Алекс Каменев

Сила крови III

Власть крови

Глава 1

Пролог.

Территория Колоний.

Корпоративная экстерриториальная зона.

Фабрика «Элинум-1». Собственность семьи Мелоун.

Башня административного управления.

— «Семьдесят два — шестьдесят. Прорыв периметра. Отходим на позицию три».

— «Приказ держать сектор пять, не давать продвигаться».

— «Отрицательно. Нет возможности задержать продвижение».

— «Повторяю: приказ — не давать врагу продвигаться в глубь территорий».

— «Не имеем возможности… плотный обстрел… преимущество в огневой мощи…»

На последних словах рация зашуршала, заполняясь помехами. Присутствующие в комнате быстро переглянулись.

— Похоже можно считать, что 72–60, больше не держит оборону в секторе 5, — глубокомысленно заявил старик в деловом костюме старого кроя с пышными бакенбардами.

Женщина во главе стола дернулась, напряженный взгляд метнулся в сторону панорамных окон, где за стеклом раскинулись фабрика. Производственные цеха вперемешку со складскими ангарами с высоты башни казались несокрушимой твердыней, способной выстоять под любыми невзгодами.

Жаль, что впечатление оказалось обманчивым.

— А я говорил, что гарнизон надо больше, — горячо заявил мужчина, сидевший в центре овального стола.

На последнем этаже высотки на экстренное совещание собрались весь высший топ-менеджмент промышленного комплекса.

— Не горячись, Роберт, все мы помним, что ты говорил, — спокойно ответила женщина, сидящая на месте председателя собрания.

Красивая, ухоженная, в брючном классическом костюме бежевого цвета, что иные называли — кофе с молоком, она встала и подошла к окнам. Снаружи не прекращалась канонада.

Ада Мелоун смотрела как ее карьера рушится вниз, и ничего не могла с этим поделать. Придумать, чтобы повернуть события вспять. Атака оказалась внезапной, недавно построенная фабрика подверглась нападению более значительных сил, чем предполагали аналитики и теперь за эту ошибку платили все.

— Они обходят с флангов. Ломают оборону, чтобы пробить коридор, — тихо доложил еще один участник совещания. В отличие от остальных, он сидел, уткнувшись в портативный компьютер, куда в режиме реального времени передавалась информация с поля боя.

— Кто нас атакует уже выяснили? — не оборачиваясь спросила Ада.

— На острие три меха: «Гадюка», «Дефендер» и «Оплот». Последний штурмового класса, выполняет роль тарана. Именно он ломает оборону, принимая на себя основные удары, пока остальные зачищают фланги, увеличивая радиус вторжения, — четко доложил мужчина за компьютером, выдавая навыки бывшего военного.

Мужские пальцы пробежались по клавиатуре, выводя картинку на общий экран. Присутствующие машинально прикипели взглядами к изображению. Передача шла с урывками, судя по торчащим свечкам кранов, точка наблюдения находилась где-то на окраине погрузочно-разгрузочной зоны.

В поле зрения умной оптики попал один из нападающих роботов. Его кабина непрерывно тряслась от многочисленных попаданий, но мех продолжал упорно идти вперед, изредка разражаясь пусками мини-ракет.

— Это «Оплот», — пояснил отвечающий за оборону советник. — Устаревшая модель, но у него сильно изменена стандартная компоновка.

— Как именно? — резко бросила Ада.

Не удивившись отчетливым ноткам раздражения в женском голосе (все понимали чем грозит потеря такого объекта), мужчина спокойно ответил:

— Наращена броня, увеличена мощность силовой установки, установлены дополнительные щиты, — он на секунду запнулся. — Программа анализа боевой тактики предполагает наличие магической составляющей.

Женщина в деловом костюме резко развернулась от окна.

— Хотите сказать, внутри сидит одаренный?

Военный пожал плечами.

— Как минимум у него есть что-то из артефактов. Сенсоры это засекли. И пилот точно имеет нейрочип последнего поколения. Моторика движений меха и время отклика на реакцию внешних воздействий подтверждает это с девяностопятипроцентной вероятностью.

— Но вы сказали это старая модель шагохода, — напомнила Ада.

Мужчина кивнул.

— Тогда почему пилот использует нейрочип последнего поколения, но при этом сидит в какой-то давно устаревшей консервной банке?

Советник развел руками.

— Возможно потому, что его не жалко?

В этот момент на экране пусковые установки обсуждаемого меха вновь открылись выпуская на свободу очередную стайку ракет. Стационарные турели скорострельных пушек защитников открыли ураганный огонь, снимая листы брони с корпуса вражеского робота, но тот не реагировал на обстрел, продолжая неумолимый натиск.

— Это не простая броня, — заметил еще один мужчина за столом, напоминающий ученого. — Специальные композитные сплавы, рассчитанные на множественные попадания. Видите, как металл отлетает слоями, но не дает пробить пластину до конца? Это технология называется «тройной лист».

— Почему «тройной лист»? — спросила Ада.

— Потому что, для одного гарантированного пробития надо произвести, как минимум три выстрела в одну точку, вместо одного, как обычно бывает. Очень хитрый сплав, не дающий себя пробивать с одного попадания.

Ракеты наконец достигли цели, накрыв точку с турелями автопушек. Приземистое здание скрылось в облаке разрывов. Вверх взметнулось облако пыли. Через секунду строение обвалилось, похоронив под обломками защитников с техникой.

Мстя за погибших товарищей, кто-то из обороняющих фабрику ударил по вражескому меху с другой стороны, но шагоход молниеносно развернулся, принимая атаку на левый борт корпуса, где многослойных бронеплит оставалось в изрядном количестве.

— Смотрите, как он резко обернулся, подставив под удар хорошо защищенный бок, — вскричал нетерпеливый Роберт, не удержавшись и вскочив на ноги. Ухоженный палец ткнулся в экран, будто желая привлечь внимание, хотя присутствующее и так не отрывали взоров от происходящего.

— Хороший нейрочип с повышенным временем отклика, — сухо прокомментировал возглас военный советник. Маневр меха его не удивил.

— «Фиксируем запуск дронов», — прошелестела рация голосом наблюдателя.

Головы людей в зале синхронно развернулись к окну, где за толстыми стеклами сияло голубое небо, будто надеясь разглядеть воздушных хищников, чей искусственный интеллект был создан специально, чтобы рвать и убивать врагов.

— Вы уже узнали, чей отряд идет на острие атаки? — безэмоционально осведомилась Ада Мелоун.

Отвечающий за оборону советник равнодушно пожал плечами.

— А какая разница? Уже понятно, что позиции удержать не получится, выстраивать новую тактику поздно.

Он намекал на возможность изучения методов противной стороны в атаке, для создания более эффективной обороны, на основе прошлого опыта. Если знать, кто на тебя нападает, можно предугадать его дальнейшие действия.

К сожалению для подобного шага уже поздно, периметр прорван, оборона посыпалась. Защитники в беспорядке отступают, не в силах противостоять напору противника.

Женщина неспешно повернулась. Ее ухоженные руки были скрещены на груди, взгляд пронзил мужчину холодной яростью.

— Чтобы знать кому мстить за поражение, — ледяным дыханием тихо прозвучали слова, наполненные скрытой яростью.

Но бывшего военного не испугала реакция босса. Ему и до этого приходилось служить корпорантам, думавшим о себе слишком много, и в результате плативших за подобное отношение жизнью.

— Так не принято, мисс Мелоун, — равнодушно бросил он, но все же отвел глаза в сторону. Злить сверх меры начальство не самая лучшая мысль. — Наемники всего лишь выполняют работу. Их наняли сломать нашу оборону, они это сделали. Мстить за это — дурной тон.

— Вы будете меня учить? — холодно осведомилась Ада.

Мужчина вновь пожал плечами. Спорить он не собирался, но донести мысль, как делаются дела в Колониях, был обязан. Иначе потом с него могли спросить уже боссы этой леди-босс, ведь как ни посмотри, а основными нанимателями являлись они.

Финансово-промышленный конгломерат под управлением бостонского семейства Мелоунов имел множество предприятий и интересов, его прислали сюда на время, помочь одной особе показать свои управленческие таланты, и заодно дать совет, если придется. Вот он его сейчас и давал. Совет, который возможно позже спасет слишком самоуверенной женщине жизнь.

— Станете преследовать наемников за выполненный контракт — остальные перестанут с вами иметь дело. И тогда Мелоун-Индастриз придется туго в Спорных территориях, — терпеливо, как маленькой, объяснил он.

Нотки снисходительности, проскользнувшие в голосе отставного вояки, вызвали вспышку гнева со стороны самого дерганого участника совещания:

— Как вы сметете!

— Заткнись, Роберт! — тут же резко осадила его женщина.

Ни для кого в зале не являлось секретом, что этих двоих связывали любовные отношения, и что благодаря более высокому статусу, женщина помыкала любовником не только в постели, но и в жизни.

Ада помолчала, обдумывая сказанное.

— Ладно, я поняла…

Фразу прервала усилившаяся канонада.

— Бьют из квадрата семь. Артиллерийские установки на подвижной платформе. Анализ показывает восьмидесятипятипроцентную вероятность прорыва в западном секторе с последующей высадкой десанта на управляющих модулях. Производственные цеха будут остановлены и выведены за границы боевых действий. Похоже атакующие не хотят терять ценный актив.

За окном вспух гигантский шар пламени. Одно из попаданий взорвало цистерну с горючим на краю промышленной зоны. Минимизировать ущерб нападающим не удалось.

— Что касается вашего предыдущего вопроса, мисс, то это Мантикоры, — сказал военный советник, нажимая клавиши на компьютере. Сделав предупреждении о недопустимости прямой мести, он все же сказал название отряда наемников, не желая портить отношения пусть и с временным, но все же начальством.

— Мантикоры? — переспросила Ада.

— Да, мисс Мелоун.

Женщина задумчиво посмотрела на общий экран, затем ее взгляд вновь скользнул за окно.

— Мантикора — это гербовый зверь. Думаете, здесь замешаны аристо?

Военный неопределенно развел руками.

— Все возможно.

— Кланы?

— Не знаю, мисс. Но крови они не боятся.

— Это Колонии, здесь никто не боится крови.

— Да, но только если это клановцы, то у нас большие проблемы. Этих учат убивать с самого детства, — мужчина нахмурился. — У них естественный отбор заложен в генах, где слабый умирает, а сильный возвышается.

Женщина раздраженно хлопнула себя по бедру. Рука с нежной, не знавшей тяжелой работой кожей, соприкоснулась с бежевой тканью умопомрачительной стоимости с небрежностью грубого удара.

— Проклятые дикари со своими звериными законами превосходства одаренных, — зло прозвучали слова.

— Дикари, которые правят миром, — дипломатично напомнил военный советник и замолчал. Взгляд мужчины вновь уперся в дисплей компьютера.

Остальные члены совещания больше не вмешивались, предоставляя инициативу общения с руководством военному специалисту.

Здание ощутимо тряхнуло, девятью этажами ниже разорвалось несколько снарядов. Корпоранты в зале вздрогнули, со страхом покосившись в окно. Даже маска ледяной надменности у мисс Мелоун треснула, обнажив неприкрыты испуг.

Прилеты в виде взрывов и огромных воронок заставили людей на улице бросится врассыпную. Несколько тел осталось лежат на земле. До этого здание управляющих не подвергались ударам. Впрочем, попадание было явно случайным, прицельные выстрелы уже давно снесли бы вызывающе торчащую над производственными цехами высотку.

— На подходе десант Консорциума G.A. — совершенно внезапно для присутствующих доложил ассистент, отвечающий за внешнюю связь. — Получен ультиматум вступить в переговоры.

— Global Alliance, — с ненавистью выдохнула Ада. — Еще одни ублюдки, которых я ненавижу.

— Похоже они наняли Мантикор расчистить дорогу, и теперь идут в образовавшийся прорыв, — спокойным тоном поделился военный советник. Его происходящее волновало исключительно с точки зрения военной тактики. Не его вина, что в свое время на оборону объекта выделили мало сил, посчитав большой по численности гарнизон экономически невыгодным.

Но самое худшее, что в негласной табеле о рангах в корпоративной среде G.A. стоял несравненно выше Мелоун-Индастриз и мог себе позволить выделять любые ресурсы для захвата заинтересовавшего их объекта и потом выдвигать ультиматумы.

— Нас вызывают, — сообщил помощник, повернул голову к мисс Мелоун и пояснил: — Передовой отряд Мантикор.

Большой экран на стене мигнул, появилась заставка входящего сигнала — изображение когтистой лапы, сжимающей желтый шар солнца.

Глава 2

2.

Первыми нахлынули звуки: шум набегающих волн, плеск о скалы, далекие крики чаек. Следом пришли запахи: соленой морской воды, солярки и машинного масла. Сочетание последних оказалось столь резким, что дрогнули веки, заставляя открыться глаза.

Взгляд долго не мог сфокусироваться, что-то серое мельтешило перед глазами. Понадобились усилия, чтобы мозг начал соображать. Не плавно, дерганными урывками, но все же соображать.

Продолговатые камни. Галька. Пляж? Не похоже. Запахи не те. И нет общей ухоженности. Какой-то мусор, острые камни у края берега, мутная зеленоватая вода. Определенно не пляж. Скорее район недалеко от промышленной портовой зоной.

Я с трудом перевернулся, из груди вырвался вздох. Солнце висело низко, указывая, что время приближается к позднему вечеру. Наступали сумерки. Прохлада ночи уже начала проступать.

Вздел себя на колени и тут же чуть не рухнул обратно. В разум ворвался поток воспоминаний о площади из гранитным плит, о растекающемся под ногами фиолетовом пламени, о чужое воле, что ломало сознание, изменяя и подгоняя под заданные параметры рода Мещерских.

Эффект оказался столь силен, что из рта вырвался стон. Меня замутило. Тело ломило, мышцы ныли, суставы, казалось, принадлежали другому человеку. В висках пульсировала острая боль, напоминая раскаленную иглу, вонзившуюся в мозг.

Не представляю сколько продолжалась странная пытка, но закончилась так резко, что от облегчения едва не брызнули слезы.

Вот же дерьмо! Я осознал себя стоящим на четвереньках изрыгая остатки того, что еще недавно находилось в желудке. Было плохо. Очень плохо. Но постепенно становилось получше.

Я устало сел, проведя грязными ладонями по лицу. Надо бы добраться до воды и умыться, но сил нет. Да и неохота, если честно. Лучше посидеть, подумать, привести разум в порядок, а уж затем пытаться вставать. Но для начала необходима небольшая ревизия. В первую очередь — где оружие?

Снабженного глушителем автомата нет, пистолета тоже, как и тактической кобуры на бедре, вместо нее оплавленные пластиковые огрызки. Комбез изодран, высококлассное военное снаряжение превратилось в лохмотья, не в силах противостоять буйству астральной энергии.

Отлично, минус сорок штук. Или сколько я отдал в совокупности за экипировку вместе с оружием? Пистолета жаль, успел к нему привыкнуть. Надо будет при случае обзавестись похожей машинкой, модель хорошо зарекомендовала себя.

Взгляд скользнул вниз и лицо непроизвольно вздрогнуло. Кожа на внешней стороне ладони сочилась кровью. Порезов не было, кровь словно выходил через поры кожи.

Это было столь необычно, что я несколько секунд завороженно следил, как микроскопические алые капельки выдавливаются изнутри. Что-то новенькое, раньше такого не было.

Страха нет, как и ощущения чего-то неправильного. Скорее наоборот, из глубины сознания всплыло убеждение что так и надо, организм очищался.

— А кто это у нас тут такой сладенький? — глумливый голосок прилетел откуда-то сзади. Послышались шаркающие шаги, дешевая подошва грубых ботинок скользила по гальке, создавая характерные звуки.

Подходили двое. Нет трое. В плохой физической форме, иначе бы так не шумели. Не бойцы, скорее городские крысы из трущоб, что могут быть опасными лишь внезапностью нападения.

Все это разум отметил машинально, на автомате проанализировав и звуки шагов (явно плохая координация у владельцев ног), и глумливый голосок, и прозвучавшие интонации мужского голоса, заранее записавшего собеседника в жертву.

Быстрая ревизия организма показала, что несмотря на общую слабость, больших повреждений нет, руки-ноги целы, как и тело в целом. Полной развалиной себя не ощущаю, а значит нормально.

— Может обидел кто? Так мы поможем. Но за помощь придется заплатить, — продолжал все тот же голосок. — Мы люди добрые, поможем чем сможем. А ты нам за это сделаешь приятно.

Раздались смешки других. Они подходили, полностью уверенные в собственном превосходстве, не сомневаясь, что будущая жертва уже в их руках.

— Я даже со спины вижу, какая у тебя смазливая мордашка, нежные губки и розовая попочка, — все никак не успокаивался первый. Двое поддержали его заливистым смехом.

Шаркающая по гальке походка становилась все ближе. Скосив глаза я заметил, что не ошибся с количеством подходивших. Трое, одеты в какую-то рвань, измазаны грязью, давно немытые волосы свисают лохмами. Уродливые лица щерятся беззубыми ртами.

Трое оборванцев подваливали вихляющей походкой, самым опасным выглядел правый и то только потому, что заскорузлые пальцы сжимали железный прут, то ли обломка трубы, то ли огрызка арматуры. Остальные двое ничего в руках не держали, по крайней мере на виду.

— Ну что, сладенький, скрасишь наш вечерок…

Громкий хруст выбитого сустава заставил говорливого резко заткнуться. Не вставая с земли, я ударил ногой, ломая ему колено. Тут же нанес еще один, подошвой под ногу второго, того, что с прутом.

— А-а-а-а!!! — дико заорал первый, глядя, как сломанная кость выскочила из плоти. Потоком хлынула кровь.

Черт, удачно получилось, думал всего лишь выбью колено. Третий и последний участник веселой компании вполне грамотно качнулся назад, выходя на пределы удара. Морщинистая рука с застарелыми пятнами рыбкой нырнула в карман. Не зная, что там и не желая проверять, я плавно скользнул вперед, одновременно поднимаясь на ноги, и с ходу нанес новый удар на этот раз под основание носа ребром ладони.

Такие удары опасны тем, что вибрация от приложенной силы выливается в мощный импульс, пробегающей волной от места соприкосновения по ближайшим частям тела. В этом случае, объектом приложения стал череп и бултыхающаяся внутри серая масса. Все равно что одеть на голову железно ведро и со всей дури врезать кувалдой, только с воздействием изнутри. Как сотрясение, только во сто крат сильнее. Если знать точно, как бить, то легко превратить мозги в жидкий кисель.

Что и произошло Оборванец постоял секунду, затем молча рухнул навзничь, став похожим на груду грязного тряпья. Готов.

Я повернулся к двум другим. Тот, что справа поскуливал, пытаясь ползти, забыв о валяющейся неподалеку железяке. Любитель розовых попок выл на одной ноте, пытаясь выпрямить выбитое колено.

