Попаданец. Маг Тени. Книга 1

Глава 1

Дверь захлопнулась перед самым носом, и на площадке зазвучал стук каблуков. Не задержавшись у лифта сапожки начали выбивать дробь по лестнице, стихая по мере удаления.

— Чёрт, Лика! — Андрей ударил кулаком по косяку и упёрся лбом в глазок.

Всё, она уже точно не вернётся, и, тем не менее, что-то погнало его на кухню к окну. С пятого этажа открылся вид на заставленный автомобилями вокруг детской площадки двор.

Молодая женщина, с которой у Андрея за последние два года было немало прекрасных моментов, выскочила из подъезда, на ходу запахивая пальто. Остановится? Может ещё передумает?

Да, остановилась, но только на несколько секунд, чтобы пропустить проезжавшую мимо подъезда машину. Затем переступила через неубранную коммунальщиками тонкую полоску наледи, перебежала дорожку, несколько раз метнулась вдоль капота своего фольксваген-пассат, зло пнула колесо рейнджровера, подпёршего её водительскую дверь, и влезла за руль через пассажирское сидение.

— Прощай, красавица, — вздохнул Андрей.

Его фраза словно послужила командой энергетикам — во дворе зажглось уличное освещение, хотя было ещё достаточно светло.

Лика на своей машине скрылась за "Пятёрочкой", а брошенный ею партнёр пошёл к себе в комнату.

Надо отдать подруге должное, она всегда, когда уходила, оставляла после себя порядок близкий к идеальному. Так же поступила и в этот, последний, раз.

Двухкомнатная квартира, доставшаяся Андрею после смерти родителей в безраздельное пользование, теперь вновь стала берлогой одинокого холостяка.

Ну, не готов он в свои тридцать шесть лет к семейной жизни. Может от того, что сам был поздним ребёнком — мать родила его, когда ей исполнилось сорок, а отцу и вовсе сорок три — или Андрей ещё не встретил ту единственную, с которой мог бы прожить до старости, но перспектива идти в ЗАГС его не прельщала.

Анжелика тем и привлекала, что помимо красоты и ума отличалась яростным желанием делать служебную карьеру, значит, семья и дети не должны были быть у неё на первом плане.

Так он думал, и, как теперь выяснилось, ошибался.

Последние пару месяцев подруга всё менее прозрачно стала намекать на необходимость узаконить их отношения, а сегодня заявила об этом прямо и, в свойственной ей манере, весьма агрессивно и напористо.

Действие рождает противодействие, Андрей также без недомолвок откровенно объяснил Лике свою позицию, в результате чего опять остался в одиночестве.

На столе завибрировал смартфон. Отвечать не хотелось, но проявить в этом упорство сил не хватило. Звонили с работы.

— Бери документы и приезжай в офис, — Галка, секретарша шефа, удивительным образом умудрялась одновременно говорить, жевать и зевать, — Предупреждаю сразу, он злой как тысяча демонов.

— А Борисыч помнит, что он сам меня сегодня в отгул отпустил?

— Он не нашёл папку по "Аэлите" и знает, кто у нас не любит задерживаться на работе, зато любит таскать служебные бумаги домой. Не раздражай его и меня ещё больше.

— Ты-то тут при чём?

— При том. На часы посмотри. У меня уже через пятнадцать минут должен рабочий день закончиться, а я по твоей милости проторчу здесь ещё, как минимум, час.

Пришлось в спешке одеваться.

Последние четыре с половиной года Андрей работал в фирме, занимающейся независимым аудитом, проверкой финансовой деятельности предприятий и организаций. Заказчиками чаще всего являлись владельцы бизнеса, желающие контролировать эффективность и деловую чистоплотность наёмного менеджмента. Проще говоря, получающие доходы бездельники хотели быть уверенными, что их не обворовывают, для чего они платили деньги таким, как Виктор Борисович Плотников, а те посылали рыть землю, ну, образно говоря, таких, как Андрей Николаевич Немченко.

С вешалки он снял кашемировое пальто, начало марта в этом году выдалось достаточно прохладным, взял с тумбы ключи от машины и тонкий портфель с бумагами. Дверь закрыл только на один из двух имеющихся замков. Дорогой оргтехники у него нет, мебель ещё от родителей, украшений отродясь не носил, а те, что остались от мамы, подарил тётке и двоюродной сестре, деньги все были на картах, так что, грабить в его квартире было нечего.

Вспомнились времена, когда стены подъезда местные любители словесности исписывали похабщиной, пахнувшем мочой лифте половина кнопок были сожжены, а под лестницей первого этажа валялись шприцы, брошенные наркоманами. Всё это в далёком прошлом, сейчас подъезд сиял чистотой и ремонтом.

Вызвав лифт, Немченко услышал шум поднимающейся кабины и топот спускающихся по лестнице людей. В открывшуюся дверь за ним вошли двое крепких мужчин в утеплённых кожаных куртках.

— Вниз? — уточнил Андрей у нежданных попутчиков и протянул руку к панели управления.

— На технический, — ответил более высокий из них, первым надавив нужную ему кнопку десятого, не жилого этажа.

Кабина, вместо того, чтобы спускать аудитора вниз, поехала вверх.

— Вы ..., — Немченко хотел назвать незнакомцев наглецами, но, разглядев их отъевшиеся морды и крепкие плечи, передумал.

— Николаич, дорогой, мы к тебе, — оскалился второй попутчик, — Тебя ведь Жанна Петровна просила не копать переводы в "Стройбанк" и "Консалтинг плюс"? Ну, просила ведь. Признавайся.

— Я ...

— Где у тебя не учтённые поручительства? — спросил высокий, — Говори откровенно, как попу на исповеди, и не заставляй, братан, спрашивать тебя другими способами.

— Сдаётся мне, Сань, они у него при себе, — догадался его приятель.

— А ведь похоже так и есть, — усмехнулся названный Саней.

Портфель Андрей отдал без всякого сопротивления. Проявлять героизм защищая бумаги, изобличающие одних жуликов в глазах других, было бы откровенной глупостью.

Когда кабина остановилась, на техническую площадку вышли все втроём.

— Да, это то, что нам надо, — второй незнакомец сложил нужные ему бумаги вчетверо и убрал их во внутренний карман, остальные документы впихнул обратно в портфель, — Бывай, терпила.

Его напарник сделал резкое движение, и Андрей почувствовал невыносимую боль в сердце. В глазах помутилось, и он осознал, что падает с большой высоты. Одна рука в полёте пыталась зацепиться за любой выступ в кладке, но так и не смогла.

Разросшийся у основания стены ивняк принял на себя упавшее сверху тело и оттолкнул дальше, в наполовину заваленный снегом ров.

Провалившись в плотный сугроб, Андрей неожиданно не ощутил последствий удара, и даже боль в сердце прошла, весь его организм онемел, как будто бы он был бесчувственным бревном, а не человеком. Впрочем, онемение длилось совсем недолго — секунду, две — сменившись жаром, принесшим наслаждение.

Висевший под нательной рубахой в виде бриллиантового кулона изготовленный матушкой амулет великого огненного восстановления сделал своё дело, спасши жизнь её младшего сына, и рассыпался в мелкую крошку.

Какой, к чертям собачим, ещё амулет? Голову захлестнули потоки сумбурных мыслей. Что вообще происходит? Тело словно начало жить своей, независимой от сознания жизнью, принявшись выбираться из снежного завала к отвесу рва.

Руки — что за гадство-то, в самом деле? — они тонкие, изнеженные, ухоженные. Взгляд из-за нахлынувшего вдруг страха переместился с ладоней на грудь и ноги. Нет, не девушка. Парень. Да, он парень, только, кажется, совсем молодой. В предрассветном сумраке Андрей это хорошо рассмотрел.

— Ты видел, где он упал? — послышался хриплый мужской бас со стены.

— Какая разница, где? С болтом в сердце не живут. К тому же, по одежде, это был всего лишь кто-то из слуг. Побежали к южному крылу, а то всё самое весёлое пропустим.

Шум шагов удалился к башне. В замке всё ещё шло сражение. Дружинники рода Шерригов не хотели отдавать жизни даром.

Болт в сердце? Действительно, на накинутой в спешке охотничей куртке на левой груди виднелось отверстие, чернеющее по краям сгустком крови. Сам арбалетный снаряд превратился в пыль под действием восстановительного заклинания.

— Бред какой-то, — произнёс Немченко.

И голос не его — звонкий, молодой, такой, каким он и должен быть у семнадцатилетнего Вита ол Шеррига, сына Редина, пятидесятилетнего воздушного мага, и Нии, сорокачетырёхлетней огненной.

Сознание будто бы через дозатор мелкими крупицами получало информацию от другой личности, ранее пребывавшей в том теле, в котором Андрей сейчас себя обнаружил.

Растерянность от полного сюрреализма происходящего, сомнения в здравости своего рассудка, безумная идея насчёт розыгрыша бушевали недолго. Жажда выжить оказалась намного более сильным чувством. Нужно было не рефлексировать, а срочно спасаться. Рано или поздно Вита среди убитых не обнаружат, и начнутся поиски.

Бежать сломя голову подальше от замка — явно не самое лучшее решение. Да, твердыню Шерригов перероют сверху донизу в первую очередь, однако уйти пешим от конных, да ещё без припасов и денег не получится никак.

Спрятаться в деревне? Семье Вита принадлежало крестьянское поселение на три с половиной сотни дворов. Но поселенцы забиты и покорны любой власти. Молчать как партизаны на допросе они не станут и выдадут сразу же.

Пока мысли крутились в голове, тело уже действовало. Необходимо спешить, вскоре рассвет вступит в свои полные права. Подумать о том, что произошло, и как жить дальше, можно и потом.

Более ста лет назад Шерриг был кардинально перестроен, изменилась даже геометрия периметра стен. Из круга периметр замка стал квадратом, и на месте, где когда-то высилась прежняя Орлиная башня, сейчас находился холм, созданный камнями развалин её фундамента, нанесёнными за век песками, разросшейся травой и нападавшим за зиму снегом.

В раннем детстве Вит со своим братом Лорисом, старшим его на три года, случайно наткнулись на небольшую расщелину среди завала, через которую можно оказалось пробраться в сохранившееся двухярусное подземелье старой башни. Они потом часто сюда лазили, пытались разбирать обвалившиеся проходы и играли в Тёмного Воина.

Подросшему брату это вскоре наскучило, и единственным посетителем разрушенного защитного сооружения остался Вит. Лучшего места спрятаться придумать было бы невозможно. Про него не знали даже свои, а, тем более, чужие.

— Магия, — остановился Андрей, — Она ведь мне поможет?

Выбраться из рва и добраться до спасительных руин не сложно. Трудно при этом не наследить на снежном покрове. Хорошо, что есть другой, необычный способ перемещения.

Первая ступень теневых умений позволяла находиться на сумеречном плане двадцать ударов сердца.

Если лежишь в постели, то это треть минуты, а когда, как сейчас, от волнения и страха сердце готово выпрыгнуть из груди, то вдвое меньше. Чтобы добежать до развалин должно хватить.

Не к ним ли Вит стремился, но получил арбалетный болт и упал со стены? Да, точно, к ним. Моток верёвки, который должен был помочь спуститься, остался где-то наверху.

С закрытой аурой заклинаний не создашь, значит, надо раскрываться. Впрочем, реальной угрозы быть замеченным не наблюдалось, на ближайших участках стены и башне никого не было. Все — и защитники, и захватчики — сейчас бились внутри замка, да и магов, способных вторым зрением увидеть энергетику одарённого, имелось всего двое из отряда нападавших да ещё Ния, если, конечно, матушка Вита жива.

Тут же яркая вспышка огненного удара со стороны донжона показала Андрею, что хозяйка Шеррига пока не погибла, маги рода ол Манеи — старший сын владетеля Зеер и его сестра Паная — оба водные, на Пламенный Клевок, естественно, не способные.

Раскрытие ауры дело мгновенное. Перейти на сумеречный план оказалось ненамного дольше. И вот уже глаза видят окружающее в сером цвете. Не важно, стоит ли солнечный день или наступила глубокая ночь, во владениях Тени всегда царит серость.

Уйдя в пространство родной стихии Вита ол Шеррига, Андрей стал не только невидим, как для обычного, так и магического, называемого вторым, зрения, но и перестал оставлять каких-либо следов или звуков.

Двадцать ударов сердца не такой уж долгий промежуток времени, чтобы позволять себе медлить.

Сделать резкий рывок к краю рва, взобраться, пробежать несколько шагов, найти нужную щель и протиснуться в неё оказалось для нетренированного тела мага Тени не очень простым. Но выполнимым.

Его ноги уже встали на первую ступеньку ведущей вниз лестницы, когда снаружи послышался грохот. Пала какая-то из башен. Вряд ли донжон, тогда прозвучало бы намного громче.

— Что, чёрт возьми, происходит? — застонал Немченко, оказавшись на площадке первого подземного яруса, — На сон почему-то совсем не похоже.

Из сумрачного плана его уже выкинуло, и он перестал видеть окружающее пространство, погружённое в полную темноту.

Одной из причин относительно успешного побега младшего из ол Шерригов явилось то, что Вит ещё затемно собирался ехать на охоту со своим старым слугой Тимитом, чей труп сейчас лежит между кузницей и караулкой. К моменту нападения на замок юный маг Тени уже был собран и кое-что при себе имел.

Извлечённый из охотничей сумки осветительный амулет разогнал темноту, явив взору узкий круговой коридор с дверными проёмами по одну сторону.

С того дня, когда младший отпрыск владетелей Шеррига последний раз здесь побывал, прошло больше двух лет, но тут ничего не изменилось.

Андрей прошёл полукругом до лестницы на нижний ярус, сделал вниз три шага и сел на ступень.

— Вот теперь подумаем, — он вновь услышал свой новый юношеский басок, — Если это возможно в безумии.

Сюда не долетали звуки гибели родовой твердыни ол Шерригов, и, как ни странно, было чуточку теплее, чем снаружи. Комфортными условиями для анализа не назвать, однако, всё лучше, чем лежать в снегу или пытаться рассуждать на бегу.

Несмотря на свои высказанные в мыслях и словами сомнения, Андрей уже осознал реальность с ним произошедшего, какой бы дикостью и несусветной чушью это ни казалось. Да, он оказался в другом мире и в новом теле, кстати, весьма тщедушном и не натренированном.

Не осталось никаких сомнений, что сознание бывшего хозяина этой плоти умерло, оставив в наследство новому владельцу кое-какие знания и очень скромные магические умения.

"Главное, я понимаю местный язык и говорю на нём," — подбодрил себя Немченко, задавив вновь вылезшее желание начать мучить себя вопросами — как, кто, зачем и почему?

Информация от собрата по несчастью шла медленным и всё убывающим потоком. Оставалось только надеяться, что к тому времени, когда он иссякнет, всё важное, что необходимо будет знать для выживания в мире Герталы, успеет закрепиться в сознании.

Чувства голода и жажды нахлынули одномоментно, стоило лишь немного успокоиться и взять себя в руки.

Андрей положил световой хрустальный кристалл на ступеньку рядом с собой и в очередной раз полез в сумку. Убедился, что память Вита не соврала, ничего съестного он взять не успел. Так что, вопрос с едой придётся отложить на потом. Зато получить воду зимой может любой дурак.

Пришлось возвращаться наружу, возле самого входа образовался достаточно толстый слой наледи. Жаль, что с посудой дела обстоят плохо, но как-нибудь можно обойтись и без неё.

Возле расщелины вновь стал слышен шум сражения, в котором в этот момент выделился шипящий свист Водяной Плети, этот звук сложно с чем-то перепутать.

Кто это отличился, Зеер или Паная? Однозначно не ответишь. Оба достигли четвёртой, максимальной для себя, супени силы, а Плеть являлась заклинанием третьего уровня.

Откалывая лёд, Немченко увидел вспыхнувший над стенами отсвет зарева Стены Пламени, хорошо заметный даже при взошедшем солнце. Ния ол Шерриг билась до последнего, не пытаясь воспользоваться тайным подземным ходом. Она защищала жизнь своего младшего сына, давая ему возможность сбежать и скрывая от врагов отсутствие Вита в замке. Огненная магиня не могла даже предполагать, что её любимый мальчик уже навсегда покинул Гарталу, оставив тело чужаку.

Положив в рот первый кусок льда, Андрей кивком одобрил своё намерение воспользоваться тайным ходом, о котором знали только члены семьи. Необходимо было взять с собой в дорогу много нужного.

Из краёв, ставших недружелюбными к отпрыску ол Шерригов, требовалось убираться как можно дальше, иначе кровная месть ол Манелов его быстро настигнет. А ведь когда-то их рода дружили, а на двадцатидвухлетнюю Панаю семнадцатилетний Вит заглядывался со жгучим интересом. Правда, та над юным воздыхателем посмеивалась, уже имея завидного жениха, но делала это вполне по приятельски.

"Эх, Лорис, — проглотив очередной глоток холодной воды, Андрей подумал о старшем сыне Редина и Нии, убившим, пусть и нечаянно, Изилу ол Манел, — Каким же ты подонком вырос".

Почувствовав, что жажда отступила, он вернулся к своей ступеньке и сел на неё, подложив под задницу полуистлевшее короткое брёвнышко.

В подземелье имелось достаточно ещё не сгнивших деревяшек, сохранившихся с прежних походов сюда юного мага, а в сумке лежала магическая зажигалка, только разводить костёр было бы верхом безрассудства, дым пробьётся сквозь щели и выдаст беглеца. Придётся потерпеть прохладу.

Подумав, что на нижнем, втором, ярусе теплее, Андрей подхватив бревно и светильник спустился вниз.

— Да, здесь, пожалуй, теплее, — звук голоса под сводами казался гулким, — Тут и помозгуем, как жить дальше.

Отправляться в дальнее путешествие без всяких средств, не имея при себе даже оружия, Немченко не хотел. Придётся ночью наведаться в замок.

Местонахождение семейной сокровищницы, в которой хранились самые дорогие амулеты, оружие и драгоценности, знали только Редин и его наследник Лорис. Ния и Вит в это не посвящались. Искать же магический тайник можно было годами, и то не факт, что найдёшь, хоть разбери замок по камушкам.

Зато от Вита не скрывали тайники попроще, и надо было до какого-нибудь из них добраться раньше врагов. Хоть здесь окажется на руку искусство Тени, считавшееся наряду со Светом самым малопригодным из всех видов магии.

Перенесённые эмоциональные потрясения и физическая усталость, вкупе с тем, что мозг прошедшей ночью почти не спал, потянули нового обитателя Герталы в сон. Сопротивляться желающему отдыха организму Андрей не стал.

Глава 2

Вит ол Шерриг появился на свет с необычайно редким, максимальным уровнем магической одарённости десятого ранга, что вызвало прилив огромной гордости у родителей. Да, на то, чтобы наполнить полученный при рождении дар содержанием, требовалось пройти все ступени постижения, на что могли уйти многие годы, однако, перспективы перед сыном Редина и Нии открывались очень широкие.

Первое разочарование появилось, когда родовой камень Шерригов инициировал двенадцатилетнего Вита теневым направлением магии, малопригодным для сражений или в хозяйстве, а второе, когда родители с грустью убедились, что их младший отпрыск совсем не горит желанием проявлять упорство в своём развитии.

Могущество магов определялось не только и не столько полученными ими при рождении уровнями, сколько постигнутыми ими ступенями мастерства, младший же Шерриг к семнадцати годам выше первой так и не поднялся.

Возможно, свою роль здесь сыграла и детская обида на судьбу-злодейку, разрушившую первоначальные амбиции и пожалевшую для него какое-нибудь из стихийных направлений магии. Даже Жизнь или Смерть были более предпочтительны.

Сон подействовал на вселившегося в тело юного гертальского мага землянина благотворно. Он успокоился и отложил на дальнюю полку все размышления о произошедшей с ним череде жутковатых, удивительных и непонятных событий. Возвращение к прежней жизни уже невозможно — с полученным в сердце ударом ножа не живут, на Земле нет магии, способной вернуть человека из-за грани бытия. Сейчас надо думать о спасении того, что ему досталось и что от его личности осталось.

За одним из завалов кладки несколько раз слышались шум и писк крыс. Охотиться на этих мерзких зверьков никакого желания не возникло, хотя живот требовал еды всё настойчивей.

— Потерпи. Пока водички хлебнём, ледяной, — сам себе дал установку Андрей.

Очередная порция отколотой наледи и несколько пригоршней снега помогли и утолить жажду, и освежить заспанное лицо.

Местное, новое для землянина светило клонилось к закату. Получается, он проспал почти весь день. Наверное, нервный шок тому причиной.

Звуки сражения стихли. Похоже, замок пал. О творящемся в данный момент за стенами можно было догадаться и без подсказки остатков сознания Вита. Ничего хорошего там не происходило. Грабеж, убийство пытающихся спрятаться обитателей и разрушение родового камня Шерригов.

Ладно, подумалось вдруг, если когда-нибудь возникнет желание и появится на это время, артефакт можно будет воссоздать. Для мощной объёмом энергетической ауры Вита работы на пару-тройку лет.

Жаль, что младший из ол Шерригов не успел собрать сумку. Кроме пары амулетов, в ней лежал только кусок материи в качестве полотенца, оставшийся ещё с прошлой охоты. С другой стороны, это и хорошо, есть место, куда сложить добычу от посещения замка предстоящей ночью.

Доставшееся тело оказалось вполне ловким, правда, силёнок в нём было совсем маловато. В детстве Вит больше проказничал, а на тренировках с мастером меча, что называется, лишь отбывал номер. Когда подрос, то ударился в получение удовольствий от ласк доступных служанок. Ни одна девушка в замке не смела отказать сыну хозяина в его желании развлечься. Когда кто-то из подмастерьев кузнеца, осмелившийся встать на защиту своей возлюбленной от домогательств юного ола и разбивший ловеласу до крови нос, то был сначала бит кнутом, а после повешен.

С точки зрения земной морали Вит являлся откровенным мерзавцем, а по гертальским меркам вполне обычный ол.

Дворянин и маг здесь означало одно и тоже. Любой, кто получал при рождении дар, становился олом. От союза мага и магини всегда появлялись одарённые дети. Крайне редко мог родиться ребёнок с энергетической аурой, когда только один из родителей ол или ола. И на Гертале не знали ни одного случая, когда дар доставался плоду любви простолюдинов.

Мир, в который угодил Андрей Немченко, управлялся магами, и их власть над простыми людьми была большой, хоть и не безграничной.

— Мне ещё повезло, можно сказать, — землянин вытянул затёкшие ноги на ступеньку ниже, — Попал в тело ола. Иначе, вообще бы, пиши пропало.

Как и на Земле, зимняя ночь здесь наступала рано и длилась долго. Ждать, пока в захваченном замке все уснут, не стоило. Всё равно, дружинники ол Манелов расслабляться себе не позволят, охрана будет бдить, да и в Шерриг ещё нужно проникнуть. Сколько на это уйдёт времени, рассчитать сложно.

С раздражением запихнув вылазившие против воли воспоминания поглубже в омут памяти, Андрей с наступлением темноты вылез из развалин.

На всякий случай не пожалел одного из своих тридцати гитов энергии на второе зрение и убедился, что стоявший на башне человек не ол Зеер и не ола Паная, а если это всё же кто-то из них, то ауру закрыл и пользоваться магией, чтобы обнаружить с её помощью беглеца не может.

Теперь надо снова не оставить следов на белом покрове. Ещё гит энергии, и сумрачный план окрасил округу в серые тона. Отсутствие растерянности, непонимания происходящего и волнения, которые он испытывал при первом погружении в родную стихию, позволило сейчас почувствовать странную теплоту Тени, она будто бы его ласкала и подбадривала.

Удивительно перемещаться по сумрачному плану и видеть, как при этом в реальности не остаётся никаких следов и не слышится ни звука.

Когда сердце пробило двадцатый удар после погружения, вытолкнутый из теневого пространства Андрей стоял на валуне и ждал возможности вновь ощутить объятия своей магической стихии. Возможность повторного перехода в Тень у него появилась через такой же временной промежуток, который действовало само нахождение в сумраке.

Очередной потраченный из ауры гит энергии, и землянин вновь видит всё серым, а его плоть ощущает тепло.

За ветками зарослей ракитника текла Шера, речка совсем небольшая и очень быстрая. Лёд на ней был коварен, мог треснуть под ногами в любой миг, но для часто бывавшего здесь Вита перемещаться без опаски оказаться в воде проблем не составляло, и темнота не помеха.

Андрей уже достаточно далеко отошёл от стен замка, и среди проталин разглядеть оставляемые им следы будет невозможно даже днём. Поэтому, он, никогда не склонный к мотовству чего-либо, решил больше не тратить магию, хотя и мог себе это позволить.

Десятый ранг обеспечивал ола не только огромным объёмом магического резерва, но и высокой скоростью его восстановления. Если перевести на земные мерки, то примерно два гита в час. Сутки здесь делились на тридцать частей, так что, полное восполнение ауры длилось их половину. Память Вита подсказала, что и у магов меньших рангов время восстановления такое же. У них скорость ниже, но и заполняемый объём меньше.

Идти по руслу реки при свете звёзд оказалось непросто даже с воспоминаниями младшего ол Шеррига. Андрей поборол искушение активировать амулет, помогавший ему в развалинах.

Через полкилометра он покинул Шеру и направился вглубь хвойного леса. У оврага, где скрывался вход или выход — тут как посмотреть — в подземный ход, землянин оказался примерно за три часа до полуночи — местных часа, Немченко старался привыкать к здешним понятиям и смыслам, так будет легче и проще обживаться.

Чтобы войти в узкий невысокий тоннель, пришлось постараться, найденной корягой счищая дёрн и суглинок с полугоризонтального дубового люка.

Очутившись внутри, он активировал магический светильник и направился к замку. Шёл небыстро. Даже при не очень высоком росте Вита — где-то около ста семидесяти пяти сантиметров — часто приходилось пригибаться, чтобы не удариться головой о неровности свода.

Его путешествие по подземному ходу завершилось в неприметной нише подвала между тюремным казематом и складскими помещениями.

Продукты захватчики уже начали постепенно грабить, двери в хранилища частично выбиты, остальные нараспашку, а вот на узников ол Шеррига им было наплевать.

Свой осветительный амулет Андрей погасил ещё перед выходом в замковое подземелье, хватало тусклого света магического фонаря в начале длинного коридора и двух коптящих факелов ближе к той нише, где замер землянин.

— Пить, пить, дайте воды! — хрипела жутко грязная, дурно пахнувшая женщина, вцепившаяся в прутья клетки, — Умоляю...

— Заткнись уже, — тихим голосом ответил ей плохо видимый Андрею ворох тряпья из соседней камеры, — Никто не слышит.

Арестантку Вит знал. Это была двадцатилетняя дочь мельника, утаивавшего от ола часть подати долгих восемь лет. Отвергнутая любовница сдала обнаглевшего махинатора владетелю с потрохами.

Казнить полезного работника Редин не пожелал, ограничившись лишь отрезанием тому носа и выжиганием ему надписи "вор" на лбу. Зато недоимку с преступника взыскал с лихвой, включая обращение в рабство его дочери.

Младший ол Шерринг забавлялся с девушкой после отца пять ночей, но сейчас узнать в одолеваемой жаждой старухе молодую румяную красавицу было очень сложно. В тюрьме она оказалась после попытки побега.

— Я хочу пить, — снова прохрипела дочь мельника и сползла вдоль решётки на пол.

Те, кто могли проявить к ней сострадание и принести воды, сейчас лежали в неестественных позах. Обоих тюремщиков дружинники ол Манелов щадить не захотели. Лужицы крови под телами местных вертухаев засохли и почернели.

Выждав минут пять, других людей, кроме тех, что были заперты в камерах, Андрей не обнаружил.

Он осторожно вдоль стены направился мимо хранилищ к лестнице, ведущей наверх. Продукты в дорогу ему тоже понадобятся, но их можно взять перед уходом из замка.

Вит, хоть и манкировал тренировками мечного боя, всё же занимался с лучшим мастером, которого смог найти и нанять отец, кроме того, юный ол не был озабочен добыванием хлеба насущного, и времени на освоение воинских умений ему хватало. Так что, справиться с обычным дружинником молодой дворянин мог и без магии. Только вот, землянин, получивший в наследство от Вита его умения, не имел при себе никакого оружия, кроме единственного первоуровневого заклинания Дыхание Тени, требующего непосредственного физического контакта с противником.

Врагов в замке находилось много, и на любой подозрительный шум обязательно прибегут.

Поэтому, главная задача — остаться незамеченным как можно дольше, а лучше, совсем. Это и определило, что Андрей решил воспользоваться ближайшим малым тайником, расположенным в комнате кладовщика у самой лестницы из подземелья.

В кладовой лежали в изломанных позах трупы младшей кухарки Минолы, полной тридцатилетней женщины, и двух её сыновей десяти и семи лет. Вообще-то, они проживали в четвёртом общинном здании, а здесь оказались, видимо, в поисках спасения. У них не вышло.

Чтобы пройти к тайнику, пришлось отодвинуть тело старшего из мальчишек. Не испачкать подошвы своих полусапог в крови никак не вышло, бордовая лужица расползлась на полкомнаты.

Землянин нащупал нужный по счёту булыжник и надавил на него с одновременным направлением гита энергии в скрытый внутри камня пустой амулет.

Пару секунд ничего не происходило, затем часть стены сдвинулась вглубь, поворачиваясь вокруг своей оси.

— Симсим, откройся, — прошептал Андрей, вновь активируя светильник, и шагнул в небольшой, полтора на полтора метра, каменный мешок.

Редин несколько раз приводил сюда своих сыновей, и содержимое шкатулок, ящиков и мешков на единственной каменной полке землянин знал.

В малых тайниках держали и дорогое оружие. К сожалению, здесь находился лишь кинжал Нии, когда-то давно подаренный ей братом Фанисом ол Тураем.

Стоило взять дядюшкин подарок в руки, как сразу пришло понимание, что это больше украшение. Клинок был сделан огневиками из отличной магической стали, однако, его длина не превышала двадцати сантиметров — у Андрея дома остались кухонные ножи больше размерами — а украшенная драгоценностями золотая рукоятка крайне неудобно ложалась в хват.

На безрыбье и рак рыба, подумал землянин, развязав утеплённую куртку и привешивая кинжал к хлястику пояса. Дарёному коню в зубы не смотрят.

Нагружаться в дорогу как ишак не стоило, поэтому, в сумку отправились только небольшой мешочек с алмазами, рубинами, изумрудами и сапфирами, кошель, напоненный золотыми монетами, и два серебром. Меди в тайнике не хранили, иначе Андрей с охотой бы взял и мелочь. Прихватил все три лежавших в шкатулке амулета — два лечебных магии Жизни и один боевой с заклинанием сжатия магии Воздуха.

На выходе из каменного мешка, когда рука уже потянулась закрыть тайник, он услышал громкий разговор двух мужчин, спускающихся по лестнице.

Погасить магический светильник, встать у входа кладовой и неподвижно замереть, всё заняло пару секунд.

— Зря мы сюда припёрлись, — сказавший это что-то жевал на ходу, — Здесь мне ни одной бочки на глаза не попались. Жаль винный погреб капитан закрыл, да ещё дурака Ельма сторожить поставил.

— Сейчас посмотрим, зря или не зря пришли. Я кое-что приметил, только при лейтенанте не стал говорить.

— Что ты такого нашёл, Лерм? Разыгрываешь, поди?

Шаги мужчин, звучавшие на ступенях, в этот момент послышались на камнях коридора. Характерные скрипы и позвякивания подсказали, что идут одетые в доспехи, вооружённые воины.

— У кладовщика под топчаном два бочонка. Как думаешь, что в них? Вода? — хохотнул товарищ едока.

Взгляд Андрея импульсивно метнулся на деревянную лежанку у стены. Дружинники направляются сюда, выпивохи сволочные. Тут же его посетила мысль, что от вояк не только исходит угроза. Они могут стать источником трофеев.

— Не спеши, я факел прихвачу, — боец ол Манелов наконец-то дожевал и громко сглотнул, — Лучше видно будет.

Понятно, амулеты изделия дорогостоящие, не каждому офицеру по карману. Чего уж говорить о простых дружинниках.

Оба незваных посетителя появились у порога через пару секунд после того, как Андрей перешёл на сумеречный план.

Наносить удары — физические или магические — находясь во владениях Тени могли только её адепты, достигшие четвёртой ступени. Обормот же Вит о своём развитии не позаботился. Вояк это не спасло.

Андрей вышел в слой реальности и в тот же миг ударил ближайшего к себе врага в шею. Товарищ атакованного ещё даже ничего не заметил, а землянин уже прикоснулся к его плечу и ударил Дыханием Тени.

Если первый упал на пол, дёргаясь в конвульсиях, то второй мгновенно посерел кожей, постарел лет на сто и осыпался высохшей мумией.

— Гадство, — Немченко едва удержал рвотный позыв.

Быстро придти в себя ему помог калейдоскоп картинок из жизни Вита ол Шеррига, которые мелькали в сознании последние сутки, и где обильно были представлены кадры казней, пыток и телесных наказаний этого изобретательного на человеческие муки средневекового мира. А есть ли, подумалось, уголок во вселенной, где ранние этапы развития цивилизации отличались бы добротой и гуманизмом? Ответ очевиден, нет.

Глядя на два валявшихся у его ног трупа, Андрей в полной мере осознал, насколько могущественней даже опытных воинов самые молодые и толком не обученные олы.

Понятно, почему власть сословия одарённых никогда и никто из простых людей не подумает оспаривать. Бунты и мятежи случаются, нападения на олов не такая уж и редкость, а вот о революционных идеях по переустройству мира, о равных правах для магов и обычных людей, такое тут никому и в голову не может прийти.

— И что мне теперь с вами делать? — вздохнул успокоившийся землянин.

Судя по разговору дружинников, они были свободны от дежурства, и в ближайшее время их не хватятся. Однако, когда-то всё равно их начнут искать, и вид трупа второго вояки не оставит сомнений в том, что младший отпрыск Шерригов жив. Других магов, способных убить Тенью, во всей провинции не найдётся. Да и в соседних тоже.

В качестве трофеев Андрей взял себе у дружинников меч одного из них и длинный плащ из грубой, толстой шерстяной ткани у другого. Преодолев брезгливость, вынул из-за пояса мумии меховой берет, намного теплее пижонистого головного убора Вита. Тела убитых отправились в тайник, где и были закрыты вставшей на место стеной. Теперь, если их и найдут, то очень нескоро.

Осталось обеспечить себя продуктами в дорогу и поспешить убраться из замка, чтобы за оставшуюся половину ночи уйти как можно дальше в леса.

Мясо и колбасы, сыры и рыба, овощи и фрукты хранились в отдельных погребах и подвалах замковых строений. Здесь же, в кладовых подземелья, Андрей мог найти только зерно, крупы, бобовые и растительное масло в очень больших глиняных кувшинах.

Впрочем, первая часть маршрута, который он наметил, много времени не займёт. Мешочка фасоли ему хватит, чтобы поддержать силы, а на заимке накормят.

Ближайшими лучшими местами, чтобы скрыться от мести ол Манелов, были столица и замок дяди Фаниса, мага Смерти. Его отношения с сестрой, матерью Вита, тёплыми не назовёшь, но бросить в беде племянника — себя не уважать.

Однако, кровники тоже знают, куда скорее всего может отправиться недобитый ол Шерриг, и как только убедятся, что младшего сына Редина и Нии нет среди убитых, организуют преследование именно по этим направлениям.

Андрей, что мог, вытащил из памяти Вита, и посчитал самым безопасным вариантом отправиться к портовому городу Нагабину, находившемуся в сотне с лишним километров к востоку от захваченного замка.

— Воды, дайте воды, — тихо стонала дочь мельника в своей клетке.

Немченко, уже намеревавшийся войти в подземный ход, обругал себя и, накинув на голову капюшон трофейного плаща, чтобы не быть узнанным, прошёлся вдоль клеток, сдвигая засовы на них.

Конечно, это не спасёт жизни арестантов, захватчики их всё равно прибьют, но хоть напьются перед смертью из большой бочки, наполненный протухшей водой.

Вступать в разговоры он, разумеется, не стал, поспешив убраться из ставшего чужим замка.

Глава 3

Снежный покров не превышал пяти сантиметров, а наносы без труда обходились стороной не делая больших крюков. Из бересты Андрей соорудил воронку на дне которой разместил амулет. В результате получил фонарик, не хуже светодиодного разгоняющего перед ним ночную темноту.

Днями начались оттепели, но с закатом солнца подмораживало, так что, под ногами не хлюпало.

Для утоления сильного голода пришлось на ходу размягчать во рту и жевать фасоль. Удовольствие ещё то.

Размышлять о жизни, оставшейся в прошлом, сейчас не имело смысла. Гораздо важнее подумать о тех обстоятельствах, которые освободили в теле юного ола место для попаданца из чужого мира.

Причиной гибели рода Шерригов стал вопиюще подлый поступок его наследника двадцатилетнего Лориса, по окончании одной из студенческих гулянок убившего Изиру ол Манел, обучавшуюся с ним на втором курсе столичного университета.

Отцу старший брат Вита клялся, что та первой попыталась ударить боевым заклинанием, но, зная увёртливость и лживость Лориса, почти наверняка можно было не сомневаться, что он врёт. Тем более, что девятнадцатилетняя огненная шестого ранга, в столь раннем возрасте уже достигшая четвёртой ступени, начни она бой первой, без труда прибила бы трёхрангового водника, еле-еле освоившего навыки и умения второй стадии магического мастерства.

Хотя, по большому счёту, не важно, кто явился инициатором спонтанной схватки молодых ола и олы. Ситуация выглядела простой — напившийся до непотребства наследник Шеррига попытался изнасиловать и убил младшую представительницу могущественного, богатого рода.

В мире Гертала одарённые нередко вступали в схватки между собой, на войне или на дуэли. Однако, бытовое или преднамеренное убийство вне рамок закона приводило к кровной мести. Право на неё нигде не записано, существуя в виде обычая с незапамятных времён.

Конфликт между семьями можно было решить меньшими жертвами, если бы ол Манелы не связывали огромные надежды со своей талантливой, сильной и красивой младшей дочерью Изирой, разрушенные в одночасье напившимся подонком, а Редин добровольно выдал бы на расправу своего наследника.

Отец Вита, поверивший в очередное враньё Лориса, сам подставил под удар всю свою семью.

К охотничей заимке землянин вышел, когда рассвело. Хозяева этого небольшого хутора уже проснулись. Простонародье вообще вставало рано, впрочем, и с отходом ко сну не задерживались.

— Пушок, Злой, вы чего, не признали? — обратился Андрей к двум псам породы обычная дворняга.

У загородки из жердей, перекрывавшей проход ко двору, землянина встретили собаки егеря. Обычно всегда дружелюбные к Виту, часто здесь бывавшему, сейчас они держались настороженно. Неужели чувствуют чужака в знакомом им теле?

— Молодой господин! Вы?! — на крыльце показался хозяин заимки, сорокалетний бородатый мужчина, одетый в исподнее, и в войлочных домашних ботах.

— Я, Ючин, я. А ты кого-то другого ждал?

Служивший охотничей заимкой хутор состоял из нескольких деревянных строений, крытых соломой или дранкой. Помимо жилого дома, здесь имелся и гостевой, а также конюшня, хлев с козами, курятник, дровяной сарай рядом с колодцем и навес для разделки доставленной из леса добычи.

Из хлева появились хозяйка хутора и её дочь с деревянным ведёрком молока, а на крыльце рядом с Ючином его сын Пенер, ровесник Вита.

Все они конечно же видели в стороне замка Шерриг отблески сильных огненных заклинаний олы Нии и были весьма обеспокоены из-за непонимания происходящего.

Пользоваться намёками Андрей не стал, напрямую, достойно благородного ола, потребовав быстрой организации завтрака.

— А что произошло с господином и наследником? — спросила жена Ючина, когда быстро поглощавший еду молодой маг рассказал им о падении замка, — Почему их не было в Шерриге?

Общие интересы и увлечения часто стирают социальные грани между людьми. В отличие от родителей и брата, Вит любил лес и охоту, поэтому с егерем и его семьёй у него сложились почти приятельские отношения.

Обращались те к нему в соответствии со статусом благородного ола, но сидеть с Витом за одним столом давно ничуть не стеснялись.

— Их выманили письмом, как теперь уже понятно подложным. Думаю, отец и брат уже убиты, иначе Манелы не начали бы нападение. Могли получить неожиданный удар в спину.

— Что же теперь с нами будет? — потрясённо произнёс хозяин хутора.

— Вам-то чего бояться? — пожал плечами землянин, почувствовавший насыщение, — Первая ярость у захватчиков прошла. Зачем им дальше разорять доставшееся? Наверное, наш замок станет принадлежать Панае. Вы свободные арендаторы. Хотите, оставайтесь, а нет, так можете перебраться в какое-нибудь соседнее владение. Опытные лесники и егеря везде нужны.

— А вы? — спросил Тур, сын Ючина.

— Что я? Подамся в столицу, — соврал землянин, — Манелы мои поиски не прекратят. Попробую найти защиту у королевы. И скрываться в Далии проще.

В отношении последнего утверждения он сказал правду. Ауры одарённых вторым зрением виделись все одинаковыми. Только прикосновение к родовым или храмовым камням показывало окружающим вид и ранг мага. Ол мог прятаться от преследователей в многолюдном городе, даже не закрываясь.

Другое дело, что Андрей ни в какую столицу ехать не собирался.

— Вы так спокойно об этом говорите, — вздохнула хозяйка.

Наверное, останься Вит живым, он бы сейчас пребывал в ярости и тоске. Землянин же действительно был равнодушен к судьбе семьи Шерригов. Более того, в глубине души он считал, что его нечаянные родственники получили по заслугам. Невинными овечками они не являлись, на их руках и без несчастной Изиры столько крови и людских страданий — любой чекатила даже рядом не стоял.

— Считаешь, я должен крушить всё вокруг в бессильной злобе, Тиорина? — землянин отвалился от стола и взялся руками за скамью, на которой сидел, — Нет, не стану. Потом, когда разовью свои способности, они за всё заплатят, — опять солгал он, совсем не собираясь мстить за малоприятных аристократов своего нового, но всё ещё чужого мира, — А пока, мне прямой путь в королевские маги или в армию. Там меня не достанут. В Далий мне ещё нужно суметь добраться, поэтому, Ючин, гони мне своего коня со сбруей, комплект походной одежды Тура, а то моя слишком дорогая, и собери харчи в дорогу дня на четыре, чтобы мне в ближайших корчмах не показываться. Плед шерстяной ещё. Нет, лучше ту оленью шкуру — не продал её? — вот, сверни мне. Не напрягайся так, я заплачу с лихвой. Походный набор для ремонта сбруи и одежды не забудь, на всякий случай.

Он раскрыл сумку и отсчитал пятнадцать мелких серебрянных монет по одному обору каждая, действительно переплатив раза в полтора.

— Могу ещё дать охотничий самострел, — предложил егерь, — Мало ли, вдруг какую добычу встретите?

— Спасибо, конечно, — усмехнулся гость, — Но наши владения вскоре закончатся, а в чужих или королевских меня за такое оружие захотят вздёрнуть. Придётся открываться, что я ол. Этого хочешь?

Хозяин смутился. Разумеется, он не хотел зла сыну теперь уже бывшего господина. Просто не сообразил, что Вит беглец, скрывающийся под личиной простолюдина.

На преданность арендаторов рассчитывать не стоило. Да, выдавать его новым хозяевам замка не побегут, ничего хорошего им такой поступок не принесёт, не побьют и ладно, однако, и молчать про младшего ола Шеррига, если их спросят, не станут. Поэтому, взобравшись в седло, переодевшийся в походную одежду Тура Андрей направил коня в сторону столичного тракта.

От супруги егеря он получил в качестве подарка ещё и котелок с флягой. Год назад Вит защитил от приставаний десятника отцовской дружины приехавшую к замку на ярмарку сутулую дочь Ючина и Тиорины. Чувство благодарности людям на Гертале было знакомо.

— В Заячем урочище есть сено, — егерь с тоской в глазах погладил морду проданного олу коня, — Я осенью там заготовил. Одной торбы овса ему до тракта не хватит.

— Примерно понял, где, — кивнул землянин, — Прощайте. Великий даст, встретимся, — он резко послал коня вперёд и оглядываться не стал.

Андрею очень хотелось спать, глаза закрывались сами. Пришлось взбодрить себя, утерев лицо снегом, прихваченным с еловой ветви.

Если отвлечься от всего, что с ним приключилось, то Шерригский лес ничем не отличался от тех, которые простирались в средней полосе России, как будто бы никуда ни в какую Герталу не перенёсся, а едешь по смешанной чащобе Подмосковья или соседней Владимирской области.

Заячее урочище открылось взору ещё до наступления сумерек. Решение остановиться на ночлег пораньше было принято заранее.

— Сегодня ты обойдёшься без овса, — объяснил четырёхногому спутнику землянин, без труда найдя запас сена, — Жуй пока это, Росинант.

Сервантеса Немченко не читал, что не помешало ему благодаря сканвордам и кроссвордам знать, как звали коня Дон Кихота.

Наездничество, как и умение ухаживать за лошадьми, пришло от Вита. Росинант был накормлен, напоен из ручья, вычищен, опутан и оставлен вблизи корма.

Сам всадник, стащив в кучу валежник, лёг на него, завернувшись в хорошо выделанную оленью шкуру. Не медвежья, конечно, но тоже неплохо помогает хранить тепло тела.

Как бы ни хотелось сразу уснуть, Андрей вначале погрузился на сумрачный план.

В отличие от своего предшественника, землянин с первых своих минут пребывания в новом мире осознал и прочувствовал, что слабых здесь съедают за завтраком, обедом и ужином.

Чтобы в Гертале выжить и чего-то добиться, необходимо стать сильным. Чем вселенец в юного дворянина и решил заниматься все ближайшие годы.

Он никогда не относил себя к целевой аудитории книг в стиле "Как стать здоровым, сильным, умелым и богатым, не вставая с дивана", понимал, что умения и силы приходят только в результате упорных тренировок.

Память Вита подсказывала, что тот очень не любил встреч с доставшейся ему при инициации стихией, разочарование и обида настроили его резко против неё, а вот Андрей неожиданно почувствовал удивительное удовольствие от знакомства с Тенью. Ему даже показалось, что она разумна и очень обрадовалась встречей с ним.

Едва заметные порывы ласковой, словно женской теплоты, окатывающие сознание иномирного гостя на сумеречном плане — это результат самовнушения? Показалось ему или нет, будто бы кто-то с улыбкой смотрит на него из непостижимых глубин? Он что, уснул, войдя в царство Тени?

Разбудил его Росинант своим фырканьем над самым ухом. Андрей открыл глаза и увидел, что уже светло. Он почувствовал себя замечательно отдохнувшим. Размялся, умылся, поел сам и накормил коня.

Перед тем, как отправиться дальше, вновь навестил родную стихию. На этот раз никто на него из глубин не смотрел. Приснилось, наверное. А, нет, вот опять тёплое дуновение в лицо.

Взобравшись в седло, Андрей поехал рысью. Задерживаться в пути не в его интересах. Королевство Далиор теперь не слишком благосклонно к выжившему члену семьи придурка Лориса, и надо поскорее перебираться куда-нибудь в другое место. Правда, как вариант, землянин в качестве прибежища рассматривал и главный порт страны.

В столице Виту бывать приходилось неоднократно, у ол Шерригов там имелся свой особняк, предъявлять права на который и жить в нём Андрею было возможно, но гарантировано смертельно. А вот в Нагабин младший сын Редина и Нии ни разу не ездил. Зато со слов отца знал, что в нём проживает не менее полусотни тысяч человек, не считая заморских и иноземных торговых гостей или путешественников. Имеется, среди кого затеряться.

Стоит ли остановиться в Нагабине или отправиться морем дальше, нужно решать на месте.

На следующем привале, кроме магической, состоялась и тренировка на мечах. Умения Вита никуда не делись, и землянин не хуже предшественника выполнял приёмы владения холодным оружием, только новый хозяин тела свой нынешний уровень воинского мастерства считал совсем недостаточным.

— Что смотришь, приятель? — спросил Немченко у коня, с интересом наблюдавшего за выпадами, наклонами и прыжками своего наездника, — Лоботрясом я был, уровня балбес обыкновенный, вид нередкий, подвид конченый. Потому и погиб. Наполовину.

Завершив тренировку, Андрей принялся портняжить, без жалости распоров куртку и штаны ола, ему они долго не пригодятся, а после можно будет купить новые.

До внутренних карманов, похоже, в здешних краях никто ещё не додумался. Этот недостаток необходимо исправить. Вскоре начнутся населённые места, придётся останавливаться в корчмах и трактирах. Ходить всюду, не разлучаясь с сумкой, означало вызвать немало вопросов и насмешек, а возможно и спровоцировать желание проверить, что в ней лежит такого ценного.

Оставлять же своё богатство без присмотра было весьма рисковано. Воровали в Гертале чаще, чем на Земле.

Изнутри купленной куртки появились два десятка кармашков, в которые Андрей разложил все амулеты, кроме осветительного и зажигалки, драгоценные камни и золотые монеты, после чего мини-тайники были полностью зашиты, чтобы ничего из них не выпало.

Затем распоротые штаны превратились в полый нательный пояс, куда отправилась большая часть серебра. В трофейном кошеле остались лишь серебрянные и медные монеты на сорок оборов. Сумма приличная, но для отпрыска состоятельного купца вполне объяснимая, как и наличие на виду пары магических артефактов.

Легенду для себя о торгашеском сынке, поссорившимся с отцом, Андрей придумал подходящую, и вопросов вряд ли вызывающую.

Имелась только одна проблема, которую требовалось решить за счёт молчаливости, скромности и осторожности — от Вита землянин не получил почти никакой информации об отношениях простолюдинов между собой. Как они друг с другом общаются, как обращаются, какие слова и шутки допустимы, а за какие можно в морду получить. Придётся познавать самому.

После полудня четвёртого от момента прощания с егерем и его семьёй дня сплошные леса закончились и начались поля и перелески. Это уже был почти самый центр владений Цирна ол Финира, одинокого старого мага Света, стихии-антагониста Тени.

Заклинания световиков и их амулеты являлись самыми эффективными против воздействий ставшего родного для землянина вида магии. Разумеется, в обратную сторону это тоже работало.

Около года назад на состоявшемся в городе Хатин балу в честь посещения провинции принцессой-наследницей старик Цирн при встрече с Витом добродушно предложил тому приезжать в замок Финир, чтобы потренироваться с ним в учебных боях Света и Тени.

Молодой оболтус в этот момент был сильно увлечён ухаживаниями за кокетливой олой Кемой и предложение пропустил мимо ушей. Жаль. Иначе Андрей сейчас мог бы быть на второй ступени мастерства и иметь более солидный набор заклинаний.

Маг Цирн был жестоким и жадным господином, поэтому виду показавшейся с пригорка деревушки Андрея не удивил. У Шерригов крестьяне жили гораздо лучше, а арендаторов ола Редина и вовсе можно было считать зажиточными. Относительно, конечно.

В поселение землянин заезжать не стал. Там могли находиться на постое дружинники старого ола. Вит не обращал внимания на лица дружинников, часто не различая даже отцовых, чего уж говорить про соседских. Зато те могли видеть младшего Шеррига где-нибудь в городе или на сельской ярмарке, видеть и запомнить. Так что, Немченко предпочёл направить коня в объезд.

На следующий день он выехал на тракт, но повернул не в сторону столицы, как говорил егерю, а в строго противоположном направлении.

Доносившиеся звуки скрипов колёс и щёлканья кнутов подсказывали, что впереди движется большой караван.

— Догоним, Росинант? — Андрей погладил коня по шее.

Тот, словно бы понял вопрос и дал согласие, мотнул головой.

Дороги королевства для одиноких путников или небольших невооружённых групп представляли опасность. Разбойники здесь редкостью не являлись. Даже конь это понимал.

Догнать караван в этот раз не получилось. Метрах в ста позади последнего фургона ехали на лошадях двое молодых парней, чуть старше Вита. Над чем-то смеялись и передавали друг другу для питья кожаный бурдюк, содержимым которого вряд ли была вода.

Судя по дуэльным мечам у обоих и синим беретам, это были студенты. С чего вдруг учащиеся университета в конце зимы оказались на дороге из столицы в портовый Нагабин, у землянина вопросов не вызвало.

Учебный год на Гертале делился на три триместа, между которыми студентам полагались отпуска по сорок дней, конечно, для тех, кто не завалил сессию. Судя по всему, эта парочка сдала экзамены успешно.

— Эй, ты чего там за нами крадёшься? — обернувшись второй раз, поднял вверх бурдюк парень, ехавший правее товарища, — Догоняй.

Система образования в гертальских королевствах была вполне демократичной. В том смысле, что дворяне и простолюдины обучались вместе, просто для олов это удовольствие обходилось бесплатно, а другим приходилось выкладывать за обучение приличные суммы.

Землянину не требовалось снимать закрытие со своей ауры и смотреть на попутчиков вторым зрением, чтобы понять, что они не из благородных. Одежда и манеры выдавали в них простолюдинов.

— От сессии до сессии живут студенты весело? — спросил Немченко, догнав весёлую парочку.

— Точно! — рассмеялись парни, — А ты кто, приятель? — поинтересовался ехавший слева светловолосый.

— Андрей, — представился землянин настоящим именем, при нынешних обстоятельствах являвшимся вымышленным.

— Просто Андрей?

Суть уточнения Немченко понял и произнёс по другому:

— Анд Рей.

— Теперь понятно, — икнул светловолосый и взял у товарища кожаный сосуд, — Приветствую тебя в нашей маленькой компании Анд из семьи Реев. Я Эльмий Карон, а он Сит Линев. Куда направляешься? Откуда, не спрашиваю. Из Далия, как и мы? А чего один? Риск любишь?

— Да погоди ты, Эльмий. Дай Анду приложиться к благостному бурдючку. А то ведь, ни он нас, ни мы его не поймём.

Глава 4

Впервые излагать свою легенду двум подпившим студентам и оценивать, насколько она продумана и удачна, оказалось не сложно. Можно сказать, с попутчиками повезло.

— Раз твой батя не стал тебя гнать взашей, а, хоть и с раздражением, проводил в путь, так, должно быть, и монет в дорогу подкинул? — Сит по-приятельски слегка толкнул землянина в плечо, — Ты ведь не откажешься угощать друзей вином или элем и делиться с нами трапезой, раз уж мы вместе едем в Нагабин? Прости, поиздержались к концу триместа, ну и, сам понимаешь, сдачу экзаменов надо было как-то отметить.

