! Хидео Кодзима смог добиться создания собственной студии внутри Konami, воплотив в жизнь свою аллегорию о том, что «Лисы» станут полноправным отрядом ЦРУ. Студия была основана в 2005 году, а ее логотипом стал логотип «Лис», на котором вместо слова FOX гордо значилось Kojima Productions – настала новая эра независимости. Это означало, что теперь он мог размещать собственный логотип на продуктах и рекламных материалах наряду с логотипом Konami, еще больше отдаляясь от головной компании и повышая свой авторитет как создателя авторских проектов.

Немного мыслей вслух. Может показаться, что назвать студию в честь себя – очевиднейшее из очевидных решений, учитывая, сколько всего вы сделали ради того, чтобы ее заслужить. Но подумайте о том, насколько это редкое явление. Ни в киноиндустрии, ни в индустрии игр практически невозможно найти студию или компанию, названную в честь своего лидера. Ну, возможно, за исключением совсем уж древних вроде тех, что основаны Уолтом Диснеем, собственно, братьями Уорнерами или вот тем вот Майером из Metro-Goldwyn-Mayer. Lucasfilm и LucasArts – пожалуй, самое подходящее в нашем случае сравнение, усиливающее и так имеющиеся параллели между Хидео Кодзимой и Джорджем Лукасом.[135]

Какие же преимущества дает собственное имя в названии компании? Например, оно связывает компанию с вами напрямую, а еще служит важным стратегическим фактором – теперь вас нельзя заменить, не разрушив при этом компанию. Если бы Кодзима был человеком обычным, он бы назвал ее как-нибудь вроде Solid Productions или вообще взял на вооружение банальщину типа Wildfire Studios, радуясь, что продолжает находиться у руля, и не выпячивая свой нарциссизм. В конце концов, остальные сотрудники могут оскорбиться таким положением вещей: что это вы упомянули в названии только себя любимого, как будто в одиночку тут всю работу делаете? Под его началом работает большая команда настоящих профессионалов, и они бы предпочли, чтобы название компании не подразумевало, что он единственный в ней имеет значение. Но Кодзима давно ступил на этот порочный путь, лепя титр «Игра Хидео Кодзимы» на коробки, заглавные экраны и куда только дотянется, а еще принимая участие как можно в большем количестве этапов разработки.

Забавно, конечно. Кодзима утверждал, что после MGS2 хочет «передать эстафетный факел», вручив серию в руки нового поколения разработчиков. Но от того, что он в ней сделал, затошнило всех, кому гипотетически пришлось бы ее продолжать, энтузиазма не наблюдалось. Затем он посвящает MGS3 своему собственному воcхождению к полной независимости. И потом еще называет студию в честь себя. Ты куда факел дел? Как и многие другие его авантюрные выходки, лучше всего рассматривать заявления о передаче эстафеты как хлипкое прикрытие его настоящих намерений – скрывая их в свете возможного увольнения за то, что он не перестает издеваться над флагманской интеллектуальной собственностью Konami. Вероятность этого мы обсуждали в «Кодзиме – гении», и это объясняет, например, создание [136]The Document of MGS2[137], где он без конца оправдывает свои сумасбродные решения и перекладывает вину на других. В любом случае обещания он не сдержал. Если бы Кодзима всерьез намеревался передать эстафету, то доверил бы разработку молодому перспективному дизайнеру, курируя ее, откинувшись в удобном кресле. Новичку даже можно было доверить значительную часть игры. Между воспитанием покорных последователей и взращиванием будущих лидеров есть огромная разница, и Кодзима так и не потрудился вырастить себе замену. Учитывая название Kojima Productions, гораздо вероятнее, что в его планы входило уничтожение любой надежды на то, что его в принципе можно превзойти.

SUBSISTENCE

Война Кодзимы – Биг Босса против Запада требовала скорейшей адаптации к вражеским технологиям, тактикам и дизайну – все ради преимущества, все ради победы. Со времен MSX и до MGS3 он упорно придерживался вида сверху, лишь слегка изменяя изначальную формулу, но теперь пришла пора стать смелее и ворваться в современность. Так появилась Metal Gear Solid 3: Subsistence[138] – улучшенная версия игры, как Integral для MGS1 и Substance для MGS2. Она вышла в 2005 году в Японии и в 2006 году в США и других странах. Возможность свободного вращения камеры с помощью правого аналогового стика – это был, без шуток, прорыв для серии, и все критики только приветствовали внедрение давно назревшего решения. Еще во времена MGS1 они призывали Кодзиму перейти уже наконец на привычную для Запада перспективу – от первого лица или со свободной камерой, висящей за спиной героя. Не всем по душе клаустрофобический угол обзора, а ведь еще приходилось постоянно на радар в углу экрана смотреть. И вот приоритеты Кодзимы явно сместились.

Название Subsistence и рекламные материалы, созданные Кодзимой, четко и ясно подтвердили метапосыл MGS3 – она называла себя попыткой «пережить времена». Даже трейлеры оригинальной игры задавали вопрос: «Сможет ли MGS выжить?», и использовали цитату Солида Снейка из концовки MGS2, где он говорил: «Творить будущее и беречь прошлое – это одно и то же». Другие кадры из трейлера с E3 2004 гласили: «MGS возродилась, чтобы выжить в будущем» и «MGS возвращается во вчерашний день, чтобы пережить завтрашний». Запад выигрывал войну, и Кодзиме пришлось адаптироваться, чтобы его японская компания выжила. Subsistence же продолжила развитие этой метаидеи.

Чтобы выжить, пришлось пойти на большой компромисс – в игре появился онлайн-мультиплеер. Многопользовательский режим считался визитной карточкой [139]Halo; можно сказать, что он один держал Xbox на плаву, а Halo 2 стала не только самой популярной игрой сервиса Xbox Live, но и самой продаваемой игрой на консоли. Metal Gear Solid 3 не смогла разбить в пух и прах ни GTA, ни Halo, и даже хотя бы немного повлиять на вектор развития индустрии. Вместо того чтобы заставить западные игры подражать ему, Кодзима был вынужден подражать им. Так он и поступил. Но по-своему, по-издевательски.

Онлайн всегда был слабым местом японских разработчиков: вечно кривой неткод, никакая защита от хакеров и слабая инфраструктура обработки трафика на серверах. Кодзима плохо разбирался в этой области видеоигр, опыта в ней не имел, но понимал, что мультиплеер попросту предает дух его игр. Вместо того чтобы незаметно красться и избегать столкновений, погрузившись в сюжет, игрокам придется бесконечно убивать друг друга без всяких на то причин, кроме как поглаживания своего эго. Это был откат к Райдену, VR-сопляку, а не продвижение к богатому литературному опыту. Если для людей игры – это всего лишь платформа для тупой резни и мерения набранными очками, разве кому-то придет в голову искать в них подтекст? Есть ли вообще смысл включать в игры какие-то послания?

Чтобы разрушить иллюзию крутизны мультиплеера, Кодзима добавил в режим побольше откровенно тупых и несмешных шуток. Например, в режиме «Захват флага» игроки сражались вовсе не за секретные советские чертежи или ценные ресурсы, что помогло бы убедить аудиторию в том, что это важные исторические битвы во вселенной Metal Gear. Нет. Нет, нет и нет. Игроки вели ожесточенные схватки за резиновую уточку и игрушечную лягушеньку – предметы настолько никчемные, что они во всей красе демонстрировали, насколько нелепым и неуместным было включение мультиплеера в игру серии. Это был способ унизить саму концепцию режима и как можно дальше отпихнуть его от основного сюжета, подобно тому как Substance подарила нам незабываемый отстойный симулятор скейтбординга, чтобы показать, насколько глупы ожидания новых VR-миссий. Мультиплеер (и многое другое) в Halo, напротив, уходит корнями к игре Quake (1996) и поэтому подан с абсолютной серьезностью, продолжая традиции Запада. Вместо того чтобы отказаться от затеи, Кодзима просто «дал людям то, что они хотели», при этом по-своему саботируя ее притягательность. Этот подход отлично зарекомендовал себя в MGS2, так что у Кодзимы – Биг Босса не было причин не вернуться к нему.

Релиз Subsistence включал в себя три диска. На первом – собственно, Subsistence – находилась основная игра. Второй назывался Persistence и включал сетевой режим, новые уро[140]вни для режима Snake vs Monkey, режим битв с боссами, а также обновленные и переведенные версии оригинальной [141]Metal Gear и Metal Gear 2: Solid Snake. Третий же диск назывался Existence и представлял собой киноверсию [142]MGS3 – целых три с половиной часа веселья для всех, кто не смог осилить игру. И на нем можно было посмотреть первый трейлер Metal Gear Solid 4, на тот момент уже находившейся в разработке.

Включение двух оригинальных Metal Gear увеличило значимость релиза – с благословения Кодзимы игроки наконец-то могли насладиться классикой на современных консолях. Некоторые иллюстрации вроде портретов для радио были перерисованы Ёдзи Синкавой – чтобы наконец убрать из игр совсем уж возмутительный плагиат оригинальных портретов и сделать персонажей похожими на свои современные образы. Особенно замена требовалась Миллеру, которого Ликвид имитировал, нацепив очки и зализав волосы назад, но в оригинальной Metal Gear 2 на Ликвида он был нисколечки не похож. Кроме того, эти игры устраняли пропасть между MGS3 и зарождением серии, показав превращение Биг Босса в полковника Курца, за которым в оригинальной игре охотится Солид Снейк (местный Уиллард). Если бы серия решила закончиться на этом моменте – то круг бы окончательно замкнулся, история была бы рассказана полностью. Вот только эти проклятые открытые вопросы из MGS2…

4

БЕССМЫСЛИЦА

В интервью и промоматериалах Хидео Кодзима заявлял, что в центре каждой Metal Gear Solid находится состоящая из одного слова тема. MGS1 была о «генах», MGS2 – о «мемах», а MGS3 – о «сценах». Под последним подразумевается важность контекста, истории и каскадный эффект событий прошлого. Слушайте, а ведь блестящий способ лаконично выразить свои основные идеи, и, как вы могли заметить, заглавные буквы этих слов хитро складываются в аббревиатуру MGS – каков гений, а! Все это намекало на то, что три игры представляют собой законченную трилогию, попутно подтверждая мысль о том, что Кодзима – все-таки тот еще умник. Но он все еще не мог вырваться из порочного круга, в котором давным-давно застрял: даже если игроки тащились от графики, геймплея и кинематографичности, они по-прежнему игнорировали центральные темы и философский посыл его игр. Если так и дальше пойдет, то никто и не докопается до интеллектуальной и высокохудожественной составляющей. Быть скандальным и непонятым – это одно, но он-то знал, что каждый великий творец обязан стать культовой личностью и обрести массу поклонников и евангелистов, интерпретирующих его труды, денно и нощно выискивая в них скрытую гениальность. А наличие преданных фанатов, не замечающих подтекста, скорее проклятие, а не благословение.

Metal Gear Solid 4 родилась из этой удручающей реальности вскоре после выхода MGS3. Самые ярые фанаты не только в очередной раз упустили глубинный смысл, но и продолжали требовать, чтобы Кодзима устранил все сюжетные дыры и неувязки, которые он специально заложил в сценарий MGS2. Ответы на все недосказанности можно было обнаружить в подтексте, и там они находились намеренно, чтобы подтолкнуть игроков к самостоятельной трактовке происходящего. «Слушай, не парься так о словах. Определи, что они значат, а потом решай», – говорил нам Солид Снейк. Когда Стэнли Кубрик или Дэвид Линч создавали «ошибки» или нестыковки, критики всегда притормаживали и задумывались над тем, что же это все может значить, но Кодзима оказался в противоположной ситуации. Прозябание в выгребной яме видеоигровой культуры означало, что любая загадка без ответа рассматривалась как серьезная проблема, а не как повод пораскинуть мозгами. Гордому автору не пристало делать официальные заявления с разжевыванием подтекста своих работ, потому что это означало провал. В тот раз, когда он сподобился публично раскрыть секрет, что миссия на Биг Шелл была VR-миссией, [143]никто, включая самих журналистов, этого не заметил. Это было унизительно.

Что еще хуже, после того как MGS3 не ответила на вопросы, волнующие фанатов, по крайней мере один слетевший с катушек фанбой начал слать Кодзиме письма с угрозой расправы. Вопросы «Патриотов», ребенка Ольги, судьбы Райдена и Роуз, ее беременности и разгадка тайны одержимой британской руки Револьвера Оцелота оставались открытыми, несмотря на туманные намеки из Snake Eater. В некоторых фанатах уклончивость Кодзимы только с новой силой разожгла ненависть к его постмодернистской выходке – они больше не потерпят никаких отговорок. Но он был совершенно не заинтересован в том, чтобы выбраться из нарочито безумной ямы, которую сам же и выкопал в надежде разрушить будущее серии. Провальная война с западными разработчиками задела его за живое: продажи GTA: San Andreas посмеялись над его произведением искусства, и теперь, чтобы «выжить» – как и говорили его трейлеры, – ему пришлось полагаться на ублажение самых тупых, самых разгневанных и самых невежественных фанатов. А с присылающими угрозы убийцами, подкарауливающими его за углом, это могло превратиться в самое что ни на есть настоящее выживание, тут уже не до образных заявлений о своей карьере. Он оказался загнан в угол, несмотря на свою новообретенную студию и свободу. Оставалось всего два варианта: сделать невозможное и разрешить все безумные сюжетные линии в сиквеле MGS2 или налечь на идиотизм с такой силой, что история будет разрушена раз и навсегда. Притворившись, что занимается первым, он решил выбрать второй вариант.

ТАЙНЫЙ ТЕАТР

Пусть Кодзима и повышал раз за разом уровень абсурда в своих сюжетах, он все равно хотел, чтобы поклонники каждый раз ахали и оставались прикованными к экрану (и геймплею). Но проблема заключалась в том, что видеоигры по умолчанию абсурдны. В отличие от кинорежиссеров, чьи отклонения от норм моментально бросаются в глаза, нелепые события в играх встречаются на каждом шагу и навевают что-то вроде ностальгии. На двух стульях усидеть Кодзима никак не мог, но все же попытался. Вызывая ощущение реализма, а затем стремительно его развеивая или обращая на него внимание изощренными способами, он вызывал в нас настороженность. По этой причине уровень самопародии Snake Tales в Substance просто зашкаливал, но эти миссии по большей части были проигнорированы фанатами, несмотря на то что заслуживали наибольшего внимания в этом издании. Поэтому для Subsistence он сделал нечто куда более убедительное.

Все началось как забава для своих: сотрудники студии втайне от всех создавали шуточные версии готовых катсцен MGS3, чтобы показать их на вечеринке, посвященной завершению работы над игрой. Кодзима знал о роликах и был от них в восторге. Он позаботился о том, чтобы они непременно попали на японский сайт игры, где и полюбились игрокам. Некоторые были совсем коротенькими – например, в одном из них Биг Босс спускается на парашюте в джунгли, но, отстегнув его перед самой землей, мажет мимо точки приземления и падает в бездонную пропасть. Действие другого происходит в сцене на мосту, но вместо Биг Босса и Соколова шершни Боли начинают яростно жалить Босс. Она прыгает с моста навстречу смерти, красочно взрываясь над поверхностью воды, и тут появившийся на мосту Волгин спрашивает: «Что же ей надо?» Биг Босс молча отдает честь. Кодзима выкладывал все больше и больше эпизодов, пока их не стало шестнадцать, разделенных на четыре сезона. Они становились все затейливее и навороченнее, а в японские версии даже добавлялись оригинальные диалоги. К выходу Subsistence ролики были доработаны и стали доступны в качестве разблокируемого контента в режиме под названием Secret Theater («Тайный театр»). В одном из самых проработанных роликов, Сигинт, технический консультант «Лис», заменяет Биг Босса как героя игры, всегда находясь на шаг впереди бедняги и присваивая себе всю славу. В итоге Сигинту присваивают звание «Биг Босс», а нашего растерянного героя выгоняют с церемонии награждения. Сам Сигинт – классический комический чернокожий персонаж в лучших традициях японского юмора, так что выглядит все вдво[144][145]йне нелепо и смешно.

Но самый сок, самая мякотка – в заключительном ролике. Можно сказать, что это местный «Внешний наблюдатель». Он называется Metal Gear Raiden: Snake Eraser (если первой части перевод не очень-то нужен, то вторая – это «Удалитель змей»), и он настолько напичкан метаюмором, насколько это вообще возможно. Большое количество сцен со свежезаписанным захватом движений и новые диалоги даже в английской версии показывают, что Кодзима серьезно относился к этим «шуткам». Сам же ролик напрямую связан с разработкой и маркетингом Metal Gear Solid 4, так что да – его стоит проанализировать!

Все начинается с разговора Роуз и Райдена, которого она называет Джек. Это специально записанный для ролика новый диалог, во время которого мелькают кадры из MGS2, где они стоят напротив Федерал-холла. Она говорит Райдену, что он в силах изменить свое будущее и взять его в свои руки. В ответ тот спрашивает, каким образом можно изменить прошлое. Роуз в недоумении от такого поворота событий, но он объясняет, что для того, чтобы управлять будущим, сперва необходимо изменить прошлое. И тут мы видим Снейка, сидящего на раскладном режиссерском кресле с надписью «Главный герой» на спинке – свет прожектора льется на ехидно лыбящегося героя. «Вот этот тип, – ядовито цедит Райден. – Я должен во что бы то ни стало победить его. Это кресло будет моим…» На экр[146]ане появляется название ролика, и мы оказываемся в ночных джунглях, которые озаряют вспышки и электрические разряды – точь-в‐точь, как в «Терминаторе». И, подобно знаменитому киборгу-убийце из будущего, перед нами предстает голый Райден. Ну, почти голый – на нем кожаные стринги Райкова. Но это на самом деле Райден, что подтверждается вытатуированным штрих-кодом. «Я разузнал, что он будет главным героем следующей игры, и использовал временное искажение, чтобы вернуться и стереть с лица планеты поганца, выкинувшего меня из кресла главного героя. Хм… а ведь если перестанет существовать Биг Босс, то и этот гад тоже исчезнет!» Ваш любимый обтягивающий костюм материализуется прямо на его теле, но перед тем как хоть что-то сделать, он оборачивается и успевает заметить, как на него на огромной скорости несется спускающийся на парашюте Биг Босс. Получив удар от парашютиста, Райден оказывается в воздухе, красиво в нем переворачивается и падает на землю. Пока он валяется еле живой, звучит взволнованный голос полковника Кэмпбелла: «Ты создал временной парадокс! Нельзя вот так вот менять будущее!»

Происходит еще одна электрическая вспышка, и Райден исчезает. И так же внезапно мы переносимся в момент, когда Ева собирается выполнить знаменитое мотоциклетное сальто с помощью лица Оцелота. В последний миг между ними материализуется Райден, который сразу же получает колесом мотоцикла в спину и в слоу-мо летит вперед, падая на юного Оцелота. Они крайне неудачно приземляются. Пока Райден корчится на четвереньках, полковник Кэмпбелл в очередной раз просит его не трогать будущее: «Ты должен понимать будущее!» Райден телепортируется.

Следующая сцена – это что-то с чем-то. Райден появляется в тюремной камере и видит сбегающего из тюрьмы Биг Босса. Этот момент нам показывают с точки зрения блондинчика, и тут тоже не обошлось без отсылок к «Терминатору»: красный экран, белые контуры объектов и вывод ничего не значащих данных. Наконец-то у него появился шанс прикончить свою цель, но вот незадача – он находится в камере, а дверь заперта. Райден грохает по ней кулаком и выругивается. Неожиданно рядом с камерой объявляется Волгин и замечает его. «Майор, что это вы тут делаете? Я ждал вас в своей комнате». Он хватает Райдена, тот умоляет его остановиться, и тут действие переносится в коридор, спасая нас от созерцания происходящего в камере. Начинает играть дурацкий джаз, и до наших ушей доносятся садистские рыки Волгина и плач нашего недогероя. Полковник повторяет свое нравоучение про временные парадоксы, а Райдену удается сбежать и телепортироваться. И появляется он в тот момент, когда Босс расстегивает комбинезон и показывает Биг Боссу шрам, проходящий по всему ее торсу и между грудей. После телепортации Райден все еще продолжает бежать со всех ног и чуть не врезается в ее впечатляющее декольте, но успевает затормозить и начинает внимательно рассматривать то, что оказалось у него перед глазами. За что и получает от Босс по роже. Полковник же во весь голос орет: «Временной парадокс!»

Следующая достойная описания сцена происходит в комнате, где Биг Босс притворяется Райковым. За мгновение до того, как Волгин начнет безжалостно его мордовать, между ними материализуется Райден, позволяя Биг Боссу быстренько сделать ноги. Но Волгину же нужно кого-то избить? Что ж, придется Райдену прочувствовать на своей шкуре все страдания, выпавшие ранее на долю Биг Босса. Во время экзекуции он кричит: «Не того бьете!», но все без толку. Это настолько мета, что метовее уже некуда. Райден снова исчезает и появляется на взлетной полосе, где Биг Босса и Еву преследует Волгин на «Шагоходе». Гигантская машина вот-вот раздавит путешественника во времени и пространстве, но выпущенная Биг Боссом ракета подбивает «Шагоход», заставляя тот резко развернуться – Райден спасен! Обеспокоенный Биг Босс подходит к нему: «Ты в порядке?» – спрашивает он. Райден, кажется, потерял дар речи, но вскоре выдавливает из себя: «Извини». Одноглазый спецназовец достает револьвер и протягивает ему, говоря, что впредь стоит быть осторожней. К ним подкатывает Ева на мотоцикле и велит Биг Боссу запрыгивать. Глядя на то, как они уезжают в закат, Райден направляет пистолет ему в спину, но не может выстрелить – героический герой поразил его до глубины души. «Легендарный Биг Босс!» – восторженно замечает он про себя.

В следующую секунду по нему пробегается полчище солдат Волгина, преследующих Биг Босса, а проезжающий за ними «Шагоход» впечатывает Райдена в асфальт. Телепортировавшись в очередной раз, мы оказываемся на церемонии, где Биг Босс получает свое легендарное звание. Там же присутствует и аплодирующий ему Райден. «Убийство Биг Босса обернулось провалом, – говорит он, – но это не значит, что я отказался от устранения Солида Снейка. У меня есть запасной план…»

Затем происходит нечто из ряда вон выходящее. Перед нами возникает игровой экран Metal Gear 2: Solid Snake с MSX2, где пиксельный Солид Снейк находится в Занзибарии. Без всяких прелюдий рядом с ним материализуется красивый и детализированный спрайтовый Райден, который начинает гнаться за Снейком – стреляя в того из пулемета, – пока они оба не оказываются в комнате последнего босса. Все это время звучат оригинальная музыка из MG2, звуковые эффекты, все дела – будто так и должно быть. Снейк продолжает улепетывать от обезумевшего Райдена и тут натыкается на Биг Босса, разворачивается и убегает. Райден тоже решает драпать, но вот Снейк додумывается спрятаться под столом, а герой нашей истории умом не блещет – и получает от старого Биг Босса пулеметную очередь прямо в свой красивый спрайт. Немного перебор с уровнями иронии: Биг Босс спас Райдену жизнь, дал ему оружие, заслужил от него пощаду, а теперь убивает его здесь. «Не вмешивайся. Он мой!» – говорит Биг Босс на классическом экране радио. Ответ Райдена показан в той же манере, но к тексту на экране добавляется его голос: «Биг Босс… Так и знал, что нужно было прикончить тебя!» Умирающий Райден телепортируется в последний раз.

«Джек, ты не должен вмешиваться в прошлое, – звучит с черного экрана голос Роуз. – Нам под силу изменить лишь будущее. Возьми его в свои руки!»

«Будущее? Так ведь в MGS4…»

«Но будет-то пять, верно?» – с надеждой спрашивает она.

Занавес.

ТРЕЙЛЕР С E3 2005

В дополнение к этому феерическому метаприключению нам подарили и первый трейлер Metal Gear Solid 4 – оба были созданы примерно в одно время и были похожи по тематике и стилистике. Более того, трейлер даже находился в меню «Тайного театра».

Все начинается с логотипа Konami, а продолжается выпендрежным представлением Kojima Productions миру: самолет отряда «Лис» пролетает сквозь свирепую грозу, где вспышки молний подсвечивают логотип новоиспеченной студии. Да это же напоминание об аллегории. Дальнейшие события трейлера разворачиваются не в дивных джунглях и не на военных базах. Перед нами предстает пустая театральная сцена: без красочного задника, с однотонным небом, а на место действия намекают только расставленный на ней реквизит и декорации. Мы видим, как Снейк (опять же, неясно, какой именно) подходит к полуразрушенной кирпичной стене. Раздаются звуки войны. Он выглядывает из-за стены и видит сражающихся и умирающих на поле боя солдат… и замечает падающую с неба бомбу! Она попадает в стену и взрывается – звук взрыва заставляет обернуться солдат, вместе с которыми мы в полной тишине наблюдаем, как стена падает в лучших традициях буффонады, оставляя Снейка без укрытия. Раздается закадровый смех – теперь-то всем становится ясно, что это сатира. У солдат над головами загораются восклицательные знаки.

«СПРЯТАТЬСЯ НЕГДЕ», – гласит фраза с черного экрана. Снейк со всех ног улепетывает от солдат и прибегает… куда бы вы думали? В Kojima Productions. Бегут все участники действа с мультяшным топотом, и тут Снейк внезапно тормозит со звуком визга покрышек – он останавливается перед нарисованной на полу линией со словом «Стоп!» и глядит на выстроенный впереди большой круг из классических складных стульев со съемочной площадки. Снейк поворачивается, готовый принять бой, но толпа солдат не останавливается у заградительной линии, а проносится мимо со звуками болидов «Формулы-1», сразу же занимая нужные им стулья. На каждом стуле обозначена должность и имя, и мы видим их крупным планом в момент посадки солдатских задов на сиденье. К примеру, на первом – это «Дизайнер техники: Кэйити Мататэ». Остальные тоже оказываются быстро заняты, включая стулья ведущего художника по моделированию персонажей, второго режиссера и системного программиста. Изнуренный Снейк носится туда-сюда, пытаясь занять хоть какой-нибудь стул, но его опережают шесть раз подряд. С отчаянием на лице он оглядывается по сторонам и замечает последний свободный стул! И уже готов рвануть к нему, но мимо пробегает явно метящий на стул солдат. Небо темнеет и озаряется всполохами молний – схватив парня за руку, Снейк яростно швыряет его на землю! Победа! Но когда он поворачивается к стулу, перед ним стоит другой солдат. И молча занимает свое место. Удивительно, но на спинке значится: «Режиссер: Алан Смити». Табличка с этим именем незамедлительно отваливается, обнажив под собой другое – «Суё Мурата». К этому мы еще вернемся.

Фразы «НЕТ места для ХИДЕО?» и «НЕТ УБЕЖИЩА??» сменяют друг друга. Как будто приглашая нас на бой, три раза звучит боксерский гонг.

Экран краснеет, и на лице Снейка появляется дьявольская ухмылка – он поднимает винтовку и начинает остервенело палить по всем обидевшим его сотрудникам Kojima Productions, которые замертво валятся со своих стульев. Затем неторопливо подходит к упавшему стулу, поднимает его, ставит и под эпичнейшую музыку медленно опускается на сиденье. В момент контакта ягодиц Снейка с сиденьем на экране возникает надпись: «Дизайнер, продюсер и режиссер игры: Хидео Кодзима». Несуществующая публика неистово орет и аплодирует.

«НЕТ замены для ХИДЕО!!!»

Оставшиеся после пальбы гильзы катятся друг к другу, образуя римскую цифру «IV», но когда аплодисменты стихают, Снейк подносит руку к лицу и совершает невообразимое: он срывает маску! О черт! Это же Райден! «Зрители» посмеиваются и вяло хлопают, но вскоре начинается громкое освистание.

«НЕТ МЕСТА СНЕЙКУ?» – вопрошает экран.

Мы оказываемся на темной сцене, на фоне – затянутое тучами небо. В кадре появляется еще один стул, к которому подходит Райден в костюме из MGS2. Яркий свет прожектора освещает стул и надпись на нем: «Главный герой». Райден выглядит довольным! Но его лицо омрачается, когда он замечает, что кто-то приближается к нему. Раздаются лязгающие металлические шаги – на сцену выходит крадущийся на корточках Снейк, и со стелсом у него что-то не задалось. На нем очки ночного видения с тремя горящими огнями, прямо как у Сэма Фишера из Splinter Cell. Зрители одобрительно кричат, хихикают и аплодируют. Затем на сцене загорается свет, и мы видим, что главные герои стоят на одинаковом расстоянии до стула. Одинокое перекати-поле катится по сцене… Начинается гонка за звание главного героя! Но, добежав до стула, они садятся на него одновременно – и обоих это не устраивает! Пришло время подраться. Снейк хватает Райдена за руку, бьет его коленом в живот и сбрасывает с края сцены в пропасть. С выражением абсолютного неверия в произошедшее на лице, Райден летит сквозь кружащиеся в воздухе белые лепестки. Зрители заходятся аплодисментами, которые становятся только громче, когда победитель садится и снимает дурацкие очки – и под ними не какой-то там Сэм Фишер, а самый настоящий Снейк.

«Новая локация для игры в ПРЯТКИ! Новая платформа для ХИДЕО и ОТПРЫСКОВ!» Надпись на стуле теперь гласит «Солид Снейк в…» и сразу же на экр[147]ане появляется долгожданное «MGS4». Когда Снейк наконец встает и уходит со сцены, свет гаснет. На стуле вновь значится «Главный герой» – шоу окончено, вопрос решен. Как бы не так! После титров мы узнаем, что Райден выжил! Он осторожно выглядывает снизу – зрители растерянно хлопают, – осматривается по сторонам, убеждаясь, что никого рядом нет, и запрыгивает на сцену. На экране возникают большие буквы «Для PlayStation 3», и мы слышим еще один звонок боксерского гонга. Единственный разумный вывод тут – Райден все-таки занял место Главного героя. А Хидео снова стимулирует нашу мыслительную деятельность.

«ИГРА В СТЕЛС» НА МАКСИМАЛКАХ

Если когда-либо Кодзима и намекал на то, что у него есть тайные интересы, не совпадающие с желаниями игроков, то примера лучше этого ролика не найти. В отличие от предыдущих трейлеров, представлявших публике новую Metal Gear, в этом нет ни новой графики, ни демонстрации технологий, ни центральной идеи, заслуживающей внимания. Сюжета тоже нет, только перечисление сотрудников Kojima Productions да анонс, поданный в виде повествования. Игроки, само собой, были вне себя от счастья – конечно, это же новая MGS, да еще и с Кодзимой на борту. Никто, правда, не уловил, о чем шла речь в ролике. Ну да, там представлена очевидная аллегория того, что Кодзима хочет сложить с себя должность режиссера и перестать нести ответственность за новый проект. Ах да, еще этот троллинг с Райденом как возможным главным героем следующей игры. Но это не все. Игроки знали, что после MGS2 Кодзима пообещал никогда не притрагиваться к играм серии, поэтому его возвращение оставалось под вопросом. Идея анонса своего возвращения – даже с фальшивой аудиторией, предвосхищающей реакцию фанатов, – была и правда впечатляющей. Это доказывало, что он находился на одной волне с ними и понимал, что они по-прежнему не выносят Райдена и хотят больше Солида Снейка. Кодзима даже высмеял Снейка за его похожесть на Сэма Фишера, и его «аудитория» аплодировала в эйфории от того, что их милый ворчливый, обожающий гаджеты бородач-диверсант снова в седле. Давайте посмотрим, что мы сможем откопать в подтексте.

ЕСЛИ КОГДА-ЛИБО КОДЗИМА И НАМЕКАЛ НА ТО, ЧТО У НЕГО ЕСТЬ ТАЙНЫЕ ИНТЕРЕСЫ, НЕ СОВПАДАЮЩИЕ С ЖЕЛАНИЯМИ ИГРОКОВ, ТО ПРИМЕРА ЛУЧШЕ ЭТОГО РОЛИКА НЕ НАЙТИ.

Во‐первых, это мысль о том, что Кодзима использует Биг Босса как метафору для себя любимого. Первый Снейк, которого мы видим – это явно Биг Босс, и его камуфляж, и советские солдаты не дают в этом засомневаться. Самолет отряда «Лис» и логотип на нем это подтверждают. Он наблюдает за битвой солдат, стараясь не выдать себя, но обстоятельства раскрывают его, заставляя снова оказаться у всех на виду. Слова «спрятаться негде» это проясняют. У него не выйдет спрятаться от необходимости ответить на вопросы фанатов. Ему снова приходится бежать – до самой студии, которой он руководит. Он останавливается в надлежащем месте, но остальные этого не делают. Другими словами, они не желают обсуждать свои будущие обязанности, вместо этого машинально занимая места. Вероятно, это отражает естественный порыв его команды занять привычные позиции, полагая, что Кодзима вновь возьмет на себя свою обычную роль, несмотря на его желание отойти от дел. Когда он понимает, что медлить нельзя, иначе все места окажутся заняты, то, видимо, хочет взять на себя роль поменьше, поручив кому-нибудь другому режиссуру, продюсирование и дизайн. Но Кодзима не может. И фразы «спрятаться негде» и «убежища нет» именно об этом.

Не совсем ясно, почему в трейлере появляются слова «Режиссер: Алан Смити», но это известный голливудский псевдоним, который используют режиссеры, желая откреститься от всех ассоциаций с конечным продуктом. Вместо того чтобы взять на себя ответственность, они прячутся за вымышленным именем – в знак того, что отрекаются от проекта или боятся быть с ним связанными. Когда табличка падает, то под ней обнаруживается имя Суё Мураты, работавшим с Кодзимой над несколькими проектами в качестве сценариста. Как будто Мурата хотел стать режиссером следующем игры, но колебался, не желая брать на себя ответственность и бремя успеха или провала. Думаю, эта деталь дает нам понять, что не в хайпе едином тут дело – скорее всего, это реальное отражение того, как Кодзима вернулся к роли творца.

Расстреляв всех и заняв свое место, он таким образом показывает, что ему пришлось вмешаться и положить конец неразберихе в студии, вернув себе роль лидера-визионера. Сомнительно, что Кодзима всерьез рассматривал возможность того, что кто-то другой вправит мозги его команде – у этого новичка не было бы ни должного опыта, ни поддержки наставника. В любом случае верх одерживает Кодзима. Но настоящий сюрприз – это лицо Райдена под маской Биг Босса. Что он пытается этим сказать? В MGS3 все было в точности наоборот, и мы уже в курсе метафоры Биг Босса, олицетворяющего Кодзиму. Его самодовольная улыбка, направленная прямо в освистывающую его толпу, говорит мне все, что нужно знать. Таким образом Кодзима признается, что по-прежнему верен MGS2 и всем сделанным в ней выборам, а не извиняется за Райдена. Он маскируется, сливаясь с желаниями фанатов, и шепчет людям на ухо то, что они хотят слышать, но под маской геймерского угодника – все тот же тролль-постмодернист. Ловкий переход от этой аллегорической загадки к вопросу о том, станет ли Солид Снейк главным героем, и к забавному соревнованию за это звание – хитрый маневр, отвлекающий фанатов от подтекста и ставящий во главе повествования протагониста, а не самого Хидео Кодзиму.

В конце трейлера Райдену выпадает возможность посидеть на стуле главного героя. Вспомнив слова Роуз из «Удалителя змей» – «Но будет-то пять, верно?», – мы можем догадаться, что Кодзима планирует завершить историю Солида Снейка и каким-то непостижимым образом снова сделать Райдена главным героем. Это ненадежный, претенциозный, суперметабезумный, попросту наглухо отбитый способ донести свою мысль до аудитории, но мы знали, с кем связались. Только метафоры, символизм, сюрреализм и психология. Он не собирается сидеть перед камерой и разжевывать свои идеи, как скучный обычный человек. Он, черт возьми, делает специальную сценку, чтобы постебаться над Grand Theft Auto и Vice City. Он цитирует величайшие фильмы и бросается понятиями вроде «нового мирового порядка», чтобы мы изучили Герберта Уэллса и технократическую историю начала двадцатого века. Он всегда ведет «Игру в стелс», но здесь пытается объяснить людям, что не нужно стесняться, он не укусит – нужно просто брать и интерпретировать каждый его штришок.

НОРМАЛЬНОЕ КОМЬЮНИТИ

К 2005 году онлайн-комьюнити поклонников Metal Gear уже порядочно разрослось, боль и ужасы MGS2 остались далеко позади, а будущее казалось таким ярким, что всем бы понадобились солнечные очки. MGS3 ублажила всех, и невменяемые толкования безумных историй Кодзимы оказались погребены под горой старого доброго ультравеселья. Кроме того, на то, чтобы полностью ознакомиться со всем Эверестом контента, который предлагает каждая Metal Gear Solid, требуются годы, так что фанаты были заняты поиском и обсуждением опциональных разговоров и запрятанных по всей Snake Eater сюрпризов. Бомбическая игра привела в комьюнити массу новых поклонников, и у них имелись вопросы о всех и вся. Кто-то решил совершить экскурс в прошлое – Subsistence наконец-то дала возможность поиграть в Metal Gear 2: Solid Snake без костылей эмулятора. Если Кодзима надеялся на то, что фанаты за пару месяцев после ее выхода избегают игру вдоль и поперек и найдут все, что она могла им предложить, то он сильно ошибался.

По мере появления новых материалов и анонсов MGS4 фанаты начали настоящую охоту на детали и информацию о ней. Обещалось, что PlayStation 3 станет настоящим суперкомпьютером, способным на такое, о чем раньше никто и мечтать не мог – так что, окажись она в руках Кодзимы, нас непременно ждет технологический шедевр! Можно было ожидать, что новое железо позволит воплотить в жизнь все те обещания открытого мира, смены времени суток и прочие отброшенные великие идеи. Интересный факт: изначально MGS3 задумывалась как игра для PlayStation 3, но релиз новой консоли от Sony был еще слишком далеко, так что было решено не затягивать с разработкой и выпустить игру на PlayStation 2. Кодзиме необходимо было опередить своих конкурентов и поразить весь мир приключениями Биг Босса в огромном, полностью открытом мире – он верил, что PS3 станет волшебной коробочкой, способной справиться со всеми его необузданными амбициями. Вместо этого сначала пришлось урезать игру так, чтобы с ней хоть как-то справилась PS2, а затем быстренько сбацать что-то грандиозное для следующего поколения.

Но для всех, кому до сих пор не давали покоя неразрешенные вопросы MGS2, ожидание значило нечто большее. Идея вернуться в будущее и ответить на эти назойливые вопросы означала, что некоторые фанаты окажутся правы, а некоторые – нет. Во всяком случае, такое складывалось ощущение. Вновь возникли споры о «теории VR» и о том, куда же свернет сюжет, если она подтвердится или же будет опровергнута. Любой из вариантов подразумевал сумасшедшие перспективы. Если «теория VR» окажется неверной, то Кодзиме придется объяснять и обосновывать противоречащие здравому смыслу события, а если подтвердится – то вся история MGS2 окажется субъективной, буквально несуществующей. Ставки были высоки – по меркам мало кому известных закоулков геймерского фэндома, конечно.

По большему же счету, дела шли в гору. Звезда Кодзимы была на подъеме, что повышало престиж его самых давних фанатов. Показываешь, что знаком с серией Metal Gear с ее истоков или что поклонник гения с его первых шагов в индустрии, и вот – ты уже обласкан новичками и заслужил почет и уважение. Тех, кто день и ночь корпел над поиском все новых секретов, мелочей и деталей истории игр, чествовали подобно ученым, открывающим основы мироздания – они делали то, на что у большинства не хватало ни времени, ни терпения. Сбор и систематизация бескрайнего количества информации о серии Metal Gear казались практически настоящей работой, и те, у кого не было реальной работы или других увлечений, к этому так и относились. Это необходимая и кропотливая деятельность. Но найти человека, готового отложить всю эту суету в сторону и обсудить тонкости интерпретаций, было невозможно. Всех, кто осмеливался затронуть эту тему, чаще всего запугивал какой-нибудь вождь-деспот, опасаясь мятежа и хаоса в возведенном в честь Кодзимы девственно чистом храме фактов и официальной информации. Субъективности там не место.

ОПУСТОШЕННОСТЬ

Кодзима с отчаянием глядел на творящееся в фэндоме – все занимались какой-то ерундой, комьюнити стало совершенно бессмысленным. И создание сиквела MGS2 само по себе было бессмысленным поступком… Решено, «бессмысленность» станет темой MGS4 – одним словом, вокруг которого будет, подобно «генам», «мемам» и «сценам», вращаться вся игра. Скрывать этот факт он не собирался.

«Повторюсь, я хотел, чтобы MGS3 стала последней игрой серии, но очень много людей желали знать, что же случилось после „2“. Узнать о личностях „Патриотов“ и все такое. Эти тайны и были задуманы, как безответные, но у меня не получилось убедить всех в том, что это настоящий финал.

Так что нам пришлось сделать „4“. Однако когда началась работа над ней, я начал сомневаться, что мое послание касательно того, что мы должны передать будущим поколениям, действительно дошло до игроков и моей команды. И я понимал, что это будет моя последняя Metal Gear, а значит, после моего ухода команде придется продолжать работу самостоятельно.

Но меня осенило, что, вероятно, существуют вещи, которые передать невозможно. Воля, мысли и эмоции человека не закодированы в его генах и не являются частью мемов. Если собрать воедино эти аспекты, то мы получим смысл человека, который и станет темой игры. Вот почему это однозначно моя последняя Metal Gear и завершение истории Солида Снейка. Может, будет и Metal Gear Solid 5, но в ней, скорее всего, будут другие персонажи, мир и история».

– Хидео Кодзима, официальный сайт Konami, 2008 [выделение мое][148]

Погружаясь в сюжет Metal Gear Solid 4, вы увидите, как Кодзима превращал свое эмоциональное состояние и чаяния в сюжетные ходы, персонажей и приемы, подчеркивающие его точку зрения. Впервые в жизни творец создавал игру о том, что он не может донести свои мысли напрямую до аудитории. Это была игра о «сути» – вещах, которые невозможно передать словами.

5

МИРОУСТРОЙСТВО

«Не будет величайшего дня из дней для наступления нового мирового порядка. Он будет приходить постепенно, шаг за шагом, то здесь, то там, и даже когда установится, он будет открывать нам новые перспективы, ставить невиданные доселе проблемы и вести навстречу новым приключениям. Ни один человек, ни одна группа людей никогда не будут признаны его отцами или основателями. Ибо создателем его будет не тот человек и не этот, и не кто-то третий, а Человек – существо, которое в той или иной мере присутствует в каждом из нас. Мировой порядок, как и наука, как и большинство изобретений, будет общественным продуктом. Неисчислимое множество личностей проживут прекрасные жизни, вкладывая все свои силы в коллективные достижения».

– Герберт Уэллс, «Новый мировой порядок» (1940)

«Люди Новой Республики будут бесстрашно смотреть в лицо смерти, и принимая, и причиняя ее. […] Они будут обладать верой в идеалы, оправдывающие совершение убийства. […] Определенной части людей будет дозволено существовать лишь из жалости и под условием, что они не будут плодиться. Но если этим снисхождением станут злоупотреблять, не вижу препятствий для того, чтобы, не колеблясь, истребить их».

– Герберт Уэллс, «Предвидения о воздействии прогресса механики и науки на человеческую жизнь и мысль» (1901)

«В настоящее время население Земли увеличивается примерно на 58 тысяч человек в день. До сих пор война не оказала значительного влияния на этот рост, который наблюдался на протяжении всех мировых войн. […] Так что в этом отношении война до сих пор была разочаровывающей… Но, возможно, эффективной окажется война бактериологическая. Если бы раз в поколение по миру распространялась Черная смерть, выжившие могли бы свободно размножаться, не боясь проблемы перенаселения. Звучит не очень приятно, но что с того?»

– Бертран Рассел, The Impact on Science on Society («Воздействие науки на общество») (1951)

Обычному западному человеку невозможно или, по крайней мере, было невозможно представить, что люди могут всерьез о таком задумываться. И десятилетиями гордо излагать это на бумаге, не будучи изгнанными из общества и не получив запрет на публикацию своих трудов. Желать, чтобы раз в поколение на мир спускалась искусственная чума, уничтожающая миллионы жизней ради эффективного контроля над выжившими? Мечтать о дне, когда исчезнет любой национальный суверенитет, а ценность человеческой жизни станет определяться какими-то учеными и карательными отрядами? Но это реальные труды, принадлежащие людям, которые и по сей день считаются великими умами. Герберт Уэллс и Бертран Рассел были близкими друзьями и вели бурные дискуссии со старшим поколением самопровозглашенных «патриотов британской расы» вроде Альфреда Милнера. Дискуссии о том, как вернуть контроль над миром с помощью войны и пропаганды. Они встречались в клубе «Коэффициенты» – небольшом сообществе интеллектуалов, аристократов, политиков, ученых и магнатов, интересовавшихся вопросами политики. Среди них Уэллс был одним из самых активных членов, постоянно продвигая новую глобалистскую идеологию. Клуб был основан в 1902 году и просуществовал до 1909‐го. После роспуска на его базе появился новый – «Соотечественники». Существование таких клубов и обществ было обычным делом в Великобритании конца девятнадцатого – начала двадцатого века. Они постоянно меняли названия и обновляли составы, чтобы оставаться гибкими перед лицом технологических и социальных потрясений. Но неизменным было стремление к превосходству, власти и оппортунизму. Вот идеал Уэллса:

«Эту новую и всеобъемлющую Революцию, которую мы рассматриваем, можно определить в немногих словах. Это: (а) открытый мировой социализм, научно спланированный и направляемый, плюс (б) безоговорочное верховенство закона, основанного на более полном, более ревностном отстаивании Прав Человека, плюс (в) полная свобода слова, критики и публикаций, а также неуклонное расширение образовательной организации в соответствии с постоянно растущими требованиями нового порядка».

– Герберт Уэллс, «Новый мировой порядок» (1940)

Можно перечитать этот отрывок раз двадцать и все равно не понять всей весомости сказанного. Если когда-либо и существовал пример того, как мечта одного человека превращается в кошмар для остальных, то далеко ходить не надо – вот он. Давайте рассмотрим эти три пункта. Чтобы разобраться с первым тезисом о всемирной технократии, достаточно вспомнить, что Рассел говорил по этому вопросу, и вернуться к главе 8 этой книги. А вот второй пункт легко [149]неправильно истолковать, ведь наш разум всегда пытается увидеть предлагаемое в позитивном свете, даже если такой свет не завезли. Описываемый закон направлен не на защиту отдельных людей, а на защиту коллективных «Прав Человека», противопоставляя предполагаемое общее благо ничтожному индивидууму, имеющему возможность нарушить равновесие совершенной системы. Другими словами, это противоположность настоящим правам. Индивидуальность по определению является врагом социализма. Требовать соблюдения личных прав – значит усомниться в тщательно контролируемой симуляции, которая поддерживается исходя из чьей-то мудрости и где судьбы вершат недосягаемые эксперты. И получается, что третий пункт совсем уж непонятный – кажется, что речь идет о таких хороших вещах, как расширение прав и свобод людей, но присмотритесь внимательнее. Свобода слова тоже принадлежит не отдельным людям, а «образовательной организации». То есть специальной пропагандистской машине технократов: их системе промывания мозгов, устройству школ, их газетам и журналам – любым формам, в которые она трансформируется в агрессивном напоре. Видите ли, единственное, чему в системе дарована абсолютная свобода, – контроль над умами людей. Это извращенное, безумное видение ядовитого и пожилого Уэллса. Аллегории о Джоне Кэбеле ему теперь мало. Если мы продолжим чтение, то увидим, как он признает, что такую систему отвергли бы все его современники, но память будущих поколений уже не будет отягощена пережитками прошлого – благодаря манипуляциям технократов они примут все. Он предостерегает последователей не слушать упреков милых девушек и привлекательных юношей из образованных культур, которые возненавидят этот новый ад, и не поддаваться искушению отказаться от заговора из жалости к хорошим людям.

Систематическая цензура, промывка мозгов, массовая смерть и, превыше всего, одержимость контролем. Бессердечный мировой порядок, роботизированная система, регулирующая численность населения, образование, экономику, армию и политику. Кажется, сценарий Sons of Liberty был написан Уэллсом за сотню лет до появления игры; теперь же ее сиквел отринет намеки и недомолвки и выскажет все напрямую. Он будет называться Guns of the Patriots («Оружие „Патриотов“») и расскажет о концепции мировой системы, вобравшей в себя культуру, генетику и войну, но ни капли человеческого сострадания.

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ДЛЯ ЧАЙНИКОВ

Я бы хотел быстренько ознакомить читателя с самыми основными взаимосвязями между мировыми событиями, заголовками новостей и необъятным миром инвестиций и финансов – все ради того, чтобы мы приступили к обсуждению Guns of the Patriots, не возвращаясь к глобальному заговору, восходящему к началу двадцатого века. Да, усилия по созданию заговора были реальными и даже повлияли на некоторые исторические моменты нашей цивилизации, но вот как далеко им удалось зайти – вопрос спорный. Объяснить обычное социальное взаимодействие можно и без него. И как только мы разберемся в основах, то поймем, какую роль в системе играют миллениалы и их невежество и как Интернет превратился в чашку Петри для культивирования новых видов маркетинга и контроля.[150]

Важно понимать, что новостные СМИ выполняют функцию важную, но – кто бы сомневался, – не ту, которая подразумевается. Новости нужны не для того, чтобы говорить правду, но и не для того, чтобы лгать и защищать политическую элиту или продвигать идеологию, которой придерживаются главные редакторы. Скорее их задача – переварить все происходящие в мире события и интерпретировать их так, чтобы это стало выгодно рынку. И в каком-то смысле это хорошо – обрушения рынка не хочет никто, даже вы! Мы хотим вечного роста, процветания и чтобы ничего не происходило. Из-за этого многие считают свободную прессу настоящими героями, стоящими на страже мира и каждый день предотвращающими его крах. Но их работа заключается не в том, чтобы говорить правду, поэтому глупо принимать все, что они делают, за чистую монету. Так-то любой, у кого есть больше одной извилины, этого и не делает. Скорее мы должны видеть новости так, как их видит рынок: волшебный мир полуправды, направленной на то, чтобы примирить стадный менталитет населения и его чрезмерные реакции с различными заинтересованными сторонами, вовлеченными в происходящие события. Наиболее уважаемые и хорошо спонсируемые новостные организации делают это так, чтобы максимизировать инвестиционные возможности.

Если вы у мамы циник, то можете задаться вопросом: «А почему кого-то должно волновать, что думает население?» Почему инвесторы не могут спокойно жить в своем финансовом мире, не обращая внимания на сирые и убогие массы? Зачем неустанно скупать и превращать СМИ в оружие, которое раскручивает, замалчивает и искажает все новости до единой? Ответ прост: потому что у нас есть правительство, обладающее возможностью рыночного регулирования. Поэтому, если люди оказывают давление на политиков, заставляя тех изменить законы, или голосуют за политиков, продвигающих одни интересы в ущерб другим, перед инвесторами начинает маячить перспектива катастрофы. Небольшое изменение в законодательстве или указ исполнительной власти, связанный с пошлинами и санкциями, могут обанкротить многие компании и превратить в ничто миллиарды долларов, захлопнув дверь к новым способам обогащения. Если общественность так и не узнает правды или вообще перестанет обращать внимание на политику и мир финансов, инвесторы радостно продолжат строить более совершенные модели прогнозирования и укрепления рынка. Если, с другой стороны, негодование народа выльется в скорое принятие закона, рынок будет так напуган, что инвесторы в надежде избежать краха начнут перераспределять средства задолго до закручивания гаек.

В прошлых главах мы узнали, как равнодушие миллениалов разрушило старый истеблишмент и как коварное поколение Х нашло способ использовать равнодушие, с любовью сохранив его и превратив в эффективный инструмент. Но теперь вы знаете основы взаимодействия, и вам должно стать понятно, почему Интернет с его неограниченным доступом к информации и децентрализованными нарративами все еще представляет экзистенциальную угрозу для всего сущего.

Вы, разумеется, слышали о военно-промышленном комплексе. Но то, о чем я только что говорил, намного масштабнее. Назовем это «нарративно-инвестиционным комплексом». Воротилам рынка нужно, чтобы политики (и общественность, которая на них влияет) оставались кастрированными, немощными и неспособными контролировать и вмешиваться в их планы бесконечного обогащения. Коррумпированными и легко манипулируемыми тоже быть разрешается. Инвесторам необходимо постоянно лоббировать, надавливать, подкупать и контролировать как можно большую часть политических процессов. Коррупция безгранична. В их идеальном мире не существовало бы никаких ограничений и регулирований – для них, но не для их врагов, – а СМИ сообщали бы только то, что помогает богатеть классу частных инвесторов. Не секрет, почему миллиардеры финансируют продажнейших из продажных политиков в надежде получить зеленый свет на очередное изнасилование планеты. И неудивительно, что глава ЦРУ почти всегда имеет опыт работы на Уолл-стрит. Подумайте, чем занимается ЦРУ. Чтобы воздействовать на общества всего мира, оно создает мистификации, инсценировки и опасную пропаганду. О, в этом нарративно-инвестиционном комплексе услуги агентства просто бесценны, и его практически нереально остановить – оно повсюду: в СМИ, политических кампаниях, судах, законодательных органах, вообще везде. Представьте какой-либо аспект современного общества, и вы сразу поймете, как парадигма нарративно-инвестиционного комплекса меняет его значение. Для начала разберемся-ка с миллениалами, ведь именно с ними связан контекст игровой и онлайн-культуры, с которым взаимодействует Кодзима – задумывая свои «Игры в стелс».

В начале это казалось катастрофой, а сейчас считается выгодным, что миллениалы остаются спящими невеждами. Если мы используем Интернет, только чтобы смотреть порнушку, залипать в видео с котятами, слушать критику фильмов (которых даже не видели), или тратим лучшие годы на развитие канала о Minecraft на YouTube, получая с этого жалкие гроши – то это замечательно, просто супер. Отвлечение общества от творящихся в мире дел и их циничного взаимодействия заменило старую концепцию увлечения публики великими идеями, которые поведут ее в будущее. Пусть лучше спят, пока технократы делают свое дело. Это превращается в самоподдерживающийся цикл. Наблюдая за тем, как же ленив и предсказуем среднестатистический человек, обычные инвесторы, репортеры и политики постепенно перевоплощаются в хищных элитариев. Нельзя же симпатизировать человеку, который решил продрыхнуть всю жизнь. Сегодня инвесторы (в основном беби-бумеры) считают чуть ли не своим долгом лгать, мошенничать и воровать до потери пульса, потому что молодежи на все плевать, пусть даже весь мир горит в огне.

