Дерек Ленди

Осколки теней

Посвящается моей семье, потому что иначе они мне этого не простят…

Надин: милая, добрая и заботливая. И это всё про меня.

Одри: наверное, самое захватывающее в твоей жизни – это то, что я твой брат.

Айван: меня называли «потрясающим», «поразительным» и «вдохновляющим», но этих ничего не значащих слов недостаточно, чтобы меня описать.

Если вы подумали, что в посвящении вы прочтёте что-нибудь искреннее или проникновенное, позвольте мне посмеяться над вами…

Потому что проникновенную искренность я припас исключительно для своей бабушки.

Чик, эта книга также посвящена тебе за твою любовь и поддержку на протяжении многих лет. Клянусь, я люблю тебя больше других твоих внуков.

Derek Landy

SKULDUGGERY PLEASANT: PLAYING WITH FIRE

Text copyright © Derek Landy 2008

Skulduggery Pleasant™ Derek Landy

Published by arrangement with Michelle Kass Associates Ltd, London

All rights reserved.

Художник Юрий Щербаков

Стефани Эджли. Загадки, расследования, семейное проклятие

© Моисеева Е.А., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Глава 1

Над пропастью

Валькирия Каин ударилась о парапет, не сумела удержаться на ногах, перевернулась и, испуганно вскрикнув, повисла прямо над пропастью.

Церковная колокольня горделиво возвышалась над Дублином. Свежий ночной ветерок доносил с улицы обрывки смеха. До земли было очень далеко.

Человек в рваном пальто подошёл к краю и посмотрел вниз. Потом он ухмыльнулся.

– Это просто унизительно, – заметил он. – Неужели они не знают, насколько я опасен? А я очень, очень опасен. Я убийца. Я тренированная машина для убийств. И они всё равно посылают тебя. Ребёнка.

Валькирия почувствовала, что её пальцы слабеют и соскальзывают с выступа. Она проигнорировала насмешки и огляделась по сторонам, ища за что бы ухватиться. Только вниз старалась не смотреть – туда, где была улица и перспектива долгого падения. Валькирия не хотела смотреть вниз. И совершенно не хотела думать о том, что ждёт её там, внизу.

– Сколько тебе лет? – продолжал мужчина. – Тринадцать? Разве ответственный взрослый пошлёт тринадцатилетнюю девчонку останавливать меня? О чём они думали?

Валькирия осторожно качнулась к башне и упёрлась ногами в маленький выступ на стене. Её тут же охватил страх, и она застыла. Она закрыла глаза, пытаясь отогнать парализующий ужас.

Мужчину звали Вориен Головорез, и его разыскивали в пяти странах за несколько попыток убийства. Он опустился на корточки и счастливо улыбнулся.

– Я превращаю убийство в искусство. Когда я… Когда я убиваю, я рисую огромную картину, используя кровь и… и… месиво. Понимаешь?

Внизу мерцали городские огни.

– Я художник, – продолжал Головорез. – Некоторые люди не могут этого оценить. Некоторые не в состоянии распознать истинный талант. И это нормально. Я не обижаюсь. Моё время ещё придёт.

– Серпин пытался вернуть Безликих, – выдавила Валькирия. Её пальцы горели, а мускулы ног совершенно перестали ей повиноваться. – Мы его остановили. И тебя мы тоже остановим.

Головорез рассмеялся.

– Думаешь, я хочу, чтобы старые боги снова ходили по земле? Правда? Думаешь, Нефариан Серпин был моим лидером? Я не какой-нибудь чокнутый ученик, ясно? Я свободный человек.

У Валькирии был всего один шанс, и, чтобы им воспользоваться, ей следовало полностью успокоиться. Её сила, пока довольно ограниченная, заключалась в магии Элементаля, то есть в управлении землёй, воздухом, огнём и водой. Но на данной стадии обучения у неё ничего не получалось, если она была перепугана.

– Но если ты не хочешь, чтобы Безликие вернулись, – продолжала Валькирия, – тогда что тебе нужно? Зачем ты это делаешь?

Головорез покачал головой.

– Ты не поймёшь. Это дела взрослых. Я просто хочу, чтобы они наконец меня оценили. Разве это так трудно? Конечно, тебе не понять. Ты всего лишь ребёнок. – Он пожал плечами. – Ну ладно. Пора умирать. – И Головорез протянул руку, чтобы толкнуть Валькирию.

– Ты уже кого-нибудь убивал? – быстро спросила она.

– Что? Я ведь только что сказал тебе, что превращаю убийство в искусство.

– Но ты ведь ещё по-настоящему никого не убил, верно? Я читала твоё дело.

Головорез сердито посмотрел на Валькирию.

– Формально нет, но сегодня это наконец случится. Ты станешь моей первой жертвой.

Валькирия собралась с силами и постаралась дышать ровно.

– Найди место, где всё соединяется, – прошептала она.

Головорез нахмурился.

– Что?

Валькирия с силой подтянулась наверх и отпустила правую руку, чтобы почувствовать ладонью воздух. Она толкнула его, как её учили, и мерцающая воздушная волна сбила Головореза с ног. Валькирия ухватилась за парапет и перебросила ноги через край. Она хмыкнула, подтянулась, держась за кромку крыши левой рукой, и забралась наверх. Встала, дрожа от напряжения, и отошла подальше от края. Взметнувшись от ветра, её тёмные волосы облепили ей лицо.

Головорез начал подниматься, и Валькирия увидела, что от гнева его щёки покрылись красными пятнами. Она щёлкнула пальцами, вызвав искру, и поймала её в ладонь. Потом попыталась сосредоточиться и превратить искру в пламя, но Головорез уже мчался на неё, как товарный поезд.

Валькирия подпрыгнула и выбросила обе ноги вперёд. Её башмаки ударили Головореза в грудь, и тот снова распластался на земле. Не дав ему повернуться, она ударила его ногой в челюсть. Головорез перекатился назад, встал, но тут же снова потерял равновесие и упал. Убийца сплюнул кровь и злобно посмотрел на Валькирию.

– Маленькая негодяйка, – прорычал он. – Наглая, подлая, маленькая негодяйка. Кажется, ты не знаешь, с кем связалась. Я стану величайшим убийцей, каких ещё не видел мир. – Он медленно поднялся, вытирая рукавом разбитую губу. – Когда я с тобой покончу, то отправлю твой изуродованный, окровавленный труп твоим хозяевам как предупреждение. Они прислали тебя одну. В следующий раз им придётся прислать целый батальон.

Валькирия улыбнулась, и Головорез окончательно вышел из себя.

– Что смешного?

– Во-первых, – ответила она, чувствуя себя более уверенно, – они не мои хозяева. У меня нет хозяина. Во-вторых, им не нужен батальон, чтобы с тобой справиться. И в‑третьих, и это самое важное, кто сказал, что я пришла одна?

Головорез нахмурился, повернулся, увидел, что к нему приближается скелет в чёрном костюме, попытался атаковать, но тут ему в лицо влетел кулак в перчатке, нога детектива врезалась ему в голень, а локоть – в грудь. Головорез неуклюже рухнул на землю.

Скалдаггери Плезант повернулся к Валькирии.

– Ты не пострадала?

– Я убью вас обоих! – завыл Головорез.

– Тихо! – рявкнул Скалдаггери.

Головорез бросился к нему, и детектив, шагнув навстречу, перехватил его вытянутую руку, развернул преступника, а потом резко ударил ему ладонью по горлу. Головорез перевернулся в воздухе и снова шмякнулся на землю. Скалдаггери снова повернулся к Валькирии.

– Всё хорошо, – ответила она. – Правда.

Головорез прикрыл лицо руками.

– Кажется, вы сломали мне нос!

Они не обратили на него внимания.

– Он говорит слишком много, – заметила Валькирия, – но, по-моему, не понимает значения всех слов.

Головорез вскочил.

– Я лучший в мире убийца! Я превращаю убийство в искусство!

Скалдаггери снова ударил его, и Головорез упал, перевернувшись в воздухе.

– Вориен Головорез, – произнёс детектив, – властью, данной мне Уставом правосудия Святилища, я заключаю тебя под арест за попытку убийства Александра Ремита и Софии Тойл в Орегоне, Котурнуса Оды и Армигера Фопа в Сиднее, Грегори Кастеллана и Бартоломью…

Головорез предпринял последнюю отчаянную попытку нападения, но Скалдаггери быстро пресёк её, нанеся ему сильный удар в нос. Лучший в мире убийца зашатался, упал и заплакал.

Глава 2

Убийца на свободе

Это был «Бентли» R-Type 1954 года выпуска. Машина разрезала тихую дублинскую ночь, как сверкающая и мощная чёрная акула. Это была красивая машина. Валькирия любила её почти так же, как любил её Скалдаггери.

Они свернули на О’Коннел-стрит, проехали мимо Иглы[1] и памятника Парнеллу[2]. Головорез сидел на заднем сиденье и жаловался на слишком тугие наручники. Было четыре утра. Валькирия с трудом подавила зевок.

Год назад в это же время она лежала бы в уютной постели и видела привычные сны. Но теперь всё изменилось, и она считала, что ей повезло, если ночью удавалось поспать хотя бы несколько часов. Если она не охотилась за сумасшедшими вроде Головореза, то практиковалась в магии, а если нет, то Скалдаггери или Танит Лоу учили её драться. Сейчас жизнь Валькирии была намного более захватывающей, намного более интересной и более опасной. По правде говоря, одним из недостатков её теперешней жизни было то, что ей почти не снились приятные сны. Когда ей удавалось заснуть, ей снились кошмары. Они терпеливо ждали и всегда были готовы поиграть.

Но Валькирия убеждала себя, что такова цена. Цена за жизнь, полную приключений и азарта.

После событий минувшего года владельцы закрыли Музей восковых фигур и создали его новую, улучшенную версию в другой части города. А старое здание осталось тихо стоять рядом со своими соседями, неприметное и невзрачное. Его парадная дверь была заперта и опечатана. Но Валькирия и Скалдаггери никогда не использовали парадную дверь.

Они припарковались на погрузочной площадке позади здания и провели Головореза через чёрный ход. Они шли по тускло освещённым коридорам мимо одиноких фигур исторических персонажей и звёзд кино, собиравших пыль. Валькирия провела рукой по стене, нащупала выключатель, и рядом открылась дверь. Она вошла внутрь, спустилась по ступенькам, и в голове тут же промелькнули события прошлого лета, когда она шагнула в вестибюль Святилища, весь усеянный трупами…

Но сегодня мертвецов не было. У дальней стены стояли на страже два Косаря, облачённых в серое, с косами за спиной и в шлемах с забралами. Косари были исполнителями законов и солдатами. Безмолвные и смертельно опасные, они по-прежнему пугали Валькирию.

Двойные двери слева распахнулись, и оттуда появился новый Великий Маг Турид Гилд – мужчина лет шестидесяти с лишком, с редеющими седыми волосами, морщинистым лицом и холодными глазами.

– Значит, вы его нашли, – произнёс Гилд. – До или после того, как он кого-нибудь убил?

– До, – ответил Скалдаггери.

Гилд хмыкнул и дал знак Косарям. Они приблизились. Головорез отпрянул было, но его крепко взяли за руки, и он больше не сопротивлялся. Он даже перестал жаловаться на свой сломанный нос, когда его уводили.

Валькирия посмотрела на Гилда. Его нельзя было назвать дружелюбным человеком, но и ему тоже было не по себе рядом с ней, как будто он не был уверен, стоит ли принимать её всерьёз. Обычно он обращался к Скалдаггери, а на Валькирию только косился, когда она что-нибудь спрашивала.

– Возникла ситуация, требующая вашего внимания, – сказал Гилд. – Пройдёмте.

Скалдаггери зашагал рядом с Великим Магом, а Валькирия держалась на пару шагов позади. Гилд занял место главы Совета Старейшин, но ему было необходимо избрать ещё двух магов, которые станут править вместе с ним. Очевидно, это был долгий и трудный процесс, но кажется, Валькирия знала, кто станет первым избранником Гилда. В конце концов он уважал силу, а в мире было не так уж много людей сильнее мистера Блисса.

Они вошли в комнату с длинным столом, из-за которого поднялся мистер Блисс – лысый, высокий, широкоплечий, с пронзительно-голубыми глазами.

– Я получил тревожные сведения, – произнёс Блисс, как всегда, сразу переходя к делу. – Похоже, барон Мститель покинул своё место заточения в России.

Скалдаггери помолчал, а потом медленно спросил:

– Как он выбрался?

– Судя по сообщениям, это была настоящая бойня, – ответил Гилд. – Убито девять Косарей и приблизительно треть заключённых. Его тюремная камера, как и все другие, была надёжно закрыта. Никто не смог бы использовать магию, чтобы выбраться из неё.

Валькирия подняла бровь, и детектив ответил на её немой вопрос.

– Барон Мститель – один из трёх печально известных генералов Меволента. Опасный фанатик, невероятно умный и невероятно могущественный. Я был свидетелем того, как он всего лишь взглянул на моего коллегу, и тот треснул на части.

– Треснул?

Скалдаггери кивнул.

– Разлетелся во все стороны. – Он повернулся к Гилду. – Мы знаем, кто его освободил?

Великий Маг покачал головой.

– По сообщениям русских, одна стена его камеры треснула. Она устояла, но была вся покрыта трещинами, как будто по ней чем-то ударили. Это единственная улика, которая у нас есть.

– Местонахождение тюрьмы держится в строжайшей тайне, – добавил Блисс. – Она скрыта от посторонних глаз и хорошо охраняется. Тот, кто за этим стоит, имел связи внутри.

Гилд поморщился.

– Это проблема русских, а не наша. Нам надо думать лишь о том, как остановить Мстителя.

– Думаете, он придёт сюда? – спросила Валькирия.

Гилд посмотрел на неё и сжал кулак. Возможно, он этого даже не осознавал, но для Валькирии это стало отчётливым знаком, что он по-прежнему её терпеть не может.

– Да, Мститель вернётся домой. Его с нами связывает прошлое. – Гилд посмотрел на Скалдаггери. – Мы уже отправили наших людей в аэропорты и на пристани в надежде помешать ему вернуться. Но вы лучше других знаете, как трудно… остановить барона.

– Это точно, – пробормотал Скалдаггери.

– Думаю, мы можем предположить, – продолжал Гилд, – что если барон Мститель ещё не в стране, то прибудет сюда очень скоро. Вы арестовали его восемьдесят лет назад. Я рассчитываю, что вы сделаете это снова.

– Сделаю всё возможное.

– Постарайтесь сделать больше, детектив.

Скалдаггери мгновение смотрел на Гилда, прежде чем ответить:

– Конечно, Великий Маг.

Гилд кивком отпустил их, и, когда они шли обратно по коридорам, Валькирия заметила:

– Я ему не нравлюсь.

– Это правда.

– Вы ему тоже не нравитесь.

– А вот этого я не могу понять.

– Так что насчёт этого Мстителя? Он и вправду такой ужасный?

– Самый ужасный на свете. Не думаю, что он забыл, как я швырнул в него заряд динамита. Естественно, он его не убил, но точно испортил ему день.

– Значит, теперь он весь в шрамах?

– Магия помогает избавиться от большинства физических шрамов, но мне хочется думать, что я нанёс ему душевную травму.

– А если взять Шкалу Злодеев? Десять – это Серпин, а один – Головорез.

– К несчастью, из-за барона на шкале появляется одиннадцатое деление.

– Хмм… Это же значит, ну вы понимаете, ещё больше зла?

– Верно.

– Значит, мы в беде.

– О да, – мрачно ответил Скалдаггери.

Глава 3

Мститель

Своё прибытие на ирландскую землю барон Мститель отметил убийством. Он предпочёл бы обойтись без лишнего шума, сойти с палубы корабля и раствориться в городе, но его вынудили поступить иначе. Его узнали.

Один волшебник заметил Мстителя в толпе, когда тот сходил на берег. Барон увёл его подальше от людей, в тихое место. Убить его оказалось легко. Он застал мага врасплох. Короткая борьба, и пальцы Мстителя сомкнулись вокруг шеи волшебника. Ему даже не пришлось использовать магию.

Избавившись от тела, Мститель углубился в центр Дублина, наслаждаясь наконец-то обретённой свободой.

Это был высокий человек, с широкой грудью и коротко подстриженной бородкой того же серебристо-металлического цвета, что и волосы. На нём был тёмный костюм с начищенными до блеска пуговицами пиджака. А каблуки его ботинок звонко стучали, когда он шагал по освещённым уличными фонарями тротуарам. Дублин сильно изменился со времени его последнего визита. Весь мир сильно изменился.

Он услышал за спиной тихие шаги. Остановился, не оборачиваясь. Мужчина в чёрном обошёл его и оказался прямо перед ним.

– Барон, – приветливо произнёс он.

– Вы опоздали.

– Я здесь, и это главное.

Мститель посмотрел ему в глаза.

– Я не терплю неподчинения, мистер Сумрак. Возможно, вы об этом забыли.

– Времена изменились, – ровным голосом ответил Сумрак. – Война закончилась.

– Только не для нас.

Мимо проехало такси, и фары осветили бледное лицо и чёрные волосы Сумрака.

– Сангвин не с вами, – заметил он.

Мститель двинулся дальше, и Сумрак зашагал с ним рядом.

– Он скоро присоединится к нам, не бойтесь.

– Вы уверены, что можете ему доверять? Я рад, что он освободил вас из тюрьмы, но на это ему потребовалось восемьдесят лет.

Если бы на месте Сумрака был любой другой человек, это замечание было бы верхом лицемерия, поскольку сам он не сделал ничего, чтобы помочь Мстителю. Но Сумрак не был любым другим человеком. Его едва ли можно было назвать человеком, и в его природе не было преданности. Возможно, некоторая доля покорности, но не преданность. И по этой причине Мститель на него не сердился.

Но всё было иначе в отношении Сангвина…

Внезапно дыхание Сумрака стало тяжёлым. Он сунул руку в карман пальто, вытащил шприц и вонзил иглу в руку. Надавил на поршень, вводя в кровь бесцветную жидкость, и через несколько мгновений снова задышал нормально.

– Рад, что у вас по-прежнему всё под контролем.

Сумрак убрал шприц.

– В противном случае я не мог бы быть вам полезен, верно? Что я должен сделать?

– В нашем плане будет несколько препятствий. Нам придётся столкнуться с врагами. К примеру, с детективом-скелетом. Очевидно, теперь у него появилась ученица – темноволосая девчонка. Сегодня вечером вы будете ждать их у Святилища, потом последуете за ними, и, когда она окажется одна, схватите её и приведёте ко мне.

– Конечно.

– Живой, Сумрак.

Помедлив, Сумрак повторил:

– Конечно.

Глава 4

Красавица и чудовище

Покинув Святилище, они проехали через весь город и оказались на улице, застроенной уродливыми многоквартирными домами. Скалдаггери припарковал «Бентли», замотал лицо шарфом, натянул пониже шляпу и вышел из машины.

– Вы даже не упомянули о том, как меня сегодня сбросили с колокольни, – заметила Валькирия, когда они переходили дорогу.

– А должен был? – поинтересовался детектив.

– Головорез сбросил меня с колокольни. Разве это не стоит упоминания?

– Я знал, что ты справишься.

– Это была колокольня. – Валькирия первой вошла в многоквартирный дом.

– Тебя сбрасывали со зданий и повыше, – заметил Скалдаггери.

– Да, но вы всегда меня ловили.

– Значит, ты усвоила ценный урок – я не всегда буду рядом, чтобы тебя поймать.

– Мне кажется, вы могли бы и сказать об этом уроке.

– Чушь! Зато теперь ты никогда не забудешь.

Они поднялись по лестнице, и Скалдаггери избавился от своей маскировки. Когда они оказались на втором этаже, Валькирия остановилась и повернулась к нему.

– Это было испытание? – спросила она. – Я знаю, что я всё ещё новичок. Вы не пришли, потому что хотели испытать меня? Проверить, справлюсь ли я одна?

– Вроде того, – ответил детектив. – Вообще-то нет, ничего подобного. У меня развязался шнурок. Поэтому я задержался. И поэтому ты была одна.

– Меня могли убить, потому что вы завязывали шнурок?

– Развязанный шнурок может быть опасен, – пояснил Скалдаггери. – Я мог бы споткнуться.

Валькирия молча смотрела на него. Время медленно тянулось.

– Шучу, – наконец ответил он.

Она немного успокоилась.

– Правда?

– Точно. Я никогда бы не споткнулся. Я слишком грациозен.

Он прошёл мимо Валькирии, она сердито посмотрела ему вслед, и они стали подниматься на третий этаж. Наконец они подошли к средней двери. Им открыл худощавый человек в больших круглых очках и галстуке-бабочке, впустив их в библиотеку.

Она представляла собой огромный лабиринт из высоких книжных шкафов, в котором Валькирия умудрилась заблудиться не меньше одиннадцати раз. Кажется, Скалдаггери очень веселило, когда она оказывалась в тупике или возвращалась к тому месту, откуда пришла, поэтому она пропустила его вперёд.

Из-за поворота вдруг вышла Чайна Печаль в тёмном брючном костюме; её чёрные волосы были стянуты в пучок. Увидев их, она остановилась и улыбнулась. Чайна, самая прекрасная женщина, какую только видела Валькирия, заставляла людей влюбляться в неё с первого взгляда.

– Скалдаггери, – произнесла она. – Валькирия. Как приятно вас видеть. Что привело ко мне двух уважаемых сыщиков? Полагаю, это имеет отношение к делам Святилища?

– Правильно полагаешь, – ответил Скалдаггери. – И я уверен, ты уже знаешь, зачем мы здесь.

Улыбка Чайны стала чуть застенчивой.

– Дайте подумать… Речь идёт о некоем недавно освободившемся бароне? Хотите знать, не доходили ли до меня какие-то особенно любопытные слухи?

– А они до вас доходили? – спросила Валькирия.

Чайна помолчала, огляделась, а потом снова одарила их улыбкой.

– Давайте поговорим в каком-нибудь спокойном месте, – сказала она и повела их из библиотеки в свою роскошную квартиру. Когда Скалдаггери закрыл дверь, Чайна села.

– Скажи мне, Валькирия, – начала она, – что тебе известно о бароне Мстителе?

Валькирия уселась на кушетку, а Скалдаггери остался стоять.

– Немного, – ответила она. – Он очень опасен. Это всё, что мне известно.

– Верно, – согласилась Чайна, и её голубые глаза замерцали в свете лампы. – Он очень опасен. Он страстный приверженец Безликих, а нет никого опаснее фанатика. Вместе с Нефарианом Серпином и лордом Гнусом Мститель был одним из доверенных генералов Меволента. Он участвовал в их самых тайных операциях. Ты когда-нибудь слышала о Гротеске, дорогая?

Валькирия покачала головой.

– Прежде чем его поймали, барон Мститель получил задание воскресить Безликого, останки которого были найдены в заброшенной могиле.

Валькирия нахмурилась.

– Разве это возможно? Вернуть одного из них к жизни, когда прошло столько времени?

На этот раз ей ответил Скалдаггери.

– Вернуть Безликого целиком оказалось выше его сил, поэтому Мститель соединил останки с частями тел и органами других существ, создав гибрид, которого он назвал Гротеском. Но даже в этом случае не хватало одного ингредиента.

– Точнее, двух ингредиентов, – снова заговорила Чайна. – Прежде всего ему была нужна сила чёрного мага, чтобы оживить его, а также нечто, что поддерживало бы в нём жизнь.

– Когда лорд Гнус умер, Мститель решил, что сможет использовать его силу. Гнус был чёрным магом, практиковавшим магию смерти – магию тьмы. Чёрные маги помещают большую часть своей силы в какой-нибудь предмет, оружие или, как в данном случае, в доспехи.

– Значит, если бы Мститель надел эти доспехи, – закончила Валькирия, – то получил бы всю силу Гнуса…

– Но он не смог их найти, – ответил Скалдаггери. – Лорд Гнус умер в одиночестве, а его доспехи оказались потеряны.

– А другой недостающий ингредиент? Он узнал, что это?

– Насколько я знаю, да. Он это узнал, – ответила Чайна.

– И что же это?

– Он знает. А мы нет.

– Ясно.

– К счастью для нас и для мира в целом, Скалдаггери сумел раскрыть этот заговор прежде, чем Мститель нашёл доспехи и добыл свой загадочный недостающий ингредиент. Он выследил барона в известном вражеском убежище и отдал его в руки правосудия после самой знаменитой битвы той войны. Если я не ошибаюсь, Скалдаггери был серьёзно ранен во время сражения.

Валькирия посмотрела на детектива, и он сложил руки на груди.

– Это похоже на урок истории, – заметил он. – Зачем мы об этом говорим?

– Потому что я слышала, – с улыбкой ответила Чайна, – что помощники барона нашли этот последний недостающий ингредиент, что бы это ни было. Или, по крайней мере, узнали о его местоположении.

Скалдаггери наклонил голову.

– И кто эти помощники?

– Боюсь, даже я этого не знаю.

– Если у Мстителя есть недостающий ингредиент, – обеспокоенно произнесла Валькирия, – значит, он сможет оживить то существо?

– Гротеска, – поправила Чайна.

– Нет, это невозможно, – возразил Скалдаггери. – Ему понадобятся доспехи Гнуса, а их у него нет.

– Но если бы они у него были и он бы оживил это существо, что бы оно тогда сделало? Мы бы смогли его остановить?

Скалдаггери колебался всего лишь долю секунды.

– Опасность, которую представляет Гротеск, немного серьёзнее. В теории он сможет призвать Безликих в наш мир через портал между реальностями.

– Портал? – с сомнением переспросила Валькирия.

– Да, но, чтобы это сделать, Гротеск должен быть очень силён, а этого не случится.

– Почему?

– Для этого нужно сердце, а единственное подходящее ему – это сердце Ку Гэлах.

– Что-что?

– Ку на Гэлай Дуив, – ответила Чайна. – Это его полное ирландское название. Вас ведь ещё учат гэльскому в школе?

– Да, это значит… «чёрный пёс чего-то там», верно?

– Почти. Пёс Чёрной луны. Ужасные существа. Фактически они уже вымерли, но это были дикие и безжалостные псы.

– Дикие, безжалостные псы, – повторил Скалдаггери, – которые становились таковыми только на одну ночь каждые несколько лет – во время лунного затмения. Поэтому какой бы силой Мститель ни наделил своё создание, Гротеск никогда не будет достаточно силён, чтобы открыть портал, пока Земля, Луна и Солнце не выстроятся в ряд, а это случится только…

– Через две ночи, – подсказала Чайна.

Скалдаггери обмяк и опустил голову.

– Просто великолепно, – пробормотал он.

Позже, по пути в Хаггард, Валькирия повернулась к детективу.

– Так, значит, легендарная битва? – спросила она.

Скалдаггери слегка повернул голову.

– Прости?

– Легендарная битва между вами и Мстителем. Что произошло?

– Мы сражались.

– Тогда почему это самая известная битва войны?

– Не знаю, – ответил детектив. – Может, людям больше не о чем было говорить.

– Чайна сказала, вы были серьёзно ранены. Поэтому вы его терпеть не можете? Потому что он вас ранил?

– Я его терпеть не могу, потому что он злой.

– Значит, это не имеет никакого отношения к вашему ранению?

– Просто он очень злой, – проворчал Скалдаггери.

Они ехали по шоссе ещё пять минут, а потом свернули на объездную дорогу. Дальше дороги стали сужаться и всё больше изгибаться. Они тянулись среди тёмных полей и одиноких домов, а потом по обеим сторонам появились оранжевые уличные фонари, и они въехали в Хаггард. «Бентли» подъехал к причалу и остановился.

– Завтра важный день, – сказала Валькирия.

Скалдаггери пожал плечами.

– Может быть. А может, и нет. Если удастся не допустить Мстителя в страну, нам не о чем будет беспокоиться.

– А если у нас не получится?

– Тогда нам придётся побеспокоиться, и я хочу, чтобы ты была очень внимательной и отдохнувшей.

– Да, сэр, – ответила Валькирия, насмешливо приподнимая бровь. Она открыла дверцу, вышла из машины, и через несколько секунд задние фары «Бентли» исчезли в темноте.

Валькирия немного постояла у причала, глядя, как тёмное море пенится у скал и играет с пришвартованными поблизости маленькими лодками. Она любила смотреть на море. Его сила заставляла её почувствовать себя в безопасности.

Когда Валькирию Каин ещё звали Стефани Эджли, она почти ничего не знала о том, что происходит за пределами Хаггарда. В этом маленьком городке у восточного побережья Ирландии жизнь всегда была тихой, мирной и ужасно скучной.

Всё изменилось, когда Нефариан Серпин убил её дядю. Гордон был автором бестселлеров, фантастических и ужасных историй, но ему также был известен Большой Секрет. Он знал о существовании мира волшебников и магов, о тихих скрытых войнах, которые они вели. Он знал о Безликих – ужасных тёмных богах, изгнанных из нашего мира – и о людях, которые хотели их вернуть.

После этого Валькирия встретила детектива-скелета и узнала, что её род восходит к первым земным магам, которых называли Древние. Ей также предстояло взять себе новое имя. Скалдаггери сказал ей, что у каждого человека есть три имени – имя, с которым он рождается, имя, которое ему дают, и имя, которое он выбирает сам. Имя, с которым человек рождается, его истинное имя, погребено глубоко в его подсознании. Имя, которое ему дают родители, обычно остаётся единственным известным другим людям. Но это имя можно использовать против человека, поэтому маг должен выбрать третье имя, чтобы защитить себя.

Так Стефани Эджли стала Валькирией Каин. Теперь она изучала магию и была на пути к тому, чтобы стать Элементалем.

Валькирия украдкой проскользнула за угол дома, встала под окном и сосредоточилась. Всего несколько недель назад ей была нужна лестница, чтобы забраться в свою комнату, но каждый урок со Скалдаггери помогал ей ещё больше овладеть её силой.

Она не торопилась, чувствуя, как по телу разливается спокойствие. Она сжала пальцы, воздух коснулся её кожи, и Валькирия ощутила невидимые грани между предметами. Она почувствовала, как все они связаны между собой, осознала, как каждый из них повлияет на другой, как только на них будет оказано нужное воздействие…

Валькирия растопырила пальцы, воздух задрожал, и она взлетела наверх, ухватившись за подоконник. Время от времени она промахивалась, но постепенно у неё стало получаться лучше. Она открыла окно и, хрюкнув от напряжения, залезла в комнату. Потом как можно тише Валькирия закрыла окно и включила свет.

Она не обратила внимания на сидевшую на её кровати девочку – точную копию её самой. Валькирия подошла к двери, прижалась к ней ухом и прислушалась. Удостоверившись, что родители спят, она скинула плащ. Её точная копия встала с кровати.

– Твоя рука, – сказала она. – На ней синяки.

– Небольшая стычка с плохим парнем, – тихо ответила Валькирия. – Как прошёл день?

– В школе всё хорошо. Я сделала все домашние задания, кроме последней задачи по математике. Я не знала, как её решить. Твоя мама приготовила на ужин лазанью.

Валькирия скинула ботинки.

– Ничего странного не произошло?

– Нет. Совершенно обычный день.

– Отлично.

– Ты готова продолжать свою жизнь?

– Да.

Копия кивнула, подошла к высокому зеркалу, шагнула в него, повернулась и стала ждать. Валькирия дотронулась до гладкой поверхности, и в неё хлынули воспоминания прошедшего дня. А её копия по ту сторону стекла изменилась – на ней появилась одежда Валькирии, и через секунду она превратилась в обычное отражение в зеркале.

Валькирия принялась перебирать в памяти новые воспоминания, сопоставляя их со своими собственными. В школе прошёл урок, посвящённый будущей профессии. Учительница пыталась заставить детей сказать, кем они хотят быть, когда окончат школу, или что собираются изучать в колледже. Конечно, никто и понятия об этом не имел. Отражение тоже промолчало.

Валькирия задумалась. В конце концов ей была не нужна обычная карьера. Когда ей исполнится восемнадцать, она унаследует поместье Гордона и его авторские отчисления, поэтому у неё не будет проблем с деньгами. И потом какая карьера могла бы заинтересовать её, кроме магии? Если бы Валькирия была в классе, то знала бы, что ответить. Она хотела стать детективом. Конечно, это вызвало бы смешки, но ей было всё равно.

Валькирия знала, что основное различие между ней и её друзьями заключалось не в магии и не в приключениях. Оно заключалось в том, что Валькирия знала, что хочет делать, и уже делала это.

Валькирия разделась, натянула футболку дублинской футбольной команды и легла в кровать. Через двадцать секунд она уже спала.

Глава 5

Лондонский ужас

Тёмный силуэт скользил над улицами Лондона, перелетая с крыши на крышу, кружась, вращаясь и переворачиваясь в воздухе. Он не носил башмаков, и его шаги были бесшумными, не громче шёпота, принесённого ночным ветерком. Он тихо напевал себе под нос и пронзительно хихикал. Он был одет в чёрное, а на его бесформенной голове красовался потрёпанный цилиндр, который оставался на месте, какие бы акробатические номера ни выделывал его обладатель. Костюм на нём был рваным, старым и затхлым, а его костлявые пальцы заканчивались длинными твёрдыми когтями.

Он приземлился на одной ноге на краю крыши и застыл, скрючив тощее тело. Потом бросил взгляд на Чаринг-Кросс-роуд, на проходивших внизу людей, на проезжавшие машины. Его потрескавшиеся губы сжались, маленькие глазки забегали, разглядывая, выбирая.

– Джек!

Он быстро повернулся и увидел идущую к нему молодую женщину. Её длинный плащ был запахнут, и ветерок играл взъерошенными светлыми волосами – пряди падали на лицо. Это было очень красивое лицо. Джек уже давно не видел красивых лиц. Его губы разжались, обнажая мелкие жёлтые зубы, и он улыбнулся своей самой лучшей улыбкой.

– Танит, – произнёс он высоким, натянутым голосом со смешанным акцентом Ист-Энда и чего-то ещё, чего-то неизведанного, – ты выглядишь восхитительно.

– А ты выглядишь отвратительно.

– Уверен, ты слишком добра. Что привело тебя в мои края?

Танит Лоу покачала головой.

– Это больше не твои края, Джек. Времена изменились. Тебе не следовало возвращаться.

– А куда мне было деваться? В дом престарелых? В поселение для пенсионеров? Я творение ночи, милая. Я Джек-Прыгун, забыла? Моё место здесь.

– Твоё место в тюремной камере.

Он рассмеялся.

– Я? В заточении? За какое преступление?

– Кроме убийства?

Он повернул голову, краем глаза глядя на Танит.

– Значит, это по-прежнему незаконно?

– Да.

Танит распахнула плащ, и он увидел висящий на её бедре меч.

– Ты арестован.

Джек рассмеялся, перевернулся в воздухе, приземлился на правую ногу и ухмыльнулся.

– Это что-то новенькое. Ты всегда совала свой нос, куда не следует, вечно творила то, что называешь правосудием, но никогда никого не арестовывала. Значит, теперь ты настоящий полицейский? Работаешь в участке?

– Сдавайся, Джек.

– Чёрт возьми, так и есть! Я впечатлён.

Он склонил голову, глядя на Танит маленькими глазками.

– Как ты там всегда говорила, прежде чем начать драку? «Попробуй…

– …раз ты такой крутой».

Джек снова ухмыльнулся.

– А ты достаточно крута?

Танит вытащила меч из ножен. На клинок упал лунный свет, и она бесстрастно посмотрела на Джека.

– Тебе решать.

И Джек-Прыгун прыгнул.

Он перескочил через Танит, и она увернулась от его твёрдых когтей. Потом Джек приземлился, и она, едва избежав следующего выпада, тут же повернулась к нему лицом.

Метким ударом Джек оттолкнул в сторону её меч, прыгнул ей на бедро, впившись в плоть когтями на правой ноге, а потом забрался Танит на плечи. Она схватила его за запястье, чтобы избежать удара острыми ногтями, пошатнулась, едва удерживая Джека. Но он успел спрыгнуть прежде, чем она швырнула его на крышу, и грациозно приземлился рядом. Танит развернулась и приняла низкую стойку. И тогда Джек снова бросился на неё.

Они покатились по крыше. Джек услышал, как меч с лязганьем выпал из руки Танит, и почувствовал, как она пнула его в живот. Он перекувырнулся и приземлился на крышу, но в тот же момент кулак Танит прилетел ему прямо в лицо. Джек отшатнулся, и перед его глазами запрыгали сверкающие точки. Танит пнула его по колену, и он завыл от боли, а потом его схватили за запястье и начали выкручивать руку. Джек оттолкнул Танит в сторону, и в глазах у него начало постепенно проясняться.

– Тебе следовало оставить меня в покое! – прошипел он. – Я особенный! У тебя даже нет названия для такого, как я! Я должен быть в списке исчезающих видов. Тебе следует меня защищать!

– Знаешь, как защищают исчезающие виды, Джек? Их сажают в особый загон, где никто не может им навредить.

Его лицо исказилось.

– Это всего лишь затейливое название тюремной камеры, верно? А ты не заставишь меня и близко к ней подойти.

И тут до них долетел детский плач. Лицо Джека смягчилось, и он снова улыбнулся.

– Даже не думай, – предупредила Танит.

Его улыбка превратилась в усмешку, а потом в злобную ухмылку.

– Давай наперегонки! – бросил он.

Джек подбежал к краю здания, и через секунду под его ногами уже не было ничего, кроме воздуха, а навстречу неслась следующая крыша. Он приземлился на ней и побежал дальше, даже не оступившись. Джек оглянулся и увидел, что Танит Лоу не отстаёт. Эта девушка умела бегать, но Джек был просто создан для бега. Он был принцем Лондона. Город позволял ему забираться туда, куда не мог забраться никто другой. Джек знал Лондон, как своё собственное лицо.

Снова послышался детский плач, и Джек сменил направление. Покинув оживлённые кварталы, он принялся петлять по улочкам и переулкам, следуя на источник звуков. Мощные ноги несли его сквозь темноту, он переворачивался в воздухе и врезался пятками в кирпич. Он пробежал наискосок прямо по стене здания. В какой-то момент Джек заметил, что Танит бежит рядом, перескакивая с крыши на крышу и пытаясь перехватить его прежде, чем он доберётся до нужного места.

Снова детский крик, и Джек помчался к открытому окну высоко над землёй. Он сделал несколько прыжков, разгоняясь. Краем глаза заметил Танит, которая мчалась прямо за ним. Слишком медленно, подумал он. Джек перепрыгнул с одной стороны улицы на другую и нырнул в окно, направляясь прямиком к детской кроватке.

Но в ней лежали только одеяла. В тёмной комнате не было мебели, она совершенно не походила на детскую… И почему окно оказалось открыто? Сегодня было недостаточно тепло, чтобы держать окно открытым…

Громкий детский плач исходил из маленького устройства рядом с окном.

Это была ловушка. Она его обманула.

Джек повернулся к окну, но Танит уже успела взбежать по стене и теперь перебиралась через подоконник внутрь.

– Я не надеялась поймать тебя на улице, – призналась она. – Но здесь, в замкнутом помещении… Теперь ты мой, уродец.

Джек запаниковал, помчался к двери, но она не открывалась: даже в темноте он увидел на ней отблеск и понял, что она не поддастся, даже если он в неё что-нибудь швырнёт. Он резко повернулся. Единственный выход был через окно, которое охраняла Танит Лоу. Она положила меч на пол и сняла плащ, оставшись в безрукавке. И было хорошо видно, какие у неё сильные руки. Она размяла шею, расправила плечи и кивнула.

– Наконец-то, – сказала она. – Попробуй, раз ты такой крутой.

Джек заревел, помчался к ней, и она с силой пнула его ногой. Он попытался её ударить, но она пригнулась и врезала ему в челюсть. Потом он попытался перепрыгнуть через неё, но потолок был слишком низким, и он ударился о него животом, из его лёгких вылетел весь воздух, и Джек рухнул на пол. После этого он помнил лишь град ударов кулаками, локтями и коленями, а также стену, которая то и дело неслась прямо ему в лицо.

Джек упал. Он тяжело дышал и стонал от боли. Уставился в потолок. Даже в темноте он видел трещины. Танит встала над ним.

– Теперь ты готов к уютной тёплой камере?

Джек захныкал.

Глава 6

Огненные шары в парке

Валькирия проснулась рано. Она взяла со столика камешек и, скрестив ноги, села на полу. Камешек был плоским и гладким. Она сосредоточилась на нём, как учил Скалдаггери. Валькирия делала это до тех пор, пока не почувствовала прикосновение воздуха к коже, и после этого подумала о связи всех предметов между собой. Камешек медленно начал подниматься с её ладони и повис в воздухе. Она всякий раз приходила от этого в восторг, но заставляла себя не радоваться слишком сильно. Если она хотела научиться магии, ничто не должно было нарушать её спокойствия.

А потом на лестнице раздался голос, похожий на жужжание бормашины, и камешек упал ей на ладонь. Бормоча себе под нос, Валькирия встала и пошла в ванную – на сегодня тренировка была закончена. Она приняла душ, надела школьную форму и спустилась на кухню.

Мать была уже там, а рядом с ней сидела тётя Берил с острыми чертами лица и пронзительным голосом.

– Доброе утро, – сказала Валькирия, направляясь к буфету.

– Привет, милая! – ответила мать.

– Доброе утро, Стефани, – чопорно произнесла Берил.

– Берил, – поприветствовала её Валькирия.

– Как школа?

Валькирия насыпала в тарелку немного хлопьев и налила молока. Садиться за стол она не стала.

– Всё нормально.

– Ты хорошо учишься? Мои девочки всё время учатся. Это у них наследственное. Бесценное трудолюбие, которое я им привила.

Валькирия что-то пробормотала в ответ и отправила в рот ложку хлопьев, сомневаясь в правдивости слов Берил. Тётя не любила её, а Валькирия не любила тётю. Берил не любила её, потому что Валькирия унаследовала поместье покойного дяди, а Валькирия, в свою очередь, не могла терпеть тётю и её мужа Фергуса, потому что они были крайне неприятными людьми.

На кухню вошёл отец в модных брюках, жилетке и галстуке на голой шее. Он подмигнул Валькирии и тут заметил свою невестку.

– Берил, – произнёс он, не скрывая ужаса.

– Доброе утро, Десмонд.

– Берил, что ты здесь делаешь? Ещё нет и восьми. Ты же знаешь, я не люблю, когда ты приходишь до того, как я успею выпить первую чашечку кофе.

Берил рассмеялась своим отвратительным фальшивым смехом.

– Десмонд, ты такой шутник! Я просто пришла поговорить с Мелиссой. Нам надо организовать завтрашний вечер.

– О боже, семейная встреча!

– Будет очень весело!

– Но ты ведь тоже там будешь, – недоумённо заметил отец, и Валькирия чуть не подавилась хлопьями.

Её мама посмотрела на него.

– Ты забыл рубашку.

– Да, поэтому я и пришёл. У меня нет чистой.

– За дверью.

Он повернулся и увидел висящую на вешалке хрустящую белую рубашку. Потерев руки, отец снял её с плечиков, надел, застегнул и накинул сверху галстук. Он не любил галстуки. У него была своя строительная компания, и создавая её, он полагал, что всегда будет носить только джинсы и рабочие ботинки. Но оказалось, что время от времени всё-таки нужно одеваться официально и притворяться, как он сам говорил, цивилизованным.

– Ну что, Стеф? – спросил отец. – В предвкушении ещё одного отличного дня в школе?

– О да, – с насмешливым энтузиазмом ответила Валькирия.

– Как думаешь, что вы сегодня будете учить?

– Понятия не имею. Может быть, вычитание.

Отец небрежно махнул рукой.

– Вычитание слишком переоценивают. Это всё равно что сложение, только наоборот. Оно тебе никогда не понадобится.

– Десмонд! – сурово перебила Берил. – Ты не должен так себя вести. Стефани сейчас в таком возрасте, когда легко поддаются влиянию, и она должна понять, что всё, чему учат в школе, очень важно. Шутки – это очень мило, но к некоторым вещам стоит относиться серьёзно. Как можно ожидать от Стефани ответственности, когда ты сам подаёшь ей дурной пример?

– Не знаю, – ответил отец. – Наверное, всё зависит от удачи.

Берил раздражённо вздохнула, и на её лице появилось такое выражение, как будто она собиралась прочесть ему лекцию. Но не успела Берил произнести ни слова, как Валькирия и её отец одновременно воспользовались предоставленным шансом.

– Мне пора в школу, – быстро сказала Валькирия, засовывая в рот последнюю ложку хлопьев.

– А мне на работу, – с секундным опозданием добавил отец.

Валькирия поставила тарелку в посудомоечную машину и направилась к двери.

– Десмонд, ты даже не позавтракал, – мама Валькирии нахмурилась.

– Съем что-нибудь по пути, – ответил он и вслед за дочерью вышел за дверь.

В коридоре Валькирия повернула к лестнице, а отец взял с маленького столика ключи. Они переглянулись с улыбкой и молча кивнули друг другу на прощание. Потом отец Валькирии ушёл, а она вернулась в свою комнату.

В который раз она подумала, что сделает её отец, если узнает, что семейные легенды правдивы, что они действительно потомки Древних и что его отец и покойный брат были правы. Но она не стала ничего ему говорить. Если бы он узнал правду, то попытался бы помешать ей каждый день покидать дом, попытался бы защитить её от таких людей, как Серпин, Мститель и всех остальных, желающих её смерти. А возможно – и это ещё хуже – он захотел бы ей помогать. Валькирия не была уверена, что вынесет, если отец станет подвергать себя опасности. Она хотела, чтобы её семья была нормальной. Нормальный – это хорошо. Безопасно.

Валькирия закрыла дверь, сняла школьный свитер и бросила его на кровать. Потом она прикоснулась к зеркалу, и мгновение спустя оттуда вышло её отражение. Однажды она забыла о правиле с символами, и копия отправилась на улицу в кофте, у которой школьный герб оказался на другой стороне, а девиз на груди был написан задом наперёд. Больше Валькирия не допускала таких ошибок. Она подождала, пока её копия наденет свитер, а потом вручила ей сумку с учебниками.

– Повеселись как следует, – сказала она.

Копия кивнула и быстро вышла из комнаты.

Уже в который раз Валькирия улыбнулась про себя. С тех пор как Скалдаггери сделал зеркало волшебным, она почти не посещала школу, но знала, что проходили на всех уроках, знала все сплетни и всё, что каждый день происходило с обычными, заурядными и ничем не примечательными тринадцатилетними подростками.

Иногда ей хотелось пережить что-нибудь самой, а не только увидеть это глазами своего отражения. Одно дело – получить воспоминания о рассказанной шутке, и совсем другое – непосредственно присутствовать при этом. Но Валькирия напоминала себе, что это цена, которую ей приходится платить.