На дружбу их короткое знакомство никак не тянуло, но парни Андрею показались неплохими, денег с собой имелось предостаточно, так что, почему бы и не выступить в качестве спонсора совместного путешествия?

— Погуляем, — со смехом похлопал он по висевшему на поясе кошелю, — Не имей сто оборов, а имей сто друзей.

— Вот это правильно! — одобрил светловолосый Эльмий, снова протягивая дорожному знакомому почти опустевший бурдюк, — Допивай. Скоро подъедем к постоялому двору, там и пополним запасы. Как доберёмся до Нагабина, можешь у моих родоков остановиться. Тебе ведь там негде жить?

— Негде, — честно подтвердил землянин, — Но я найду. Спасибо за предложение, только я не люблю стеснять.

— Брось. Никому ты не помешаешь, у нас большой дом. С младшими братьями тебя познакомлю. Один из них в следующем году будет в университет поступать.

— Забот на твою шею прибавится, Эльм, — с ноткой злорадства сказал Сит, — Хватит ли времени ещё и на Лариму с Вейналой?

Приятели начали перешучиваться, а землянин их с интересом слушал. Порядки в учебном заведении Виту были хорошо знакомы с рассказов брата. Но, всё же, одно дело — взляд благородного ола, а другое — впечатления и мнения простолюдинов. К тому же, весёлая болтовня студентов, их шутки Андрея забавляли.

К месту ночёвки они успели добраться засветло. Большое огороженное пространство, внутри которого располагалось полтора десятка строений — гостиничных, жилых, вспомогательных и хозяйственных — было большей частью занято повозками встречного каравана, так что, тому, за которым компания студентов и вселенца следовала, пришлось вставать в поле за пределами территории постоялого двора.

— Пока караванщики возятся, мы успеем найти себе койки получше, — Сит поторопил приятелей, — Не хочу на сене спать.

Трио поспешило проехать в распахнутые ворота. Места для их лошадей нашлись только у коновязей, конюшни уже все были заняты.

Отдав старому дворовому слуге по бору с каждого и обойдя спорящих о чём-то пятерых вооружённых обозных охранников, друзья направились к трёхэтажному главному гостиничному зданию.

Когда им дорогу пересекла тучная женщина с пустым деревянным ведром, Андрей чуть не схватил своих новых приятелей за руки в попытке остановить их движение. Вовремя вспомнил, что приметы, существующие на его родине, вряд ли распространяются на Герталу.

Шагов за двадцать до крыльца навстречу им попалась румяная молодка лет двадцати пяти, спешившая в сторону кузни. Судя по дорожному платью, это была кто-то из путешественниц.

— Красавица, не спеши! — развёл руки в стороны Сит, преграждая проход девице, — Нельзя вот так просто разбить мне сердце и пробежать мимо.

Сит, как и его отнокашник, хоть и немного опьянели, но на ногах держались уверенно.

— Так уж и разбить, — молодка, стрельнув в студента глазками, скромно потупилась, отвернув голову чуть в сторону, но шаг резко сбавила, — Вообще-то, я спешу.

Женщины, похоже, любят ушами и в магическом мире, вон, как быстро подействовал незатейливый комплимент.

— Ну-ка, убери от неё свои лапы! — на крыльцо вышли двое бородатых мужчин, один из которых, верзила под метр девяносто, заметил галантность Сита Линева и явно рассердился, — Плохо слышишь, что ли, хлюпик? А ты, Рича, беги, куда хозяин послал, и побыстрее, а то опять вычтет у тебя из жалования.

Андрей быстро просчитал ситуацию и понял, что Ситу следовало бы перевести всё в шутку и извиниться. Да, численно парни мужиков превосходили, но бородачи были крепкими и сильными, в отличие от субтильного землянина и его новых приятелей, тоже мускулистостью не отличающихся.

Дуэльные мечи? Так для законных схваток надо получить разрешения, а для этого нужно добраться до ближайшего прево, которого можно найти только в городе. Само собой, никто с этим заморачиваться не станет. Пускать оружие в ход не для защиты от разбойного нападения — верный путь на виселицу.

Драка же не сулила землянину с приятелями ничего хорошего.

— Ты кого хлюпиком назвал, колода тупая? — разозлился Линев, уже не обращая внимания на проскользнувшую мимо него молодку Ричу, — Давно по морде не получал?

— Извинись перед моим другом! — несолидно икнув, потребовал Эльмий, — Немедленно!

Немченко чуть не застонал от безнадёжности положения. К нежеланию в ближайшие же минуты из-за своих новых знакомых гарантировано получить побои добавлялось опасение за пошитый пояс с серебром. Внутренние кармашки он приделал намертво, а вот сделанное из кожаных штанов денежное хранилище, повязанное под животом, могло в драке и порваться по скрепляющему шву.

— Извиниться? — мрачно уточнил верзила, — Это я могу.

Он спустился с крыльца, подошёл и неожиданно быстрым для такого амбала движением схватил за шиворот Сита и попытался тоже самое сделать с Андреем. Но ловкость Вита и собственная реакция помогли землянину увернуться от руки здоровяка.

Тот не расстроился и почти мгновенно вместо уклонившегося зацепил за волосы Эльмия.

Лица двух студентов встретили друг друга с чпоканьем. Сознания парни при этом не потеряли, а Сит, вцепившись в бороду мужика, умудрился нанести ему чувствительный удар коленкой в низ живота и освободить от захвата себя и товарища.

Не только Вит не обучался каким-либо видам единоборств без оружия, а и вселившийся в его тело Немченко ни на какую секцию, кроме настольного тенниса не ходил. Правда, в детстве и пару раз во время обучения в финансовой академии Андрею приходилось драться, но тот опыт мало подходил к не обладавшим большой силой мускулам младшего ола Шеррига и его холёным, узковатым ладоням.

Оставить своих приятелей без помощи землянин не мог. Сам погибай, а товарищей выручай. Он запрыгнул сзади на верзилу, обхватив его за шею и сковывая его движения в сторону махающих кулаками Эльмина и Сита.

Андрей совсем забыл про второго бородача. А зря. Амбал ещё только начинал разжимать обхватившие его руки, как землянин получил сзади сильную затрещину по уху.

Он оказался в грязи от растаявшего вытоптанного снега и перевернулся на спину, заметив краем глаза, что сбивший его на землю мужик сделал шаг вперёд.

Уличные драки конечно не учат правильным стойкам или технике борьбы, зато всевозможные подлые приёмчики усваиваются интуитивно.

Опорная нога бородача оказалась в пределах досягаемости, и будь Андрей сейчас в своём теле, то нанесённый им удар каблуком в коленную чащечку, наверняка противника бы травмировал. Но и силы мышц Вита хватило, чтобы мужик согнулся от резкой боли и схватился за ногу.

Землянин хотел вскочить и пнуть по склонившейся голове, однако, упавший на него Сит, сбитый ударом верзилы, не позволил успеть это сделать. Пришлось отползать вместе с приятелем, пока Эльмий пытался отбиваться и уклоняться от широких махов кулаков амбала.

— Ах ты урод тощий! — противник Андрея оклемался и сжал поднявшегося землянина в железные тиски.

Вырваться никак не получалось, и уже начавший задыхаться Немченко от злости вцепился зубами в ухо бородача бульдожьей хваткой.

Мужчина заревел и стал из неудобного положения больно бить Андрея кулаками в бока, вращаясь вокруг себя, словно юла. Держать захват было трудно, и землянин с яростью проклинал лентяя Вита, не развившего свои мускулы хотя бы до уровня троечника по физкультуре.

— Прекратите сейчас же! — выкрикнула дородная женщина, появившаяся на крыльце в сопровождении двоих вышибал с дубинками, — Хватит, я сказала! А вы чего хохочете? — обратилась она к пятёрке караванных охранников, троим возчикам и вернувшейся с уже наполненным ведром тётке, — Эй, воины, помогите, лучше, угомонить их. С меня по две кружки эля.

Предложение женщины — хозяйки постоялого двора или жены хозяина — показалось мужчинам привлекательным, и вскоре все участники драки были скручены. Верзила, правда, ещё попытался трепыхаться в захвате вышибалы и обозного вояки, но, получив дубинкой в живот, затих.

— Куда их теперь? — спросил один из охранников.

— Тащите в подклети, — скомандовала женщина, быстро поспешив сойти по ступенькам и направиться к остановившейся карете, пару минут назад въехавшей внутрь двора, — Пусть там посидят. Остудят горячие головы.

— Тех двоих никуда тащить не надо! — приказным тоном заявила вышедшая из экипажа девушка и показала рукой сначала на Сита, затем на Эльмия.

Каждого из студентов и бородачей держали по двое, а землянина, учитывая его тщедушность, только один разнимавший. Андрея, в общем-то, можно было и совсем не скручивать. В отличие от своих приятелей и их противников, он изначально в драку не рвался. Сейчас же только радовался её окончанию и тому, что его спонтантое портняжно-кожевенное искусство выдержало проверку боем, и серебрянные монеты не высыпались в грязь, вызывая вопросы своим большим количеством.

Так что, Немченко вёл себя спокойно и с интересом посмотрел на раскомандовавшуюся девицу.

Платье, меховое манто, накинутое на плечи, драгоценности, надменность в голосе и выражении её лица, а также восемь верховых кольчужных дружинника сопровождения, всё не оставляло сомнения, что новая гостья дворянка.

У неё была худощавая фигурка и остроносенькое, лопоухое лицо. Андрею она очень приглянулась.

— Но они и есть зачинщики, госпожа! — пояснила подошедшая к благородной оле с поклоном женщина.

— Мне повторить? — удивилась молоденькая аристократка и посмотрела на студентов, — Эльм, Сит, вы опять вляпались?

— Опять, — улыбнулся распухшими губами первый из названных, — И снова к нам на помощь пришла прекраснейшая Джиса ол Пирен. Я ещё за подсказку по географии не успел поблагодарить, а уже надо кланяться за спасение от холодного узилища.

Всем присутствующим стало ясно, что встретились однокашники по университету. Студентов тут же отпустили, а бородачей с землянином потащили в сторону конюшни.

За спиной послышалось, как не позабывшие про нового знакомого приятели объяснили магине, что Анд тоже ни в чём не виноват.

— Иди обратно, — сказал вышибала на полпути, — Тебя велено отпустить.

— Спасибо, я слышал.

Всё, как на Земле, подумалось Немченко. У кого есть связи, тот сухим из воды выйдет. Зачинщики ссоры теперь на свободе, а бородачей, вступившихся за молодку, продержат в холодном подвале.

— Это Анд Рей, наш друг, — представил Сит землянина, — А это наша одногруппница Джиса ол Пирен, спасительница и благодетельница.

Ещё на подходе вселенец видел, как магиня поочерёдно прикоснулась к своим университетским приятелям камнями перстней на мизинце левой руки и на безымянном правой. Так-то у неё все персты имели по амулету, но эти, понятно, были лечебными.

Посмотрев на опухшую щёку представленного ей парня, ола усмехнулась и с чуть заметной иронией сообщила:

— Тебе исцеления не перепадёт в этот раз, Анд. В дороге заряжу, и если будешь поблизости, так уж и быть, по просьбе этих разгильдяев помогу твоему лицу смотреться лучше, чем у висельного трупа.

— Всё равно спасибо тебе, — учтиво склонился землянин, — Рад с тобой познакомиться.

— Анд, ты чего? — с запинкой спросил Сит.

У обоих студентов открылись в изумлении рты, и будь сейчас лето, туда бы мухи залетели. Заледеневший взгляд магини проморозил Немченко чуть ли не до озноба.

Догадка пришла мгновенно. Он ведь не одногруппник олы, что частично стирало бы социальные границы, а обычный простолюдин, и его публичное обращение к аристократке на ты — это даже не нарушение этикета, не бестактность, а открытое хамство.

Что сейчас может последовать, землянину подсказала память Вита.

— Простите, госпожа, — Андрей упал коленями в грязь, — Видите ведь сами, как мне по голове прилетело. Плохо ещё соображаю. Отрубите её, если пожелаете.

Пару секунд висела тишина, затем Джиса ол Пирен рассмеялась. Смех у неё оказался приятным.

— Вижу, тебе действительно крепко досталось. Вставай, — приказала она и повернулась в сторону своих дружинников, — Фрайс, — обратилась ола к крепкому воину с седыми до плеч волосами, равнодушным как у коровы лицом и глазами серийного убийцы, — Я буду ужинать с этими молодыми людьми. Разберись с номером для меня и мыльней. Путь продолжим завтра.

Когда взявшая Сита под локоть Джиса пошла к крыльцу, что-то на ухо рассказывая приятелю смешное, Эльмий придержал землянина.

Студенты от лечения амулетами не только стали выглядеть лучше, хотя покраснения на местах ударов ещё остались, но и почти протрезвели.

— Анд, ты так больше не шути, — предупредил Карон, — Джиса девушка хорошая и, возможно, разрешит тебе когда-нибудь к ней обращаться на равных в своей компании...

— Эльм, говорю же, голова не соображала ...

— Вот-вот. Повезло, что она земляная. Её стихия спокойна и не будит вспыльчивость. А окажись она огневиком или воздушником? Да и так, вот намагичила бы тебе каменную кожу, и жил бы истуканом пару дней, пока не помер.

— Слышал про такую жуть. Она может?

— Как-то раз похвасталсь, что освоила третью ступень. Не знаю, правда ли. С Джисой иногда сложно. Не поймёшь, всерьёз она говорит или шутит. Только тебе лучше всегда исходить из первого.

— Всё понял, спасибо.

— Да пока не за что. Наш уговор про угощение в силе?

— Выбирай любое. Хоть фатосское сладкое. Обмоем наше первое совместное боевое крещение.

— Ага. А ты видел, как я этому кабану нос расквасил?

Своё мнение о физических и умственных способностях приятеля Немченко решил оставить при себе, сделав вид, что не разглядел, кто кому что разбил в кровь. Тем более, ола Пирен нос своему однокашнику исцелила, а лицо тот сам себе снегом протёр.

Магиню разместили где-то в дорогих апартаментах на третьем этаже, а студентам с их приятелем достались лежаки на двухярусных топчанах в десятиместной небольшой комнате с узким проходом по центру.

В этом номере не имелось даже матрасов или тюфяков. Спать предстояло на голых почерневших досках. Зато обошёлся такой сервис всего в тридцать боров, на пять больше половины обора.

Андрей хотел заплатить за товарищей, но те заявили, что такого уговора не было, и отдали гостиничному приказчику свои монеты.

— Вещи тут не оставляй, — посоветовал Сит, с брезгливостью посмотрев на выпяченный к нему зад лежавшего на втором ярусе какого-то караванщика в засаленных штанах, храпевшего как трактор, — Сопрут, и не найдёшь.

"Получается, я зря мучился с рассовыванием своего богатства по кармашкам и поясу", — пожалел себя землянин.

Хозяйка, оповещённая, что прибывшая магиня будет ужинать в зале с компанией троих приятелей, организовала им места возле окна. Служанка с остервенением оттирала на столе впитавшийся в дубовые доски жир.

— Хватит уже, — посоветовал ей Эльмий, — Дыру ведь протрёшь. Лучше неси нам вина и эля. И побольше.

— Что будете есть? — понятливо кивнула девушка, имевшая такой усталый вид, словно весь день мешки таскала.

— А что вкусное, то и неси. Ты ведь знаешь, кто с нами будет? — Сит ущипнул служанку за попу, — Прогуляемся ночкой, на звёзды посмотрим?

— Конечно, — согласилась девица, — Только, после торговца Шилда. Он первым предложил и оплатил вперёд.

Постоялый двор был богатым, столовый зал освещался магическими светильниками, зарядка которых произодилась от накопителей.

Торговля амулетами и магическими аккумуляторами приносила семьям аристократов доходы не меньшие, чем оброк от крестьян и налоги с арендаторов вместе взятые.

С появлением на свет и взрослением Вита благосостояние ол Шерригов стало быстро расти. Заряжать накопители много ума не нужно. Бедность землянину не грозит. Смерть да, нужда нет.

Друзья уже допили кувшин вина и принялись за второй, когда Эльмий, сидевший лицом к лестнице, обрадовал:

— Вот и наша прекрасная спасительница идёт.

Глава 5

Джиса стянула свои чуть с рыжинкой волосы высоко на затылке в длинный, ниже лопаток, хвост, ничуть не комплексуя насчёт оттопыренных ушек. А ведь ей шло.

— Ого, да вы шикуете, — удивилась она, сделав глоток, — Это ты, что ли, Эльм, на своей подработке у стряпчего деньгами разжился?

Вино и эль тут разливали в глиняные кружки, но для магини лично хозяйка принесла серебрянный кубок, за право наполнять который студенты немного посоревновались. Выиграл Сит, правда, умудрившись при этом немного пролить себе на колени из вырванного у приятеля кувшина.

— У моего жмота еле на еду заработаешь, — помотал головой Карон, — Это наш новый друг Рей сегодня угощает. Пей, Джиса, он сам предложил.

— Да, угощайтесь, госпожа, — подтвердил землянин, — Спасибо отцу, не пожадничал, отпуская меня в дорогу. Видимо, я по-своему всё же для него ценен.

Аристократка отказываться не стала и вновь приложилась к кубку.

— Раз ты друг моих друзей, то разрешаю тебе обращаться ко мне по-простому. В своей компании, конечно, — не забыла уточнить ола, — Ты мне кого-то напоминаешь, — она едва заметно нахмурилась, — только не могу вспомнить кого.

Такого следовало ожидать и к этому готовиться. Рано или поздно можно повстречать тех, кто знаком с Витом. К счастью, троица университетских школяров младшего ол Шеррига не встречала, зато они не раз видели Лориса, путь тот и учился на старшем курсе.

Сыновья Редина и Нии не очень походили друг на друга, и всё же при желании можно было рассмотреть общие черты.

Андрей и напрягся от слов ол Пирен, и немного растерялся, не придумав, что ответить. Выручил Сит.

— Ай, ладно тебе, Джиса, он ведь не из-за моря приплыл. Виделись в столице где-нибудь. Анд, ты в цирковых выступлениях не участвуешь? Может Джиса тебе аплодировала?

— Нет, но по улицам и лавкам Далия ходил много и часто. Правда, если бы я случайно где-нибудь встретил госпожу, то обязательно бы запомнил. Красивых девушек я не забываю.

— Говорить ты умеешь, — улыбнулась комплименту ола, — Да, наверное, ты где-нибудь промелькнул на моих глазах. Кстати, парни, — к облегчению землянина она этот вопрос закрыла, переключившись на другое, — Знаете, кого я перед выездом из столицы видела вместе? Нашу алхимичку с географом! Честно. Мы остановились, чтобы докупить в дорогу продуктов, смотрю, в садике особняка, который был напротив торговой лавки, эти двое сидят в беседке в обнимку!

— Здравствуй, Джиса, проснулась уже? — хохотнул Эльмий, — Да уже половина университета знает об их шашнях. Чолер, ну, тот толстый с третьего курса — да ты его знаешь — случайно сам увидел, как они в лаборатории прямо на столе..., — он подмигнул магине, — Ты понимаешь, да?

Одногруппники принялись сплетничать о делах альма матер, будто бы они сто лет не виделись, хотя, как понял Андрей, всего семь дней назад вместе сдавали экзамены. Джиса помогла обоим подсказками, иначе в отпуск эти два разгильдяя в лучшем случае отправились бы только сегодня.

Аристократы и простолюдины обучались в одних группах по одинаковым предметам. Магии в университете не обучали. Её осваивали, каждый маг индивидуально, в общении с родной стихией. Конечно же, близкие и друзья не оставляли без подсказок и помощи, а главное участвовали в тренировках способностей, выступая спарринг-партнёрами.

В университетах учились законам, истории, географии, алхимии, математике и владению мечами, без разделения на факультеты. То есть, образование являлось общим.

Пока школяры сплетничали, землянин только слушал, черпая для себя много нового, и старался не привлекать к себе внимания, хотя на намёки об очередных порциях вина реагировал оперативно.

А ещё, неожиданно для себя он залюбовался олой Пирен. Делал это незаметно, поскольку весь его прошлый опыт гласил о том, что женщины очень чутко улавливают интерес мужчин.

Если Джиса вдруг поймёт, какие чувства вызывает у простолюдина Анда, то это ей понравится, польстит или оскорбит, дескать, да как наглый хам посмел?

А самому-то ему ясно, насколько глубоко его зацепила молодая аристократка?

На Земле последние лет десять Немченко считал себя слишком циничным и здравомыслящим, чтобы влюбляться. Тогда что с ним сейчас происходит? Почему его глаза едва слушают команду мозга и всё время норовят смотреть на магиню? Её ироничная улыбка, звонкий смех, живая мимика, утончённые манеры, остроумие и доброжелательность — всё привлекает.

Гормоны семнадцатилетнего Вита так воздействуют? Получается, любовь материальна? Есть гормоны молодости — есть она. Нет — нет и её. А как же, седина в голову — бес в ребро?

"Боже мой, — спохватился землянин, — Какая чушь в голову лезет. Я что, напился? Какая ещё любовь-морковь? Где мои пятнадцать прыщавых лет, а кто я теперь?"

— Эй, ты где, Рей? — пнула его под столом по сапогу Джиса, — Я спрашиваю, ты едешь завтра с нами?

Потребовалось пару мгновений, чтобы вспомнить, о чём была последняя тема беседы между его новыми знакомыми.

— Да, конечно, госпожа. Джиса. Буду рад. Спасибо за честь.

Замок Пирен находился всего в дне пути не доезжая Нагабина, и почти всю дорогу студенты и их приятель могли в сопровождении восьмёрки дружинников ехать вместе. Караван охранялся полусотней вояк, зато в компании школяров имелась магиня земли.

Конечно же, ехать вместе с вереницей охраняемых фургонов и телег было бы намного безопасней, но сильно дольше.

Поэтому, попаданец согласился, даже не раздумывая. Чем раньше он уберётся из этих краёв, тем для него лучше.

— Анд, твой карман ещё кувшинчик выдержит? — поинтересовался Сит.

— И даже два, — не соврал землянин, — Эй, красотка! — позвал он разносчицу, — Неси ещё сосуд веселья. И сыра ещё прихвати.

Обе ёмкости, литра по полтора каждая, они уже приговорили. Вино здесь подавали слабое, а народ приучен выпивать с самого детства, что те испанцы или итальянцы с французами, тем не менее, приятели землянина, включая магиню, уже основательно захмелели. Сам Андрей, пользуясь тем, что никто за ним не следил, старался много не пить, хотя организм Вита был достаточно крепок в этом отношении.

Зал полностью наполнился людьми, но в сторону стола, за которым находилась магиня, старались не смотреть. Мало ли, как та оценит взгляд. Вдруг шарахнет чем-нибудь больно или вовсе смертельно? От благородных олов здесь всего могли ожидать. Законы королевства весьма благосклонны к аристократам.

Творить, что хочется, им в отношении простолюдинов не позволялось, но рамки дворянских прав были очень широкими, а наказание за их превышения сильно мягкими.

— Я вообще планировала в этом отпуске к Манелам по пути заехать, — Джиса закрыла ладонью свой кубок, не позволив Эльмию его наполнить, — Не буду, пейте дальше без меня.

— Да, вы ведь с Изирой дружили, — Сит сдержал икоту и укоризненно посмотрел на приятеля, не долившего ему в кружку почти на два пальца, — Жаль девушку.

— Ничего мы и не дружили. Огненная слишком много о себе воображала, но наши родители договорились, она должна была выйти замуж за Гента, моего брата. Мы уже роднёй считались, — ола сжала руки в кулачки и положила их на стол, — Нет, Логис действительно подонком оказался. Надеюсь, Манолы не станут обивать пороги королевской канцелярии, разберутся сами. У них большой, сильный род. Этот мерзавец должен ответить жизнью за жизнь. Как и всё его семейство, воспитавшее такого ублюдка.

"Так уже ответили", — едва не ляпнул землянин, но вовремя прикусил язык и прогнал из головы винные пары. Интернета и сотовой связи в Гертале не существовало, и едущий из столицы купеческий сынок о падении замка Шерриг знать никак не мог.

— Я с Логисом в одной команде пару раз играл. Мне он показался нормальным.

— Потому что ты не девушка, Сит, — Джиса поморщилась и повернувшись в сторону лестницы, где ужинали её дружинники, поманила их пальцем, — А мне, я даже не знаю, как объяснить, этот негодяй всегда казался каким-то липким, что ли. Улыбочка эта его слащавая, глаза наглые. Всё время норовил, то к плечу, то к руке, прикоснуться.

— Ты ему нравилась ...

— Шутишь? Он со всеми так. Сволочь. Надеюсь Шерриги за всё поплатятся, — легко пару раз стукнув кулачком по дубовой доске стола, ола повернула голову к подошедшему Фрайсу, тоже увязавшему свои седые волосы по примеру госпожи в хвост, — Десятник, мы выезжаем совсем рано, договорись о завтраке и для моих приятелей. Анд, спасибо тебе за угощение, — магиня поднялась со скамьи, — Теперь моя очередь кормить этих охламонов. Сит, Эльм, не проспите рассвет, иначе велю вас плетьми будить. Потом жалуйтесь, хоть декану, хоть самому ректору.

Она направилась к лестнице, а Андрей не удержался, чтобы не полюбоваться стройной фигуркой. Что может быть хуже, когда понравившаяся девушка желает тебе смерти?

Аристократку ждал хороший номер, а её приятелей вонючая комнатка, поэтому торопиться идти спать друзья не стали. Когда и третий кувшин показал дно, Эльмий поинтересовался у землянина:

— Ты как смотришь, давай по кружке эля ещё?

— Вино без эля — деньги на ветер, — покивал Андрей.

Бородатая для Земли шутка гертальских аборигенов привела в восторг, своего знакомого они со смехом принялись обнимать и охлопывать.

Парни Немченко понравились. Хорошие ребята, и даже тяга к дармовщинке у них носила временный, вынужденный характер. Оба были из очень обеспеченных семей, просто, столичная жизнь, она и в средневековье предоставляет массу искушений. Высылаемых родителями и полученных подработкой денег на всё не хватало.

— Мы, как приедем, всё тебе вернём, Анд, — пообещал Сит.

— Забудьте, ребята, — заупрямился землянин, — Вы мне ничего не должны. Тем более, прекрасная ола. Беспокоит только её угроза ...

— Насчёт этого не переживай, Джиса шутила. Ни плети, ни палки нам не грозят. И коридорного мы предупредим, разбудит, когда надо.

— Всё-таки, пошли спать? — предложил землянин, — Я лишь схожу за подстилкой. Не люблю на голых досках лежать.

На улице при вдохе свежего, начавшего подмораживать воздуха подумалось, что на сеновале устроиться было бы не хуже.

Лошадей студентов и землянина поместили в загоне на полсотни голов. Оленья шкура нашлась рядом со сложенными в стопки сёдлами. Отдав хмурому сторожу пару боров одной медной монеткой, Андрей забрал свою подстилку и вернулся к приятелям. Тех ещё пришлось немного поуговаривать отправиться в номер.

Поднимавшийся первым по лестнице Сит обернулся.

— Ты заметил, Эльм, какая у Джисы служанка симпатичная?

— Она нас вдвое старше. Успокойся, — Карон сохранил остатки рассудительности, — И не нужно нашу подругу злить. Приедем домой, там оторвёмся.

Немченко подумалось, если сейчас убрать царивший вокруг средневековый антураж, то станет очень похоже, что попал он не в другой мир, а вернулся к годам своей студенческой юности. Настолько повадки и характеры парней соответствовали соученикам Андрея академической поры.

В номере ему досталось место почти у окна, зато на второй, душной полке. Приятели устроились ближе к выходу. Они прибыли в комнату последними и могли в полной мере насладиться звуками храпов и выпускания в воздух злых духов. На амбре из смеси перегара и пота даже внимания обращать не следовало, настолько это здесь естественно.

Оленья шкура легла поверх досок, сумка и куртка под голову, пояс с серебром Немченко снимать не стал. Сразу он не уснул. Минут двадцать подождал, пока повстречаются с Морфеем его приятели, чтобы те не заметили исчезновения своего нового друга, и ушёл на встречу с родной стихией.

На сумрачном плане гостиничная комната смотрелась намного отчётливей — серое светлее темноты. Не стало чувствоваться запахов, зато вновь ощутилось тёплое прикосновение Тени. Она соскучилась? Или ему всё это только кажется?

Тень его ждёт, радуется каждому появлению своего адепта и даже тому, что вместо прежнего, презирающего её сознания Вита теперь к ней приходит новый, любопытный, волнующийся и чуть восторженный соратник и друг?

Можно ли бредить, находясь в бреду, сходить с ума, будучи уже сумасшедшим, Андрей не знал. При этом, ему казалось, что за одним сумрачным планом дальше есть ещё один, и ещё, и ещё. На него из глубины кто-то смотрит взглядом родителей, наблюдающих за своим несмышлёным ребёнком. Тень улыбается? А она умеет?

Двадцатый удар вытолкнул его в реальность. А ведь он даже попрощаться не успел. Сказать, до свидания. Надо вернуться.

Немченко подождал отката возможности перехода к началу и вновь направился к Тени.

— "Привет, я забыл про вежливость", — сказал он, пытаясь сознанием нырнуть ещё глубже.

У него ничего не получилось, но на миг сумрачная картинка размылась, перед взором появилось тёмное расширяющееся пятно, окутало его и тут же исчезло, оставив в груди Сгусток Тени, боевое заклинание, способное поражать врага на расстоянии до десяти шагов.

Его вытолкнуло с сумрачного плана намного раньше, чем закончилось время погружения, весь магический резерв оказался пустым, а вспотевшее тело колотилось в ознобе. Обретение нового умения даётся нелегко. Это землянин знал от Вита.

Получение первого умения поражать противника дистанционно и возможности изготавливать амулеты с заклинанием Сгусток Тени попаданца вдохновило, но он слишком устал, чтобы радоваться долго. В сон потянуло словно канатом.

Землянин встал, когда все соседи по номеру ещё спали. За закрытым мозаичным окном рассвет только начинался. Стараясь никого не разбудить, чтобы не создавать себе конкурентов в пользовании уличным туалетом и умывальней в коридоре, он оделся, свернул шкуру, взял сумку и отправился на улицу.

Его приятели-студенты проснулись, когда их друг Анд уже сидел в столовом зале и пил вкусный отвар из листьев смородины, малины, чебреца и мяты. Еду заказывать не стал, раз уж госпожа магиня решила расщедриться, то пусть угощает.

Во время завтрака попаданец намного спокойней реагировал на Джису. Юношеские гормоны, похоже, без вина не так активны. Своё вчерашнее излишнее возбуждение Андрей не забыл. Ситуация, когда погибший Вит умудряется влиять на нового хозяина тела, была настораживающей. Требуется внимательней себя контролировать.

— Эльм, садись ко мне, — пригласила магиня в экипаж одногруппника, — Расскажешь про Геору. Чего она ещё выкинула. Вчера не договорили.

Никаких гербов на каретах не размещали, и поэтому с первого взгляда определить, кто в них едет, аристократы, ростовщики, банкиры или торговцы, возможности не представлялось. Это было не очень хорошо. На мага разбойники бы поостереглись нападать.

Впрочем, наличие среди путешественников одарённых далеко не всегда удерживало романтиков с большой дороги. Крупные банды вполне обоснованно предполагали, что количественное превосходство поможет сломить качественное.

С троицей присоединившихся парней компания олы Пирен насчитывала одну магиню стихии земли третьей ступени, опять же, это если она не прихвастнула насчёт своих возможностей, одиннадцать мечей, служанку, мальчишку-раба и кучера.

Не густо, если учесть, что здешние края буквально кишели разбойниками, в основном, из беглых каторжан с оловянных и медных рудников Илюмских предгорий, или дезертировавших из королевской армии рекрутов. Не мало среди татей было и вчерашних крестьян или рабов, выбравших голод и смертельный риск, вместо поборов и побоев.

— Вы в пути не расслабляйтесь, — предупредил десятник, подъехавший к новым попутчикам олы Ситу и Анду, — ваше место сразу за каретой госпожи. Моих приказов слушаться словно отца родного. Понятно?

— А твоя хозяйка знает, что ты её друзьями принялся командовать? — ухмыльнулся Линев.

Седоволосый вояка по прежнему равнодушно посмотрел на студента.

— Ты мне показался взрослым и ответственным мужчиной, — он развернул коня и направил его в голову кавалькады, выстроившейся на дорожке к воротам.

— Прости, десятник, — сказал Фрайсу в спину Сит, — Мы всё поняли. Сделаем, как ты сказал.

Когда они выехали из постоялого двора, магический резерв вселенца восстановился до семи гитов. К примеру, у мага второго ранга максимальный объём вообще не превышал шести. Так что, можно было бы радоваться, если бы не одно но.

Андрей ощущал бессилие в возможности пользоваться своими способностями одарённого. Откат из-за освоения нового заклинания всё ещё продолжался. Что же тогда будет при освоении новой ступени? Память Вита обещала два-три дня магической беспомощности каждый раз. Мать Вита однажды при поднятии на шестую ступень и вовсе пять дней ожидала возвращения сил.

Многие моменты Андрей всё ещё пропускал мимо осознания, но сейчас понял, что повышать магическое мастерство лучше находясь в полной безопасности, иначе есть риск в критический момент остаться без помощи своих способностей.

— Анд, — Сит похлопал по притороченному к седлу бурдюку, — Я позаботился о живительной влаге. Обращайся, если жажда одолеет.

Глава 6

За состоянием дорожного покрытия в королевстве Далиор по возможности старались следить, подсыпали ямы гравием или щебёнкой, иногда посылали государственных крепостных утрамбовывать покрытие, так что, карета, влекомая четвёркой лошадей, впряжённых цугом, двигалась на приличной скорости.

Чтобы благородной оле было теплее, время от времени, маленький раб растапливал в экипаже печку, и тогда Андрею казалось, будто бы впереди него несётся игрушечный паровозик или Емеля на своём сказочном транспорте. Улыбаться по этому поводу землянин позволял себе только мысленно.

Эльмий Карон и Сит Линев поочерёдно развлекали сокурсницу, пересаживаясь из седла на каретный диван, после чего вновь составляли компанию новому приятелю Анду Рею.

В прошлой жизни землянину ни разу не доводилось ездить на лошадях, как и махать мечом, но за время своего короткого путешествия от заимки к тракту вполне успешно освоился и с тем, и с другим, используя память моторики тела Вита.

На обед они остановились спустя три местных часа после полудня в придорожной корчме. К огромному облегчению попаданца, кроме полностью восстановившегося резерва, он почувствовал, что снова может пользоваться магией.

Когда тронулись дальше, настала очередь и Немченко развлекать молодую магиню.

— Садись вот сюда, — показала она глазами на диванчик напротив, служанка и раб разместились у неё в ногах, коленями на подушечках, — Расскажи, почему ты решил уйти из дома. Тебе ведь можно было пойти на учёбу, хоть в этом году, хоть в следующие, а ты, вместо этого, бежишь из столицы. Решил покинуть страну?

— Не знаю ещё, госпожа.

— Здесь на ты. И Джиса, не госпожа. Я ведь разрешила. Забыл?

Сынок торговца сам по себе, понятно, олу Пирен мало интересовал, она лишь хотела развеять дорожную скуку и, не подозревая, случайно наткнулась на того, кто мог это сделать лучше любого не только в Далиоре, но и на всей Гертале.

Прочитанные в детстве и юности книги, просмотренные фильмы позволили украсить Андрею его легенду смешными и увлекательными историями.

Когда землянин от адаптированных к местным реалиям выдумок Николая Носова дошёл до марктвеновского рассказа, как якобы Анда Рея в детстве тётушка Полли в наказание заставила красить забор, а он привлёк к этому процессу всех соседских детей и заработал множество ценных для мальчишки вещей, Джиса уже смеялась до слёз.

Глядя на девушку, попаданец в этот раз и без винопития вновь почувствовал вчерашний выплеск молодых гормонов. Сидевшая напротив аристократка показалась ему самой прекрасной из всех девушек, которых он раньше встречал.

Внутри него сработал сигнал тревоги. Сейчас не время и не место предаваться амурным мыслям, пусть даже Джиса начала смотреть на него с большим интересом. Не нужно забывать, молодая магиня желает Виту ол Шерригу неминуемой смерти и желательно мучительной.

— А кто изувечил твоего слугу? — кивнул он на мальчика-раба, у которого вместо левой кисти рука заканчивалась культяпкой.

Немченко умышленно перевёл разговор. Хватит ему быть единственным в карете актёром разговорного жанра.

— Недлика-то? Палач Заовражного района, — магиня поморщилась и потрепала волосы мальчишки, — Но мой дурачок сам виноват. Пока я на учёбе, балбес не знал, чем себя занять, вот и связался с какими-то местными прохиндеями. Вместе с ними на рынке сдобу с прилавков воровал. Позорище. Как будто бы я его не кормлю. Товарищи-то его опытные, сбежать успели, а мой, вот, попался. Недлик, — несильно пнула она по подушке, на которой тот стоял коленями, — Выучил урок?

Маленький раб опустил голову и всхлипнул:

— Да, хозяйка.

— А вы, то есть, ты никак не могла за него попросить? — спросил землянин.

Девушка пожала плечами и грустно вздохнула.

— Попадись этот мелкий гад мне тогда под руку, не забери его стража в районную темницу, я бы сама его в кирпич превратила, — она дёрнула служку за ухо, — Опозорил меня, в универе даже стыдно было находиться. Клиоса, уродина гнусная, на весь лекционный зал веселилась. Дескать, встречаются такие олы, которые и воспитывать рабов не умеют, и кормить их не знают чем, поиздержались. После этого я ещё и платить префекту восемьдесят оборов должна? Полную стоимость Недлика? Нет уж. И у меня с деньгами тогда совсем туго было. Я ведь платье к карнавалу у Тиобии — ну, ты слышал наверное, самая лучшая модистка в столице — заказала. Оказаться на балу в прошлогоднем наряде, чтобы спасти руку этого мелкого негодяя? Ладно, у меня ведь брат Гент — маг жизни. Мама писала, он четвёртую ступень освоил. Попрошу его, может и вылечит этого придурка. Хотя ему сейчас не до того, он в бешенстве и сильном расстройстве.

— Из-за смерти Изиры ол Манел?

— Не столько из-за её смерти, сколько потому, что она вообще согласилась остаться наедине с мерзавцем Лорисом. Имея жениха, тащиться в мужской кампус, — Джиса скривила губки, — О чём она вообще думала?

— Так они же туда всей компанией отправились.

— Ты-то откуда это знаешь? — изумилась магиня, расширившимися глазами посмотрев на собеседника.

Андрей мысленно принялся бить себя по затылку. Уже не в первый раз прокалывается на мелочах.

— Так Эльмий рассказал, — соврал он, надеясь, что Джиса это проверять не станет. Зачем ей?

Аристократка ответ приняла и задумалась. Через какое-то время, когда мимо оконцев кареты промелькнули крестьянские домишки небольшой деревни, она, подёргав за витой шнур, велела остановить карету.

— Спасибо, Анд. С тобой интересно. Очень, — улыбнулась она, заставив сердце впавшего в юность немолодого циника забиться чаще, — Мы ещё не раз поговорим. А сейчас я желаю остаться одна.

Первую ночь совместного путешествия их компания отдыхала в поселении Шутара. До городка этот населённый пункт не дотягивал, но стены в виде заострённых брёвен на высоком валу и ров перед ними имел.

Королевский прево за скромную плату выделил Джисе и её сопровождению временно пустующий дом своей сестры, и этот отдых получился для землянина первым комфортным за все дни его пребывания в новом мире.

Удобная кровать в комнате хозяйкиной горничной, чистое постельное бельё и тепло от стены, по которой проходил дымоход из камина — всё Андрею понравилось. Тем более, перед этим было посещение мыльни, а до помывки — тренировка на мечах.

Вряд ли десятник вытащил на спарринг троих приятелей своей госпожи, чтобы заняться их развитием. Наверняка, Фрайс только хотел оценить умения парней и знать, чего от троицы ждать в бою, если таковой случится. Разумный подход.

Для Андрея короткие схватки с дружинниками оказались полезны. Он выяснил то, о чём не догадывался Вит. Младшего ол Шеррига мастер учил дуэльным техникам, по-сути, фехтованию, когда противника достаточно было просто ранить.

Десятник скупо похвалил Анда, указав, что в настоящем бою врага надо не коснуться, как в спарринге, а пронзить или и вовсе разрубить, на что требуется больше сила, чем ловкость. Жаль, Вит совсем не уделял внимания укреплению мышц.

Перед сном вселенец вновь навестил Тень. Он пытался спуститься к ней ближе, в густеющий и манящий к себе сумрак. И стихия звала его к себе, пыталась помогать, тянула, только пока без результатов.

Джиса была приглашена на завтрак к прево, а её сопровождение устроилось всей компанией за столом снятого особняка.

Еду им доставили из корчмы. Вселенец обратил внимание, что за олу расплачивается десятник, державший при себе кошель на её расходы. Наверняка, так распорядились родители Джисы. К гадалке не ходи, дочь в их глазах заслужила репутацию мотовки. Впрочем, на взгляд Немченко, для женщин это не самый большой порок.

— У вас ни брони, ни щитов, — Фрайс, доевший мясную кашу и позволивший корчемной рабыне забрать опустевшую оловянную миску, посмотрел на троих друзей, — А ваше владение мечом, скажу прямо, меня не сильно радует. В случае нападения спешивайтесь и держитесь возле экипажа госпожи, вперёд не лезьте.

— А что, могут напасть и на олу? — не удержался от вопроса землянин, тут же получив подсказку от Вита, что да, вполне.

— Ты какой-то странный, Рей, — холодные глаза серийного убийцы уставились на Немченко.

— Он у нас из столицы дальше, чем на пару миль ни разу не выезжал, — пояснил Эльм, — Всё время помогал отцу деньги зарабатывать.

— Тогда понятно, — равнодушно кивнул десятник и отвёл взгляд, — Здесь, кроме мелочи, орудует банда Рыбака. За последние две луны три обоза разграбили. По слухам, этих сволочей больше полсотни. Не исключено, что у главарей и защитные амулеты имеются. Хотя, думаю, даже если и так, они у них почти наверняка разряжены давно. Я приказал вам быть начеку, вы выполняйте.

Фрайс Рантин не стал вслух произносить то, что и так все знали. Среди разбойников иногда встречались и маги.

В Гертале не существовало той феодальной лестницы, которая когда-то была распространена на Земле, с рыцарями, баронами, графами, маркизами, герцогами и прочими титулованными особами. Здесь все дворяне являлись вассалами короля с равными правами и обязанностями.

Вот только, имущественное положение и возможности у всех были разными. Кто-то имел замкис владениями, и не по одному, а другим приходилось зарабатывать себе на хлеб, изготавливая и заряжая на продажу амулеты и накопители, или поступая на королевскую службу. Находились и те, кто считал возможным зарабатывать преступным путём. Увы, случалось такое не так уж редко.

— Стоило бы всё же ехать с караваном, — высказался Билой, самый молодой из дружинников.

— Хочешь сказать об этом госпоже? — поинтересовался командир.

Дружинник стушевался и не ответил.

Магиня вернулась через час и распорядилась отправляться в путь. Собрались они быстро, на выезде из поселения разогнали препятствующее движению стадо бредущих на выпас коров.

Ближе к полудню третьего дня отряд с Джисой ол Пирен подъехал к Ялуге, небольшой, мутной от таяния снегов реке.

— Мост размыло, — громко крикнул вернувшийся из авангарда дружинник.

Когда отряд подъехал к воде, то увидели всё собственными глазами.

На противоположном берегу остановился большой обоз. Возчики и крестьяне уже пытались восстановить переправу, но дело предстояло долгое, за сегодня им точно не управиться.

— Не похоже, что размыло, госпожа, — сказал десятник Джисе, выбравшейся из кареты вслед за служанкой и мальчишкой, потащившим в кусты её горшок, — Кто-то мост специально разрушил. Я догадываюсь, кто.

— Тебе всюду Рыбак мерещится, что ли? — хихикнула ола, направившись ближе к воде, — Эльмий, ты как-то хвастался, что плавать умеешь. Сможешь переплыть Ялугу?

— Легко, но лучше летом. Боюсь кое-что простудить и стать нашим нагабинским красавицам совсем-совсем не нужным.

Отряд магини, кроме дружинника из арьергарда оказался весь на берегу. Реку можно было бы пересечь вброд на лошадях, однако, карету не переправить, да и вода действительно сейчас холодная.

— Встаём на ночной привал? — спросил Сит Джису.

— Вот ещё, — магиня обернулась и с насмешкой посмотрела на однокашника, — Проводить лишний день отпуска в карете мне предлагаешь? Фрайс, едем к парому. Тут всего пять миль. Крюк совсем маленький. Поехали.

— Госпожа?

— Поехали, говорю, — нахмурилась аристократка и решительно направилась к своему экипажу.

Предчувствия старого вояку не обманули. Отряд не проехал по лесу и половины пути до паромной переправы, как в полусотне метров перед авангардом закачалась, а после и упала перегородив дорогу высокая сосна.

Раз поисковый амулет воздушников на шее Арнода, рано полысевшего дружинника, не подал ранее никакого сигнала, значит засаду сделали с умом. Бандиты прятались в вырытых убежищах, оставив только наблюдателя — на одиночек артефакт третьего уровня не реагировал.

— Ловушка! — крикнул командир.

В этот момент и позади отряда начало валиться другое дерево, отрезая возможность отступления. Одновременно со всех сторон к карете бросились разбойники.

Дружинники быстро спешились и поторопились встать по обе стороны экипажа олы. Сама Джиса первой оказалась снаружи, едва услышала крик десятника.

Разбойники без каких-либо вопросов "жизнь или кошелёк" со звериным рёвом побежали в атаку. Они совсем не походили на киношных обормотов, вооружённых дубинами или кистенями. Их мечи ничуть не уступали тому, который землянин взял себе в замке в качестве трофея.

Да, бандиты не выглядели чистюлями, и их одежда явно требовала стирки и штопки, зато на многих имелся доспех или его части, вроде латного нагрудника, кольчуги-безрукавки, защитного шлема.

Андрей ощутил в себе всплеск адреналина, выхватил клинок и занял место у дверцы кареты, справа от опустившейся на четвереньки Джисы.

Он успел заметить, как десятник отбил один арбалетный болт — мастера меча могли и не такое вытворять, они вообще по своим боевым возможностям не уступали магам первой-второй ступени — а второй принял в выставленный щит.

Ола Пирен приложила руки к дорожной грязи, и попаданец увидел удивительную жуткую картину, как под самой крупной группой нападающих, численностью одиннадцать человек, на участке размером примерно в семь-восемь соток почва вдруг превратилась в зыбучий песок, начавший засасывать росшие на нём деревья и бегущих по нему бандитов.

Через секунду пески резко превратились в камень, замуровавший корни накренившихся стволов и успевшие погрузиться до колен ноги дико завывших от страха бандитов, тщётно начавших пытаться вырваться из плена. Мечи вмурованных разбойников только высекали искры из камня, не причиняя ему хоть какого-нибудь ущерба.

Следующим заклинанием Джиса разверзла почву под ногами четвёрки нападавших, которые спешили помочь двум своим товарищам, превращаемых в котлеты Фрайсом. Не успели. К тому моменту, когда десятник разрубил обоих врагов, неудачливая подмога была раздавлена вновь соединившимися краями провала.

Немного побледневшая магиня поднялась за спинами прикрывавших её молодого дружинника Билоя и одногруппника Эльмия и посмотрела на землянина.

— Ты не на меня смотри, — усталым голосом посоветовала ему Джиса.

Она сказала это в нужный момент. Обернувшись, Андрей увидел, что страшная смерть разбойников от магии и меча мастера их подельников не остановила, а лишь добавила отчаянной ярости. Двое бандитов уже накинулись на Сита.

Смотреть по сторонам у попаданца больше возможности не стало, как и прислушиваться к лязгу железа о железо. Он кинулся к приятелю и вовремя нанёс удар острием меча в открывшийся при замахе бок коренастого мужчины.

Первый поражённый попаданцем враг упал и забился в конвульсиях.

— Спасибо, Анд, — сверкнул улыбкой Сит, проколовший своего соперника в бедро и пытаясь его добить.

Разбойник не долго смог защищаться, истекая кровью в лежачем положении.

— Пустяки, друг, — ответил вселенец.

Праздновать победу приятелям было рано. На них бежали ещё трое татей, рычавших то ли для испуга врага, то ли из собственного страха. Добежали только двое, одного подстрелила в живот из арбалета Джисина служанка, с повизгиванием принявшаяся по новой крутить зарядный ворот.

— Мой правый, — предупредил студент.

— Значит, мой левый, — согласился Андрей и сделал резкий выпад, целясь мечом в сердце.

Попал точно, куда и намеревался. На тренировках его удар засчитался бы победным, однако, в реальном бою меч разорвал телогрейку и уткнулся в металлический щиток скрытого одеждой доспеха.

Вовремя оценить ситуацию не получилось, но развитая ловкость позволила избежать смертельного ответа. Поплатился раной бицепса левой руки, не глубокой, но болезненной.

— Козёл, — высказался попаданец в обросшее волосами до глаз лицо неприятеля, — Получи, — он хотел проткнуть тому шею и опять неудачно.

— Убью, крысёныш! — хрипло пообещал бандит Андрею и неожиданно сделал выпад клинком в плечо Сита.

Приятель оказался начеку, и острие только пропороло ему куртку.

Бандит перехитрил сам себя. Он не успел вовремя обернуться к Немченко, чем тот и воспользовался, быстрым финтом зайдя сбоку и полоснув разбойника режущей частью клинка сзади коленки.

Этот приём оказался успешным, бандит упал. Добивать его Андрей пока не стал, принявшись отвлекать на себя соперника Сита.

Редин, отец Вита, владел стихией воздуха, поэтому раздавшийся за спиной звук заклинания молота Немченко сразу же узнал. Судя по множественному воплю со стороны леса, амулет использовал кто-то из дружинников. Вряд ли сама магиня, Джиса продолжала разить врагов второуровневыми дистанционными заклинаниями окаменения, видимо, на большее у неё не хватало уже энергии.

— В нас не стрельни, дура! — расправившийся со своим противником приятель отскочил в сторону. Служанка на инстинктах повернула заряженный арбалет, который держала в трясущихся руках, вслед за Ситом, — Ты меня решила убить?!

— Н-нет, — ответила женщина и, спохватившись, навела оружие на подкрадывающегося к карете очередного бандита, — Е-его, — она спустила струну.

В родном мире Немченко эту молодую женщину вполне могли наградить значком Ворошиловского стрелка. Второй выстрел и второе попадание.

Андрей вспомнил о недоделанной работе и добил подрезанного в коленке разбойника. Огляделся.

С другой стороны кареты бой, похоже, вновь начал нарастать. И тут раздался крик: "Рыбака убили!". Смерть главаря деморализующе подействовала на уже сильно побитого противника. Разбойники пустились в бегство.

— Здорово мы с тобой сражались, Анд, — приобнял Сит землянина.

Глава 7

Если судить по количеству бандитских трупов, валявшихся вокруг кареты, на дороге и среди деревьев, вспомнить о тех, кто буквально провалились под землю или оказались вмурованными в камень, и соотнести это с озвученной ранее десятником численностью шайки Рыбака, то, получается, что отряд олы Пирен уничтожил почти половину банды.

Андрей зримо в очередной раз убедился, что магия почти совсем не подчиняется ранее ему известным законам мироздания. При виде того, во что Джиса превратила главаря разбойников и некоторых его подельников, землянина чуть не вырвало.

Статуя Рыбака, словно бы изготовленная из того же материала, что и силикатный кирпич, устойчиво застыла в десятке шагов от левой дверцы кареты, но при этом глаза каменного истукана продолжали жить. Они были наполнены невыносимой мукой.

— Что ты хочешь делать, Билой? Не трогай, — Фрайс остановил дружинника, занёсшего меч над атаманом, — Пусть сам подохнет. Тварь должна ещё помучиться. Мы троих парней потеряли из-за этого урода.

По мнению попаданца, потерянные жизни бойцов ол Пиренов были в не меньшей степени на совести Джисы. Вот куда её понесло? Старший охраны ведь предупреждал.

Разумеется, высказывать своё мнение Немченко не стал. Он молча терпел ноющую боль раны, которую ему обработал каким-то бальзамом и перевязывал отрезом ткани Эльмий.

Раздавшиеся мольбы о пощаде со стороны замурованных ногами в камне бандитов быстро прервались. Один из дружинников, подходя сзади к потерявшим возможность двигаться противникам, хладнокровно всех убил.

Джиса устало сидела на полу кареты, уперевшись сапожками в ступеньку. Служанка и принесший откуда-то воду мальчишка оттирали её заляпанное грязью шерстяное платье.

Похоже, что смерти своих воинов, тем более, врагов магиню совсем не трогали. И дело тут вовсе не в её чёрствости и бездушности. Просто, в Гертале, где войны, стычки и феодальные разборки происходили постоянно, где за небольшие проступки подвергали мучительным казням, а почти треть малышей не доживало до годика, когда эпидемии могли выкосить половину населения, хотя, к счастью, случались очень редко, такая реальность не могла не сказаться на характере людей.

— Фрайс, — подозвала Джиса командира отряда, — Возьми, — она сняла с пальцев те самые амулеты-кольца, которыми на постоялом дворе лечила одногруппников, и протянула их на ладони, — Помоги Лерту и Сайтилу, — тут ола заметила взгляд попаданца и слабо улыбнулась, — Извини, Рей, ты опять остался без исцеляющей магии.

— Ему и не надо, — сообщил Эльмий, — Через половину луны и так заживёт.

Анд кивком показал девушке, что так оно и есть, её сокурсник не врёт, рана несерьёзная

Магия жизни творила настоящие чудеса, позволяя даже восстанавливать утраченные конечности. Правда, процессы возвращения полного здоровья длились дни, а иногда и луны. Однако, убрать угрозу смерти у тяжелораненых могли и амулеты, изготовленные адептами жизненной стихии.

Взятыми у олы перстнями десятник помог названным ею воякам самостоятельно встать на ноги. Магические артефакты без проблем активировались и неодарёнными.