Вот только миллениалы перестают пребывать в уютном оцепенении и начинают вникать в происходящее, из-за чего происходят странные-престранные вещи. В системе происходит сбой, все расчеты летят к чертям, и требуется срочная перекалибровка. Надвигаются новые крушения, и нарративно-инвестиционному комплексу приходится менять курс. И это не чей-то хитрый план, а вполне логичное развитие событий. Чтобы понять, как управлять нами, поколение Х наблюдало за собственными детьми, и мир вокруг нас оно обустраивало с предельной заботой. Но нам уже под тридцать и больше, мы становимся независимыми. Учимся быть ответственными, уходим из родительского дома и обращаем больше внимания на происходящее вокруг. Теперь они не знают, что будет дальше и как мы себя поведем. Нарративы начинают рушиться быстрее, чем их успевают создавать, и опять миллениалы поджигают инвесторам седалища, а нас атакуют новые нарративы.

ПОЗНАКОМЬТЕСЬ С «СП»

В центре сюжета Metal Gear Solid 4: Guns of the Patriots – военная экономика и стоящий за ней централизованный искусственный интеллект. Он называется «Сыны „Патриотов“» или «СП», по крайней мере когда речь касается боевых действий. ИИ в режиме реального времени собирает и регулирует информационный поток на всех уровнях оперативной деятельности; отдает приказы, ограничивает функционирование оружия и даже регулирует уровень гормонов и психологическое состояние солдат, подавляя нежелательные в бою эмоции. Самые же мощные, высокотехнологичные и превосходно обеспеченные войска – частные военные компании (ЧВК), готовые объявиться в любой точке планеты, если их туда приведет выгодный контракт. Это мрачный, трагичный, циничный мир, предостерегающий нас о вполне реалистичном сценарии скорейшего наступления ада на Земле. Это военно-промышленный комплекс, переплетенный с нарративно-инвестиционным.

И в этот лишенный всякой радости мир мы наконец-то возвращаемся в роли Солида Снейка – и с нашей последней встречи он сильно изменился. Наемник превратился в седого, морщинистого старика, утратившего брутальную харизму – даже полковник Кэмпбелл выглядит моложе и бодрее. Он дает Снейку задание: убить Револьвера Оцелота, возглавляющего корпорацию, стоящую за операциями крупнейших ЧВК. Оцелот безостановочно перемещается по миру, так что совершить это, по словам нашего работодателя, «заказное убийство» непросто – цель придется выслеживать и преследовать. И Снейк упускает его раз за разом, пока ставки становятся все выше и выше, а сюжет – дебильнее и дебильнее. Игра разделена на шесть актов, и каждый из них надуманнее и тупее предыдущего. А к концу игра и вовсе превращается в натуральное издевательство над всем, чего хотели игроки, – эй, прямо как в Sons of Liberty! Но, подобно MGS2, это придает нам стимул внимательнее всмотреться и копнуть поглубже – мы же знаем, что Кодзима не так прост, как кажется.

6

КОНЕЦ СВЕТА

Чтобы открыть для себя кардинально новый взгляд на творчество и замыслы Кодзимы, мы уже разобрали настоящую гору тем – от мировой истории до классики кинематографа. Уф, есть над чем подумать, не так ли? И если вы немного похожи на меня, то вам потребуется какое-то время, чтобы этот взгляд осмыслить и переварить, так что это прекрасная возможность отдохнуть и позволить новым мыслям утрястись в голове. А как только они устроятся – примемся за дальнейшее изучение творчества мэтра японского игростроя. Я обещаю – отдых вам не повредит. Любой аналитик знает, что в новую тему стоит врываться со свежими силами, а не ползти на последнем издыхании вперед, царапая ногтями землю. Когда вы на пределе и чувствуете, что пора бы все тщательно обдумать – остановитесь, сядьте в любимое кресло и позвольте новой информации закрепиться у вас в сознании. Вы об этом не пожалеете, честно. А я пока тут подожду, предвкушая погружение в личный ад «последней» MGS Хидео Кодзимы и всех ее скрытых смыслов.

Пока мы морально готовимся к путешествию по MGS4 – та еще предстоит прогулочка, – давайте взглянем на рекламные материалы, предшествовавшие ее выходу, потому что без них экспириенс не будет полным. Трейлер с E3 2005 бросался в нас зловещими фразами «Спрятаться негде» и «Нет места для Хидео», а Биг Босс в нем срывал с себя маску, обнажая под ней мордашку Райдена. Кто, кроме Хидео Кодзимы, способен на такую глубоко личную дичь? Подумайте, о чем это говорит. Даже в официальных рек ламных материалах прослеживается его нежелание делать MGS4, но выбора у него не было. Если уж придется над ней работать, то он будет гнуть свою непопулярную линию, отсюда и Райден под маской Снейка. Спустя несколько месяцев на Tokyo Game Show 2005 он показал новый любопытный трейлер, содержащий важные метанамеки, а в дополнение к нему шли интервью, в которых раскрывался тогдашний образ мыслей Кодзимы.

Трейлер начинается как шутер от первого лица, показывая отряд солдат, следующих по разрушенному вой ной городу. Кодзима постоянно прерывает действие возникающими на экране буквами «FPS», превращающимися в различные высказывания. Первое – «Забудьте о пререндерах!» намекает на то, что графика в игре будет реально крышесносная. Далее следует фраза: «И где? На PlayStation». Мы продолжаем движение по городу в роли одного из бойцов, глядя в прицел его винтовки. И тут замечаем, как кто-то седовласый убегает и прячется за ближайшим углом. «Наконец-то смена правил?» Солдат заглядывает за угол, и его обезоруживает Старый Снейк, вырывая нас из ловушки западной перспективы. «Это не FPS. Это MGS». Да, снова откровенный укол в сторону западных соперников и провозглашение победы над ними. Легендарная Call of Duty 4: Modern Warfare выйдет только через два года, но мода на смертельно серьезные мрачные шутеры уже набирала обороты. Девятая часть Medal of Honor вышла в 2004 году. [151]Star Wars: Battlefront и Doom 3 окучивали консольную аудиторию. А Sony попыталась убить Halo с помощью Killzone. Даже не поцарапала. Не поддающийся никакому осмыслению факт того, что Кодзима в своем трейлере MGS4 разместил кадры из скандально известного трейлера сиквела Killzone, только подтверждает наши мысли о его боевом настрое.

ДАЖЕ В ОФИЦИАЛЬНЫХ РЕКЛАМНЫХ МАТЕРИАЛАХ ПРОСЛЕЖИВАЕТСЯ ЕГО НЕЖЕЛАНИЕ ДЕЛАТЬ MGS4, НО ВЫБОРА У НЕГО НЕ БЫЛО.

Он по-прежнему был одержим иллюзией о безграничной мощи Cell – процессора PlayStation 3. В трейлере Отакон даже хвалится тем, что в его дистанционно-управляемом роботе установлен такой процессор. Кодзима опять наобещал всякого выше крыши, но обещаний не сдержал. Так уже было с великими планами совершенного симулятора спецназа, который изначально должен был выйти на PS3. Тогда о Cell говорили как о чудо-машинке, которая позволит разработчикам делать все, что им заблагорассудится. На этот раз Кодзима уверял всех в том, что у Солида Снейка будут расти усы и борода в режиме реального времени, а игроки смогут, подобно заправским барберам, подстригать их. А все здания в городе должны были стать полностью разрушаемыми и превращаться в руины в ходе боевых действий. В этой ведущейся в реальном времени масштабной войне вертолетов, артиллерии, гранатометов и штурмовых беспилотников Снейку отводилась роль маленького винтика. У игроков появилась бы возможность использовать приемы психологической войны, но и своему ментальному здоровью пришлось бы уделять внимание. Из этого хаоса и разрушаемости и появился слоган «Спрятаться негде». Дело бы не только в неспособности Кодзимы скрыться от разработки MGS4, но и в динамическом разрушении построек, что могло лишить игрока всех укрытий. И ничто из этого нельзя было воплотить в жизнь. Все эти задумки заставляли ржать до колик в животе любого, кто имел хоть какое-то представление о возможностях домашних консолей.

Чудовищная переоценка железа даже подтолкнула Кодзиму хвастануть этим бриллиантом японских технологий после финальных титров трейлера. Старый Снейк просит Отакона объяснить, что такое этот его Cell. «Это революционный высокоскоростной чип с многоядерной архитектурой. Ему найдется применение в самых разных операциях, не только военных», – с гордостью говорит Отакон. Далее мы видим, что в окне на рабочем столе Хэла крутится трейлер Killzone, демонстрируя нам все прелести геймплея революционного шутера.[152]

«И что, обязательно тащить его с собой в битву?» – спрашивает Снейк.

«Ты смотришь на ключ к победе в консольной войне», – заносчиво отвечает Отакон, ломая четвертую стену. Тут мы наблюдаем редкий пример того, как Кодзима не прячет метакомментарий, а гордо выпячивает его, используя свой мир, сюжет и персонажей как способ передать послание другим разработчикам и платформам. Он делал это и раньше, но теперь высказался яснее некуда. Кодзима хочет, чтобы в консольной войне победила японская Sony, а не американская Microsoft.

«Что, вот этот вот „Метал гир“?» – спрашивает Снейк, имея в виду и „Метал гир Mk. II“ – робота, которым управляет Отакон, и саму MGS4. Кодзиму, наверное, распирает от гордости за этот диалог и его символизм.

«Именно так. Давай я покажу тебе, на что он способен», – отвечает Отакон.

Чего Кодзима не знал, так это того, что геймплейный ролик Killzone, кадры из которого он включил в трейлер, был пререндером. Фальшивкой. Ложью. Наглый блеф, чтобы заставить Microsoft понервничать, и обдуривший несчастных геймеров, уверовавших, что PS3 опережает Xbox 360 минимум на парочку поколений. Геймеры, само собой, были в ярости. Получается, сначала в своем трейлере Кодзима просит нас «забыть о пререндерах», а затем демонстрирует самую позорную страницу в истории E3. Это ему припомнят. Только после выхода MGS4 он пошутил насчет своей веры во всемогущий Cell. А в выступлении на конференции Game Developers Conference 2009 Кодзима рассказал, что искре[153]нне верил в волшебную силу процессора. С его слов, это позволило бы ему сделать идеальную MGS. «Задача заключалась в следующем: использовать заявленную „удивительную мощь“ потрясающей игровой платформы для создания идеальной стелс-игры. Ведь если я сделаю идеальную стелс-игру, мне больше не придется заниматься серией Metal Gear». Весьма откровенно, да? Даже цель создания совершенной прощальной игры была продиктована желанием уйти, а не стремлением порадовать фанатов.

На этот раз я возьмусь за деконструкцию игры иначе – пройдусь по определенным темам и вопросам, по возможности следуя развитию ее сюжета. Обсуждение каждого авторского решения я начну с раскрытия его значимости и разбора сопутствующих фактов, а затем разделю анализ на две части: очевидные причины и скрытые. В первой мы коснемся основного плана Кодзимы или очевидной логики, которую любой фанат сможет увидеть без метатеорий и сокрытых замыслов, а во второй – попытаемся найти дополнительные смысловые уровни[154]. Местами я буду добавлять в разбор мысленные эксперименты, позволяющие вырваться из плена искусно сотворенных иллюзий. И постараюсь больше не трепаться о технократах и всем таком, поскольку весь сюжет в мире Кодзимы вращается вокруг уже свершившегося кошмара.

НЕСУЩЕСТВУЮЩЕЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ

«Также Кодзима сообщил, что созданием вступления MGS4 займется компания Logan, которая заменит Кайла Купера, работавшего над двумя предыдущими играми. Вступительный ролик MGS3 давал игрокам контроль над происходящим на экране, но, по словам Кодзимы, в MGS4 все будет еще поразительнее. „Телефонная линия службы поддержки будет разрываться от звонков. Меня наверняка уволят“, – шутит Кодзима».

– Статья на сайте GameSpot «Tokyo Game Show 2006: Кодзима и Metal Gear»[155]

Удивительно, но одна из самых претенциозных и странных деталей Metal Gear Solid 4: Guns of the Patriots – самая игнорируемая. Хидео Кодзима потратил гору денег, наняв не абы кого, а Logan – одно из крутейших рекламных агентств в мире. И для чего? Чтобы она создала несколько обалденно стильных, футуристичных роликов для вступления его игры. Даже если вы не слышали название компании, с ее трудами вы наверняка знакомы – она помогла Apple с культовой рекламой iPod Shuffle, дополнив модными роликами и без того легендарную рекламную кампанию с танцующими силуэтами. Еще они работали над видеоклипами для Мадонны и U2, так что да, деньги потрачены не зря. Кодзима был без ума от Apple и ее маркетинга и посчитал логичным заключить сделку с талантливыми рекламщиками. Результатом сотрудничества стали пять рекламных роликов для внутриигровых ЧВК и пять отрывков из различных телешоу выдуманного мира, между которыми игроки могли переключаться, будто смотря настоящее ТВ. Зачем ему это понадобилось?

Очевидные причины

Итак, очевидные причины, поехали. Игрокам редко выпадает удача начать игру со знакомства с тем, что обычные люди видят на экране телевизоров. Если подумать, чаще всего мы наблюдаем происходящее с точки зрения сверхсекретных супер-пупер-оперативников, а это довольно странный способ взглянуть на внутриигровое общество. Да, в MGS2 была рецензия вымышленного журнала New York Mirror на книгу «Шокирующий заговор вокруг Шэдоу-Мозеса», в которой не заслуживающий доверия журналист рассказывает свою версию событий MGS1. В общем-то и все. Мы в полном неведении относительно общественных настроений и поп-культуры игровых миров. Так что, учитывая, как сильно Кодзима в MGS3 напирал на уникальность эпох, их разнящуюся мораль и силу пропаганды, посмотреть на то, чем пичкают народ будущие медиакорпорации, не только чертовски интересно, но и важно.

Логично, что реклама тоже проливает свет на занятные детали игрового мира. Например, в игровом шоу «Седьмой круг» мы слышим, что французская ЧВК Pieuvre Armement («Осьминожий арсенал») производит 51,5 млн единиц стрелкового оружия в год, а ее вооруженные силы по численности сопоставимы с армиями Канады и Мексики, вместе взятыми. В каком-то смысле это даже имеет отношение к сюжету игры. Люди привыкли к бесконечным войнам и теперь наслаждаются любопытными фактами о них. Телешоу о смерти и кошмарах войны стали частью повседневной жизни.

Если не сильно вникать в подтекст, то ролики просто классно сделаны. Смотреть их – одно удовольствие, а уж как интересно разглядывать всякие мелочи вроде жуткого текста, пролетающего на заднем плане «Седьмого круга!» Представьте, что в вашей любимой телевикторине появились бы категории «Искусство манипуляции», «Кровопролитие и красотки» и «Униженные герои». Поверьте, ролики заслуживают повторных просмотров!

А камео какие! В шоу «Звездный моралист» Дэвид Хейтер дает интервью Ли Меривезер, исполняющей в игре роль пожилой Евы (которую теперь зовут Биг Мамой). На Хейтере тот же киберокуляр, что и на Снейке, и это становится одной из тем разговора. В «Седьмом круге» голова актера, играющего Дребина, дает правильный ответ на вопрос. А в шоу «Бронеподобный» звучит голос Ким Май Гест (Мэй Лин). Хороший фансервис и милый штрих, учитывая, что игра должна была стать последней главой длинной и прославленной саги, подарившей своим актерам известность.

И давайте не будем забывать о творческом авторитете. Неважно, ощущал ли Кодзима необходимость упрочить свою репутацию артхаусного творца или принимал ли он в создании роликов активное участие, факт остается фактом: такие претенциозные и дорогостоящие выходки – почерк весьма эстетский. А еще это хороший способ показать людям, какой вы смелый и рисковый. Кодзима не просто отошел от традиций игропрома, но сделал нечто такое, чего в истории видеоигр не делал никто. И его слова насчет коллапса на горячих линиях службы поддержки подтверждают его веру в сенсационность задумки. Но всем было плевать. Фанаты увидели стильные ролики, отметили, что они реально стильные, и двинулись дальше. Телевидение от Кодзимы по-прежнему полностью игнорируется и критиками, и игроками, как будто оно вовсе не часть игры.

Скрытые причины

А теперь копнем поглубже. Хотя этот взгляд на телевидение будущего задумывался как крышесносное начало MGS4, способное потеснить с пьедестала сумасшествия эпизод с Психо Мантисом – сводя игроков с ума и заваливая Konami разъяренными звонками, – [156]ничего не вышло. Эта часть игры забыта. Но это не значит, что в ней отсутствуют метауровни! Можем извлечь из этого урок: даже если все игнорируют странные выкрутасы Кодзимы, он все равно изо всех сил старается разжечь бурю споров и дискуссий. Ну, в этот раз не вышло, что поделать.

А теперь вернемся на телевикторину «Седьмой круг». Ее название – отсылка к «Божественной комедии» Данте, где в седьмом круге Ада уготовано место душам, при жизни запятнавшим себя насилием. Давайте пафосно изречем, что это шоу о пребывании в аду. Любопытные названия категорий связаны с противоречивыми темами игры, ну, взять хотя бы «Униженных героев»; здесь подразумеваются деградация Солида Снейка до своего нынешнего состояния полной развалины и унижение, которому ему предстоит подвергаться на протяжении всей игры. Опутанная проводами, парящая в воздухе голова задает участникам вопросы, показывая нам жуткое, макабрическое безразличие к смерти и расчлененке в будущем мира Metal Gear. Война стала нормой. Все алгоритмы работают, манипулировать населением легко, как никогда раньше. Благодаря выполнению Райденом «Плана 3‐С», человечество погрязло в культуре поклонения смерти. И как только мы понимаем, что всю информацию и все медиа в мире контролирует ИИ, то распознаем в увлекательном шоу и модной рекламе «Осьминожьего арсенала» примеры изощренной и сексуализированной пропаганды. А что? Секс отлично воздействует на умы. В ролике полуобнаженные красавицы извиваются и целятся куда-то из оружия, пока их ласкают и опутывают осьминожьи щупальца. Томный французский голос за кадром говорит о том, как скучна жизнь без смерти, как скучная жизнь равносильна смерти и как жизнь переоценена. Зловещая картинка завершает ролик: человеческий череп с подключенными к нему проводами и растущими из него мерзкими щупальцами. Есть ли у такого мира шанс на спасение?

Я уже упоминал о GDC 2009. На том мероприятии через год после выхода MGS4 Хидео Кодзима удостоился награды за выдающиеся достижения и произнес длинную и увлекательную речь о своей карьере и триумфах в должности гейм-дизайнера. В ходе презентации он трижды «пошутил» о том, какими невероятно продолжительными были кат-сцены в его играх и насколько сильно это стало бесить игроков. Аудитория что-то не смеялась. Может, не успевала за живым переводом его речи, кто знает. Но каждый раз он говорил в зал, что они обязаны смеяться – ведь речь идет о его знаменитых кат-сценах! Это было его больным местом. Все получилось максимально неловко: речь задумывалась как чествование его долгой и успешной карьеры, а не как оспаривание и критика заслуг Хидео. Зал ведь набит уважающими его разработчиками, что ж такое! Но он сам начал разговор об этом и настаивал на том, что надо посмеяться, а когда такая пассивная агрессия идет от чистокровного японца, то тут явно что-то не так. В Японии вежливость и учтивость – практически неписаные законы, а ему награды дают, приглашают похвалиться карьерой и зачем – чтобы получить порцию желчи в свой адрес? Очевидно, что оскорбления его кат-сцен и их продолжительности сильно задели Кодзиму. И касательно их длины в MGS4 он превзошел сам себя.

В чем же скрытый мотив показа длиннющего сегмента, состоящего из телепередач, перед настоящим вступительным роликом игры? А это очень длинный ролик, сфокусированный на военной экономике и созвучный с темами только что просмотренных телешоу. Не намек ли это на что-то? Вы смотрите любимое шоу, следом рекламу. А что дальше? В точку. Guns of the Patriots.

Возможно, нужна еще одна подсказка, чтобы понять, в чем тут дело. И найти ее мы можем на экране «Игра окончена». Когда Снейк умирает, то видим мы не тот же любимый экран из MGS1 и MGS2 (естественно, из главы «Танкер», где играем за Снейка), который пора назвать личным экраном Снейка. Вместо этого в телевизоре начинают мелькать кадры из уже виденных сюжетных роликов, которые медленно превращаются в белый шум, который обрывается, словно пропадает телевизионный сигнал. Возникают сильные ассоциации с просмотром фильма, и именно по телику. Для нас уже не секрет, что на экранах «Игра окончена» Кодзима любит прятать подсказки – вроде экрана с миссии на Биг Шелл, на котором запечатлены кончина Райдена, его координаты и прочая статистика, как будто он находится в VR-симуляции, а его данные отображаются как высокий балл в видеоигре. А теперь в прямом продолжении этой истории Кодзима раскрывает на экране «Игра окончена» очередную горькую правду: это всего лишь киношка, в которую можно поиграть.

РУТИНА ВОЙНЫ

В недалеком будущем на истерзанной конфликтами планете война превратилась в рутину.

Эти слова – первое, что мы видим после знакомства с телевидением кошмарного будущего. Когда они исчезают, перед нами предстает занесенный песком, разрушенный ближневосточный город, полный смерти и разорения, а экспозицию мы узнаем напрямую со слов Солида Снейка. Впервые за всю историю серии Снейк с самого начала игры видит вещи такими, какие они есть.

«Война изменилась. Дело уже не в противостоянии стран, идеологий или национальностей. Теперь это бесконечная череда прокси-битв, в которых сражаются наемники и машины. Пожирающая людские жизни война превратилась в хорошо отлаженный механизм.

Война изменилась. Солдаты с ID-метками носят оружие с ID-метками и используют снаряжение с ID-метками. Наномашины в их телах усиливают и контролируют их способности. Контроль над генами. Контроль над информацией. Контроль над эмоциями. Контроль боевых действий. Все отслеживается и тщательно контролируется.

Война изменилась. Эпоха сдерживания сменилась эпохой тотального контроля. Все во имя предотвращения катастрофы от применения оружия массового поражения. И тот, кто контролирует поле боя… контролирует историю.

Война изменилась. Когда поле боя находится под тотальным контролем… война превращается в рутину».

Очевидные причины

Самая очевидная причина затронуть в MGS4 тему рутинности войны – возможность таким образом прокомментировать развязанную администрацией Буша «войну с терроризмом». Кодзима порицает расцвет таких ЧВК, как Blackwater, – без идеологии, для которых война действительно настоящая рутина. Он рисует будущее, где главенствует горстка нейтральных прокси-армий, а весь мир погряз в бесконечной войне ни за что. Удручающая картина. Постоянная резня ведется без каких-либо раздумий, и даже эмоции солдат контролируются наномашинами на индивидуальном уровне. Учитывая крепкую мораль предыдущих игр, это поражает.

Мы узнаем, что расцвет ЧВК спровоцирован «Манхэттенским инцидентом»; это относится как к инциденту с Биг Шелл и рухнувшему в Нью-Йорке «Арсенал гиру» из MGS2, так и к реальным терактам 11 сентября, которые спровоцировали начало войны с терроризмом и увеличили потребность в военном аутсорсинге. Вполне логично, учитывая, что Кодзима еще в 1998 году рассказывал о военно-промышленном комплексе, а под конец 2001‐го выпустил игру, в которой демонстрировалась страшная атака на Манхэттен.

И давайте не будем забывать, что охваченный войной мир – то, ради чего Аутер-Хевен и затевалась. Кодзима наконец-то поместил нас в этот ужасающий сценарий, наполнив его важным смыслом. Именно это пытался предотвратить Солид Снейк, и именно этого желал Биг Босс. Разумеется, отличие здесь в том, что такой мир создал не безумец с супероружием, а сеть систем искусственного интеллекта. Это обсуждается на протяжении всей игры, и это отличный повод поколесить по миру.

Скрытые причины

Если вы думаете, что я или Кодзима забыли про «Игру в стелс», то спешу вас обрадовать – она все еще здесь. Хидео Кодзима уже в MGS1 понимал, что игроков в его змеиных произведениях интересуют в основном пальба и драки, на чем и ловит Солида его брат Ликвид, уличая героя в том, что он продолжает свою миссию только потому, что Снейку «нравится убивать». В MGS2 японец вообще зашел так далеко, что сравнил среднего игрока с Райденом, каким-то VR-нубом, который хочет стать Солидом Снейком. Но только после обрушившейся на него из-за MGS2 критики он решил дать людям то, чего они хотели, – и даже не заставил их чувствовать себя виноватыми! Спасибо, MGS3. Кодзима подарил геймерам больше оружия, ТББ, снизил градус нравоучений и добавил онлайн-режим, в котором они без всякой причины могли убивать друг друга сколько душе угодно. Глядя на рутинную войну в MGS4 и Metal Gear Online, [157]становится ясно, как он к этому относится. В MGS4 представлено невероятное количество разнообразного оружия, его кастомизация, более продвинутый онлайн-режим и покупка/продажа оружия прямо на поле боя. Постойте. Metal Gear должна быть совсем не об этом! Война изменилась, потому что игроки отвергли видение Кодзимы и выбрали западное – полное бессмысленной бойни, а не глубокомысленных историй. Что ж, он даст им то, чего они так жаждут, – в форме, граничащей с откровенной пародией. В одной из первых кат-сцен Старый Снейк скрывается от обнаружения роботами-беспилотниками. Их отвлекает картонная коробка, на боку которой напечатана уже известная нам фраза «Нет места для Хидео». Важно, что это сообщение не только дошло до финального продукта, но и появляется в самом центре кадра сюжетной кат-сцены. Гнетущая обстановка рутинной войны и психологической деградации говорит о том, что Кодзима вынужден поступиться своими принципами.

СОЛИД СНЕЙК, СТАРШЕ И СОЛИДНЕЕ

А теперь поговорим о самом, наверное, спорном дизайнерском решении. И займемся его анализом! Когда в 2005 году Старого Снейка представили миру, реакция геймеров была неоднозначной. Седые волосы, морщины, безобразные усы и грива, как у стареющей звезды из 80‐х – ему хоть и суждено было рано состариться, но почему он при этом растерял остатки крутизны и сексуальности? Сочетание такой внешности с блестящим, облегающим костюмом с искусственной гипертрофированной мускулатурой только усугубляло ситуацию. Разумеется, по традиции его задница снова была рельефной и подтянутой. Традиции важны. Рельефная и подтянутая задница Снейка еще важнее. Прошло несколько лет (пять, как выясняется) с инцидента на Биг Шелл, но никто из остальных персонажей так сильно не постарел. Но самой большой переменой в Снейке стали не внешность и физические данные. В ранних трейлерах он показан эмоциональным, усталым, измотанным, но не утратившим свой пыл. В игре ничего из этого не осталось. В последний раз мы видели его в Sons of Liberty[158], где он, как настоящий свободный человек без навязанных кем-либо миссий, сам решил спасти мир и положить конец «Патриотам». Снейк и Отакон были ярыми идеалистами, верящими в светлое будущее. Они хотели передать свою мудрость следующему поколению, используя для освобождения человечества мемы и цифровую эпоху. А сейчас? Он подавлен, угрюм и обессилен.

Любопытно, что в «Базе данных» упоминается, что позывной «Старый Снейк» появляется на свет, если убрать «суть» Солида Снейка. Но в чем же эта его «суть»? И куда она подевалась?[159][160]

Очевидные причины

Стариковская внешность Снейка объясняется надуманными причинами – он клон, значит, клетки его тела подвержены стремительному старению. Значит, если бы Солидус и Ликвид остались живы, они стали бы такими же одряхлевшими стариками. Но это не объясняет, почему изменилось умонастроение Снейка. Можно предположить, что стареющее тело тушит запал. Однако к Биг Боссу это не относится – он в преклонном возрасте возглавлял собственную армию, клепал ядерное оружие и сражался со всем миром, потерпев поражение только от своего молодого клона. Ликвид Оцелот тоже старик – а ведет себя как гиперактивный ребенок. И верит, что он – Ликвид Снейк, и этого, по-видимому, хватает, чтобы придать ему решимости и задора. Даже Биг Мама (Ева) возглавляет вооруженную группировку и бодро разруливает сложнейшие дела, даром что пенсионерка.

На официальном сайте говорится, что Снейк «пропал после инцидента на Биг Шелл, но по просьбе Кэмпбелла вернулся, чтобы покончить с Ликвидом Оцелотом». А? И это все? В «Базе данных» сообщается, что отказаться от планов по спасению ребенка Ольги его заставили приступы кашля и внезапное старение, но это оскорбительно неубедительная отмазка. Снейк, «человек, который делает невозможное возможным», отказывается от своих устремлений и идеалов из-за кашля?!

Даже рядовые фанаты понимали, что быстрое старение Снейка появилось в игре, чтобы точно лишить его в будущем роли главного героя. Но это не объясняет подавленности, унылости и перемен в моральных принципах. Нам дают жалкие оправдания, касающиеся каких-то отдельных моментов, но не более того, ничего убедительного. Взять, к примеру, внезапное примирение Снейка с ножами и ТББ. В опциональном разговоре по «Кодеку» Отакон снова и снова пытается понять, почему Снейк все это время отказывался от применения ТББ, если прекрасно владел этой техникой. Снейк говорит, что был обучен технике еще в «Гончих», но ему казалось неправильным имитировать «предателя». Теперь, когда о ТББ узнали все и используют выученную по книжкам дешевую имитацию, его тело просто «реагирует естественным образом».[161]

Скрытые причины

Не то чтобы это было скрыто, но душевное состояние Старого Снейка – это отражение мыслей Хидео Кодзимы того периода. Ниже цитата из интервью Эцу Тамари.

Тамари: Можно ли сказать, что вы со Старым Снейком одинаково мыслите?

Кодзима: Да, можно. Мы оба уже старики, но задницы у нас по-прежнему хоть куда [смеется].

Это пустяковая шутка, с помощью которой Кодзима отмахивается от серьезной дискуссии, но ответ «да» подтверждает скрытую связь между ними как между объектом и его отражением. Кроме того, в интервью сайту 1up.com он открыто заявляет, что «скрытая мысль здесь в том, что я желаю, чтобы Снейк умер, позволив [162]мне двигаться дальше». Это не только подтверждает наличие в играх Кодзимы скрытых тем, отражающих его личные тяготы, но и подкрепляет другое его признание, что Старый Снейк и он мыслят одинаково.

Конечно, Снейк – не настоящий мальчик и лишен всяких эмоций, так что это не Кодзима подражает ему, хотя это было бы прикольно. Он проецирует свои чувства на Снейка, вот откуда у старого клона такой настрой. Поэтому Старый Снейк не смог передать ничего ценного будущим поколениям. Все, что он может, – это разгрести бардак, который сам понасоздавал, и в конце концов тихо умереть, чтобы не создавать больше никаких проблем. Снейк апатичен, потому что Кодзима апатичен; он уставший, потому что Кодзима уставший; он отказался от своего философского идеализма, потому что… Правильно, потому что от него отказался Кодзима (по крайней мере, касательно серии Metal Gear). Снейк тут и не должен быть крутым. Те, кто считает, что Кодзиме не удалось сделать симпатичного главного героя, ошибаются: Старый Снейк создан таким намеренно, он сыт всем по горло и больше не хочет выполнять свою работу, очень уважаемый ход. Он не герой и не антигерой; на добро и зло ему уже плевать; ему даже все равно, ради чего по всему миру ведутся битвы.

СНЕЙК ТУТ И НЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ КРУТЫМ. ТЕ, КТО СЧИТАЕТ, ЧТО КОДЗИМЕ НЕ УДАЛОСЬ СДЕЛАТЬ СИМПАТИЧНОГО ГЛАВНОГО ГЕРОЯ, ОШИБАЮТСЯ: СТАРЫЙ СНЕЙК СОЗДАН ТАКИМ НАМЕРЕННО.

«Война изменилась. Наше время вышло. Наша война окончена. Но за мной остался последний долг… Я должен ответить за все содеянное. Стереть свои гены… Вычеркнуть этот проклятый мем из истории. Это… моя последняя миссия».

Нейтралитет Снейка на поле боя приобретает новый смысл. Это отражение безразличия Кодзимы к его собственному вымышленному миру и веяниям, пытающимся на него повлиять. Хардкорные фанаты, обычные геймеры, его команда, начальство – какая, к черту, разница, кому потакать, лишь бы дело было сделано. Сначала он поможет одной стороне, а потом – другой. Лояльность пусть валит ко всем чертям. Технология «ОктоКамо», которой пользуется Старый Снейк, сро[163]дни его нейтралитету. Кодзима не может скрыться от вопросов или требований, поэтому он сливается с окружением, чтобы выжить. Отсюда и полная вестернизация управления. Адаптируйтесь к временам и ни к кому не привязывайтесь.

Ситуация с ТББ тоже проясняется. Она демонстрирует его готовность отбросить принципы ради достижения цели. Даже если придется стать похожим на предателя, на Биг Босса. В MGS2 мы видели совсем другого Снейка, ножами он не пользовался. Максимально натянутая история о рассекречивании техник Биг Босса и инстинктивной реакции Снейка на использование ТББ солдатами – полнейшая хрень. Кодзиме было нужно, чтобы Старый Снейк предал свои идеалы, поэтому и придумал этому оправдание. Уж какое есть. И вообще, игроки всегда используют ТББ исключительно в нападении, а не в ответ на атаки врагов, которые практически никогда не начинают схватку с рукопашной. Снейк теперь пыряет людей ножом и перерезает им глотки. Это предательство – фанаты от своего героя ожидали совсем другого, но в этом-то и суть. Суть в том, что его «суть» исчезла.

На снаряжении Старого Снейка мы можем заметить японский иероглиф – визитную карточку Отакона, – под которым написано: «Оставить мир в покое». Значений у фразы может быть много, но в игре она не поясняется. Не исключено, что это отражение духа моно-но аварэ, то есть Старый Снейк принимает свою миссию и неизбежное. Но в отличие от Босс, он не излучает благородства, очарования или радости от этого. Он разделяет умонастроение Кодзимы, а Кодзима отказался от попыток передать фанатам свой «смысл». Существуют вещи, которые нельзя донести, так что лучше «оставить мир в покое».

ОЧАРОВАТЕЛЬНЫЙ ПСИХОТЕРАПЕВТ

Следующий момент не показался никому спорным, но это не значит, что он не задумывался таковым! И в нем тоже скрыт подтекст. В Guns of the Patriots Розмари становится психологическим консультантом Старого Снейка. Мы узнаем, что они с Райденом расстались до рождения ее ребенка, спустя всего несколько месяцев после инцидента на Биг Шелл. Но разбитое сердце вскоре оказалось залечено – она познакомилась с Роем Кэмпбеллом и вышла за него замуж; теперь они живут в его роскошном особняке. Мы можем видеть обоих персонажей в трансляции на экране «Кодека», где они говорят, жестикулируют и ярко эмоционируют. Розмари носит модную короткую прическу и даже не отказывает себе в смене нарядов на протяжении игры. Позвонив ей, вы немного пополните шкалу психического состояния Снейка. Ах да, во время звонка вы можете перемещать камеру, приближать ее и сотрясать грудь Роуз с помощью контроллера Sixaxis. Если задуматься, зачем Кодзима такое сделал, то очевидный ответ и так понятен, но тут еще есть о чем поговорить.

Очевидные причины

Роуз и Райден – два основных персонажа предыдущей игры, так что логично дать им заметные роли в прямом сиквеле. Роуз была экспертом по связи и информации, но у Снейка уже есть Отакон для всех технологических, информационных и хакерских нужд. Превратив ее в психотерапевта, Кодзима дарит Роуз возможность приносить пользу.

Ее должность позволяет Кодзиме затронуть тему психического здоровья солдат, не будучи при этом чересчур навязчивым или назидательным. Игрокам необязательно с ней связываться, но если им интересна эта тема, то почему бы и нет – ее советы весьма любопытны. Роуз посоветует вам снять ненужное тяжелое снаряжение или заставит Снейка перекусить в тихом местечке, чтобы прийти в себя. Оказывается, созерцание скульптур и уединение на берегу рек и прудов тоже успокаивает. Как и прослушивание музыки на внутриигровом iPod.

Баловаться с грудью Роуз при помощи контроллера – классическая кодзимовская пасхалка вроде наблюдения за тренирующейся в трусиках Мэрил или троллинга Евы в MGS3. Это абсолютно пацанский прикол, Кодзима такое обожает. Ну и Роуз вроде как призвана снимать стресс… И это реально работает!

Скрытые причины

Я думаю, что настоящая причина кроется в следующем: Кодзима, как никто другой, знал, что Роуз – самый ненавистный персонаж франшизы. Даже Райдена так не поносили – он хоть что-то крутое умел. Именно Роуз перечеркнула всю его потенциальную привлекательность, выставив Райдена неумехой и сопляком, который не в состоянии совладать со своей назойливой девушкой. Как будто там не секретная миссия, а разговор с парнем по телефону: она называет его Джеком, когда должна использовать его позывной, и постоянно пилит по поводу того, какой завтра день. Ее появление в качестве вспомогательного персонажа стало жестокой насмешкой над людьми, которые были в ярости от MGS2 и требовали нормального сиквела. Не забывайте, что во «Внешнем наблюдателе» ее звали «княжной преисподней», а про их парочку говорилось, что «одно их присутствие способно уничтожить мир».

Советы Роуз часто намекают на душевное состояние и поведение Старого Снейка – два момента, которым практически не уделено внимания в сюжете. Она перечисляет модели поведения, являющиеся индикаторами стресса или указывающие на неспособность с ним справиться, включая неконтролируемую тягу к курению, постоянные жалобы, раздражительность и апатию. Даже Снейк признает, что курение – его способ справиться со всем дерьмом, с которым ему приходится мириться. Надо сказать, в этой игре смолят больше, чем во всех предыдущих Metal Gear, вместе взятых, – даже на экранах установки Снейк дымит как паровоз.[164]

Продолжив игру после смерти, игроки могут связаться с Роуз, чтобы послушать, как они со Снейком обсуждают вид пережитой им кончины. Они описывают это как некое странное чувство, ложное воспоминание или сон. Можно было бы не задумываться об этом, если бы не существование «Внешнего наблюдателя», где смерть и продолжение с экрана «Игра окончена» являлись основной моральной и экзистенциальной дилеммой истории. В [165]ней мы узнаем, что смерть и перезапуск уничтожают вселенную, в которой мы потерпели неудачу, и переносят нас в другую – в которой этого еще не произошло. Игрок, решивший продолжить, становится настоящим мясником, погубившим целые реальности! Как бы нелепо это ни звучало, но это очень интересные темы, которые находят свое продолжение в разговорах с Роуз.

«Даже не знаю, как это ощущение описать… Будто я умер и начал миссию заново. Мне кажется, что я смотрю на себя со стороны… из-за плеча…»

Что до игрищ с грудью Роуз, то это выражение неуважения к персонажу, на которого все плевать хотели, способ объективизировать ее, игнорируя все заслуги в области психологии. Игроки ненавидели Роуз, так что идея того, что Старый Снейк звонит ей, только чтобы пялиться на ее грудь, пока она о чем-то там треплется, – способ дать игрокам высказать (или вытрясти) мысль о том, на что она в действительности годна.

РАЙДЕН-ТО НАШ ТЕПЕРЬ КИБЕРНИНДЗЯ

Ах, сколько же всего может измениться за короткое время. В конце Metal Gear Solid 2 мы видим, как Райден выкидывает свои старые жетоны, окрыленный идеей начать жизнь заново и впервые готовый возложить на себя груз ответственности. Вот что он говорит Роуз.

Джек: Да. Но мы можем передать не только гены. В мире столько всего, что не записано в нашей ДНК. Мы сами расскажем обо всем этом нашим детям.

Роуз: О чем же?

Джек: О природе, наших идеях, нашей культуре, поэзии, сочувствии, печали, радости… Мы им все расскажем… вместе.

Роуз: Это… предложение?

Джек: Это только для тебя…

Так вот, прошло несколько лет, и что же стало с Райденом? Он бросил свою семью, превратился в скитающегося по миру киберниндзя и пытается всем показать, что круче него только яйца. И то вряд ли. Он уже не любящий отец. Вопрос в том, зачем Кодзиме понадобилось так кардинально менять характер персонажа и что это значит.

Очевидные причины

Почему Райден теперь киберниндзя? Простой ответ – Кодзима хотел изменить мнение геймеров о нем. Дошло до того, что он заверял фанатов, что к концу игры они души не будут в нем чаять. И лучшим способом этого добиться было его превращение в копию самого популярного персонажа – киберниндзя. Бам! Мгновенная популярность![166]

Поиск причины трансформации Райдена требует серьезной детективной работы, но все выглядит примерно так: после инцидента на Биг Шелл он сходится с Роуз, но разочаровывается в семейной жизни и бросает ее. Затем отправляется на поиски дочери Ольги – Санни (Sunny – «Солнышко»), и встречает Биг Маму. Она готова выдать ему местонахождение девочки, но только в обмен на информацию об останках Биг Босса, которую он каким-то образом получил от GW. Им удается спасти Санни и передать ее Снейку на попечительство, после чего они пытаются выкрасть останки Биг Босса (или Солидуса) у «Патриотов». В ходе операции Райден попадает в плен, где над ним ставят бесчеловечные эксперименты. В итоге его спасает Биг Мама, и он решает, что быть скитающимся ниндзя-одиночкой классно. И это единственное объяснение происходящего, другого не дадут, извините.

Параллели с Греем Фоксом видны невооруженным взглядом. Не беря в расчет внешность и умения, Райден время от времени неожиданно звонит Снейку с полезными советами, неоднократно спасая тому жизнь. Он оберегает маленькую девочку, которая оказывается гениальным ученым, лишается руки в эпичной кат-сц[167]ене[168] и стоит насмерть против мощнейшего вражеского оружия. Естественно, с точки зрения сюжета это просто череда совпадений. Или нет?

С новообретенной популярностью и светлым будущим впереди Райден готов стать главным героем следующей Metal Gear, чего и хотел Кодзима. Помните, что в «Удалителе змей» Роуз сказала, что игр будет пять? А трейлер, где Райден появляется из бездны, чтобы занять кресло главного героя? В MGS4 Кодзима решил доказать, что ему под силу невозможное – он сделает Райдена любимцем фанатов.

Скрытые причины

В MGS2 Райден был имитацией Солида Снейка, мимесисом. Вначале его даже зовут «Снейком», на что он реагирует, говоря, что чувствует себя легендарным наемником. Но по мере прохождения игры его иллюзии рушатся, и ближе к финалу он переживает сильнейший кризис идентичности, который в концовке не разрешается. Кодзиму все еще волновала эта аллегорическая проблема. Истинная личность Райдена и его будущее должны были определиться отзывами и единогласным решением игроков. Его способность освободить свое сознание из ловушки мимесиса – инструмента, с помощью которого «Патриоты» его использовали, – и создать новую личность не воплотилась в жизнь. Игроки отказались «начать сначала» и забыть о фантазии про Снейка. Они вцепились в эту мечту, требуя возвращения в роли него, только него и никого, кроме него. Поскольку MGS2 была серьезным психологическим тестом, Кодзима как следует обдумал их реакцию и подарил им MGS3 – сказочную фантазию, которая по крутизне и нелепым крайностям превосходила Шэдоу-Мозес. До этого во «Внешнем наблюдателе» Райден был унижен на потеху ненавидящим его игрокам, а в MGS3 его превратили в Райкова и издевались над ним всеми способами, до каких только додумался Кодзима. «Удалитель змей» продолжил традицию его унижения, объявив Снейка победителем. Но Кодзима решил испытать игроков еще раз и посмотреть, насколько легко будет превратить этого нюню в нового любимчика публики.

Жалкая попытка состряпать предысторию о том, как Райден попал в плен в Зоне 51 и был превращен в киборга – это же тупо невыносимый фарс! Надуманность?! Натяжки?! Да просто жалкая пародия! Фанфики и те лучше написаны! Но в этом-то и смысл: доказать, что игроков связный сюжет совершенно не волнует и что их можно заставить обожать то, что они раньше всей душой ненавидели, достаточно вложить им в голову старые мемы типа киберниндзя. Можно сказать, что это еще один тест. Примут ли они этот трэшак, если это означает, что в следующей игре им дадут поиграть за кибер-Райдена? Когда в MGS2 ему позволили махать высокочастотным мечом и отбивать пули, то это было настоящей сатирой, но теперь он полностью вжился в роль. Из имитации Солида Снейка он превращается в имитацию Грея Фокса. На протяжении всей игры он копирует те же концепции, следует по тому же пути и вновь доказывает, что не в состоянии найти собственную идентичность. Он так и остался жалкой подделкой. Если игроков удовлетворит этот новый образ Райдена, это увековечит их поверхностность и ничтожность.

В MGS4 Старый Снейк (отражение Кодзимы) напрямую обращается к Райдену (отражению игроков), говоря ему: «Райден, пять лет назад я имел в виду совсем не это». Даже сейчас, говоря с ним лицом к лицу, Старый Снейк не может его образумить. Он стал очередным улетевшим за грань здравого смысла стереотипом вроде Клауда Страйфа и миллиона других анимешных героев, обожающих самобичевание, непонятых и нелюдимых, трагичных, андрогинных эмо-сердцеедов. И Кодзима прекрасно это понимал. Он избегал подобных набивших оскомину клише, потому что уважает себя, как автора. Но в рамках теста намеренно довел все до крайности.

Тамари: Серия MGS отличается уникальным балансом между реализмом и чистой выдумкой.

Кодзима: Ну, если сказать проще, она проходит по тонкой грани между западным кинематографом и японским аниме. Где-то между Акибой и Голливудом [смеется]. [Выделение мое.][169]

Киберниндзя всегда был персонажем из аниме, с какого-то перепугу запихнутым в «голливудский» фильм. Отакон, наш профессиональный анимешник, подтверждает это на Шэдоу-Мозесе: «Да что с ними? Я как будто в аниме попал», – не верит он своим глазам, наблюдая за схваткой Снейка и ниндзя. Обратив с помощью Отакона внимание на вопиющую анимешность происходящего и изобразив его жалким задротом, которому приходится заново учиться жить, прекратив мечтать о вымышленных мирах, Кодзима открещивается от дешевых анимешных штампов, которые [170]ненавидит. Если уж такому ширпотребу и суждено оказаться в игре, то он сделает все, чтобы не возникло пошлых ассоциаций. Не забывайте, что Кодзима вообще не хотел появления киберниндзя в своей игре. Дизайн был единолично придуман Ёдзи Синкавой без всякой оглядки на сюжет – он просто решил, что получился офигеть какой крутой персонаж! Это Кодзима переосмыслил дизайн, превратив безликого ниндзя в Грея Фокса, придав ему эмоциональный и тематический контекст и связав его судьбу с генетическими экспериментами США, секретными бюджетами и ПТСР. С тех пор у Кодзимы с ним отношения сложные. Он вроде как и любимец публики, но персонаж-то не совсем его. Я подробнее говорил об этом в книге «Кодзима – гений», но позвольте напомнить, что диск с VR-миссиями для [171]MGS1 позволял поиграть за киберниндзя в разблокируемом режиме, а в следующей игре появился Райден, умышленно срисованный с VR-нариков, путающих свои приключения в виртуальности с реальной жизнью. И поэтому его превращение в киберниндзя – это настоящий регресс. Это скатывание в бред виртуальной реальности: он подражает любимому персонажу фанатов, а его личность становится идентичной героям третьесортного аниме. Более того, согласно сайтам, освещавшим игру в мае 2008 года, незадолго до ее выхода, дизайнер персонажей Ёдзи Синкава признался, что Райдена в игре искалечили и сделали объектом экспериментов как раз из-за его непопулярности! Все, что осталось от его человеческой сущности, – это голова и позвоночник, имплантированные в кибертело. Это, по-видимому, должно отражать ущерб, нанесенный его репутации видеоигрового персонажа. Синкава говорил, что никто не ожидал такой ненависти по отношению к Райдену. Это еще одно вопиющее доказательство того, что ход истории Metal Gear напрямую определялся тем, как Хидео Кодзима реагирует на настроения фанатов. Сюжет, рожденный из отношения к своим фанатам. Метакомментарий, спрятанный у всех на виду. Настоящая «Игра в стелс».

НАНОМАШИННАЯ СИСТЕМА НАНОМАШИН

Из всех претензий к MGS4 самой большой является, безусловно, то, что абсолютно все в сюжете объясняется существованием наномашин. Если бы люди не получали инъекции с ними, то вся система «Сыны „Патриотов“» – созданный ИИ метод управления человечеством – просто бы развалилась. К концу игры практически все тайны разрешаются через действие ИИ-контроля и наномашин, и это даже не смешно. Игроки хотели раскрывать невероятные секреты тайных обществ и теневых групп, дергающих мир за ниточки, но в MGS4 мы узнаем, что ни один человек в принятии решений не участвует – все управляется центральной Системой. Вот это облом.

Из рекламного ролика «Бронеподобный» мы узнаем, что наномашины легко доступны и обычным людям – они продаются для улучшения здоровья, занятий фитнесом, вообще для чего угодно. Так что можно предположить, что они есть в организме практически у всех. Дребин – новый персонаж игры – рассказывает нам, что в мире полным-полно разновидностей наномашин, дающих доступ к различным системам и возможностям.

Очевидные причины

Это логическое развитие их роли в предыдущих играх. К моменту событий, описанных в Metal Gear Solid, уже несколько персонажей используют наномашины для самых разных целей. Они отслеживают и регулируют жизнедеятельность Снейка, поддерживают работу «Кодека» и даже используются, чтобы помешать герою применить оружие в ангаре, полном ядерных боеголовок. Надо признать, что MGS4 – не первая игра в серии, где наномашины играют большую роль. В MGS2 мы узнали, что их можно использовать для хранения и управления информацией. К концу игры Райден не может понять, было ли все, что он пережил, реальностью, а Солидус стремится извлечь информацию из его наномашинной сети. О наличии каких-то важных данных Райден, разумеется, не знает – они находятся не в его сознании. Наномашины залечивают раны Райдена, воздействуют на его чувства, когда ИИ оказывается поврежден, и через «Кодек» вызывают галлюцинации полковника Кэмпбелла и Роуз. Логично, что наномашины станут все чаще использоваться военными и правительством и будут доступны населению, особенно если принять во внимание заговор «Патриотов» по контролю над человечеством. «План 3-С» помните? «Патриотам» был необходим способ контролировать поведение, и наномашины стали самым эффективным инструментом.

А еще это очень удобно. Наномашины – это палочка-выручалочка. Как только вы поймете, сколько строк в сценарии можно заменить простым упоминанием слова «наномашины», то сразу станет ясно, почему авторы фантастики доверяют им решение неразрешимых вопросов. Даже если это превращает сюжет в фарс и заставляет аудиторию закатывать глаза, это же не хуже, чем объяснения во всякой фэнтезятине и других популярных франшизах, верно? Так почему бы и Кодзиме не пойти простым путем, если все вокруг утыкано сюжетными дырами?

Не будем забывать, что «война изменилась». Кодзима хотел, чтобы Guns of the Patriots ощущалась настоящей антиутопией, где все испещрено ID-метками и контролируется на молекулярном уровне. И так получается, что подчеркнуть это можно использованием наномашин, которым подвластно все. То, что раньше достигалось упорным трудом и тренировками, теперь доступно за счет синтетических методов усовершенствования.

А еще тут можно отметить демонстрацию контраста между доверяющим своим чувствам легендарным Снейком и молодыми солдатами, которые на поле боя во всем полагаются на Систему. У Снейка теперь открылось шестое чувство – «кольцо угроз», появляющееся, когда он не шевелится или крадется. Не прибегая к помощи радара и прочих технологий, он способен «почувствовать» врагов. Какие-то гаджеты и мудреная Система никогда не заменят инстинкты и мастерство настоящего воина.

Скрытые причины

Если вы когда-нибудь решите послушать, как западные военные рассказывают о своих операциях, то вскоре наткнетесь в их речи на «СП». Бизнесмены и правоохранительные органы тоже используют этот термин, но военные… Военные никак не могут устоять перед использованием бесконечных сокращений и аббревиатур. Конкретно эта означает «стандартная процедура». Это и есть скрытый подтекст, стоящий за названием Системы и ее полемикой.

Глупо закрывать глаза на параллели между наномашинной антиутопией Кодзимы и его личным мнением о ходе развития серии. Самая важная составляющая сильной аллегории – например, Старого Снейка – создание мира, отражающего то, что видит Кодзима: поверхностность, автоматизация, невидимый контроль и ощущение бездуховности. Выходят бесконечные сиквелы, за которыми нет и капли вдохновения, один лишь хайп; а жаждущие все большей прибыли конгломераты скупают и поглощают разработчиков. Руководители корпораций требуют все больше и больше игр о войне, совершенно не задумываясь о сюжете и искусстве. Война превратилась в рутину, потому что создание игр обратилось в рутину. Военная экономика – это экономика индустрии видеоигр. Крупнейшие ЧВК и их материнская компания Аутер-Хевен стали отражением компаний типа Electronic Arts и Activision, скупающих своих конкурентов, а затем выпускающих бездушные, лишенные смысла сиквелы и бесконечные военные симуляторы. Куда же делась душа?

Сложно отрицать наличие в сериале мотива того, как искусственность уничтожает индивидуальность. Вспомните Les Enfants Terribles (проект клонирования Биг Босса, запущенный правительством США в 70‐х годах), генно-модифицированных солдат и «План 3-С»: Кодзима одержим опасностью копирования (клонирование, генетические манипуляции, мимесис) и невозможностью жить как свободная личность. Он хочет, чтобы люди прокладывали собственный путь, а не прозябали во лжи и фантазиях. Гигантская система, которая заставляет всех действовать слаженно, как машина, все контролирует и подавляет индивидуальность во имя прибыли и контроля, – вот его настоящий кошмар.[172]

Так что использование такой позорной палочки-выручалочки, как наномашины, уместно, чтобы заткнуть рот всем, кто отказался пробуждаться от фантазий и лжи. Они отрицали существование глубокого авторского подтекста и убили все, что делало его игры особенными; они хотели, чтобы игры превратились в хорошо отлаженный конвейер без всякой глубины. Да им сойдет даже дрянной телефильм. Так и появляется «СП» – стандартная процедура.

Мысленный эксперимент

Всегда заманчиво признать использованные ходы логичными и соглашаться с официальной историей до тех пор, пока она не будет опровергнута. Так уж устроено наше когнитивное искажение. Мы же не смотрим на вещи с точки зрения рассказчика, мошенника или пропагандиста. Чтобы разрушить иллюзию, давайте посмотрим, насколько логичным было бы для Кодзимы рассказать совсем другую историю – не напичканную наномашинами.