По себе знаю, боль при таких повреждениях адская. Ощущение, будто кости трутся друг от друга, пока разорванные связки бьют током, как от оголенного провода, порванных нервных окончаний.

Молча обойдя центрального, я подошел к ползущему, подождал пока голова чуть опустится и нанес короткий удар подошвой ботинка в основании черепа. Что-то отчетливо хрустнуло, оборванец дернулся и затих. Минус два. Неплохо, для того, кто только что вырвался из астрального ада.

— Значит розовые попочки любишь, — произнес я, небрежно поднимая с земли железный прут и походя к последнему из троицы.

Предчувствуя, что сейчас произойдет нечто ужасное, тот завыл совсем на высокой ноте, заставив поморщиться. Того и гляди в ультразвук перейдет, мелкий ублюдок.

— Не надо! Прошу, не надо! — законючил он, на секунду превратившись в нормального человека. Испуганного, раскаявшегося, осознавшего, что до этого вел неправедную жизнь и даже действительно поверившего, что если выживет, то потом изменится.

Знаю такие выверты сознания. Он и правда сейчас в это верил, но пройдет время и обещание забудется и все вернется на круги своя. Так что никаких вторых шансов. Не изменятся, не станет святым. Не в их это природе — становится другими людьми.

Я пинком перевернул визжащее тело и с размаху всадил прут в живот любителю сладеньких мальчиков. С академическим интересом посмотрел на деяние рук своих, отметив глубину погружения. Вроде нормально.

— А-а-а-а!!! — оборванец задохнулся в крике.

Вдохнув новую порцию воздуха, он вновь завизжал так, что я снова поморщился.

— Так и оглохнуть недолго. Чего надрываешься? — доброжелательным тоном осведомился я.

— Не надо! Не надо! Прошу вас, не надо! — зачастил оборванец с ужасом глядя на торчащий из живота металлический прут.

Я проследил за его взглядом, кивнул.

— Да, наверное, стоило засунуть тебе его в задницу. Раз уж ты такой любитель розовых попок.

Он с ужасом вытаращился на меня, на мгновение забыв о боли.

— А ты как думал? Да воздаться по делам вашим… или как там… дальше не помню, — повинился я. Рука крепко ухватила прут и выдернула резким рывком.

Поганец заверещал. Последовал новый пинок, поворачивающий его обратно на живот. Спускать штаны не стал, примерился, прикидывая, где заветная дырка, и с одного взмаха загнал железную палку между худых ягодиц. Кажется попал куда надо, хотя гарантий давать не рискну.

— Ну вот, а ты боялся. Чпок и готово, — я отряхнул руки.

Завывания затихли. Сдох что ли? Нет, дышит. Но это ненадолго, кишки разворочены, в жопе металлический прут — умирать будет долго и мучительно.

С мрачным удовлетворением оглядев композицию их трех тел, я еще раз отряхнул ладони от грязи и отправился прочь от берега. Но сделав всего несколько шагов, резко остановился, как налетев на стену.

Наказание ублюдков принесло удовольствие. Раньше такого за собой не замечал. Раньше я их бы просто убил — быстро и без затей, забыв об их существовании уже через пару минут, а сейчас наслаждался каждой секундой.

Наверное, нечто подобное испытывал князь Мстислав, мстя за убитую дочь вырезая под корень Валашское княжество. Что это? Еще один привет от крови Мещерских?

— Твою мать…

Ладно, позже об этом, сейчас надо выбираться. Если судить по окружающей местности и видневшимся вдали строениям, меня выбросило в портовой зоне. Вдалеке виднеются сияют огнями громады небоскребов. Это определенно Скайфолл. За проведение в мегаполисе дни, его очертания уже успели примелькаться, с другим городом трудно спутать.

Хоть в этом повезло. Могло оказаться гораздо хуже и зашвырнуть куда-нибудь в Африку, оттуда выбираться намного труднее.

Я потащился к дороге, где долго и безуспешно пытался поймать попутку. Хрен там, в этом секторе ездили в основном грузовики, чьи водители обосновано опасались останавливаться рядом с подозрительно выглядевшей фигурой в лохмотьях.

Пришлось идти пешком. К счастью, до пригорода оказалось недолго. Пару раз в сгущающихся сумерках мелькали подозрительные фигуры, но никто из темноты не выступил, вероятно принимая за своего, слишком уж внешний вид у меня оказался специфический, легко сойду за одного из местных бомжей.

А вот на КПП начались проблемы. Парень в униформе и черном берете долго вглядывался в данные на экране, запуская проверку по третьему кругу.

— Проблемы? — начав терять терпение я переступил с ноги на ногу. По дороге пришлось выбросить окончательно развалившиеся ботинки, а стоять босиком холодно.

— Прошу вас вытянуть руку вперед, — строго произнес офицер. Две закованные в темный металл фигуры за его спиной едва заметно шевельнулись, готовые действовать, если подозрительно выглядевший субъект заартачиться.

Пришлось подчиняться. В палец укола маленькая игла, пошла проверка по ДНК-образцу, вписанного в регистр наемника. Какое-то время ситуация оставалась подвешенной, затем лицо офицера разгладилось. Идентификация прошла успешно.

— С вами все в порядке? Может нужна помощь? — тотчас став любезным осведомился дежурный. Солдаты за его спиной расслабленно качнулись назад.

— Нет, благодарю. Просто был плохой день, — я криво усмехнулся, показывая, что шучу.

Парень в униформе ответил вежливой улыбкой.

— Хотя если вас не затруднит, вызовите пожалуйста такси, — попросил я, спустя короткую паузу.

Офицер коротко кивнул. Я направился к пешеходному переходу. Сил тащиться пешком уже не было, поэтому лучше сразу в машине.

Еще через полчаса, я входил в двери фешенебельного отеля. Администратор на ресепшне, если и удивился внешнему виду нового постояльца, то не подал вида. Стоило увидеть при регистрации номер счета с остатком депозита, как он стал само воплощение любезности, пообещав прислать в номер новую одежду и ужин, заказанный из ресторана при отеле.

После душа лежа на широкой кровати я тупо уставился в потолок. Мыслей не было. Каждая клеточка мышца тела отдавала ноющей болью. Постепенно наваливалась усталость. Ничего не хотелось делать, просто лежать и ни о чем не думать. Все это лучше оставить на потом.

Сам не заметил, как задремал и провалился в омут беспамятства. Последней осознанной мыслью мелькнуло опасение, чтобы не повторился сон с очередным погружением в проклятый Астрал. Дальше пришла темнота…

Проснулся с тяжелой головой. К счастью ничего не снилось, вся ночь прошла как в провале, вроде только отключился, а за окном уже утро.

— Черт, как после похмелья.

Снова душ, на этот раз контрастный. Резкие перепады температуры помогли прийти в себя. По крайней мере голова перестала болеть.

Дальше завтрак: ледяной апельсиновый сок в высоком бокале, жареный бекон, яичница, тосты, помидоры, и непременно большая чашка кофе. В гостиной обнаружился выход на открытую террасу. Номер оказался из дорогих. На последнем этаже, на уровне пентхауса.

Набросив белый махровый халат вышел наружу, знаком велев вызванному персоналу сервировать завтрак на балконе.

Скайфолл жил своей жизнью. В воздухе мелькали ховербенды, далеко снизу доносились звуки оживленных улиц, стоял гул многомиллионного мегаполиса.

— Телевизор работает? — я кивнул на встроенный в стену экран.

— Да, сэр, конечно, — девушка, помогающая в сервировке, нажала кнопку. Экран ожил. Телевизор находился в гостиной и пришлось переставлять стул, чтобы смотреть его хотя бы под углом.

— Спасибо, вы можете идти, — поблагодарил я.

Молодой парень и девушка в униформе персонала отеля коротко поклонились и вышли. Стоимость завтрака и обслуживание в номере будут включены в общий счет.

Я сидел прихлебывал кофе, краем глаза наблюдая за утренним выпуском новостей. Главное по важности событие конечно нападение в Скайфолле. Было. Теперь его перебил еще более кровавый теракт в германском секторе протектората японских островов.

— «… продолжается противостояние в западной части пригородов Токио. Высадка десанта не дала противостоящим повстанцам силам продвинуться в глубь контролируемых ими территорий…», — симпатичная ведущая с пухлыми губами и крупным бюстом безэмоционально комментировала транслирующийся кадры с городских улиц бывшей японской столицей, ставшей административным центром Объединенного Протектората.

Германцы не смирились с потерей территории и почти сразу попытались контратаковать, вернув контроль над сектором. Спешная набранная сборная солянка из панцергренадеров и отдельных подразделений штурм-полка с ближайшей военной базы высадились в окрестностях Токио уже через несколько часов после уничтожения администрации немецкого сектора.

Высадились. И умылись кровью. Попытка с ходу подавить мятеж провалилась, толком не начавшись. Совершенно неожиданно у повстанцев на руках оказалось тяжелое вооружение, в том числе малые мехи легкого класса, специально приспособленные для боев в городских условиях.

Но что хуже всего — ряды мятежников были плотно насыщенны реактивными гранатометами с тандемными боеприпасами и портативными зенитно-ракетными комплексами. Это сразу на несколько ступеней усложнило ведения боя для регулярной армии Священной германской империи. Когда с крыши каждого дома может прилететь ракета (зенитная или термобарическая, не так уж и важно), то приходится распылять силы и быть особенно осторожными, продвигаясь вперед.

Взять повстанцев нахрапом малыми силами не удалось. Тевтонам вломили от души, заставили умыться кровью. Началась переброска и накопление подкреплений за пределами города. И вот здесь вскрылась важная деталь — оказалось в данный момент у германцев не хватало свободных подразделений, чтобы бросить их на подавление мятежа.

Кто-то очень точно рассчитал время атаки, сделав так, что у противника окажутся связаны руки.

— «… инициатива британской стороны вызвала дискуссию со стороны других стран…».

А вот и главные кукловоды. Даже не сомневался в личности тех, кто стоял за случившимся. Пока остальные великие державы замерли, ожидая чем все закончится и готовясь поделить немецкий сектор между собой, хитрозадые лимонники выступили с предложением.

— «… немедленное прекращение всех боевых действий, приглашение противоборствующих сторон сесть за стол переговоров при посредничестве Британской империи, как нейтрального наблюдателя, и начало обсуждения пересмотра условий законов функционирования протектората. Последний пункт уже вызвал жаркую дискуссию среди политиков и экспертов. Никто не может точно сказать, что к чему именно приведут переговоры, но то, что они будут, уже почти никто не сомневается…»

— К чему-к чему, как обычно — к тому, что островитяне в очередной раз обведут вокруг пальца чересчур прямолинейных тевтонов, — с усмешкой, хмыкнул я.

Даже самому тупому стало понятно, откуда росли ноги вспыхнувшего мятежа. Где повстанцы взяли тяжелое вооружение и от кого получили инструкции по проведению ритуала с выбросом астральной энергии.

Отлично сыграно. Хорошо спланированная и скоординированная атака. Только вот повстанцы плохо понимают и не осознают ситуацию до конца. Поманив морковкой свободы, британцы станут намного худшими хозяевами, чем немцы. Они понимают, что последние не оставят ситуацию просто так и в конечном итоге отвоюют свой сектор, поэтому церемонится не будут, выдаивая чужой производственный кластер до конца.

— И тут наступит прозрение, но будет поздно, — проронил я, берясь за стакан с соком и собираясь приступить к завтраку.

Будто в насмешку в гостиной зазвонил телефон. Чертыхнувшись, я вышел с террасы и поднялу трубку.

— Извините, сэр, что беспокою вас, но к вам пришли, — сказал сотрудник с ресепшена.

— Кто?

— Он представился, как герр Клаус с сопровождающими. Судя по документам, они из представительства Германской империи.

Дерьмо! Захотелось выругаться. Быстро работают засранцы. Я вздохнул, прикидывая варианты. Арестовать меня не смогут, нет полномочий, Скайфолл — нейтральная территория. Убивать сразу тоже вряд ли будут, по крайней мере не так открыто. Тем более в этом случае не предупреждали бы о своем визите заранее. Значит хотят просто поговорить.

— Хорошо, пусть поднимаются, — разрешил я и положил трубку.

Подумал и спокойно отправился завтракать дальше. Поговорим с германскими посланцами на террасе.

Глава 3

3.

— Итак, я вас слушаю, — я откинулся на спинку стула, поведя рукой на место напротив.

Предложение присесть принял только один из тройки гостей. Двое других рассредоточились по террасе.

Главный — мужчина лет сорока, крепко сбитый, в хорошем, но не слишком дорогом костюме, блондин с холодными голубыми глазами — из тех кого в молодости называли «белокурой бестией», спокойно уселся за столик, покосившись на расставленные тарелки с завтраком.

Заметив взгляд, я гостеприимно предложил:

— Угощайтесь. Говорят завтрак, самый главный прием пищи на протяжении дня.

Германец молча покачал головой.

— Тогда может кофе? — и не дожидаясь ответа я налил в свободную чашку черный, как битум напиток.

Аромат свежесваренного кофе растекся по террасе, как мягкое покрывало. Носы оставшихся на ногах немцев задвигались. Кофе был дорогой, из тех, что не всякому по карману. А эти двое явно из простого подчиненного уровня. Оба рослые, подтянутые, широкоплечие, стрижки короткие, военная выправка. Отставники, перешедшие на работу в охрану посольства? Скорее всего. Взгляд цепкий, движения экономные. Парни явно с боевым опытом.

Все это я отметил мимоходом, основное внимание уделив их начальству — герру Клаусу.

— Итак? — повторил я, вопросительно приподняв бровь.

На какое-то мгновение взгляд еще совсем недавно уверенного в себе германца смешался. Когда он входил в номер, то чувствовал себя хозяином положения, это было заметно по глазам. Но увидев неброскую роскошь дорогих апартаментов потерял былую уверенность.

Когда в деле такие деньги, всегда есть подвох. Наводя справки о молодом наемнике, гость наверняка не рассчитывал столкнутся с демонстрацией столь внушительных финансовых возможностей. Одна ночь в гостинице такого класса стоила стоила столько, что никакого депозита не хватит для комфортного проживания. По крайней мере, тот у кого это последние деньги, не будет так шиковать.

К тому же его явно напрягало разное социальное положение. Герр Клаус был пусть и не последним, но обычным чиновником из германского представительства (скорее всего работал в разведке или другой подобной структуре), не имел титула, не относился к аристократам и не являлся одаренным. Это ставило нас на разные ступени общения.

Но самое главное: он не понимал этой разительной разницы: между тем, что узнал о недавно вернувшимся из Африки молодом мерсере, и тем, кто сейчас сидел напротив. Слишком разница бросалась в глаза.

В белом махровом халате с вышитой золотом эмблемой отеля, на последнем этаже открытой террасы, где за вид взимают отдельную плату, сидя за столом с накрытым завтраком — больше всего я походил на благородного отпрыска могущественного семейства, решившего развлечься в экзотических Колониях.

Они наверняка навели справки о роде Мещерских, об их банкротстве и полном угасании, даже вымирании. И тут такой диссонанс: последний из рода не только не похож на бедного родственника, но скорее напоминает преуспевающего молодого аристо, отправившегося за приключениями на другой конец света.

Непонятная ситуация. А что непонятно, то может быть потенциально опасным. Поэтому ведут себя вежливо. Хотят понять, что происходит, а для этого лучше сначала прощупать ситуацию осторожно.

И послали кого не жалко в случае чего потерять. Не равного, но исполнительного. Обычного служаку, которого при необходимости легко списать со счетов. И герр Клаус прекрасно понимал эти расклады, потому и выглядел недовольным.

— Герр Мещерский, я хотел бы у вас осведомиться, не вы ли это на записи? — как по мановению волшебной палочки в руках германца возник тонкий планшет.

Дисплей плавно повернулся в мою сторону, показывая короткое видео. Судя по ракурсу, снимали откуда-то сверху. Видимо с того самого полицейского блока уличного наблюдения. В плотном армейском комбинезоне, с компактным автоматом в руках, с открытым лицом — я стоял посреди домов японских трущоб и не узнать меня было невозможно.

То что, меня в конце концов вычислять не вызывало сомнений. Камеры на улице, шлемы солдат с оптическими визорами, высадившие десант ховербенды — да мало ли имелось возможностей срисовать физиономию чужака, внезапно появившегося посреди города.

Но то, что опознают так быстро, проведут идентификацию, а затем еще и заявятся с утра пораньше в гости — подобного я не ожидал. Похоже сильно тевтонам припекло, раз так шустро забегали. Получили щелчок по носу и начали усиленно рыть. Наверняка и не без поощрительного пендаля из метрополии не обошлось для повышения работоспособности.

Говорить правду? Или полуправду? Врать бессмысленно и опасно. К тому же, если разобраться, то я в этой истории оказался случайно. Другой вопрос, какие последствия могли меня за это в дальнейшем ожидать.

— Да это я, — признал я, отпил из стакана с соком, и принялся за бекон с яичницей. Пропускать завтрак из-за разговора, я не собирался.

Мелькнула мысль о британце из консульства, что навел на кинжал. Неужели тоже еще один элемент сложно выстроенной интриги? Как и кража перстня Мещерских впоследствии? Надо признать, в этом случае, тот умник очень ловко прикинулся жадным до денег простым дипломатом. Сыграл игру и заодно подложил мне свинью, впутав в схему с повстанцами. Добраться бы до этого умника и сказать пару ласковых слов… перед тем как вскрыть глотку от уха до уха.

— А это тоже вы? — на экране планшета появилась другая запись, на этот раз с крыш окружающих двор домов, где проходил ритуал.

На этот раз ракурс глядел снизу-вверх, должно быть видеокадры со встроенного визора шлема одного из солдат.

Я спокойно дожевал кусок бекона, отломил кусок поджаристого тоста, и только после этого спокойно кивнул:

— И это тоже я.

Германец сжал зубы.

— Что вы там делали?! — резко спросил он.

На моем лице появилась вежливая улыбка с нотками недоумения по поводу грубости. Немец опомнился.

— Извините, герр Мещерский, просто мы потеряли много людей и судя по всему, вы можете об этом что-то знать.

Попытка мягко надавить, прощупать, прикинувшись вежливым. Как это знакомо. И виноватый вид всего лишь очередное притворство. Он просто не знает с какой стороны подступить. Спокойная, даже равнодушная реакция на запись сбила с толку. Неужели надеялся, что с ходу сломаюсь и начну давать показания? Тогда он не так умен, как выглядел.

— Герр Клаус, — я расслабленно откинулся на спинку стула. Пальцы откинутой руку шевельнулись, словно перебирая невидимые нити. Воздух вокруг кисти дрогнул и окутался призрачной дымкой.

Телохранители напряглись, но даже не попытались сунуть руки под полы пиджака, где наверняка имелось оружие, или сделать другую похожую глупость.