— Эльм, Анд, пошли топоры поищем, — подошёл к приятелям Сит, — Вряд ли уродцы унесли их с собой. Им не до того было, когда драпали.

— Зачем? — спросил Эльмий Карон.

— А как дорогу от сосны освободить? Мечами ствол рубить будем?

Взяв с собой Билоя и разделившись на пары, направились к заваленным деревьям.

Десятник Фрайс Рантин зачем-то принялся раглядывать трупы врагов, и Немченко похвалил себя за выдержку. Во время боя его несколько раз подмывало использовать заклинание Сгусток Тени. Хорошо, что этого не сделал, иначе сейчас гарантированно возник бы вопрос, кто среди спутников Джисы имел при себе амулет с редким боевым заклинанием или вовсе является магом. Наверняка, первое же подозрение пало на Анда Рея, остальные давно знают друг друга.

— Не надо в двух местах, — посоветовал командир отряда, когда четвёрка рубщиков подошла к сосне с найденными топорами бандитов, — По центру перерубите. Растащим потом.

Их поездка к перправе оказалась напрасной. Канат оказался перерубленным, паромщик с помощниками куда-то исчезли, а сам о плав средство, приткнувшееся на противоположном берегу, представляло собой беспорядочную кучу обгоревших брёвен и досок.

Пришлось возвращаться к мосту и ночевать там под стук топоров, которыми работники и возчики обоза ремонтировали настил.

К утру переправа была готова. Первым по ней проехала встречная карета знакомого Джисы, владельца замка, соседнего с её родительским, Керта ол Керта, тучного сорокалетнего мужчины, мага хаоса, стихии ещё более редко встречающейся, чем свет и тень. Он направлялся в столицу на свадьбу племянницы.

Командир его охраны из полутора десятков вояк как-то слишком пристально посмотрел на попаданца. Немченко начал рыться в памяти Вита, но ничего там про этого капитана не нашёл, что никак не могло расслабить. Вполне возможно, младший Шерриг офицера дружины не знал, а тот его где-нибудь видел.

Андрей поспешил завязать беседу с Эльмием, позволившей ему отвернуть лицо от подозрительного взора.

Двое одарённых — Джиса и Керт — нашли четверть часа, чтобы поделиться новостями, расхаживая вокруг кареты ола. Затем расстались почти по-родственному.

Обоз пропустил отряд благородной магини, и после переезда через реку Анд был первым из приятелей приглашён в карету к Джисе.

— Ты молодец, — сказала она, — Хорошо сражался.

— Как вам, ну, тебе удавалось и атаковать заклинаниями, и видеть, что происходит вокруг?

— Для меня это уже не первый бой, — с чуть заметной гордостью ответила ола, — Научилась контролировать. Кажется, и ты не новичок?

— Нет, что ты. Какой из меня вояка? Спарринги в фехтовальной школе — весь мой опыт. Я только ещё хочу выучиться на мастера меча, такого, как Фрайс.

— На это уйдут годы. Но я скажу Рантину, он даст тебе рекомендацию. У него есть кто-то из знакомых наставников в Нагабине. Не благодари, Анд, ты мне понравился и бился достойно, так что, моей помощи заслужил. Расскажи мне что-нибудь ещё о дальних поездках своего отца.

Из приключений аргонавтов, Синдбада-Морехода, Робинзона Крузо и Пятнадцатилетнего капитана Андрей заранее подготовил несколько миксов, вполне правдободобных и интересных, а для средневековой благородной барышни, так и вовсе восхитительных.

В карете он, что называется, засиделся. Ола не торопилась заменить его в компании на кого-нибудь из своих однокашников, с ним ей стало жутко интересно.

Попаданец поздно заметил, что во взгляде Джисы появилось к нему нечто большее, чем обычное расположение. Неужели в ней проснулось нечто подобное тому, что делали с ним гормоны молодого Вита? Это было не ко времени и опасно.

— А ещё, господин? — поторопил землянина с началом нового рассказа маленький раб, наряду со служанкой сидевший затаив дыхание и открыв рот, — Ваш отец больше никуда не ездил?

— Кто тебе разрешил разговаривать, негодник? — магиня недовольство изобразила плохо, но за ухо дёрнула мальчишку довольно чувствительно.

— Ездил, только я вот так сходу нн вспомню, что ещё он мне рассказывал, — Немченко развёл руки, дескать, пока надо сделать перерыв, — Джиса, а могу я узнать, что ещё такого поведал тебе благородный господин Керт ол Керт? Ты так сильно взволновалась.

— Заметил? Да, так и есть. Новость была ожидаемой, но услышать её было приятно, — девушка откинулась на спинку и грустно улыбнулась, — Помнишь, мы с ребятами говорили об Изире ол Манел, нашей сокурснице, бывшей теперь?

— Невесте твоего брата?

— О ней, — ола почесала кончик своего остренького носа, — Так вот, семья Изиры отомстила Шерригам. Замок захвачен, а родители ублюдка Лориса и сам он убиты. Жаль, что младшему удалось уйти, но расплата его найдёт. Рано или поздно. Керт говорит, что Вит — тот самый — скорее всего сбежал в Турай, к своему дяде Фанису. Там его не достать, если конечно не рисковать серьёзным конфликтом с королевской властью. Вряд ли Динобий, отец Изиры, на такое пойдёт. Хотя, даже если Вит там и спрятался, вечно он в замке сидеть не будет, а память у Манелов долгая. Поиски всё равно будут продолжаться. Уверена, что и Гент, мой брат, к ним присоединится.

— Я понимаю, — покивал Андрей, — Этому проклятому братцу насильника и убийцы не найти покоя. Разве что, самому устранить своих преследователей.

Немченко стало обидно, что владевшее им на Земле невезение в отношении противоположного пола он притащил с собой и в Герталу. Едва Андрей почувствовал влюблённость в красивую и замечательную девушку, как та уже желает его смерти, а её брат в числе охотников за ним.

— Кто устранит? Не смеши. Да, про Вита ходят слухи, что он получил при рождении десятый ранг, только в такой редкий дар мало верится. Хотя, — Джиса задумалась, — Лорис почему-то совсем ничего не хотел рассказывать о брате. Зная его завистливый нрав, я могу предположить, что неприязнь к Виту как раз и вызвана тем, что тот сильнее, чем он. У Лориса был шестой ранг, так что, беглец действительно может обладать не менее, чем седьмым. Вопрос только, какую стихию ему инициировал родовой камень, — она качнула головой, — Я смотрю, тебе интересна жизнь благородного сословия?

— А кому из простолюдинов она не интересна, Джиса?

Девушка рассмеялась и дала сигнал на остановку.

— Иди вспоминай другие истории, — сказала она, когда движение кареты прекратилось, и крикнула в оконце: — Сит! Не отбил себе ещё задницу седлом? Садись ко мне!

Следующую ночь они провели на постоялом дворе "Краб и креветка", хозяином которого являлся отставной моряк, не исключено, что бывший пират.

Наученный горьким опытом, землянин предпочёл сеновал вонючей комнатушке. Если бы не мыши, шуршавшие под самым ухом, о своём выборе он бы не пожалел.

Они продолжили путь, как обычно, рано утром. Около часа после полудня отряд доехал до развилки, где им предстояло разделиться. Джиса сворачивала к замку родителей, а её сокурсникам и новому знакомому предстояло ехать чуть дальше.

— Вечером уже будете дома, — магиня вышла из кареты, чтобы размяться и попрощаться с друзьями, — Слушайте, а давайте ко мне в гости? Познакомлю с родителями. Может когда-нибудь вам в жизни пригодится.

— С удовольствием бы, — ответил за всех троих Эльмий, — Но, правда, уже не терпится поскорее дома оказаться. Лучше, позволь, мы на обратном пути к тебе в Пирен заедем, и вместе вернёмся в университет.

— Конечно заезжайте, буду рада, и Анд, я хочу кое-что тебе сказать, — Джиса чуть покраснела ушками, — Проводи меня до дверцы.

Андрей передал поводья Ситу и под немного удивлёнными и ревнивыми взглядами приятелей пошёл с магиней к карете.

— Знаешь, — смущаясь и смотря немного в сторону, ола поправила манто, — Я вот думала. Зря ты с отцом поругался. Нет, в самом деле. Подумай. Он же у тебя очень хороший и интересный человек. Много видел и перенёс. Мне было бы приятно познакомиться с таким. Рей? Я запомнила. А ты не хочешь в университет поступить? Не спеши отказываться. Ректор когда-то в юности служил у моего дедушки во время Ниройской войны ...

— Ничего себе. Это ж когда было-то?

— Тридцать лет назад, но ты не перебивай дворянку, Анд. Я могу помочь тебе с зачислением на королевский кошт. Бесплатно.

— И потом десять лет тянуть армейскую лямку?

— Офицером.

— Простите, благородная госпожа, — Андрей поклонился, — Я правда решил не возвращаться, пока сам всего не добьюсь. По другому отец продолжит считать меня нахлебником.

Джиса посмотрела ему в лицо, поджала губы и ударив служанку кулачком в плечо, раньше неё забралась в экипаж.

— Дурак ты, Рей, — бросила оттуда.

"Поздравляю, дружище, — с сарказмом сказал себе вселенц, — ты, кажется, не только сам, будто бы юнец, воспылал страстью к недоступной тебе девушке, но и умудрился её в себя влюбить. Сказочник чёртов. Ганс Христиан Андерсен".

— Простите, ола, если чем прогневал, — успел он выкрикнуть, пока карета не отъехала.

— Возьми, — услышал он сзади и, обернувшись, увидел десятника Фрайса Рантина, протягивавшего ему простенький кинжал с костяной рукояткой и деревянными ножнами, — Подарок от госпожи и меня. Найдёшь в Нагабине наставника Порспера, у него своя школа меча. Покажешь, скажешь, что от меня. Он возьмёт тебя в ученики. Плату обеспечишь сам. Пока, Анд. У тебя хорошие задатки. Не трус и, похоже, не подлец. Это главное.

Седоволосый убийца хлестнул коня и вскоре догнал госпожу и свой отряд.

— Чего она тебе сказала? — Сит задал вопрос, интересовавший обоих школяров.

— Предлагала вернуться в столицу и поступать в университет, — не стал скрывать землянин, — Обещала помочь.

— Вот это да, — восхитился Эльмий Карон, — Видать ты в карете её крепко чем-то заинтересовал.

— Да ладно вам, парни, — отмахнулся Андрей, — Где я, а где богатая ола. Обычная доброжелательность к тому, с кем вместе сражались.

Сит не удержался от хвастовства:

— Я бы, минимум, семерых-восьмерых зарубил, если бы эти трусливые зайцы не разбежались. Как насчёт вина? Спасибо Рею, запас сегодня утром пополнили.

— Нам сегодня с родными встречаться, — напомнил ему товарищ, забирая бурдюк, и принялся пить большими глотками.

Действительно, Нагабина трое приятелей достигли ещё засветло.

Предместья портового города, и размерами, и численностью жителей, вчетверо превосходили ту его часть, что находилась внутри стен. У землянина поначалу сложилось впечатление, что он попал в огромную деревню.

Вдоль дороги, по которой друзья поехали, миновав городские рогатки, стояли крытые соломой глинобитные домики с подсобными строениями вокруг них, лающими дворовыми собаками, бегающими по крошечным дворикам курами, поедающих сено козами и коровами.

Сельскую пастораль портили лишь возвышающиеся в километре высокие башни и стены города.

— Ты всё-таки решил остановиться в таверне? — второй уже раз уточнил Сит.

— Да, друзья. Переночую и завтра с утра пойду к храму Великого мага. Предлагаю через четыре дня встретиться возле него. Полагаю, к тому времени я найду себе жильё. В нём и посидим. Вы как на это смотрите?

Согласие приятелей было получено без всяких долгих размышлений.

Плата за проезд через ворота бралась только с товаров на продажу, приготовления землянина к очередной трате оказались напрасными.

— Ну, здесь мы расстанемся, — произнёс Сит, когда они выехали на очередную базарную площадь, — Тебе подсказать меняльную контору, где сможешь получить монеты по поручительству?

— Найду, — отмахнулся Немченко, всё своё достояние имевший при себе в виде наличности, — До встречи.

Он проводил взглядами разъехавшихся в разных направлениях студентов и направился к корчме "Ржавый якорь", притулившейся с краю базара.

— Коня найдётся, где поставить? — поинтересовался Андрей у усатого мужчины, стоявшего у входа.

— А ты чего такой борзый, а, щенок? — угрюмо буркнул тот.

Землянин с досады хекнул. Усатый оказался явно не корчемным вышибалой, а кем-то из посетителей, к тому же пьяным. Память Вита не могла подсказать Немченко, как простолюдин должен отвечать на намеренное оскорбление, а ведь таких непонятных ситуаций у него будет ещё много. И как нужно поступать?

Ответ нашёлся спонтанный. Уставший от дороги и от эмоциональных переживаний последних дней попаданец привязал коня к полутораметровому столбу у входа, поднялся по ступеням, ударил пьянчугу коленом в пах и швырнул его с крыльца в грязь.

— Это тебе за щенка, — пояснил он согнувшемуся на земле мычащему хулителю, — Будут вопросы, обращайся.

Андрей толкнул дверь и нос к носу столкнулся с широкоплечим парнем, державшим в руках дубину.

— Приезжий? — молодчик оглядел гостя с головы до ног, — Поужинать зашёл или проживать хочешь?

— И то, и другое, но сначала коня пристроить. Сможем? — Немчинов протянул вышибале серебряный одор, — Там снаружи какой-то тип клиентов ваших отгоняет.

— Это мы быстро решим, — схватив монету и сразу став доброжелательным, хохотнул плечистый парень, — И с лошадью твоей, и с типом. Только ты того, сегодня из корчмы лучше не выходи.

Совет охранника корчмы вспленец перевыполнил. Он не стал даже занимать место за столом в зале, заказав еду в снятый одноместный номер. В корчме собралось слишком много людей в разной степени подпития. Одиночке, тем более чужаку, здесь грозило нарваться на драку. В нынешнем положении Андрею лучше было не рисковать, хотя послушать исполнение песен местными музыкантами, развлекавшими посетителей "Ржавого якоря" похабными куплетами, ему хотелось.

— Хотите, мыльню вам натопим, — предложила доставившая ужин в номер молодая некрасивая рабыня.

— Завтра. Сейчас пусть принесут ведро тёплой воды.

Глава 8

Когда слуга унёс бадью, прихватив с разрешения гостя остатки ужина, Андрей задвинул дверной засов, разделся до подштанников, погасил масляную лампу и лёг на соломенный тюфяк, укрывшись неудобным тяжёлым одеялом квадратной формы.

Куртку он опять положил под голову, а сумку засунул подальше под топчан. В номере не было окна, что осторожного землянина вполне устроило.

Осторожного? Нет. Похоже, молодое тело продолжало на него влиять. Зачем он ввязался в конфликт с напившимся Вулником? Именно так звали того усатого придурка, которому Андрей постарался преподать урок того, что не нужно грубить незнакомым людям. Преподал? Да. Теперь нужно ходить оглядываясь.

Разорившийся портной, продавший мастерскую вместе со старой рабыней и потихоньку пропивающий полученные деньги в компании таких же бездельников, серьёзной угрозы не представлял — это не семейка ол Манелов со своими друзьями — однако, неприятности всё же доставить мог.

Имелся в этом неприятном инциденте и положительный момент. Теперь землянин знал: не только среди олов надо отвечать за оскорбления. Корчмарь, его жена и управляющий, а также оба вышибалы сочли поступок Анда Рея правильным. Жена владельца заведения добавила, что Вулник давно нарывался.

Закрыв глаза, попаданец раскрыл ауру и перешёл на сумрачный план.

Тень его встретила и пригласила за собой вглубь. Он попытался сгустить пространство вокруг себя, делая это по наитию, и у него ничего, увы, не получилось. Ни в первое погружение, ни во второе, ни в третье. Андрей почувствовал разочарование, которое тут же было развеяно налетевшим ласковым вихрем тёплых эмоций родной стихии. Тень его утешала и благодарила за встречи. И это совершенно точно не было бредом.

Он не ожидал быстрых успехов в развитии своих магических способностей, понимал, что путь предстояло пройти долгий, и был к нему готов.

Ему приснилась Джиса ол Пирен. Во дворе его дома у её машины спустило колесо, и почему-то именно в квартиру Анда она позвонила, чтобы тот помог поменять ей на запаску, с которой землянин провозился до самого утра.

Встал с топчана он хорошо отдохнувшим, выспавшимся и в боевом настроении. Пришла пора начинать пускать корни в новом мире. Первым делом надо найти себе постоянное пристанище.

Завтракать Андрей не стал.

— Номер за тобой оставить? — спросил позёвывающий управляющий корчмы.

На стойку легли две крупные медные монеты по пять боров каждая.

— Вот, возьми, — придвинул их попаданец ближе к помощнику корчмаря, — До вечера сохрани мне комнату. Если не найду дом дяди или тот окажется в отъезде, я сегодня ещё вернусь.

На улице уже с утра разогрело, Андрей снял и убрал в сумку свой шерстяной берет.

Дорогу до храма Великого мага ему Сит объяснил доходчиво, так что, угрозы заплутать не возникало. К тому же, Вит не сидел затворником в замке, часто с кем-то из родителей выезжал в соседние города и столицу, поэтому ориентироваться в путаннице улиц, улочек, проулков научился неплохо. Эти знания тоже достались новому хозяину тела.

Нагабин проснулся раньше попаданца и уже шумел зазываниями продавцов, дребезжанием по брусчатке и бревенчатым настилам повозок, голосами торгующихся покупателей и злорадным смехом сплетничавших спозаранку кумушек.

На выходе с базарной площади его окликнула румяная моложавая тётка:

— Эй, красавчик. Купи медовые булочки. Только что из печи. По два бора за штуку.

— Давай одну на пробу, — землянин остановился у лотка, вдыхая восхитительный аромат свежей сдобы.

Откусил, зажмурившись от удовольствия, и пошёл дальше.

Он видел, как сглотнула слюнки посмотревшая на него девушка с ржавым ошейником, под окрики худого старика выставлявшей на прилавок глиняную посуду, и сдержал в себе желание рабыню угостить. Поступить так означало повесить себе на грудь табличку с надписью "очень странный и подозрительный тип". Хватит ему выставляться, уже успел наделать лишнего.

Храм, единственный в городе, располагался ближе к морю. Оттуда как раз начал задувать ветерок, приносивший ещё больше тепла. В Нагабине совсем не осталось снега.

Через четверть местного часа — землянину всё ещё приходилось напоминать себе, что сутки здесь делятся на тридцать долей — Андрей увидел перед собой памятник затонувшим кораблям и свернул в безлюдный проулок, чтобы серьёзно сократить себе путь.

— Не торопись, щенок, — услышал он голос позади себя, — Мы, кажется, вчера с тобой не договорили.

Обернувшись, землянин увидел усача Вулника с каким-то угрюмым мужиком, весьма крепким на вид, которые догнали обидчика и быстро разошлись в стороны, отрезая пути к бегству.

"Растяпа, — досадливо вздохнул Андрей, — даже топорной слежки средневековых пьянчуг не заметил. Они ведь наверняка от самого "Ржавого якоря" меня вели".

Ситуация выглядела не простой. Вулник с приятелем хоть и не вооружены, но попаданцу использовать меч было бы верхом безрассудства. Людей в проулке, которые могли стать свидетелями стычки, не наблюдалось, зато работники корчмы прекрасно знали, с кем у разорившегося портного возник конфликт. Спрятать же надёжно, незаметно трупы у попаданца не получится. Не то место и не то время.

Аналогично, не представлялось возможности применить и магию. Да, в городах проживали десятки, а в таких крупных, как Нагабин, и сотни благородных олов, не имевших владений и не желавших служить короне, а у богатых простолюдинов имелись магические амулеты, так что, убийством боевыми заклинаниями вряд ли кого-либо здесь удивишь. Однако, встанет всё тот же вопрос: кому мог понадобиться спивающийся банкрот, кроме приезжего парня Анда?

Маги имели полное право использовать свои способности для самозащиты. Только для землянина это означало преждевременное раскрытие его принадлежности к дворянскому сословию.

Быстро промелькнувшие в голове вселенца мысли подвели его к однозначному выводу о том, что драться опять придётся на кулаках, с чем — спасибо Виту — у него серьёзные проблемы.

Убивать столичного гостя тоже не станут. Опасения у Немченко возникли не за выбитые зубы или сломанные рёбра. Победители без сомнений, не из желания ограбить, а ради удовлетворения любопытства, проверят содержимое сумки и карманов. Явно удивятся, что далиец набит деньгами, словно та свинья-копилка. Значит, допустить их победы было никак нельзя.

— Ты чего, всю ночь меня караулил? — поинтересовался Андрей, отступив почти к самой стене какого-то складского здания.

Вовремя пришедшая ему в голову идея — магию ведь вовсе не обязательно использовать для атак — немного подняла настроение землянина. Считавшаяся одной из самых слабых для боя стихий, адептом которой являлся вселенец, в данный момент оказывалась очень кстати.

— Хоть бы и так, — злорадно ощерился Вулник, — Только не надейся, я не усну, пока тебе все кости не переломаю.

За высившимся позади разорившегося портного забором зашлись в злобном лае две собаки.

— Попробуй, таракан усатый, — нагло рассмеялся Андрей.

Ему стоило надеяться на ловкость, быстроту и помощь Тени.

Он неожиданно присел, схватил правой рукой горсть влажного песка и бросил его в лицо Вулниковского приятеля.

Мальчишеский приём мира Земли, кажется, здесь известен не был. Немченко удалось застать соперников врасплох.

— Ах ты крысёныш! — мужчина схватился за лицо и начал тереть глаза.

Попаданец время терять не стал и сбоку махнул кулаком в подбородок усатого недруга. Удар вышел смазанным, едва зацепившим левую скулу. Вулник успел отклониться и как-то по-кузнечному стукнул землянина сверху.

Никакого кастета бывший портной не использовал, тем не менее, в голове Андрея зашумело. Он попробовал повторить вчерашний приём коленкой, схватив усача за грудки, только соперник теперь был учёным и свои мужские драгоценности уберёг, отклонив таз в сторону.

Взяв в захват обе руки попаданца, Вулник нацелился ему лбом в нос. Андрей успел подставить правую надглазную дугу, всё не так больно и кроваво получилось, хотя болезненного вскрика не сдержал.

Морда усатого расцветилась злорадной ухмылкой, но не надолго, Немченко удачно угодил ему носком сапога по голени. Вышло наверняка очень болезненно. Андрей это знал по собственным ощущениям, когда с другом детства Маратом отбивались от автозаводской шпаны. Тогда он получил такой же пинок.

— Тебе конец, сопля, — застонал, пахнув гнилым смрадом изо рта, Вулник.

Словно в поддтверждение его слов, оклемавшийся крепыш сзади сильно врезал столичному гостю в бок. Хорошо, что не угодил точно в печень, иначе нокаута землянину было бы не избежать.

Приятель Вулника обхватил Андрея за плечи, и землянин понял, что настал нужный момент.

Попаданец быстро подогнул ноги, повиснув сразу в двух захватах, резко крутанулся, одновременно перейдя на сумеречный план.

Как Немченко и предполагал, его исчезновение из видимости, заставило противников растеряться и ослабить хватку. Этого мгновения хватило, чтобы тут же выйдя из родной стихии вывернуться, упасть на четвереньки, проскочить между ногами Вулника, вскочить и сильно толкнуть его ногой в задницу.

Оба соперника, не ожидавшие ничего подобного, потеряли равновесие и упали.

Андрей пнул крепыша в голову, развернулся и пустился наутёк.

— Стой! — закричал ему вслед Вулник.

— Ага, сейчас, — буркнул землянин, весьма быстро выскочивший из проулка, чуть не сбив на его выходе с ног женщину, несущую в руках корзину цыплят, — Извини, тётя, — сказал он не останавливаясь.

Среди большого количества народа Вулвик и его сообщник повторного нападения точно не устроят, а вот продолжить слежку вполне. Следовало использовать имевшееся преимущество в скорости, чем Андрей и воспользовался.

По пути ещё раз прокрутил в голове рассуждения, правильно ли он поступил, использовав магию. И ещё раз пришёл к выводу, что да, всё сделал верно. Даже если оба выпивохи решат, что им не померещилось, то ничего плохого из этого не выйдет. Они просто от обидчика отстанут. Задираться на мага себе дороже.

Их рассказу же о том, что дворянин отбивался кулаками, а свои способности использовал лишь для того, чтобы на пару ударов сердца стать невидимым, никто не поверит. Насмех поднимут, и всё.

Пробежав две улочки, площадь с плодо-овощным рынком и очередной проулок, Андрей перешёл на шаг и тяжело дыша двинулся вдоль лавок продавцов тканей, одежды, обуви и старьёвщиков, постоянно оглядываясь, пока не убедился, что от возможной слежки избавился.

— Парень, у тебя из брови кровь слишком сильно идёт, — заметил уличный продавец деревянных башмаков, когда землянин проходил мимо него, — Вином промой, — он достал из-под прилавка небольшой кувшин, — Креплёное. В самый раз.

Оказывается, и на Гертале мир не без добрых людей. Смочив кусок ткани тёмно-бордовой, пахнущей виноградом жидкостью, Немченко вытер рану и придержал самодельный тампон на брови.

— Спасибо, — поблагодарил он башмачника.

Деньги предлагать не решился. Вдруг обидится?

— Ерунда, — усмехнулся мужчина, — Приходи, если ещё раз дадут в глаз.

— Обязательно, — усмехнулся землянин.

Пройдя ещё пару сотен метров он наконец-то оказался у цели своей весьма насыщенной событиями прогулки.

Храмы Великого мага, прародителя олов, если верить преданиям, владевшего всеми стихиями, имели одинаковую форму накрытого пирамидальной крышей куба, отличаясь друг от друга лишь размерами.

Представший перед глазами землянина размерами уступал только далийскому, столичному, и то ненамного.

К святилищу уже с самого утра шло множество людей, среди которых редко можно встретить кого-нибудь из дворян-магов. Местная религия в основном являлась верованием простонародья.

По канонам, долгие и искренние молитвы могли дать возможность появлению в семье или роде неодарённых ребёнка с магическим даром. Вит не слышал ни об одном случае за многие века, чтобы такое случилось, тем не менее, верующих это не разочаровывало.

Андрей вспомнил, что и на Земле, кроме единственного раза, имевшего место быть в тридцать третьем году на Голгофе, других достоверных примеров воскрешения человека из мёртвого не происходило, что нисколько не уменьшало потоки молящихся в церкви.

Люди и в родном мире Немченко, и в новом, не хотели отказываться от веры в чудеса. В Гертале же благодаря существованию магии верить было намного проще.

Заходить внутрь храма Немченко не планировал. Знаний Вита об убранстве местных святилищ попаданцу вполне хватило, чтобы не испытывать любопытства. Его интересовало вымощенное булыжником обширное пространство, со всех четырёх сторон окружавшее собор Великого мага.

Здесь повсюду находились каменные скамьи и портики для защиты от непогоды, среди которых сновало множество людей, пришедших сюда вовсе не с целью молитвы.

Своего пророка, который бы взашей выгнал торговцев и менял подальше от храма, в Гертале до сих пор не появилось, поэтому, и само святилище, и пространство рядом с ним выполняли примерно ту же роль, что и агора у древних греков. Или римлян.

Андрей обратил внимание на мужчину, в одиночестве сидевшего на скамье, о чём-то задумавшись.

— Не подскажешь, почтенный, у кого можно спросить про жильё? — обратился к нему землянин.

Тот поднял голову и хмуро бросил:

— Здесь и поспрашивай.

— Спасибо, любезный, — вздохнул землянин.

Он не прошёл и десяти шагов, как к нему подошли двое молодых мужчин, своими повадками напомнившие Немченко тех, кто в пору его юности крутились у пунктов обмена валюты.

— Чего ищем? — спросил один из них.

— Жильё.

— Снять? Купить? А, видим, нужна комнатка.

Непрезентабельный внешний вид Анда, дополненный вызвавшим ухмылки свежим бланшем над бровью, заставил посредников сделать неправильные выводы.

— Нет, не комнатка, — объяснил им землянин, — Дом, небольшой. Не снять. Купить. Я не для себя ищу. Тётушка хочет сюда из Хатина перебираться. Вот и попросила меня.

— Всё ясно, — синхронно кивнули решалы, — Жди здесь.

Они разошлись в разные стороны, а Андрей зашёл в портик и сел там на круговую гранитную скамью между женщиной с мальчиком и двумя оживлённо болтающими друг с другом девушками, с интересом посмотревших на пристроившегося рядом молодого, вполне привлекательного парня.

Один из посредников вернулся уже минут через пять.

— Если заключишь сделку, мне обор, — предложил он.

— Согласен, — поднялся Андрей.

— Тогда пошли.

Посредники свой хлеб ели не даром. Пусть первые варианты приезжего Рея не устроили, зато шестой по счёту показался ему привлекательным.

Седая старушка, хозяйка продаваемого дома показала ему рисунок.

Две комнтатки, кухня и кладовая. Скромно, конечно, только много ли одинокому беглецу требуется? Зато новая черепичная крыша, крохотный, но свой дворик с пятью плодовыми деревьями и туалетом в углу забора, а, главное, домик находится в Приморском районе внутри городских стен.

— Я хотела золотарям заказ сделать. Руки не дошли, — честно призналась бабуля, немного смущаясь из-за заполненности нужника.

— Ерунда, разберусь, — успокоил её землянин, — Всё равно у меня тётка только через две недели приедет. Успею во всём навести порядок. С соседями там проблем нет? Почему-то же ты, почтенная, переезжаешь.

— Что ты, что ты, — отмахнулась хозяйка, — Соседи хорошие, и улочка у нас тихая. Зять в море подолгу плавает, дочери тяжело с детьми и по хозяйству одной управляться с тех пор, как их рабыня умерла — зять по пьянке её сильно избил. Денег на приходящую служанку или няню нет. А так вдвоём нам проще будет, да и мне веселее. Пойдём смотреть?

— Конечно.

Андрей отдал решале заслуженный тем обор, и они вдвоём со старушкой направились по адресу.

Хозяйка не пожалела медной монеты, чтобы оплатить себе наёмные носилки, так что, дорога до домика много времени у них не заняла.

Будущее жильё попаданцу понравилось. Примерно такое он себе и планировал. Конечно, мебель вся старая и ремонт давно назрел, но это не проблема. Осталось дело за малым — купить и зарегистрировать дом на себя. С чем они и направились в мэрию Нагабина, в одном крыле здания которой располагалась контора королевских стряпчих.

Очередь там оказалась на несколько дней вперёд. Вит опыта общения с гертальскими чиновниками не имел совсем, а вот оказавшийся в его теле вселенец обоснованно предположил, что бюрокаратия функционирует во всех мирах примерно одинаково.

Немченко отозвал доброй улыбкой одного из неприметных клерков, вручил ему серебрушку, и менее, чем через час, вошёл с бабулей в кабинет стряпчего.

О цене покупки давно было оговорено, стоимость в шестьсот пятьдесят оборов была даже вдвое меньше той, что находилась только в сумке землянина.

Процесс оформления прошёл достаточно быстро. Андрей отсчитал деньги, всё серебряными монетами по десять оборов, стряпчий занёс имя и род Анда Рея в толстый фолиант вместо Холии Тосии, выписал свидетельство на право собственности и протянул его попаданцу.

— С ним в левое крыло, — проскрипел скучным голосом, — В регистрационный отдел мэрии. Там уплатишь королевскую и городскую пошлины, шесть с половиной и шесть с половиной оборов. Тебе поставят печать. Поздравляю с покупкой.

— Благодарю, — встал со стула и кивнул землянин.

Глава 9

Получив свидетельство на право владения своим первым в новом мире жильём, Андрей не стал спешить в него возвращаться. Процесс покупки и оформления затянулся почти на весь день, и землянин чувствовал, что проголодался.

Идти в корчму или трактир набитым под завязку своим богатством ему не хотелось. Молодостью и тщедушным телосложением, скромной одеждой и повадками приезжего он буквально напрашивался на то, чтобы стать объектом издёвок и агрессии со стороны любителей почесать кулаки.

Хватит с него, решил Андрей. Не успел приехать в Нагабин, а уже дважды влип в стычки. Надо быть скромнее. Так что, питаться первое время лучше дома. Немченко, как почти любой закоренелый холостяк, не испытывал никаких проблем с приготовлением себе еды.

И, конечно же, необходимо было позаботиться обновками одежды. Выглядеть хотелось приличней, к тому же, погода менялась к теплу, и гардероб по-любому требовалось сменить.

В своё жилище попаданец пришёл уже вечером, нагруженный свёртками с постельными принадлежностями — бабкины он решил пустить на тряпки, с одеждой, новыми полусапогами и большим пакетом продуктов. Кое-что из посуды бывшая хозяйка ему оставила, покупку своей он отложил на потом.

Существенным недостатком оказалось отсутствие собственного колодца, а до ближайшего уличного требовалось идти метров семьдесят. Примерно столитровая бочка на кухне была заполнена на треть — комната служила заодно и ванной — но землянин решил принести свежей воды, прежняя чуть припахивала застоем.

Взяв деревянное ведро, тяжёлое само по себе, он направился к колодцу.

Ворот у его участка не имелось, приходилось довольствоваться калиткой из почерневших бронзовых прутьев, давно требовавшей ремонта.

У сложенного из булыжников источника Андрей застал пожилых мужчину и женщину, наполнявших единственную при них большую бадью с ручками.

— Это не ты, почтенный, купил дом у Битамии? — поинтересовалась женщина в ответ на его приветствие.

— Надо же, — улыбнулся попаданец, — Похоже, здесь ничего надолго не скроешь.

— Так улочка у нас тихая, — пояснил мужчина, вновь опуская опорожненное колодезное ведро на цепи к воде, — Все давно друг друга знают. О продаже речь ещё с начала зимы шла, а сегодня видели, как вы с хозяйкой приходили, и потом Битамия увозила на телеге тот скарб, что ещё не вывезла.

— Тогда нет смысла мне что-то скрывать, — полушутливо ответил Немченко, — Да это я. Меня зовут Анд из семьи Рей. А вы мои соседи?

Собеседники переглянулись. Ответила женщина:

— Не совсем, Анд. Мы служим у твоей соседки, ну, у той, что живёт от тебя справа. Меня зовут Лита, а это мой муж Отор. Лита и Отор Гавелы.

С трёх сторон, кроме выходившей на улицу, участок купленного землянином домишки граничил с богатыми двухэтажными особняками.

— Приятно познакомиться. Справа, это если лицом к дому стоять или, извиняюсь, задницей? — уточнил он.

— Второе, — улыбнулась собеседница, — Мы живём и работаем у уважаемой Сарины Йоттер. Кроме нас у неё есть рабыня, а из членов семьи только дочь, четырёхлетняя малышка Мия.

— Мы имеем время и возможности подрабатывать, — опять вступил в разговор Отор, — Хозяйка не возражает. Каждый четвёртый и последний, восьмой, дни недели Лита приходила к Битамии и помогала ей по хозяйству.

— Уборка, мытьё полов, стирка, глажка, — пояснила женщина, — Без готовки. Муж по необходимости наполнял бочку водой, чистил очаг на кухне и камин. Дочь почтенной платила нам за это три обора в луну. У нас сын в навигаторской школе учится. Деньги не лишние. Может тебе тоже помощь по дому потребуется?

Андрей не планировал пускать на постоянной основе в свой дом посторонних людей. Только Гертала не продвинутая технологическая цивилизация, а магические заклинания и амулеты мало приспособлены для бытовых нужд.

Одно дело холостяковать, имея посудомоечную и стиральную машинки, электрический утюг, пылесос и горячее водоснабжение, и совсем другое — вести хозяйство без них.

— Пожалуй, что требуется, — согласился Немченко.

Супруги переглянулись и явно повеселели.

— Тогда я через три дня приду, — сказала Лита.

— А я прямо завтра с утра посмотрю дымоходы, и у очага, и у камина, — добавил Отор.

Наполнив свою бадью, эти пятидесятилетние супруги, подождав своего нового нанимателя, понесли её к особняку Йоттер.

По пути землянин прояснил вопрос, как найти золотарей для чистки сортира, и узнал цену на их услуги.

— Хозяева домов на нашей улице ещё стражникам каждую луну по два обора скидываются, — просветил Отор, — Конечно, охрана из городской казны получает содержание, но, сам понимаешь ...

— Понимаю, — хмыкнул попаданец, — А что, есть опасность грабежей?

— Грабежей вряд ли, а вот влезть что-нибудь своровать желающие всегда есть, — ответила Лита, — Тут же до порта совсем недалеко, а там какой только швали нет. Ночью у нас можно не один лишь шум прибоя слышать, но и всякие жуткие крики. Босота ничего иногда не боится, особенно, когда находят, что выпить. Тебе бы, Анд, ещё собаку завести, если ты тут надолго. У Негиниев — это другие твои соседи, слева — сучка недавно ощенилась. Если не раздали ещё, спроси по-соседски. Будешь куда уезжать, мы с Отором покормим твоего сторожа.

— Надо подумать, — Андрей перехватил ведро другой рукой.

— Чего думать-то? — удивилась женщина, — Денег у тебя на амулеты поди нет. Это у нашей хозяйки нашлись средства на их покупку, и есть возможность бесплатно заряжать. Крошка Мия родилась с даром, храмовый камень определил у неё второй ранг. Маленький, но напитку артефактов она неспеша уже делает.

— У вашей хозяйки дочь магиня?

Случай, как подсказала память Вита, редчайший. Чтобы неодарённая родила ола или олу.

— Да, — усмехнулась служанка, — Так вот получилось. Отчего хозяин и ушёл от хозяйки. Сразу понял, что ребёнок не от него. Он ведь не маг, а в каноны про молитвы Великому не верил, потому и не ходил в храм.

— Лита, перестань, — одёрнул жену Отор.

— А чего? Об этом давно вся улица знает. Бывший муж забрал себе корабль и таверну, а Сарине, нашей хозяйке, оставил два пакгауза в порту. Она их сдаёт. На жизнь вполне хватает. Учитывая, что почти всё их имущество было её приданым, могла бы и больше отсудить. Только для этого надо было быть мудрей. А откуда взяться рассудительности у двадцатитрёхлетней женщины? Родителей она слушать не стала, меня тоже, — она охнула и опустила вместе с мужем ношу на землю, — Вот мы и пришли.

Супруги не спешили войти в ворота. Им требовалось отдышаться и передохнуть.

Прощаясь с ними, Немченко отметил про себя, что Лита сплетница ещё та, так что, распускать язык при ней, тем более, откровенничать, не следует.

Занимаясь покупкой жилья, Андрей лишь несколько раз покупал себе сдобу у уличных торговцев, к вечеру проголодался, поэтому, вернувшись с водой, наготовил себе на обедо-ужин много всего.

Ел неспеша. У него ещё имелось на сегодня важное дело, только надо было дождаться, пока сильно стемнеет и когда все соседи уснут.

Всё же беднякам в чём-то проще жить, им не нужно беспокоиться о сохранении своих капиталов.

В прошлой жизни Андрею было легче. Кроме тех денег, что имелись на двух его дебетовых картах, других не было. Правда, в банке ему всучили всё же кредитку, но он её, как засунул в ящик стола, так оттуда и не вынимал.

В Гертале же Немченко оказался весьма состоятельным молодым человеком и получил ту головную боль, которая присуща богатеям.

Ростовщики и менялы заодно осуществляли в этом мире банковские операции, в том числе, по приёму и сбережению вкладов. Однако, идти к ним сейчас с крупной суммой денег землянин решил поостеречься. Надо самому прятать.

Казалось бы, дело это не хитрое, а в реальности не такое уж и простое. Устраивать тайник в доме? Так воры давно знают любые укромные места. Оставить где-нибудь на виду, типа, не догадаются? Догадаются и скажут спасибо. Закопать в овраге, парке, на пустыре? Какой-нибудь бомж найдёт.

Оставался придомовой участок. Место тоже известное любому уважающему себя домушнику, зато перекапывать землю очень не быстрый процесс и грозящий ворам обнаружением их деятельности соседями или стражей.

Подойти к закапыванию клада тоже требовалось с умом.

Для начала Андрей на рассохшемся столе гостиной разложил свои богатства, выпотрошив все кармашки и пояс. Отложил амулеты с зажигалкой, фонарём и лечебный, последний тут же использовал для исцеления синяков на теле и раны на лице. Остальные два магических артефакта присоединил к драгоценным камням и завернул эту часть в кусок кожи.

Лампу в комнате попаданец не использовал, ему хватало света от зажжёного им камина и видневшейся в окне луны.

Пересчитывать золотые монеты попаданец не стал. Он это сделал ещё тогда, когда рассовывал их по кармашкам. Сумма выходила внушающая уважение, свыше семи тысяч оборов, на такую можно три таких особняка, как соседские, прикупить, и ещё останется. Золото пошло в следующий отрез от штанов ола Вита.

Взяв оба свёртка — ни драгоценным камням, ни самому дорогому из металлов ржа и тлен не угрожали — Немченко тихо вышел из дома и сел на крыльцо.

Там он провёл почти четверть часа, ожидая, пока глаза привыкнут к темноте, и прислушиваясь к звукам вокруг. Совсем не хотелось, чтобы его зарытия кладов кто-нибудь видел.

Соседские собаки вели себя тихо, что могло только порадовать.

Наконец, землянин прошёл по короткой дорожке к калитке. Не доходя трёх шагов выбрал один из булыжников, из которых она была выложена, с помощью меча вытащил его из кладки, углубил оставшуюся ямку, уложил свёрток с драгоценностями и амулетами, после чего вернул булыжник на место, утрамбовал и тщательно замаскировал. Кому придёт в голову, что главный тайник расположен прямо у входа под ногами?

Золотые монеты он закопал на заднем дворике строго по центру между одной из яблонь и грушей.

Какое-то время посидел ещё на ступеньке у входной двери, прислушиваясь и присматриваясь.

Почему-то вспомнилось, как в далёкие студенческие годы он вот также ночью сидел на крыльце родительской дачи с Натальей Виноградовой, пожалуй, единственной девушкой, которую он когда-либо по-настоящему любил.

Правда, тогда над ними висели совсем другие созвездия и иное ночное светило.

Здешнее вряд ли было меньше размерами, скорее всего, просто находится дальше. Отчего и смена её происходит по году не двенадцать, а в полтора раза реже.

Местный календарь потому и насчитывает восемь шестинедельных лун по сорок восемь дней каждая.

Попаданец и в самом деле, как говорила Лита, прислушавшись, различил и шум прибоя, и выкрики в порту.

— Подышал свежим воздухом, и хватит, — шепнул он.

Серебро Андрей пересчитал. После покупки дома и всех дорожных трат у него осталось две тысячи триста оборов серебряными монетами.

Оставив на столе пару сотен, остальные он вернул в пояс, который прикопал в неглубоком — ему по плечи — погребе под досками кухонного пола.

Там, если и найдут, то будет обидно, но не критично. И в целом, магам на Гертале нужда не грозила. Даже самый малоранговый одарённый мог хорошо зарабатывать на зарядке амулетов и накопителей.

В Нагабине сотни магов, и землянину нет особого смысла скрывать свою принадлежность к дворянству.

Да, его ищут, но Манелы совсем не всемогущи. Ни у кого из владетелей тут нет своих спецслужб. У королей есть тайные канцелярии и службы прево, только недруги Шерригов не очень благосклонно принимаются при далиорском дворе, да и не станет монарх ввязываться в кровные разборки олов, если те не превышают допустимых пределов мести. Король скорее окажет содействие Виту ол Шерригу, чем его преследователям.

Осторожности Анд ол Рей терять не станет. Если не влезать в высшие сферы или политические интриги, то найти его можно будет только случайно, столкнувшись, что называется, нос к носу.

А пока, главная задача, в как можно более короткие сроки стать таким, чтобы от него все враги прятались, а не он от них. И все предпосылки у вселенца для этого есть.

Вымыв посуду и убрав всё лишнее, прежде всего уже ношеное своё имущество на пол в кладовой — ни крючков, ни вешалок там, увы не нашлось — Андрей впервые без опаски за свои финансы лёг на кровать, застеленную купленным сегодня новым бельём.

"Ну, здравствуй опять, — обратился он к Тени, едва очутился на сумеречном плане, — Ждала? Скучала?".

Она ответила? Нет? Тогда что или кто улыбается в глубокой бездне? Ему вдруг стало интересно, а может ли такое быть, что стихий Теней множество, по одной у каждого адепта и по одному адепту у каждой Тени?

Если это так, то понятно, почему он чувствует тоску стихии от его долгого отсутствия и её радость при его появлении. Она скучает. И очень довольна, что вместо презирающего и игнорирующего свою силу Вита появился другой.

Знать бы ещё, у остальных одарённых тоже устанавливается эмоциональный контакт с родными стихиями? Про такое никто не рассказывал и не писал. Родители и брат тоже ни о чём подобном не говорили. Может, он себе всё это навыдумывал?

Подождав отката, он снова поторопился на встречу с Тенью. Нет, ничего он не придумал. Иначе откуда такое сожаление в дуновениях сумрака из-за его неспособности пройти глубже?

— На сегодня хватит, — сказал он вслух, глядя в побеленный потолок, и пообещал подруге: — Надолго мы с тобой расставаться теперь не будем.

Откладывать своё самосовершенствование в долгий ящик Немченко не собирался.

С самого утра, поставив на сложенный из кирпича очаг греться воду в бронзовом тазу, он приступил к тренировке.

Жалко, что здесь кросс не побегать, посчитают за безумца, и турник он пока у себя не сделал. Ему хватило фехтования, отжиманий и приседаний, чтобы за час довести себя до полного изнеможения.

Андрей тело Вита не щадил, бывший хозяин и так его сильно не напрягал. Настало время расплаты. Чтобы добиться нужного результата, требовалось выкладываться на полную.

На завтрак он сделал себе яичницу из четырёх яиц и салат из шпината, выращиваемого торговцами в теплицах.

Попаданец ещё не успел помыть посуду, как пришёл Отор Гавел.

— Не разбудил? — спросил он, стоя на крыльце и внимательно посмотрев на нанимателя, — Я пришёл, как вчера и договаривались.

— Нет, заходи. Хотя лучше принеси ещё мне инструмент. Калитку хочу сделать, того и гляди, отвалится. И задвижку с запором.

— Инструмент? — задумался работник, — Если найдёшь, скажем, пять боров, то дверца будет не твоей проблемой.

— Найдётся, — согласился землянин и пропустил Отора в дом.

Плату за луну вперёд Андрей приготовил заранее, добавил медный пятак и отдал деньги утреннему посетителю. Сам переоделся и направился в префектуру Приморского района договариваться насчёт золотарей. Оттуда он пошёл в квартал столяров заказать себе мебель. Оставшаяся от бабки — два стола в гостиной и на кухне, лавка, три табурета, открытый шкаф, сундук и кровать — совсем никуда не годилась, разве что на дрова, но дров имелось в достатке.

— Значит эта, — подмастерье, принимавший заказ, морщил лоб, пытаясь сложить цифры, посчитать треть от полученной суммы и назвать сумму задатка, — Подожди, почтенный, сейчас я абак принесу и скажу.

С арифметикой у парня, как и у стоявшего рядом хозяина мастерской, явно не ладилось.

Попаданец уже давно в уме определил размер аванса, но промолчал. Не стоит лишний раз умничать.

Договорившись о сроках поставки заказа и отдав пятнадцать оборов в качестве задатка, Андрей совершил очередной тур по магазинам. Завтра его ждала встреча с приятелями Эльмием и Ситом, которые явно надеются на хорошее угощение.

Кроме посуды, вина и продуктов, землянин купил себе и дубовые молоток с доской, служившие у калитки вместо дверного звонка. Прежняя хозяйка его дома почему-то этим не озаботилась.

Любопытство гнало его на экскурсию по городу и в порт. Пришлось напомнить себе, что в компании с друзьями путешествовать по Нагабину будет веселей, информативней и безопасней.

Отор Гавел сделал всё, что обещал, и ушёл не дожидаясь вернувшегося достаточно поздно нанимателя.

Приготовив себе еду и насытившись, Андрей снова принялся изнурять себя тренировками до самого вечера. Хотелось ещё познакомиться с соседями, но отложил встречу на потом.

Мыться, стоя на кухне в маленьком тазу и поливая себя из ковшика, дело не простое. Приходилось мучиться. Тем не менее, землянин уже как-то приспособился. Надо будет первым делом узнать у приятелей, где тут поблизости общественные бани, а то иначе недолго и цыпками покрыться.

Его уже ждала родная стихия, когда у калитки послышались подозрительные звуки. Немченко, как был в подштанниках, так в них и быстро вскочил с постели. Меч у него лежал на табурете рядом. Вынув клинок из ножен, не обуваясь, Андрей метнулся к входной двери и замер у неё, внимательно прислушиваясь.

— Куда ты? Стой, — раздался тихий шёпот.

— Сейчас тревогу поднимут, — прозвучало в ответ также тихо, — Нас услышали. А всё ты ...

— Какую, к акулам, тревогу, Бычок? Репей говорил, здесь старуха глухая живёт. Пошли дальше.

Отведя руку с мечом для более размашистого и сильного удара, Немченко приготовился встретить незваных гостей. Весь обратившись в слух, он через несколько секунд понял, что визитёры вовсе не на его скромный домишко нацелились. Его участок лишь удобный плацдарм для проникновения в один из соседних особняков.

— Обидно, да? — неслышно выдохнул попаданец.

Глава 10

Не имелось за плечами Немченко службы в спецназе или десанте, он вообще избежал армейской лямки. Так получилось. Теперь вот приходилось рассчитывать лишь на свой здравый смысл, верную оценку обстоятельств, способности и навыки нового тела.

Первая мысль была умыть руки, всё равно ведь не по его душу пришли, а соседи ему такие же друзья, как и те, кто пришли их обворовать. И зачем занимать чью-то сторону? Проще вспомнить слова великого английского классика: чума на оба ваших дома.

Только возник другой вопрос. На владельцев особняков-то ему наплевать, а как быть с ним самим? После кражи или ограбления стража ведь начнёт выяснять все обстоятельства случившегося.

Да, гертальским пинкертонам далеко до профессионализма следователей родного мира Андрея, но стража здесь вряд ли состоит из слабоумных. Понять, с какой стороны произошло проникновение злоумышленников, много времени не займёт. К не желающему преждевременно выходить под свет фонаря попаданцу окажется привлечено слишком большое внимание властей. Купленный им участок наверняка весь исходят, истопчут. Ну, и зачем это нужно? Нет, надо не допустить, чтобы воры сделали то, за чем сюда пришли. Сделать же это можно только одним способом, уговоры тут не помогут.

Рассуждения в голове Немченко ещё не закончились, когда он уже успел надеть штаны и рубаху, натянуть сапоги и накинуть куртку. Затем, поменял в руке трофейный меч на взятый из тайника замка Шерриг кинжал, подаренный дядей Фанигом матери Вита. Андрей собирался действовать исподтишка, применяя возможности своей магической стихии, и короткий клинок в таком деле лучше длинного.

Осторожно открыл дверь и выскользнул на крыльцо. Сердце учащённо билось, прогнать волнение у землянина никак не получалось, всё-таки он не опытный убийца, хотя и успел в новом мире оставить после себя несколько трупов.

Осторожность заставила его вначале посмотреть, есть ли кто из злоумышленников на улице. Тихими шагами, ступая не по дорожке из булыжника, а по мягкой земле рядом с ней, Немченко подбежал к ограде, убедился, что никого на стрёме грабители не оставили, и метнулся обратно к дому.

Вдоль стены, почти вжимаясь в неё плечами, дошёл до угла и напряг слух.

В этот момент как раз и послышался короткий скрип отдираемой доски забора, отделяющего участок Анда Рея от территории особняка.

Выглянув из-за угла одной половиной лица, попаданец увидел две тёмные фигуры, сидевшие на корточках возле появившегося лаза.

— Давай первым, — раздался шёпот, в ночи неплохо слышимый землянину с короткого, не более пятнадцати шагов, расстояния.

— А если с разряженным амулетом такая же лажа, как и с отсутствием задвижки на калитке?

— И что ты предлагаешь, Бычок? Вернуться? Репею сам будешь объяснять?

— Нет, не буду, Вьюнок. Иди первым ты.

Дожидаться, пока воры закончат препирательства и покинут его участок, Андрей не стал. Напомнив себе, что двадцать ударов сердца при его нынешнем пульсе — это чуть больше десяти секунд, он раскрыл ауру, погрузился в сумрачный план, сразу же ощутив, как резко повысилась контрасность предметов, быстро пробежал между яблонями, остановился за спиной того, кого подельник называл Вьюнком, вышел в слой реальности, зажал вору рот и нанёс удар кинжалом в мягкий бок, ниже рёбер.

Бандит замычал и принялся вырываться. У него это получилось. Хотя Андрею не хватило сил удержать отчаянно забившегося в захвате грабителя, он успел до его падения ещё дважды вонзить лезвие в ту же область почти по самую рукоятку.

— Мама, — прохрипел Вьюнок.

— Тварь! — вполголоса выкрикнул Бычок и метнулся к попаданцу.

А тот слишком засмотрелся на свою дёргающуюся в корчах жертву и вовремя не среагировал. Мелькнувшую в руке Бычка заточку Немченко заметил слишком поздно, и она вонзилась ему в низ живота.

Жуткая боль захлестнула попаданца, смешавшись с дикой мыслью, что его приключения в новом мире завершились также, как и земная жизнь, толком не начавшись.

Боль мгновенно переросла в отчаяние, а отчаяние в злость. Какого чёрта? Он, маг десятого ранга, повержен тупым бандюганом!

Андрей ещё только падал, как сгусток Тени, будто бы сам по себе, полетел от него в отскочившего и явно собирающегося драпануть Бычка.

Эффект магической атаки оказался более впечатляющим, чем от заклинания теневого дыхания. Превращение молодого мужика в старика, а старика в высохшую мумию произошло в считанные мгновения. То, что когда-то было грабителем, свалилось на землю, словно подкошенное.

Пожалуй, Андрея от вида результата воздействия своей стихии могло стошнить, если бы сейчас он не чувствовал, что сам умирает. Боль растеклась от живота по всему телу, заставляя выть каждую клетку. Лечебный амулет мог помочь, но перстень остался в сумке, лежавшей у кровати.