Она тихо сняла школьную форму, спрятала её под кроватью и надела чёрный костюм, изготовленный специально для неё. С тех пор как Страховид Портной сшил его, она немного выросла, но он по-прежнему отлично сидел, и Валькирия была этому рада. Эта одежда уже не раз спасала ей жизнь, и к тому же она не могла попросить Страховида сшить ей новую. Во время сражения с Белым Косарём он использовал магию земли как последнюю линию защиты и превратился в камень. Валькирия не очень хорошо знала его, но скучала по нему, как и Скалдаггери.

Она надела плащ и открыла окно. Сделала медленный, глубокий вдох. Убедилась, что за ней не наблюдают, выбралась на подоконник и замерла, сосредотачиваясь. Потом Валькирия спрыгнула с подоконника, переместив вниз воздух, чтобы замедлить падение. Получилось не очень грациозно, и посадка получилась отнюдь не мягкой, но всё равно теперь у неё получалось намного лучше.

Она побежала по дороге к пристани. Когда она была младше, то часто встречалась там с друзьями. Они разбегались по пирсу и старались прыгнуть как можно дальше в сверкающую воду, чтобы не удариться о скрытые под её поверхностью камни. Да, это было опасно, и однажды бедняга Джей-Джей Пёрл повредил на камнях колено, но опасность делала игру ещё более увлекательной. Теперь Джей-Джей слегка прихрамывал, а Валькирия давно перестала общаться с друзьями детства. Но она скучала по плаванию. Сейчас она редко это делала.

«Бентли» уже был припаркован рядом со старым ржавым «Фиатом». Как всегда, он очень бросался в глаза.

– Доброе утро, – сказал Скалдаггери, когда Валькирия села в машину. – Хорошо отдохнула?

– Спала два часа, – ответила она.

– Никто и не говорил, что легко быть детективом, жизнь которого полна разных событий.

– Вы говорили, что это легко.

– Я говорил, это легко для меня, – поправил Скалдаггери. – Кажется, я видел около дома машину твоей милой тётушки?

– Да, – ответила Валькирия и рассказала ему о своей небольшой ссоре с Берил.

– Семейная встреча? – переспросил Скалдаггери, когда она закончила свой рассказ. – Ты пойдёшь?

– Чтобы вы сражались с плохими парнями без меня? Ни за что! Спасибо, но я отправлю вместо себя отражение.

– Там может быть очень весело.

– Точно. Весело. Мне просто ужасно весело с моими родственниками. Я бы не стала возражать, если бы это были мамины родственники, с ними хотя бы можно посмеяться. Но папины родственники просто очень… Странные, понимаете?

– Понимаю. Гордон часто о них рассказывал. Но не забывай, что ты тоже странная.

Валькирия сердито посмотрела на него.

– Но я совсем не такая. Я странная в хорошем смысле. Я классно-странная.

– Да, – с сомнением ответил детектив. – Так и есть.

– Замолчите! Короче говоря, там будут все папины кузены с семьями, люди, которых я едва знаю, и конечно, Берил, Фергус и Токсичные Близнецы, поэтому всё будет просто ужасно, и я ни за что туда не пойду.

– Я всё понял.

Скалдаггери завёл двигатель, выехал на дорогу, и Валькирия сползла по сиденью.

– Вы что-нибудь узнали про Мстителя?

– Мы ещё не получили сведений от одного из наших людей в порту, – ответил Скалдаггери. На нём была обычная маскировка – широкополая шляпа, огромные тёмные очки, кудрявый парик и шарф, обёрнутый вокруг нижней части лица. – Возможно, ничего страшного, но…

– Но Мститель может быть уже здесь?

– Да.

– Это плохо.

– Ничего хорошего.

Они ехали по Главной улице, и, когда проезжали мимо автобусной остановки, Валькирия посмотрела в окно. Там стояли пятеро скучающих подростков в школьной форме.

– Моей копии нет, – нахмурилась она.

– Может быть, её задержали.

Валькирия покачала головой.

– Она ушла раньше меня.

«Бентли» замедлил ход.

– Что будешь делать?

– Возможно, ничего страшного. Она могла пойти через пустырь, хотя всё равно уже должна быть здесь. Нет, наверное, всё нормально.

Скалдаггери съехал к обочине и наклонил голову.

– Ты используешь отражение намного чаще, чем следовало бы, – заметил он. – Время от времени от него стоит ожидать странного поведения.

– Знаю…

– Но ты хочешь пойти поискать, да?

– Я просто хочу убедиться, что всё в порядке. Я выйду здесь и пройду через пустырь.

– А я развернусь, поеду к пристани и буду ждать тебя там.

Валькирия кивнула, убедилась, что на неё никто не смотрит, вышла из машины и побежала между двумя домами. Потом она перелезла через изгородь и спрыгнула на траву. На самом деле пустырь представлял собой небольшой парк позади Главной улицы. Когда Валькирия была младше, здесь часто играли в футбол.

Возможно, она просто запаниковала. Наверное, отражение встретило людей, которых знала сама Валькирия. Сейчас она сама могла всё испортить и попасть в ситуацию, с которой её копия легко бы справилась самостоятельно. А потом она услышала свой собственный крик.

Валькирия свернула с главной тропинки и побежала к маленькой рощице. За деревьями у фонтана боролись два человека. Её отражение пыталось вырваться из рук мужчины в чёрном.

– Эй! – крикнула Валькирия.

Мужчина в чёрном поднял голову. Он был бледен, странно красив и необыкновенно спокоен.

– Вот ты где, – произнёс он. – Меня чуть не одурачили. Почти. Но эта не чувствует страха. А я всегда чую страх. – Он оттолкнул копию от себя, и та упала на колени.

– Иди в школу, – велела ей Валькирия.

Копия кивнула, подняла упавшую сумку и скрылась среди деревьев, даже не оглянувшись на нападавшего.

Валькирия сердито уставилась на незнакомца.

– Кто вы такой? Как вы узнали, где я живу?

– Я следил за тобой, – ответил он. – Я потерял тебя, когда ты вернулась в город, поэтому решил ждать. У меня даже появились новые друзья.

Валькирия увидела приближающуюся к ней молодую пару. Валькирия знала их. Она не знала, как их зовут, но уже видела их раньше – видела, как они держались за руки и смеялись. Сейчас они уже не смеялись. Они были бледны, как и мужчина в чёрном. И выглядели ужасно. На их одежде виднелись пятна крови. Они смотрели на неё тёмными, мёртвыми глазами. Валькирия перевела взгляд на мужчину в чёрном, вспомнив, как грациозно он двигался.

– Вы вампир, – прошептала она.

– А ты Валькирия Каин, и ты идёшь с нами.

Она не могла сражаться с ними. У неё не было никакого шанса.

Поэтому Валькирия бросилась бежать.

Молодая пара кинулась за ней, и она слышала их шаги по траве. Валькирия старалась держать расстояние между ними. Но ей даже не нужно было оглядываться, чтобы понять, что они уже догоняют. Но вот вампира она не услышала. А когда заметила его, он легко и без усилий бежал рядом с ней. Она пыталась свернуть в сторону, но он небрежно потянулся к ней, схватил её за руку и остановился. Валькирия была вынуждена остановиться тоже.

Она попыталась ударить его, но он увернулся, и удар пришёлся по воздуху. Тогда Валькирия лягнула его ногой, но он лишь с неизменно скучающим видом шагнул в сторону, завёл руку ей за спину, и она упала на колени.

– Барону ты нужна живой, – сказал он. – Но он не говорил, что ты нужна ему невредимой, так что помни об этом. И больше не пытайся меня ударить.

– А как насчёт меня? – спросил Скалдаггери, подбегая к вампиру сзади. – Мне можно тебя ударить?

Мужчина в чёрном отпустил Валькирию и повернулся, но кулак Скалдаггери уже врезался ему в челюсть. Он пошатнулся, и детектив выбросил вперёд растопыренную ладонь. Струя воздуха перевернула вампира вверх тормашками и отбросила назад. Но, вместо того чтобы рухнуть на траву, он с нечеловеческой гибкостью перевернулся и приземлился на ноги.

– Детектив, – пробормотал он.

– Сумрак, – ответил Скалдаггери. – Давно не виделись. По-прежнему творишь зло?

Мужчина по имени Сумрак улыбнулся.

– Когда я в настроении. – Он указал на молодую пару. – Позвольте представить вам моих друзей. Я называю их Слуга Один и Слуга Два. Можете сами выбрать, кто есть кто.

Молодая пара бросилась в бой. Скалдаггери легко уклонился от их неуклюжих ударов и швырнул их друг на друга. Силуэт Сумрака стал размытым, и в мгновение ока он оказался рядом с Валькирией и поднял её на ноги.

Скалдаггери кинулся на вампира, они упали на землю, и детектив уронил шляпу и шарф. Валькирия отшатнулась. Слуга Один, мужчина, зарычал и кинулся к ней. Вблизи он выглядел ещё ужаснее. Его глаза были тусклыми и покрасневшими, и под воротником рубашки на его шее Валькирия заметила след от укуса. Это были не изящные отметины, похожие на два укола булавки, как в кино, – его шея была просто разорвана. Валькирия почувствовала запах засохшей крови. Она пахла железом.

На мгновение она запаниковала. А Слуга Один уже схватил Валькирию за воротник, удерживая её. Он был очень силён. Его подружка, Слуга Два, стояла позади, готовясь напасть. Валькирия постаралась успокоиться, вспоминая уроки Скалдаггери и Танит, и заставила тело расслабиться. Хотя всё внутри её хотело кричать.

Она позволила вампиру снова толкнуть себя. Потом левой рукой она схватила его за запястье, а правую вытянула вперёд. Выставила левую ногу, повернула бедро, и вампир, налетев на неё, упал на землю.

Его подружка зарычала, ударила Валькирию, и у той перед глазами всё закружилось. Ей удалось вывернуться из рук вампирши, она попыталась сделать замок, но у неё ничего не вышло, и тогда Валькирия ударила женщину по колену и оттолкнула её.

Краем глаза Валькирия заметила Скалдаггери и Сумрака. Теперь, когда детектив уже не мог застать его врасплох, сверхъестественная ловкость и сила вампира не позволяли Скалдаггери наносить полноценные удары. Он уходил в сторону и легко выскальзывал из любых захватов.

Вампир ударил детектива ногой, отскочил назад, и в этот момент из кармана у него что-то выпало. Он собирался поднять упавший предмет, но Скалдаггери протянул руку, и предмет перелетел в его ладонь. Это оказался шприц с бесцветной жидкостью.

Сумрак пожал плечами.

– Можете оставить его себе, – сказал он. – У меня полно других.

Слуги начали перестраиваться для нападения. Валькирия щёлкнула пальцами, но не смогла высечь искру. Она попыталась ещё раз и почувствовала жар от трения. Она сосредоточилась, сжала руку и позволила энергии из центра тела перетечь в ладонь. Потом она взяла искру и раздула её в пламя.

– Назад! – предупредила она. Слуги не ответили. Валькирия не знала, могли ли они вообще говорить.

Пламя превратилось в огненный шар, и она швырнула его в вампиров. Скалдаггери что-то закричал, побежал к ней, размахивая руками, и порыв ветра ударил в шар и сбил его с курса, погасив пламя. Детектив подбежал к Валькирии, схватил её за руку, и они принялись пятиться назад, преследуемые вампирами.

– Они заражены, – сказал он, – но ещё не мертвы. Пока нет. Мы не должны их убивать.

Сумрак неторопливо двинулся вслед за ними.

– Они не виноваты, что я их выбрал.

Скалдаггери взглянул на Валькирию.

– Заражённому нужно две ночи, чтобы стать вампиром. До этого момента они невинные жертвы.

– Но через две ночи всё будет кончено, – добавил Сумрак.

Скалдаггери достал револьвер и прицелился в Сумрака. Его слуги остановились и зарычали. С лица вампира не сходила улыбка.

– Это ваш шанс убраться отсюда, – предупредил детектив.

– Зачем нам это делать? Это вы отступаете. Вы не можете убить моих друзей. Вы проигрываете наше маленькое сражение.

Скалдаггери положил палец на курок.

– Я сказал, что мы не хотим их убивать. Я не говорил, что мы не будем этого делать.

– Если ты выстрелишь, – сказал Сумрак, – сюда сбежится весь город, а ты потерял маскировку.

– Именно поэтому я всё ещё не убил тебя на месте.

Сумрак взвесил свои шансы и пожал плечами.

– Слуги, – произнёс он, – мы уходим.

Заражённая парочка недовольно заворчала, но повиновалась. Вместе с Сумраком они стали отступать.

Скалдаггери не опустил револьвер.

– Передай Мстителю, что я ожидал от него большего. Похитить мою напарницу, чтобы добраться до меня, – это в духе Серпина. Передай, что, если я ему нужен, пусть будет мужчиной и придёт за мной сам.

– Барон – благородный человек.

– Барон – трус.

Сумрак улыбнулся, но ничего не ответил. Валькирия стояла рядом со Скалдаггери, глядя, как вампир и его Слуги уходят, растворяясь среди деревьев.

Глава 7

Незваные гости

Кинотеатр «Гиберния» был похож на сгорбленного старика с посеревшим лицом, которого с обеих сторон подпирали более высокие, широкие и здоровые здания. Его фасад представлял собой ветхие останки из давно забытой эпохи, а в названии отсутствовали почти все гласные буквы. Пятьдесят лет назад этот кинотеатр был очень популярен, и каждые выходные сюда стекались жители Дублина. Сам Скалдаггери впервые посмотрел здесь фильм «Высшее общество» и с тех пор был влюблён в Грейс Келли[3].

Детектив припарковал «Бентли» в переулке за кинотеатром, и Валькирия последовала за ним внутрь. Ковёр на полу заглушал шаги. Они прошли мимо афиш, которые рекламировали малоизвестные фильмы с умершими актёрами. В этом здании уже несколько десятилетий не было ни одного посетителя.

Как обычно, кинотеатр был тихим и пустым. Они спустились вниз между рядами кресел. Экран был закрыт тяжёлым красным занавесом, заплесневевшим от времени. Когда они приблизились, его полотна раздвинулись и экран засветился. Замелькали кадры чёрно-белого фильма: обычная кирпичная стена и открытая дверь. На заднем плане слышались звуки ночного города. Вслед за Скалдаггери Валькирия поднялась на маленькую сцену, и они пошли к двери – их тени упали на экран. А потом они прошли сквозь него.

Они стали подниматься по ведущим с обеих сторон ступенькам, и вскоре темноту рассеял искусственный свет. Детективы поднялись на верхний этаж, где на смену старому кинотеатру пришли сверкающие коридоры и лаборатории. Владелец «Гибернии» потратил много времени на реставрацию здания, превратив его в научно-магическую лабораторию, о которой всегда мечтал. Из-за деликатного характера работ, ведущихся во всех отделениях – медицинском модуле, новеньком морге и департаменте теоретической магии (исследований и разработок), – внутри не было окон, и температурный режим тщательно контролировался. И хотя ему принадлежало всё здание, которое он делил с двумя ассистентами, владелец предпочитал работать в самой маленькой и тёмной лаборатории, где они его и нашли.

Услышав своё имя, профессор Пестряк Ворчун оглянулся.

– Снова вы, – произнёс он голосом, в котором не слышалось теплоты и дружелюбия. – Что вам нужно? – Пестряк был маленьким пожилым человеком с копной седых волос и почти полностью лишённым терпения.

– У нас для вас кое-что есть, профессор, – ответил Скалдаггери, показывая ему шприц, выпавший из кармана Сумрака. – Мы подумали, что у вас найдётся время его исследовать.

– Как будто у меня и без того мало дел, – проворчал Пестряк. – Валькирия, я не видел тебя несколько недель. Ты ни во что не ввязалась?

– Не совсем, – призналась Валькирия.

– Другого я и не ожидал. – Профессор раздражённо вздохнул. Несмотря на свою брюзгливость и дурные манеры, старый учёный, кажется, был привязан к Валькирии. – Так во что он тебя на этот раз втянул?

– Я её ни во что не втягивал, – принялся оправдываться Скалдаггери.

Валькирия улыбнулась.

– Драки, попытки похищения и снова драки. Обычные дела. – Телефон Скалдаггери зазвонил, и он отошёл в сторону, чтобы ответить.

Когда детектив уже не мог их услышать, голос Пестряка смягчился.

– Как плечо, которое ты повредила в прошлом месяце?

– Намного лучше, – ответила Валькирия. – Синяка почти не осталось.

Пестряк кивнул.

– Использовал новую смесь. Ингредиенты тяжело найти, но я хочу, чтобы у моих любимых пациентов процесс заживления протекал как можно менее болезненно.

– Я тоже в этом списке? – спросила Валькирия, и её улыбка стала шире.

Пестряк фыркнул.

– Ты в нём одна.

Валькирия засмеялась.

– Но твоего напарника там нет, – продолжал Пестряк, переводя взгляд на детектива, который закончил разговаривать по телефону. – Покажите мне шприц, – попросил он Скалдаггери.

– Откуда он у вас?

– Выпал из кармана вампира.

Пестряк поднёс шприц к свету и принялся изучать жидкость внутри.

– Эти вампиры поразительные существа. У них два отдельных слоя эпидермиса, и, когда восходит солнце, верхний слой полностью восстанавливается. Днём они люди, наделённые большей силой и способностью быстро передвигаться, но определённо смертные. А ночью…

Валькирия кивнула.

– Я знаю, на что они способны ночью.

– Х-м-м? Ну да, верно. Ты узнала об этом на собственном опыте, да? Откуда он у тебя? Ах да! – Пестряк сердито посмотрел на детектива. – Некто, начисто лишённый чувства ответственности, вынудил тебя столкнуться с вампиром, который чуть тебя не убил.

Детектив склонил голову.

– Вы говорите обо мне? – невинно спросил он.

Пестряк нахмурился и вернулся к изучению шприца.

– Я уже видел такое раньше, – сказал он. – Но только один раз. Это редкая смесь болиголова и аконита. Вампиры используют её, чтобы подавлять свою животную природу в ночное время.

– Логично, – пробормотал Скалдаггери. – Сумрак бесполезен для Мстителя, если будет терять над собой контроль при заходе солнца.

Пестряк ослабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

– В молодости мне довелось столкнуться с вампиром, и я едва спасся. Поэтому я всюду ношу с собой вот это. – Он показал им стеклянный пузырёк, висевший у него на шее.

– Это святая вода? – с сомнением спросила Валькирия.

– Святая вода? Нет, нет, Валькирия. Это морская вода.

– Ну да, – медленно протянула она.

– Святая вода не работает, – объяснил Пестряк, – а воткнутый в сердце кол их не убьёт. Обезглавливание вполне эффективно, как и с большинством других существ. Но есть одна легенда о вампирах, которая заслуживает внимания, – и это легенда о проточной воде.

– Кажется, о такой я никогда не слышала, – нахмурилась Валькирия.

– Существует старый миф, что вампиры не могут перейти проточную воду, например пройти по мосту через реку, – объяснил Скалдаггери. – И хотя переход по мосту не оказывает на них никакого влияния, миф возник благодаря солёной воде.

– У вампиров сильнейшая аллергическая реакция на такую воду, – добавил Пестряк. – Если они её проглотят, у них распухнет горло, закрыв дыхательные пути. Поэтому я всё время ношу морскую воду с собой.

– Но разве для этого им не нужно её проглотить? – спросила Валькирия.

– Ну да…

– А как вы заставите вампира проглотить воду, прежде чем он вас убьёт?

Пестряк моргнул и ничего не ответил.

– Не важно, – быстро сказала Валькирия. – Уверена, вы что-нибудь придумаете. Например, зальёте воду ему в рот, когда он соберётся вас укусить.

Плечи Пестряка поникли, и Валькирии стало неловко, что она нашла слабое место в его плане.

– Оставьте меня, – жалобно произнёс профессор.

– Простите… – начала Валькирия, но он поднял руку.

– Не надо извиняться. Я медицинский и научный гений, но определённо не тактический гений. Только подумай! Последние сто восемьдесят лет я не боялся вампиров, потому что на шее у меня висел пузырёк с солёной водой. Какой идиот!

Пестряк зашаркал прочь, а Скалдаггери похлопал Валькирию по плечу.

– Поздравляю, – сказал он. – Ты только что вернула ему трёхсотлетний невроз. На этом наша работа здесь закончена.

Валькирия последовала за детективом, чувствуя себя ужасно. Они прошли мимо двух ассистентов в белых лабораторных халатах, Стентора и Цивета, которые боролись в пустой комнате. Валькирия была здесь бесчисленное количество раз, и подобные зрелища не были редкостью. Ассистенты махнули им и продолжили бороться.

Валькирия первой спустилась по лестнице, подошла к экрану и шагнула наружу. Она спрыгнула со сцены, повернулась и стала ждать детектива. Он прошёл сквозь изображение двери, и мгновение спустя фильм зарябил, экран погас, и они оказались в полумраке. Скалдаггери спустился со сцены, и занавес у них за спиной начал закрываться.

– Кто звонил? – спросила Валькирия, стараясь забыть о случившемся у Пестряка.

– Великий Маг, – ответил Скалдаггери. – Снова проверял, как у нас дела. Желание найти барона делает его… довольно раздражительным.

– Он всегда раздражительный.

– Похоже, теперь его раздражение вышло на новый уровень.

– Как бы мне хотелось, чтобы Мериториус был жив. Он был хорошим Великим Магом. А Гилд… Он похож на политика, которому надо угодить людям.

Они вышли из кинотеатра на яркий солнечный свет, и Скалдаггери ничего не ответил, пока они не подошли к «Бентли».

– Мы должны встретиться с Танит в библиотеке, поэтому я отвезу тебя туда и присоединюсь к вам позже, если ты не против.

– Куда вы собрались?

– Никуда… Ничего особенного. У меня есть… кое-какие дела.

– Почему вы замешкались?

– Прости?

– Вы сделали паузу. У вас есть… кое-какие дела. Почему вы сделали паузу?

– Так получилось, я просто…

– Вы что-то задумали.

– Нет…

– Тогда почему вы замешкались?

– Садись в машину.

Валькирия села, и детектив уселся рядом с ней.

– Ремень безопасности, – приказал он.

– Почему вы замешкались?

Он опустил голову.

– Потому что я кое-что задумал.

– Почему я не могу поехать с вами?

– Потому что это нечто не совсем законное.

– Обещаете потом рассказать?

– Да.

– Тогда ладно. – Валькирия пристегнула ремень. – Поехали!

Валькирия вошла в многоквартирный дом и поднялась по лестнице, пройдя мимо мужчины, у которого не было тени. Она поднялась на третий этаж в тот самый момент, когда Чайна Печаль направлялась из библиотеки в свою квартиру.

– Валькирия, – сказала Чайна. – Как приятно снова тебя видеть. – На ней была светло-зелёная юбка и зелёный жакет ярче тысячи раздробленных изумрудов. На шее висело изысканное ожерелье.

– Какое красивое, – заметила Валькирия.

– Правда? Это ожерелье стоило жизни двум прекрасным мужчинам. Время от времени я надеваю его в память об их жертве. А иногда ношу его, потому что оно подходит к этой юбке. Зайдёшь?

– Конечно, – ответила Валькирия и вслед за Чайной прошла в квартиру, закрыв за собой дверь.

Валькирия ни за что бы в этом не призналась, но ей ужасно нравилась квартира Чайны. На полу лежал великолепный ковёр с замысловатым узором, убранство было элегантным и сдержанным, а вид Дублина из окон казался более красивым и романтичным, чем на самом деле.

– Что новенького? – спросила Чайна, взяла стопку писем и начала их просматривать.

– Ничего особенного. Но сегодня утром на меня напали.

– Правда?

– Вампир и его слуги.

– Терпеть их не могу, – сказала Чайна. – После их укуса заражённому приходится пережить две ночи бессмысленного рабства, и, если его не вылечить, он превратится в настоящего вампира. Ужасное состояние. Ты узнала его имя?

– Сумрак.

– Да, я знаю Сумрака. Он очень мстительный. У меня был помощник, который чем-то его рассердил. Сумрак выслеживал его много лет, но в конце концов всё-таки убил. И смерть не была мгновенной. Много крови, криков и… – Чайна замолчала и улыбнулась. – Прошу прощения. Должна признать, в последнее время у меня дурное настроение. Из-за этого Гротеска всё, над чем я так упорно трудилась – моя библиотека, коллекция, репутация, – может исчезнуть в мгновение ока.

– Со всем остальным миром, – напомнила ей Валькирия.

– Да. Это было бы обидно. – Чайна отложила письма в сторону. – Ты его уже видела? Барона?

– Пока нет.

Чайна села на роскошный и вместе с тем изящный диван.

– Необыкновенный человек. Он считает себя прямолинейным. Но это совершенно не так. Он так же заносчив, как Серпин, но тот был независимым и думал исключительно о своих интересах, в то время как барон исполнял свой долг бескорыстно и с непоколебимой слепой верой. То, что начал Серпин, Мститель хочет закончить. Для него возвращение Безликих – единственное, что имеет значение.

– Кажется, вы его хорошо знаете.

– Да. Разве Скалдаггери тебе не рассказывал? Я тоже поклонялась Безликим.

Кровь отхлынула от лица Валькирии.

– Что?

Чайна улыбнулась.

– Очевидно, он тебе не рассказывал. Мы с Блиссом выросли в семье, которая почитала тёмных богов. Мой брат отверг эти учения в раннем возрасте, а у меня на это ушло время. Пока я им поклонялась, я присоединилась к маленькой группе единомышленников, среди которых был барон. Помнишь, я говорила, что нет никого опаснее фанатика? Мы были опасны даже по меркам фанатиков.

– Я не знала…

Чайна пожала плечами.

– Я была молодой, глупой и высокомерной. Я изменилась. Я уже не такая глупая. – Она рассмеялась.

Валькирия заставила себя улыбнуться.

– И теперь ты снова задаёшься вопросом, можно ли мне доверять, – продолжала Чайна. – Когда Скалдаггери впервые упомянул обо мне, что он сказал?

– Он сказал, чтобы я вам не доверяла.

– Потому что я недостойна доверия, Валькирия. Я способна подвергнуть опасности тех, кто мне близок, ради своей выгоды. Я плохой человек, милая. Я не из хороших парней.

– Тогда почему он всё равно вам доверяет?

– Потому что он сам изменился, и он не лицемер. Он не станет осуждать меня за прошлые поступки, если только я снова не превращусь в того же человека, каким когда-то была. Война с Меволентом изменила всех, кто в ней участвовал. Мы обнаружили внутри себя нечто, в чём нам не хотелось бы признаться.

– И что обнаружил Скалдаггери?

– Гнев. Его семью убили у него на глазах, и, когда он вернулся из мёртвых, гнев вернулся вместе с ним. У большинства людей столь сильный гнев может гореть лишь до поры до времени. Но Скалдаггери – исключение из правил. Его гнев остался с ним.

– Что произошло?

– Он исчез. Если тебя интересует моё мнение, я думаю, он понял, на что способен и что у него есть выбор – позволить гневу поглотить себя или бороться. Поэтому он исчез. Его не было пять лет. Когда он вернулся, гнев был по-прежнему с ним, но появилось что-то ещё. Думаю, это было осознание. Новая цель. Он снова мог шутить, и это было здорово, потому что он один из немногих мужчин, способных меня рассмешить. Вскоре мы получили известие, что лорд Гнус пал, а потом Скалдаггери победил барона, и планы Меволента были разрушены.

– Куда он исчезал? На эти пять лет?

– Не знаю. Мы все думали, что он мёртв. Снова мёртв. Но он вернулся, когда мы в нём нуждались. Тут ты можешь на него рассчитывать – спасение в последнюю минуту. В этом он хорош.

В дверь постучали. Они встали и услышали в коридоре приглушённый голос, а потом громкий удар.

Чайна посмотрела на Валькирию.

– Иди в спальню, – быстро сказала она. – Не спорь со мной. Иди в спальню и закрой дверь.

Валькирия повиновалась, но оставила маленькую щёлочку, чтобы видеть, что происходит. Она увидела, как Чайна взяла телефон, а затем дверь квартиры распахнулась, и в комнату влетел худощавый человек в галстуке-бабочке. Он рухнул на пол и замер без движения.

В комнату шагнул незнакомец. Ему было лет за пятьдесят, у него были седые волосы и коротко подстриженная бородка. Тёмная одежда в военном стиле и начищенные до блеска ботинки. На поясе висела сабля.

– Привет, Чайна, – сказал он. – Рад тебя видеть.

– Барон Мститель, – медленно ответила Чайна и положила телефон. – Хотела бы я сказать то же самое. Зачем ты здесь?

– Хочешь сказать, что не знаешь?

– Если ты хотел вернуть просроченную книгу, библиотека напротив. Штраф довольно большой, но вполне справедливый.

– Я пришёл к тебе, Чайна. Через несколько часов я получу доспехи лорда Гнуса, и в моих руках окажется последний недостающий ингредиент. Пора снять маску и покончить с этим спектаклем. Ты должна занять своё место.

– Моё место здесь.

– Мы оба знаем, что это не так. Ты не можешь отвернуться от Безликих, так же как и я. Я помню, как ты была им преданна.

– Моя преданность, как ты выразился, исчерпала себя.

Мститель покачал головой.

– Ты принесла клятву тёмным богам. Ты не можешь просто передумать.

– Боюсь, могу, и я уже это сделала.

В приоткрытую дверь Валькирия увидела, как лицо Мстителя исказила ярость.

– Ты слуга Безликих, – тихим, угрожающим голосом произнёс он. – Если ты не исполнишь данную им клятву, я сделаю это за тебя. Ты будешь рядом, когда Безликие вернутся, и станешь первым предателем, которого они убьют.

Он потянулся к ней, и Чайна положила левую ладонь на живот, взмахнула правой рукой, и вся мебель в комнате полетела в барона.

Валькирия, раскрыв рот, смотрела, как столы, стулья и книжные шкафы на ужасающей скорости врезались в Мстителя. Потом они обрушились на пол, он споткнулся и упал, по его лицу потекла кровь. Чайна дважды постучала пальцами по животу, махнула правой рукой, и мебель вместе с Мстителем заскользила по полу и врезалась в стену. Очередное касание к животу и взмах рукой, и мебель отодвинулась в сторону, расчистив пространство вокруг барона.

– Не смей угрожать мне в моём доме, – сказала Чайна и снова направила мебель в Мстителя.

Но тот оказался быстрее и бросился вперёд – его глаза сверкнули жёлтым. Летевший к нему стол взорвался тысячью обломков, и он нырнул прямо в них, избежав столкновения с другой мебелью, которая врезалась в стену у него за спиной. Мститель толкнул Чайну рукой в грудь, и она отшатнулась. Потом она ударилась о стену и упала на одно колено.

Валькирия схватилась за дверь и уже собиралась её открыть, но Чайна посмотрела на Мстителя, прищурив глаза:

– Как я говорю эти слова, так и круг смыкается и заточает тебя.

Мститель потянулся к ней, но ударился о невидимую стену. Он попытался отступить, но через несколько шагов снова натолкнулся на препятствие. Он посмотрел на изысканный ковёр и увидел спрятанный в узоре круг.

– Умная девочка…

– Ты не же не думал, что я не приму меры безопасности? – спросила Чайна.

– Очень умно. – Глаза барона снова блеснули жёлтым.

– Это не сработает, мой дорогой барон. Символы – моя сила. Твоя сила не может пробить этот щит. Ты не можешь навредить мне. Но зато я могу навредить тебе. – Мститель снова посмотрел на ковёр, на спрятанные на нём узоры, вплетённые в ткань рядом с кругом, пульсировавшие голубым светом. Из носа у него потекла кровь.

– Чайна, – произнёс он, стараясь говорить спокойно, – ты не можешь этого сделать.

– Кто твои союзники? – спросила она. – Кто приказал тебя освободить? Кто за этим стоит?

Барон попытался рассмеяться, но для этого ему было слишком больно.

– Ты… выбрала не ту сторону, женщина. Если бы я мог… Если бы я мог позволить тебе остаться в живых, чтобы пожалеть об этом…

Мститель упал на пол.

– Если бы у меня было время… заставить тебя умолять… заставить тебя просить меня. Я бы тогда… Я бы заставил тебя кричать…

– Отлично, – сказала Чайна, подходя к телефону. – Полагаю, пора позвонить профессионалам.

– Чайна… – с трудом выдохнул Мститель.

Она повернулась.

– Да, дорогой барон?

– Ты же не думала, что всё будет так легко?

В дверях появился Сумрак. За ним следовал светловолосый незнакомец. На нём был коричневый костюм, белая рубашка и тёмные очки. На ногах – старые, потёртые ковбойские ботинки. Он ухмылялся. Неожиданно потрёпанный ковёр у него под ногами распался на части, и незнакомец провалился под пол. Чайна бросилась к телефону, но Сумрак метнулся к ней и оттолкнул.

Валькирия увидела, как рука незнакомца вырвалась из-под паркета у ног Мстителя, схватила его и втянула вниз. Пол над ним закрылся, символы в последний раз мерцнули, а потом снова превратились в обычный орнамент.

А мгновение спустя Мститель и незнакомец вышли из стены рядом с Чайной.

– Раньше ты была более гостеприимной, – сказал барон. Его глаза сверкнули, и Чайна пошатнулась. Сумрак подхватил её.

– Не позволяйте ей ни к чему прикасаться, – велел Мститель. – У неё повсюду символы. Некоторые невидимые. А некоторые вырезаны у неё на теле. Не позволяйте ей ни к чему прикасаться. – Сумрак схватил Чайну за запястья и завёл ей руки за спину.

Мститель достал носовой платок и вытер кровь.

– Я ожидал от тебя большего, Чайна. Когда ты нас покинула, я думал, ты вернёшься. Нельзя делать то, что делала ты, а потом просто уйти. Я не думал, что это возможно.

Чайна посмотрела на него, морщась от боли в руках.

– У меня появились другие интересы. Ты тоже так можешь. Например, коллекционирование марок. – Сумрак выкрутил ей руки, и она охнула. Незнакомец в тёмных очках засмеялся.

Мститель убрал носовой платок.

– Я могу быть милосердным, хотя мои боги этого не умеют. Девочка, Чайна. Валькирия Каин. Скажи мне, где она, и ты будешь жить.

– Скалдаггери на неё наплевать, – ответила Чайна сквозь стиснутые зубы. – Она всего лишь его хобби, ничего больше. Ты не сможешь подобраться к нему с её помощью.

– Моё милосердие не безгранично. Скажи мне, где я могу её найти, или я буду пытать тебя, пока ты сама не начнёшь меня умолять.

– Ладно, – ответила Чайна. – Я тебе скажу. – Она кивнула в сторону спальни. – Она там. – Валькирия оцепенела, но Мститель печально покачал головой.

– Чайна, мне не нравятся твои шутки.

– Я слишком много времени провела со Скалдаггери. Ты ведь помнишь его шутки, верно, барон? Что ещё ты помнишь? Помнишь, как он тебя арестовал?

– Я помню, как почти убил его.

– Почти – недостаточно, – ответила Чайна и рассмеялась. – Знаешь, он ведь идёт за тобой. Надеюсь, я буду рядом, когда он тебя найдёт. – Сумрак снова вывернул ей руки, и она закричала от боли.

– Скажи мне, где девчонка, – повторил Мститель, – а не то я прикажу сломать тебе руки.

– Я здесь, – сказала Валькирия, распахивая дверь, и в её ладонях вспыхнул огонь.

Глава 8

Билли-Рэй Сангвин

Валькирия метнула первый огненный шар, но в Сумрака не попала. Второй шар мог бы полететь прямо в барона Мстителя, если бы в последнее мгновение тот не увернулся. Он был очень быстрым. Возможно, даже быстрее Скалдаггери.

– Каин! – прорычал барон.

– Беги! – крикнула Чайна, и Валькирия послушалась. Оказавшись в коридоре, она оглянулась и увидела, как Чайна взмахнула рукой. Дверь захлопнулась, заперев незваных гостей в квартире.

Валькирия подбежала к лестнице, ведущей вниз, и тут что-то схватило её за лодыжку, и она чуть не упала. Она побежала дальше, оглянулась и заметила исчезающую под ступеньками руку. Валькирия добралась до второго этажа, оттолкнулась от стены и продолжила бежать вниз. Однако стена за ней вдруг треснула, начала осыпаться, и оттуда выскочил незнакомец в тёмных очках. Валькирия схватилась за перила, подпрыгнула и ударила его ногой. Её ботинок врезался ему в грудь, и, отлетев назад, он сильно приложился спиной о стену.

На первом этаже Валькирия чуть не споткнулась. Мужчина продолжал её преследовать. Она прыжком преодолела последние ступеньки и выбежала на улицу. Мимо проезжали машины, проходили люди. Слишком много невинных людей, которые могли стать участниками битвы. Валькирия побежала в переулок за домом. Он был узким и тёмным. Другая его сторона выходила на тихую улицу.

Мужчина в тёмных очках не отставал и вскоре оказался на расстоянии вытянутой руки. Валькирия едва увернулась от него.

Она резко пригнулась, и преследователь споткнулся об неё. Он перекувырнулся, потеряв очки, и распластался на земле, а когда повернул голову, Валькирия увидела, что вместо глаз у него две маленькие чёрные дырки. Она развернулась, побежала обратно, оглянулась и увидела, как мужчина ушёл под землю, как будто на невидимом лифте. Когда до перекрестка с улицей оставалось пять шагов, земля прямо перед ней взорвалась и незнакомец буквально вынырнул оттуда. Валькирия упала, смахивая с лица землю и мелкие камешки.

– Не понимаю, для чего столько хлопот, – произнёс мужчина. Он был американцем и говорил с выраженным южным акцентом. – Ты всего лишь маленькая девочка.

Валькирия щёлкнула пальцами, но он оттолкнул её руку, прежде чем она успела вызвать пламя, а потом схватил её. Валькирия почувствовала у горла что-то холодное и острое.

– Больше так не делай, – предупредил мужчина.

Он держал опасную бритву с деревянной ручкой, и когда перед глазами у Валькирии прояснилось, она увидела выгравированные на ней буквы «Б-Р.С». Она подняла глаза. Впереди, на другой стороне тихой улицы, стоял мотоцикл. Чёрный мотоцикл Танит.

В конце переулка появилась пожилая женщина с морщинистым лицом и плохими зубами. Она посмотрела на них, а потом повернулась и поспешила прочь.

Мужчина покачал головой.

– Вот в чём проблема с обычными, заурядными людьми. Стоит им увидеть что-нибудь странное или что-нибудь страшное, как они тут же убегают. Ты ведь понимаешь, что это значит? Это значит, никто не придёт тебе на помощь. Это значит, ты совершенно одна.

И тут позади кто-то кашлянул. Мужчина повернулся, и Танит ударила его ногой прямо в лицо. Он отшатнулся, Валькирия вырвалась и начала пятиться к стене, не выпуская его из виду. Незнакомца можно было бы назвать красивым, если бы не отвратительные чёрные дыры вместо глаз.

Он улыбнулся.

– А ты ещё кто?

– Ты первый, – ответила Танит.

Мужчина усмехнулся.

– Очень хорошо. Билли-Рэй Сангвин, специалист по всевозможным неприятным способам убийств и мастер жестоких необычных наказаний к вашим услугам.

– Ты убийца?

– Не просто убийца, дорогая. Я высококлассный убийца. Я также служу наёмником и славным помощником в различного рода делах. Я очень дорого стою и очень хорошо знаю своё дело. А ты?

– Твоя смерть, – ответила Танит.

Сангвин рассмеялся.

– Ясно. Я часто думал, как будет выглядеть моя смерть. Подумать не мог, что это будет нечто столь привлекательное.

Танит сунула руку под плащ и извлекла меч в ножнах.

– Пойдёте сами, мистер Сангвин, или мне придётся причинить вам боль?

Лицо Сангвина погрустнело.

– Брось! Посмотри, какого размера твоё оружие, и какое у меня! У меня всего лишь маленькая бритва. Это несправедливо!

– А лезвие против невооружённой девочки справедливо?

Сангвин помолчал и отодвинулся в сторону.

– Мне это показалось вполне справедливым, – ответил он. – Сначала. Но теперь, оглядываясь назад, я думаю, это была несколько неравная битва. Как говорится, понял это только задним числом.

Танит сняла плащ и бросила его на землю. На её руках заиграли мускулы. Она вытащила меч из ножен и приблизилась к Сангвину.

– Ого! – произнёс он. – Становится интересно.

Танит бросилась на него, и Сангвин пригнулся – меч просвистел у него над головой. Танит взмахнула рукой, клинок снова полетел ему навстречу, но он лишь со смехом отпрыгнул.

– Теперь начинается веселье! Двое взрослых людей знакомятся, совсем как в старину. В воздухе запахло любовью.

– Ты не в моём вкусе.

– Ты даже не знаешь, кто в твоём вкусе, милая.

– Я точно знаю, что это не ты. Мистер Сангвин, у меня как раз есть наручники специально для вас.

– Наручники не смогут меня удержать, прекрасная леди. Я неуязвим почти перед всеми связывающими заклинаниями, о которых ты только слышала, и ещё несколькими, о которых ты понятия не имеешь. Это и делает меня таким особенным.

– И ещё твои наклонности психопата.

– Нет, они не делают меня особенным. Они делают меня забавным.

На этот раз Сангвин атаковал первым, сделав ложный выпад вправо и быстро отскочив – в воздухе мелькнуло лезвие бритвы. Танит блокировала его движение локтем, ударила по руке, заставив промахнуться, затем – по колену и одновременно снова взмахнула мечом. Сангвин упал. Он неловко перекатился по земле и встал, потирая ногу.

– Больно, – с улыбкой заметил он.

– Я могу облегчить твоё положение.

– Отдашь мне свой меч?

– Нет, но, если скажешь, что задумал барон Мститель, я позволю тебе уйти.

Сангвин нахмурился.

– Но я приехал на машине.

– Это разовое предложение, мистер Сангвин.

– И очень учтивое. К сожалению, я профессионал, мне заплатили за работу, и я собираюсь её выполнить – в конце концов на кону моя репутация. Как насчёт такого предложения: ты будешь стоять неподвижно и позволишь мне тебя убить, а потом я заберу девчонку, и мы уйдём. Неплохо?

– Боюсь, я не могу согласиться.

– Чёрт! Тогда вернёмся к тому, с чего начали.

Сангвин снова улыбнулся и встал. Валькирия увидела, как асфальт у него под ногами начал трескаться и ломаться. А потом он провалился вниз и исчез из виду.

Танит держала меч наготове. На том месте, где стоял Сангвин остались лишь сотни мелких трещинок. Валькирия стояла неподвижно. Время тянулось очень медленно. Танит хмурилась, очевидно, недоумевая, не сбежал ли её противник. Она бросила взгляд на Валькирию, собиралась что-то сказать, но тут стена у неё за спиной обрушилась, и Билли-Рэй Сангвин бросился на неё сзади.

Кажется, Танит было невозможно застать врасплох, потому что она просто отступила в сторону, и её меч скользнул по руке Сангвина. Убийца, покрытый землёй и грязью, завыл от боли и выпустил бритву. Она упала на землю. Сам Сангвин отскочил назад, пытаясь остановить кровь. Валькирия посмотрела на его оружие.

– Не смей, – предупредил Сангвин, яростно глядя на неё чёрными дырами, но она не обратила на его слова внимания. Валькирия подняла бритву, и он ещё сильнее рассвирепел.

– Да что такое с вами, женщинами? – завопил Сангвин и лягнул воздух ногой. – Вы приходите в нашу жизнь и забираете всё! Годами вы забирали частицы меня, мою душу, а теперь? Теперь ты забрала мою чёртову бритву! Как мне теперь убивать людей? Как мне теперь бриться?

За спиной у Сангвина, в начале переулка, появился барон Мститель. Валькирия замерла.

– Покончи с этим! – сердито приказал барон.

– Да, сэр, – ответил Сангвин и понизил голос. – Видишь? Из-за тебя у меня проблемы с боссом. Лучше немедленно отдай мне девчонку.

В этот момент в стене сбоку открылась дверь, которую Валькирия прежде не замечала.

– Прошу прощения, – произнесла выглянувшая оттуда Чайна, – но этого не случится.

На лбу у неё сверкал свежий порез, но больше никаких ран не было. Рядом с Мстителем остановился чёрный джип, и оттуда появился Сумрак.

Валькирия заметила высоко на крыше мужской силуэт. На мгновение она подумала, что это ещё один из плохих парней Мстителя, но потом мужчина спрыгнул вниз, приземлившись рядом с ними. Это был мистер Блисс. Он выпрямился. Валькирия увидела, как нахмурился барон.

– Сангвин! – позвал он. – Их слишком много. Мы уходим.

– Иду, барон.

Но Мститель не стал ждать. Он забрался в джип, Сумрак сел за руль, и они уехали. Когда Сангвин остался один, с его лица исчезло злобное выражение. Он посмотрел на своих противников и облизнул губы. Он по-прежнему придерживал раненую руку, и между пальцев сочилась кровь.

– Что задумал барон Мститель? – спросил мистер Блисс страшным, тихим голосом.

– Не знаю, – ответил Сангвин. – Погодите, я лгу. Я знаю, просто не скажу.

Валькирия увидела, как он сдвинул ноги, и асфальт под ним начала осыпаться.

– Остановите его! – крикнула она.

Танит бросилась к нему, но было уже слишком поздно, и Сангвин снова ушёл под землю.

– Проклятие! – Танит нахмурилась. – Какой ещё «первоклассный убийца»? Подлый маленький трус.

– Я всё слышал! – Все замерли, снова приготовившись сражаться, и уставились на дыру в асфальте, откуда высунулся Сангвин.

Все немного расслабились.

– Я не трус, – процедил Сангвин, глядя на собравшихся. – Просто меня временно превзошли численностью. Требуется мужество, чтобы признать поражение.

– Значит, вы очень мужественный, – заметила Валькирия, и американец злобно взглянул на неё.

– Никто не любит сарказм, мисс Каин. Я решил ненадолго задержаться, чтобы кое-что пообещать. Ты забрала мою бритву, малышка. Это непростительное оскорбление. Когда придёт время, когда ты сыграешь свою роль, клянусь, я убью тебя бесплатно. – И с этими словами Билли-Рэй Сангвин исчез под землёй.

Через мгновение он снова высунул голову.

– Или за полцены.

И снова исчез.

Глава 9

Потайная комната

Повесив трубку, Валькирия воспользовалась ванной комнатой в библиотеке, чтобы отмыть лицо от грязи. Она вытерла руки и заметила, что они дрожат. После драки её руки всегда немного дрожали, пока в теле ещё пульсировал адреналин.

Танит ждала её снаружи, и они вместе спустились по лестнице. Они направлялись в дом Гордона, чтобы проверить, нет ли в кабинете покойного дяди Валькирии каких-нибудь книг про Гротеска, а Блисс в это время должен был помочь Чайне прибраться в квартире. Валькирия никогда прежде не видела, чтобы брат и сестра так настороженно относились друг к другу.

– Как Скалдаггери? – спросила Танит.

– Сердится, – ответила Валькирия, – и переживает. Он спокоен, только когда на меня нападают люди, которых он знает. Про Сангвина он никогда не слышал.

– По крайней мере мы знаем, как Мститель выбрался из своей камеры.