MGS4 могла бы начаться сразу же после событий MGS2 – она ведь на клиффхэнгере закончилась, в конце концов. Солид Снейк бы нисколько не постарел, оставаясь крепким и бодрым. И с более рельефной и подтянутой задницей, хотя мы уже выяснили, что возрасту она не сильно подвластна. Наномашинная Система еще бы не была запущена, но можно предположить, что находилась бы в процессе развертывания. Продолжались бы поиски ребенка Ольги. В происходящее могли бы оказаться втянуты другие заложники и жертвы «Патриотов». Кодзима мог запросто выбрать временной период пораньше, когда в мире все бурлило и менялось. Отакон (или какие-нибудь другие хакеры) мог бы остановить, захватить или начать манипулировать Системой до того, как она начнет контролировать мир. После обнаружения «Арсенал гира» и его секретов мы могли бы стать свидетелями сюжета, вращающегося вокруг хакерского сообщества и его идеологии, методов и прочего. Что, если у этих хакеров все получится и они начнут управлять экономикой, войсками и политикой, имитируя «Патриотов» посредством своих разработок? Они могли бы из уюта своего подвала отправлять оперативников на различные сверхсекретные миссии или обвалить мировую экономическую систему. Было бы клево! И абсолютно логично. Это в MGS4 появились идея о многочисленных ядрах ИИ и жалкие оправдания того, почему их так сложно взломать. Наномашины Райдена, поврежденная система GW и Интернет – все это и так должно давать полный доступ к готовящемуся к внедрению софту! Ну подумайте. Если малолетка Эмма Эммерих смогла написать и запрограммировать систему ИИ, почему кто-то другой не может ее взломать? Кодзима заталкивает в нас какое-то нечеловеческое количество информации, чтобы убедить (безуспешно) в том, что Систему нельзя взломать; показывая, что даже он осознал, какой это огромный сюжетный просчет. И теперь о нем нужно всех заговорить до смерти, отстаивая свое видение этой антиутопии. Не самый разумный ход!

Рухнувший «Арсенал гир» уничтожил семь кварталов в Нью-Йорке. Внутри него находились сотни сверхтехнологичных ниндзя-тэнгу (живых и мертвых), сотни «Метал гиров Ray», тело Ольги Гурлукович – да чего там только не было! Тело бывшего президента США, облаченного в футуристическую киберброню с щупальцами-ракетометами, лежало перед Федерал-холлом на радость всем СМИ (стопроцентно) и полиции Нью-Йорка (под вопросом, но политика штука скользкая). В MGS4 об этом инциденте или его последствиях не сказано ни слова! В это невозможно поверить, но самое невероятное происшествие в истории оказалось полностью забыто, как будто его и не было. Проигнорировав случившееся, Кодзима показывает, что истинным мотивом был не рассказ связной и логичной истории, а создание конкретного сюжета, подкрепляющего его аллегорию.

ПО УШИ В ПУШКАХ

А вот пример дизайнерского решения, которое приняли с распростертыми объятиями. Только вдумайтесь – в MGS4 вы можете использовать больше пятидесяти видов оружия! И значительную их часть можно модифицировать, по желанию заменяя аж до девяти составных частей и механизмов. Даже по стандартам западных шутеров это был перебор. В описание оружия, расчет параметров и стоимости, моделирование, подробную детализацию и реализацию идеи вложено [173]невероятное количество работы. Здесь есть все: от сверхмощных пулеметов до причудливых пистолетов, крупнокалиберных снайперских винтовок и целых четырех видов переносных ракетных установок. Есть и такие диковинки, как рельсовая пушка Фортуны из MGS2 и, извините, старинная японская аркебуза, вызывающая ураганы. Поистине, игра для настоящих оружейных фанатиков. Но почему?

Очевидные причины

Хидео Кодзима предвкушал разгром врагов в лице западных шутеров, пытаясь доказать, что теперь-то никто его не переплюнет по количеству оружия в игре. В MGS3 его и так было приличное количество, и помешанные на нем геймеры были ой как довольны. Так, может, в грандиозном финале стоит выложиться по полной и завалить их пушками по самое не могу?

Идея покупки и продажи оружия смотрится крайне уместно в антиутопической обстановке «военной экономики». Логично, что Снейк способен подобрать любое валяющееся на земле оружие, а система ID-меток хорошо объясняет, почему он не может его использовать, пока не разблокирует. О Снейке много лет говорили как о наемнике, и вот наконец-то мы видим, что он начал действовать соответствующе – используя деньги для получения необходимого оборудования. Эта игра не про бесшумное проникновение на вражескую территорию – звуки выстрелов и взрывов в этом мире являются естественными звуками природы. Так что безостановочная пальба из всех стволов – своего рода местный камуфляж.

Кроме того, сотрудники Kojima Productions и сами стали одержимы оружием. Они провели множество тренировок по всему миру и вернулись домой с жаждой создать крутой шутер. Для японской компании было важно превзойти западных разработчиков в симуляторах военных действий. Ведь в Японии нет ни оружия, ни оружейной культуры.

Скрытые причины

И все же Кодзима лучше всех понимал, что тема войны и одержимость оружием были настоящим предательством и диссонансом. Он специально ограничивал количество оружия в ранних играх и не трогал кривое управление, удерживающее игроков от бездумного расстрела всего живого. В этих играх следовало думать, а не стрелять. Но по мере того как он терял веру в игроков, Кодзима снова и снова шел на компромисс. К моменту выхода все стало бессмысленным, и он признал, что так и не смог передать свое послание. Все было кончено. Злорадно напичканная фансервисом и моментами «вы сами этого хотели» MGS4 стала признанием поражения. Он показал всем, что происходит с Metal Gear, если бездумно идти на поводу у своей команды, критиков и времен, вместо того чтобы с ними сражаться. Онлайн-режим уже был поражением, но это стало полным разгромом.

Игроки оказываются завалены горами пушек с самого начала игры, и использование огнестрела эффективнее и действеннее транквилизаторов и нелетального оружия, оно дарит несоразмерно больший стимул убивать. Бесконечные смерти и безжалостная бойня мира будущего лишают игроков какого-либо чувства вины. В MGS3 Биг Боссу было приказано никого не убивать и не оставлять никаких следов. Игроки могли ослушаться, но они же, в конце концов, играли за Биг Босса – злодейского злодея. Такая вот этическая проблема. Здесь же Кодзима не делает ничего, чтобы воспрепятствовать превращению Солида Снейка в размахивающего ножом и пистолетом маньяка, вырезающего себе путь к победе. Нет Психо Мантиса, напоминающего о том, как мы любим убивать. Нет Скорби, показывающего призраки убитых врагов. Но есть [174]неограниченная свобода и куча веселых игрушек. Было бы глупо не поиграться с ними, верно?

ЗЛОРАДНО НАПИЧКАННАЯ ФАНСЕРВИСОМ И МОМЕНТАМИ «ВЫ САМИ ЭТОГО ХОТЕЛИ» MGS4 СТАЛА ПРИЗНАНИЕМ ПОРАЖЕНИЯ. ОН ПОКАЗАЛ ВСЕМ, ЧТО ПРОИСХОДИТ С METAL GEAR, ЕСЛИ БЕЗДУМНО ИДТИ НА ПОВОДУ У СВОЕЙ КОМАНДЫ, КРИТИКОВ И ВРЕМЕН, ВМЕСТО ТОГО ЧТОБЫ С НИМИ СРАЖАТЬСЯ.

ЗОМБИРОВАННЫЕ ЖЕНЩИНЫ

Вот это я считаю одним из самых мрачных дизайнерских решений Кодзимы в MGS4, но и оно осталось незамеченным игроками и критиками. Ни единого упрека в его сторону. Под командованием Ликвида Оцелота находится армия солдат, зовущихся Лягушками – состоящая исключительно из женщин в высокотехнологичном снаряжении, которые, по сути, имитируют тэнгу из «Арсенал гира». В бою они используют мечи и компактные пистолеты-пулеметы, ловко прыгают и цепляются за стены. А в качестве боссов игры выступает еще одно подразделение воинов‐женщин – отряд «Красавицы и чудовища». Внешность красавиц из «КиЧ» отсканирована с реальных моделей, приглашенных поучаствовать в проекте Кодзимы. По слухам, в Kojima Productions их сканировали обнаженными, а герой нашей книги хотел, чтобы нагими они оставались и в игре, вне своей киберброни. Понятное дело, от этой затеи пришлось отказаться. Вместо этого они носят облегающие тело костюмы, напоминающие сексуальное женское белье.

Происхождение и задачи Лягушек и «КиЧ» – тайна, покрытая мраком. Хотя нет, скорее туманом – что-то нам о них рассказывают, но будьте готовы закатывать глаза. Но вот характерные им фишки и причуды – это нечто. Умирая, Лягушки сгорают в синем пламени и рассыпаются в пыль. Конечно же, никто нам не объясняет почему. Почему все подразделение состоит исключительно из женщин и подчиняется лично Оцелоту, мы тоже не узнаем. Отряд «КиЧ» сформирован из детей, на себе испытавших ужасы войны – их пытали, доводя до безумия, затем подключили к Системе и выпустили на поля сражений. [175]Они самозабвенно сеют смерть и пребывают в иллюзии, что убийство Солида Снейка очистит их разум от всего того ужаса, который они испытывают. Когда броня воительниц выходит из строя, они появляются из нее в уязвимом «обнаженном» виде и с вожделением приближаются к Снейку. Если девушки дотронутся до него, то далее последует не бой, а нечто совершенно иное. Они начнут обнимать его и повалят на землю, нежно лаская без всякой враждебности, но каким-то образом все равно снижая шкалу здоровья, пока он не умрет. Почему? Очевидно же, что по кочану. Идем дальше. Во время ласк на заднем плане слышатся звуки войны и людские крики, от которых кровь стынет в жилах, как будто девушки заново переживают свои детские кошмары. Если вам по приколу надругательства над женщинами, то можете бить их, стрелять в них и издеваться над ними, как вам угодно – они будут только улыбаться и идти навстречу вам. При убийстве уязвимых девушек их влажный костюм, подобно Лягушкам, превратится в окаменелую черную оболочку, но, если их вырубить, они уснут, а с костюмом ничего не случится. Но они в любом случае обречены, потому что не могут выжить без своей брони – они умрут от контакта с реальным миром, как только проснутся.

Дребин: В детстве их психика была изуродована войной. ПТСР и все такое, понимаешь? Они полностью лишились рассудка… Спасения нет. Чтобы смириться с кошмарами войны, им пришлось стать машинами смерти. Остатки их человеческой сущности спрятаны где-то глубоко внутри. Чудовища… вот что мы видим в них. Война меняет нас, Снейк… Превращает в чудовищ.

Но глубоко внутри под этой броней остается нечто человеческое. Хрупкое, израненное сердце. Без этой оболочки оно подобно яичному желтку. Не знаю, правда или нет, но ходят слухи, что без своей брони они и нескольких минут не проживут. И все же им внушили, что убийство Снейка очистит их разум.

О, вы даже не представляете, что происходит, если не пытаться разделаться с ними, а начать бегать от приставучих красоток. Никто не представлял. Через несколько минут игры в прятки вы окажетесь в каком-то состоянии измененного сознания. Снейк и девушка перенесутся в некую реальность, состоящую из бесконечного пустого белого пространства. И если ничего не предпринимать, то вскоре последуют знакомые ласки и объятия. Но если взять в руки камеру, то красавица позволит начать фотосессию и примется соблазнительно позировать для Снейка. На фоне все это время будут слышны неприлично сексуальные стоны, звуки чьих-то оргазмов и возбуждающее дыхание. На экране отображается большой таймер, отсчитывающий оставшееся время. Если у вас на игровом iPod есть танцевальная музыка, включив ее, вы станете свидетелем того, как травмированная девушка-воин начнет изображать J‐Pop айдола, весело танцуя и делая вид, что держит в руках микрофон, а по истечении времени она свалится замертво посередине песни. Нет, я не выдумываю. После этого мы видим ту же самую сцену смерти: девушка взрывается эмоциями, в честь которых носит позывной, сворачивается в клубок и умирает. Это одна из самых отвратительных, извращенных, бессмысленных и жутких вещей, которые Кодзима когда-либо вставлял в свои игры. Количество усилий, вложенных в эту дичь, невероятное. Как же на это отреагировали игроки? Вы, конечно же, догадались, что практически никак.

Очевидные причины

Тамари: Что вы думали, когда решили включить их в игру?

Кодзима: Они были нереально страшными. Я их показал примерно сотне игровых сценаристов по всему миру, и все они прикрывали рты руками и говорили: «Какой ужас!» Идея того, что прекрасные женщины на самом деле оказываются жуткими чудовищами, распространена в японских ужасах, так что японцы к этому привыкли. Но люди в других странах такого никогда не видели – они ведут себя так, будто не знают, что насчет них думать. Мне кажется, это успех. Возможно, никого страшнее еще не было!

Таков официальный ответ Кодзимы, данный Эцу Тамари в ходе интервью для сайта Konami. Сочетание «красавиц» и «чудовищ» ссылается на эту идею, подкрепленную душещипательными историями их жизни, рассказанными посредством длиннющих монологов Дребина. Надо заметить, узнаем мы эти истории только после того, как убиваем девушек. Они олицетворяют трагедию, отвращение и ужас от того, во что превратилась война. Сироты войны, чья психика непоправимо искалечена, используются буквально как военные машины. Но внутри они прекрасны.

Говоря о Лягушках, можно предположить, что, будучи женщинами, они тоже были призваны вызывать дискомфорт у игрока. Верно, геймеры? Когда вы их убиваете, они кричат в агонии, а крошить их придется пачками. Если вы откажетесь стрелять в Лягушек при первой же встрече с Мэрил и ее командой, не волнуйтесь – они за вас все сделают. Тут тоже без иронии не обошлось. Теперь Мэрил руководит отрядом суровых спецназовцев (плюс Джонни «Акиба», натуральное ссыкло) и перед боем говорит им: «Сперва стреляйте, думать будете после». Это отзвук того, что сказал ей Снейк на Шэдоу-Мозесе: «Чего ты ждешь? Не думай, стреляй!» Она усвоила урок и теперь с помощью Системы стреляет и убивает не колеблясь. Даже если это десятки зомбированных женщин, которые запросто могут оказаться детьми или контролироваться наномашинами.

Короче, это совершенно поверхностная ерунда, приправленная щепоткой крипоты, и уж точно не имеющая никакой сюжетной ценности. Сойдет для геймеров, мечтающих убивать и лапать психически травмированных женщин. Или для выбравших [176]ненасильственный путь героев, решивших повысить свою самооценку, грозя кулачком Системе, калечащей невинных красавиц.

Скрытые причины

На красавицах и чудовищах я подробнее остановлюсь дальше, а сейчас давайте сосредоточимся на вопросе, действительно ли Кодзима считал, что такой пошлятине есть место в его прощальной игре, или здесь все же есть некая скрытая причина.

Давайте вспомним, о ком мы вообще говорим. В MGS1 Мэрил попадает под телепатический контроль Психо Мантиса и начинает вызывающе сексуально себя вести. Таково его извращенное чувство юмора – он ненавидит людскую одержимость сексом и размножением, а у Снейка и Мэрил либидо через край льется. Мы вынуждены с ней сразиться, иначе она застрелит себя или нас, но убивать ее запрещается – она беспомощная жертва Мантиса. Единственный выход – вырубить ее. Это один из самых запоминающихся и любимых моментов франшизы, показывающий, что у Снейка все-таки есть сердце, и подчеркивающий важность того, что невинных женщин убивать нельзя. А Снайпер Вульф он не хочет убивать даже после того, как она стреляет в Мэрил и пытается прикончить его самого. Они даже сближаются – он выслушивает историю ее жизни и отдает ей должное как воину. Ее убийство – это милосердие, а не бессердечность или сухой расчет. Она сама считает это большой честью. В былые времена (не такие уж и былые, просто он выглядит старше своих лет) Снейк соблюдал кодекс воина, и, что важно, Кодзима дарил ему возможности показать свою обратную сторону. В MGS4 он такого не делает. Мы не можем поговорить с отрядом «КиЧ», тут нет никакой попытки очеловечить их. Мы можем только унижать, издеваться и убивать. Даже щадить их и то скучная рутина: простая, совершенно не запоминающаяся, не дающая никакой эмоциональной отдачи или награды. Никто вас не похвалит за то, что вы их пощадили, и никто не отругает за то, что вы хладнокровно прикончили их. Все равно они скоро умрут. Вы не можете ничего изменить, да Снейку это и неинтересно. Этого Кодзима и хотел. Дело не в мотивах Снейка или логике мира – это всего лишь условности. Дело в том, почему Кодзима хотел лишить игроков смысла – чтобы проверить, будут ли они по нему скучать или их вполне устроит пошлый трэш.

Мы помним Босс из MGS3 – уважаемую и самую обожаемую женщину-антагониста в истории игр, с которой и в сюжете обращаются со всем достоинством. Я не собираюсь снова рассказывать, как и каким образом Кодзима добился этого и показал всем, на что способен. Тут уже нечего обсуждать. Так почему же он перешел от такого к вот этому. Да просто чтобы унизить игроков и саму игру, опошлив свою же концепцию отряда боссов, созданную десятилетия назад. Все творческие решения, связанные с «КиЧ», – абсолютно все – призваны вызывать сильнейший диссонанс. Лягушки – тоже, но чуть меньше.

Перед тем как начать расправу над Лягушками, Мэрил зовет Снейка «легендарным героем во плоти». Напирая на понятие «герой», Кодзима заостряет внимание на том, как безжалостна и уродлива реальность. Пережить засаду Лягушек, не прибегая к помощи летального оружия, практически нереально. И даже если вы решите использовать исключительно транквилизаторы, отряд Мэрил не будет щадить никого. Снейк вскоре напомнит ей, что он не герой и никогда им не был, но Кодзима знает, что теперь все иначе и намного мрачнее. Это садизм, бессмысленный и беспощадный. Персонажи «КиЧ» – если их можно назвать таковыми – специально носят имена, составленные из животных позывных «Гончих» и эмоций – как у «Кобр», чтобы диссонанс был максимальным. Жару поддает и прозвище их отряда – «Змеегон». «Кобры» были намеренно сюрреалистичны, усиливая фантазийное ощущение нахождения во [177]сне и аллегорию наследования/поглощения травмы. Жаль только, что игроки наплевали и на эту интерпретацию. Так что Кодзима решил вывернуть наизнанку свои легендарные творения, выкинув к чертям всю креативность и оригинальность и навалив посреди дороги кучу… фарса. Практически во всех отношениях девушки из «КиЧ» стали полной противоположностью его лучших работ – за исключением битв, которых хватило, чтобы ублажить фанатов.

Мысленный эксперимент

Давайте подумаем о таком не укладывающемся в голове совпадении, как позывные «КиЧ», которые, видимо, восходят к последнему составу «Гончих» и укуренным приключениям Биг Босса в укуренных 1960‐х. Отсутствует хоть какое-нибудь, хотя бы вытянутое из одного места объяснение тому, кто именно много лет назад организовал вербовку и пытки детей. Да и это как вообще возможно? Сейчас они вполне оформившиеся женщины, некоторые из них средних лет, но, когда это произошло, они якобы были маленькими девочками. Это означает, что они минимум десяток лет живут внутри бронированных скафандров. Но тогда их истории должны были начаться до расцвета ЧВК и инцидента на Биг Шелл. Кроме того, девочек собирали из разных уголков мира, но за их превращениями стоят одинаковые технологии и методы промывки мозгов. Все это должно быть важно и учтено в сюжете, но вместо этого нас одаривают фонтаном абсурда их историй, вы сейчас сами убедитесь. Они надуманны и невыносимо туманны, но в то же время слишком подробны и интимны. Знакомясь с ними, есть риск заработать кровотечение из ушей и глаз, но вы уже настоящие воины. Попробуйте продраться сквозь историю Разъяренной Рэйвен.

Снейк: Сколько ей было?

Дребин: На вид около двадцати. Но внутри ее юного тела многие годы пылала ярость. Хватило на целую армию солдат. […] Солдат из провинции Ачех. Это место слишком давно не видело мира. Ее захватили в плен солдаты одной из враждующих сторон, неважно какой. Снейк, ее держали в клетке, как животное, вместе с бог знает сколькими еще детьми. […] Неизвестно, на ком лежит вина за это – на правительственных войсках или на повстанцах. Как я и говорил, уже неважно. Эти мрази наслаждались силой и властью, издеваясь над беззащитными маленькими детьми. День за днем, день за днем. Непрекращающийся шквал насилия… Безумная ярость… Они проникали в их тела. Захватывали их разум. Дети пытались не унывать и подбадривали друг друга, цепляясь за надежду, что кто-нибудь их обязательно спасет. Наивные… Питаясь отбросами, они едва держались за жизнь. Но солдаты не знали жалости. Они называли детей паразитами и помойными воронами. Мучали их еще сильнее. А однажды утром солдаты просто взяли и ушли, оставив истерзанных детей на съедение птицам. Будто проводили обряд воздушного погребения. Вороньи клювы разрывали детские тела одно за другим, пока стая наконец не добралась до нее. Но каким-то чудом их клювы освободили ее от пут. Она стала свободной. И в тот же миг ее охватила неконтролируемая ярость… которая поглотила ее душу. Сперва она разорвала в клочья клевавших ее птиц, а затем отправилась за солдатами. Настигнув их, она дождалась ночи. Настоящий хищник, выслеживающий добычу. Вороний крик – человеку кирдык. Слышал такую поговорку? Так вот, той ночью эти слова подтвердились. С леденящим кровь визжаньем и карканьем девочка выпотрошила все живое в лагере. Солдат, их невольников, всех до единого. Для нее уже не было никакой разницы. Вместе со своими друзьями она пережила столько страданий, боли и унижений… И сама стала воплощением многолетней ярости войны, породившей тех солдат.

Снейк: В этом была ее сила… и ее величайшая слабость.

Дребин: Снейк, ты особенный. Ты смог очистить ее душу от всепожирающей ярости. Не, я серьезно. Ты – порождение войны. Или даже ее родоначальник. Черт, да я бы сказал, что ты сама война во плоти.

Когда сталкиваешься с такой вопиющей тупостью, хочется только высунуться в окно и кричать несколько часов кряду, но давайте попробуем отнестись к этой истории серьезно. Просто попробуем. Каким-то образом Дребин, профессионал по «отмыванию» оружия, знает о чудесном освобождении девочки, причем знает, что ее веревки были именно перекушены и именно вороньими клювами. Почему он на сто процентов уверен, что ее освободил не добрый охранник или какой-то пленник? А как насчет того, что истощенная и изголодавшая девочка, крича вороной, вырезала отряд профессиональных солдат и их рабов в придачу? Это хуже любого фанфика! Да кто угодно мог бы написать душещипательную историю получше и поубедительнее! Занудный, с напускной драматичностью пересказ мифа о сиротке-убийце одновременно и скучный, и на удивление угарный. От поговорки про «крик-кирдык» хочется и смеяться, и себе уши оторвать. Это абсолютное писательское дно, но Кодзиме оно и было нужно! Он упивается этой макулатурной писаниной, потому что большего игроки не заслужили.

Его утверждения о том, что люди на Западе и слыхать не слыхивали о красавицах-злодейках, тоже полный бред. Роковые женщины, миловидные психопатки, одержимые демонами монашки – Запад давно познал все тропы, касающиеся женских персонажей, а многие и вовсе создал. Как насчет «Основного инстинкта» (1992) Пола Верховена или одного из лучших примеров фильмов с красавицей-чудовищем – «Особи» (1995)? В Японии, без всяких сомнений, издавна использовались подобные тропы, но к выходу MGS4 ими уже было никого не удивить – ни уникальными, ни тем более шокирующими их никто не считал. Уверять в том, что он поделился концепцией посредственных боссов с целой сотней игровых сценаристов (откуда он взял-то столько?), и так бессовестно, но еще и говорить, что они все единодушно пришли от этого в ужас и не знали, как им дальше жить – совсем курам на смех. Достаточно просто посмотреть на то, как после выхода игры на этих боссов всем было наплевать. Даже если поднапрячься, не выйдет посчитать их «страшными». Да никто никогда так и не считал. Игроки увидели во всем этом бездарное тематическое наслоение, ремиксованных боссов, вгоняющую в сон эротичность и попытку сделать что-нибудь резонансное – у этого творца кончились хорошие идеи, выносите.

БОЖЕСТВЕННОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО

Продолжим наше путешествие. Был еще один поразительный и требующий разбирательства вопрос, который игроки, разумеется, проморгали. Ну, или приняли происходящее на веру, не впервой. В игре Наоми Хантер и Санни обладают чуть ли не божественной силой, и мы обязаны спросить, почему Кодзима решил, что так и нужно поступить.

Наоми: Это я создала первое поколение… Foxdie был частью этой колонии наномашин. Девять лет назад на Шэдоу-Мозесе… именно их я и вколола тебе, Снейк. Технологии, использованные при создании Foxdie, были позаимствованы – а точнее, перекочевали в СП. Вот почему я необходима Ликвиду – я знаю, как проникнуть в систему… Знаю механизм действия Foxdie.

Оказывается, изобретателем наномашинной системы Снейка была Наоми Хантер. А «Патриоты» позаимствовали эту систему (что бы это ни значило) и усовершенствовали для достижения тотального контроля над всеми. Это странно, потому что Наоми всегда была обычным генетиком и биологом – разбиралась в генной терапии, клонировании, вирусах и так далее. А теперь превратилась во всемогущего супергения, создавшего самые продвинутые нанотехнологии в мире. И не только это – она в одиночку помогает Ликвиду Оцелоту проникнуть и захватить сверхсекретную Систему и, находясь в тяжелейших условиях, добивается удивительных результатов всего за несколько лет. Она умеет делать нетипичные для биолога вещи – например, кодировать свои географические координаты и планировку зданий в «четырехмерных аудиофайлах», совместимых со старым радаром «Солитон». А Санни, тусящая со Снейком и Отаконом милая одиннадцатилетняя девочка, вообще сверхсупергений – расшифровывает эти данные, отслеживает через проксифайлы Наоми и перепрограммирует всю сеть «Патриотов», сводя на нет все сделанное ими. Только взгляните.

Наоми: Надеюсь, вы меня слышите. Загруженный вами вирус использует GW как канал для полного разрушения сети ИИ. Он уничтожит все четыре ядра ИИ вместе с JD – их центральным звеном. И только после того как они все исчезнут, запустится это видео. Система «Сыны „Патриотов“» была всего лишь началом. Используя наномашины, «Патриоты» намеревались подчинить себе население всей планеты. Я была обязана остановить их… И Санни мне в этом помогла… Поверив в то, что ее дар поможет вам положить конец кошмару GW. Она создала цифровой аналог Foxdie. Но он заслуживает названия Foxalive… Это полная противоположность наномашин, созданных мною в далеком прошлом. Мы хотели выпустить из клеток всех лис… Им больше не нужно умирать… Они будут резвиться на воле.

Позже Отакон рассказывает, как предположительно сработали внесенные Санни изменения.

Отакон: Программа Санни уничтожила «мозг» JD, но оставила его «ствол» нетронутым. Она провела анализ «черного ящика» Наоми и отделила систему «Патриотов» от жизненно важных элементов общества. Вода, воздух, электричество, еда, медицина, коммуникации, транспорт… Она лишила их контроля, сохранив в целости современную цивилизацию. Может, это месть за Ольгу… свою мать. Или при создании этого нового будущего она руководствовалась какими-то своими идеалами. А может, это была всего лишь дефрагментация.

Кодзима, да хорош заливать уже! Возможно, Наоми и правда заслуживает звания величайшего изобретателя в мире – все-таки она умудрилась вылечить рак и даровать бессмертие. Во время схватки Снейка и Отакона с Вампом мы узнаем, что пара-тройка пуль в голове для него не преграда к воскрешению. Но когда Отакон восклицает, что Вамп, должно быть, бессмертный, Наоми поправляет его.

Наоми: Нет, он вовсе не бессмертен. Он только кажется таким… благодаря моим трудам. Наномашины в его теле многократно ускоряют процессы заживления ран и восстановления тканей. Видимо, кто-то довел мои оригинальные разработки до совершенства. Так что получается, я несу вину за него… Он – один из моих многих грехов. […] Он не был бессмертным. Его естественная способность к исцелению усиливалась с помощью наномашин. Но после стольких сражений его тело достигло предела.

Ага. Очень удобненько. И вскоре после того как она вводит ему сыворотку, отключающую эти замечательные наномашины бессмертия, Наоми заявляет, что пришло время убить себя, отключив свои наномашины таким же образом. Зачем?

Наоми: Рак. Я уже давно должна быть мертва. Наномашины останавливали его прогрессирование. Но больше они ничего не могут. После их отключения время продолжит свое течение и нагонит меня.

Может быть, я единственный, кто на этом моменте сказал: «И не возвращайся!», но в MGS4 она до самой смерти играет роль ходячего рояля в кустах. Это невыносимо! Но я все равно хочу найти в этом скрытый смысл, а не списать все на лень Кодзимы.

Очевидные причины

Талантливым суперученым Наоми Хантер была всегда. Она прекрасно разбиралась в микробиологии – и нашла способ, как использовать эти знания в создании оружия. Клетки, патогены, генетика, действие наномашин – все ей было по плечу. Если она смогла создать Foxdie, а все дальнейшие разработки базируются на этом изобретении, то понимание их механизмов и эволюции не будет для нее проблемой. Если мы просто примем на веру, что ее творение не имело отношения к генетике и вирусам, а являлось способной на все, сложной, универсальной колонией наномашин, то почему их нельзя перенастроить на дарование бессмертия и подавление роста раковых клеток? А оттуда уже недалеко и до высот в обработке данных, передаче информации и взломе компьютерных систем. Наука есть наука. Там же все так умеют.

А что у нас по Санни? Она даже не тинейджер еще, но воспитанный «Патриотами» ребенок, которого с рождения растили в Зоне 51. Она росла среди ученых, которые только и делали, что создавали всяких киберниндзя и проводили безумные эксперименты. А затем ее подбросили Отакону – тоже не последнему человеку в робототехнике и неплохому хакеру. О ее невероятных способностях речь так и не заходит, но можно предположить, что она набралась знаний от окружавших ее спецов. И изучила все технические вопросы, пока гуляла под стол пешком, да.

Скрытые причины

Настало время не такой великодушной трактовки. Невероятный, просто потрясающий вклад Наоми и Санни в победу – плевок в лицо всем фанатам, надеявшимся, что Кодзима наконец-то расширит мир игры в этом сиквеле. Они хотели увидеть, как за мировыми кулисами делами ворочают всяческие политические тяжеловесы, влиятельные посредники и члены тайных обществ, но MGS3 решила не касаться этого, спихнув все на военно-индустриальный комплекс и его контроль организационного мышления. Фанатам этого было мало. В мире Metal Gear обязаны существовать коварные личности вроде Оцелота, гениальные изобретатели и ученые, могущественные политики, подпольные группы и стоящие за всем этим организации. Одного Оцелота, выполняющего приказы какого-то мутного ИИ, маловато.

Даже если бы я очень постарался, то не смог бы придумать настолько притянутого за уши и удобного ответа на вопрос, откуда берутся все эти невероятные чудеса. Факт того, что за основу всех технологий взяты разработки Наоми, просто смешон. Даже если бы это объясняло, почему она не участвовала в таких проектах, как создание бессмертного Вампа, это никак не объясняет, почему военные не предоставили эту технологию никому другому. Как только бы ее работа распространилась в академических и научных кругах – ее применение стало бы повсеместным. Возможно, нам следует предположить, что «Патриоты» этого не хотели. Ничего и не произошло. Почему в мире обязан существовать единственный наделенный богоподобным бессмертием человек и почему он обязан быть сексуальным извращенцем с фетишем на ножи, а не профессиональным солдатом – тайна за семью печатями. Отовсюду лезут удобные слепые зоны и глупость всесильного ИИ. Именно этого Кодзима и хочет: чтобы в глаза бросалась очевидность того, что на ваши просьбы о тщательно прописанном мире ему плевать.

ИНТЕРМЕДИЯ

Давайте немного передохнем, хорошо? Считайте это интермедией между актами. Разумеется, в Metal Gear Solid 4 представлены одни из самых длинных, странных и навороченных интермедий в истории игр, так что это подходящий момент, чтобы отвлечься и поговорить об экранах установки, брифингах и маленьких бутылочках с напитками.

ЭКРАНЫ УСТАНОВКИ

В MGS4 Кодзима одарил нас одним из самых отвратительных решений не только в своих играх, но в истории видеоигр в принципе: при переходе от одного акта к другому их приходится устанавливать заново. Каждый раз. И если мы хотим загрузить сохранение из предыдущего акта, то придется снова устанавливать эту часть игры целиком. И речь идет не о простых экранах загрузки, нет – это самая что ни на есть настоящая установка, порой длящаяся больше пятнадцати минут, со шкалой прогресса и счетчиком времени до завершения. У кого-то поехала крыша, и в этом стоит разобраться. Пока вы ждете возможности снова взяться за контроллер, насладитесь высокодетализированной морщинистой харей Старого Снейка, смотрящего вдаль и дымящего сигаретами, как десяток паровозов, выдувая облака сигаретного дыма в черную пустоту. Пока это происходит, вы не можете ничего делать. Да положите уже контроллер! PS3 стирает данные текущего акта и копирует с Blu-ray-диска на жесткий диск консоли данные нового. Файлы сохранений хранятся отдельно, не удаляются и не заменяются, спасибо и на этом.

В MGS4 КОДЗИМА ОДАРИЛ НАС ОДНИМ ИЗ САМЫХ ОТВРАТИТЕЛЬНЫХ РЕШЕНИЙ НЕ ТОЛЬКО В СВОИХ ИГРАХ, НО В ИСТОРИИ ВИДЕОИГР В ПРИНЦИПЕ: ПРИ ПЕРЕХОДЕ ОТ ОДНОГО АКТА К ДРУГОМУ ИХ ПРИХОДИТСЯ УСТАНАВЛИВАТЬ ЗАНОВО.

Кодзима пытался поразить людей, утверждая, что его команде удалось полностью заполнить все 50 Гб на Blu-ray-диске и что для этого даже пришлось вырезать часть контента – мол, игра бы иначе не поместилась! Ложь? Ложь. Заявления вводили в заблуждение – даже с [178]Metal Gear Online на том же диске пространство оказалось забито не игровыми ассетами, уровнями, текстурами или еще чем-нибудь полезным. Кто-то принял необдуманное решение использовать как можно больше несжатого звука. Любой, кто профессионально работает с аудиофайлами, скажет вам, что несжатый звук – это один из самых простых способов забить место на носителе, и еще он совершенно неразличим на слух, пока не оказывается до неприличия сжат. Или пока пользователь не купит себе аудиосистему за многие тысячи долларов (и новые уши). Для MGS4 по соседству с собой Kojima Productions построила большую, первоклассную студию записи звуковых эффектов и наняла команду, перед которой была поставлена задача записать как можно больше высококачественных звуков. По всей видимости, [179]никто больше в Konami студией не пользовался – понятно, что такие огромные расходы пришлось оправдать. Но у подавляющего большинства геймеров денег обычно не водится, живут они в тесных каморках, и на объемный высококачественный звук им по большому счету плевать, так что все было зря.

Другими словами, необходимости в экранах установки не было. Даже колоссальный «Ведьмак 3» (2015) занимает всего 50 Гб при установке на ПК. Если под рукой есть несколько часов несжатого звука, то любой разработчик без проблем забьет Blu-ray-диск; сгодилась бы и дорожка с тишиной. После столь постыдных бахвальств на Е3 Кодзима хотел создать иллюзию того, что, под завязку забив пространство на диске, он так и не смог полностью воплотить в жизнь свое видение – но вот если бы на Blu-ray было больше места… За эти бессмысленные выкрутасы (не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что дело тут в несжатом звуке, о чем и быстро узнал весь мир благодаря чудесам всемирной сети) заплатили игроки, которым теперь приходилось раз за разом терпеть мучительную, пропитанную цифровым никотином, установку.

ВОЛШЕБНЫЙ «КОЧЕВНИК»

Проходящий в начале практически каждого акта брифинг тоже можно считать некой интермедией. Мы видим пролетающий по небу самолет «Кочевник», затем название следующего акта и наслаждаемся неприлично длинными отрезками экспозиции, во время которых наши герои обсуждают произошедшее и гадают, чего ожидать дальше. Здесь мы можем наблюдать, как Санни, Отакон и Снейк шарятся по самолету, ноют, жалуются на все подряд, строят догадки и используют свои удивительные технологии и полученную информацию, чтобы разобраться, что же делать дальше.

Давным-давно Солид Снейк и Отакон были членами международной неправительственной организации «Филантропия», официально посвятившей себя искоренению угрозы «Метал гиров» с помощью информации и цифровых медиа. Но втайне они помогали уничтожать гигантских роботов, всплывающих по всему миру то тут, то там. Нам так и не рассказали, как именно они действовали. Несколько лет спустя, после того как их всех обвинили в самом невообразимом теракте, который только можно себе представить, они без всяких проблем и где угодно летают – и это в самом строго контролируемом и антиутопическом мире, который только можно себе представить. Летают не на планере, а на огромном частном транспортном самолете с двумя пилотами, троицей куриц и таким количеством коммуникаций и компьютеров, что можно хакнуть весь мир, не отрываясь от обсуждения своих действий со всем свободным миром. Вряд ли у Отакона где-то есть постоянная штаб-квартира или лаборатория, где он создает гениальные изобретения – скорее всего, этим он тоже занимается в самолете.[180]

И это полная ахинея! В реальной жизни одна из немногих вещей, находящихся под абсолютным контролем, – это воздушный трафик. Воздушное пространство милитаризовано, радары безостановочно сканируют его на предмет несанкционированных полетов, а в случае отсутствия ответа с самолета или его несоответствия курсу в воздух незамедлительно поднимаются истребители сопровождения, заставляющие воздушное судно сменить курс или приземлиться (иначе оно будет уничтожено). Одна из причин, по которым люди до сих пор верят в то, что трагедия 11 сентября была делом рук самих США, заключается в том, что ни одна из существующих процедур в данном случае не была соблюдена, что заставляет усомниться в оправданиях властей. Правительства всегда озабочены тем, кто контролирует воздушное пространство, какие самолеты могут летать над их территорией, почему [181]они это делают и так далее. Даже частным самолетам приходится получать разрешение на любое действие, составлять подробнейшие отчеты и подвергаться постоянным проверкам. Идея того, что террорист номер один в мире – клон Биг Босса, одной левой расправляющийся с «Метал гирами» и разрушающий сверхсекретные объекты, будучи зараженным вирусом-киллером, – может беспрепятственно оказаться в любой точке света, таская с собой верного друга-хакера и похищенного из Зоны 51 вундеркинда «Патриотов»… как бы это помягче-то сказать… не очень хороша! Даже если мы примем всерьез мимоходом сделанное Отаконом замечание, что полковник Кэмпбелл может добиться разрешения на посадку в Восточной Европе, мы помним, что совершенная система мониторинга и ID-контроля «Патриотов» все-таки работает, а огромному транспортнику требуется где-то сесть, заправиться и пройти обслуживание. Если «Патриоты» смогли менее чем за пять лет модифицировать миллиарды единиц оружия, значит, у них есть возможности для мониторинга и регулирования вообще всего. Любой, кто имеет хотя бы небольшое представление об огнестрельном оружии, в курсе того, что с точки зрения механики его конструкция чрезвычайно проста – чтобы любой человек мог без проблем собрать или разобрать его. Вспомните, как в MGS3 Биг Босс парой движений разбирает оружие своих противников на части. Все хоть и не на соплях держится, но в некоторых случаях есть только шарнир и защелка. На то, чтобы вставить в миллиарды единиц оружия инновационные ID-блокираторы, потребуются триллионы долларов, не говоря уже о сотрудничестве компаний, способных выполнять такие работы. И это каким-то образом удалось сделать, но все же отставной и чертовски подозрительный полковник армии США, не имеющий [182]никаких официальных поручений или приказов, без проблем обращается за помощью в любой точке мира? Обходит все проверки безопасности посреди зон боевых действий, контролируемых ЧВК, которые напрямую управляются Ликвидом Оцелотом и «Патриотами»? О-о-о-окей.

От самих брифингов тоже голова болит. Пока персонажи отдыхают, хандрят, ворчат, шатаются туда-сюда или топчутся на месте, на заднем плане непрерывно слышен самолетный гул. Как белый шум. Я упоминал, что он непрерывный? Освещение и царящая на самолете атмосфера унылы до невозможности, а сцены могут тянуться и по полчаса, перебиваясь длинными затишьями, в которых ничего не происходит. Тоска смертная. Санни – единственный лучик позитива посреди этого царства уныния, но ее так навязчиво рисуют очаровательным маленьким вундеркиндом, что это бесит даже других персонажей. У нее нет никаких причин быть такой жизнерадостной! Можно согласиться с тем, что с ее точки зрения Старый Снейк – зрелище не такое ужасное, как для всех остальных, но, с другой стороны, он же умирает прямо у нее на глазах! Он постоянно валится с ног, выкашливает все легкие и едва выдерживает воздушные путешествия. Ему осталось жить не больше года, и тогда она фактически осиротеет и останется без защиты. Отакон замкнут и практически с ней не разговаривает, разве что неуклюже несет какую-то покровительственную чушь. Она больше ни с кем не общается, и друзей у нее нет. Санни знает, что ее родители мертвы, скорее всего, помнит все ужасы Зоны 51 и постоянно подвергается риску погибнуть и попасть в плен. Одна из ее фишек – приготовление яичницы, которой она с гордостью потчует всех персонажей в самолете, только чтобы те каждый раз приходили в ужас от ее стря[183]пни. Плохой гэг, жестокий и несмешной.

На «Кочевнике» происходит много всяких событий, но все они одинаково скучны. Прибывает Наоми Хантер и куртуазно соблазняет Отакона, намечая будущую трагичность своей смерти. Персонажи звонят Рою Кэмпбеллу, и мы вынуждены смотреть, как он, потягивая чай и жуя тосты, вываливает очередную порцию экспозиции. Коматозное тело Райдена бьется в конвульсиях на койке и драматично говорит драматичные вещи. Са[184]нни что-то хакает. Люди сыплют в диалогах повторами мыслей, которые уже были высказаны раньше, только теперь их объясняют на пальцах тем, кто не смог их понять в первый раз.

Например, когда Санни по беспроводной связи взламывает ArmsTech Security, Отакон медленно разъясняет Наоми, что оружейная компания – это часть «Патриотов» и что «военная экономика подогревает технологическую гонку. И это касается не только ЧВК. Любая корпорация, связанная с военно-промышленным комплексом, рано или поздно теряет этичность. И именно мы, служители науки, делаем за них всю грязную работу… Даже не осознавая этого». На первый взгляд, это переваривание старых мотивов и идей кажется намеренным и логичным, но в чем смысл? К выходу MGS4 игрок либо будет прекрасно разбираться в хитросплетениях сюжета, либо безнадежно заблудится, сколько бы экспозиции на него ни вываливали. Поэтому и пришлось создать «Базу данных» как отдельное приложение. Кроме того, Кодзима сказал, что до этого момента его собственная команда не следила за всеми тонкостями сюжетов и взаимосвязей игр, так что это стало попыткой объединить все в одном месте. В каком-то смысле MGS4 – то же самое: просто компиляция и упорядочивание разрозненных сюжетных элементов без малейшего намерения постичь их смысл. Кодзима понимал, что попытки связать все воедино, лишь вскользь касаясь части вопросов, обесценят послание, уничтожат важный контекст и заставят перемудрить с сюжетом так, что он превратится в бессмыслицу.

РЕКЛАМНАЯ ПАУЗА

Мы много говорили о том, насколько футуристичны и нереальны технологии в MGS4, но, возможно, вам будет интересно узнать, что в этом странном адском будущем остались частички великой культуры и удобств прошлого. Представлены они способом из нашего адского настоящего – посредством продакт-плейсмента.

Для своих хакерских нужд Отакон использует шикарный MacBook. А iPod Classic от Apple – очень эффектный пример интеграции продукта в геймплее. Этот красавец возвращает нас в 2005 или 2006 год, хотя действие игры разворачивается в 2014‐м. То есть он уже лет на десять устарел, а Старый Снейк все еще пользуется им, слушая веселый J‐Pop, от которого пускаются в пляс травмированные по самое [185]не хочу члены отряда «КиЧ». И музыка, и сам iPod настолько хороши, что женщины танцуют до тех пор, пока не зарабатывают кровоизлияние в мозг и не умирают в мучениях. Вот что такое дизайн на века! Кодзима позаботился о том, чтобы конструкция кликающего колесика имитировалась с помощью контроллера: игроки перемещались по меню плеера, вращая аналоговый стик и кликая на него. Не очень удобно, но в этом есть некий шарм – забавно снова и снова крутить стиком, пока вы слушаете подкасты с комментариями разработчиков и старые добрые треки из предыдущих игр. Диссонанс от прослушивания мощнейшей видеоигровой классики в этом безрадостном, угрюмом мире – изощренный способ ведения психологической войны против игроков!

А в Японии по телевидению крутили занятный рекламный ролик. В нем изможденный Старый Снейк на последнем издыхании бредет по полю боя, едва не попадая под падающие вокруг ракеты. Ну очень грустное зрелище. Но тут появляется «Метал гир Mk. II» – Отакон послал его, чтобы передать усталому воину бутылочку энергетического напитка Regain (его можно в игре найти и использовать). Увидев заветный энергетик, Снейк преображается – он снова молод! А выпив его, он получает невероятный заряд энергии, и теперь ему по плечу любое задание. Этот позорный ролик, обесценивающий и усталость Снейка от бесконечной войны, и его ПТСР, и кризис от осознания скорой смерти, – отличный способ показать, что Кодзима не считал свою игру произведением искусства. Монетизация, вперед!

И все же на эти два примера можно и вовсе не наткнуться – прослушивание музыки и просмотр японского телевидения в обязательную программу не входят. Но нельзя не заметить, что некоторые персонажи в игре используют телефон Sony Ericsson W62S (ух ты, какое запоминающееся название!). Это вышедшая в 2008 году и эксклюзивная для Японии кнопочная раскладушка. Все мечты Sony о завоевании рынка мобильных телефонов были разбиты годом ранее – с релизом первого iPhone, так что телефон вышел уже мертворожденным. Тем не менее Sony оказалась готова заплатить Кодзиме за рекламу, делая упор на том, что ее телефоном пользуются самые элитные ученые и самые могучие воины – если быть точнее, по нему звонят Наоми Хантер и Вамп, а трубку в их руках мы видим крупным планом. Неплохо замоделена, кстати! Вообще-то Наоми изобрела наномашины, бессмертие, лекарство от рака, Систему «Патриотов» и взламывает за считаные минуты что угодно, но почему-то ее излюбленным средством связи посреди полностью контролируемого мира войны стала древняя японская раскладушка. Такое пренебрежение историей и стандартами игры, не говоря уже о неуместности рекламы в грандиозном и проникновенном финале серии, открывает глаза на то, что продакт-плейсмент в игре появился всем назло. Это символическое заявление об отставке, а не оппортунизм.

У МЭРИЛ ДРУГИЕ ИНТЕРЕСЫ

Итак, мы немного отдохнули, так что пора вернуться к анализу беспорядочного и сводящего с ума сценария Кодзимы. Предупреждаю: лучше не станет.

Решение на корню зарубить отношения Мэрил и Солида Снейка – как ножом по сердцу. Справедливым будет заметить, что Мэрил Сильверберг – это Хани Райдер франшизы Metal Gear, оригинальная «девушка Бонда». Она сексуальна, вынослива и обладает идеальной химией с нашим любимым антисоциальным убийцей, поэтому мы и хотим, чтобы они были вместе, – хотя бы какое-то время. Ее появление в MGS4 – не только откровенный фансервис, но и попытка связать концы с концами в слишком уж запутанной истории серии. Скорее всего, ее появление в игре являлось неизбежным, но вопрос был в том, как это получше обыграть.

Когда мы встречаемся с Мэрил, то видим, что она уже не та впечатлительная салага с Шэдоу-Мозеса, а заматерелый командир, легко держащий трех крепких мужиков в узде. Ее шокирует старческая внешность Снейка, и она постоянно проявляет к нему сочувствие, прося его остановиться или быть осторожнее. Мэрил заботится о нем, как об отце, а не вожделеет, как крутого героя.

Снейк: Совсем взрослой стала.

Мэрил: Может, потому что кто-то меня хорошо обучил? Например, неожиданно исчезнувший легендарный герой? Ты покинул отряд. А я… Я не теряла веры в тебя… или в «Гончих». В те времена я желала только твоего признания. Хотела, чтобы ты вернулся и принял меня такой, какая я есть. Но теперь все это в прошлом. Хватит с меня дурацких любовных игр.

Очевидные причины

Ладно, все-таки есть несколько хороших причин, благодаря которым это может оказаться самым правдоподобным исходом, даже если он и сильно зависит от того, насколько хорошо продуман этот карточный домик. Теперь мы знаем, что Снейк бросил Мэрил после их медового месяца, чтобы основать «Филантропию», а потом еще инсценировал свою смерть. Самое время вспомнить, что в MGS2 он говорил, как устал от «пацанок». Ай-яй-яй, как некрасиво, Снейк. Мэрил его не ненавидит, но она уже выросла из «дурацких любовных игр» и стала профессиональным солдатом. Если подумать, логично, что в их общении теперь нет ни намека на романтические чувства. Не вызывают вопросов и оскорбления, которые она кидает в лицо Снейку, когда они расходятся во мнениях. Она всегда была дерзкой нахалкой и утверждала, что ненавидит мужиков. А теперь настолько опытна, что не собирается выслушивать наставления даже от легендарного Солида Снейка. Только на сей раз Снейк не собирается давать отпор; его чувства задеты ее насмешками, о чем и свидетельствует падение шкалы психического состояния в этот момент. Все изменилось: Мэрил выросла как персонаж, а Снейк уже не тот, кем был раньше.

Мэрил: Знаешь, пусть наши взгляды на жизнь и отличаются, но для меня ты по-прежнему легенда… Настоящий герой. Я же росла на историях о твоих подвигах. Они сделали меня такой, какая я есть. Я не могу смотреть, как ты добровольно кладешь голову на плаху.

А может, она и не выросла вовсе. Есть основания полагать, что Мэрил нисколько не изменилась. В бою она полностью полагается на Систему «СП», контролирующую ее способности и эмоции, а отрядом управляет благодаря возможности передачи чувств. Мэрил называет мужчин «эгоистичными, самовлюбленными свиньями» и по-прежнему не ищет любви. Еще она недооценивает Ликвида Оцелота, переоценивает Систему, чуть не погибает и ошибается насчет того, что Снейку стоит перестать сражаться.

Но независимо от того, изменилась она или нет, вполне объяснимо, что Снейк потерял для нее привлекательность. Он стар, лицо его обгорело, а от инвалидности его отделяет всего один неудачный приступ кашля. Да, когда-то они были вместе, но теперь любовь превратилась в далекие воспоминания.

Скрытые причины

Вот только в MGS4 Мэрил могла стать кем угодно. Помните: мир подчиняется желаниям автора, а не наоборот. Нам не нужно прибегать к помощи мысленного эксперимента, чтобы прокрутить в голове все способы, которыми Кодзима мог воспользоваться, чтобы придать истории Мэрил еще больше убедительности. Он решил сделать ее очередным напоминанием о том, как сильно пал Снейк. Да, мы знаем, что Снейк и Мэрил расстались, но разве это причина, чтобы вернуться на военную службу или отказаться от «дурацких любовных игр»? А что же насчет усвоенных ими в аду Шэдоу-Мозеса важных уроков о смысле жизни? Выброшены в мусорку. Что заставляет Мэрил руководить инспекционной группой корпорации ArmsTech – той самой, что изготовила рельсовую пушку «Метал гира Rex», примененную во время ее кошмарного пребывания на Шэдоу-Мозесе? Зачем ей оставаться одинокой и на все озлобленной спустя столько лет? Почему она не сложила оружие и не стала наслаждаться жизнью, как и обещала? Возможно, я старомодный дед, но мне бы не хотелось работать в компании, причастной к сверхсекретным незаконным делам, приведшим к моему заключению, пыткам и «кое-чему похуже». У меня в голове не укладывается ее преданность ArmsTech, как не укладывается и то, что она не держит никакой обиды на Ликвида Оцелота, который, на секундочку, пытал и насиловал ее до полусмерти. Хм, полагаю, эту часть своей жизни она тоже оставила в прошлом. Без обид, братюнь?

С сюжетом не поспоришь, но возникает вопрос – почему все именно так? Избирательная память Мэрил, ее неприятие Снейка и отказ от высшего смысла жизни в пользу пацанской независимости – все это имеет важную скрытую цель: погрузить в глубины депрессии всех, кто души не чаял в MGS, или бедняг, умоляющих Кодзиму связать наконец-то все неувязки в своих играх. Удручающее «воссоединение» Снейка и Мэрил (постоянно прерываемое клоунскими выходками Джонни и его приступами диареи – чтобы вы ненароком сентиментальную слезу не пустили) было призвано лишить Снейка остатков его былой привлекательности и угробить все наши надежды на возвращение обожаемых шпионских фантазий. Это не девушка Бонда. Конечно, раньше девчонки стелились перед Снейком и постоянно пытались залезть к нему в штаны. Но это было раньше. Такая вот злорадная писанина, тщательно продуманная Кодзимой, чтобы превратить MGS4 в один большой депрессивный облом.

О, и это не учитывая, что Мэрил втюрилась в Акибу, но об этом поговорим позже.

ВОССТАНИЕ ГЕЙМЕРОВ

В третьем акте вскоре после объяснения Биг Мамой сути конфликта между Биг Боссом и Зеро (который она описывает в религиозных терминах) ее и Старого Снейка засекает «Геккон-карлик», вынуждая покинуть роскошное убежище в восточноевропейской церкви. Но прежде чем сесть на мотоцикл, Биг Мама улучает момент, чтобы поделиться трагической историей своих последователей. Ну-ка, ну-ка.[186]

Биг Мама: Все они осиротели в детстве… Бедняги с юного возраста работали на оружейных фабриках, мечтая вступить в ЧВК, когда подрастут. Они жаждали мести таким же компаниям… ЧВК, убившим их родителей. Все деньги они тратят на младших братьев и сестер. И таких детей-солдат в ЧВК бесчисленное множество.

Сегодня любой может пройти боевую подготовку с помощью компьютера. Все эти FPS, эти обожаемые детьми «стрелялки», распространяются компаниями совершенно бесплатно. Разумеется, это не что иное, как виртуальная подготовка. Дети с головой уходят в военные игры. И, не успев опомниться, оказываются в рядах ЧВК, сжимая в руках настоящее оружие. Они становятся инструментом в войнах, не имеющих к их жизням никакого отношения. Им вбили в голову, что воевать – круто. Они думают, что война – это и есть жизнь. Им не нужна причина сражаться. Для них это всего лишь игра.