— Вот и всё, Андрюха, — ему хватило сил разлепить губы. Ладонями он пытался сдержать кровотечение из раны, и безуспешно, — Допрыгался слоупок.

Накатила волна сожаления. Не только по своей потерянной жизни, а и о Тени, стихией, с которой успел сродниться, если не как с любимой женщиной, то как с сестрой. Почему-то он был уверен, что ей без него станет одиноко и тоскливо.

Погрузиться в слой сумрака вышло почти ненамеренно. Что Немченко хотел? Попрощаться? Наверное, да, как бы смешно и глупо это не звучало.

Боль прошла. Точнее, на теневом плане её совсем не существовало.

"Беги же, глупый. Быстрее!"

Это он так себе сказал? Вряд ли. А это важно выяснять или надо поспешить?

Андрей вскочил и помчался в дом. Он успел добежать до спальни, схватить и раскрыть сумку, как его выкинуло в реальность и резь в животе вновь скрутила в бараний рог.

Но смерть уже опоздала. Рука нащупала целительский амулет и волна жизненной силы покатилась от ладони к ране.

В темноте Немченко плохо видел результат заживления, зато хорошо почувствовал. Боль ещё осталась, но опасность миновала.

Андрей положил амулет на пол и стал ждать, когда тот снова готов будет вобрать в себя магическую энергию. Откаты между заклинаниями существовали не только у одарённых, но и у их изделий.

Ёмкость имевшегося у попаданца лечебного артефакта составляла всего три гита. Андрею пришлось трижды его заряжать, прежде чем исчезли все симптомы ранения.

Почувствовав себя здоровым, землянин вскочил на ноги. Обдумывать произошедшее, комплексовать и рефлексировать у него ещё найдётся когда. Сейчас же надо избавляться от трупов. И сделать это незаметно.

Закопать у себя на участке? Не самая лучшая идея. Если даже быстрая и тихая схватка привлекла внимание собаки Негиниев, та несколько раз лаяла, то уж запах разложения псину рано или поздно привлечёт. Тем более, с копанием ямы достаточной глубины у попаданца большие проблемы — мечом много не нароешь, а лопаты ему старушка не оставила. Грабли, и те с отвалившимся черенком.

В общем, иного варианта, кроме как оттащить трупы подальше, не имелось. С этим, правда, тоже было не всё так просто. Если тело Вьюнка с ножевым ранением вопросов не вызовет — ночные убийства тут никого не удивляли, а уж воровские разборки со смертельным исходом и подавно — то Бычка требовалось спрятать.

Понятно, что при сотнях магов, проживающих в Нагабине, гибель грабителей от заклинаний тоже не редкость, и распознать, к какой стихии принадлежало то или иное магическое воздействие, не всегда удаётся, большинство умений одарённых являются индивидуальными, про которые не сильно-то распространяются. Однако, как говорится, бережёного бог бережёт. Вдруг найдётся какой-нибудь умник?

У Андрея имелся на примете неплохой план сокрытия трупа Бычка. Когда землянин ходил в префектуру, то ему пришлось пройти по мостику через заросший овраг на границе между кварталом особняков и районом коммунальных трёх-, а иногда четырёх-этажных домов.

На дне оврага протекал ручей-вонючка, весь заваленый мусором, помоями и падалью. Туда никто из нормальных горожан соваться не станет, а бомжи здесь в стражу со своими находками не обращаются.

Оставался ещё один момент. Стражники района, получавшие от жителей дополнительную мзду, старались её отрабатывать. За ночь — как уверяли Отор и Лита Гавелы — они трижды совершали обход. Нарваться на них с трупом на руках попаданцу не улыбалось.

Одевшись потеплее, он прихватил с собой гляняный бутыль с вином для согрева и бодрости, пустой бабкин ящик из-под муки и вышел на улицу.

Возле ограды в трёх шагах от калитки, между разросшимися кустами смородины устроил наблюдательный пункт. В темноте сидящего на ящике Анда Рея с дороги не разглядят.

Он прождал почти час, когда увидел сначала приближающееся светящееся пятно, а затем и услышал тихий разговор парного патруля стражи. Магические светильники имела только охрана элитных районов, здесь же городские вояки подсвечивали себе путь масляным фонарём.

— Бабка съехала, — сказал один из стражников, остановившихся у дома Немченко, — Тут теперь какой-то столичный парень жить будет.

Он отошёл к тополю, росшему на углу забора особняка Сарины Йоттер, развязал тесёмки и принялся справлять нужду.

— Знаю, — его товарищ почесал себе висок рукой с фонарём, — Сказали, что понятливый. Без вопросов на воспомоществование нам согласился. Теперь среди молодёжи такие редко встречаются, больше бестолковые.

— Это точно, — согласился первый стражник, — У нынешних одно баловство на уме. Работать не хотят, учиться тоже. Вино, бабы игры на деньги — вот всё, что их интересует. Не представляю даже, что будет дальше с нашим королевством. А, Мироль?

— Не знаю. У самого трое оболтусов растут. Колотушки понимают, а слова нет.

Стражники отправились дальше философствовать на, видимо, общую для всех миров тему отцов и детей, а землянин, прихватив ящик, вышел из своей засады.

Патрульные теперь не скоро назад пойдут. В конце маршрута их ждала корчма "Пышка". Все питейные заведения в Нагабине, как и в других городах королевства, работали круглосуточно.

Можно было не торопиться, однако, Андрей всё же поспешил. Очень вовремя луна скрылась за облаком.

Хорошо, что ножом он убил более щуплого Вьюнка. С Бычком бы ему было впору караул кричать. В студенческие годы Немченко с сокурсниками, случалось, подрабатывал на сортировочной, разгружая вагоны. В родном теле у него это получалось вполне резво. Сейчас же, в теле Вита, едва он, крякнув, взвалил на себя труп вора, вспомнилось пушкинское "бедный бес под кобылу полез".

Деваться некуда, пришлось тащить Вьюнка на полусогнутых ногах в направлении, куда ушли патрульные.

Несколько раз Андрей останавливался, чтобы перевести дух. Наконец, миновав уже два пересечения улиц, он дошёл до развилки, где сходились сразу пять дорог, в отдалении одной из которых виднелись огоньки "Пышки".

Труп, брошенный к забору, будет найден с раннего утра. Ну, и пусть. Кому он нужен? Рабы из районной или городской коммунальной службы куда-нибудь отволокут, на этом в судьбе грабителя можно поставить точку.

Обратно землянин двигался шагом, восстанавливая дыхание и утешая себя тем, что занятия по переноске тяжестей тоже идут в копилку развития мышц.

Бычка, преодолевая брезгливость, Андрей раздел догола. Ворох одежды грабителя на первое время разместился под крыльцом, туда же были брошены доставшиеся в качестве трофеев кастет и ранившая Анда Рея заточка.

Мумия вора оказалась необычайно лёгкой. Куда уж там магия девала лишнюю материю, ответа не найти.

Перебросив труп через плечо, попаданец направился к мостику через вонючку. Название речушке Немченко дал сам, местные её называли наверное по другому.

Идти пришлось намного легче, зато значительно дальше. Избавиться от мумии сразу возле перехода через овраг не получилось. Среди мусора и отбросов Андрей в темноте разглядел роющихся в них нищих, человек пять, если конечно этих существ можно было считать людьми.

— Аюла, красавица, смотри, что я для тебя нашёл, — хрипло сказал один из бомжей, — Платье. Почти целое. Уходи от Коча ко мне.

Попаданец плечом поправил лежавший на нём иссохший труп и направился вдоль оврага в другую от поискового отряда сторону. Метров через двадцать он освободился от своей траурной ноши и вернулся домой.

Встал Андрей с рассветом, как ни странно, вполне бодрым. Амулет, получается, исцелил не только тело, но и дух, весьма пострадавший от осознания собственного скудоумия. Теперь попаданец с лечебным перстнем расставаться не станет. Нельзя пока носить на пальце, привлекая внимание драгоценной безделушкой? Ерунда, есть карманы и пояс.

Прежде чем пройти в сортир, Немченко внимательно осмотрел место вчерашней стычки. Натоптали, конечно, но понять по следам, что тут произошло, мог бы только Чингачгук или Шерлок Холмс, и то, если их кто-то сюда запустит.

Появилось искушение зачесть ночные приключения в счёт сегодняшней утренней тренировки. Сила воли не дала этому состояться.

Час отжиманий, приседаний и фехтования завершился водными процедурами и завтраком, после чего он позволил себе расслабиться и до полудня подремать в ожидании восстановления резерва.

Дремал не совсем без пользы дела, прокручивая в голове прошедшие события. Вроде бы, кроме той, с амулетом, других ошибок не совершил. Даже получение им смертельного ранения — это закономерный результат слабых умений и плохой подготовки.

С последствиями схватки вроде бы тоже разобрался правильно. Единственным облачком на горизонте оставался тот факт, что грабители явились сюда не сами по себе. Их кто-то навёл. И не станет ли этот кто-то выяснять, что случилось с его товарищами? Бычок и Вьюнок называли имя или прозвище некоего Репея. Что за фрукт и с чем его едят?

По сравнению с семейкой ол Манелов угроза от нагабинской воровской шпаны выглядела несерьёзно. Но только на первый взляд. Кровники-то далеко и не знают, где Вита искать, а бандиты совсем рядом.

Бдительность, осторожность, и ещё раз осторожность, бдительность, напомнил себе Андрей, встал с кровати и принялся одеваться к встрече с приятелями.

Эльмий и Сит дожидались своего приятеля в условленном месте, нарядившиеся в дорогие одежды, расхаживая по площади в компании трёх девушек. Третья, как понял землянин, предназначалась в пару ему.

— Наконец-то, Анд! — вскричал Эльмий, первым увидевший своего дорожного знакомого, — Мы уж думали, что ты не придёшь.

— Я и сам так думал, когда заплутал возле трёх колодцев. Срезать решил.

Победители Рыбака обнялись, после чего Сит представил их с Эльмием бывших соучениц по городской школе.

— Теперь наша очередь тебя угощать, — подмигнул землянину ловелас.

— Мы вроде собирались моё новоселье праздновать, — напомнил Немченко.

— Что, прости, праздновать? — спросила Чиола, светловолосая красотка, явно назначенная общим решением в спутницы гостя Нагабина.

— Новоселье, — повторил Андрей, беря девушку за руку и направляясь вслед за друзьями, — У меня отец был в очень далёкой стране, сейчас уже не помню названия, так там после покупки жилья положено приглашать к себе в новый дом гостей и там много пить и закусывать.

— Какой замечательный обычай! — восхитился обернувшийся Эльмий под дружный смех всей компании, — И почему наши предки до такого не додумались? Анд, я всё-таки считаю, что в корчме будет веселее, тем более, за нами должок.

— Да я тоже теперь так думаю, — согласился Немченко, — Приглашать таких прекрасных девушек в мою скромную халупу было бы не правильно.

— А я бы приняла приглашение, — негромко сказала Чиола, — Ни разу на новоселье не бывала.

На провокацию попаданец не повёлся. Гулять и веселиться — это одно, а вот оказаться в постели с девушкой из приличной семьи здесь означало неминуемую свадьбу. К такому развитию событий он не готов. И потом, с чего это молодая красотка вдруг так воспылала добротой к, по-сути, первому встречному?

Глава 11

Анд и Эльмий были не единственными посетителями корчмы, кто вышел из "Ёлок-сосёнок" проветрить голову от винных паров. Курильщиков, пускающих дым у входа в заведение, не наблюдалось по причине их отсутствия в этом мире, зато распивающие вино тремя небольшими разговорчивыми компаниями прикладывались поочерёдно к глиняным бутылкам, словно кружки за столами им чем-то не угодили.

— Тебе квартет музыкантов не понравился? — спросил Карон, — Я видел, что ты не в восторге. Или ты меня за чем-то другим утащил?

— За другим, Эльмий, — в отличие от своего приятеля землянин выпил мало, но изображал похмелье не меньшее, чем у своих знакомых, — Скажи честно, что не так? Как другу скажи.

Они спустились с крыльца и отошли немного в сторону.

— Ты про Чиолу? — мгновенно догадался приятель.

— Про неё, — подтвердил Андрей, — Красивая состоятельная девушка, вдруг проявляет сильный интерес к такому — давай откровенно — невзрачному парню как я.

— С чего ты взял, что невзрачный? — удивился студент, — Немного моложе, чем мы, но ...

— Эльм.

— Ладно. Скажу. Ничего плохого Чиола не мыслит.

Как оказалось, на пирушку в честь приезда в отпуск студентов их родители, давно дружившие домами, пригласили соседей и знакомых, среди которых оказались и Лейтоны, чья дочь давно засиделась в невестах.

Дела этой семьи в последнее время покачнулись. Один из четырёх их кораблей не вернулся в Нагабин — шторм или пираты тому причина, не известно — а на принадлежавшей им угольной шахте случился пожар, в результате которого погибла почти треть рабов-углекопов.

Супруги Лейтоны, в свете сложившихся обстоятельств, решили, что дочери пора проявить ответственность и выбрать уже себе достойную партию. Разумеется, выгодную.

Хвастливый рассказ школяров о дорожных приключениях и своих подвигах в битве с разбойниками, по ходу которого они упомянули и нового знакомого, богатенького и щедрого Анда Рея, сына столичного торговца, оказался кстати.

Ни в какую постель Чиола с попаданцем не собиралась. Во всяком случае, пока. Она пошутила. Но разведку и оценку кандидата провела. Родители настояли.

— Не подумай, что только из-за денег всё. Ты ей наверняка понравился.

— Эх, что мы знаем о приличных девушках? — вздохнул Немченко.

Как раз в себе он был уверен. Ничем его противоположный пол удивить больше не сможет.

Наталья Виноградова, с которой он дружил очень давно, а в студенческие годы мыслил своей невестой, на четвёртом курсе вышла замуж за их преподавателя по бухгалтерскому учёту, старше её по возрасту лет на пятнадцать. Зато наставник помог своей молодой жене поступить в аспирантуру, закончить её и защитить диссертацию, а после через друзей устроить в крупный банк, где бывшая невеста Андрея сделала головокружительную карьеру, став одним из вице-президентов.

Правда, лет десять спустя после свадьбы узнала номер телефона Немченко и каждый год зачем-то звонила ему по надуманным предлогам. Иногда подолгу молчала, словно ожидая от него чего-то. Чего? Признаний, что всё ещё любит? Не дождётся. Теперь уже точно не дождётся. Нет больше Андрея, есть Анд Рей. Чуть позже может ещё появится Анд ол Рей.

— Чиола хорошая девушка, — убеждённо произнёс приятель, — Я её с детства знаю.

— Не спорю, но, согласись, как только она услышала, что отец не даст мне больше ни бора, так сразу повеселела и стала общаться с подругами, а не со мной.

— Ошибаешься ...

— Может быть. Только мы сейчас вот что сделаем. Я уйду не прощаясь, а ты скажешь, что у меня голова разболелась. Договорились?

— Обиделся, что ли?

— При чём здесь это? Нет, просто у меня действительно есть ещё дела. Спасибо за столь богатое угощение. Правда, не ожидал такого разнообразия и великолепия. Завтра встретимся. С вас же ещё показ города.

— Учти, мы девчонок с собой приведём.

— Буду только рад, — приобнял Анд товарища и направился домой.

Настроение землянина было хорошим. Он действительно вкусно поел, провёл время в приятной, весёлой компании и не услышал в разговорах посетителей ничего, что могло бы его встревожить.

Питейные заведения, наряду с рынками и базарами, ко всему выполняли в Гертале роль средств массовой информации.

Андрей в корчме мало обращал внимания на музыкантов, сосредоточившись на том, о чём говорят столующиеся. Криминальных новостей он узнал достаточно много, от ограбления вдовы ювелира, кражы со склада тканей и других подобных происшествий до драки докеров в порту, закончившейся поножовщиной, и убийства мага стихии воздуха, совершённого, видимо, кем-то из самих олов.

Про зарезанного Вьюнка или пропажу Бычка никто не обмолвился. Слишком мелкие сошки, чтобы попасть в криминальные сводки досужих сплетников.

Немченко старался не заходить в малолюдные или безлюдные проулки, предпочитая сделать лишний крюк, а не рисковать нарваться на очередные неприятности. Придёт время, и ситуация поменяется, как Андрей рассчитывал, недоброжелатели его станут избегать. Не он их.

Всё-таки в одном месте пришлось углубиться в узкий проход между двумя заборами, ведущий к кузнечному двору, про который ему рассказал Отор. Землянин решил по пути заказать себе перекладину для турника.

Ему повезло. Заказывать и ждать исполнения работ не пришлось. Возле входа одного из строений в куче металлолома валялась гнутая бракованная тележная ось.

За два с половиной обора — железо здесь стоило не очень дёшево — ему отбраковку выпрямили и продали. Это вес гружёной повозки железяка не выдержит, а массу тела легко.

Так с заготовкой для гимнастического снаряда в руках он и вернулся в своё жильё.

Доски в заборе между участками, хоть и превышали рост человека, не примыкали друг к другу вплотную. Между ними имелись промежутки, где в палец, где в два, а где-то и в три шириной. В просветы соседи могли видеть, кто из них чем в своём дворе занимается. Так что, турник, необычное для этого мира приспособление, Андрей решил сделать прямо в спальне. Ему в детстве отец такой соорудил.

Вспомнив, что у него нет никакого инструмента, отложил железяку к стене и лёг на кровать. Тренироваться после плотного обеда в "Ёлках-сосёнках" было не только тяжело, но и вредно для здоровья.

Немченко смотрел на потолок, требующий повторной побелки, думал о предстоящем косметическом ремонте, который он с помощью Отора и Литы Гавел планировал сделать до доставки заказанной мебели, и вот тут его наконец-то накрыло. Тоска? Ностальгия? Сожаление об оставленном на Земле?

Неожиданно для себя он услышал свой собственный стон, вырвавшийся совершенно непроизвольно.

Воспоминание о Виноградинке — так он когда-то называл любимую девчонку, потом девушку — стало причиной свалившейся грусти? Наверное. А может и нет.

Почти час он проживал по-новой своё прежнее бытие. И в конце пришёл к выводу, что его, по большому счёту, на Земле давно ничего не держало. Да, привычки есть привычки, в Гертале всё иное, и друзья у него в родном мире остались. Только с каждым годом он всё чаще чувствовал себя одиноким. У остальных семьи, дети, а у него что было? А сейчас что?

Сейчас у него весьма легкомысленные и не слишком надёжные приятели, хоть и называющие себя друзьями, малознакомык соседи, опасные враги за спиной и оставшиеся от несостоявшегося новоселья закупленные продукты. И что с ними делать, в смысле, с продуктами? Выбрасывать?

Ннмченко тихо засмеялся хитрым вывертам своих рассуждений, и решил, что не всё так плохо. Настоящего друга он себе сегодня купит у соседей и скормит ему заготовленные колбасы, мясо и сыры.

Только вначале надо навестить подругу, стихию, спасшую ему ночью жизнь. Резерв уже наполнился под завязку, так что, привет, родная.

Тень накинулась на него вихрем сумрака, Андрею даже показалось, что не лежи он на кровати, неминуемо бы упал.

"Ты так сильно скучала? — засмеялся он, — Боялась за меня? Как видишь, жив твоими стараниями? Почему не отвечаешь? Не можешь? Не хочешь?"

Ответом для него стало вдруг резкое потемнение пространства вокруг. При этом контуры предметов в спальне почему-то стали видны чётче.

Его захлестнули волны радости и самодовольства. Андрей понял, что сумел достичь второй ступени. То, чего унылый бездельник Вит не добился за почти пять лет, вселенец получил за неполный месяц. Да, землянин знал, что каждый последующий уровень будет достигаться намного сложнее предыдущего, но разве это отменяет его заслуженной награды?

"Ну, ответь же мне, — вновь он обратился к родной стихии, — я ведь чувствую, что ты мне хочешь о чём-то поведать! Двадцать пять? Двадцать шесть уже? Сорок сердечных ударов мы с тобой теперь можем быть вместе?"

Когда он вынырнул из второго сумрачного плана сразу в слой реальности, его наполнило новое знание.

Малый теневой путь — это его новая способность. Возможность, погрузившись в Тень, совершать мгновенное перемещение на десять шагов одним усилием мысли.

Ерунда? Как бы не так, улыбнулся Андрей. Десять — как это мало, из можно и просто пройти. Да, пройти, если ничто не мешает. Попаданец закрыл ладонью лицо, осознав, какое мощное оружие получил. Теперь он мог спокойно проникать через любые стены или препятствия соответствующей толщины. Его не удержат физические — с магией вопрос, увы, открытый — узы. Верёвки, металлические цепи, кандалы, колодки для Анда ол Рея не страшны, как не опасно оказаться и замурованным, подобно тем несчастным разбойникам Рыбака, ноги которых Джиса ол Пирен сковала камнем.

— Я крут, — произнёс он вслух, убрав с лица ладонь.

Валяться на кровати дальше и предаваться тоске по прошлому всякое желание исчезло.

Немченко вскочил и приступил к ставшей входить у него в привычку тренировке. Начал с фехтовальных упражнений.

Вообще, как понимал землянин, в отношении владения мечом не один Вит был таким ленивым к учению обормотом. Остальные маги в своём большинстве тоже считали, что их стихийных способностей более, чем достаточно, чтобы десятками повергать в прах обычных вояк, и тренировались только для дуэлей, никакой другой нужды в умении махать клинком они не видели.

С высоты своего положения в мире Герталы дворяне конечно же рассуждали правильно. Вот только, у вселенца совсем другие обстоятельства, и отказываться от любых воинских умений он не станет.

Завершив упражнения с клинком, Андрей принялся отжиматься. Воодушевления добавляло и осознание того факта, что достижение второй ступени теперь позволяло ему напитывать свои заклинания не тремя, а шестью гитами энергии. Это не делало воздействие атаки или защиты сильнее, но позволяло одолевать первоуровневые амулеты и умения. Расклад здесь был простой — один гит магической защиты аннигилировал один гит атаки.

А ещё Андрей мог теперь заряжать артефакты и накопители вдвое меньшим количеством подходов.

Водные процедуры опять заняли почти полчаса времени из-за их примитивизма и неудобства. Большую бадью на роль ванной Немченко заказал вместе с мебелью в той же мастерской. Оставалось дождаться, когда привезут.

Выйдя через калитку, Андрей повернул налево и дошёл до ворот соседей Негиниев. Общаться ему с ними ещё не пришлось, но благодаря сплетнице Лите и видам через просветы в заборе, попаданцу они были неплохо знакомы. Кажется, что и те были осведомлены о новом владельце домика старушки. Источник информации у них был тот же.

Тит и Авенолия Негинии, одному сорок три года, другой тридцать пять лет, имели двоих сыновей — четырнадцатилетнего Сарка и одиннадцатилетнего Ивола.

Младший к моменту прихода Анда Рея подвергался отцом экзекуции.

Пожилой раб держал руки вырывающегося и брыкающегося мальчишки, а хозяин дома хлестал сына по заднице кожаным поясом.

— Почему опять школу прогулял, а?! — интересовался по ходу порки почтенный Тит, — Почему, я спрашиваю?

За воспитательным процессом наблюдали сидевшие за столиком в беседке, спрятавшейся в окружении плодовых деревьев, в это время, разумеется, голых, Авенолия и Сарк, возле ног которых сидела большая мохнатая собака, точь-в-точь как породы московская строжевая, и крутился щенок, похожий на баскетбольный мячик.

Животные первыми увидели появление у ворот визитёра. Если мамаша колобка стала только внимательно взглядом следить за гостем, то щенок с радостным потявкиванием бросился защищать территорию особняка.

— Он с Лутором к морю бегал, смотреть на бистайские каравеллы, спасшиеся от шторма, — заложил младшего брата Сарк.

— А почему я об этом только вечером от почтенного Голма узнал? — обернулся к беседке хозяин дома.

В этот момент, и он, и его жена с сыном заметили Немченко.

— Смотрю, почтенный Анд к нам соизволил придти? — добродушно произнёс Тит, давая знак рабу отпустить сорванца Ивола, — Что ж, заходи. Соседям мы всегда рады. Познакомимся.

В сопровождении довольного щенка попаданец прошёл к беседке, куда расторопная молодая рабыня, затравленно посматривающая на хозяйку, принесла вина и три бронзовых кубка. Мальчишки ушли в дом, один из них хмурым и почёсывая задницу.

Авенолия, натуральная жгучая брюнетка, улыбалась, но глядела всё время в сторону от гостя. Андрей в родном мире замечал такое поведение у жён ревнивцев. Поэтому, на всякий случай не стал показывать интереса к хозяйке особняка.

Пить землянин не хотел, однако обижать гостеприимного Тита тоже. К тому же, за кубком и беседа душевней.

Просидел он у Негиниев почти до темноты, зато вернулся не только с массой информации о нагатинских делах, но и с щенком на руках. Денег от него добрые соседи брать отказались, взяв лишь обещание, что с сыночком Нисы, их сучки, будет хорошее обращение.

— Ну, что, Барбос, — имя своему кобельку Андрей выдумывать не стал, оно само сорвалось с губ, — Вот это теперь твой дом, — попаданец опустил тяжёленький для месячного возраста мячик на пол в короткой прихожей, — Обживайся.

Своему питомцу он постелил рядом с кроватью меховую куртку, которую купил у шерригского егеря, но щенок там долго разлёживаться не стал, ночью забравшись в ноги к своему хозяину.

Прогнать Барбоса у Андрея не хватило желания, всё-таки в новом мире это его первый настоящий друг, пусть пока маленький и глупый.

В Нагатине оказалось достаточно просто найти подсобных рабочих. Имелись места, куда с раннего утра сходились бедняки разного пола и возраста, готовые работать за крошечную плату или и вовсе за еду.

Андрей дал Отору Гавелу денег, тот закупил нужные материалы и нанял парня, худого, в оборванной одежде, но изображавшего готовность работать, не покладая рук.

О евроремонте речь не шла, поэтому, пока прибывшие золотари делали своё дело, Рей с Гавелом и помощником восстановили выпавшую в нескольких местах штукатурку и побелили потолки.

Подсобнику, помимо уговоренных пяти боров, попаданец отдал все остатки закупленной для новоселья еды. Сохраняющего амулета Андрей ещё не приобрёл, и продукты всё равно бы пропали.

Расчувствовавшийся и обрадованный подёнщик предложил себя щедрому юному господину в слуги почти задаром, по-сути на правах раба, за еду и проживание, но землянин отказался. Денег Немченко не жалко, только вот, в его домишке втроём будет слишком тесно. Делать Барбосу будку он не собирался.

Отправив парня, Андрей задержал Отора.

— Найди мне ещё инструмент, — попросил он, — Вот эту железяку хочу здесь закрепить, — показал землянин свою задумку.

— Зачем? — удивился Гавел.

— Бельё в непогоду буду сушить, — показывая, что шутит, ответил Немченко.

— Хорошо. Сейчас Лита придёт убираться и принесёт. Ты когда к нашей хозяйке знакомиться придёшь? Она спрашивала.

— Постараюсь завтра.

Когда за слугой закрылась калитка, почтенный Анд прошёл за дом во дворик, где вовсю резвился Барбос, носясь вдоль ограды.

— Эй, приятель, — позвал его хозяин, — Иди сюда. Пойдём, купим тебе ошейник с поводком и по городу прогуляемся. Я тебя со своими приятелями познакомлю.

Глава 12

В эпоху земного средневековья власть, влияние и могущество того или иного дворянина зависели совсем не от того, насколько он владел мечом или копьём. Обширность владений, богатство рода и количество воинов, готовых встать под его знамя решали гораздо больше, если не всё. В магическом мире Герталы ситуация в этом отношении не сильно отличается.

Не ранг ола и освоенные им ступени умений определяют его статус в среде дворянства. Очень часто намного более сильные маги служили совсем слабым одарённым. Здесь не было вассалитета, но плату деньгами или покровительством никто не отменял.

Андрей понимал, что освоить все возможности стихии Тени, дарованные Виту при рождении и инициации, натренировать боевые умения — это лишь часть пути, которую необходимо пройти, чтобы занять достойное место в новой жизни, раз уж лишился прежней.

Дальше он видел перед собой три основных варианта действий. Первый, забиться куда-нибудь поглубже в нору и не высовывать оттуда носа. Его Немченко всерьёз не рассматривал. И самому не хотелось вести существование овоща, и другие не дадут спокойно жить. Не та эпоха стоит на дворе.

Второй вариант, который землянин определил в качестве запасного, найти себе могущественного покровителя и предложить ему свою службу.

И, наконец, третий, выбранный Андреем основным, хотя и наиболее сложным, это самому стать крупным владетелем и основателем нового рода олов.

Очевидно, в одиночку такой амбициозной цели не добиться. Нужны друзья и соратники, только вот, где их взять?

За прошедшую после встречи в "Ёлках сосёнках" неделю попаданец ещё трижды встречался с приятелями и убедился, что оба в сподвижники никак не годятся. Нет, парни были вполне неплохими, весёлыми и открытыми. Они с удовольствием показывали своему дорожному попутчику родной город, угощали изысками местной кухни, делились сведениями об истории Нагабина, сплетнями и последними новостями. Только были слишком легкомысленными и не амбициозными.

Впрочем, попаданец напомнил себе, что ему пока нечего другим предложить. Ради чего кто-то должен встать рядом с ним? Вопрос, требующий отдельного осмысления.

Год в Гертале начинал отсчёт с первого дня весны. Сегодня как раз наступил три тысячи сто сорок второй от рождения Великого мага. Ёлку никто тут не наряжал, петарды не взрывал, салюты не запускал, подарков не дарил, зато весеннее светило с самого раннего утра ласково грело сидевшего на крыльце своего дома землянина, пытавшегося вырвать поводок у Барбоса.

За спиной попаданца находилось обустроенное жильё с ремонтом, новой мебелью и запасами продуктов. Амулет для сохранения любой органики Андрей приобрёл ещё четыре дня назад. Взял разряженный, на треть дешевле готового к использованию, и сам зарядил.

Кстати, такие артефакты изготавливали маги, владевшие стихией смерти, вроде Витовского дядюшки Фаниса ол Турая. Почему так, сказать было сложно. Искать в магии логику Немченко перестал уже с первого дня появления в Гертале.

— Дядя Анд, можно я с Барбосиком поиграю? — в просвет забора смотрел глаз соседской девочки Мии.

С её матерью землянин ещё не познакомился, та с дочерью только позавчера утром вернулась из имения родителей, зато маленькая ола и почтенный Рей со своим другом Барбосом накануне успели представиться друг другу. Также через ограду.

— Я сейчас ухожу, — сказал попаданец поднимаясь, — А когда вернусь, мы с ним придём к вам в гости. Тогда и поиграете. Договорились?

— Договорились, — согласилась девочка.

— Госпожа Мия! Вас мама зовёт! — откуда-то от особняка послышался голос рабыни, женщины средних лет, одетой не как служанка, а, скорее, компаньонка, в платье, которое наверняка раньше носила сама хозяйка, — Вы ещё не завтракали, но уже убежали.

Попаданец поднялся с крыльца, из-под которого он уже убрал одежду налётчика, пустив её на тряпки, а кастет и заточки незаметно выкинул в сточную канаву неподалёку от скотного рынка. Если кто и нашёл, то прикарманил.

В первый день года Немченко решил приступить к началу обучения у мастера-мечника, к которому и направился, перед этим строго наказав мохнатому другу вести себя прилично и двор вверх дном не переворачивать. Миски с пищей и водой вынес из дома, поставив рядом со ступеньками.

— Охраняй, Барбик, на тебя вся надежда, — землянин погладил щенка и отправился на первое знакомство с наставником.

Происшествие с усачом Вулником, сумевшим со своим дружком застать обидчика врасплох, научило Андрея быть внимательным. Поэтому, он сумел заметить два дня назад за собой слежку, продолжившуюся и вчера.

Кто были тот парень с вульгарной девицей и мужик с искривлённым носом, поочерёдно провожавшие его от дома и обратно, он выяснять не стал, не мог даже придумать, как к этому приступить, не нападать же на них среди бела дня, в самом-то деле, и устаивать допрос с пристрастием. Хотя, и так, догадаться было не сложно. Ол Манелы такой ерундой заниматься не стали бы. Узнав, где скрывается Вит, приехали бы и без всяких премудростей пришибли.

Оставалась только одна правдоподобная версия, касающаяся дружков убитых им Бычка и Вьюнка. Усач своё уже получил, а больше землянин в Нагабине никому насолить не успел.

Факт слежки ни паники, ни страха у Андрея не вызвал. Попаданец уже достаточно сжился с новым телом, немного его укрепил и освоился со своей стихией. Он считал себя теперь достаточно готовым, чтобы дать отпор, если не сильным олам, то низкоуровневым и простолюдинам.

Немченко стал позволять себе днём обедать в корчмах и тавернах, как это делали многие горожане со своими семьями, не имевшие у себя поваров и кухарок. Осторожности не терял, но и доводить свои опасения до маразма не посчитал нужным.

К скромному, скрытому за плотной посадкой фруктовых деревьев особняку Порспера он дошёл менее чем за час, слежки за собой не обнаружив.

Пригородов Нагабина Андрей ещё совсем не знал, зато улицы, площади и порт, находившиеся внутри городских стен, он в компании приятелей и без них истоптал, что называется, вдоль и поперёк. Теперь ориентироваться ему не составляло труда.

На его стук молотком по деревяшке долго никто не реагировал. Наконец к воротам, не имевшим калитки, подошёл хмурый мальчишка в дешёвой, но чистой одежде. Узкий медный ошейник на нём был таких размеров, что от него можно было спокойно избавиться, сняв через стриженную наголо голову.

— Господин? — спросил он.

— Да, — подтвердил землянин, — Мне нужен наставник Порспер.

— Его нет. Он спит.

— Так нет или спит.

Мальчишка задумался.

— Он никого не хочет видеть, — ответил маленький наглец, развернулся и убежал.

Так просто отделаться от Немченко, когда ему что-то было нужно, не получалось на Земле, не выйдет и в Гертале. Он вновь взял молоток и принялся колотить по доске намного сильнее прежнего.

Теперь к воротам подошёл другой носитель ошейника, по возрасту сверстник родного тела Андрея.

— Господин, пожалуйста, не стучите вы так, — попросил он, — Оповещатель сломаете. Хозяин всё равно вас не примет.

Попаданец долго не раздумывал, извлёк из сумки отданный ему десятником охраны Джисы кинжал с костяной рукояткой и протянул его рабу.

— Покажи почтенному мастеру. Если он вдруг не согласится со мной говорить, вернёшь назад.

Мужчина ушёл и вернулся минут через десять, Андрей успел купить у проходившей мимо лоточницы пирожок с абрикосовым вареньем и съесть.

— Пройдёмте, — пригласил слуга, отворив одну створку.

По узкой каменной тропке они прошли в особняк.

Наставник Порспер, пожилой гладко выбритый мужчина лет шестидесяти принял гостя, сидя за столом в комнате, похожей на кабинет.

Перед мастером стояли кружка с кувшином и бронзовая тарелка с недоеденной яичницей, а в углу коленями на рассыпаном горохе лицом к стене замерла женщина с русой до пояса косой.

Хозяин особняка посмотрел на посетителя мутными, пьяными глазами. Вроде бы и Новый год в Гертале не принято отмечать, а старик уже с утра бухой. "Может вообще не стоило сюда приходить?" — мелькнула мысль у землянина.

— С чего вдруг вольный убийца Фрайс решил мне вернуть через тебя мой кинжал? — откинувшись в жёстком, без всякой обивки, кресле, спросил хозяин особняка, — Ты не выглядишь достойным такого отношения. Больше на маменькиного сынка похож.

Сесть гостю он не предложил, хотя в комнате имелись два табурета.

— Это было не его решение, — честно признался Андрей, — Так распорядилась его госпожа.

— Рантин поступил на службу? — удивился мастер меча, — А впрочем ..., — он посмотрел за спину землянину, где замер сопроводивший его слуга, — Таймий, забирай свою Долию, и выметайтесь отсюда. Воспитывай её сам. В следующий раз зашью ей рот кожаной нитью. Не поможет, продам вас всех троих какому-нибудь нииторскому работорговцу. Пошли вон, — когда слуги бесшумно выскользнули из кабинета, — наставник Порспер вновь уставился на гостя, — Значит, говоришь, Фирст пошёл служить? Кажется, я догадываюсь, почему. У него вместо левой ступни по-прежнему деревяшка?

— Когда я с ним расставался, с ногами у него всё было в порядке.

— Ясно, — почему-то скривил он губы, — Значит к магу жизни прислонился? Так?

— У его госпожи брат владеет этой стихией, — не нашёл нужным что-то скрывать Андрей.

Наставник о чём-то задумался, потом хмыкнул.

— Что ты от меня хочешь?

— Чего я могу хотеть от столь прославленного мастера меча? — польстил Немченко, не получивший от Вита никаких знаний о существовании Порспера, — Научиться сражаться.

Хозяин дома хрипло рассмеялся, но согласился помочь протеже своего старого приятеля. Правда, цену назвал такую, что Анд чуть не присвистнул от удивления. Четыре обора за занятие. Может рассчитывал отпугнуть?

— Начнём завтра после полудня, — мастер с удовольствием опрокинул в себя кружку вина, — И учти, уроки я с тобой прекращу в любой момент, когда посчитаю это нужным.

"Я тоже, — подумал землянин, — если увижу, что от старого алкоголика нет никакого толка."

— Приду в условленный срок, — кивнул он, — С деньгами.

До ворот его провожал хмурый мальчишка, шмыгая носом, словно муравьед.

От мастера Андрей направился в порт. Ему понравилось там ходить среди толп народа, приезжих и местных, моряков и сухопутных. Слушать разговоры и узнавать много нового о десятках стран, благо, в Гертале, будто в Латинской Америке, все говорили на различных диалектах одного языка.

Познания Вита в географии были совсем убогими. Кроме соседних с Далиорским королевств Яролия, Ниитор и Миллет, он о других не слышал и ему было не интересно. Как у русского классика, зачем княгине знать, где та Австралия, если есть извозчики? Немченко решил восполнить пробел, чтобы хоть приблизительно понимать, как выглядит планета, на которую он попал. Да и вид парусников, качающихся на волнах, ему нравился.

Вначале Андрей посетил площади возле мэрии и храма. Трупы преступников, украшавшие эти места каждый раз свежими экспонатами, его не интересовали, а вот стеллы, на которых вывешивались официальные сообщения и распоряжения королевского прево и городских властей, требовалось время от времени навещать, чтобы быть в курсе событий.

Бумагу в Гертале делать научились очень давно, причём, без всякой магии, но качество материала оставляло желать лучшего. Впрочем, разбирать написанное у Анда Рея получалось с нескольких шагов, буквы вывешиваемых документов писались крупно.

— Делать мэру нечего, — фыркнула пожилая матрона, вышедшая из паланкина, прочитав очередное распоряжение, — Третий раз уже за последние две недели меняет.

Немченко с ней был согласен, смысла часто переносить время вывоза мусора он не видел. Но новость посчитал полезной, не зря сюда завернул. Штрафы в Нагабине удивляли своими большими размерами.

В храм Великого мага попаданец на всякий случай не заходил. Имевшийся внутри камень мог показать ранг и стихию Анда ол Рея не хуже родового. Даже прикасаться к нему не надо, остаточно оказаться в паре шагов.

Миновав огромный каменный куб, землянин в толпе народа прошёл к Морским воротам, защищаемых самой высокой и крупной городской башней. Сит обещал через своего дальнего родственника организовать их групповой поход на её вершину, но пока что-то не ладилось.

— Сейчас те, кто на выход, — проорал десятник с красной как помидор мордой.

Дорога от порта всегда была многолюдной, и стражникам здесь приходилось выступать ещё и регулировщиками движения.

Пройдя вдоль причалов, землянин зашёл в присмотренную в прошлый раз таверну.

Не успел он сесть за свободный столик, как напротив него устроилась та самая девица, которая в паре с парнем за ним следила. Получается, что Андрей оказался менее внимательным или топтуны более умелыми. Не исключался вариант, что Анда просто ждали здесь, в портовой части, зная о его привычке сюда ходить.

— Привет, — улыбнулась она, — Меня зовут Цория. Я люблю обедать в компании красивых парней. Ты ведь не против меня угостить? — она смутилась и отвела взгляд в сторону, — Если против, я закажу себе сама.

Немченко такими ужимками и незатейливыми приёмами уже лет двадцать нельзя было поймать на крючок.

— Да конечно не против, — улыбнулся попаданец, — Разве кто-то откажет в такой малости столь прекрасной девушке? Только сам я обедать не стану. Извини, тороплюсь. Зашёл лишь промочить горло и, может, узнать какие-нибудь новости.

— Совсем-совсем не хочешь есть? — расстроилась назвавшаяся Цорией, — Знаешь, это таверна моего родственника. Хочешь, пойдём в отдельный кабинет и нам подадут жареных миног? Уверена, ты ещё не пробовал таких.

Играть эскортницу местного разлива у неё получалось плохо. Переигрывала. Завязавшийся между ними разговор принялся вращаться по кругу, и девица начала злиться. Наконец она замолчала.

Андрей было решил, что отвязался от её присутствия, но вместо этого получил нового собеседника. Мужчина с искривлённым носом сел на лавку рядом с ним и вместо того, чтобы представиться, приткнул землянину в бок острие заточки.

— Не ори, придурок, — предупредил кривоносый, — Попробуешь вякнуть, проткну печень. И не трясись. С тобой хотят поговорить по доброму. Сейчас встаём и идём к кабинетам словно родные братья. Понял? Кивни тогда.

Немченко мгновенно в уме прокачал ситуацию. Вырваться за счёт умений рукопашного боя он не мог, по причине того, что ими не владел, дотянуться до меча не получится, с этой стороны держащая заточку рука бандита, использовать сейчас прилюдно свою магию, не самое мудрое решение. Остаётся только последовать указаниям кривоносого, и, оказавшись вне пределов видимости глаз посетителей и персонала таверны, познакомить бандитов с дыханием и сгустком Тени. Подонкам точно не понравится.

— Вино-то хоть дашь мне допить? — спросил Андрей у мужика.

— Тебе там лучше нальют, — злорадно усмехнулась псевдо-шлюха.

— Вы не оставили мне выбора, — изобразил грусть ол Рей и начал подниматься со скамьи.

Девица первой прошла к входу во внутренние помещения таверны, кривоносый, приобняв одной рукой свою жертву, а другой продолжая сильно прижимать заточку, повёл землянина за подельницей.

В открывшемся коридоре с четырьмя кабинетами по обе стороны стоял парень, третий из следивших накануне.

— Отец уже ждёт, — нетерпеливо сообщил он девице и два раза стукнул в последнюю справа дверь.

— Иди, не упирайся, — грубо толкнул мужик Андрея.

Едва землянин переступил порог комнаты, как сзади на него обрушился сильный удар по голове. Прежде, чем лишиться сознания, он ещё успел почувствовать сильную боль в затылке.

Глава 13

Очнулся Андрей от сильного удара в бок. Ещё не открывая глаз, несмотря на жуткую боль в затылке, мгновенно вспомнил всё с ним случившееся. Попался на примитивный приём как последний болван. Вот и приходится теперь лежать на полу со связанными руками. Судя по отсутствию ощущений от наличия на пальцах перстней, его обыскали и обобрали.

— Вставай, хлыщ, — раздался скрипучий голос.

— Слышишь, о чём тебе Отец говорит? — свои слова кривоносый сопроводил ещё одним пинком в тот же бок, вызвав очередную волну острой боли.

Приподняться, когда руки туго связаны сзади, оказалось не так уж легко. Открывшиеся с трудом глаза туманились плывущими перед ними жёлтыми пятнами, и, всё же, разглядеть при свете двух масляных ламп — окон в комнате не было — сидевшего за столом худощавого мужчину Андрею удалось.

Брезгливое и, одновременно, надменное выражение лица, с каким называемый Отцом пожилой дядька смотрел на Немченко, намекало на то, что судьба пленника уже решена, и она планируется совсем печальной, точнее, фатальной.

— Кто вы? — спросил землянин, добавив в голос немного страха, которого не испытывал. Злость и досада на себя были, а страха нет, — Что вам от меня нужно?

Девица, стоявшая прислонившись плечом к стене справа, глупо хихикнула.

— Здесь вопросы буду задавать я, — главный перебрал руками перстни, лежавшие перед ним на столе рядом с мечом и кинжалом. Кольца, и клинки принадлежали Андрею, — А ты, смотрю, не простой лоботряс. Из богатеньких. Да? Вот, вижу, и денег при себе имел немало, и амулеты у тебя. Один даже лекарский, если верить знаку рога, — он поднёс к глазам и внимательно осмотрел сапфир, — Кинжал дорогой. Меч только почему-то не дуэльный, какой такому сосунку бы подошёл, а боевой, хоть и плохонький. Бывалого вояку из себя строишь? Не отвечай, мне это не интересно. Просто старым становлюсь, люблю поболтать. Расскажи-ка лучше, давно ли ты домик у старой карги Битамии купил?

Кривоносый в третий раз ударил ногой, Немченко это уже надоело.

— Я? — со стоном переспросил землянин, — Сейчас скажу. Неделю как, — соврал он, понимая, что бандитов интересует произошедшее одиннадцать дней назад в его дворе исчезновение Вьюнка и Бычка.

Слежка началась недавно, и уличить сейчас пленника во лжи Отец со своими подручными не мог.

Предпринимать какие-либо действия попаданец не спешил, ему хотелось узнать, что привлекло грабителей к дому его соседа Рена Витора, и стоит ли ждать у себя воровского паломничества в дальнейшем.

Дождаться полезной информации не получилось, сидевший за столом мужчина ответу не поверил.

— Чейк, — обратился он к кривоносому, — Хлыщ решил нас обмануть. Отреж-ка ему для начала ухо. Пусть орёт, всё равно в зале никто не услышит. Орешек, — повернул он голову к парню, — Ты же лично проверил? В кабинетах никого нет?

— Проверил. И на входе из зала в коридор Мотылёк встал.

Лишаться какой-либо части тела Андрей категорически не желал. В Нагабине, насколько он уже узнал, проживали пятеро или шестеро магов жизни, не слишком высокого ранга, но ухо-то восстановить могли. Только вот искать их, обращаться к ним, платить немалые деньги попаданец не собирался. Значит, настало время действовать.

Кривоносый Чейк ещё только извлёк нож с длинным лезвием, а Немченко уже снял закрытие ауры и перешёл сразу на второй слой Тени, исчезнув из видимости бандитов. Родная стихия привычно обласкала его тёплым потоком.

Андрей, оставив сковывавшие его путы на полу, мгновенно переместился к главарю, вышел в реальность, схватил подарок дядюшки Фаниса и ударил им в шею Отца.

Каждое очередное убийство у попаданца выходило совершать более сноровисто. Новый мир обогащал его опытом. Кинжал вошёл точно, куда Немченко и целился, землянин даже успел оттолкнуть главаря от себя на стол, чтобы не запачкаться кровью.

— Маг! Воздушник! — воскликнула Цория, взвизгнув на последнем слоге.

Она попыталась вжаться в стену.

Её заблуждение относительно Анда Рея было понятно. Даже олы очень часто не могли определить к какой стихии принадлежит то или иное использованное заклинание, тем более, об этом очень сложно было судить неодарённым. Перемещение пленника произошло столь мгновенно, что его предварительный уход в невидимость остался не замеченным.

— Сдохни, ол! — выкрикнул Чейк, подскакивая к Андрею и нанося удар в грудь приготовленным для отрезания уха ножом.

Уроки для землянина даром не проходили, и сейчас застать его врасплох очередному бандиту не вышло. Немченко не успевал уклониться, но податься назад успел, одновременно схватив кривоносого за кисть.

Тот бы смог её быстро выхватить, захват у попаданца всё ещё был далёк от железного, только одновремено Андрей использовал дыхание Тени, превратившее любителя попинать связанного человека в труп, перед этим — Немченко почувствовал аурой — разрушив магическую защиту бандита. Один из перстней Чейка или скрытый у него под рубахой кулон на серебряной цепочке являлся первоуровневым амулетом. Вовремя попаданец освоил вторую ступень. Иначе пришлось бы атаковать дважды, через промежуток отката. Дал бы ему кривоносый это время? Вряд ли.

Ещё повезло, что артефакт Чейка не был изготовлен магом света, заклинания и амулеты стихий-антагонистов вдвое эффективней при защите. Три гита световой магии развеяли бы шесть теневой. Верным являлось и обратное.

Огонь-вода, воздух-земля, жизнь-смерть противостояли друг другу также, как свет и тень. Только стихия хаоса не вписывалась в этот дуализм, но про неё вообще Виту ничего известно не было.

— Сволочь благородная, — всхлипнул парень, судорожно пытаясь что-то извлечь из кармана куртки.

— А ты, выходит, не благородная? — озлобился землянин, у которого всё ещё сильно болел затылок от удара этого гниды.

Время на откат требовалось только для одного и того же заклинания, разные могли использоваться почти мгновенно. Поэтому, самый молодой бандит прожил не сильно дольше своего главаря и подельника. Сгусток тени превратил его в мумию, как недавно Бычка.

— Не надо, — девица с широко распахнутыми в ужасе глазами сползла спиной по стене на пол, — Не надо, господин. Пощадите. Пощадите, ол. Не убивайте.

Эта Цория сейчас была свидетелем, вот только, свидетелем чего? Того, что несостоявшаяся жертва банды является олом? Так Андрей уже принял решение перестать скрывать свою принадлежность к магам. Хотя трезвонить, конечно, об этом на всех углах и, тем более, раскрывать свой настоящий ранг, освоенную ступень умений и стихию, которой его инициировал родовой камень Шерригов, он не станет.

Что из произошедшего могла понять девица? Мало чего. Даже приняв бывшего теперь пленника за воздушника, попала пальцем в небо.

Андрей чувствовал, что он намеренно нашёл причину, почему надо сохранить жизнь этой дряни. Ему ещё ни разу не приходилось убивать женщин, и не хотелось сегодня открывать счёт. Или сделать это как можно позже.

Нет, если бы Цория кинулась на него в драку, тогда он ударил бы без долгих раздумий, но та сидела на полу, подскуливала и размазывала слёзы по лицу.

И землянин наконец-то вспомнил, кого ему девица напоминала. Нинку Заволокину, шесть первых лет обучения в школе сидевшую с ним за одной партой и списывавшей у него решения задач по математике и физике.

Как известно, к тем, кому помогаешь, относишься, как минимум, не хуже, чем к тому, кто выручает тебя. И с Нинкой, ставшей из Заволокиной Изотовой, у него сохранились дружеские отношения до последнего дня пребывания в родном мире. Скидку ему в салоне-парикмахерской, принадлежащей однокласснице, не делали, но обслуживали без очереди и угощали чаем с вкуснейшим домашним вареньем от тёти Раи, Нинкиной мамы.

Попаданец, не отводя взгляда от девицы, взял со стола и прицепил на место свой меч, надел перстни, кинжал вытер от крови об одежду главаря и бросил в сумку.

— Не скули, — приказал он, — Может ещё поживёшь. Много ещё в вашей шайке народа осталось и чего вы от меня хотели? И встань.

Цория послушно поднялась. Трястись от страха она не перестала.

— Нас совсем мало, господин. Я и Репей с Мотыльком остались. Ещё малолетки, — девушка расправила платье, — Девять пацанов и две девчонки. Они не в счёт. Хозяин таверны только партнёр Отца. Был партнёром. У Отца слабая команда, поэтому почтенный Рен, ну, ваш сосед Рен Витор, и кинул нас. Взял шестиуровневый амулет — я не знаю, где Чейк его украл, честно, наверное у кого-нибудь из заморских гостей — обещал зарядить, а потом, потом отказался возвращать, якобы у него Лютый забрал. Вот Отец и хотел проверить. Теперь Лютый или Бирюк, или ещё кто-нибудь из боссов нас добьют. Отца почему-то боялись. Без него, — она опустила голову, — без него нам конец. В лучшем случае, возьмут шестёрками, а потом сдадут страже. Может вскоре увидите, благородный ол, как мне палач молотом конечности ломать на эшафоте будет. Лучше бы просто повесили, только мне на это надеяться не следует.

— Великий маг, — вздохнул Андрей, — Ты так жалобно рассказываешь, что аж самому захотелось слезу пустить. Что-то мне подсказывает, душ ты погубила немало. Где мои деньги?

— Там, — показала Цория подбородком на шкаф без дверок.

— Где там? — уточнил землянин, — Доставай.

Бандитка с видом обречённой подошла к указанному ей грубо сколоченному предмету мебели, присела на корточки, надавила на половицу, открыв в полу небольшую выемку и извлекла оттуда ящичек.

— Здесь.

— Ставь на стол и не мешай, — Немченко подошёл, открыл крышку, увидел, что тара почти на треть заполнена серебряными и медными монетами и присвистнул, — Да уж. И как я теперь отличу свои монеты от ваших? Придётся забрать всё. Впрочем, подойди, возьми, сколько уместится в горсть.

Страх и переживания не помешали девице черпануть, что называется, от души. Остальные деньги Андрей ссыпал себе в сумку, почему-то вспомнив хомяка, который одно время жил у Виноградинки.

— Спасибо, ол, — ссыпав горсть монет в карман платья, девушка явно успокоилась, рассудив, что, если бы маг хотел её убить, деньгами бы не поделился, — Я ...

— Кушай с булочкой, — не стал выслушивать её благодарности землянин, — Раз кабатчик подельник Отца, то пусть горит здесь всё в пожаре.

Трупы кривоносого и его подельника Андрей решил сжечь. В порту постоянно толкутся маги, свои и иноземные, и на всякий случай не стоит им показывать результаты теневых атак.

В одноэтажной таверне не имелось гостевых номеров, а чтобы отдельные кабинки для посетителей остались сейчас пустыми, позаботился главарь банды и его компаньон. В зале дым почувствуют заранее, так что, посторонних жертв не будет.

— Так вы огненный?

— Тебе-то какая разница? — усмехнулся Андрей, — Беги отсюда, и надеюсь, что мы больше не встретимся. В другой раз я могу оказаться не таким добрым.

Закрыв за девушкой дверь, попаданец разлил масло из двух горевших масляных ламп и одной запасной, после чего поджог.

Немного подождав, пока пламя схватится рассохшимися досками пола, стола и шкафов, Андрей теневым путём выскочил между птичником и сараем, туда, где погрузившись на второй слой, не обнаружил людей. На этом сумеречном плане все преграды становились прозрачными и позволяли видеть находившееся за ними.