Проследив рассеянным взглядом, как играет солнечный свет на призрачных гранях сгустка маго-энергии, я сжал пальцы, ломая не сформировавшийся до конца конструкт.

Тоже своего рода предупреждение — не пытайтесь давить, не у себя дома, и напротив не рядовой обыватель, кому можно угрожать.

Германцы прониклись. Герр Клаус медленно выдохнул.

— Что касается записей, то да, это я, — глупо отрицать очевидное. — Что я там делал? Преследовал похитителей семейной реликвии. Наверное, вы слышали про недавний теракт в жилых комплексах. Я жил в одном из них. Когда террористы напали, то среди прочего они украли одну мою вещь. Узнав, кто являлся инициатором нападения, я отправился на их поиски, — я развел руками. — Как видите ничего загадочного в этом нет.

— Мы так не считаем, — хмуро буркнул главный германец. — Был проведен запрещенный ритуал, приведший к гибели множества подданых его императорского величества Фридриха, опоры и защитника Германской священной империи…

— И я желаю долгих лет его императорскому величеству, — мягко перебил я. — Но при чем здесь я и ваше несчастье? Уверяю вас, ни в каком ритуале, приведшем к гибели подданых германского императора, я не принимал участия.

Герр Клаус засопел. На что я ответил безмятежным взглядом, полным искренней честности. Непробиваемое спокойствие собеседника выводило белокурую бестию из себя. Но приходилось держать себя в руках. Не обычного наемника допрашивал.

— Как вы прибыли в Токио? Ни одна служба контроля не зафиксировала ваш приезд.

Я мирно пожал плечами.

— А разве это так важно? Прибыл и прибыл. Главное мне так и не удалось вернуть украденную вещь. Возникшая аномалия уничтожила воров вместе с ней, — я скорбно поджал губы, показывая, насколько дорожил похищенной реликвией.

— Еще погибло множество людей, — строго напомнил немец.

Я закивал.

— Да-да, это просто ужасно.

Но по моему тону даже самый твердолобый поймет, что плевать я хотел на сдохших людишек. Другое дело потерянная семейная побрякушка, она намного важней. Так или почти так подумает герр Клаус. И это будет проявлением вполне обычного поведения для представителя высшей аристократии.

— За несколько часов до этого базу повстанцев из числа боевиков движения Рониных атаковала группа наемников. Что вы можете рассказать об этом происшествии? — ровным тоном спросил германец, в последний миг сдержав себя.

С моей стороны последовало очередное равнодушное пожатие плеч.

— Ничего. Я искал свою потерянную вещь и прикладывал для этого все усилия. Или у Германской империи есть претензии за уничтоженное гнездо преступников?

Издевка не удалась, на лице немецкого разведчика (а он точно из разведки или какой-нибудь спецслужбы, слишком не похож на заурядного клерка) появилась холодная улыбка.

— Нет, мы не против, когда карают преступников. Но мы против, когда это делается под прикрытием нанесения вреда нашей стране.

Я в притворном удивлении развел руками.

— Герр Клаус, помилуйте, какой вред. К вашей стране я испытываю лишь глубочайшее уважение.

Не знаю, поверил ли он мне, но расспросы продолжил. Точнее попытался продолжить.

— И все-таки нам хотелось бы знать, как именно вы попали на территории японского протектората, — настойчиво повторил он.

Властным жестом я остановил его.

— Довольно, я ответил на все ваши вопросы. И этого хватит.

На террасе на мгновение сгустился воздух, повисла неестественная тишина, солнце померкло, голубое небо стало тусклым и неприветливым. Сумрак скользнул через балюстраду, захватывая в объятия окружающее пространство.

Один удар сердца — и все кончилось. Снова светило солнце, слышались звуки огромного мегаполиса, голубой небосвод вновь стал насыщенным ярким.

Герр Клаус сглотнул, зябко поведя плечами. Зримая демонстрация силы произвела впечатления — больше, чем фокус с призрачным сгустком, играющим между пальцев. Они почувствовали мощь выплеснутой энергии и предпочли отступить.

— Тогда не смеем вам больше мешать… — немец на секунду запнулся, затем все же произнес: — Ваша светлость.

Я ответил небрежным кивком. Сделал знак рукой, таким жестом обычно отпускают слуг. Все трое дернулись, как от пощечины, но сдержались. Сухо улыбнувшись, герр Клаус первым вышел с террасы, телохранители последовали за ним через секунду.

Вскоре хлопнула дверь в номере, показывая, что гости ушли. Я расслабленно откинулся назад.

Забавно, сначала я и правда играл роль высокородного аристо, кому надоедают какими-то странными расспросами, но вот последний жест получился естественным, будто меня с самого рождения учили повелевать.

Я побарабанил пальцами по столу. Снова провернул кисть, задумчиво глядя на прозрачную дымку. Неплохой фокус. Но в том-то и дело, что фокус. В отличие от последнего проявления магии с затемнением террасы, это уже было классом выше.

Знание о создании заклинаний прочно проросли в моем сознании после испытания крови в Астрале. Проблема в том, что не все они оказались доступны на практическом уровне. Не хватало сил. Все равно что знать, как поднять штангу со сто двадцатью килограммами (что там знать, и так понятно), но силенок все равно не хватает.

Получался парадокс. Теория есть, а практика недостижима. По крайней мере большая часть с самыми мощными заклинаниями. Пардон, маго-конструктами.

Не думаю, что кто-нибудь из молодых адептов и неофитов попадал в похожую ситуации. Когда знаешь, но не можешь, точнее не имеешь физической возможности сотворить плетение. Их, в отличие от меня, обучали поступательно, шаг за шагом, а не впихивая все подряд одним массивом данных. В котором, между прочим, еще предстоит разобраться.

Одно хорошо — Сила крови Мещерский — Сила Старших семей, работала без всяких дополнительных условий. Сумерки над террасой относились именно к их числу. Способность напрямую обращаться к Астралу являлось семейным даром Мещерских и не требовала усилий.

Если, конечно, недолго и быстро свернуть все обратно. Иначе могла накатить слабость, как от иссушения жизненных сил.

Я протянул руку к присланному вместе с одеждой в номер планшету. Новенький плоский девайс оказался намного легче предшественника, сгинувшего вместе с оружием и снаряжением.

— Ввод пароля.

Пальцы пробежались по сенсорному меню, вводя реквизиты виртуального банка.

История операций. Последние основные расходы — найм отряда Вульфа. Наемники, второй ховербенд, Стрекоза Юки Амаро, страховка всей этой толпы, топливо для летающей техники, пошлина за официальный регистр, боеприпасы, отдельной строчкой цена за срочность.

— Нехило, — я почесал подбородок. Остаток — меньше десяти миллионов. Не считая депозита на право нахождения в Скайфолле, который, кстати, тоже постепенно тает.

— И плюс еще миллион для Дикой Охоты, — задумчиво проронил я.

Откупиться от курса по управлению КИБами придется раньше срока. Проведенная инициация в Астрале слишком сильно перестроила энергетику, наставники это обязательно заметят, появятся ненужные вопросы. Оно мне надо? Особенно в данный момент. И так уже привлек к себе слишком много внимания. Если тевтоны начнут копать, а они начнут, другого выхода у них нет, то не стоит давать лишнего повода лезть куда не следует.

— Засранцы, и угораздило же влезть во все это дерьмо, — я быстро набросал запрос о прекращении обучения в канцелярский отдел Дикой Охоты, указал свое согласие компенсировать в полном объеме затраченные средства на обучение и прикрепил банковские реквизиты на срочный перевод средств.

Все, с этим покончено, если не дураки, то не будут возражать, постаравшись избавиться от рекрута, получив полное возмещение. Зачем отряду потенциально нелояльный боец? Проще взять откупное и забыть.

Так и вышло, уже через пять минут, когда яичница подошла к концу вместе с беконом и тостами, а на столе остались лишь пара долек помидоров со стаканом недопитого сока, планшет тренькнул входящим сообщением.

— Мда, действительно один миллион. Даже скидки не дали из-за досрочного прекращения контракта, — я ругнулся, но все же сделал необходимый трансфер. Проще так, чем потом выяснять отношения с влиятельным отрядом наемников.

* * *

— Ну что скажете? — зайдя в лифт, Клаус по очереди обвел взглядом подчиненных.

Указательный палец с характерными мозолями стоящего справа помощника ткнулся в кнопку фойе, кабина мягко тронулась.

— Мелкий высокомерный ублюдок, — ответил второй, выражая общее мнение.

Клаус кивнул, буркнул:

— Но то, что из высокородных не вызывает сомнений. Я это сразу понял, когда увидел его физиономию. Слишком правильные черты лица.

— В смысле? — удивился помощник, нажимавший кнопку лифта.

— Когда женщины открывают в себе способности к магии, что они первым делом делают? — вместо ответа спросил Клаус и не дожидаясь нравоучительно сказал: — Заботятся о своей красоте. У баб это на уровне инстинктов. Мужики в первую очередь думают о силе. Вот и получается, что от маменьки такие красавчики получают природную привлекательность, а от папеньки силу. И вырастают потом смертоносные и красивые звери, готовые рвать любого, кто перейдет им дорогу. Видели, как он на нас в последний раз посмотрел?

Первый подчиненный кивнул.

— Думал убьет. Глаза совсем пустые стали, словно не на людей глядел.

— А он и не людей видел, а препятствие, которое готов был сокрушить не задумываясь. Для таких как он даже смерть других аристо — всего лишь еще одна возможность показать превосходство над чужим родом и кланом, — Клаус не выдержал, сплюнул. — Совсем там со своим правом силы с ума сошли. Готовы грызть другу друг глотки, доказывая, что лучшие.

На какое-то время в кабине установилась тишина.

— И что дальше? — не выдержал правый помощник.

Клаус подумал, махнул рукой.

— Доложим послу, пусть разбирается. Он тоже граф и одаренный, его русский аристо так просто не выставит.

Глава 4

4.

За сутки до описываемых событий.

Территория Колоний. Скайфолл.

Посадочные площадки для частного транспорта.

Выдвижные опоры мягко качнулись, принимая на себя Silicon Dragonfly. Задние створки поползли вниз, выдвигая рампу аппарели на землю. Прогрохотали ботинки солдат, спускающихся вниз. Их командир на мгновение обернулся, коротко кивнул на прощение и проследовал вслед за бойцами. Майя осталась в отсеке одна.

Ничего не понимающая, оглушенная водопадом событий, обрушившихся на голову всего за пару часов, но продолжавшая крепко сжимать автомат, инстинктивно считая его единственным за что можно зацепиться, чтобы не удариться в панику.

— Чего сидишь? Полет закончен, — голос наемницы-пилота прозвучал сверху. Она смотрела в проход, ведущий из кабины в отсек, и на ее лице застыло выражение недовольства задержкой.

— Да-да, сейчас, — Майя суетливо поднялась, подхватила небольшой рюкзачок, входивший в комплект армейского снаряжения, и медленно двинулась к выходу.

Стоя на квадратной посадочной площадке, девушка оглянулась, не зная куда идти. И если на то пошло, не понимая, что делать дальше.

Тим исчез. В буквальном смысле растаял в воздухе на берегу, где остались лежать тела казненных наркоторговцев. Вспомнив как хладнокровно и безразлично их расстреливали солдаты, Майя вздрогнула. Все это напоминало выполнение хорошо отлаженной и давно надоевшей работы профессионалов, для кого убить человека так же легко, как раздавить мелкого паучка.

Это вызывало страх. Не из-за проявленной жестокости, а именно из-за привычности действий. Сколько же крови за каждым из них, если они не задумываясь открыли огонь всего по одному знаку своего командира.

А Тим, он же не старше нее, но смотрел с таким безразличием, что становилось страшно. Светловолосый красивый парень почти не обратил внимания на казнь пленных, больше занятый пропажей своего перстня, и даже когда стало известно, что его здесь нет, не проявил особых эмоций, приказав зачистить на острове всех.

Да, они преступники, одни наркоторговцы, другие террористы, но то с каким хладнокровием и безжалостностью с ними поступили, поневоле вызывало внутри протест. Нельзя так с людьми. Неправильно это. Какими бы плохими они до этого не были.

— Это для тебя нельзя, а для них можно все, — раздался голос наемницы над ухом.

Майя вздрогнула. Она не заметила, как произнесла последние фразу вслух и ее услышала проходящая мимо Юки. Наемница закрыла Стрекозу, собираясь уходить, но притормозила, привлеченная заторможенностью недавней пассажирки.

— Зачем вообще тебя взяли с собой?

Майя покачала головой.

— Не знаю. Наверное он хотел посмотреть, как я буду реагировать.

— Тогда ему стоило остаться и понаблюдать за тобой сейчас, — девушка с азиатскими чертами лица жестко усмехнулась. — Сумел бы получить больше выводов.

Слова прозвучали с издевкой, Майя вспыхнула.

— Пока ты сидела в своей железяке, я пошла вместе с ним и видела, что сотворили солдаты.

— А что они сотворили? — со скукой осведомилась Юки. — Провели зачистку плантации коки? Так это рядовое явление. Такое случается сплошь и рядом. Вот если бы ты увидела, как полностью сжигают деревню, перебив все население, только потому, что она мешает строительству новой производственной линии очередной корпорации, тогда ты бы поняла, что увиденное сегодня еще не самое худшее. Или думаешь наемники убивают только преступников и бандитов?

Она смотрела спокойно, полностью уверенная в собственной правоте, и Майя это почувствовала. У пилота Стрекозы было намного больше жизненного опыта по сравнению с ней, и он знала о чем говорит.

Увидев отвращение на лице молодой девчонки, Юки усмехнулась.

— А ты что думала, все будет просто, тебя возьмет под крылышко благородный аристо, купит много красивых вещей, даст денег и введет в ближний круг? Ты хоть знаешь, кто такие одаренные? Откуда они пошли и как появились?

Майя молчала, не потому что ей нечего ответить, а потому что понимала, что спрашивают отнюдь не об общеизвестных истинах из сети.

— Ты когда-нибудь слышала о родовых программах кланов? А о селекции? О евгенических подходах при выращивании новых поколений способных обращаться к магии? Видела, как твой хозяин исчез в рассыпавшихся тенях?

Майя вздрогнула, вдруг вспомнив, что Тим действительно исчез не просто так, а будто рассыпавшись в лепестках, сотканных из тончайших теней. Это произошло столь быстро, что мозг не поверил, заместив увиденное обычным исчезновением и отнеся остальное на счет игры разума. Но похоже это видела не только она.

— Это магия, девочка, — с видом умудренной женщины произнесла Юки, хотя была старше собеседница всего на несколько лет. — И плата за власть над ней очень высока. Если собираешься играть в эти игры, имей это ввиду.

Она уже разворачивалась, собираясь уходить, когда голос Майи догнал ее в спину.

— А разве ты не хочешь вступить в его свиту? — то о чем она думала, казалось ей пределом мечтаний и других. Тем сильнее поразил равнодушный ответ.

— А зачем? — наемница пожала плечами. — Получить более высокий статус? Так его еще надо заслужить. Не скрою, войти в ближний круг к одному из аристо очень соблазнительно, особенно в плане полученных благ. Но это монета с двумя сторонами. Так просто все не получится, придется заплатить высокую цену, и я не уверена, что готова на это. Или вообще, что мне это надо.

Последняя фраза вызвала удивление.

— Но ты же не собираешься возить солдат до конца дней своих, пока они будут убивать тех, на кого им укажут? — спросила Майя и только секунду спустя, поняла, что сказала глупость.

Юки пожала плечами.

— Во-первых, почему бы и нет? У меня много знакомых, кто занимается этим уже очень давно. Некоторым даже удается скопить достаточно денег, чтобы купить гражданство в одной из метрополий и перебраться туда на старость, — она сделала паузу, внимательно посмотрев на Майю. — А во-вторых, кто сказал, что войдя в свиту, тебе не будут указывать кого убивать?

Девушка вздрогнула. Подсознательно она, конечно, понимала, что все не так просто, и что придется приложить усилия, но в глубине души надеялась, что все будет по другому. Толком она не знала как именно, но по-другому.

Пусть даже через постель со светловолосым красавчиком — это бы даже доставило удовольствие, но только не…

Не как? Тут воображение застопорилось. Майя была умной девочкой и догадывались, что юный аристо приметил ее в кафе не просто так, а из-за жесткого отпора, который она дала хулиганам. Это ему понравилось.

И вот теперь, куда-то вся ее решительность испарилась. Слишком много случилось всего за день, смешав былое желание подняться выше.

Свита… ха… теперь она даже место обычной прислуги вряд ли бы получила. Настолько она сейчас ощущала слабой и разбитой, не готовой драться…

Как ни странно, последняя мысль придала уверенности. Трупы на берегу у сожженной плантации все еще мелькали перед глазами, но уже поблекли, превратившись в воспоминание.

Если она откажется от прежнего плана, то закончит жизнь в грязных подворотнях, после череды борделей, через несколько лет. Старой развалиной, крепко подсаженной на тяжелые наркотики, отдающейся за еду.

Такой участи она себе не хотела. Надо убивать? Она будет убивать. Как сказал однажды отец: каждый человек сам выбирает свою судьбу. А все остальное — всего лишь жалкие оправдания.

— Спасибо за разговор, — Майя сама не заметила, как гордо вздернула подбородок.

Юки удивленно вскинула брови. Рассчитывая напугать, она вызвала совсем другую реакцию.

— Ты всегда можешь стать наемницей, — смягчившись, заметила она. — Некоторые отряды имеют собственные курсы подготовки. Если скопишь немного денег, то сможешь пройти обучение на пилота и получить лицензию.

— Зачем? Чтобы потом так же убивать по чужим приказам? А перед этим перейдя через койки всех командиров? Взгляни на меня, думаешь какой-нибудь офицер пройдет мимо и не захочет затащить меня в постель? А после него еще один и еще, — Майя криво усмехнулась. — Лучше уж выбрать, как ты правильно заметила, одного хозяина, и верно служить ему, чем тыкаться наугад, надеясь на удачу.

— Даже если этот хозяин сам потащит тебя в постель? — с издевкой спросила Юки, растеряв остатки сочувствия.

Майя нервно рассмеялась.

— Ты видела его? С таким красавчиком любая без принуждения с удовольствием ляжет и раздвинет ноги.

— А если он прикажет это сделать с кем-то другим? — ядовито осведомилась наемница.

Майя зло усмехнулась и бросила в ответ:

— А если он прикажет мне прострелить твою голову?

Лицо Юки перекосилось, она собиралась ответить что-нибудь в таком же духе, но передумала.

— Надейся, что он вернется, — сказала она и напоследок не преминула с сарказмом напомнить: — Ты же не забыла, что твой светловолосый красавчик исчез? Растворился в воздухе, отправившись непонятно куда.

Майя хотела сказать что-нибудь злое, но наемница уже быстрым шагом направилась к выходу из сектора посадочных площадок, на прощание махнув рукой.