Очевидные причины

Эта небольшая речь Биг Мамы толково объясняет происхождение, мотивы и даже подготовку «Армии потерянного рая» – за это спасибо, иначе мы бы так и гадали, кто они такие. Учитывая, что они несколько лет назад спасли Райдена из Зоны 51, совсем не лишним будет знать их происхождение. Мы видим, как ее бойцы готовятся к битве и садятся в машины – скоро эпизод с погоней. Когда узнаем их трагическую историю, все становится на свои места.

История служит комментарием к выходу настоящих пропагандистских видеоигр, например, бесплатно распространявшегося армией США шутера America’s Army (2002), пытавшегося убедить нас, что убивать и умирать на войне весело! Несомненно, у Кодзимы, который добивается от всех осознания, что война – ни разу не весело, а трагедия и кошмар наяву, есть некоторые вопросики к такой неприкрытой государственной промывке мозгов. Ну и вдобавок это критика всех FPS, там тоже войну прославляют. Теоретически все они внушают детям мысли о том, что война – это всего лишь игра.

Но из речи Биг Мамы мы узнаем и об успехе «Плана 3‐С». Подобно Райдену, «Армия потерянного рая», несмотря на лидерство опытной шпионки, всего-навсего следует по пути бессмысленного круговорота возмездия «Патриотов». По ее словам, им «не нужна причина сражаться» и они думают, что это «круто». В MGS2 тренированный в VR и беспрекословно подчиняющийся Райден был точно таким же и своими действиями довел систему до совершенства. Темы виртуальной подготовки Кодзима касался еще в MGS1, и она стала одной из важнейших в серии. Даже генно-модифицированные солдаты с Шэдоу-Мозеса звались солдатами цифровой эпохи, обученными с помощью программ виртуальной реальности в ходе испытаний «Отряд XXI» и лишенными реальных мотивов и опыта. Это еще одна неприглядная сторона реального мира, которую Кодзима хотел показать публике. «План 3‐С» стал способом создания героев и пешек – в любой момент и в масштабах всего мира. И эти дети-геймеры, известные как «Армия потерянного рая», очередные пешки в бесконечной и бессмысленной игре.

Скрытые причины

Кодзима не только ведет острую полемику об обществе и индустрии видеоигр, но и уделяет внимание метанарративу. Речь идет о самой серии Metal Gear. Каким бы потрясающим ни был «План 3‐С», не стоит забывать, что он комментировал взаимоотношения игры и игроков. Он аллегорически пытался донести до них, что пора прекратить требовать новые и новые игры и начать глубже вчитываться в то, что находится у них перед глазами: мемы, темы и стоящую за ними антивоенную идеологию. Разрушая четвертую стену и обращаясь к игроку напрямую – завуалировав (вуаль тонкая и просвечивает только так) это под предлогом неисправной системы ИИ в голове Райдена, – Кодзима прилагал все усилия, чтобы геймеры это поняли. Но они ничего не поняли. Никто не потрудился обратить внимание на то, что действительно важно, так что «План 3‐С» превратился в Систему из Guns of the Patriots. Речь Биг Мамы об «Армии потерянного рая» говорит практически о том же. Эти «дети», как и геймеры, считают, что война – это круто, а причины для бойни совсем не важны. А недостающий тут фрагмент головоломки – конечно же, Metal Gear Online. Я уверен, что нам не нужно углубляться в то, как эта аллегория тут работает, но зацените, как беспардонно Кодзима пичкает нас метанарративом! Его достал круговорот насилия, бессмысленности и иллюзий крутизны, и он наконец-то выплеснул на нас все, что об этом думает.

Мысленный эксперимент

Я бы хотел снова обратить ваше внимание на хронологию событий. Помните, как предыстории отряда «КиЧ» противоречат логике? Проблема с хронологией возникает и здесь. Но есть одно «но». Она возникает, только если руководствоваться общепринятой в сообществе фанатов интерпретацией событий. Рассказывая о своих последователях, Биг Мама уточняет, что ее армия состоит из сирот, которые были еще детьми, когда ЧВК убили их родителей. Сиротки успели неслабо подрасти. Они уже несколько лет действуют на высочайшем профессиональном уровне – даже сумели вытащить Райдена из Зоны 51, так что это вряд ли беспомощные детки. Для детей у них слишком уж широкие плечи и слишком уж роскошные усы и бороды! Значит, осиротели они минимум десять лет назад, верно? Еще она говорит, что по всему миру их «бесчисленное множество». Но инцидент на Биг Шелл произошел всего пять лет назад, так как же такое возможно? В игре утверждается, что расцвет ЧВК начался после «Манхэттенского инцидента», и большинство фанатов считают, что под этим подразумеваются события на Биг Шелл.[187]

Кэмпбелл: «Манхэттенский инцидент» вызвал нешуточное общественное возмущение. С тех пор США вынуждены серьезно задумываться над силовым вмешательством в дела других государств. Это придало толчок идее приватизации вооруженных сил – и в итоге их место заняли ЧВК.

Видите? Единственный способ увязать хронологию воедино – признать «Манхэттенским инцидентом» теракт 11 сентября, а не тот случай, когда «Арсенал гир» протаранил семь кварталов в Нью-Йорке. Если это действительно 11 сентября, то у нас как раз появляются те самые десять лет, за которые сироты и жертвы войн вырастут в солдат. Но тогда это означает, что феномен ЧВК, приватизация, дроны, наномашины, глобальный пожар прокси-войн и экспансий ЧВК – все это происходило за четыре года [188]до событий на Шэдоу-Мозесе, не говоря уже о Биг Шелл и «Плане 3‐С». Это опровергает идею того, что у этих солдат нет опыта, что они научились всему в видеоиграх и в бою полагаются на наномашины. Возникает много вопросов о том, почему ни в одной из предыдущих игр эти события не учитывались и не обсуждались, ведь логичным было бы как-то связать их сюжеты с резонансными происшествиями их мира. Ликвид Снейк, президент Джонсон, Солидус Снейк – все они толкают речи о ситуации в мире, но никто из них не упоминает о последствиях 11 сентября… По той очевидной причине, что в момент написания Кодзимой сценариев игр этого еще не произошло. Вот что странно. Использование настоящей трагедии для того, чтобы списать на нее перемены в мире MGS4 (а не на свою выдуманную катастрофу) – серьезный шаг в сторону грязной трясины реальности и хронологических странностей, с которыми его творческие способности не в силах совладать.

Мы можем попытаться разобраться и в тонкостях этой идеи. Слова Кэмпбелла о том, что расширение полномочий ЧВК стало последствием того, что США были «вынуждены серьезно задумываться над силовым вмешательством в дела других государств», подразумевают, что теракты 11 сентября обусловлены противодействием агрессивному курсу американской внешней политики и, что важно, общественность об этом прекрасно знала. Понимаете? Единственная причина, по которой ЧВК действуют по всему миру, заключается в том, что правительство США не желает, чтобы в результате их неприкрытых военных вмешательств произошел еще один «Манхэттенский инцидент». То есть США предположительно продолжают вести военные действия за рубежом без использования официальных войск – таким образом избегая общественного давления. И да, это соответствует описанию Кодзимой «Патриотов» как манифестации военной экономики, воплощенной в Пентагоне, ArmsTech и так далее, но это настолько далеко от реальности, что кажется абсолютно не связанным с историей реального мира. В конце концов, насколько мне известно, по планете не скитаются бесчисленные орды сирот из Восточной Европы, с детства работавших на оружейных заводах и мечтающих вступить в ЧВК во имя борьбы с терроризмом. По телевидению не крутят рекламные ролики ЧВК, в крови у нас нет наномашин, а миллиарды единиц оружия еще не внесены в наномашинную базу данных безумного ИИ. Кодзима показывает, что весь ядерный арсенал США и компоненты систем запуска ракет были переведены под контроль централизованной ID-системы за два года до событий игры. Тут полно занятных комментариев о технократии и военно-промышленном комплексе, но я считаю, что без привязки к 11 сентября было бы лучше. Такого рода произведения получаются, когда писатель одержим историей Усамы бен Ладена – или, скорее, полковника Курца, если мы вернемся к истокам его увлечения этой темой. Логика истории если не полностью нарушена, то подогнана под то, что он хочет сказать, но и напрямую что-то высказать он тоже стесняется. Он скрывает это в «Манхэттенском инциденте» и рассуждает о во [189]йне с терроризмом в отвлеченных, туманных выражениях, создавая провалы в логике хронологии и низводя свое собственное произведение до сносок внизу страницы, не уважая и искажая реальную историю, против которой и пытается выстроить полемику. Он – умный человек, пытающийся казаться хитрее, чем он есть, и не настолько дерзкий, насколько следует быть.

ПЛАЧ ПО ШЭДОУ-МОЗЕСУ

Превращение Шэдоу-Мозеса в мрачные руины – большая трагедия для меня и всех преданных поклонников MGS1. Но, в отличие от большинства, я не считаю эту часть игры ностальгическим прощанием с прошлым. После успешного захвата Системы Ликвид Оцелот бежит на Шэдоу-Мозес, чтобы заполучить в свои руки «Метал гир Rex», а заодно и знаменитую стелс-рельсовую пушку меха, пуляющую ядерными боеголовками. Боеголовки тоже тут – списанные и не подвергнутые модификации, как остальной ядерный арсенал США двумя годами ранее. Как и мы, Ликвид хочет уничтожить ИИ-систему «Патриотов», но желает сам занять освободившееся место правителя мира, взяв систему под контроль с помощью извлеченного из «Арсенал гира» поврежденного ИИ GW. И чтобы остановить Ликвида Оцелота, Снейку необходимо прилететь на Шэдоу-Мозес и пресечь использование рельсовой пушки. Мы возвращаемся на наш любимый остров при совершенно иных обстоятельствах.

БОЛЬШИНСТВО ИГР НАСТОЛЬКО НЕРЕАЛИСТИЧНЫ, ЧТО У НИХ И В ПЕРВЫЙ-ТО РАЗ НЕ ВЫХОДИТ ПОГРУЗИТЬ ИГРОКА В СВОЙ МИР, НЕ ГОВОРЯ УЖЕ О ТОМ, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬСЯ К НЕМУ ГОДЫ СПУСТЯ И ПРЕДСТАВИТЬ, ЧТО С НИМ СОТВОРИЛО НЕУМОЛИМОЕ ТЕЧЕНИЕ ВРЕМЕНИ.

Очевидные причины

Спустя десять лет Кодзима возвращает нас в сеттинг, к которому у нас исключительно теплые чувства, делая то, что видеоиграм удается исключительно редко: показывает, как время изменило места, в которых мы были ранее. Большинство игр настолько нереалистичны, что у них и в первый-то раз не выходит погрузить игрока в свой мир, не говоря уже о том, чтобы вернуться к нему годы спустя и представить, что с ним сотворило неумолимое течение времени. К ликованию многих фанатов, Кодзима и его команда именно это и сделали. Любые отсылки, оммажи и выказывания уважения MGS1 оправданы – все-таки легендарная игра. Но на деле оказалось, что Шэдоу-Мозес мертв и погребен.

В гостевой статье на моем сайте один из фанатов попытался разобраться в причинах шокирующей трансформации. Он ссылается на изменение климата, повышение уровня моря и другие факторы, которые в совокупности существенно изменили облик острова. Но это не просто внешние изменения. «И правда, в этом отрезке игры на многих накатывает [190]некое тягостное чувство грусти, – пишет он. – Шэдоу-Мозес перестает быть воспоминанием, но в результате некой метаморфозы он превратился в новое воплощение самого себя – и совсем не то, которое мы ожидали увидеть. Именно в этот момент доносимая до нас мысль достигает пика своей горечи и злободневности. Подобно Снейку в MGS4, мы отчетливо ощущаем, как много времени прошло с тех пор, и, осознав, насколько стали старше, мы вынуждены столкнуться с нашей смертностью». Это созвучно тому, что Кодзима говорил ранее.

Ход времени, воспоминания и тема старения – все это бросается в глаза, и это совсем не случайно. Была проделана огромная работа, чтобы воссоздать Шэдоу-Мозес таким образом, чтобы он выглядел достоверно и неприглядно, подобно стремительно дряхлеющему Старому Снейку. Да, этот реализм делает мир игры правдоподобным, но он несет в себе важное послание – мы стареем, и нельзя об этом забывать. В Metal Gear всегда были заложены глубокие послания для игроков, так что неудивительно, что в «заключительной игре саги о Солиде Снейке» постоянно затрагивается тема приближения смерти. Возвращение в некогда оживленное и полное приключений место из прошлого – отличная возможность ее проиллюстрировать.

А, еще фансервис! Где что-то обожаемое, там и он. Чтобы показать нам, какие мы уже старые, Кодзима мог бы вернуть нас в Грозный град или Занзибарию – они же совсем древние, и вообще, с них начиналась мифология франшизы. Но он этого не сделал. Шэдоу-Мозес занимает в наших умах и сердцах особое место – это высшая точка карьеры Снейка (и Кодзимы, раз уж на то пошло). Может, поэтому Кодзима и посчитал, что остров заслуживает последней прогулки. Пришло время покончить со всем раз и навсегда, касательно не только сюжета, но и ублажения фанатов. Если бы ядерное хранилище оставалось все таким же офигенным, никто бы оттуда и не захотел уходить. Ах да, наконец-то были услышаны непрекращающиеся мольбы фанатов – мы собственноручно пилотируем «Метал гир» и ведем гигантскую машину в бой!

И не будем забывать о слове «ностальгия». Проходя по знакомым местам, мы слышим звуковые фрагменты из старой игры, а некоторые предметы лежат там же, где и раньше. Аж слезы наворачиваются. А перед тем как попасть на остров, мы оказываемся в эмулированной MGS1 – вдруг вы забыли, как она выглядит, или никогда в глаза ее не видели. Все, как на PS1 – и низкополигональная графика, и звуки, и все остальное. Слезы уже текут рекой. Мы сталкиваемся с тем, как все сильно изменилось на острове, и на нас снова и снова накатывает ностальгия. И тепло на душе, и грустно, но что поделаешь – так уж устроен мир. Моно-но аварэ, друзья, моно-но аварэ. Снейк изменился, война изменилась, все вокруг стало иным. Пришло время предаться воспоминаниям и отпустить эту часть своей жизни.

Скрытые причины

Как и во многих других случаях, хотя вышеупомянутые причины вполне справедливы, во внимание не принимается тот простой факт, что реализация идеи в игре – полный отстой! Шэдоу-Мозес – не светлая ностальгическая прогулка, а тяжелый депрессняк. Когда Снейк прилетает на остров, он неуклюже спрыгивает с вертолета (да, у Снейка и Отакона и вертолет откуда-то есть) и повреждает спину. Вероятно, Кодзима хотел показать, как все стареет и дряхлеет, но это можно было бы преподнести и как торжество выживания вопреки всему. А если посмотреть на жизнь Хидео, то видно, что время принесло ему огромный успех и всемирное признание, а не травмы и увечья. Он возглавляет собственную студию, стал общепризнанным лидером индустрии и вообще выглядит как огурчик! Если бы тема старения была здесь главенствующей, как и говорил Кодзима, можно было бы ожидать, что эпизод будет переполнен радостью и весельем. Но вместо этого тут царит тоска и меланхолия.

Почему нельзя было обставить эту ностальгию как-то пожизнерадостней? Разжечь в сердцах старую искру жизни и перенести фанатов в один из любимейших моментов? Нельзя, нет? А ведь именно это и начинает делать эмулированный эпизод с вертолетной площадкой, вселяя в нас надежду, что дальше наверняка будет нечто столь же крутое. Но вот итог сильно подводит. Снейк говорит: «Я снова видел тот сон», – подразумевая, что Шэдоу-Мозес снится ему постоянно. И да, это циничное подтрунивание Кодзимы, намекающее на то, что даже события оригинальной MGS1 – и те всего лишь сон. Само собой, десять лет назад об этом и речи не шло, но мы знаем, как он охладел к ней после выхода. Самый главный вопрос: чем руководствовался Кодзима, решив в MGS4 разрушить Шэдоу-Мозес? Так что давайте подумаем над этим. Наоми Хантер тоже ломает четвертую стену и ставит под сомнение «реальность» наших любимых Metal Gear. Во время рассказа о том, какой серьезной травмой стало для привыкших действовать под контролем Системы солдат внезапное отключение от нее, Наоми говорит: «До этого момента они считали войну веселой игрой. И вдруг столкнулись с чудовищной реальностью». Но это не главное. Если вы следите за тем, что происходит на экране, то увидите там нечто интересное. В подтверждение ее слов о том, что война не более, чем игра, на экране прокручиваются изображения обложек всех Metal Gear, и в тот момент, когда она говорит про «чудовищную реальность», мы видим отрывки из роликов Metal Gear Solid 4. Ну совсем уж откровенный метакомментарий. И снова мы должны понимать, что это не случайность – такие вещи случайно не происходят. Этот момент нужен, чтобы дискредитировать идею того, что все предыдущие игры серии «реальны». Все они не более, чем сон, воспоминания, симуляции и ложные реальности. Кодзима хочет, чтобы мы взялись за их интерпретацию, а не воспринимали происходящее в них всерьез. Это идеальный для MGS4 посыл – игра должна была отмести все оставшиеся вопросы и вынудить игроков двигаться дальше. Кодзиме не удалось донести послания или заставить публику задуматься, и теперь он хочет, чтобы все просто закончилось. Без смысла. Он назовет MGS1 сном и заставит Снейка от него пробудиться.

Тот факт, что Старый Снейк стоит одной ногой в могиле, во многом объясняет депрессивную атмосферу на протяжении всей игры – от вступительной музыки до постоянных оскорблений со стороны старых друзей и строжайшего запрета курить из уст маленькой девочки. Но все необязательно должно быть так. Какими бы реалистичными ни пытались казаться видеоигры, они никогда не будут привязаны к правилам реального мира, и нет никакой причины, по которой Старый Снейк обязан быть таким подавленным. Но поскольку мы уже знаем, что подавлен тут Кодзима, то это, разумеется, неизбежно. Удручающее, обветшалое состояние Шэдоу-Мозеса в этой антиутопии – не дотошная попытка смоделировать влияние времени, а очередной хитрый план. Очередная ловко скроенная ложь, в которой скрывается «правда».

Шэдоу-Мозес мертв, но не потому, что там уже много лет нет электричества; он погребен, но не под сугробами. Он мертв, потому что его прилюдно казнили, а погребен он под толщей безвкусных, натужных сцен. Будучи сценаристом и режиссером, Кодзима имел все возможности возродить остров из пепла, выведя его на новые высоты величия. То же самое он мог проделать и со Снейком. Ускоренное старение? Не смешите меня. Мы говорим об играх, где люди воскресают из мертвых просто так, между делом. Мы говорим об играх, где спецназовец телепатически управляет роями из тысяч шершней. Придумать какое-нибудь оправдание тому, что Снейк до сих пор молод, не представляло бы никакой проблемы – фанаты бы из штанов выпрыгнули от счастья. Но нет, таким остров стал с определенной целью, и цель эта – передать скорбь от того, во что превратилась вся франшиза. Великий и прекрасный Шэдоу-Мозес низведен до такого. Это сквозная тема, и заметить ее можно еще до MGS4[191]. Разрушение Шэдоу-Мозеса в MGS4 – это последняя попытка освободиться от обязательств перед фанатами. С точки зрения сюжета вместо полной пустоты вертолетной площадки и наводненного «Гекконами-карликами» танкового ангара эти места могли бы патрулировать Лягушки. Мы знаем, что они на острове есть – видели их собственными глазами во время битвы с Плачущей Вульф, и это, черт возьми, было бы интереснее, чем пробираться через бесконечный спам мелких дронов! Шэдоу-Мозес мог бы стать вишенкой на торте франшизы, настоящим стелс-раем, позволяющим пробраться в самые укромные закоулки острова и обнаружить неизвестные ранее тайны. Боже, мы столько всего потеряли…

«Но, мистер Вулф, – спросят меня, – разве вы не забываете о том, что дизайном острова занимался не Кодзима, а Шон Айстоун? Вы же переводите стрелки на невиновного!» А спорить тут не о чем. Совершенно не важно, кто был ответственным за дизайн локации или написание части сценария. Суть в том, что прежде, чем все это окажется в игре, оно должно быть одобрено Кодзимой. Более того, поручить работу над одной из самых важных локаций в игре сотруднику без опыта (а Шон Айстоун был новичком в студии) – значит огрести ворох проблем. Это практически саботаж. Слушая подкасты о четвертом акте, становится ясно, что поставленная задача дается Айстоуну тяжело. Аки Сайто и Кэн Имаидзуми постоянно жалеют и утешают парня, не горящего желанием вспоминать тот тяжелый период жизни. Если Кодзима действительно хотел сделать Шэдоу-Мозес снова великим, он бы сделал это сам или поручил кому-то опытному, а не отправил бы новичка на заклание, бросив: «И так сойдет».

Увы, многие фанаты MGS4 скорее уйдут в отказ, чем признают тот факт, что Шэдоу-Мозес – унылый отстой. Как и в случае с MGS2, фанбои пытаются обелить каждый спорный момент и убедить себя, что они без ума от игры – они говорят себе, что их принятие происходящего означает, что они понимают ее на всех возможных уровнях. А тех, кто видит и указывает на просевшее качество, вмиг записывают в богохульники. И так всегда было и всегда будет во всех фэндомах. Но хуже всех те, кто замечает просевшее качество, но не задается вопросом, скрыто ли в этом нечто большее. Слишком уж невыносима мысль о том, что из-за нежелания Кодзимы возвращаться к работе над Metal Gear в их любимой серии нереально крутанских игр теперь бьется ниспровергающее ее сердце. Жаль, но доказательства продолжают свидетельствовать не в их пользу.

НАУЧНЫЙ ВАМПИРИЗМ

Фанаты надеялись получить в MGS4 ответы на все свои вопросы, и немалая их часть вращается вокруг природы мистических способностей Вампа. Мы уже ознакомились со сверхнаучным и мегаправдоподобным источником его бессмертия – во всем виновата наномашинная технология за авторством Наоми Хантер. Нет, поверить в нее все еще сложно. Но это всего один вопрос, а есть и другие, не менее важные. И они так и остаются неразрешенными. Облом-с! В MGS2 единственным объяснением его сил служила квазирелигиозная история, согласно которой Вамп был пронзен распятием во время взрыва в церкви и выжил только благодаря тому, что пил кровь других жертв теракта. Вампирские параллели очевидны, но вряд ли это можно считать исчерпывающим ответом. Точнее, никак нельзя. Некоторые заметили и его связь с водой – он воскресал только при контакте с ней. Сначала это была упавшая на его лицо слеза Фортуны, затем резервуар для очистки воды и, наконец, океан. Эти не поддающиеся объяснению намеки наводили на мысль о способности, которая так и не была прописана, но с наномашинами не имела ничего общего. Чтобы понять, откуда взялись его силы, игроки даже изучали информацию о «Китайце» – неиспользованном персонаже, чьи способности во многом перекликались со способностями Вампа, но оказалось, что к его истории это не имело [192]никакого отношения.

Почему же Кодзима отказался от намеченного для персонажа курса? Почему Вамп превратился в продукт науки?

Очевидные причины

Самая простая и самая очевидная причина – научное обоснование убедительнее волшебства, но на самые ненаучные аспекты придется закрыть глаза. Разумеется, если дать фанатам выбор, то они сделают его в пользу кривого частичного объяснения, а не полного отсутствия ответов. Может, и на магию согласятся. Конечно, во франшизе были и другие не поддающиеся пониманию персонажи, но Вамп и среди них торчит как бельмо на глазу. Отказавшись от волшебных умений Вампа и придерживаясь банального наномашинного решения, Кодзима смог хотя бы частично выкарабкаться из этой мистической ямы.

В одном из разговоров по «Кодеку» Отакон, говоря о Вампе и Лягушках, замечает: когда технология становится достаточно продвинутой, с тем же успехом она может оказаться и магией. Таким образом Кодзима признает, что в его мире [193]нет разницы между волшебством и футуристическими технологиями. Кодзима не ученый и не мистик – он сценарист, делающий свою работу. И в MGS4 его работа – раскрыть тайну бессмертия Вампа.

В плане сценария есть и другая причина связать его силы с наукой. Она превращает Вампа и Наоми из простых любовников, сражающихся на одной стороне, в нечто большее. Ее разработки стали основой для технологии, подарившей ему бессмертие, значит, он обязан ей жизнью. В конце своей истории он с любовью просит ее проявить милосердие.

Наоми: Он не был бессмертным. Его естественная способность к исцелению усиливалась с помощью наномашин. Но после стольких сражений его тело достигло своего предела.

Вамп: Доктор… уйми мою боль.

Ну, и это, честно говоря, работает: вместо того чтобы быть чужаками, втянутыми в планы Ликвида Оцелота, эти двое оказываются глубоко связаны друг с другом. Если бы способности Вампа оказались результатом какого-нибудь необъяснимого колдовства (или если бы вообще остались без объяснений), снова бы возникло ощущение, что нас надули.

Скрытые причины

Как и следует уже ожидать, в этом неожиданном повороте скрыто больше, чем кажется на первый взгляд. Да, на некоторые вопросы были получены ответы, но стоит только взглянуть, какую реакцию они вызвали в сообществе, чтобы понять, что это был не лучший способ ублажить фанатов. Демистификация Вампа стоила ему львиной доли привлекательности! Неужели Кодзиме и правда было плевать? Снова нежелание усердно поработать?

Вы только посмотрите, как игнорируются все другие его способности! Например, так называемая «техника пришивания теней», которую он использовал в схватке против Райдена в MGS2. В «Базе данных» сказано, что принципы техники «Кагэнуй» основаны на гипнозе, парализующем цель, но вот только в MGS4 об этом ни слова. Но почему? Я еще могу понять, что в плане геймплея было бы глупо использовать одни и те же приемы в битвах с боссами, но вот напрочь их игнорировать в повествовании? Очень подозрительно. И что там насчет связи с водой? Очевидно, что в MGS2 это все появилось не просто так и имело неведомый нам смысл, но в MGS4 все его способности не имеют никакого значения. Теперь только наномашины повсюду. В MGS4 его умение бегать по стенам объясняется крючками на подошвах и псевдонаукой. Крючками на подошвах, вы только подумайте! Но в MGS2 никаких крючков‐то нет, на нем самые обычные ботинки! Ну и кроме того, правило Артура Кларка – не настоящий научный закон и не служит объяснением любой мелочи. Это всего лишь писательское правило, которое авторы должны учитывать, придумывая оправдания для тех или иных вещей.

Самое разумное объяснение этих загадочных недомолвок и оправданий – желание Кодзимы создать разногласия между MGS2 и MGS4, чтобы фанатам пришлось выбрать правду на свой вкус. Вместо того чтобы связать игры воедино, раскрыв все тайны персонажа, он увеличивает пропасть между ними. Геймерам, которым Вамп полюбился в MGS2, будет печально наблюдать за тем, во что он превратился в MGS4. В этом отношении они с морщинистым Снейком похожи. Нетрудно было бы еще раз прибегнуть к помощи псевдонауки, чтобы объяснить его водную тему, и это даже бы открыло много сюжетных возможностей. Но вместо этого нам приходится довольствоваться порезанной версией персонажа, который играет роль второй скрипки для Ликвида Оцелота.

ЛИКВИД ОЦЕЛОТ БЫЛ ОШИБКОЙ

Злодеи во всех Metal Gear всегда отличались повышенным градусом театральности и безумия – они имели амбициозные цели по завоеванию мира и строили чрезвычайно сложные планы, соперничающие со схемами противников Джеймса Бонда. То есть были абсолютно нереалистичными. Но они никогда не вели себя так по-идиотски, как Ликвид Оцелот в Guns of the Patriots!

Он постоянно дразнит Снейка и подтрунивает над ним, доводя и нас до белого каления. А еще сыплет глупыми метафорами и упивается своим превосходством. Это полностью выходит из-под контроля, когда он этот самый контроль и получает – завладев в Восточной Европе контролем над Системой. Оцелота окружают сотни солдат, вертолеты и бронетехника. Бежать с небольшого корабля ему и его Лягушкам некуда – но кажется, что он и так отлично себя чувствует. В первых двух актах ему удавалось отключить находившихся рядом солдат от Системы, вызывая травмирующий психику сбой в работе их эмоций. Они превращались в неподвижные мишени или шатались вокруг, как зомби. Но теперь все зайдет еще дальше. Он отключает солдатам оружие! Все они, включая Мэрил, пытаются нажать на спусковой крючок, но не могут этого сделать. Оцелот, как маленький ребенок, целится из пальцев в вертолеты и восклицает: «Бах!» В тот же миг все системы вертолетов выходят из строя, и машины разбиваются! Смеясь, он продолжает «стрелять» из пальцев во все вокруг – оружие ему уже не нужно. Бах! Бах! Бах! Оцелот приставляет стволы-пальцы к собственной голове… «Бах!» И все солдаты снова лишаются рассудка! Казалось бы, гибель сотен солдат должна выглядеть как настоящая трагедия, но хохочущий и корчащий рожи дед, орущий «Бах!», как малое дитя, превращает происходящее в[194] несмешную комедию.

Очевидные причины

Волгин был садистом, пулявшим молниями из рук. И был убит молнией, когда стоял на вершине первого в мире «Метал гира», которым управлял, держась за вырванные из крыши машины кабели. Разряд взорвал его пояс с боеприпасами, подарив нам чуть ли не минуту прекрасного, но смертоносного фейерверка. Это было офигеть как круто! И чуть глуповато. Поэтому, думаю, тут стоял вопрос – каким образом Кодзиме удастся переплюнуть такого эпичного последнего босса?

Помимо утомительной рутины «захватить мир / остановить „Патриотов“», с Ликвидом Оцелотом ничего интересно и не связано. Он катается по миру, стараясь захватить контроль над Системой, пытаясь убить Снейка, оставляет того в живых и – вот это поворот! – в итоге признается, что его поражение было частью плана! Как и в случае со всеми остальными персонажами MGS4, выясняется, что намерения Оцелота были чисты и благородны – на самом деле он трагический и непонятый персонаж. Он разжег пожар глобального конфликта и создал мир бесконечных страданий, чтобы подстегнуть Снейка сделать свою работу и покончить со всем этим. Ужасный бред, да, но не сильно отличающийся от его планов на Шэдоу-Мозесе и в главе «Вышка». Но почему Оцелот получился таким инфантильным и бесящим? Очевидным ответом будет то, что он служит контрастом безрадостному и меланхоличному настрою своего заклятого врага – Солида Снейка. И это показывает, что заправляет всем не Револьвер Оцелот, а Ликвид Снейк. Его дурашливые жесты похожи на выпендреж и юного Оцелота, и Ликвида. Может даже возникнуть ностальгия по Snake Eater и Шэдоу-Мозесу! Во всех смыслах он превратился в безумный мэшап.

Скрытые причины

В MGS4 Кодзима обошелся с Оцелотом очень вольно, превратив его в карикатуру, отличающуюся от зловещих злодеев вроде Солидуса и Волгина. Согласно Metal Gear Wiki, в журнале Edge отмечали, что «Кодзима создал выдающегося злодея, продуманнее и интереснее, чем в MGS2». Выдающегося? Да это самый большой фарс в и без того фарсовой истории! Взять хотя бы пресловутую сцену инсценировки смерти. После того как Старый Снейк, пилотирующий «Метал гир Rex», уничтожает Ray Оцелота, тот беспомощно валится из кабины на землю и тянет к Снейку дрожащую руку. «Fox…» – бормочет Снейк, «Die!» – вопит Оцелот, подобно Ликвиду Снейку, лежавшему на том же самом месте. Звуковые эффекты из [195]MGS1, слоумоушн и драматичность происходящего намекают на то, что шутки кончились – вот она, смерть Оцелота! Но проходит всего пара секунд, и старик вскакивает на ноги, восклицая: «Как бы не так!»

В одном из подкастов разработчики рассказывают, что в японской версии этой дурацкой сцены Оцелот использует еще более инфантильное и дурашливое выражение. По их словам, что-то похожее на «Обманули дурака!» От такой глупости даже сотрудники студии были в шоке. Затем он комично бежит спиной вперед, хохоча и тыкая пальцами, как последний кретин. Этот сумасшедший седой старикан с усами Ли Ван Клифа просто ко всем чертям рушит знаковый момент – какое тут погружение в сюжет? Не забывайте, что все это происходит после кульминационной точки всей франшизы, где игроки наконец-то получают возможность поуправлять «Метал гиром» в эпичнейшей битве двух гигантских мехов. И Кодзима решил, что после такого великого момента стоит показать вот это? В довершение всего далее на экране появляется то, что фанаты зовут «горой Снейкмор»: памятник Солидусу Снейку, Старому Снейку (усы, морщины, все на месте), Ликвиду Снейку и Биг Боссу, торчащий из ультрасекретной подводной крепости Ликвида Оцелота – «Аутер-Хейвен». Вы можете подумать, что я шучу, но тут уже не до шуток. Конструкторы подлодки хорошо постарались, чтобы кропотливо воссоздать лица четырех клонов в соответствии с памятником на горе Рашмор. На этот корабль и сбегает хихикающий Оцелот. [196][197][198]Ничего крутого или забавного тут нет. Одно раздражение. Снейк все стреляет и стреляет из винтовки M4, но Оцелот на это даже не обращает внимания, потому что Снейк все мажет и мажет. Это еще одна сцена, которая, по мнению Кодзимы, могла бы окончательно разрушить иллюзию и показать игрокам, как оскорбительно низко пала игра, превратившись в насмешку над собой. Поняли ли это геймеры? Конечно же, нет.

ПСИХО МАНТИС УЖЕ НЕ ТОТ

Мы приближаемся к финалу, а чувство неловкости от происходящего только усиливается. Поднимаемые сюжетом вопросы становятся все острее, и, отвечая на них, Кодзима создает максимальный диссонанс: привет, смешанное чувство осторожного предвкушения и глубокого ужаса. Слишком уж много ностальгических отсылок и воссоединений напоминают нам о любимых сценах и персонажах, но все они реализованы таким образом, что сводят на нет весь их потенциал, упуская все, что когда-то делало их великими. В неожиданном возвращении Психо Мантиса тоже все плохо.

Давайте начнем с фактов. Вопящая Мантис – последная воительница отряда «КиЧ», поджидающая Снейка в пункте управления «Аутер-Хейвен». Это большая круглая комната, заставленная терминалами, образующими концентрические круги, а в центре расположен голографический глобус. Мэрил лежит на полу без сознания, как вдруг становится марионеткой парящей в воздухе телепатки! Используя наномашинные сети в телах людей, Мантис может контролировать кого угодно – даже трупы. Но сначала ей нужно поразить цели экстрасенсорными файрболами, которые она запускает из своих маленьких марионеток. Да, как вскоре узнают игроки, ее главные инструменты – милые маленькие куколки, парящие рядом с ней: игрушечные Психо Мантис и Скорбь. И не спрашивайте, почему кто-то решил сшить милых плюшевых сверхсекретных оперативников спецназа и почему они наделяют своими способностями эту особу. Важно то, что эти куклы – ее слабые места и без них она практически бессильна. Даже Старый Снейк может подобрать куклу Психо Мантиса и использовать ее как оружие, пуляя в противницу псионическими сгустками энергии. А после попадания нужно причинять ей боль, тряся контроллер. Собственно, именно это и нужно сделать, чтобы добить ее. С какой стати магические способности кукол может использовать кто угодно? Откуда эти способности взялись? Почему ни Снейк, ни кто-либо другой не задаются этими вопросами? Что происходит?! Не все дано нам узнать.

После смерти женщины в воздухе появляется дух Психо Мантиса – ему не терпится напугать Снейка. Он решает положиться на свои старые трюки: старается прочитать карту памяти и заставить контроллер вибрировать. Только ничего у него не выходит – ни карт памяти, ни вибрации на PS3 нет! Мантис слетает с катушек, корчится, орет и растворяется в эфире. И сразу же к Снейку обращается Скорбь: «Дух воина пребудет с тобой навек». О чем, черт возьми, думал Кодзима?!

Очевидные причины

Из рассказа Дребина мы узнаем, что «они» (предположительно неизвестная нам группа, создавшая отряд «КиЧ») «имплантировали личность Психо Мантиса» в схваченную ими маленькую девочку. Она возглавляет отряд и телепатически им управляет. Это объясняет, почему они все сумасшедшие, безжалостные и не имеют мотивации. Подобное оправдание Кодзима уже использовал в MGS1, где Психо Мантис телепатически заставил армию подчиняться приказам Ликвида. Если бы она умерла раньше, возможно, остальные члены отряда действовали бы иначе.

Кодзима явно хотел закатить пышную церемонию в знак уважения двум обожаемым боссам из предыдущих игр, объединив их в ужаснейшем из ужасных злодеев. Это становится очевидным после того, как Мэрил снова становится марионеткой, которую используют как живой щит: ветераны серии прекрасно помнят, что трюк заключается в том, чтобы вырубить Мэрил, а не убить ее. Команда поддержки Снейка даже обсуждает целесообразность использования оригинальных приемов борьбы с Психо Мантисом – переключение контроллера в другой порт и разрушение статуй в комнате. Но сработать эти методы все равно не могут – железо уже не то, да и бюсты в масках не завезли. Так или иначе, повсюду напоминание о старых добрых временах, превращенное в большой фестиваль ностальгии. Этого хватило, чтобы игроки окрестили это эмоциональной кульминацией и погрузились в противостояние, заново переживая прошлое.

Скрытые причины

Как и многое другое в MGS4, возвращение призрака Психо Мантиса никакущее и совершенно бессмысленное. Мало того, что сам бой изобилует гигантскими сюжетными дырами типа происхождения и природы волшебных марионеток, так он еще и выставляет Скорбь и Мантиса самим злом. Если вы считаете Скорбь не просто «прикольным боссом», а все-таки цените его как персонажа, то знаете, что он ни разу не злодей, а призрак, по-своему помогающий Биг Боссу и заставивший его лицом к лицу встретиться с духами своих жертв. Фраза о «духе воина» изначально была предназначена Босс и произнесена во флешбэке – так какое отношение к ней имеет Старый Снейк? А Психо Мантис? Он же, оказавшись при смерти, отрекается от ненависти ко всему и чуть ли не братается со Снейком! Почему его призрак ведет себя, как жаждущий всех поубивать беспощадный маньяк? И каким это образом кто-то вернул из небытия дух, на минуточку, самого могущественного телепата и вселил его в чужое тело? В отличие от первой схватки с ним, мы так и не узнаем, что им движет. Он выглядит карикатурой на себя прежнего, зацикленный на тех же самых глупых трюках с Шэдоу-Мозеса. Это способ опорочить память о нем, отняв все, что делало его человечным, и превратив в банального злобного гада.

ДЖОННИ, ТЫ МОЙ ГЕРОЙ

Какой же момент вошел в историю как официальное признание Кодзимы в своей ненависти к фанатам? Правильно, невероятное превращение Джонни в альфа-самца. Примерно к середине игры наше любимое воплощение туалетного юмора начинает показывать себя с совершенно другой стороны, под конец затмевая самого Солида Снейка! Напомню, что в Metal Gear Solid мы познакомились с нескладным и страдающим от желудочного гриппа охранником, чахнувшим по сидящей в камере Мэрил Сильверберг. Она избивает его и забирает его форму, оставляя болезного валяться с голой задницей на полу. Позже его приставляют охранять сидящего в камере Снейка, но охранник из него так себе – беднягу мучает взрывной понос, и он постоянно бегает в туалет. Несмотря на то что в игре у него нет ни имени (но из заключительных титров мы узнаем, что его зовут Джонни Сасаки), ни какого-то развития, геймерам он полюбился. В MGS2 он не появлялся, но его голос можно услышать, если в определенных местах использовать подслушивающее устройство. И его имя снова значилось в титрах. В MGS3 Биг Босса тоже охранял некий Джонни, рассказавший, что у него есть сын в Америке и что первенца в его семье всегда зовут Джонни. «Настоящая династия Джонни», – отмечает Биг Босс. Это ходячий анекдот, отражающий слабости и человечность вражеских охранников. И объяснение того, каким образом главному герою всегда удается сбежать из заключения. Кодзима понимал, что нет никакого смысла включать Джонни Сасаки в сюжет игры, но все же превратил клоуна-неудачника в настоящего героя-спасителя. Без шуток.

КАКОЙ ЖЕ МОМЕНТ ВОШЕЛ В ИСТОРИЮ КАК ОФИЦИАЛЬНОЕ ПРИЗНАНИЕ КОДЗИМЫ В СВОЕЙ НЕНАВИСТИ К ФАНАТАМ? ПРАВИЛЬНО, НЕВЕРОЯТНОЕ ПРЕВРАЩЕНИЕ ДЖОННИ В АЛЬФА-САМЦА.

Так вот. Поначалу все зовут его Акибой – в честь Акихабары, всемирно известного японского квартала, наводненного магазинами электроники, компьютерной техники и товаров для отаку. Он носит наручный компьютер и занимается установкой ловушек в «Крысином патруле 01» – спецподразделении Мэрил, которому поручено выследить Оцелота. В первом акте он сидит в бочке для нефтепродуктов, где громко пускает газы и испражняется. Настоящий герой! Охранник случайно натыкается на него, вытряхивает из бочки и гонится за голозадым Джонни. Но в третьем акте, пока всех калечит отключение от Системы, он спасает Мэрил жизнь. Он не пострадал, в его теле нет наномашин – именно поэтому Джонни постоянно паникует, всего боится, неслаженно действует в отряде и испытывает проблемы с кишечником. Стресс – штука серьезная. Но когда мы встречаемся с ним на борту подлодки Оцелота, он – сам героизм. И выясняется, что под маской прятался красавец мужчина! Пока Снейк думает, что же делать с управляемой Мантис Мэрил, Джонни не мешкая спасает ее, и в следующей сцене адской перестрелки Мэрил в него по уши влюбляется! Несмотря на то что они не могут делиться чувствами через «СП», их мысли и движения синхронизируются – они перезаряжают оружие друг друга и действуют как единое целое. «Больше я тебя не брошу. Мэрил, я давно влюблен в тебя. С тех пор как впервые увидел на Шэдоу-Мозесе», – признается он. Джонни делает ей предложение в разгар перестрелки с полчищем Лягушек. Мэрил отвергает все его мольбы, но неожиданно оборачивается и заявляет, что все должно быть, как она захочет. Она прижимает его к стене и приказывает жениться на ней. Разумеется, он согласен! Так что они начинают планировать свою свадьбу, между делом убивая кишащих вокруг зомбированных женщин. И вот мир спасен, Мэрил и Джонни женятся, а на свадьбе присутствуют Отакон и остальные герои. И вы тоже. Почему Кодзима решил, что все это должно оказаться в игре? (Притворитесь, что не знаете ответа.)

Очевидные причины

Может, странно, а может, и нет, но Джонни и правда полюбился фанатам, и был влюблен в Мэрил ещё с тех пор, когда, сидя на толчке, разговаривал сам с собой. Возможно, после событий на Шэдоу-Мозесе он прошел курс психотерапии, переподготовку и вернулся в армию. В своем признании Джонни говорит, что вступил в отряд Мэрил, чтобы быть с ней рядом и оберегать ее. Она не дает ему спуску и постоянно третирует, но это только потому, что не знает, что он не подключен к Системе и изо всех сил старается не подвести аугментированных товарищей. По мере того как он набирается в игре опыта, растет и его уверенность в себе и мастерство. Вот это эволюция персонажа. В отличие от всех остальных, она у него есть. Взяв величайшего в мире неудачника и превратив его в горячего героя-любовника, Кодзима доказал, что жонглировать фансервисом и комедией у него получается просто на ура. Удивительно, но это и правда достойное развитие для самых древних и малозначащих взаимоотношений в серии. Смотрите, Кодзима со всей серьезностью относится к истории своих игр! Благодаря своему чудесному превращению Джонни может дать Мэрил заслуженное романтическое будущее – ведь у Снейка будущего нет. Немного непринужденной самоиронии и бодрящего реализма.

В январе 2006 года, ожидая электричку, Хидео Кодзима случайно столкнулся с Наоки Имамурой, актером, озвучивавшим Джонни Сасаки. Благодаря их встрече Кодзима и принял решение вернуть Джонни, потому что, по его словам, он не верит в совпадения.[199]

Скрытые причины

Нужно иметь стальные яйца, чтобы закатывать торжество для Джонни, пока Снейк засовывает себе в рот пистолет, но сдается мне, для Кодзимы Джонни что-то значит. Он тут не чтобы всем подгадить. Хотя и за этим тоже. Понимаете, Джонни всегда служил напоминанием о человеческой уязвимости, показывая, что враг бывает жалким, со своими страстями, страхами и диареями. Но в искусственном мире, где весь героизм держится исключительно на глобальной системе контроля, эта незамутненная человечность, возможно, и есть сила. Настоящие люди могут жить, не полагаясь на Систему, – это тяжело, но путем проб и ошибок они становятся сильнее. Только оставаясь самими собой, даже если для окружающих вы лишь беспомощная бездарность, вы сможете стать независимыми от Системы – чем бы она ни была. В случае с Джонни это может выглядеть нереалистично, и это, наверное, не то, что хотели увидеть фанаты, но Кодзима здесь пытается сказать кое-что важное. Джонни открытый, искренний, всегда старается изо всех сил и не боится выглядеть глупо, стремясь к своей цели. Мораль Metal Gear всегда предназначалась для затворников‐интровертов, погрязших в видеоиграх и не желающих рискнуть и открыть дверь в прекрасный и удивительный реальный мир. Джонни – символ того, как может измениться человек, пойди он на такой риск. А, ну и попутно насолить надоедливым фанатам тоже не будет лишним.

ПЕЧЕНЫЙ СНЕЙК

Ох, как же много фанатов признает, что у них водопадами лились слезы во время мощной и трогательной сцены, где Снейк чуть не жертвует собой в гигантской микроволновке. По сюжету Мэрил и Джонни продолжают убивать бесконечные волны Лягушек, а Снейк и Райден ведут мрачный диалог о том, кто из них полезет в микроволновый коридор, ведущий к ядру ИИ, который нужно отключить, да поскорее. Туда хочет пойти Райден, но Снейк запрещает ему. «Райден, посмотри на меня. У тебя еще вся жизнь впереди. Не упусти ее. Начни все с начала. Отныне это только моя битва. Я… мы разнесли мир на мелкие осколки… превратили твою жизнь в сущий ад. И мой долг – положить всему этому конец». Так что Райдену приходится сражаться с ордами Лягушек, успевших набежать и сюда, а Снейк геройски идет облучаться.

Во время этой пытки игроки сохраняют управление, в полной мере ощущая всю тяжесть испытания, выпавшего на долю Снейка. Поначалу ничего страшного не происходит, нужно всего лишь удерживать стик, чтобы идти вперед, но потихоньку Снейк сдает и начинает шататься, и если вы будете неосторожны, то он наткнется на причиняющие ему адскую боль излучатели. Во время этой сцены на фоне играет пронзительная печальная баллада на иностранном языке и экран делится на две части по горизонтали – на одной из них мы видим, что в это время происходит с другими персонажами. Параллельно ведутся две битвы с Лягушками, линкор Мэй Лин отстреливает выпрыгивающих из моря «Метал гиров Ray», а гигантская рельсовая пушка «Аутер-Хейвен» готовится к запуску ядерного заряда, который уничтожит центральный ИИ на орбите и вручит Оцелоту контроль над Системой. В микроволновке здоровье Снейка неуклонно снижается, а внешний слой его костюма лопается, обнажая под собой синтетические мышцы. Спустя некоторое время взрывается и его «Солидовизор». К концу испытания игрокам приходится молотить по треугольнику, чтобы заставить Снейка продвинуться хотя бы на сантиметр вперед – шкала его здоровья практически на нуле, и кажется, что он в любую секунду может умереть. Отаконский же «Mk. III» без всяких проблем катится рядом со Снейком, подбадривая мученика.

Создав этот коридор и заставив Снейка через него пробираться, Кодзима снова пытается нам сказать что-то важное. Давайте разберемся, что именно.

Очевидные причины

Разговор с Райденом заверяет нас в том, что Снейк поступает так, потому что считает это правильным. Его время прошло, и теперь он несет ответственность перед будущим поколением. Снейк в последний раз пытается убедить Райдена подумать о своем будущем, семье и всех возможностях, которые перед ним открыты. Раньше ему не удавалось передать свое послание, так что, даже если Райден не поймет его и в этот раз, он все равно расчистит перед ним путь в будущее и даст ему шанс начать все сначала.

С точки зрения разработчиков, микроволновый коридор совершенно не затратен в плане визуализации – там нет ни сложных движущихся деталей, ни других персонажей. Он может быть настолько смертоносным или затянутым, насколько это нужно Кодзиме, чтобы сыграть песню от начала и до конца и показать драматический монтаж. Видимо, Ликвид Оцелот и гении, построившие подлодку, посчитали, что длиннющий коридор с излучателями микроволн – лучший способ защитить свое главное оружие. Вот только по этому коридору смог проползти полумертвый старик. Решение, мягко скажем, не очень.

Поскольку сюжет игры вращается вокруг Снейка, пытающегося положить конец круговороту войны, тратя на это последние силы и остатки жизни, вполне уместно, что его финальным испытанием становится акт самопожертвования. По традиции в MGS главного героя всегда отправляют в заключение и подвергают пыткам, чтобы показать его стойкость и решительность, но эта игра по большому счету посвящена внутреннему конфликту: воле к борьбе и жизни. Снейк не попадает в плен, его никто не пытает, но в микроволновом коридоре мы все равно участвуем в сцене с долбежкой по кнопкам и падающей шкалой здоровья. К ее завершению враги начинают одолевать наших друзей – в кого-то попадают пули, кого-то пронзают мечами, и всех их окружают несметные полчища. Если Снейк не поторопится и не отключит Систему, его товарищей перебьют! Это и делает путешествие по коридору самым важным из всех путешествий, даже если с визуальной точки зрения смотреть там особо не на что.

Скрытые причины

«Гигантская микроволновка… Работенка для настоящего смертника. Мне подходит».

Это слова Старого Снейка во время брифинга, на котором команда обсуждает системы безопасности «Аутер-Хейвен». Казалось, что в прошлых играх Снейк обладал чуть ли не бесконечной волей к победе – ее даже называли причиной успеха миссии на Шэдоу-Мозесе. А теперь он шевелится только благодаря псевдонаучным инъекциям из шприца, который ему дала Наоми. Уколы даруют ему заряд энергии, когда его тело уже готово умереть. И еще: [200]прежде чем он успевает добраться до микроволнового коридора, он обессиленно валится на пол, а показатели физического и психического здоровья падают до нуля, как будто его хватает сердечный приступ или что-то в этом роде. Кажется, он вот-вот помрет, и даже волшебная инъекция не дает практически никакого эффекта. Сил же ему придает появление Райдена. Это важный намек – Снейком теперь движет лишь стремление спасти следующее поколение. А поскольку Старый Снейк – метафора Кодзимы, а Райден – тупых геймеров, похоже на то, что Кодзимой по-прежнему движут мысли о своих обязательствах исправить ошибки прошлого. Он не извиняется за принятые когда-то решения, но берет на себя ответственность за то, что вместо связного сюжета заварил такую кашу, что надеялся скинуть ее на плечи молодняка или заставить игроков бесконечно ее интерпретировать. В центре зеркальной метафоры – Наоми, Отакон и старшее поколение, которое изобрело все ужасы, которые сейчас терзают мир, но скрытое послание оказывается куда глубже.

И все же мы должны спросить, почему именно микроволны? Не припомню идей для западни страннее. Ядовитый газ, электричество, препятствия, взрывостойкие двери – кажется, что угодно было бы эффективнее микроволн. Должна быть веская причина выбрать настолько своеобразную и отстойную угрозу для жизни главного героя.

Разумеется, причина есть, и она – прекрасный образец «Игры в стелс». Никто с закрытыми глазами не тыкал в список дурацких угроз. На самом деле это важнейшая метафора того, что чувствует Кодзима насчет MGS4. Микроволновая печь в совершенстве символизирует сюжет игры: это все разогретые остатки, обветрившаяся вчерашняя и позавчерашняя еда, которую можно только разогреть в микроволновке и затолкать себе в глотку, теша себя иллюзиями того, что она все так же хороша. Но эта еда больше не вызывает аппетита. Она не оригинальная, не свежая, прогрелась неравномерно, а новые куски остались и вовсе холодными. Это хрючево, которое жрут, сидя перед теликом. Сразу вспоминается намек про фильм по ТВ из начала игры, да? Это бомж-пакет, слипшиеся пельмени или еще какой-нибудь пакет замороженного дерьма по скидке – жрачка для людей без каких-либо стандартов. Конечно, Кодзиму нельзя назвать настоящим знатоком высокой кухни или истинным гурманом, но еду в качестве метафоры для своих дизайнерских решений он уже использовал; он говорил о себе как о шеф-поваре, который со всем вниманием приправляет свои работы любовью и заботой. Когда-то он заявлял, что его философия дизайна смещается от создания хорошего блюда к предоставлению игрокам всех его ингредиентов – теперь им самим придется решать, какое блюдо/игра окажется у них на столе. Для человека, у которого в соцсетях сплошные фотки еды и селфи на фоне роскошных блюд, идея микроволновки должна быть невыносимо отвратительной и плебейской.

Кодзима был готов сам пройти через эту пытку микроволновкой, если это означало, что он сможет покончить со старыми объедками раз и навсегда.

ЗРЯ ВЫ ЖДЕТЕ «МЕТАЛ ГИР»

Каждой Metal Gear нужен «Метал гир». То есть ходячий танк с ядерным вооружением на борту. Даже если вы не могли сразиться с ним напрямую в первой игре для MSX2, он все равно представлял собой угрозу, к уничтожению которой и были приложены ваши усилия. В конце концов, вся серия названа в честь этих ходячих роботов и в каждой игре им уготована роль пугалок для всего мира. Но MGS4 нарушает традицию – в ней нет новой модели «Метал гира». Есть только Система и снятые с полочки Rex и Ray. Но эти старые машины уже не несут боеголовок и не представляют угрозы для человечества. Так куда же, черт побери, подевался новый «Метал гир?»

Очевидные причины

Давайте подойдем к этому вопросу серьезно и подумаем над обоснованностью отсутствия нового меха в мире игры. Традиционно «Метал гиры» разрабатывались или захватывались изменниками и изгоями, бросающими вызов мировому порядку. Волгин финансировал создание первого, надеясь с его помощью положить конец американской гегемонии, а Биг Босс пытался провернуть то же самое аж два раза. Отакон разработал Rex, не зная, что тот окажется в руках террористов, а Ray был разработан военными для уничтожения других «Метал гиров», но им тоже быстренько завладели террористы, надеющиеся помешать планам «Патриотов». В MGS4 мы не слышим ничего о находящихся в разработке «Метал гирах», так что можем предположить, что благодаря Системе и заполонившим мир ЧВК все работы пресекаются на корню. Логично, что в мире тотального контроля секретно создать новый «Метал мир» просто-напросто невозможно.