Истошные вопли о пожаре Немченко услышал позади себя, когда уже прошёл по набережной полсотни шагов.

Продолжать прогулку ему расхотелось. Хватило приключений в таверне. Впрочем, исцеление синяков амулетом и потяжелевшая трофейным серебром сумка настроение поддерживали на высоком уровне.

Пожар всегда привлекает зевак, и Андрею пришлось продираться через встречный поток горожан и приезжих. Даже некоторые рабы, чьи хозяева за ними не присматривали, спешили стать участниками интересного зрелища.

В нагабинском порту грузили и выгружали зерно и другое продовольствие, вина и фрукты, ткани и кожи, иноземные одежды и обувь, скот и рабов, специи и соль, но почему-то повсюду здесь всегда пахло рыбой, даже далеко от рыбных причалов.

Лес мачт высился не только у пирсов. Крупные корабли с глубокой осадкой бросали якоря в сотне метров, а то и в полукилометре от берега. От них и к ним то и дело сновали гребные судёнышки, с которых слышались окрики рулевых и надсмотрщиков над гребцами.

У ворот пришлось задержаться подольше. Из города выезжали десятка полтора магов с большими свитами.

Землянина прижало толпой к открытому паланкину, который держали восемь мускулистых, но плохо одетых носильщиков. Внутри сидели две матроны среднего возраста, недовольные задержкой движения.

— В этом году земляные и водники подняли цены на свои услуги на четверть, — сказала одна, — И всё равно, трудно их уговорить. Видишь, куда-то уплывают, хотя нам самим пора об урожае позаботиться. Управляющий вчера из имения приезжал, говорит, что через пару недель уже надо будет пахать.

— Так у нас только предстоит, а в Яролии на юге давно начали. Вот олы туда и отправились. Сначала там добрых землевладельцев обдерут, а после и с нас возьмут. И деваться некуда. Норп, ну, муж Лаитаи, в прошлом году без магов урожай думал хороший собрать, понадеялся на какие-то порошки от алхимиков, да куда там, еле по пять толов с ара получил.

Когда длинная процессия отправляющихся к судам магов наконец миновала ворота, Немченко пристроился за паланкином, как сухогруз на севморпути за ледоколом, и вырнулся в город.

Желудок ему напоминал, что он пока так и не пообедал, однако с сумкой, набитой серебром, землянин предпочёл сразу отправиться домой.

Поел на пару с Барбосом, без изысков, зато плотно. Затем, взяв четвероногого друга с собой, пошёл знакомиться к соседке Йоттер.

Предупреждённая слугами Отором и Литой двадцатитрёхлетняя вполне симпатичная Сарина встретила гостя лучезарной и столь очевидно наклеенной улыбкой, что у Немченко создалось впечатление, будто бы молодая женщина воспитывалась в Америке.

В отличие от матери, Мия гостям была рада без всякого лицемерия. Даже укус Барбоса её не расстроил.

— Рада за Битамию, что ей так удачно удалось продать дом, — сказала хозяйка особняка, когда рабыня принесла в гостиную травяной чай и пирожные, изготовленные Литой, — Не думала, что ей так быстро, тем более, за такую цену это удастся сделать.

— Да? И в чём подвох?

Сарина посмотрела на соседа как на недоумка, но улыбаться не перестала.

— Наш район для состоятельных людей, дорогой Анд, а людей с деньгами убогие домишки не интересуют. Мог бы сторговать половину цены.

"Ты круглый дурак", — прочитал он на её лице. И вообще, Немченко, имевший обширный опыт общения с противоположным полом, заметил, что молодая разведёнка им совсем не заинтересовалась — молод, глуп, небогат, да и писаным красавцем или атлетом не назовёшь.

— Теперь уж поздно что-то менять, — поставив бронзовую пиалу на стол, сделал неопределённый жест рукой землянин.

— Это так, любезный Рей, — ехидно улыбнулась Сарина.

— Если позволишь, то ол Рей, почтенная. Я всё-таки маг, хоть и невысокого ранга. Давай уж по имени. Просто Анд. Без ол Рея. Договорились?

Вот тут он её, как говорится, уел. Всю скрытую надменность рантьерши сдуло мигом.

— Э-э, господин, простите, я не знала.

— Да ерунда, — отмахнулся попаданец, — Говорю же, давай дружить по-соседски.

Побеседовав с моментально подобревшей без лицемерия Сариной ещё час о всяких пустяках, Андрей, на время своего отсутствия разрешив Барбосу поиграть с Мией, отправился покупать себе сигнальные амулеты.

Освоив вторую ступень, он теперь и сам мог изготавливать магические изделия первого и второго уровня, но с вложением в них лишь тех заклинаний, которыми владел. Сигнальных среди них не было, да и вряд ли стихия Тени когда-нибудь одарит его подобными. Память Вита подсказывала, что создавать предупреждающие артефакты могут лишь воздушники и маги земли.

Чем крепче кристалл, тем более высокоуровневое заклинание в них можно вложить, и тем дольше оно будет сохраняться без использования.

Будучи олом, Немченко мог себе позволить амулеты на основе простого хрусталя. Энергия в таком материале держалась недолго, но никаких проблем, чтобы раз в неделю подзаряжать сигнальный артефакт на гит или два, попаданец не видел.

— Или всё же возьмёшь рубиновый? — продолжал искушать торговец, — Четвёртый уровень, в окружности сто шагов предупредит даже о мышке. Одной зарядки хватит на год.

Полный мужчина напомнил Андрею ушлого очкарика из автосалона, в своё время впарившего Немченко чехлы на сиденья по цене втрое дороже.

— Спасибо, почтенный, — отказался попаданец, — Я лучше возьму два на основе хрусталя — и воздушный, и земли. Десяти метров радиуса действия для моего домишки вполне хватит.

— Для домишки-то хватит. Только что ты успеешь сделать, когда почувствуешь тревогу? И мага для зарядки придётся часто искать. Накопители в цене поднялись, как только слухи о скорой войне поползли. Подумай.

— Прости, но я уже решил. Вот, здесь сто десять за воздушный и восемьдесят за земной. Пересчитай. А что за война? Почему-то первый раз слышу.

Торговец амулетами принялся двигать серебряные монеты из одной кучки в другую.

— С Ниитором отношения сильно испортились. Да, сто десять есть, всё верно. Два, четыре, шесть, наш король уже объявил, так, подожди, — он вначале сосчитал и убрал в ящик плату за амулеты, а затем уже полностью ответил на вопрос: — Объявлен срочный дополнительный набор рекрутов. И магов зовут, обещают имения или даже владения на севере. Нам, тем, кто связан с драгоценностями, приходится быть внимательнее других, и знать всё раньше всех. Ты завтра к стеллам сходи, там прочитаешь новости. Не желаешь послужить нашему славному королевству Далиор?

Забрав покупки, Андрей вышел, не ответив.

Глава 14

После покупки сигнальных амулетов земли и воздуха, Андрей свернул в соседний с его кварталом район доходных домов, где была ближайшая лавка, торгующая недорогими кристаллами для самых простых магических поделок, и приобрёл там с десяток различных камней — кварца, флюорита, агата, хрусталя — величиной с ноготь большого пальца руки и уже обработанных.

Грело душу, что отданные сегодня за амулеты и заготовки триста семьдесят оборов достались ему совершенно нежданно в числе тысячи ста восемнадцати конфискованных у шайки Отца.

Сарина встретила его переодевшейся в довольно откровенное платье с глубоким декольте. Она намекает на своё желание более тесного знакомства с молодым магом? Не в этот раз. Олу Рею ещё надо крепко подумать. Общественный статус почтенной Йоттер не предполагает единственной бурной ночи, а к долговременным отношениям с этой самолюбивой и рассчётливой особой он ещё не готов.

А вот Мия с Барбосом нашли общий язык и бегали вокруг особняка, пугая грачей.

— Дядя Анд, Барбосик хочет у нас ночевать, — заявила маленькая ола.

— Это он сам тебе сказал? — попаданец подхватил брыкающегося щенка на руки.

— Сам, да.

— Ай-яй, Мия, обманывать не хорошо. Мы с ним уходим, но ты в любое время можешь с Литой приходить к нему в гости.

Набегавшийся с подружкой Барбос по возвращении домой съел и выпил столько, что, показалось, он и есть тот самый белый слон из индийского поверья, который разоряет своим обжорством любого, кому его подарят.

Погладив рухнувшего на подстилку щенка и активировав обе сигналки, Немченко приступил к созданию амулета.

Список атакующих заклинаний в арсенале попаданца был обидно коротким — дыхание и сгусток тени, на этом можно подвести черту, зато сумрачная защита теперь у него была второго уровня, объёмом в шесть гитов, а значит и артефакт он может создавать соответствующей мощности.

От магических ударов третьего и выше уровней, наносимых персонально ему, такой амулет не спасёт, но почти от всех площадных ударов, если они не относятся к стихии света, прикроет надёжно. К тому же, оберегов может быть несколько, и применяться одновременно с самим защитным заклинанием.

Самым твёрдым из купленных им кристаллов являлся агат. Его Андрей и решил использовать в качестве заготовки.

Конечно, прав был торговец, продать изделие, быстро, за пару недель теряющее влитую в него энергию, за хорошую цену не получится, отдавать, по-сути, пришлось бы по цене всего на треть дороже стоимости заготовки, но для собственных нужд мага десятого ранга вполне сойдёт.

Вит, как и его родители с братом, никогда не испытывали радостных чувств от встречи со своими стихиями, для них это были всего лишь работа и необходимость. Возможно, чувство одиночества иномирянина, вызывавшее желание найти себе точку опоры в новом мире, куда он угодил, похоже, навсегда, подвигло его к общению с Тенью словно с живым существом. Другом или подругой, он сказать не мог, но подозревал второе.

Он погрузился на второй слой стихии, если уж делать защиту, то сразу второуровневую.

В сумраке агат выглядел почти прозрачным как стекло, и первое кольцо гита энергии, закружилось в нём обручем. Знание подсказывало ему, что необходимо дождаться, пока влитая частица магии успокоится, приклеившись к внутренней стороне граней кристалла. Когда же это произошло, время пребывания на плане Тени истекло.

— Не такое, блин, оказывается простое дело, артефакты клепать, — неожиданно для самого себя буркнул Андрей на родном языке.

Свою первую магическую поделку землянин завершил уже заполночь. И это ведь защита второго уровня. Более высокоранговые амулеты потребуют в разы больше времени, там и ожидание завершения вращений обручей энергии будет дольше. Получается, маги не просто так берут высокую плату за артефакты.

Превращённый в амулет защиты кристалл агата Немченко вшил в пояс штанов. Таскать на пальцах и шее кучу украшений он не хотел, а голышом ему вряд ли предстоит сражаться. Надо будет только не забывать при смене одежды перекладывать и магические изделия.

Спать почему-то не хотелось, да тут ещё Барбос принялся храпеть. Переел малыш, понятно.

Мучила мысль, не зря ли отпустил живой-здоровой воровку Цорию? Другой бы на его месте прибил дрянь без всякого сожаления, а он и денег ей ещё дал.

Жизненный опыт, полученный им ещё на Земле, напоминал, что не одно доброе дело не остаётся безнаказанным, и проявленная Андом ол Реем мягкотелость может выйти боком. Люди часто совершают поступки вопреки здравому смыслу, на эмоциях или поддавшись порыву. Немченко понимал, что сам он не исключение.

— Фарш назад не провернёшь в мясо, — напомнил он себе, — Что сделано, то сделано.

Несмотря на то, что предстояший день сулил встречу с мастером меча Порспером, Андрей не стал это использовать как повод, чтобы освободить себя от ежедневных утренних упражнений — разминка, отжимания, приседания, подягивания, всё, кроме фехтования. Он уже чувствовал укрепившиеся мышцы и значительно улучшившуюся моторику тела.

Принесённая позавчера Барбосу палка так и осталась не тронутой, тот предпочитал грызть новую мебель и зимние сапоги хозяина, которые не были вовремя убраны в кладовую.

— Гад ты, а не друг, — пожурил землянин виновато посматривающего на него щенка.

Оставив четвероногого друга охранять их общее хозяйство и резвиться во дворе, землянин отправился в "Пышку".

Таверна принадлежала бывшему лейтенанту городской стражи, набравшему за многие годы напряжённой службы достаточно мзды, чтобы выйдя в отставку купить и отремонтировать себе заведение, в котором завсегдатаями стали его бывшие коллеги. В "Пышке" можно было не только спокойно поесть, но и посетить банный номер с задней стороны двора.

У землянина теперь вошло в привычку каждое утро сюда являться. Бадья и ковшик на кухне вместо ванной и душа ему надоели. Десять боров за мыльню и втрое большее за девушку-банщицу — для него вообще не деньги. Копейки. А плоские шутки бывшего лейтенанта насчёт молодо-зелено-любвеобильно Немченко пропускал мимо ушей, гормоны Вита требовали выхода.

На площади возле мэрии проход ему перегородили повозки, на которые грузили разложившиеся трупы казнённых много дней назад. Пришлось немного подождать в толпе, чтобы пройти к стеллам с оповещениями.

Пробиться к ним тоже оказалось не просто, но нашёлся добровольный помощник для всех желающих узнать последние новости. Молодой школяр, видимо, прогуливающий уроки, приподнявшись на цыпочки принялся громко читать строки с вывешенных листов бумаги.

Правитель Далиора Ратвес Четвёртый доводил до своих подданных, что он получил наглый ультиматум от узурпатора Нииторского королевства, выполнять который не намерен. Пояснять, в чём заключаются претензии северного соседа, монарх не счёл нужным, но призвал всех, и магов, и неодарённых, активней рекрутироваться в его армию, обещая достойную оплату в ходе войны, и награды, включая имущественные и земельные, после.

Далее паренёк стал зачитывать распоряжения прево и мэрии Нагабина, касающиеся порядка исполнения королевского указа.

Слушать это попаданец не захотел и принялся выбираться из тревожно гудящей толпы людей. Настроение у него испортилось. Андрей понимал, что ничего хорошего война не принесёт.

Первым делом придётся всё же купить артефакт сохранения органики и заполнить свой погребок необходимыми продуктами.

Он уже протинулся мимо последнего ряда, как опять нарвался на грубость. Один из пары крепких мужчин, только что подошедших к столпотворению, попытался отвесить Андрею подзатыльник.

— Вежливей надо быть, нахалёнок, — мужик говорил баском, — А ты вёрткий, смотрю. Ого, даже меч нацепил.

Он попытался толкнуть землянина в грудь, но неожиданно для себя провалился телом в перёд и получил несильный удар в бок.

Показав, что в обиду легко себя не даст, Немченко, отступив на шаг, поинтересовался:

— Устроим потасовку, затем нас уволокут в околоток стражи?

Оба горожанина бросили взгляды по сторонам и увидели в десятке шагов парный патруль городских вояк, лениво наблюдавших за толпой.

— Мы ещё встретимся, козёл, — пообещал спутник задиры.

— Надеюсь вскоре увидеться. За козла ответите. Оба.

Попаданец развернулся и направился к наставнику Порсперу, надумав, что пора уже сменить свой образ с простолюдина среднего достатка на небогатого дворянина. Иначе его так и будут время от времени доставать хамством.

У тех, кто уже его знал, особых вопросов не возникнет. Он никогда никому не утверждал, что является простолюдином, а в остальном, ну, не было у бедного дворянина денег, чтобы одеться подобающим его статуса образом и носить достойное оружие — проигрался или потратился, а теперь вот появились средства — заработал магией или службой.

Единственное — подумал Андрей — надо будет дождаться отъезда в университет Эльмия и Сита. Те слишком докучливые и начнут выяснять подробности преображения, а послать их лесом землянину сложно из-за хороших приятельских отношений с обоими.

К мастеру меча попаданец пришёл вовремя. У ворот его уже ждал раб Таймий, проводивший гостя, минуя в обход особняк, сразу на задний двор, где на скамье возле утоптанной площадки сидел подняв зажмуренное лицо к солнцу наставник Порспер.

На нём был пехотный доспех из нашитых на кожаные куртки и штаны металлических пластин, рядом лежали побитый бронзовый шлем и две полутораметровые палки, кажется, из крепкого миллетского дуба, но подсказка памяти Вита насчёт этого могла быть и не точной.

— Деньги принёс? — спросил мастер не открывая глаз.

— Да, как договаривались, — Андрей извлёк и протянул учителю заранее заготовленные монеты.

Тот соизволил посмотреть на ученика.

— Отдай их Таймию, — сегодня наставник был абсолютно трезв, зря Немченко переживал, — И вставай на площадку.

— Всё верно, господин, — доложил раб, получив деньги, и ушёл.

Когда землянин рассчитался и встал почти в центр натоптанного круга, Порспер уже в шлеме и с палкой подошёл к нему на расстояние двух шагов.

— Посмотрим, что ты умеешь, — наставник стоял, опустив руки вдоль тела, — Доставай свой клинок и нанеси по мне удар, — приказал он.

Попаданец попытался ткнуть в одну из металлических пластин доспеха, но не получилось. Мастер ушёл от атаки совсем легко.

— Мне что, бить на полную мощь? — уточнил землянин.

— Именно этого я и жду от тебя, малыш. И не только коли, а и руби. Ну же, не строй из себя беременную бабу.

Немченко не сразу решился атаковать всерьёз, однако через пару минут и десятка ушедших в молоко выпадов взялся за дело без всяких поблажек.

Ни выученные Витом приёмы, ни максимальное использование ловкости и силы, ни хитрые уловки, придуманные иномирянином-вселенцем прямо сейчас по ходу схватки, ничего не помогло хотя бы раз зацепить Порспера. Что удручало. Или наоборот внушало оптимизм — тут как посмотреть — наставник действительно оказался настоящим великим мастером, нечета тому, кто обучал бывшего хозяина тела попаданца.

Сильный удар палкой по кисти, сжимавшей меч, выбил у Андрея оружие.

— Расслабился, малыш, потерял осторожность, — прокомментировал Порспер.

— Я. Не. Малыш, — тяжело дыша, сообщил землянин.

— Ты докажи, — усмехнулся наставник, — Ладно. Не хмурься. Вижу, что тебя кое-как всё же научили. Танцевать. Для дуэлей сойдёт. Для боя придётся учиться всему заново. Пошли отдохнём и начнём занятия.

— А сейчас у нас что было?

Порспер качнул головой и не ответил.

Не посидев на скамье и десяти минут, они вновь вышли в центр площадки. На этот раз палки были в руках у обоих. Немченко сильно удивило, что вес деревяшки в его руке ничуть не уступал массе меча.

— Чего смотришь? — Порспер встал, чуть склонившись вправо, — Продолжаем.

Теперь наставник не только укланялся, отходил и отбивал удары, но и атаковал сам. Сильной боли ученику не причинял, но бил довольно чувствительно.

Ожидания попаданца, что ему на первом же занятии учитель начнёт открывать секреты мастерства, не оправдались совсем. Видимо, Порспер предпочитал теории практику.

Они ещё трижды прерывались на отдых. В конце занятий Андрей уже плохо соображал и потерял счёт времени. Как долго происходит это позорное избиение младенца? Два часа? Три? Больше?

— Не понял, — тряхнул землянин головой.

— Палку, говорю, верни, — повторил мастер, — На сегодня всё. Нас ждёт мыльня, смоем пот, и проваливай. Если сегодняшнего урока тебе не достаточно, буду ждать завтра в такое же время.

— Не достаточно, — еле набрав в грудь воздуха ответил Андрей, — Приду.

Показалось ему, или за насмешкой в глазах наставника действительно мелькнуло уважение?

На улицу он вышел, чувствуя себя полностью выжатым и разбитым. Чтобы не пугать своим видом добрых людей и не провоцировать на агрессию злых, Андрей дождался, когда проезжавшая мимо телега доверху нагруженная винными бочками скроет его от взглядов прохожих, и использовал лечебный амулет, незачем прохожим знать, что у него при себе столь дорогая вещица. Перстни землянин носил камнями внутрь.

Почти полностью восстановив силы он бодро отправился домой, где кроме бдительного мохнатого сторожа застал и его подругу Мию со служанкой. Лита сидела на крыльце, а девочка пыталась догнать шустрого щенка. Всем было весело.

Почтенная Гавел при виде вернувшегося хозяина дома поднялась на ноги.

— Я убралась и всё перестирала. Поглажу, когда высохнет, — кивнула она на развешанное у боковой ограды бельё. Постель сменила. Господин, а почему вы сразу нам не сказали, что маг?

— Это чего-то бы изменило, Лита? Пожалуйста, перестань мне выкать. Давай жить дружно, как было.

— Дядя Анд! Я его пять раз поймала! — радостно сообщила девочка, подбежав вместе с Барбосом к землянину, — Ой, я вижу тёмное пятнышко на твоей руке. У тебя, наверное, есть пустой кристаллик? Хочешь, я тебе его заполню?

— Госпожа Мия, благородный ол Рей может и сам это сделать. А вас уже матушка, поди, заждалась.

Девочка ещё плохо контролировала свои способности, иногда непроизвольно переходила на второе зрение и могла видеть, как своих коллег магов, если те не закрывали ауру, так и артефакты вблизи себя, заполненные — чуть светящимися, опустевшие — тёмными пятнами.

Проводив гостей, одну чуть ли не со слезами, Андрей и Барбос поужинали. Немного отдохнув, Немченко занялся обучением друга простым командам: сидеть, лежать и голос. Опыта кинолога у попаданца не имелось совсем, но щенок оказался сообразительным, и кое-что начало получаться.

Вечерняя тренировка прошла в обычном режиме, а вот последовавшая затем встреча с родной стихией принесла очередной приятный сюрприз.

Андрей часто жалел, что в его магическом арсенале атакующих заклинаний нет нелетального. То есть, до сегодняшнего дня, вернее, ночи, он тенью мог только убивать, притом, что в большинстве конфликтных ситуаций, в тех же кабацких драках, смерть противника является категорически неприемлемой, нежелательной и чрезмерной.

Перестав скрывать принадлежность к магическому сословию, Немченко получал возможность открыто использовать заклинания, вот только не убивать же какого-нибудь пьяного дурака только за его слабоумие?

— Спасибо тебе, подруга, — поблагодарил землянин Тень в последние секунды своего пребывания на втором слое родной стихии, — Ты будто бы мои желания читаешь.

Ему послышался или почудился далёкий смех, после чего он вынырнул в реальность.

Дистанционное заклинание сумрачных цепей позволяло сковать человека с расстояния в пятьдесят шагов незримыми путами. Первоуровневая сумрачная цепь действовала тридцать ударов пульса, а второго — шестьдесят. Жертва такой атаки могла только извиваться на земле, будто бы змея, и крутить головой, зато руки плотно прижимались к телу, а ноги к друг другу.

В подобном состоянии оказывать сопротивление или нападать противникам Анда ол Рея будет весьма сложно.

— Барбос, дружище, постарайся не храпеть, — попросил друга попаданец.

Остававшиеся до отъезда Эльмия и Сита в университет две недели слились для Немченко в один день. С приятелями он встречался всего четыре раза, а остальное время посвящал ежедневным тренировкам и занятиям с мастером меча.

Тревожное настроение, охватившее горожан в ожидании почти неминуемой войны, задело и землянина. Андрея не покидало предчувствие, что относительно спокойная жизнь у него подходит к концу, и он старался максимально воспользоваться имевшимися возможностями для своего развития.

Время для того, чтобы проводить приятелей, он всё же нашёл, договорившись с наставником о переносе очередного занятия на вечер.

Забрав из городских конюшен своего скакуна, заодно заплатив на месяц вперёд, Немченко направился к восточным воротам. Он хотел проводить парней до городских рогаток предместья.

— Везёт тебе, Анд, — вздохнул Эльмий, — можешь вступить в королевское войско. Заслужить славу и богатство ...

— Увечье или вовсе смерть, — продолжил Сит, — Не слушай этого дурака, Рей. Лучше займись наконец нагабинскими девушками. Поверь, они намного лучше рабынь из "Пышки". Я и то, и другое попробовал, так что, знаю, о чём говорю.

— Сам ты дурак, Сит, — незлобиво произнёс Эльмий, — Зачем жить, если всё сводится к вину, еде и девкам?

— Ребята, давайте, я сам как-нибудь разберусь, — прервал спор студентов Андрей, когда они подъехали к посту стражи на выезде, — Ну, что, друзья, пора прощаться.

Глава 15

Только после пяти недель занятий Порспер наконец-то приступил к показу стоек, приёмов и боевых связок. И тут выяснилось, что многие из них Андрей в процессе спаррингов с наставником уже усвоил интуитивно, отбивая атаки мастера или уклоняясь от них, пытаясь поразить партнёра-учителя при намеренно предоставляемых им возможностях.

— После выпада, руку можешь чуть отвести в сторону, — Порспер показал, как это сделать, — Понимаешь, зачем?

— Ловушка.

— Что-то вроде этого, — подвердил мастер, — Опытный не попадётся, а большинство клюнет. Очень важно правильно оценить своего противника. Беспечность и самоуверенность не нужны, но и перестраховываться не следует, часто надо быстрее разделаться с одним противником, чтобы следующего встретить в полной готовности.

— Спасибо, я всё понял, — Немченко сделал два глубоких вздоха и встал в четвёртую позицию, отставив левую ногу назад, — Продолжим?

— Нет, ол Рей, — улыбнулся наставник, — На этом наши занятия закончены. Теперь ты можешь продолжать тренировки без меня. Зачем бестолку тратить деньги? Через год-два, если у тебя ещё останется желание стать настоящим мастером меча, мы примемся осваивать высшую ступень. Но только при условии, конечно, что это время ты не потратишь зря.

Рабыня Порспера Домия накрыла стол, и учитель с учеником плотно и вкусно пообедали.

— Мне будет не хватать наших занятий и бесед, — признался землянин, допив вино, — Я уже к ним привык, втянулся. Разреши, буду иногда просто заходить к тебе в гости?

— Нечего ко мне шляться, благородный Анд, — отмахнулся мастер, — Лучше потрать время на тренировки, — он встал, — И смени меч. Знаешь, где оружейный магазин Снейка? Там хороший выбор. Твоя рука сама поймёт, какой клинок тебе больше подойдёт.

Немченко хотел при расставании обняться с наставником, которому по-настоящему был благодарен за уроки, но тот не пошёл провожать своего ученика. До ворот попаданец дошёл с сынишкой Таймия и Домии. Кто Андрея первым встретил, тот его последним и проводил.

Весна уже полностью вступила в свои права. Вдоль стен домов, заборов, а кое-где сквозь камни брусчатки или доски настилов пробивалась ярко-зелёная трава. На деревьях распустились листья.

Попаданец шёл по заполненным народом улицам, смотрел по сторонам и думал, что уже неплохо прижился в мире Герталы. Познакомился с новыми людьми, приобрёл неплохие магические умения и воинские навыки. Теперь пора приступать к поиску достойного места в этой жизни. Прятаться в убогом домишке от преследователей-кровников он не собирался.

Андрей совсем не испытывал желания мстить за абсолютно чужую и откровенно не вызывавшую симпатию семью ол Шерригов. Но вариантов не ждать внезапного удара от Манелов и избавиться от их мести у него имелось только два: жениться на одной из представительниц этого рода, либо расправиться с враждебным семейством.

Третий вариант, что как-то всё само по себе образуется, к примеру, кровники умрут от мора или их кто-нибудь другой убьёт, всерьёз рассматривать не стоит, как и первый вариант.

У Монелов есть невеста на выданье, Паная, но она уже сосватана, да и на пять лет старше Вита.

Так что, оставался только один выбор. Попаданцу он категорически не нравился, только вот, куда деваться?

Оружейная лавка Снейка, вопреки словам Порспера, богатым выбором оружия не располагала. В основном здесь продавались доспехи, от кольчуг до полных латных, и различные предметы экипировки.

Представленный выбор мечей, как и различного рода боевых топоров, кавалерийских палашей, кинжалов и даг не впечатлял. Вот арбалеты здесь имелись на удивление хорошие, взводимые крюком или воротом.

— Ничего не нашли, господин? — подошёл к землянину продавец, — Посмотрите, какие богатые ножны, — он взял с прилавка дуэльный меч, — Их делал лучший в Нагабине чеканщик.

— Меня не ножны интересуют, а добротные клинки. Наставник Порспер сказал, что я могу здесь найти достойный боевой меч.

— Вас прислал мастер? Что же вы сразу-то не сказали, ол? Здесь мы выложили только востребованные товары. То, что вам нужно, у нас в отдельном зале. Только оно стоит дорого.

— Ну, не дороже ведь денег?

— Не дороже, — улыбнулся продавец.

В отдельном зале землянин действительно быстро нашёл себе отличный меч, метровый клинок которого был изготовлен с использованием магии огневиков. В марках стали Немченко не разбирался, легендарный булат в глаза не видел, однако не сомневался, что его приобретение, за которое он выложил почти весь свой носимый в сумке запас в триста оборов, ничуть не хуже.

— Не желаете в пару к нему взять ещё и дагу? — предложил явившийся к денежному покупателю сам Снейк, хозяин магазина, — Есть прекрасные экземпляры.

— Нет, спасибо, — отказался Андрей и попрощался.

Решение открыто демонстрировать свой статус мага и носить соответствующие этому положению вышитые золотыми и серебряными нитями камзолы и береты, оказалось правильным. Теперь всякая кабацкая пьянь и любители почесать кулаки старались держаться от него подальше.

Правда, пришлось выслушать краткое наставление от явившегося в его скромное жильё молодого дворянина, почти сверстника Вита, назвавшегося Тимгом ол Эсмом, секретарём городской палаты магов. Имелась в Нагабине такая структура, как и в других крупных городах. Не такими уж вольными птицами оказались свободные от службы кому-либо одарённые.

Благородный Тимг напомнил олу Рею то, о чём тот был, что называется, ни слухом, ни духом. Заряжать накопители, а также амулеты третьего уровня и выше, до десятого включительно, оказывается, можно было только с разрешения руководства палаты.

Пояснять причины секретарь не стал, но Немченко и сам догадался. Маги не очень хотели делиться с простолюдинами своей мощью и кому попало артефакты не продавали. Понятно, что со временем магические изделия попадали в руки разным людям, включая преступников и авантюристов. Принятый порядок восполнения энергии в амулетах максимально усложнял возможности их использования недостойными того членами общества.

Купленный меч Андрей прицепил на пояс вместо трофейного, а тот понёс в руке, укоряя себя за недогадливость. Надо было его продать тому же Снейку со скидкой.

Возле "Пышки", где располагался небольшой базарчик, куда землянин приходил за овощами и зеленью, бичевали сразу троих общественных рабов и рабыню. Их голые тела кривлялись возле коновязи, будто бы в танце. Видимо уборщики чем-то разозлили префекта Приморского района.

А вообще, вопреки прочитанному Немченко в книгах о средневековье, в Нагабине за чистотой улиц, функционированием канализации и сточных канав старались следить. Да, конечно, неприятные запахи, особенно, не на центральных улицах, присутствовали, но не прям ужас-ужас, как он опасался вначале.

Дома его встретила неразлучная парочка — Мия и Барбос. Щенок на харчах Андрея рос, как тот царевич Салтан в бочке, не по дням, а по часам, вымахав в холке за сорокавосьмидневную луну до колена землянина. Проказничать меньше не стал, но команды освоил быстро. То ли он умный такой, то ли у Немченко всё же имелся ранее скрытый талант кинолога.

— Мия, ты может к нам жить переедешь? — пошутил Андрей.

Девочка шутки не поняла и ответила серьёзно:

— Меня мама не отпустит. А ты женись на ней! Она хочет. Я вчера слышала, как она сама об этом тёте Алае сказала. Тогда мы с Барбосиком жить будем вместе. И ты с нами. У нас дом большой.

— Тсс, — поднявшись на крыльцо, землянин прислонил к губам палец, — Не нужно выдавать тайны взрослых. Ты же ола, должна понимать.

— Ой, а я не знала, — смутилась Мия.

Отправив мамкину предательницу в её особняк, попаданец накормил щенка и поел сам. Хотел приступить к тренировке, но тут вновь заявился ол Эсм.

— Могу я войти, Анд? — спросил он, уже пройдя через калитку.

Дверцу в заборе землянин днём держал открытой.

На этот раз Тимг прибыл с предложением. Освободилась должность второго секретаря палаты, и руководители вспомнили о молодом дворянине недавно поселившимся в городе.

— Зачем мне это надо? — спросил Немченко, после того, как выслушал визитёра, пригласил его в дом и сел с ним за стол в гостиной, — Вина?

— Не откажусь, — согласился гость и продолжил: — Я же вижу, как ты живёшь. Достатком явно не похвастешься.

Андрей распечатал гляняную бутылку и разлил содержимое по кружкам.

— В палате, можно подумать, мне много платить станут, — скептически произнёс он, понимая, что мелкие клерки нигде не зарабатывают большие деньги.

— Не очень много, но зато познакомишься с влиятельными людьми из нашего круга, — Тимг отпил сразу половину налитого ему вина, — У тебя какая стихия? — такой вопрос задавать не было принято. Если маг желает сам раскрыться, расскажет, а нет, так нет. Немченко только мотнул головой и промолчал, — Не хочешь говорить? Твоё дело. У меня вот стихия смерти. На чём мне зарабатывать? На амулетах сохранения органики?

— А что с ними не так? — искренне удивился землянин, считавший, что местная замена морозильным камерам и холодильникам весьма востребована, — Я думал, это колодец золота.

— Если бы так, — скривился визитёр, — На основе дешёвых кристаллов их плохо берут, потому что те быстро теряют энергию, а часто заряжать — дополнительные расходы. Амулеты же из драгоценных камней не каждому по карману. Все, кому были нужны такие артефакты, давно их купили. Очень сложно новые было продавать. Сейчас же мне и глава нашей палаты, и его замы подкидывают работу от богатых торговцев или владетельных дворян. Иногда от местного прево получаю задания, когда надо свежего мертвяка поднять и допросить, своей ли тот смертью умер или помог кто. Скажу честно, зарабатываю сейчас очень прилично. Недавно новый особняк в Золотом районе купил. Двух девок симпатичных. Мамке помогаю, отсылаю деньги. Ну, а ты? Так и будешь зарядкой простых кристаллов заниматься? Или может на войну собрался?

Он допил оставшееся вино и с ухмылкой посмотрел на хозяина дома.

— Пока не решил, но обдумываю. Очень уж привлекательные условия посулил наш король.

Тимг посмотрел на попаданца как на полоумного.

— Ты что, серьёзно? У меня на прошлой войне отец и старший брат пропали где-то в Сентайском ущелье. Восемь лет прошло, а я так и не знаю, что с ними. Маме выплатили две тысячи оборов, только их даже мне на учёбу в университете не хватило. Матушка так и прозябает в нашем крошечном имении с двумя десятками крепостных душ, а я, как видишь ...

Он замолчал и с благодарностью принял от Андрея следующую порцию вина.

— Хорошо, я подумаю, — ответил землянин.

— Только побыстрее, — попросил гость, — Нам с Одиссой, это моя коллега, вдвоём тяжело. Писанины много, а ещё ведь и свои дела ждут.

Ол Эсм, благодарный за угощение — вино Андрей покупал самое лучшее из подаваемого в "Пышке" — предложил олу Рею пойти вместе отдохнуть в увеселительном доме, как здесь назывались салоны с вольными девицами лёгкого поведения. Попаданец отказался, сославшись на усталость, и проводил гостя до двери.

Предложение Тимга он рассматривал всерьёз. Надо постепенно входить в местное общество магов и обзаводиться связями. Покровители ему не нужны, ведь любые обязательства здесь всегда взаимны, а вот от полезных знакомств отказываться было бы глупо.

Немченко давно обдумал, каковы шансы на то, что в Анде ол Рее признают скрывающегося Вита ол Шеррига, и пришёл к выводу, что весьма мизерные, почти нулевые. Портретов в Гертале не рисовали, а количество людей, знавших в лицо младшего сына Редина и Нии, очень мало. Тем более, живут они не в этих краях.

Надо ещё учесть, что Андрей довольно заметно преобразил доставшееся ему тело. Плечи стали шире, рост выше, лицо взрослее и мужественней. Правда, мысль отрастить усы и бородку попаданец не без колебаний отбросил.

Три дня назад Немченко купил школьный учебник по географии, с ним и завалился в кровать, позволив набегавшемуся за день Барбосу лечь у себя в ногах.

После вечерней тренировки он снова отправился на встречу с Тенью. Ему нравилось успокоение, которое он получал после каждого свидания с родной стихией. Очередная попытка пробиться на третий слой сумрака успехом не увенчалась. Андрею показалось, что Тень по этому поводу расстраивается больше него.

Ночью он проснулся от ощущения толчков под собой, хотя, открыв глаза, никаких признаков землетрясения не увидел. Ничто вокруг не качалось и не тряслось. А через секунду его тело ощутило холодный поток воздуха. Причину таких аномалий Андрей понял. Оба сигнальных амулета, активированных им перед сном, предупредили о появлении в зоне их действия нового живого объекта. У кристалла с заклинанием стихии земли контролируемая область была чуть больше, чем у воздушного, вот и тряска случилась раньше обдува.

— Тихо, Барбос! — шёпотом приказал Немченко насторожившему уши щенку, — Лежать!

Он быстро натянул штаны с зашитым в них лечебным амулетом — полученный в прошлой стычке с грабителями урок пошёл землянину впрок — вдел ноги в войлочные домашние ботики, взял лежавший на полу у изголовья меч, извлёк его из ножен и, стараясь ступать бесшумно, скользнул к входной двери.

Прислушался и через несколько мгновений различил в звуках ночи скрип досок забора возле запертой на засов и замок калитки.

Долго не раздумывая он сразу погрузился на второй слой Тени и активировал сумрачный путь. Никуда перемещаться Андрей сразу не стал, заклинание позволило ему видеть окружающее пространство сквозь препятствия.

В этот момент, опираясь одной рукой об калитку, а второй придерживаясь за доску ограды, во двор перевалилась тонкая человеческая фигурка.

Миг, и попаданец оказался возле неё, вышел в слой реальности и уткнул острие меча под скулу только что поднявшегося во весь рост незваного гостя, вернее, гостьи.

— И что ты здесь делаешь, Цория? — полушёпотом спросил он, — Сегодня пришла одна или с дружками?

— Господин!

Девица попыталась упасть на колени, но клинок, уколовший её в шею, не дал этого сделать.

— Тихо ты, — строго приказал Андрей, — Стой смирно, и я жду ответа.

— Нет никого со мной, господин, — дрогнувшим голосом и с запинкой сказала Цория, — Я, я одна. Наших всех убили. Я к тебе ...

— Зачем? Украсть что-то хочешь?

— Нет, нет, как вы такое могли подумать? Я хочу поступить к вам на службу. Вы добрый, да. Хотя те деньги, что вы мне дали, у меня отобрали. Меня хотят убить. Лютый. Его люди. Помогите. Верной вам буду, клянусь. Дайте мне защиту, я отслужу, отработаю.

— Вот чума болотная, — с досады выразился по-русски Немченко и тут же, дав себе мысленно подзатыльник, перешёл на местный, — Почему ночью припёрлась?

— Меня ищут, благородный ол. Боялась. Пряталась на Рузинском пустыре среди бродяг. Сюда шла, никто не видел.

Вести разговор дальше, стоя у калитки, было не целесообразно, вот-вот должен появиться патруль стражи. Только дверь, в которую начал скрести Барбос, заперта изнутри на засов, а заклинание сумрачного пути ещё не откатилось к возможности повторного применения.

— Никто не видел, завтра увидят, — Андрей убрал меч от шеи воровки, — Оружие с собой есть?

— Да, господин, — Цория из складок платья извлекла ножик и протянула магу, — Вот. А то, что завтра увидят, так это уже не важно будет. Если вы станете моим покровителем, а я вашей служанкой, то никто из-за меня с дворянином связываться не станет.

Немченко, когда-то размышляя о необходимости иметь свою команду, не предполагал, что её комплектование начнётся с бестолкового щенка и воровки с повадками эскортницы

"Чёрт возьми, а почему бы и нет? — вдруг мелькнула у него весёлая мысль, — Во всяком случае, девку можно выслушать. Если что, выгнать взашей всегда успею".

Опасения, что Цория может планировать в отношении него какой-либо злой умысел, Андрей не рассматривал. Уже пообвыкшись в новом мире, он понимал всю абсурдность такого предположения. Пойти против ола могла только очень серьёзная банда, а никак не оставшаяся в одиночестве воровка. О чём она его просила, Андрей в общих чертах понимал. Не знал только, какая ему от неё будет польза. Пусть расскажет.

— Стой здесь. Жди, — приказал он.

Едва заклинание пути откатилось, землянин вернулся в дом, оделся, открыл входную дверь и посмотрел на понуро стоявшую в начале дорожки девицу.

— Заходи, чего уж, — пригласил он.

Глава 16

Своей будущей наёмной служанке Андрей отдал оставшееся с зимы шерстяное одеяло и оленью шкуру, купленную у шерригского егеря. На них Цория и разместилась на ночь возле стола в гостиной.

Её попытку отблагодарить господина теплотой своих объятий Немченко решительно пресёк, сразу расставив все точки над и, сообщив, что как женщина она ему не интересна. Ломать себя для этого ему не пришлось, землянину вполне хватало встреч с прелестницами из "Пышки".

— Разрешите мне приготовить завтрак, господин? — спросила воровка, вернувшись утром со двора и с интересом глядя, как согнувший в коленях ноги хозяин дома подтягивается на турнике, вделанном в косяк кладовой комнаты.

— Готовь, если умеешь, — согласился землянин, — Продукты в погребке. Давай без господина и на ты. Когда мы вдвоём. Не люблю условностей, — он встал, оставив перкладину в покое, и повернулся к будущей служанке, — Заодно воду погрей для мытья.

Перед Андреем возникла ещё одна проблема. После прерывания обучения у наставника Порспера, ему требовалось где-то найти место для тренировок приёмов и боевых связок.

Все его соседи, и так излишней тактичностью не отличавшиеся, после того, как узнали, что он маг, стали проявлять к нему излишнее внимание. Устраивать для них бесплатное шоу Немченко не желал. Он решил на первых порах проводить свои занятия с мечом после наступления темноты. Так что, утренние упражнения прошли без их фехтовальной части.

Цория очень старалась, колдуя у плиты. Если бы ещё она умела готовить, то ничего кроме похвалы бы не заслужила. А так, Андрей просто ничего не стал говорить про её кулинарные успехи, ни о недосоленном омлете, ни о пережаренных колбасках, ни про то, что сыр надо нарезать, а не кромсать кусками.

Возникли подозрения, что и с остальным — уборкой, стиркой, глажкой — всё будет выглядеть примерно также. Много старательности, мало умений.

— Медведей в ярмарочных балаганах, и то, учат народ развлекать, — сообщил попаданец Барбосу, скармливая ему остатки еды со своей тарелки, — Так что, прорвёмся.

Щенок появление в доме Цории воспринял спокойно, но в друзья к ней не набивался, держась ближе к хозяину.

— Господин? — разумеется, девица не поняла сентеции насчёт обучения, — То есть, Анд ...

— Мой посуду, раз уж навязалась, и пошли в префектуру, — не стал ничего ей объяснять землянин.

Возле ворот дома Сарины Йоттер он увидел Отора Гавела, подметавшего дорожку, и заметно его расстроил, сообщив, что нанял служанку и теперь в помощи Литы не нуждается.

— Ты не думай, госпо..., Анд, я ведь могу тебе помогать не только по дому.

— Да? — хмыкнул попаданец, останавливаясь у лотка со свежей выпечкой. Скормив почти все колбаски хвостатому другу, он не чувствовал сытости, — А в чём ещё? Какая мне от тебя польза, кроме головной боли?

Немченко протянул Цории один из двух купленных пирожков с капустой и яйцом. Мясные брать он не рисковал.

— Ты не стал вчера слушать, а я вправду знаю нужных людей, которые готовы платить хорошие деньги за зарядку накопителей или высокоуровневых амулетов. Очень хорошие.

— Так, стоп телега, — попаданец крепко сжал локоть спутницы, — Уясни твёрдо, никакими противозаконными делами мы заниматься не будем. Ну, если я сам не решу однажды по-другому. Запомнила?

В средневековом мире вставали рано. Отлёживать себе бока могли только обеспеченные люди, остальным требовалось заботиться о хлебе насущном и управляться с хозяйственными делами примитивными способами.

Ещё не было восьми часов, а Немченко и Цории уже приходилось кое-где толкаться локтями. Некоторые торговцы выставляли свои товары прямо на пороге домов, не заботясь о том, что и без того узкие улочки становились более тесными.

Возле префектуры Приморского района собрались десятки посетителей. Они толпились у крыльца, на котором одинокий стражник зевал во весь рот.

— Мне что, очередь, прикажете занимать? — надменно и громко спросил ол Рей.

Он действительно не знал, нужно ли это делать, или благородные от подобной процедуры избавлены.

Всё решилось само собой. Разглядев золотые нити на берете землянина, вояка распахнул дверь.

— Проходите, ол, — пригласил он, отойдя в сторону от двери и попытавшись из любопытства ещё увидеть знак стихии на левой груди благородного посетителя.

Значительная часть магов, особенно высокоуровневых адептов огня, воды, воздуха, земли или жизни, предпочитали не скрывать свои возможности, а наоборот ими кичиться. Анд ол Рей к таковым не относился, потому интерес стражника оказался не удовлетворённым.

Процедура регистрации найма Цории много времени не заняла. Уважительно, но без подобострастия, кивавший словам попаданца лысоватый средних лет писарь только сделал короткую запись в одном из фолиантов. Никакого документа он не составлял.

Теперь Цория Окай, двадцатилетняя свободная горожанка, сирота, стала официально обязана службой олу Рею, а тот ей своим покровительством. Как оказалось — землянин это выяснил от чиновника — с сегодняшнего дня, если его подопечная что-нибудь набедокурит, то и ему придётся придётся нести ответственность, заплатив штраф от мелкого до весьма крупного. Зато и в способах воспитания наёмной служанки хозяин не сильно ограничен.

— У нас очень большой город, — радостно сказала бывшая воровка, когда они покинули префектуру и направились обратно, — Только Лютый всё равно вскоре узнает обо мне. Кто-нибудь донесёт, что я теперь служу магу. Он отстанет, вот увидишь. А мы куда свернули?

Немченко подтолкнул свою служанку в проулок, заканчивающийся тупиком в виде трёхэтажного, выкрашенного в ядовито-зелёный цвет дома.

— Жильё тебе ищем, — буркнул землянин.

— Зачем? Я могу и ...

— Ты-то можешь, а вот мы с Барбосом не хотим тесниться. Так что, жить станешь отдельно. Утром приходить, вечером уходить.

— Господин ...

— Не обсуждается.

С владельцами доходного дома, солидной пожилой парой, землянин договорился быстро. Цории Окай досталась небольшая, но вполне уютная комнатка в конце коридора второго этажа.

Андрей заплатил сразу за две луны вперёд, чем вызвал у супругов доверие и уважение.

У воровки, кроме тяжёлого шерстяного, не по сезону, платья, потёртой бархатной шапочки, еле дышащих на ладан кожаных полусапожек и конфискованного Андреем ножа, больше не было никаких вещей. Только на поясе платья висел ещё кошель, совершенно пустой.

— Купи себе постельное бельё и приоденься, — сказал землянин девушке на улице, отсчитав ей пять оборов, — Потом приходи ко мне и приступай к уборке. Надеюсь, это у тебя получится лучше, чем готовка. Кстати, обедаю я в таверне, так что, позаботься лишь о себе и Барбосе.

Бывшая воровка посмотрела на полученные деньги и вздохнула.

— Отвыкла уже от деревянных башмаков, а на кожаную обувь здесь не хватит.

Немченко подумал, прикинул цены и добавил ещё два обора.

Расставшись со служанкой попаданец направился к городской палате магов. Хватит бездельничать, пора поступать хоть на какую-нибудь службу.

Городская палата магов располагалась неподалёку от храма, надо было только пересечь прилегающую к нему с восточной стороны площадь и пройти через небольшую рощицу. Андрей насчитал сотню шагов.

Представшее перед его глазами обнесённое каменной оградой двухэтажное здание по форме напоминало святилище Великого мага, только вдвое уступало ему размерами.

Внутрь него никто из неодарённых, кроме служивших здесь рабов, не допускался, а охрану периметра нёс отряд наёмников, не подчиняющийся капитану городской стражи.

— Анд ол Рей, — назвался землянин хмурому бородатому вояке, с арбалетом в руках и мечом на поясе прохаживающемуся вдоль ворот, — По приглашению ол Эсма.

— Доложи, — приказал наёмник парню-слуге.

Тот сорвался с места, словно спринтер.

Вернулся быстро, землянин ещё не успел толком осмотреться, и открыл одну створку.

— Велено проводить, — пояснил он охраннику.

Вслед за рабом попаданец прошёл в здание, где на входе дежурили ещё двое бойцов, эти с короткими копьями в руках, миновал небольшое фойе, в котором никого не было, кроме моющей полы стоя на коленях служанки, двинулся по коридору, повернул и остановился перед первой же дверей.

— Вам сюда, господин.

Парень поклонился и оставил посетителя одного.

В комнате, куда вошёл Андрей, кроме Тимга и девушки в блузке с вышитыми на левой стороне груди лазурной нитью каплями, за длинным столом у стены лицом к посетителям скрипели перьями пятеро пожилых рабов.

У магов, а в девушке попаданец сразу признал Одиссу ол Гран, про которую рассказывал её коллега Эсм, появление Анда вызвало неприкрытую радость. Это и понятно, делить одну работу на троих намного лучше, чем на двоих.

— Сидеть будешь здесь, — показала Одисса, весёлая пышная красотка лет восемнадцати, на один из трёх одноместных столов, — На эти унылые морды, — кивнула она на писарей, — внимания не обращай. У нас тут хорошо.

— Ты молодец, что согласился, — Тимг дружески пожал плечо Андрею, — Пошли к нашей старшей.

Они направились по широкой лестнице на второй этаж. Обстановка в палате магов напомнила Немченко ту, что царила в офисе аудиторской фирмы после затянувшегося накануне допоздна корпоратива. Из-за дверей доносились какие-то непонятные звуки, а в коридорах было тихо как на кладбище.

— Ола Ворм, позволь представить Анда ол Рея, — сказал Тимг с порога, — Я тебе о нём рассказывал. Это глава нашей палаты, — пояснил он землянину.

Пятидесятилетняя огненная магиня Кермия ол Ворм в своём кабинете находилась не одна. Здесь ещё присутствовал старший инспектор Рим ол Райм, адепт стихии жизни, показавшийся Андрею ровесником главы.

Отношения между одарёнными были весьма демократичными, в том смысле, что все обращались друг к другу на ты, независимо от возраста, пола, должности и имущественного положения. Даже монархи и их семьи не являлись исключением.

Анда ол Рея приняли вполне благосклонно и после короткого знакомства Кермия попрощалась с новым сотрудником.

— Тинг введёт тебя в курс дела, — сказала она напоследок, — На службу надо будет приходить к десяти, а уходить в девятнадцать часов. Можешь с коллегами согласовать иной режим службы, если их это устроит. Мне главное результат вашей работы. Плату тридцать оборов будешь получать раз в луну. Выходные — два в неделю.

Местный час на четверть был короче земного, так что, реально попаданец сменил ненормированный рабочий день в родном мире на семичасовой в новом, да ещё и с возможностью раньше слинять или позже прийти.

— Чувствую, мне на самом деле здесь понравится, — сообщил Немченко ол Эсму, спускаясь по лестнице.

— Не сомневайся, — подтвердил тот.

Андрей быстро вписался в работу. Ничего сложного для него в ней не было. Требовалось рассматривать заявки на зарядку накопителей и высокоранговых амулетов от множества неодарённых просителей.

Вначале имя обратившегося за разрешением искали в книгах учёта и, если там не находили, писали письма королевскому прево, мэру, капитану стражи или главам гильдий в зависимости от личности заявителя — иногородний ли это подданный далиорского короля Ратвеса Четвёртого, житель Нагабина или иноземец.

Самое сладкое — определение стоимости услуг, и кому достанется выгодный заказ — определяли маги, занимавшие более высокое положение в палате. Впрочем, Тимг и Одисса уверяли, что младших здесь не обижают.

Кроме этого секретариат получал сведения из мэрии и префектур о прибывших в город новых магах и ставили их на учёт, а также снимали с учёта уехавших или уплывших.

На четвёртый день оба коллеги ол Рея сочли возможным оставить Анда одного на хозяйстве, к сильному облегчению писарей, которых Одисса постоянно тиранила. Рук она почти не распускала, зато по всяким пустякам крыла такими словами, что землянин познакомился с речевыми оборотами, о которых Вит ол Шерриг даже не догадывался. Пригодится, усмехнулся Немченко, мало ли как жизнь сложится?

Дела он сегодня закончил до восемнадцати часов и писарей отпустил пораньше. Те жили в одном из двух одноэтажных строений позади палаты, другое занимал отряд наёмников.

Андрей открыл окно и сел на подоконник. Смотрел, как развлекаются солдаты удачи, устроившие спарринги на площадке возле колодца, и ждал окончания рабочего дня.

— Ты ещё не ушёл? — спросил вошедший в комнату Рим ол Райм.

Старший инспектор как всегда выглядел угрюмо.

— Как видишь, — Андрей из уважения к возрасту и должности мага встал на ноги, — Что-то случилось?

— Ничего особенного. Где заявка на зарядку негатора?

— Сейчас поищу, — землянин хотел было начать перекладку стопки листков, но вспомнил: — Так её отозвали. Вспомнил. Точно. Тот капитан яролийского корабля сообщил, что у него амулет украли. То ли на набережной, то ли в таверне.

— Да? Странно.

— Что странно? — поинтересовался попаданец, — Что украли?

— Нет. Зачем моряку такой артефакт, — ол Райм задумался и махнул рукой, — Наверное, на продажу. Ладно, Анд. До завтра.

— У меня завтра выходной.

Комнаты и кабинеты закрывать на замок и сдавать под охрану здесь не требовалось. Палата защищалась сразу пятью амулетами — четыре по углам здания и один в столе Кермии ол Ворм. Это были боевые артефакты-ловушки, так что, никакой негатор, дезактивирующий только неподвижные сигнальные амулеты, им не помешает сработать против незваного гостя.

Какие атакующие сюрпризы в них заключены, знали только руководители палаты.