Ничего не оставалось как медленно пойти следом, предстояло выбираться из пригорода, переходить КПП и возвращаться домой.

По дороге остановилась в закусочной на окраинах периметра безопасности. Ела без аппетита, тупо уставившись в стол. Бургер, картошка фри, сырный соус, сладкая содовая — привычный фастфуд почти не вызывал эмоций, пережевываемый как дешевый пластик, из которого состоял стол.

Что делать дальше? Она не знала. Хуже того, боялась даже задумываться об этом. Что будет, если Тим действительно не вернется? В этом случае она останется одна. Следовало что-нибудь придумать, взять себя в руки, но ничего путного в голову не приходило.

— «… продолжается строительство новых сегментов «Подснежника», по словам представителя корпорации «Звезда», монтаж будет закончен в срок и жилые модули смогут принять новых жителей уже в ближайшее время…» — привлеченная словами, Майя подняла голову в сторону подвешенного под потолком телевизора. Шел репортаж о расширении орбитального города.

Станция-город в космосе, как, наверное, здорово было бы там побывать. В Подснежнике на постоянной основе жило несколько тысяч человек и каждый день туда прибывали сотни гостей. Город принадлежал Руса Империуму, Майе это показалось хорошим знаком, Тим тоже был родом из этой страны, создавшей такое великолепное чудо инженерии.

Глядя на завораживающие пейзажи космоса и на величественные сооружения, плавающие в звездной пустоте на орбите, она даже на секунду забыла о своих проблемах, полностью отдавшись очарования картинки на экране телевизора.

Но потом магия схлынула и пришла реальность суровой жизни. Вокруг не космос, а дешевая закусочная с желтыми стенами и запахами сгоревшей картошки и лука.

Майя поймал сальный взгляд мужичка в грязной спецовке с дальнего конца зала, раздевающего ее глазами и не пытавшегося это скрывать.

Стало мерзко. Попасть бы туда, стать одной из тех, кто наверху, чтобы никто не смел на нее так больше смотреть. А если бы и смотрел, то с ощутимой опаской. Она встала, презрительно изогнула губы в кривой усмешке и отправилась к выходу.

Уже находясь дома, в недавно снятой квартире, выбравшись из душа она внимательно изучила свое лицо в зеркале в ванной комнате.

Правильные черты, немного островатые скулы, красивая линия губ, темные волосы и почти такие же глаза. Ей приходилось видеть девушек более привлекательных, но у них была красота иного плана, созданная при помощи пластики умельцами хирургами, способными творить чудеса, превращая даже самых откровенных дурнушек в настоящих роковых красавиц.

Но у нее красота была иная, более естественная, без искусственных вкраплений, хорошо заметных после переделки лица.

Странно, никто из ее родителей никогда не отличался физической привлекательностью. Разве что мать, но и ее откровенной красавицей не назовешь, разве что миловидной.

— Да, родная, с такой внешностью у тебя одна дорога, — тихо промолвила Майя, отходя от зеркала.

Она была большой девочкой и трезво смотрела на вещи. С таким телом без покровителя и защиты у нее будет одна дорога. Не захочет сама, заставят. Найдут способ. Так что либо бежать, либо становится сильной, иного пути нет.

Теплое оделяло принесло покой и забвение. К сожалению, не продлившиеся долго. Тишину ночи разорвал громкий грохот, заставив подскочить на кровати. Кто-то колотил в дверь кулаком.

— Открывай шлюха! — пьяный голос показался смутно знакомым.

Ничего не понимая, она подхватилась с постели и бросилась в прихожую.

— Давай, тварь, открывай! Готовь раздвигать свои ноги!

К первому голосу добавился гогот второго мужчины. В этот момент она узнала их. Айзек — сын хозяина дома, где она жила раньше с родителями, и его приятель Ром. Те самые выродки, что приставали к ней в кафетерии.

В голове заметилась панические мысли: как они ее нашли? Выследили? Зря переехала в соседний квартал, пожадничала, выбрав квартиру подешевле. А ведь после выплаты долга банку еще оставались деньги на приличное жилье в хорошем районе.

— Эй, че там шумите?! А ну проваливайте и не мешайте спать! — вмешался грубый мужской голос, с верхней лестничной площадки.

Майя замерла, испуганно глядя на содрогавшуюся под градом ударов дверь. Дернулась, и словно опомнившись, метнулась на крошечную кухню. Обратно возвращалась уже с ножом. Ворвутся или нет, но сдаваться без боя, позволяя измываться над собой, она не позволит. Даже если придется пойти на убийство. Хватит, надоело бояться.

Она стояла и напряженно ждала, готовая ударить первого, кто ворвется внутрь. Но за дверью почему-то наступила тишина. Только говорок явно на повышенных тонах долетал из коридора.

Похоже Айзек и Ром нарвались на соседа сверху и теперь выясняли отношения.

— Мы еще встретимся, шлюха. Готовься ублажать нас по очереди, — внезапно долетел пьяный голос Айзека. В дверь на прощание гулко ударил кулак, затем по лестнице загрохотали шаги. Нежданные гости предпочли ретироваться.

Майя медленно выдохнула. Нож из пальцев едва не выскользнул. Наступила тишина. Сосед не стал выяснять к кому там принесла нелегкая двух шумных придурков, прогнал и удовлетворенный отправился спать.

А вот Майя весь остаток ночи не смогла сомкнуть глаз, напряженно вслушиваясь и ожидая возвращения Айзека с Ромом.

Утро встречала уставшая и невыспавшаяся с плохим настроением и все тем же непониманием, что делать дальше. Тем сильнее оказалась радость, когда пришло сообщение от Тима с велением приехать к нему.

Как добиралась до указанного отеля она почти не запомнила, но перед входом в фойе все же постаралась успокоиться и привести себя в норму, натянув на лицо маску сдержанности.

— Я могу вам помочь, мисс? — первым ее встретил вопрос менеджера за стойкой администратора.

— К Тимофею Мещерскому. Он меня ждет, — холодно ответила она, стараясь держать себя как ни в чем не бывало, хотя окружающая роскошь фешенебельного отеля давила на сознание девочки, не видевшей ничего дороже ресторана среднего уровня.

Мужчина в пиджаке за стойкой на нее испытывающее посмотрел, отметив наличие комбеза вместо обычной одежды, (она не стала переодеваться, предпочтя идти в подаренном черном комбинезоне, тем более тот относился к высокому классу военного снаряжения и по стоимости мог поспорить со шмотками из модных бутиков). Кажется менеджер это тоже определил, потому что расплылся в учтивой улыбке, указав в сторону лифтов.

— Последний этаж, номер А-305. Вам нужны сопровождающие?

— Нет, благодарю, — сохраняя на лице холодную вежливость Майя отошла от стойки ресепшена и отправилась в указанную направлении.

Плавно раскрылись двери лифта впуская внутрь. Пока поднималась, напряженно думала, стоит ли рассказывать о ночном визите или же это воспримут слабостью. А если рассказывать, то как именно. Так ничего толком и не придумав, она вышла в коридор и дошла до двери с табличкой А-305, постояла, из груди вырвался медленный вздох, и решительно подняла руку для стука.

Глава 5

5.

Она вошла как всегда стройная, подтянутая, иссиня-черные волосы стянуты в тугой хвостик на затылке, военный комбез плотно облегает фигуру, на лице бесстрастное выражение, но под глазами мешки. Последний момент обратил на себя внимание. Как и глаза, где мелькало скрытое беспокойство. Она старалась держаться уверенно, но явно что-то случилось.

Подумав, я предложил пройти на террасу, где до этого разговаривал с посланниками Германской империи. Потрясающий вид и яркое солнце должно немного расслабить, дав время успокоиться.

Звякнул графин, густой апельсиновый сок густой патокой полился в узкий стакан. Наполнив до краев, я протянул его Майе. Поколебавшись, она все же приняла, последовал долгий неторопливый глоток.

Все в том же белом халате отеля, я сел, откинувшись на спинку стула.

— Что случилось? Только коротко, — ленивый вопрос прозвучал небрежно, но достаточно твердо, чтобы понять, что от ответа не отвертеться.

Прошло около суток, когда мы с ней в последний раз виделись, интересно что за это время стряслось? Только проблем подопечной сейчас не хватало. По идее, это она должна заниматься моими проблемами, или по крайней мере участвовать в их разрешении, но никак не наоборот.

Хотя, если брать ситуацию из разряда: вассал-господин, то обязанности ложились на обе стороны принятого оммажа. И в случае неприятностей, вассал всегда мог рассчитывать на помощь своего сюзерена.

Мой взгляд скользнул в магический взор, аура сидевшей напротив девчонки ничем не отличалась от аур обычных людей, но тогда в кафе все было по-другому, какие-то странные отсветы скользили по самому краю, выдавая если не принадлежность к одаренным, то нечто близко к тому.

Любопытно, от чего такие проявления зависят. Помнится тогда она резала придурков столовыми приборами, может реакцию запускала эмоциональная нестабильность, или их резкий всплеск?

Черт, зря не понаблюдал за ней внимательно на пляже, где расстреливали наркоторговцев и боевиков Рониных, мог больше узнать. Но тогда был слишком занят выяснением местонахождения украденного перстня и мало думал о взятой с собой принятой.

Здесь мой взгляд зацепился за слегка островатые, но правильные черты лица. Внешность, плюс аура — она явно не из обычных людей. Удачная находка если подумать, но не совсем понятная с точки зрения дальнейшего потенциала. Кто-то из аристо погулял на стороне и появилось такое длинноногое чудо? Или проще, и она вообще своим родителям не родная дочь. Такое тоже вполне может быть.

Если первый вариант, то следует искать через мать, с кем у нее была интрижка, от кого понесла и когда. Если второй, то тут гораздо сложнее, ярко выраженных способностей нет, значит и отталкиваться не от чего, для поиска породившего ее рода.

И если уж на то пошло, стоит ли заниматься этим прямо сейчас, когда и других проблема скопилось немало?

Обо всем этом я размышлял с ленивой неторопливостью, ожидая, пока собеседница приведет мысли в порядок.

— Если ты пришла сюда помолчать, то можешь уходить, — заметил я, когда пауза чересчур затянулась.

— Куда вы исчезли? — вместо ответа вдруг спросила Майя.

По моему лицу медленно расползалась холодная улыбка.

— Кажется ты не совсем понимаешь наши с тобой взаимоотношения, — неспешно проронил я. — Или ты считаешь, что я должен давать тебе отчет о своих действиях?

Вопрос повис в воздухе. Девчонка затравленно глядела поверх стакана с недопитым соком, который обхватила обеими руками, будто желая согреть.

Я ждал, улыбка медленно сползала с моего лица, вместо этого появилось выражение непонимание. Какое-то странное поведение для недавно вытащенной из беды юной особы, которая настойчиво напрашивалась в ближнюю свиту, на что вчера прямо сама указала.

Или дело как раз в этом? Точнее эти два пункта связаны между собой? Неуверенность, помноженная на скрытый страх, что прогонят, а то и вовсе посчитают слабой ни на что не годной обузой.

Точно. Обидчики из кафе. Пристававшие и прогнанные. Явно этого не забывшие и нашедшие жертву потом. А боится говорить, потому что видела, что творилось на наркоплантации, где людей убивали, как скот, словно избавляясь от вредных биоотходов.

Все это наложилось на сознание, в сущности еще молодой и неопытной девушки. Вот и занервничала. Не понимала, как отнесусь к возникшим вокруг нее трудностям и не захочу ли бросить, посчитав слабой, раз сама не может справиться со своими проблемами.

Я практически прочитал все это на ее лице и глазам. Это оказалось так легко, что едва не усмехнулся.

— Тебе стоит научится лучше контролировать себя, — небрежно заметил я, помедлил. — Что касается тех двух придурков…

На этих слова Майя вздрогнула и взглянула с неприкрытой опаской.

Думает прочитал мысли — догадался я, мысленно скривившись. Вот так всегда, вместо обычного объяснения люди всегда ищут что-то сверхъестественное. Одаренный ведь, умеет создавать магию!

— Откуда вы знаете, — тихо чуть ли не пропищала Майя, сжав стакан с такой силой, что казалось еще немного и разобьет его.

— Поставь стакан, — вместо ответа велел я и уже не таясь скривился. — Разобьешь, поранишь руки — сама будешь себя перевязывать. И плевать как, хоть ногами.

Стакан с апельсиновым соком послушно опустился на столешницу с легким звоном коснувшись стеклянной поверхности. Осторожно убрав из рук посторонний предмет, девушка сжала ладони на подлокотниках стула, словно ожидая, что ее сейчас начнут пытать.

Совсем крыша поехала у дурехи. Хотя, с другой стороны, трудно ожидать в таком возрасте стабильной и крепкой психики. Ее не учили с детства контролировать себя и свое сознание, как выходцев из имперских родов, тем более кланов.

— Давай, рассказывай, у меня нет времени ждать, пока ты придешь в себя, — поторопил я и демонстративно покосился на лежащий на краю стола планшет. На дисплее плавала заставка с часами.

Это подоткнуло Майю, поверив, что ее действительно могут выгнать, она быстро и сжато изложила, что с ней произошло за последние сутки.

Надо же, а характер у девчонки все-таки есть. И самообладание, и сила воли. Не стала растекаться словами, не жаловалась, не просила о помощи, сделал то, о чем ее просили — коротко поведала о случившемся.

— И в чем проблема? — сделав вид, что не понял, спросил я. — Убей их и дело с концом.

Майя вздрогнула.

— Но я не хотела бы…

Я равнодушно пожал плечами.

— Тогда не убивай. В следующий раз, когда эти два брата-акробата к тебе придут, открой дверь, пройди в спальню, разденься и терпи, пока они с тобой будут развлекаться, послушно исполняя все их желания.

Девушка вспыхнула, открыла рот, явно для какой-то резкости, но тут же опомнилась и крепко сжала зубы.

Я мысленно усмехнулся. Какая порывистая.

— Может с ними можно как-то по-другому? Избить или пригрозить? — спустя секунду несмело предложила она.

С моей стороны последовал поощрительный кивок.

— Можно. И вместо тебе они переключаться на другую молодую девчонку, которых явно хватает в доме, принадлежащим папаше этого самого Айзека. Это при условии, что они действительно испугаются и отстанут, а не подстерегут тебя однажды на тихой улочке, ударят по затылку и затащат в фургон, где опять же изнасилуют, но помня угрозы уже не отпустят, а зарежут, по-тихому скинув труп на какой-нибудь свалке. Как тебе перспектива?

Судя по перекосившемуся лицу, перспектива загорелую брюнетку с черными, как вороное крыло, волосами не обрадовала.

— Врагов лучше не плодить и убивать сразу, — нравоучительно заметил я, рассеяно беря чашку с остывшим, но сохранившим аромат кофе.

— И что, кроме убийства другого выхода нет?

— Я тебе уже описал альтернативы. Если хорошо запугать, то от тебя они отстанут, но в этом случае моментально переключаться на другую жертву, более беззащитную чем ты. Хочешь этого?

В ответ продолжительное молчание. Упрямо сжатые губы и взгляд, упершийся в стол. Наконец Майя подняла глаза на меня.

— Никогда не поверю, что вас беспокоит незнакомая девчонка, на которую эти подонки могут напасть вместо меня, — глухо произнесла она.

Я улыбнулся.

— Разумеется нет. Если беспокоится о всех сирых и убогих, а также слабых и неспособных защитить себя, то никаких нервов не хватит. Мне плевать и на этих придурков, не могущих найти пару лишних монет, чтобы унять свой зуд между ногами в каком-нибудь борделе, которых в пригороде на каждому шагу — плюнешь не промажешь. Меня также не волнует благополучие той неизвестной девчонки, которая станет жертвой вместо тебя. И если уж на то пошло, то и повышение криминогенной обстановки в городе по числу насильственных преступлений меня мало взволнует. Мне это не интересно.

— Зато вам интересна я, — заметила Майя, когда я закончил. — Вы хотите узнать, смогу ли я убить этих людей.

— Хочу, — легко признался я. — Если хочешь остаться со мной, то считай это обязательным условием.

Она на какое-то время замолкла.

— Н-но… — девчонка на секунду споткнулась, но дальше продолжила уже четко, что-то про себя твердо решив: — как это сделать? Меня ведь арестуют?

Я про себя улыбнулся. Надо же, действительно решилась. Правда непонятно, из-за кого: из-за себя или из незнакомых девушек, которых Айзек и Ром могут сделать своими жертвами. Если последний случай, то это в дальнейшем может вызвать проблемы. Бросаться на защиту всех подряд — значит подставлять собственную голову под удары.

Ладно, с этим разберемся позже, пока и так хорошо, получено принципиальное согласие разобраться с двумя озабоченными полудурками.

Все-таки интересно, чего пристали именно к ней, неужели и правда так в штанах свербит? Не могли воспользоваться борделями? Что же, их ошибка, заплатят за зуд между ног жизнями.

— Сними квартирку в пригороде, там полиция почти не появляется, сбрось сообщение тем кретинам о встрече. Напиши так, чтобы подумали, что хочешь договориться. Намекни: мол если один раз, то согласна. Буду услужливой и сделаю все что хотите, но только если пообещаете потом отстать. Ну или что-то в таком роде.

— Они догадаются, что что-то не так, — Майя покачала головой. — Спросят, почему не у меня в квартире в зеленой зоне безопасности.

— Скажешь, что деньги закончились, — терпеливо продолжал инструктировать я, мысленно поморщившись, никакого воображения у людей, все приходится объяснять на пальцах. — Под это дело так же намекнешь, что согласна принять финансовую помощь, за что будешь принимать их у себя в любое время и делать все что они хотят. Платить тебе, разумеется, они не захотят, но подумают, что ты решила стать проституткой и работать одна. Даже, наверное, вообразят, что смогут стать твоими сутенерами или нечто подобное. А чтобы мозги вообще перестали соображать, скинь им свою фотку в полураздетом виде, лучше лежащей на кровати. Это окончательно перекачает всю кровь из мозгов ниже пояса и объекты перестанут думать головой.

Майя молчала, видимо представляя себе описанную картину.

— А дальше?

Я про себя чертыхнулся. Что за непонятливость в самом деле.

— Дальше, — с нажимом сказал я. — Ты берешь автомат, который сдала при въезде в зеленую зону Скайфолла, переводишь его в режим автоматической стрельбы, и когда придурки заявятся, спокойно расстреливаешь их. Одного магазина хватит, чтобы нашпиговать обоих свинцом, превратив в решето.

— Н-но…

— Ты конечно можешь попытаться с ножом, как описывала свои похождения ночью, но думаю лучше не рисковать. Все-таки эти два амбала больше тебя, и устраивать поединок будет не самой лучшей идей.

— А как же…

— Главное замани их внутрь, для этого лучше выбрать квартиру, где кровать видна сразу от входа. Разденешься, сядешь в соблазнительной позе, автомат спрячешь под подушку. Лучше сразу возьми его в руку, чтобы лишний раз не дергаться. Дальше просто: вскидываешь оружие и нажимаешь на спуск.