Валькирия кивнула.

– Этот фокус с подземными тоннелями очень полезен. Если бы только он не использовал его, чтобы добраться до меня. Мне совсем не хочется оказаться в заложниках. Звучит не очень весело.

Они вышли на улицу и приблизились к мотоциклу Танит.

– Как тренировки? – спросила девушка.

– Хорошо. Ну почти… Кое-какие движения я… сделала неправильно.

– Сделала неправильно?

– То есть забыла.

Танит улыбнулась.

– Когда это закончится, мы снова всё повторим. У тебя получится, не переживай. Как твои родители?

Валькирия пожала плечами.

– С ними всё хорошо.

– Ты часто ходишь в школу?

– Скалдаггери настаивает, чтобы я туда ходила, когда мы ничем не заняты. Но в этом-то всё преимущество отражения – мне не приходится делать это постоянно.

Танит надела шлем, а потом подняла щиток и странно посмотрела на Валькирию.

– На твоём месте я бы не слишком полагалась на отражение. Ты можешь впитать все воспоминания, как будто и вправду ходила в школу, но на самом деле это не так. Ты находишься как будто снаружи, глядя на важную часть своей жизни со стороны. Тебе всего тринадцать, Вал. Ты должна проводить время с людьми своего возраста. – Танит перекинула ногу через сиденье мотоцикла.

Валькирия приподняла бровь и надела шлем.

– Люди моего возраста не сражаются с чудовищами, Танит. Если бы они это делали, я бы чаще с ними общалась.

Валькирия уселась позади.

Когда она впервые села на мотоцикл Танит, то вначале держалась за её плащ, но, когда они набрали скорость, она инстинктивно стала сжимать руки, а потом и вовсе обхватила Танит за талию. Преодолев страх перед бешеной гонкой по улицам, где один неверный поворот мог закончиться мучительной смертью, Валькирия начала получать от этого удовольствие. Теперь она обожала ездить на мотоцикле. Это было здорово.

Танит лавировала между машинами, поворачивая на пугающей скорости, и Валькирия начала смеяться.

Они свернули с дороги и, то и дело подпрыгивая, поехали по тропе. Только быстрая реакция Танит не давала им врезаться в мелькавшие на пути деревья. Выехав из леса, они взлетели на маленький холм, на несколько мгновений поднявшись над землёй и плавно приземлившись на ровную поверхность, а потом промчались по горбатому мосту. Через несколько мгновений они уже въезжали в массивные ворота, ведущие к дому Гордона Эджли. Валькирия по-прежнему считала его домом своего дяди. То, что она его унаследовала, ничего не изменило.

Танит так резко затормозила, что заднее колесо немного занесло в сторону, и из-под него вылетел град мелких камней. Она заглушила двигатель и поставила мотоцикл на подножку. Они слезли с сиденья и сняли шлемы.

– Понравилось? – с улыбкой спросила Танит.

Валькирия улыбнулась в ответ, и её глаза засияли.

– Я всё время говорю Скалдаггери, что ему следует купить мотоцикл.

– И что он отвечает?

– Что люди, которые носят кожаную одежду, как ты, должны ездить на мотоцикле. А те, кто носит костюм, как он, должны ездить на «Бентли».

– Разумно. – Танит подняла глаза на дом. – Войдём?

Валькирия засмеялась, достала из кармана ключ и открыла дверь.

– Я всё ещё не могу поверить, что ты его поклонница.

Они вошли в дом. В роскошном вестибюле на стенах висели картины в готическом стиле. Они прошли в гостиную.

– Твой дядя был лучшим писателем на свете, – ответила Танит. – Почему бы мне не быть его поклонницей?

– Просто ты не из таких людей. Это всё равно как если бы кто-то из твоих друзей считал, что твой папа самый классный на свете. Это немного глупо.

– В книгах твоего дяди не было ничего глупого. Я тебе говорила, что один его рассказ был написан на основе случая, произошедшего со мной?

– Говорила. Много раз.

– Я никогда с ним не встречалась, но наверное, он как-то об этом узнал. Может быть, Скалдаггери слышал и рассказал Гордону.

Танит стояла посреди гостиной, задумчиво глядя по сторонам.

– Здесь Гордон жил. Здесь он написал свой шедевр. Тебе очень повезло, Вал. Каково это – иметь такого дядю, как Гордон Эджли?

– Мы не будем опять это обсуждать, – ответила Валькирия. – Мы уже об этом говорили. – Она подошла к книжной полке, достала книгу в чёрном переплёте и дала её Танит. Девушка прикусила губу.

«И их окутала тьма» была последней книгой, написанной Гордоном Эджли. Она должна была быть опубликована через несколько месяцев, но Валькирия позволила Танит прочесть сигнальный экземпляр. Всякий раз, приходя в дом, Танит залпом проглатывала несколько глав. Она любила приходить сюда и никогда не упускала такой возможности.

Не говоря ни слова, Танит взяла книгу, свернулась на диване и продолжила читать с места, где остановилась. Валькирия попыталась удержаться от смеха. Она вышла из гостиной, поднялась по лестнице, прошла к кабинету Гордона и закрыла за собой дверь.

В отличие от остального дома, в кабинете Гордона царил хаос – повсюду забитые книгами полки и горы рукописей. Валькирия подошла к шкафу, занимавшему всю дальнюю стену, и принялась рассматривать заголовки. Здесь дядя хранил материалы для своих исследований. Иногда Валькирия находила в этой комнате книги о магии, которых не было в библиотеке Чайны.

Валькирия провела пальцем по корешкам. Если кто-то и собирал материалы о таком необычном и уникальном существе, как Гротеск, то только Гордон. Это было в его духе.

Её палец застыл на толстой книге в кожаном переплёте без названия. Валькирия уже видела её, но не обращала внимания. Она попыталась достать книгу с полки, но та не двигалась с места. Она нахмурилась, схватила книгу и потянула. Книга вылезла наполовину и снова застряла, а потом стена начала двигаться.

– Не может быть, – прошептала Валькирия, когда книжный шкаф раскрылся прямо перед ней и она увидела комнату, в которой было темно, как ночью.

Потайная комната. Настоящая потайная комната.

Не скрывая счастливой улыбки, Валькирия шагнула внутрь. В комнате тут же вспыхнули свечи. Как и в кабинете, здесь было множество полок, на которых помимо знакомых лежали совершенно необычные предметы. Валькирия узнала узорчатые музыкальные шкатулки, изысканные статуэтки, серебряные кинжалы и золотые кубки. Перед ней был стол, на котором лежал синий драгоценный камень в золотой оправе. Когда Валькирия подошла поближе, внутри камня будто зажёгся огонёк. Сначала слабый, но с каждой секундой он сиял всё ярче. А потом в другом конце комнаты из ниоткуда возник человек.

Дородный. В коричневых брюках и такой же жилетке поверх рубашки с закатанными рукавами. На голове, как солома, торчали рыжеватые волосы с проседью. Он повернулся, увидел её, и его глаза расширились.

– Стефани, что ты здесь делаешь? – спросил он.

Валькирия уставилась на него.

– Дядя Гордон?

Её умерший дядя упёрся руками в бока и покачал головой.

– Зачем ты пробралась в дом? Я всегда говорил, что ты слишком любопытна. Надо признать, это наша семейная черта, но я хотя бы не прочь немного полицемерить, чтобы донести свою мысль.

Валькирия стояла, раскрыв рот.

– Это… это правда ты?

Гордон замолчал, как будто его уличили во лжи, а потом замахал руками и затряс головой.

– Нет, это не я, – ответил он. – Это просто сон.

– Прекрати!

– Иди туда, откуда пришла, – протяжно произнёс дядя, – и постарайся проснуться. Помни, это всего лишь соооннн…

– Я серьёзно, Гордон! Прекрати!

Он перестал трясти головой и опустил руки.

– Ладно. Тогда приготовься к потрясению. Стефани, мир не такой, как ты думаешь. В нём существует магия, настоящая магия, и она…

– Я знаю про магию, – перебила Валькирия. – Просто объясни, что происходит. Как ты здесь оказался?

– Ты знаешь про магию? Кто тебе рассказал?

– Так ты ответишь на мой вопрос?

– Наверное. Что ты спросила?

– Как ты здесь оказался?

– Ах да, на самом деле меня здесь нет. Это не я. Точнее, я, но в то же время не я. Видишь этот синий камень? Он очень редкий, его называют Камнем Эхо, и обычно он используется…

– Я знаю про Камень Эхо.

– Правда?

– Люди спят рядом с этим камнем три ночи, чтобы перенести в него свою личность и воспоминания.

– Да, ты права. – Гордон выглядел несколько разочарованным. – Обычно его используют умирающие, а потом отдают своим близким, чтобы утешить их в горе. Однако для меня это был, скорее, помощник в написании книг.

– Помощник в написании книг?

– Я перенёс в камень своё сознание. Точнее, настоящий Гордон перенёс меня в камень. Он приходит всякий раз, когда у него не клеится сюжет, когда ему нужен свежий взгляд на историю или когда хочется поболтать с кем-то столь же умным, как он сам. Позволь заметить, у нас с ним было немало интересных бесед.

– Это… это так…

– Нарциссично?

– Я хотела сказать «странно», но ты прав. Сколько у нас времени, прежде чем у камня закончится заряд?

Гордон, точнее, Эхо-Гордон покачал головой и указал на оправу, в которую был вставлен камень.

– Когда Камень Эхо находится в своей оправе, он постоянно подзаряжается. Я могу оставаться здесь вечно. Если, конечно, рядом кто-то будет. Одному мне было бы здесь слишком скучно. Должен сказать, Стефани, что, хоть я и рад побеседовать с тобой и с удовольствием обнял бы тебя, даже если я сразу же пройду сквозь тебя, и это будет странно, Гордону не понравится, что ты нашла дорогу сюда.

– Вообще-то… Я так не думаю. Помнишь, когда ты в последний раз говорил с Гордоном, то есть с другим Гордоном, с настоящим?

Гордон прищурился.

– А что? Стефани, что случилось?

Она ответила не сразу.

– Меня зовут Валькирия.

– Валери?

– Валькирия. С буквой «к». Валькирия Каин. Ты оставил этот дом мне в своём завещании.

Гордон уставился на неё.

– О нет! Нет…

– Да.

– О боже, я… Я знал, что моя жизнь в опасности, когда заполучил Скипетр Древних, но, но… Скажи мне правду, хорошо? Будь со мной совершенно честна и скажи мне… Я умер?

– Да.

Гордон закрыл лицо руками.

Валькирия ждала, когда он снова посмотрит на неё. Но этого не случилось, и она принялась подыскивать слова, чтобы заполнить паузу.

– Я понимаю, что для тебя это потрясение…

Наконец он поднял голову.

– Как я умер?

– Тебя убил Нефариан Серпин, – как можно мягче ответила Валькирия, насколько это было возможно в данных обстоятельствах. – Он убил Гордона. То есть, наверное, тебя…

– Меня убил Серпин? Значит, Скипетр у него! Быстрее, Стефани, мы не можем терять время…

– Не беспокойся, он мёртв. Скалдаггери убил его в прошлом году.

– Ясно, – ответил Гордон, и его пыл угас. – Понимаю. Значит, ты познакомилась со Скалдаггери?

– Он ввёл меня в курс дела.

– А Скипетр?

– Он больше не представляет опасности.

– Вы разгадали оставленные мною подсказки? Брошь и пещеры?

– Да. Это было очень умно с твоей стороны.

– Загадки были моей идеей. Гордон, то есть настоящий Гордон, хотел оставить чёткие инструкции на случай, если с ним что-то случится, но я убедил его сделать это в виде загадки. Это придавало делу особый отпечаток. – Его нижняя губа задрожала.

– Ты в порядке? – спросила Валькирия.

– Не совсем. Я – всего лишь воспоминания умершего человека. Я пытаюсь найти смысл своего существования. Были ли все потрясены? Я имею в виду, когда я умер. Устроили день национального траура?

– Я так не думаю…

Гордон нахмурился.

– Но я был автором бестселлеров. Меня любили. Как насчёт минуты молчания по всей стране?

Валькирия потёрла руку.

– Минуты? Я не уверена, была ли это официальная минута, но я точно заметила, что люди были тише, чем обычно…

– А что насчёт продаж?

– Две твои последние книги попали в первую десятку.

– А моя последняя книга? Что с ней?

– Она выйдет через три месяца.

– Она будет хорошо продаваться, – заметил Гордон, поглаживая подбородок. – Ведь я умер.

– На твоих похоронах было полно людей, – сказала Валькирия. – Они плакали, говорили, какой ты был талантливый, как тебя будет не хватать.

Эхо-Гордон задумался и кивнул.

– Да, меня будет не хватать. И я действительно был довольно талантлив. – Внезапно его лицо омрачилось. – Берил там была?

Валькирия рассмеялась.

– Да, и она изо всех сил пыталась выдавить слёзы и получить сочувствие.

– Мне никогда не нравилась эта женщина. Я всегда считал, что Фергус мог выбрать кого-нибудь получше. Ненамного лучше, заметь, потому что у него индивидуальность, как у влажной салфетки. Но кто угодно будет лучше Берил. Гордон оставил им в завещании лодку, да? Как им это понравилось?

– Фергус затих, а Берил начала визжать.

Эхо-Гордон рассмеялся и захлопал в ладоши.

– Жаль, что меня там не было. Вот это зрелище! Ну и семейка у нас, да?

– Согласна. Вообще-то завтра вечером будет семейная встреча.

– Правда? Это просто замечательно! Возьмёшь меня?

– Что? Гордон, ты мёртв.

– Просто положи камень в карман, а потом оставь в пустой комнате, чтобы я посмотрел на всех Эджли и посмеялся. Или я притворюсь призраком и стану преследовать Берил.

– Очень по-взрослому, но не думаю, что пойду. Завтра вечером мне предстоит спасать мир, так что…

– Ну да, конечно! Но если передумаешь…

Валькирия улыбнулась.

– Обещаю, что возьму тебя. А что это за комната? Что это за вещи?

Гордон выпятил грудь.

– Это, моя милая племянница, предметы, обладающие невероятной магической и исторической ценностью. Предметы, которые ты видишь на полках вокруг себя, настолько редки, что многие коллекционеры готовы убивать, чтобы их заполучить. И я говорю совершенно серьёзно. Есть одна женщина…

– Чайна Печаль?

– Значит, ты с ней встречалась. Да, Чайна. Если она узнает о существовании этой маленькой коллекции, то не остановится ни перед чем, чтобы её заполучить. Так что, наверное, не стоит ей про неё рассказывать. Знаешь, я какое-то время был в неё влюблён.

– В Чайну все влюблены.

– Да, но моя любовь была сильной и настоящей. Думаю, она это знала и, думаю, по-своему любила меня. Или любила Гордона так же, как он любил… нет, так же как я любил… Она любила Гордона так же, как я любил её. Или что-то в этом роде.

– Ты уверен, что с тобой всё в порядке?

– У меня всего лишь маленький душевный кризис, не о чем переживать. – Гордон замолчал, задумался, а потом его лицо просветлело. – Значит, Скалдаггери взял тебя под крыло? С ним ты в безопасности. Он хороший парень.

– Да. Я изучаю магию, и он учит меня драться. Это опасно, но я отлично провожу время.

– Я тоже помог ему в нескольких делах. Ничего особенного, всего несколько загадок. Но я не был героем, который умеет драться. Меня больше интересовали расследования, поиск предметов и людей. Так над чем вы сейчас работаете?

– Пытаемся найти чокнутого, который сбежал из тюрьмы. Барона Мстителя.

– Мстителя? – повторил Эхо-Гордон. – Он на свободе?

– Мы думаем, он хочет оживить Гротеска.

Эхо-Гордон выпучил глаза.

– Гротеска? Но это несправедливо! Я собирался написать об этом книгу, а теперь я мёртв!

– Это ужасно несправедливо, – согласилась Валькирия. – Ты что-нибудь о нём знаешь?

– Немного. У меня нет никаких книг о нём, но я знаю, что его создали из останков поразительных существ. Я не думал, что его возможно оживить.

– Мы пытаемся во всём разобраться.

Эхо-Гордон поражённо покачал головой.

– Удивительно. По-настоящему удивительно. Вероятно, у него есть жало хелаквина, а ещё ему пересадили части шиббаха. Я читал, что барону Мстителю пришлось полностью изменить расположение его внутренних органов. Сердце он взял у Ку Гэлаха, и оно находится справа и ниже, чем обычно, вот здесь. – Гордон указал на свои рёбра.

– Если он вернётся, то нам будет достаточно уничтожить его сердце, чтобы убить его?

– Да. Это точно его убьёт.

– Значит, так его и можно убить? Это же совсем просто.

– Не совсем. Поскольку он в основном состоит из частей Безликого, он способен быстро исцеляться. Чем сильнее он становится, тем быстрее исцеляется. А однажды настанет момент, когда его невозможно будет ранить. И, боюсь, когда он обретёт полную силу, потребуется немало усилий, чтобы причинить ему вред. Вы уже его связали?

– Нет, мы даже не знаем, где его искать.

– Вам следует спросить у Мучителя.

– У кого?

– Несколько лет назад до меня дошли слухи, что человек по имени Мучитель может знать, где прячется Гротеск.

– Мучитель? Не мучитель Джоуи или мучитель Сэм? Настоящий Мучитель?

– Да. Наверное, он уже умер, если вообще существовал. Это были всего лишь слухи. Надо спросить у Эйхана Мериториуса.

– Вообще-то Мериториус мёртв. И Морвенна Кроу. И Умникус Том тоже, но он всех предал, так что его мне не жаль.

– О боже! Мериториус и Кроу? Как много людей умерло. А кто-нибудь не умер?

– Страховид Портной превратился в статую.

– Хоть что-то.

Валькирия посмотрела на часы.

– Мне пора идти. Танит ждёт внизу.

– Танит?

– Танит Лоу.

– Я о ней слышал. Мы никогда не встречались, но я о ней слышал. Знаешь рассказ «Ночное шоу ужасов» из моего сборника? Я тогда вдохновился одной историей, приключившейся с ней.

Валькирия улыбнулась.

– Думаю, ей будет приятно об этом узнать.

Эхо-Гордон с нежностью взглянул на Валькирию.

– Знаешь, ты для этого создана. Я некоторое время помогал Скалдаггери, пока не понял, что мне не нравится рисковать жизнью. Иногда я жалею, что изменил своё мнение. Но ты… Я всегда знал, что ты просто создана для риска. Поэтому я оставил тебе всё в завещании.

– Кстати, спасибо. Это просто невероятно.

– Не за что. Как умер Серпин?

– Мучительно.

Эхо-Гордон улыбнулся.

– Отлично.

«Бентли» затормозил перед домом Гордона, когда Валькирия запирала дверь.

– Всё хорошо? – спросил Скалдаггери, вылезая из машины.

– Я же сказала по телефону, что всё нормально. Танит появилась как раз вовремя.

Скалдаггери посмотрел на Танит.

– Спасибо.

– Вал справилась, – пожала плечами Танит.

– Как ваше сверхсекретное задание? – спросила Валькирия, чтобы переменить тему.

Скалдаггери ответил не сразу.

– Это деликатное дело.

– Мы ведь друзья, да? Где вы были?

– Я… вломился в Святилище.

– Простите, что?

– Помнишь, ты говорила, что Турид Гилд похож на политика, который пытается всем угодить? Это заставило меня задуматься. Поэтому я вломился в его дом. У меня появилось предчувствие.

Танит уставилась на детектива.

– Это очень опасно, Скалдаггери. Если бы Косари вас поймали…

– Знаю. Это была бы весёленькая битва. Но я должен был рискнуть. Мне хотелось всё выяснить.

– Что именно? – спросила Валькирия.

– Есть основания полагать, что Турид Гилд замешан в побеге Мстителя.

– Каким образом? – поинтересовалась Валькирия, прищурившись. – Он предатель?

– Моё незаконное расследование только началось. Пока слишком рано…

– Как и Умникус Том, – перебила Валькирия. – Как Чайна!

Скалдаггери наклонил голову.

– Чайна не предательница.

– Но она ведь поклонялась Безликим, разве не так?

– Да, но мы все совершали поступки, которыми не можем гордиться.

– Даже вы?

Скалдаггери посмотрел на Валькирию, но ничего не ответил.

– Как предателя могли избрать Великим Магом? – спросила Танит, и детектив покачал головой.

– Это всего лишь мои подозрения. Я позаимствовал кое-какие документы, принадлежащие Великому Магу…

– Позаимствовали?

– …и мне нужно время, чтобы их изучить. Турид Гилд невиновен, пока не будет доказано обратное. Однако нам по-прежнему не стоит ему доверять. Это было бы глупо.

– Конечно, – согласилась Танит.

– Точно, – поддакнула Валькирия.

– Ладно. Вы нашли что-нибудь, что могло бы нам помочь?

Валькирия посмотрела на Танит, которая тут же уставилась на свои ботинки.

– Я… читала.

– Исследования? – спросил Скалдаггери. Танит слегка покраснела, и детектив наклонил голову.

– Ты опять читала книгу Гордона, да?

– Это похоже на какие-то американские горки, – пробормотала она.

Скалдаггери вздохнул и повернулся к Валькирии.

– А ты?

Эхо-Гордон просил Валькирию никому о нём не рассказывать, по крайней мере до тех пор, пока он не свыкнется с мыслью, что он единственная оставшаяся на планете версия Гордона Эджли. Валькирия нехотя согласилась.

– Я кое-что нашла в одной из записных книжек дяди Гордона, – солгала она. – Очевидно, некто по имени Мучитель может знать, где Мститель спрятал Гротеска.

– Мучитель?

– Я не знаю, существует он или нет.

– Он существует.

– Вы его знали?

– Нет, – ответил Скалдаггери. – Но я знаю того, кто его знал.

Глава 10

Доспехи лорда Гнуса

Билли-Рэй Сангвин не любил Заражённых.

Он мельком взглянул на них, на их пустые лица и тусклые глаза. Некоторые копали, другие расчищали камни, и ни один из них не останавливался, чтобы отдохнуть. Власть Сумрака над ними была абсолютной.

Сангвин оставил их. Он пошёл дальше и нащупал за поясом нож. Он был большой, тяжёлый и неуклюжий. Билли-Рэй предпочитал свою опасную бритву, но девчонка забрала её. Ему не терпелось снова с ней встретиться.

Пещеры были огромными, и развешанные повсюду фонари едва освещали темноту, из которой возник барон Мститель.

– Заражённые расчистили пещеры на востоке, – сообщил Сангвин. – Доспехов там нет. Я обыскал пещеры на западе, но ничего не нашёл. Пролез через пару обрушившихся проходов к северу, но там тоже ничего. Похоже, доспехи, если они не выдумка, находятся в одной из южных пещер.

– Не выдумка, – уверенно ответил Мститель. – Я знаю, что лорд Гнус умер в этих пещерах. Что насчёт моего одеяния?

Чтобы облачиться в доспехи, Мстителю нужно было особое одеяние для защиты от силы чёрного мага. Это одеяние должен был добыть Сангвин.

– Будет готово к вечеру, – ответил он, – как я и обещал.

– Надеюсь.

Сангвин посмотрел на Мстителя, но ничего не ответил. С бароном шутки были плохи, особенно в такое время. Сангвину также не нравился Сумрак. Он не любил вампиров в целом, а Сумрака и вовсе терпеть не мог, особенно когда тот беззвучно появлялся рядом. Мститель был единственным человеком на свете, который слышал приближение Сумрака. И поэтому, когда голос вампира раздался совсем рядом с Сангвином, Билли-Рэй подскочил, а Мститель не сдвинулся с места.

– Барон, – произнёс вампир, – мы их нашли.

Глаза Мстителя блеснули в свете фонарей. Вслед за Сумраком они направились в глубь пещер. По каменным стенам стекала вода, земля была скользкой. Они подошли к группе Заражённых, которые тут же отступили, пропуская барона в только что расчищенную пещеру. Сангвин прошёл вперёд и встал рядом с Сумраком.

Фонари отбрасывали длинные тени на неровные стены. Посреди пещеры находился большой круглый каменный стол, а на нём лежали доспехи. Они были тусклые, чёрные и невзрачные, безо всяких гравировок и отметин. Барон Мститель никогда не видел ничего более прекрасного.

Доспехи лорда Гнуса.

Глава 11

Лондонская пожирательница мозгов

Вориен Головорез сидел за столом напротив Скалдаггери. Танит стояла у него за спиной, а Валькирия, сложив руки на груди, расположилась в углу у двери.

Скалдаггери поднял голову от папки.

– Вориен, ты не слишком-то желаешь сотрудничать со следствием, верно?

– Не понимаю, о чём они говорят.

– Ты известен как помощник человека, которого называют Мучителем.

Он пожал плечами.

– Впервые слышу.

– Что именно?

– Что я с ним знаком.

– С кем?

– Что?

– Что ты знаком с Мучителем.

– Да.

– Так значит, ты с ним знаком?

– Да, – ответил Вориен, но тут же быстро поправился: – Нет.

– Ты с ним не знаком?

– Я… я… Нет. Никогда о таком не слышал.

– Мне жаль это говорить, Вориен, но это ужасно неубедительно.

Вориен покачал головой.

– Кто он такой? Я никогда о нём не слышал. Мучитель?

– Ты узнаёшь эту милую леди у тебя за спиной?

Головорез попытался развернуться на стуле, но из-за наручников смог лишь вытянуть шею. Он повернулся к Скалдаггери и пожал плечами.

– А должен?

– Это Танит Лоу. Возможно, ты о ней слышал. Танит – известный следователь, и прославилась она благодаря своим стопроцентным успехам в получении нужной информации.

Валькирия увидела, как Танит приподняла бровь, но ничего не сказала.

– Правда? – переспросил Головорез. На его лице появилось выражение лёгкого беспокойства. – И как ей это удаётся?

– Ну, если сказать помягче, она обладает способностью высасывать у людей мозг.

Головорез уставился на неё, и Танит прижала ко рту ладонь, чтобы не рассмеяться. Валькирия пыталась сдержать улыбку, и ей ужасно хотелось оказаться как можно дальше от Головореза.

– Она не может этого делать, – произнёс он. – Это незаконно!

– Боюсь, это не так. Она годами пользуется этой уловкой. Она высасывает мозг, проглатывает его и впитывает всю информацию.

– Но это ужасно, – слабым голосом сказал Головорез.

– Ты почти не оставил нам выбора. Танит, ты не против?

Стоя за спиной у Головореза, Танит всплеснула руками, как будто спрашивая: «Чего ты от меня хочешь?» Как только Головорез попытался повернуться к ней, она тут же опустила руки и стала ужасно серьёзной. Но стоило ему отвернуться, как Танит снова принялась беспомощно жестикулировать.

Головорез выпрямился, сжал кулаки и зажмурился.

– Вы не сможете высосать мой мозг! – завопил он.

Скалдаггери откинулся на спинку стула и ничего не сказал Танит. Она указала на него пальцем, слегка погрозила, а потом перевела взгляд на Головореза. Девушка вздохнула, подошла к нему сзади и подняла руки у него над головой. Его глаза были по-прежнему крепко зажмурены.

Через секунду Танит передумала насчёт рук и наклонилась над ухом Головореза. Он замер. Губы Танит раскрылись, и этот едва слышный звук заставил его закричать, дёрнуться и завалиться на бок. Он рухнул на пол.

– Я всё скажу! – вопил он. – Я скажу вам всё, что знаю! Только уберите её подальше от меня! Уберите её подальше от моих мозгов!

– Мучитель всё ещё жив? – спросил Скалдаггери, вставая над ним.

– Да!

– Когда ты в последний раз связывался с ним?

– Два года назад, клянусь!

– Для чего вы встречались?

– Я просто хотел с ним поговорить!

– О чём вы говорили?

Головорез приподнял голову и убедился, что Танит не собирается высасывать его мозг.

– Ни о чём. Он ушёл. Он не захотел говорить. Кажется, я ему не нравлюсь.

– Почему?

– Не знаю. Может быть, из-за моего запаха.

– Что тебе известно о Гротеске? – спросила Валькирия.

– Ничего, клянусь!

– Танит, – устало попросил Скалдаггери, – высасывай мозг.

– Нет! Подождите! Я ничего не знаю, но он знает! Во время войны с Меволентом он пытался найти барона Мстителя.

– Для чего? – спросил детектив.

– Он хотел его убить. Во время войны он был на вашей стороне. Я тоже был на вашей стороне.

– Я ни разу не видел, чтобы ты сражался.

– Я был в самом конце, – слабым голосом ответил Головорез. – Но мы все сражались с одним врагом, а это что-нибудь да значит, правда?

Скалдаггери наклонил голову.

– Враг моего врага необязательно мой друг.

– Однажды Мучитель сказал мне, что следил за Мстителем и уже собирался напасть, когда появились вы. У вас с бароном завязалась драка, а потом вы забрали Мстителя, и Мучитель решил, что пришло время уйти на пенсию. Он уже старик. Он жил ещё задолго до появления Меволента. Но он сказал, что во время слежки за Мстителем видел, где тот спрятал Гротеска.

– И где же?

– Этого он мне не говорил. Только сказал, что я не умею хранить тайны или что-то в этом духе.

– Где он?

Головорез поднял голову и широко раскрыл глаза.

– Клянётесь, что она не дотронется до моих мозгов?

– Даю слово.

– Рорхейвен, – помедлив, ответил Головорез. Валькирия слышала о Рорхейвене. Это был город колдунов, мрачный маленький городок, где не очень-то любили чужаков. – Он в Рорхейвене.

Головорез сидел на заднем сиденье «Бентли» со скованными руками и ногами и с кляпом во рту. Он сел в машину в наручниках, но кляп ему вставили позже. Скалдаггери устал от его болтовни.

Они направились на восток, миновали пригороды, а затем оказались в сельской местности. Через полчаса езды по узким извилистым дорогам, где им приходилось время от времени останавливаться, чтобы пропустить громоздкий трактор, они прибыли в маленький городок у тёмного озера, мерцавшего в лучах полуденного солнца.

«Бентли» остановился в тени большого дерева на окраине города, и Валькирия с детективом вышли из машины. Было тепло и необыкновенно тихо.

– Птицы не поют, – заметила Валькирия.

– Гремящая гавань – не то место, где хочется петь, – ответил Скалдаггери. – Если только это не погребальная песнь.

Валькирия видела на улицах людей, но они молча проходили мимо.

Скалдаггери вытащил из машины Головореза и вытащил у него изо рта кляп.

– Где нам найти Мучителя?

– Дайте мне минутку, ладно? – Головорез посмотрел на город. – Я не был здесь много лет. Теперь я снова дома. Это очень личное.

Скалдаггери вздохнул.

– Или ты начинаешь нам помогать, или мы засунем тебя в багажник и будем искать сами.

– Угрозы ни к чему, – раздражённо заметил Головорез. – Да, я понимаю, вы торопитесь. Но это не оправдание, чтобы грубить мне в моём родном городе.

– Так ты будешь нам помогать?

Головорез сердито посмотрел на детектива.

– Да.

– Вот и отлично.

– Не могли бы вы хотя бы снять наручники?

– Нет.

– Даже кандалы на ногах? Я вернулся домой впервые за двадцать лет и не хочу, чтобы все подумали, будто я преступник.

– Но ты и есть преступник, – заметила Валькирия.

– Да, но…

– Наручники останутся, – отрезал Скалдаггери.

Головорез что-то пробормотал, но повиновался. Кандалы звенели при ходьбе, и, передвигаясь крошечными шажками, чтобы не упасть, он повёл их в город, держась подальше от главной улицы и выбирая узкие переулки между домами.

– Где он живёт? – спросил Скалдаггери.

– Вон там.

Головорез указал на здание впереди.

Валькирия нахмурилась.

– В пабе? Мучитель живёт в пабе?

– Не просто в пабе, – отрезал Головорез. – В моём пабе. Он был моим, пока я его не потерял. Я счёл, что это знак. Пора двигаться дальше, узнать, что ещё интересного есть в этом мире. Иногда я жалею, что бросил всё и отправился туда, где у меня нет семьи, нет друзей. Порой мне было так одиноко…

– Наверное, это было ужасно, – заметила Валькирия. – Конечно, если бы ты не начал убивать людей…

– Я художник, – с гордостью ответил Головорез. – Убивая, я создаю хаотичную картину.

Они ничего не ответили и молча подошли к задней двери. Скалдаггери нагнулся, чтобы вскрыть замок.

– Танит могла бы его открыть одним прикосновением, – упрекнула его Валькирия.

Скалдаггери медленно повернул к ней голову, и мгновение спустя замок щёлкнул и открылся. Он убрал отмычку в карман.

– Мне больше нравится старомодный способ.

– Просто потому что у вас нет выбора.

– Я – Элементаль, – напомнил детектив. – А Танит – Адепт. Хотел бы я посмотреть, как она швырнёт огненный шар.

Головорез нервно откашлялся.

– Её ведь здесь не будет? Этой Танит?

– Не беспокойся, – ответила Валькирия. – Твои мозги в безопасности. Пока.

Скалдаггери открыл дверь, заглянул внутрь, а потом схватил Головореза за локоть и втащил его в паб. В коридоре было темно и пахло прокисшим пивом и мокрыми полотенцами. Где-то впереди раздавались голоса.

– Где Мучитель? – тихо спросил Скалдаггери.

– Под землёй, – ответил Головорез. – Я превратил подвал в жилое помещение, а он перестроил его по своему вкусу. – Они направились в заднюю часть здания.

– Раньше меня переполняли идеи, – продолжал Головорез. – Я собирался перестроить всю переднюю часть паба, расширить западное крыло, может быть, установить музыкальную систему, устроить маленький танцевальный зал. В конце концов решил этого не делать. Слишком дорого, знаете ли. И к тому же никто не хотел танцевать, так что…

Валькирия то и дело оглядывалась назад, чтобы удостовериться, что за ними никто не идёт.

– Но всё равно это были хорошие времена, – с сожалением заметил Головорез. – Все старые посетители приходили в мой паб – Дейв Молния, Пройдоха Пит, Иероним Бурелом. Мы пили, разговаривали, смеялись. Это было так давно.

Скалдаггери наклонил голову.

– Вориен, если ты пытаешься нас убить, есть более быстрые способы, чем история твоей жизни.

– И менее болезненные, – добавила Валькирия.

– Я просто подумал, вам будет интересно узнать, – негодующе ответил Головорез. – Я думал, вам поможет, если я расскажу об этом места и о том, как я с ним связан.

– Почему ты считаешь, что это как-то нам поможет? – осведомился детектив.

– Если дадите мне закончить, я вам всё объясню.

– Ладно. Заканчивай.

– Они приходили в мой паб, потому что в городе, кишащем магами, было не так уж много мест, где можно собраться и почувствовать себя особенными. Но я об этом позаботился. В передней части паба обслуживали магов Рорхейвена, а сзади была отдельная секция для меня и моих друзей, где мы могли спокойно сидеть, общаться и строить планы.

– Правда? – спросил Скалдаггери, когда Валькирия открыла дверь.

– Да, – кивнул Головорез. – Отдельная секция в задней части.

Они вошли внутрь. У барной стойки сидели двое мужчин. Ещё двое играли в бильярд за ветхим столом. Кроме них там были угрюмый бармен и великан в углу, чья лысеющая голова доставала до потолка. Они застыли на месте и уставились на вошедших. Валькирия и Скалдаггери замерли.

Головорез ухмыльнулся.

– Привет, парни!

Глава 12

Драка в пабе

Громко жужжала муха. Она билась о грязное окно, за которым виднелось засохшее дерево. Бармен вышел из-за стойки, а двое посетителей поднялись с табуретов.

– Головорез, – произнёс бармен, растягивая слова, – как тебе хватило наглости показаться в моём пабе?

– В твоём пабе? – Головорез пренебрежительно рассмеялся. – Ты выиграл его у меня в покер, и ты жульничал.

– Ты тоже, – возразил бармен. – Просто у меня получилось лучше. Почему ты вернулся?

– Я ведь не мог не вернуться, верно? В этом городе так много дорогих для меня воспоминаний. Кстати, Иероним, я надеялся увидеть твою сестру. Она здесь?

У Иеронима Бурелома был такой вид, словно он вот-вот взорвётся.

– Даже не упоминай о ней, понял?

Головорез пожал плечами.

– И что ты сделаешь?

– Думаю, мы друг друга не так поняли, – заметил Скалдаггери, но никто не обратил на него внимания.

Бурелом сделал шаг вперёд, сжав кулаки.

– Как насчёт того, чтобы закончить начатое двадцать лет назад?

Головорез презрительно усмехнулся.

– Хочешь меня убить, да?

– И не только я, приятель. Кто хочет убить этого негодяя, сделайте шаг вперёд.

Все шагнули вперёд.

– Так вот вы как. – Головорез притворился расстроенным. – После всех разговоров о дружбе, после всех лет, всего того, что мы вместе пережили, вы хотите просто убить меня?

– Не просто, – ответил один из игроков в бильярд. – Мы хотим, чтобы ты умер ужасной смертью.

– Я бы хотел вам помочь, парни, – заметил Головорез, поднимая руки и показывая наручники. – Но как видите, я сейчас в несколько стеснённом положении. Но думаю, если вы убьёте этих милых людей, которые пришли со мной, ваше желание будет исполнено.

Бурелом прищурился.

– Убить маленькую девочку? Да, думаю, с таким ответственным заданием мы справимся. А как насчёт тебя, тощий? Кто ты, чёрт возьми, такой?

– Нам не нужны неприятности, – ответил Скалдаггери.

– Тогда вас ждёт сюрприз, – ответил мужчина, стоящий слева от Бурелома. На его ладони затрещал электрический разряд. Вне всякого сомнения, это был Дейв Молния.

– Мы здесь по делам Святилища, – сказал Скалдаггери.

Мужчина по правую руку от Бурелома ощетинился, а Бурелом ухмыльнулся.

– Слышал, Пит? Они от Святилища.

– Я ненавижу Святилище! – зарычал Пройдоха Пит.

– Ясно, – произнёс Скалдаггери.

– Мы все ненавидим Святилище.

– Тогда мы не по делам Святилища. Я просто пошутил.

– Значит, ты умрёшь со смехом, – зарычал Бурелом, – если сию секунду не скажешь, кто ты такой.

Скалдаггери секунду смотрел на него, а потом снял свою маскировку и положил её на бильярдный стол. Все в комнате широко раскрыли глаза. Разинули рты. Отступили назад.

– Детектив-скелет, – произнёс один из игроков.

– Я не буду драться со скелетом, – заметил его приятель. – Ни за что.

– Да что с вами такое? – рявкнул Бурелом. – Это мой паб, ясно? Это моя территория. Вам стоит бояться меня. Это всего лишь мертвец, так что какие проблемы? Мы можем с ним справиться. Нас шестеро, а он один. И ещё маленькая девочка. Неужели это для вас слишком, крутые парни? – Игроки в бильярд беспокойно переглянулись, а потом покачали головой.

– Ну вот, – продолжал Бурелом. – Вы согласны. Мы убьём этих двоих, а потом убьём нашего дорогого друга Головореза.

– Будет весело, – заметил Головорез, шаркая, подошёл к кабинке и сел. – И как вы собираетесь это сделать?

– Бробдинг уже давно не разминался, – ответил Бурелом, и великан выступил вперёд.

Валькирия посмотрела на Скалдаггери.

– Вы можете заняться им? – шепнула она.

– Я тебя убью, – рокочущим басом произнёс Бробдинг. – Если хочешь знать, ничего личного.

– Приятно слышать, – ответил детектив. – В таком случае я швырну тебя на пол и приложу бильярдным столом, но тебе следует знать, что в этом тоже нет ничего личного.

Бробдинг засмеялся. Все присутствующие последовали его примеру.

Скалдаггери шагнул вперёд, растопырил пальцы, и великана Бробдинга отбросило на стену. Валькирия схватила со стола кий и сломала его об лицо первого игрока. Он покатился в угол, и к ней тут же ринулся второй игрок.

Пройдоха Пит подбежал к Скалдаггери и нанёс ему удар, который детектив даже не посчитал нужным блокировать. Он просто отступил в сторону, толкнул Пита, и тот налетел на Бурелома.

Всё тело Дейва Молнии трещало от электричества, его волосы встали дыбом, а в комнате запахло озоном. Он бросился в атаку, Скалдаггери толкнул барную табуретку. Она ударила Дейва по ногам, тот выругался и рухнул навзничь.

Второй игрок попытался схватить Валькирию за горло. Она лягнула его по лодыжке и ткнула пальцем в глаз, так что он вскрикнул от боли. Потом он размахнулся, Валькирия не успела блокировать удар, и его кулак врезался ей прямо в голову.

Скалдаггери пнул пытавшегося подняться Дейва, а потом на него бросился Бурелом. Детектив схватил его, вывернул ему руку, и Бурелом, завизжав на удивление высоким голосом, осел на грязный, липкий пол.

Игрок в бильярд схватил Валькирию и швырнул её на стол. У неё перехватило дыхание. Потом он поднял её и снова швырнул. Валькирия схватила шар-восьмёрку и, когда он поднял её в третий раз, ударила его шаром по уху. Он взревел от боли и упал.

Скалдаггери впечатал кулак в Пройдоху Пита, вывернул ему руку и ударил лицом об стену. Пит повалился на пол. Детектив повернулся к Бурелому, и тот взревел. Владелец паба напрягся, и мышцы у него на шее вздыбились. Лицо покраснело, кулаки стали ещё больше, искривились и превратились в кувалды. Он победно захохотал, брызжа слюной изо рта.

А в другом конце комнаты Валькирия снова сражалась с игроком в бильярд. Он потирал ухо, прихрамывал и щурился.

– Я тебя прикончу, – вяло пригрозил он.

Валькирия взяла в руку шар-восьмёрку и метнула его прямо в игрока. Он попал ему между глаз и отскочил. Тот мгновение постоял на месте с удивлённым выражением на лице, а потом упал на пол и отключился.

Валькирия увидела, как Бурелом кулаком-молотом ударил Скалдаггери в бок, и детектив отшатнулся к стене. Бурелом нацелился ему в голову, но детектив пригнулся, и кулак пробил деревянную обшивку. Бурелом попытался вытащить его, но кулак застрял. Воспользовавшись этим, Скалдаггери как следует врезал ему пару раз.

Бурелом извернулся и взмахнул вторым кулаком. Снова попал в обшивку стены и застрял окончательно.

– О нет, – захныкал Бурелом.

Скалдаггери прицелился и нанёс заверщающий удар. Голова Бурелома откинулась назад, и его тело обмякло. Он мог бы упасть на пол, если бы его не держали кулачищи.

– Скалдаггери, – предупредила Валькирия.

Великан Бробдинг поднимался на ноги и выглядел очень рассерженным.

– Ещё раз, – произнёс детектив, – ничего личного.

Бробдинг зарычал, и тогда Скалдаггери помчался к нему и прыгнул, развернувшись в воздухе и выставив вперёд правую ногу. Удар пришёлся Бробдингу в челюсть. Скалдаггери приземлился, а Бробдинг завертелся на месте и упал на одно колено. Валькирия уставилась на детектива.

– Что? – спросил он.

– Вы его ударили, – ответила она. – Но это не ваши приёмы. Вы позаимствовали их у Танит.

– Впечатляет, да? – Скалдаггери упёрся ладонями в бильярдный стол и пожал плечами. – Наверное, теперь я твой герой.

– Прекратите!

Бробдинг огляделся по сторонам, а потом воздух пошёл волнами и подхватил бильярдный стол. Тот перелетел через комнату и врезался прямо в великана. Шары разлетелись по сторонам, и Бробдинг рухнул навзничь. Больше он не вставал.

– Что ж, – признала Валькирия, – вы его предупреждали.

– Это верно, – согласился Скалдаггери и вышел за дверь. Секунду спустя он вернулся, толкая впереди Головореза.

– Эй, потише! – завопил Головорез. – В этих кандалах тяжело идти.

Валькирия посмотрела на него.

– Ты не далеко ушёл.

Головорез оглядел неподвижные тела.

– Отлично, – безрадостно произнёс он. – Вы их побили.

– Хорошая попытка.

Он пожал плечами.

– Забыл, что это место принадлежит Бурелому, честное слово.

– Подвал, – напомнил Скалдаггери.

– За баром, – проворчал Головорез.

Валькирия подошла к барной стойке, заглянула за неё и увидела люк. Она кивнула детективу.

Скалдаггери приковал Головореза к трубе у стены, чтобы тот не попытался сбежать снова. Валькирия открыла люк, и Скалдаггери, вытащив револьвер, спустился вниз. Валькирия последовала за ним по деревянным ступеням и закрыла за собой дверцу.

В подвале было холодно и мрачно. Лестница привела их в коридор, где со стен свисали куски обоев. Ковёр был вытоптанным, как тропинка в лесу. По правую сторону находилась дверь, и ещё одна слева, чуть подальше. На стене под странным углом висела маленькая картина. На ней была изображена лодка в гавани. Написана картина была так себе. В конце коридора виднелся проём, ведущий в гостиную. Там играла музыка. «Конец мира» группы «Карпентерз»[4]. Сжимая револьвер обеими руками, Скалдаггери первым двинулся по коридору.

За первой дверью обнаружились кровать и шкаф. Скалдаггери зашёл внутрь и заглянул под кровать. Удостоверившись, что там никого нет, он вернулся в коридор. Во второй комнате оказались туалет, раковина и ванна. Не особо чистые. А спрятаться тут было невозможно. Они направились к гостиной.

Прижимаясь спиной к стене, Скалдаггери бесшумно продвигался вперёд. Валькирия кралась вдоль противоположной стены, откуда ей открывался вид на комнату. Она заметила два старинных обогревателя, ни один из которых не был включён. Увидела ещё одну картину с изображением корабля в бушующем море. Под картиной стояло кресло, а рядом – маленький столик. Никаких признаков Мучителя. Они застыли на месте, и Валькирия покачала головой. Детектив кивнул и вошёл в гостиную, вскинул револьвер, прицелившись в один угол, затем в противоположный. Потом проверил за креслом. Никого.

Валькирия зашла следом за ним. В другом конце комнаты стояли радио, переносной телевизор с потрескавшимся экраном и магнитофон, откуда и играла песня «Карпентерз». Валькирия раздвинула шторы, за которыми оказалась глухая стена, повернулась, чтобы сказать детективу, что возможно, Головорез каким-то образом предупредил Мучителя, и в этот момент увидела, что на неё с потолка злобно смотрит старик.

У него были длинные грязные волосы и длинная грязная борода. Он спрыгнул с балок прямо на Скалдаггери и сбил его с ног. Револьвер вылетел из руки детектива. Старик тут же схватил его и выстрелил. Валькирия бросилась в сторону. Пуля попала в магнитофон, и песня оборвалась. Скалдаггери повернулся и толкнул воздух ладонью, но старик уже бежал по коридору. Детектив поднялся на ноги, но тут же отскочил в сторону, потому что старик снова дважды выстрелил. Выглянув в коридор, Скалдаггери убедился, что всё спокойно, и бросился в погоню.