Скрытые причины

Если вы думаете, что решение Кодзимы отказаться от нового «Метал гира» связано только с этим, то вы, верно, спятили. В книге «Кодзима – гений» я подробно разобрал, как трейлеры MGS2 использовали концепцию «Метал гиров» в качестве метакомментария к серии Metal Gear. Ray из MGS2 был разработан для охоты на другие «Метал гиры», создание которых, после событий на Шэдоу-Мозесе, начало вестись по всему миру; это был намек на подражателей, фанатские спин-оффы и фанфики и требования новых сиквелов. Кодзима разработал Sons of Liberty – «Анти-Metal Gear», стремящийся к устранению угрозы создания новых игр. В MGS4 же вообще нет «Метал гира» – только повторное использование старых ассетов и концепций. Эта философия дизайна идеально подходит для Guns of the Patriots, в которой нет ничего нового или ценного. Только вытащенное на свет старье.

Это не единственный уровень ассоциаций, использованный Кодзимой. Есть и еще один, и с ним мы встречаемся сразу после микроволнового коридора. Видите ли, обычно в конце каждой Metal Gear мы попадаем в ангар или инженерный отсек, где завершается работа над опытным образцом гигантского робота. Мы должны увидеть несущую ядерную смерть машину и ощутить непреодолимое желание уничтожить ее, пока она не навредила миру. Но в MGS4 вместо этого нам поручено отключить суперкомпьютер, а в последней комнате игры – всего лишь большой терминал со светящимися экранами. К чему же это отсылка? Не к чему иному, как к NES-порту первой Metal Gear, в котором ленивые разработчики взяли и вырезали «Метал гир», заменив его на синий экран, который гордо назвали «суперкомпьютером!» Кодзима публично заявлял, что это позор для серии и предательство ее поклонников. В игре под названием Metal Gear обязан быть «Метал гир!» И эта отсылка к дрянному американскому порту с гигантским компьютером в финальном ангаре – что угодно, но не совпадение.

Но эта поганая комната продолжает смеяться над нами. Она вся заполнена маленькими серверами-надгробиями (на самом деле, черт его знает, что это такое), и в основании каждого – клумба плоских голографических спрайтов гавайских гардений. Отакон подмечает, что это напоминает кладбище. Откуда они? Зачем? Нет никакой логической предпосылки для появления этих цветов здесь. И они исчезают, как только Снейк проходит мимо них. Это дешевая имитация тяжелой эмоциональной сцены посещения Биг Боссом могилы своей наставницы. И Снейк не делает в этой комнате ничего великого. Он в ней вообще ничего не делает. Не устанавливает взрывчатку, не помещает вирус в терминал ИИ, ничего. Он поджарен в микроволновке, изранен и умирает, и ничем не может помочь – может только ждать, когда робот Отакона и компьютерный вирус Санни спасут мир. То, что происходит, пока Снейк ждет – пощечина остаткам серьезности, если таковая у игроков осталась. Откуда-то появляется рой несносных, безобразных «Гекконов‐карликов», которые катаются и прыгают по всей комнате, как клоуны-дегенераты. Снейк поднимается на ноги, стреляя в роботов из M4, но мы участия в этом не принимаем; нам остается наблюдать за разочаровывающей схваткой старика и кучки безобидных камер на ножках (ручках). И это жалкое зрелище.

Когда вирус наконец-то делает свое дело и вырубает Систему, они тоже выходят из строя. Лягушки не выдерживают отключения и превращаются в живые мишени для солдат, а «Метал гиры Ray» перестают быть угрозой. Вот и все, что мы получаем вместо эпического боя с новым «Метал гиром». Нам даже не дали взорвать суперкомпьютер, как на NES. Мы чувствуем бесконечное разочарование и досаду от происходящего, от пошлых бессмысленных отсылок к одной из величайших сцен франшизы, от этих дурацких мелких роботов, от бессилия Снейка. И тут ИИ перестает работать.

И все.

И конец.

7

ТУШИТЕ СВЕТ

Можно привести много примеров того, как Кодзима жестоко обошелся с сюжетом MGS4, предав свои темы, загубив персонажей и саботировав потенциал грандиозного финала. Мы могли бы поговорить о Дребине – надоедливом зануде с одержимостью престидижитацией. И как можно забыть Литл Грея (Little Gray – «Серый малыш») – его безволосую, пристрастившуюся к кофеину и никотину, ручную обезьянку в подгузнике. Кодзима якобы добавил в игру мерзкую обезьяну и дурацкие фокусы только потому, что посчитал Дребина неинтересным персонажем. Тревожный звоночек! Кодзиме ничто не мешало сделать Дребина интересным и важным персонажем, раскрыв его в побочных линиях и драматичных поворотах сюжета. Не было никакой нужды прибегать к такому абсурду. Номинальный черный персонаж с яркими крашеными волосами, показывающий убогие фокусы и монотонным голосом сверлящий нас и Снейка монологами, длящимися по несколько минут, которые превращаются в бесконечность, – это издевательство, а то и пытка. Обезьяна еще эта… Стыд какой-то и вообще полная противоположность «интересного». Кодзима умеет создавать персонажей, которые в десятки, если не в сотни раз лучше.

Мэй Лин же ни с того ни с сего стала капитаном линкора, спасающего мир. Если вы не видите, какой это идиотизм, то вы все еще спите. Проснитесь! Она прошла путь от застенчивой изобретательницы радара «Солитон» до вступления в военно-морской флот. По какой-то непонятной причине. И за короткий отрезок времени заслужила целую кипу медалей. За неизвестные заслуги. К тому же ее поставили во главе судна-музея и повысили до капитана только потому, что она приглянулась какому-то безымянному, неважному, никчемному и вообще не появляющемуся в игре адмиралу. Мэй Лин тем не менее серьезно относится к своей должности и умудряется завоевывать уважение огромной команды корабля, несмотря на то что выглядит и говорит как несмышленый ребенок. Когда она пытается рассказать всем о своем плане, то кажется, что в мир явилось физическое воплощение неуклюжести. То Мэй Лин не понимает, как пользоваться раздвижной указкой, то роняет ее. В момент, когда она пытается ее поднять, Кодзима направляет камеру на ее попку, а затем показывает реакцию всех присутствующих на аппетитные капитанские формы. Особенно впечатлен Джонни, который позже пытается схватить ее за зад, но получает нагоняй от Мэрил. Несмотря на то что Мэй Лин играет роль комедийного персонажа в абсурднейшей из абсурдных ситуаций, она обещает догнать и одолеть «Аутер-Хейвен» – супертехнологичную подводную крепость. Правда, у ее корабля нет радиолокационных средств, да и на активной службе он не состоит. Так с чего вдруг люди под ее руководством готовы сражаться и умирать? Здесь нет и следа реализма. Карикатурная, уму непостижимая огневая мощь корабля-музея и его катапульты для людей, перебрасывающие Снейка со товарищи на борт вражеского судна, продолжают хлестать нас по щекам в надежде разбудить. В конце, когда бой окончен и мир спасен, на свадебной церемонии Джонни и Мэрил букет невесты ловит не Мэй Лин, а Литл Грей, огорчая ее настолько, что она пускается в погоню за счастливой обезьяной. Это уже не Metal Gear, а пулеметная очередь плевков в лицо.

Даже из безобидных на первый взгляд деталей и то сочится яд. Ну какая кому разница, что Кодзима решил сделать ребенка Ольги девочкой. Это же ничего не значит, верно? Но это намеренный средний палец американскому переводу MGS2, в котором ошибочно использовано слово «его» по отношению к ребенку. Кодзима тщательно следил за тем, чтобы в японской версии использовались исключительно гендерно-нейтральные местоимения, что затрудняло перевод на языки без нейтральных форм. И хотя в английской версии MGS2 персонажи говорят «ее ребенок» и «мой ребенок» вместо естественных «он» или «она», в последней реплике, касающейся ребенка, допустили оплошность, и его пол стал известен. Поздравляем, у вас мальчик! «Я его найду», – уверяет Снейк Райдена. Переводчик создал неувязочку, а в одержимом сознании Кодзимы неувязочка влекла за собой серьезное наказание. Сделав Санни девочкой, он заставил фанатов выбрать сторону: избрать английский перевод MGS2, где говорится, что ребенок – мальчик, или утверждение Кодзимы в MGS4 о том, что это девочка. Нельзя принять оба варианта – один из них фактологически неправильный. И так далее. Каждый раз восклицая про себя «какого черта?», мы должны искать ответы не только в играх, но и в авторе. Нас подталкивают к этому. Мы понимаем, что Кодзима не просто хочет давать ответы – он хочет стать ответом. Это и есть Код Кодзимы.

Но сценарий Guns of the Patriots – не только сплошные диверсии и саботаж. Это новая головоломка, где ключевые слова складываются неожиданным образом. Большинство игроков ее не заметили, но в этой главе мы ее найдем и разгадаем.

На протяжении всей игры персонажи используют такие слова, как «чудовище», «грехи», «искупление», «тени», «свет», «ноль» и «внутри». Они повторяются снова и снова в очень запутанных диалогах, где не имеют буквального смысла. Вы поймете, что я имею в виду. Персонажи, которые по логике никак не могли употреблять одни и те же специфические термины, в итоге используют их так, как будто состоят в одном книжном клубе и выдумали кодовый язык. Мы должны использовать эти странные ключи, предоставленные Кодзимой, чтобы разгадать тайное послание. Например, Дребин рассказывает Снейку, что война превращает людей в «чудовищ», а Отакон говорит, что «Метал гир Rex» был «чудовищем», за которое он должен «искупить вину». Или вот слова Ликвида Оцелота: «Снейк, мы были созданы „Патриотами“. Мы не люди. Мы тени в человеческом обличье. Мы уроды, которым не следовало появляться на свет! Система – это мы… Залог того, что будущим поколениям уготованы лишь страдания». Он хочет, чтобы все «вернулось к нулю», и позже добавляет: «Мы – чудовища, порожденные людьми. И пока не потушен свет, всегда будут возникать тени. Пока он горит, от теней не избавиться».

У Биг Мамы удивительно похожий взгляд на вещи: «Ты мало чем отличаешься от тех чудовищ… Выжженные тени, явившиеся в этот мир. Когда чудовище выходит на свет, тени следуют рядом с ним, пока свет не будет потушен. Пока есть свет, есть и тень. Чтобы вернуть все на круги своя, свет должен угаснуть».

Снейк говорит Райдену: «Я тень. Мне не увидеть света дня. Пока ты следуешь за мной, ты будешь блуждать во тьме». И позже Отакон напоминает товарищу: «Снейк, ты же сам говорил, что тебе нечего передать следующему поколению. Что твои гены и мемы созданы искусственно… Что ты – чудовище», на что Снейк отвечает: «Именно. Я – синяя роза. Никакая красавица не спасет такое чудовище. И оставшееся мне время я собираюсь прожить в зверином обличье. Скрывая внутри тень… ушедшей эпохи».

Наоми же выражается так: «Снейк… Ты появился на свет, чтобы исполнить свое предназначение. Когда ты сделаешь это, у тебя не останется выбора – тебе придется принять неизбежность смерти. Знаешь, почему нам дарована жизнь? Чтобы мы могли искупить грехи. За этим ты здесь. И за этим был создан. Мы не можем убежать от искупления грехов. Их тяжкий груз не должен лежать на плечах следующих поколений. Мы обязаны избавить от них будущее. Такова твоя судьба… Даже тебе ее не миновать». Спустя некоторое время Отакон с грустью подмечает, что Наоми участвовала во всем этом только для того, чтобы «искупить свои грехи».

Подождите, это еще не все. Погрязший в самобичевании Райден говорит, что он даже родился в дождливый день, но Снейк поправляет его: «Все совсем не так. Ты был яркой молнией в том дожде. И ты можешь рассеять тьму». Тут в игру вступает любовь Кодзимы к каламбурам: в переводе с японского «Райден» означает «молния». И тема света и тьмы тоже не забыта. Райден может стать светом во тьме, но Снейку уготовано до конца жизни оставаться тенью. Когда Райден признает, что хочет сражаться, а не жертвовать собой, он говорит Снейку: «Я – вспышка молнии… Дождь преображенный». А когда он в финале воссоединяется с Роуз и их сыном Джоном, то заверяет их: «Я вас никогда больше не брошу. Будем жить долго и счастливо, как в „Красавице и чудовище“». «Не говори так. Ты не чудовище. Ты мой муж. И его отец», – отвечает Роуз.

Сумеете догадаться, в чем тут дело? Зачем вместо живых, правдоподобных диалогов сочинять такие нелепые и вычурные речи? На первый взгляд тут несет графоманством или халтурным переводом, но для меня очевидно, что Кодзима заострял внимание на этих повторяющихся словах как на материале для интерпретации. Если вы читали много японских интервью или хорошо знакомы с японскими диалогами, то знаете, что в самом начале японцы склонны выделять конкретное ключевое слово или фразу, к которым возвращаются на всем протяжении общения, подкрепляя с их помощью свою точку зрения или делая их центральной темой своей речи. Они повторяют эти слова снова и снова, как бы выстраивая аргументацию или показывая свою концепцию под другим углом. Если в английском переводе сохраняется такая манера изложения, эти слова заключаются в кавычки, чтобы показать, как обычное слово обретает новое значение. Например, в речи представителя какой-нибудь компании будет постоянно говориться о том, что особое внимание в их деятельности уделено «привычности». Постоянные повторы в художественных произведениях сильно изматывают переводчиков – для западного уха это звучит неестественно. Но MGS4 пестрит повторениями и не стесняется этого.

ГРЕШНЫЕ ЧУДОВИЩА В ТЕНЯХ

По крайней мере, часть ответа кроется в оригинальной Metal Gear Solid. В этой игре киберниндзя с Шэдоу-Мозеса оказывается воскрешенный с помощью чудес науки Грей Фокс, считающий себя «бессмертной тенью в мире света». Так он дает понять, что неспособен жить нормальной жизнью, что он по своей сути – отвратительное чудовище, которому придется и дальше влачить проклятое существование, если он не принесет себя в жертву. Мир полон света, но мерзость подобна нестираемой тени. Она в плену бесконечных страданий. Шаман Вулкан Рэйвен предупреждает Снейка, что тот – противоестественное чудовище, которое никогда не обретет покой и будет вечно преследоваться смертью и войной. А Наоми Хантер велит Снейку порвать с прошлым, освободиться от предрешенной судьбы и искусственных корней и начать жить свободно.

Вторую часть ответа, как мне кажется, стоит искать в «Принцессе Мононоке». Мир природы в ней чист, прекрасен и полон духов, в то время как военная машина человечества сеет смерть, жестокость, грязь и уродует природу. Величественные духи превращаются в демонических чудовищ, извергающих черные потоки ненависти. Под воздействием войны и науки они буквально превращаются в монстров из теней. Как мы уже знаем, герою этой истории суждено умереть от проклятия, наложенного на него теневым чудовищем. Но он не поддается проклятию и не впускает в себя ненависть. Послание состоит в том, что нужно отринуть погружение в круговорот мести и искупить все грехи, а иначе вас навечно поглотят раздоры.

А еще «искупить грехи» означает разобраться со всеми недостающими ответами, с которыми никто, увы, дела иметь не хотел. «Грехи» – это мириады сюжетных дыр, нераскрытых тайн и вопросов. Наоми говорит Снейку, что этой судьбы ему не миновать. Ее речь о принятии смерти и появлении на свет лишь для того, чтобы искупить грехи – настоящая жесть, учитывая, что именно она напутствовала Снейка стать после Шэдоу-Мозеса свободным человеком и выбрать обычную жизнь. Ее оптимистичный настрой испарился, и теперь она велит ему просто искупить грехи и умереть. Райден же считается чистым и непорочным – он не зверь и не тень. Всего-навсего претендент на место Главного героя в следующей игре, и следующее поколение разработчиков Kojima Productions вольно распоряжаться им по своему желанию.

Но чтобы добраться до самой сути вопроса, необходимо изучить речь Биг Босса. Да, вернувшегося с того света, чтобы поговорить со Снейком. И кто это с ним? Его старый приятель Зеро.

БИГ БОСС И ЗЕРО, ОТ И ДО

Возвращение Биг Босса после заключительных титров стало для фанатов настоящим шоком. Это один из самых впечатляющих моментов в этом тоскливом действе. Правда, детали того, каким образом его так замечательно подлатали и вернули к жизни, неизвестны. Известно лишь то, что компьютерный вирус наших богинь Наоми и Санни остановил Систему ИИ, державшую Биг Босса в искусственной коме. После уничтожения Системы «Патриотов» он просыпается, находит майора Зеро, превратившегося к этому времени в обездвиженную тень себя прежнего, и отправляется на кладбище, где Снейк решает прервать свою жизнь. Там Биг Босс заверяет Снейка в добрых намерениях и начинает раскрывать полную картину происходящего. В его речи полно объяснений и ответов на волновавшие нас вопросы, но в итоге все сводится к метафоре «ноля», который становится «сотней». Прочтите внимательно:

Биг Босс: Все с чего-то начинается. Но начинается оно не с «единицы». Все сущее берет начало задолго до этого. Из хаоса. Мир зарождается… из ноля. Жизнь пробуждается в момент становления ноля единицей. Где единица – там и двойка. Двойка становится десяткой. А десятка – сотней. Откат к единице не решит ничего. Пока есть ноль, единица рано или поздно снова станет сотней. Поэтому мы и решили стереть ноль… Стереть Зеро. Даже всемогущие «Патриоты» начались с одного человека. Его амбиции росли… пока не стали поистине чудовищными. Получив контроль над технологическим прогрессом, он начал манипулировать экономикой. Мы слишком поздно осознали, что породили чудовище. Мы помогли Зеро вырасти из ноля в сотню. Его грех лежит на нас. И поэтому мой долг – превратить Зеро… обратно в ничто.

Биг Босс говорит, что пока существует ноль, единица рано или поздно снова станет сотней. Заметили, как это напоминает речи Оцелота и Биг Мамы? «Пока не потушен свет, всегда будут возникать тени», так? В обоих случаях речь идет об уничтожении проблемы в ее источнике. Но мы не знаем, что же такое этот «источник». Предполагается, что это финальная Metal Gear и больше уже не будет, так что с точки зрения подведения итогов тут все чин чином, но если вы думаете, что речь идет исключительно о Зеро, «Патриотах» и Системе, то аллегория проскользнула мимо вас.

Вымышленные миры возникают из ничего. Они зарождаются в хаотичном царстве замыслов и идей. На этапе разработки концепции возможно абсолютно все – вы вольны творить безо всяких ограничений, потому что не существует никаких фактов. Ничто не может встать на пути вашего воображения. Но как только вы устанавливаете один-единственный факт, касающийся места действия, персонажей или событий, вы одновременно поднимаете тысячу вопросов и стираете тысячу возможностей. Ноль становится единицей. Хаос становится порядком. Любой писатель знает, что так это и работает, но это редко становится для них серьезной проблемой – отчасти потому, что хорошие писатели умеют действовать в заданных рамках. А еще потому, что, придумывая развязку, они никуда не торопятся. При наличии времени, сил и сиквелов можно разрешить самые запутанные ситуации. К несчастью для Кодзимы, он дал себе всего одну игру, чтобы все распутать. Тут и бегающий по стенам и воде бессмертный вампир, и крупнейшее в истории теневое правительство, и судьбы десятка удивительных персонажей, у которых нет ни одной причины пересечься.

ДЛЯ ТОГО ЧТОБЫ РАЗРЕШИТЬ ВСЕ ПОСТАВЛЕННЫЕ В MGS2 ВОПРОСЫ, НЕ ПРИЗНАВАЯ, ЧТО ЭТО ЛИШЬ КОМПЬЮТЕРНАЯ СИМУЛЯЦИЯ В ГОЛОВЕ РАЙДЕНА, НЕОБХОДИМО БЫЛО РАСШИРИТЬ ВСЕЛЕННУЮ METAL GEAR. НО КОДЗИМА ХОТЕЛ НЕ ЭТОГО.

Для того чтобы разрешить все поставленные в MGS2 вопросы, не признавая, что это лишь компьютерная симуляция в голове Райдена, необходимо было расширить вселенную Metal Gear. Но Кодзима хотел не этого. Помните, что для него вопросы сюжета никогда не стояли на первом месте, более того – они не стоили ответов. Даже в MGS2 они не имели никакого значения и не относились к основному посланию, и нам, по сути, было предложено их игнорировать. Вот почему речи Биг Мамы и Оцелота – метафоры истинной темы. Темы о творце, который пытается ответить на вопросы.

Каждый раз, когда вы освещаете что-то светом, вы порождаете тень. Например, если сообщаете аудитории, что персонаж родился в Германии, но сейчас живет в Китае, вы раскрываете только два факта. Но не поясняете, как персонаж туда попал. Автору не нужно задавать этот вопрос – он просто есть и ждет ответа. Все, на что вы не «проливаете свет», то есть все, на что не даете ответа, остается «тенью» – тайной. Если скажете, что персонаж прилетел в Китай на самолете, то все еще не ответите, когда это произошло или почему. Неизбежное, абсурдное нагромождение вопросов и ответов – вот что имеет в виду Кодзима, говоря о «единице, которая станет сотней». Вот что он думал о своих играх.

Конечно, если бы публику не интересовали такие пустяковые вопросы, то не стоило бы и беспокоиться. Если вы прочитаете «Кодзиму – гения», то увидите, какой удручающей и противоестественной показалась Кодзиме негативная реакция на MGS2. Даже если бы его послание не смогла передать одна лишь MGS3, можно понять, почему он захотел «погасить свет» серии Metal Gear и вернуть все «обратно в ничто». Ведь все произошло из ничего, и творец это знает. Эти тайны не важны. Это всего лишь истории, выдуманные и разыгранные, чтобы передать другое послание, донести высший смысл. Возможно, вы понимаете, почему главная угроза в MGS4 представлена безликой, всепроникающей Системой, отнимающей смысл у всего в мире и порождающей беспочвенные конфликты. Даже злодеи хотят уничтожить Систему. Все в игре стремятся освободиться, потому что больше всех на свете хочет свободы Кодзима. Истинное зло мира – покорность. Механические действия. Обязательства. Стандартная процедура. Бездумный конформизм, ведущий к бездумному конфликту. Недаром единственная цель главного героя – не уничтожение гигантского робота или победа над злодеем в рукопашной схватке, а прекращение цикла бессмысленной, набирающей обороты тщеты. Если когда-либо и существовала метафора того, что Кодзима чувствовал по поводу непрекращающихся вопросов в свою сторону, то это именно она. Потушите свет. Все тени исчезнут.

Снейку сложно понять смысл слов Биг Босса. Но даже сейчас Биг Босс пытается донести до него, что тот продолжает бессмысленный круговорот смерти. Прямо на кладбище. Пока они разговаривают, Foxdie в теле Снейка убивает Биг Босса, как уже убил Биг Маму и Оцелота. «Им снова это удалось. Они использовали тебя, чтобы убить меня. „Патриоты“. Нет… Их прокси. Желая от нас избавиться… они пошли проторенной дорожкой. Что ж… В конце концов, чего еще ждать от программы. Она умеет только повторять заложенные в нее шаблоны. Снова и снова».

Можно задаться вопросом, каким образом прокси-ИИ «Патриотов» организовали это безумие. Даже с учетом объяснения, от которого глаза на лоб лезут (а уши улетают в другую реальность) – что старый отряд «Лис», Оцелот и Ева были способны десятилетиями управлять американским правительством и в итоге закодировали свою философию в системах ИИ, мы теперь должны поверить, что эта система способна подстроить все так, чтобы вирус Снейка уничтожил оставшиеся угрозы, но не способна внести миллион-другой логических поправок, чтобы остановить вынашиваемый ими план. Это самая совершенная, идиотская, безмозглая, гениальная система, но – работает же, когда нужно. Разумеется, мы не должны верить во все это. Кодзима в лоб заявляет о том, что нам следует заткнуться и ждать конца. Хватит вопросов о логике и сюжете. Его формула для серии – повторяющийся шаблон. Его равнодушие к вопросам – программа и ее безликие, не имеющие значения прокси.

Биг Босс: ИИ были лишь небольшой частью огромного механизма, который построил Зеро. Корпорации, НКО и аналитические центры военно-промышленного комплекса – все они были частью одной системы. [201]Они финансировались средствами, которые автоматически выделяли ИИ. Со счетов, принадлежащих «Патриотам». Сеть охватывала все – от разработки оружия до инвестиций в его производство и маркетинг. В итоге на нее работали и люди, и компании, и законы, защищающие ее. Политика и экономика выродились в шестеренки этого бездушного механизма.

Вы видите, как категорично Кодзима осуждает обезличенную природу этой военной экономики? Значительная часть предсмертной речи Биг Босса посвящена возмутительному подходу к конфликту – ведь это не что иное, как стандартная процедура. Дело не в гибели людей, не в эмоциональной травме целого поколения, а в отсутствии настоящей идеологии и оснований для его начала. Ни великого лидера, ни коварного злодея, ни… творца с собственным видением?[202]

«Не думаю, что кто-то осознавал, что все это было лишь отлаженной схемой, набором простых правил. „Патриоты“ и были этими правилами – максимально упрощенной нейронной сетью. Вот что они символизировали. Единообразие. Никакой индивидуальной воли. Никакого развития. […] Изначально Зеро намеревался воплотить в жизнь волю Босс – глобальное мировое правительство… Скрытый мир для посвященных. […] Но порожденный им мир оказался лишен смысла. В нем больше не оставалось места ни идеологиям, ни принципам, ни идеалам… Как и тому, что Босс ценила больше всего… Преданности. Военная экономика поглотила его. Катастрофическая ошибка в расчетах, которую Зеро не сумел предвидеть».

Изучая его игры, мы понимаем, что проповедовал Кодзима. Это был священный долг и честь человека отстаивать свои личные убеждения, особенно когда он бросает вызов нарративам скрытой мировой элиты, освобождаясь от их иллюзий и стремясь сделать мир лучше. Кодзима пророчит клеймо преступника или террориста всем, кто решится на этот шаг, но все равно восхваляет его. Он добивается того, чтобы игроки начали бороться за правду, не позволяя никому стереть прошлое; чтобы они изучали историю, которая прольет свет на события наших дней. Кодзима хочет, чтобы мы использовали дарованные цифровой эпохой возможности и свободы, которые у нас еще не отняли, для того, чтобы раскрывать правду, отстаивать ценности и быть сынами свободы, а не оружием «Патриотов». Быть революционерами, а не инструментами правительства. Быть борцами за свободу, подобно Кодзиме, который с самого начала бился за свою. Мы можем творить, чтобы передавать послания, разрушать заслоны цензуры и помогать другим вырваться из плена виртуальной реальности.

Покончив со своей вселенной, Кодзима освободил всех. Миссия выполнена. Он искупил грехи и мог покоиться с миром. Теперь новому поколению предстояло толковать его труды, найти собственную цель и рассказать новую историю.

ЧАСТЬ III

ХМУРЫЙ РАССВЕТ

1

ИЗ ЕВРОПЫ С НЕЛЮБОВЬЮ

В апреле 2008 года, за два месяца до Metal Gear Solid 4, на прилавках появилась небольшая игра под названием Grand Theft Auto IV. Если бы в тот момент шла кровопролитная война за душу мира видеоигр, то эти произведения стали бы самым мощным оружием обеих сторон. Но каждая из них принесла с собой привкус разочарования. С момента последней схватки Востока и Запада Rockstar выпустила The Warriors (2005), Manhunt 2 (2007) и два спин-оффа Grand Theft Auto. А за спиной у компании было спрятано новое секретное оружие. Для дерзких британских разработчиков это был не только большой дебют на PlayStation 3 и Xbox 360, но и демонстрация разработанного ими движка RAGE (Rockstar Advanced Game Engine – «продвинутый игровой движок Rockstar»), с поразительной убедительностью моделировавшего физику, освещение и анимацию. А портирование игр стало теперь как никогда простым.

Сюжет игры повествует о злоключениях Нико Беллика – иммигранта из Восточной Европы, решившего покинуть свою увязшую в [203]ненависти и войне родину. Он прибывает в Либерти-Сити совсем один и без каких-либо перспектив. Правда, тут уже некоторое время живет его двоюродный брат, который хоть и прозябает в трущобах, но все еще верит в великую американскую мечту. «Что сегодня значат слова „американская мечта“? Для Нико Беллика, только что прибывшего на корабле из Европы, это – шанс скрыться от прошлого. Для его двоюродного брата Романа это – мечта о том, что они вместе добьются успеха в Либерти-Сити, городе больших возможностей и надежд. Но по мере того как они залезают в долги все глубже, а мошенники, воры и социопаты тянут их на дно преступного мира, герои понимают, сколь далека реальность от мечты там, где в почете лишь деньги и связи». Это цитата с официального сайта игры. Социальный комментарий стал мощнее и прозрачнее, тон игры – серьезнее, а откровенная комедия уступила место осуждению несправедливости жизни в мегаполисе. Впервые игроки могли заводить друзей и строить отношения – ходить на свидания, посещать боулинг и т. д. К концу истории у Нико даже появляется девушка – не все вам мизогиния и ненависть! Игра вообще была подчеркнуто прогрессивной, не скрывала того, что высмеивает американскую культуру только из любви к ней. Быть антисоциальным убийцей-шизофреником теперь необязательно – мир GTA стал многомернее и интереснее. Правда, геймеры не то чтобы приветствовали смену курса и заполнили Интернет тирадами о том, что в San Andreas все было лучше. Наметился небольшой, но показательный культурный сдвиг. Это не идет ни в какое сравнение с вышедшим годом ранее беспощадным симулятором убийств – Manhunt 2. В этой игре главный герой просыпается в психушке и бежит оттуда, попутно поджидая своих жертв в засаде и жестоко расправляясь с другими заключенными, в то время как голос в его голове велит наслаждаться кровавой бойней. Оригинальная Manhunt и так вызвала широкие споры общественности и спровоцировала юристов попытаться ее запретить, но сиквел показал, что Rockstar не собирается забиваться в угол – ребята усилятся и сделают одну из самых провокационных игр в истории. Не зря же на официальном сайте студии можно было найти слова «убиваем хороший вкус везде, где только находим» и «объединяем консерваторов и либералов в ненависти с 1998 года». Игра, в которой не было ничего, кроме кровищи и насилия, на мгновение убедила критиков Rockstar, что дни компании сочтены, но неожиданно для всех GTAIV доказала, что у компании все же есть душа.

Несмотря на то что сегодня она считается одной из слабейших игр серии – физика и анимация там дико глючные, надоедливый двоюродный брат постоянно звонит с предложениями сгонять в боулинг, а улицы города не блещут разнообразием и свободой, GTAIV быстро побила все рекорды продаж. Только за первый месяц было реализовано 8,5 миллиона копий! Но нет ничего удивительного в том, что отказ от эксклюзивности для PlayStation и решение сделать игру мультиплатформенной значительно улучшили показатели. В отличие от нее, MGS4 продалась куда более скромным тиражом в 6 миллионов копий за первый год. Обе игры получили всеобщее признание и выиграли бесчисленные награды от видеоигровых изданий. Но никто, кроме Кодзимы, не считал их конкурирующими франшизами. Ему еще сильно повезло, что никто не вспомнил об обещанных разрушаемых городах и других безумствах, которые так и не увидели света дня. А фанаты, как всегда, великодушно проигнорировали его язвительный метакомментарий. В этом на них можно положиться. Графика, продолжительность игры, удивительное внимание к деталям и тонны пасхалок – вот все, что им важно. Фанаты с причмокиванием лакомились этими разогретыми объедками – микроволновка, хрючево, все такое… Не важно, смог ли Кодзима победить Rockstar, Halo или Запад – по крайней мере, он выполнил долг перед своей командой и фанатами. Вероятно, войне пришел конец. Возможно, теперь он свободен.

Разумеется, мы знаем, что этому не суждено было случиться. Война продолжалась.

2

KOJIMA PRODUCTIONS

C 2004 года сотрудники Kojima Productions оказались по уши в работе. Возможно, они были заняты даже больше своих коллег из Rockstar. И результаты этого периода весьма любопытны – они демонстрируют стремление доминировать на всех доступных платформах и вывести компанию на лидирующие позиции в индустрии. Это был переходный период для игровых разработчиков, которые с нетерпением ждали релиза таинственного колосса – PlayStation 3, но подождать придется еще несколько лет. Тем временем PSP (PlayStation Portable) рекламировали как карманную PlayStation 2, обещая первоклассные игры от ведущих издателей. Для разработчиков и издателей портативки всегда были привлекательным рынком – стоимость разработки и стандарты ниже, а платят пользователи немало. То есть и процесс разработки идет быстрее, и денежки рекой текут. Нужно только находить интересные фишки, использовать узнаваемые бренды и избегать прямых сравнений с высокобюджетными частями, при этом привлекая уже верную аудиторию. У Кодзимы было и то и другое, так что вскоре у его команды появилась новая задача.

Их первый шаг на поприще портативных игр стал самым оригинальным. Даже название проекта намекало, что все будет иначе – Metal Gear Acid[204]. Это странная адаптация привычной формулы Metal Gear – игра вне официального канона, но с Солидом Снейком в главной роли и геймплеем, завязанным на пошаговой карточной системе. Продвигаясь по сюжету, игроки находили новые карты, из которых собирали подходящую для своего стиля игры колоду. Готовы положиться на свои навыки планирования? Что ж, вам и карты в руки! Игра имела успех и обзавелась сиквелом. Но после ее выхода геймеры начали требовать выпуска полноценной части Metal Gear для портативной консоли. Так появилась Metal Gear Solid: Portable Ops («Портативные операции»). Но и это еще не все. Американская компания IDW Publishing опубликовала лицензионные комиксы по мотивам MGS1 и MGS2 с потрясающими иллюстрациями Эшли Вуда. Первая стала полуинтерактивным цифровым графическим романом для PSP, проиграть в нем было нельзя. По сути, покупателю предлагалось посмотреть/прочитать сокращенную версию игры. Позже туда была добавлена озвучка, и вместе с такой же озвученной версией комикса по MGS2 их выпустили на одном DVD. И бумажные комиксы, и их цифровые версии знакомили новых игроков с сюжетами игр, освобождая от необходимости тратить десятки часов на прохождение и изучение истории мира Metal Gear – Кодзима понимал, что для кого-то это может стать серьезным препятствием. Комиксы отличались уникальной, броской стилизованной эстетикой и немного вольно пересказывали события – ради краткости и повышенного градуса веселья; особенно это касается адаптации MGS2, которую нужно рассмотреть внимательнее. Их создание считалось необходимым в преддверии выхода MGS4, сюжет которой практически полностью отталкивался от историй, рассказанных в предыдущих играх.

Примечательно, что ни один из этих проектов не написан или срежиссирован Хидео Кодзимой. Включая и Portable Ops, которой суждено стать канонической частью серии, продолжающей историю Биг Босса после событий Snake Eater. Он был слишком занят блогами, радиошоу, деловыми сделками и своим невероятно амбициозным шедевром – MGS4. Лично вкладываться в каждый проект не получалось. Вместо этого Кодзима решил курировать разработку. Существовали же до этого радиопостановки фанфиков, упоротые порты вроде The Twin Snakes и новеллизации – считайте, ничего кардинально нового не произошло. Однако после основания Kojima Productions, где его слово было законом, мы ожидали строгого контроля над сюжетом, а не вот такого небрежного и попустительского отношения. Несмотря на его давнюю ненависть к несанкционированным портам и сиквелам своих игр, история показала, что, пока он выполняет роль консультанта и участвует в разработке, измываться над его играми можно как угодно. Верность собственному видению переставала быть наивысшим приоритетом или вообще хоть каким-то. Если это не «Игра Хидео Кодзимы», то и требования к ней несравнимо ниже. Но это не значит, что подобные игры нужно игнорировать – в них тоже можно найти интересные идеи.

Спустя полгода после релиза MGS4 на мобильных телефонах (не смартфонах!) вышла занятная маленькая игра Metal Gear Solid Mobile. Работала она только на определенных типах телефонов определенных операторов связи, так что о ней мало кто знает. Вдобавок в Японии вышла новеллизация MGS4, написанная другом Хидео Кодзимы, писателем Сатоси Ито (известным под псевдонимом Project Itoh). Работа над книгой шла параллельно с разработкой MGS4, и вышли они одновременно. Кодзима утверждал, что Ито был одним из немногих, кто на протяжении многих лет действительно понимал темы и мораль его игр. Он делился с ним информацией и деталями об игре и дал список пожеланий к новеллизации. К сожалению, Ито уже много лет боролся с раком и скончался через несколько месяцев после выхода книги. В 2012 году теплые воспоминания Кодзимы о нем были включены в ее английский перевод. Некоторые фанаты считают эту трагедию поворотным моментом в его планах.

PSP предоставила Кодзиме прекрасную возможность научить сотрудников студии думать как режиссеры и дизайнеры. Он и правда хотел передать серию в их руки, дать им набраться опыта в условиях минимального риска, пока сам усердно трудился над своей последней миссией. Похоже на эстафетную палочку, передаваемую новому поколению под конец его этапа гонки. С восстановленным после MGS3 добрым именем и грандиозным финалом серии на горизонте заинтересовать фанатов было проще простого – хватило хитрого маркетинга с поставленной куда только можно личной печатью одобрения Кодзимы (пускай в титрах и нет его имени). Подобно заправскому промоутеру (каким Хидео отчасти и является), он понимал, что нужно сделать, чтобы самые незначительные продукты показались важной частью серии. И благодаря новому блестящему шильдику Kojima Productions ничто больше не было обычным продуктом – нас одаривали новаторскими экспериментами и прогрессивным футуризмом. И их следовало бережно собирать и лелеять, ведь скоро Metal Gear придет конец.

ИЗБИРАТЕЛЬНАЯ АМНЕЗИЯ

Наверное, самой ироничной частью истории с кучей сторонних проектов стал комикс-пересказ Sons of Liberty. Его написал один из основателей IDW Publishing – Алекс Гарнер, изо всех сил постаравшийся упростить сюжет и исправить проблемы, которыми кишела игра. Алекс не упомянут как автор комикса по MGS1, но, когда я связался с ним, он рассказал, что и в этой адаптации бóльшая часть сценария принадлежит его перу. Комикс по MGS1 получился близким к оригиналу: излучает харизму, практически лишен воды и придерживается сильных сторон сценария. Но в адаптации MGS2 сюжет подвергся бесчисленным изменениям. Вместо того чтобы в точности воссоздать полную непоняток, нытья и растерянности игроков миссию, было решено показать Райдена храбрым и мужественным крутым перцем. С помощью простого примера я покажу, как сильно все изменилось. В игре, когда параноидальная салага Райден врывается на кухню и, размахивая пистолетом, угрожает саперу Питеру Стиллману, приняв его за врага, тот пытается успокоить нервного юношу. Но в комиксе именно Питер показан нервной развалиной – он сталкивается с Райденом и падает на пол, направляя пистолет на героя, который, как опытный переговорщик, успокаивает старика. В оригинальной сцене ситуацию спасает Снейк, убеждающий Райдена расслабиться и не считать Стиллмана угрозой, но здесь Снейк так и не появляется. Они остаются вдвоем, пока их разговор не прерывает Фортуна, которая открывает по ним огонь, думая, что обнаружила Снейка. Райден сражается с ней врукопашную (а не в перестрелке), отпуская дурацкие остроты, и ломает ее пушку чем бы вы думали – ударом ноги. Вместо запоминающейся схватки в лифте дело доходит до банального мордобоя. К счастью, Гарнер мудро избавился от откровенно паршивой линии с бомбами Фэтмена, которая, как я установил, всего лишь филлер, призванный выбесить игроков – тут Райден так и не получает охлаждающий аэрозоль. Комикс даже вводит в сюжет Скорбь из MGS3, делая его посредником между призраком Ликвида Снейка и Револьвером Оцелотом. Возможно, это связано с тем, что Гарнер пытался разобраться в деталях сюжета, обращаясь к информации с Metal Gear Wiki – ведь согласование сюжета с Кодзимой и его командой в сделку не входило. Гарнеру – как и любому здравомыслящему человеку – стоило огромного труда разобраться в хитросплетениях откровенно безумного сюжета и его связях с другими играми, и ему нужна была помощь в решении загадок, которые Кодзима намеревался «оставить загадками». Несмотря на это, окончательное утверждение сценария оставалось за Kojima Productions, так что все изменения официально одобрены. Таким образом, практически все специфические, тщательно продуманные повороты игры остались за бортом. Короче, адаптация MGS2 – это то, что происходит, когда писатель решает разгрести наведенный Кодзимой бардак. А ирония ситуации тут в том, что комикс при этом полностью губит суть игры – если вы хотите насладиться грандиозным постмодернистским спектаклем, то хуже способа с ним ознакомиться просто не найти.

Ито в своей книге тоже выкинул из сюжета все самое худшее, переосмыслив историю как проникновенное высказывание об отцовстве, ответственности и тому подобном. И, кстати, исправил все недоработки сценария. Возможно, потому, что не был в курсе того, что они останутся в игре – рукопись была готова до релиза MGS4.

Если я прав насчет оберегания Кодзимой своих творений, то почему в обоих случаях он закрыл глаза на искажения его оригинального видения? Стоило ожидать, что он потребует полного переноса постмодернистских страстей MGS2 в комикс или что откроет больному другу, что в основе Guns of the Patriots лежит идея «бойтесь своих желаний». Зачем разрешать другим переиначивать его идеи или заменять их? Выглядит как доказательство того, что он простой бизнесмен, а не бунтарь, вкладывающий тайный смысл между строк. Это может показаться клеветой, но я считаю, отношения Кодзимы с соавторами были не такими искренними, как нам кажется.

В воспоминаниях о друге он рассказывает, как они познакомились в 1998 году на выставке Tokyo Game Show. Ито на полном серьезе разревелся, когда увидел трейлер игры и подошел к Кодзиме, заливаясь слезами. И до того как стать настоящим писателем, Ито слал ему фанатские письма и свои додзинси[205] по Metal Gear, демонстрируя глубокое понимание игр. У него даже был сайт, на который захаживал Кодзима. Большего фанбоя, чем Ито, вы не найдете. Но Кодзима считал его всего лишь очередным фанатом и вообще придерживался принципа никогда не отвечать на фанатские теории и присланное творчество. «Я никогда не задумывался о том, чтобы налаживать отношения с поклонниками, – пишет он. – И мое мнение на этот счет не изменилось – я не должен напрямую общаться с потребителями. Письма, подарки и комментарии в Интернете – основные источники моих сил, и, разумеется, я бесконечно за них благодарен. Но чувствую, что единственный способ ответить на них – мои творения, мои игры. Поэтому я никогда не поощрял ничего, что делал Ито-сан. Какое-то время наши отношения были не взаимными, а односторонними». Отношения переросли в так называемую «дружбу», только когда Ито попал в больницу и Кодзима навестил его, показав секретные кадры MGS2. «Я не умру, пока ты не закончишь игру», – пообещал Ито. И он сдержал обещание. После негативной реакции на MGS2 Кодзима нашел поддержку в лице Ито. «Metal Gear Solid 2 сильно ждали, но после выхода мнения на ее счет резко разделились. Конечно, с тех пор все изменилось и игру полюбили, но тогда я впал в ужасную депрессию, увидев, что люди писали в комментариях и рецензиях. Им оказался не по душе Райден, послание в конце было слишком жестким, а сюжет – слишком заумным для геймеров». Он говорит, что Ито стал первым человеком, понявшим, о чем была эта игра. «Кто-то все же разгадал загадки и послания, заложенные в моих играх. Понимание этого стало моим спасением». Начав писать художественную литературу, в каком-то смысле вдохновленную работами Кодзимы, Ито доказал, что и сам стал достойным уважения автором, а не очередным писакой фанфиков. И вот один творец доверил другому новеллизацию MGS4. Кодзима был впечатлен черновиком: «В тексте Ито-сана присутствуют такие лейтмотивы и тонкости сюжета, о наличии которых не подозревал даже я. Есть такое выражение – „читать между строк“. А Ито-сан отыскал новые смыслы, подробности и чувства между буквами сценария. Этот роман больше, чем просто копия игры».

Хоть это и звучит как комплимент, на самом деле это признание того, что книга не отражает оригинальное видение Кодзимы, а лишь интерпретирует, искажает реальный замысел автора. Говоря, что Ито читал не только между строк, но и между букв, он таким поэтическим образом подчеркивает излишнюю сентиментальность автора и его умение проецировать на игру собственное видение. Кодзима подает это в позитивном ключе, утверждая, что даже не подозревал о наличии этих подтекстов, но, когда я прочел книгу Ито, мне стало ясно, что она о том, какой игру хотел видеть писатель, а не о том, о чем игра была на самом деле. Она слишком эмоциональная, чрезмерно дотошная и буквальная. Ито обладал не аналитическим складом ума, а философским. Он вырос в отличного писателя, обладающего редким талантом сплетать мириады запутанных сюжетных линий воедино и с легкостью доносить до читателя глубокие мысли, но содержание книги ушло от оригинального «смысла» Кодзимы, а не воплотило его на бумаге. Возможно, подобной прозрачности сценария и ожидали фанаты, но Кодзима подготовил для [206]них совсем другое. «Ему пришла в голову идея сделать Отакона рассказчиком и отказаться от отряда „Красавицы и Чудовища“ – боссов, имеющих ключевое значение для тематики [выделение мое] и гейм-дизайна MGS4, переложив отражение идей игры на плечи завсегдатаев серии», – сетует Кодзима. Этот отрывок все объясняет. Ито убрал огромную часть игры, имевшую «ключевое значение для тематики». Вместо этого он сфокусировался на старых любимчиках, ностальгии и романтической интерпретации событий. Это было фанатской попыткой приукрасить материал, а не отстраненным анализом реального замысла произведения. Вместо того чтобы подробно рассказать Ито о своей истинной цели, Кодзима выдвинул несколько условий и дальше позволил делать что угодно. И оказался в невыгодном положении.

ГОВОРЯ, ЧТО ИТО ЧИТАЛ НЕ ТОЛЬКО МЕЖДУ СТРОК, НО И МЕЖДУ БУКВ, ОН ТАКИМ ПОЭТИЧЕСКИМ ОБРАЗОМ ПОДЧЕРКИВАЕТ ИЗЛИШНЮЮ СЕНТИМЕНТАЛЬНОСТЬ АВТОРА И ЕГО УМЕНИЕ ПРОЕЦИРОВАТЬ НА ИГРУ СОБСТВЕННОЕ ВИДЕНИЕ.

Необходимо кое-что понять насчет этого периода карьеры Кодзимы. Кое-что объясняющее, почему он допускал переиначивание своих работ. Мы не должны забывать, что в его понимании это и правда был конец его участия в работе над франшизой и все, что имело значение – передать ее следующему поколению, избавив от ненужного багажа. Вот главное послание MGS4. Он уходил и не хотел отягощать преемников собственными несбывшимися желаниями. Ему не удалось передать послание. Что Кодзима должен был сказать американским комиксистам из IDW или умирающему другу? Что его тошнит от тупости фанатов и он хочет насолить им за то, что они по собственной воле остаются невеждами? Что он надеялся убить Снейка и покончить с франшизой еще с тех пор, как его важнейшие послания были проигнорированы и высмеяны? Что он разработал сложный закулисный план по обману своих сотрудников и начальников, заставив их одобрить работу над произведением, представляющим собой аллегорию саботажа, рожденную из ненависти к английским переводам и бесталанным критикам? Что его связь с Ито была обычным сочувствием, а то и жалостью? Что он просто был признателен ему как заступнику? Что настоящего взаимопонимания между ними не было? Как бы вы поступили со своим фанатом, чья жизнь в прямом смысле зависит от вашего мнения о его трактовке произведения, даже знай вы, что оно ошибочно? Мне трудно представить, что Кодзима рассказал об истинных планах даже собственной команде, не говоря уже о деловых партнерах, обладавших своим взглядом на вещи. Его идеи «Игры в стелс» были скрыты не просто так, и в тот момент он изо всех сил старался подавить присущее творцу стремление контролировать все и вся. Контроль был врагом. Система была врагом. Прошлое должно умереть. Уже не имело значения, чего он хотел. Пусть горит все ясным пламенем, если это даст надежду на будущее. Пришло время смириться. Его судьба предрешена – он останется непонятым.

3

ПРИБАВЛЯЯ К НОЛЮ

Напомню, что целью моего анализа в прошлых главах было доказательство того, что Metal Gear Solid 4 – такая же «Игра в стелс», как и ее предшественницы. Выбранный формат позволил перепрыгнуть сразу к ключевым моментам, не волоча читателя по болоту сентиментальщины. Про саму игру можно сказать и еще больше, и заметно меньше. Главное – обнажить подтекст настолько, чтобы серьезно задуматься о мотивах Хидео Кодзимы. Это мы уже сделали так, как никто до нас, так что пришло время взглянуть на эти вопросы, замкнув в итоге круг.

Один из главных: действительно ли Кодзима озабочен американской внешней политикой настолько, насколько мне кажется? Он на полном серьезе рассказывает аудитории о технократических системах контроля или это просто элемент жанра, в котором он творит? Зачем ему освещать британские группы «Круглого стола» и их эволюцию в разведывательные сети? На самом ли деле его беспокоит наступление мирового социализма? Если бы его волновала только релевантность событиям настоящего времени, это было бы одно дело. В конце концов, мы уже наблюдали за становлением таких людей, как Илон Маск – удачливый и упорный предприниматель добился невероятного успеха и наладил близкие связи с правительством и военными. Правда, вскоре мы узнали, что его дед в 1930‐х был политическим лидером партии технократов. Как и в исследуемой мною метанарративной интерпретации, [207]небольшой сдвиг в мыслительном процессе может превратить надуманное и нелепое в само собой разумеющееся и логичное. На момент написания этой книги мало кто спорит с тем, что игры Кодзимы усыпаны аллегориями о нем самом. Некоторые даже считают это признаком его творческой гениальности. Но я могу подтвердить (как создатель и проповедник этой интерпретации), что изначально эта идея была высмеяна всем сетевым сообществом. Даже те, кто считал MGS2 постмодернистской, не желали верить, что чувства и переживания Кодзимы оказались обращены в метафоры. Потребовались годы сбора доказательств и множество статей, текстов и постов, чтобы эта мысль получила широкое признание. И мне интересно, не сумеет ли мое новое предположение избежать этого ухабистого пути? В результате Кодзима мог бы стать кем-то вроде проповедника идей Ноама Хомского или Алекса Джонса.[208]

Справедливости ради, всегда находились фанаты, подмечавшие, что безумные идеи Кодзимы часто отличались злободневной прозорливостью. В MGS1 обсуждались секретные правительственные бюджеты, позволяющие проводить неподконтрольные никому исследования и тайные операции – и это реально существует в нашем мире. Игра пролила свет на инициативы DARPA (Defense Advanced Research Projects Agency – «Управление перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США»), предложив игрокам самостоятельно изучить деятельность этого закрытого для посторонних глаз агентства, ответственного за изобретение Интернета, а ближе к нашим временам и LifeLog – проекта сбора данных и отслеживания взаимосвязей повседневной человеческой деятельности. Благодаря играм Кодзимы геймеры знают о DARPA, чего [209]нельзя сказать о рядовых американцах. Они не в курсе программ редактирования генов и попыток создания суперсолдат в рамках программы MK-Ultra, коими предположительно заведовали нацистские ученые (вывезенные в ходе операции «Скрепка»), работавшие на ЦРУ, НАСА и другие организации. Мы живем в эпоху опасного партнерства частных компаний и правительств, подвергающих цензуре нелицеприятные факты и неугодных пользователей и собирающих частную информацию в целях получения прибыли и контроля – в точности, как заметил Кодзима годы назад. Система «Отряд XXI», с помощью которой проходил обучение Райден, является реальной системой связи в условиях боя и применяется даже сейчас. ВМФ США действительно предложил проект корабля-арсенала, а в наше время ходят слухи, что подобные разработки ведутся в Китае. [210]Мне хочется верить, что, если дать сообществу поклонников Metal Gear соответствующий контекст, оно готово увидеть полную историческую картину. Рискуя быть осмеянным, я с удовольствием приведу аргументы в пользу этого.

Но сперва признаю, что могу ошибаться. Бесспорно, авторы нечасто со всей ответственностью относятся к разоблачению устройства нашего мира или к настораживающим предсказаниям грядущих катастроф – даже когда ведут речь о чем-то серьезном. Особенно это касается произведений на военные темы, где шокирующие обличения являются расходным материалом, заставляющим ахнуть впечатлительную публику – только вспомните книги Тома Клэнси, произведения про Джеймса Бонда и прочий подобный ширпотреб. Подумайте обо всех исторических злодеяниях, современных угрозах и опасных тенденциях, которые рассматриваются в военных книгах, фильмах и играх. Это не что иное, как вываленные на конвейер жанровой формулы полуфабрикаты, из которых стряпаются простые и понятные истории о героях и плохишах. Существует принципиальное различие между произведениями, которые со всем уважением относятся к своим темам – в надежде изменить мир к лучшему, и теми, что следуют шаблону, пытаясь поставить на рынок как можно больше контента. За идеальным примером последнего далеко ходить не придется – это серия [211]Call of Duty. И без иронии тут не обошлось. В писательском мире общеизвестен тот факт, что как раз самые недостоверные, халтурные и откровенно дерьмовые истории всегда полны непробиваемой серьезности, ура-патриотизма и паникерства – все ради того, чтобы произвести впечатление на детей и излишне мнительных граждан. Полная противоположность этой гадости – отрешенный интеллектуал-провокатор, Стэнли Кубрик, готовый на протяжении всего фильма испытывать терпение зрителя, обращаясь к важнейшим темам как угодно, но не напрямую, и даже через комедийные элементы. Безудержная истерия часто служит синонимом поверхностного изучения вопроса. И я придерживаюсь мнения, что в этом Хидео Кодзима пытался соответствовать Стэнли Кубрику. Из-за нешуточной продолжительности, накала страстей и напряженности игр (а у Кодзимы нервы ни к черту, моделировать боевые действия ему не очень нравится) он старался разрядить атмосферу, добавляя в них немного анимешности. Но это не значит, что он несерьезно относится к темам своих произведений. В конце концов, зачем обсуждать конкретные детали государственной политики, технократию и заговоры, если целью являлось не выстраивание полемики? Никто не обязывал его исследовать эти малоизвестные и никому не интересные темы. Не забавы же ради он это делал?