Попрощавшись с наёмниками на выходе, землянин направился домой, где его встретили оба члена команды. Барбос радостно лаял, а Циора загадочно улыбалась, наверное, ожидала скорой похвалы за ужин и порядок в доме.

Пока бывшая воровка убиралась, стирала и гладила примерно также, как и готовила, то есть, старательно и не очень хорошо. Но Андрей её не ругал, полагаясь больше на положительные методы стимулирования, когда не совсем заслуженные похвалы мотивируют работать лучше.

С Цорией у него шла своеобразная игра. Та старалась подчеркнуть свои прелести, вроде бы случайно оголяя, то плечо, то ногу, то вообще бедро, подбирая платье при необходимости присесть, а он делал вид, что ничего не замечает.

— Хозяин чем-то недоволен? — поинтересовалась она, ставя перед ним миску с овсяной кашей и кладя в неё масло.

— Недоволен — не то слово, Циора, — попаданец взял ложку, но начинать есть не спешил, — Правильнее — встревожен. Кажется, ты ошиблась, что от тебя отстанут. Сейчас заметил снова одного мужика. Третий день возле нашего двора отирается.

Девушка нахмурила брови и о чём-то задумалась. Ответила, когда Андрей уже съел половину порции.

— Я поняла, про кого ты, — сама служанка согласилась ужинать с покровителем, но брала со стола только засахаренные кусочки фруктов, — Он не один, мужчина этот. Трое или четверо. И это точно не за мной. Серьёзные дядьки. Не из какой-либо банды. Я бы решила, что они люди прево, а может, из тайной или городской стражи, но те так долго не гуляют у порога. Давно бы вломились в нужный им особняк.

— Тогда кто это может быть?

Андрей тоже заметил несоответствие незнакомца своим уже сложившимся представлениям о местных бандитах.

— Не скажу, Анд, не знаю. Одно точно, я или ты их не интересуем. И ещё, дяди хоть и стараются выглядеть нагабинцами, только у них не очень хорошо получается. Приезжие. Думаю, скоро узнаем, что они тут делали, — плечом плутовка вновь пожала так, чтобы платье с него сползло, — Так не охота в свою квартирку возвращаться. И что-то тревожно стало за тебя, — Циора поняла, как использовать мнительность хозяина, — Мне лучше оставаться у тебя на ночь.

— Ты, если не хочешь есть, то иди уже домой, — поторопил служанку Немченко, — Как-нибудь без тебя разберусь.

Еле выпроводив за калитку свою полурабыню — а служба за покровительство по-сути ставила человека в положение невольников — Андрей позанимался с Барбосом, но тот сегодня был в игривом настроении и в ответ на команды проказничал.

Махнув на четвероногого друга рукой, землянин отправился читать. Книг он себе прикупил достаточно, так что, чем себя развлечь до ночной тренировки у него имелось. Когда буквы стали плохо различаться, активировал амулет освещения.

Во двор он вышел, когда уже окончательно стемнело, а окрестные дома погрузились в сон.

Начал он с самых простых приёмов, постепенно наращивая сложность ударов и выпадов. Перед выполнением самой трудной и длинной, двенадцатишаговой, связки попаданец позволил себе небольшой отдых.

Он сосредоточился и на пару мгновений задержал дыхание. Именно такие действия позволили ему различить едва слышный шорох у ворот Сарины и Мии Йоттеров.

Как-то месяц назад Немченко дал себе зарок не вмешиваться в проблемы местных аборигенов. Соседи или не соседи, какое ему дело до них, если лично его не касается? Однако, так получилось, что к девочке Мии он привязался. Забавная и замечательная девчонка, пусть её мамка и рассчётливая, надменная, лицемерная особа. Оставаться в стороне, когда с Йоттерами могут произойти крупные неприятности, попаданец себе позволить не мог.

— И кто же это к нам пожаловал? — спросил он и неслышно направился к ограде.

В щель он увидел пять мужских фигур, которые уже миновали ворота. Был ли среди них тот, кого Андрей приметил накануне, в темноте не разберёшь, но то, что к Йоттерам вторглась та компания, про которую говорила Цория, землянин не сомневался. Других кандидатов в злоумышленники державшиеся настороже ол Рейн и его наёмная служанка не приметили.

Двор и особняк Сарины охранялись сразу тремя сигнальными амулетами, и то, что появление чужаков не вызвало переполоха, говорило о хорошей подготовке проникновения.

"Наверное, я нашёл тот самый пропавший негатор", — подумал Немченко.

Трое незваных гостей крадучись пошли к двери в особняк, а пара остальных побежала в обход.

Подумалось, что пора проверить, чему научил наставник Порспер. Андрей настроился на бой и перешёл на второй план Тени, сразу же, не теряя ни мгновения, воспользовавшись сумрачным путём, чтобы оказаться перед двумя бегущими на задний двор непрошенными визитёрами.

Глава 17

Действия землянина вовсе не являлись непродуманными, гремучим сочетанием решительности, храбрости и глупости. Андрей с раннего детства обладал математическим складом ума, позволявшим быстро и правильно просчитывать ситуацию. Да, иногда, как и все люди, под воздействием эмоций или из-за черт характера — присущих в той или иной степени любому — упрямства, самонадеянности, гадежды на авось, он поступал вопреки здравому смыслу, понимая или подозревая, что совершает ошибку, но к нынешней ситуации это никак не относилось.

Вторым зрением попаданец сразу же определил, что среди пятёрки непрошенных гостей нет магов. Имелся, правда, мизерный шанс сокрытия кем-то из них своей ауры, но это было маловероятно. Какой же ол, отправляясь ночью на дело станет лишать себя своего главного оружия? Ведь закрывшись он не сможет использовать заклинания. Зачем терять драгоценные секунды на переход в боевое состояние? От кого прятаться?

Риск нарваться на одарённого коллегу был минимален, однако, у Немченко и на этот случай имелась подстраховка, изготовленный им самим второуровневый амулет теневой защиты, способный дезактивировать шесть гитов любого атакующего заклинания, а от удара светом прикроет вдвойне.

Конечно, Андрею было жаль, что магия не подчинялась даже простым арифметическим законам. Нельзя увешаться пятью второуровневыми защитными амулетами по шесть гитов энергии в каждом и прикрыться ими от удара заклинанием десятого ранга. Будь у человека при себе хоть сотня артефактов, дезактивируют они только то количество атакующей энергии, какое влито в самый мощный из них. Остальные амулеты одновременно не сработают.

Собственно, именно из-за такой особенности магии простолюдины, даже очень богатые, способные увешаться множеством кристаллов с заклинаниями, не могли успешно противостоять одарённым.

Парочка злоумышленников торопилась отрезать путь возможного бегства своих жертв, поэтому хоть и старалась не производить шума, двигалась ускоренным шагом, почти бегом.

Оказавшегося перед ними Андрея они заметили в последний момент. Перед тем, как покинуть план Тени, землянин подготовился к мгновенным действиям и оказавшись в реальности свистнувшим в воздухе клинком снёс голову злоумышленнику, державшему меч в руке. Голова, словно оброненный мячик, покатилась подпрыгивая на траве.

— Ты ..., — только и успел вымолвить другой мужчина.

Немченко нанёс точный укол в шею, и тело второго, ненадолго замерев на ногах, рухнуло на землю. Напарник обезглавленного даже не держал оружия. Вместо клинка он готовился действовать верёвкой, моток которой нёс подмышкой. Теперь планам обоих пришёл конец вместе с завершением их жизней.

Чуть больше луны занятий с мастером меча, казалось бы, недостаточно для успешного овладения боевыми умениями, но Немченко чувствовал себя уверенным в своих силах. Во-первых, обучал его наставник Порспер, во-вторых, на тренировках он выкладывался полностью, ну, а в третьих, начинал он не с нуля, всё же годы фехтования дали телу Вита кое-какие навыки, перешедшие к землянину по наследству.

Если до тренировок у мастера меча Андрей мог побеждать рядовых дружинников, то сейчас и среди офицеров найдётся мало таких, кто сможет сражаться с ним на равных.

Сумрачный путь ещё не откатился для повторного применения, и землянин пришлось поспешить к входу в особняк без использования магии. И возможность использования боевых заклинаний он оставил на самый крайний случай. Сегодняшнее происшествие наверняка получит огласку. Узнают о нём и одарённые — нападение на дом, в котором живёт маленькая ола, привлечёт внимание палаты. А раскрывать свою стихию осторожный попаданец пока не спешил.

Врезные замки Андрею в новом мире уже приходилось видеть, только ставили их в ящиках, сундуках ларцах. Двери запирались либо наружными навесными, либо изнутри засовами.

Когда землянин одним глазом выглянул из-за угла, то увидел, что один из троих неизвестных мужчин орудует коловоротом, проделывая отверстия в двери, чтобы добраться до задвижки.

Шум визитёры старались не производить, при этом заметно проявляли нетерпение. Порядок патрулирования стражи они, без сомнений, изучили и знали, что в запасе имеют не больше полутора часов времени.

В отличие от злоумышленников, Андрей поднятия тревоги не опасался. Он резко стартанул к крыльцу.

— Тарвер, сзади! — крикнул заметивший нежданного противника невысокий мужчина.

Его предупреждение запоздало. Никаких угрызений совести насчёт подлых ударов в спину землянин не исрытывал. Самый крупный из ночных визитёров повернулся ещё только вполоборота, как острие клинка попаданца пронзило его под левую лопатку, достав до сердца.

Дальше землянина ожидал неприятный сюрприз. Едва он выдернул из заваливающегося тела врага меч, как увидел, что большей частью прикрытый до этого от взгляда невысокий гость вооружён арбалетом.

Поняв, что метательное оружие наверняка заряжено, землянин резко ушёл вбок к стене дома, стараясь заслониться корпусом растерявшегося и опустившего коловорот взломщика двери.

— Вот тварь! — тихо вскрикнул арбалетчик, увидев маневр противника.

Совершить выстрел невысокий не смог, зато владелец столярного инструмента сообразил не менять коловорот на закреплённый за спиной меч, а обрушил его на попаданца.

Тот успел убрать голову, но на левое плечо принял чувствительный удар.

— Отор! Сарина! Лита! — во весь голос закричал Немченко, — Прижмите чем-нибудь входную дверь!

Попаданец поднял переполох вовсе не из одного только желания предупредить жильцов особняка Йоттеров о грозящей им опасности. Крик наверняка посеял сумятицу в мыслях злоумышленников от понимания ими, что их задача уже провалена, вне зависимости от того, удастся ли им справиться со свалившимся на них как снег на голову неприятелем.

Землянин сместился в другую от стены сторону, чтобы оставить между собой и арбалетчиком взломщика, повторно поднявшего над собой увесистый столярный инструмент.

— Заткнись, урод! — прошипел мужчина и попытался более удачно попасть по землянину.

— Не дождёшься, — ответил Андрей.

Он, на этот раз более удачно, уклонился от прилетевшего сверху коловорота и по державшей его кисти рубанул лезвием меча.

Позабыв про всякую конспирацию, бедолага заорал от боли, с ужасом глядя, как инструмент взлома летит на ступеньку крыльца вместе с частью его руки.

В этот момент оправившийся от растерянности стрелок успел сменить позицию и спустить курок.

Вовремя заметив угрозу, попаданец подскочил к завывашему взломщику и отделался лишь глубокой царапиной чуть выше локтя левой руки.

— Держи друга! — Андрей толкнул орущего мужчину на арбалетчика.

Последний из незваных гостей, оставшийся ещё боеспособным, на рефлексах схватил за плечи завалившегося на него подельника, но тут же его отбросил. Следом полетел на землю и самострел.

— Откуда ты взялся, сволочь? — всхлипнул он с яростью, выхватывая короткий, похожий на древнеримский гладиус меч.

— Там меня уже нет, — ответил Андрей, смещаясь к воротам, чтобы отрезать противнику путь отступления.

Злоумышленник бросил взгляд на катающегося с воем по земле товарища и посмотрел на угол особняка.

— Чего тебе надо? — спросил он.

Мужчина явно попытался тянуть время, хотя, казалось бы, должен был наоборот поспешить. Немченко верно оценил его действия.

— Можешь не ждать тех двоих, — усмехнулся землянин, — они уже в королевстве забвения. Тебя ждут.

— Сначала встретятся с тобой!

Соперник сделал неожиданный выпад с разворотом. На одном из занятий наставник Порспер таким же финтом сильно ударил по кулаку Андрея, выбив меч. Так что, внезапность и хитрость приёма визитёру не помогли. Его противник отклонился влево, затем сделал полшага вперёд и нанизал последнего из непрошенных гостей на клинок, словно бабочку на булавку. Уложил сразу намертво.

— Чёрт, надо было хоть кого-то оставить в живых, — разозлился на себя Немченко, заметив, что завывание у крыльца прекратилось.

Разорвать клапан на поясе брюк, извлечь оттуда лекарский амулет и подскочить к лишившемуся кисти руки оказалось делом пары секунд. Только тот противник уже был мёртв, видимо, сердечко не выдержало шока, низкий болевой порог у мужика оказался. Или просто кровью истёк. Точный ответ мог бы дать паталогоанатом, но в Гертале такие специалисты отсутствовали.

Нет худа без добра. Исцеление пригодилось для полученной землянином лёгкой раны.

— Кто здесь?! — грозно прорычал выскочивший на крыльцо Отор Гавел, державший в руках тяжеленный колун для заготовки дров.

Хозяйка особняка тоже приготовилась на битву с врагами. Она тряслась от страха за спиной слуги, но сдаваться явно не собиралась. Правда, в качестве оружия почему-то выбрала короткую плётку, которой наказывала свою рабыню. На кухне ножа не нашла или не сообразила? В темноте входа маячили фигуры служанок.

— Свои, Отор, — опускавшийся на четвереньки перед телом злоумышленника Андрей поднялся, — А вы чего выскочили, да ещё в таком виде?

Он имел в виду почтенную Сарину Йоттер, чьё ночное платье едва доходило до середины бёдер.

— Ох, — спохватилась хозяйка особняка и отступила на шаг, прикрывшись косяком.

— Господин Анд? — уточнил слуга, хотя при свете луны перепутать с кем-либо соседа было бы трудно.

— Я самый, — подтвердил попаданец, — Вышел до нужника, смотрю, к вам гости. Но они уже не опасны. Раз уж не усидел, Отор, то беги за стражниками. Только не в околоток, а в "Пышку", они сейчас там, ну, или встретишь их по дороге.

— Анд! Дорогой! Ты наш спаситель! — кинулась Сарина на шею соседа, сбежав по ступенькам, — Это наверняка мой бывший устроил.

Она расплакалась, и в её слезах Немченко почувствовал и облегчение от исчезновения опасности, и лукавое использование шанса очередной попытки соблазнения молодого ола. Последнему явно шёл на пользу её бесстыдный наряд.

Только в теле юноши поселился взрослый мужчина, которого не проведут даже более серьёзные уловки.

— Ты говорила, он у тебя в плавании сейчас. Впрочем, пусть стража с этим разбирается. А ты оденься и посмотри на своих гостей, может, узнаешь кого.

О том, что вид трупов как-то плохо подействует на двадцатитрёхлетнюю женщину, Немченко даже не стал предполагать. Он знал, что в мире Герталы даже совсем юные девушки не отстают от других людей, посещая публичные экзекуции, пытки и казни. Да и сама Сарина, если вспомнить плач и крики боли её рабыни, милосердием не отличается.

Никого из злоумышленников почтенная Йоттер не признала, хотя при свете амулета осмотрела всех внимательно, не погнушавшись взять в руки и поднести к лицу отрубленную голову.

Стражники появились вскоре. Отор действительно застал их на маршруте, они возвращались в околоток.

— Вы не стали совсем пользоваться магией? — уточнил пожилой десятник, когда слуга вытащил трупы за ограду.

— Пользовался, но не боевой. Ускоренно перемещался.

Имея отца воздушника и дядю, адепта смерти, Виту достоверно было известно, что эти стихии дают возможности почти мгновенных преодолеваний пространства, так что, своим ответом Андрей сохранил свою Тень в тайне.

— Да, ловко вы их, — сказал второй стражник, закончив обыскивать трупы, — Мы отдадим деньги и амулеты нашему лейтенанту, как и негатор, — по-своему расценив взгляд молодого мага, брошенный на кучку трофеев, — А он доложит обо всём в мэрию и палату.

— Сейчас пришлём рабов, они доставят тела к околотку, — добавил десятник, — Дознавателям тут, думаю, делать нечего. Всё и так ясно. Муженёк бывший постарался. Нанял каких-то иноземцев.

Попаданец предложенную версию считал слишком очевидной, а потому невероятной. Ну, не дурак же Йотт Йоттер устраивать похищение ребёнка, когда все подумают на него.

Спорить конечно же не стал. Ему хотелось спать, а тут ещё Сарина принялась убеждать, что не уснёт без охраны героического соседа.

— Не наговаривай на себя, почтенная, — отказался понимать намёк землянин, — Я ведь лично видел, как ты собиралась повергнуть в прах негодяев плёткой и соблазнительным видом. Такая храбрая девушка не испугается и кровати.

Андрей улыбнулся сам своей шутке — больше никому она не показалась смешной — и отправился домой, где запертый Барбос жалобным тявканьем высказал обиду, что ему не дали возможности себя проявить в бою.

Встал попаданец немного позже обычного, размялся, покормил друга и направился в таверну завтракать и мыться.

В "Пышке" он засиделся, подслушивая разговоры о произошедших ночью событиях. Нагабин иногда напоминал деревню, слухи здесь разносились как пожар в сухой тайге.

— Простите, господин Анд, — подсел к попаданцу отставной лейтенант, хозяин заведения, — А почтенная Йоттер, случайно, не с вами по соседству живёт?

— Со мной, — не стал скрывать Немченко, — только, извини, рассказывать пока ничего не стану. Натопили?

— Да, всё готово. Я об этом и пришёл доложить. Сегодня Зелия, та, рыженькая, вам спинку потрёт. Рона ночью работала. Но если хотите, разбужу.

— Не надо.

Попить после бани смородинового чая у вселенца не вышло. В столовом зале возле барной стойки его дожидался Тимг.

— Привет, Анд, — поздоровался он и, посмотрев на появившуюся с приятелем рыжеволосую Зелию, прицокнул языком, — Ого, а здесь и в самом деле имеются неплохие экземпляры.

— Ты же хвастался, что купил себе двух красоток, — усмехнулся Андрей, — Привет, — он пожал плечо ол Эсму, — Как здесь оказался? У меня-то выходной, а ты сейчас работать должен.

— А что я по-твоему делаю? — Тимг жестом пригласил пойти за ним на улицу, — Я работаю. Кермия послала разобраться с тем, что у тебя по соседству произошло.

— Тебя? С каких пор ты стал дознавателем?

Увидев сразу двух вышедших из таверны магов, трое напыщенных, богато одетых парней-простолюдинов мигом сдулись и резво освободили дорогу.

— Сам подумай, Анд. Я ведь тебе открыл свою стихию.

— Великий маг, точно, — удивился Андрей своей недогадливости, — Хочешь трупы допросить?

— Один. С моей ступенью я больше за раз не смогу, а через сутки уже и десятый уровень не поможет. Я вот подумал, что тебе тоже будет интересно, и зашёл. Знаю, где тебя найти.

— Конечно интересно, — подтвердил землянин, — А что, версия стражи про Йотта Йоттена наших главных не устраивает?

— Скажем так, не совсем. Вполне возможно, что отчим Мии как-то посодействовал информацией, только вряд ли он старался для себя.

В мире Герталы случаи похищения одарённых детей у простолюдинов были нередкими. Конечно же, речь об обращении в рабство маленьких олов или ол не шла. Их принимали в семьи богатые, владетельные маги и воспитывали как своих детей, усиливая тем самым могущество рода. Такие действия всё же считались противозаконными, но кто защитит права обычных людей перед могущественными магами, если усыновители находятся за пределами королевства?

Руководство палаты было уверено, что за попыткой выкрасть Мию стоят какие-либо иноземные маги. Кермия ол Ворм махнула бы на это происшествие рукой, тем более, что никаких действий в отношении заказчиков предпринимать всё равно бы не стали, но у злоумышленников обнаружился негатор, артефакт четвёртого уровня, и оставить без внимания этот факт городская палата магов не могла.

— Ты куда, Тимг? — попаданец придержал за локоть намеревавшегося раньше времени свернуть в проулок приятеля.

— В околоток, говорю же.

— Трупы к префектуре ночью уволокли, — просветил сослуживца Немченко.

Своих ночных противников, точнее, их трупы он увидел на площади подвешенными за рёбра на крюки с металлическими цепями, спускавшимися с выполненной в виде большого тележного колеса виселицы.

— Раздели, — разочарованно выдохнул ол Эсм при виде голых посиневших тел.

— Тебе это разве как-то помешает? — спросил Андрей.

— Конечно. Как теперь понять, кто из них был главный? Слушай, а может ты помнишь, кто выглядел богаче?

Попаданец немного задумался и решил, что руководил злоумышленниками тот, кого арбалетчик на крыльце особняка назвал Тарвером, когда предупреждал о появившейся сзади угрозе.

— Кажется, помню. Только вот его ещё надо будет узнать среди этих синюшных туш.

Возле виселицы топтался недовольный стражник. Увидев магов, он подобрался и отошёл в сторону.

— Ну? — поторопил сослуживца Тимг.

— Вот этот, — уверенно показал рукой на одно из тел Андрей.

— Беги к префекту, — распорядился ол Эсм караульному, — Скажи, чтобы прислал рабов за трупом. И пусть мне предоставит в подземелье комнату для дознания. Выполняй.

Глава 18

Виту доводилось присутствовать при оживлении и допросе трупа, всё же старший брат Нии ол Шерриг, являлся адептом смерти.

Однажды дядя Фанис ол Турай сгоряча приказал сжечь пойманную семью крепостных прямо в шалаше, где молодые муж с женой и их сын скрывались, надеясь пересидеть активный период поисков.

Когда распоряжение мага смерти было выполнено, и он вместе с супругой, наследницей и племянником удовлетворились воплями несчастных, пришло понимание, что у беглецов могли быть помощники среди односельчан и сообщники в Хатине, административном центре провинции.

Порядки, царившие на Гертале, иногда напоминали те, что были приняты в средневековой Европе. Любой сбежавший крепостной или серв — рабов и осуждённых каторжан это не касалось — который прожил в городе не менее года и хотя бы раз заплатил подушную полугодовую подать в казну мэрии, становился свободным подданным королевства.

Скрыться от людей владетеля, не имея помощников в городе, было очень трудно, почти невозможно, как не вышло это у родителей Цории и её младшей сестры, схваченных слугами их господина всего за треть луны до истечения срока пребывния. Не повезло.

Будущая наёмная служанка попаданца тогда успела вылезти через окно общественной прачечной, где она вместе с семьёй жила и работала, прибившись в четырнадцатилетнем возрасте к шайке Отца.

Дядюшка Фанис имел пятую, максимальную для своего ранга, ступень магии, и допрос сожжёного крепостного занял у него чуть больше часа. Сколько времени на беседу с трупом главаря злоумышленников потратит Тимг, землянину было пока не ясно.

— Мне чудится, ты не испытываешь восторга от предстоящего действа, — ол Эсм ободряюще хлопнул попаданца по спине, когда они, сопровождая двух носильщиков с телом главаря, спустились в подземелье, — Не бойся, мертвяки гораздо безобидней живых.

— Да я и не боюсь, — честно ответил Немченко, — Но приятного, подозреваю, будет мало.

Тюрьма префектуры представляла собой короткий коридор с десятком зарешёченных дубовыми кольями от потолка до пола камерами, комнатой надзирателей и допросной за обитыми железом дверями.

Здесь обычно содержали мелких нарушителей — пьяных дебоширов, драчунов или недоимщиков, пока за них родственники не заплатят штраф или не погасят долги. Преступников посерьёзней отправляли в казематы мэрии и королевского прево.

Из десяти камер занятыми оказались всего две. К огромному облегчению обоих тюремщиков и пожилой дежурной дознавательницы с её помощником-костоломом, мрачного вида сутулого мужчины, маг Тимг распорядился уложить принесённый труп в одну из пустующих камер в конце коридора.

— Оставим допросную для твоих клиентов, почтенная Уназия, — сказал ол Эсм дознавательнице, — Моему всё равно, где отвечать на вопросы.

— Нам алкашей этих пока вывести на верх? — предложил один из тюремщиков, стукнув ладонью по решётке занятой людьми камеры.

— Зачем? Они мне не мешают, — мотнул головой Тимг, — И сами можете присутствовать.

Приятель, как заметил Андрей, не был лишён тщеславия, а сведения, которые он хотел получить от убитого главаря какого-то большого секрета не представляли. Точнее, они не касались простолюдинов. Это была проблема магов.

При нападении на особняк Йоттеров использовался негатор четвёртого уровня, а неодарённые, при всём своём желании, не могли пользоваться артефактами выше второго, и даже олам подчинялись в активации амулеты лишь на один ранг больше освоенной магом ступени. Кроме того, даже без применения по назначению срок работы заряженных изделий был ограничен.

Отсюда следовал простой вывод, раз убитые злоумышленники простолюдины, значит, кто-то из одарённых им помогал с активацией амулета, и, при этом, находился неподалёку, уж точно в Нагабине. Ступень этого сообщника нападавших была не меньше третьей.

Рабы положили тело на каменный пол камеры и ушли. Наблюдать за работой Тимга остался только Анд, остальные предложение ол Эсма поприсутствовать отклонили, и землянин их понимал, приятного тут ожидалось мало.

— Хорошо, что главным не оказался обезглавленный, — подумал вслух попаданец, — Или и с ним у тебя всё могло получиться?

— Если бы недотёпы префекта голову не выкинули, то без проблем, — Тимг обошёл кругом уложенный на спину труп, — В течение суток любой мертвяк — источник информации. На будущее, если не хочешь, чтобы убитый тобой не откровенничал, спрячь его башку, ну, или хотя бы вырежи ему язык и выкинь подальше. Писать мервяки, к сожалению, не могут. Так, Анд, я начинаю. Пожалуйста, пока мне не мешай.

Несмотря на молодость, ол Эсм оказался не только умелым адептом смерти, но и хорошим дознавателем. Вопросы задавал чётко и формулировал их так, что не они предполагали двойного толкования.

Не прошло и получаса, как дёргавшийся временами труп безжизненным хриплым голосом выдал интересовавшие Тимга сведения в той части, в которой сам обладал при жизни.

К сожалению ол Эсма имени мага, обеспечивавшего нападение на особняк, главарь не знал, но описал его достаточно подробно. Со слов мертвяка, этот одарённый не просто помогал, а выступал от имени заказчика похищения Мии. Все похитители прибыли в Нагабин издалека, они являлись подданными Миллета, королевства, граничевшего с Далиором на западе.

— Я закончил, — сказал тюремщикам и дознавательнице Тимг, первым выходя из камеры, — Можете возращать труп на крюк, — он с недовольством посмотрел на коптящие вдоль стен факелы и, когда с Андом вдвоём начали подниматься по лестнице, высказался: — Считаешь, у префекта нет денег на магические светильники или хотя бы на масляные фонари? Ворует гад.

— Я ничего не считаю, — Андрею в самом деле было наплевать на моральный облик и репутацию районного начальника, — Ворует или экономит, какая нам с тобой разница. А ты молодец, Тимг, — без всякой надуманной лести похвалил землянин приятеля, — Теперь по описанию очень легко можно будет опознать, кто из приезжих магов является соучастником этой пятёрки.

Ол Эсм, не соглашаясь, поморщился и взмахнул рукой.

— С чего ты так решил? Многие из прибывших в Нагатин одарённых, по тем или иным причинам, как и ты прежде, не раскрываются. Придётся искать и среди огромного количества простолюдинов. А это, сам знаешь, почти невозможно. Но Кермия конечно постарается. Палата это дело просто так не оставит.

С крыльца здания районной управы внимание попаданца привлекла разъярившаяся молочница, у которой какой-то неуклюжий селянин выбил из рук полный большой кувшин.

Ругань тётки и её попытки достать кулаками согнувшегося мужика вызвала перетекание зевак от виселицы к белой луже, где разворачивалось новое развлечение.

Засмотревшись, Андрей запнулся и, чтобы не упасть, сделал два быстрых шага вперёд. Эта его неуклюжесть привела к тому, что он вместо Тимга принял на себя удар ледяным копьём. Брат Вита Лорис являлся адептом воды, потому заклинание, под атаку которого попал землянин, было ему знакомым.

Амулет теневой защиты второго уровня с шестью гитами энергии тут же опустел, а заодно и сразу девять единиц из ауры попаданца ушли на аннигилирование силы удара.

Нападающий использовал заклинание пятого уровня и явно не предполагал, что оно встретит не только защитный артефакт, но и самую большую из возможных ауру.

Своего противника Немченко не сразу различил в толпе людей на площади. Прошло три-четыре секунды, прежде чем информация от допрошенного мертвяка и напряжённо-удивлённый взгляд гладко выбритого, лет сорока пяти, мужчины в одежде купца среднего достатка помогли землянину понять, откуда исходит угроза.

— Ах, ты, сука, — по-русски буркнул Андрей и направил во врага сгусток тени.

Одарённые при конструировании заклинаний не использовали никаких жестов или пассов руками. Тем не менее, ледяное копьё, разбившееся о грудь вышедшего из здания молодого парня, было замечено многими и вызвало большой переполох.

Атака землянина прошла незамеченной и, к сожалению, оказалась тоже безрезультатной. Артефакт или аура псевдо-купца отработали в отражении удара успешно.

— Ты его видишь?! — крикнул сзади Тимг, — Покажи! Анд!

Объяснять на словах было некогда, попаданец вынул меч и бросился к стоявшему в двадцати метрах у овощного прилавка врагу.

— Купец! — только и выкрикнул попаданец, как вновь полутораметровый ледяной лом разлетелся на крупные осколки при касании его груди, — Скотина.

Второй удар пятиуровневым заклинанием мог нанести только маг наивысшего десятого ранга, либо не ниже четвёртого, если имел при себе соответствующие боевые амулеты. Немченко не сомневался, что верным является второе.

У противника на лице читалась явная растерянность. Безуспешность сразу двух мощных атак для него оказалась полной неожиданностью, однако сдаваться он не собирался.

Андрей не пробежал до врага и половины расстояния, как в лицо ему прилетело плотное облако влаги. Оно оказалось безвредным в отношении ущерба организма попаданца, при этом на короткое время его дезориентировало.

Едва успев смахнуть воду с лица, землянин увидел и почувствовал точное попадание брошенного кинжала в область сердца. К счастью, метательное оружие встретилось с телом землянина плашмя.

— Рей, в сторону! — раздался крик ол Эсма.

Андрей послушно отскочил и тут же увидел, как лицо псевдо-купца, до которого оставалось уже меньше десятка шагов, начало очень быстро покрываться трупными пятнами, а нос, губы и уши гнить.

Последствия этой атаки стихией смерти враг ещё успел исцелить амулетом, а вот откатившееся к тому времени заклинанание сгусток тени, повторно применённое Немченко, поставило в жизни приезжего мага точку, он опрокинулся на прилавок с овощами, но веса его моментально иссохшего тела не хватило, чтобы опрокинуть товары на землю.

Что такое сражение между одарёнными, обитатели Герталы знали не хуже, чем зрители канала ТНТ о битве экстрасенсов. Площадь перед префектурой стремительно опустела по центру. Народ жался к краям, и даже стражники у входа в районную управу предпочли скрыться внутри здания. Приказа помогать представителям палаты им никто не отдавал, а своя жизнь дороже.

— Кажется, я это где-то уже видел, — подошедший к землянину сослуживец склонился над мумией, — Тень?

— Тимг, я бы ...

— Анд, я никому не скажу, — он вдруг применил к убитому вновь что-то из стихии смерти и иссохшее тело приезжего мага принялось гнить, на этот раз без препятствий со стороны лечебного амулета, — Вот так будет лучше, — удовлетворённо кивнул приятель, — Раз уж ты не хочешь раскрывать своё направление магии, то и не надо. А, кстати, почему? Стесняешься? Зря. Я вот тоже не стихийник, но, как видишь, тоже бываю полезен, — он неожиданно раскрыл объятия и обхватил попаданца, — Никогда не забуду, как ты бросился меня прикрыть. Ты спас мне жизнь. Спасибо!

Подумав, Андрей решил не признаваться в том, что просто запнулся.

— Ерунда, Тимг. На моём месте ты бы поступил также.

— Честно? Не знаю, Анд, — ол Эсм опустил руки и сделал шаг назад, посмотрев внимательно землянину в лицо, — Даже имейся при мне такой мощный защитный амулет как у тебя, решился бы ли я? Удивительно ещё, как ты так быстро опознал того, про кого нам мертвяк рассказал.

— Внимательность и везение, — попаданец развёл руки, — И ещё я ожидал, что этот маг не захочет, чтобы описание его внешности узнали в палате.

— А я вот не догадался, — самокритично признался сослуживец, — Зато я понимаю, что вряд ли при тебе имелась пара высокоуровневых артефактов. Выдержать две мощные атаки и найти энергию для собственного удара — какой же у тебя ранг, ол Рей? Пятый? Шестой? Точно, не ниже. Анд, правда, я никому не скажу, ни про твою стихию, ни про твой ранг. Я действительно считаю себя должником. Можешь всегда на меня рассчитывать.

Ситуация выглядела немного забавной. Попаданец не смотрел под ноги и обзавёлся приятелем, обязанным жизнью.

Тимг громко позвал стражников. Резерв адепта смерти сейчас показывал дно, но поздно вечером или, скорее всего, завтра утром он опять допросит очередной труп.

Испуг горожан ещё не успел пройти, и площадь не наполнилась народом, а перед Андом ол Реем неожиданно возникла его наёмная служанка.

— Господин, как хорошо, что с вами всё в порядке! — воскликнула она, смотря на хозяина повлажневшими глазами.

С некоторым удивлением Немченко заметил, что бывшая воровка в самом деле переживает за него, нижняя губа подрагивает, а голосок осип.

— Ты чего здесь делаешь? — спросил он, беря её под локоть и разворачивая спиной к заинтересованно-насмешливому взгляду ол Эсма, — Дома уже делать нечего?

— Мне Лита помогла убраться и рассказала о том, что произошло ночью, — Цория Окай посмотрела на хозяина снизу вверх, — Вы настоящий герой! Но одному против пятерых вояк — это же очень неосторожно. У нас батат закончился. Я пришла сюда купить. И свежей зелени. Вы ведь деньги мне оставили. Вижу, как опять на вас ...

— Не опять, а снова, — оборвал её взволнованную речь Андрей, — Купила? Вижу, что нет. Иди и делай, за чем пришла. Назад домой вместе пойдём.

Оценив фигурку Цории высоко, сослуживец предложил на пару-тройку дней поменяться служанками. Немченко не совсем понял, в шутку ли тот говорил или нет, но отказался на полном серьёзе. Относиться к людям, даже зависимым, как к вещам он не собирался.

— Тебя в палате ждут, а ты ещё префекта повидать хотел, — напомнил землянин, — У меня же выходной, пойду отдыхать. Насыщенный денёк получился.

— И он ещё не закончился, — рассмеялся Тимг.

— Не накликай, мне уже хватит.

Когда Андрей увидел, как Цория изогнувшись тащит наполненную большую корзину, то едва сдержался, чтобы не предложить помощь. Успел сообразить, что его никто не поймёт. Пришлось дорогой терпеть, слушая пыхтение служанки.

В качестве моральной компенсации землянин ей рассказал о происшедших событиях и допросе трупа.

Не дойдя до своего участка Андрей получил приглашение в гости от Сарины и Мии Йоттеров, поджидавших его у ворот. Видимо, высылали свою рабыню в качестве дозорной, та и предупредила о возвращении спасителя.

Отказываться было неудобно. Ожидались все соседи, включая и живущих в особняках напротив. Дружный коллектив. Только где все эти товарищи находились прошедшей ночью? Почему не поспешили на помощь? Один лишь Тит Нигиний появился, и то после ухода стражников.

— С Барбосиком приходите, — уточнила маленькая ола, — Я знаю, он тоже меня защитить от злых дядек хотел. Ему забор помешал. Так ведь?

— Не сомневайся, Мия, — подтвердил землянин.

Его планы на сегодня посетить храм Великого мага накрылись медным тазом, но Андрей не пожалел. Во-первых, он с интересом пообщался с соседями — состоятельными горожанами, а, во-вторых, чувственная благодарность спасённой Сарины, которую он под воздействием отличного вина всё же согласился принять, оказалась очень приятной.

К тому же, новое молодое тело не подкачало преждевременными удовольствиями, так что, и повода испытывать смущение не появилось.

Постельные развлечения с почтенной Йоттер — не причина отменять тренировку мечного боя. И час фехтовальных упражнений, и последовавшее затем посещение сумрачного плана, чтобы сказать своей стихии очередное спасибо, всё прошло как обычно.

На следующий день в городскую палату магов Немченко пришёл чуть пораньше и в фойе встретил старшего инспектора Рима ол Райма, только что закончившего распекать лейтенанта наёмников и сильно ударившего тростью по бедру седую служанку, едва не расплескавшую ему под ноги грязную воду из деревянной лохани.

— Анд, ты рано, — улыбнулся он вступившему на ещё влажный пол попаданцу, — Наслышан о твоих делах, — ол Райм дождался младшего секретаря и дружески пожал ему плечо, — и выходной с пользой для нас провёл, и на службу раньше пришёл. Молодец.

— Так получается, — скромно улыбнулся Андрей.

Они дошли до подножия парадной лестницы и остановились.

Старший инспектор достал из кармана камзола маленькую деревянную коробку, открыл её, продемонстрировал лежавший в ней агат, обработанный в виде неправильного куба и протянул землянину.

— Твоя первая работа от палаты, — пояснил он, — Накопитель на пятнадцать гитов. Запиши в книге на себя. Как наполнишь, вернёшь трактирщику Хайлеру. Получишь от него десять оборов, два с половиной отдашь нашему казначею. Четыре дня тебе хватит?

Немченко мог сказать, что ему достаточно и четырёх часов. С его-то резервом в тридцатку не проблема зарядить накопитель за короткое время. Но это означало выдать себя как мага редчайшего десятого ранга.

Даже сильные одарённые пятого или шестого уровня потратили бы на восстановление такого накопителя не меньше двух дней, всё же олы редко позволяют себе опустошать свои резервы более чем наполовину.

— Надеюсь, что хватит. Если новые негодяи не захотят нарушить мой покой. Тимг вчера допросил труп того мага?

— Да, — кивнул Рим нахмурившись, — Придётся писать в королевскую канцелярию. Не думаю, что наш правитель отправит гневное послание своему венценосному собрату в Миллет. Нам сейчас не до ссоры с западным соседом, когда вот-вот столкнёмся с северным. Ты слышал, что вчера последние два нииторских корабля покинули наш порт?

— Нет, — мотнул головой Андрей.

— Ушли, даже не загрузившись товарами. Плохой знак. Ладно, пойдём работать.

Шестидесятилетний, но крепкий Рим ол Райм постукивая тростью принялся подниматься по лестнице.

Глава 19

— Получается, ты зря старался, Тимг? — Андрей посмотрел на усердно скрипевших перьями писцов и откинулся на спинку неудобного стула, — В королевской канцелярии наш донос засунут в ворох бумаг и забудут.

Старший секретарь палаты магов, сидевший на столе отсутствующей сегодня Одиссы, почесал себе правый висок, куда его утром ужалил слепень, и встал.

— Да, сейчас там правда не до таких мелочей, как неудавшаяся попытка похищения четырёхлетней магини, — Тимг ол Эсм вернулся за свой стол, — Зато Йотта Йоттена разоблачили. Отчим же намеренно сообщил информацию о Мии и сигнальных амулетах особняка. Деньги за это получил. Так что, как вернётся из плавания, добро пожаловать в узилище. Дознаватели мэрии работать умеют. А ты говоришь, я зря старался. Лучше скажи, пойдёшь после работы со мной в загул? Всё равно ведь завтра общий выходной, выспимся.

— Завтра бал, это я слышал. Про то, что все будут отдыхать, не знаю. Кто тебе сказал?

— Вы чего уши развесили, олухи? — прикрикнул Тимг на рабов, — Госпожи ол Гран нет, так, думаете, можно расслабиться? Я не хуже неё могу вам седалища отбить. Извини, Анд, — вновь повернул он голову к приятелю, — я каждый раз забываю, что ты к нам из жуткой глухомани приехал. Так вот. В день вступления нового королевского прево в должность не только назначается бал, а ещё и выходной. Это и так всем понятно, потому и не объявили. Ты думаешь, Оди просто так на сегодня взяла отгул? Наивный. Наверняка у лучшего в Нагабине куафера сейчас свои кудри навивает, и целит, я тебя уверяю, не на кого-нибудь, а на самого прево.

— Так уж и на самого? — усмехнулся землянин.

— А что здесь такого? Говорят, Зеер ол Манел молод, ему всего двадцать восемь, богат, наследник рода, а то, что нашей Одиссы на восемь лет старше, ерунда. Нас с тобой она игнорирует, считает, с её пятым рангом водницы, пышной фигуркой и приятным личиком она достойна большего. Главное же, Зеер холост. Завтра увидишь всех молодых магинь разодетых на все их деньги. Оди предстоит выдержать тяжёлое сражение с соперницами. Ты чего, Анд? Что-то случилось?

Конечно случилось. За полторы луны землянин стал уже как-то забывать о грозящем ему преследовании кровников. Он в Нагабине, они в Хатинской провинции, транспорта в виде автобусов, поездов и самолётов тут нет, чтобы разъезжать из одной части королевства в другую по поводу и без, потому вероятность своей встречи с врагами единственного выжившего из ол Шерригов Немченко считал близкой к нулю.

В портовом городе Андрей прижился, начал усиливать возможности, наладил быт, и тут вдруг такая новость. И чего, спрашивается, наследнику Манелов в замке не сиделось?

Служба в палате магов и открывшиеся возможности заработка на зарядке накопителей или амулетов вскоре позволят землянину легализовать своё богатство, прихваченное из замка. Немченко уже начинал задумываться о покупке особняка в Золотом районе, устроиться жить в по-настоящему охраняемом престижном квартале, иметь свою баню, больше не посещая каждое утро кабацкую мыльню и не ополаскиваться на кухне в тазике. Теперь о реализации этого намерения придётся ещё крепко подумать.

Зеер ол Манел ни разу не видел Вита. Вообще, из всего семейства кровников младшего ол Шеррига видел только Динобий, и то всего дважды, когда доставшемуся попаданцу тело исполнилось семь и тринадцать лет. За четыре с лишним года Вит изменился и признать его теперь не так просто. Но возможно.

Новый королевский прево прибыл с большой свитой. Не исключено, что среди его сопровождающих есть те, кто нацелен на поиски выжившего сына Редина и Нии.

Кровная месть касалась только членов семей убийцы и жертвы, но это не запрещает многочисленным родственникам ол Манелов активно помогать в розыске беглеца.

— Ничего не случилось, Тимг, — взял себя в руки Андрей, — Я вдруг вспомнил, что у меня нет подходящей одежды для бала в резиденции прево. Не пойду же я так? — он оттянул лацканы своего лёгкого камзола, — Там ведь будут присутствовать почти все маги города, и мне не хочется прослыть самым бедным из нас.

Попаданец уже взвесил все за и против своего участия в традиционном светском мероприятии. Да, был риск, что в Нагабине вместе с Зеером появился кто-то из природнившихся к Манелам олов, знавший Вита, но, во-первых, вряд ли будут ожидать появление разыскиваемого прямо у себя под носом, во-вторых, Андрей собирался сегодня же узнать имена свитских магов нового прево и покопаться в памяти Вита, знал ли тот кого-нибудь из них, ну, и в-третьих, отсутствие молодого мага палаты на важном и престижном мероприятии вызовет слишком много вопросов и кривотолков.

— Нашёл, о чём переживать, — ободряюще подмигнул ол Эсм, — Могу поделиться каким-нибудь своим нарядом или ссудить тебе денег. Заработаешь, отдашь.

— Мне бы сотню оборов, — согласился с предложением приятеля Андрей, пока всё ещё играя роль небогатого дворянина, — Через луну отдам.

Магазины готовой одежды в этом мире предназначались для небогатой категории подданных королевства, и торговали в них, в основном, поношенным. Люди обеспеченные пользовались услугами портных.

Мастера пошива имели заранее заготовленные модели, которые требовалось лишь подогнать под фигуру заказчика. Тем не менее, в своё жильё Немченко вернулся уже когда начало темнеть и без покупок в руках.

— Ты чего ещё не ушла? — спросил он у служанки, ожидавшей его на дорожке к крыльцу, — И могли бы не разбегаться. Я ведь тебе не запрещаю встречаться ни с кем. Кто он?

На подходе Андрей видел, как Цория обжималась с каким-то парнем, быстро удалившимся при виде возвращающегося хозяина дома.

— Знакомый. Вы не думайте, он не из этих.

— Надеюсь, что из тех. Соскучился, Барбос? — погладил он собаку и дал указание служанке: — Завтра зайди сначала в "Серебряную нитку", забери мой новый наряд, а потом в "Обувь от Рората". Знаешь, где это? Принесёшь, и у тебя тоже выходной.

Никакого намерения держать Цорию в бесправном рабском положении у землянина не было. Она девушка взрослая, здоровая, и если ей хочется с кем-нибудь дружить, то, как говорится, на здоровье, раз уж хозяин намёки игнорирует. Конечно, чуть позже Андрей обязательно уточнит всё про личность её приятеля, но уже сейчас попаданец был уверен в преданности своей служанки.

У них действительно сложилось то, что в природе называется симбиозом, а среди людей взаимной выгодой. Он Цорию защищает, а та платит ему службой, да и характерами сошлись.

Вскоре, как он всё же приобретёт жильё побольше нынешнего, ему потребуются и другие помощники, а пока и бывшей воровки хватает для создания относительного комфорта.

Начало бала было намечено на пятый час после полудня. Колокола городских присутственных зданий ещё не пробили четырёх, а землянин, разряженный по последней моде, уже пришёл в уютный особняк Тимга ол Эсма.

Приятель встретил его тоже готовым к торжествам, и они вдвоём направились к своей сослуживице, та попросила её сопровождать и отказывать подруге в такой малой услуге приятели не стали.

Родители Вита приучали своё чадо к различным светским мероприятиям с четырнадцати лет. Не только в провинциальном Хатине, но и в столичном Далие младший сын Редия и Нии успел и потанцевать, и пообщаться, и дважды влюбиться. Так что, попаданец хорошо был осведомлён о том, какие развлечения его ждут.

Танцы здесь были простыми, двухтактными, шаг вперёд — шаг назад, оборот, и снова, шаг вперёд — шаг назад. Тут главное возможность прижимать партнёршу и не тушеваться в беседе.

— Мы немного рано, но это и к лучшему, — сказала Одисса, во дворе дома с помощью своего раба усаживаясь в паланкин, — Извините, что заставила вас ждать.

В средневековом магическом мире женщины мало чем отличались от земных в плане их долгих сборов на мероприятия. Поэтому, приятели восприняли слова подруги с пониманием, тем более, что их угостили хорошим вином, распитым в устланном коврами фойе.

Ола Гран сильно потратилась на покупку особняка, его мебилировку и прислугу. Влезла в долги к тётке и двоюродному брату. Денег на личные носилки ей не хватило, и на бал она заказала наёмные.

— Оди, ты прекрасна, — сделал комплимент Тимг, когда их компания направилась к резиденции прево.

Ол Рей и ол Эсм пошли пешком по обе стороны от портшеза.

— А вот Анд так не считает, — в шутку надув губки сказала Одисса, — Он на меня почти не смотрит.

— Так я и на солнце стараюсь не смотреть, — пояснил землянин, — Можно ведь ослепнуть. Какая мне разница из-за чего, от яркого света или твоей красоты? Зрение надо беречь.

Немченко не сильно лукавил. Магиня действительно сверкала кучей амулетов из драгоценных камней, включая кулон с огромным рубином, выданным ей для зарядки. Подвеска принадлежала какому-то очень богатому торговцу, но кто об этом из присутствующих на балу узнает? Простолюдины там будут представлены только мэром, его замами, префектами и главами гильдий, все с семьями. Обычные торгаши и ростовщики, сколь бы богатыми они ни являлись, в резиденцию прево могут попасть лишь просителями либо по приводу.

— Ох, Анд, — приложила руку к своей большой груди подруга, — За что тебя ценю, так это за умение всегда говорить правду. Не будь ты так молод, мал рангом магии и беден, я бы точно в тебя влюбилась.

С точки зрения обитателей Герталы пышные формы Одиссы выигрывали перед сухощавыми особами. Шутливо высказанное самомнение девушки имело все основания.

— Я постараюсь повзрослеть и разбогатеть, Оди, — пообещал попаданец, — может тогда у меня появится шанс. Хотя, если прево Зеер уже сегодня не выделит тебя среди остальных красавиц, значит, у него нет вкуса.

Здесь Андрей лукавил. Он уже собрал информацию о магах, которые прибыли с новым прево в составе его свиты, благо, никто тут хранить тайну, ни замком, ни языком, толком не умел.

Трое одарённых при Зеере, к счастью, Виту знакомы не были. В этом отношении попаданцу повезло. Зато Одиссе существовала помеха в виде Пании ол Верон, восемнадцатилетней сироты, давшей клятву верности семье Манелов на их родовом камне. Слухи назначили её в любовницы нагабинского королевского представителя. Так это или нет, судить было рано. Расстраивать сослуживицу заранее Немченко не хотел.

Подруга не захотела в обшарпанном наёмном паланкине, несомом жалкими мужиками в убогих одеждах, появляться перед парадной лестницей. Она вылезла из носилок у парковой ограды метрах в ста от подъезда, и дальше секретариат палаты магов пошёл, все трое, пешком, держась за руки, как детишки на прогулке.

Здание резиденции насчитывало всего два этажа, зато имело П-образную форму, с башенками на каждом углу, и являлось весьма внушительным. Оно предназначалось не только для проживания самого прево, но и для десятка провинциальных подразделений королевских служб, включая налоговую, тайную, таможенную и военную.

В государствах Герталы параллельно существовали две ветви власти. Главная королевская, где всем заправляли маги, и городские или поселковые органы самоуправления, избираемые простолюдинами.

Надеждам Одиссы, что ей и её приятелям достанутся места ближе к помосту, не оправдались. Стол на восемь человек, уже накрытый вином и закусками, к которому их проводил дворцовый лакей, оказался последним в ряду из предназначенных для дворянства, дальше уже шли места неодарённых.

Соседями троицы приятелей оказались младший морской инспектор палаты магов — весёлый плешивый ол, далеко за пятьдесят, его супруга — миловидная женщина, как бы сказали на Земле, бальзаковского возраста, их пятнадцатилетний сын, на что-то обиженный, и высокий племянник, сверстник Тимга, с подругой ростом себе под стать.

— Предлагаю не ждать, — после знакомства потёр предвкушающе руки инспектор и обернулся к пробегавшей мимо рабыне, — Эй, милашка, наполни-ка наши кубки.

Серебра столы для низкоуровневых магов не удостоились, тем более, золота или фарфора. Кувшины стояли из глины, а остальная посуда бронзовая.

Кроме супруги инспектора, попытавшейся было что-то сказать, остальные его соседи восприняли предложение с полным пониманием.

Зал, высокие своды которого подпирались толстыми колоннами, имел окна по обе стороны, вдоль которых и располагались столы для гостей. Андрей бросил взгляд вокруг и увидел, что не только его знакомые нетерпеливы. Где-то начали прикладываться к кубкам ещё раньше.

Когда на помосте в сопровождении своей свиты и руководства палаты магов появился прево, в зале уже было достаточно весело. Впрочем, все быстро замолчали, встали и внимательно выслушали нового руководителя провинции.

Зеер ол Манел говорил негромко, однако акустика зала и установившаяся тишина позволили хорошо его услышать.

Пока прево обещал внимательно относиться к просьбам и пожеланиям благородного сословия, быть справедливым и милосердным судьёй для добрых подданных короля Ратвеса Четвёртого, Андрей, пользуясь случаем, рассмотрел и запомнил черты лица одного из своих врагов, возможно, первого, кого он убьёт.

Землянину надо всего-то отправить в забвение четверых — пятидесятидвухлетнего воздушника Динобия, сорокавосьмилетнюю адептку смерти Асару, разглагольствующего сейчас прево Нагабинской провинции Зеера и водную олу Панаю — чтобы избавиться навсегда от кровной мести и потребовать у короля возвращения Шеррига либо наделения равноценным владением.

Да, попаданец пока не достиг высоких ступеней магии, но ему и не обязательно выходить в открытый бой. Сама дарованная вселенцу стихия толкает его на другой путь решения проблемы.

Оставался ещё бывший жених Изиры, брат сильно понравившейся попаданцу Джисы ол Пирен, но тот имел право на незаконное убийство только при жизни кровников и с их согласия. Не станет ол Манелов, Гент может лишь вызвать Вита на поединок.

— Какой он красивый, — тихо выдохнула Одисса, глядя на прево, — Молва не врала.

В её голосе слышались нотки грусти, похоже, девушка, хоть и осушила уже кубок, трезво оценила свои невеликие шансы привлечь внимание ол Манела. В зале сверкали бриллиантами и поражали взгляды дорогими платьями десятки молодых красавиц, и многие сидели близко к завидному жениху.

— Можно подумать, что ты не прекрасна, — утешил подругу землянин, склонившись к её уху, — Не сдавайся раньше времени.

В центр зала вышел дворецкий и объявил первый кулачный поединок.

Пиршества в Гертале не соответствовали прежним представлениям Немченко о средневековье. Скорее они походили на древнеримские. Только вместо гладиаторских тут устраивались боксёрские и борцовские бои, в которых участвовали известные местной публике прославленные мастера рукопашных единоборств.

В отличие от земных соревнований, никто шлемами и перчатками не озаботился. Кулаки обматывались кожаными лентами.

— Ставлю обор на Тишкора! — заявила подруга инспекторского племянника.

— Я тоже на него, — поддержала Одисса, которая при виде обнажённых мускулистых тел кулачных бойцов мигом забыла о своих переживаниях, — Он луну назад лидера кожевенников так побил, что у того зубы по всей площадке разлетелись.

Ноздри девушки раздувались, будто бока лягушки.

— Забиваю обе ставки, — уверенно заявил Тимг, — Кулий моложе и крепче.