Валькирия не была на сто процентов уверена, что её бронированный костюм сможет остановить пулю. Что если она попадёт ей в голову? Впервые она пожалела, что на плаще не было капюшона. Она помчалась за Скалдаггери, который через мгновение нырнул в спальню. Она вбежала в комнату, удивлённо посмотрела на противоположную стену, которая тут же раздвинулась, открывая каменный коридор, и нырнула внутрь. Впереди в темноте быстро бежал детектив. Она увидела, как вспыхнул свет – он метнул огненный шар.

Валькирия заметила, что пол начал постепенно подниматься вверх. У неё устали ноги. Стук подошв по каменному полу оглушал. Она больше ничего не видела. Стало совершенно темно. Валькирия сосредоточилась на энергии внутри себя, щёлкнула пальцами и высекла искру. Пламя разгорелось и замерцало у неё на ладони. Она вытянула руку вперёд, чтобы осветить себе дорогу. Ей не нравилось, что пламя делало её лёгкой мишенью, но ей также не хотелось провалиться в яму с металлическими шипами или с чем-нибудь похуже. Вскоре она оказалась на перекрёстке.

– Ну же, – пробормотала Валькирия, ловя воздух ртом.

Она могла продолжать идти вперёд или повернуть направо или налево. Валькирия понятия не имела, куда побежал Скалдаггери. Она попыталась перестать воображать себе смертельные ловушки и представлять, как потеряется в лабиринте коридоров и умрёт в холоде и темноте.

Валькирия выругалась. Она должна была повернуть назад. Она решила подняться наверх, обойти город и попытаться найти место, где тоннели выходят на поверхность. Это будет лучше, чем бесполезно стоять на месте.

В этот момент Валькирия услышала грохот.

Коридор, ведущий к подвалу, начал сужаться. Стены снова сдвигались. Направо, налево или прямо. Валькирия побежала прямо.

Глава 13

Гремящая гавань

Стены сближались всё быстрее и быстрее. Валькирия оглянулась и увидела, что перекрёсток тоже вот-вот исчезнет. Если она споткнётся, если упадёт, стены с обеих сторон сомкнутся с ужасным скрежетом и раздавят её в лепёшку.

Её лёгкие горели, как бывало всегда, когда она плавала у берегов Хаггарда. Она любила плавать. Это было намного лучше, чем оказаться раздавленной. Наконец впереди она увидела мерцающий свет в ладони Скалдаггери Плезанта.

– Было бы излишне, – спросил он, перекрикивая грохот, – просить тебя поторопиться, верно? – Валькирия затушила огонь у себя на ладони и побежала быстрее.

– Что бы ты ни делала, – громко продолжал он, – только не падай. Полагаю, упасть сейчас было бы большой ошибкой.

Валькирия была уже совсем рядом с детективом, рядом с открытым проходом, в котором он стоял. Стены впереди задрожали, загрохотали и начали смыкаться, и она нырнула между ними, упала на пол и встала на ноги в тот самый момент, когда коридор у неё за спиной закрылся и грохот начал стихать. Валькирия упала на колени и принялась ловить ртом воздух.

– Что ж, – весело заметил Скалдаггери, – кажется, успела.

– Ненавижу… – выдохнула она.

– Да?

– Ненавижу… вас…

– Дыши глубже, а то от недостатка кислорода у тебя начался бред.

Валькирия поднялась и согнулась пополам, пытаясь восстановить дыхание.

– Надо быть осторожнее, – посоветовал Скалдаггери. – Мучитель стар, но проворен и ловок, и у него по-прежнему мой револьвер.

– Где мы?

– Одним из неприятных фактов из бурного прошлого Рорхейвена была попытка несколько лет назад сместить Совет Старейшин и основать здесь новое Святилище. Мы находимся там, где когда-то было главное здание.

Валькирия увидела на стене выключатель и повернула его. Наверху замерцали несколько ламп. Большая часть так и не включилась. Скалдаггери затушил пламя на ладони, и они двинулись по коридору, свернули направо и продолжили идти. Узкие полоски света чередовались с более длинными полосами темноты. Пол был покрыт слоем пыли. Детектив слегка повернул голову. Валькирия хорошо его знала и поняла, что что-то не так.

– Что такое? – спросила она.

– Продолжай идти, – тихо ответил он. – Мы не одни.

У Валькирии пересохло во рту. Она попыталась почувствовать воздух, как Скалдаггери, но даже в самые лучшие моменты Валькирия никогда не могла почувствовать ничего дальше нескольких метров. Она сдалась и с трудом удержалась от искушения обернуться.

– Где он?

– Это не он. Я не знаю, что это такое, но их несколько десятков, они достаточно маленькие и движутся стаей.

– Может быть, котята? – с надеждой предположила Валькирия.

– Они преследуют нас.

– Возможно, они очень робкие.

– Не думаю, что это котята, Валькирия.

– Тогда щенки?

У них за спиной в темноте кто-то прошмыгнул.

– Продолжай идти, – велел Скалдаггери. Теперь позади кто-то бежал. – Смотри вперёд.

И тут из темноты на свет выскочили пауки – чёрные, волосатые и раздувшиеся, размером с крыс, с когтями на кончиках лап.

– Ладно, – сказал детектив. – Думаю, теперь мы можем остановиться.

Пауки появились из трещины в стене и с клацаньем побежали по потолку. Скалдаггери и Валькирия стояли спина к спине и смотрели, как они приближаются. У каждого паука было по три глаза – огромных, голодных и немигающих.

– Когда я досчитаю до трёх, – тихо сказал Скалдаггери, – бежим, хорошо?

– Хорошо.

Пауки с шумом окружали их, смыкались, приближались, и клацанье их когтей становилось оглушительным.

– Вообще-то забудь про счёт, – сказал детектив. – Просто беги.

Валькирия побежала, и пауки тут же бросились в атаку.

Она перепрыгнула через них, приземлилась и пнула ногой одного, который подобрался слишком близко. Он оказался тяжёлым, но Валькирия не стала проверять, удалось ли ей его обезвредить. Она продолжала бежать, пока Скалдаггери бросал огненные шары. Они свернули в сторону, потому что коридор впереди кишел волосатыми раздутыми телами, и вбежали в комнату, где по центру стоял большой стол для конференций. Суетливая масса у них за спиной быстро становилась всё больше и больше.

Один паук забрался на стол и прыгнул на Валькирию. Он ударился о её спину и повис, пытаясь порвать плащ когтями. Валькирия с криком повернулась, споткнулась, упала на пол и почувствовала под собой паука. Она быстро вскочила, но паук по-прежнему висел у неё на спине. Он метнулся ей на плечо, прямо к лицу, и она увидела клыки. Валькирия схватила паука, отодрала его от себя и отшвырнула в сторону. Скалдаггери потянул её за руку, и они снова бросились бежать.

Они мчались к двойным дверям впереди, Скалдаггери взмахнул рукой, воздух зарябил, и створки слетели с петель. Они влетели в комнату, где когда-то был вестибюль. Скалдаггери швырнул ещё несколько огненных шаров, а Валькирия подбежала к главной двери, толкнула её плечом и вырвалась на солнечный свет. Он ударил прямо в глаза и на мгновение ослепил её. Скалдаггери потянул её за рукав, и она последовала за ним. Когда глаза привыкли, Валькирия заметила впереди тёмное озеро, а над ним голубое небо.

Детективы остановились. Они по-прежнему слышали пауков, цоканье их когтей, суетливую возню в дверях, но чудовища не желали покидать темноту и выходить на солнечный свет, и вскоре шум стих. Через несколько мгновений Валькирия смогла дышать спокойно и впервые заметила, что Скалдаггери смотрит на что-то у неё за левым плечом.

– Что такое? – спросила она, но он не ответил.

Валькирия повернулась. Сзади стоял Мучитель с револьвером детектива в руках. Его длинные седые волосы спутались с бородой. Он направлял оружие прямо на Валькирию.

– Кто вы такие? – спросил Мучитель хриплым голосом, который, очевидно, не использовался много лет. – Почему именно теперь вы пришли и беспокоите меня?

– Мы пришли по делам Святилища, – ответил Скалдаггери. – Мы детективы.

– Она ребёнок, – заметил Мучитель, – а ты мертвец.

– Вообще-то вы правы, но мы не те, кем кажемся. Мы полагаем, у вас есть информация, которая может помочь нам в расследовании.

– Ты говоришь так, будто я обязан вам помогать, – ответил старик, не отводя револьвера от Валькирии. – Какое мне дело до ваших расследований? Какое мне дело до детективов и проблем Святилища? Я ненавижу Святилище и Совет Старейшин, и я ненавижу всё, что они защищают. Мы – маги. Мы не должны скрываться от смертных, мы должны ими повелевать.

– Нам надо узнать, как остановить Гротеска, – сказала Валькирия. – Если он откроет портал и впустит Безликих, пострадают все, а не только…

– Эта девочка говорит со мной, – заметил Мучитель. – Заставь её замолчать.

Валькирия прищурилась, но больше ничего не сказала.

Скалдаггери наклонил голову.

– Она говорит правду. Вы не любили Меволента, когда он был жив, и я уверен, вы не хотите, чтобы Безликие вернулись. Если вы нам поможете, мы тоже сможем оказать вам услугу.

Мучитель рассмеялся.

– Услугу? Хотите поторговаться?

– Если это заставит вас нам помочь.

Внезапно Мучитель нахмурился и посмотрел на Валькирию.

– Ты! В твоих венах течёт запятнанная кровь. Я чувствую её даже на расстоянии.

Валькирия промолчала.

– Ты ведь с ними связана, да? С Древними? Я презираю Древних так же, как Безликих. Если какая-либо из этих рас вернётся, они будут править всеми.

– Древние были хорошими парнями, – заметила Валькирия.

Мучитель нахмурился.

– Власть есть власть. Маги могли бы править миром, и единственная причина, по которой мы этого не делаем, – слабость власти. Но если Древние вернутся, думаешь, они совершат ту же ошибку? Существам, обладающим подобной силой, не место на Земле. Я надеялся, что последний из вас давно умер.

– Жаль вас разочаровывать.

Мучитель перевёл взгляд на Скалдаггери.

– Эта информация, мертвец, может быть очень важна для тебя. А услуга, которую ты мне обещаешь, столь же значительная?

– Полагаю, это так.

Мучитель улыбнулся, и это было жуткое зрелище.

– Что ты хочешь знать?

– Мы должны знать, где барон Мститель держал Гротеска с момента своего заточения, и мы должны знать, как он собирается воскресить его.

– У меня есть информация, которая вам нужна.

– Что вы хотите взамен?

– У меня совсем скромное желание, – ответил Мучитель. – Я хочу, чтобы ты убил девчонку.

Глава 14

Джек-Прыгун

Джек больше не мог прыгать. Но даже если бы и мог, если бы эта тюремная камера с узкой койкой, туалетом и раковиной была достаточно просторной, он всё равно не стал бы этого делать. Камера была защищена заклинанием и ослабляла его способности.

Джек-Прыгун уселся на кровати и принялся размышлять о жизни без прыжков. Он также размышлял о жизни без убийства – и от этого внутри у него всё переворачивалось – жизнь без любимой еды, без танцев на крышах и без всего того, что он так любил. Он знал, что они выбросят ключ. Как только у них появится возможность запереть его, Английский совет не станет проявлять снисходительность. Суд закончится в мгновение ока, и его ждут сотни лет в тюрьме.

Джек лёг на койку, закрыв лицо рукой, чтобы не видеть отвратительный искусственный свет. Больше никакого неба. Больше никаких звёзд. Никакой луны.

– Ты ещё уродливее, чем в последний раз.

Джек слетел с койки. В камере, прислонившись к стене, стоял человек и ухмылялся.

– Сангвин, – произнёс Джек, и его губы искривились. – Пришёл позлорадствовать, да? Хотел бы сказать, что удивлён, но нет, как раз подобного я от тебя и ожидал.

– Джек, дружище, твои слова меня ранят.

– Я тебе не друг, – возразил Джек.

Сангвин пожал плечами.

– Возможно, за долгие годы у нас и были разногласия, но теперь, насколько я понимаю, всё уже позади. Я пришёл помочь. Я пришёл, чтобы вытащить тебя. – Сангвин постучал по растрескавшейся стене. На пол упали куски штукатурки, подняв пыль.

Джек нахмурился.

– А тебе-то что за дело до этого?

– Просто хочу, чтобы ты взамен оказал мне маленькую услугу, вот и всё.

– Мне не по душе мысль о том, что придётся оказывать услугу тебе.

– Предпочитаешь остаток жизни просидеть в камере?

Джек не ответил.

– Всего лишь маленькая услуга. Тебе понравится. Я хочу, чтобы ты причинил кое-кому небольшие неприятности.

– Зачем?

– Это не твоё дело. Думаешь, сможешь мне помочь?

– Смотря что надо делать. Какие неприятности?

– Ничего. Просто хочу, чтобы ты убил нескольких человек.

Джек не выдержал и улыбнулся.

– Правда?

– Проще простого для такого талантливого человека, как ты. Если согласишься, я сейчас же возьму тебя с собой и мы уберёмся отсюда.

– Убить?

– И не один раз.

– И всё? Когда я это сделаю, мы будем квиты? Потому что я знаю, на кого ты работал в прошлом, техасец, и я не собираюсь работать на Безликих.

– Разве я упоминал Безликих? Нет, я этого не делал.

– Это не имеет к ним отношения?

– Не сойти мне с этого места. Так ты согласен?

Джек надел плащ и поднял свой потрёпанный цилиндр.

– Идём.

Глава 15

Под прицелом

Уперевшись левой рукой в стену, а правой схватившись за цепь, Головорез с силой дёрнул. Труба начала поддаваться. Он это чувствовал. Он это слышал. Любая другая труба уже сломалась бы – Головорез это знал, потому что сам устанавливал трубы. Но к его несчастью, скелет приковал его к единственной прочной трубе в заведении.

Головорез скрипел зубами. Его лицо покраснело от усилий, а вскоре ему снова нужно будет сделать вдох. Наконец труба сломалась, и Головорез с торжествующим криком отлетел назад, ударившись головой о пол. Он несколько секунд лежал, осознавая долгожданную свободу и стараясь не заплакать, а потом поднялся – на запястье болтался наручник. Он ничего не мог поделать с оковами на ногах, поэтому быстро зашаркал к двери.

Убедившись, что скелета и девчонки нет поблизости, он вышел из комнаты. Семеня к выходу из паба, Головорез был похож на какого-то безумного пингвина. Он найдёт того, кто ему поможет, кто снимет эти оковы. В конце концов не могут же все обитатели Рорхейвена хотеть его смерти?

Он свернул за угол у Святилища Рорхейвена и замер. Он был слишком поражён, чтобы улыбнуться. Но потом улыбка всё же появилась, и всё переменилось к лучшему. Мучитель держал на мушке Плезанта и Каин.

Головорез хмыкнул и подошёл поближе. Выражение лица скелета было, как всегда, бесстрастным, но девочка смотрела на Мучителя с таким видом, как будто не могла поверить, что он только что сказал. Никто не обращал на Головореза внимания.

– Вы не можете говорить серьёзно, – произнесла Каин.

Головорезу понравилось, что Мучитель проигнорировал её, и обратился к скелету.

– Убей девчонку, – сказал он. – Застрели её, если хочешь. Подожги. Задуши. Мне плевать.

Если бы Головорез смог, то принялся бы плясать на месте.

– Я не буду убивать Валькирию, – ответил Плезант.

– Мертвец, что значит одна жизнь в сравнении с миллиардами? А если вернутся Безликие, умрут миллиарды. Ты это знаешь.

– Возможно, но я не стану её убивать.

– Это мои условия.

– Должно быть что-то ещё, – возразил Скалдаггери. – Что-то, что я смогу для тебя сделать.

– Я упрощу тебе задачу.

Мучитель швырнул револьвер детективу. Скелет поймал его и прицелился Мучителю между глаз. Улыбка исчезла с лица Головореза. Внезапно всё изменилось к худшему.

– Никто не умрёт, – сказал Плезант, – кроме, возможно, вас. Где Гротеск?

– Я Мучитель, мертвец. Думаешь, я боюсь смерти?

Револьвер не дрогнул, но через несколько секунд Плезант опустил руку. Головорез снова вздохнул, а Мучитель довольно кивнул.

– Тебе нужна моя помощь, – сказал он. – Это мои условия. Убей девчонку.

– Вы не можете просто…

– Время истекает.

– Послушайте, это же безумие. Она не сделала ничего…

– Тик-так, – произнёс Мучитель.

Скелет перевёл взгляд на девочку, и Головорез заметил в его глазах сомнение. Она указала на Мучителя.

– Избейте его. Сделайте что-нибудь. Выстрелите ему в ногу.

Скелет покачал головой.

– Угрозы не помогут.

– Пустые угрозы не помогут, но если вы выстрелите ему в ногу…

– Валькирия, нет. Я уже встречал подобных людей. У каждого есть свой предел, но у нас нет времени. – Плезант повернулся к Мучителю. – Откуда мне знать, что у вас есть нужная информация?

– Потому что я так сказал, – ответил Мучитель, – и ты не можешь позволить себе роскошь во мне сомневаться. Барон Мститель уже вернул доспехи лорда Гнуса. Время, которое у тебя осталось, похоже на горсть песка в ладони. Оно убегает сквозь пальцы, мертвец. Ты убьёшь девчонку?

– Нет! – с вызовом воскликнула Каин. – Скажите ему, Скалдаггери! – Плезант промолчал, и сердце Головореза чуть не разорвалось от радости.

Каин уставилась на скелета и сделала шаг назад.

– Только не говорите, что думаете об этом.

– У тебя телефон с собой?

– Что?

– Ты должна позвонить родителям. Попрощаться.

Через мгновение Каин бросилась бежать, но Плезант оказался очень быстрым. Он схватил её за запястье, повернул, и от боли она упала на колени.

– Будь храброй, – произнёс скелет.

– Отпустите меня! – завопила Каин.

Плезант посмотрел на Мучителя.

– Дайте нам минуту.

– Минуту, – ответил Мучитель. – И ни секундой больше.

Головорез увидел, как скелет поднял Каин на ноги и отвёл в сторону, не выпуская её руки. Он говорил очень тихо, и девчонка покачала головой и снова попыталась вырваться. Они дошли до угла Святилища Рорхейвена, и наконец девчонка кивнула. Она вытащила телефон.

– Это просто великолепно, – сказал Головорез Мучителю.

Мучитель повернулся к нему и нахмурился.

– Кто ты такой?

– Прошу прощения? Это я… Вориен. Вориен Головорез. Я построил для вас подвал.

– Ах да, – ответил Мучитель. – Ты… Зачем ты вернулся? Я думал, ты мёртв. Было бы прекрасно, если бы ты был мёртв.

Хотя прежде Головорез никогда не слышал, чтобы Мучитель шутил, он решил, что тот делает это прямо сейчас, и засмеялся.

– Это просто великолепно, – повторил он. – Заставить его убить Каин. Это замечательно! Гениально. Я бы никогда до такого не додумался.

– Знаю.

– Если вы не против, я бы хотел знать, где вы берёте свои идеи? Они приходят к вам во сне или инстинктивно? Я веду что-то вроде журнала, где записываю все свои идеи и мысли… – Мучитель снова посмотрел на него, и Головорез замолчал.

– Ты меня раздражаешь, – сказал Мучитель.

– Простите.

Но Мучитель уже потерял к нему всякий интерес.

– Мертвец! – громко произнёс он. – Твоё время вышло.

Плезант положил руки на плечи Каин. Он заговорил с ней и обнял её. Она вывернулась и оттолкнула его. Несколько секунд её не было видно, но, когда Плезант отошёл в сторону, Головорез заметил в её глазах слёзы. Плезант взял её за руку, и они пошли обратно.

– Ты убьёшь её? – спросил Мучитель.

Плечи Плезанта поникли.

– Да.

Головорез посмотрел на Каин. Она стояла молча, выпрямившись и стараясь казаться храброй, несмотря на слёзы.

– Тогда сделай это, – приказал Мучитель.

Плезант помедлил, а потом вытащил из кармана револьвер.

– Прости, Валькирия, – тихо сказал он.

– Не говорите со мной, – ответила Каин. – Делайте то, что должны.

– Похоже на защитное облачение, – заметил Мучитель. – Стреляй в тело. Ты же не хочешь, чтобы я подумал, что ты меня обманул?

Каин развела в стороны полы своей туники, и Головорез улыбнулся. Ему ужасно хотелось записать эту сцену, чтобы в будущем проигрывать её снова и снова. Момент, когда Скалдаггери Плезант убивает Валькирию Каин.

– Пожалуйста, прости меня, – произнёс Плезант, прицелился в девочку и нажал на курок.

От выстрела у Головореза заболели уши. Тело Каин дёрнулось, и её глаза расширились. Она отступила назад, а потом неловко упала на колени, зажимая рану рукой. Сквозь пальцы сочилась кровь.

Наконец Валькирия Каин упала вперёд, лицом в землю.

Плезант посмотрел на неё.

– Она была всего лишь невинной девочкой, – прошептал он.

– В её венах текла кровь Древних, – ответил Мучитель, – и это достойная плата за информацию, которая тебе нужна. Гротеск спрятан в развалинах замка на холме в Банкруке. Детектив? Ты меня слышишь? – Плезант медленно поднял голову.

– Успеешь ли ты добраться туда раньше Мстителя? – продолжал Мучитель. – Как думаешь?

– Если вы лжёте… – начал Плезант.

– Зачем мне лгать? Я попросил тебя убить девочку, и ты это сделал. Я держу своё слово.

Плезант стоял над телом Валькирии. Через несколько секунд он нагнулся и поднял её.

– Головорез, – произнёс он, – садись в машину.

Головорез рассмеялся.

– Думаете, я сумасшедший? Я останусь здесь.

– Нет. Я беру тебя с собой.

Головорез ухмыльнулся и посмотрел на Мучителя.

– Почему ты на меня смотришь? – спросил тот.

Улыбка исчезла с лица Головореза.

– Что?

– Наша сделка не касалась тебя.

– Но я не могу вернуться! – воскликнул Головорез. – Он посадит меня в тюрьму!

– Кажется, ты думаешь, что мне не всё равно.

– Головорез, – произнёс Плезант голосом, лишённым всяких человеческих эмоций, – возвращайся в машину. Вперёд!

Головорез в отчаянии огляделся по сторонам, но ему никто не мог помочь. Стараясь не заплакать, он зашаркал к машине.

– Я хочу поблагодарить тебя, детектив, – сказал Мучитель. – Я смотрю на этот мир, на то, во что он превратился, на своих коллег-магов, которые прячутся в тени, и понимаю, что я слишком долго ждал. Понимаешь? Я долго ждал повода снова начать жить, выйти из своего сырого, жалкого подвала. Теперь у меня есть такой повод. У меня есть цель. Годами я спал, но теперь я пробудился. Ты пробудил меня, детектив. И мы встретимся снова.

– Даже не сомневайтесь, – ответил Плезант.

Мучитель улыбнулся, повернулся и ушёл.

Головорез чувствовал себя преданным. Униженным. Брошенным. Плезант шёл рядом с ним, неся на руках труп девчонки. Головорез сомневался, что переживёт поездку в Святилище. Он слышал рассказы о гневе детектива-скелета, а рядом не было никого, на ком он мог бы его выместить. Головорез не мог спорить с ним, не мог заключить с ним сделку. У него не осталось надежды. Ни малейшей надежды.

Они подошли к машине, и Плезант бережно положил тело девчонки в багажник, а потом оглянулся на город. Мучитель исчез, наступила ночь, и Гремящая гавань выглядела пустынно.

– Что ж, мы это сделали, – сказал Плезант, и в его голосе послышалось облегчение.

Головорез нахмурился, но ничего не ответил.

– С учётом всего случившегося сегодня выдался удачный день, – продолжал Плезант. – Я знаю, где находится Гротеск, и я убил Валькирию – а ведь мне хотелось это сделать с того самого дня, как мы познакомились. Она может быть ужасно надоедливой. Ты заметил?

– Э-э-э…

– Она никогда не замолкала. Я притворялся её другом, но, по правде говоря, мне было просто жаль бедную девочку. Она была не самой умной на свете, понимаешь?

– Вы такой болван, – произнёс голос у них за спиной, и Головорез порывисто повернулся и взвизгнул.

К ним подошла Валькирия Каин, сунув руки в карманы и улыбаясь.

Глава 16

Подмена

Валькирия знала, что это блеф, она была в этом уверена, и Скалдаггери подтвердил её уверенность, прошептав кодовые слова:

– Будь храброй.

Он крепко сжимал её руку. Её колени были расцарапаны после падения на землю. Валькирия должна была признать, что игра удалась. Она надеялась, что выглядит убедительно.

– Отпустите меня! – крикнула она.

Скалдаггери обернулся к Мучителю. Рядом с ним стоял Головорез, наслаждавшийся каждой секундой происходящего.

– Дайте нам минуту, – попросил детектив.

– Минуту, – ответил Мучитель. – И ни секундой больше.

Валькирия позволила Скалдаггери взять себя за руку и отвести в сторону.

– Продолжай качать головой, – тихо произнёс он.

– Что мы будем делать? – спросила она. – Он скажет нам то, что нам нужно, только если вы меня убьёте.

– Я не собираюсь тебя убивать.

– Прекрасно!

– Я собираюсь убить твою зеркальную копию.

– Что? Но как?

– Где она сейчас?

– Полдня провела в школе, а сейчас должна быть дома.

– Позови её, попроси войти в зеркало.

Валькирия сделала вид, что пытается вырваться, хотя и безуспешно. Когда Скалдаггери снова подтянул её поближе к себе, она спросила:

– Что будет, если вы её убьёте? Она действительно умрёт?

– Она и не живая, – напомнил ей Скалдаггери. – Поэтому не может умереть. Однако она будет казаться мёртвой. Думаю, если мы потом вернём её в зеркало, с ней всё будет в порядке.

– Думаете?

– Такого прежде ещё никто не делал. В этом не было нужды, потому что маги с лёгкостью могут отличить отражение от настоящего человека. Это сработает, только если Мучитель, как мы надеемся, потерял хватку.

Они дошли до угла Святилища Рорхейвен, и Валькирия вытащила телефон. Скалдаггери шагнул за угол и пригнулся, чтобы его все видели. Потом он начал руками выкапывать яму.

Валькирия набрала домашний номер, и через два гудка ей ответили.

– Алло! – раздался в трубке её собственный голос.

– Ты одна? – спросила Валькирия.

– Да, – ответило отражение. – Твои родители на работе. Я сижу в твоей комнате и делаю твои уроки.

– Ты должна войти в зеркало. Нам надо кое-что попробовать.

– Хорошо.

– И оставь записку для мамы. Напиши, что я ночую у подруги.

– Какой подруги?

– Не знаю, – нетерпеливо ответила Валькирия. – Выбери любую.

– Но у тебя нет друзей.

Валькирия ощетинилась.

– Напиши, что я буду ночевать у Ханны Фоли.

– Но Ханне Фоли ты не нравишься.

– Делай, как я говорю! – рявкнула Валькирия и повесила трубку.

Скалдаггери, набирая полные пригоршни земли, выкапывал неглубокую яму диаметром примерно около метра.

Валькирия помолчала.

– Всё получится, да? Когда мы вернём её в зеркало, она оживёт? Я знаю, что это не настоящая «жизнь», но…

– Валькирия, когда я застрелю отражение, это будет всё равно что разорвать твою фотографию. Совершенно никакой разницы.

Она кивнула.

– Да, я знаю. Хорошо.

Детектив разровнял дно ямы, пальцем нарисовал на земле большой круг, а в нём – глаз с проходящей через него волнистой линией.

– Они смотрят? – спросил он.

Валькирия поднесла руку к лицу, делая вид, что плачет, и оглянулась.

– Нет, они разговаривают. Мучитель выглядит раздражённым.

Скалдаггери встал и протянул руку. Воздух вокруг него стал сырым, и в нём начали образовываться капли влаги. Среди дымки и облаков появилась и тут же исчезла радуга, когда детектив собрал капли вместе и заставил их пролиться в яму дождём.

– Зеркало говорит, зеркало чувствует, зеркало думает, зеркало настоящее, – произнёс он и сжал пальцы.

В луже возник миниатюрный водоворот, и изображение на дне стёрлось. Скалдаггери заставил поверхность воды успокоиться и кивнул Валькирии.

Она встала над ямой и посмотрела вниз, а потом опустила палец ноги в воду. На воде появилась рябь, из-за которой она больше ничего не могла разглядеть. А потом над поверхностью появилась рука. Они смотрели, как отражение в той же чёрной одежде, что и Валькирия, выбралось из лужи. Нет, поправила себя Валькирия, оно не выбиралось из лужи, потому что она по-прежнему видела дно ямы. Скорее, отражение выбиралось из поверхности лужи и из двухмерного изображения прямо у них на глазах превращалось в трёхмерного человека.

Скалдаггери взял копию за руку, помогая выбраться, и она молча встала рядом с ними. Её даже не интересовало, зачем её позвали сюда.

– Мы собираемся тебя убить, – сказала Валькирия.

Её копия кивнула.

– Хорошо.

– Ты умеешь плакать?

Копия зарыдала. Это внезапное изменение было просто невероятным.

– Мертвец! – позвал Мучитель. – Твоё время вышло.

Скалдаггери положил Валькирии руки на плечи.

– Оттолкни меня, – попросил он.

Он потянулся обнять её, и Валькирия повернулась, чтобы детектив загородил её от Мучителя, а потом она оттолкнула его и поменялась местами с отражением. Валькирия прижалась к стене здания и застыла в ожидании возмущённого вопля. Но никто не закричал. Они не заметили подмены.

Скалдаггери и отражение снова свернули за угол, а Валькирия отправилась к деревьям. Она шла очень тихо, стараясь казаться незаметной, и ни разу не оглянулась. Она уверяла себя, что не хочет, чтобы её обнаружили, но на самом деле знала, что это не так.

Она не хотела видеть, как её убьют.

Услышав выстрел, Валькирия вздрогнула. Её кожа стала холодной и покрылась мурашками. Она потёрла руки о плащ.

Несколько минут спустя она услышала шаги детектива и Головореза. Валькирия видела, как они подошли к «Бентли». Скалдаггери положил тело отражения в багажник. Оно выглядело таким безжизненным… Валькирия сделала глубокий вдох. Разорвать фотографию. Вот и всё. Вот и всё.

Мучитель исчез в городе, потеряв к ним всякий интерес. Головорез, вероятно, ожидал, что Скалдаггери разорвёт его на куски, но детектив был слишком занят тем, что дразнил Валькирию. Она вышла из укрытия и приблизилась к ним, и постепенно тревога начала её покидать. Если Скалдаггери шутил, значит, его план сработал.

– Она никогда не замолкала, – говорил детектив. – Я притворялся её другом, но по правде говоря, мне было просто жаль бедную девочку. Она была не самой умной на свете, понимаешь?

– Вы такой болван, – с улыбкой сказала Валькирия, и Головорез, резко обернувшись к ней, завизжал. Она не обратила на него внимания. – Мы узнали то, что хотели?

– Банкрук, – ответил Скалдаггери. – Наверное, Мститель уже заполучил доспехи лорда Гнуса, но Гротеск по-прежнему должен быть в Банкруке. Мы узнали то, что хотели.

– Ты же умерла, – чуть слышно произнёс Головорез. – Ты… лежишь в багажнике.

– Жаль тебя разочаровывать, но в багажнике лежит моё отражение.

– Нет, – возразил Головорез. – Я видел отражения, вы всегда можете отличить его от…

– Только не это, – перебил Скалдаггери. – Она использует его почти каждый день. За прошедший год оно почти превратилось в неё, поэтому на твоём месте я бы не стал переживать, что тебя одурачили. На твоём месте я бы беспокоился о других вещах.

– Например, о том, что ты мог бы с лёгкостью сбежать, – добавила Валькирия. – Если бы продолжал идти дальше, а решил позлорадствовать.

– Я мог сбежать?

– Легко и просто.

– А… теперь?

– А теперь мы едем в Банкрук, – ответил Скалдаггери, – и по пути вернём тебя в камеру.

– Я возвращаюсь в тюрьму?

– Да.

Головорез обмяк.

– Но я не люблю тюрьму.

Скалдаггери защёлкнул наручники на запястьях Головореза.

– Сегодня не самый лучший день, чтобы быть плохим парнем.

Глава 17

Ограбление могилы

Развалины крепости Банкрук возвышались на вершине маленького холма. Вслед за детективом Валькирия прошла через зияющий проём в стене, служивший дверью. В замке было темно и тихо, большая часть крыши обвалилась. Солнце уже садилось, и небо приобрело ослепительно-оранжевый цвет.

После того как они оставили Головореза в Святилище, у них не было времени заехать в Хаггард, поэтому тело отражения осталось в багажнике. Было немного жутковато, когда Валькирия заглянула туда и увидела, как её копия лежит холодная и неподвижная. Валькирия ожидала, что отражение вот-вот снова начнёт дышать, что её веки дрогнут, будто она всего лишь спит. Но её двойник по-прежнему неподвижно лежал в багажнике. Безжизненное существо. Труп с её лицом.

Скалдаггери поднял руку, прислушался к воздуху и удовлетворённо кивнул.

– Здесь давно никого не было. Гротеск должен быть где-то рядом.

Они прошли в глубь развалин, щёлкая пальцами и вызывая огненные шары. Отблеск пламени мерцал на покрытых мхом каменных стенах. Они стали спускаться на нижний этаж. Там было холодно и сыро. Валькирия поплотнее закуталась в плащ.

Скалдаггери пригнулся, изучая землю и выискивая какие-либо признаки того, что здесь был закопан Гротеск, а Валькирия подошла к стене и соскребла покрывавший её мох.

– Что-нибудь подозрительное? – спросил детектив.

– Смотря что вы имеете в виду. Обычные стены можно считать подозрительными?

– Не особенно.

– Тогда у меня ничего нет.

Валькирия перестала соскребать мох и посмотрела на часы. Время ужина. Как же она проголодалась! Она подумала о своей копии, о том, как она сидела за столом, притворяясь членом семьи, ела ужин Валькирии и говорила её голосом. Не начали ли родители любить отражение больше, чем любили её? Наступит ли когда-нибудь момент, когда она станет чужой в собственном доме?

Валькирия покачала головой. Ей не нравилось об этом думать. Эти мысли приходили регулярно, как незваные гости, оставались надолго и слишком сильно расстраивали её. Валькирия постаралась думать о хорошем. Теперь у неё было полно приключений. Она жила жизнью, о которой всегда мечтала. Вполне объяснимо, что порой она скучала по простым маленьким радостям, на которые у неё уже не было времени.

Валькирия нахмурилась и повернулась к Скалдаггери.

– Наверное, это плохой знак, когда начинаешь думать о родителях, как о маленьких радостях, которые тебя только отвлекают, да?

– Наверное. – Детектив посмотрел на неё. – Хочешь пойти на семейную встречу?

– Что? Ни за что на свете!

– Ты об этом думала?

– У меня не было времени, потому что мир в опасности и всё такое.

– Вполне объяснимо. Но подобные вещи важны. Ты должна использовать шанс снова наладить отношения с людьми, которые много для тебя значат.

Валькирия чуть не рассмеялась.

– Мы говорим об одной и той же семье?

– Семья очень важна, – ответил Скалдаггери.

– Скажите честно, у вас когда-нибудь была такая же ужасная тётушка, как Берил?

– Нет. Но у меня был кузен-каннибал.

– Правда?

– Да. Когда его поймали, он съел сам себя, чтобы уничтожить улики.

– Он не мог съесть сам себя, это невозможно.

– Конечно, он не съел себя всего. Он оставил рот.

– Вы когда-нибудь замолчите? Вы ведёте себя, как… Машина.

– Я веду себя, как машина?

– Нет, – прошептала Валькирия и затушила пламя. – Подъехала машина. – Скалдаггери затушил своё пламя и схватил её за руку. Они побежали к лестнице, отпрянули при виде фар и побежали дальше. Через провалившуюся крышу на вершину развалин вела другая лестница. Ступени были скользкими и покрытыми мхом, но для Скалдаггери это не имело значения.

Они вышли в темноту – солнце уже опустилось за горизонт. Детектив и Валькирия прижались к осыпающейся зубчатой стене и выглянули наружу. Прямо под ними стоял чёрный джип. Они увидели, как рядом остановился белый фургон. Оттуда вышли семь человек в окровавленной одежде. Заражённые.

Из джипа выбрались Мститель и Сумрак. У барона на поясе по-прежнему висела сабля, но если он и нашёл доспехи лорда Гнуса, то сейчас их на нём не было.

Сумрак о чём-то поговорил с Мстителем, а потом отдал приказания Заражённым, и они вытащили из белого фургона длинный деревянный ящик. Все, кроме Сумрака, проследовали за Мстителем в развалины.

Валькирия сменила позицию и сквозь ступени полуразвалившейся лестницы заглянула в замок. Мститель приблизился к единственной целой стене, и она услышала его голос, хотя не могла разобрать слов. От стены поднялась пыль, и она задрожала. Верхний камень упал на землю. Через несколько секунд вся стена рассыпалась. Камни падали друг на друга и откатывались в тень, и за стеной открылась маленькая комната. Валькирия была слишком высоко, чтобы всё как следует разглядеть, но она знала, что в этой комнате. Мститель отправил внутрь Заражённых.

Сквозь отверстие амбразуры Валькирия посмотрела на Сумрака, который стоял, прислонившись к джипу и наблюдал за происходящим, а потом повернулась к Скалдаггери.

– Сангвина с ними нет, – прошептала она.

– Пока нет.

– Пожалуйста, скажите, что пора позвать подкрепление.

– Пора позвать подкрепление.

– Хорошо.

Валькирия вытащила из кармана телефон, набрала номер и стала ждать. Когда трубку снял администратор Святилища, Валькирия шёпотом сообщила ему о происходящем. Потом она повесила трубку, кивнула Скалдаггери и показала ему обе руки с растопыренными пальцами. Десять минут до прибытия Косарей.

Заражённые вышли из комнаты с телом. Оно было похоже на мумию, завёрнутую в грязные бинты, но было огромным, и судя по тому, с каким трудом они передвигались – очень тяжёлым. Заражённые понесли тело Гротеска к открытому ящику, но чуть не уронили его. Мститель пришёл в ярость, швырнул провинившегося Заражённого на землю и злобно уставился на него. Его глаза на мгновение засветились жёлтым. Заражённый попытался встать, но в этот момент что-то произошло. Всё его тело затряслось. Даже издали Валькирия увидела на его лице панику.

А потом он взорвался в брызгах крови и ошмётках плоти.

– Боже мой, – прошептала Валькирия.

– Оставайся на месте, – сказал Скалдаггери и двинулся вперёд.

Она нахмурилась.

– Вы куда?

– Я должен задержать их, пока не прибудут Косари. Мы не можем себе позволить их потерять. Только не сейчас.

– Я иду с вами.

– Нет. Ты важна для Мстителя, и мы не знаем почему. Пока мы этого не выясним, держись от него подальше.

– Тогда я останусь здесь и буду… ну, не знаю… бросать камни, а когда вы закончите, спущусь вниз и помогу.

Детектив посмотрел на неё.

– Для начала мне надо справиться с шестью Заражёнными, Сумраком и самим Мстителем.

– И что?

– С Заражёнными я справлюсь.

Валькирия нахмурилась.

– А Мститель? Вы же сможете победить его?

– Можно попробовать. А попытка – это уже половина битвы.

– А другая половина?

Скалдаггери пожал плечами.

– Она в том, чтобы нанести ему больше ударов, чем он мне. – Он направился к зубчатой стене. – Если что-то пойдёт не так, я уведу их отсюда. Как только они уйдут, возвращайся к машине. Если я не вернусь через пять минут, то, вероятно, я пал смертью храбрых. И не трогай радио. Я только что настроил нужную станцию и не хочу, чтобы ты всё испортила.

Скалдаггери положил руку поверх зубчатой стены, перескочил через неё и исчез.

Глава 18

Старые враги

Валькирия подошла к стене и увидела, как Скалдаггери бесшумно приземлился. Сумрак повернул голову, как будто что-то услышал, но потом снова отвернулся. Скалдаггери подкрался к нему сзади, обхватил рукой за шею и потащил в сторону. Сумрак сопротивлялся, пытался ослабить хватку, но детектив заблокировал ему прилив кислорода к мозгу, и Валькирия знала, что через несколько минут всё будет кончено. Как только тело Сумрака обмякло, Скалдаггери уложил его на землю. Всё произошло в полнейшей тишине.

Скалдаггери подкрался ко входу в замок, а Валькирия на животе подползла к краю обвалившейся крыши и посмотрела вниз. Заражённым удалось уложить мумию в ящик, не уронив её на землю. Валькирия увидела, как они прищурились, заметив детектива. Мститель по-прежнему стоял к нему спиной.

– Привет, барон, – сказал Скалдаггери.

Мститель на мгновение застыл, а потом повернулся.

– Ну конечно, – произнёс он. – Кого ещё они могли послать, чтобы остановить меня? Даже не человека. Не чудовище. Они послали тебя.

Скалдаггери чуть заметно пожал плечами.

– Как дела, барон?

– Ты мне отвратителен, – с отвращением ответил Мститель. – Даже твоё присутствие оскверняет меня. Я чувствую его в воздухе. Даже Заражённые, эти полумертвецы, стоят моего времени больше, чем ты.

Скалдаггери кивнул.

– Так ты женился или как? Я услышу топот маленьких злобных ножек?

– Я тебя уничтожу.

– По-прежнему злишься, что я тебя взорвал? Понимаю.

– Ты никогда не затыкаешься, да?

– Мне нет нужды говорить, – ответил Скалдаггери. – Я могу молчать. – Прошло несколько секунд. – Так кто у тебя в ящике? Засохший, безжизненный труп Гротеска, сшитый из кусков? Я прав? Потому что если это так, то боюсь, я не могу позволить тебе забрать его. Я мог бы дать тебе его большой палец в качестве сувенира, но не более того.

– То, что ты говоришь, скелет, кощунственно.

– Но это ведь ты откопал своего собственного бога.

Мститель двинулся к детективу, вытаскивая саблю из ножен.

– Жаль, что придётся тебя убить. Я бы хотел увидеть, как на тебя обрушится его ярость за богохульство.

– Ты ведь понимаешь, что у меня нет кожи, которую можно было бы порезать?

Мститель улыбнулся, продолжая приближаться.

– У моей сабли клинок изогнут, примерно как у кос Косарей. Он разрубит твои кости.

– Ясно, – ответил Скалдаггери и отступил.

Мститель был почти рядом.

– Что такое? Больше не шутишь? Больше не оскорбляешь меня? Давай-ка посмотрим, где теперь твоя самоуверенность, мерзкое существо.

Скалдаггери сунул руку в карман пиджака и вытащил револьвер. Он направил его прямо в лицо Мстителю. Тот застыл на месте.

– Оказывается, – заметил детектив после секундного размышления, – я по-прежнему уверен в себе.

– Застрелишь меня? – насмешливо спросил Мститель. – Я не удивлюсь. Что подобное существо знает о чести? Только варвар может принести пистолет на схватку на мечах.

– И только идиот приносит саблю на схватку на пистолетах.

Мститель нахмурился.

– Как видишь, ты в меньшинстве, – произнёс он.

– Обычно так и случается.

– Ты в невыгодном положении.

– Обычно так и бывает.

– Через несколько мгновений эти мерзкие неживые создания разорвут тебя в вихре боли и ярости.

Скалдаггери помолчал.

– Ладно, это что-то новенькое.

– Убить его! – рявкнул Мститель.

Заражённые кинулись к нему, Валькирия увидела, как Скалдаггери взмахнул рукой, и порыв ветра поднял облако пыли. Она успела заметить, как Мститель отшатнулся, прикрыв глаза рукой. Потом последовали выстрелы, вспышки пламени, злобное гортанное рычание, и Заражённых отбросило в сторону. Когда пыль рассеялась, остались только Скалдаггери и Мститель.

– Шесть выстрелов, – сказал барон. – Я считал. У тебя закончились пули.

– Полагаешь, в суматохе я не успел перезарядить револьвер?

– А ты успел это сделать?

Скалдаггери ответил не сразу.

– Нет, – наконец признался он и отложил револьвер в сторону.

Мститель огляделся.

– Девчонка, – сказал он. – Каин. Где она?

– К сожалению, ей пришлось остаться дома. Завтра в школу, так что…

– Жаль. Я бы хотел, чтобы она увидела, как я тебя убью. – Мститель положил саблю на землю. – И для этого мне не понадобится меч. – Он направился к Скалдаггери, и тот поднял руку.

– Раз он тебе не нужен, можно я его возьму?

Мститель с трудом удержался от смеха. Он размахнулся, но Скалдаггери пригнулся и уклонился в сторону. Однако барон этого ожидал, и его сжатый кулак врезался в ключицу детектива. Скалдаггери попытался приблизиться к нему, чтобы нанести ответный удар, но Мститель качнулся назад, выставил ногу, и детектив полетел на землю. По ходу задел ящик, и тот упал прямо на Гротеска.

Мститель заревел, схватил Скалдаггери и поднял его. От хука правой у детектива затрещала челюсть. За хуком последовал перекрёстный удар слева, но Скалдаггери сумел защититься рукой. Блок превратился в удар по горлу – внезапный и яростный, как атака змеи. Мститель закашлялся и отшатнулся, и Скалдаггери ударил его по колену.

Мститель был постоянно начеку, защищая голову, но, когда детектив попытался пнуть его по рёбрам, он опустил руку. Удар оказался отвлекающим манёвром, и Скалдаггери размахнулся, чтобы врезать с другой стороны. Но барон перехватил детектива за запястье. Резко поднял руку, и его локоть, как пуля, врезался в открытое плечо детектива. Затем он развернулся, сбил Скалдаггери с ног, швырнул его на землю и тяжело приземлился сверху.

Скалдаггери впился пальцами барону в лицо, но тот легко стряхнул его руку, прежде чем детектив успел вызвать воздушную волну. После этого барон с усмешкой принялся наносить ему удар за ударом.

– Я бы не хотел оказаться на твоём месте, – сказал он. – Скелет, который чувствует боль. Никаких преимуществ тела из плоти и крови, но зато все его слабости. Тот, кто вернул тебя к жизни, должен был оставить тебя валяться там, где нашёл.

Скалдаггери застонал. Некоторые Заражённые уже поднялись на ноги и смотрели на детектива. Мститель поднялся и отряхнул с одежды пыль. Потом поднял свою саблю.

– Я разрежу тебя на крошечные кусочки, – произнёс он. – Я отрублю от твоего черепа кусок и сделаю из него игральную кость. Возможно, из всего остального я сделаю клавиши для пианино. Интересно, скелет, будешь ли ты по-прежнему жив? Ты будешь в сознании, когда окажешься игральной костью или клавишей пианино?

– Всегда мечтал посвятить жизнь музыке, – пробормотал Скалдаггери.