Одно можно сказать наверняка: если наш политический климат так и не изменится, то шансы, что Кодзима признается в ходе мыслей, который я собираюсь озвучить, практически нулевые. Пускай после десятилетия существования моих теорий он наконец-то начал признавать автобиографические аспекты своих игр, но я не думаю, что он когда-либо сознается в описанных мною политических изобличениях. И нет, дело не в том, что Кодзима опасается агента ЦРУ, который по-тихому прикончит его во сне за то, что японец «слишком много знал». Совсем наоборот. Бессмертная классика ролевых игр Deus Ex (2001) зашла дальше, говоря о реальных организациях, личностях и планах глобального заговора – и ей все сошло с рук. Это исключено скорее из-за неловкого характера вопроса. Сегодня ни один уважающий себя автор не говорит о такой ерунде, как новый мировой порядок и технократия. Дело не в том, что это табу, а в том, что это банальщина. Это уже всем приелось. Теории заговора были модными в 90‐е, когда бесстрашное поколение X было готово разоблачать правду всеми возможными и невозможными способами. А затем настало 11 сентября 2001 года, и вся критика в одночасье утихла. Отныне открыто выступать против глобалистских попыток консолидации стало равносильно карьерному самоубийству. Интересующиеся американской политикой читатели могут вспомнить историю бывшего техасского конгрессмена-либертарианца Рона Пола, которому несколько раз почти удалось побороть предвзятость и несправедливость в отношении своих кампаний по выдвижению в кандидаты на президентский пост от партии республиканцев. Это, может быть, и популярная позиция, но попасться на ней не хочет ни один уважающий себя автор.

ИДЕОЛОГИЯ МЕРТВЕЦОВ

Кстати, опасения насчет стремящихся захватить мир технократов не только не устарели, но и до сих пор актуальны. В октябре 2018 года социал-демократ, сенатор от штата Вермонт и кандидат в президенты Берни Сандерс выступил с речью в Школе перспективных международных исследований Университета Джона Хопкинса. В ней он призвал к масштабной международной реструктуризации. Он напомнил публике о знаменитых словах президента Эйзенхауэра, обрисовав наши дни как воплощение опасений прошлого:

«Давайте вспомним, что президент Дуайт Эйзенхауэр сказал в 1953 году, всего через несколько месяцев после вступления в должность: „Каждая новая единица оружия, каждый спущенный на воду военный корабль, каждая выпущенная ракета означают, в конечном счете, кражу у тех, кто голоден и не накормлен, у тех, кто замерз и не одет. Этот мир оружия расходует не только деньги. Он расходует пот своих рабочих, гений своих ученых, надежды своих детей“.

А покидая пост в 1961 году, Эйзенхауэр был настолько обеспокоен растущей властью военной промышленности, что выступил со следующим предупреждением:

„В наших правительственных структурах мы должны быть начеку, дабы не допустить намеренного или ненамеренного усиления влияния военно-промышленного комплекса. Потенциал опасного роста его влияния существует и будет продолжать существовать“. За последние десятилетия мы увидели, что этот потенциал реализовался в полной мере и даже больше обещанного. Пришло время воспрянуть и сказать: существует лучший способ распорядиться нашими средствами».[212]

Это как никогда актуально. Военная экономика и бесчисленные смерти во имя обогащения избранных – проблемы столь же насущные, как во время выхода MGS4, так и в 1953 году, когда об этом говорил Эйзенхауэр. В своей речи Сандерс старается провести различие между тем, что он называет авторитаризмом и эгалитаризмом. Другими словами, он критикует эгоистичное суверенное государство, озабоченное потаканием популистским настроениям, защитой собственных интересов, наращиванием военной мощи и максимизацией своего финансового благополучия за счет других стран. В противовес же Сандерс ставит глобально мыслящих коллективистов, которые используют обширные ресурсы нашего общества и объединяются для решения проблем, стоящих перед человечеством, с помощью масштабного подхода к централизованному планированию – таких как представители элиты, оканчивающие Школу перспективных международных исследований. А его последующие слова относятся к нашей теме напрямую (выделение мое):

«В заключение позвольте мне сказать, что для эффективной борьбы с силами глобальной олигархии и авторитаризма нам необходимо международное движение, которое объединится вокруг видения всеобщего процветания, безопасности и достоинства и решит проблему глобального неравенства, существующего не только в сфере материального благополучия, но и в сфере политической власти.

Это движение должно стремиться к креативному и смелому решению проблем нашего мира. Другими словами, оно должно мыслить масштабно! Каким вы хотите видеть мир? В то время как авторитарная ось стремится разрушить сложившийся после Второй мировой войны мировой порядок, по их мнению, ограничивающий им доступ к власти и богатству, нам недостаточно просто защищать этот порядок в существующем ныне виде.

Мы должны объективно взглянуть на то, что этот порядок не выполнил многие свои обещания и что авторитаристы умело воспользовались этими неудачами, чтобы заручиться поддержкой своей повестки. Мы должны ухватиться за возможность переосмыслить мировой порядок, основать его на сплоченности человечества, на понимании того, что необходимо забыть о противостоянии одного человека и другого или Соединенных Штатов и Китая. Необходимо понять, что мы – как люди мира, стоящего перед угрозой катастрофического изменения климата должны держаться вместе. Что мы выживем благодаря совместной работе или канем в Лету благодаря расколу, который создают авторитаристы. Нам нужен новый порядок, который будет учитывать, что каждый человек на этой планете принадлежит к единому человечеству…»

Сама по себе эта речь едва ли интересна или сколько-нибудь значима, за исключением того, что она является наглядным примером того, что беби-бумеры считают благом для всех. Они унаследовали волю давно почивших великих умов, таких как Герберт Уэллс. Мыслителей, которые сошли в могилу, проповедуя кошмары как предпосылку для осуществления мечты, призывая к «открытому заговору» против своих собственных стран и народов в пользу «открытого мирового социализма», управляемого технократами. Нынешнее поколение политиков, не участвовавших в великих войнах и не строивших порожденные ими системы, помнит пустые обещания прошлой эпохи, когда раны мировой войны еще не зажили, холодная война угрожала всему живому, а обещание мира на Земле, казалось, зависело от отказа от национальной идентичности и традиционных идеалов. Слабеющее влияние этого поколения наряду с их призывами к переосмыслению мирового порядка, основанного на тех старых представлениях, по определению выходит за рамки левого или правого политического курса. Джордж Буш-младший открыто призывал к созданию такого нового мирового порядка, надеясь развалить Pax Americana с помощью обратной психологии и внешних угроз. Подобные ему неоконсерваторы использовали мощности ЦРУ и военно-промышленного комплекса, чтобы алчно опустошать мир, намеренно провоцируя ответные удары, порождая будущих террористов и втягивая страну в непрекращающиеся и неразрешимые войны, отнимая жизни у молодежи, раздувая инфляцию и взвинчивая долг. Когда эта порочная система не сможет больше функционировать, страна рухнет. Это приведет к глобальной перезагрузке и избавлению от американской гегемонии. Левое крыло истеблишмента внесло бы и свою лепту посредством неудачной внутренней политики, плохого образования и пропаганды во всех медиа, вызывающей культурные волнения, снижение уровня интеллекта, столкновения на почве расовой ненависти и общественные беспорядки. Так вот, эти благороднейшие из великих мыслителей нашли в себе мужество пожертвовать всеми вокруг в погоне за светлым будущим, рожденным из разрушения и возрождения. И в этот прекрасный день, верят они, исчезнут все распри между странами, единое человечество окажется под неусыпным контролем лучших специалистов, а мерзкая и устаревшая свобода независимых государств будет обуздана великолепной коллективистской системой. И я нисколечки не сомневаюсь в искренности этих пожилых политиков, когда речь заходит об их вере в благородство этого видения. Очень многие уверовали в него – когда оно было на пике своей популярности и даже после. И их символ остается неизменным уже десятки лет – это Организация Объединенных Наций.

Но остается вопрос: что Хидео Кодзима знает обо всем этом и во что верит сам? Например, все мы можем согласиться с тем, что речь Берни Сандерса запросто могла прозвучать из уст Босс. Мир без границ, разногласий и ненужных конфликтов. Предупреждение о бессмысленном цикле войны. Это послание укрепили сиквелом, всецело посвященным ВПК и делающим акцент на том, что доходы невидимых покровителей растут даже тогда, когда война разлагает и уничтожает человечество. Но есть и MGS2, предостерегающая о сути технократии, глобальной системе контроля и подавляющей личность цензуре. А в MGS3 мы имеем дело с эффектом «отдачи», реабилитацией Биг Босса и отсылками к утопизму начала двадцатого века, который и превратился в ту самую военную машину и ту самую систему контроля. В MGS4 все это подтверждается, и вот перед нами предстает загадочный Зеро и его предполагаемое видение «внутреннего мира».

Я ожидал, что Хидео Кодзима, как представитель поколения Х, продолжит следовать описанной мною ранее схеме: найдет, в чем же проблема несостоявшейся системы, и начнет возмущаться беби-бумерами, которые все испортили. В принципе, так и есть. В 90‐х, еще до терактов 11 сентября, когда цайтгайстом эпохи были разоблачения истеблишмента руками поколения Х, он сам пытался разоблачить коррупцию и безнравственность правительства, а Биг Босса в итоге изобразил порочным, эгоистичным беби-бумером, который, упустив суть сказанных ему слов, впустую потратил свою жизнь, ввергнув весь мир в пучины страданий. Как бы ни была печальна его история и сколько бы она ни служила аллегорией, он все равно показан неудачником, купившимся на ложные идеалы. Мне кажется, Кодзима знает, что утопическая мечта из прошлого когда-то и имела свои плюсы, но была обречена на провал и прогнила еще до наступления 1960‐х, когда мы узнаем, что все «Философы» (весьма и весьма подходящее название для группы великих мыслителей) мертвы и оставили после себя лишь бессмысленную систему конфликтов и властолюбия.

МНЕ КАЖЕТСЯ, КОДЗИМА ЗНАЕТ, ЧТО УТОПИЧЕСКАЯ МЕЧТА ИЗ ПРОШЛОГО КОГДА-ТО И ИМЕЛА СВОИ ПЛЮСЫ, НО БЫЛА ОБРЕЧЕНА НА ПРОВАЛ И ПРОГНИЛА ЕЩЕ ДО НАСТУПЛЕНИЯ 1960‐Х.

Но мнение одного человека мы так и не услышали – мнение самого Зеро. Он впервые появился в MGS3, не заставив даже усомниться в его порядочности, а затем предстает перед нами в MGS4 в качестве зачинщика злоключений всех предыдущих игр. И кончина его оказывается скромна и беззвучна. Внезапно его наследие становится наследием безжалостного главаря глобального заговора. Читатели, знакомые с последующими играми, знают, что Зеро еще предстоит сыграть важную роль в серии и его репутация со временем будет терять все положительные черты. Если Кодзима действительно пытается рассуждать о реальном мире с помощью этих персонажей и сюжетов, нам нужно вернуться к отправной точке его увлечения этими темами. Но мы не знаем, где она находится, да и никогда не узнаем. А значит, пора изложить мою теорию.

НАСТОЯЩИЕ «ФИЛОСОФЫ»

Я мог бы пойти легким путем и заявить, что клубы «Коэффициенты» и «Соотечественники» аналогично «Философам» Кодзимы являлись участниками некоего зловещего теневого заговора и что Герберт Уэллс мог вершить судьбы мира с помощью одних только книг и фильмов. Разумеется, все сложнее, и я не думаю, что Кодзима тоже во все это верит. Поэтому давайте окунемся в историю и посмотрим, что же там происходило и почему наш японский друг так увлекся этой темой, что самостоятельно изучил ее и выстроил вокруг нее полемику. Откуда взялись зловещие великие мыслители?

Мир переживал бурлящий, насыщенный событиями и идеями период – до планов по устройству нового мирового порядка еще нужно было дожить. За несколько десятилетий до написания Уэллсом своих трудов десятки организаций, мероприятий, мыслителей, государственных деятелей, инвесторов и политических событий приковывали к себе внимание Великобритании и всего мира. Если вам нужен ориентир во времени, вспомните, что примерно в этот период закончилась Гражданская война в Америке. Но Европа столкнулась с другими потрясениями. Возможно, стоит начать с немецких иезуитов, которые на протяжении веков являлись наставниками и педагогами королевских семей и элитных школ, а также лидерами общественного мнения по всей Европе. В конце девятнадцатого века канцлер Германии Отто фон Бисмарк неожиданно объявил их сетью военной разведки. Сделано это было в соответствии со стратегией «культуркампф» (Kulturkampf – «борьба за культуру», длившаяся с 1872-го по 1878-й), призванной лишить Ватикан возможности управления европейской политикой. Волна культурной борьбы докатилась и до Америки, где вспыхнула лютая ненависть к папскому влиянию. Деятельность священников‐иезуитов оказалась запрещена, и их изгнали из Германии. В поисках убежища и с надеждой на реорганизацию они бежали в другие страны, оставив после себя вакуум, вскоре заполненный радикальными социалистами. Те стали новой угрозой лютеранской немецкой монархии, а Британия тем временем приветствовала приток талантливых иезуитов и использовала их знания для наращивания своей конкурентоспособности.

Британия и Германия соперничали за торговые пути и земли, необходимые для расширения и укрепления своей власти над неразвитыми странами, и, чтобы заручиться общественной поддержкой, нуждались в любой помощи. Познания иезуитов в области психологии и их дар убеждения произвели впечатление на ведущих британских ученых, включая тех, кто изначально выступал против религии. Парадоксально, но Бертран Рассел в «Научном мировоззрении» позитивно отзывался о старом католическом ордене:

«Психология в том виде, в котором она существовала в прошлом, была неспособна обеспечить реальный контроль над психическими процессами и никогда не стремилась к этому. В этом расхожем представлении есть, однако, одно важное исключение, а именно психология, изучаемая Обществом Иисуса. Многое из того, что остальной мир понял совсем недавно, было постигнуто Игнатием Лойолой и заложено в основанный им орден. Две тенденции, разделяющие прогрессивных психологов в наши дни, а именно психоанализ и бихевиоризм, представлены в практике иезуитов в равной степени».

Следующие несколько длинных абзацев посвящены исключительно им. Рассел восхищается их умением манипулировать ходом мыслей – как своих, так и других людей, и явно надеется, что подобные методы будут использоваться в его воображаемой технократии. В конце девятнадцатого века Британия нуждалась в принципиально новом виде воздействия на общественное мнение – проводимая ею империалистическая политика вызывала массу недовольства. Стране нужна была работающая пропаганда. И основным яблоком раздора тогда стала Южная Африка.

Традиционные приключения во имя Британии и королевы стали терять свою привлекательность. Стереотип об образованном, благовоспитанном, обаятельном и безжалостном империалисте издавна способствовал возникновению расистов‐патриотов, стремившихся подчинить себе обширные территории Южной Африки и избавить ее от всех богатств – переложив их в свой карман, разумеется. Самое время вспомнить об Альфреде Милнере и Сесиле Родсе. Милнера назначили управляющим огромными золотыми рудниками Йоханнесбурга, и его задачей являлось объединение разобщенных регионов под властью Британии. Но на эти [213]неизведанные земли и их природные ресурсы претендовали не только британцы – отхватить лакомый кусок желали и португальцы, и американцы, и бельгийцы, и многие другие. Почти все жившие здесь белые голландские поселенцы были истреблены британской монархией в ходе Англо-бурской войны – на рудниках стало некому работать, и будущее этих территорий оставалось туманным. Желание Южной Африки обрести независимость оставалось вопросом времени, и Милнер должен был позаботиться о том, чтобы эта независимость отвечала британским интересам. Так на свет появился «детский сад Милнера» – группа полностью преданных Британской империи молодых и прогрессивных выпускников Оксфордского университета. Период восстановления после Англо-бурской войны в равной степ[214]ени связан как с ремонтом зданий и шахт за рубежом, так и с восстановлением публичного имиджа Великобритании. Правительство столкнулось с протестами своих граждан против бесчеловечного обращения со своими белыми собратьями (потомками голландцев), которых британские войска беспощадно истребляли, помещали в концлагеря и жестоко пытали. Стране срочно потребовался новый способ контроля над умами людей и поддержания патриотизма. Увидев в газетных репортажах и на фотографиях свидетельства этих зверств, общество было шокировано и потрясено – особенно это касалось представителей благородного сословия, пришедших в истинный ужас от такого обращения с цивилизованными белыми людьми, практически их братьями. Двоюродными, но все же. Образ благодетельного британского джентльмена, воспитывающего за границей немытых туземцев, оказался запятнан кровью. Говоря современным языком, это был PR-кризис, утечка секретной информации и внешнеполитический провал. И все это вылилось в одну большую проблему. В такой обстановке не помогало даже чуть ли не извержение чистого золота из шахт Йоханнесбурга, поскольку оно оказалось омрачено ввозом туда более пятидесяти тысяч китайских рабочих. И их либо жалели, считая, что они работают в рабских условиях, либо презирали как недочеловеков, даже зная, что те получают оклад.

Что же касается группы мыслителей Милнера: «Одно главенствовало над ними всеми – чувство общественного долга», – заметил один писатель, знакомый с группой, поскольку «не было ничего, чего бы они не сделали, если бы посчитали это своим долгом. Это был воздух, которым они дышали…» Они являлись самым настоящим братством, связанные привилегиями Колледжа всех душ и преданно следующие идеологии Милнера – избранные социальные инженеры, правящие одним из богатейших уголков мира. Взращенные в атмосфере разногласий и хаоса, они сделали своей миссией заговор, чтобы впредь управлять общественным сознанием и воспитывать следующие поколения целеустремленных лоялистов.

«Эти две особенности колледжа – его сосредоточенность на связях с общественностью и братское единство – отчасти объясняют периодически возникающие обвинения в том, что со второй половины девятнадцатого века колледж сформировал группу заговорщиков, стремящихся к достижению недостойных целей. Часть критиков колледжа считает, что он превратился в общество взаимопомощи, основной интерес которого заключается в продвижении его молодых членов на посты, дарующие власть и богатство».

Так утверждает Уолтер Нимокс в своем поразительном анализе этой группы. Он цитирует ведущего автора The Times Чарльза Бродрибба, который в эссе 1932 года «Government by Malladry, a study in political ornithology» («Утиное правление, исследование в области политической орнитологии», опубликовано The Times Company Ltd.) выразился о Колледже всех душ следующим образом:

«Можно с уверенностью сказать, что в мире, где дела должны доводиться до конца, не существует второй такой группы людей, связанной подобными узами и имеющей сопоставимое в нем влияние. Они имеют представителей во всех государственных ведомствах, в каждой профессии и во всех отраслях знаний (за возможным исключением физических наук) и, будучи неустанными путешественниками, знакомы со всеми языками, законами и правовыми системами Европы, доминионов и Америки. Их коллектив в состоянии обеспечить каждому из них знакомства с любым правителем в мире. Они располагают чрезвычайно богатым и глубоким общим фондом информации и интеллекта, которыми обмениваются на своих ужинах – а они взяли за правило собираться на ужины много раз в год, – и в то же время обладают природным даром к управлению. […] Они взяли на себя непростую задачу по формированию неофициального комитета по управлению или помощи в управлении судьбами Британской империи».

Какое лестное обвинение. Большинство членов группы Милнера в итоге вернулись в Англию и оказались на распутье. Одним из путей стало движение «Круглого стола». Даже когда интерес народа к империализму угас, милнериты (как их тогда называли) собирались со своими друзьями и искали способы вернуть империи былую славу. Эти закрытые, но не особо тайные сообщества, такие как клубы «Коэффициенты» и «Соотечественники», были созданы для того, чтобы разобраться, как им получить и то и другое: железную хватку англосаксонского господства над иностранными государствами и ресурсами, а также народную поддержку во времена сентиментальных общественных симпатий. Одни хотели во имя науки возродить расовую гордость (читай: заняться евгеникой), а другие стремились внедрить инновации в пропаганду и манипуляцию обществом, дабы оно никогда не узнало, на что приходится идти во имя короны. Как им победить Германию, подорвать ее престиж и закрепить место Британии в будущем мире науки и новых форм войны? Именно здесь вступили в игру такие люди, как Герберт Уэллс и Бертран Рассел. Креативные специалисты по долгосрочному планированию, обладавшие детальным видением возможного будущего и полным осознанием его цены.

Таков менее упрощенный взгляд на то, как мир пришел к идеям нового мирового порядка.

В отличие от Жюля Верна, Уэллс стал не просто писателем-фантастом – он был философом-пропагандистом, отвечавшим на вызовы своего времени и пытавшимся побудить своих собратьев и чопорных дворян (включая Милнера, в преклонные годы пребывающего в опале) взглянуть на назревающий кризис с другой точки зрения. Все его произведения – это попытка одновременно и расшевелить элиты, и вовлечь общество в эти великие планы. Большинство его старомодных товарищей в группах «Круглого стола» боялись, что Британия навсегда потеряет свое господство, но Уэллс опасался, что Британия уже стала слишком успешной. Он считал своих коллег деградировавшими, медлительными, погрязшими в устаревшей ментальности и лишенными сил для настоящего противостояния. А его книги – это попытка смоделировать последствия закостенелости их мышления и критика стагнации общества. Написанные Уэллсом романы являются чистой полемикой против британской праздности, показывая, насколько эти люди не готовы к внезапным угрозам. Его первым романом стала «Машина врем[215]ени» (1895). Речь в книге шла о гипотетической Британии далекого будущего – прошли десятки тысяч лет, технологическая роскошь и отсутствие тягот превратили население в инфантильных, бесполых, несмышленых неженок, утративших навыки думать, работать и чего-то достигать. Вообще ни разу не раса господ, преисполненная бесконечной мудрости и мужества. Путешественник во времени разочарован в них так же, как оказались бы разочарованы патриоты британской расы, представлявшие будущее совсем иным. «Война миров» (1898) задается вопросом, что же произойдет, если на современную Британию нападут чужеземные захватчики, обладающие технологиями, превосходящими все, что сейчас имеется в распоряжении страны. Уэллс приложил немало усилий, чтобы смоделировать логику того, как неразвитые коммуникации, нестабильность транспортных систем и децентрализованное мышление приведут к катастрофе. Пресловутые марсиане – возведенный в абсолют образ людей, увиденных в будущем путешественником во времени, не зря ведь упоминаются их эволюционные компромиссы: большие головы, немощные тела и полное отсутствие иммунной системы. Все это – аллегория размякшей Британии. Он стремился устранить «подлинную» проблему империи, которая заключалась не в бессилии власти, а в отсутствии коллективистской организации, утопических устремлений и масштабных экзистенциальных угроз, способных пробудить новое поколение бескомпромиссных организаторов, эффективно ведущих дела всего мира. К моменту создания «Облика грядущего» Уэллс уже стал свидетелем мировой войны и пребывал в отчаянии от того, что даже ее оказалось недостаточно, чтобы разжечь настоящую революцию и основать нормально работающую Лигу Наций. Он испытывал отвращение к близоруким и недалеким мировым политикам, особенно американским, и продолжал бороться за то, чтобы открыть людям глаза на светлое будущее: космические путешествия, глобализацию мышления и замену расовой или национальной гордости единой системой элитного управления с помощью пропаганды, ведущей человечество к новым высотам. Он знакомил Милнера и правящие элиты с «Открытым заговором: чертежами мировой революции».

РОДЕЗИЯ

Сесил Родс (1853–1902) известен тремя вещами: созданием африканской алмазной компании De Beers, учреждением стипендии Родса и правлением Родезией, названной в его честь. Настоящий закоренелый традиционный империалист, даже олдскульнее Милнера. Он был готов лгать, мошенничать и стрелять в спину, если это позволяло присвоить еще больше земли, людей и денег. Стипендия Родса предполагала использование его состояния для призыва перспективных «белых мужей» со всего света, которые, как ожидалось, приедут в Англию и впитают культуру и идеи Оксфордского университета. Но ближе к его смерти Родса заставили изменить слово «белый» на «воспитанный». Прогрессивные идеи того времени Родсу были омерзительны.

Вы спрашиваете, с какого перепуга нас должны волновать Родезия и мертвые британские расисты? Потому что Кодзима давно одержим ими. Вспомните, что действие первой его игры Metal Gear происходило в Африке, но подавляющее большинство персонажей в ней были белыми. А знаете ли вы, что в старых играх Хидео Кодзима не преминул затронуть расовый состав армий Биг Босса? Согласно переводу руководства к Metal Gear 2: Solid Snake[216], в вымышленной Занзибарии живет «по сотне представителей каждой расы, включая кавказцев, африканцев, украинцев, русских, узбеков, немцев, китайцев и французов». А о самом Биг Боссе написано следующее: «В конце 80‐х он участвовал в ряде региональных конфликтов и войн за освобождение рас. Его провозгласили настоящим героем, и во многих странах он попал на обложки популярных журналов». Зачем говорить о подобном? Давайте посмотрим, что Кодзима написал в руководстве об истории этой страны (как и выше, выделение мое):

«Провинция Занзибар была населенной этническим меньшинством автономной областью, входившей в состав СССР. Однако в начале 1990‐х годов в результате балтийского и других кризисов там начало набирать обороты оппозиционное движение, недовольное режимом. В 1997-м провинция провозгласила независимость, которую завоевала в ходе Войны за независимость Занзибарии, и стала сильным и хорошо защищенным государством».

В руководстве уточняется, что эта ближневосточная страна завоевала суверенитет благодаря пришедшим «как с Востока, так и с Запада» наемникам, отбивавшим атаки крупных государств; выбор этих слов говорит о том, что Кодзима в своих взглядах, разделяющих мир по этой линии, весьма последователен. Для игры, разработанной в начале 90‐х, когда до социальных проблем [217]никому не было дела, а политкорректность только зарождалась, о расовых вопросах тут говорят слишком много. Должно же что-то значить утверждение, что в стране Биг Босса проживало по крайней мере по сотне представителей каждой расы. Когда читаешь это, может показаться, что Биг Босс – антиимпериалистический освободитель угнетаемых расовых меньшинств, ведь он в итоге спасает их от бомб НАТО и ООН. Разве было бы поспешным выводом сказать, что увлечение Кодзимы могло появиться в ходе изучения британского империализма, Родса, Милнера, Оксфорда, групп «Круглого стола» и Герберта Уэллса?

А что насчет последующих игр? Наоми Хантер ведь родом из самой Родезии. «Да. До 1965 года Родезия принадлежала Англии, и там жило много индийских рабочих. Возможно, поэтому у меня кожа такого цвета, но, если честно, я и в этом не уверена». Она упоминает, что Биг Босс нашел ее в Мозамбике и что в момент своего спасения она была на реке Замбези. Даже если Кодзима хотел сделать акцент на генетической неопределенности, ему незачем было уделять внимание географическим подробностям в предыстории второстепенного персонажа. Он мог бы сказать, что Наоми осиротела в Африке, и поставить на этом точку. Но Кодзима, скорее всего, хотел удивить игроков тем, что светлокожая красавица, с которой флиртует Снейк, не британка, как кажется герою, а уроженка страны, которой больше не существует из-за военных конфликтов. Страны с длинной историей расизма, эксплуатации и западных амбиций. Вероятно, Кодзима хотел преподать Западу урок в его собственной истории, выступив против избирательной благодетельности и кидания понтов на мировой арене.

То же самое касается и Снайпер Вульф – бледнокожей, светловолосой курдской сироты, рожденной на поле боя. Поначалу она кажется типичной секс-бомбой, но позже мы узнаем, что девушка родилась на другом конце света и принадлежит к народу, имеющему европейские и арийские корни. Но это не просто любопытный фактик. Собственно, слово «арии» и берет свое начало в индоиранском регионе, и название Ирана произошло как раз от него. Не думайте об этом исключительно с западной точки зрения. Японская культура сама прошла период одержимости расовой чистотой и евгеникой, так что японцам есть что об этом сказать. Кодзима хотел раскрыть нам глаза на эту тему и нашел ее подходящей для своей игры о генетике, вышедшей после так и не добравшейся до Америки [218]Metal Gear 2: Solid Snake. Придать этим темам новый, привлекательный облик – сексуальных стереотипов, у которых за спиной оказываются такие истории, – что может быть лучше? Спору нет, тематически вся игра сводится к важности генетики и врожденных инстинктов – выживание и размножение занимают [219]немалую часть дискуссий между персонажами. И тайные элиты, сделавшие ставку на эти инстинкты, эксплуатируют персонажей по полной.

Не стоит забывать и о Райдене, родившемся в африканской Либерии. В сиквеле MGS1 уже нет такого упора на генетику, но финт тут тот же самый. Просто нереально найти более голубоглазого блондинчика. Дав ему прозвище «Белый дьявол», Кодзима в очередной раз перевернул смысл увиденного нами, позволив сделать неверный вывод. Согласно изначальной задумке, каждый раз, когда Райден кого-нибудь убивал, на экране должен был появляться флаг Либерии, уменьшающийся до тех пор, пока не станет понятно, что это не флаг США, как можно сначала подумать из-за схожести их дизайна. Кажется, это убедительное доказательство того, что, даже если Кодзима не собирался всерьез включать это в игру, он не перестает мыслить в категориях генетических и расовых связей. Неспособность Райдена вспомнить собственное прошлое только усиливает важность этого, поскольку он отказывается признать содеянное им в Африке и, следовательно, отрицает и свое миметическое происхождение. Снайпер Вульф и Наоми, белые жертвы чужих войн, родились на полях сражений и пронесли эти психологические травмы через всю свою жизнь. Но не Райден. Вполне вероятно, что Кодзима сделал его таким несведущим именно потому, что геймерам эти истории были совсем не интересны, а вопросы об этих странах и их лишениях под британским правлением, которыми они должны были задаться, так и не возникли.

В целом мне кажется неоспоримым, что Кодзима зациклен на расовом составе стран и роли, которую играли в них белые люди, начиная как минимум с Родезии. Следующим шагом будет вспомнить об англо-японском союзе 1902–1923 годов, возникшем в ту же самую эпоху и когда Великобританией правили все те же люди. Для Японии расторжение союза обернулось катастрофическими последствиями и непосредственно повлияло на жизнь семьи Кодзимы и поколение его родителей, что дает больше оснований полагать, что он вдохновлялся предательством Великобритании и ее забытой ролью мировой империи зла. Еще задолго до прихода Гитлера к власти Германия считалась британской разведкой и группами «Круглого стола» опасной, экспансионистской, авторитарной империей, которая подлежит уничтожению, дабы мир мог быть освобожден доблестными англичанами. Американец о подобных заявлениях, сделанных еще до мировых войн, может думать что ему заблагорассудится, но нам следует понимать, что у Японии есть свой взгляд на действия Германии в отношении Британии и тут все не так однозначно. Британия Японию предала, Германия накачала ее зомбирующей идеологией, а Америка сбросила на страну две ядерные бомбы. И с тех пор Япония является марионеткой той самой сверхдержавы, которая сеет по всему миру войны, прикрываясь добродетелью. Теперь-то хватит оснований, чтобы понять, что в подтексте своей шпионской саги Кодзима прячет важные геополитические и исторические уроки?

МИР НАИЗНАНКУ

Биг Босс говорит нам: «Изначально Зеро собирался воплотить в жизнь волю Босс – глобальное мировое правительство… Скрытый мир для посвященных». А Биг Мама говорит, что «он был одержим идеей внешнего контроля над внутренним миром людей». Снейк же утверждает, что он «скрывает тень внутри». Можно сделать вывод, что Кодзима пытается тут представить Аутер-Хевен в другом свете, как противопоставление мировой технократической скрытой империи Зеро (читай: Британии), где страны управляются посвященными членами элиты (как надеялся Бертран Рассел). Думаю, справедливым будет сказать, что выбор майора Зеро в качестве главы «Патриотов» и нового мирового порядка тут совсем не случаен. Он – британский офицер старой закалки, уже поседевший и морщинистый к моменту событий Snake Eater. Майор участвовал в разгроме Германии во Второй мировой войне. Он – воплощение зародившихся в мировых войнах тайных операций британской разведки, воплощение саботажа и манипуляций, которые велись руками посвященных идеалистов, таких как Босс (рожденная «Философами»), и наивных американских воинов, таких как Биг Босс. Возможно, в картине мира Кодзимы в самом деле существует коалиция манипуляторов, дергающих за ниточки изнутри, а мы снаружи проживаем свои жизни, находясь под постоянной угрозой со стороны этих сил.

В продолжение темы Отакон говорит, что дом Санни находится внутри компьютера и она может «видеть внешний мир, только находясь внутри». Наоми не в восторге от такого образа жизни и высказывает Отакону: «Считай, что она еще даже не родилась. Все еще сидит в утробе… Ей нужно начать настоящую жизнь». Старый Снейк пытается вырваться наружу из-под контроля скрытых сил. Биг Босс хотел вырваться наружу. Пока «Патриоты» растят похищенных детей как своих посвященных членов, Биг Босс набирает в свои ряды сирот войны, освобождая их и давая им шанс дать отпор этому мировому порядку. Он использует их как оружие против великого зла. Кодзима считает, что настоящая жизнь идет только снаружи, там, где хватка технократии слабее всего. Жизни в контролируемом ею компьютере нет. Надвигающаяся опасность «скрытого» нового мирового порядка, который поглотит всех и вся, и есть самая большая угроза в игре и, получается, во всей серии. Таков истинный контекст Зеро, британского серого кардинала, и его мира прокси-войн и искусственного интеллекта. В кульминации саги Кодзима связывает воедино свои самые старые идеи и придает им новый смысл. Военная база Аутер-Хевен всегда была символом тирании и терроризма, но теперь обретает другое значение: сопротивление Системе, военной экономике и технократическим силам, которые своим тотальным контролем уничтожают величайшее достижение человечества – рынок идей. Загадав нам эту загадку, Кодзима почувствовал, что наконец-то сможет закончить серию, сделав свой замысел и свой «смысл» доступными миру – пускай они и скрыты в глубинах «Игры в стелс».

4

КРАСАВИЦА И ЧУДОВИЩЕ

Ах да, нам еще следует задуматься, почему Кодзима решил подчеркнуть, что Ито вырезал из своей книги «ключевых» персонажей и темы, не использовав в ней отряд «Красавицы и Чудовища». Звучит интересно, как будто упущено что-то очень важное. И в нашем анализе мы до сих пор не придавали этому особого значения. Сама идея, что «чудовища» – создания противоестественные и заслуживающие только смерти, говорит о том, что они действительно спорные и притянуты за уши – а следующим играм серии это на пользу не пойдет. Это на самом деле так важно в новеллизации? Что такого важного Кодзима хотел донести до игроков, введя эту метафору? А это просто еще один прекрасный образец «Игры в стелс».

Берем старую французскую сказку восемнадцатого века, студию Уолта Диснея, отличную анимацию и песни – и вуаля, получается шедевр! В знаменитой диснеевской экранизации 1991 года рассказывается о прекрасном принце, превращенном в отвратительное существо проклятием, которое будет снято только тогда, когда найдется та, что полюбит монстра, несмотря на его ужасающую внешность. Миловидный и богатый мальчик был слишком заносчив, и теперь ему и его прислуге суждено страдать, пока он не разберется в своих жизненных приоритетах и не научится быть настоящим человеком. Его внешность – это отражение его души. Пока его сердце черно, то и внешность останется такой же отвратительной. Но срок для снятия проклятия истекает – если он не поторопится, то останется чудовищем навсегда. То да се, и вот у него в плену оказывается главная героиня – красавица Белль. Хотя он бы предпочел завоевать ее расположение и относиться к ней как к постоянной гостье, если вы понимаете, о чем я.

Кодзима упоминал, что сам предпочитает французскую экранизацию 1946 года за авторством Жана Кокто. Эта история попроще и не такая поэтичная, как диснеевская, но ближе к тексту оригинальной сказки. Принц превращен в чудовище не за высокомерие или нарциссизм, а за то, что его родители не верили в духов, которые такого [220]неуважения стерпеть не могли и прокляли мальчика. И там нет никаких временных рамок и требований найти любовь – только проклятие, с которым ему суждено жить до смерти. Но, судя по всему, проклятие переходит на грабителя, который проникает в замок и попадает там в ловушку. А Чудовище тем временем умирает у Белль на руках от разбитого сердца и долгой разлуки, но проклятие уже снято, и он воскресает в облике прекрасного принца. Значит, скоро свадьба.

В ФИЛЬМАХ В ЦЕНТРЕ ВНИМАНИЯ НАХОДИТСЯ КРАСАВИЦА БЕЛЛЬ, НО В METAL GEAR SOLID 4 МЫ НАБЛЮДАЕМ ЗА ЧУДОВИЩЕМ. ЖЕРТВОЙ ЭТОГО ПРЕОБРАЖЕНИЯ СТАЛ ПРЕЖДЕ ПРЕКРАСНЫЙ СОЛИД СНЕЙК.

В фильмах в центре внимания находится красавица Белль, но в Metal Gear Solid 4 мы наблюдаем за Чудовищем. Жертвой этого преображения стал прежде прекрасный Солид Снейк. Неужели и его прокляли за высокомерие и эгоизм? Он решил уехать с Мэрил в закат и стать новым человеком, но вместо этого отверг ее. Теперь все твердят, что он чудовище, да и сам Снейк говорит, что «никакая красавица не спасет такое чудовище». Но что все это означает? Кодзима просто вставляет топорную отсылку к шаблонным счастливым концам и обращается к самой очевидной сказке, чтобы донести свою мысль? Или он выстроил всю идею вокруг морали этой истории и хочет, чтобы мы обратили внимание на конкретные темы, которые нужно аллегорически сравнить?

Самая очевидная отсылка: названный «ключевым» отряд «КиЧ» – кошмарные снаружи, но прекрасные внутри. Мы уже говорили о том, что изначально они кажутся нам технологически усовершенствованными чудовищами, но во второй фазе битвы хотят одного – заключить Снейка в свои любящие объятия. В каком-то смысле на вас возложено бремя выбора – убить этих безжалостных психопаток или исцелить, проявив к ним любовь и милосердие. Кто они – исчадия ада или бедные жертвы? Вам решать. Выбор нелетального пути отражается в кат-сценах и точно должен что-то значить, но только не относительно сюжета – другие персонажи никак не реагируют на ваш выбор убить их или пощадить. Выходит, это должно нести в себе тематическое значение. И тут интерпретация склоняется уже в сторону диснеевской версии, потому что, несмотря на слова Кодзимы о его предпочтении французского фильма, здесь четко прослеживается тема того, что без обретения настоящей любви от проклятия не избавиться.

Старый Снейк не может предложить миру ничего, кроме умения убивать. Он – бесплодное, бессмысленное чудовище, неспособное оставить после себя наследие или сделать мир лучше. Старый Снейк – метафора переживаний Кодзимы на данном этапе его карьеры, это пессимистичное признание поражения со стороны создателя игры. Он много лет боролся за то, чтобы передать что-то следующему поколению, но вместо этого просто дожил до момента, когда его усилия оказались сведены на нет растущим спросом на «войну», или, другими словами, на новые сиквелы. Мне кажется, что, подобно тому, как игрок может решить судьбу отряда «КиЧ» в знак уважения концовки «Красавицы и Чудовища», мы, как фанаты, закрывшие глаза на многие темы франшизы, должны прочувствовать коллективную ответственность за то, что не смогли снять проклятие со Старого Снейка. Кодзима, как и Старый Снейк, признал тщетность своих стараний. В этой метафоре мы – «красавица», и в наших руках власть либо отвергнуть, либо принять скрытую суть серии, несмотря на ее очевидную жестокость. Да, на первый взгляд Снейк кажется черствым и жестоким, что логично, ведь и игры серии скрывают свою суть за шпионажем и убийствами. Передать свои гены Снейк тоже не способен, но он клянется начать все сначала и попытаться научиться жить ради кого-то другого – ради Мэрил. Он должен был переродиться в мудрого наставника и вместе с Райденом изменить мир к лучшему. Он должен был стать человеком. Но в аллегории Кодзимы этого не происходит, потому что творец застрял в замке, делая все новые и новые игры про войну, так что не будет никакого счастливого конца для Снейка. Без любящей его Белль Чудовище так и подохнет Чудовищем. В диснеевской версии есть и конкурирующий ухажер, добивающийся руки Белль, – охотник Гастон. [221]Это эгоистичное, быдловатое хамло требует, чтобы Белль вышла за него замуж, но рвет и мечет, когда получает отказ. Все души в нем не чают, но Белль – девушка проницательная, видит его насквозь. Если в этой аналогии игрок – это Белль, а Старый Снейк служит метафорой Чудовища, тогда единственным подходящим персонажем на роль Гастона остается переродившийся Райден, сражающийся в качестве главного героя за любовь фанатов. (Белль – это лично ты, красавчик. Или красавица.) Помните тизер-трейлер 2005 года, где Райден и Снейк сражаются за место Главного героя? Не исключено, что Кодзима намекал на параллели между этими историями еще до того, как показал первые кадры игры. Да, от обещания сделать Райдена любимцем фанатов глаза лезли на лоб, но он знал, как это провернуть. А тем временем все было готово для отправки Старого Снейка на свалку истории. Сдается мне, перед нами интересно переиначенная концовка «Красавицы и Чудовища». Удручающая реальность, а не сказка.

Райден совсем как Гастон – безмозглый сгусток тестостерона, символ всего, от чего сходят с ума любители экшена. Нет, он не обнаглевший амбал с чудаковатым напарником, но, опять же, тут и сеттинг совсем другой и набор персонажей немного отличается. Райден – анимешный эмо-крутан, размахивающий мечами направо и налево, в перерыве изо всех сил жалеющий себя. Но, как и в фильме, возникает вопрос: кто же настоящее чудовище? Ведь мы видим, как нечеловеческие суперсилы Райдена противопоставляются мучениям Старого Снейка, которому, даже чтобы переставлять ноги, приходится колоть себе всякую дрянь. Кто из них больше заслуживает любви игрока? В любом случае главного героя выбирать не нам. Мы можем только наблюдать, как последняя (якобы) работа Кодзимы над серией завершается желчью, издевательством, роялями в кустах, жалостью к себе и аллегорией искупления через самопожертвование.

5

ВОСХОДЫ И ЗАКАТЫ

Анализ игр в поисках посланий и смыслов – одно дело, но для понимания контекста неплохо бы учитывать окружающие обстоятельства. Экономический коллапс, плюс-минус совпавший по времени с выходом финальной главы великой саги Кодзимы, сегодня называют мировым экономическим кризисом 2008 года, и именно он вызвал Великую рецессию, последствия которой ощущаются и поныне. Понимание его влияния на мир инвестиций позволит нам начать реконструировать эпический просчет Kojima Productions. Это история о гордыне и смирении.

Мировой финансовый кризис взялся не из воздуха. Ну, то есть в каком-то смысле… Нет, все-таки он возник не сам по себе. Его корни находятся в запутанной псевдологике финансовых и инвестиционных афер, восходящих к 1999 году и компании Enron, которая дурила инвесторов с помощью обещаний золотых гор и сложнейших бухгалтерских махинаций. Мошенничество превратилось в искусство. Финансовые заговоры, инсайдерская торговля и юридические хитросплетения стали новым модным ремиксом американской мечты: вместо того чтобы потеть на работе, стремясь к лучшей жизни, вы лгали инвесторам и создавали видимость успешности – никакого вклада в общество, зато куча бабла. Реальные бизнес-модели и рентабельность стали пережитками прошлого. Деньги теперь зарабатывались путем освоения нарративно-инвестиционного комплекса, и в этом деле Enron не было равных. До своего исторического банкротства и последовавшего уголовного расследования компания шесть лет подряд называлась журналом Fortune «самой инновационной компанией Америки». Только подумайте. Умнейшие люди мира покупали глупейшие сказки и поплатились за это. Принятые в результате нормативные акты и дерегулирования закрыли несколько лазеек, но не устранили основные проблемы, так что ушлые банкиры нашли способ, как стимулировать экономику с помощью иллюзий. Жадности их не было предела, поэтому они пошли еще дальше. Так они создали нарратив, в случае краха выставлявший во всем виноватыми домовладельцев из рабочего класса. И пока этот крах не наступил, гребли деньги лопатой. Когда все наконец крякнулось, то подорвалась покупательная способность рабочего класса, обанкротился один из крупнейших банков мира и перед миром предстал нарративно-инвестиционный комплекс. Слова «слишком велик, чтобы потерпеть неудачу» стали новым нарративом. Но любви населения он не сыскал. Налогоплательщикам пришлось не только собирать свою жизнь по кусочкам после потери права выкупа недвижимости, разводов и рухнувших надежд, но и спасать этих проворовавшихся гигантов и коллективно оплачивать их счета. Справедливости не будет. В свою очередь, пострадали все отрасли, зависящие от внеплановых потребительских расходов – люди затянули пояса и начали экономить. В такие времена всегда интересно наблюдать за индустрией развлечений. Например, можно было бы подумать, что видеоигры напрочь исчезнут из семейных бюджетов, поскольку это не предмет первой необходимости, но при пересчете часов забавы на доллар сделка оказывается крайне выгодной – поэтому мир и завоевала Nintendo Wii. Идущая в комплекте с консолью многопользовательская игра полюбилась игрокам любого возраста и социального статуса. В то время, пока кинотеатры и прокат фильмов выживали как могли, загорелась яркая звезда Netflix – люди были совсем не против получить бесконечные часы контента за символическую плату! Смартфоны, которые казались дорогущими предметами роскоши, в итоге стали рассматриваться как ценные инвестиции, тоже не обделенные контентом, да к тому же с [222]невероятным выбором бесплатных или всем доступных приложений; они могли заменить собой десятки других покупок, а по мере выпуска новых приложений, подкастов и контента их ценность только росла.

Однако, понимая логику взаимодействия, мы видим, что психологическое, нарративное воздействие краха было в некотором смысле важнее, чем реальные долларовые прибыли и потери. Трусливый «медвежий рынок» отказывается кредитовать, инвестировать и рисковать, но многим компаниям для создания новых продуктов [223]необходимы и серьезные инвестиции, и займы, так что эта неопределенность карает их за шаги в новых направлениях. Представьте себе типичного инвестора – беби-бумера, разумеется. У большинства таких воротил, если их капитал был вложен в сектора, страдающие от последствий краха, уже нет денег и смелости для финансирования сумасбродных идей – а тут еще, согласно нарративу, потребители единогласно решили стать скупердяями. Эти акционеры ищут способы извлечь выгоду из режима повышенной экономии, инвестируя только в то, что ценно. Они прессингуют членов советов директоров и руководителей компаний, акции которых держат. Посредством невыносимого давления убирается все лишнее, оптимизируется бизнес-модель, и компания сосредотачивается на производстве дешевых, безотказных продуктов. Сейчас не время для дорогостоящих прыжков в неизвестность.

Что это означало для Kojima Productions в 2008 году? Возможно, что сейчас не лучшее время для амбициозных и экспериментальных игр. Вот только именно их разработкой компания и занялась.

ЗАБВЕНИЕ

Типичное для Хидео Кодзимы дело. Несмотря на все усилия по разработке сложного и запутанного плана, вся работа осталась незамеченной фанатами. Он надеялся, что вещи вроде фейкового телевидения вызовут бурный резонанс, но они оказались пшиком. Провокационный отряд «КиЧ» и сказочные мотивы никто не оценил. Арии из Африки или с Ближнего Востока (или в случае Евы – из Китая) воспринимались как обычные персонажи без полемической ценности. Практически все элементы «Игры в стелс», рассмотренные в этой книге, остались в геймерском сообществе без внимания, и поэтому я подробно на них остановился. В какой-то степени эта туманность была намеренной, Кодзима сам выбрал путь тонких намеков и подтекстов. Но вряд ли помешанный на контроле японец рад тому, что не смог завладеть умами своих поклонников. Даже Ито, фанбой из фанбоев, знакомый с исходными японскими версиями, так и не смог постичь важность тем, выбранных Кодзимой. Столько работы, и все зря.

Этот паттерн я называю «потерянным замыслом». Геймеры легко ловятся на хайп грандиозных обещаний и ерзают в геймерском кресле в ожидании новых трейлеров и новостей, но как только игра выходит, они быстренько ее пробегают и забывают. В лучшем случае она оставит парочку мемов, которые начинают жить самостоятельно, но зачастую они расходятся с реальными целями продукта, а не отражают их. Даже если дизайнер стремится сломать шаблон или идет на серьезный риск, у игры редко получается оставить после себя впечатление, задуманное автором. В индустрии полным-полно разработчиков, которые верили, что их дизайнерские решения поразят геймеров и заставят говорить о них весь мир, а потом обнаруживали, что геймеры творческий гений пропустили или сразу же о нем забыли. Но самое печальное, что если что-то так и остается незамеченным, то считается, что этого никогда и не было – или, скорее, что ленивые разработчики сделали такую скукотищу, что она просто не запомнилась. В этом суть «потерянного замысла»: незамеченные попытки что-то сказать изгоняются в небытие. Мы хороним реальную историю разработки игры, когда принижаем значение дизайнерских решений, над которыми кто-то безустанно корпел и считал их новаторскими и дерзкими. Потерянные замыслы повсюду. И Кодзима тут не одинок, хотя он может оказаться самым интересным в этом плане гейм-дизайнером.

Для наглядности рассмотрим несколько примеров. Действие Metal Gear Solid Mobile происходит между событиями MGS1 и MGS2, когда Отакон и Снейк решают вместе бороться с появлением новых «Метал гиров». Игра преподносилась как недостающее звено серии, и Кодзима никогда не отрицал ее каноничность. Неважно, принимал ли он участие в разработке или нет – если она им одобрена, то имеет все шансы стать важной частью хронологии Metal Gear. По сюжету Снейк, как обычно, куда-то снейкается и получает детали миссии от Отакона, но вокруг творится что-то странное, особенно при звонках по «Кодеку». Позже узнаем, что вся миссия – VR-симуляция, внутри которой заперт Снейк. Он был «схвачен, накачан препаратами и помещен в симуляцию для наблюдения». «Отакон», с которым он все это время говорил, оказывается ИИ, притворяющимся его другом – но настоящему Отакону удается достучаться до Снейка! Самый настоящий Отакон в мире доказывает, что он и правда он, советуя Снейку расспросить другого Отакона о событиях их первой встречи. ИИ-самозванец задачу проваливает, раскрывая себя. Оказывается, для разоблачения VR-симуляции нужно лишь оспорить ее хрупкие иллюзии. Герои приходят к выводу, что тот, кто дергает тут за [224]ниточки, обладает практически неограниченными ресурсами, предполагая, что это «Патриоты». И в финале во время битвы с последним боссом начинают глючить текстуры окружения, обнажая истинный вид VR-конструкта. Игра заканчивается разочаровывающим черным экраном и сообщением об ошибке. Симуляция завершена. Два голоса (в виде текста) ведут беседу о провале симуляции и о том, что испытуемый оказался слишком изобретателен, чтобы предоставить им необходимые данные. Они говорят, что потребуется другой подопытный – с более «впечатлительным разумом». А память Снейка сотрут и используют вместо него «Джека». Этот неожиданный финал предваряет события MGS2, буквально заверяя, что это будет VR-миссия, нацеленная на тестирование Джека и сбор ценнейших данных; короче, это тот самый план селекции социального сознания, вокруг которого и вращается сюжет MGS2. А начав игру заново после прохождения, игрок получает в свое распоряжение VR-очки, удаляющие из мира все текстуры, позволяя увидеть его таким, какой он есть на самом деле: безжизненный тренировочный VR-конструкт без реальных людей или объектов. Эти сюжетные повороты, пусть даже и в простой мобильной игре, должны были стать шокирующими и открыть глаза на правду всем, кто до сих пор не понял, что MGS2 – это VR-симуляция. Да, «потерянный замысел». Конечно, от этого легко отмахнуться, сказав, что это всего лишь игра для телефона, но дело-то не в этом. Речь идет о том, чего добивался автор, а не о том, принесло ли это плоды. Мнение хардкорного геймера всегда игнорирует реальность деловых решений и рисков, на которые приходится идти разработчикам, но аналитики смотрят глубже. Рынок мобильных телефонов считался новой масштабной отраслью для инвестиций с бескрайним потенциалом. До того как на рынке начали доминировать App Store и смартфоны, многие компании (особенно японские, такие как Sony и Konami) верили, что обыкновенные мобильники эволюционируют в консолеподобные девайсы – с кучей специальных кнопок и джойстиками. Мысль о том, что, свайпая и тапая по гладкому куску стекла, можно будет играть в настоящие игры, вызывала только смех. История доказала, что смеялись не зря. Именно поэтому Sony вкачала немало ресурсов в разработку пригодных для игр телефонов, а Konami постаралась сделать самую лучшую игру для мобильников. В результате получилась Metal Gear Solid Mobile. Предпочти пользователи не стеклянные обмылки, и ход разработки мобильного софта сильно бы изменился. Ну и все бы смогли поиграть в незнакомый теперь шедевр Kojima Productions и ознакомились с квазиканоническим сюжетом.

Другим примером потерянного замысла служит вступительная песня из MGS4. Это единственная песня в основной линейке с текстом не на английском языке. Если не считать MGS1, где Кодзима придумал только название, оставив выбор жанра и слов другим людям. Если вы не знаете иврит, то Love Theme из MGS4 не скажет вам ничего. А много ли из вас знает этот язык? Но это был намеренный выбор, обыгрывающий тему «смысла» и вещей, которые нельзя передать буквально. Так же дела обстояли и с грандиозным десятилетним планом по превращению Райдена в следующего героя серии [225]Metal Gear. На этом я и хочу заострить ваше внимание в оставшейся части данного раздела.

Придется взглянуть на ситуацию глазами Кодзимы. В книге «Кодзима – гений» рассказывается, как MGS2 должна была перечеркнуть все наши ожидания, дать Кодзиме полный творческий контроль над собственной серией и заставить игроков пересмотреть свои взгляды на отношения с видеоиграми и с самими собой. Увы, все оказалось зря. Обо всех дизайнерских решениях и сюжетных ходах MGS2 уже сказано много нелестных слов, но это вовсе не признание истинных замыслов дизайнера, принимавшего эти решения. Если бы мир видеоигр понимал замыслы Кодзимы, то не появился бы посвященный Metal Gear сайт мистера Вулфа и отпала бы нужда в написании «Кодзимы – гения». Нет, люди посчитали, что он попытался всем угодить и потерпел неудачу. Первая часть этой книги рассказывает о том, как Кодзима собирался доказать ошибочность этого предположения: это были не неудачи, а «потерянный замысел». MGS3 не только продемонстрировала его верность аудитории, но и подтвердила его способность давать людям то, что они хотят. В ней были заложены прозрачные намеки на его предпочтение скрывать свои истинные намерения – то, что я и называю философией «Игры в стелс». Эта философия гарантирует, что придется иметь дело с кучей «потерянных замыслов», но он был готов заплатить эту цену, чтобы сохранить рассудок и избавить себя от позорных откровенных нравоучений и неловкого общения с фанатами. Как мы узнали из его слов о Сатоси Ито, Кодзима считает, что ответить поклонникам может только через свои игры, и вот тут-то и становится ясно, что эти игры пытались сказать и как они это делали. Понимаете? Это все один долгий и обстоятельный разговор. Но прежде чем он станет для нас важным, мы должны признать его существование.