Я взял со стола браслет-идентификатора, заказанный вместе с новым планшетом. Металлический ободок плотно обхватил запястье, девайс пикнул, активируясь по ДНК-коду. Я требовательно протянул руку вперед.

— Давай свой.

Майя послушно подала руку, где тускло блестел другой браслет. Устройства соприкоснулись на короткий миг. По темным граням скользнула полоска проведенной транзакции.

— Здесь пять тысяч. Квартиру выбери подальше от шумных улиц, плати только наличными. Когда будешь разговаривать с хозяином переоденься, надень кепку или что-то еще. В идеале сделай временную татуировку на щеке. На нее в первую очередь будут смотреть, забывая об остальной внешности, — четко инструктировал я. — Комбез не одевай, слишком приметный. Джинсы, кепи, толстовка или куртка — когда закончишь в такой виде легко смешаешься с толпой. Оружие приноси в сумке, не на виду. До самого применения не вытаскивай и никому не показывай. Сделаешь дело, быстро уходи.

Я задумался, щелкнул пальцами вспомнив о важном:

— Да, когда будешь уходить брось на трупы пачку денег. Не большую, но и не маленькую. Это будет платой за беспорядок. Хозяин поймет. С высокой долей вероятности он сам избавится от трупов. Либо выкинет в мусорный контейнер, либо просто бросит на улице в подворотне. Там их потом подберет санитарная служба и отправит в ближайший крематорий.

Снова помедлил, вроде ничего не забыл.

— Все, иди.

Повелительный взмах рукой подбросил Майю со стула. У нее явно еще оставалось куча вопросов, главный из них, так и светился в глазах: откуда вы знаете так много о том, как организовывать убийство? Но отвечать я не собирался, как и объяснять что-то еще.

— Расследования не будет. Ежедневно в предместьях погибает огромное количество народа, за этим не следят, потому что на их место сразу прибывает еще больше людей. Скайфолл, за исключением зеленой зоны за периметром безопасности, это клоака, куда стекается весь сброд с Южного полушария. Помни об этом, и не бойся последствий, — напоследок напутствовал я.

Сохраняя на лице нерешительность (но в глубине глаз уже зажглась жесткая решительность на пару со спокойствием, что есть четкий план, как действовать дальше), девушка вышла с террасы. Через пару секунд хлопнула дверь. Майя отправилась претворять полученные инструкции в жизнь.

— Надеюсь она там не положит кучу народа, — хмыкнул я, отпив кофе.

Задумчиво побарабанил пальцами по краю стола, еще раз хмыкнул и потянулся за планшетом.

Карл Ульбрихт-Бельский — поиск по базе данных регистра официальных наемников Спорных территорий. Контактная информация, прямой вызов. Звуковой режим. Окно приложения мигнуло, сообщая что с другой стороны приняли входящий сигнал.

— Доброе утро, Карл, — поприветствовал я старого-нового знакомого.

— Доброе утро, ваша светлость, — голос бывшего гвардейца звучал глухо.

С похмелья что ли? Пора просыпаться и приводить себя в порядок.

— У меня есть для тебя работа, интересует?

Последовала долгая пауза.

— Работа? — кажется он рассчитывал на другое.

— Да, нужно подстраховать одну молодую особу, пока она будет разбираться со своими обидчиками, — честно выложил я.

Снова пауза, на этот раз более короткая. Наемник просыпался и соображал быстрей.

— Разбираться где, надеюсь не в зеленой зоне? — благоразумно уточнил Ульбрихт Бельский.

За осторожность я мысленно поставил ему пять баллов. Правильно, за чистый криминал, тем более убийство, внутри периметра безопасности можно отхватить по полной, никакие деньги не будут нужны.

— Нет, в пригороде. Я пришлю данные объекта. Проследить, присмотреть, если возникнуть сложности — помочь. Оплата — пять тысяч. Идет?

Наемник помолчал.

— Хорошо, я согласен.

Планшет издал булькающий звук, сообщая о разрыве соединения. Отлично, еще одним делом меньше.

Глава 6

6.

Серая плоскость вновь расстилалась перед глазами, нескончаемой лентой скрываясь за горизонт. Разнородная, мрачная, испещренная энергетическими потоками и сгустками тьмы, завлекающая в объятия и ждущая момента, чтобы погубить шепотом безумия, она раскрывалась подобно цветку, затягивая сознание черным водоворотом.

Запрокинув голову, я стоял и смотрел в небеса, такие же мрачные, как окружающая реальность. Среди низких грязно-свинцовых облаков ярким пламенем горел символ — когтистая лапа, сжимающая шар желтого солнца — фамильный герб рода Мещерских.

Правая рука начала нестерпимо гореть. Взгляд опустился вниз, на раскрытой ладони высветилась ключ-руна — знак, дающий право прохода в потерянный домен клана могущественных колдунов-астральщиков. Когда-то давно они опустили его сюда, не желая терять. Со всеми тайнами и секретами, с умением проявляться в материальном мире так же, как астральная энергия умела прорастать в обычной реальности.

Однажды виденный обветшалый замок, больше похожий на развалины, чем на родовое гнездо клана, прятался в глубине. Он спал, готовясь к пробуждению, послушно ожидая, когда придет последний из рода, чтобы предъявить свое право на власть.

Я знал это. Он находился где-то там, во мраке безвременья, погруженный в глубокие слои Астрала силой последних Мещерских, до того, как их кровь стала слабой и начала деградировать.

Решившись на такой шаг, они пошли на радикальные меры, ради спасения наследия, ради будущего, ради потомков. И в этом было их подлинное величие. Не в силе, не в знаниях, не в умении творить невозможное, а в железной воле, способной на самопожертвование в интересах крови, что побежит по венам будущих поколений.

Древние чародеи знали, что вымирают, что игры с Астралом зашли слишком далеко, что пройти по дороге назад уже невозможно. И решились на отчаянный шаг, на который вряд ли бы решился какой-нибудь другой клан.

Они создали Хранителя — кошмарную тварь в балахоне с когтистыми лапами, соткав ее из слепков собственных душ, наделили псевдоразумом и отправили спать до момента, когда придет время. И это создание тоже было шедевром их мастерства. Ни до, ни после, никто не создавал подобных существ.

Я вновь посмотрел на ключ-руну и в памяти послушно всплыл образ полуразрушенного замка. Он являлся лишь символом. Если понадобится его можно легко изменить.

Обветшалый замок исчез. Перед глазами промелькнуло обширное поместье, раскинувшееся на огромной площади в несколько футбольных полей. От центрального здания отходили длинные крылья, на вторых этажах виднелись просторные балконы с резными балюстрадами, внутри тянулись длинные анфилады огромных залов, где на стенах угадывались картины, фрески и гобелены, несущие на себе эпизоды из жизни угасшего рода.

Династии могущественных колдунов было чем похвастаться. Деяния предков прославили род на века.

В альковах замерли статуи, похожие на заснувших стражей, каждая обладала аурой мощного артефакта. Лестница повела вверх на картинную галерею. Одно изображение по центру выделялось особо, в голове всплыло название — Озеро душ.

Поверхность черной воды застыла, напоминая тяжелый битум, впереди стоит человек. Стоит спиной, силуэт почему-то размытый, даже не понять, мужчина это или женщина. Над головой черный круг солнца в фазе затмения. Чудится, что его сжимает огромная лапа неведомого животного. Озеро неподвижное, будто каменное, но на подсознательном уровне угадывается непрерывное движение, незаметное для обычных человеческих глаз.

Я пытаясь приглядеться к стоящей спиной фигуре, чтобы хотя бы распознать мужчина это или женщина. И в тот же миг меня с дикой силой выкидывает назад. Мимо картинной галереи, вниз по лестнице, через анфилады залов, через которые проплывала моя астральная сущность.

Я вновь оказался за пределами поместья. Передо мной кованные решетки, что окружали огромную территорию. Главные ворота несли на себя знакомый герб с когтистой лапой и солнцем. Видны аккуратно постриженные лужайки, изящные беседки из ажурных конструкций, между ними проложены красивые дорожки. Слева вольготно раскинулся небольшой парк.

Я знаю, что где-то там за главным зданием есть пруд. И его вода так же черна, что у озера на картине…

Ослепляющий свет, ударивший в глаза, заставил инстинктивно зажмуриться. Рука дернулась вверх, прикрывая лицо. И только через секунду я осознал, что задремал на балконе. На столике лежали остатки съеденного завтрака. Наполовину выпитый сок в узком стакане нагрелся на солнце. Давила легкая духота разгара жаркого дня.

— Проклятье! — я поднялся с лежака, на котором незаметно задремал. Взгляд на часы показал, что прошло чуть меньше двух часов с момента ухода Майи.

С этими снами надо что-то делать, иначе так и крышей поехать недолго. Я с силой потер лицо.

Мещерские умели воздействовать на собственное потомство через кровь, создавать сложные псевдоразумные конструкты, программировать их, внедряться в чужие сны и снимать слепки душ, копируя части сознания. Интересно, что умеют другие кланы и кто знает какие еще секреты скрываются в благородных Домах…

Так, стоп на сегодня магии хватит.

Лежащий на столе планшет порядком нагрелся. Поморщившись, я запустил девайс, вводя в поиск ГлобКом ключевые слова. Искомое обнаружилось на первой странице в первой строчке, гордо указывая на адрес ресурса.

Тренировочный полигон мехов. Аренда, заказ дополнительных услуг, бронирование учебно-боевых моделей. Обязательная двадцатипроцентная предоплата.

Пришла пора проверить нейрочип в деле, хотя бы на минимальных уровнях. Боевые заклятья конечно хорошо, но что-то подсказывает, что лучше иметь запасной вариант, если вдруг что пойдет не так. А оно обязательно пойдет, учитывая, что знания про магические конструкты у меня лишь в теории, а для практики пока не хватает сил.

Это молодых магов из кланов с детства натаскивают применять заклинения. У меня такого бонуса нет.

Вспомнился разлетевшийся на обломки наблюдательный дрон, пока я бежал по крыше в Токио, и сгусток призрачной маго-энергии, сорвавшийся с кончиков пальцев. Тогда все получилось спонтанно. Удастся ли повторить все осознанно? Возможно. А возможно и нет. Поэтому рисковать не хотелось, полагаясь лишь на одну магию. Всегда лучше иметь запасные варианты.

— Итак, что тут у нас, — пальцы листали страницы сетевого ресурса, где на выбор предоставлялись разные мехи для тренировок.

Модели, классы, комплектации и спецификации, при необходимости имелась услуга комплектования робота набором вооружения по выбору. Вместо автопушки — контейнер ракет, вместо спарки крупнокалиберных пулеметов — импульсной излучатель. Последний жрал неимоверное количество энергии, в отдельной сноске настоятельно рекомендовалось перед установкой оценить мощность силовой установки шагохода. Иначе можно попасть в идиотскую ситуацию, когда через пару выстрелов мех застынет на месте, лишенный энергии.

Цены — космос. Аренда одного шагохода в зависимости от класса и количества времени начиналась от десяти тысяч кредитов.

Самое дешевое — снять сам полигон. Точнее один из его участков для отработки тактики. Этим собственно большинство наемных отрядов и занималось, тренируясь на собственных мехах. Что в целом логично, учитывая, что никто давать робота в аренду для войны не будет.

Представив ситуацию, я хмыкнул. Аренда боевых машин для ведения боевых действий. Смешно. Все равно что взять танк на время и пойти воевать.

Хотя… разве что лизинг, как долгосрочное использование сложного оборудования с требованием обязательного выкупа того, что останется после первого боя. И непременной страховкой. Иначе кто будет выкупать, если сдохнет пилот.

Идея повеселила. Представляю, как на меня уставятся, если предложу нечто подобное. Минимум покрутят пальцем у виска, велев прогуляться подальше. Или сразу вызовут санитаров для помещения в сумасшедший дом.

— Каршеринг танков — быстро, выгодно, удобно — комплект боеприпасов в подарок, при продлении аренды — бочка топлива с десятипроцентной скидкой, — я посмеялся.

Но, если подумать, для начинающих наемников услуга могла оказаться более чем полезной. Другой вопрос, кто это будет все финансировать. А если деньги есть, то куда проще купить подержанный мех в полную собственность, чем потом выплачивать дикие штрафы за «поцарапанное крыло».

Посмеялись и хватит, надо резервировать себе «коня». Время — два часа по полудню. Мех — средний класс, обязательно с инструктором.

При вводе данных регистра Тимофея Мещерского система положительно окрасила рамку в зеленый цвет допуска. Не проходи мой предшественник курсов по управлению мехов, меня бы мягко развернули на этапе оформления запроса, вежливо предложив пройти обучающую программу. А так нормально — машина будет ждать в обозначенном ангаре.

Перевод задатка занял еще какое-то время, как и вызов такси. Пока спускался пришло сообщение из посольства Руса Империума. В отличие от своих германских коллег, русские дипломаты предпочитали назначить встречу, а не наносить неожиданные визиты. Цель разговора угадывалась без труда: прояснить случившееся в Японии, мою степень вовлеченности и вообще, что происходит.

Опасения имперского представительства можно понять, начинать боевые действия вслепую, не зная полных раскладов чревато для всех участников будущего конфликта.

Британцы заварили крутую кашу и теперь никто не знал, чем все закончится. Слишком резкий передел сфер влияния. Германцев буквально выпнули с островов, лишив протектората руками мятежников. Проблема в том, что ничего еще не решилось и ситуация могла повернуться на сто восемьдесят градусов. В большой политике подобное сплошь и рядом. Зная это, англичане захотят закрепить успех и станут действовать особенно напористо. И тут в дело вступают другие державы. Каждая со своими целями и интересами.

Мне в этой ситуации лучше держаться подальше. Когда в противостоянии сходятся такие силы, одиночек сметают за раз.

Разве что попытаться сыграть свою игру и половить рыбку в мутной воде. Но об этом нужно подумать отдельно…

— Тренировочный полигон «Беглый стрелок», — указал я таксисту, ныряя в вызванную к отелю машину. Некоторые места за пределами основного периметра безопасности Скайфолла требовали устного подтверждения для поездки. Тариф автоматически вырос в три раза. Зеленая зона — одно, пригороды — совершенно другое. А такой крупный объект, как полигон для мехов не мог располагаться в границах города. Это не стрельбище Дикой Охоты, эта «игровая площадка» значительно больше.

Машина тронулась, отгороженный плексигласовым стеклом водитель с пышной прической в стиле афро спокойно рулил. Из старенькой магнитолы приглушенно доносилась ритмичная барабанная музыка с национальным колоритом колониальных земель.

Я рассеяно глядел в боковой окно, за стеклом проплывали улицы мегаполиса, слышались автомобильные гудки, по широким тротуарам проходили толпы народа. На одном перекрестке такси вынужденно притормозило, впереди проезжую часть перегораживали люди с транспарантами. Молодые парни и девушки дружно скандировали:

— Свободу тройке заключенных! Свободу тройке заключенных! Свободу тройке заключенных!

Что за хрень? Митинг что ли? Этого не хватало, в такой уличной пробке хрен развернешься и не выберешь путь в объезд.

— Чего они орут? Какая еще тройка? — раздраженный задержкой, я перегнулся вперед.

Таксист что-то пробормотал на непонятном наречии, потом старательно выговаривая слова произнес:

— Требуют освободить своих друзей.

Из короткого рассказа выяснилось, что неких придурков из числа золотой молодежи накануне задержали за нарушение общественного порядка. То ли подожгли что-то, то ли машину разбили, я точно не понял. После этого одному из их знакомых пришла в голову блестящая мысль подключить к делу освобождения приятелей остальную компанию богатеньких ребятишек.

Серьезно. Вместо того, чтобы тупо позвонить своим родителям (в основном с транспарантами бесновались детки крупных корпоративных шишек) и дождаться залога или закрытия дела с выплатой штрафа (сажать придурков вряд ли бы кто стал), «гении» решили взять дело в свои руки и устроить аналог демонстрации.

— Развлекаются детишки, — я зевнул, досадуя, что нет развилки на съезд ярусом ниже. Магистрали шли несколькими уровнями и ближайший мы проехали два квартала назад.

Таксист не переживал, его работа оплачивалась по тройному тарифу. Меня ситуация раздражала, но все же не настолько чтобы выходить и пытаться найти другую машину за пределами митинга.

— Всем оставаться на местах! Встать, положить руки за голову, не двигаться! — внезапно раздавшийся мужской голос, словно прилетевший с неба заставил вздрогнуть.

Я выглянул в боковое окно и заметил, как несколько демонстрантов подбежали к зданию полицейского управления, в руках идиоты держали баллончики с краской. Естественно, дебилов остановили. Несколько патрульных в защитном снаряжении синхронно вскинул пистолеты, нацелив на нарушителей.

И вот тут богатые детки совершили роковую ошибку, считая что полицейские не осмелятся стрелять, они не останавливаясь побежали дальше.

Большая ошибка.

— Б-гба-м! Б-гба-м! Б-гба-м! — прогремели выстрелы.

На асфальт упали тела, из разжавшихся пальцев выскользнули баллончики с краской. Я заинтересованно вытянул шею. Неужели стреляли на поражение? Оказалось нет, подстреленные катались по асфальту и выли, держась на кровоточащие конечности.

Толпа на секунду замерла, потом из глубины долетел звонкий одинокий голосок неизвестной девчонки:

— Бей копов!

Митингующие качнулись в сторону полицейского участка. Я с любопытством смотрел, ожидая, что патрульные в оцеплении подадутся назад. Так бы поступили полицейские в нашем мире. Максимум попытались бы сдержать толпу руками и ударами дубинок. Но это был другой мир. И это были Колоний.

Не колеблясь и без всяких сомнений копы открыли стрельбу и на этот раз на поражение.

— Б-гба-м! Б-гба-м! Б-гба-м! — затрещали выстрелы пистолетов.

К ним тут же присоединились штурмовые винтовки:

— Ту-ду-тут! Ту-ду-тут! Ту-ду-тут!

Звук очередей из автоматического оружия прозвучал неожиданно глухо, гораздо тише выстрелов из пистолетов. Толпа наконец поняла, что их банально расстреливают в упор и качнулась назад.

— А-а-а!!! Убивают!!! — закричала та самая со звонким голосом, что совсем недавно предлагала бить копов.

Я не удержался и хмыкнул. Ничего себе зрелище.

— Всем оставаться на месте! Встать на колени и заложить руки за голову! — снова прозвучал с небес мужской бас.

Откуда вещает хоть? Непонятно. Ховеров в воздухе нет, дронов тоже. Динамики под крышей участка установлены что ли?

Большая часть толпы наконец сообразила что к чему и подчинилась, покорно заняв указанную позицию на коленях с руками за головой. Но меньшая проявила еще большую агрессию, попытавшись броситься вперед, когда стрельба затихла.