Валькирия больше не могла на это смотреть. Она поднялась на ноги.

– Эй! – Мститель перевёл взгляд на обвалившуюся крышу и увидел её. – Слышала, вы меня искали, – крикнула она.

– Мисс Каин, – с улыбкой сказал барон, – значит, вы всё-таки здесь.

– Эта девчонка, – пробормотал детектив, – никогда не делает то, что ей говорят…

– Я вам нужна, барон? – крикнула Валькирия. – Тогда поймайте меня!

Она отступила назад, Мститель бросился к ней, и тогда Валькирия подбежала к зубчатой стене и перескочила через неё.

Глава 19

В бегах

Это так глупо, подумала Валькирия, продолжая бежать. Она зацепилась ногой о камень и чуть не упала. Она не знала, куда бежит и что будет делать. У неё совершенно не было плана.

Не замечая тропы, Валькирия продолжала углубляться во тьму. Теперь она слышала своих преследователей, слышала приказы, отдаваемые Заражённым. Она услышала шум фургона и, оглянувшись, заметила свет его фар, безумно прыгающий по неровной земле.

А потом мир перевернулся, и Валькирия начала падать.

Споткнувшись на склоне холма, она покатилась вниз. Наконец земля выровнялась, а Валькирия влетела прямо в кусты шиповника, которые принялись колоть её своими шипами через одежду. Из-за поворота появились фары, и она прижалась к земле – колючки цеплялись за её руки и волосы. Когда свет фар метнулся к ней, она стала медленно отползать через кусты.

Фургон с рёвом промчался мимо, в сантиметрах от неё. Валькирия перевела дух, а потом отодрала от себя колючки и встала. Отовсюду слышались крики. Заражённые почти окружили её, и она была свободна лишь потому, что они ещё не успели её заметить. Валькирия побежала дальше, чуть прихрамывая. Впереди была дорога. Если ей удастся добраться до противоположной стороны, у неё будет шанс на спасение.

И тут она увидела другие фары. Чёрный джип. Ей надо было перебежать через дорогу, прежде чем ей отрежут путь к отступлению. Внезапно кто-то встал у неё на пути. Сумрак. Он схватил её, Валькирия попыталась его ударить, но он швырнул её на землю.

– Наконец-то, – сказал он, как будто ему наскучила игра. Он собирался сказать что-то ещё, но Валькирия увидела, как задёргалось его лицо. Сумрак потянулся рукой к животу и вытащил из-под плаща шприц.

Это был её шанс, и она не могла его упустить.

С усилием подавив страх и панику, Валькирия растопырила пальцы. Воздух замерцал, шприц вылетел из рук Сумрака и исчез в темноте. Он выругался, побежал за ним, но потерял равновесие и споткнулся. Валькирия вскочила и быстро помчалась в другом направлении.

– Это была ошибка, – пробормотал Сумрак. – Эта сыворотка – единственное, что держит меня под контролем…

Валькирия оглянулась и увидела, как Сумрак сорвал свою человеческую оболочку, как змея сбрасывает кожу. Вампир под плотью и одеждой, существо под маской человека был совершенно лысым и белоснежным, с чёрными глазами и зазубренными клыками. Валькирия поняла, что Сумрак не лгал – это была ошибка. Она бросилась бежать, и вампир помчался за ней.

Заражённые окружили её со всех сторон. Фары чёрного джипа выхватили её силуэт. Барон Мститель отлично видел её, но Валькирии было всё равно. Мститель оставит её в живых, пока не решит, что пришло время её убить. Вампир же разорвёт её на кусочки прямо на месте.

Он мчался за ней и быстро догонял. Ещё один прыжок, и он её схватит. Валькирия не могла ничего сделать, не могла использовать свою силу. В крови пульсировал адреналин. Наверное, магия даже не сработает.

Она вытащила из кармана бритву Билли-Рэя Сангвина и открыла её. За рёвом приближающегося джипа Валькирия слышала, как барон пытается отозвать вампира, но она знала, что чудовище не послушается. У вампира, сбросившего кожу, больше не было повелителя. Скалдаггери называл их самыми совершенными убийцами на свете. Вампира интересовала только кровь.

Шаги замерли, и Валькирия почувствовала, как вампир взлетел в воздух, почувствовала, как он опускается, повернулась и взмахнула лезвием. Оно распороло лицо вампира, и от удара Валькирия отлетела назад. Вампир, который когда-то был Сумраком, взревел от боли, приземлился и кинулся на неё, прежде чем она успела вскочить на ноги.

Джип приближался, не сбавляя скорости. Он резко развернулся в облаке пыли и врезался прямо в вампира, отбросив его назад. Пассажирская дверца открылась.

– Залезай! – крикнул Скалдаггери. Валькирия запрыгнула в машину, и джип рванул с места.

– Ремень безопасности, – приказал детектив. Валькирия потянулась к нему, и тут он повернул руль, и она ударилась головой о стекло.

– Ой!

– Прости. Пристегни ремень.

Фургон нёсся за ними, заливая салон джипа жёлтым светом. Скалдаггери нажал на тормоза, повернул руль, дал полный газ, и жёлтый свет быстро исчез – фургон пропустил скрытый поворот. Они оставили фургон в облаке пыли и помчались по тропе среди холмов.

Валькирия схватила ремень безопасности. Его пришлось несколько раз дёрнуть, прежде чем ей удалось его застегнуть. Она снова уселась на сиденье, защёлкнула ремень, и Скалдаггери резко затормозил.

– Ладно, – сказал он. – Выходи. – Он открыл дверцу и побежал к «Бентли». Проклиная его, Валькирия побежала следом.

Ночная тишина была пугающей. А потом земля впереди покрылась трещинами и осыпалась, на поверхность поднялся Билли-Рэй Сангвин, и Скалдаггери вытащил револьвер.

– Вот это да! – с улыбкой произнёс Сангвин. – Великий детектив-скелет во плоти. Конечно, образно выражаясь.

Скалдаггери настороженно посмотрел на него.

– Мистер Сангвин, я так много о вас слышал.

– Правда?

– Вы маленький психопат, да?

– Я стараюсь.

– Тогда скажите, зачем ждать восемьдесят лет, чтобы помочь своему старому боссу сбежать? Почему просто не освободили его на следующий день после ареста?

Сангвин пожал плечами.

– Полагаю, у меня было что-то вроде кризиса веры, и моя вера проиграла. Все эти восемьдесят лет, пока я был один, всё вроде бы шло хорошо, но чего-то не хватало, понимаете?

– Вы арестованы.

– Я бы не хотел показаться грубым, но я лишь заскочил, чтобы забрать вот эту милую малышку. Через мгновение я вас оставлю. Образно говоря.

И с улыбкой на лице Сангвин исчез под землёй.

– Проклятие, – произнесла Валькирия.

Скалдаггери потянулся к ней, но было уже слишком поздно. Земля взорвалась, Сангвин схватил её, и Валькирия даже не успела вскрикнуть, прежде чем он утянул её вниз.

Глава 20

Под землёй

Валькирия, хватая воздух ртом, уносилась в темноту. Вокруг неё сыпалась земля. Камешки царапали ей спину и скользили под ногами. В глаза летела пыль, а в ушах грохотал оползень. Валькирия вцепилась в Сангвина.

– Страшно? – шепнул он ей на ухо. – А что если я просто тебя отпущу?

Он был прямо перед ней, она чувствовала его дыхание на своей щеке, но не видела его. Было ужасно темно, и тоннель, по которому они двигались, сразу за ними засыпало землёй. Внутри у Валькирии всё перевернулось, и её охватил ледяной ужас.

– Я тебя сожгу, – пригрозила она, но шум оползня поглотил её тихий голос. – Я тебя сожгу! – крикнула Валькирия.

Сангвин рассмеялся.

– Убьёшь меня, а что потом? Ты навсегда застрянешь здесь, похороненная заживо под землёй, и утешать тебя будет только мой труп.

Они замедлились, шум обвала стал тише, и наконец они остановились. Валькирия дрожала. По телу тёк пот. Горло перехватило от ужаса.

– Я тебя вижу, – продолжал Сангвин. – У меня отняли глаза, но зрение осталось. А здесь в темноте? Я вижу ещё лучше. Я вижу страх на твоём лице. Ты не сможешь его скрыть. Так что мы сделаем вот что. Я надену на твои ручки маленькие милые наручники, и мы нанесём визит барону Мстителю. По-моему, отличный способ провести остаток жизни, как думаешь?

У Валькирии на зубах скрипнули песчинки, но она ничего не ответила. Было слишком темно. Она чувствовала вокруг себя камни. Несмотря на отвращение, она крепко цеплялась за Сангвина, опасаясь, что он оставит её одну. Она почувствовала, что они снова начали двигаться, земля вокруг них посыпалась вниз, и что-то холодное и металлическое сомкнулось вокруг её запястий.

– И ещё одно, – сказал Сангвин. – Моя бритва. Где она?

– В кармане плаща, – прошептала Валькирия.

Его рука нырнула в карман и извлекла опасную бритву.

– Как хорошо, что она снова со мной. Она как будто часть меня. Как маленькая частица моей души…

Раз уж Сангвин мог видеть в темноте, Валькирия постаралась, чтобы он увидел презрение на её лице.

– Мы пойдём куда-нибудь уже или ты собираешься держать меня здесь и докучать мне?

Сангвин рассмеялся, земля снова посыпалась, и они быстро двинулись вперёд. Валькирия пыталась понять, как Сангвин делает это, но ей удалось лишь заметить, что земля как будто расступалась перед ним, а потом смыкалась у него за спиной. Было невозможно определить, в каком направлении они двигались, где верх и низ, но внезапно земля закончилась, и они вылетели на воздух.

Тяжёлая луна низко висела на тёмном небе. Повсюду были деревья, живые изгороди и трава. Валькирия упала на колени, выплёвывая землю и ловя воздух ртом. Её тело покрылось холодным потом, но под ногами была твёрдая почва, и в ушах больше не стоял рёв. Она подняла голову и оглянулась.

– Экипаж ожидает вас, мэм, – произнёс Сангвин, открывая дверцу машины. Валькирия проверила наручники, но они были застёгнуты крепко. Она щёлкнула пальцами, но искры не появилось. Её сила оказалась связанной заклятием.

Сангвин схватил Валькирию за шею и втолкнул в машину. Даже если бы ей удалось вырваться, бежать было некуда. Вокруг были одни поля. Он захлопнул дверцу, обошёл машину с другой стороны и сел за руль.

– Это весело? – внезапно спросил он. – Вся эта детективная работа? Я всегда хотел стать детективом. И даже был им около года. Мне нравилась романтика. Костюмы, шляпы, тёмные переулки, роковые женщины, все эти остроумные разговоры… Но я не мог перестать убивать людей. Я хочу сказать, люди меня нанимали, я пытался разгадать для них тайну, но на полпути мне становилось скучно, и я их убивал. И дело заканчивалось. За целый год я раскрыл только одно убийство, но не думаю, что это считается, поскольку убийцей был я сам. Мне кажется, это нечестно.

– Почему ты это делаешь? – выпалила Валькирия. – Зачем я ему нужна? Скалдаггери всё равно не отступит, даже если я буду в заложниках.

Сангвин удивлённо уставился на неё.

– Ты серьёзно? – Он рассмеялся. – Милая моя, ты не заложница и никогда ею не была!

– Что?

– Всё это происходит из-за тебя.

– О чём ты говоришь?

– Ты ведь слышала о недостающем ингредиенте, верно? О том самом, который Мститель не сумел заполучить восемьдесят лет назад. Ты о нём слышала?

– Конечно. Но какое он имеет ко мне отношение?

– Милая, это ты и есть. Ты – недостающий ингредиент. – Валькирия уставилась на него, и улыбка Сангвина стала шире.

– Ты ведь прямой потомок Древних, да? Думала, эта информация останется неизвестной? Когда я об этом услышал, то понял, что пришло время освободить барона.

– Ты лжёшь…

– Слово скаута. Ему не хватало крови, обладающей определённой силой. Поскольку ему вряд ли удалось бы заполучить кровь другого Безликого, вполне подходила кровь одного из тех парней, у которых получилось убить божество. Это был последний ингредиент коктейля, который положит конец нашему миру, каким мы его знаем. Наверное, теперь ты чувствуешь себя особенной, да?

Валькирия ничего не ответила. Кровь отхлынула от её лица.

– Вот и хорошо, – весело произнёс Сангвин и завёл машину. – Вот и хорошо.

Глава 21

Облачаясь в темноту

Время пришло.

Мститель чувствовал их силу, чувствовал, как она пронзает его кожу и обворачивается вокруг его внутренностей. Даже если бы он захотел, даже если бы передумал, теперь было уже слишком поздно. Она притягивала его. Как Гнус мог оказаться побеждённым, обладая такой силой?

Заражённые положили доспехи на стол в маленькой комнатке в задней части церкви. Такое скромное начало, подумал Мститель и улыбнулся.

Он подошёл к столу, протянулся, но застыл, так и не коснувшись рукавиц. Его пальцы замерли в воздухе, двигаясь над нагрудными латами и сапогами. Первой, до чего он дотронулся, была маска. Он осторожно поднял её и почувствовал, как она двигается и меняется от его прикосновения.

Одежда барона, чёрная и невзрачная, была сшита специально для того, чтобы обеспечить связь с доспехами. Он наденет доспехи лорда Гнуса, и поэтому его телу потребуется защита от заключённой внутри силы, которая способна опалить его плоть и заставить кровь вскипеть.

К этому моменту Билли-Рэй Сангвин уже должен был найти Каин и везти её в церковь. Барон лично утихомирил Сумрака и ввёл ему сыворотку. Сбросив кожу, Сумрак подвёл его, и это чуть не стоило ему всего. Но барон накажет его позднее. Сейчас же должны были сбыться всего его мечты.

Барон Мститель надел доспехи, и над ним, словно туман, поднялись тени.

Глава 22

Кровь и тени

Они всё дальше углублялись в сельскую местность, где дороги были узкими и извивались словно змеи. Наконец они остановились перед тёмной старой церковью. Сангвин вылез из машины, обошёл её с другой стороны, открыл дверцу и вытащил Валькирию. Он взял её за руку и повёл по потрескавшейся заросшей тропе. Полуразрушенные стены оплетали стебли ползучих растений, а маленькие окна с витражами были покрыты грязью и пылью.

Сангвин распахнул древние двойные двери и провёл Валькирию в холодную сырую церковь. Несколько скамей ещё не успели сгнить, а от сотен зажжённых свечей на стенах танцевали тени. Разграбленный алтарь был расчищен, на его месте лежала большая плита, а на ней – огромное забинтованное тело Гротеска, накрытое простынёй.

Барон Мститель уже ждал их, облачённый в чёрные доспехи лорда Гнуса. Валькирия ожидала увидеть нечто другое. Эти доспехи не бряцали, не звенели и не сверкали. Они казались живыми, чуть заметно шевелились и меняли форму прямо у неё на глазах.

В церкви были и другие люди, заражённые мужчины и женщины – вирус вампира отравлял их тела и с каждым мгновением всё больше их менял. Они старались держаться в тени.

Валькирия заметила Сумрака. Он снова обрёл человеческий облик, но на его лице остался глубокий уродливый шрам. И Сумрак смотрел на неё с ненавистью, на которую только была способна его чёрная душа.

– Валькирия Каин, – произнёс Мститель. Маска превращала его голос в грубый шёпот. – Как хорошо, что ты присоединилась к нам в эту важную ночь. Существо, лежащее на этом столе, откроет врата для своих братьев, и наш мир будет очищен. Недостойные будут уничтожены, мы создадим новый рай, и всё благодаря тебе.

Сангвин взял Валькирию за локоть и повёл к переднему ряду. Там он заставил её сесть рядом с собой, и они стали смотреть, как Мститель опустил голову и поднял руки над лежащим на плите телом. Вокруг него задвигались тени. Свечи замерцали, как будто поднялся сильный ветер, хотя в церкви было совершенно тихо.

– Гротеск выпьет твою кровь, – небрежно прошептал Сангвин. – Этот парень долго был в отключке, поэтому ему понадобится вся твоя кровь из твоих вен. Он устроит себе шикарный обед. Не возражаешь, если я сделаю фотографии? Захватил с собой камеру.

– Вперёд!

– Спасибо.

– Нет, я имела в виду, разбегись и ударься головой о стену, потому что тебе лучше быть без сознания, когда сюда доберётся Скалдаггери.

Сангвин ухмыльнулся и откинулся на спинку скамьи.

– Не переживай, я справлюсь с мистером Кости. Не отвлекайся, дорогуша, сейчас будет самое интересное.

Валькирия посмотрела на алтарь в тот самый момент, когда тени собрались у Мстителя за спиной и прикрыли его, словно саван. Он застыл, и его тело дёрнулось, как будто по нему прошёл электрический ток. Тени проплыли сквозь его пальцы и опустились вниз, пройдя через простыню.

– Мистер Сангвин, – прошептал Мститель.

Сангвин схватил Валькирию и потащил её к плите. Он ухмыльнулся, показал ей бритву и схватил её за запястье. Она попыталась вырваться, но он был слишком силён, и Валькирия вскрикнула, когда Сангвин провёл ледяным лезвием по её правой ладони. Но, вместо того чтобы стечь вниз и закапать на простыню, её кровь слилась с потоком теней, смешалась и переплелась с ним, вливаясь в тело Гротеска.

И тут двойные двери распахнулись. В церковь ворвался Скалдаггери Плезант.

Заражённые зарычали, и Валькирия выдернула руку из пальцев Сангвина. Мститель оторвался от своего дела, и на его доспехах выросли устрашающие шипы, как только Скалдаггери дошёл до конца прохода и уселся на передней скамье. Тот скрестил ноги, расположился поудобнее и махнул рукой.

– Продолжайте, – сказал детектив.

Валькирия нахмурилась. Не на такое спасение она рассчитывала.

Заражённые вышли на свет, окружая Скалдаггери, который вёл себя так, как будто зашёл поболтать. Мститель направил последний поток теней в тело Гротеска и отошёл в сторону. Валькирия заметила, как обмякло его тело.

Барон поднёс руки к голове и расстегнул застёжки на маске. Его лицо было бледным и блестело от пота. Прищуренные глаза смотрели холодно.

– Чудовище, – произнёс он, – ты пришёл сюда один? Без Косарей? Без мистера Блисса?

– Ты ведь знаешь, барон, что я люблю всё делать сам. И потом, когда ты меня побил, то сломал мой телефон, так что…

На губах барона появилась улыбка.

– Ты пришёл сюда, чтобы увидеть начало своего конца?

– Не совсем. Я пришёл, чтобы сделать вот это.

Скалдаггери сунул руку в карман пиджака, вытащил маленький чёрный мешочек и швырнул его в сторону алтарной плиты. Он приземлился на простыню, прямо на забинтованную грудь Гротеска. Мститель уставился на него, протянул руку…

– На твоём месте я бы этого не делал, – предупредил детектив, поднимая маленькое устройство. – Одно нажатие кнопки, и эту прелестную маленькую церковь украсят ошмётки твоего бога.

– Бомба? – В голосе Мстителя появился гнев. Его доспехи раздулись и стали толще. – Думаешь, взрывчатка сможет навредить Безликому?

– Но это ведь не Безликий. По крайней мере не весь. Я полагаю, он несколько уязвим, поскольку слишком долго провёл запертым в гробнице. Уверен, всё это сказалось и на тебе. Эта маленькая бомба может убить вас обоих одним ударом. Я сказал «маленькая», но на самом деле она в пятнадцать раз мощнее, чем последняя, которую я в тебя швырнул, а ты ведь помнишь, как это было больно.

Сангвин толкнул Валькирию к плите.

– Ты убьёшь её вместе с нами.

– Необязательно, – терпеливо ответил Скалдаггери. – Я либо нажму на кнопку и испорчу ваш коварный план и убью своего друга, либо я не стану этого делать, и мы уйдём, а вы ещё три года подождёте следующего лунного затмения. Тебе решать, барон.

Мститель посмотрел на детектива.

– Забирай её.

Сумрак шагнул к нему.

– Девчонка должна умереть.

– Тихо! – взревел Мститель. Он пристально уставился на Сумрака, пока вампир не отступил – пламя свечей мерцало на его шраме.

Мститель обернулся к Скалдаггери.

– Забирай девчонку, – насмешливо повторил он. – Вы далеко не уйдёте.

– Мы успеем уйти. Валькирия?

Она протянула руки Сангвину. Тот злобно посмотрел на неё, положил бритву на плиту и что-то пробормотал. Потом снял наручники и отошёл в сторону. Валькирия вместе с детективом направились к двери, но, прежде чем уйти, она схватила бритву.

– Эй! – крикнул Сангвин.

– Тихо, – отрезал барон.

– Она взяла мою бритву!

– Я сказал тихо!

Сангвин замолчал. Валькирия сложила бритву и сунула её в карман. Она пятилась рядом со Скалдаггери, а Заражённые следовали за ними.

– Вы лишь откладываете неизбежное, – заметил Мститель. – Эти доспехи делают меня самым могущественным магом из всех живущих на земле.

– Но счастлив ли ты? – задумчиво спросил детектив, щёлкнул пальцами свободной руки и вызвал пламя. Он швырнул огненный шар на пол у двери. При виде огня Заражённые зашипели. Мститель ни на шаг не приблизился к мешочку со взрывчаткой.

– Я разорву тебя на части, чудовище.

– Буду ждать с нетерпением, – ответил Скалдаггери. – Лучше не двигайтесь с места, пока мы не дойдём до дороги. Я сразу узнаю, если вы, безумцы, приблизитесь к этой милой бомбе.

– Взорвите её, – чуть слышно пробормотала Валькирия.

– Не могу, – шёпотом ответил детектив. Он взмахнул рукой, пламя в дверях расступилось, и они, пятясь, вышли на улицу.

– Почему?

– Это не бомба, – тихо ответил он. – В мешке складной домкрат для замены шин.

– А пульт?

– Им я открываю дверь гаража. В нём даже нет батареек – но только не говори им. – Скалдаггери взмахнул рукой, и пламя снова закрыло выход. Они продолжали пятиться к «Бентли», не сводя глаз с Заражённых и следя, чтобы никто не вздумал провести их и выбежать на улицу слишком рано.

– У нас есть план? – спросила Валькирия, пока они отходили от церкви.

– Мы должны забрать Гротеска у плохих парней, – ответил детектив. – Поэтому нам придётся разделиться. Я уйду, ты спрячешься под фургоном, подождёшь, пока они загрузят Гротеска, а потом прыгнешь за руль и уедешь прямо у них из-под носа.

– Что?

– Будет очень смешно, поверь мне.

– Скалдаггери, мне всего тринадцать. Я не умею водить машину.

Детектив посмотрел на неё.

– Что значит «не умеешь водить»?

– Я что, непонятно говорю? Я не умею водить машину, Скалдаггери.

– Но ты ведь видела, как водят другие? Видела, как я вожу. И уверен, видела, как водят твои родители. Так что теорию ты знаешь.

Валькирия уставилась на детектива.

– Я знаю, что большая круглая штука, торчащая из приборной доски, поворачивает колёса. Достаточно для теории?

– Этот фургон с автоматическим управлением. Нажимаешь педаль хода – едешь. Нажимаешь одну педаль – едешь быстрее, другую – останавливаешься. Всё очень легко.

Валькирия продолжала смотреть на него.

– Проклятие, – пробормотала она и, метнувшись к фургону, залезла под него.

Детектив прыгнул в «Бентли». Мотор автомобиля взревел, колёса завертелись, и он помчался прочь от церкви. В этот момент из дверей вырвалась волна темноты, затушив пламя. Сквозь эту непроглядную пелену Сумрак вывел Заражённых. За ним вышел барон Мститель, вокруг которого словно разъярённые змеи вились тени. Он швырнул мешок на землю, и домкрат отскочил в высокую траву. Барон метнул струю тьмы в заражённую женщину, которую тут же сбило с ног, и она высоко взлетела в воздух.

Валькирия тихо сидела под фургоном. Она увидела, как к нему подошёл Билли-Рэй Сангвин.

– Она взяла мою бритву, – сказал он. – Опять.

– Плевать мне на твою бритву! – рявкнул Мститель. Он повернулся к одному из Заражённых. – Ты! Перенести Гротеска в фургон. Скоро это место будет кишеть Косарями, и я не хочу рисковать.

Заражённый побежал в церковь и вскоре вышел обратно с ящиком в руках. Они осторожно погрузили его в фургон. После этого Заражённые направились к церкви, ожидая дальнейших приказаний, а Валькирия выбралась из-под фургона и встала. Она слышала, как Мститель, стоя по другую сторону машины, отдаёт распоряжения, сделала глубокий вдох и потянулась к дверце.

Она открылась с лёгким щелчком, и Валькирия, пригнувшись, медленно залезла внутрь. Ключ был в замке зажигания. Она огляделась по сторонам, посмотрела в окно на плохих парней и повернула ключ. Двигатель ожил. Мститель повернул голову, нахмурился и подошёл поближе, чтобы посмотреть, кто в машине.

Валькирия передвинула рычаг и нажала на педаль. Фургон резко тронулся с места, и она вскрикнула, пытаясь удержать руль. Это было совсем не весело. Валькирия вывернула руль вправо, чтобы не врезаться в дерево и удержать фургон на узкой дороге. Она увидела, что Заражённые бегут следом, но старалась не обращать на них внимания. Снаружи было очень темно, а Валькирия не знала, как включить фары.

Она сняла руку с руля, переключила рычаг, и по сухому стеклу заскользили стеклоочистители. Фургон переехал камень, и Валькирия подпрыгнула. Она попыталась передвинуть другой рычаг, и на панели замигал индикатор. Проклиная Скалдаггери, она стала переключать его вверх, вниз, вбок, потом повернула, и внезапно дорогу залил свет фар. В этот момент фургон слетел с дороги и помчался по склону холма.

Валькирию мотало по сиденью. Крепко вцепившись одной рукой в руль, другой она ухватилась за ремень безопасности и пыталась его пристегнуть. Она глянула вниз, пытаясь найти гнездо, куда вставлялся ремень. У подножия холма виднелась дорога, и Валькирия попыталась вывернуть на неё, но фургон съехал дальше, продолжая нестись по склону следующего холма.

Валькирия снова схватила ремень безопасности, нашла гнездо на этот раз, раздался щелчок, и она снова смогла сосредоточиться на дороге: фургон ударился о каменистый выступ, перевернулся и покатился. Всё вокруг закружилось, и Валькирия ударилась головой о стекло. Она слышала треск стекла и скрежет металла. Она прикрыла голову руками, её швырнуло вперёд, и руки врезались в руль, нажав на гудок. Фургон выкатился на очередную дорогу и встал на колёса.

– Ох, – простонала Валькирия. Она посмотрела на треснувшее лобовое стекло. Фары. К ней быстро приближались машина и мотоцикл.

Валькирия потянула за ручку и ударила дверцу плечом, чтобы открыть её. Она попыталась выбраться наружу, но её не пускал ремень безопасности. Валькирия нащупала оранжевую кнопку, и ремень расстегнулся. Она вывалилась из машины прямо в тот момент, когда рядом с визгом затормозил мотоцикл Танит.

Рядом остановился «Бентли», оттуда выскочил Скалдаггери, подбежал к ней и подхватил, потому что у неё вдруг ослабели ноги. Вокруг слышались голоса, но Валькирия не могла разобрать слов. Когда Скалдаггери нёс её к «Бентли», в голове у неё был туман. Рука ужасно болела. Она приоткрыла глаза и увидела, как Танит загружает мотоцикл в белый фургон рядом с ящиком, а потом садится за руль.

Издалека раздался голос Скалдаггери, и Валькирия попыталась ответить, но её язык отяжелел, и силы покинули её.

Глава 23

Слоны и кролики

Пестряк ткнул Валькирию в руку.

– Больно?

– Нет, – ответила она.

Он кивнул и что-то записал в своём блокноте.

– Ты ела?

– Один из ваших ассистентов принёс мне на завтрак бургер.

Профессор вздохнул.

– Я имел в виду, ела ли ты как следует?

– Я как следует съела бургер. Ни разу не пронесла его мимо рта.

Он снова ткнул её.

– А так? Больно?

– Ай!

– Полагаю, что да. Надеюсь, боль научит тебя ничего себе не ломать, когда фургон попадает в аварию. – Пестряк ещё что-то записал в блокноте, и Валькирия огляделась. В комнате не было окон, но она могла представить, какое сейчас утро. Солнечно. Голубое небо. Ясно и тепло.

Пестряк закрыл блокнот и кивнул.

– Ты быстро выздоравливаешь, – сказал он. – Ещё один час, и кость заживёт.

– Спасибо, Пестряк.

– Не за что.

– И простите за то, что я вчера сказала насчёт солёной воды и вампиров…

Пестряк хмыкнул.

– Не переживай за меня, Валькирия. Я сильнее, чем кажусь. Вчера ночью кошмары были уже не такие страшные. Помню, когда-то они были просто ужасными. А теперь ложись, и пусть грязь сделает свою работу.

Чувствуя себя ужасно виноватой, Валькирия устроилась в кровати. Масса, покрывавшая её правую руку, была холодной и скользкой. Её необходимо было менять каждые двадцать минут, поскольку её магические свойства впитывались через кожу.

Валькирия услышала, как в палату вошёл Скалдаггери. Его драка с Мстителем закончилась трещиной в ключице и несколькими сломанными рёбрами. Валькирия посмотрела на него и засмеялась.

Детектив уставился на неё. На нём был ярко-розовый больничный халат со слонами и кроликами. Он висел на нём как на вешалке.

– Почему ей достался синий халат? – спросил детектив у Пестряка.

– М-м-м? – пробормотал профессор.

Скалдаггери с жалким видом наклонил голову.

– Вы сказали, что у вас остались только розовые халаты с кроликами, но на Валькирии совершенно приличный синий халат.

– Вы это к чему?

– Почему мне приходится носить этот нелепый халат?

– Потому что это меня развлекает.

Пестряк вышел из палаты, и детектив посмотрел на Валькирию.

– Самое важное, – заметил он, – что, несмотря на халат, моё чувство собственного достоинства по-прежнему со мной.

– Да, – автоматически ответила она, – точно.

– Может, хватит ухмыляться?

– Я стараюсь, честное слово.

Скалдаггери подошёл к ней и озабоченно спросил:

– Ты нормально себя чувствуешь?

– Да.

– Уверена?

– Да. Нет. Не знаю. Что бы ни случилось с Гротеском, это моя вина.

– Чушь.

– Но именно я недостающий ингредиент.

– Но в этом нет твоей вины, Валькирия. Конечно, если хочешь взять на себя ответственность за то, что тебе неподвластно, то можешь это сделать, чтобы стать сильнее. Тебе понадобится вся твоя сила. Особенно, когда тебя найдёт Сумрак.

Валькирия нахмурилась.

– При чём тут Сумрак?

– Наверное, мне стоило об этом сказать. Сумрак захочет тебя убить. У него за плечами много историй мести. Он способен затаить обиду, и он не успокоится, пока не прольётся кровь.

– Это из-за того, что я порезала ему лицо…

– Ты порезала ему лицо бритвой Сангвина, а шрамы от неё не заживают.

– Ага… Наверное, он сильно злится, да?

– Я просто подумал, что тебе следует об этом знать.

– Что мы будем делать с Гилдом? Раз он работает на плохих парней и всё такое?

– Мы этого не знаем. Это ещё не факт. Пока что нет. – Скалдаггери помолчал. – Но всё равно было бы глупо не принять мер предосторожности. Мы сообщим о случившимся Гилду, только если нам придётся это сделать. Мы не станем говорить ему о наших планах, куда мы идём и с кем собираемся драться. Согласна?

– Согласна. Значит, он не знает, что Гротеск у нас?

– Возможно, я забыл ему сказать. Но я сказал мистеру Блиссу, и он поставил трёх Косарей его охранять. Если их будет больше, об этом станет известно Великому Магу.

– Надеюсь, вы понимаете, что после Умникуса Тома, а теперь ещё и Гилда я больше не смогу доверять никому, кто обладает властью?

Детектив склонил голову.

– Значит, ты не считаешь меня обладающим властью?

Валькирия рассмеялась, но тут же замолчала.

– Простите. Вы серьёзно?

– Очень мило, – ответил детектив, и тут в комнату вошёл Пестряк.

– Детектив, вы, несомненно, будете рады узнать, что мои ассистенты перевозят Гротеска в мой новенький частный морг, где он займёт всё место как раз тогда, когда мне наконец удалось навести там полный порядок.

Валькирия нахмурилась.

– Для чего вам частный морг?

– Для экспериментов, – ответил Пестряк. – Экспериментов настолько странных и противоестественных, что вас может стошнить.

– Профессор Ворчун, – сказал детектив, – мы привезли сюда Гротеска не только потому, что ваша лаборатория больше подходит для него, чем Святилище, но и потому, что вы ведущий эксперт в области научной магии.

– Гм, – ворчливо произнёс профессор. – Это верно.

– Нам нужна ваша помощь. У нас появился шанс разделить Гротеска на части и спрятать их по всему миру, чтобы их больше никогда не соединили, и нам нужно, чтобы вы это сделали.

– Ладно, – проворчал профессор. – Но тебе, Валькирия, надо отдохнуть. А вы, детектив, не должны подвергать её опасности в течение следующего часа. Договорились?

– Я буду отдыхать, – ответила Валькирия.

– А я не буду подвергать её опасности в течение часа, – добавил Скалдаггери.

– Вот и хорошо, – сказал профессор. – А теперь извините, мне пора разделять на части чудовище.

Глава 24

Аргус

Старая больница была пропитана ужасом и застарелыми слезами. Сколько людей сделали свой последний вздох на этих маленьких койках? Сколько провели последнюю ночь в крошечных палатах, беспрестанно просыпаясь, пока в их снах буйствовали кошмары? Проходя по коридорам, барон Мститель представлял, что может пересчитать каждого из них по пальцам.

Лучше всего было в психиатрическом отделении. Здесь даже без той особой чувствительности, которую давали ему новые доспехи, он ощущал отголоски страха, безумия и отчаяния. Но доспехи собирали эти отголоски и делали его сильнее. Барон чувствовал, как броня становится всё крепче и крепче после стольких лет забвения в пещере.

Это идеальное место, где Гротеск сможет прорвать границы между мирами, открыть портал и призвать Безликих. Теперь барону нужно было только вернуть Гротеска, но с этим проблем не будет. Несмотря на вспышки гнева и устрашающий нрав, Мститель был прежде всего военным. Да, на его пути возникло препятствие, но он уже придумал план, как всё исправить.

В конце коридора стоял один из Заражённых. При приближении Мстителя он распахнул дверь. Барон видел по его глазам, что он вскоре станет вампиром. Он уже приказал Сумраку убить всех Заражённых прежде, чем это случится. Сумрак благодаря сыворотке мог контролировать вампира внутри себя, но Заражённые станут слишком непредсказуемыми.

Мститель сосредоточился на доспехах и приказал им сжаться на нём плотнее. Он долго позволял им пировать страданиями, которыми было наполнено старое здание, но теперь пришло время для дел.

Билли-Рэй Сангвин уже ждал его. К операционному столу был прикован человек, и, когда Мститель вошёл в комнату, его глаза расширились.

– Невозможно, – прошептал человек. – Ты мёртв. Ты… Это не ты, ты ведь мёртв! – Мститель понял, что из-за шлема, закрывающего лицо, человек принял его за лорда Гнуса, воскресшего из мёртвых, чтобы совершить ужасную месть. Он ничего не ответил.

– Это какой-то фокус! – продолжал человек, пытаясь разорвать оковы. – Не знаю, что ты задумал, но ты совершаешь большую ошибку! Ты вообще знаешь, кто я?

– Мы это знаем, – протянул Сангвин. – Ты трусливый волшебник, которому удалось уцелеть, избежав всех возможных сражений. Как думаешь, почему мы тебя выбрали?

– Выбрали? – повторил человек. – Выбрали для чего?

– Для того, чтобы быстро отвечать на наши вопросы, – сказал Мститель, поняв, что благодаря шлему его голос стал похож на голос лорда Гнуса.

Человек побледнел. Он весь покрылся потом.

– Что… что вы хотите знать?

– Наверное, ты уже понял, – заметил Сангвин, – что я не отсюда родом. А джентльмен, из-за которого ты запачкал штаны, тоже давно здесь не был. Мы хотим знать, ничтожество, куда можно направиться с трупом полубога, чтобы… ну, не знаю… уничтожить его?

Человек облизал губы.

– И после этого вы меня отпустите?

– Почему бы и нет?

Мститель почувствовал, как его доспехи снова дрогнули. Страх этого человека был слишком сильным, чтобы на него можно было не реагировать. Мститель прищурился, усилием воли контролируя доспехи.

– Они пойдут в Святилище, – ответил человек.

– Это не то, что нам нужно, – ответил Сангвин. – Наш человек следит за Святилищем, и они там не появлялись. Мы ищем особенное место.

Человек нахмурился.

– Тогда, возможно, они пошли к Ворчуну.

– К Пестряку Ворчуну? – переспросил барон.

– Да. Он работает на Святилище. Всё странное несут к нему.

– Куда?

– Старый закрытый кинотеатр «Гиберния». Теперь вы меня отпустите? – Сангвин посмотрел на Мстителя, а тот посмотрел на пленника.

– Что ты делал во время войны? – спросил барон.

– М-м-м… ничего особенного…

– Я тебя знаю, Аргус.

– Нет. Нет, сэр, мы никогда не встречались. Я выполнял кое-какие задания для барона Мстителя, но…

– Ты сообщил барону Мстителю местонахождение убежища, когда ему потребовалось исчезнуть на несколько дней.

– Я… да… но откуда вы?..

– Скалдаггери Плезант выследил его, Аргус. Твоя информация привела к его поимке.

– Это не моя вина. Я тут ни при чём.

– Убежище было известно нашим врагам, но из-за своей глупости ты этого не знал.

– Ладно, – быстро согласился Аргус. – Ладно, я допустил ошибку, и Мстителя арестовали. Но, лорд Гнус, какое это имеет отношение к вам?

– Я не лорд Гнус, – ответил барон. Он снял шлем, и тот растаял в его руках, слился с доспехами.

– О нет, – прошептал Аргус, увидев лицо Мстителя. – Прошу вас, не надо!

Барон злобно посмотрел на него, и Аргус затрясся, а потом его тело как будто распалось на части. Туловище взорвалось, конечности разлетелись по углам комнаты, голова отскочила в сторону, а внутренности потекли со стен.

Барон повернулся к Сангвину.

– Кинотеатр «Гиберния». Мы идём туда немедленно.

Техасец смахнул с пиджака кусочек мозга Аргуса.

– А если по пути нам встретится некая темноволосая девочка?

– Я даю тебе разрешение убить любого, кого захочешь.

Билли-Рэй Сангвин улыбнулся.

– Да, сэр. Спасибо, сэр.

Глава 25

Небольшая бойня

Нью-Йорк. 7:37 утра

Человек, которого на самом деле не было, вышел из тени и зашагал за тремя бизнесменами. Он перешёл Бликер-стрит и двинулся вдоль Гудзона, всё время держась на расстоянии трёх шагов, и они так и не почувствовали его присутствия. Они обсуждали дела Святилища, время от времени вставляя в разговор кодовые слова, когда рядом оказывались прохожие. Эти бизнесмены на самом деле были волшебниками и к тому же очень влиятельными.

Человек, которого не было, последовал за ними к парковке у Западной Тринадцатой улицы, прошёл за ними к машине, и когда наступил подходящий момент, нанёс удар. Волшебники-бизнесмены увидели, как расступился воздух, как оттуда появился смутный силуэт, но было слишком поздно поднимать тревогу и слишком поздно защищаться.

Болонья. 10:51 утра

Их было пятеро: молодых, могущественных и готовых показать себя. На них была тёмная одежда, кожаные плащи и солнечные очки. Волосы торчком и пирсинг на теле. Им нравилось считать себя кем-то вроде готов-панков. Никто с ними не спорил. А если и пытался, то ему не удавалось остаться в живых.

Италия в мае. Было тепло и солнечно. Готы-панки ждали у статуи Посейдона, борясь со скукой и пугая редких прохожих.

Одна из них, бритоголовая девушка с безумными глазами, заметила жертву на площади. Они все вместе двинулись к нему, ухмыляясь в предвкушении.

Он увидел их, нахмурился и замедлил шаг. Потом начал пятиться. Он работал на Святилище в Венеции, и они знали, что он не захочет использовать свою силу на виду у всех.

Он побежал. Они бросились за ним, смеясь и радуясь предстоящей охоте.

Токио. 7:18 вечера

Женщина сидела в вестибюле отеля и читала газету. На ней был костюм тёмно-синего цвета в тонкую полоску, с юбкой чуть ниже колен. Под пиджаком виднелась белоснежная блузка. Туфли в цвет костюма. Лак для ногтей в цвет губной помады. Это была очень элегантная, очень аккуратная женщина.

Блестящий тонкий телефон издал один сигнал. Женщина свернула газету, положила её на сиденье и встала.

В вестибюль отеля вошли двое мужчин, старый и молодой. Женщина отметила их пунктуальность.

Они стояли у лифта, и она подошла к ним. Мужчины не разговаривали друг с другом. Пока они ждали лифта, к ним подошла молодая пара туристов, возможно, приехавших в Японию на каникулы. Женщине было всё равно. Это никак не меняло её планов.

Лифт приехал, двери раскрылись, и они все вошли внутрь. Молодая пара нажала кнопку восьмого этажа. Старик нажал кнопку пентхауса. Женщина ни на что не нажала.

Двери закрылись, лифт поехал, и ногти женщины тут же стали длиннее, а зубы острее. Она убила всех, запачкав стены лифта их кровью.

Лондон. 9:56 утра

Джек-Прыгун посмотрел на человека, которого собирался убить, и впервые в жизни подумал, зачем он это делает.

Его не поразила мысль о собственных грехах. Его не начала внезапно мучить совесть или нечто столь же прозаичное. На него не снизошло прозрение. Это был всего лишь тихий голос в голове, сказавший ему, что надо задать вопрос. Но какой вопрос? Прежде у него никогда не было желания ни о чём спрашивать своих жертв. Он не знал, с чего начать. Может быть, надо было просто затеять разговор?

– Привет, – как можно вежливее сказал Джек.

Человек был волшебником, но не очень хорошим бойцом. Он лежал в переулке, и его взгляд был испуганным. Джеку стало не по себе. Это была новая ситуация для него, а он не любил новых ситуаций. Он любил убивать людей. Любил насмехаться над ними. Может быть, отпускать остроумные замечания. Но не разговаривать с жертвами. Не задавать им вопросы.

Он во всём винил Билли-Рэя Сангвина. Тот освободил Джека из камеры, затащил его через стену под землю, а потом вывел на волю. Он почти ничего не говорил, только упомянул госпиталь в Ирландии под названием Клируотер[5], а потом у него на лице появилось такое выражение, как будто он сказал слишком много, и он замолчал. Тогда Джеку было плевать. Его освободили, и за это ему нужно было всего лишь кого-то убить. Но теперь ему не давала покоя мысль – почему? Почему Сангвин хотел убить этого парня?

– Если бы кто-то предположительно хотел тебя убить, то, как ты думаешь, за что? – Джек пытался говорить, как можно небрежнее.

– Пожалуйста, не убивай меня, – прошептал человек.

– Я не буду тебя убивать, – солгал Джек и рассмеялся, стараясь выглядеть убедительным. – Почему я должен тебя убить?

– Ты на меня напал, – ответил человек. – И затащил в этот переулок. И ты сам сказал, что собираешься меня убить.

Джек выругался про себя. У этого парня была хорошая память.

– Забудь, – сказал он. – Кто-то хочет тебя убить. И мне любопытно, почему. Кто ты?

– Меня зовут…

– Я знаю, как тебя зовут, приятель. Чем ты занимаешься? Почему ты так важен?

– Я совершенно не важен. Я работаю на Совет Старейшин в Лондоне. Я просто помогаю координировать их работу.

– Например? Что ты координируешь прямо сейчас?

– Мы… Отправляем помощь в Ирландию. Мститель сбежал…

– Проклятие!

Человек пронзительно закричал и отпрянул, но Джек был слишком рассержен, чтобы напасть на него. Значит, Сангвин опять работал с этим чокнутым Мстителем и, как обычно, выполнял его приказы. Но только на этот раз он пытался заставить Джека сделать часть грязной работы.

– Меня обманули, – сказал он и посмотрел на человека. – Если к этому имеет отношение Мститель, значит, речь идёт о Безликих, верно?

– Верно.

– Меня обманули. Это просто непрофессионально.

– Значит, ты меня отпустишь? Ты ведь не хочешь помогать Безликим? И ты меня отпустишь?

Джек опустился на корточки.

– Я бы с радостью это сделал, приятель. Правда. Но видишь ли, меня вытащили из тюрьмы, а я всегда возвращаю долги.

– Но, убив меня, ты поможешь им!

– Тогда мне придётся найти другой способ им отомстить. Без обид.

Разговор, как всегда, закончился мольбами, но Джек положил им конец, убив парня.

Потом он поправил свой цилиндр и ушёл. У него были друзья, которые помогут ему переправиться в нужное место.

А Джек давно не был в Ирландии.

Глава 26

Убийство в новом морге

Стентор и Цивет пытались переложить Гротеска с каталки на операционный стол. Гротеск был большим, тяжёлым и неуклюжим, но по большей части просто большим и тяжёлым. Им удалось перетащить верхнюю часть его тела, но тут каталка скрипнула и двинулась с места, и Гротеск начал падать. Цивет попытался схватить его, но упал сам, и Гротеск медленно навалился на него сверху.

– На помощь! – закричал Цивет.

В комнату ворвался профессор Ворчун.

– Чем это вы тут занимаетесь?

– Он упал, – ответил Стентор, вставая по стойке «смирно».

– Это я и сам вижу! – рявкнул Ворчун. – Этот образец – редчайшая возможность изучить гибридную форму, идиот! Я не хочу, чтобы он пострадал.

– Да, профессор. Простите.

– Почему ты пытался переместить его один? Где Цивет?

Цивет с трудом поднял руку.

– Я здесь, профессор.

– Что ты делаешь на полу, Цивет?

– Пытаюсь дышать, сэр.

– Тогда вставай!

– Я бы с удовольствием, сэр, но он очень тяжёлый. Если бы вы потянули его за руку…

– Я старый человек, бестолочь! Хочешь, чтобы я поднимал это чудовище?

– Конечно нет, но если Стентор вам поможет, я смогу выбраться. Мне становится всё труднее дышать. Кажется, у меня вот-вот откажет лёгкое.

Ворчун сделал знак рукой.

– Стентор, помоги мне его поднять.

– Да, профессор.

Вместе они оттащили Гротеска в сторону, и Цивет смог выбраться на волю.

– Я никогда в жизни не ронял образец, – сказал Ворчун, пока они с пыхтением поднимали Гротеска. – На меня никогда не падал труп, Цивет. Запомни это.

– Да, сэр, – ответил тот.