Кодзиме, как настоящему художнику, требуется куда-то изливать свои чувства, даже если их придется искусно завуалировать. Но со своей точки зрения, он кричал на игроков, пытаясь заставить их понять увиденное. Трудно сказать, верил ли Кодзима, что с помощью каждого трейлера и крупицы информации умело манипулирует их надеждами и опасениями, но стоит только представить себя на его месте, и станет понятно, сколько усилий было вложено в эту странную форму медиа-диалога. Разговор между Роуз и Райденом в «Удалителе змей» намекает на то, что после Metal Gear Solid 4 он планирует взяться за светловолосого героя, даже несмотря на то, что на протяжении ролика того чмырили и унижали. Трейлер MGS4, где Райден падает в бездну (на радость фанатам), тоже задумывался как жирный намек – в конце концов Райден выбирается из тьмы и занимает место Главного героя. А в самой игре контекст мотива «Красавицы и Чудовища» (который Кодзима назвал «ключевым») задумывался как двойной удар из противоречий и неоднозначности. Все, что касается возвращения Райдена, выглядит так, будто хищник подкрадывается к своей жертве: вот его признают ненавистным ничтожеством, вот выставляют жалким посмешищем, но происходит внезапный финт ушами – и он провозглашен новым героем. Геймеры что, и правда такие наивные, чтобы купиться на эту анимешную туфту про киберниндзя? Кодзима считал, что да. Поэтому и предсказал это через свою аллегорию несказочного конца.

На самом деле, в MGS4 можно обнаружить много «потерянных замыслов», связанных с долгосрочной стратегией Кодзимы. Возьмем, к примеру, заключительную реплику из игры, после всех шокирующих поворотов, эпилогов и прощальных речей. Последнее, что мы видим, – еще одна сцена, где Санни жарит яичницу. Да, наблюдали мы это уже не раз. Имейте в виду, Отакон только что сказал, что не может оставить Снейка на закате его жизни, и пошутил, что надеется, что ему не придется терпеть стряпню Санни в одиночку. «Все к столу! Готово! Выглядит… вкусненько. Напоминает солнышко… А вот и восход», – говорит маленькая оптимистка. Почему это последние слова в игре? Нас только что провернуло через эмоциональную мясорубку: мы вновь встретились с Биг Боссом, узнали, что Солиду Снейку осталось совсем недолго, и начали осознавать, что вот он – финал любимой франшизы. Несмотря на то что я внимательно следил за всеми дискуссиями про MGS4, как до ее выхода, так и после, я никогда не слышал, чтобы кто-то отмечал важность финальной сцены. Кажется, что она добавлена от балды. Хотя получилось миленько. Но в ней скрыто очередное важное послание. Снейк – на закате своей жизни, его солнце заходит навсегда. Но скоро наступит «восход» нового «Солнышка». Санни всегда готовит исключительно глазунью, похожую на маленькие солнца, что символизирует ее безудержный оптимизм, но Кодзима дарит ей финальную сцену, подчеркивая ее важность для будущего серии. Только подумайте. Санни – супергений, ответственный за уничтожение глобальной системы «Патриотов». По сути, человечество обязано ей своим будущим больше, чем Солиду Снейку, – это же не он перепрограммировал ИИ, сделав его благодетелем и помощником населения планеты. Она буквально вершит судьбу мира и поэтому может стать ведущим экспертом касательно всех грядущих перемен в обществе. Веселая милаха напрямую связана с «Патриотами», Ольгой, Зоной 51, Райденом – да и вообще всеми, кто остался жив к моменту свадьбы Мэрил. Она знакома с Солидом Снейком, Отаконом и еще со многими другими ключевыми персонажами и, так сказать, стала свидетелем последних дней старого мира. Санни – идеальный напарник для Райдена в следующей игре.

Наоми: Снейк, послушай меня. Наша страна вновь стала невинным ребенком. Скоро взойдет новое солнце. Теперь будущее в ее руках. Снейк… время пришло.

Америка стала ребенком. Она невинна, полна надежд и получила символический талисман в лице Санни. В то время как жизнь Снейка затухает в печальном закате, на горизонте восходит новое солнце. И снова следует вспомнить, как Кодзима всю игру напирает на слова о том, что Райден подобен молнии посреди дождя. По его мнению, это тонкий способ намекнуть, что, когда в мире возникнут проблемы – а они, без сомнений, возникнут, должна же откуда-то взяться угроза для новой Metal Gear, – это будет похоже на внезапный ливень в освещенном солнцем мире. И Райден, подобно вспышке молнии, сразит явившееся в этот мир зло! Неплохо, ну правда же? Кодзима обожает каламбуры и в MGS4 продумал их с особой тщательностью. Да, MGS4 – не просто прощание со старым миром, но прочный фундамент для нового.

ВОСХОД НЕ ВЗОШЕЛ

Для Kojima Productions 2009 год стал особенным. Через год после окончания саги о Солиде Снейке Хидео задумал кое-что еще. Зная, что с легкостью может вить из игровой прессы веревки, он поднял неслабую шумиху новым тизерным сайтом с изображением равнины и надвигающейся бури, а обратный отсчет времени намекал на что-то очень важное. Фанаты моментально начали строить догадки и выдвигать различные теории – узнать ответ не терпелось всем. Популярные комики и пародисты Mega64 даже высмеяли все эти домыслы в видеоролике под названием «Код Кодзимы», делая вид, что находят в облаках странные объекты, преисполненные намеками и глубоким смыслом. 26 мая отсчет закончился, и на сайте появилось изображение Биг Босса в берете, теперь уже средних лет и выглядящего очень сурово. Правда откроется спустя [226]несколько недель.

Когда подошло время, Кодзима неожиданно для всех появился на пресс-конференции Microsoft. А ведь раньше разработчик работал почти исключительно с Sony. Шок! Скандал! Там он представил Metal Gear Solid Rising,[227] которая должна была выйти и на Xbox 360, и на PS3. На самом деле показали только интригующий рендер киберниндзя-Райдена, один глаз которого закрывает бандана или какой-то ремешок. Примечательно, что подзаголовок на этот раз гласил не «тактический шпионский экшен», а «молниеносный экшен», а буквы в слове «Rising» выглядели максимально угловатыми и разрезанными на части. Об игре не было сказано ничего дельного, но, несмотря на появление Кодзимы на сцене, фанаты узнали, что над Rising работала совсем другая команда, а он не стоял во главе разработки. В каком-то смысле ничего удивительного в этом нет, ведь вся суть MGS4 и заключалась в том, чтобы передать дела следующему поколению. Но на той же E3 Кодзима признался, что вернулся к работе над новой Metal Gear. Ей станет квазисиквел Metal Gear Solid: Portable Ops под названием Metal Gear Solid: Peace Walker[228]. Ни одна из этих игр не осмелилась взять на себя ношу монументальной цифры «5», породив вопросы о том, что является каноном, а что – спин-оффом. В итоге нам сказали, что обе игры каноничны, а Rising просто станет отдельной серией. Но вопросы и опасения остались.

Большинство предполагало, что раз уж Райдену расчищен путь к креслу Главного героя, то Rising станет сиквелом MGS4. Но в течение месяцев и даже после Tokyo Game Show фанаты блуждали в потемках относительно того, что же представляет собой игра. Не было ни новых трейлеров, ни скриншотов, и игра начала обрастать слухами. Ее отсутствие на TGS оказалось слишком уж заметным на фоне пышных презентаций Peace Walker и ее уже готовой загружаемой демоверсии. Непоняток добавили и слова Кодзимы о том, что сейчас идет соперничество между двумя командами с целью выяснить, кто из них сможет сделать лучший продукт. Новая команда, использующая всю мощь домашних консолей, против опытной команды Кодзимы, работающей со слабенькой портативкой. Только на E3 2010 игроки наконец узнали, что Rising задумывалась как приквел, и увидели трейлер игры. Продюсер Сигэнобу Мацуяма и режиссер Минэси Кимура рассказали журналу Famitsu, что речь пойдет о событиях, предшествующих [229]MGS4, а точнее, о спасении Санни. И о том, что для поддержания работоспособности ранней версии кибертела Райдену нужно постоянно разрубать вражеских киборгов и хлебать их густые плазменные соки. Стоп, что?

Видеопрезентация положение не спасла. В чудовищно жутком, но лишенном всяких эмоций ролике Райден молча кромсал солдат без всякой причины на такое жестокое обращение с людьми. Высокоточный замедленный режим игры позволял подбросить противника в воздух и отрубить ему ноги, задев в процессе и часть руки, и, в конце концов, разделать его на мелкие кусочки до того, как ошметки упадут на землю. Геймплей был ориентирован на возможность с микронной точностью рассекать все, до чего только сможете добраться: каменные колонны, припаркованные машины, вообще что угодно. Весь мир мог стать вашей разделочной доской. А на экране мелькали фразы «Кромсай когда угодно» и «Кромсай что угодно». Но, по словам разработчиков, в игре все же должны были присутствовать элементы стелса. В различных интервью команда говорила, что хочет сфокусироваться на сражениях на катанах, а не на бессмысленной резне. Они хотели показать, что существует большая разница между шинкованием робота и человека. Допускалось, что игроки смогут пощадить людей-противников и убежать, прорубив себе путь через заблокированную дорогу – пацифистский посыл в игре, первыми кадрами которой стала лихая резня беспомощных солдат, которые даже не реагируют на то, что их друзей калечат и нарезают на аккуратные ломтики у них на глазах. Позже появились заявления, что игра станет самостоятельной серией с последующими сиквелами, что вызвало еще больше вопросов о том, как можно провернуть такое с помощью приквела, объединяющего две другие игры.[230]

А за кадром проект переживал глубокий кризис. Без четкого авторского видения, позволяющего принимать сложные решения, все свелось к тому, что идеи вбрасывали все подряд: программисты, режиссеры, продюсеры, сценаристы и наверняка кто-то еще. Шло время, но объединить команду под одним флагом так ничто и не могло. И тянуть резину они будут еще очень долго. Peace Walker вышла в середине 2010 года, но даже в следующем году Rising не подавала никаких признаков жизни. Геймеры начали понимать, что с игрой что-то не так, составляли списки пожеланий к ней и потихоньку теряли интерес – сообщество оказалось захвачено дискуссиями о Peace Walker. И только в декабре в Kojima Productions официально объявили об отмене игры. Кодзима решил передать ее в заботливые руки Platinum Games – создателей Mad World (2009) и культовой Bayonetta (2009), – где она будет переосмыслена как сиквел, и создана лучшими людьми Kojima Productions и команды Platinum. Что ж, грандиозный план великого приключения Райдена и его будущее как нового героя серии пошли прахом – хотя поклонники игры от Platinum могут сказать, что они возродились из пепла, как феникс.

Вот так и подошла к концу вторая важная эпоха в карьере Хидео Кодзимы. Начав с дико амбициозного плана доказать свою состоятельность после провала MGS2 с помощью совершенного симулятора спецназа, призванного сокрушить молодую серию GTA и завоевать будущее индустрии, он погрузился в политику, историю и круговорот смерти, в котором застряла Америка. Кодзима попытался разоблачить ее лживую природу и открыть людям глаза на корни мировой технократии, а на личном уровне постарался основать в Konami собственный бренд, одновременно рассказывая проникновенную аллегорию о борьбе за сохранение верности своим идеалам после подлого предательства. Но, по его собственным меркам, тут он потерпел крах. Ему не только не удалось переплюнуть Запад и его (якобы) поверхностные игры про бандитов и войнушку, но он даже не смог передать людям свое послание. Создание Kojima Productions стало единственной настоящей победой, позволив его команде наводнить рынок разнообразными играми под его личным брендом. Тем временем сам он готовил прощание с Солидом Снейком, утешая своих поклонников многопользовательскими режимами и забавной рекламой. Кодзима намекнул на долгосрочную военную стратегию, согласно которой новым героем серии станет Райден и в схватке против Запада можно будет выстоять с помощью волшебных сил PS3. Он бахвалился, что консоль от Sony выиграет консольную войну, и обещал, что она без всяких проблем справится с динамически меняющимся разрушаемым городом. MGS4 должна была поразить всех своим технологическим совершенством и вниманием к деталям. Суровая реальность окатила его из ушата ледяной водой, гарантировав, что он проиграет войну с Западом. Но, может быть, ему удастся искупить свои ошибки и помочь новому поколению занять его место. И тогда он наконец-то станет свободным. К сожалению, это привело к первому серьезному провалу Kojima Productions: застрявшая в производственном аду разработка стоила компании времени, денег и репутации, а отмена игры перечеркнула весь смысл его самопожертвования. Творец, поначалу одержимый признанием и контролем, стал творцом, одержимым победами в личных битвах против всего мира. В стелс-битвах, о которых он никогда не расскажет.

ТВОРЕЦ, ПОНАЧАЛУ ОДЕРЖИМЫЙ ПРИЗНАНИЕМ И КОНТРОЛЕМ, СТАЛ ТВОРЦОМ, ОДЕРЖИМЫМ ПОБЕДАМИ В ЛИЧНЫХ БИТВАХ ПРОТИВ ВСЕГО МИРА. В СТЕЛС-БИТВАХ, О КОТОРЫХ ОН НИКОГДА НЕ РАССКАЖЕТ.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Если этой книге удалось достичь своей цели, читателю откроются новые грани работ Хидео Кодзимы – более важные, чем рассмотренные в «Кодзиме – гении» метааспекты. Вы увидите никем ранее не замеченное историческое, политическое и личное значение его историй. Я с искренним удовольствием разгадывал смыслы и скрытые связи, стоящие за самыми загадочными отсылками и приемами серии Metal Gear, и надеюсь, что мои небольшие отступления об анализе и критике помогут вам сделать то же самое.

Я верю, что для того, чтобы по-настоящему что-то оценить, необходимо подвергнуть это критическому анализу. Только так мы сможем заглянуть за красивую завесу тайны и докопаться до истины. Особенно это касается Хидео Кодзимы, который как-то раз хлестко раскритиковал американскую общественность (через Райдена), обвинив ее в том, что она «закрывается от истины „добротой“». Доброта не задает вопросов. Доброта остается невежественной. Доброта создает удобный нарратив, который привилегированные элиты неизбежно будут защищать в ущерб истине. Если мой анализ и увенчался успехом, то только потому, что он нагло прорвался сквозь нарратив и обнажил истину, от которой беспечная доброта слишком долго отмахивалась. Но сумев проникнуть в суть вещей, важно не попасться на крючок ложного откровения, угрожающего подменить наши собственные стандарты на точку зрения автора. Миллениалы слишком часто клюют на эту уловку и в итоге начинают защищать позиции жадных корпораций или прогнивших насквозь структур, разделяя их извращенные взгляды вместо того, чтобы опираться на свои собственные убеждения. В мире искусства и развлечений эта же проблема изуродовала публичный дискурс о творческом выборе. Проницательность используют против нас же самих, называя критику проявлением ненависти, или политизируют ее, выставляя мнением той или иной идеологии. Как будто нам одновременно запрещают и знать, что хотел сказать автор, и говорить об этом что-то негативное. Теперь, когда вы узнали итоги моего исследования, мне бы хотелось верить, что эта книга поможет в дальнейшем более рационально подходить к изучению неудачных творческих решений, которые имели место быть. И благодаря этому знанию вам предстоит решить, приветствуете ли вы идеи, авантюры и творческие подходы Хидео Кодзимы.

Если мы хотим оставаться непредвзятыми и объективными, то следует быть наглыми, чтобы оспаривать, чуткими и въедливыми, чтобы видеть вещи с чужой точки зрения, и твердыми, чтобы отделять эту точку зрения от собственной. Если вы исключите хотя бы одну часть этого уравнения, то упустите истинную суть. Мои несовершенные усилия по сохранению этого баланса и привели к появлению моего сайта, моих любимых читателей и этих книг. Вооружившись знаниями об анализе, обсуждать карьеру Хидео Кодзимы можно еще очень долго. Надеюсь, что вы поддержите со мной этот разговор.

Посетите страницу MetaGearSolid.org/StealthGame, чтобы найти дополнительные заметки, исправления и комментарии к этой книге.

ПРИЛОЖЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЕ А

В этом приложении я коснусь моментов, имеющих непосредственное отношение к гейм-дизайнерским ходам Кодзимы, художественным вдохновениям и творческому процессу.

MGS3: Миссии во снах

Наверное, в самом важном источнике вдохновения для Snake Eater – «Апокалипсисе сегодня», частое использование тумана, дыма и разноцветных сигнальных факелов создает фантазийную атмосферу посреди вражеской территории. Это сделано намеренно, чтобы погрузить зрителя в странный мир психологической войны, где ужас сталкивается с невинностью. Разумеется, употребление и торговля наркотиками во время вьетнамской войны тоже внесли вклад в психоделическую атмосферу фильма. Нереалистичные, причудливые, но иногда забавные образы сюрреалистического сна превращаются в шокирующие и пугающие: греза становится кошмаром. Кодзима наверняка заметил это и вдохновился мастерским ходом Кубрика.

MGS3: Эммерих и «Метал гир»

Звонок Сигинту после встречи с Граниным показывает, что Кодзима прекрасно отдает себе отчет в том, что делает. Сигинт глумится над самой идеей шагающего танка, перечисляя ряд проблем, с которыми придется столкнуться конструкторам: техническая сложность, от которой можно поседеть, габариты, балансировка массы и многое другое. Он отмечает, что танковые гусеницы и так хороши для передвижения по пересеченной местности и только «долбанутый» решится создать такую ерунду. Но Сигинт что-то слышал об американском конструкторе, который интересовался этой темой – как его там… Эмерсон? Или Хайнрих? Все это просто милая шутка над самим собой – в дальнейших играх Кодзимы безумность и конструкторская сложность гигантских роботов будут только расти.

MGS3: Битвы с «Кобрами»

Страх и упокой

В следующем отрезке игры нам предстоит сразиться с двумя боссами – Страхом и Концом. Как и Боль, они обладают уникальными, сносящими крышу фишками и вызывают у игрока замешательство. Я просто обязан отметить сложный, великолепно продуманный подход к гейм-дизайну схваток, позволяющий находить креативные подходы для достижения победы. Давайте одним глазком посмотрим, что там творится.

У Страха гиперподвижные суставы на всех конечностях – будто на шарнирах, длиннющий змеиный язык и зрачки, как у рептилии. В битве он прыгает по верхушкам деревьев, скрываясь с помощью экспериментального оптического камуфляжа, который быстро истощает его силы, заставляя спуститься на землю и перекусить, чтобы восстановиться. Битва с невидимым охотником напоминает о фильме «Хищник» (1987). В этой динамичной, лихорадочной схватке Биг Боссу бессмысленно прятаться или использовать камуфляж. Когда Страх спускается на землю в поисках еды, игроки могут скармливать ему сгнившую еду и отравленные припасы, заставляя того блевать и терять еще больше сил. А умирает он, запутавшись в гигантской паутине проводов посреди деревьев и взрываясь тысячей арбалетных болтов, разлетающихся во все стороны. Пойди пойми.

Конец поддерживает мистическую духовную связь с лесом, а тело его владеет способностью к фотосинтезу, позволяя подпитываться солнечным светом. Будучи старейшим и самым опытным снайпером в мире, он создал практически идеальный камуфляжный костюм, а общение с лесом дарует ему сверхчеловечески острые чувства. Если Биг Босс станет бегать по лесу или выдаст себя каким-либо образом, то Конец выстрелит в него дротиком с транквилизатором, заставляя игроков не спешить и проявлять недюжинное терпение, чтобы выйти в схватке победителями. Боевая зона поражает размерами – она разделена на три области, которые связаны между собой и загружаются по отдельности из-за своих размеров. Гарантирую, что это самая интересная игра в прятки в вашей жизни! Игроки могут попытаться победить в снайперской дуэли либо незаметно к нему подобраться, ведя себя максимально тихо и не попадаясь в его прицел. В любом случае, как только вы его раните, он сменит позицию. При попадании его дротиков экран темнеет по краям; Биг Босс начинает терять выносливость, у него дрожат руки, игрок вынужден кормить теряющего силы воина, который в конце концов отрубается. Но вместо того чтобы убить Биг Босса, Конец отчитывает его и уносит в тюремную камеру лаборатории Гранина. Но вы не поверите, какая еще концовка есть у этой битвы. Если вручную перевести часы PlayStation 2 на две недели вперед или на самом деле провести в бою две недели, то Конец умрет от старости, а в специальной кат-сцене Биг Босс обнаружит его тело и обсудит это с майором Зеро.

Когда рассматриваешь эти две битвы вместе, становится понятно, насколько они потрясающие. Страх – скорость, паника и тикающие часы смертельного яда в вашем теле. А Конец – терпение, отстраненность и предельная осторожность. Страху приходится постоянно поглощать пищу, чтобы находить силы для трюков, но Конец в еде не нуждается – он питается солнечными лучами. Этот контраст помогает нам понять суть эмоций, которые олицетворяет собой Конец. Страх – это животные инстинкты выживания, повышенный адреналин и паранойя, а Конец – мирное и покорное погружение в абсолютное забвение. Транквилизатор это великолепно символизирует. Он не смертелен, но вы не можете позволить ему овладеть вами. Да вся эта битва подобна транквилизатору – она успокаивает и усыпляет игроков. Нет тревожной музыки, нет ощущения срочности. Если солдат позволяет затянуть себя в пучину бессознательности, он проигрывает. Фрустрированные нетипичной схваткой или заскучавшие игроки теряют бдительность, и вот – дротик находит свою цель. Эффект от встречи с Болью только усиливается благодаря экстремальным контрастам в атмосфере и дизайне – между абсурдом, тишиной и НЛО.

По словам Кодзимы, изначально он планировал, чтобы битва с Концом была настолько масштабной и сложной, что игрокам пришлось бы как минимум неделю охотиться и выживать, день за днем находясь в постоянном напряжении. Помните же, что игра задумывалась как симулятор со сменой дня и ночи, погоды и живой дикой природой? Если бы он сумел справиться со своим совершенным симулятором спецназа, этот бой стал бы очередной эпической демонстрацией масштабности его мыслей и непоколебимой преданности своему делу в и без того умопомрачительной игре с открытым миром. Его команда приняла правильное решение отклонить эту невозможную для воплощения идею, но при этом мы можем взглянуть на образ мыслей Кодзимы на этапе планирования. Что для большинства безумие, для него – повод для гордости. Его не устраивает заурядность, и он добавляет в игру такие детали, с которыми столкнется хорошо если один процент геймеров – например, двухнедельное ограничение на битву с боссом. Много вы знаете разработчиков, которые придумывают что-то подобное и затем действительно это программируют, анимируют, записывают озвучку и вставляют в игру?

Дух ненависти

Ярость поджидает Биг Босса в темных тоннелях, ведущих в Грозный град. На нем черный космический скафандр, а за спиной – большой топливный бак с двигателями. А еще у него есть огромный и страшный огнемет. Во время вступительной речи мы погружаемся в его безумие. Оказывается, Ярость был космонавтом, увидевшим мир из космоса. А когда он возвращался на Землю, то увидел образ пылающего мира. В пламени этого видения он узрел тьму и ярость и теперь одержим ими. Он чувствует «великую и ужасную ярость от того, что все еще жив». И хочет, чтобы Биг Босс ощутил «невыносимый жар этой кошмарной черноты», поливая все вокруг огнем. Метафора дополняется словами, которые Ярость выкрикивает во время боя: «Позволь своему гневу разгореться!» и «Твой гнев иссякает!» Речь идет о ненависти, презрении и всепожирающей ожесточенности конфликтов. Подобно пламени, они разгораются и сжигают все на своем пути, но вокруг – лишь тьма страданий.

Проиграв вам в битве, Ярость, пошатываясь, обращается к Босс, моля ее продолжать жить. А когда снимает свой большой стеклянный шлем, происходит что-то совсем нереальное. Гигантские столпы пламени и напалма мигом всасываются в его голову – невероятно впечатляющий эффект, над которым разработчикам, без сомнения, пришлось капитально потрудиться. «Узри пламя ярости! – взывает он. – Да очистит меня геенна огненная!» Когда огонь оказывается внутри космонавта, тот все еще жив. Биг Босс направляет на него пистолет. Умирающий солдат впадает в бред и начинает говорить с «центром управления полетами». Он запускает реактивный ранец и летит в гранитный потолок, взрываясь при контакте. Потолок рушится и чуть не прибивает Биг Босса. Но со сверхъестественным еще не покончено.

Сквозь тьму с потолка спускается огонь; не взрыв, не вспышка, не язык пламени, а быстро летящий огненный шар. Он петляет по коридорам, то падая вниз, то взлетая вверх, и кружится вокруг, словно живое существо. Шар несется на Биг Босса, чуть не врезаясь в него. Когда камера приближается к огню, становится видно, что это кричащее человеческое лицо. Почти полминуты мы наблюдаем за его полетом, пока оно не вынуждает Биг Босса бежать прочь. Последнее, что огненное лицо произносит перед тем, как взорваться, – это «Ярость!», подтверждая, что это действительно был дух мертвеца.

Мертвые не молчат

Одно из самых запоминающихся сражений в MGS3 – столкновение со Скорбью. После самоубийственного прыжка во время побега из Грозного града мы вместе с Биг Боссом оказываемся на реке в таинственном горящем лесу. Герой изранен, перебинтован, а на месте правого глаза – окровавленная дыра. Настоящий мертвец, бесцельно бредущий сквозь ад. Нам не говорят, каким образом Биг Босс пережил падение, где он находится и каков его план – он просто идет вперед. Начинает накрапывать дождь, и раздается раскат грома. Внезапный ливень гасит пламя. Таинственный сумрак окутывает реку, и тут появляется Скорбь. Подобно призраку, он поднимается из воды, паря над ней. Он говорит, что Биг Босс переполнен скорбью. Битва порождает смерть, а та, в свою очередь, порождает скорбь. Его испытание заставит Биг Босса встретиться лицом к лицу со смертями, в которых тот повинен. У Скорби есть шкала здоровья, но она совершенно пуста – он давно мертв, и мы не можем ничего с этим поделать. Все, что нужно делать игроку в плане геймплея, – идти вперед, следуя за Скорбью, который, подергиваясь, парит над рекой. «Смерть – это трагедия. Но жизнь – это боль. Вот почему ты был призван сюда», – говорит он. Продвижение по реке символизирует прохождение игры до этого момента, и каждый ее участок наполнен душами тех, кого убил игрок. Даже в виде призраков они сохраняют нанесенные Биг Боссом раны и увечья. Шатаясь, они приближаются к нему и пытаются прикоснуться к своему убийце, нанося урон. Поскольку пробираться приходится, находясь по пояс в воде, убежать от своих многочисленных жертв не выйдет. А еще они могут говорить. «Кобры» тоже здесь – вершат свою месть прямиком из загробного мира. Вскоре Скорбь начинает стрелять в вас псионическими сгустками энергии, при попадании проецирующими на экран изображение вопящего лица. И это, кстати, отсылка к смерти Скорби от рук Босс.

В конце пути Скорбь велит Биг Боссу покинуть это место и проснуться, подтверждая наши опасения, что тот отнюдь не бодрствует, если вообще уже не мертв. В воде можно заметить останки Скорби, прикоснувшись к которым Биг Босс вмиг потеряет оставшееся здоровье и умрет. Мы увидим перед собой знакомый экран «Игра окончена». У игроков есть выбор: продолжить игру или выйти в главное меню. Если они продолжат, то битва с боссом начнется заново, а если выйдут – то, как это ни удивительно, окажутся в главном меню. Получается, спасения нет. Биг Босс навечно застрял в чистилище… если только игрок не разгадает фокус. Единственный способ покинуть этот экзистенциальный кошмар – открыть меню предметов и использовать воскрешающую пилюлю, спрятанную в зубе Биг Босса. Обычно она нужна, чтобы прекратить действие другой, позволяющей герою притвориться мертвым и обмануть врагов. Становится понятно, что Биг Босс все-таки умер после падения в воду с огромной высоты, а Скорбь заставляет его вернуться к жизни. Но только после того как преподаст парочку уроков.

А вот если игроки в начале игры прислушаются к совету никого не убивать и будут использовать только нелетальные методы, здесь не будет никаких призраков, кроме самого Скорби. Призрачная река может стать как самым простым местом игры, так и самым сложным. Все зависит от того, насколько жестоким мясником был игрок.

Призраков не существует

Что можно сказать об этих битвах с боссами, их невозможной логике, мистической природе и духовном аспекте? Не подкрепляет ли это «теорию сна»? Единственная альтернатива – принять, что Metal Gear подчиняется логике невозможного в своем мире и что персонажи вытворяют нереальные вещи просто потому, что могут. Это совсем никудышное объяснение происходящего, полностью исключающее необходимость ответов на бесконечные вопросы. Хотя бы насчет Вампа. Тогда следовало бы признать, что серия Metal Gear – не научная фантастика, а в лучшем случае фэнтези. Именно такую дилемму Кодзима и хотел создать для игроков.

Вместо того чтобы закрывать глаза на духовный мотив, давайте разберемся в нем получше. Кодзима добивался, чтобы это стало важным предметом дискуссии, но обнаружил, что игроки снова проигнорировали подтекст нестандартного подхода к повествованию. Если посмотреть, как он акцентировал внимание на мотивах «Красавицы и Чудовища» в MGS4, а особенно на попытки обратить наше внимание на предпочитаемую им французскую версию истории, можно увидеть, что принц обречен на жизнь в виде чудовища, потому что его родители не верили в духов. Они отрицали духовную сторону мира. Как и игроки.

MGS3: Нейкид и Солид как Человек и Чудовище

На протяжении многих лет Хидео Кодзима проводил четкое различие между Биг Боссом и Солидом Снейком относительно их человечности. В одном из комментариев к MGS3 он выразился довольно прямо (перевод очень приблизительный):

«История с клонами – прием дешевый. Нейкид Снейк – оригинал Солида. Созданные людьми клоны – Солид Снейк и Ликвид Снейк. Это как история чудовища Франкенштейна – рукотворного человека, появившегося на свет неестественным путем. Солид Снейк – рукотворный монстр. Нейкид Снейк, как персонаж, намного больше похож на настоящего человека. Во время миссии „Пожиратель змей“ он еще слишком невинен, как сказала Босс, еще полон чувства справедливости. По сравнению с Солидом Снейком, мы сделали его движения, диалоги и голос более человечными. Еще он чувствительней к боли и эмоциональней. Солид Снейк не такой. Он – рукотворное чудовище. Чувства противоречат его сущности. Он просто выполняет приказы. Вот какая между ними разница».

Признание того, что прием с клонированием «дешевый» повод использовать одного и того же персонажа в другой эпохе, штука занятная, но проявления рефлексии в отношении невысказанных различий между характерами персонажей вызывают интересные вопросы. Во‐первых, означает ли это, что писательское мастерство Кодзимы не только подросло со временем, став более профессиональным и захватывающим, но и пытается теперь подтвердить определенную точку зрения автора? Действительно, в отличие от Солида Снейка, Биг Босс не стесняется своих чувств. Он стучит кулаком по земле, умоляя Босс все объяснить, и позволяет охватить себя эмоциям членов отряда «Кобры». Все в игре связано с душевными терзаниями Биг Босса. Судя по всему, это не случайность, а необходимость, чтобы на контрасте нивелировать человечность Солида Снейка. Вернувшись к Солиду в MGS4, мы наблюдаем, что он, как робот, отстраненно выполняет приказы, сражаясь со скучными и убогими подделками, не вызывающими никаких эмоций, даже несмотря на то что их имена и приемы напоминают о наших любимых персонажах «Гончих» и «Кобр».

Интересно, почему Кодзима до сих пор считает Солида Снейка послушным исполнителем приказов, если весь смысл «Филантропии» и позиции Снейка в MGS2 заключался в том, чтобы показать его свободу от чьего-либо контроля. В MGS2 он весь из себя героический и независимый и символично ломает свои наручники в конце игры – об этом Кодзима упоминает в примечаниях к сценарию. В MGS4 все наоборот – Солид Снейк снова наемный убийца, несчастный, опустошенный и потерявший свою «суть». Теперь мы знаем, что Кодзима прекрасно понимает эмоциональность Биг Босса и Снейка и что выбор настроений персонажей – продуманный план.

В метааллегории MGS3 важно сказать о том, что Хидео Кодзима (Биг Босс) эмоциональнее любимого аватара игроков (Солида Снейка). Хидео Кодзима – настоящий человек с чувствами и недостатками, а не контролируемое искусственное создание, как Снейк. Он боится, злится, грустит и радуется – в отличие от пустого «чудовища» из видеоигры, способного лишь выполнять приказы. Кодзима вершитель собственной судьбы и использует полученный в жизни опыт, чтобы создать что-то прекрасное – даже если ради этого придется пойти наперекор всему миру и превратиться в полковника Курца.

MGS3: Снейк против обезьян

В главном меню Snake Eater можно найти совершенно сумасшедший режим Snake versus Monkey («Снейк против обезьян»), который может сказать чуть больше, чем кажется на первый взгляд. VR-миссий в MGS3, понятное дело, нет, хотя это почти то же самое. Режим – откровенное дурачество, но это не значит, что он совсем лишен смысла; скорее похож на миссии из Snake Tales, которые тоже задумывались комедией, но оказались не так просты.

В этом кроссовере франшиз Metal Gear и Ape Escape наш старый знакомый полковник Кэмпбелл рассказывает Солиду Снейку о миссии по поиску и поимке беглых обезьян. Из разговора по рации мы узнаем, что на эту миссию Снейка вытащили прямо из отпуска против его воли. Выслушав подробности, он, как всегда, соглашается, потому что, согласно словам Кодзимы и миссиям из Snake Tales, он всегда выполняет приказы, правда, неохотно. «У меня были связаны руки. Нелепая она или нет – миссия есть миссия», – оправдывается он в Snake Tales. Но прежде чем согласиться, клятвенно обещает, что не собирается уничтожать «Метал гиры» и «спасать всяких ВИПов и стариков». Когда Снейк говорит, что с миссией смог бы справиться кто-нибудь другой, Кэмпбелл возражает: «Ну не говори так. Это же мы в жанре правила устанавливаем». Снейк отвечает: «Почему бы тебе не поручить эту работенку Сэму или Гейбу?» Ага, прямые отсылки к Сэму Фишеру из Splinter Cell и Гейбу Логану из Syphon Filter – незаслуженно забытой, но очень классной серии шпионских игр для PS1 и PS2.

С помощью специального пистолета игроку поручается оглушить мультяшных обезьян из Ape Escape, затем подбежать к ним и куда-то телепортировать. После зачистки территории от мультприматов Снейк ликует и задорно пританцовывает на месте, получая рейтинг, как в VR-миссии. Ничего серьезного об этом режиме сказать нельзя, но примечательно, что участвуют в нем не Биг Босс и майор Зеро, а Солид Снейк и полковник Кэмпбелл. Если это ни к чему не обязывающая забава, то почему бы не использовать героя игры и его товарищей? Может быть, потому, что Снейк к этому моменту уже считается персонажем бросовым? Тем, кого можно послать на любую дурацкую миссию и использовать в бесконечных фанфиках и спин-оффах?

Кстати, в Ape Escape 3 можно обнаружить кроссовер с серией Metal Gear – специальный режим Metal Gear Solid: Snake Escape. В нем любовно сохранены и стелс-механики, и картонные коробки, и многое другое. Даже полноценный сюжет есть, и получше, чем в обезьяньем режиме MGS3.

MGS4: Забейте на «Базу данных»

В зависимости от вашей точки зрения, «База данных» MGS4[231] – это либо последняя инстанция, превалирующая над всем, что мы узнали из игр, либо ущербный сборник догадок и противоречий. Одни ключевые сюжетные персонажи вроде Райкова в ней отсутствуют, а описание других пестрит ошибками. Сотрудники студии говорили, что сами не понимают хронологию серии и многие детали игр. Поскольку Хидео Кодзима не задумывал свои игры пригодными для буквального прочтения, а некоторые детали сюжета на протяжении десятилетия не имели никакого значения, «База данных» противоречит духу творческого анализа. Это не более чем попытка закрыть надоедливые вопросы и разрешить спорные моменты, а не продукт любви или творчества.

ПРИЛОЖЕНИЕ Б

Разговор с пустой комнатой

Долгое время статья Тима Роджерса «Сон в пустой комнате», опубликованная в 2002 году на сайте InsertCredit, оставалась самым основательным аналитическим трудом о творениях Кодзимы[232]. Она занимала пять захватывающих дух страниц и через два года была дополнена постскриптумом о том, как Тим сгонял в Японию и лично попросил Кодзиму подтвердить его версию интерпретации. Я бы сказал, по одному этому можно понять, что одержимый фанат проделал очень серьезную работу. И за это лично я Тима Роджерса уважаю! Однако, как это бывает с практически каждой новаторской идеей, инициатор дискуссии часто считается бессменным хозяином дискурса, даже если его выводы ошибочны. Я всегда готов отдать людям должное, и моя благодарность Тиму за то, что он отворил врата дискуссии для всех желающих, но его статья была лишь шагом в правильном направлении, а не окончательным ответом. Я предполагал, что она даст сообществу кодзимистов давно необходимый толчок и мы скоро начнем делиться друг с другом невероятными теориями. В конце концов, ни во мне, ни в Тиме Роджерсе не было ничего особенного – у нас была одна и та же сила Интернета, позволяющая делиться идеями и отстаивать свои точки зрения как и когда угодно. Я думал, споры – это весело, пока никто не переходит на личности. У меня не было сомнений в том, что в течение года фанаты наводнят форумы интерпретациями и эти дискуссионные храмы станут единой базой данных теорий и предположений. Возможно, как коллективный разум мы смогли бы взломать код.

В личной жизни я делился идеями с братьями, и надо сказать, что, по сравнению со мной, они были намного объективнее в отношении косяков сюжета и гейм-дизайна. Вместо того, чтобы позволить мне нести свою наивную, защищающую игру ахинею, они помогли сосредоточить мои мысли на загадках и их решении. Но в Сети осталось шокирующе мало пространства для обсуждения – статья Тима забрала все внимание. Среди потенциальных критиков и аналитиков он считался впереди планеты всей, а по сравнению со средним консервативным фанатом – вообще находился в другой вселенной. Мало кто осмеливался предложить альтернативу его мнению. Тим Роджерс был и остается авторитетным персонажем и вдобавок – отличным продавцом. И свои взгляды он продавал особенно хорошо. Когда я начал публично изучать MGS2 со своей точки зрения, меня сразу же обвинили в подражании Тиму и попытке содрать его идеи. Это было и будет самым смешным, что можно мне вменить, особенно в отношении MGS2. Ну серьезно – это единственная в мире игра, полностью посвященная отказу от копирования чужих идей. Она предлагала оспаривать их и делать собственные выводы, смотреть под другим углом и бороться за свои убеждения, отвергая удобные ответы. Кодзима создал уникальную головоломку – сейчас некоторые бы назвали ее ARG[233], – и наша задача заключалась в ее решении. Я понимал, что Кодзима, скорее всего, никогда не скажет, правы мы или нет, но верил, что правильный ответ существует. Он просто обязан существовать. В головоломке не хватает некоторых фрагментов, говорил я тогда. Все, чего мне хотелось – вместе со всеми желающими провести мозговой штурм и найти эти фрагменты.

К моему глубокому сожалению, произошло прямо противоположное моим светлым надеждам. Вместо того чтобы стать чирлидером для людей, которые окажутся умнее и прозорливее меня, каждая попытка завязать дискуссию подвергалась агрессивным нападкам и пресекалась как нечто недозволенное, а лично меня клеймили позором. Страдающие синдромом вахтера геймеры и гуру сообщества не только плюнули на обсуждение новых тем, но и набросились на меня за то, что я попытался их поднять. Сложно объяснить осторожный, сектантский образ мышления этих людей, столь чуждый моему представлению о либертарианском рынке идей. Но я обнаружил, что, пока не создал в 2008 году собственный сайт, все аналитические дискуссии либо сразу затухали, либо были задушены. Доходило даже до бана моего аккаунта на форумах, хотя никаких правил я не нарушал. И все же, когда кто-то нападает на меня – как те вахтеры, – инстинкт велит мне не отступать, а поднажать с удвоенной силой. Упорно продолжая работу в других местах Сети и завоевывая своими теориями мысли людей то тут, то там, я оставался изгоем с растущим кругом влияния. Важен был только шанс разгадать загадку, даже если для этого потребуются годы исследований и анализа. Конечно, если бы за нее взялось все сообщество, возможно, ответ бы нашелся за несколько недель. Возможно, Кодзима этого и ожидал. Но вот только сообщество никуда не торопилось. Клевета и оскорбления в мой адрес только подстегивали, и в конце концов у меня накопился целый ворох доказательств, которые сложно игнорировать. Кстати, тогда никто ничего подобного предложить не мог! Как только у меня появилась собственная платформа, я начал получать сообщения студентов, желающих использовать мои аргументы в диссертациях и эссе, а некоторые спрашивали, можно ли перевести мои статьи на другие языки. Посещаемость страниц со спорными аргументами резко возросла, и дело пошло. Оказалось, что в нашем мире хватает места для разнообразных мнений.

Примечательно, что, когда Тим Роджерс наконец смог взять интервью и задал Кодзиме свои вопросы, тот напрочь отмел все догадки Роджерса по поводу источников вдохновения для MGS2. Любопытный юный американец получил вежливые отговорки, не открывшие ему ничего ценного. Кодзима ни в чем не сознался. Не то чтобы это было удивительно, учитывая, как сильно Кодзима противится раскрывать фанатам истину. Но даже после этой неудачи «Сон в пустой комнате» не потерял популярности, а постироничные хипстеры сделали с провалом то, что у них получается лучше всего: назвали свою бредятину загадкой, а загадку – шуткой, которую никто не должен понять. Вместо того чтобы вернуться к обсуждению и решительно выдвинуть новую теорию, самодовольная культура японского импорта забила болт и продолжила использовать свою популярность, штампуя еще больше бредней, которые впечатляли не самых рациональных людей. Осмелюсь предположить, что для них истина никогда не стояла на первом месте. Грустно все это.

Я знаю, что моя работа значительно изменила курс обсуждений. Интеллектуальный огонь любопытства не угас во многом благодаря моей решимости, а топливо, которое я в него подливал, помогло ему разгореться в новых уголках Сети. И это был не безумный фанатизм или оголтелое восхваление, а вдумчивые вопросы о том, что значат эти истории. Не подумайте, я не хвастаюсь – я сокрушаюсь. Ведь я всегда надеялся на непростые дискуссии с другими людьми и на совместный мозговой штурм, но, кажется, мы перескочили этот этап на пути к признанию Кодзимы гением. Раз – и вот он уже стал непревзойденным постмодернистским мастером своего дела. И никто не может сказать почему. Только посмотрите, сколько влиятельных журналистов, медийных персон, а теперь и голливудских знаменитостей проповедуют, что Кодзима – гений, но не могут толком объяснить, что же в нем такого гениального. Разве это не странно? Для меня, как человека, который еще много лет назад – когда до этого никому не было дела – боролся за то, чтобы пролить свет на его идеи, это еще как странно. Что заставило этих людей так восхищаться Кодзимой? Уж точно не я и не мои работы. Как так получилось, что Джей Джей Абрамс теперь посещает Kojima Productions и называет Кодзиму титаном творческого мира? Неужели мы должны поверить, что голливудские профессионалы, у которых расписана каждая минута, находят время поиграть в его старые игры и вникнуть в их послания? Или это каким-то волшебным образом стало само собой разумеющимся? Даже великий Тим Роджерс более десяти лет назад поставил крест на своем влиятельном эссе, попытавшись отречься от него, как от «шутки», когда MGS4 его глубоко разочаровала. Не будет преувеличением сказать, что не так давно никто, кроме меня и тех, кто следит за моей работой, не был уверен, что непопулярные ходы Кодзимы можно объяснить. Никто не мог представить, что они продиктованы скрытыми в душе автора переживаниями. Благодаря алхимическому чуду хипстерского осмоса, реноме Кодзимы в поп-культуре превратилось из «второсортного халтурщика, творящего какую-то дикую фигню» в «легендарного постмодерниста». Хотелось бы знать, кому стоит сказать за это спасибо. Если окажется, что дело только в его возрасте, внешности, назойливой рекламе и саморекламе и в том, что его считают Стивом Джобсом мира видеоигр, а на скрытые смыслы всем плевать с высокой колокольни, то я первым посмеюсь над этим.

В любом случае я никогда не ставил цели стать первым, величайшим или последним. Скорее мне хотелось постоянно вдохновлять других копаться в материале и получать от этого удовольствие. Нам нужны противоречивые идеи. Нельзя допустить, чтобы люди просто разбегались или категорически отвергали мнения друг друга. Никто не может отрицать, что в свое время работа «По непроторенным путям» Джеймса Хауэлла была широко известна и обсуждаема. Или что «Анализ концовки Metal Gear Solid 2» Артемио Урбины, выложенный на сайте JunkerHQ, стал замечательным эссе о предполагаемых смыслах и отсылках игры. Но ни один из этих текстов [234][235]ничего не добился. Тщательно продуманные и хорошо написанные интерпретации было приятно читать, но ничто в них не складывалось в единую картину и не давало ответов на загадки. Они остались нерешенными, и, думаю, в глубине души никто и не верил, что нам следует их разгадывать. Фанаты не хотят превзойти автора. Разве не к этому все сводится? Разрушение иллюзий губит все веселье и превращает нас из фанатов в нечто иное. Все равно что победить отца в армрестлинге: даже если бы получилось, это повлияло бы на отношения друг с другом. Наши герои должны быть сильнее нас. Возможно, так же думала команда Кодзимы и поэтому так и не смогла выйти из его тени и не попыталась превзойти его. Может, это подсознательный самосаботаж. Не знаю. Но знаю, что мне выпала честь разделить путешествие с людьми со всех уголков света, от Китая до Болгарии и Бразилии. Мы росли, наслаждаясь уникальными, завораживающими головоломками, которые подарил нам Хидео Кодзима.

Примечания

1

Оригинальное название: A Stealth Game (от англ. stealth – «скрытность») – «Игра в стелс». – Прим. ред.

2

Гиперреальность – выдуманная реальность, стремящаяся заменить собой настоящую. Этим термином можно описать феномен неспособности отличить реальность от вымысла. Симулякр – несуществующий в реальности образ, стремящийся стать первичным. Например, фейковые новости, не имеющие ничего общего с реальными фактами. – Прим. пер.

3

Экзоны – кодирующие участки генов, интроны – участки генов, не принимающие участия в кодировании. – Прим. пер.

4

«Истина» тут, разумеется, субъективна. Важно то, что это честный взгляд автора на рассматриваемый предмет, отражающий его личное восприятие. – Здесь и далее прим. авт., если не указано иное.

5

В русском языке устоявшееся название книги «Путешествие Пилигрима в Небесную Страну». – Прим. пер.

6

COunter INTELligence PROgram – «Контрразведывательная программа». – Прим. пер.

7

Имя пиксельным человечкам дали заблуждения и мифы о реальных грызунах. В народ эти заблуждения ушли благодаря постановочной сцене с падающими с утеса леммингами из документального фильма 1958 года производства The Walt Disney Company «Белая пустошь». И да – в игре это антропоморфные существа, совсем не похожие на маленьких пушистых зверьков. – Прим. пер.

8

Парадоксально, но порой самоубийственные! – Прим. пер.

9

Тут автор книги путает системы «Кровавого угара» первой и второй GTA. В оригинальной игре не то что иконок нет – вы запускаете «угар», подобрав оружие, выпавшее из конкретных ящиков, но и убивать никого не обязаны, надо просто успеть набрать нужное количество очков. – Прим. пер.

10

На самом деле не одновременно. Версия для PlayStation вышла на две недели позже. – Прим. науч. ред.

11

Electronic Entertainment Expo – крупнейшая ежегодная выставка индустрии видеоигр. – Прим. пер.

12

На самом деле Rockstar первопроходцами тут не стали – смену дня и ночи по внутриигровым часам и до этого можно было наблюдать, например, в играх из серий XCOM и The Elder Scrolls. А впервые смена времени суток в видеоиграх появилась в 1983 году в гоночной аркаде Enduro для консоли Atari 2600. – Прим. пер.

13

А Дэвид Хейтер и в мире кинематографа неплохо себя показал – например, в качестве автора сценария экранизаций комиксов «Люди Икс» и «Хранители». Еще он в 1994 году сыграл главную роль в низкобюджетной экранизации манги «Гайвер», но не будем о грустном! – Прим. пер.

14

На ней звучат исключительно песни из саундтрека фильма «Лицо со шрамом». – Прим. пер.

15

Далеко не единственная игра слов в играх серии GTA. Ammunition – «боеприпасы», nation – «страна» или «нация». Получается «Нация боеприпасов», очень американский магазин. – Прим. пер.

16

Желая поддеть компанию Nike, названную в честь древнегреческой богини победы Ники, ребята из Rockstar назвали внутриигровой бренд Ares – в честь бога войны Ареса, тоже древнегреческого. – Прим. пер.

17

А этого добра там хватало. Кто же все-таки входил в «Комитет мудрецов», управлявший из-за кулис всей американской политикой? Где находится Револьвер Оцелот, намеренный этот комитет уничтожить и с недавних пор одержимый призраком Ликвида Снейка? А что насчет спасения ребенка Ольги? Как отреагировал мир на новость о том, что бывший президент США – глава террористической организации, обладающей ядерным оружием? Да не просто глава, а закованный в киберброню киберниндзя с двумя катанами и управляемыми мыслью киберщупальцами, которые пуляют бесконечными ракетами. Ну и по мелочи есть некоторые вопросики насчет бессмертия Вампа, волшебных сил Фортуны и смысла существования девушки Райдена – Роуз.

18

Великая работа (лат.) – Прим. лит. ред.

19

VR-миссии впервые появились не в Substance, а на интерактивном документальном диске The Document of Metal Gear Solid 2, который вышел за два месяца до релиза игры. – Прим. науч. ред.

20

См. главу 11 книги «Кодзима – гений».

21

На самом деле в Vice City целых четыре острова. – Прим. пер.

22

В 1993 году американские сенаторы Джо Либерман и Герб Коль настолько возмутились уровнем насилия в видеоиграх (главными виновницами торжества стали Mortal Kombat, Night Trap и впоследствии DOOM), что инициировали слушания, по завершении которых игровой индустрии пришлось согласиться на рейтинговую систему с возрастной маркировкой. – Прим. пер.

23

The Twin Snakes – «Змеи-близнецы», «Змеи-двойники», «Змеиная двойня», выбирайте на свой вкус! – Прим. пер.

24

Twin Snakes работала на движке MGS2. Графика, возможно, была чуть-чуть получше, чем в прошлой игре. – Прим. науч. ред.

25

На самом деле создателей вселенной Legacy of Kain сложно назвать малоизвестной студией. – Прим. науч. ред.

26

Речь о скандале вокруг проблемной разработки игры Too Human. – Прим. науч. ред.

27

См. главу «История про две версии» книги «Кодзима – гений», если хотите подробнее узнать об этом. Изменения, которые американцы вносили в его работы, искажая оригинальное творческое видение, преследовали гейм-дизайнера на протяжении всей карьеры. Похожая история произошла и в случае с MGS1 – см. главу «Предательство Джереми Блауштейна» той же книги.

28

Взять хотя бы Томаса Наста – американского политического карикатуриста, который во второй половине девятнадцатого века расправился с лидером политического движения Таммани-холл, Уильямом М. Твидом. И хотя Твидом были подкуплены и полиция, и политики, благодаря работам Наста даже неграмотные избиратели политика были в курсе его грязных делишек. https://blog.mcny.org/2013/09/24/thomas-nast-takes-down-tammany-a‐cartoonists-crusade-against-a‐political-boss.

29

Обычно фансервисом называют потворство всем желаниям и ожиданиям фанатов. Для Кодзимы фансервисом могли быть отсылки к его самым популярным персонажам или фокус на какой-нибудь старой загадке, над которой фанаты годами ломали головы. Его новая стратегия заключалась в предоставлении игрокам всего, что они хотят и скрытии в подтексте собственных намерений. Такой подход я называю «Кодом Кодзимы».

30

Полный текст выступления вы можете прочитать по ссылке: http://archive.is/8GGgf.

31

Некоторое представление о его работе можно получить из серии Guns, Drugs, and the CIA документального сериала Frontline, показанной на канале PBS в 1988 году. С текстовой версией можно ознакомиться здесь: https://archive.is/Pfh7.

32

В Википедии о функциях Совета аккуратно сказано следующее: «ЦСО предлагает СНБ США альтернативные варианты, когда открытые военные и/или дипломатические действия нецелесообразны или политически неприемлемы. Задания для ЦСО могут назначаться напрямую президентом или выполняться СНБ по указанию президента, в отличие от других сил специального назначения США».

33

С его утверждениями можно ознакомиться здесь: https://archive.is/RAjV1. (Аль-Каида – террористическая организация, действие которой запрещено на территории РФ. – Прим. ред.)

34

Террористическая организация, действие которой запрещено на территории РФ. – Прим. ред.

35

С утверждениями Эдмондс можно ознакомиться здесь: https://archive.is/KAc2Z.

36

Террористическая организация, действие которой запрещено на территории РФ. – Прим. ред.

37

После терактов 11 сентября посвящение изменили везде, где только смогли, убрав упоминание моджахедов. Вместо них фильм стал посвящен «доблестному народу Афганистана». Была даже предпринята откровенно смехотворная попытка скрыть существование оригинального посвящения – заявляли, что это миф и про моджахедов там ничего не было. Не самое умное решение, учитывая, что скриншоты, старые копии фильма и людей, смотревших его, никто не отменял. Критики с самого выхода фильма выступали против такой безвкусицы, а после 11 сентября волна неодобрения накатилась с новой силой.

38

Террористическая организация, действие которой запрещено на территории РФ. – Прим. ред.

39

Читателю может стать интересна история Косиро Танаки, японского инструктора по карате, который стал «борцом за свободу» и обучал моджахедов в Афганистане боевым искусствам. Американские издания также изображали его героем, поскольку он помогал таким бравым людям, как Усама бен Ладен. Очерк в британском журнале 1993 года воспевал его как скромного воина-антисоветчика, сражающегося за мир: https://archive.is/Abeay.

40

Террористическая организация, действие которой запрещено на территории РФ. – Прим. ред.

41

Отец гейм-дизайнера никогда не служил на флоте. Более того, он бы и не смог, потому что в 1945 году ему было 15 лет. – Прим. науч. ред.

42

Об этом Моррелл пишет на своем сайте: https://davidmorrell.net/books/rambo-iii.