Действительно идиоты. Насколько надо быть умственно отсталым, чтобы бросаться на копов, которые уже продемонстрировали готовность не задумываясь пустить оружие в ход?

Вновь зазвучали выстрелы:

— Б-гба-м! Б-гба-м! Б-гба-м! — из пистолетов.

— Ту-ду-тут! Ту-ду-тут! Ту-ду-тут! — и винтовок.

На мостовую попадали новые тела. Я зевнул. Инфантильные детишки богатых родителей, если выживут побегут плакать и жаловаться папочке с мамочкой на произвол. Но корпоранты не дураки и понимают расклады лучше других. В Спорных территориях нет такого понятия, как чрезмерное применение силы. Предупреждение — и огонь на поражение. Стандартная практика, обеспечивающая порядок. Иначе хаос. И шишки из крупного бизнеса понимают это лучше всего. Поэтому никого не накажут. Наоборот, власти Скайфолла в лице губернатора Вогера могут выдвинуть обвинения корпорациям в попытках дестабилизировать ситуацию в городе после недавних терактов.

— Надеюсь раненных добьют, — рассеяно буркнул я и постучал костяшками пальцев по стеклу, предлагая ехать дальше. Но водитель и сам уже увидел просвет. Такси тронулось, продолжая путь по маршруту.

Через несколько кварталов машина выехала на эстакаду верхнего уровня. В этом месте верхняя линия автострады проходила на высоте пятнадцатиэтажного дома. Здесь оказалось редкое движение, что позволило значительно увеличить скорость.

Довольный, я откинулся назад, мысленно прикидывая, что успею еще осмотреть полигон, прежде чем идти к ангару с зарезервированным мехом.

Вдруг таксист что-то пробормотал и резко ударил по тормозам. Взвизгнули покрышки, машина пошла юзом, останавливаясь. Вперед, перегораживая полосу, стояли два массивных внедорожника черного цвета.

Черт, а это кого еще принесло?

Глава 7

7.

Антрацитово-черные внедорожники застыли клином, полностью перекрыв движение на полосе. Массивные, мощные, похожие на бронированных чудовищ, они не давали даже намека на возможности протиснуться мимо. Сильно тонированные стекла поглощали солнечный свет, не позволяя рассмотреть кто внутри.

Таксист вопросительно повернулся ко мне.

— Синьор?

— Сиди, — буркнул я, открывая дверь и ставя ногу наружу.

Бетонка эстакады встретила жаром от нагретой поверхности, по соседним магистралям проносились машины, за ограждающим выступом виднелся высотки. Дул слабый ветер, принося прохладу от зависшего в небе солнца.

Стоило появиться из такси, как захлопали дверцы внедорожников. Вышло несколько крепко сложенных мужчин в темных строгих костюмах, по повадкам напоминающих телохранителей.

Я ждал. Водитель такси тоже реагировал спокойно, видимо подумав, что пассажира таким оригинальным способом перехватили знакомые. Центр города — никто прямых нападений не боялся. Не так открыто. Надо быть отмороженным, чтобы устраивать разборку в зеленой зоне Скайфолла. Если ты, конечно, не террорист и не собираешься потом навечно уходить в подполье.

— Может вызвать полицию, синьор? — из бокового окна высунулась голова с пышным афро. Похоже таксист тоже вспомнил о недавних террористических атаках, прогремевших на весь город.

Но вышедшие из темных внедорожников не были похожи на доморощенных боевиков из различных фронтов освобождения. Скорее наоборот, напомнили представителей власти.

— Нет, — я коротко махнул рукой, советуя не вылезать из машины.

То, что ждали нас не вызывало сомнений. Точнее меня. Но зачем? И почему на дороге? Демонстрация силы? Возможностей? Глупо. Достаточно дать взятку офицеру из службы уличного наблюдения и отследить искомый объект через городские камеры безопасности. Всем подряд такую информацию на дадут, даже за очень большие деньги, но если постараться, то возможно все. Ситуация из разряда: можно, но не всем. Эти выглядели, как те, кому можно.

Один из бодигардов открыл заднюю дверцу правого внедорожника. Наружу вышла девушка. Блондинка, в деловом брючном костюме, белой блузке и туфлях на каблуках. Высокая и подтянутая, волосы стянуты в небрежный пучок, движения неторопливые, чувствуется ленивая расслабленность хорошо тренированного тела.

Стоило незнакомке поднять глаза, как меня пронзило воспоминание…

«… посреди импровизированной улицы стояло нечто, выглядевшее, как сгусток мрака. Человекоподобная фигура из темного металла с пульсирующей внутри злой энергией. Покатые плечи выступали над головой наростами, на кончике каждого дрожала сфера сжатой энергии.

Энергия стекала вниз тяжелыми волнами, насыщенно черный поглощал окружающий свет. Вокруг могучей фигуры кружили невидимые простому человеческому глазу защитные и атакующие колдовские конструкты.

Из-за плотности магических потоков, силуэт КИБа выглядел смазанным. Темная поверхность корпуса выступала единым монолитом с черной аурой, по насыщенности перекрывающей человеческую.

За матовой черным забралом скрывалось лицо — девушка чуть старше меня, блондинка с туго завязанным хвостиком, с сине-зелеными глазами и удивительно правильными чертами лица. Я видел ее очень четко. Когда она это поняла, ее глаза в изумлении распахнулись …»

Именно она сейчас стояла на верхнем ярусе эстакады рядом с черными внедорожниками. Та, что входила в состав звена КИБов, брошенных на захват станции Кросс-Роуд. Мое первое сражение в этом мире, где я едва не погиб.

Мы двинулись навстречу друг другу одновременно. Один из телохранителей дернулся следом, но его остановил повелительный взмах.

Пока шел, в голове роились предположения: кто, зачем, и главное, что хочет? Что встреча неслучайна понятно, но искать человека, выделяя для этого ресурсы никто просто так не будет. Даже могущественный колдовской клан.

То, что девчонка оттуда, даже не вызывало сомнений. Слишком звено КИБов походило на клановое боевое подразделение. Больше чем на обычных наемников. Да и само наличие в таком количестве магических бронекостюмов говорило о многом.

— Добрый день, — девушка улыбнулась.

Я молча кивнул, изучая лицо. Симпатичная, нет, красивая, той естественной красотой, что сразу привлекает внимание. Никакой пластики, никаких посторонних вмешательств, только доставшиеся от предков правильные черты. Породистое лицо, говорившее о ее обладательнице лучше любых документов.

Передо мной стоял продукт целенаправленной селекции сотен поколений, выращиваемых по заранее разработанным родовым программам.

Что самое ироничное, если бы я взглянул в зеркало, то увидел бы почти то же самое, только с поправкой на пол.

— Вилора Валенштайн, — представилась девушка, протягивая руку вперед.

Крепкая и узкая ладошка на мгновение повисла в воздухе. Поколебавшись, я все же сжал ее.

— Тимофей Мещерский.

Она снова улыбнулась.

— Да, я знаю. Я давно наблюдаю за тобой Тимофей.

— После боя у Кросс-Роуд? — предположил я, в последний момент задавив ухмылку.

Перед глазами мелькнуло испуганное лицо. Когда серое марево утянуло за собой КИБ с сидящей внутри девчонкой и когда грязные нити Астрала начали выпивать из нее жизнь, она едва не ударилась в панику. Обратный перенос вызвал такой страх, что все звено боевых магов резво погрузилось в транспортный челнок и стартовало по экстренному протоколу эвакуации. До сих пор помню тот впечатляющий старт, больше похожий на выстрел.

— Мы можем поговорить? — Вилора чуть наклонила голову. Получилось немного игриво.

Она что, пытается заигрывать? Или просто заинтересовать? Чтобы с ходу не послал куда подальше. Как ни посмотри, а последняя наша встреча была по разные стороны баррикад, где она убивала моих бывших товарищей по отряду.

Вспомнился Кристофф, от которого после выстрела орудия КИБа ничего не осталось. Парня буквально испарило на месте. Он был конечно торчок и зануда, но его единственного я мог с натяжкой назвать другом в том лагере наемников на задворках цивилизации.

Впрочем, предъявлять претензии за смерть в бою глупо.

— О чем? — я пожал плечами.

— Это долгий разговор, если ты не против, проведем его в другом месте, — она показала на свой внедорожник. — Можем пообедать где-нибудь. Я знаю неплохой ресторан.

Отпустить такси и ехать с ней? И пропустить тренировку на полигоне мехов? Последнее решило вопрос.

— Я сейчас занят, — я демонстративно взглянул на запястье, где болтался браслет. На металлической поверхности высветилось время. — Собственно, я уже опаздываю. Если желаешь поговорить, то можем это сделать позже. Оставь свои координаты, я сообщу, где и когда.

Кажется такого жесткого отказа она не ожидала. Брови на красиво лице дернулись, выдавая удивление. Клановая девочка привыкла чтобы все было по ее правилам. Придется ее разочаровать.

Помедлив, она с легким прищуром оглядела меня, словно увидела первый раз, подумала о чем-то, и коротко кивнула. Вновь вперед протянулась рука, на этот раз с открытым браслетом, скользнувшем из-под края рукава пиджака.

Глухо звякнули, соприкасаясь устройства, пересылая контактные данные. Кивнув на прощание, я развернулся и спокойно отправился к ожидавшему меня такси. Девчонка еще секунду подождала, словно не веря, что ее так жестко отшили и лишь после этого отправилась к своим представительным внедорожникам.

Захлопали дверцы, телохранители погрузили хозяйку в машину, сели сами и небольшой картеж двинулся в сторону города, объехав нас по дуге.

— Сеньор? — водитель афро вопросительно посмотрел через боковое стекло.

Проводив внедорожники взглядом, я открыл дверь и сел внутрь такси.

— Поехали.

Таксист кивнул. В салоне вновь зазвучала ритмичная музыка с национальными переливами. Пользуясь пустотой на автостраде, машина резко набрала скорость и уже без остановок ехала до КПП, ведущего за пределы зеленой зоны Скайфолла.

Дальше пошли пригороды с его промышленными зонами и развлекательными кварталами. Очень быстро я потерял направление движения, в первую очередь ориентируясь по навигатору на дисплее в центре приборной доски. Поездка продлилась еще полчаса, прежде чем машина прибыла на место.

* * *

— Программы подготовки могут включать в себя разные степени обучения. В зависимости от того, что вы хотите получить по итогу. Первый этап, конечно, передвижение. Это базис, без него никуда. Другой вопрос, что некоторые учатся ходить и на этом заканчивают, не понимая, что мех ведет себя по иному в разных ситуациях. Например на мелководье, даже разворот корпуса совершается по другому, если бы шагоход оставался на твердой поверхности. Это очень важно, потому что от этого зависит ваша жизнь, — инструктор в комбезе пилота, дернул за ремни безопасности, проверяя крепления. Мозолистые руки быстро и уверенно щелкали замками, фиксируя мое тело в кресле-ложементе кокпита. — На сыпучей поверхности мех ведет себя по-иному. В воде, на камнях, среди обломков зданий, в болотистой местности — везде по-разному. Это важно запомнить. Положение корпуса влияет на движение верхних конечностей, что воздействует на общее положение в пространстве.

Я кивнул. Понятно, стоишь в воде или на песке — всегда это учитывай.

— Готов?

Я качнул головой.

— Да.

— Тогда я на свое место. Запуск через минуту, осваивайся.

Инструктор полез наверх, во второе кресло. Кабина учебно-тренировочного меха имела простор для двух пилотов: ученика и учителя. Кресло последнего находилось чуть выше, давая лучший обзор и позволяя контролировать внешнюю обстановку.

— Сначала подключим нейронную связь в тестовом режиме. Прогоним диагностику и только потом уберем опоры. Ясно? — донесся сверху голос инструктора.

— Да.

Сзади выдвинулся порт нейроконнектора, затылок обдало холодом, в ту же секунду произошло соединение.

Это походило на падение в пустоту. На мгновение я полностью потерял ориентацию, не зная где верх, а где низ. Вестибулярный аппарат взбрыкнул, чуть не став причиной извержения завтрака.

Дерьмо! Что-ж так тяжко-то?

— Пока не двигайся, я все сделаю сам.

Двигаться… тут как бы не сблевать внутри кабины. Сознание мутило, в глазах двоилось, а иногда и троилось.

— Идет калибровка. Скоро закончится, — продолжал ободрять голос инструктора.

Пытаясь отвлечься от муторного состояния, я покосился на дисплей перед собой и боковые вспомогательные экраны. Везде индикаторы показывали зеленый допуск.

— Старт.

Мех вздрогнул, где-то далеко внизу разбегались техники. Захваты уходили вбок, освобождая шагоход из тисков фиксации. Энергетическая установка разгонялась, оживляя гигантский боевой механизм.

«FURIOS STREAM» тоже окончательно откалибровался подстраиваясь под бортовую систему. Нейронные цепи вошли в контакт с мехом, воспринимая его своим продолжением. Все произошло мягко и почти незаметно, за исключением первоначальной тошноты. Могло быть гораздо хуже. Не зря за нейрочип заплачено семь миллионов, он полностью стоил заплаченных денег.

Слияние походило на ощущение легкой раздвоенности. Я — сидел в кокпите меха, и одновременно я — воспринимал его частью себя. Странное чувство, ни на что не похожее.

Инструктор наверху хмыкнул.

— Дорогая игрушка. Коннект почти мгновенный, — прокомментировал он работу нейрочипа. — Время отклика приближается к нулю.

Под конец в голосе мелькнули нотки презрения. Понято, о чем подумал: избалованный мальчик решил поиграть в солдатики и не задумываясь выложил за новое развлечение кучу денег. Сумму, которую тому же инструктору не заработать и за пять лет.

Плевать. Никому и ничего я доказывать не собирался. Тем более оправдываться.

— Курс два, выходим из ангара.

Мех удивительно плавно для своих габаритов сделал шаг вперед. Показалось, что бетон под ногами стального чудовища хрустнул. Что, конечно, не так, в боксы регулярно заводили и выводили мехи, если бы вес каждого мог влиять на поверхность, то тут от пола давно бы осталось лишь мелкое крошево.

— Не пытайся перехватить управление, — строго напомнил инструктор. — Сначала веду я, потом ты.

— Понял, — я прислушался к собственным ощущениям. Создавалось впечатление, что сейчас у меня есть второе тело, в котором я нахожусь, но не могу контролировать. Очень необычный опыт, сильно отличающийся от нахождения в КИБе без нейрочипа.

Мех двигался по пересеченной местности, легко поднимаясь по наклонной плоскости и так же спускаясь. Широко остекленная кабина легко покачивалась в такт движению. В какой-то момент шагоход замер на открытой площадке с утоптанной травой.

— Готов попробовать? Только не торопись, сначала передам допуск на нижние конечности. Верхняя полусфера останется за мной, чтобы не уронил с непривычки. Игрушка у тебя в башке может и крутая, но страховка не повредит.

В ту же секунду ощущения изменились, став более четкими. Я помедлил, мысленно представляя, как двигаю правой ногой и медленно сделал шаг вперед. Мех послушно повторил движение. Дальше последовал еще один шаг. За ним еще. Робот двигался плавно, почти не отличаясь от стиля движения инструктора. Но в этом была не моя заслуга, а влияние дорогого чипа с широкополосным портом нейронного подключения.

Сам нейрочип не имел программного обеспечения, только нейронный интерфейс, но по сложности и вычислительным мощностям легко мог поспорить с самыми крутыми бортовыми компьютерами. По сути, он брал управление на себя, сглаживая огрехи неопытного пилота.

Инструктор наверху завистливо крякнул, у него в затылке явно стояла более примитивная модель.

Все равно что сравнивать старую примитивную машину на механической коробке с продвинутым авто последнего поколения, напичканного электроникой под завязку и способного ездить чуть ли не без водителя.

Так и тут, «FURIOS STREAM» давал возможности, о которых с более дешевым нейрочипом пришлось бы только мечтать. Он помогал, сглаживал шероховатости и выполнял восемьдесят процентов работы, которая обычно ложилась на плечи более опытных пилотов.

— Неплохо. А теперь прибавь скорость, — приказал инструктор. В мужском голосе проскользнула ощутимая зависть.

Мужика можно понять. Все равно, что профессиональному гонщику видеть, как неопытный сопляк садится за руль шикарного спорткара. Он будет считать это незаслуженным и обидным. Ведь сопляк не сможет полностью выжать из авто все, на что оно способно.

Так или почти так, рассуждал он. Но мне плевать. Как и говорил, оправдываться я не собирался.

Управлять металлическим великаном оказалось неожиданно увлекательно. Власть над мехом захватывала, вызывая восторг. Когда на центральном экране появилась прицельная сетка и боковые створки ракетной установки открылись, восторг взлетел до предела. А когда цель оказалась поражена, я не выдержав заорал:

— Да-а-а-а!!!

Мишень разлетелась на куски. Плотный куб из пластика, играющий роль вражеской техники, утонул в череде взрывов, превратившись в облако мелких осколков.

Это было что-то невероятное. Слияние произошло настолько плавно, что чувство раздвоенности вскоре пропало, оставив лишь ощущение соединения с мехом. Привыкание почти не потребовало усилий с моей стороны, что вызывало сначала легкую настороженность и удивление, а затем безграничный восторг.

Черт, я просто ловил кайф, управляя этой громадой. Выкупленные у полигона часы аренды пролетели незаметно. Большую часть инструктор даже не вмешивался, наблюдая за состоянием систем и позволяя подопечному резвиться, как хочет.

Я ходил, бегал, стрелял и снова ходил, привыкая к огромному металлическому телу.

Когда мех загнали обратно в ангар (управлял инструктор, вставать в бокс он мне не доверил), и произошло отключение, остро кольнуло потерей чего-то важного. Восприятие резко сузилось до крохотного человеческого тела и еще несколько секунд я тупо сидел, глядя перед собой в пустоту, одновременно пытаясь прийти в себя.

— В порядке? — инструктор быстро помог высвободится из ремней безопасности.

— Да, нормально.

На подкашивавшихся ногах я спускался вниз, внутри все ходило ходуном. И ведь это обычная прогулка с одиночной стрельбой. Что же будет в настоящем бою?

В настоящем бою тебя подстрелят и глазом не успеешь моргнуть, — мысленно отрезала более циничная, а значит более рассудительная часть рассудка.

Пришлось с этим согласиться. Переходы по пересеченной местности и ракетные удары по статичным мишеням ни шли ни в какое сравнение с настоящим сражением против реальных врагов.

Нужна практика, практика и еще раз практика. А лучше, повторно пройденный курс обучения на пилота меха. Нейрочип показал себя отлично, а значит время учебы должно значительно сократиться.

Другой вопрос, что обучаться лучше сразу на своем мехе. Это и дешевле, и эффективнее с точки зрения дальнейшего привыкания. Не придется осваиваться в другом шагоходе. Тимофей так и поступил, придя на курсы подготовки сразу со своим Ониксом.