Ворчун опустился на корточки рядом с Гротеском, взял ножницы и осторожно срезал часть бинтов, обнажив покрытую шрамами плоть.

– Изумительно, – пробормотал он. – Столько частей от разных существ, и все они объединены в одно. В существо, рождённое из небывалого ужаса.

Стентор кивнул.

– Он впечатлял бы ещё больше, если бы мы с ним управились.

– Меньше слов, – отрезал Ворчун, – и больше дела. Кладите его на стол. И больше не вздумайте его ронять, ясно вам? Клянусь, Стентор, тебе повезло, что я такой добродушный. Согни колени, когда будешь его тягать, идиот.

– Простите, сэр.

Они принялись с усилием поднимать Гротеска, но внезапно Цивет выпустил его и отскочил. Стентор продолжал удерживать тело, наполовину лежащее на столе.

– Что ещё? – спросил Ворчун.

– Профессор, – испуганно ответил Цивет, – вы уверены, что это существо мертво?

– Это не существо, а образец.

– Простите, сэр. Вы уверены, что образец мёртв? Мне кажется… он пошевелился.

– Конечно, пошевелился. Ты ведь передвинул его.

– Нет, сэр. Думаю, он пошевелился сам.

– Не понимаю, как такое возможно. Ритуал по возвращению его к жизни был прерван, и в него попала лишь малая часть крови Валькирии Каин.

Цивет помолчал, а потом схватился за огромную руку и помог Стентору переложить Гротеска на стол.

Внезапно он снова отпрыгнул в сторону.

– Ладно! – громко воскликнул Цивет. – Теперь я точно видел, как он шевельнулся.

– В него перешло много энергии, – нахмурившись, объяснил Ворчун. – Возможно, это всего лишь остаточный спазм. Мышцы просто реагируют на стимулы.

– Это был не спазм, – возразил Цивет. – Клянусь.

Ворчун посмотрел на обмотанное бинтами тело. Оно было большим, холодным и неподвижным.

– Хорошо, – сказал он. – Сколько у нас Косарей?

– Трое.

– Ладно. Парни, я хочу, чтобы вы поднялись наверх, попросили Косарей прийти сюда и сказали им, что, возможно, у нас…

И тут Гротеск сел на столе, Цивет завопил и отпрыгнул, но Стентор замешкался, и чудовище схватило его голову огромной рукой и раздавило её, как только что снесённое яйцо.

Глава 27

Воскрешение Гротеска

Валькирия открыла глаза. Кажется, она услышала крик. Она уселась на кровати и выглянула в коридор. Мерцал свет. Она услышала отдалённый топот ног. А потом всё стихло. Что-то было не так. Что-то произошло.

Валькирия вылезла из кровати: её тело сопротивлялось, рука ныла. Голые ноги коснулись холодного пола. Она подошла к маленькому, встроенному в стену шкафу, и нашла в нём носки и ботинки. Быстро натянула их в темноте и уже начала надевать плащ, когда услышала крик о помощи. Потом раздался удар, и крик оборвался.

Валькирия высунула голову за дверь, посмотрела в сторону морга и увидела, как по тусклому коридору движется какая-то фигура, похожая на марионетку с наполовину обрезанными ниточками. Она дёргалась при ходьбе, негнущаяся и не контролирующая своих движений. Но постепенно поступь стала более плавной, будто марионетка наконец привыкла к собственному телу. А потом фигура вышла на свет.

Гротеск. Он ожил.

Валькирия разглядела бинты, которые удерживали вместе части его тела – они были такими старыми, что могли рассыпаться в прах прямо у неё на глазах. Она увидела между бинтами плоть, шрамы и швы. Грудная клетка выглядела так, как будто её разбили и вскрыли и рёбра пронзили туловище.

На левом запястье у Гротеска было что-то вроде большого нарыва, а на внутренней стороне руки – толстый гребень из плоти. Его правая рука была огромной, мускулы непостижимым образом переплетались друг с другом, заканчиваясь массивной ладонью с толстыми пальцами и острыми когтями. Бинты полностью скрывали лицо Гротеска, не было видно даже глаз. То тут, то там виднелись пятна чёрной крови.

Почему не сработала сигнализация? Гротеск ожил, но сигнала тревоги не последовало. Валькирия отступила назад, схватила стул и встала на него. Она щёлкнула пальцами, но ничего не произошло. Валькирия прищурилась. Она сосредоточилась и снова щёлкнула пальцами, пока не появилась искра, а потом она превратила её в пламя и поднесла к детектору дыма. Через мгновение активировалась система тушения, и тишину прорезал вой сигнализации.

Валькирия поспешила к двери, и мимо неё тут же промчались трое Косарей. Только когда они подошли ближе, она поняла, насколько огромным был Гротеск. Он возвышался над самым высоким из Косарей. Они привыкли иметь дело с серьёзными угрозами, но никогда не видели ничего подобного.

Гротеск отмахнулся от косы и схватил первого Косаря за горло. Он поднял его высоко над головой и одновременно отбросил второго Косаря к стене. Третий Косарь взмахнул косой, и Гротеск швырнул в него тело его коллеги. Валькирия услышала треск костей.

Три секунды. Гротеск убил трёх Косарей всего за три секунды.

Валькирия вернулась в комнату. Она вся промокла от воды. Она может сбежать. Выйти за дверь, повернуть направо, промчаться по коридору до лаборатории, а оттуда – на лестницу. Она пройдёт через экран и выбежит из кинотеатра, прежде чем Гротеск её заметит. Он по-прежнему был очень медленным и не смог бы её поймать, даже если бы увидел. Валькирия сможет это сделать. Тогда почему она не бежит?

Она отступила назад. Она видела тень на стене за открытой дверью, и эта тень приближалась. Ноги едва её держали, а рука всё ещё болела. Живот свело от страха. Валькирия нащупала стену и прижалась к ней спиной. Темнота в комнате больше не казалась ей непроницаемой. Гротеск её увидит. Нет, ему не нужно её видеть. У него ведь нет глаз.

К тому же бежать было уже слишком поздно, потому что Гротеск как раз проходил мимо двери. С его тела стекала жидкость. И теперь Валькирия чувствовала его запах – смесь формальдегида и плесени. Она затаила дыхание и замерла.

Гротеск остановился. Валькирия приготовилась. Если он повернётся к ней, она бросится вперёд, ударит его и выпустит огненные шары, чтобы поджечь его бинты. Как будто этого хватит, чтобы его остановить. Как будто это сможет её спасти.

Гротеск слегка повернул голову, как будто к чему-то прислушивался, к какому-то звуку помимо сигнализации. Внезапно Валькирия представила радар, с помощью которого он может почувствовать её. Он так давно не использовался, что утратил остроту восприятия.

Её мышцы ослабели, и в мыслях разлился холод. Ужас лишал её сил. Постепенно в голове укоренилась мысль, что она не сможет сдвинуться с места. Всё, чему научилась Валькирия, больше не имело никакого значения. Все умения, способности, вся магия окажутся ещё бесполезнее перед Гротеском, чем Косари, которых он только что убил. Как будто нечто, совершенно не представлявшее угрозы. Нечто слабее насекомого.

Но потом Гротеск опять начал двигаться. Он сделал шаг, ещё один и вскоре исчез в коридоре. Валькирия почувствовала, как по лицу текут слёзы, смешанные с водой. Она смахнула их. Она не умрёт. По крайней мере не сегодня.

Она отошла от стены и с трудом удержалась на дрожащих ногах. Подождала несколько минут и направилась к двери, чуть слышно шлёпая по воде. Валькирия подошла к двери, выглянула наружу, и тут вокруг её горла сомкнулись пальцы. Её вытащило в коридор, ноги оторвались от пола, она задыхалась, отплёвывалась и пыталась сделать вдох.

Гротеск поднял голову и обратил к ней своё безглазое лицо. Руки Валькирии впились в его массивное запястье, пытаясь отодрать пальцы.

Нечто слабее насекомого.

Валькирия пнула Гротеска ботинком. Ударила его по руке кулаками. Но всё это не имело значения. В ушах слышался оглушительный стук сердца. В глазах начало темнеть. Валькирия не могла дышать. Ей было необходимо сделать вдох. Она могла вот-вот умереть.

Она щёлкнула пальцами, вызвала пламя и прижала ладонь к бинтам Гротеска. Бинты вспыхнули и тут же погасли. Больше никаких фокусов. Ей конец.

А потом у чудовища за спиной послышался шум – к нему бежали Скалдаггери и Танит. Гротеск даже не обернулся. Когда они приблизились, он взмахнул левым кулаком. Скалдаггери нырнул вниз, а Танит подпрыгнула к потолку, и её меч сверкнул. Валькирия упала на пол. Скалдаггери ринулся к ней, подхватил её и бросился бежать. Танит бежала рядом.

Гротеск с любопытством разглядывал свою раненую руку. Они остановились и увидели, как рана затянулась и плоть зажила на глазах.

В дверях раздался какой-то шум, и оттуда, хромая, вышел Пестряк.

– Держитесь у нас за спиной, – приказал Скалдаггери.

Пестряк хмыкнул.

– Я как раз собирался это сделать.

Они почувствовали перепад давления, и у Валькирии заложило уши.

– Что случилось? – крикнула она, стараясь перекричать вой сигнализации.

– Его сила возвращается, – мрачно ответил Пестряк.

Скалдаггери вытащил из кармана пиджака револьвер.

– Это наш единственный шанс остановить его, прежде чем он станет слишком сильным.

Он направился к Гротеску, выстрелил в него шесть раз, и из груди чудовища хлынуло шесть маленьких фонтанов чёрной крови, однако он едва пошатнулся. Скалдаггери убрал револьвер, щёлкнул пальцами и выпустил две струи пламени, превратив пространство между ними в пар. Пламя ударило Гротеска, но он не загорелся.

Скалдаггери обеими руками толкнул воздух, и в нём появилась рябь. Гротеск отлетел назад. Детектив повторил манёвр, но на этот раз Гротеск попытался сопротивляться. Скалдаггери толкнул воздух в третий раз. Чудовище в ответ протянуло огромную правую руку, и та расщепилась на длинные полосы плоти, увенчанные когтями. Они плетями пронзили воздух. Детектив вскрикнул, упал, а полосы тут же втянулись, обернулись друг вокруг друга и снова превратились в руку. Гротеск ударил Скалдаггери, и детектив отлетел назад.

К ним подбежала Танит – с намокшими волосами и мечом наготове. Гротеск попытался поймать её, но она была слишком быстрой. Танит перекатилась на бок, порезала ему ногу, а потом подпрыгнула и нанесла удар по руке. Обе раны тут же зажили.

Правая рука Гротеска снова расщепилась. Танит пригнулась, вильнула в сторону, а потом прыгнула, перевернулась в воздухе и оказалась на потолке вниз головой. Она приближалась, но Гротеск держался на расстоянии. Он поднял левую руку.

Пестряк предупреждающе крикнул, но его голос заглушила сигнализация. Нарост на левом запястье Гротеска, который Валькирия приняла за огромный нарыв, внезапно сократился, и оттуда выплеснулась жёлтая жидкость. Танит пришлось вильнуть в сторону, и, не удержавшись, она спрыгнула на пол. А в потолок ударила струя, разъевшая поверхность. Теперь на том месте, где секунду назад стояла Танит, зияла огромная дыра.

Скалдаггери подбежал к ней, и девушка вскочила на ноги. Хотя волдырь был пуст, Гротеск по-прежнему протягивал вперёд левую руку. Скалдаггери потянулся к Танит, но опоздал всего на долю секунды.

Из гребня на внутренней стороне запястья Гротеска выскочил тонкий шип и воткнулся Танит в бок. Она вскрикнула, и шип тут же убрался обратно у свой футляр. Скалдаггери подхватил упавшую Танит и начал отступать.

Гротеск посмотрел на свои руки и сжал пальцы, как будто выясняя, на что ещё он способен.

Валькирия и Пестряк подбежали к детективу. Танит была без сознания. Под её кожей просвечивали вены болезненно-зелёного оттенка.

– Она заражена, – объяснил Пестряк. – Яд хелаквина. Она умрёт минут через двадцать.

– Как нам её вылечить? – спросил Скалдаггери.

Сигнализация взвыла в последний раз и замолчала. Система тушения отключилась.

– Я не встречал этого яда пятьдесят лет, – ответил Пестряк. – У меня нет с собой противоядия. Оно есть в Святилище, если мы успеем туда добраться.

– Я уведу Гротеска, – сказала Валькирия. – Встретимся у машины.

Скалдаггери резко поднял голову.

– Что? Нет! Возьми Танит…

– Не говорите ей, но она для меня слишком тяжёлая, – ответила Валькирия.

И она побежала прочь, прежде чем детектив успел её остановить.

– Валькирия! – заревел он.

Она бежала, шлёпая по лужам. Гротеск развёл руки в стороны, встречая её. Валькирия не могла проскользнуть мимо, и она не умела бегать по потолку, как Танит, поэтому когда Гротеск потянулся к ней, она пригнулась и проскользнула по мокрому полу между его ногами. Оказавшись с другой стороны, она вскочила и бросилась бежать. Оглянулась. Гротеск уже развернулся и правда кинулся за ней.

Сработало, подумала про себя Валькирия. И что же мне теперь делать?

Когда она сворачивала за угол, Скалдаггери крикнул что-то вроде «новое мгновение». Валькирия продолжала бежать. Она миновала лифты, остановленные из-за пожарной тревоги, и направилась к задней лестнице. Гротеск ещё не успел добежать до угла. Валькирия замедлила скорость, переводя дыхание и не сводя глаз с коридора. Новое мгновение… Что хотел сказать Скалдаггери?

Наконец из-за угла появился Гротеск. За спиной у Валькирии была пожарная лестница, соединённая с главной лестницей позади экрана, и она приготовилась бежать, если лоскутное чудовище снова вздумает напасть.

А потом он исчез, как будто его поглотило пустое пространство. Валькирия моргнула. Очередная гибридная способность, как жало, кислота и раскручивающаяся рука. Телепортация.

Скалдаггери сказал не «новое мгновение», а «Ночь исчезновений». Это был один из первых бестселлеров Гордона. В нём рассказывалось об одном существе, Шиббахе, которое могло появиться, где угодно, совершить чудовищное убийство с кучей жутких деталей, а затем исчезнуть и вновь появиться на расстоянии сотен километров. Валькирия вспомнила Гордона в Камне Эхо, рассказывавшего ей о кусочках Шиббаха, которые пересадил Гротеску Мститель.

Даже не оборачиваясь, Валькирия поняла, что чудовище сзади. Она хотела бежать дальше, но её ботинок заскользил по мокрому полу, и Гротеск попытался схватить её правой рукой. Спасаясь, Валькирия завалилась на бок, мельком увидела забинтованную голову Гротеска и покатилась вниз по лестнице. Она болезненно ударилась о пол, ухватилась за перила и вскочила на ноги. Наконец она оказалась на главной лестнице и помчалась, с головокружительной скоростью перепрыгивая через две ступеньки.

Она сбежала вниз, добралась до экрана, пробежала сквозь него и соскочила со сцены. Понеслась к выходу, пулей вылетела за дверь, и яркий солнечный свет ударил её прямо в лицо.

– Валькирия! – крикнул Скалдаггери. Впереди стоял «Бентли» с включённым мотором, а по переулку к ним уже шагала вся компания: барон Мститель с Сангвином, Сумраком и стаей Заражённых.

Раздался лёгкий хлопок, и впереди возник Гротеск. Валькирия обогнула его и побежала к «Бентли», который уже тронулся с места. Она прыгнула в открытое окно, и Пестряк схватил её, втянув внутрь в тот самый миг, когда Скалдаггери нажал на газ. Танит без чувств лежала на заднем сиденье, и когда Валькирия села и оглянулась, то увидела, что барон Мститель приближается к Гротеску.

Тот же стоял, провожая машину слепым взглядом.

– Ремень безопасности, – приказал Скалдаггери.

Глава 28

Хорошие парни совещаются

Блисс в компании двух Косарей уже ждал в дальнем конце Святилища. «Бентли» резко затормозил, Блисс распахнул дверцу и вытащил из машины Танит. Её вены превратились в болезненно-жёлтую паутину под восковой кожей, и она едва дышала.

– С дороги, с дороги, – бормотал Пестряк, расталкивая людей.

Блисс положил Танит на землю и подал Пестряку три листика разных цветов. Тот туго свернул их вместе, сжал в ладонях и закрыл глаза. Сквозь его пальцы вдруг полился такой яркий свет, что его руки стали почти прозрачными. Валькирия могла разглядеть даже кости в его пальцах.

Наконец сияние померкло. Блисс подал Пестряку прозрачную пробирку, и тот, приоткрыв ладони, ссыпал в неё тончайшую разноцветную пыль – остатки листьев. Потом Блисс добавил туда несколько капель тёмно-красной жидкости, которая слегка пахла серой, а Пестряк потряс пробирку, смешивая ингредиенты. Блисс подал ему шприц, и профессор набрал в него содержимое.

– Держите её, – попросил профессор.

Блисс положил руки на плечи Танит, Скалдаггери прижал к земле одну руку, а Валькирия – другую. Косари взяли Танит за ноги. Пестряк прижал шприц к шее Танит, и внутри зашипел сжатый воздух. Жидкость попала в её кровь.

Танит принялась биться, и Валькирия выпустила её руку. Она тут же снова схватила её, попыталась прижать к земле, и в конце концов ей пришлось удерживать её коленом. Танит брыкалась и извивалась, но противоядие уже начало свою работу. Жёлтые вены стали красными, а мускулы превратились в напряжённые клубки.

– Смотрите, чтобы она не проглотила язык, – предупредил Пестряк.

И тут Танит обмякла, и её вены снова стали невидимыми. К лицу прилила кровь.

– С ней всё будет в порядке? – спросила Валькирия.

Пестряк поднял бровь.

– Разве я не гений в области магической науки?

– Вы гений.

– Значит с ней всё будет в порядке. Чего нельзя сказать о моих ассистентах. Знаешь, как тяжело в наше время найти хороших ассистентов? Да, эти были не очень-то хороши, но всё же… – Профессор отряхнул руки и покачал головой. – Они были неплохими парнями. Они не заслужили такой смерти. – Он посмотрел на Скалдаггери. – Вы его остановите?

– Мы его остановим.

– Справедливо. – Пестряк поднялся. – Давайте занесём её внутрь.

У Валькирии болело всё тело. Рука затекла, а всё её тело было в синяках. Ещё она не заметила, где рассекла губу, а под глазом красовался фингал, вероятно, результат аварии в фургоне или падения с лестницы.

Танит сидела рядом с ней и хмурилась. Танит всегда хмурилась, когда проигрывала битву. После сражения с Белым Косарём в прошлом году всё время, которое понадобилось ей на выздоровление, она только и делала, что смотрела в окно и хмурилась.

Противоядие нейтрализовало действие яда хелаквина, а рана от жала была зашита и заживала. Как только у неё появились силы, Танит вышла и наточила свой меч. Теперь он лежал перед ними на столе в чёрных ножнах.

Они сидели в зале заседаний Святилища. Мистер Блисс расположился в дальнем конце стола, а Скалдаггери неподвижно стоял у стены, скрестив на груди руки. Двери отворились, и вошёл Гилд.

– Кто из вас несёт за это ответственность? – прогремел он. – Скажите, кто? В нашем распоряжении был Гротеск! А мне даже не сообщили!

– Это целиком и полностью моя вина, – ответил Скалдаггери.

– Неужели? Это было бы благородно, если бы я уже не считал вас виноватым! Вы действовали у меня за спиной, детектив. Вы запросили трёх Косарей для охраны и не следовали процедуре. Где теперь эти Косари?

Скалдаггери ответил не сразу.

– Их убили.

– Великолепная новость! – рявкнул Гилд. – Скажите, вы вообще чего-нибудь не испортили в этой операции?

– Операция ещё не закончена.

Гилд злобно уставился на него.

– Вам повезло, что я вас вообще впустил, детектив. Не знаю, как Эйхан Мериториус тут со всем управлялся, но новый Совет не намерен терпеть ваше опрометчивое поведение!

– Совет одного, – пробормотала Танит.

Гилд порывисто повернулся к ней.

– Прошу прощения? Я не расслышал. Не могли бы вы повторить, что вы только что сказали?

Танит посмотрела на него.

– Конечно. Я сказала «Совет одного», имея в виду, что Совет не является Советом, если не состоит из трёх человек.

Старший Маг ощетинился.

– Ваше мнение не имеет большого веса в этой стране, мисс Лоу. Вы работаете на Святилище в Лондоне, и вас вообще не должно здесь быть.

– Вообще-то я фрилансер, – ответила Танит.

– А я обратился к ней за помощью, – добавил Скалдаггери. – Похоже, помощь нам понадобится. Разве вы не обещали дать нам подкрепление? – Лицо Гилда побагровело, но Блисс заговорил прежде, чем тот снова начал кричать.

– Все предложения международной помощи были отклонены. За последние несколько часов произошли нападения на людей, связанных со Святилищами почти во всех частях света.

– Отвлечение внимания, – заметил детектив. – Чтобы все были чем-то заняты. Нас изолировали.

– Верно.

– Но кто обладает достаточной властью, чтобы всё это организовать? – спросила Валькирия. – Мститель?

– Подготовка должна была быть долгой, – ответил Скалдаггери. – У Мстителя не было столько времени.

– Это не то, о чём мы должны думать, – отрезал Гилд. – Нам надо найти Гротеска и остановить его. Это единственная наша забота.

– Лунное затмение произойдёт завтра через десять минут после полуночи, – заметил Блисс. – А значит, у нас остаётся девять часов до того, как Гротеск станет достаточно силён, чтобы открыть портал.

Гилд положил обе ладони на стол.

– И что мы будем делать? Только не говорите, что мы будем просто сидеть и ждать!

– Мы предупредили всех телепатов, – сказал Скалдаггери. – Каждый медиум и провидец пытается установить с ним связь.

– А если они ничего не найдут, скелет?

Скалдаггери, по-прежнему стоявший у стены со скрещенными на груди руками, наклонил голову и посмотрел на Гилда.

– Тогда нам лучше продолжить работу над расследованием.

– Что это означает? – рассердился Гилд. – Мы находимся перед лицом глобальной катастрофы, которая может положить конец всему, а вы говорите о расследовании?

– Я детектив, – ответил Скалдаггери. – Именно этим я и занимаюсь.

– По-моему, у вас не очень-то хорошо получалось.

Скалдаггери выпрямился и опустил руки.

– Вернёмся к началу, – спокойно сказал он. – Какой-то неизвестный человек или люди решили нас изолировать как раз в тот самый момент, когда нам нужно подкрепление, чтобы остановить Гротеска. Гротеск на свободе, потому что Мститель наконец раздобыл недостающие ингредиенты. Мститель вышел из своей тайной тюрьмы, потому что туда вломился Билли-Рэй Сангвин и освободил его. Сангвин знал, где находится эта тюрьма, потому что кто-то, занимающий высокий пост, сообщил ему об этом.

– Вы снова отклонились от темы, – нахмурился Гилд.

– Кто-то занимающий высокий пост, – продолжал Скалдаггери, – сообщил ему об этом, вероятно, за большое вознаграждение. И здесь я начинаю размышлять. Вполне возможно, что этот человек сумел занять свой пост лишь благодаря тому, что пообещал, что как только это случится, он выяснит расположение этой тайной тюрьмы и раскроет его. Он заключил сделку с неким очень могущественным человеком или людьми, вполне возможно, теми же самыми, которые отрезали нас от международного сообщества, но скорее всего, он не знал, кого и зачем эти загадочные благодетели собирались выпустить из тюрьмы.

Гилд прищурился.

– Надеюсь, вы не имеете в виду то, о чём я подумал?

Скалдаггери кивнул на лежащую на столе тонкую папку.

– В этой папке собраны сообщения о всех ваших встречах с другими Советами по всему миру, после того как вас избрали Великим Магом. По-видимому, у вас было вдвое больше встреч с Русским Советом, чем с любым другим.

– Это официальные дела Святилища, и вас они не касаются, – ответил Гилд, и вены на его шее вздулись.

– Три встречи касались проблем безопасности, возникших благодаря деятельности Серпина, и вы были посвящены в конфиденциальную информацию, касающуюся, но не ограничивающуюся местоположением различных секретных тюрем на российской территории.

Гилд подошёл к Скалдаггери, и на мгновение Валькирии показалось, что он его ударит. Скалдаггери не сдвинулся с места.

– Вы обвиняете меня в пособничестве побегу?

– Как я сказал, это всего лишь рассуждения. Но если бы я решил вас в чём-то обвинить, то, скорее всего, в предательстве.

– Вы уволены, – заявил Гилд.

Скалдаггери склонил голову.

– Вы не можете позволить себе меня потерять.

– Можем! – прорычал Гилд, направляясь к двери.

– У меня есть работа, – сказал детектив, – и я намереваюсь её сделать. Возможно, вы и предатель, Гилд, но вы не больше меня хотите возвращения Безликих.

Гилд потянулся к двери, повернулся и скривил губы.

– Тогда делайте свою работу, скелет. Остановите Гротеска. Сделайте свою работу. А когда закончите, больше здесь не появляйтесь. – Гилд вышел, и несколько секунд все молчали. Потом Скалдаггери кивнул.

– Кажется, я начинаю ему нравиться.

Глава 29

По следу

Они покинули Святилище и поехали по узким улочкам Дублина. В районе Темпл-Бар Скалдаггери припарковал «Бентли», и остаток пути они прошли пешком. Хотя детектив скрывал лицо, он всё равно привлекал взгляды прохожих, выходивших из многочисленных пабов и ресторанов.

Они пересекли площадь и протиснулись сквозь толпу из сотен студентов, собравшихся на ступенях. Валькирия любила Темпл-Бар. Здесь было оживлённо и многолюдно, играла музыка, слышался смех и болтовня. Но, если они не смогут остановить Гротеска, когда ночь закончится, на этом месте будут лишь руины, пыль и крики.

Наконец они добрались до магазина с яркой настенной росписью, и Скалдаггери постучал в дверь. Внутри послышались голоса, и через несколько мгновений дверь загремела. Её отпер мужчина, которому на вид было чуть больше двадцати. Его брови, нос, уши, губы и язык были проколоты. Одет он был в старые джинсы, футболку с изображением группы «Тин Лиззи»[6] и собачий ошейник.

– Привет, Финбар! – сказал Скалдаггери. – Я пришёл забрать свои вещи.

– Череп? – произнёс Финбар таким голосом, что детективам стало ясно, что постоянное недоумение – его естественное состояние. – Это ты? К чему эти волосы и огромные очки, чувак?

– Это маскировка.

– Ну да, понимаю. Ух ты! Сколько времени прошло?

– С тех пор как мы в последний раз говорили?

– Да. Наверное, много лет.

– Это было в прошлом месяце, Финбар.

– М-м-м? А, ну да. Ладно. А кто это с тобой?

– Я Валькирия Каин. – Она пожала Финбару руку. Его пальцы были унизаны множеством колец.

– Валькирия Каин, – повторил Финбар, перекатывая имя во рту. – Неплохо. А я Финбар Дуралей. Я старый друг Черепа, верно, Череп?

– Не совсем.

Финбар покачал головой.

– Точно, нас вряд ли можно назвать друзьями. Сообщниками… или… нет, не коллегами… я хочу сказать, мы знаем друг друга, но…

– Я вынужден тебя поторопить, – перебил Скалдаггери. – Я отдал тебе на хранение маленький чемоданчик и теперь хочу его забрать.

– Чемоданчик?

– Чёрный. Я сказал тебе, что мне надо где-то хранить свои вещи на экстренный случай.

– А сейчас экстренный случай?

– Боюсь, что так.

Глаза Финбара расширились, и его пирсинги заблестели на солнце.

– Боже! Я ведь не умру?

– Надеюсь, нет.

– Я тоже, чувак. Я тоже. Мне есть ради чего жить. Эй, я говорил тебе, что мы с Шэрон собираемся пожениться? Наконец-то!

– Финбар, я не знаю, кто такая Шэрон, и мне срочно нужен этот чемоданчик.

– Хорошо, чувак. – Финбар кивнул. – Пойду поищу его. Он ведь должен быть где-то здесь, да?

– По закону вероятности.

Финбар исчез в магазине, а Валькирия посмотрела на Скалдаггери.

– Что в чемоданчике? – спросила она.

– Ещё один револьвер, несколько пуль, разные мелочи, шипастая бомба, старая книга, которую я так и не прочёл, колода карт…

– Шипастая бомба?

– Ну да. А что?

– Что такое шипастая бомба?

– Это бомба с шипом.

– Вы отдали бомбу этому парню? Это безопасно?

– Это же бомба, Валькирия. Конечно, это небезопасно. Однако чемоданчик совершенно безопасен. Если даже он использовал его в качестве кофейного столика, подставки для ног или на протяжении нескольких лет сбрасывал его с лестницы, содержимое не могло пострадать. Если, конечно, он его найдёт.

Вскоре Финбар снова появился в дверях.

– Почти нашёл, чувак, я это знаю. В передней части магазина его нет, значит, он где-то в задней, верно? Пойду посмотрю там. Хотите зайти?

– Нам и здесь хорошо, – вежливо ответила Валькирия.

– Ладно, классно. Уверены? Череп? Шэрон у меня, чувак. Почему бы тебе не поздороваться?

– Потому что я её не знаю, Финбар.

– Ну да, точно. – И Финбар снова скрылся.

Валькирия проверила часы на телефоне. Если бы она сейчас находилась дома и жила нормальной жизнью, то, наверное, размышляла бы, что надеть на семейную встречу. На это не потребовалось бы много времени. В шкафу у неё было всего одно платье, которое она носила очень редко и неохотно. Вероятно, Токсичные Близнецы уже начали готовиться – наносили восемьдесят четыре слоя косметики и придумывали, какой оттенок губной помады делает их ещё уродливее. Валькирия была рада, что вместо неё могла пойти её копия.

– Проклятие! – внезапно произнесла она.

– Что такое?

– Копия. Она по-прежнему в багажнике «Бентли».

Скалдаггери склонил голову.

– Кажется, мы про неё забыли.

Валькирия закрыла глаза.

– Если я не пойду на семейную встречу, мама придёт в бешенство.

– Но у этого есть и хорошая сторона. Если мир перестанет существовать, всё это не будет иметь значения.

Валькирия ничего не ответила, и Скалдаггери кивнул.

– Наверное, это плохое утешение, – признал он.

Наконец Финбар вернулся, держа в руках чёрный чемоданчик.

– Нашёл, чувак. Я его не видел, потому что он был на полу, а на нём кто-то спал. Вместо подушки. Но с ним всё хорошо. Держи.

Скалдаггери взял чемоданчик.

– Большое спасибо, Финбар.

– Никаких проблем, чувак. Эй, а этот экстренный случай… он серьёзный?

– Да.

– Тебе нужна помощь? Знаешь, я давненько не участвовал в сражениях и даже не выходил за дверь, но я могу помочь.

– Наверняка. Но мы сами справимся.

– Ладно. Хорошо. Возможно, это и к лучшему. Не знаю, в чём могу пригодиться, понимаешь? Не уверен, была ли от меня вообще какая-то польза, но… Так о чём мы говорили?

– Мы поздравляли тебя со скорой женитьбой на Шэрон.

– Спасибо, Череп!

– Уверен, вы будете очень счастливы вместе.

– Да, я тоже. Конечно, мы знакомы всего три дня, но иногда тебе просто… надо на ком-то жениться. – Финбар замолчал, и на его лице появилось удивлённое выражение. – Я так думаю.

– Что ж, – сказал Скалдаггери, – спасибо, что сохранил его для меня. Береги себя.

– Точно. Эй, а кто это с тобой?

Скалдаггери наклонил голову.

– Это Валькирия. Она уже представилась.

– Нет, чувак, не она. Парень в чёрном.

Валькирия замерла и с трудом подавила желание повернуться.

– Где он? – спросил Скалдаггери.

– На другой стороне улицы, изо всех сил старается не попадаться на глаза, но ты же меня знаешь, Череп. У меня глаза, как у птицы. Как его? Как у ястреба.

– И он следит за нами?

– Да. Погоди, нет. Он следит не за тобой. Он следит за ней.

– Как он выглядит? – спросила Валькирия.

– Чёрные волосы, довольно бледный. Уродливый шрам на лице. Похож на вампира.

– Тебе надо вернуться в магазин, – сказал Скалдаггери. – Запри двери.

– Понял, дружище. Буду держать распятие под рукой.

– Вампиры не боятся распятий, Финбар.

– Я не собираюсь им размахивать, я собираюсь им бить. Оно очень тяжёлое. Думаю, мне удастся причинить вред его голове. – Финбар шагнул внутрь и закрыл дверь.

Скалдаггери и Валькирия вернулись через Темпл-Бар к «Бентли».

– Сумрак всё ещё идёт за нами? – тихо спросила Валькирия.

– Думаю, да, – ответил детектив. – Это тот самый шанс, которого мы так долго ждали. У него на тебя зуб. Вообще-то нам очень повезло.

– Ну да, – сухо согласилась Валькирия. – Повезло, что вампир хочет меня убить. Мы заманим его в ловушку?

– Да, но не здесь. Он всё равно не приблизится. Он должен быть уверен, что ты одна.

Валькирия прищурилась.

– Это подозрительно похоже на предложение стать приманкой…

– Тебе нужно пойти на семейную встречу.

– Нет, нет, нет!

– Ты не можешь быть рядом со мной, с Танит или с любым другим магом. Сумрак не станет рисковать. Он нанесёт удар, когда поймёт, что ты одна. Тогда он сможет спокойно тебя убить.

– Вы меня не очень-то приободрили.

– Ты пойдёшь на встречу.

Валькирия сникла.

– Мы с Танит будем ждать поблизости. Как только Сумрак попытается напасть, мы тут же вмешаемся.

– Но моя семья… Мои тёти, дяди, кузины и троюродные родственники…

– Мы их защитим.

– Что? Нет, я хотела сказать, что моя семья ужасно надоедливая. Когда они напиваются, то начинают танцевать, а это просто… ужасно.

– Ты прекрасно проведёшь время.

– Я вас ненавижу.

– Знаю.

Глава 30

Схватка

Джек-Прыгун стоял на крыше госпиталя Клируотер и смотрел на существо, восхищаясь его красотой, свирепостью и абсолютной силой, которую он ощущал даже на расстоянии.

– Интересное создание, правда?

Восхищение исчезло с лица Джека, он повернулся и увидел идущего к нему Сангвина.

– Ты мне солгал.

Сангвин кивнул.

– Верно. Как ты нас нашёл?

– Ты сам сказал, где остановишься, забыл?

– Правда? Ну и болтун же я… Значит, ты уже видел существо. Что думаешь?

– Всё это имеет отношение к Безликим, – ответил Джек и ударил Сангвина. Техасец отшатнулся, но Джек не дал ему подняться и пинком сбросил с крыши здания. После этого он подпрыгнул, перевернулся в воздухе и приземлился рядом с Сангвином.

– Ох, – произнёс Сангвин, лёжа на спине. Его тёмные очки слетели, и Джек увидел дыры на месте глаз.

– Я не люблю, когда меня используют, – произнёс Джек.

– Если бы я извинился, ты бы всё равно сбросил меня с крыши?

– Возможно.

– Я так и подумал.

Сангвин взмахнул ногой, и его ботинок врезался в колено Джека. После этого он перекатился, кинулся вперёд, прижал Джека к стене и принялся осыпать его ударами. С головы Джека слетел цилиндр.

Сангвин нанёс очередной удар, и Джек пригнулся. Кулак Сангвина ударился о стену, и он взвыл. Джек оттолкнул его, освободив пространство для манёвра, подскочил, лягнул Сангвина, и тот растянулся на земле.

– Ты не сможешь меня победить, янки, – прорычал Джек.

– Янки с севера, – пробормотал Сангвин, вставая. – А я паренёк с юга. – Он снова бросился в драку, но Джек ушёл от удара, сделав боковое сальто. Сангвин зарычал от раздражения. Джек залепил ему оплеуху, ударил ногой в голову, и Сангвин в очередной раз растянулся на земле.

Джек смотрел на него сверху вниз.

– Где он? Где Мститель?

– Сейчас его здесь нет, – ответил Сангвин, не пытаясь встать.

– Кроме вас, больше никого нет? Только ты, он и эта тварь?

– Ещё у нас есть вампиры. Знаешь Сумрака?

– Встречал его как-то в Лондоне. Он не знал, что крыши – моя территория. Мы немножко поцапались.

Сангвин сел и застонал.

– Я бы хотел посмотреть, как вы убьёте друг друга, но его тоже здесь нет. Он отправился в Хаггард отомстить одной девчонке.

– Ты использовал меня, Сангвин.

Сангвин медленно протянул руку, надел очки и встал.

– Значит, ты проделал весь этот путь в Ирландию, чтобы отчитать меня?

– Я проделал этот путь, чтобы выяснить, что вы задумали.

– И что потом?

– Если мне это не понравится, я тебя остановлю.

Сангвин надел очки и рассмеялся.

– Это существо… Вот что мы задумали. Хочешь его остановить? Давай, вперёд, мой уродливый приятель. – Земля под ногами Сангвина начала осыпаться. – Возвращайся в Лондон, Джек. Ты не сможешь нас остановить. Мы слишком сильны, приятель. Как ты можешь нам помешать?

Сангвин ухмыльнулся, погрузился под землю и исчез.

Глава 31

Семейная встреча Эджли

Убедившись, что родители ушли на встречу и дом опустел, Валькирия вышла на улицу и замахала рукой. К дому подъехал «Бентли», и они вместе со Скалдаггери вытащили тело отражения из багажника и занесли его в дом, в комнату Валькирии.

Там они поставили отражение перед зеркалом и осторожно отступили. Копия Валькирии проникла через стекло. Теперь она лежала на полу отражённой комнаты. Через несколько мгновений она пошевелилась и встала. Когда копия повернулась к ним, её лицо, как и всегда, было безмятежным и пустым. Валькирия подавила бессмысленное чувство вины за то, что им пришлось сделать с отражением. Ей даже показалось, что копия смотрит на неё немного укоризненно. Валькирия протянула руку, дотронулась до зеркала, и воспоминания отражения нахлынули на неё.

Она прижала руку к груди и отступила назад.

– О боже!

Скалдаггери подхватил её.

– Всё хорошо?

– Я теперь знаю, что чувствуешь, когда в тебя стреляют.

– Было весело?

– Нет, как ни странно.

Валькирия выпрямилась. Отражение в зеркале выглядело, как обычно.

– Всё хорошо. Со мной всё нормально.

– Тогда я тебя оставлю. Боюсь, тебе придётся идти в гольф-клуб пешком. Но не переживай, мы будем за тобой следить.

– Что если я пойду на встречу, а Сумрак не попадётся в ловушку? Тогда мы зря потратим время.

– Это наш единственный шанс, Валькирия. Ты наденешь платье?

– Уверены, что я не могу пойти в этом?

– Он и без того будет очень осторожен. Ты должна вести себя так, как будто ни о чём не подозреваешь.

– Отлично, – прорычала Валькирия. – Значит, платье.

– Уверен, ты будешь выглядеть просто очаровательно, – заметил Скалдаггери, выходя из комнаты.

– Если кто-нибудь начнёт петь мне дифирамбы, то за этот мир я больше не отвечаю, ясно? – крикнула Валькирия ему вслед.

– Вполне справедливо, – отозвался детектив с лестницы.

Валькирия прищурилась. Воспоминания отражения слились с её собственными, заняли своё место, как и всегда, но теперь там появилось что-то новое. Какое-то чувство. Она покачала головой. Отражение было не способно чувствовать. Это было всего лишь вместилище для хранения событий, которые в него загружали. У него не могло быть ни чувств, ни эмоций. Валькирия даже не была уверена, что это была эмоция. Она крутилась у неё в голове, оставаясь совершенно недосягаемой. Стоило ей сосредоточиться, как всё рассеивалось.

Нет, это была не эмоция, но это было что-то новое. То, что она не могла обозначить словами. Чёрное пятно в памяти. Отражение что-то скрыло от неё.

Кажется, это плохой признак, подумала Валькирия.

Гостей оказалось больше, чем она ожидала. Они заняли почти весь банкетный зал – болтали, смеялись, пожимали друг другу руки и обнимались. Тёти, дяди, кузены и кузины разной степени родства создавали настоящую какофонию звуков, которая стеной накрыла Валькирию, стоило ей распахнуть дверь.

Она не знала почти никого из этих людей, никогда не видела их прежде и никогда больше не увидит. Но она об этом не сожалела. Валькирия сомневалась, что пропустит что-нибудь интересное.

Она была вынуждена признать, что её платье выглядело неплохо. Чёрное и очень красивое. Но Валькирии всё равно было в нём неуютно. Если Сумрак всё же поведётся на приманку и решит напасть, она пожалеет, что не надела брюки и ботинки.

– Стефани?

Валькирия повернулась. Мужчине было лет за сорок. Он довольно неудачно пытался скрыть лысину.

– Ты ведь Стефани, да? Дочь Десмонда?

Валькирия заставила себя улыбнуться.

– Да, – ответила она. – Это я.

– Замечательно! – воскликнул мужчина и заключил её в объятия, которые длились две неловкие секунды. Потом он отпустил её и шагнул в сторону. От резкого движения его зачёсанные волосы съехали набок. Но Валькирия решила, что будет вежливее промолчать.

– В последний раз, когда я тебя видел, ты была не выше кузнечика. Тебе, наверное, было года четыре. Ты была просто крошечной! А теперь посмотрите-ка! Да ты красавица! Не могу поверить, как ты выросла.

– Да, такое случается за девять лет.

– Уверен, ты меня не помнишь, – продолжал мужчина, грозя ей пальцем.

– Вы правы, – ответила Валькирия.

– Попробуй догадаться.

– Понятия не имею.

– Ну же, напряги память, постарайся вспомнить!

– Не знаю, – медленно ответила Валькирия, тщательно выговаривая слова на случай, если он её не понял.

– Я тебе подскажу, – продолжал мужчина, не обращая на неё внимания. – Твой дедушка и мой отец были братьями.

– Вы кузен моего папы.

– Да! – весело воскликнул он. – Теперь вспомнила?

Валькирия посмотрела на него и подумала, как это странно, что он, как и почти все остальные собравшиеся, был прямым потомком магической расы Древних и в то же время выглядел так, словно вряд ли сумеет самостоятельно перейти улицу.

– Мне надо идти. – Валькирия махнула рукой влево. Мужчина повернулся, и она обошла его справа.

Валькирия проверила время в телефоне, надеясь, что стая вампиров нападёт на неё как можно раньше. Ей предстояло жестокое и необычное испытание, и если это окажется её последняя ночь, то это будет ужасно несправедливо. Валькирия кивала людям, которых едва узнавала, и торопилась уйти, прежде чем они успевали сообщить ей, какой маленькой она когда-то была.

И тут путь ей преградили Токсичные Близнецы. Крашеные светлые волосы Кристал были такими прямыми, как будто их разгладили утюгом, а волосы Кэрол свисали кольцами, похожими на червяков, пытающихся выбраться на свободу.

– Так и думала, что ты придёшь, – с отвращением произнесла Кристал.

– Догадалась по названию «семейная встреча»?

– Рада видеть, что ты не стала особенно заморачиваться с нарядом, – заметила Кэрол, и сёстры захихикали.

– Зачем ты вообще пришла? – спросила Кристал. – У нас нет других богатых дядюшек, к которым ты могла бы подлизываться, пока они не помрут.

– Приятно слышать, что вы наконец-то смогли об этом забыть.

Близнецы подошли поближе, стараясь смотреть на Валькирию сверху вниз. Это было нелегко, потому что они были на четыре сантиметра ниже.

– Ты лишила нас законного наследства, – сказала Кэрол, и её губы уродливо искривились. – Дом, который оставил тебе Гордон, должен был стать нашим. Твои родители уже получили виллу во Франции, и мы должны были получить дом.

– Это было бы справедливо, – прорычала Кристал. – Но он оставил его тебе. Ты получила всё. Думаешь, мы это забудем?

– Посмотри на себя, – продолжала Кэрол, щёлкнув Валькирию по плечу. – Ты всего лишь ребёнок. Зачем тебе дом? Нам шестнадцать, и знаешь, что мы могли бы сделать, если бы дом стал нашим? Какие вечеринки мы могли бы там устраивать? Знаешь, как это было бы круто?

– Ты вообще знаешь, сколько стоит этот дом? Мы могли бы продать его и разбогатеть!

– Но нам так и не удалось его получить! Вместо этого он достался тебе, потому что ты подлизывалась и притворялась милой маленькой племянницей, а теперь считаешь себя невероятно классной.

– Но ты вовсе не классная, ты всего лишь глупый ребёнок. Ты ничего не знаешь, тебя никто не любит, и ты совсем не красивая!

Валькирия посмотрела на близнецов.

– Знаете, – сказала она, – я пытаюсь вспомнить, задевали ли меня когда-нибудь ваши злобные замечания. Пытаюсь вспомнить, срабатывали ли ваши неудачные попытки надо мной поиздеваться, и знаете что? Ничего не приходит на ум.

Кэрол попыталась презрительно рассмеяться.

– А знаете, почему? Потому что мне совершенно наплевать. Я не испытываю к вам никаких чувств, ни хороших, ни плохих. Для меня вы просто… не существуете. Понимаете?

Близнецы продолжали злобно смотреть на неё, и Валькирия мило улыбнулась.

– Желаю приятно провести вечер. – И с этими словами она их оставила.

Валькирия двинулась дальше, обходя столы и стараясь избегать толпы. Она заметила маму и сумела благополучно добраться до неё, избежав чьих-либо объятий.

– Стеф! – Мама счастливо улыбнулась. – Ты пришла! Наконец-то! Как прошлая ночь?

– Хорошо, – солгала Валькирия. – Мы с Ханной просто болтали. Сплетничали про мальчишек и всё такое. – Валькирия замялась, внезапно сообразив, что понятия не имеет, о чём говорят девочки её возраста.

– И ты надела платье, – заметила мама. – Выглядит просто чудесно.

– Если начнутся беспорядки, чудесное платье меня не спасёт.

Мама посмотрела на неё.

– Иногда ты такая странная. Когда ты пришла?

– Несколько минут назад. Где папа?

– Где-то здесь. Ты ведь знаешь Эджли. Стоит появиться возможности поговорить о себе, и они хватаются за неё обеими руками. Веселишься?

Валькирия пожала плечами.

– Всё нормально. Я мало кого тут знаю. А ты? Тебе весело?

Мама засмеялась и наклонилась поближе.

– Вытащи меня отсюда, – сказала она с ослепительной улыбкой.

Валькирия моргнула.

– Прости?

Мама закивала, как будто соглашаясь.

– Я больше не выдержу здесь ни одной минуты. Я вот-вот взорвусь.

– Хочешь уйти?

Мама махнула кому-то рукой и с той же ослепительной улыбкой посмотрела на Валькирию.

– Больше всего на свете. Видишь вон ту женщину?