43

В какой-то мере это чистая правда. В Ubisoft официально заявляли, что игра вдохновлена MGS, и прочили ей звание «убийцы Metal Gear Solid 2», планируя, что обе игры выйдут одновременно и сразятся за кошельки геймеров. Если бы Кодзима не вел разработку в таком бешеном темпе и не сделал с сюжетом то, что сделал, расчеты Ubisoft оказались бы верны.

44

В сети существуют буквально многие тысячи людей, монетизирующих свое возмущение, хайп или безразличие по отношению к новым играм, трейлерам и, честно говоря, чему угодно. И частенько дело не обходится без личного, идеологического или политического уклона.

45

Тут можно вспомнить о фильме «Соник в кино» (2020). Благодаря огромному количеству не всегда цензурных отзывов в соцсетях касательно чудовищного редизайна быстро бегущего синего ежа, студия взяла паузу и серьезно задумалась. И только после прогремевшего на всю Сеть скандала Сонику решили оставить его классическую узнаваемую внешность. Итог – большой кассовый успех. Вероятно, ранний дизайн был уловкой, вызвавшей огромный ажиотаж и бесконечные обсуждения и упоминания в Сети, а на деле студия изначально планировала выпустить фильм с обожаемой всеми мультяшной внешностью Соника. Пиар руками зрителей.

46

После написания этой главы я решил покопаться в комментариях на YouTube. Почти сразу же я нашел релевантный под видеороликом о Death Stranding критика и эссеиста Super Bunnyhop. Комментарий таков: «Я просто хочу знать, кто-нибудь тут играет в игры Кодзимы исключительно ради того, чтобы потом посмотреть видео Super Bunnyhop? Надеюсь, я не один такой». Количество лайков у комментария косвенно подтверждает, что нет, не один.

47

Одной из причин создания «фракций» злодеев и их команд было поддержание иллюзии вне ринга, потому что «хорошие парни» не могли открыто дружить с «плохими парнями», которые их обманули. Это нарушило бы погружение.

48

Этим обычные каскадеры отличаются от каскадеров‐сорвиголов (daredevils), доводящих сложность трюков до таких уровней, что она начинает представлять серьезную угрозу жизни исполнителя. Иллюзионисты, практикующие трюки с освобождением, тоже работают с серьезными рисками.

49

К сожалению, сценаристы и менеджеры часто промывают мозги даже самим рестлерам, заставляя тех верить в то, что победы и поражения действительно что-то значат, а титулы и слава полностью реальны. Их намеренно учат отождествлять свою фиктивную популярность с ощущением себя рестлерами, поскольку рестлинг для них – это выполнение трюков и убедительная игра своей роли. Посмотрите закадровые интервью фильма «Рестлер» (2008) с профессиональными бойцами компании WWE.

50

Ложное откровение очень любят использовать в корыстных целях всяческие культы и тайные общества. Бедняги, попавшие под влияние таких групп, готовы отдать все до последней нитки, чтобы продвинуться в ранге, каждый из которых обещает доступ к более и более великим тайнам. И для некоторых почувствовать ложное откровение оказывается важнее доступа к ответам на все вопросы во вселенной.

51

Snake Eater – «Пожиратель змей», «Змееед». – Прим. пер.

52

Около сотни страниц в ней посвящено анализу сюжета, стиля и смысла MGS1 и столько же – MGS2. Оглядываясь назад, начинаешь понимать, что в полной мере эти игры можно оценить, только осознав их полное противопоставление друг другу. Чтобы понять важность очередной смены стилистики, я рекомендую прочитать первую книгу перед тем, как погружаться в анализ MGS3.

53

См. первую главу «Становление» книги «Кодзима – гений».

54

В оригинале: What is this? Another grand theft auto?! – Прим. ред.

55

В оригинале: This is no vice city… – Прим. ред.

56

В оригинале: Go and eat snakes! – Прим. ред.

57

Дальность прорисовки – это расстояние, на котором игра может рендерить объекты и окружение. Игры серии GTA имели впечатляющую дальность прорисовки только потому, что 3D-модели в них были простыми зданиями и дорогами, до сложности джунглей им было далеко.

58

Желание геймеров бесконечно отождествлять себя с Солидом Снейком стало одной из причин, вдохновивших Кодзиму на создание Райдена как идеального противопоставления Снейку.

59

Связь с RPG четко прослеживается в сценарии игры, ломающем четвертую стену: Полковник: «Твоя роль – то есть миссия – проникнуть в строение и обезвредить террористов». Райден: «Моя роль? Почему вы это повторяете?» Полковник: «А почему нет? Это что-то вроде ролевой игры. Суть в том, чтобы ты сыграл свою роль – и я ожидаю идеального исполнения!»

60

External Gazer – одна из миссий режима Snake Tales в MGS2: Substance.

61

Примерно 9 км 144 м. – Прим. лит. ред.

62

Методики совершения HALO-прыжков были разработаны как раз в 1960‐х. – Прим. пер.

63

Если верить приблизительным данным портала VGChartz, то за все время серия Halo продалась в Японии в количестве немногим более 500 тысяч копий. – Прим. науч. ред.

64

В интервью, опубликованном в руководстве по прохождению MGS1 Official Mission Handbook от издательства Millenium (с. 144), на вопрос, играл ли он в похожие игры, Кодзима ответил: «Я очень хочу нормально поиграть в Goldeneye на N64. Но меня от игры в 3D начинает мутить, и я не могу даже завершить прыжок с тарзанки на первом уровне!» В интервью изданию Gamasutra (см. здесь: http://archive.is/397aD) помощник режиссера Metal Gear Solid 4 Райан Пэйтон сказал следующее: «Так вот, перспектива от первого лица – это то, с чем у японцев возникают трудности, их начинает сильно укачивать… Я заметил, что мои японские коллеги без проблем могут каждые выходные на протяжении трех месяцев резаться в Gears of War, но стоит им денек-другой поиграть в Halo, и все – начинает мутить. Мне кажется, дело в том, что им необходимо видеть персонажа; почему-то так японцы лучше воспринимают игры».

65

Substance была временным эксклюзивом Xbox всего один месяц. – Прим. науч. ред.

66

В английском Virtuous Mission («добродетельная миссия») и Virtual Mission («виртуальная миссия») созвучны. – Прим. ред.

67

«Теория VR» предполагает, что события MGS2 (или их часть) происходили в компьютерной виртуальной реальности, а не в «реальности» предшествующих игр.

68

Вспомните фразу, произнесенную ИИ, когда тот высмеивает разочарование Райдена тестовым сценарием: «Может, ты предпочел бы какое-нибудь фэнтези?», подразумевая, что сценарий мог бы быть каким угодно.

69

Можно вспомнить о знаменитой фотографии нацистского ученого Курта Дебуса, завербованного в ходе операции «Скрепка» и назначенного на пост директора Центра пусковых операций НАСА. На фото он сидит между президентом Джоном Кеннеди и вице-президентом Линдоном Джонсоном во время ракетных испытаний в 1962 году. Даже если забыть об Усаме бен Ладене, который может послужить образцом лицемерия и «смены времен» американской морали, эта фотография – хороший повод задуматься. Член самого чудовищного режима в истории стал почетным лицом, гордо восседающим рядом с президентом США.

70

В MGS2 мы узнаем, что полковника Кэмпбелла там нет. Вместо него – цифровой конструкт, с которым Райден общается благодаря GW, системе искусственного интеллекта, планирующей подчинить себе все информационные потоки мира и управлять человечеством посредством взаимодействия с наномашинами. Кэмпбелл, которого мы видим, был создан из воспоминаний и ожиданий Райдена – это пародия на настоящего полковника.

71

От попадания вражеских пуль Снейк даже не морщится, но пощечина от Мэрил Сильверберг сразу же отправляет его на пол.

72

Такое прозвище дала себе Эми Чуа – автор книги «Боевой гимн матери-тигрицы», познакомившей западную аудиторию с концепциями азиатского (а скорее, даже китайского) типа воспитания. Такие «тигрицы» изо всех сил стараются вырастить сверхуспешного члена общества почти всегда в ущерб индивидуальности ребенка. Вот некоторые особенности этого подхода: никаких развлечений, никаких праздников, никаких приглашений друзей к себе домой, никаких оценок ниже «пятерки», никакой похвалы, постоянная критика со стороны матери, будущую карьеру детей, их хобби и школьные кружки выбирает тоже она. Короче, не очень гуманные, на наш взгляд, методы. – Прим. пер.

73

Об этом мы поговорим в следующей главе.

74

Читатель может ознакомиться со статьей «Современное искусство как „оружие“ ЦРУ», опубликованной в издании The Independent (https://archive.is/GFjr9). В ней рассказывается, как ЦРУ поощряло и продвигало отвратительные работы абстракционистов, которых в то время ненавидели все: «Потому что в пропагандистской войне с Советским Союзом это новое художественное движение можно было использовать как доказательство креативности, интеллектуальной свободы и культурной мощи США. Русское искусство, затянутое в смирительную рубашку коммунистической идеологии, конкурировать с ним не могло».

75

Технократия – это форма правления, при которой у власти находятся ученые и технические специалисты.

76

В первую очередь это семейство Хаксли. Уэллс обучался у патриарха семьи, Томаса Генри Хаксли, но вам, скорее, известен Олдос Хаксли и его роман «О дивный новый мир» (1932), вдохновленный книгой Уэллса «Люди как боги» (1923).

77

Диалектический метод (в частности, гегелевский) – это преднамеренная организация бинарного конфликта, подкашивающего позицию обеих сторон, что приводит к необходимости поиска нового решения. Конфликт разрешается только тогда, когда принят искомый организатором результат.

78

Слова Солида Снейка, обращенные к Райдену в концовке MGS2.

79

Разлука с матерью создает эмоционально зависимого слугу для технократов. Ребенок, лишенный проявлений материнской любви во время развития, становится зависимым от одобрения хозяина. Так Оцелот стал лучшим агентом «Патриотов», социопатом, готовым пойти на все, чтобы добиться их расположения.

80

Отряд 731 был подразделением императорской армии Японии, занимавшимся исследованиями в области биологического оружия и проводившим эксперименты на китайских заключенных во имя науки. Тысячи людей, включая пожилых крестьян и детей, были намеренно заражены смертельными болезнями, такими как холера, а затем подвергнуты вивисекции, в ходе которой изучалась деятельность их организма перед смертью. В другой серии экспериментов конечности пленников погружали в воду и обмораживали до твердого состояния, чтобы потом испытывать различные способы разморозки. Подробнее об этих ужасах вы можете прочитать в статье «Отряд 731: Японская программа экспериментов на людях во время Второй мировой войны» (https://archive.is/pep7Q). Тот факт, что правительство США выдало полный иммунитет этим ученым – это все, что нужно знать о морали Запада в то время. Подробнее об этом рассказано на странице Википедии «Сокрытие Америкой военных преступлений Японии» (https://archive.ph/uWLtx). О поисках правосудия, продолжавшихся до 2002 года, читайте в статье «Азиатский Освенцим отряда 731» (https://archive.is/HmLyx).

81

В «Черной маске» идет речь о генетически модифицированных суперсолдатах с искусственно ограниченной продолжительностью жизни. А в «Гаттаке» – об обществе, где редактирование генов позволяет родителям кастомизировать своих детей, и о дискриминации на основе генетических профилей.

82

На официальном сайте Министерства по делам ветеранов США заболевание переименовано в «хроническую мультисимптомную болезнь» и «недиагностированную болезнь». По сей день правительство отказывается рассматривать это заболевание как нечто иное, кроме как загадочное состояние, не имеющее научного объяснения.

83

В Сети можно найти архивное видео агентства Associated Press под названием «США, Вашингтон: Расследование синдрома войны в Персидском заливе». В описании видео на YouTube (https://www.youtube.com/watch?v=vPhY5RGVPN8) мы видим следующее: «Некоторые ветераны считают, что симптомы могли быть вызваны американской программой вакцинации от последствий применения химического оружия». Приводится цитата Хилари Клинтон: «Многие ветераны считают, что эти симптомы объединяются в уникальный синдром войны в Персидском заливе. Однако, основываясь на проведенных исследованиях, эксперты пришли к выводу, что нет достаточных доказательств, чтобы назвать это синдромом». Подробнее об этом вы можете прочитать в статье издания Counterpunch «Под ядовитым огнем: Как Клинтоны помогли скрыть правду о синдроме войны в Персидском заливе» (https://archive.is/iWVQ3).

84

Хотя официально она отрицается и некоторыми высмеивается как шарлатанство, интересную и цельную теорию с точки зрения медицинского исследователя предложил доктор Леонард Горовиц. Его книги на тему экспериментов над микроорганизмами «Новые вирусы: СПИД и Эбола» (1996) и «Смерть в воздухе: Глобализм, терроризм и биологическая война» (2001) исследуют этот вопрос. Его видеолекцию на эту тему можно найти здесь: https://youtu.be/7zLvY3rEz0Q. (На момент выпуска книги видео недоступно. – Прим. ред.)

85

В докладе TEDx 2018 года «Дженнифер Джексон Гурлиас. Жертвы: Болезнь войны в Персидском заливе» рассказывается о том, как, угрожая наказанием, солдат во время службы заставляли принимать неиспытанные и не одобренные FDA (Food and Drug Administration – Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов) препараты, что, возможно, и вызывало болезнь и нарушало международное право (https://youtu.be/aW2vjidNn_8).

86

До этого Буш занимал пост директора ЦРУ, где руководил операцией «Кондор» – кампанией по уничтожению политической оппозиции в ряде стран Южной Америки. Он воспользовался своим влиянием, чтобы стать вице-президентом при Рональде Рейгане, и содействовал операциям ЦРУ на черном рынке, прикрываясь «войной с наркотиками». До того как стать президентом, он руководил операциями «Иран – контрас», поставляя в Иран оружие в обход эмбарго. Во многих кругах его помнят в основном за то, что он был самым громким сторонником призыва к созданию системы нового мирового порядка. А еще он сын Прескотта Буша, который финансово поспособствовал приходу к власти нацистской партии. «Как дед Буша помог Гитлеру прийти к власти». The Guardian, сентябрь 2004 года (http://archive.is/BrcnD).

87

«В настоящее время большинство случаев полиомиелита вызвано вакцинами, а не диким вирусом». ABC News, 25 ноября 2019 года (https://archive.is/fJ9Qd).

88

Или русским присказкам «тьфу-тьфу» и «сплюнь». – Прим. пер.

89

На Шэдоу-Мозесе шаман Вулкан Рейвен, используя своих птиц, демонстрирует способности, не поддающиеся разумному объяснению, но свидетелем этого становится только Снейк, который отбрасывает мысли о магии, посчитав увиденное галлюцинацией. Загадочную смерть Вулкана Рейвена тоже объяснить трудно, но она хотя бы на сюжет никак не влияет.

90

Мы знаем, что Кодзима в курсе существования вертолетных спутных струй, поскольку это знание он продемонстрировал в MGS1 – в сцене, где Ликвид Снейк взлетает с площадки на «Миг‐24», а охранники прикрываются от сильных потоков воздуха. Чтобы подчеркнуть мощь воздушных потоков, Кодзима даже воспользовался функцией вибрации недавно вышедшего контроллера DualShock.

91

Мы приводим перевод припева и уверяем вас – в оригинале он звучит так же неестественно.

Я отдаю свою жизнь

Не за честь, а за тебя (Пожиратель змей).

На моем веку таких больше не будет.

Злодеяния, вот как я прилечу к тебе (Пожиратель змей).

Я все еще во сне,

Пожиратель змей. – Прим. пер.

92

Знаменитый музыкальный продюсер на проектах Кодзимы. См. главу 8 книги «Кодзима – гений», раздел «Капля тщеславия», с. 153 и главу 10, раздел «Тайное знание», с. 347–349.

93

В книге «Кодзима – гений» я рассказывал о том, как в фильме «Побег из Лос-Анджелеса» звучит песня Sweat группы Tool, а в ее тексте упоминается «во сне новый сон». Скорее всего, в японской версии фильма на экране были субтитры с переведенным текстом песни, которые и бросились Кодзиме в глаза. Англоязычные зрители песню даже не заметили, но Кодзиму она могла сразить как громом, наводя на мысль, что странный, эксцентричный фильм сам по себе может быть сном, на что с помощью музыки и намекает Джон Карпентер.

94

См. Приложение А: «MGS3: Миссии во снах».

95

Это основано на реальном событии, произошедшем в 1960 году. Агентство национальной безопасности (АНБ) – это американское разведывательное подразделение, что позволяет предположить, что те, кто был вправе знать секретную информацию о холодной войне, считали Советский Союз более добросовестным, чем сама Америка. Кодзима, несомненно, решил, что не лишним будет это отметить.

96

На самом деле слово «Патриоты» не могли произнести как раз те, кто имел необходимый уровень допуска, то есть знал об их существовании. – Прим. пер.

97

До крайности пародия на эту тарабарщину доведена в миссии из Snake Tales «Внешний наблюдатель», где оказывается вплетена в абсурдистское повествование, высмеивающее всю концепцию. И туалетный юмор. Как же мы можем забыть про туалетный юмор. См. главу 11 книги «Кодзима – гений».

98

MGS2 ненавидели, наверное, лет десять после ее выхода. Лишь в последние годы ее начали вспоминать с любовью, как забавную часть безвозвратно ушедших времен. Юные поклонники игр Кодзимы проходят сначала ее сиквелы и только потом узнают о скандальности, считая все ее спорные решения частью эпического наследия и очарования игры.

99

В странах, где нет культуры обращения с оружием, прав на самозащиту или охотничьих традиций, обычно не осознают, что от владельца оружия требуется абсолютная дисциплина, ответственность и зрелость. Там полагают, что это все выпендреж, ненадолго дающий почувствовать себя героем боевика или членом уличной банды.

100

До того как Кодзима начал задумываться о карьере гейм-дизайнера, он хотел стать писателем. Но потерпел неудачу на этом поприще отчасти потому, что продолжал слать истории на четыреста страниц в журналы, требующие не больше сотни.

101

В каком-то смысле он самолично приучил свою аудиторию уделять чрезмерное внимание различным мелочам и неувязкам, какая ирония! Он борется за то, чтобы вырваться из клетки, в которую сам себя загнал.

102

В переводческом ремесле локализация – это когда переводчик использует возможность переработать исходный текст или отдельные его части с учетом специфики языка и культуры рынка, на котором появится перевод. Ведь уместные в оригинале реплики, отсылки или шутки могут ничего не сказать новой аудитории. Профессиональная локализация позволяет создать впечатление, что никакого перевода и вовсе не делалось, и часто это означает создание эквивалентных по смыслу отсылок или фраз.

103

Ближе к концу игры Оцелот из кожи вон лезет, чтобы поговорить о своем позывном и настоящем имени с Биг Боссом (на момент миссии известным как Нейкид Снейк).

104

В книге «Кодзима – гений» я рассказывал о том, как ловко Кодзима вставлял в свои игры отсылки… на свои же игры!

105

«Не волнуйся, это все игра. Игра, как обычно», – говорит гнусный ИИ, выдающий себя за полковника Кэмпбелла.

106

Модель камуфляжа «осиные полосы» делает вас неуязвимым для укусов насекомых, а если вы разорите осиное гнездо, то они не обратят на вас внимания и примутся жалить исключительно врагов. С других побежденных боссов тоже падет камуфляж, даже с Оцелота, и у каждого есть свои интересные и полезные эффекты. Биг Босс поглощает и интегрирует в себя все, с чем сражается. Благодаря этому он и станет легендой.

107

Речь идет о летательных аппаратах Williams X‐JET. https://ru.wikipedia.org/wiki/Williams_X-Jet. – Прим. науч. ред.

108

Полковника, а не Кодзиму, хотя это бы многое объяснило! – Прим. пер.

109

Хотя дизайн Кодзимы и вдохновлен реальной летающей платформой Hiller VZ‐1, разработанной армией США в 1950‐х годах, он менее реалистичен, поскольку вместо сложной системы соосных винтов использует одиночный реактивный движок. Который издает непонятный инопланетный звук.

110

См. приложение А: «Эммерих и „Метал Гир“».

111

C. 574, раздел «Княжна преисподней и князь хаоса».

112

Мы просто обязаны упомянуть хотя бы несколько названий областей родных русских джунглей! Это настоящая музыка для ушей! Прогуляйтесь по Долиноводно, посетите Понизовье, осмотрите Дремучий, заберитесь на Гранины горки и отдохните в Сокровенно. – Прим. пер.

113

А он прикрывает его даже во время выполнения акробатических трюков. – Прим. пер.

114

С учетом инфляции – больше триллиона долларов.

115

Он играл роль перебежчика АНБ Адама, чтобы в качестве крота ЦРУ перейти на сторону Советского Союза, где как биологический сын Босс пользовался особым расположением мятежной группировки Волгина.

116

Ее речь напрямую связана с тем, что мы уже знаем о Биг Боссе из первых двух игр, его реплик и интерпретации его видения мира Ликвидом Снейком. Иронию этого оценить непросто.

117

«Оцелот изнасиловал Мэрил?» – популярное фанатское заблуждение, которое основано на двусмысленности фраз Мэрил после того, как она прошла через пытки Оцелота. Нет прямых доказательств тому, что он ее изнасиловал. Блауштейн позже заявлял, что в оригинальном тексте не было никаких намеков на изнасилование, а двусмысленность фраз Мэрил была из-за не совсем корректного перевода. Так что тут Вулф транслирует популярную, но недоказанную теорию. – Прим. науч. ред.

118

Britannica.com/topic/Anglo-Japanese-Alliance: «После войны британцы больше не опасались посягательств России в Китае и желали поддерживать тесные связи с США, которые были склонны рассматривать Японию как своего соперника в Тихоокеанском регионе. После неудачной попытки привлечь США к альянсу на Вашингтонской конференции 1921–22 гг. Британия позволила ему прекратить свое существование. Он был расторгнут в соответствии с Тихоокеанским соглашением четырех держав (1921), соглашением с расплывчатыми формулировками, которое оставило японцев без союзников до заключения Тройственного пакта с Германией и Италией в сентябре 1940 года».

119

Босс родилась в 192X году (так гласит ее надгробие), и на фотографии «Комитета мудрецов» ей не больше десяти лет. Это если предположить, что белокурая девочка на снимке – она, а рядом с ней – основатели комитета. Если это так, то встреча пестрой группы русских марксистов, китайских коммунистов и американских капиталистов произошла бы в 1920‐х годах, из чего напрашивается вопрос: откуда у одиннадцати человек из этих стран сто миллиардов долларов и такие грандиозные планы?

120

Японская эстетическая философия «моно-но аварэ» – печальное очарование повседневной жизни из японской прозы и поэзии. Писательница одиннадцатого века Сэй-Сёнагон в своей книге «Записки у изголовья» описала этот принцип в одном примере: «Мне нравится, если дом, где женщина живет в одиночестве, имеет ветхий, заброшенный вид. Пусть обвалится ограда. Пусть водяные травы заглушат пруд, сад зарастет полынью, а сквозь песок на дорожках пробьются зеленые стебли… Сколько в этом печали и сколько красоты! Мне претит дом, где одинокая женщина с видом опытной хозяйки хлопочет о том, чтобы все починить и подправить, где ограда крепка и ворота на запоре» (перевод В. Марковой). – Прим. науч. ред.

121

В игре Кодзима использует этот термин осторожно и с отрицательной коннотацией. То, что Биг Босс считает наставницу абсолютным патриотом, напрямую связано с тем, почему он сам никогда больше не будет патриотом или членом «Патриотов».

122

Говорящие имена – одна из фишек Кодзимы, которую не понимают и высмеивают западные игроки. Например, персонаж Хартман из Death Stranding (дословно – «Сердечный» или «Сердечник») каждую 21 минуту умирает от сердечного приступа, а его дом расположен у озера в виде сердца. Сэм Портер Бриджес – Сэм, который «носит мосты». Это даже не недостаток или какая-то сумасбродная черта гейм-дизайнера, а просто формальное недопонимание двух культур. В японских романах, телесериалах, фильмах, манге и других формах искусства прозвища зачастую отражали характер или род занятий персонажа. Это одновременно мог быть символизм, игра слов или шутка. Но западному человеку это кажется однобоким и странным. Будто какое-то ребячество. Сам Кодзима давал по этому поводу комментарий изданию IGN в 2000 году: «Почему я придумал имена и прозвища, которые звучат как „уникальные“ или „особенные“? Потому что я японец!» – Прим. науч. ред.

123

Мерзкий антагонист фильма – голливудский продюсер и сценарист, «овладевший» несовершеннолетней девочкой. Примечательно, что она восхищается его «японской» философией жизни – что было намеком на ранний возраст согласия в Японии. Именно то, что великий американский мастер авторского кино признал и завуалированно одобрил – а может, и осудил, решайте сами, – этот эксплуататорский подход, несомненно, стало причиной того, что в Японии так любят и ценят Кубрика, а словом «лолита» даже начали называть несовершеннолетних сексуализированных девочек.

124

Актер, сыгравший в «Докторе Стрейнджлаве» аж три роли, включая и самого доктора. – Прим. пер.

125

Homestar Runner – сделанный на Flash комедийный веб-сериал, под завязку набитый сюрреалистическим юмором, самопародиями и отсылками к поп-культуре. The Best Page in the Universe – сатирический сайт блогера и писателя Джорджа Узуняна, более известного как Maddox. – Прим. пер.

126

Введение, с. 8.

127

Цитируя великого Джорджа Карлина: «Никакой заговор не нужен, когда интересы сходятся».

128

Об этом пиве в Сети можно найти, например, такие отзывы: «Вода со слабым запахом хмеля», «Вода со вкусом дрожжей» и «За что я себя так ненавижу?» – Прим. пер.

129

«Кодзима – гений», с. 147, раздел «Капля вдохновения». Фестиваль назвали в честь феномена «отаку». См. следующую сноску.

130

Японский термин, обозначающий людей с нездоровым увлечением предметом своего интереса, игнорирующих социальную мобильность в пользу антисоциального консьюмеризма. И в Японии с такими людьми связаны поистине мрачные истории. Эту тему я обсуждаю на страницах 144–147 книги «Кодзима – гений».

131

Мне кажется, тот факт, что Роджерс организовал в Японии личную встречу с Кодзимой, где в ходе интервью попытался подтвердить свою хипстерскую интерпретацию, говорит о том, что эссе и правда было искренним и уважительным.

132

См. Приложение Б: «Разговор с пустой комнатой», где я говорю о собственном опыте столкновения с последствиями появления этого эссе.

133

К слову об экзистенциальном кризисе самого Райдена и словах Кодзимы о том, что герой MGS2 – по сути лишенный какой-либо индивидуальности, готовый жить во лжи хипстер. Он бежит от обязательств, новых знаний и серьезных мыслей. Как представитель поколения Х, Кодзима смотрит на хипстерство с презрением.

134

Она перевела на английский Metal Gear: Ghost Babel и MGS2. – Прим. пер.

135

Я тут не касаюсь временного или одноразового использования или малоизвестных примеров. Названия компаний и имена в них могут означать что угодно: от неуловимой мечты и уклонения от налогов, до мало что значащих лицензионных сделок. Речь скорее идет о медиакомпаниях, продвигающих свою продукцию с помощью ассоциаций с единственным и неповторимым творцом.

136

С. 513–514, раздел «Контролируемый взрыв».

137

Речь об официальном бонусном диске к игре, который вышел за месяц до релиза Substance. – Прим. науч. ред.

138

Subsistence – «живучесть», «средства к существованию», «выносливость». – Прим. пер.

139

В отличие от Microsoft, Sony очень скупо продвигала мультиплеер на PS2. Мультиплеер в играх на PS2 встречался довольно часто, но его поддерживали только ревизии семейства PS2 Fat (так называемые «толстушки»), к тому же сервера в большинстве новых игр на PS2 обычно закрывали спустя несколько лет из-за низкой популярности. Subsistence не стала исключением – сервера в игре отключили спустя полтора года. В 2013 году фанатам из проекта SaveMGO удалось создать неофициальные сервера, на которых можно играть как с эмулятора PS2, так и с оригинальной, но взломанной консоли. – Прим. науч. ред.

140

Persistence – «выносливость», «упорство», «настойчивость». – Прим. пер.

141

См. Приложение А: «MGS3: Снейк против обезьян».

142

Existence – «существование», «бытие», «реальность». – Прим. пер.

143

См. главу 12 книги «Кодзима – гений».

144

Sigint – сокращение от signals intelligence – «радиоэлектронная разведка». – Прим. пер.

145

Или худших, тут как посмотреть! – Прим. пер.

146

Неопределенность кажется очень даже намеренной. Кто это: Солид Снейк или Биг Босс? Одет он в камуфляж из MGS3, но оружие у него футуристическое. Курит герой сигару, а не сигарету, как Солид Снейк. И одного глаза у него нет. Трактуйте, значит, как хотите.

147

Любопытный факт: практически во всех слоганах из этого трейлера в оригинале обыгрывается имя Кодзимы. Hide – «спрятаться», hideout – «убежище», hide & seek – «прятки». Как вы уже могли понять, Хидео Кодзима обожает каламбуры. – Прим. пер.

148

https://web.archive.org/web/20080708102925/http://www.konami.jp/mgs4/uk/interview/03.html.

149

На старости лет Уэллс признался, что после Первой мировой войны утратил веру во все идеалы и стал глубоко циничен, считая, что авторитарная всемирная система тотальной технократии была последней надеждой для мира.

150

Я осознаю, что миллениалы не доверяют власть предержащим. Общественное доверие новостям находится на рекордно низком уровне, класс инвесторов презирают, а политиков считают врагами народа, а не нашими представителями. Мы чувствуем, что обречены. В Северной Америке осталось два оплота оптимизма – технологии и наука, все остальное уже вызывает подозрение. Но учитывая, сколько мы всего узнали, впору считать их не просветами в нашем обществе, а слепыми зонами.

151

На самом деле седьмая. Автор зачем-то посчитал аддоны к Medal of Honor: Allied Assault. – Прим. науч. ред.

152

Там крутится трейлер Killzone 2. – Прим. пер.

153

https://web.archive.org/web/20120722034135/http://www.g4tv.com/videos/37448/gdc‐2009‐keynote-hideo-kojima.

154

Я говорю «дополнительные уровни», потому что мы должны думать о них как о сосуществующих смыслах, а не как о перетягивающих канат вопросах. Служат они разным целям, но работают сообща.

155

https://web.archive.org/web/20100414125514/http://uk.gamespot.com/news/6158568.html?tag=result; title;5.

156

Разрушающий четвертую стену бой с Психо Мантисом – один из самых запоминающихся и знаковых моментов в карьере Кодзимы. Телепат Мантис умеет читать мысли игроков, предугадывает их действия, уклоняется от всех атак и рассказывает о содержании карты памяти, вставленной в консоль! А победить его можно, переключив контроллер из первого порта во второй, что приводит Мантиса в замешательство, ведь так он лишается возможности узнать, что вы думаете.

157

Мультиплеерный спин-офф, включенный в MGS4 во всех регионах, кроме Японии, где он был выпущен как отдельная игра. – Прим. пер.

158

Если считать, что это настоящий Снейк, а не очередной VR-конструкт в голове Райдена.

159

Kojima Productions выпустила для PS3 отдельное приложение с базой данных, в которой можно ознакомиться с хронологией серии и множеством разнообразных фактов о ней. Хотя она и не совсем достоверна, но дает пищу для размышлений, а иногда и проясняет некоторые моменты и дает подсказки. Это не творение Хидео Кодзимы, а скорее попытка его команды разобраться в запутанной истории франшизы. Но думаю, что в данном случае заметка о позывном наверняка услышана от самого гейм-дизайнера.

160

В оригинале это выглядит примерно так: позывной Old Snake получается, если из позывного Solid Snake убрать буквы i и s, is – форму настоящего времени глагола to be, «являться», «быть кем-то». То есть Солид Снейк перестает быть самим собой. – Прим. пер.

161

Тут еще есть и любопытный метакомментарий: оказывается, все материалы о Биг Боссе и его подвигах в 1960‐х были «рассекречены» и теперь все вокруг пытаются ему подражать. Солид Снейк даже вынужден напомнить Отакону, что оригинал – отнюдь не герой, а военный преступник. Это служит напоминанием для игроков, возможно забывших, что сюжет MGS3 ведет к тому, что Биг Босс превращается в схожего с полковником Курцем или бен Ладеном террориста. И это актуально в рамках откровенной полемики MGS4 о войне с терроризмом.

162

Видео находилось здесь: http://gamevideos.1up.com/video/id/3855, но уже недоступно. Цитата была на отметке 30 минут 48 секунд. Скриншот с этими словами вы можете найти на странице моего сайта: http://www.metagearsolid.org/reports_mgs4_kojimaVSmgs4.html.

163

Костюм Старого Снейка и его маска автоматически копируют текстуры окружения, позволяя Снейку сливаться со стенами, полом и объектами вокруг. Это одно из величайших технологических достижений игры, а использование камуфляжа требует непрестанного стратегического мышления.

164

MGS4 требует не только загрузки, но и установки и удаления каждого акта. Это очень неудобно. Знание того, что виной всему – никому не нужные несжатые аудиофайлы, бесит еще сильнее.

165

Повторю, что «Внешний наблюдатель» – последний и самый важный эпизод режима Snake Tales, который, надо сказать, и продал многим Subsistence. «Внешний наблюдатель» – в наипрямейшем смысле заключительная глава MGS2, которая должна была стать финалом франшизы Metal Gear. Если бы Кодзима завязал с работой над серией, эта миссия так и осталась бы последним кусочком пазла. Ее название обозначает то, что оно и обозначает – взгляд на Снейка или Райдена извне, – как это и делает игрок. Речь идет об управляющей ими внешней сущности.

166

Непрямая цитата отсюда: https://web.org/web/archive.20190607140917/http://www.ps2fantasy.com.

167

Прямо как Грей Фокс и Наоми Хантер.

168

Райден даже круче киберниндзя – в следующей сцене он лишается второй руки! – Прим. пер.

169

Из ранее упомянутого интервью Кодзимы с Эцу Тамари на официальном сайте Konami.

170

Это прием, известный как lampshading – «навешивание абажура». С его помощью автор признает очевидные проблемы в повествовании, заставляя персонажей обратить внимание на творящееся безобразие, тем самым превращая абсурдность происходящего в шутку.

171

С. 325–326, раздел «Эгоистичный мем».

172

Надеюсь, эта книга послужит доказательством того, что Кодзима не лицемерит в этом отношении. Несмотря на значительные заимствования у других, он придает концепциям собственный смысл, но отдает дань уважения вдохновителям, признавая корни своих идей и вставляя в них «гиперссылки».

173

Точнее, ровно семьдесят. – Прим. пер.

174

См. Приложение А: «MGS3: Битвы с „Кобрами“».

175

См. Приложение А: «Забейте на „Базу данных“», чтобы понять, почему использование «Базы данных» в качестве источника точных фактов – очень плохая идея.

176

Старый Снейк может обыскивать взятых на мушку солдат. Он прощупывает все их тело, включая грудь и промежность. Когда Снейк проделывает это с Лягушками, то они иногда отпускают ему комплименты. Абсолютно отвратительно.

177

Laughing Octopus – «Смеющаяся Октопус», Raging Raven – «Разъяренная Рэйвен», Crying Wolf – «Рыдающая Вульф», Screaming Mantis – «Вопящая Мантис».

178

В архиве здесь: http://archive.is/z5H46.

179

Информация об этом найдена во все том же интервью Эцу Тамари.

180

Отакон разработал «Метал гир Mk. III» на «Кочевнике». А Санни, говорят, никогда не покидала самолет.

181

Утром 11 сентября вице-президентом Диком Чейни были проведены подозрительные учения, в точности «симулировавшие» произошедшие вскоре события. Эти военные учения заставили все системы реагирования делать вид, что происходят реальные события, в то время как реальные события, собственно, происходили. Путаница и стала виной того, что самолеты беспрепятственно врезались в здания.

182

В MGS2 говорилось, что для специальных штурмовых отрядов было разработано уникальное оружие, заблокированное ID-датчиками. А тут уже совсем другая ситуация.

183

Поставщики яиц – живущие на «Кочевнике» три курочки. Зовут их Солид, Ликвид и Солидус. Видимо, Снейку по кайфу, что его кормят птицы, названные в честь кровожадных клонов, к убийству которых он приложил руку.

184

Повторение пройденного, а как же иначе.

185

И никакого намека на Linux! Хакер, называется.

186

Небольшой трехрукий дрон-разведчик.

187

Точное время действия MGS4 оставалось тайной с момента анонса игры. Снейк-пенсионер наводил на мысли о том, что события будут разворачиваться в далеком будущем. А в знаменитом трейлере с Е3 2005 на экране красовались слова «Спустя X лет после Биг Шелл», подлив еще больше масла в огонь спекуляций. Учитывая разительные перемены в мире, атмосфере и Снейке, осознание того, что прошло всего пять лет, дается нелегко. А саму хронологию событий воспринимать всерьез не получается.

188

По всей видимости, это происшествие никак не повлияло на внешнюю политику США, а за резкий сдвиг в общественном мышлении ответственно что-то другое. Кодзима намеренно не вдается в подробности инцидента, оставляя произошедшее открытым для интерпретации и не говоря о его последствиях, запутывая нас относительно причин и следствий.

189

Кэмпбелл упоминает об этом в брифинге четвертого акта. Сроки снова указывают на то, что именно теракты 11 сентября стали катализатором всех цифровых модернизаций и внедрения систем управления, потому что иначе скорость перевода оружия и арсеналов под контроль «СП» должна была быть какой-то совсем уж нереальной.

190

«Деконструкция Шэдоу-Мозеса» за авторством Mad Jackyl. Доступна здесь: http://www.metagearsolid.org/reports_mgs4_deconstructingshadowmoses.html.

191

Прочитайте книгу «Кодзима – гений», чтобы получить исчерпывающую информацию о том, как MGS2 выросла на почве разочарования в Шэдоу-Мозесе и о ее мрачных пародиях на события MGS1.

192

В книге «Кодзима – гений» объясняется, как и зачем Кодзима создал дополнительных персонажей, чтобы затем вырезать их из игры и срастить с другими.

193

Перефразирование закона, выведенного писателем Артуром Кларком: «Любая достаточно развитая технология неотличима от магии».

194

Кроме Джонни (Акибы) – он к Системе не подключен.

195

Позволить игрокам собственноручно уничтожить символ MGS2, пилотируя гигантский вражеский мех из MGS1 – фансервис с оттенком жалости к себе. Ведь популярность Шэдоу-Мозеса так и не угасла.

196

Может, памятник сделан из реальных материалов, а может, это проекция на «ОктоКамо», которым корабль покрыт. Главное, что это очень странно!

197

Может показаться, что подлодка Оцелота называется один в один, как военная база Биг Босса, но это не так. В оригинале она называется не Outer Heaven («Внешний рай»), а Outer Haven – «Внешняя гавань» или «Внешнее прибежище». – Прим. пер.

198

Клонов, правда, всего три. – Прим. пер.

199

Найдено на сайте HideoBlog, пост сохранен здесь: https://web.archive.org/web/20150826055726/http://www.kjp.konami.jp/gs/hideoblog_e/2006/01/000062.html.

200

«Патриоты» (под личиной полковника Кэмпбелла) объясняют Райдену, что залогом успеха миссии стала любовь Снейка и Мэрил, придавшая наемнику сил преодолеть все препятствия на своем пути. Поэтому Райдена и свели с Роуз. Прочитайте книгу «Кодзима – гений», чтобы увидеть, что за этим крылась умышленная ирония. Книга поможет вам оценить, как умело Кодзима использует отсутствие чувств Мэрил к Снейку в MGS4.

201

Упоминание «аналитических центров» показывает, что Кодзима знает о роли таких определяющих политику стран организаций, как Совет по международным отношениям, Carlyle Group, и других корпораций, приветствующих войну и наживающихся на ней.

202

Кодзима даже поручил Мэй Лин изречь намек на то, что игрокам следует внимательнее вслушиваться в слова Биг Босса в эпилоге: «Внимание! Послушайте! Один мудрец писал: „Предсмертные слова, гармонии торжественной подобно, должны к себе вниманье приковать. Ведь тот, кто вынужден слова беречь, одну лишь истину влагает в речь“». (Цитата из Уильяма Шекспира, «Ричард II», перевод М. Донского. – Прим. пер.)

203

На самом деле Нико Беллик родом с Балкан. – Прим. пер.

204

Acid – «кислотный», «ярко-кричащий». Согласно разработчикам, ACID – это аббревиатура, которая расшифровывается как Active Command Intelligence Duel – «Интеллектуальная дуэль прямого управления». – Прим. пер.

205

Изначально японский литературный самиздат. В наше время скорее собирательное название для фанфиков в различных формах – от рассказов до манги. – Прим. пер.

206

Как вы помните, «смысл» был ключевым тематическим словом для MGS4, как «ген», «мем» и «сцена» для предыдущих игр. Речь шла о душе человека, которую невозможно передать, или о его воле. Таким образом, неверное понимание Ито «смысла» Кодзимы при попытке создать новеллизацию MGS4 вдвойне иронично.

207

Его дедом был Джошуа Холдеман – активный сторонник технократического движения, зародившегося в 1930‐х годах как путь к преодолению Великой депрессии. См. статью издания Financial Times (http://archive.is/3Mn4e), в которой говорится следующее: «К северу от границы „Технократы“ были восприняты так серьезно, что были запрещены канадскими властями, опасающимися, что в планы партии входит свержение правительства. Авантюрист Джошуа Холдеман – лидер партии, утративший в нее веру, позже покинул Канаду и перебрался в Южную Африку». См. статью об этом движении здесь: https://en.wikipedia.org/wiki/Technocracy_movement.

208

Шучу, конечно. Даже если по американским стандартам Кодзиму и можно назвать любителем теорий заговора, вся эта неприятная США информация о собственном лицемерии и международных махинациях замалчивается и отрицается в основном в самой Америке. В других странах ничто из этого не секрет, и там нет нужды полагаться на радикальных американских пропагандистов, чтобы узнать правду. (Ноам Хомский – американский лингвист и философ, известный своей критикой внешней политики США. Алекс Джонс – американский конспиролог, пропагандирующий в своем радиошоу и на сайте InfoWars всевозможные теории заговоров. – Прим. пер.)

209

С официальной страницей DARPA, посвященной проекту, можно ознакомиться здесь: https://archive.is/ZKDLR. А ознакомиться со статьей издания Wired, посвященной свертыванию программы, можно здесь: https://archive.is/lX2j7.

210

https://www.popularmechanics.com/military/navy-ships/a26772/china-arsenal-ship.

211

И вот тут следует заметить, что в играх Кодзимы зачастую сам игрок становится злодеем поневоле – предотвращая свержение контролирующего мир тайного общества, что нарушает привычную нам модель взаимодействия хороших и плохих парней. Похоже, Кодзима не заинтересован в восхвалении военных. Или в том, чтобы все было просто и понятно.

212

Поклонники Эйзенхауэра помнят, что, согласно его черновикам, в речи первоначально должен был использоваться термин «военно-промышленно-конгрессионный комплекс», поскольку именно Конгресс отвечает за финансирование вооруженных сил, подвергаясь постоянному давлению лоббистов. Подобные Сандерсу, избранные члены Палаты представителей и Сената отвечают за согласование бюджетов и их распределение. Это хорошо проясняет значение не получившего известности термина.

213

Под руководством Милнера этот регион приносил годовой доход, эквивалентный четырем миллиардам долларов. Можете ознакомиться с книгой Уолтера Нимокса «Юноши Милнера: „детский сад“ имперских дел эдвардианской эпохи». (Не переведена на русский язык. – Прим. ред.)

214

В частности, Колледжа всех душ, члены которого автоматически становились «стипендиатами», получая солидную зарплату и входя в руководящий орган колледжа, что позволяло им набираться опыта, воспитывать в себе ответственность и безбедно жить полной приключений жизнью, не боясь нищеты.

215

Из энциклопедии Britannica.com мы можем узнать, что «влияние Уэллса было невероятным, как и на его поколение, так и на последовавшее за ним». И что «никто другой не смог так красочно описать энергию этого периода, его авантюризм и чувство освобождения от условностей викторианской мысли и приличий».

216

http://www.gtinter.msxnet.org/Setting.htm.

217

Географически она находится скорее в Центральной Азии. – Прим. пер.

218

Кажется, автор книги тут и дальше по тексту не различает понятия «арий» и «ариец», что не так уж и удивительно – на английском они обозначаются одним и тем же словом «aryan». – Прим. пер.

219

Это базовые потребности, у человека нет таких инстинктов. Мы называем их так по привычке. – Прим. лит. ред.

220

Это можно узнать из статьи в японском артбуке Metal Gear Solid Naked. Английский перевод, сделанный Марком Лейдлоу, находится здесь: https://www.ignboards.com/threads/ok-ok-here-is-an-awesome-topic-hideo-kojimas-favorite-movies.160963578.

221

Замечания Кодзимы о дихотомии между Биг Боссом и Солидом Снейком в этом метафорическом контексте вы сможете найти в приложении А: «MGS3: Нейкид и Солид как Человек и Чудовище».

222

Речь идет о сборнике спортивных игр Wii Sports. – Прим. пер.

223

Медведь – мнительный продавец, придерживается пессимистической позиции и забирается в глубокую пещеру, впадая в спячку, пока условия для активного ведения бизнеса не станут максимально благоприятными или пока он совсем не оголодает. Бык же ломится напролом, скупая все, что может.

224

Райден делает нечто подобное, спрашивая в начале игры «полковника» о его со Снейком отношениях. Ему, естественно, велено заткнуться. Райден и игроки могут или принять этот подозрительный отказ и продолжить миссию, или выйти из симуляции, выключив игру. Только бездумное подчинение позволяет ИИ управлять нами.

225

Ситуацию не проясняют даже известные оправдания Кодзимы насчет того, что оригинальную тему за авторством TAPPY пришлось заменить из-за подозрений на плагиат. Если так уж потребовалась отдельная песня, то это не значит, что она должна стать скорбным плачем на иврите. В примерном переводе текста песни говорится о том, что кто-то впал в отчаяние, находясь в «кошмаре» войны и скучая по кому-то всем сердцем. Говорится и о том, что «сердце» и «надежда» «уже мертвы». Учитывая, сколько иноязычных версий выпустила Konami, можно было использовать любой из этих языков. Но малопонятный большинству людей иврит выбран намеренно, подкрепляя идею о непередаваемости смысла.

226

Хоть я и ухахатывался с этого ролика в 2009 году, но уверяю вас, что к моменту написания своей первой книги уже напрочь о нем забыл!

227

Rising – «восход», «возвышение» или даже «воскрешение». – Прим. пер.

228

Peace Walker – «идущий к миру». – Прим. пер.

229

Краткое изложение анонса и интервью можно найти здесь: https://web.archive.org/web/20100619063552/http://www.andriasang.com/e/blog/2010/06/16/mgs_rising_team_interview.

230

Подтверждено 26 июня 2010 года в ходе интервью с продюсером Сигэнобу Мацуямой. Он сказал, что Rising – не просто дополнение и что теперь будут сосуществовать две серии MGS. https://web.archive.org/web/20100630030804/http://www.andriasang.com/e/blog/2010/06/27/mgs_rising_series.

231

Речь о Metal Gear Solid 4 Database для PS3. – Прим. науч. ред.

232

Недавно статья была удалена с сайта, но архивную версию первой страницы можно найти здесь: http://archive.is/vhjEY. Копию текста статьи можно найти на форуме IGN (https://archive.is/CETcy), где геймеры приняли ее на удивление холодно, а некоторые и вовсе в штыки.

233

Alternative Reality Game – «игра в альтернативной реальности». Интерактивное повествование, чаще всего детективное и использующее в качестве платформы Интернет и элементы реального мира. – Прим. пер.

234

https://www.deltaheadtranslation.com/MGS2/DOTM_TOC.htm. – Прим. пер.

235

https://junkerhq.net/MGS2/index.html. – Прим. пер.

Content

Терри Вулф
Гений наносит ответный удар

ВВЕДЕНИЕ

ВСТУПЛЕНИЕ

ЧАСТЬ I Я ИМ ПОКАЖУ

1 АЛЛЕГОРИИ

2 ГОРОДОК НАШ НЕБОЛЬШОЙ…

НИЧЕГО НЕ ЗНАЧИТ

3 КОДЗИМА ПРОТИВ ВСЕХ

«ГОРОД ПОРОКОВ»

ДВА БРАТА-АКРОБАТА

4 ПОЛЕМИКА

5 ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ДЖУНГЛИ

ВРЕМЕНА СМЕНЯЮТ ДРУГ ДРУГА

КРУГОВОРОТ СМЕРТИ

РОЖДЕНИЕ БЕЗУМЦА

6 СРЫВ ПОКРОВОВ

КРИТИК ПРОТИВ АНАЛИТИКА

ВОЕНИЗИРОВАННОЕ ОЗАРЕНИЕ

КЕЙФЕБ

КАСКАДЕРЫ

ОГОЛЯЯ СНЕЙКА

7 ПОЧУВСТВУЙ СЕБЯ БОССОМ

СОВЕРШЕННЫЙ СИМУЛЯТОР СПЕЦНАЗА

КАМУФЛЯЖ

ЧЕЛОВЕК БЕЗ ИМЕНИ

ВРЕМЯ РЕШАЕТ ВСЕ

ВОСТОК И ЗАПАД

НОВЫЕ ВЫСОТЫ

ИНОГДА СИГАРА – ЭТО ПРОСТО СИГАРА

ВИРТУАЛЬНАЯ МИССИЯ

БУДУЩЕЕ ОТРЯДА «ЛИС»

«СКРЕПКА»

МНЕ НРАВИТСЯ MGS2!

ВРЕМЕННОЙ ПАРАДОКС

ЗАГАДКА ДВУХ БОССОВ

8 ОБЛИК ГРЯДУЩЕГО

СТРЕМЛЕНИЕ К ЗВЕЗДАМ

ТЕХНОКРАТИЯ

ОБРАЩАЯСЬ К ИСТОРИИ

9 РУССКАЯ ГОРЯЧКА

КУВАБАРА КУВАБАРА

КАК ВО СНЕ

НОЧНОЙ КОШМАР

КОЛЫБЕЛЬНАЯ

НЕ НАЕМНЫЙ УБИЙЦА

КТО ТАКИЕ «ПАТРИОТЫ»?

ДОБРОДЕТЕЛЬ И ПРЕДАННОСТЬ

СТВОЛЫ И ДЕВУШКИ

ВЫСОКОЕ ИСКУССТВО

СОКРЫТОЕ ВО ЛЖИ

10 НАДУМАННОСТЬ

11 ПОЖИРАТЕЛЬ ЗМЕЙ

ШОКИРОВАНЫ ШОКЕРОМ

А ВОТ И КОТ

ОТЕЧНОСТЬ И АГОНИЯ

ПОГЛОЩАЯ ВОЙНУ

РОЗЫГРЫШИ

МАСТЕР СВОЕГО ДЕЛА

ВОЗВРАЩЕНИЕ РАЙДЕНА

И ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ

ЧЕРТЕЖИ МИРОВОГО ГОСПОДСТВА

И СНОВА, И СНОВА

12 МОНО-НО АВАРЭ

РАЙ СПУСТИЛСЯ НА ЗЕМЛЮ

СИЯЮЩЕЕ НАДГРОБИЕ

13 ВЕСЕЛО И СТРАШНО

АРМРЕСТЛИНГ

ЧАСТЬ II ВОЙНА

1 МИЛЛЕНИАЛЫ

ХИПСТЕРИАДА

ХИПСТЕО КОДЗИМСТЕР?

2 ПАЦАНЫ С ЗАПАДА

3 СУРВИВАЛИЗМ

SUBSISTENCE

4 БЕССМЫСЛИЦА

ТАЙНЫЙ ТЕАТР

ТРЕЙЛЕР С E3 2005

«ИГРА В СТЕЛС» НА МАКСИМАЛКАХ

НОРМАЛЬНОЕ КОМЬЮНИТИ

ОПУСТОШЕННОСТЬ

5 МИРОУСТРОЙСТВО

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ДЛЯ ЧАЙНИКОВ

ПОЗНАКОМЬТЕСЬ С «СП»

6 КОНЕЦ СВЕТА

НЕСУЩЕСТВУЮЩЕЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ

РУТИНА ВОЙНЫ

СОЛИД СНЕЙК, СТАРШЕ И СОЛИДНЕЕ

ОЧАРОВАТЕЛЬНЫЙ ПСИХОТЕРАПЕВТ

РАЙДЕН-ТО НАШ ТЕПЕРЬ КИБЕРНИНДЗЯ

НАНОМАШИННАЯ СИСТЕМА НАНОМАШИН

ПО УШИ В ПУШКАХ

ЗОМБИРОВАННЫЕ ЖЕНЩИНЫ

БОЖЕСТВЕННОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО

ИНТЕРМЕДИЯ

ЭКРАНЫ УСТАНОВКИ

ВОЛШЕБНЫЙ «КОЧЕВНИК»

РЕКЛАМНАЯ ПАУЗА

У МЭРИЛ ДРУГИЕ ИНТЕРЕСЫ

ВОССТАНИЕ ГЕЙМЕРОВ

ПЛАЧ ПО ШЭДОУ-МОЗЕСУ

НАУЧНЫЙ ВАМПИРИЗМ

ЛИКВИД ОЦЕЛОТ БЫЛ ОШИБКОЙ

ПСИХО МАНТИС УЖЕ НЕ ТОТ

ДЖОННИ, ТЫ МОЙ ГЕРОЙ

ПЕЧЕНЫЙ СНЕЙК

ЗРЯ ВЫ ЖДЕТЕ «МЕТАЛ ГИР»

7 ТУШИТЕ СВЕТ

ГРЕШНЫЕ ЧУДОВИЩА В ТЕНЯХ

БИГ БОСС И ЗЕРО, ОТ И ДО

ЧАСТЬ III ХМУРЫЙ РАССВЕТ

1 ИЗ ЕВРОПЫ С НЕЛЮБОВЬЮ

2 KOJIMA PRODUCTIONS

ИЗБИРАТЕЛЬНАЯ АМНЕЗИЯ

3 ПРИБАВЛЯЯ К НОЛЮ

ИДЕОЛОГИЯ МЕРТВЕЦОВ

НАСТОЯЩИЕ «ФИЛОСОФЫ»

РОДЕЗИЯ

МИР НАИЗНАНКУ

4 КРАСАВИЦА И ЧУДОВИЩЕ

5 ВОСХОДЫ И ЗАКАТЫ

ЗАБВЕНИЕ

ВОСХОД НЕ ВЗОШЕЛ

ПОСЛЕСЛОВИЕ

ПРИЛОЖЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЕ А

ПРИЛОЖЕНИЕ Б

Примечания