Приятель оказался в выигрыше — знакомый попаданцу Тишкор, чей большой дом располагался на той же улице, что и у Андрея, после обмена десятком ударов оказался в нокауте. Зато следующее пари выиграли девушки.

После поединков недолго выступали акробаты и менестрели, а затем начались танцы.

Одисса всё-таки попыталась пробиться к прево. Ей даже удалось записаться на танец с ним, только номер её оказался двадцать вторым. Она вернулась за стол удручённой.

— Я не дождусь. Зеер раньше уйдёт.

— Пошли со мной потанцуем, — предложил Андрей, уже трижды выходивший в круг с другими молодыми магинями, — Зачем сидеть, кручиниться?

— Она со мной хочет пойти, — раздался голос сзади.

Приближение Хекина ол Досма Андрей видел боковым зрением заранее, и прозвучавшей фразе не удивился.

— Оди нам сама скажет, — землянин накрыл своей ладонью кисть руки сослуживицы.

Незваный гость служил в военном отделе палаты, являлся адептом огня, одной из самых уважаемых стихий, хвастался своим большим пятым рангом, хотя едва освоил вторую ступень, и раньше в коридорах не обращал на Одиссу никакого внимания.

— Я иду с тобой, Анд, — улыбнулась ол Гран, заметив, как разозлился Хекин, — Зря я так сделала, — сказала она уже в танце, когда землянин с удовольствием прижимал её к себе, — Ол Досм известный дуэлянт, а повод тебя спровоцировать он придумает, — и тут же, вопреки смыслу этих своих слов, мечтательно вздохнула, — Из-за меня ещё ни разу на поединок никто никого не вызывал.

Упрекать её в жестокости было бы не совсем справедливо. Дуэли в этом мире проводились до первой крови, а секунданты имели при себе лечебные амулеты, да не по одному. Смерти на поединках случались, но крайне редко. Считалось, что боль от раны и позор от поражения — достаточные наказания.

Также существовала возможность законной магической схватки, но за разрешением на её проведение требовалось обратиться к королю. Понятно, подобным редко кто себя затруднял, ведь далеко не факт, что монарх даст согласие.

Одисса словно в воду глядела. Не успели они вернуться на свои места, как вновь позади оказался огневик с одним из своих дружков.

— Тебе не пора уже домой, ол Рей? — язвительно спросил он, — А тебе Тимг? Как раз стулья рядом с Оди освободятся. Нет, я ничего такого не имею в виду, просто с нами ей будет интересней. А, Оди? — склонился он над девушкой.

— Ол, перестань, — вмешалась супруга инспектора, как теперь Андрей выяснил, лучшая в городе магиня Жизни.

— Да мы же только из лучших побуждений, ола Ягнесия ...

Проделывать длинный словесный путь до здешнего варианта "ты кого козлом назвал?" Немченко не захотел.

— Подраться что ли хочешь, Хекин? Так я не против.

Основательно набравшийся вина Тимг тоже проявил воинственность. Осталось только получить разрешение на дуэль у прево.

— Оди, — подмигнул Андрей подруге, — Уж по такому-то поводу, как согласование поединка, тебя обязаны подпустить к ол Манелу. Скажешь ему, что мы не готовы примириться, ибо каждый из нас хочет проводить тебя до дома?

— Конечно скажу! — быстро вскочила магиня, — Значит, ты с Хекиным, Тимг с Гоэлем. Ждите, сейчас я вернусь.

Глава 20

Музыканты в зале продолжали играть, гости резиденции, выпившие уже немало вина, танцевали, беседовали сидя за столами или на ногах возле колонн, объявления о запросе на дуэль и полученном разрешении никто не делал, поэтому в сад между крыльями дворца поединщики вышли сопровождаемые десятком человек, своих соседей по трапезе.

Среди фруктовых деревьев нашлась полянка, размеры которой вполне позволяли устроить на ней парный поединок.

Одисса вернулась от прево сияя торжествующей улыбкой, так и не сошедшей с её лица до начала схватки.

— Он пригласил меня после дуэли за свой стол, — ола Гран вцепилась в локоть землянина и потрясла его, — Спасибо тебе, Анд. Ты так всё здорово придумал. Удачи тебе. Вот, — она показала перстень на безымянном пальце, — Это лечилка третьего уровня. Но я уверена, тебе не понадобится.

Инспектор с племянником, выступавшие секундантами, а по-совместительству и дежурной скорой помощью при магах Рее и Эсме, уже обговорили с приятелями Хекина, кто где будет находиться и при каких условиях они смогут войти в круг.

— Тимг, ты извини меня, что я втянул тебя без твоего согласия, — повинился попаданец.

— Чего? — пьяный кураж делал сослуживца способным свернуть горы, — Да я сам давно хотел сбить спесь с ола Досма и его дружков. За меня не переживай.

Самоуверенность приятеля Андрея не радовала. Мастер Порспер первым делом предостерегал своего ученика от недооценки противника. То, что соперник не сильно трезвее Тимга — сам попаданец по привычке сачковал — всё-таки внушало надежду на победу сослуживца.

В себе Немченко не сомневался, хотя проблему видел. Наставник учил его убивать, и делать это максимально быстро и эффективно, на дуэли же главное — первым коснуться своего визави, даже если в результате тот получит всего лишь царапину. А это предполагало иную технику боя, ту, которой обучали Вита.

— Эй, вы сюда болтать пришли или выяснить, кто из нас воин, а кто задиристый болтун? — спросил Гоэль, приятель Хекина, выходя на поляну.

— Считаешь, они могут что-то ещё, кроме как языком молоть? — поддержал дружка ол Досм.

Тупые шутки обоих Андрею надоели ещё на лестнице. В свои тридцать шесть лет он давно перестал обращать на такие уколы внимание. Максимум, мог сказать что-нибудь в ответ, тем более, за словом в карман ещё с детства не лез.

Так было на Земле. Здесь же молодой организм опять выплеснул в мозг очередную порцию адреналина, и попаданцу пришлось тушить пожар вспыхнувшей злости усилием воли.

— Давай же выясним, кто из нас балабол, — усмехнулся Немченко, направившись к своему сопернику.

Он с Хекином сошлись друг с другом первыми, но Тимг и Гоэль тоже не заставили себя долго ждать.

Андрей отклонился от выпада противника, направленного в шею — несколько подлого для дуэли удара, ведь при перерубании сонной артерии был весьма высокий шанс, что лечебный амулет не успеет спасти жизнь.

Следующую атаку землянин вновь позволил начать ол Досму. На этот раз тот, изобразив уход влево, резко сменил направление уклона и нанёс рубящий удар по левому локтю попаданца.

Андрей отбил клинок и, в принципе, уже мог закончить поединок, достав острием подставившееся правое бедро соперника. Только, после демонстрации Хекином откровенно жестоких намерений попаданцу уже было мало нанести ему царапину.

— Ты решил, что всё ещё на танце, Рей? — усмехнулся огненный, думая, что его противник просто не сумел воспользоваться открывавшейся возможностью.

Ол Досм вытянул меч в сторону лица землянина и с ухмылкой начал пугать уколом в глаза.

— Ага, типа того.

Попаданец решил, что цирк пора заканчивать. Он неожиданно с уклоном сделал шаг вперед и подбил серединой меча клинок соперника снизу вверх, а затем в выпаде отрубил Хекину большой палец державшей оружие руки.

От внезапной боли тот тонко, по-девичьи, позорно вскрикнул, обронив меч на траву.

Сразу же к нему метнулись секунданты. Пришивать конечности на место, если сделать это вовремя, могла и медицина в родном мире Немченко, магии тоже не составило труда вернуть палец на ладони.

— Вопросы ещё имеются? — спросил Андрей у смотревшего на него с ненавистью сквозь слёзы боли ол Досма.

Хотя свидетелей дуэли вокруг находилось немного, но без сомнений не только о результатах поединка, но и о петушином вскрике огненного завтра будут знать почти все члены палаты магов и их семьи.

— Ты ещё поплатишься, — прошипел Хекин.

— Угрозы — оружие слабых, ол. Как посчитаешь себя готовым ещё раз скрестить мечи, то всегда буду рад тебе помочь.

Тимг с Гоэлем продолжали звенеть оружием. Пока никто из них успеха не достиг.

Попаданец отошёл на край поляны и тут же оказался в объятиях Одиссы. Девушка поцеловала его в обе щеки, на которых Андрей некоторое время назад пытался отрастить бородку, но выросла такая жалкая поросль, что он её сбрил, отложив дополнительную маскировку на более поздние времена, если конечно она ему ещё понадобится. Может он к тому моменту Манелов перебьёт, или они его достанут.

— Анд, если бы я уже не влюбилась в Зеера, то сейчас обязательно бы пригласила тебя к себе, — шепнула ола Гран, — Ты не обижаешься на меня?

— Когда успела влюбиться-то? — изображая грусть, буркнул землянин. Пылкость молодости его забавляла, но сейчас, обнимая прижавшуюся Одиссу, он больше следил за приятелем, а тот, вступив в схватку, протрезвел и вёл дуэль весьма осторожно, — Я подожду, пока ты не поймёшь, что он тебе не пара. Ты красива, в нём же и ценного-то, что богат и влиятелен. Зачем вы, девушки, богатых любите?

— Анд, я честно ...

— Всё, иди к своему принцу, то есть, прево. Мы победили.

Тимгу удалось перехитрить противника, и левую скулу Гоэля, кстати, тоже скрывавшего свою стихийную принадлежность, украсил длинный порез.

— Анд! — приятель, обернувшись, отсалютовал ол Рею.

— Два — ноль в нашу пользу, — засмеялся попаданец, сменив в объятиях одну коллегу на другого, — Пошли дальше пировать.

Одисса убежала вперёд к своему ненаглядному Зееру, докладывать ему о результатах дуэлей. Жизненный опыт Андрею подсказывал, что шанс захомутать прево у пышной красотки весьма велик.

Да, в зале сейчас присутствуют олы и более яркие, чем Оди, только вот ни за одну из них сразу четверо достойных дворян не отправились во двор выяснять отношения. Внимание другого к девушке сильно стимулирует любого мужчину на её высокую оценку.

Попаданец мысленно пожелал приятельнице успеха. Иметь рядом с врагом источник информации очень не помешает.

— Жалко, что я не видел, как ты рубанул палец этому заносчивому Хекину, — ол Эсм, когда они вернулись за стол, поторопился лично наполнить кубки себе и всем соседям, — Зато его крысиный писк расслышал хорошо.

— Вам бы того, парни, — рассудительно заметил инспектор, — Надо теперь быть осторожней. Вы вообще знаете, что ол Досм родственник нашей главе? Кермия ол Ворм приходится ему троюродной тёткой.

— Что-то новенькое, — Тимг осушил за раз половину ёмкости и громко выдохнул, — Теперь понятно, как этот бахвал со второй ступенью занял целый кабинет в военном отделе. А, всё равно, — легкомысленно отмахнулся он от предупреждения.

Победителей везде любят. Слух о состоявшихся поединках довольно скоро разошёлся по залу, и оба героя стали пользоваться у девиц повышенным вниманием.

В Далиоре женщины имели те же права в подборе партнёров на танцы, что и мужчины. Анд ол Рей и Тимг ол Эсм не успевали проводить к столу одних партнёрш, как тут же получали приглашение от других, каждая желала лично услышать обстоятельства боёв от их участников.

Оди засиделась за столом прево, её приятели уже собрались уходить, когда ол Гран наконец-то вернулась. Зал опустел к тому времени на треть, первыми его покинули простолюдины.

— Он пригласил меня завтра на ужин! — гордо сообщила девушка, — А сейчас он мне предоставил свою карету до дома. Поедем?

В этот момент одно из колец магини завибрировало и раздался строгий женский голос:

— Дорогая, почему ты мне на вчерашнее не ответила? Оди, так нельзя. Я ведь не прошу у тебя чего-то особенного. Только сообщи, как у тебя дела.

— Это мама, — пояснила Одисса, — Завтра ей отвечу.

Андрей и Тимг синхронно кивнули, и друзья втроём направились к парадной лестнице. Их соседи по столу ушли раньше и прощаться было не с кем.

В Гертале существовали эфирные парные амулеты, создаваемые магами воздуха. Кристалл изготовленного артефакта кололся на две равные половины, владельцы которых могли пересылать себе короткие голосовые сообщения на любые расстояния.

Только местный аналог радиоволн распространялся со скоростью среднего ветра за последние пять дней. Из-за этого сообщения, даже на одинаковые расстояния, доходили за разные временные промежутки. Это было неудобно, так как, весточка могла придти и среди ночи, когда адресат спит и её не услышит, а возможности повтора эфирный амулет не предоставлял.

Перед лестницей их нагнал десятник наёмников из охраны резиденции и сообщил, что новый глава провинции распорядился проводить госпожу ол Гран до экипажа.

Прево расщедрился на широкий жест неожиданно для себя, поэтому пришлось ждать, пока карету запрягут и подгонят. У подъезда весь руководящий состав секретариата палаты простоял столько, что можно было бы до особняка Одиссы успеть и пешком дойти.

Красотка по этому поводу не расстроилась, она беседовала с приятелями, даже не слыша, о чём те говорят, и наслаждалась завистливыми до бешенства взглядами других молодых магинь, покидавших резиденцию.

Наступил поздний вечер, сумерки которого разгоняли магические светильники на столбах вдоль дорожек у дворца прево.

На экипаже они добрались очень быстро. Разумеется, провожать ещё и Тимга землянин не собирался, сообщив у крыльца особняка, что отправляется домой, немало расстроив этим благородного ола Эсма, чья душа требовала продолжения банкета и тянула в трактир "Ржавый якорь".

Тут союзником попаданца выступила Одисса.

— Нас, как обычно после выходных, завтра ждёт ворох бумаг, Тимг, — напомнила она, — иди домой, тебе рядом. Анд, подожди, я сейчас отправлю с тобой раба с осветительным амулетом. Иди сюда, скотина! — позвала она замершего на пороге слугу и сняла с пальцев один из перстней, — Возьми и проводи господина ...

— Не надо, Оди, у меня свой есть, — Андрей достал из кармана прихваченный из Шеррига артефакт, включил его и направил конус света в глаза девушке.

— Всё-всё, я верю, — та засмеялась, прикрыв лицо ладонью, — Дай, я тебя хоть ещё раз поцелую за сегодняшнюю услугу, может приснюсь.

— А меня? — спросил Тимг.

— И тебя, раз уж ты тоже принял участие в моём успехе.

Пусть не с первого раза, всё же отделаться от приятеля у Немченко получилось. Он дошёл до храма и свернул к мэрии.

В отличие от городских властей, королевский наместник провинции бесплатных угощений простолюдинам не устраивал, что не помешало горожанам в честь незапланированного выходного дня устроить себе праздник за свой счёт. Количество пьяных на улочках и площадях Нагабина было необычайно много.

Попаданец светил себе под ноги, иногда посматривая на россыпь неизвестных звёзд. Он в очередной раз поймал себя на мысли, что в Гертале ему начинает нравиться, а тоска по родине постепенно уходит.

— Ха! Вот, кто нас сейчас винишкой угостит, — обрадовался какой-то еле державшийся на ногах парень в компании такого же весёлого товарища и пары растрёпанных девиц, гурьбой виляющих от одной ограды до другой.

— Тебе спать пора, приятель, — намекнул землянин.

Направь Андрей амулет чуть повыше, а не строго под ноги, или будь говоривший немного трезвее, то определить в прохожем мага получилось бы сразу. Сейчас же это дошло только до второго пьяницы в четвёрке и слишком поздно.

— Лиут, это ол, — попытался более трезвый удержать дружка.

— Мне?! Спать?! — обиделся тот и сильно швырнул в Немченко глиняную бутылку, наверняка пустую.

Уклониться попаданец успел вовремя, а ведь пьяница оказался в броске неожиданно точен, и замешкайся Немченко хоть на миг, получил бы снаряд в голову.

В доли секунды сумрачные цепи стянули ноги придурка, прижали его руки к бокам, и тот упал носом в дорожную грязь.

Маг Анд ол Рей был сейчас в полном праве убить всех четверых. Нападение, да ещё и групповое, на дворянина считалось серьёзным преступлением. Однако, пребывавший в хорошем настроении землянин решил сохранить им жизнь. Повезло обормотам, что вместо прирождённого одарённого им попался вселенец.

Товарищ упавшего быстро бухнулся на колени, застонав сквозь зубы в ожидании неминуемой кары, а подруги отчаянно взвизгнув обратились в бегство. Удалось это только одной из них, другая запнулась, упала на четыре кости, сменила положение на сидячее и громко разревелась.

— Господин, господин, — стоявший на коленях вжал голову в плечи, — Пощадите! Мы не, он не видел, в кого, на кого. Простите.

— Ладно, чего уж, — Андрей посветил амулетом на опутанного сумрачными цепями любителя дармовщинки, — Живите. Только этому для ума добавлю, — он сильно пнул метателя бутылки по заднице, — Как освободится, валите домой.

— Господин, не убивайте! — заскулила сидящая попой в грязи.

— Успокойся, проехали уже.

Напоследок осветив поле краткой битвы, попаданец двинулся дальше и через сотню шагов вышел к "Пышке". Послушал шум и голоса из заведения, вспоминая, нужно ли ему докупить продуктов. Решил, что нет, запасы у него словно у хомяка складированы немалые, даже с учётом прожорливости Барбоса.

Дома его кроме верного четвероногого друга дожидалась и Циора.

— А ты почему ещё не в своей квартире? Я, кажется, тебе выходной давал?

— Беспокоилась за вас, господин, то есть, за тебя, Анд, — бывшая воровка быстро разожгла плиту, на которой стояло ведро ещё не остывшей тёплой воды, — Сейчас подогрею и пойду.

— На улицах полно всяких дураков, так что, провожу.

— Не нужно. Скоро за мной Чинтер зайдёт. А, хотите, хочешь, могу ...

— Циора!

— Поняла, — напоказ огорчённо всплеснула она руками, — Тогда не останусь.

— Иди, жди своего на улице. Там хорошо. Кстати, кто он у тебя?

— Чинтер-то? Он подмастерье у башмачника. Сабо точит. Хочет своё дело открыть — всему, что нужно, уже научился — но денег нет. А мастер специально мало платит, да ещё и штрафует за всякую ерунду. Мой-то недавно совсем хотел от него уйти, только сейчас с работой в Нагабине плохо стало. Я пойду?

Проводив служанку и дождавшись, когда за ней зайдёт её парень, землянин довёл воду до кипения, играя с собакой, и отправился во двор тренироваться.

Чинтера он видел из окна, и знакомиться пока не стал. На вид тот был обычный молодой мужик, каких здесь в Нагабине полно, лет двадцати пяти. Немченко отметил, что друг Цории трезв, и поставил ему за это жирный плюс.

Долгожданное свидание с Тенью у Андрея сегодня затянулось на пяток ударов сердца больше. Неужели близко взятие третьей ступени? Он спросил об этом у стихии-подруги, но та глубоко в сумраке лишь тихо смеялась.

Одисса напророчила, она действительно ему приснилась, только не одна, а в компании с Джисой ол Пирен. Обе девушки стояли на кухне его нижегородской квартиры и спорили, на чём лучше пожарить картошку, на сале или масле. Андрея обе игнорировали, постоянно повышая тон. Наконец, благородные олы схватили сковородки — Оди чугунную, оставшуюся Немченко от матери, а Джиса самую большую из двух тефлоновых, купленных самим Андреем — и принялись колотить ими одну о другую.

Звон стоял такой, что попаданец проснулся и понял, что слышит набат всех колоколов присутственных зданий Нагабина.

— Набухались черти, — объяснил он по-русски поскуливавшему Барбосу, положившему лапы на кровать, — Хорошо, что здесь пороха нет, иначе принялись бы из пушек палить.

Землянин накрыл голову подушкой, но под ней тут же стало душно.

— Да что происходит? — под неумолкающий звон колоколов он сел, свесив ноги и посмотрел в окно.

В едва начавшем брезжить рассвете Андрей увидел метущиеся огоньки ламп у соседей напротив. Похоже, что в своём первоначальном предположении о причине набата он ошибся. Всё гораздо серьёзней.

Попаданец босиком поспешил на кухню, окно которой выходило в сторону моря. Едва он выглянул, как увидел молнию, ударившую в стороне Морской башни, а спустя секунду почувствовал лёгкое сотрясение пола под собой.

— Барбос, остаёшся за старшего, — Андрей достал из кладовки хранившийся там походный костюм и принялся быстро одеваться, — Не паниковать. Я покину тебя ненадолго.

Мелькнула мысль достать из тайника амулеты, но, подумав, делать этого не стал. Вдруг увидит кто.

Отругал себя, что так и не удосужился купить себе крепкий, лёгкий доспех из стали земляных, который давно себе присмотрел, нацепил меч и выскочил из дома.

Глава 21

Выйдя за калитку, Немченко встретил спешившего в сторону префектуры Тита Негиния, своего соседа, которого в этот момент окликнули ещё двое мужчин, отец и сын Уклюи, жившие неподалёку на другой стороне улицы.

— Тит, подожди, вместе пойдём! — прокричал старший из Уклюев.

— Ты далеко? — спросил Андрей соседа, — И что вообще происходит?

Вит ол Шерриг, несмотря на свой достаточно высокий статус, был всё же дремучим провинциалом, почти всё время проводившим в глуши, и его память сейчас ничего не могла подсказать вселенцу.

— А кто его знает, ол Рейн? — почтенный Негиний поправил ножны и принял у своей рабыни, выскочившей за ним небольшой узелок, переданный ему супругой, — Кто-то напал. Может пираты, может нииторцы. Мы к арсеналу сейчас. Там наверняка уже что-то знают.

В Нагабине большинство жителей, кроме босяков, бомжей и рабов, имели мечи. В районных арсеналах складировались доспехи, щиты, копья, арбалеты, луки и болты со стрелами к ним, а в городском, расположенном между резиденцией прево и палатой магов, накопители с амулетами первого и второго уровня, которыми могли пользоваться неодарённые.

Андрей обернулся, заметив брошенный в сторону моря взгляд соседа, и увидел в районе порта два больших водяных смерча, несколько секунд метавшихся за городскими стенами и затем мгновенно исчезнувших.

— Пошли быстрее, Тит, — оба Уклюя, дойдя до калитки дома землянина, уже тяжело дышали, обжорство, которым они славились, не пошло им на пользу, — Здравствуйте, ол Анд. Вы к резиденции?

— Конечно, куда же ещё? — ответил попаданец, без полученной подсказки не знавший, куда ему бежать, — Удачи вам, — взмахнул он рукой и пошёл быстрым шагом в сторону городского центра.

Чем ближе он подходил к резиденции, тем сильнее царила суматоха на площадях и улицах. Часть горожан ещё торопилась к арсеналам, среди них попаданец заметил и женщин, пусть и немногочисленных, а другие уже в составе вооружённых отрядов по десять-двадцать человек бежали, гремя сброей. Почему-то в разных направлениях — к Морским воротам и к Южным.

До дворца прево Немченко не дошёл, на храмовой площади ему навстречу попались трое магов, среди которых оказался Тимг.

— Анд, пошли с нами, — схватил он землянина за локоть и уже на ходу пояснил: — К порту. Нииторцы напали, похоже, целят на уничтожение запасов зерна. Еле успели ворота отбить. Первым же ударом половину надвратной башни снесли.

К ним присоединилась заспанная магиня лет сорока со знаком воздушницы, подхваченная по дороге, как и Андрей, одним из спутников ол Эсма. Женщину сопровождали двое вооружённых наёмников и рабыня.

— Там же в башне мощный артефакт! — удивился попаданец, — Это с какой же силой ударили?

— С обычной, Анд, — Тимг передал одному из спутников что-то похожее на верёвку с узлами, — амулеты надо заряжать, знаешь, а не только на балах вытанцовывать. Это я не тебе в укор, конечно.

В замке Шерриг все башни тоже имели защиту. Чтобы обеспечить покрытие всего сооружения, требовались кристаллы величиной с голову годовалого ребёнка. Алмазов, рубинов или других драгоценных камней такого размера не найти, вот и изготавливали защитные артефакты в основном из горного хрусталя или вовсе из кварца.

Рассеивание энергии из таких изделий происходило довольно быстро, поэтому они нуждались в постоянной подзарядке, на чём палата немало зарабатывала от городской казны, хотя и брала за это в четыре раза меньше, чем при наполнении частных амулетов.

— Я Фрон ол Мейс, — назвался самый старший из спутников Тимга, адепт стихии земли, — Могу я поинтересоваться — Анд? Тебя ведь Анд зовут? — про твои атакующие возможности. Ступень какая?

— Вторая, — удручённо признался землянин, — дистанционное заклинание одно. Единичное. Площадных нет.

— Ясно, — не расстроился Фрон, — Про ранг и стихию не скажешь? Впрочем, неважно. Поддержишь какой-нибудь из отрядов. Хотя бы подпиткой амулетов. Накопителей надолго не хватит.

В таверне "Кит и дельфин" в полутора сотнях шагов от Морских ворот капитан городской стражи развернул временный штаб, куда уже прибыли прево и мэр. Из компании попаданца в заведение пропустили только магиню Барну, ту самую заспанную воздушницу, встреченную возле храма. Ола имела полностью освоенный шестой ранг и относилась к пятерке самых сильных магов Нагабина.

Женщина из таверны не вернулась, зато от неё явился посыльный десятник и рассказал всё, что было известно на данный момент.

Нииторцы не стали ломиться в гавань, заполненную десятками далиорских и иноземных кораблей, они ночью незаметно бросили якоря за Зелёным Клином, длинным, густо заросшим мысом, с юга ограждавшего нагабинскую бухту.

Враги разумно рассудили, что рано утром будут обнаружены либо жителями прибрежной деревушки, либо вышедшими в море рыбаками, поэтому атаковали, не дожидаясь полной высадки десанта.

Они разделились по двум направлениям, выбрав целями порт и южные пригороды, где находилось большинство зернохранилищ.

Уже сейчас было понятно, что речь о попытке захвата города не шла. Даже при том, что по мере высадки на берег силы противника росли, они в разы меньше численности нагибинского ополчения. Тремя десятками судов — а их уже староста прибрежного поселения посчитал — свыше двух тысяч десантников не доставишь.

Восемь сотен горожан и около десятка магов убыли на север королевства по военному призыву, однако не менее семи тысяч воинов и почти двести олов сейчас готовы выступить на защиту своих домов.

Вылазка нииторцев носила диверсионный характер. До сбора урожая озимых оставалось ещё почти пять недель, и поджог запасов продовольствия нанесёт существенный ущерб королевству Далиор, ведь в Нагабине хранилась его существенная часть.

Кроме этой цели, наверняка имелась и традиционная — грабёжь, захват того, что можно успеть увезти.

Частично разрушив Морские ворота, нииторцы образовавшимся завалом на некоторое время перекрыли поступление помощи защитникам порта, где отрядам диверсантов давали отпор команды судов, включая иноземных, стражники и жители, включая портовые банды.

Инициатива была на стороне нападавших, они действовали организовано и по своему разработанному плану, в то время, как прево и мэр ещё только начинали предпринимать контрдействия. Зеер ол Манел позаботился о торжествах в честь своего назначения, а вот про бдительность в условиях начинавшейся войны как-то забыл, и теперь жителям славного Нагабина придётся заплатить за это лишними потерянными жизнями.

— Господа, — быстро завершив краткое прояснение ситуации, десятник посмотрел на ола Мейса и его товарища, — вам предлагают остаться здесь. Прево создаёт ударный магический кулак. А вас, — он чуть поклонился Тимгу и землянину, — просят вернуться к мэрии и возглавить какие-нибудь отряды, отправляющиеся в южные предместья.

Андрею всё было понятно. Руководство обороной посчитало главным отстоять порт. Уже начали подниматься дымы пожаров, а значит дела у защитников складываются неважно. Самые сильные маги сейчас будут нужны здесь, а низкоуровневые олы должны усилить оборону другого угрожаемого направления.

— Нас там будет не больше полусотни, — Тимг шёл чуть впереди попаданца, — Я про магов. Даже на усиление четверти отрядов не хватит. Трудно сказать, сколько готовых накопителей и амулетов нашлось в арсенале. Их давно не заряжали. Растяпы.

— Будем надеяться на лучшее, — успокаивающе сказал Немченко и заметил на площади перед мэрией, куда они сейчас пришли, подругу, — А вон и Оди. Её ужин с прево сегодня отменяется.

Вопреки своим ожиданиям, большого столпотворения на месте сбора Андрей не увидел. Отряды, по мере доукомплектования, десятками сразу же отправлялись за стены города. Как ол Эсм и говорил, не всем повезло с командиром из числа дворян. Большинству приходилось надеяться только на амулеты, доспехи и деревянные щиты, обитые железом, бронзой или просто кожей.

— Поздновато вы, — Одисса, несмотря на разрушение её вечерних планов, выглядела бодрой, — А я уже ухожу, — она махнула рукой в сторону небольшого отряда, заканчивавшего подгонку амуниции, — Догоняйте.

К Тимгу и попаданцу уже спешили сразу пятеро командовавших десятками ополченцев мужчин, каждый в надежде, что кто-нибудь один из подошедших магов предпочтёт отправиться именно с его отрядом.

Распоряжавшийся на площади заместитель мэра, грузный пузатый мужчина, на котором тяжёлый латный доспех сидел как на корове седло, уже объяснил, что в южном пригороде обороной руководят Рим ол Райм и префект Амтий. Они и скажут, что надо делать.

Андрей никогда не считал себя специалистом в военном руководстве, хотя и фильмы соответствующие смотрел, и книги читал, но даже его неприятно удивил тот бардак, который он сейчас наблюдал. Одно только назначение сразу двух командиров чего стоило.

Тем более, что один из них сугубо гражданский чиновник, а другой — адепт жизни, пусть и шестого ранга. Хотя насчёт последнего Немченко мог быть неправ в своём скептицизме. Всё-таки возраст шестьдесят подразумевает какой-то жизненный опыт, да и стихия ол Райма только по названию звучит мирно, в реальности же убойных заклинаний у неё имеется достаточно.

— Можете пойти со стражниками, — предложил чиновник попаданцу, показав на подошедших вояк.

— Тимг, ты как? — толкнул Андрей приятеля, — Бери их, а я, вон, соседей вижу.

Одним из пятёрки подошедших командиров отрядов оказался Рен Витор, тот самый жуликоватый торгаш, к которому хотели проникнуть Бычок и Вьюнок, подельники Цории.

— Господин Анд ...

— Привет, Рен, — дружески кивнул ему землянин, — Дальше можешь не спрашивать. Конечно же, я иду с вами, — он подошёл к Витору, заметив разочарование оставшейся четвёрки, и подтолкнул его к отряду, — Чем вас в городском арсенале порадовали? В районном, вижу, неплохо экипировали.

— Мало чем, господин маг, — поморщился жуликоватый торгаш, — Один накопитель, там энергии десять гит осталось, и три одноуровневых амулета защиты. Больше ничего. Но вы не беспокойтесь, в нашем районе всё же не нищеброды живут, у половины есть свои. У меня и Тита вообще второго уровня. Правда, у Негиния разряжен, но накопителем можем ...

— Оставь его про запас, я сам сейчас заряжу.

В отряде соседей насчитывалось одиннадцать человек, включая Чинтера, парня Циоры, которому попаданец сразу же вручил один из двух изготовленных им лично второуровневых артефакта. Другой он пожертвовал Литу, младшему Уклюю. Таким образом, весь отряд землянина оказался с магической защитой. Такое и в элитных армейских подразделениях редко встретишь.

Пусть кристаллы из дешёвых, но потратив двенадцать гитов своего резерва Немченко их все полностью зарядил. За сутки-двое энергия не рассеится, а дольше вряд ли потребуется.

— Прикажете выступать? — спросил Тит Негиний, когда разобрались с артефактами.

— А чего ждать? Стой — не стой, пьяным не станешь, — пошутил попаданец с целью немного подбодрить мрачноватых мужиков.

Идти им пришлось навстречу потоку беженцев из пригородов, особенно сильный напор им пришлось преодолевать у ворот. Стража там древками копий жёстко освобождала проход для подходивших отрядов ополчения.

Лупили людей без всякой жалости, не разбираясь, мужчины это или женщины, старики или дети. Всё равно получалось бестолково. Поставь себе нииторцы задачу ворваться в город на плечах беженцев, сделали бы это легко. Хотя, конечно, проникнуть в Нагабин, где почти каждый житель вооружён, небольшим количеством воинов было бы гарантированным самоубийством.

— Как найти Амтия? — спросил Андрей у десятника привратных стражников.

— Сразу влево идите, господин, — унтер больно ударил тупым концом копья в живот тётке, протиснувшейся сквозь оттёртую толпу у моста через ров, — Увидите обгоревшую таверну. Нет, не нииторцы, сами в суматохе едва не сожгли. Пострадало только крыльцо. Увидите.

— Вопросов больше нет, — кивнул Немченко.

Попаданец повёл своих вояк по улочке, наполненной тащившими свой самый ценный скарб людьми. Дети плакали, женщины тревожно озирались, мужчины хмурились. Относительно спокойно себя чувствовали лишь рабы, жизнь которых ошейник защищал не хуже, чем когда-то на Земле золотая пайцза, полученная из рук Чингисхана.

Префекта Андрей нашёл быстро. Тот стоял у кабака на утоптанной траве перед входом в окружении четырёх офицеров ополчения, сам одетый сугубо не по военному, в холщовых штанах и рубахе навыпуск.

— Извините, ол, — обернулся он к попаданцу, — Я не сразу расслышал.

— Да ничего, ерунда, — Немченко показал рукой на свой отряд и спросил: — Нам куда? И где ол Райм?

— Господин Рим сейчас у Тальянки, — Амтий забрал из рук офицера сложенный лист бумаги и развернул его, — Борские склады уже сожгли, ещё на рассвете. Сейчас пытаемся перекрыть путь к Горским и Пенесским зернохранилищам, — он ткнул пальцем с обгрызенным ногтем в совершенно непонятные землянину нарисованные на бумаге линии и геометрические фигуры, — Старший инспектор организовал тут оборону. А вам надо сюда, к Мойке, ну, к речке. Занять мосток, чтобы ниигарцы не обошли по Горшечной. Туда уже ушли два наших отряда, но, кажется, их будет недостаточно.

"Когда кажется — креститься надо", — с раздражением подумал землянин, которого нагатинское военное руководство всё больше злило, но вслух спросил другое:

— Ты мне на словах объясни, как нам дойти.

— Я знаю, где это, — доложил выглянувший из-за плеча Андрея Тит, — Доведу.

Чем ближе к окраинам, тем безлюдней становился пригород. Большинство домов уже было заперто на замки и ставни. От мародёрствующей босоты это, правда, не спасало. То тут, то там, на глаза Андрею попадались оборванцы, пытавшиеся проникнуть в жилища. При виде ополченцев они убегали, а гнаться за ними желания не возникало.

— Твари пользуются моментом, — прокомментировал действия бомжей Рен Витор, — Давно бы их пора перевешать или на каторгу в кандалах отправить.

— А кого тогда во временные работники нанимать? — рассудительно заметил старший Уклюй.

— Нашли время спорить, — обернулся попаданец, — Потом решите, кто прав. Если выживете.

До Мойки они не дошли совсем немного, когда навстречу им из-за угла длинного складского здания выбежала группа вооружённых людей. В первый миг Андрей решил, что это нииторцы, но тут же понял свою ошибку.

— Драпаете? — спросил он у ополченцев.

От предыдущих двух отрядов, посланных на перекрытие обхода по Горшечной, осталось восемнадцать человек из трёх десятков. Остальные были убиты или ранены.

— Что-то я не вижу раненых, — хмуро буркнул Тит, — Бросили их, что ли?

— Нас атаковали почти полусотней, — впереди бежавших оказался тощий мужичонка в дорогом кольчужном доспехе, — И там двое или трое магов, — оправдывался он, — Это свежее подкрепление. Сейчас они подлечатся и сюда придут. Бежим!

— Так и сделаем, — согласился Немченко, — только двинемся навстречу к ним, а не от них.

— Без нас! — выкрикнул главный паникёр и нагло устремился мимо отряда попаданца.

Рен Витор, как и остальные бойцы отряда, державший меч в руке, со всей силы ударил беглеца клинком по шлему, намеренно плашмя. От неожиданности трус упал и, перевернувшись, закрылся локтями.

— Ты чего?! — вскрикнул он.

— Убить? — спросил Рен у попаданца.

— А что ещё делать с трусом, кроме как казнить? — память Вита подсказала, что в дружине поступили бы именно так, — Не таскать же его связанным за собой? — когда меч Тита Негиния вонзился в шею паникёра, Андрей посмотрел на его товарищей, — Мой приказ понятен?

Желающих последовать путём убитого не нашлось, и под командой землянина оказалось двадцать восемь человек.

Выстроив из них подобие фаланги, перегородившей улицу, Андрей приказал неспеша двинуться вперёд.

— Что-то преследователей не слышно, — озвучил мысль попаданца идущий за его спиной Лит Уклюй, заметно осмелевший после получения защитного амулета, — Может их и не было?

— Не говори чепухи, — одёрнул парня отец, — Скорее всего, те нииторцы захватили мостик через Мойку и ждут теперь своих.

— Стой! — отдал приказ Немченко, когда отряд подошёл к углу здания, — Ждите меня.

Андрей подошёл к складской стене, продвинулся вдоль неё до края и осторожно выглянул.

Метрах в семидесяти-восьмидесяти он увидел чуть больше трёх десятков вояк, мало чем отличающихся от вооружённых ополченцев. Тем не менее, Немченко сразу понял, что это враги. Они помогали своим раненым товарищам амулетами и обычной перевязкой, а заодно добивали и обыскивали нагабинцев.

Озвученное трусливым доходягой число в пятьдесят вражеских бойцов, явно не соответствовало действительности. Андрей насчитал четверых убитых нииторцев и троих получивших увечья. Уточнил и их оставшееся количество — тридцать два, из которых всего один одарённый, точнее, одна.

Знака стихии на одежде олы с такого расстояния было не разглядеть, однако, по сорокалетнему возрасту этой тётки в одежде богатой дворянки можно предполагать её немалые магические умения.

— Слушайте меня внимательно, — вернувшись к отряду, попаданец внимательно посмотрел в лица своих бойцов, — Врагов столько же, сколько и нас. Но мы лучше, храбрее и защищаем свои дома. Атакуем сходу. Кто испугается, будет мною убит без колебаний. Всё понятно? Тогда, бегом, вперёд!

Сам землянин встал позади строя, не из осторожности, а ради намерения видеть поле боя и руководить сражением.

Глава 22

Самоуверенность и неполное осознание реалий магического мира сыграли с землянином дурную шутку, правда, расплатиться за это пришлось ополченцам.

Плотный строй хорош в атаке, но подставляет под площадной магический удар большее количество бойцов. Камнепад, устроенный ниитоорской олой, накрыл круг диаметром семь-восемь метров, обрушившись на головы почти половины отряда.

От разгрома воинство амбициозного попаданца спасли амулеты. Даже пятиранговые сильные маги редко решались тратить на атаку свои пятнадцать единиц энергии, ведь тогда можно было самому остаться без защиты. И заклинания высоких уровней редко наполняли более, чем тремя-четырьмя гитами маны.

Каков был размер резерва у вражеской одарённой, сколько единиц в нём осталось после предыдущей схватки и максимальную ёмкость заклинания камнепада, конечно же знать было невозможно, однако, насыщенность энергетического поля обрушившегося удара оказалась меньше трёх гитов, потому что все попавшие под удар ополченцы, имевшие артефакты, уцелели.

Андрей наблюдал, как внезапно появившиеся сверху камни различных размеров при соприкосновении с магически защищёнными бойцами его отряда исчезали как выключенная голограмма. Из ниоткуда взялись и словно растворились. Зато четверых ополченцев из присоединённого отряда приложило крепко, одного и вовсе насмерть.

До мостика через мойку, где нииторцы готовились отразить нападение горожан, оставалось меньше тридцати шагов.

— Не останавливаемся! Вперёд! — прокричал Немченко, обидно сорвавшись в петушиный вскрик. Доставшийся ему в наследство юношеский организм продолжал порой подкидывать сюрпризы, — Рин Витор за старшего!

Попаданец направил на врагов сразу два заклинания — в высокого вояку без шлема он кинул сгусток тени, а в громче всех орущего крепыша сумрачные цепи. Второе не сработало, крепыш оказался прикрыт неизрасходовавшим энергию артефактом, зато дылда, только что успевший подобрать с земли щит, превратился в высохшую мумию и упал лицом вперёд.

Андрей это заметил краем сознания, уже перейдя на второй слой сумрака. Теневым путём он оказался за спиной нииторской одарённой и, выйдя в реальность, вонзил ей клинок под левую лопатку.

Магиня ещё только начала заваливаться, дёргаясь в судорогах, а Немченко, освободив меч, уже разрубил плечо стоявшего рядом бойца с перебитым носом и отбил в сторону короткое копьё, которым его попытался пронзить безусый паренёк, среагировавший на внезапную атаку попаданца.

— Сдохни, ол! — юноша всхлипнул, будто бы печалясь, и ткнул наконечником второй раз, — Сдохни!

Отклониться землянин и в этот раз успел. Он схватил противника левой рукой за запястье и убил дыханием тени.

Увидев, что на него нацелились сразу двое нииторцев, он отбежал к мостику, обеспечив себе безопасность с тыла. Как раз в этот момент отряд ополченцев с разбегу обрушился на противника.

— Бросайте мечи, — предложил Андрей паре мечников, не торопившихся его атаковать и выбиравших позиции получше.

— Считаете нас дураками, благородный ол? — усмехнулся самый старший из них, с козлиной седой бородкой.

Откаты заклинаний для повторного применения у попаданца ещё не завершились, и ему предстоял обычный бой на мечах.

— Ол Рей, держитесь! — прокричал кто-то из Уклюев, голоса отца и сына были сильно похожи, — Мы сейчас!

Противники Андрея сообразили, что затяжка времени не в их интересах. И помощь магу может вот-вот прийти, и заклинания он вскоре применит по-новой.

Нииторцы бросились в атаку одновременно. Попаданец, отбив меч первого, сместился на три шага в сторону, заставив одного нападавшего оказаться за спиной другого. Связка "порхание бабочки", пожалуй, самая любимая в арсенале наставника Порспера, лучше всего подходила как раз для подобных случаев.

Сделав обманный замах клинком в сторону, Андрей совершил оборот с переставлением шагов и рубанул спину нииторца, находившегося позади товарища.

Воин с козлиной бородкой попытался уйти кувырком от угрозы с тыла, но не успел, его голова слетела с плеч и пару раз ударившись о траву, покатилась по откосу в Мойку.

— Ол! — завалив ударом щита об щит нииторца, Чинтер немного неуклюже ткнул остриём меча в лицо упавшего врага, разрезав ему щёку, и затем ногой отправил его в нокаут, — Вы живы?

— Как видишь, — Андрей взялся за бок, который еще минуту назад по касательной задел арбалетный болт, а он только сейчас обратил на ранение внимание, — Добей, — взглядом показал землянин на начинающего приходить в себя сбитого с ног парнем Цории врага.

Немченко оценил, что победа явно склоняется на сторону его отряда, но торжествовать было ещё рано.

Подхватив чужой щит, он вместе с Чинтером бросился на помощь Уклюям. Отец и сын нападали вдвоём на одного, но их противник явно превосходил мастерством во владении оружием сразу обоих. Лит успел получить серьёзный укол в правое бедро и заметно прихрамывал.

Атака попаданца и ухажёра Цории быстро поставила точку в жизни опытного мечника. Против четверых он не устоял.

Появилась возможность повторного использования боевых заклинаний, и Андрей сразу же их применил, наполнив каждое по гиту энергии, убить не защищённых амулетами хватит.

Все его магические удары достигли цели. Скованного сумрачными цепями он добил в сердце.

Враг уже значительно уступал количественно, и, несмотря на то, что индивидуальная боевая выучка нииторских вояк была существенно выше, смерть магини их отряда, быстрая гибель товарищей от атак далиорского ола и злой напор нагабинских ополченцев сделали своё дело — оставшиеся в живых семеро бойцов попытались вырваться из схватки по мостику.

— Вставайте рядом! — приказал Андрей Чинтеру, отцу и сыну Уклюям и раненому в плечо Негинию, — Тит, чего ты ждёшь? У тебя ведь есть лечилка?

— Перетерплю, — мужественно ответил сосед, — Может кому-то больше понадобится.

Дальше стало не до разговоров, они впятером встретили семёрку нииторцев, преследуемых ополченцами. Схватка вышла короткой. Зажатые с двух сторон северяне долго сопротивляться не смогли, их попытка прорыва закончилась безуспешно.

— Надо было кого-нибудь для допроса оставить, — с досадой на себя произнёс Андрей. Он заранее погрузился в мысли о следующих своих действиях и упустил из внимания происходящее, — Теперь уже поздно. Будь с нами Тимг, он бы поспрашивал чей-нибудь труп. Так, эй, Рен, берите всё, что вам нужно, а тела бросайте в Мойку.

— Зачем? — удивился Витор.

— Мне повторить? — удивился землянин и одобрительно кивнул, когда увидел, что Рен понял всё правильно, — И нам нужно разобрать мостик, пока не явились те, для кого его захватывали. Поторопитесь, друзья. Времени мало.

Разумеется, Андрей хотел скрыть только следы применения стихии тени, но не устраивать же разбор трупов, привлекая ненужное внимание к тому, как выглядят убитые его магией.

Сводный отряд ола Рея потерял девять человек убитыми, включая попавшего под камннпад, и встречать новый десант нииторцев оставшимся количеством ополченцев Немченко желанием не горел, а поставленную задачу выполнять нужно.

Мойка имела ширину более пятнадцати метров и глубину достаточную для невозможности её преодоления вброд. Кроме того, как и все городские речки, она использовалась в качестве канализации.

Имелся бы у Андрея при себе бочонок пороха или обладай он заклинанием, позволяющим поджечь или снести мостик, всё решилось бы намного проще, а сейчас пришлось разбирать доски настила и скидывать их в поток — весенняя Мойка наполнилась водой максимально полно.

— Господин Анд, как бы нам потом не выставили оплату на восстановление моста.

— Чего, Тит? — вынырнул из своих размышлений попаданец, — Это с какой такой стати? Сказали не допустить выхода вражеского десанта в обход к олу Райму? Мы так и сделаем. И намного лучше, чем если станем обеспечивать это за счёт нашей гибели. И так потеряли людей много. Кстати, что с ранеными?

— Все будут жить. Тяжёлых подлечили амулетами, а остальные пока перевязкой и снадобьями обойдутся. И так накопители — наш и трофейный — опустошили полностью на восстановление защиты.

— Согласен, правильное решение, — одобрил попаданец.

На Гертале умели оказывать обычную лекарскую помощь, и, в отличие от земных средневековых эскулапов, избегали использования "живого металла", то есть ртути, при приготовлении мазей или бальзамов, и не отворяли дурную кровь, доводя людей до анемии, вызывавшей заболевание жизненно важных органов.

В этом магическом мире травники и знахари являлись уважаемыми мастерами, которых никто не обвинял в колдовстве и сотрудничестве с дьяволом, а их рецепты снадобий изучались в общественных школах. Так что, немало горожан и горожанок имели представление о лечении болезней и ран.

— А с опорами что делать? — к севшему на откос берега Мойки подошёл пожилой ополченец из присоединившихся беглецов, — Расшатать не получится, но можно скрепляющие канаты перерубить, если вниз к воде спуститься.

— Спускайтесь, — пожал плечами Андрей, — Или ты мне это предлагаешь сделать? Только живее шевелитесь.

На самом деле поторапливать горожан было не нужно. Это ведь не современники Немченко в родном мире, многие из которых и отвёртку-то в руках держать не умеют, не говоря уж о других инструментах. Здесь большинство мужчин рукастые.

Ломать — не строить. Когда на противоположном берегу Мойки между пустырём и рядом бараков показался большой отряд врага, настил мостика уже отсутствовал, а половина опор покосилась в разные стороны.

— Все отходим к складам! — Андрей поднялся и показал рукой направление.

От Мойки до места, где из двух поломанных телег, рассохшейся бочки под сток воды и нескольких десятков досок настила ополченцы соорудили баррикаду, перекрывшую улочку, было меньше сорока шагов.

На этот раз строить своих вояк в двухшереножную фалангу Андрей не стал, велев пока прижаться к стенам складов, вдоль которых кое-где росли кусты.

— Приготовить арбалеты! — попаданец ещё раз пересчитал самострелы, с учётом захваченных у врага их у него было семь, — Зарядить!

В Гертале метательное оружие, если болты и стрелы не поражало сразу же какой-нибудь жизненно важный орган вроде мозга или сердца, имело намного меньшую эффективность, чем на Земле.

Это в родном мире Немченко в прошлые эпохи раны от наконечников часто приводили к смерти из-за загноений или кровопотерь. Здесь же лечебные амулеты почти сразу возвращали раненых вояк в строй. Тем не менее, в момент сражения стрелковое оружие свой вклад вносило.

— Господин Анд, угощайтесь, — устроившемуся в зарослях наблюдать за приближением нииторцев землянину старший Уклюй — его имя, то ли Вступир, то ли Втуспир, Немченко никак не мог запомнить — протянул четверть лепёшки и кусок свиной колбаски, — Нас восемнадцать. С вами девятнадцать.

— Намекаешь, что пора бы и отступить? — хмыкнул Андрей, — Нет, ещё не время.

Судьба дала ему второй шанс, отправив на перерождение в другом мире, и с его стороны, рисковать жизнью в разборках аборигенов выглядело глупостью. Немченко и сам не мог понять, что им движет, но за спиной у него находились дом, зарытый клад, Барбос и служанка, отдавать их врагу он не хотел.

В прошедшем бою в заклинания землянин не вкладывал больше гита энергии, его резерв пополнялся на две единицы в час, и сейчас у него оставалось десять. Не густо, но это даже больше, чем полные резервы у трёхранговых магов. Другой вопрос, что у приближающегося противника, судя по количеству солдат, не менее пяти одарённых.

Ложиться у Мойки костьми Андрей не планировал. Он рассчитывал сдержать врага, насколько возможно, и отступить. Нииторцы сейчас находятся в цейтноте. Их преимущества во внезапности и лучшей организованности постепенно сходят на нет, и им вскоре пора будет отступать, если они не хотят своего полного уничтожения пришедшими в себя нагабинцами.

— Мост разрушен! — донеслось от вражеского передового дозора.

— Ой, а как такое случилось? — усмехнулся Андрей, запив еду вином из протянутого ему Титом бурдюка, — Посмотрим, что они станут делать.

Позади себя ополченцы услышали шум многочисленных шагов, а вскоре показался большой отряд с полсотни вояк, который возглавляли Одисса ол Гран и неизвестный попаданцу весьма пожилой маг.

— Мы вовремя? — поинтересовалась Оди, забыв представить коллегу.

— Ещё как! — искренне ответил Андрей.

— Ничего себе, — восхитилась девушка, увидев сложенные в кучу доспехи и оружие, взятое с убитых, — Ты тут хорошо повоевал. А я вот даже четырёх гитов не потратила.

Пока обрадованные бойцы попаданца приветствовали своих знакомых из числа подмоги, а пожилой маг Нантос с обратной стороны улицы оценивающе наблюдал за противником, Одисса накоротке поведала сослуживцу, что нападение нииторцев на южные склады успешно отбито, и Рим ол Райм начал преследовать отступающего врага.

— То есть, надо только дождаться, когда сведения об этом дойдут до них, — показал Немченко на приблизившихся к Мойке вояк, — Негодяи отступят, и мы можем считать, что свою задачу выполнили.

— Правда, негодяи, — зло прищурилась благородная ола Гран, — Все мои планы поломали.

— Да ладно тебе, — в утешение Андрей приобнял приятельницу, — Не сегодня, так потом поужинаешь со своим принцем, ну, я хотел сказать, прево Зеером.

— Если он уже не забыл про меня. Если что, я тогда за тебя замуж выйду. У меня, правда, долгов полно, и наше с мамой имение совсем маленькое, зато после сегодняшнего у нас будет куча заказов, и от города, и от торговцев. Эх, заживём. Не всё же нашему начальству кошели свои набивать. Я стану богатой невестой, Анд.

Судя по её ироничной улыбке, Оди шутила, но руку с плеча подруги Немченко поторопился убрать. Девушка правильно оценила его действия и фыркнула.

Ощущение свежего ветерка, обдувшего на миг лицо и шею, показалось землянину знакомым. Память Вита услужливо подсказало про разведывательное заклинание воздушников, сформированное магом или артефактом.

Неодарённые ничего не почувствовали, а вот Одисса и Нантос понимающе переглянулись.

— Нас обнаружили и пересчитали, Оди, — разыграл из себя кэпа Очевидность Андрей, — Наверное это и к лучшему. Не станут они вблизи такого количества врагов ремонтировать мост или вплавь Мойку преодолевать. Кстати, у них что, нет при себе эфирных амулетов? Почему им ещё не сообщили о провале наступления и бесполезности обходного маневра?

Нииторцы, подойдя к берегу, разошлись по сторонам, что-то высматривая в воде.

— Могли и не взять с собой эфирники, или в спешке им забыли сообщить, — ола Гран отклонила мешавшую ей наблюдать ветку, — Зачем мост строить? Сомневаюсь, что на кораблях нет водников. Проморозят реку, и всего делов. Трёх-четырёх гитов на пятину часа хватит. За это время переправятся все. Готовься, Анд. У тебя сколько в резерве?

— Десять единиц осталось.

— Площадных заклинаний, как я понимаю, нет. Тогда лучше не траться совсем. Прибереги гиты для подзарядки лечилок. Нантос — видишь? — впереди поставил мясо с амулетами, потом пойдут без, а мы следом.

Отношение дворян к простолюдинам в Гертале было пренебрежительно-высокомерным, поэтому определение девушкой своих боевых товарищей как мясо попаданца не удивило.

Пока он общался с приятельницей, нииторцы выбрали участок в сорока метрах от разобранного моста ниже по течению, где спуск к Мойке и подъём были более пологими и направились к нему неровной колонной.

Одисса не ошиблась в своих предположениях, глазами Андрей не видел, но понял, что погружаться в воду противнику не придётся.