– У которой голова странной формы?

– Она будет говорить о своих собаках. Всю ночь. У неё их три. И все маленькие. Почему все так любят маленьких собак? Что не так с большими? Мне нравятся большие собаки.

– Мы собираемся завести собаку?

– Что? Нет. Я хочу сказать, что мы должны найти повод уйти пораньше.

Когда снаружи ждут Сумрак и его заражённые слуги? Ни за что на свете.

– Мы пришли ради папы, – сказала Валькирия. – Нам надо остаться и поддержать его. Он бы остался на твоей семейной встрече.

– Наверное…

– Всего один вечер, мам. После сегодняшнего вечера ты их больше никогда не увидишь.

– Я думала, ты первой побежишь к двери.

Валькирия пожала плечами.

– Не знаю. Иногда мне кажется, что я провожу с вами мало времени.

Мама посмотрела на неё, и её голос смягчился.

– Ты просто растёшь. Да, было бы здорово, если бы мы проводили время вместе, как раньше, но тебе нужно побыть одной. Я это понимаю, милая. Правда.

– Ты скучаешь по тому, что было раньше?

– Я бы солгала, если бы сказала «нет». Но я радуюсь тому, что есть. Ты много времени проводишь в своей комнате, и это нормально. Иногда ты как будто где-то далеко, и это тоже нормально.

Валькирия не могла смотреть матери в глаза.

– Я не хотела быть такой, – наконец сказала она.

Мама обняла её за плечи.

– Знаю. И ты не всегда такая. Например, сейчас кажется, будто ничего не изменилось. Ты всё та же самая Стеф.

– Но в другое время… Я уже не такая, да?

– Может быть, но я всё равно тебя люблю. Мы с твоим отцом рады, что ты в безопасности. Другие дети твоего возраста постоянно попадают в беду, с ними постоянно что-то случается, они занимаются не пойми чем. По крайней мере мы знаем, где ты.

– У себя в комнате. – Валькирия попыталась улыбнуться.

Она подумала об отражении, которое сидит на диване, пока папа пытается рассмешить её плохим анекдотом. Или стоит на кухне, пока мама рассказывает, как прошёл её день. От этой мысли Валькирия почувствовала себя отвратительно и замолчала.

В конце концов сегодня ей надо было беспокоиться о других вещах.

Глава 32

Осколки теней

Чайна быстро шагала по подземной парковке в сопровождении телохранителей. Там было тихо и просторно, и от их шагов разлеталось громкое эхо.

Один из телохранителей, мужчина по имени Сев, внезапно остановился и обернулся. Его глаза сузились.

– Что-то не так. – Его миниатюрная напарница Зефир вытащила из-под жакета пистолет.

– Мисс Печаль, – тихо сказала она, – пожалуйста, встаньте за мной.

Чайна повиновалась. Телохранители направляли пистолеты на пустую часть парковки. Чайна не видела там ничего, что могло бы представлять угрозу, но именно поэтому она их наняла. Они были хорошими телохранителями. Лучшими.

Внезапно на свет шагнул барон Мститель. Доспехи, казалось, уже стали частью него. Вокруг швов вились тени, как будто привыкая к новому хозяину. Мститель не надел шлем, и на его лице застыла холодная улыбка. На поясе висела сабля.

Сев и Зефир двигались синхронно. Годы сражений бок о бок отточили их мастерство, и, когда они действовали вместе, никто не мог тягаться с ними.

До сегодняшнего вечера.

Зефир собиралась выстрелить, но в воздух поднялась тень. Она ударила её в грудь, и женщина отлетела назад. Сев выстрелил. Но в тот же момент тьма разрезала его пополам. Ещё мгновение он стоял на ногах, а потом начал оседать. Он умер прежде, чем рухнул на землю.

Мститель посмотрел на Чайну.

– Я обещал, что вернусь. Прежде чем мне придётся сделать тебе больно, скажи, ты не изменила своего решения?

Чайна распрямила плечи, её голос стал звонким, и внезапно она снова стала самоуверенной, как и всегда.

– Имеешь в виду, решила ли я вновь присоединиться к пастве? – спросила она. – Боюсь, что нет. На то у меня есть много сложных и разнообразных причин, которые, однако, можно свести к одной простой. Я поняла, что вы все безумны и ужасно надоедливы. Особенно ты.

– Ты очень храбрая женщина, раз осмелилась насмехаться надо мной.

– Я не насмехаюсь, дорогой. Мне действительно наскучил этот разговор.

По команде Мстителя тени приблизились к ней, но Чайна увернулась, и они пролетели мимо, врезавшись в машину у неё за спиной.

Чайна звонко рассмеялась.

– Если тебе нужен мой совет, прекрати. Сними эти нелепые доспехи, избавься от Гротеска и возвращайся в свою милую уютную камеру.

– Ты меня разочаровала, Чайна. Безликие скоро вернутся, и ты могла бы быть на их стороне.

Зефир протянула руку, призывая пистолет, и, как только он лёг ей в ладонь, она выстрелила, целясь Мстителю в голову. Тени тут же превратились в облако, скрывшее лицо барона, поглотили пули и извергли их обратно. Когда пули закончились, тени растаяли.

– Прошу, скажи, что у тебя есть что-то поинтереснее, – попросил барон.

Зефир вскочила, щёлкнула пальцами, и из её ладони вылетел огненный шар, но волна тьмы взметнулась и поглотила его. Мститель взмахнул рукой, и оглушённая Зефир пошатнулась. Она попыталась толкнуть воздух, но тень обвилась вокруг её запястья, сбивая с ног. Зефир врезалась спиной в соседнюю машину. Тень дёрнула её в другую сторону, впечатывая в колонну, и женщина сползла на землю.

Мститель повернулся к Чайне, как будто Зефир была всего лишь надоедливой мухой, которую ему пришлось прихлопнуть.

– Помнишь истории, которые нам рассказывали в детстве? О том, что тёмные боги делали с предателями? Все эти истории станут твоей реальностью, изменщица. Ты будешь моим даром богам. Тебе посчастливится стать первой, кого они поглотят.

Чайна сбросила жакет на землю. Она выдохнула, и на её коже начали проявляться чёрные знаки. Они покрывали её голые руки, плечи и шею, бежали по груди и проникали под одежду. Они появлялись на её лице, извиваясь и превращаясь в символы. Наконец, Чайна, покрывшаяся поразительными татуировками, посмотрела на Мстителя своими голубыми глазам и улыбнулась. Барон Мститель улыбнулся в ответ.

Чайна скрестила руки и постучала по парным символам у себя на плечах. Они засветились, она раскинула руки, и синяя молния выстрелила в Мстителя. Он тут же отразил её щитом из теней. Потом щит вдруг заострился и понёсся к Чайне, словно акулий плавник. Волшебница скрестила пальцы и выставила руки вперёд. Символы на её ладонях смешались и превратились в луч ослепительного света, который разрезал плавник на кусочки и разметал тени в стороны.

Мститель протянул руку, и тени из кончиков его пальцев обвились вокруг машины. Он шагнул в сторону, выбросил вперёд руки, и машина поднялась в воздух. Чайна бросилась в сторону. Машина пролетела в нескольких сантиметрах от неё.

Чайна продолжала наступать, нанося удары символами, но барон отбил их все до одного. Дважды тонкая плеть из тени сбивал её с ног, и всякий раз, когда Чайна падала, барон смеялся. Подойдя поближе, Мститель выпустил из ладони твердый сгусток тьмы, угодивший Чайне в челюсть. Он ухмыльнулся. Барон принялся атаковать Чайну тенями, и она снова пошатнулась. Доспехи двигались и менялись в зависимости от намерений Мстителя.

У Чайны растрепались волосы. Её макияж размазался и смешался с кровью и грязью, одежда порвалась и испачкалась. Мститель схватил её и швырнул лицом о колонну. Она закружилась на месте и рухнула на землю.

Барон подошёл поближе, опустился на корточки и ткнул Чайну пальцем. Её глаза приоткрылись, и она увидела, как за спиной барона поднималась Зефир. Судя по тому, как она держалась за бок, у телохранительницы были сломаны рёбра. Но она по-прежнему не сдавалась. Чайна восхитилась её безрассудной решимостью.

Зефир бросилась на Мстителя, но тени, тянувшиеся от его доспехов, тут же превратились в острые иглы, и, когда она подпрыгнула высоко в воздух, они пронзили её тело со всех сторон.

Зефир повисла в воздухе, удерживаемая этими иглами. Чайна видела, как она пытается сделать вдох, но её лёгкие были пробиты и изрезаны. Зефир начала давиться кровью.

– Совсем не трудно, – произнёс барон. – Совершенно ничего сложного.

Тьма задрожала, и тело Зефир разлетелось на куски.

Глава 33

Затишье перед бурей

На танцполе дородный мужчина, позабыв обо всём на свете, крутил свою жену во все стороны, вертел её и отрывался по полной, в то время как на лице женщины застыло выражение ужаса. Наконец-то освободившись, она ударила его по руке и хотела было уйти, но у неё закружилась голова, она зашаталась и столкнулась с другим танцором, что вызвало эффект домино, как в замедленной съёмке, сопровождаемый громким визгом.

По крайней мере это заставило Валькирию улыбнуться.

Приглушёнными голосами, искажёнными шумом в микрофоне, музыканты объявили, что теперь будут играть более медленные мелодии. Их было двое – джентльмены в чёрных брюках и синих блестящих пиджаках. Один из них не очень хорошо играл на саксофоне, а другой, в тёмных очках, столь же скверно пел и бренчал на клавишных. Зато тёмные очки носил умело, как и любой, кто предпочитает надевать их в ночное время. Однако всё это не имело значения для толпы пьяных людей, которые были готовы танцевать под любую знакомую мелодию.

Валькирия заметила дверь, которая вела в пустую комнату. Там, по-видимому, хранились все столы и стулья для банкетов. В комнате было темно, но Валькирия не стала включать свет. Она кинула пальто на свободный стол и вытащила из кармана длинную коробку. Положила её рядом с пальто и открыла. Когда Скалдаггери подвозил Валькирию домой перед сегодняшним мероприятием, она попросила его остановиться у дома Гордона. Сказала, что должна кое-что забрать, а он не стал задавать лишних вопросов. Валькирия была этому рада. Камень Эхо засветился, и из него возник расплывчатый силуэт Эхо-Гордона.

– Мы уже здесь? – взволнованно прошептал он.

– Будь осторожен, – предупредила Валькирия. – Если тебя кто-нибудь увидит…

– Знаю, знаю. – Эхо-Гордон подкрался к двери и выглянул наружу. – Только посмотри на них! Я этих людей лет сто не видел. Половины даже не знаю. – Валькирия встала у него за спиной, и он указал на собравшихся пальцем.

– А вот и твоя мама. Бог мой, какая она красивая! Ты ей об этом скажешь?

– Конечно.

– А вон Фергус. И твой папа. Берил… Что она делает? У неё такое напряжённое лицо. У неё удар?

– Думаю, она улыбается.

Гордон печально покачал головой.

– Ей это совсем не идёт. Боже мой, откуда эта музыка? – Он слегка отодвинулся в сторону, чтобы разглядеть сцену и двух идиотов в синем. – Это же… просто ужасно. И люди действительно танцуют? Кошмар. Я бы не хотел здесь оказаться. – Он помолчал, задумался и улыбнулся.

Валькирия выглянула в окно, но там было слишком темно.

– Боишься? – чуть мягче спросил Эхо-Гордон.

Валькирия пожала плечами.

– Не люблю быть приманкой для вампира.

– Невероятная новость, – с улыбкой ответил он. – Если ты вдруг передумаешь, Скалдаггери поймёт. Бояться не стыдно. – Валькирия кивнула, но ничего не ответила.

– Я его знаю, – продолжал Эхо-Гордон. – Он не хочет, чтобы с тобой что-нибудь случилось, и я тоже этого не хочу. Стефани, Валькирия или как там тебя зовут, ты по-прежнему моя маленькая племянница, а я твой мудрый дядюшка.

Валькирия улыбнулась.

– Мудрый?

Гордон сделал вид, что обиделся.

– Сказала девочка, которая играет роль приманки для вампиров.

– Согласна.

Валькирия услышала за дверью какой-то шум и поняла, что кто-то хочет войти в комнату. Эхо-Гордон запаниковал, огляделся в поисках укрытия и шмыгнул за дверь.

В комнату ворвались Кэрол и Кристал, широко распахнув дверь. Она ударилась о стену и прошла прямо сквозь Эхо-Гордона. В результате он стоял у всех на виду, закрыв глаза. Если Кэрол и Кристал оглянутся, то увидят прямо у себя за спиной своего умершего дядюшку.

– А, – сказала Кэрол, глядя на Валькирию, – это ты.

– Да, это я, – сухо ответила Валькирия.

– Со всеми своими друзьями, да? – спросила Кристал, и близнецы засмеялись.

У них за спиной Эхо-Гордон приоткрыл один глаз, понял, что дверь больше его не скрывает, и снова запаниковал.

– Просто захотела ото всех отдохнуть, – ответила Валькирия. – Что вы здесь делаете?

Эхо-Гордон опустился на четвереньки и заполз под стол, просочившись сквозь длинную скатерть и даже не потревожив её.

Кэрол посмотрела на Валькирию, прикрыв один глаза, что вероятно, должно было изображать презрение.

– Мы ищем, где бы покурить, – сказала она, доставая сигарету из аляповатой сумочки.

– Ты куришь? – спросила Кристал.

– Нет, – ответила Валькирия. – Мне это кажется бессмысленным.

– Кто бы сомневался, – пробормотала Кэрол, а Кристал притворилась, будто с трудом сдерживает смех. – Тогда мы найдём другое место. И не вздумай нас выдать, ясно? Держи рот на замке.

– Поняла.

Близнецы торжествующе переглянулись и, не говоря ни слова, вышли из комнаты.

Эхо-Гордон поднялся и вышел из-за стола.

– А, близнецы! Никогда не забуду тот день, когда они родились. – Улыбка исчезла с его лица, и он добавил: – Как бы я ни пытался… – Потом Гордон заметил, что Валькирия снова смотрит в окно.

– Знаешь, страх – это хорошо, – ласково сказал он.

– Не вижу в нём ничего хорошего.

– Но благодаря ему ты жива. Храбрость – это не отсутствие страха. Это его признание и покорение.

Валькирия улыбнулась.

– Кажется, я читала об этом на пачке хлопьев.

Эхо-Гордон кивнул.

– Вот-вот. Именно оттуда я черпаю всю свою мудрость.

Валькирия отошла от окна и посмотрела на своих родственников, которые продолжали смеяться, болтать, пить и танцевать.

– Мне страшно, – сказала она. – Я боюсь, что мне будет больно, и я боюсь умереть. Но больше всего я боюсь подвести родителей. Другие подростки часто стесняются своих родителей. И может быть, мама постоянно переживает или отец считает себя очень остроумным, хотя это не так. Но я люблю своих родителей, потому что они хорошие люди. Если у нас не получится, если мы не остановим Мстителя и Гротеска, тогда мои родители… – внезапно голос Валькирии дрогнул, – умрут.

Призрак дяди посмотрел на неё и ничего не сказал.

– Я не могу этого допустить, – добавила Валькирия.

Эхо-Гордон всё понимал по её глазам, и говорить тут было нечего. Он просто кивнул и пробормотал:

– Ладно.

Он перевёл взгляд на веселящихся родственников, а потом на его лице снова появилась широкая улыбка, и он кивнул.

– Боюсь, мне пора возвращаться. У тебя ведь много дел, да?

– Да. – Валькирия взяла камень и положила его в коробку.

– Спасибо, – сказал Эхо-Гордон. – Было приятно снова увидеть семью. Напомнить себе, насколько я по ним не скучаю. – Валькирия засмеялась и закрыла крышку.

– Будь осторожна, – добавил дядя и исчез.

Валькирия вернулась в банкетный зал. Она нашла взглядом отца, тот разговаривал с Фергусом и ещё одним мужчиной. Мама сидела за столом и делала вид, что спит. Берил стояла в одиночестве и оглядывалась по сторонам, как испуганная цапля. Потом она заметила гостя, с которым ещё не успела посплетничать, и с пугающим азартом набросилась на него. Из другой комнаты появились Кэрол и Кристал. Лицо у Кэрол было зеленоватым, а у Кристал – красным, и она никак не могла откашляться.

Валькирия сквозь стеклянные двери вышла на маленький балкон, и ей в лицо намахнул свежий ветерок. Она посмотрела на тёмную площадку для гольфа. За ней виднелись дюны, пляж и море. Уперев руки в перила, Валькирия глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

На тёмной площадке что-то промелькнуло. Валькирия моргнула. На мгновение ей показалось, что это силуэт пригнувшегося человека, но через несколько секунд она уже ничего не видела. В любую другую ночь она бы решила, что ей просто показалось. Но сейчас была не просто какая-то ночь.

Скоро появится вампир.

Глава 34

Незаконченное дело

Танит сидела в «Бентли» и старалась успокоиться. Её тело не привыкло находиться без движения. А вот сидевший рядом Скалдаггери, напротив, представлял собой образец неподвижности и вечного терпения. Танит пыталась расслабиться, но то и дело из-за всплеска адреналина её правая нога непроизвольно дёргалась. Ей было очень неловко.

Машина стояла на невысоком обрыве, откуда открывался вид на лужайку для гольфа. Они видели здание гольф-клуба, но находились на достаточном расстоянии, чтобы Сумрак не мог увидеть машину. Как только они заметят что-нибудь подозрительное, «Бентли» рванёт по узкой дороге, и они сумеют перехватить вампира прежде, чем он приблизится к месту семейной встречи. Это был хороший план.

В небе ярко светила полная луна. Танит посмотрела на часы. Через три часа наступит лунное затмение. У них было полно времени, чтобы забрать то, что нужно, и сделать то, что запланировано. Она очень на это надеялась.

Вдруг машина резко дёрнулась. Что-то врезалось в «Бентли». Танит схватила меч и выпрыгнула наружу. Скалдаггери выбрался с другой стороны, держа в руке револьвер. В серебристом лунном свете стоял старик и смотрел на них. Танит никогда раньше его не видела. Он не был похож на Заражённых. Она немного успокоилась.

– Ты мне солгал, – сказал старик.

– Ты хотел увидеть, как умрёт девочка, – ответил детектив. – Ты это увидел. – Он не стал убирать револьвер.

Теперь Танит поняла, кто перед ней. Она крепче сжала меч.

В глазах Мучителя сверкала ярость.

– Это был обман. Я знал, что что-то не так, но я столько времени провёл в подвале, что ничего не заметил. Это ведь было отражение, да? Ты что-то сделал с отражением, усовершенствовал его, чтобы оно одурачило меня. Ты меня обманул.

– У нас нет на это времени. Нам предстоит много дел.

– Да, – с улыбкой ответил Мучитель, – это верно.

Он широко разинул рот, и из него хлынула чёрная струя, ударив прямо в Скалдаггери. Танит попыталась увернуться, но Мучитель повернулся к ней, и тёмная струя сбила с ног и её. Она перевернулась, крепко зажмурив глаза и закрыв рот. Вещество с мерзким звуком выплеснулось на землю прямо рядом с ней. Оно было иссиня-чёрным, плотным и дурно пахло, а когда Танит смахнула его с себя, оно снова потекло к ней широкими разводами.

Открыв глаза, она увидела, как Мучитель отёр рот и ухмыльнулся. Танит оттолкнула от себя очередное жидкое щупальце, и оно тут же слилось с остальной чёрной массой. А потом вся эта масса зашевелилась. Она смещалась, бурлила, и неожиданно у неё отросли ноги.

Много ног…

– Проклятие, – пробормотала Танит, когда темнота рассыпалась тысячью клацавших когтями пауков.

Скалдаггери щёлкнул пальцами и швырнул два огненных шара в движущуюся темноту, быстро покрывавшую землю у них под ногами.

Танит выхватила меч и принялась рубить пауков. Клинок рассекал их твёрдые тела, и на её рубашку летели брызги тёмно-зелёной крови. Танит почувствовала что-то на ноге и смахнула паука, и в этот же момент другой прыгнул ей на плечо. Она с силой ударила его рукояткой меча, сделала шаг назад, раздавила паука и поскользнулась. Земля ушла у неё из-под ног, она начала падать, потом ударилась о что-то твёрдое, перекувырнулась и полетела вниз с обрыва.

Скатившись по высокой траве, Танит упала на ровную землю и поняла, что лежит на лужайке. Несколько пауков упали вместе с ней и бросились в атаку. Танит перевернулась на спину, взмахнула рукой, и на клинке сверкнул лунный свет. Паук завизжал. Танит довольно хмыкнула.

Она посмотрела на обрыв, где был припаркован «Бентли», и увидела, как с края скалы хлынула волна темнее самой чёрной ночи и покатилась прямо на Танит. Только и было слышно, как сотни паучьих лапок клацают по камням.

– У меня кое-что есть, – раздался у неё за правым плечом голос Скалдаггери. Танит даже не заметила, как он спустился вниз.

Он шагнул вперёд и поднял руки, как будто приветствуя толпу восьминогих убийц. Танит увидела, как его пальцы слегка согнулись, словно удерживая какой-то невидимый предмет, а потом детектив медленно провёл руками вправо. Высокая трава затрепетала на внезапно налетевшем ветру.

Скалдаггери взялся за дело: сжав пальцы, он стал описывать в воздухе широкие круги. И пауки тотчас подлетели вверх и завертелись в вихре, в который их всасывало одного за другим.

С помощью меча Танит покончила с пауками, не попавшими в водоворот, и отступила в сторону, восхищаясь самообладанием Скалдаггери. Его руки двигались всё быстрее и быстрее, он рисовал теперь совсем маленькие круги, и вихрь сужался, превращаясь в сбившуюся массу чёрных тел. А потом детектив взмахнул руками, водоворот свернулся, и тёплая ночь наполнилась ужасающим треском. В воздух фонтаном хлынула густая зелёная кровь.

Скалдаггери опустил руки, и на лужайку упали искалеченные тела пауков.

– Нам надо найти Валькирию, – сказал он и повернулся к гольф-клубу. Танит хотела последовать за ним, но замерла на месте.

Между ними и зданием гольф-клуба стоял Мучитель. Чёрная жидкость затопила его глаза и катилась по щекам, словно слёзы. Она стекала из его ноздрей, ушей и изо рта, разливалась по коже, волосам и бороде, покрывая одежду и распространяясь всё дальше и дальше. Его руки дёрнулись, пальцы превратились в когти, башмаки треснули, ноги стали длиннее, и всё его тело полностью почернело. Он выгнул спину, поднял руки, и из туловища выскочили две гигантских паучьих ноги, дёрнулись и коснулись земли. Конечности продолжали расти, тело поднялось над землёй, а на лбу открылся и моргнул третий глаз.

Наконец Мучитель перестал расти. Когти на его восьми лапах щёлкнули, а рот широко открылся, обнажая зубы. Мучитель-паук посмотрел на детектива и Танит сверху вниз и застрекотал.

Глава 35

Атака вампиров

Валькирия наконец покинула семейное сборище. Спустившись вниз, она прошла мимо зала с наградами и Стены славы гольфа и, приближаясь к дверям, заметила, что снаружи кто-то стоит. Двери были стеклянными, с ручками из нержавеющей стали, парковка за ними обычно была освещена, но прямо сейчас там было темно. Наверное, лампы перегорели.

Человек не двигался. Валькирия видела его силуэт, но не могла разглядеть лицо.

Она замедлила шаг, чувствуя, что он за ней наблюдает. Чем ближе она подходила, тем чётче видела незнакомца. Он был не один – ещё несколько человек стояли в тени. Валькирия остановилась и посмотрела на него сквозь стекло.

Мужчина потянулся к ручке и затряс дверь, но та не открылась. В ночное время она открывалась по звонку снаружи. Если кто-то хотел войти в здание, ему надо было сообщить об этом в переговорное устройство и попросить кого-то из работников его впустить. Мужчина прижался лицом к стеклянной двери и уставился на Валькирию. Сумрак. Теперь она отчётливо видела его шрам.

Где-то на первом этаже разбилось окно. Валькирия развернулась и бросилась обратно к лестнице и наверх, перепрыгивая через три ступеньки. В банкетном зале её встретили музыка и шум. Она огляделась в поисках какого-нибудь предмета, чтобы подпереть дверь, но поблизости ничего не было. На двери даже замка не было. Она могла бы забаррикадировать её, но надолго ли этого хватит? И что она скажет гостям? Что скажет родителям? И где, чёрт возьми, Скалдаггери?

Должен был быть какой-то другой способ. Валькирия должна была спасти людей, но сделать это так, чтобы они не поняли, что находятся в опасности. Она приоткрыла дверь.

Свет был выключен, и по лестнице уже поднимались Заражённые. Им была нужна она. Если они решат, что смогут поймать её, то не станут обращать внимания на остальных гостей.

Валькирия выскользнула из зала, убедившись, что дверь за ней закрылась, а Заражённые её заметили, а потом кинулась к лестнице, ведущей наверх. За спиной послышались торопливые шаги, Валькирия добралась до верхнего этажа и быстро оглянулась, чтобы сориентироваться.

В крови пульсировал адреналин. В воздухе что-то промелькнуло, и преследователи оказались рядом с ней. Она упала на пол, развернулась, и правой рукой с силой ударила одного из Заражённых по спине – он перекувырнулся и перелетел через её вытянутую ногу. Другой Заражённый попытался её схватить, но Валькирия оттолкнула его руки и локтем ударила в грудь. Нападавший рухнул на спину. Остальные споткнулись о него и зарычали.

Валькирия побежала по коридору и ворвалась в тёмную комнату, едва не споткнулась о стул. В противоположной от входа стене виднелся выход на террасу, и она помчалась к нему, преследуемая Заражёнными. Валькирия распахнула балконные двери, выбежала наружу и перескочила через перила.

В ушах у неё засвистел ветер.

Внизу у стеклянных дверей столпились Заражённые, ожидая, когда их товарищи выгонят жертву на улицу. Услышав шум, они подняли головы и удивлённо смотрели, как Валькирия летит прямо на них.

Щебёнка внизу стала опасно приближаться, и Валькирия обеими руками попыталась сжать воздух. Она хотела смягчить своё падение, но это был не простой прыжок из окна спальни: высота оказалась намного больше, летела вниз она под неудобным углом, и к тому же Валькирия не учла скорость…

Кое-как приземлившись, она перекатилась на бок и вскрикнула от боли: локти и колени ударились о землю, она оцарапала бедро и содрала до крови кожу. Надо было надеть брюки.

Наконец всё вокруг перестало кружиться и успокоилось, и Валькирия открыла глаза. Заражённые молча смотрели на неё, а прямо к ней прищурившись и злобно скалясь направлялся Сумрак. Валькирия вскочила и бросилась бежать.

У неё ныло всё тело, руки и ноги были в крови, но она не обращала внимания на боль. Она оглянулась и увидела, как толпа Заражённых кинулась за ней.

Валькирия выбежала за ворота клуба и свернула налево, успев потерять одну туфельку и отругав себя за то, что не надела кроссовки. Дорога была узкой и тёмной, с одной её стороны тянулись поля, а с другой – ряды задних дворов. Валькирия добежала до перекрёстка. Впереди она заметила фары, поэтому побежала по другой дороге, уводя Заражённых подальше от случайных прохожих. Валькирия сбежала с дороги, промчалась за зданием пиццерии и магазином видеотехники, но тут же поняла свою ошибку, потому что за следующим углом услышала голоса. В задней части паба оказалась дверь, которой пользовались курильщики.

Валькирия свернула направо, подбежала к стене чьего-то сада и перепрыгнула через неё. Оказавшись по ту сторону, она пригнулась, надеясь, что удалось избавиться от Заражённых. Но тут сверху на неё прыгнул Сумрак. Валькирия вскрикнула и пошатнулась.

– Больше никаких правил, – сказал он. Валькирия посмотрела на него и увидела, что он весь трясётся. Он вытащил из кармана шприц и бросил его на землю. – Никаких правил. Никакой сыворотки. На этот раз ничто не помешает мне разорвать тебя на части. – Он коротко хныкнул от боли.

– Мне жаль, что я вас порезала, – сказала Валькирия, отступая назад.

– Слишком поздно. Можешь бежать, если хочешь. От адреналина кровь становится ещё слаще. – Он улыбнулся, и Валькирия увидела, как из его десён появились клыки.

Сумрак взялся руками за пуговицы рубашки и, как Супермен, разорвал её пополам. Но, в отличие от Супермена, он сорвал вместе с рубашкой и человеческую плоть, обнажив мертвенно-белое тело вампира.

Валькирия метнулась к нему, и его глаза расширились от удивления. Она подхватила с земли шприц и вонзила его Сумраку в ногу.

Вампир взревел, оттолкнул Валькирию, и в этот момент процесс его превращения остановился. Он пытался избавиться от остатков человеческой плоти, но у шеи кожа надорвалась. И теперь он не мог стянуть её так же легко, как прошлой ночью. Теперь это было отвратительно и болезненно.

Валькирия с трудом поднялась на ноги. Заражённые услышали крики вампира и медленно направились к ним.

Глава 36

Безумная схватка с гигантским пауком

Семейная встреча Эджли проходила в главном банкетном зале в передней части здания, в то время как в остальных помещениях гольф-клуба было темно. Вероятно, это не так уж и плохо, подумала Танит, глядя, как Скалдаггери перекувырнулся в воздухе.

Мучитель-паук повернулся к ней, и она едва ушла от удара когтем. Она попробовала убежать, но монстр оказался намного быстрее. Танит вскочила на стену здания и помчалась наверх – в прошлом эта уловка часто спасала её, правда, ей ещё не приходилось иметь дела с гигантским пауком.

Щёлкая когтями и стрекоча, паук погнался за ней. Танит шагнула на крышу, повернулась и стала ждать, когда он появится. И вот сначала над крышей показались паучьи лапы, потом голова и туловище, и Танит бросилась в атаку. Сверкнул меч, ударив по одной из бронированных пластин, защищавших брюхо паука. Он взмахнул лапой и вышиб клинок из рук Танит. Она упала и покатилась по крыше. Хотела было поднять меч, потянулась к нему, но тут на него наступил паучий коготь.

Танит была вынуждена отступить. Мучитель-паук снова застрекотал, а потом затих. Три его глаза, лишённые даже проблеска разума, следили за ней. Она знала, что он может напасть в любую минуту.

– Простите, – как можно вежливее сказала Танит, – кажется, вы наступили на мой меч. – Паук не ответил. Она задумалась, а может ли он говорить? Осталось ли в нём хоть что-то человеческое?

– Не думаю, что это справедливо, – продолжала она. – На Скалдаггери вы сердитесь, потому что он не убил Валькирию, но мы-то с вами никогда не встречались. У вас нет причин нападать на меня. Вы меня даже не знаете. Если бы вы меня как следует узнали, то уверена, я бы вам понравилась. Я очень милая. Все так говорят.

Мучитель-паук снова издал короткий стрёкот.

– Вам известно – и это факт, – что большинство пауков ужасно уродливы? Так и есть. Самкам пауков приходится нелегко. Я видела документальный фильм. Как думаете, почему паук «чёрная вдова» убивает самцов, с которыми спаривается? От стыда. Я не говорю, что именно вы уродливы. Кто я, чтобы судить? У меня ведь всего две ноги, верно? – Мучитель-паук приближался. Танит сделала ещё один шаг назад. – Я не хотела вас обидеть. Я вас оскорбила? Я не хотела. Уверена, для любой гигантской паучихи вы стали бы очень выгодной партией. И потом внешность – это ещё не всё, верно? Знаете, что действительно нравится нам, девушкам? Чувство юмора. А вы похожи на парня, который любит посмеяться. Я права?

Мучитель-паук сердито застрекотал.

– Я так и подумала. Теперь, когда мы немного поболтали, как насчёт того, чтобы перестать заниматься ерундой и сразиться со мной?

Мучитель-паук замолчал, и Танит улыбнулась.

– Если вы такой крутой.

Паук поднялся на дыбы, готовясь нанести удар, и Танит метнулась к нему, нырнула между лапами и схватила меч.

Гигантский паук засуетился, и Танит взмахнула мечом. Он скользнул по броне и нашёл зазор между пластинами. Мучитель-паук завизжал и забился в агонии, и Танит проворно выскочила из-под него, чтобы он её не придавил.

Подул сильный ветер, и на крышу приземлился Скалдаггери. Он развёл руки в стороны, воздух пошёл волнами, подхватил паука под брюхо и перевернул. Монстр приземлился на спину и забил восемью лапами. Танит вскочила ему на брюхо и ещё раз вонзила клинок между бронированных пластин.

Паук тут же перестал биться.

– Хороший мальчик, – сказала Танит.

Скалдаггери подошёл с другой стороны, чтобы увидеть глаза Мучителя-паука.

– Полагаю, раз ты понимаешь, когда стоит прекратить сопротивляться, ты ещё способен к логическому мышлению, поэтому я скажу это только один раз. Либо ты будешь продолжать драться, либо уберёшься отсюда. Сегодня ночью нам предстоит много дел, моя напарница в опасности, и я начинаю терять терпение. Итак, что выберешь – продолжать драться или заключить сделку?

Мгновение Танит казалось, что детектив так и не получит ответа, но потом зубастый рот паука открылся, и старческий голос проскрипел:

– Я слушаю.

Глава 37

Когти и зубы

Валькирия добралась до следующей стены и перепрыгнула её, оказавшись в саду. Впереди виднелась более высокая стена, и она побежала к ней, выбрасывая вперёд руки. Воздух замерцал, и её подбросило вверх. Валькирия ухватилась за край и перелезла на другую сторону. В этой части сада было гораздо темнее – из-за длинной тени, которую отбрасывала на траву стена. Валькирия пробежала вдоль дома и свернула за угол.

Она оказалась на узкой дороге и повернула налево. Лёгкие горели, и ей это нравилось – она чувствовала себя так, только когда плавала. Валькирия знала, что может бежать вечно, пока внутри пылает этот огонь. Она свернула на ещё более узкую улицу, больше похожую на переулок. Позади слышался топот преследователей. Стая Заражённых немного рассеялась, но самые быстрые уже догоняли её. Валькирия пробежала мимо своего дома.

Пристань маячила прямо впереди, и она помчалась к ней со всех ног. Сегодня море штормило, она слышала его яростный шум и знала, что ей придётся нелегко, но у неё не было выбора. Преследователи были уже у неё за спиной.

Знают ли они? Сказал ли им Сумрак об их уязвимости перед солёной водой? В голове у неё промелькнула новая мысль. Они были не настоящими вампирами, а всего лишь Заражёнными. Окажет ли на них вода смертельное воздействие? У Валькирии не было времени на раздумья. Это был её единственный план и единственный шанс.

Валькирия подбежала к краю пирса и прыгнула, как делала много раз в детстве. Она упала в море. Вода приняла её и полностью поглотила. Забив ногами, Валькирия поднялась на поверхность. Она потеряла вторую туфельку. В темноте Заражённые не видели воды, и они не знали, что этот прыжок можно совершить единственным безопасным способом. Валькирия услышала крики боли и отвратительный хруст, совсем как в случае с Джей-Джей Пёрлом – Заражённые разбивались о камни.

Раньше Валькирия никогда не плавала в это время, и течение было слишком сильным и непривычным для неё. Оно тянуло, волочило, грозило утащить под воду или в сторону от берега, но Валькирия продолжала бороться. Вокруг неё в воду плюхались Заражённые, которые тут же начинали паниковать. Она слышала их крики, но они быстро стихали, когда у новоиспечённых полувампиров сжимались трахеи. Один из Заражённых в отчаянии схватился за Валькирию и потащил её под воду.

Её голова оказалась под водой, и она с трудом вывернулась, оторвав цепкие пальцы и оттолкнув Заражённого. Вскоре она потеряла его из виду в холодной темноте, но и сама оказалась слишком глубоко под водой, а течение было слишком сильным. Валькирия поняла, что вот-вот утонет.

В голове пронеслось воспоминание о том, как год назад Скалдаггери поднялся из моря и пошёл по воде. Она столько тренировалась. Ей надо было использовать свои умения. Скалдаггери всему её научил. Ей надо было всего лишь успокоиться и сосредоточиться.

Не обращая внимания на боль в лёгких, Валькирия прижала руки к телу. Она почувствовала течение, пытавшееся утянуть её вниз, почувствовала его силу и скорость, но перестала сопротивляться и позволила ему нести её, став его частью. Она сцепила пальцы и впервые поняла, что вода представляет собой массу противоборствующих и противостоящих друг другу сил. Валькирия ощущала эти силы прямо под собой, сверху и вокруг. Она ухватилась за них и повернула.

Течение последовало за ней. Теперь вода будто сама выталкивала Валькирию. Она проплыла вверх мимо бившихся в воде Заражённых и наконец-то оказалась на поверхности. Сделала глубокий вдох. Вытянув руки вперёд, Валькирия снова поймала течение, погрузилась под воду и тут же испугалась, что совершила ошибку, но заставила себя успокоиться и постаралась направить поток к берегу. И, когда вода вокруг неё наконец немного успокоилась, Валькирия поплыла дальше, пока не почувствовала твёрдое дно под ногами.

Ловя воздух ртом, Валькирия обернулась к пирсу. Его почти не было видно, потому что огни фонарей превращали всё вокруг в сплошную чёрную массу. Валькирия вышла из моря. Наступил прилив, оставивший от берега лишь узкую полоску, но Валькирия сумела найти не залитый водой пятачок и выбралась на него. Однако не успела она оклематься, как кто-то прыгнул на неё из темноты. От удара она упала на песок.

Валькирия сопротивлялась и оглядывалась, но в темноте кто-то был. Её ударили кулаком в лицо. И она увидела тёмный силуэт мужчины, склонившегося над ней.

Сумрак.

Человеческая кожа, которую он пытался сорвать, по-прежнему свисала с него лоскутами и кровоточила. На это даже смотреть было больно. На пальцах правой руки у вампира уже появились когти, но левая осталась человеческой, и на запястье даже виднелись часы. Лицо было лицом человека, и притом довольно красивого, несмотря на шрам, но дёсна и губы прорезали клыки вампира.

Валькирия стиснула кулаки и подождала, пока туман в голове рассеется. Сумрак не двигался. Она вытянула руку, но он перехватил её запястье прежде, чем она успела толкнуть воздух. Потом он поднял её, развернул к себе, обхватил за талию и обнажил горло. Валькирия застыла.

Вампир рассмеялся гортанным смехом.

– Я не буду тебя убивать. Я превращу тебя в вампира. Ты станешь такой же, как я.

Валькирия попыталась что-нибудь сказать, но не могла произнести ни слова. Она чувствовала на коже дыхание вампира.

– Знаешь, кого ты убьёшь для начала, Каин? – спросил он. – Знаешь, кого разорвёшь на части, потому что значение для тебя будет иметь лишь жажда крови? Своих родителей.

– Нет, – прошептала она.

– За то, что ты со мной сделала, за этот шрам и за боль, которую ты причиняешь мне прямо сейчас, я позабочусь о том, что придёт время, когда ты будешь умолять меня позволить тебе убить собственных родителей.

И тут чей-то голос произнёс:

– Сумрак.

Вампир повернулся, и кто-то прыгнул на них из темноты. Валькирия почувствовала силу удара и упала на песок. Она слышала, как вампир рухнул на землю, зарычал, и заметила две борющиеся фигуры.

Сначала Валькирия подумала, что её спас Скалдаггери, но вскоре поняла, что это не так. Незнакомец был таким же стремительным, как и Сумрак. На нём был старый костюм в лохмотьях и потрёпанный цилиндр.

Сумрак взмахнул рукой, но человек в цилиндре пригнулся, и его когти скользнули по животу вампира, выпустив кровь. Сумрак заревел от ярости, а его противник перевернулся в воздухе и впечатал башмак ему в лицо. Сумрак отшатнулся, но внезапно снова ринулся в атаку. Он поймал своего противника в прыжке, и они оба упали в воду. Засверкали когти, и человек в цилиндре вскрикнул от боли.

Валькирия схватила плоский тяжёлый камень. Сумрак навис над незнакомцем, и Валькирия подбежала к нему и ударила вампира камнем по затылку. Он слегка обмяк, и тогда незнакомец с силой ударил его ногой в лицо.

Валькирия растопырила пальцы и сосредоточилась на воздухе между ними, а потом изо всех сил послала волну Сумраку в спину, сбив его с ног. Он с плеском упал в волны. Незнакомец тут же поднялся и внезапно высоко подпрыгнул, исчезая в темноте.

Сумрак уже поднимался из воды, его человеческое лицо было искажено ненавистью. Рот, который он плотно сжал, чтобы туда не попала солёная вода, теперь был широко раскрыт в злобном рыке. Он не видел человека в цилиндре и с ненавистью смотрел на Валькирию, направляясь прямо к ней. В последний момент вампир поднял голову, но незнакомец уже падал прямо на него. Подошвы его башмаков врезались в поднятое лицо Сумрака, и вампир рухнул на мокрый песок.

Валькирия увидела, как человек в цилиндре осмотрел свои раны и что-то пробормотал.

– Он мёртв? – спросила она.

– Нет, – чуть запыхавшись, ответил незнакомец. – Просто спит. – Он говорил с выраженным лондонским акцентом. – Обычно я не спасаю людей, но, поскольку он охотился за тобой, я решил, что ты имеешь какое-то отношение к Мстителю, так?

– Ну… Я пытаюсь его остановить.

– Отлично. Видишь ли, они обманом заставили меня оказать им услугу. Я такое не люблю. Поэтому я здесь, чтобы оказать услугу тебе. Тот большой уродливый парень… Они держат его в госпитале Клируотер. Не знаю, что ты будешь делать с этой информацией, но, если она помешает планам Сангвина, я буду счастлив. – Он приподнял шляпу и направился прочь.

Валькирия нахмурилась.

– Ты Джек-Прыгун.

Он остановился и повернулся к ней.

– Да, это я, милочка.

– Ты плохой парень.

На его лице появилась неприятная улыбка.

– И тут ты тоже права.

Валькирия отступила назад.

– Ты должен быть в тюрьме. Танит тебя туда посадила.

Джек нахмурился.

– Ты знаешь Танит Лоу?

– Конечно.

– Она… Где-то поблизости?

– Да, она недалеко. Она вместе со Скалдаггери.

– Проклятие! – Джек беспокойно огляделся. – Это плохо. И я только что им помог?

– Боюсь, что да.

– Боже правый! Это просто… Всё, как всегда. Не говори им, что я здесь был, ладно? Я спас твою голову. В буквальном смысле. Обещай мне.

– Ты покинешь страну?

– Прямо сейчас.

– Тогда я скажу им завтра. Если мы останемся в живых.

– Ты просто чудесная леди. А теперь спокойной ночи. И удачи.

Джек подпрыгнул и исчез.

Глава 38

Идущие на смерть…

Тень Земли начала закрывать лик полной Луны. Процессия остановилась на тихой дороге. Двигатели были заглушены, фары погашены. Косари выскочили из кузовов грузовиков, беззвучно построились и стали ждать дальнейших указаний.

Валькирия слезла с мотоцикла Танит и сняла шлем. Она нервничала. У неё вспотели ладони, а зубы стучали.

– Всё в порядке? – тихо спросила Танит.

– Всё хорошо, – солгала Валькирия. – Просто отлично. Нам ведь предстоит сражаться с богом.

– Всего лишь с частью бога, – поправила Танит. – И с частями других существ.

Валькирия посмотрела на неё и изумлённо покачала головой.

– Похоже, ты ждёшь этого с нетерпением.

– Да. Подумать только! Нам предстоит сразиться с богом, частью бога, богом-гибридом, неважно. Ты сама сказала, что это большое событие. Это грандиозное событие. За много лет я с кем только не сражалась, но с богом? Если я выживу, то что дальше? Что может быть грандиознее, чем сражение с божеством?

– Не знаю, – призналась Валькирия. – Сражение с двумя божествами?

Рядом затормозил «Бентли», и оттуда вылезли Скалдаггери и мистер Блисс. Детектив снял плащ и шарф и оставил их в машине. Они с Блиссом приблизились к Косарям, и те вытянулись в струнку. Валькирия с трудом подавила нелепое желание отдать честь.

– Билли-Рэй Сангвин и Гротеск находятся в заброшенном госпитале к северу отсюда, – сказал Блисс, обращаясь ко всем собравшимся. – Вампир, известный как Сумрак, сейчас у нас, но местонахождение барона Мстителя пока что неизвестно. Мы полагаем, что он уже в пути. Он ни за что не пропустит возвращение Безликих.

– Я хочу, чтобы вы все знали, – продолжил Скалдаггери. – Мы – первая линия обороны. По правде говоря, мы практически единственная линия обороны. Если у нас не получится, вряд ли можно будет что-то изменить. Я хочу сказать, что сейчас поражение не самый лучший выход. Мы победим. Я ясно выражаюсь? Поражение – не вариант, оно не поможет нам сейчас и уж точно не поможет в будущем, и кажется, я забыл, что хотел сказать, и уже не уверен, чем закончится эта речь. Но я точно знаю, с чего начал, и именно это вам следует помнить. Кто-нибудь видел мою шляпу?

– Вы положили её на крышу машины, когда снимали пальто, – сказала Валькирия.

– Правда? Действительно. Вот и отлично.

– Мы будем атаковать двумя группами, – сказал Блисс, возвращаясь к делу. – Первая группа состоит из Танит Лоу, Валькирии Каин, Скалдаггери Плезанта и меня. Вторая группа будет состоять из Косарей.

– Мы используем наш шанс прямо сейчас, – вставил Скалдаггери, – прежде чем вернётся Мститель и начнётся битва на двух фронтах. Первая атака ослабит Гротеска. Мы будем бить его всем, что подвернётся под руку, и не оставим ему времени на телепортацию или исцеление. Как только станет ясно, что он серьёзно пострадал, мы позовём вторую группу. У кого-нибудь есть вопросы? Нет? Ни у кого? Никаких вопросов? Вы уверены?

Блисс повернулся к нему.

– Похоже, вопросов нет.

Скалдаггери кивнул.

– Они отличные ребята.

Блисс махнул рукой, и Косари разделились на группы, а Валькирия и детектив отошли в сторону.

– Раньше у меня хорошо получалось, – тихо сказал Скалдаггери.

– Вы определённо подняли мой боевой дух, – заверила его Валькирия.

– Правда?

– Конечно нет. Это было ужасно.

К ним присоединились Танит и Блисс, и все вместе они вошли в лес. Валькирия старалась двигаться как можно тише, но её спутники шагали совершенно бесшумно. Она заметила и Косарей, их серые униформы сливались с полумраком и темнотой, так что виднелись лишь неясные силуэты.

Они остановились на опушке леса. Впереди, за старой металлической оградой, возвышалось главное здание госпиталя. Рядом был припаркован чёрный джип. Из дверей больницы появился Сангвин, приложив к уху телефон.

– Ладно, – сказал он. Его голос был отчётливо слышен в ночной тишине. – Теперь я хорошо слышу, продолжайте.