Осталось решить вопрос: где бы достать мех подешевле?

Ладно, об этом позже, для начала надо встретиться с Карлом и узнать, как там дела у Майи. Я взглянул на часы, время приближалось к четырем пополудни. Пока приму душ, пока переоденусь, пока вернусь в город — уже будет вечер. Как раз успею со всем закончить. Заодно назначу встречу с Вилорой Валенштайн. Лучше сразу узнать, что она хочет.

Глава 8

8.

— Необычное место для встречи, — Карл подошел точно в назначенное время, демонстрируя военную пунктуальность. Гвардейская выучка давала о себе знать, несмотря уход со службы.

Я кивнул, предлагая усаживаться напротив. К столику подошла девушка в обтягивающем топике и коротких шортиках.

— Добрый вечер, меня зовут Британи, сегодня я буду вас обслуживать.

Мимо прошла еще одна в похожем провокационном наряде, покачивая крепкими загорелыми бедрами. Тугой топик с трудом сдерживал упругую грудь.

Заведение «Веселые малышки» славилось обслуживанием, кухней и конечно официантками — молодыми девчонками в коротких шортиках и обтягивающих маечках.

Карл Ульбрихт-Бельский не удержался и проводил взглядом вздернутую попку прошедшей мимо девицы, едва прикрытую узким куском ткани. Я мысленно хмыкнул. Разумеется, встреча в подобном месте была не ради него, а ради Вилоры Валенштайн, так разговор с посланцем независимого клана пройдет легче.

Вывести из себя, поместить в непривычную обстановку, нарушить равновесие психики — старый трюк, помогающий надавить на собеседника внешней средой.

Это Карлу в кайф, когда его обслуживают такие прелестницы, а урожденная Валенштайн будет нервничать. Отвлекаться на уровне женского подсознания. Пытаться понять, насколько откровенные наряды снующих вокруг официанток нравятся собеседнику. И неосознанно сравнивать себя с ними.

Конечно, у нее подготовка и тренировка самоконтроля с самого детства, дисциплина разума и умение концентрироваться на важных вещах. Но женская суть возьмет свое и какой-то процент рассеянного внимания получиться вырвать. Слишком уж неожиданной вышла встреча на автостраде, мне нужно какое-то преимущество.

— Ужинал? — я посмотрел на Карла.

Бывший гвардеец отрицательно мотнул головой.

— Тогда ваше фирменное: жаренные крылышки, ребрышки, острые, с соусом барбекю, картошку и ледяное пиво.

Кивнув, девушка убрала блокнот за пояс. По загорелому лицу пробежала белоснежная улыбка. Небольшая ладошка словно невзначай прошлась по моему плечу, нежно погладив. И лишь после этого ушла, сверкая стройными загорелыми ногами.

То же своего рода провокация. Официантки здесь не только принимали заказ и приносили еду, но и подсаживались к гостям для общения. Точнее это официально считалось, что для общения, в действительности, чтобы раскрутить на дополнительную выпивку. Плюс само время, пока она будет за вашим столом, позже внесут в отдельный счет лишней строчкой. А время их стоило дорого.

— Тебе наверное привычнее в заведении мадам Мо? — усмехнулся я, наблюдая за реакцией отставного военного.

Бывший гвардеец держался молодцом, но все же проскальзывали нотки неуверенности. Не ожидал, что для встречи новый работодатель выберет подобное место.

— Да нет, здесь тоже нормально, — наемник улыбнулся кончиками губ.

Понятно, вернул любезность. Впрочем, неважно.

— Как все прошло? — время подходило к девяти, Майя должна уже была разобраться со своими обидчиками.

Карл кивнул.

— Все отлично. Мое вмешательства не потребовалось, девушка справилась сама, — он положил на стол прямоугольный пластик информационного носителя. — Если хотите, можете посмотреть, как все было.

Я вскинул в удивлении брови.

— Ты записал?

Наемник кивнул.

— Да, при помощи мини-дрона. Думал, вам будет интересно.

Похвальная предусмотрительность. Не ожидал, думал ограничится обычным наблюдением.

— Как она показала себя? — я вытащил из внутреннего кармана куртки тонкий лист планшета.

Карл пожал плечами.

— Неплохо. Сначала нервничала, но потом освоилась. Действовала четко, без паники.

Флешка щелкнула магнитным захватом, соединяясь с внешним устройством. Мигнула зеленая полоска проверки на вредоносное программы. Следом пробежала строчка загрузки. Запуская файл, автоматически развернулось окно плеера. На экране пошла запись с дрона, зависшего напротив окна.

Внутри просторная комната, большая кровать. Раздетая Майя, сидит вытянув длинные загорелые ноги. Черное кружевное белье выгодно подчеркивает спортивную стройность фигуры. Микроскопические трусики и едва заметный лифчик выглядят так возбуждающе, что неосознанно возникает желание оказаться там, чтобы сорвать их с женского тела.

На фоне слышится какой-то шум, стук двери, невнятные мужские голоса. Майя медленно тянет за лямку лифчика, обнажая вызывающее торчащую грудь. Гомон усиливается, можно разобрать отдельные слова:

— Я же говорил, что эту соску давно пора оприходовать. Ты только глянь на эти сиськи, — прорезается голос то ли Айка то ли Рома.

— Потом обсудим как эта сучка, будет нас обслуживать вне очереди, — сказал второй, намекая на предположение, что девушка решила стать проституткой и принимать клиентов самостоятельно.

Лифчик упал на покрывало, полностью обнажив груди. Шум усилился, возбужденные самцы готовы к немедленному спариванию.

А я вдруг подумал, что когда доходит до дела, Майя совершенно не стеснялась и шла до конца. Достаточно вспомнить, как она переодевалась в армейскую экипировку на глазах у случайных прохожих у Стрекозы. Стыдливость отбрасывалась прочь, и любые другие эмоции, заменяясь выполнением поставленной цели. Хорошая черта характера, правильная. Если все решено, то надо действовать, а не колебаться, изображая смятение. И не довольствоваться полумерами.

Увидев обнаженную грудь, вытянутые длинные ноги и распущенные волосы, два придурка совершенно потеряли голову. В их воображении они же навалились сверху на сексуальную красотку и обладали ей с правом, которое сами себе дали, слыша под собой только стоны. Один из парней, кажется, даже зарычал от вожделения.

Ничего удивительного, от Майи перла просто бешенная сексуальность, с силой тарана вышибая из головы любые остатки осознанных мыслей.

— Я сам чуть не бросился на защиту обворожительной принцессы, — криво усмехнулся Карл.

— Вряд ли она девственница, — хмыкнул в ответ я.

— В наше время трудно найти девственницу в восемнадцать лет, — заметил наемник.

Я быстро на него взглянул. Откуда знает о возрасте?

— Проверял ее биографию?

Карл спокойно пожал плечами.

— Лишь в общих чертах.

Понятно, перед тем как отправиться на дело, изучил объект операции. Пусть и поверхностно, но успел кое-что накопать. В частности, примерно одинаковый у нас с Майей возраст.

Тоже хорошая черта. Некоторые не стали бы делать и эту малость, отправившись без подготовки, посчитав остальное излишним. Обучении в гвардии давало о себе знать, даже после увольнения. Педантичность, пунктуальность, исполнительность. Не хватало верности. С этим могли возникнуть проблемы.

Почему никто из благородных родов не брал на службу бывших имперских гвардейцев (если только последние сами не являлись выходцами из этой семьи)? Потому что те сохраняли лояльность императору даже после ухода со службы. И если возникала ситуация, где приходилось выбирать, то выбор всегда был в пользу старого сюзерена.

Нужен крючок, чтобы разорвать эту связь. И время для привыкания новых реалий. Эмоции, на которые можно зацепить. Страх — отметается, слишком ненадежно и грубо. Любовь — слишком сложно и муторно. Лучше всего — благодарность. Тем более, что окружающая действительность подходит для перековки установок лучше всего — Колоний находятся далеко от Империума, и выбор между верностью старому и новому господину удастся еще долгое время избегать.

Все это пронеслось в голове с быстротой молнии, оставив после себя ощущение наметок на будущий план. Привязать к себе, вызвать чувство благодарности, через это спровоцировать верность.

Черт, опять не мои мысли. Так рассуждали князья, патриархи колдовских кланов. Ко мне это пришло из памяти прошлых поколений Мещерских. Старый я, не рассуждал таким образом.

Иногда от этого мышления становилось неуютно. Иногда вызывало удивление. Но никогда не провоцировало страх или панику, которые по идее должны возникнуть, стоит понять, что личность подверглась коррекции.

Тонкая работа умелых астральщиков — писарей душ? Или в глубине души у меня всегда имелись наметки для таких изменений?

— Сейчас будет самое интересное, — сказал Карл.

Я взглянул на дисплей планшета, заметив, что мазнул по экрану, ставя запись на паузу. Глянем, что дальше.

Картинка ожила. Раздетая Майя все так же полулежала в постели, вызывающе торчащая грудь смотрела в лицо гостям. Они совсем потеряли голову, метнулись вперед, позабыв обо всем, с желанием добраться до желанного женского тела.

И не заметили небольшую деталь — как рука девушки за секунду до этого скользнула под небрежно брошенную подушку.

Дальше все произошло молниеносно. Подушка отлетела на пол. Показалось дуло компактного автомата. Майя вскинула оружие, кошачьим движением перейдя в сидячее положение, и тут же не останавливаясь открыла стрельбу.

Сухо затрещал автомат. Дуло с интегрированным глушителем мелко затряслось, выпуская свинцовый поток. Тела парней отшвырнуло назад. Пули рвали человеческую плоть, отмечаясь в местах попадания кровяными фонтанчиками. Близость и кучность сыграли роль тяжеловесной кувалды. Кровь брызнула во все стороны.

Глухо щелкнул затвор. Все сорок пуль вылетели из ствола меньше чем за четыре секунды. В комнате повисло легкое облачко дыма от сгоревших пороховых газов. Картинка застыла: Майя в черных трусиках на кровати с автоматом в одной руке, и два изломанных трупа, отлетевших к противоположной стене.

— Впечатляет, — протянул я, нахмурился и уточнил: — Они использовала стимуляторы?

Боевая химия в подобных ситуациях помогала сохранять хладнокровие и не терять голову.

— Не знаю, не видел, — ответил Карл. — Но судя по моторике движений нет.

Я понял о чем он говорил через секунду, когда Майя обмякла. Руки девушки задрожали, выпуская оружие. Дымящийся автомат упал на кровать. Пришел откат от взрыва адреналина.

Секунду она сидела на месте, не двигаясь, затем резко ожила. Встала и начала одеваться. В глазах пустота, движения быстрые и экономные.

Знакомое состояние, когда главное не останавливаться и не задумываться. Метод, на освоение которого мне в прошлой жизни понадобилось время, девчонка использовала инстинктивно. Когда делаешь все на автомате, все проходит намного легче, где важно не думать, а делать, иначе впадешь в оцепенение, а затем в панику.

Глядя, как уверенно Майя одевается в джинсы и толстовку (не забыла совет о неприметной одежде), я подумал, что из нее все же выйдет толк. Очень грамотно сработано. Без спешки, без суеты. Потом конечно придет осознание, и может даже истерика, но в нужный момент у нее получилось сохранить хладнокровие, не совершая ошибок.

Натянув бейсболку и уже стоя в проеме двери, она будто о чем-то вспомнила и обернулась. В воздухе мелькнула пачка денег, приземлившись на ближайший труп. Правильно, оплата хозяину квартиры за уборку и вынос мусора в лице мертвяков. Десять сотен — достаточная цена для услуги уборщика.

На этом месте запись обрывалась.

— Где она сейчас?

— Поехала домой, в зеленую зону. КПП перешла в обычном порядке, не привлекая внимание.

— Вела себя, как обычно?

— Вроде да, — Карл пожал плечами. — Трудно судить, у меня не так много данных для сравнительного анализа.

Сравнительного анализа… мда… это точно не обычный наемник Колоний, они так не выражаются. Чувствуется образование, пусть и с военным оттенком.

— Но за ней никто не следил?

— Насколько я могу судить — нет.

Отлично, значит операция прошла гладко. Скорее всего Майя сейчас выпускает пар, отходя от пережитого. С большой долей вероятности — купила бутылку алкоголя и пьет.

Но девчонка выдержала испытание. И выдержала с блеском. Надо отдать ей должное. Думал пройдет не так гладко.

Вспомнив бархатистую кожу с золотистым оттенком и черное кружевное белье, шальные глаза и распущенные волосы лежащей на кровати жгучей брюнетки, я про себя усмехнулся. Да, на такую красотку любой бы полез, отключив мысли о самосохранении.

Подошла официантка по имени Британи, глядя на загорелое тело в обтягивающем топе и микроскопических шортиках, неосознанно вышло сравнение с только что просмотренной записью. При всей привлекательности и хорошенькой мордашке, официантка по всем параметрам проигрывала Майе. От последней прямо исходил чувственный секс, официантка же больше походила на симпатичную куклу.

— Ваш заказ, — на столик сгрузились тарелочки и мисочки.

Крылышки, хрустящий картофель, соусы, и два высоких бокала запотевшего от холода пива.

— Ребрышки будут чуть позже, — извиняюще улыбнулась Британи и спросила, кокетливо стрельнув озорными глазками: — Вам составить компанию?

Хорошо их здесь натаскивают, маленькая ладошка словно невзначай в очередной раз погладила меня по плечу. Случайные прикосновения, создающие контакт и тем самым делающие нас как бы ближе. Неплохая психологическая обработка, процесс отработан на твердую пять.

Я отрицательно качнул головой.

— Может позже, — и перевел внимание на еду.

Девушка еще раз улыбнулась и молча ушла, тонко уловив, что прямо сейчас настаивать не стоит. Очень вышколенный персонал. И чаевые наверняка каждый вечер получают приличные.

— М-м-м, вкусно, — Карл не стесняясь сгрыз жаренное крылышко и тут же запил его пивом. Заметив мой взгляд, сделал вид, что смутился: — Извините, ваша светлость. Дикие края, дикие нравы, не замечаешь, как сам становишься дикарем.

Ну-ну, вот еще один пример притворства. Уверен, если надо, его и за стол к венценосной особе можно сажать, в гвардии учили не только врагов убивать, но и правильно вести себя в светском обществе.

— Почему ты здесь? — вытерев губы салфеткой, спросил я. Отпил из бокала с пивом и вопросительно уставился на собеседника, показывая, что жду ответа.

Внутри он давно уже выгорел и жил лишь по инерции, но здесь и сейчас в его глазах мелькнула искра жизни, тень надежды. Вопрос: из-за чего? Не нужно быть особенно догадливым, чтобы понять, что ему что-то нужно.

— У меня слабо выраженный дар, но при правильно подобранной паре, дети могли унаследовать неплохой потенциал, — начал рассказ Карл. — Меня хотели женить на девушке, выбранную родней.

— Это нормальная практика, — я пожал плечами.

Бывший гвардеец горько усмехнулся.

— Да, я тоже об этом знал, но совершил ошибку. Выбрал другую, простую девушку. По велению сердца.

Он замолчал, уставившись в тарелку с крылышками. Пауза затянулась. Я внезапно понял, что Карл выглядел намного старше своих лет. Сколько ему на самом деле? Чуть больше двадцати пяти? А выглядит далеко за тридцать.

— Насколько все плохо закончилось?

На лице Карла заиграли желваки.

— Плохо. Желая сломить меня, мой дядя попытался сначала подкупить мою невесту, а когда не получилось, инсценировал ситуацию, что она мне изменила сразу с несколькими мужчинами. Ее накачали наркотиками и отвезли в ночной клуб, где ее по очереди изнасиловали группа каких-то ублюдков. Это не выглядело насилием, но по поведению было понятно, что она не контролировала себя. Все это записали на камеру, чтобы мне потом показать.

Снова наступила долгая пауза. Рассказчик вновь переживал те тяжелые дни.

— Когда утром она пришла в себя и поняла, что случилось, то не выдержала и повесилась, — он хрустнул руками. — По крайней мере так официально считается. Не знаю, насколько ей в этом помогли.

— Зачищали следы? — я сделал глоток.

Карл странно взглянул на меня, удивленный хладнокровием в голосе, лицо вновь прорезала кривая ухмылка. Словно вспомнил, кого видит перед собой — одного из наследников Старшей крови.

— Наверное. Не знаю. Мне хватило, чтобы понять, что к чему.

— И ты попытался убить дядю, — утвердительно закончил я. — Получилось?

Бывший гвардеец мотнул головой.

— Его слишком хорошо охраняли. Удалось добраться только до исполнителей и нескольких человек из его личной охраны. Потом пришлось уходить.

Оставляя месть на потом, — мысленно закончил я. А вообще ситуация паршивая, Небрежность и непродуманность вкупе с некомплектностью позволили понять, что история с изменой невесты шита белыми нитками. Неужели дядя такой идиот, что не понял, что племянник обо всем догадается? Или дело в другом, например во внутриклановых интригах Ульбрихт-Бельских? Сам Карл вряд ли мог претендовать на пост главы рода, но вполне мог входить во фракцию, которая поддерживала определенного претендента. И убирая его, тем самым ослабляли фракцию соперника.

— Ты хочешь мести. Я здесь при чем? И только не говори, что пришел сюда только отчитаться о выполненном задании.

Карл медленно растянул губы в мрачной улыбке, будь я натурой более впечатлительной, то от зловещего выражение на его лице у меня бы пробежали мурашки. К счастью, я ей не был, и спокойно ждал ответа. Карл это оценил.

— Я хочу убить своего дядю. И предлагаю его жизнь, в обмен на верность, — медленно проронил он, глядя мне прямо в глаза.

Хмм… а вот и крючок. Я не стал спрашивать, почему бывший гвардеец думает, что я смогу помочь ему сделать то, что у него самого не получилось, вместо этого протянул руку над столом.

— Идет. Жизнь твоего дядя в обмен на службу, — я помедлил и предупредил: — Но не обещаю, что это произойдет скоро.

Карл кивнул.

— Ничего, я подожду.

Глава 9

9.

— А вот и они, — я кивнул на вход.

Две фигуры появились в дверном проеме, мужская женская — выделялись на фоне завсегдатаев чересчур строгими костюмами, не подходящими под специфику заведения. Отличия настолько бросались в глаза, что несколько посетителей за ближайшими столиками бросили в их сторону недоуменные взгляды. И тут же вернулись к жареным ребрышкам, стоило рассмотреть непонятных гостей. Слишком уж надменным у тех оказалось выражение лиц.

А некоторые еще успели рассмотреть брошку с клановым гербом на лацкане женского пиджака и поспешили сделать вид, что вообще ничего не видели.

— Побаиваются здесь наших друзей, — задумчиво проронил я, заметив характерную реакцию людей, опознавших символику.