У магини для нииторцев оказался подготовлен сюрприз в виде полученного в палате артефакта огненных, создавшим столб пламени, диаметром около десяти метров и энергетикой поля в целых семь гитов, обеспечивающее гибель даже тех, кто имел защиту второго уровня, так что, кроме молодого светловолосого ола, первые восемь человек, готовившихся перейти на другой берег, превратились в дикоорущие, объятые огнём мечущиеся фигурки. А кроме того, атака Одиссы растопила прибрежную часть ледяного настила, и противнику пришлось на некоторое время отступить.

— Жуть, — вздрогнул Андрей.

— Я тебе сейчас и родную водную стихию покажу, — не сдержалась от хвастовства красотка, — Пусть только переправятся.

Замешательство в рядах врагов длилось недолго. Они знали, что численно превосходят ополченцев почти вдвое, поэтому отказываться от своих планов не собирались.

От предложения Немченко встретить гостей на баррикаде Одисса и Нантос отказались.

— Надо атаковать, едва их первые ряды перейдут на наш берег, — приказным тоном заявил старый маг, — Встать у берега. Взбираться по склону остальным нииторцам будет трудно. И непонятно ещё, сколько лёд их сможет выдерживать.

Спорить попаданец не стал. Ни он, ни Вит никакого боевого опыта не имели.

— В атаку! — скомандовал Нантос, когда противник начал переправу.

Пожилой маг не совершил ошибки, допущенной час назад землянином. Он отправил в бой рассредоточенный строй, поэтому шаровая молния накрыла лишь пятерых, ледяные копья обрушились на девятерых, а очередной камнепад зацепил четвёрку ополченцев.

Маги нииторцев оказались догадливыми и ударили не по первым рядам с амулетами, а по последним, из-за чего почти все оказавшиеся в зоне поражения погибли.

Потери серьёзные, но и Нантос с Оди, вместе с Андреем быстро двинувшиеся вслед за ополченцами, в долгу не остались.

Смерч, созданный старым магом, прошёлся вдоль противоположного берега метров на двадцать, расшвыривая врагов словно кегли, ломая им руки и ноги, а подруга подняла из Мойки высокий столб воды и обрушила его на вояк, двигавшихся по льду, смыв их и в очередной раз разрушив переправу.

Опрлченцы уже достигли врага и опрокинули его в реку, при этом убив четверых.

— Ты куда, Анд? — Оди попыталась схватить землянина за рукав куртки, — Анд! — но было уже поздно.

Проклятый юношеский задор погнал Немченко в бой.

Глава 23

Сражение завершилось отступлением оставшихся нииторцев, и произошло это, когда к нагабинским ополченцам прибыло очередное подкрепление.

— Мало того, что мы две трети наших олухов потеряли, — Одисса села рядом с Андреем на траву берега Мойки и протянула ему свой лечебный амулет, — Так ещё и ты чуть в реку забвения и беспамятства не отправился.

— Не надо, — отказался от предложенного артефакта попаданец, — Я своим воспользовался, мне пока хватит. Скоро он откатится под зарядку, и завершу исцеление. Лучше Титу отдай. Тит! — окликнул он Нигиния, зажимавшего кровоточащий локоть, взял у девушки перстень и бросил соседу, тот ловко поймал, — А ты чего вдоль реки металась? — спросил у неё.

— Смотрела, чтобы никто себе ничего не прикарманил.

Одисса не то чтобы была жадной, но в деньгах испытывала нужду, а, по правилам, половина стоимости трофеев шла участвовашим в их захвате магам, что в общем-то выглядело вполне справедливо, учитывая вклад одарённых в победу.

Преследовать нииторцев не стали. Серьёзные потери понесли обе стороны, но северян изначально было больше, и свой численный перевес они сохранили.

— Мы свою задачу выполнили, — Немченко посмотрел на клонившееся к закату солнце, — Возвращаемся или остаёмся ждать команды?

— Остаёмся. Нам сообщат, что дальше делать.

Вопреки мыслям землянина, что противник при отходе начнёт жечь всё подряд, ничего подобного не произошло. При наличии магии воды и амулетов водной стихии справиться с пожаром, если доступ к его очагу не перекрыт, труда не составит. Нииторцы и так добились значительных успехов в осуществлении своих планов, судя по густым клубам дыма в районе порта и заречной части южного пригорода. Зеер ол Манел начал своё управление провинцией весьма неудачно.

Возвращение в город попаданца и его товарищей по оружию произошло поздно вечером. Лейтенант стражи, встретивший ополченцев у ворот, сверился с какими-то списками и сказал идти по домам, но в десять утра всем быть у храма.

На свою улицу они пришли уже в темноте.

— Ол Рей, спасибо, — возле таверны "Пышка" Рен Витор выступил от имени всего отряда, — Благодаря вам мы вернулись живыми.

Одиннадцать ополченцев отряда Андрея отделались ранениями, да и увечья те уже были исцелены. Конечно же, сновная заслуга в этом принадлежала везению, однако, и землянин действительно приложил к этому свои усилия.

— Вы тоже не подвели. Мы все молодцы. Ну, до завтра.

— А может ..., — старший Уклюй показал на гостеприимно распахнутую вышибалой дверь таверны.

— Нет, спасибо, — отказался попаданец, — Чинтер, ты со мной?

Парень Цории посмотрел на улыбающегося трактирного вышибалу, затем на хозяина своей подруги и выбрал второй вариант:

— С вами, ол.

Из дворов их окликали домочадцы героев, не поспешивших обрадовать своих близких. Пришлось командиру отряда и его спутнику первому сообщать радостные новости.

Цория Окай и Барбос, едва услышали скрип досок крыльца, выскочили из дома, и оба вначале бросились к Андрею. Чинтеру своей доли объятий и радостного гавканья пришлось немного обождать.

Бывшая воровка заранее приготовила ужин, словно бы твёрдо знала о благополучном возвращении хозяина, и на этот раз её угощение оказалось не просто съедобным, а вкусным, хотя это можно было списать на то, что попаданец проголодался.

Не пригласить своего боевого товарища к совместной трапезе Андрей посчитал неправильным, и за стол сели втроём. Барбос устроился рядом.

Землянин уступил Чинтеру возможность похвастаться подвигами, пусть предстаёт во всей красе в глазах любимой девушки, чем тот воспользовался в полной мере.

Через час Немченко выпроводил Цорию и её друга, после чего провёл тренировку, хотя мысль на сегодня себя от неё избавить мелькала настойчиво.

— Барбос, дружище, иди на место, — сказал он лохматому другу, попытавшемуся забраться на кровать, и отправился на свидание со стихией.

— "Тоже, что ли, переживала за меня? — засмеялся он, когда сумрачный вихрь закружил вокруг него, а на лице он почувствовал обжигающие — непонятно холодом или жаром — поцелуи подруги, — Чувствую я, чувствую. Ох, как сильно тянешь меня. Ты не буксир, случайно? Считаешь, в этот раз получится?"

Сам ли себе внушил, что Тень приняла размытые очертания девичьей фигурки или это действительно так? Вопрос остался без ответа.

— "Так ты иди сюда, — веселилась стихия, — Иди же, иди!"

Внезапно Андрей почувствовал короткое падение, и пространство вокруг него изменилось, став более сумрачным. Очертания предметов — кровати, тумбы, шкафа и прочего — выделились с большим контрастом.

— "У нас получилось, Тень!" — обрадовался Немченко.

И причины для его восторженных эмоций были весомыми. В реальность он вышел с пониманием постижения им третьей ступени магического мастерства. А кроме того, помимо возможности напитывать свои заклинания девятью единицами энергии и перемещаться сумрачным путём сразу на сотню шагов, он получил от стихии два новых дара.

Теперь у Андрея появилось умение бить по площадям. Облако сумрака на расстоянии до полусотни шагов накрывало область диаметром чуть больше восьми метров. Всё живое, попавшее под удар и не имевшее соответствующего уровня защиты, погибало мгновенно.

А ещё попаданец теперь мог менять облик. Заклинание теневого образа позволяло предстать перед окружающими другим человеком, любым, кого Немченко видел хотя бы раз в жизни, и не важно, какой рост, вес или пол имел тот, с кого происходило копирование.

У этого удивительного дара были ограничения. Теневой образ не мог ввести в заблуждение того мага, кто переходил на второе зрение, и на поддержание иллюзии уходило пять гитов в час. То есть, даже с учётом постоянного восполнения резерва, больше семи часов подряд ходить под чужой личиной не получится. Зато копировались не только лицо и фигура, но и одежда. Что же касается угрозы разоблачения, то, Андрей уже убедился, магозрением пользуются редко и совсем недолго.

— Ну, чего ты с таким интересом на меня смотришь? — спросил землянин у пёсика, сидевшего склонив голову у изголовья кровати, — Всё хорошо. Нет, отлично!

К храму Андрей пришёл чуть пораньше, успев перед этим посетить "Пышку". Здесь уже собралось множество народа, но на главную площадь оцепление стражников пропускало только магов и ополченцев, остальные толпились по другим сторонам здания-куба.

Землянин направился искать соседей, бойцов своего отряда. На снующих мимо вездесущих лоточников, предлагавших различную снедь, внимания не обращал, пока не увидел паренька, продающего красных как кумач варёных раков. Немченко их уже сто лет не ел. Последний раз, когда уволившийся с работы Олег Мишин, друг юности беззаботной, приезжал в гости из Москвы.

— По бору за пару, господин, — заметив интерес ола, остановился юный торгаш, — Свежие, этой ночью пойманы.

— На трупах нииторцев откормились? — пошутил Андрей.

Пришлось приложить усилие, чтобы отказаться от аппетитного угощения, чистить раков на ходу не очень удобно.

— Анд! Вот ты где? — сзади подошёл Тимг ол Эсм, — А я тебя ищу. Ну, ты как, за стенами отсиделся? Что-то я у складов так моего друга и спасителя не дождался.

— Занят, знаешь ли, был, — приятели обнялись накоротке, — Сдерживал со своими тремя десятками полторы сотни врагов. Не ухмыляйся, врать не стану, подмога была. А вон, кстати, и одна из тех помощников. Оди! — крикнул Андрей, поднял руку и помахал, — Мы здесь!

Весь секретариат палаты магов, в количестве троих олов, занял место неподалёку от постамента и П-образной виселицы. Одисса угостила друзей вываренными в меду орехами, которых у неё с собой был целый мешочек, величиной с футбольный мяч.

Результаты вчерашнего нападения на город, конечно же, обсуждались всеми. Нииторцам в значительной мере удалось осуществить задуманное. До главных зернохранилищ они хоть и не добрались, однако треть продовольственныэ запасов — а это были не только городские, но и войсковые — у них уничтожить получилось.

Имя и должность виновника случившегося не произносилось, при этом умолчание было таким красноречивым, что любому глупцу было понятно — это новый правитель провинции Зеер ол Манел.

— Ты ещё не разочаровалась в своём избраннике? — подшутил над Оди Тимг после того, как съел её орехи.

— А что он мог сделать? — заступилась за прево ола Гран, — Его полторы недели, как назначили. Предшественник должен был позаботиться обо всём, а не Зеер.

— Первый свиток, — кивнул Андрей.

Увидев пару устремлённых на него взглядов, рассказал чуть переделанный земной бородатый анекдот про три конверта, когда высокий начальник оставил своему сменщику в них советы, которые надо было по очереди применять в сложных ситуациях: первый, сваливай всё на меня, второй, говори про недостаток опыта и обещай исправиться, и третий, пиши три свитка и уходи в отставку.

Друзья ещё не закончили смеяться, когда к виселице выволокли восемь пленных. Повесили нииторцев весьма умело. Узлы вязали намеренно большими, а от земли поднимали аккуратно медленно, так что, бедолаги дёргались и кривлялись, по ощущениям Немченко, минут десять.

Одисса с утра забегала в палату и там узнала о захвате троих вражеских магов. Их хотели сегодня обезглавить, но потом отложили это до решения королевской канцелярии. Началась война, не очень удачно, по слухам, для Ратвеса Четвёртого, и пленные олы могли пригодиться на обмен.

Гертальские порядки не сильно отличались от земных в отношении более гуманного обращения представителей благородного сословия друг к другу.

На мучения вчерашних врагов Немченко старался не смотреть, уйдя мыслями к полученным им ночью магическим умениям и возможностям.

Если при освоении третьей ступени у него кратно увеличилась дальность мгновенного перемещения по сумрачному пути, то сохранится ли и при дальнейшем развитии рост расстояний в геометрической прогрессии? Не сможет ли перемещаться в самые дальние точки Герталы?

Спросить не у кого. Дело даже не в отсутствии знакомых магов, обладающих такой же стихией, как у него, ему, как и Виту ни разу не встречались олы выше восьмого уровня. Одарённых десятого ранга во всём королевстве проживало всего три, да и те огненные. Так что, придётся рассчитывать только на себя, обходиться без чьих-либо советов.

С облаком сумрака всё было понятно, очень полезное в сражении заклинание, но и теневой образ можно использовать в бою. Например, принять облик намного более высокого или, наоборот, низкого человека, это создаст противнику определённые сложности.

Андрей приготовился найти уже другие темы для размышлений, когда последний из повешенных нииторцев прекратил свой жуткий танец на верёвке, а на собранный из брусьев и досок постамент взошли мэр, капитан стражи и ещё трое каких-то городских чиновников.

Первым выступил капитан, рассказавший то, что и так всем было известно о произошедших событиях и результатах отражения нападения.

Похвал в свой адрес попаданец не ждал, их и не последовало, хотя имена многих отличившихся олов и ополченцев офицер озвучил. Андрей на Земле часто сталкивался с игнорированием своих заслуг, а то и с припиской их другим людям. Так случалось в академии, подобное же происходило в аудиторской фирме и, видимо, последовало за ним в новый мир Герталы.

Следом произнёс речь мэр Нагабина, он огласил перечень мероприятий, которые должны были быть выполнены едва только возникла напряжённость с северным соседом Далтора. Безответственность и разгильдяйство привели к реализации принципа "лучше поздно, чем никогда".

Начиная с сегодняшнего дня, заявил градоначальник, будет организовано морское и сухопутное патрулирование окрестных земель.

Военные флоты государств Герталы из-за высокой стоимости услуг магов представляли собой небольшие флотилии сторожевых кораблей, больше выполнявших функции таможенного досмотра, чем обороны рубежей. В случае войны корона нанимала торговые и промысловые суда, которые усиливала пошедшими на службу олами.

Мэр огласил плату, полагающуюся магам, которые согласятся участвовать в морских дозорах. Водникам и воздушникам полагалось на треть больше, чем адептам других стихий.

— Оди, ты как? — поинтересовался у подруги Тимг.

— Никак, — вздохнула та, после короткого раздумья.

Несмотря на свою нужду в деньгах девушка не потеряла надежды добиться внимания молодого прево и не хотела уходить в море.

Зато участвовать в сухопутных патрулях не отказался никто из присутствовавших на площади и не нашедших себе место на кораблях благородных олов. Это было бы неприлично.

Собрание граждан и магов продлилось почти час, после чего все разошлись по домам или на службу.

Очередь землянина возглавить патрульный отряд наступила через пять дней. Накануне, ближе к обеду, он в секретариате заканчивал просмотр и подписание запросов, когда от главы палаты Кермии ол Ворм вернулся Тимг.

— Анд, тебе завтра выезжать в сторону Фожа. Знаешь, где это? — приятель прошёл к окну и посмотрел во двор, после чего обернулся, — на север от нас. Тебе с рассветом надо быть у префектуры Заовражного района. Там двадцать ополченцев будут ждать, и с ними десятник королевских егерей. Повезло. Я потому позавчера заблудился, что со мной никого толкового не было.

— А сам-то что? — подначил ол Эсма Немчинов.

Над приключениями Тимга, вместо дозора прибрежных районов южнее Нагабина проплутавшего все двое суток в болотах Патаны, насмешничали все, кому не лень.

— Что я? Я не следопыт и не охотник. Начальство могло бы это учесть. Кстати, зайди к Оди, у неё есть хорошая карта округи Фожа.

— Спасибо за совет. Действительно, зайду. А где она? У неё же вчера был выходной, вроде как добилась приглашения в резиденцию прево?

— Дома она, — приятель забрал у одного из писцов готовые документы, — Взяла ещё один отгул. Ты не сиди, иди готовься, справлюсь тут без тебя. Подработку лучше пока отложи. Энергия самому может понадобиться.

— Без твоей подсказки я бы не сообразил, — сокрушённо мотнул головой Немченко.

Выйдя из палаты магов попаданец направился к городским конюшням забрать своего коня. Не пройдя и сотни метров, передумал и решил сперва зайти к сослуживице.

Дворовый Одиссы был за что-то наказан и чуть живой лежал у дровника глухо постанывая. Ворота Андрею открыла выбежавшая из особняка служанка, она же, обогнав гостя, побежала докладывать хозяйке.

Рабыня вернулась минуты через три.

— Проходите, благородный ол, госпожа сейчас спустится, — она поклонилась, потупив взгляд.

Когда землянин вошёл в холл, Оди уже спускалась, одетая небрежно в домашнее платье и с покрасневшими глазами. Похоже, плакала.

— Привет, — улыбнулся попаданец, — Ты чего такая смурная? Я рассчитывал тебя увидеть светящейся от счастья. Что-то с Зеером вчера пошло не так?

— Привет, Анд, — она жестом пригласила приятеля сесть с ней рядом на софу возле закрытого бронзовым щитом камина, — Всё не так. Тебя за мной прислали? В палате работы много?

Проворный мальчишка принёс серебряный поднос с вином, фруктами и сладостями.

— Нет, там как обычно, — землянин не стесняясь взял кубок, — Тимг справится. Я за картой пришёл. Мне завтра к Фожу. Так что у тебя всё-таки случилось?

Глаза девушки увлажнились.

— Он, он, Анд, он меня даже не признал, — ола Гран всхлипнула, — Я три часа в приёмной просидела ...

— Ну, его можно понять, Оди. Дел у прево сейчас очень много и ...

— Дел? — она скривилась, вышло умилительно, — Весь Нагабин знает какие у него дела. Его карета каждый вечер и утро к особняку главы гильдии ювелиров приезжает. Зеер с его средней дочерью, этой тощей оглоблей, развлекается. Она и вчера почти час в кабинете провела, пока я, благородная ола, дожидалась, когда меня соизволят пригласить, — она поднесла к губам вино, но пить не стала, вернув кубок на стол нетронутым, — И вообще непонятно, чем он занят. Я слышала, как Зеер главу нашего отделения королевской тайной службы просил о личной услуге, какого-то кровника искать — ол Шенира? — Шегила? — не помню. Не лазутчиков и доглядчиков нииторских, нет, а личного врага. Мне же, мне, — она с усилием сняла с мизинца дешёвенькое колечко-амулет, — вручил вот это, — Одисса швырнула перстень в открытое окно, правда, не попала, и амулет, отскочив от стены, откатился на край ковра, — Сказал, что вызовет, если ему понадобится моя помощь. Анд?

Опыт в утешении разочарованных жизнью девиц у Немченко имелся достаточно богатый. От подруги он ушёл через два часа, оставив ту в меланхолии, но успокоившейся. В её двадцать лет у Одиссы ещё всё впереди, найдёт себе кого-нибудь получше. Тем более, что попаданец решил поставить точку в жизни Зеера ол Манела в ближайшее же время.

Надежды землянина разойтись с кровниками ол Шерригов миром оказались напрасными. Что ж, подумал Андрей, выйдя из ворот особняка подруги, он хотел как лучше, и предстоящая недружественная встреча с Зеером — не его выбор.

Момент для устранения врага попаданец расценил как весьма удачный, все подумают на северян. Кому, если не им, нужна смерть прево?

— Как тут мой конь себя чувствует? — спросил землянин у главного конюха.

Тот быстро отдал распоряжения строителям, ремонтирующих крышу одного из зданий, и повёл Немченко к арендованному деннику.

— Хорошо, господин. Кормим овсом, выгуливаем на корде. Деньги ещё остались. Я уточню, на какое количество дней. Или вы хотите забрать его?

— На время. На два-три дня. Выезжаю в патрулирование.

— Да вы что? Мой старший сын тоже завтра к Лиенаю едет.

— Я к Фожу, — улыбнулся Андрей, — седлать не надо, а вот торбу корма с собой дайте.

Глава 24

Цория прибежала с самым рассветом, опасалась, что хозяин, который стал для неё почти другом, уедет с ней не попрощавшись. Барбос, заметно подросший, крутился всё утро у ног Андрея, позабыв про свой интерес к поедающему во дворе траву коню.

— Да куплю я себе еды по дороге, — землянин вытащил уложенный Цорией в дорожную сумку свёрток и всучил ей обратно в руки, — ты как будто на войну меня провожаешь. Верховая прогулка на два-три дня — ничего более. Постоялые дворы и таверны игнорировать не собираюсь. Займись лучше, знаешь чем? Как я уеду, найдите с Чинтером приличный особняк на продажу. Не в Золотом районе, а где-нибудь рядом, чтобы в три тысячи оборов уложиться.

— Ты хочешь перебраться отсюда?

— Нет, я из любопытства, — Андрей слегка дёрнул бывшую воровку за ухо, — Зачем глупые вопросы задавать? Кое-что подзаработал, какие-то деньги обещают с продажи трофеев, немного собственных сбережений, остальное займу, есть у кого.

— Только не у ростовщиков. Там доли в рост безумные.

— Конечно, не у них, — успокоил служанку попаданец, заканчивая укладку сумки, — Есть друзья. А этот домишко отдам твоему другу под мастерскую, пусть здесь свои башмаки точит. С инструментом помогу. Будет мне четверть доходов отдавать, всё лучше, чем за боры на чужого дядю работать. Да, и ещё, за образец того жилья, что мне нужно, возьмите дом главы гильдии ювелиров. Расхваливают. Найдите его, посмотрите.

Перед калиткой, когда Немченко вышел на крыльцо, собрались соседи. Против воли, Андрей оказался весьма тронут. В родном мире он с людьми, живущими с ним в одном подъезде и даже на лестничной площадке, лишь здоровался из вежливости, а тут успел завоевать авторитет, полностью им заслуженный.

— Ол, у меня в Фоже сестра живёт, почтенная Гульмия, — сказал старший из Уклюев, — у неё там самый большой рыбный магазин. Если в городе остановитесь, можете у неё погостить.

— Спасибо, э-э, дружище, — Андрей опять не вспомнил правильное имя соседа, — Посмотрим. Как получится.

Чинтер оседлал олу Рею Буцефала — так Немченко назвал своего коня, пусть тот и не заслуживал столь прославленной клички — и подвёл на длинном поводу.

— Мия, вы с Барбосом сильно не озоруйте, а то ты останешься без гостинцев, — пригрозил землянин, взбираясь в седло, — Ну, до скорой встречи.

Происходящее сегодня у его дома чем-то напомнило Немченко проводы не поступивших в ВУЗ одноклассников в армию. Только, вместо переживающих родителей, тут охали и ахали Цория, Сарина Йоттер, бывшего мужа которой, вернувшегося позавчера с плавания, бросили в городскую тюрьму, и Авенолия Негиний, жена Тита, вполне обоснованно считавшая, что ол Рей спас её супругу жизнь.

Махать вслед тут не принято, но взлядами провожали, пока благородный сосед не скрылся за поворотом.

Патрульный отряд был уже в сборе и дожидался лишь прибытия мага Анда, назначенного командиром в звании временного лейтенанта.

— Как вам наше войско, ол? — ухмыльнулся десятник Орнис Дик.

— Сойдёт для поездки, — вздохнул Андрей, — Надеюсь, десанта нииторцев мы не встретим.

Два десятка ополченцев, составивших новый отряд землянина, набирались явно в бедных кварталах.

Видок этих горе-вояк был удручающим. Не бомжи, конечно, но в полученных ими из районного арсенала не по росту кожаных доспехах с наклёпанными железными и бронзовыми пластинами, мечами различной длины в деревянных побитых ножнах и короткими копьями с почерневшими от времени древками, смотрелись неуклюжими и мало пригодными к сражениям.

Под стать им были и их лошади, будто бы выделенные по принципу "на тебе, боже, что нам не гоже".

Обнадёживал только возраст вояк, от двадцати до тридцати, не безусые юноши и не старики. Хоть за то спасибо. Ещё городское начальство расщедрилось на амулеты защиты первого уровня для всех. И помощник Андрея смотрелся опытным бойцом и следопытом. Так что, не всё плохо, подумалось попаданцу.

Первые потери патруль понёс в северном пригороде, едва отъехав три сотни метров от ворот. Изношенная подпруга у лошади одного из ополченцев окончательно перетёрлась и лопнула. Пострадавший отделался ушибами, но искать лавки шорников, чтобы заменить сбрую, Андрей не стал. Распорядился неудачнику возвращаться домой.

Лишившийся будущей оплаты парень попытался возражать и просился ехать дальше без седла. Препирательства прервал десятник, сильно огрев его плетью вдоль спины.

— Городские пройдохи уже поняли, что со стороны нового прево не будет никакого контроля, — Орнис Дик из арьергарда переместился к Андрею в голову кавалькады, — Вот и суют нам всякую дрянь, а спишут, как новое. Благородный ол Манел больше другим озабочен. Всё никак не может подобрать подходящие украшения у ювелира. Даже ночами над этим работает.

— Не боишься, что язык подрежут, десятник? — попаданец с интересом посмотрел на битого жизнью тридцати-сорокалетнего егеря, — Тайная служба ведь не любит таких говорливых.

— Не любит, господин, это так. Только не слышал, чтобы в ней дворяне простыми доглядчиками служили, а её местного начальника я знаю. Доводилось один раз его сопровождать. Или вы ...

Конечно же, не побегу с кляузой, — усмехнулся Немченко, — Тем более, что с тобой согласен. Я доложу руководству палаты по возвращении про то, как обеспечиваются патрули. Пусть они вразумят чинуш.

За городскими рогатками дорога резко свернула к побережью и дальше шла вдоль океана мимо рыбацких поселений.

Люди здесь благодаря богатому промыслу выглядели гораздо лучше землепашцев. В придорожной таверне, где отряд остановился на обед, подавали блюда из свежего улова. Андрей морепродукты не очень любил, но тут отдал должное и ухе, и жареным рапанам с луком, и запечённой на углях треске.

Пока он, заплатив за весь отряд из выданного ему общего кошеля, смаковал принесённые блюда, двое ополченцев, устроившись в тёмном углу и втихую договорившись с разносчицей, весёлой полной красоткой, вместо положенных им порций взяли утроенное количество вина.

Спустя полчаса Немченко без лишних эмоций наблюдал, как десятник разбивал во дворе таверны алкашам лица в кровь.

— Господин, не желаете? — предложил Орнис командиру присоединиться.

— Твоего урока им хватит, — отказался Андрей и скомандовал: — По коням!

Через десяток миль от таверны покатый берег сменился скалами, и дорога сворачивала от океана в сторону лесов.

Никаких подозрительных флотилий или караванов судов патруль не увидел. Теперь предстояло ехать дозором, всё дальше удаляясь от большой воды.

На склонах росли оливковые рощи, за которыми ухаживали прикрытые только набедренными повязками рабы. Надсмотрщиков поблизости землянин не увидел, но спины и ноги многих трудяг носили следы наказаний, а у одной остриженной наголо девушки и на затылке имелась шишка. В общем, для кого-то Гертала не родная мать, а злая мачеха.

Дальше начали встречаться бесхозые деревушки, подчиняющиеся королевским тиунам. Дворяне владеть такими не желали. Ведь господин не только собирает дань со своих крестьян, но и имеет обязательства по их защите, от недружелюбных соседей, разбойных банд и обычных воров.

Если земли бедные, и ничего, кроме брюквы и огородных овощей не растёт, то кому охота с этим связываться?

До Фожа отряд не доехал примерно четверть пути, когда начало темнеть. Впереди показался постоялый двор, и землянин решил остановиться на ночлег в нём.

— Нииторцев, уверен, мы не встретим, — сказал Орнис Дик, вместе с Андреем въезжая в распахнутые грязным мужиком ворота, — А вот каких-нибудь татей, вполне. Неурожай позапрошлого года тогда многих выгнал на разбойный промысел.

— И до сих пор не вернулись? — с иронией в голосе поинтересовался попаданец.

— Нет, — серьёзно ответил десятник, первым спрыгивая на землю перед коновязью, — Встав на путь грабежей, назад уже не возвращаются.

На огромном подворье стояли повозки большого обоза, и гостевые номера в трактире все были заняты. Однако, по требованию ола Рея места для него и ополченцев быстро освободили. Не возмущались при этом ни хозяин постоялого двора, ни выселяемые из комнат постояльцы.

Андрей по своему характеру не являлся властолюбивым и своим новым положением благородного аристократа не наслаждался, и всё же появившиеся у него в другом мире возможности начинал ценить. Довольно удобно, когда перед тобой прогибаются.

Пара провинившихся на дневном привале ополченцев была отправлена в поруб, любезно предоставленный трактирщиком, остальные хорошо поели, попили, помылись и отдохнули. Анд ол Рей, если его слушаться, справедливый и заботливый командир.

Фож оказался небольшим поселением тысяч на десять жителей, расположенным на берегу живописного, но мелководного залива. Стены города были намного древнее нагабинских, когда-то именно здесь находился управленческий центр провинции. Появление вместо прибрежных плоскодонных судов морских и океанских кораблей с большой осадкой перенесло богатство и славу старинного Фожа на десятки миль южнее, к глубоководному порту Нагабина.

Задерживаться в городке патрульный отряд не стал. Временный лейтенант ол Рей, пока его подчинённые отдыхали в таверне, посетил местного мэра и старого воздушника, заменявшего здесь собой городскую палату магов. Тут всего-то проживало меньше десятка одарённых.

Нииторцев не заинтересовало глухое поселение, и никакой опасности для себя местное начальство пока не наблюдало, хотя оборону стен и порта усилили серьёзно, а паникёров и злостных распространителей слухов повесили.

— Так, орлы, подъём! — приказал своим воякам попаданец, входя в столовый зал, — Орнис, возвращаемся.

Обойтись без приключений у землянина не получилось и на этот раз.

Углубившись по заросшей лесной дороге вглубь фожской чащобы, отряд заметил дымы, поднимавшиеся над верхушками деревьев.

— Ол? — вопросительно посмотрел на командира десятник Дик.

— Ускоряемся, — приказал землянин.

Орнис принялся поторапливать ополченцев, неуверенно сидящих в сёдлах и явно расстроенных тем, что патрулирование, поначалу обещавшее денежное вознаграждение без серьёзных усилий, оборачивалось неприятностями.

К затерянной среди рощ набольшой — дворов на пятьдесят — деревне отряд прискакал через треть часа. Перед глазами ополченцев предстала картина разбойного грабежа. Вдоль единственной улицы сновали группы неопрятно одетых, грязных, но вооружённых людей и стаскивали к трём запряжённым телегам мешки, немудрёный крестьянский скарб, домашнюю птицу и даже — Андрей заметил возле последней телеги — тушу плохо откормленной свиньи.

На дороге лежал подстреленный арбалетным болтом пёс, а две хижины на отшибе и дальний домишко в правом ряду догорали уже опавшим пламенем.

— Чего рты раззявили, кретины?! — крикнул егерь на ополченцев, — В атаку!

Появление патруля бандиты заметили не сразу, а когда это всё же произошло, в бегство не обратились, а начали выбегать из хибар, готовя оружие к бою.

Оценить численность врага попаданец сразу не мог. Показалось, что не больше полусотни.

— Пора спешиваться, — сказал он скакавшему рядом десятнику, — Наши олухи не смогут с лошадей рубить.

— Рано, господин Анд. Бандитских гадов надо за самое для них дорогое брать.

— За яйца, что ли? — рассмеялся попаданец, чувствуя прилив адреналина.

— Нет, — захохотал в ответ егерь, — За телеги с добычей.

Через минуту, когда отряд достиг повозок, Немченко дал команду спешиться, а сам, ещё до того, как покинуть седло, атаковал облаком сумрака пятерых самых резвых разбойников, раньше всех устремившихся на спасение награбленного.

Трое из них, успевших выскочить за плетень, и те двое, кто только собирались это сделать, все попали в область, накрытую заклинанием. Андрей вложил всего один гит энергии, но этого вполне хватило, чтобы не защищённые амулетами негодяи вмиг посеревшими телами попадали на траву.

Членов шайки не смутила быстрая расправа мага над их товарищами. То ли они были хорошо выпившими, то ли оголодали настолько, что без сегодняшней добычи им грозил голод, а может и вовсе не заметили смерть подельников, только разбойники с яростными криками продолжили бежать на врага.

Они не могли не видеть, что против них не настоящие воины, а плохо обученные растерянные ополченцы. Да, против них маг, зато они превосходят численностью, опытом сражений и воинственностью.

Видимо, Андрей первой же атакой уничтожил главаря банды. Ничем иным объяснить, почему шайка не организовалась, а кинулась в сечу разрозненными группами, было нельзя.

— Разбились на пятёрки! — Немченко уже примерно знал тактику боя патрулей, — Встали плотнее у телег!

Набегавшего на него высоченного оборванца с искривлённым клинком — такие используют бойцы морских команд — землянин сразил сгустком тени и бросился с мечом на следующих троих противников, вооружённых топорами.

Связку шаг-шаг-разворот-шаг он выполнил безукоризненно. Первый бандит упал с перерубленной наполовину шеей, второй взвыл, зажимая живот от выпадения кишок, а третий изумлённо, словно не мог поверить, смотрел мертвеющими глазами, как благородный ол вынимает свой меч из его пронзённого сердца.

— Господин! — предупреждающе выкрикнул кто-то из ополченцев.

Андрей без раздумий ушёл на первый слой тени и увидел, как сквозь его ставшее невидимым и неосязаемым тело пролетел арбалетный болт. Попадание не было бы смертельным, снаряд прошёл значительно правее сердца, и амулетом он ранение быстро бы исцелил. И всё же один из ранее наказанных алкашей, вовремя окликнувший командира, заслуживал поощрения. Андрей решил, что таковым станет отмена для разгильдяя обещанной десятником публичной порки после возвращения отряда в Нагабин.

Не выходя в реальность, землянин погрузился на второй слой и теневым путём переместился за спину группы разбойников, уже добивавших стоявшую возле головной телегт пятёрку городских неумех. Один из этих ополченцев был убит, а трое серьёзно ранены.

Не оповещая о своём появлении, появившийся позади семёрки бандитов ол Рей принялся хладнокровно и быстро рубить врагов со спины.

Он бы уложил их всех до того, как те обнаружили его появление, если бы не выдали взгляды удивлённо обрадованных патрульных.

— Маг! — воскликнул обернувшийся разбойник.

— А ты кого ожидал увидеть? — проговорил себе под нос Немченко, отрубая державшую кистень руку и отскакивая от выпада единственного из группы оставшегося в живых, — Вы так и будете смотреть на меня, придурки? — спросил он у подчиненных, тяжело ранив в бок последнего, — Возьмите, — Андрей достал из кармана два двухуровневых лечебных амулета.

На оценку сложившейся обстановки у него ушло всего несколько мгновений. Каким бы ни было плохим вооружение ополченцев, всё же оно превосходило то, чем орудовали разбойники.

Отсутствие у патрульных боевых навыков и опыта компенсировалось поддержкой мага и опытного десятника, так что, хоть на ногах из отряда попаданца оставалось всего двенадцать человек, включая самого Анда ол Рея и Орниса Дика, шайка теперь ненамного превосходила их численностью.

К этому времени заклинания Немченко откатились для повторного применения.

— Орнис, назад! — крикнул он, чтобы не накрыть ударом своего заместителя.

Опытному унтер-офицеру егерей не нужно было объяснять, для чего ему дана такая команда. Несмотря на обильно кровоточащее ранение в плечо, он перекатом назад резко разорвал дистанцию с тройкой бандитов, которых тут же убило облако сумрака.

Поднявшийся на ноги десятник крикнул:

— Спасибо, ол! — он неожиданно напал на приготовившегося к бегству лысого детину в рваной рубахе, проткнув тому бедро, и взбодрил личный состав: — Добивайте их, бабы беременные! Вперёд!

Землянин здраво рассудил, что к нему эта команда не относится. Спокойно убрал меч в ножны и сгустком сумерка уничтожил единственного, кто из шайки ещё мог представлять опасность.

— Оставьте кого-нибудь для допроса! — напомнил он ополченцам, в конце сражения наконец-то ощутивших боевой азарт.

Глава 25

Как выяснилось, патрульный отряд подоспел почти вовремя. Шайка не успела приступить к убийствам и издевательствам над крестьянами. Бандиты и грабежи-то только начали. Так что, если не считать трёх семей, лишившихся своих лачуг, нескольких изнасилованных девиц и старшего сына старосты, все остальные отделались лёгким испугом. Даже изъятое у них скудное добро Анд ол Рей распорядился вернуть, хотя имел на него право как на военный трофей.

Наступал вечер, и попаданец решил остаться на ночлег в спасённой деревне. О комфорте здесь не могло идти и речи, но ничем не хуже ночёвки в лесу или поле, добраться до ближайшего постоялого двора отряд засветло бы не успел.

Андрей и десятник встали на постой в избе старосты, являвшегося заодно и королевским тиуном. Выжившие в бою одиннадцать ополченцев — одного тяжелораненого удалось спасти от смерти — разместились в крестьянских домишках.

Жена и дочь сельского главы накрыли стол для важных гостей, когда в светлицу, согнувшись из уважения, а заодно, чтобы не удариться лбом о верхний дверной брус, вошёл хозяин избы.

— Господин, разреши, мы не станем трупы разбойников в лес уносить? — спросил он выпрямившись, — Волков не хотим приваживать. Мы лучше в овраге закопаем, там их черви быстро съедят.

Тела павших в бою ополченцев сейчас догорали в погребальном костре, отсветы этого траурного огня можно было видеть сквозь окно. Убитых же бандитов попаданец распорядился выкинуть в лес, и, оказывается, это не очень хорошее решение.

— Я не возражаю, — ответил он просителю, — делай, как считаешь нужным. И, возвращайся, составишь нам с десятником компанию за ужином. Заодно пояснишь, что ты там бормотал про меня и своё село.

Чтобы не быть застигнутыми врасплох какой-нибудь другой бандой, десятник после простого, но сытного ужина отправился распределять между ополченцами очередь заступления в караул, да и сам собирался не спать половину ночи, а Андрей допоздна засиделся с тиуном, стоически принявшим смерть одного из восьми своих детей.

Уставшие от постоянных разбойных налётов селяне устами своего старосты просили спасшего их благородного ола взять деревушку под своё покровительство. Крестьяне готовы были пожертвовать частью своих прав ради безопасности.

Такое часто случалось, и корона, получавшая доходы в основном от ремёсел и торговли, легко шла на выделение магам новых владений, удерживая тем самым у себя одарённых, которые и пользу королевству приносили, и вставали на его защиту.

Вот только попаданцу эта забытая Великим магом глухомань совсем ни к чему. Доходы от продажи брюквы? Ерунда. За неделю зарядкой амулетов и накопителей заработаешь больше, чем год продавая овощи и корма. А проживать в тьмутаракани придётся подолгу. И где жить? Надо будет замок строить, денег на это потребуется очень много, и времени, и сил. Вспомнилась земная шутка про стрижку свиньи — визгу много, толку мало.

Так Немченко подумал вначале. Однако, парой минут позже кое-какие достоинства личного феода в здешних краях он всё же для себя увидел.

Всё-таки поселение соседствовало ещё с парой таких же, старосты которых тоже давно ищут господина-защитника, и феод по размерам окажется не таким уж и маленьким. Кроме того, отсюда всего пол дня пути до Фожа с его живописной бухтой. Да, почва здесь бедная — суглинок и болота, но неужели попаданец из развитого мира не придумает каких-нибудь иных способов получения доходов, помимо ведения сельского хозяйства?

Замок? Ну, если жениться на очень понравившейся Джисе ол Пирен, адептки стихии земли, то строительство их общего жилья значительно упростится. Девушка по-прежнему часто приходила в гости к Андрею, пусть лишь в сновидениях. Почему бы не рассмотреть всерьёз её кандидатуру в свои спутницы жизни? В разговорах с ней, правда, как-то проскользнуло, что родители ищут Джисе жениха, но чем Анд ол Рей плох?

Ещё вчера, раздумывая над своим ближайшим будущим, Немченко не планировал становиться феодалом, пока полностью не решит вопрос с Манолами, что можно было сделать только в столице, где те регулярно появлялись, сегодня же он не стал себя заранее загонять в жёсткие рамки.

— Я подумаю, Литик, — Андрей поднялся с лавки, давая понять, что разговор закончен и пора спать, — Твоя Черемшанка, конечно, совсем не то, о чём мне мечталось, и остальные две деревушки не радуют, хоть их и не видел, но твою просьбу буду иметь в виду.

— Господин, совсем ведь замучили, жизни никакой нет. Старшенького вот моего убили, троих внуков осиротили ...

— Спокойной ночи, Литик.

Через день в десятом часу утра патрульный отряд ола Рея вернулся в Нагабин. Землянин доехал со своими людьми туда же, где впервые с ними познакомился, и там их пути разошлись. Ополченцы отправились по домам — к мэрии за причитающимся им денежным вознаграждением им следовало явиться только через трое суток, когда городские власти рассмотрят рапорт их командира, десятнику Дику предстояло ехать на доклад в военный отдел канцелярии прево, а Андрею — в палату магов.

— Господин Анд, — егерь подобрал поводья, — Мне было большим удовольствием и честью служить под вашим командованием.

— Взаимно, Орнис. Надеюсь, мы не потеряемся в жизни. Буду рад тебя видеть. И ты это, обращайся, если что.

— Вы тоже можете на меня всегда полагаться, ол Рей.

Вначале попаданец заглянул в рабочий кабинет секретариата палаты, где кроме писцов находилась лишь благородная ола Гран, Тимг уехал в порт и до конца рабочего дня вернуться не обещал.

Одисса, избегая грустных мыслей, с головой ушла в работу, и документы на столах не скапливались.

Пообещав ей рассказать подробно о своей поездке к Фожу чуть позже, Андрей поднялся к главе палаты.

Кермия ол Ворм выслушала его безразлично, а по поводу его слов о гибели девяти ополченцев в бою с бандитами даже бровью не повела.

— Я поняла, — магиня огненной стихии шестого ранга откинулась в кресле и изобразила на губах улыбку, — Не забудь в письме мэру отметить отличившихся. А с отвратительным снаряжением патрулей мы уже разбираемся. Не ты первый об этом докладываешь. Сегодня отдыхай и ... Что-то ещё? — спросила она, видя, как сидевший на стуле ол Рей даже не пошевелился при её явном намёке на желание остаться одной.

— Да, но если тебе некогда ...

— Говори, раз уж начал, — усмехнулась Кермия.

— Посоветоваться хотел.

Немченко изложил главе палаты просьбу жителей Черемшанки и желание двух соседних крошечных поселений получить его покровительство и защиту в обмен на принятие обязанностей отдавать пятую часть урожая со своих наделов, два дня в неделю работать на господина и безропотно принимать его суд и наказания.

Про право первой ночи староста Литик тоже говорил, но озвучивать его магине землянин не стал.

Глава палаты магов, пока он рассказывал, смотрела на него с иронией.

— Послушай, Анд, — усмехнулась она, — Не стану скрывать, ты мне нравишься. Сообразительный, спокойный, не выпячиваешься и не страдаешь застенчивостью. К работе относишься ответственно, не чета твоему дружку Тимгу. Однако, ты способен удивлять. Не ожидала от тебя, что всерьёз начнёшь рассматривать просьбу этого быдла. Желаешь похоронить свою молодость среди лесов и болот? И для чего? Ради мешка картошки? Ах, да, там ведь и картофель толком не растёт. На моркови, капусте и брюкве решил зарабатывать, — она хохотнула, — Жить в городе подолгу у тебя никак не выйдет. И чем там станешь заниматься? В общем, дело твоё, конечно, но я бы тебе не советовала. Лучше, на, вот, — ола Ворм извлекла из ящика стола негатор, тот самый, которым отключили сигнальные амулеты в особняке Сарины Йоттер, и протянула землянину, — Узнаёшь? Хозяина негатора, разумеется, не нашли, это теперь собственность палаты. Заряди, получишь пятьдесят оборов.

— Сколько? — не сдержал удивления Немченко.

— Это же четвертый уровень, Анд. За наполнение таких артефактов медяки не платят. Это тебе не оброк репой с убогих драть. За три дня управишься?

— Управлюсь.

— Вот и отлично.

Дальше надоедать главе городских магов своим присутствием попаданец не стал. Забрав артефакт, он отправился к Одиссе, чтобы, как и обещал, развлечь её рассказом о своих героических подвигах.

Из палаты он вышел спустя час и отправился пристраивать надёжного Буцефала. В патрулировании конь ни разу его не подвёл, как и во время бегства.

— Скоро у тебя будет свой дом, — пообещал ему Андрей на прощание.

Решит ли он стать владетелем или нет, время покажет. Мнение опытной пятидесятилетней олы почти полностью совпадало с его сомнениями. В любом случае, строительство замка дело не одного дня, так что, особняк в Нагабине надо будет покупать.

В "Пышке" Андрей посетил только мыльню, проигнорировав едальный зал, чтобы не обижать Цорию. Наверняка ведь с утра его ждёт, пусть что-нибудь приготовит. Умения кухарки у служанки уже стали вполне приличными.

И действительно, через пару часов, сытно и вкусно пообедавший землянин сидел на крыльце своего дома в обнимку с Барбосом и слушал доклад бывшей воровки.

— Прости, Анд, мы с Чинтером все приличные районы обошли, — Цория стояла чуть расставив ноги и уперев в бока руки, ни дать, ни взять, сварливая жена, встречающая загулявшегося супруга. Немченко, разумеется, не стал приказывать ей вытянуться по стойке "смирно!", — Вполне приличных домов продаётся достаточно, но таких, чтобы были похожи на особняк ювелира, нет.

— На нет и суда нет, — Андрей, чуть зажмурившись, смотрел на яркую синеву неба, — Ладно, я сам займусь. Кому, как не олу Рею, знать, что хочет ол Рей? К тому же, глава гильдии, с его-то доходами, поди переборщил во всём. Так ведь?

Цория подробно описала не только сам особняк ювелира, но и его расположение, рассказав, как они с Чинтером обошли почти весь Золотой район.

Рассчёт землянина оправдался, ему не нужно будет самому лишний раз показываться вблизи места намеченного им убийства кровника, задавать вопросы, которые позднее могут вызвать подозрения и навести на след Анда ол Рея.

— Ты возьмёшь меня с собой, когда будешь искать новое жильё? — служанка склонила голову набок.

Так часто поступал Барбос, если считал, что в миску ему недоложили.

— Если хочешь, конечно возьму, — согласился попаданец, — Ты, давай, сегодня доделывай, что у тебя там из стирки-глажки осталось, завтра у тебя выходной, а послезавтра и пойдём. Можем и Чинтера взять.

Тайная служба, понятно, сейчас была занята поиском нииторских лазутчиков и вряд ли сразу кинулась выполнять личную просьбу прево. Описание внешности единственного выжившего из ол Шерригов у них, без сомнений, весьма смутное. В заркалах Андрей уже видел весьма возмужавшего парня, заметно отличающегося от Вита. Тем не менее, затягивать с устранением Зеера ол Манела не следовало.

Есть вещи, о которых лучше не знать даже самым близким людям. По этой причине, а вовсе не из-за подозрений в недостаточной преданности, землянин на день намеченного убийства кровника дал служанке день отдыха. Ни у кого не должно возникнуть вопросов, где ол Рей провёл ночь или часть ночи.

Ближе к вечеру Андрей отправился в "Ржавый якорь". Выбор таверны был связан вовсе не с приятными воспоминаниями о совместных попойках в ней с Эльмием и Ситом, а из-за того, что один из маршрутов пролегал мимо особняка ювелира.

На обратном пути Немченко увидел во дворе за кованной железной оградой особняка не только охранника ювелира, но и двух солдат, прогуливающихся неподалёку от крыльца. Догадаться о том, что здесь в гостях сейчас находится прево, труда не составило.

Теоретически, поставить точку в жизни Зеера можно прямо сегодня, вот только, территория сейчас наверняка закрыта сигнальными амулетами, которые предупредят о любом, кто появится на контролируемой ими площади после их активации. Чтобы не поднимать раньше времени тревогу, проникать в особняк следует до того, как артефакты приведут в действие.

Начинало темнеть, и прохожие на улице встречались редко. Андрей выбрал место и момент, чтобы незаметно уйти из реальности на второй слой сумрака и сквозь ставшие полупрозрачными стены внимательно рассмотреть дом и придомовые постройки. Он почти сразу нашёл подходящий закуток с инструментами, в котором можно будет на некоторое время затаиться.

Идею использовать выданный Кермией ол Ворм негатор, Немченко отмёл сразу же. Не нужно всё усложнять и натягивать лишнюю ниточку подозрений в свой адрес. Антимагические артефакты слишком редко встречаются, и у ол Рея могут поинтересоваться, не пропадал ли переданный ему на зарядку кристалл.

На следующий день попаданец пригласил своих сослуживцев Тимга и Одиссу в трактир сразу после работы.

— Премиальные за патрулирование вдруг оказались чуть больше, чем я рассчитывал, — пояснил он, поджидая сослуживцев на пороге секретарской, — Так почему бы мне не угостить друзей?

— В самом деле, отличная мысль, — засмеялась испытывающая постоянную нужду в деньгах ола Гран.

Почти все доходы Одиссы уходили на выплату долга, и дармовщину девушка любила больше других.

— Чур, я тоже плачу, — Тимг выбросил в мусорный бак испорченный документ, — И так тебе обязан. Не хочу увеличивать бремя.

Они неплохо провели пару часов в "Ржавом якоре", затем, несмотря на уговоры ол Эсма, Анд и Одисса, оставив друга в компании тут же приглашённой им трактирной прелестницы, покинули заведение.

Немченко проводил приятельницу до ворот её дома, это было по пути, где и распрощался с ней. Опасения, что девушка станет его настойчиво приглашать, к счастью не оправдались. Загруженный работой день и выпитое вино нагнали на молодую магиню усталость.

Не так уж часто, в родном мире или здесь, Андрей испытывал облегчение, если подруга отказывалась от продолжения совместного отдыха, однако сегодня был как раз тот случай, когда ему самому надо было уйти.

Землянину пришлось немного придержать шаг, чтобы никто из прохожих или случайных зевак не заметил его перехода в невидимость. Как раз в этот момент показалась выворачивающая в проулок карета прево, та самая, которая после бала доставила Одиссу с приятелями до дома.

— Пора, — тихо скомандовал он себе.

Через миг он оказался в комнатке под лестницей для прислуги среди грабель, мётел и лопат, резонно рассудив, что вечером уборочного инструмента вряд ли кто хватится. Хозяевам шум дворовых работ перед сном совсем не нужен.

— Он уже здесь! — одновременно с быстрыми шагами послышался возбуждённый женский голос, и на миг попаданцу показалось, что проникновение убийцы обнаружено, но тут же усмехнулся над своей глупостью, не про него речь, — Папа, ну почему ещё ворота не открыли?! Сошли этого дурака-привратника в имение.

— Дочка, успокойся, — мужской баритон прозвучал с насмешкой, — Ты как будто бы первый раз нашего дорогого прево встречаешь. А Ширика я выпорю, не переживай. Лучше скажи, где тот пенюар, который ты несколько раз за день примеряла?

— Ой, папа!

— Беги быстрей, накидывай на себя.

Ждать придётся долго, понимал Андрей. Он сел на дощатый пол и прислонился спиной к стыку стен.

Часа через полтора, когда услышал, что высокопоставленный гость отправился с любовницей в спальню, землянин ненадолго погрузился в сумрак и определил, где она находится.

Теперь Андрею предстояло выбрать вариант своих дальнейших действий. Время отката заклинания сумрачного пути составляло не меньше пяти минут, а, значит, надо определиться, проникнуть ли ему к врагу сумрачным путём, а затем уходить обычным бегством, или осторожно пробраться в спальню, убить врага и лишь потом воспользоваться заклинанием перемещения. Андрей выбрал второе, но решил в любой момент воспользоваться первым, если вдруг возникнет опасность, что его может обнаружить кто-нибудь из проснувшихся домочадцев или слуг.

Ждать, пока в доме все угомонятся, и стихнут все звуки пришлось довольно долго. Два часа? Три? Больше? Сказать точно он не мог. Тело затекло, и пришлось не пожалеть лечебного артефакта, чтобы привести его в норму.

В каморке стояла кромешная тьма, но он хорошо запомнил, где здесь находятся все предметы, точнее, решил, что запомнил.

Немченко уже протянул руку к двери, когда ногой зацепил одну из лопат. Она упала черенком на землянина, и тот успел её подхватить.

Выплеснувшийся адреналин видимо дошёл до мозга, и Андрей обозвал себя идиотом. Для того, чтобы хорошо видеть и самому быть незаметным, не нужно использовать заклинание, достаточно просто уйти на первый слой сумрака.

Дойдя до лестницы, попаданец так и сделал, сразу же почувствовав себя в родной стихии как рыба в воде. Третий ранг давал ему достаточно времени, чтобы спокойно добраться до врага.

Перед спальней любовников на стуле спала рабыня, у ног которой стоял таз с водой, а на плече у неё висели полотенца.

Петли двери, хорошо смазанные, не издали ни звука, и попаданец проник в комнату никого не потревожив.

Пробивавшийся через окно свет луны помог Андрею, вышедшему из слоя тени в реальность, достаточно хорошо видеть обстановку в спальне.

С влюблённой парочки лёгкое одеяло сползло на пол. Зеер лежал на спине, широко раскинув руки. Шикарная обнажённая брюнетка закинула ногу ему на бедро и положила голову на плечо.

Андрей осторожно приблизился к кровати, неслышно глубоко вдохнул, закрыл левой рукой рот ол Манела, а правой вонзил кинжал в сердце.

Молодой прево захрипел, судорожно дёрнувшись, и попаданец для верности ударил ещё раз в ту же область.

Зеер затих, но проснулась его подруга. Она начала отстраняться от любовника. На то, чтобы нырнуть сразу на третий слой тени и сумрачным путём переместиться из особняка на параллельную улице, оказавшись в десятках шагов от дома ювелира, у землянина ушло меньше секунды.

Немченко уже вышел в реальность и начал движение вдоль ограды небольшого парка, когда услышал истошный женский визг.

Врагов у землянина в новом мире наверняка ещё будет немало, но количество кровников он сегодня на одного сократил.

Андрей пошёл к своему дому, не оглядываясь.

Конец первой книги.

Content

Попаданец. Маг Тени. Книга 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25