Пока Сангвин слушал собеседника, Валькирия взглянула на своих спутников и поняла, что Скалдаггери среди них нет. Она снова обратилась к Сангвину.

– И что дальше? – спросил тот. – Мне просто уйти? Нет уж, эта уродливая тварь здесь, она стоит и ничего не делает.

Валькирия прищурилась, вглядываясь в темноту за спиной у Сангвина. Она заметила какое-то движение. Скалдаггери.

Сангвин продолжал говорить, не замечая, что сзади к нему подкрался детектив-скелет.

– Я совершенно уверен, что о вампире позаботились и нам больше не надо о нём переживать. А как насчёт нашего друга барона?

Валькирия нахмурилась. С кем разговаривал Сангвин?

– Уверены? – спросил он. – Вы не хотите, чтобы я?.. Нет, нет, я в вас не сомневаюсь, я просто… Да, я знаю, кто мне платит. Мне всё равно, если вы так настаиваете. А теперь мне пора. – Он убрал телефон в карман и ухмыльнулся.

– Удачи, барон, – тихо сказал Сангвин, повернулся и налетел прямо на кулак Скалдаггери.

Сангвин пошатнулся и потянулся за бритвой, но детектив с силой ударил его по запястью, и тот выронил своё оружие. Он хотел броситься на Скалдаггери, но детектив перехватил его руку и ударил его головой о джип. Сангвин сполз на землю. Скалдаггери поднял бритву, отшвырнул её подальше и жестом подозвал остальных.

Они вышли из-за деревьев. Огромные ворота были распахнуты, и они прошли сквозь них и приблизились к детективу. Он держал в руке телефон Сангвина и просматривал его.

– Кто бы это ни был, его номер заблокирован, – сказал детектив.

– Сангвин всё это время выполнял чьи-то приказы, – заметила Танит. – Те могущественные люди, о которых вы говорили, которые поставили Гилда во главе Совета и которые лишили нас поддержки… Он работает на них.

– А Мститель об этом не знает, – добавила Валькирия.

Скалдаггери убрал телефон.

– Это загадка на завтра, – сказал он. – Если, конечно, завтра наступит.

Он повернулся к Блиссу и кивнул. Тот разбежался, прыгнул, ухватился за край крыши и легко забрался наверх. Танит последовала за ним по стене. Скалдаггери обхватил Валькирию за талию, воздух замерцал, и они взлетели вверх, мягко приземлившись на крыше. Они побежали дальше, стараясь двигаться как можно тише.

Большой бетонный двор окружали четыре массивных старых здания. Посередине двора находился маленький островок, где росло чахлое деревце.

Гротеск неподвижно стоял в самом центре. На нём было нечто вроде одеяния из толстой чёрной кожи, складками свисавшее до самой земли.

В лунном свете Гротеск выглядел ещё более отвратительным. В такую прекрасную ночь не должно было существовать нечто столь ужасное. Его правая рука блестела, а волдырь на левом запястье набух от собравшейся в нём жёлтой кислоты. Серебристый лунный свет освещал его отвратительную раздавленную грудную клетку, а сквозь покрывавшие лицо бинты сочилась чёрная кровь.

Валькирия и её спутники опустились на корточки. Косари расположились по всему периметру крыши, окружив двор. Валькирию замутило. Кончики пальцев начало покалывать. Она должна была как можно скорее что-то сделать. Ожидание, волнение, ужас и страх сводили её с ума. Их первая встреча с Гротеском закончилась плохо, но теперь их было больше. Они стали сильнее. Хотя и он тоже. Достаточно ли у них сил, чтобы убить его? – подумала Валькирия.

Скалдаггери как будто прочёл её мысли.

– Эта тварь, – тихо сказал он, – частью которой является Безликий, однажды уже умерла. Она может сделать это снова.

Валькирия качнула головой. Она не решалась заговорить.

Скалдаггери посмотрел на мистера Блисса. Тот кивнул, шагнул с крыши и спрыгнул на землю. Танит сбежала вниз по стене здания, вынимая меч из ножен. Скалдаггери и Валькирия прыгнули, переместив вперёд воздух, чтобы смягчить падение. Валькирия приземлилась тяжело, но сумела удержаться на ногах.

– Я думала, мы используем элемент неожиданности, – сказала она, когда они направились к своей мишени.

– У нас бы ничего не вышло, – спокойно ответил детектив. – Он знал, что мы здесь. Ему просто всё равно.

Все четверо приближались к Гротеску с разных сторон.

Блисс не стал тратить время на слова, угрозы, обещания и требования. Он подошёл прямо к Гротеску и нанёс ему удар. Валькирия почувствовала дрожь от попавшего в цель кулака. Гротеск даже не пошатнулся. Он посмотрел на Блисса сквозь грязные бинты, занёс правый кулак и ударил его. Блисс отлетел назад, проломив собой стену старого здания.

Скалдаггери пошёл в наступление, а Танит прыгнула, и её меч сверкнул в лунном свете. Правая рука Гротеска растянулась, и его когти метнулись к детективу. Они прорезали его пиджак и обернулись вокруг него. Скалдаггери подняло в воздух и швырнуло к Танит. Она перевернулась в прыжке, оттолкнулась от плеча детектива и перелетела через голову Гротеска. Скалдаггери вывернулся из хватки чудовища, и Гротеск втянул руку обратно и взмахнул огромным кулаком. Детектив собрал перед собой воздух, чтобы блокировать удар, а Танит рубанула чудовище мечом по руке, которая зажила прямо на глазах.

Валькирия щёлкнула пальцами, превратила искры в огненные шары и метнула их. Первый не попал в цель, а второй взорвался о бок Гротеска. Он выпустил жало. Танит предусмотрительно пригнулась, а потом вонзила меч ему в грудь, но Гротеск с силой ударил её по руке, сломав кость. Танит вскрикнула, и он оттолкнул её. Гротеск вытащил из тела меч, бросил его на землю, и рана тут же затянулась.

Тем временем Блисс выбрался из дыры, проделанной им в стене здания. Он отряхнулся, как будто не случилось ничего особенного, и неуверенно шагнул вперёд. Он был ранен.

Скалдаггери сунул руку в карман пиджака и вытащил револьвер. Извлёк из другого кармана второй револьвер. Взвёл курки и выстрелил. Двенадцать пуль попали в Гротеска, и после этого детектив отшвырнул револьверы и бросился вперёд. Валькирия заметила что-то у него в руке – металлический цилиндр, прикреплённый к металлическому шипу.

Скалдаггери подпрыгнул и вонзил шип в то место, куда попали пули. Гротеск отшвырнул его, но в верхней части цилиндра уже замерцал красный огонёк. От мощного взрыва Валькирия упала на колени, у неё зазвенело в ушах, а перед глазами заплясали чёрные точки. Она с надеждой оглянулась, но Гротеск остался стоять на месте, как будто ничего не случилось. На долю секунды на его руке открылась рана, и, прежде чем она затянулась, из неё всё же упала капля чёрной крови. Возможно, им всё же удалось его ослабить?

Танит собралась с силами и прыгнула, но Гротеск отбросил её в сторону. Она перевернулась в воздухе, упала на землю, попыталась встать, но не смогла.

Гротеск замахнулся, и Валькирия пригнулась к земле. Она протянула обе руки к Танит, почувствовала расстояние между ними, почувствовала, как связаны между собой все участки пространства, и, когда из тела Гротеска снова появилось жало, она толкнула воздух, и он замерцал. Танит покатилась по земле, и жало не попало в цель. Валькирия подняла голову, и поняла, что стала мишенью Гротеска.

– Косари, – прошептала она. – Кто-нибудь дайте сигнал Косарям…

И тут между Валькирией и приближающимся Гротеском встал Блисс. Вместо того чтобы нанести удар, он упёрся обеими руками ему в грудь и попробовал оттолкнуть его назад. Это не очень помогало, чудовище по-прежнему приближалось, сдвигая упирающегося Блисса. Валькирия прямо чувствовала, как напрягались все мышцы мага. Но даже легендарная сила Блисса не могла остановить Гротеска.

И вдруг произошло чудо – наступление Гротеска замедлилось. Блисс толкнул его ещё раз, и монстр сделал шаг назад.

Танит с трудом оперлась на одно колено и встала. Гротеск остановился, разглядывая Блисса. Потом поднял левую руку.

– Танит, – проскрипел Блисс сквозь стиснутые зубы. Его лицо намокло от пота, – если ты не против…

Танит быстро взглянула на Валькирию.

– Меч.

Валькирия сосредоточилась на воздухе вокруг пальцев, заставила его захватить упавший меч, словно невидимой петлёй, и взмахом переправила оружие прямо в руку Танит. И когда Гротеск выпустил своё жало, воительница отрубила от него половину прежде, чем оно вонзилось в Блисса.

Кусок жала упал на землю. Валькирия и Танит уставились на него.

– Я его ранила, – не веря своим глазам, произнесла Танит.

– Давно пора, – пробормотал Блисс. Размахнувшись, он нанёс Гротеску могучий удар, от которого тот зашатался.

– Косари! – заревел Блисс. – В атаку!

Глава 39

Встреча со Мстителем

Гротеск взмахнул руками, трое Косарей отлетели назад, но их место тут же заняли другие.

Скалдаггери и Валькирия стояли плечом к плечу. Танит прижимала к себе сломанную руку. Блисс отступил, чтобы перевести дух. Они наблюдали за атакой Косарей, и это было впечатляющее зрелище. Те двигались слаженно, безмолвно, не ожидая приказов. Косари знали, что им нужно делать, поддерживали друг друга, заменяли раненых, посылали подкрепление и отвлекали противника. Гротеску не давали ни единого шанса собраться с силами.

Валькирия заметила, как нарост на его левом запястье начал сокращаться, выплёвывая кислоту. Её струя попала в грудь одному Косарю, и тот упал, пытаясь сорвать с себя плащ, но умер, не успев этого сделать. Правая рука Гротеска снова расщепилась на плети, и все пять когтей крючками вонзились в другого Косаря. Тот взлетел в воздух, как тряпичная кукла.

Удар по сухожилию заставил Гротеска пошатнуться. Ещё один удар, на этот раз по спине, и землю забрызгало чёрной кровью. Он бешено размахивал руками, но не сумел никого задеть и упал на одно колено. Косари бросились к нему, пока Гротеск не успел исцелиться.

И как раз в тот момент, когда победа была близка, всё изменилось. Раздался крик «Язычники!», и все оглянулись. Наконец-то появился барон Мститель.

Он стоял на крыше в окружении яростно извивающихся теней. Его доспехи скрежетали и обрастали шипами. Когда он шагнул вперёд, тени соскользнули с крыши на землю, образовав нечто вроде широкой дороги, сотканной из тьмы. По ней барон и спустился во двор.

Косари прекратили атаку. Гротеск стоял на коленях. Его тело пыталось залечить нанесённые раны, но встать он не мог.

– Как вы смеете! – загрохотал барон, подходя ближе. – Как вы смеете нападать на живого бога?

– Это не бог, – ответил Скалдаггери. – Он долго не проживёт.

Валькирия вгляделась в обвивавшие Мстителя тени. Казалось, за ним следовал целый вихрь из тьмы. Но внезапно он рассеялся. И на землю упала доселе пленённая тенями Чайна Печаль. Мститель не обратил на неё внимания, оставив её лежать на земле.

Блисс приблизился к нему.

– Вы больше не сделаете ни шага, – сказал он.

– Тогда остановите меня, – зарычал барон.

– Это я и собираюсь сделать, – ответил Блисс и нанёс удар.

Мститель поднял руку, собрал тени и создал на его пути барьер. Удар Блисса пришёлся прямо по нему, и все услышали, как хрустнули костяшки его пальцев.

Доспехи снова заскрежетали, добавляя силы кулакам Мстителя, и тот с улыбкой ударил Блисса под подбородок. Маг подлетел вверх, оторвавшись от земли, и рухнул неподалёку.

Скалдаггери поднял револьвер и выстрелил, целясь барону в голову. Тени превратились в облако, скрывая лицо Мстителя, поглощая пули и выплёвывая их наружу. Когда все пули закончились, тени улеглись.

– Не сработало, – пробормотал Скалдаггери.

– Косари, – сказала Танит, сжимая меч, – у нас новая цель.

Она помчалась вперёд, и Косари бросились к ней. Мститель протянул руку.

– Проклятие, – только и успел сказать Скалдаггери, когда из руки барона вырвалась волна тьмы и врезалась в Танит и Косарей.

Скалдаггери схватил Валькирию, заставив её пригнуться, и чёрный поток прошёлся прямо над их головами. Валькирия заметила, что остальные их союзники повалились без сознания.

Наступила тишина, а потом Мститель вытянул руку. Управляемая им тень обернулась вокруг детектива и подтянула его ближе. Валькирия почувствовала, как что-то сжалось вокруг лодыжки, и её тоже потащило к барону. Тень бросила её рядом со Скалдаггери. Мститель посмотрел на них.

– Я почти впечатлён. Вам удалось ранить Гротеска. Не думал, что вы на это способны.

– Мы полны сюрпризов, – ответил Скалдаггери, поднимаясь на ноги. Впрочем, ниточка тьмы тут же сбила его снова. Он застонал и перекатился на спину. – Кажется, на этот раз не вышло.

– Вы всё ещё не поняли? – спросил Мститель. – Вы больше не представляете угрозы. Я самый могущественный маг на планете. Когда вернутся Безликие, я буду править вместе с ними. На что вы надеетесь, выступая против меня?

Скалдаггери встал снова, и Валькирия рядом с ним.

– Барон Мститель, – сказал детектив, – я беру вас под арест.

Мститель засмеялся. Валькирия посмотрела на Чайну, которая чуть заметно пошевелилась. Её белые брюки были изрезаны и изорваны, а жилетка запачкана кровью и грязью.

– Скоро наступит конец, – сказал Мститель, – и мне интересно, усвоили ли вы урок, в отличие от Чайны? Вы готовы принять тот факт, что мир принадлежит Безликим? Вы готовы прославлять их имя?

– Их ещё здесь нет, барон, – заметил Скалдаггери.

– Но они придут. Вы должны это понимать. Гротеск призовёт их, и они найдут дорогу обратно. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но, кажется, у вас больше нет подкрепления.

– А кто сказал, что оно нам нужно? – спросил детектив и выбросил руку вперёд.

Воздух задрожал, но барон отступил в сторону, пропуская его волну мимо себя. А потом он сделал ответный жест, и поток тьмы ударил Скалдаггери в грудь, в который раз сбивая его с ног.

Валькирия сумела увернуться от этой волны и подхватила с земли две пригоршни обломков. Уже инстинктивно нащупав поток воздуха, она запустила их в Мстителя, как пули. Он тут же отправил тени перехватить их, и обломки превратились в облачка сухой пыли. Потом барон указал на Валькирию, и тень врезалась прямо в неё.

– Так легко, – рассмеялся он.

Тени обвились вокруг Валькирии, подняли её над землёй, потащили и с силой ударили о стену. Она почувствовала, как под одежду пробралась холодная темнота, попыталась пошевелиться, но не смогла.

Скалдаггери ударился о стену рядом с ней.

– Без доспехов ты ничто, – сказал он.

Мститель с улыбкой подошёл к своим пленникам.

– Будешь опять подначивать меня? Оскорблять меня? Эти доспехи – оружие, чудовище. Я не стану избавляться от оружия перед смертельным ударом, чтобы дать противнику шанс. Если мой враг ослабел, значит, он будет уничтожен. Таков путь тёмных богов.

– Пожалуйста, не убивайте меня! – выпалила Валькирия.

– Валькирия, – сказал Скалдаггери, – не переживай, я нас вытащу.

– Он тебя не вытащит, – ответил Мститель. – Кажется, ты выбрала не ту сторону, милая.

– Тогда я перейду на другую!

Мститель весело улыбнулся.

– Слышал, чудовище? Столкнувшись с реальностью, твоя ученица предала тебя.

Скалдаггери покачал головой.

– Валькирия, послушай меня…

– Что? – перебила она. – Скажете, что всё будет хорошо? Скажете, чтобы я была храброй? Он нас убьёт! Барон, прошу вас, я не хочу умирать! Позвольте мне это доказать! Позвольте убить его для вас!

– Ты это сделаешь? – спросил Мститель. – Убьёшь своего наставника? Хладнокровно убьёшь его?

– Он уже мёртв, так что это не убийство.

Мститель задумался.

– Думаю, в этом есть нечто прекрасное. Очень хорошо, мисс Каин. Я позволяю тебе убить его.

Тени отступили, и Валькирия упала на землю. Она вытерла глаза рукавом и посмотрела на Скалдаггери, который безвольно висел у стены.

– Как ты собираешься его убить? – спросил барон.

– Кажется, я знаю, как, – ответила она. – Он что-то давно мне говорил. Что-то о своей слабости.

Мститель жестом приказал ей подойти, и Валькирия неуверенно приблизилась к нему. Она посмотрела на Скалдаггери и подняла руки.

– Простите, – сказала она.

Валькирия закрыла глаза, согнула пальцы и прижала руки к телу. Воздух вокруг неё замерцал, она резко развернулась к Мстителю, но он ударил её по рукам, схватил за горло и поднял над землёй.

– Думаешь, я так наивен? – засмеялся он, пока Валькирия пыталась лягнуть доспехи. – Что за неуклюжая попытка. Если это лучшее, чему тебя научило это чудовище, то тебе нужен другой учитель.

Валькирия схватилась за его запястье и чуточку приподнялась, на мгновение ослабив давление вокруг горла.

– Вы военный, – с трудом произнесла она. – Вы умеете распознавать уловки.

– Так вот что это было? Ты отвлекла меня, чтобы занять идеальное положение?

– Совершенно верно, – ответила Валькирия. – А теперь наступил момент, когда я начну наступление и разгромлю вас.

Барон снова рассмеялся.

– Прошу прощения за мои слова, мисс Каин, но о какой армии идёт речь?

Валькирия улыбнулась и указала ему за спину.

– Вот об этой, – ответила она.

Барон оглянулся. Прямо за ним стояла Чайна Печаль.

Глава 40

Смертельная схватка

Всё тело Чайны покрывали кружащиеся в вихре чёрные татуировки. Мститель отшвырнул Валькирию, и волшебница начала наступление, слегка коснувшись пальцами по идентичным татуировкам на бёдрах. Под её разорванными брюками они засветились зелёным светом, и Чайна молнией пронеслась мимо теней барона.

Тот злобно зарычал и попытался схватить её, но она оказалась проворней. Некоторые татуировки вспыхнула красным, когда Чайна схватила барона и мощным ударом сбила его с ног.

Тени не дали барону упасть, подхватили его и бережно опустили на землю, а потом ринулись на Чайну. Она хлопнула в ладоши, и татуировки слились и смешались воедино, образовав жёлтый барьер. Тени ударились о него, но препятствие выдержало. Чайна хмыкнула.

Тем временем тени, удерживавшие Скалдаггери, начали тускнеть, потому что теперь внимание барона было сосредоточено на Чайне. Детектив освободился и спрыгнул на землю. Он тут же подбежал к Валькирии и схватил её за руку.

– Нам надо убираться отсюда, – взволнованно произнёс он.

– Но мы можем помочь…

– Мы не можем его остановить, он слишком силён.

– То есть мы просто отступим?

– Мы не отступим, а будем атаковать с другой стороны. Держись рядом со мной и не высовывайся.

Они побежали к главному зданию госпиталя. Валькирия оглянулась на поле боя и увидела, как тень прокралась за спину Чайны и атаковала защитный барьер. Он дрогнул. Чайна упала на одно колено, но по-прежнему держала ладони плотно сомкнутыми.

Валькирия ухватилась за Скалдаггери, воздух замерцал, и они взлетели на крышу.

– Мы не можем её бросить! – крикнула Валькирия, и они снова бросились бежать.

– Согласен, – ответил детектив. – Но мы точно не сможем с ним справиться, пока он в этих доспехах. Мы должны найти способ снять их с него.

– Что? Для этого надо прежде всего к нему подойти. Но из-за теней это невозможно.

– Точно. Поэтому нам придётся его обмануть.

Они перепрыгнули на другую сторону, приземлились рядом с джипом и нашли то, что искал Скалдаггери.

– Ага, – сказала Валькирия. – Очень умно.

– Естественно.

Валькирия кралась по крыше. Сражение было окончено. Повсюду лежали бездыханные тела Косарей, Гротеск по-прежнему пытался исцелиться, а раненая Чайна стояла на коленях. Барон стоял у неё за спиной, глядя на свои руки в доспехах.

– Теперь понимаю, почему люди выбирают чёрную магию, – сказал он. – Конечно, у неё есть свои ограничения, но как же изумительно использовать её против своих врагов… Ей так тяжело противостоять… Во время войны я сражался рядом с Гнусом. Мне он никогда не нравился. Он был… другим. У него были тайны. Но я знал, что он очень могущественный. Просто я никогда не осознавал, насколько. Конечно, ничто не могло сравниться с Безликими, но всё же он был очень силён. А теперь эта сила принадлежит мне.

– Ты не… – пробормотала Чайна.

– Прошу прощения? Я не совсем понял.

Валькирия, пригнувшись, продолжала подкрадываться к ним.

– Ты ему и в подмётки не годишься, – повторила Чайна, собравшись с силами. – Гнус был… Просто поразительным человеком. А ты всего лишь надел его вещи.

– Я владею его силой, – ответил Мститель. – Я владею силой чёрной магии.

– Она не твоя, – ответила Чайна и рассмеялась нервным, болезненным смехом. – Ты прав. Гнус был другим. Он мог использовать свою силу, чтобы изменить мир, но ты, барон? Ты понятия не имеешь, с чего начать.

С лица барона исчезла победоносная улыбка. Он собрал тени в кулаках.

– Мне следовало убить тебя много лет назад, – сказал он.

Тьма ударила Чайну, перевернула её, а потом позади барона из-под земли появился Билли-Рэй Сангвин. У него на спине висел Скалдаггери Плезант, приставив револьвер к его голове.

Скалдаггери отпихнул Сангвина, бросил револьвер и схватил Мстителя за шею, прежде чем тот успел повернуться. Валькирия спрыгнула с крыши, направляя воздушную волну себе под ноги. Сангвин тем временем попытался подняться, но Валькирия ему не позволила – приземлившись, она сосредоточилась, раскинула руки, и воздух тут же уронил его снова.

Мститель яростно боролся со Скалдаггери, но детектив держал его крепко. Через проклятия Валькирия услышала слабый щелчок и увидела, как одна из нагрудных пластин доспехов отошла, а из образовавшейся щели вырвалась тёмная тень.

Мститель закричал от ярости и попытался вырваться, но детектив вцепился в пластину изо всех сил. Он оторвал её полностью и швырнул на землю. Барон качнулся вперёд. Из-под доспехов потекла тьма, растворяясь в ночном воздухе.

Мститель протянул руку, и тени метнулись к Скалдаггери, но теперь они были слишком слабыми и лёгкими. Детектив отмахнулся от них и ударил барона в грудь ребром ладони. Мститель вскрикнул и пошатнулся, попытался выпустить тени снова, но на этот раз они пролетели мимо детектива. Тот пригнулся, отклонившись в сторону, и врезал локтем барону прямо под рёбра, а потом впечатал локоть ему в почки. Колени барона подогнулись, и он зашипел от боли.

Краем глаза Валькирия заметила какое-то движение сбоку и успела повернуться в тот самый момент, когда в неё врезался Сангвин. Он повалил её на землю и встал над ней, глядя сверху вниз. Валькирия ударила его по колену. Кулак тут же свело от боли, но Сангвину было хуже. Валькирия перекатилась, вскакивая на ноги, но Сангвин тут же схватил её за горло.

Валькирия принялась молотить его кулаками – в живот и в челюсть, но он лишь ухмылялся и сильнее сжимал пальцы. Тогда она ударила его по носу, и он взвыл, а потом Валькирия выкрутила ему мизинец. Сангвин снова завыл и отпустил её. Она ударила его ботинком в пах, он вскрикнул, потянулся было к ней, но тут же согнулся пополам от боли.

Мститель удерживал Скалдаггери в захвате, который с лёгкостью мог бы разорвать ему мышцы и сухожилия, если бы они у него были. Детектив вывернулся из захвата и принялся впечатывать локти в лицо и туловище барона.

Всё ещё поскуливая от боли, Сангвин попытался встать, но Валькирия обхватила его сзади и прижала к горлу его собственную бритву.

– Так вот где она, – произнёс он, пытаясь уклониться от лезвия, но Валькирия крепко держала его.

– Даже не пытайся смыться, – предупредила она. – Если я увижу, что на земле появилась хоть одна трещинка, ты покойник.

Сангвин сухо рассмеялся.

– Ты не можешь меня убить, дорогуша. Ты из тех, кого называют хорошими парнями. Это убийство.

Валькирия сильнее прижала к его горлу лезвие.

– Хочешь проверить?

Она оглянулась и увидела, что Мститель выхватил саблю. Сверкнул клинок, Скалдаггери поднял правую руку, чтобы защититься, и сабля рубанула его по предплечью. Он вскрикнул и отшатнулся, и отрубленная рука прямо в рукаве упала на землю. Мститель пнул его ногой, и детектив упал. Теперь барон стоял над ним, занеся саблю.

– Барон! – крикнула Валькирия. Он оглянулся, и сабля застыла в воздухе. – Положите саблю.

Мститель рассмеялся.

– А то что? Перережешь горло Сангвину? Вперёд!

– Я не шучу. Я это сделаю.

– Я тебе верю.

– Я сделаю всё, что угодно, – начал умолять Сангвин. – Я уеду, никогда не вернусь, и мы больше никогда не увидимся, обещаю.

На лице Мстителя появилось выражение отвращения.

– Постарайся умереть с достоинством, нечестивый негодяй!

– Заткнись, старик! – крикнул Сангвин.

Мститель расхохотался.

– Смотри, девочка! Время почти пришло.

Валькирия посмотрела на полную луну в прозрачном ночном воздухе. Её почти скрыла тень от Земли.

– Разве ты не чувствуешь? – продолжал Мститель. – Мир скоро изменится.

Валькирия почувствовала, как её схватили за руку, Сангвин вывернулся и перебросил её через плечо. Она упала и выронила бритву. Валькирия быстро повернулась, готовясь защищаться, но Сангвин оценил ситуацию, посмотрел на неё, сунул бритву в карман и ушёл под землю.

Мститель улыбнулся и перевёл взгляд на Скалдаггери.

– Затмение вот-вот произойдёт, чудовище. Безликие идут. Всё, что я планировал, всё, о чём мечтал, сбудется. Ты проиграл.

– Ещё нет, – пробормотал Скалдаггери.

– И что ты будешь делать? – насмешливо спросил барон. – Может быть, у тебя есть ещё один козырь в рукаве? Осторожнее, ведь у тебя остался только один.

– Тогда перейдём к следующему фокусу, – произнёс Скалдаггери и замялся. – Проклятие! У меня нет желания придумывать что-то остроумное. Валькирия!

Валькирия щёлкнула пальцами и метнула огненный шар. Он ударил Мстителя прямо в грудь, и одежда под доспехами загорелась. Барон выругался и с помощью теней потушил пламя. Детектив магией притянул к себе револьвер и выстрелил.

Сабля упала на землю. Из обожжённой груди Мстителя потекла кровь. Он молча уставился в пустые глазницы детектива.

– Но… я… должен умереть не так, – слабо произнёс он. – Не так. Не от твоей руки. Ты… отвратительное чудовище.

– Называй, как хочешь, – ответил Скалдаггери и отшвырнул револьвер.

Мститель отшатнулся. Он заметил Валькирию и потянулся к ней. Но в его руках уже не было сил. Она оттолкнула его, и он упал.

Потом Мститель подполз к Гротеску.

– Скажи им, что мне очень жаль, – прошептал он. – Я их подвёл…

Гротеск поднял свою уродливую руку и коснулся лица барона. Его прикосновение казалось почти нежным, но потом он сжал пальцы, и шея барона с хрустом обвисла. Гротеск отпустил его, и тело упало на землю.

Монстр с трудом поднялся на ноги. Тени уже скрыли последний лунный отблеск. Гротеск стоял, пошатываясь, но не падал.

Скалдаггери попытался подняться, но не сумел. Он щёлкнул пальцами, но искры не появилось.

– Огненный шар, – сказал он Валькирии. Его голос был сбивчивым и слабым. – Запусти огненный шар в небо. Это наш последний шанс.

Валькирия непонимающе нахмурилась, но повиновалась. Она щёлкнула пальцами, вызвав искру, поймала её в ладонь и направила в неё всю свою энергию, заставляя пламя разгореться сильнее. Когда у неё в руке оказался полноценный огненный шар, Валькирия как следует размахнулась и подбросила его вверх. Он взлетел в ночное небо, ярко запылал и потух. Валькирия посмотрела на детектива.

– Должно сработать, – пробормотал тот и снова опустился на землю.

– Что мне теперь делать? – спросила Валькирия, но Скалдаггери не ответил.

Она взяла меч Танит и посмотрела на Гротеска.

– Эй! – крикнула Валькирия.

Монстр повернулся к ней, и у неё пересохло во рту. Все остальные лежали на земле. Она осталась одна.

– Я переоценил тебя, – раздался голос, и Валькирия повернулась. К ней приближался Мучитель, перешагивая через тела Косарей. – Я переоценил вас всех. Я думал, вы справитесь сами.

Огненный шар. По-видимому, это был сигнал, призывающий последнее подкрепление. Валькирия подумала, на какие условия согласился Скалдаггери, чтобы заручиться поддержкой Мучителя. Она была уверена, что это было что-то плохое.

– Уходи, – сказал старик. – Мне не нравится находиться рядом с тобой. Предоставь мне самому заняться этой тварью.

– Я никуда не уйду, – с трудом ответила Валькирия.

– Тогда отойди, – рявкнул он. – И дай мне возможность подчистить за тобой.

– За мной?

– Это чудовище не ожило бы, если бы не ты и не кровь в твоих венах. Твоё существование представляет угрозу для всего сущего на Земле.

У Валькирии не было ни времени, ни намерения спорить, поэтому она отступила в сторону. Она увидела, как из глаз, ушей, носа и рта старика потекла чернильная жидкость. Его руки и ноги стали чёрными и удлинились, а из разорванной рубашки выскочили паучьи лапы. Посередине лба открылся глаз, туловище поднялось над землёй, и Мучитель-паук посмотрел на Гротеска безжалостным взглядом.

– Привет, чудовище, – произнёс он и изрыгнул тьму.

Поток ударил Гротеска, и тот пошатнулся, а тёмная масса всё растекалась, превращаясь в пауков. Они плотно облепили Гротеска, и он закружился на месте.

Поймав одного паука могучей правой рукой, он сжал его, и паук взорвался. Мучитель побежал к нему, взмахнул передней лапой и заехал Гротеску по спине. Тот упал на землю, давя собой пауков, и Мучитель пронзил его снизу. Когти обеих лап прокололи Гротеска насквозь, пригвоздив его к земле.

И тут Гротеск исчез и с громким хлопком возник прямо над Мучителем, вцепившись ему в спину. Паук поднялся на дыбы, пытаясь сбросить нападающего, но Гротеск держал крепко. Валькирия увидела, как он выпустил жало, но часть его была обрублена, и оно бесполезно ткнулось в бронированные пластины паука.

Мучитель извергал ругательства, но потом страх взял верх, и его крики превратились в пронзительные вопли. Гротеск обхватил его за горло и потянул, заставив ещё выше подняться на дыбы. Паук споткнулся о тела Косарей. Гротеск с силой дёрнул его на себя, и он перевернулся. Мучитель приземлился на спину, и все его восемь лап забили по воздуху. Гротеск начал медленно подниматься, а паук никак не мог перекатиться на бок.

– Помогите! – завизжал Мучитель.

Валькирия нащупала в руке меч. Если она успеет добраться до Гротеска прежде, чем он поднимется, у неё будет шанс. Но ноги её не слушались.

Мучитель стал сжиматься. Его паучьи лапы втягивались в тело, на их месте появлялись руки и ноги, а тёмная масса впитывалась в кожу. Валькирия наблюдала состязание на скорость между Мучителем, пытающимся обрести человеческий облик, чтобы подняться, и Гротеском, который уже опирался на одно колено.

Гротеск оказался быстрее на три секунды. Он посмотрел на Мучителя – бледного, слабого старика, беспомощно лежавшего у его ног. Потом он протянул огромную правую руку и поднял его за длинные волосы. Мучитель застонал от боли.

Валькирия посмотрела на свою ногу и приказала себе сделать шаг. Нужен был всего один. А потом станет легче.

Нога сдвинулась с места. Она сделала шаг. Гротеск взмахнул рукой, Валькирия услышала треск, и Мучителя отбросило в сторону.

Гротеск швырнул на землю скальп, повернулся к Валькирии, и она бросилась к нему. Взмахнув мечом, она полоснула чудовище по левой руке. Гротеск попытался её схватить, но она увернулась, орудуя мечом, как показывала ей Танит, и остриё скользнуло Гротеску по рёбрам.

Валькирия отскочила назад, держа меч обеими руками и не сводя глаз с ран Гротеска. Она видела, как его рассечённая кожа пытается срастись, исцелиться, но ничего не получалось.

Гротеск зарычал. Его правая рука расщепилась и плетью метнулась к Валькирии. Одна из полос обернулась её вокруг щиколотки и дёрнула. Валькирия упала, и к ней полетели остальные. Коготь распорол ей щёку, и она почувствовала, как лицо заливает тёплая кровь.

Валькирия взмахнула мечом, разрубив плоть, обхватившую её щиколотку. Гротеск отпрянул, и плеть убралась, снова собравшись в единую конечность. Только теперь у монстра не хватало среднего пальца.

Валькирия вскочила и нанесла косой удар по груди Гротеска, отрубив часть вывернутых рёбер. Следующий удар отрубил ему левую руку. Конечность упала на землю.

Гротеск попятился, размахивая оставшейся рукой и пытаясь отбиться от Валькирии. Она воспользовалась шансом и нырнула вниз. Меч скользнул между рёбрами разрубленной грудной клетки, и Гротеск застыл на месте. Валькирия обеими руками схватила рукоятку и направила меч вниз, к сердцу, всадила его глубже и повернула. Гротеск завыл.

Вопль ударил её, словно кулаком, и из ран Гротеска полилась чернота. Она хлынула прямо на Валькирию, попала ей в рот, и у девочки подкосились ноги. Она безвольно осела. Тьма разливалась внутри её, и всё тело сотрясалось от боли. Её спина изогнулась. В голове мелькали воспоминания о том дне, когда она испытывала такую же мучительную боль. Серпин, направлявший на неё свою магию, его начавшие тускнеть зелёные глаза, тело, превратившееся в пыль.

Мускулы Валькирии сводило, она начала давиться и попыталась закричать. А потом тьма покинула её. Она открыла глаза, затуманенные слезами, и увидела, как чёрное облако поднимается над ней и растворяется в воздухе. Она сделала глубокий вдох.

– Ты в порядке? – словно издалека донёсся голос Скалдаггери.

Валькирия подняла голову. Гротеск неподвижно лежал на земле. Его тело будто дымилось остатками тьмы. Валькирия перекатилась на бок и оперлась на локоть.

– Ох, – простонала она. – Это было больно.

Скалдаггери медленно подошёл к ней. Он поднял свою отрубленную руку и протянул её Валькирии.

– Разреши подать тебе руку, – сказал он.

Валькирия решила не реагировать на его ужасную шутку и позволила поставить себя на ноги. Она потрогала лицо и почувствовала текущую из раны кровь. Её щека онемела, но она знала, что это ненадолго. Скоро придёт боль.

– Мы не погибли, – сказала она.

– Конечно нет. Я слишком умён, чтобы погибнуть, а ты слишком красива.

– Я красива. – Валькирия заставила себя улыбнуться.

– Бог мой, – раздался позади знакомый голос. Они повернулись.

– Посмотрите, что вы натворили, – сказал Сангвин и с деланой суровостью покачал головой. – Вы нарушили наш маленький хитроумный план. Вы одержали триумфальную победу. Будьте вы прокляты, благодетели. Будьте вы прокляты.

– Кажется, ты не очень-то расстроен поражением, – заметила Валькирия.

Сангвин засмеялся, снял очки и протёр их носовым платком.

– Думаешь, всё кончено? Действительно думаешь, что это конец? Милочка, всё только начинается. Но не переживайте, скоро мы снова увидимся. Берегите себя, ладно?

Он надел очки, земля у него под ногами покрылась трещинами, и он погрузился вниз, послав Валькирии воздушный поцелуй.

Через несколько минут, убедившись, что Сангвин больше не появится, Скалдаггери посмотрел на неё.

– Значит, наш план сработал, – сказал он.

– Скалдаггери, ваш план был таким – я цитирую – «давайте подберёмся к ним поближе и посмотрим, что будет».

– Всё равно, – ответил он. – Мне кажется, это прекрасно сработало.

Глава 41

Бывший работодатель Билли-Рэя Сангвина

Билли-Рэй Сангвин сидел в тени и смотрел на проходящих мимо красивых девушек. Площадь была полна людей, все болтали, и в воздухе стоял восхитительный запах еды. День был просто прекрасный, и Билли-Рэй проводил его на холме, в окружённом стеной городке Сан-Джиминьяно, наслаждаясь ароматным капучино.

Мимо прошли две очаровательные итальянки, посмотрели на него и захихикали. Билли-Рэй улыбнулся, и они снова захихикали.

– Веди себя прилично, – сказал сидевший рядом мужчина.

Сангвин ухмыльнулся.

– Просто восхищаюсь пейзажем.

Мужчина положил на столик тонкий конверт, коснулся его кончиком пальца с ухоженным ногтем и подтолкнул конверт к Сангвину.

– Твоя плата, – сказал он, – за отлично проделанную работу.

Сангвин заглянул в конверт и, сам того не замечая, облизал нижнюю губу. После этого убрал конверт в карман пиджака.

– Значит, получилось?

Мужчина кивнул.

– Мститель что-нибудь заподозрил?

– Он ни о чём не догадался, – насмешливо ответил Сангвин. – Он был так поглощён собой, что даже не заподозрил, что его используют. Ни на одну минуту.

– Он был хорошим союзником, – печально заметил мужчина.

– Однако вы без колебаний позволили ему принять удар на себя вместо вашей маленькой группы.

Мужчина поднял глаза, и Сангвин заставил себя не отводить взгляда.

– «Чернокнижники» должны были оставаться в тени, – ответил незнакомец. – На карту поставлено слишком много, чтобы позволить им нас раскрыть. Но теперь, когда Гротеск исполнил свою роль, необходимость в этом скоро отпадёт.

– Вы знали, что у Мстителя не получится, да?

– Вовсе нет, и мы сделали всё возможное, чтобы ему помочь.

– Не понимаю. – Сангвин слегка подался вперёд. – Гротеск не сумел открыть портал. Ему не удалось вернуть Безликих. Разве… ваш план не провалился?

– Это план барона провалился. С нашим планом всё хорошо.

– Я не… Но как?

Мужчина улыбнулся.

– Он их призвал. Его предсмертный крик призвал Безликих. Наши боги отсутствовали тысячелетия, изгнанные за пределы нашей реальности, не в силах найти дорогу обратно. Но теперь они знают, где мы. – Мужчина поднялся и застегнул пиджак. – Они идут, Билли-Рэй. Наши боги возвращаются. Нам остаётся лишь открыть дверь.

Мужчина вышел из-за столика и растворился в толпе. Через несколько мгновений Сангвин заметил, что он стоит рядом с какой-то женщиной, но потом толпа сомкнулась, скрыв их обоих.

Капучино остыл. Когда-то Сангвин поклонялся Безликим, но восемьдесят лет назад понял, что, если они вернутся и захватят власть, ему это не понравится. И всё же работа есть работа, поэтому Сангвин не позволил своим политическим и религиозным воззрениям встать у него на пути. К тому же «Чернокнижники» хорошо платили. Его рука потянулась к карману пиджака, к спрятанному там тонкому конверту, и все его опасения тут же растаяли. Он поднялся, вышел из-за стола и направился к двум прелестным итальянкам, которые только что прошли мимо.

Глава 42

Что-то плохое

Ночью пошёл дождь, и жара спала. Валькирия стояла на пристани в промокшем насквозь плаще. Это был не тот чёрный плащ, который не раз спасал ей жизнь. На этот раз она надела обычный – тёмно-синий с капюшоном. Её джинсы тоже намокли. Ей было всё равно.

Прошло два дня с тех пор, как они сражались с бароном Мстителем и Гротеском у госпиталя Клируотер, и, несмотря на научную магию Пестряка, у Валькирии по-прежнему болело всё тело. Порез на щеке зажил, не оставив шрама, остальные раны и синяки тоже почти исчезли, но тело было негнущимся и уставшим. И всё же она осталась в живых, поэтому, когда её пронзала боль, Валькирия не жаловалась – она была счастлива, что вообще может что-то чувствовать.

Хаггард был безмолвным и сонным. Морские волны набегали на пристань и вставали на дыбы, как будто собирались столкнуть её с места или схватить и утянуть на дно. В воздухе чувствовалась свежесть, и Валькирия сделала глубокий, медленный и долгий вдох. Она не стала закрывать глаза. Она не отводила взгляда от воды, пока не услышала шум машины.

«Бентли» остановился, и его фары погасли. Скалдаггери вышел из машины и подошёл к ней, полы его пальто хлопали на ветру. Дождь стекал с полей шляпы и капал на плечи.

– Всё ещё следишь? – спросил он.

Валькирия пожала плечами.

– Не все вампиры Сумрака были заражены одновременно. Возможно, парочку из них заразили совсем недавно, и вода их не убила. Если завтра ночью за мной никто не придёт, значит, они все мертвы.

– И тогда ты сможешь заснуть?

– Обещаю. – Валькирия посмотрела на детектива. – Как рука?

Он показал ей правую руку и пошевелил пальцами в перчатке.

– Приделана на место и почти как новенькая, спасибо Пестряку. Нам пришлось нелегко.

– Это точно.

– Виделась с Танит?

Валькирия кивнула.

– Она заезжала по дороге в аэропорт. Сказала, что мистер Блисс займётся Гротеском, разберёт его на части и всё такое.

– Разберёт на части, расчленит на изначальные составляющие, а потом порубит на куски, сожжёт и развеет прах. Теперь можно быть уверенным, что Гротеск больше не вернётся. А если и вернётся, то это будут очень маленькие кусочки.

– А доспехи Гнуса?

Скалдаггери ответил не сразу.

– Они у Турида Гилда. Думаю, он спрячет их там, где их больше никто не найдёт и не сможет использовать нам во вред.

– Вы ему верите?

– Я верю, что он будет их прятать, пока они ему не понадобятся.

Валькирия встала рядом с детективом.

– Вы всё ещё уволены?

– Да.

– Но разве они не понимают, что сбежать Мстителю помогли его жадность и глупость?

Скалдаггери чуть наклонил голову.

– Кто «они»? Нет никаких «они». Гилд – Великий Маг, вся ответственность на нём. За хранителем больше некому следить, Валькирия.

– Но есть мы.

Детектив рассмеялся.

– Наверное, ты права.

Порыв ветра сдул с головы Валькирии капюшон. Она не стала его поправлять.

– Так что вы будете делать?

– То же, что и всегда – раскрывать преступления и спасать мир, особенно когда до конца остаётся всего несколько секунд. Правда, в этот раз именно ты спасла мир. Кстати, вышло неплохо.

– Спасибо.

– Мы справимся. Без ресурсов Святилища нам будет нелегко, но у нас всё получится. Происходит что-то значительное. Ещё не всё кончено.

Волосы Валькирии прилипли к голове, а по лицу стекали струи дождевой воды.

– Загадочные боссы Сангвина?

– Верно. Кто-то действует исподтишка, стараясь держаться в тени, насколько это возможно. Но боюсь, скоро это закончится, и мы должны быть готовы к тому, что случится. – Детектив посмотрел на Валькирию. – Нас ждёт что-то плохое, Валькирия.

– Кажется, это наше обычное состояние.

За пеленой дождя и шумом ветра она почти не почувствовала ничего странного. Зато заметила, как Скалдаггери слегка наклонил голову, и сразу же обратила внимание на какое-то возбуждение в воздухе, касавшемся её кожи. Воздушные течения кружились и извивались, но в какой-то момент обтекали некое препятствие, в точности так же, как морские волны разбивались о пирс.

Они медленно повернулись и увидели вампира. У него были жилистые руки, и на мокрой белой коже выступали вены. Он был голоден и с трудом дышал. Но вампир выжил и теперь искал свою первую жертву. Он оскалил клыки и прищурил чёрные глаза. Все его мускулы напряглись. И вампир бросился на них сквозь струи дождя.

Скалдаггери вытащил из-под плаща револьвер, а Валькирия вызвала пламя на ладонях. Они приготовились драться.

Примечания

1

Игла – Монумент света, памятник в Дублине в форме иглы.

2

Чарльз Стюарт Парнелл – ирландский землевладелец и политический деятель.

3

Грейс Келли (1929–1982) – американская актриса. «Высшее общество» – один из фильмов, в котором она исполняла главную роль.

4

«Карпентерз» (The Carpenters) – американский дуэт (1969–1983).

5

Букв.: «Чистая вода» (от англ. Clearwater).

6

«Тин Лиззи» (Thin Lizzy, «Тощая Лиззи») – ирландская рок-группа, существовавшая с 1969 по 1984 год.

Content

Дерек Ленди
Осколки теней

Глава 1 Над пропастью

Глава 2 Убийца на свободе

Глава 3 Мститель

Глава 4 Красавица и чудовище

Глава 5 Лондонский ужас

Глава 6 Огненные шары в парке

Глава 7 Незваные гости

Глава 8 Билли-Рэй Сангвин

Глава 9 Потайная комната

Глава 10 Доспехи лорда Гнуса

Глава 11 Лондонская пожирательница мозгов

Глава 12 Драка в пабе

Глава 13 Гремящая гавань

Глава 14 Джек-Прыгун

Глава 15 Под прицелом

Глава 16 Подмена

Глава 17 Ограбление могилы

Глава 18 Старые враги

Глава 19 В бегах

Глава 20 Под землёй

Глава 21 Облачаясь в темноту

Глава 22 Кровь и тени

Глава 23 Слоны и кролики

Глава 24 Аргус

Глава 25 Небольшая бойня

Глава 26 Убийство в новом морге

Глава 27 Воскрешение Гротеска

Глава 28 Хорошие парни совещаются

Глава 29 По следу

Глава 30 Схватка

Глава 31 Семейная встреча Эджли

Глава 32 Осколки теней

Глава 33 Затишье перед бурей

Глава 34 Незаконченное дело

Глава 35 Атака вампиров

Глава 36 Безумная схватка с гигантским пауком

Глава 37 Когти и зубы

Глава 38 Идущие на смерть…

Глава 39 Встреча со Мстителем

Глава 40 Смертельная схватка

Глава 41 Бывший работодатель Билли-Рэя Сангвина

Глава 42 Что-то плохое

Примечания