— Скорее любых клановцев, — поправил Карл, быстро убрав остатки еды в одну тарелку и переставив грязные за соседний столик. Сам поднялся и пересел, поставив стул за моим левым плечом — неофициальная позиция телохранителя и помощника.

Небрежная поза не обманывала, в любой момент гвардеец был готов взорваться вихрем ударов, прикрывая и защищая от потенциальной опасности. Подходившие посланцы клана Валенштайн это тоже отметили, Вилора чуть изогнула бровь, изучая незнакомого человека.

Должно быть о моей встрече со старым знакомцев перед рейдом на наркоплантацию еще не доложили, — машинально отметил я. То, что за мной следили не вызывало сомнений.

— Довольно необычное место для встречи, — почти слово в слово повторила приветствие дочь герцога Валенштайн.

— Здесь вкусные крылышки, очень рекомендую, — ответил я, приподнимаясь со стула.

Учтивые поклоны и явно неформальная обстановка позволили быстро закончить с предварительным представлением. Еще несколько минут ушло на обязательный светский треп ни о чем, в ходе которого обе стороны пытались прощупать друг друга.

Род Мещерских не лишен княжеского титула, статуса клана — да, но не положения среди семей Старой крови. Это многое значило, такие вещи так просто не отбирались. Вилора знала это и разговаривала как с равным по происхождению, невзирая на нынешние положение дел угасшего клана.

Такова психологи. Обычные люди, и даже одаренные из имперских родов — это одно, для многих старых родов — всего лишь питательная масса, откуда изредка появлялись природные самородки, способные к магии. Но Старшая кровь — это Старшая кровь — свои, как равные среди равных.

И это чувствовалось на протяжении всего разговора.

Что, в целом, не означает, что таких своих не будут при случае рвать, если возникнет возможность. Слабые погибают, сильные возвышаются — таков путь колдовских кланов.

Важна только Сила крови, все остальные внешние атрибуты — тлен и прах, не стоящие внимания. Ресурс, пригодный к быстрому восполнению. Что я с успехом продемонстрировал, будучи бедным наемником, без проблем найдя четверть миллиона кредитов для посещения Скайфолла.

Она не знала, где молодой солдат удачи достал деньги, зато видела, как он перенес кусок пространства реального мира в Астрал вместе с ней. И это ее интересовало в первую очередь.

Что очень важно для понимания причин возникшего разговора.

Велики державы не контролируют Колонии всеобъемлюще, но имеют возможности влиять практически на любой аспект деятельности местного жителя или целой организации, действующей на территории. Для них очень важно сохранить подобное положение вещей, даже если для этого иногда приходится идти на уловки, имитируя изменения.

Иллюзия перемен на внешней поверхности и неизменный статус-кво под ней — таков принцип управления заморскими владениями. Так сохраняется власть.

Можно давать независимость изгнанным кланам, можно признавать их могущество и влияние, но под всем этим налетом всегда скрывается сила, способная обуздать непокорного игрока на гигантской игровом поле размером с Южное полушарие планеты.

Стальной кулак в бархатной перчатке под вывеской экстерриториальной самостоятельности. Формальность, завернутая в красивую бумажку, с меняющейся вывеской, но неизменной сердцевиной внутри.

Так действовала элита, для которой всегда была на первом месте стабильность и неизменность их положения относительно других масс. Сохранить свое место и не дать другим взобраться на вершину.

Но неизменность ведет к деградации, как всей системы, так и отдельных ее элементов. В этом заключался парадокс кланов, внутри себя, всегда стремящихся к изменениям.

Стать сильнее, сделать дар еще больше могущественным, передать потомкам через кровь больше возможностей к управлению магией. Но при этом не менять саму систему взаимоотношений с остальным миром.

Вот в чем была истинная проблема. Противоречия накапливались, и все шло к большой войне. Корпоранты уже рвали поводок, стремясь сломать прежний порядок. Постоянные бунты среди туземцев показывали, что градус приближается к критической норме. Еще немного и мятежи вспыхнут во многих местах, что спровоцирует небывалый кризис, так как тушить пожары везде власть предержащие просто не смогут.

И разразится конфликт, ведущий к мировой бойне.

Умные люди это понимали и предпочитали подготовиться заранее. Найти союзников, укрепить собственное положение, сделаться сильнее. Чтобы не только выжить в будущей войне, но и в дальнейшем возвыситься. Потому что война это не всегда смерть и разорение, для умных это отличная возможность занять место повыше.

Вот что хотели от меня Валенштайны — сделать своим союзником в Спорных территориях в преддверии грядущей бури.

Вилора видела проявление Силу крови Мещерских, как перенос в Астрал большого куска реальности вместе с КИБом — техномагической боевой экипировкой, напитанной защитными плетениями. Это произвело впечатление.

Сопоставив факты и узнав, кто был в Кросс-Роуд, она пришла к выводу, что стала стала свидетельницей пробуждения наследия крови. Такое случалось и раньше. Редко, но бывало, когда истинная сила крови проявлялась через несколько поколений.

Поэтому и захотела встретиться, предложив сотрудничество. Привязать к себе, «подобрать» то, что обронили другие русские кланы, не заметив потенциала в юном наследнике угасшего рода. Сделать своим протянув руку дружбы.

Даже один носитель Старой крови с проявившимся даром представляет собой ценный актив. Перетянуть такого на свою сторону значит получить преимущество над остальными игроками в Колониях. У Дома Мещерских сложная история, с периодами падения и упадка, но многие помнят на что они были способны в эпоху расцвета и примут это во внимание. Что даст возможность Валенштайнам дополнительно влиять на ситуацию к собственной выгоде.

Я не обманывался на этот счет. Меня хотели использовать. Но любая ситуация всегда имела два конца. С одной стороны — в теории я становился марионеткой, с другой — превращался в ценный актив, который волей-неволей придется самим Валенштайнам защищать.

Это как с историей с человеком, которому предсказали утонуть, и он не боялся погибнуть от пуль, участвуя почти в перестрелках. Смысл с том, что любую ситуацию можно перевернуть, использовав в своих интересах.

Клану Валенштайн нужен Тимофей Мещерский. И на этом можно сыграть.

Деньги пыль, военные подразделения тоже. Важна только Сила. Она дает власть. Власть через Кровь.

Это обычного одаренного можно с трудом, но одолеть при помощи высоких технологий. Танки, мехи, роботизированные артиллерийский платформы — все это здорово и прекрасно. Но истинный представитель Старых семей обратит эти игрушки в прах, не заметив.

Плюс, разумеется, шанс получить отпрыска с такими талантами. Генетический материл для собственных родовых программ. На этом тоже могут настоять, правда не сразу, побоятся вспугнуть.

Имелась бы возможность — просто оглушили бы и забрали с собой. Но с носителями Старой крови такой трюк не сработает, таких как я невозможно держать в заточении, блокировать наследие древних семей очень сложно, практически невозможно. Иначе я давно бы сидел где-нибудь в запертых покоях, куда бы мне водили наложниц для получения потомства.

Поэтому разговор. И обещания чуть ли не всего мира.

— В целом я понял, что вы хотите, — когда Вилора остановилась, я кивком подтвердил, что услышал и запомнил сказанное. — Но вам не кажется, что формулировки: — «поддержим», «окажем помощь», «всегда на твоей стороне» выглядит слишком расплывчатыми?

Я с легкой улыбкой смотрел на сидящую напротив девушку. Добрых пять минут она заливалась, рисуя картины нашего блестящего совместного будущего. Едва не заставила прослезиться, когда упоминала об общей принадлежности к Домам Старой кров и судьбе изгнанников, которые должны друг другу поддерживать.

Неужели ожидала, что поведусь? И сам же ответил на этот вопрос: тебя считают едва оперившимся юнцом, оказавшемся вдали от дома. Любой другой в такой ситуации искал бы внешней поддержке. Что вполне объяснимо с точки зрения психологии. И прежний Тимофей Мещерский вполне мог бы так поступить.

Проблема в том, что я не он, не прежний Тимофей. Теперь даже старый я уже не я, а вообще черт знает что такое. Астральная тварь внесла слишком много изменений.

— Что конкретно вы предлагаете? Стать союзниками? Это возможно. Или вы хотите большего — чтобы я пошел под вашу руку?

Судя по мелькнувшему выражению, именно этого Валенштайны и хотели. Но как прагматичные люди отдавали себе отчет, что сразу получить желаемое невозможно, потому и сдали назад.

— Для начала нас бы устроила простая договоренность, — улыбнулась Вилора.

Ну да, вырвать обещание, а потом от него уже и плясать, привязывая к себе все крепче.

Про возрождение домена в этих обстоятельствах лучше не упоминать, хуже будет. Чем больше зависим будущий союзник, тем проще его контролировать. Собственный домен станет в этом преградой. Формально мы станем на одну ступень. Никто в здравом уме не будет выращивать потенциального конкурента. Валенштайны не дураки.

— Мне бы хотелось продолжить карьеру наемника, но не хватает наличных средства. Скажем для покупки трех поддержанных мехов, их обслуживания и других сопутствующих расходов, — нейтрально бросил я, постаравшись замаскировать скрытое желание юнца стать воином, но сделав его достаточно прозрачным, чтобы собеседница купилась.

И Вилора купилась. В одной из схем, которые ей предоставили аналитики, наверняка указывалось такое развитие событий. Ведь это так естественно для молодого парня желание превратиться в крутого бойца.

Клану Валенштайнов такой исход тоже в плюс. С одной стороны они сажают сопляка на короткий поводок (без внешней поддержки содержать мехи очень дорого, ни один рядовой наемник не потянет, по крайней мере на начальных этапах), с другой — появляется возможность прямого использования ценного ресурса через официальный контракт.

Три подержанных меха — невеликая цена за то, чтобы заполучить в свои ряды носителя Старой крови. Хотя у Дикой Охоты это едва не получилось.

Я подумал о корпорациях. В истории с рвущимися с поводков корпорантами могло иметься двойное дно.

У одаренных из Старшей крови другое видение мира, особенно у патриархов. Они видят не просто отдельные события, а цепочки, рождающиеся из мелочей. Связанные между собой в комплексе, охватывая всю картину происходящего целиком. Недаром у них получалось править миром так долго.

Они не могли не видеть к чему все идет и не понимать будущих последствий. А если видели, то могли заранее подготовиться. Начать игру еще до того, как участники сами осознали свой потенциал в будущей партии.

Что если корпорации тоже использовали? В своем стремлении к независимости, в жажде власти? Той самой, что даровала истинную свободу? Они могли даже не понимать, что являются марионетками игры, возможно начатой еще в начале научно-технической революции. Ведь уже тогда патриархи могли просчитать, прийти к определенным выводам и обыграть развитие цивилизации к собственной выгоде.

Как с утопленником, не боящимся погибнуть в перестрелке. Любую ситуацию можно использовать в своих интересах. Не обязательно сражаться с возникающей угрозой в виде простых людей, вооруженных высокими технологиями, самому, можно подставить под это дело другого. Например, имперские рода, чье возвышение и жажду власти на передел влияния, кланы тоже разглядели заранее.

Столкнуть корпорации и простых одаренных лбами, а самим остаться в стороне, наблюдая за происходящим. Если подумать, не самая глупая тактика. Точнее настоящая стратегия, направленная для одного — остаться на вершине могущества.

Я мысленно усмехнулся. Очень разумно. Использовать корпорантов в качестве таранов против имперских родов, слишком расплодившихся в последнее время, заодно ставших конкурентами Старых семей. По крайней мере на это претендующих. Хитрая игра. Многоуровневая интрига, где никто не знал заранее отведенной себе роли.

Могло быть такое? Легко.

— Я посмотрю, что с этим можно будет сделать, — Вилора грациозно поднялась со стула, позволив полюбоваться пластикой хорошо тренированного тела.

— Буду ждать ответа, — как и ожидалось, никаких твердых договоренностей на первой встрече заключено не было. Стороны прощупали друг друга, оценили, но окончательные выводы будут сделаны позже. Нормальная практика, никто не станет бросаться в объятия с первым минут.

Она направилась к выходу. Посетителей перед ней торопливо расступались, кто-то нутром почуяв неладное, кто-то успев рассмотреть приметную брошку с гербовым символом. Промолчавший весь разговор бодигард, напоследок бросил мрачный взгляд на Карла (на меня он смотреть не рискнул) и последовал за хозяйкой.

— Думаете согласятся? — Карл незаметно вновь пересел за стол.

Я пожал плечами.

— Им это выгодно. Даже наладить контакт уже хорошо. И цена в несколько подержанных мехов за это более чем приемлема.

— Но они захотят гарантий. Род Валенштайн очень силен в определенных аспектах, ссорится с ним неразумно.

Тем более обмануть и не оправдать ожиданий, — мысленно закончил я, невысказанное вслух. Слишком осторожен бывший гвардеец.

— Посмотрим, — я махнул рукой, показывая, что тема закрыта, вместо этого переключился на другое: — Заметил, какая у нее плотная аура? Как туго стянута в кокон?

— Это техника называется «Спираль», позволяет аккумулировать больше энергии и держать резерв в подвешенном состоянии. Очень эффектно с точки зрения боевой составляющей.

— Дает возможность быстрее творить боевые заклятья? — заинтересовался я.

Карл кивнул.

— В том числе, но не только. Такая техника позволяет быстрее восполнять потраченную энергию, что в бою иногда бывает намного важнее. Это универсальный подход, пригодный для всех типов заклятий.

Я прислушался к себе, пытаясь найти знания о подобном приеме. Но то ли астральная тварь не потрудилась вложить соответствующую информацию, то ли Мещерские предпочитали сохранять энергию другим способом, ничего похожего не нашлось.

— Ты владеешь этой техникой? — я посмотрел на Карла.

Наемник кивнул, легко догадавшись о дальнейшей просьбе.

— Научишь?

— Буду рад. Это не сложно на самом деле, — он на секунду запнулся, поднял голову: — С учетом потери памяти, вам возможно не помешает восстановить некоторые старые навыки, буду рад в этом помочь.

Вот и учитель появился, не надо даже ходить искать разные курсы.

— Только мой уровень не настолько высок, — поспешил предупредить Карл спустя небольшую паузу. — Это может сказаться на качестве уроков.

— У тебя есть базис гвардейской подготовки, а это главное, — успокоил его я, мысленно сделав отметку завтра арендовать заклинательный зал или магический полигон.

Мы еще немного посидели, и разъехались по домам. Как претендующий на место в свите, Карл пообещал уже с утра въехать в отель, где я остановился, чтобы находится всегда под рукой. Я же в свою очередь думал о том, что содержание ближнего круга автоматически ложилось на мои плечи. Что опять подразумевало лишние траты.

Положительно, пора основать собственный наемный отряд и выполнить несколько контрактов. Иначе без притока свежих наличных скоро платить за обеды будет нечем. И тогда Валенштайнам без проблем удастся навязать свою волю.

Кстати, об этих, интересно согласятся или нет? Несмотря на уверенный тон с Карлом, на самом деле твердой уверенности в положительном ответе от германских изгнанников у меня не было. Три меха, это может и немного для богатого клана, но и не так мало, как могло показаться со стороны.

В любом случае, остается только ждать, идти на уступки в этом вопросе я не собирался.

Глава 10

10.

Следующие несколько дней пролетели незаметно. Занятия с Карлом оказались весьма продуктивными с точки зрения наработки опыта. Практика использования полученных знаний дала понять, что голая теория ничего не стоит без отработки навыков в реальных условиях.

Знать, как создать «Стрелу тьмы», конечно хорошо, но это не совершенно не одно и то же, что сотворить ее в реальности. Прочувствовать, как энергия проходит через тело, как формируется конструкт, как напитывается пропущенной через тебя силой и как наливается жизнью, становясь чем-то большим, чем аморфная мыслеформа на начальной стадии, проявляясь в материальном мире в виде оформленного маго-конструкта.

Это завораживало и увлекало не хуже управления мехом.

Бывший гвардеец обучал многому, в том числе методам противодействия вражеских заклинаний. Вскрыть структуру, обрисовать контур, наметить точки воздействия, подчинить — так или примерно так выглядел порядок действий, когда возникала необходимость взломать чужое плетение.

Показательный момент — мало какой маг в бою защищал свои творения, навешивая дополнительную защиту. Слишком энергозатратно получилось на выходе. Отсюда проявлялись уязвимости.

Проблема в том, что время на формирование и активацию боевых заклинаний задействовалось в минимальных количествах — от одной — двух до нескольких секунд. В такие сроки успеть предпринять контрмеры достаточно сложно. Но если получалось, то заклятье вполне реально обратить против создателя и тогда бой выигрывался почти что мгновенно.

Жаль, что такие фокусы не всем по плечу.

— Неплохо. А теперь еще раз, — Карл в потрепанном армейском комбезе (который не жалко, иногда на тренировках одежда тлела), стоя на другом конце заклинательного зала взмахнул рукой, показывая, что готов к новой атаке.

Я не заставил его ждать, сформировав простенькое на первый взгляд плетение. Сгусток магической энергии, похожий на еле видимое подрагивающий комок воздуха рванулся вперед, напоминая призрачный шарик.

Карл выставил щиты, рассчитывая развеять вражеское заклятье. Но в последний момент конструкт повел себя не обычно, врезавшись и прилипнув к выстроенной защите. Плетение не распалось, не срикошетило, как повел бы себя конструкт с примитивной структурой, а присосалось к магическому щиту, как пиявка, начав с жадностью пожирать, вытягивая энергию.

Бывший гвардеец охнул, по лицу разлилась бледность, отток энергии оказался чересчур силен и что самое неприятное слишком резок. Буквально за пару мгновений личный резерв мага опустел на треть.

— Вот что значит питать щиты напрямую от собственной ауры, — ухмыльнулся я.

Карл покачал головой.

— Неплохо. Всегда знал, что в загашниках Старых семей встречаются неприятные сюрпризы. Как это называется? — с заклинанием он уже справился, попросту свернув щит и отбросив остатки в сторону вместе с атакующим конструктом. Покрытые поглощающими артефактами стены зала на мгновение вспыхнули, поглощая излишек энергии.

— «Поцелуй Бездны», но обычно его называли просто — «жизнесоской», — ответил я.

— Красноречивое название, — наемник кивнул.

И тут же без предупреждения метнул переливающуюся жемчужным светом крохотную сферу. Даже не атаковал, а обозначил атаку. Я не стал выстраивать щит, а просто отклонился в сторону, пропуская мимо себя едва сформированный комок маго-энергии.

Карл одобрительно кивнул.

— Неплохо. Не всегда имеет смысл создавать защиту, иногда проще уклонится от удара.

Сместиться в сторону идеальный вариант в плане энергозатрат, это я уже понял. Но тут важна хорошая физическая подготовка. Некоторые заклятья обладали неприятным свойством обширной площади поражения, а то и вовсе зачатками самонаведения. Тогда вообще плохо, придется побегать.

Поэтому лучший вариант — удар на опережение. Бей первым и будет победа, как говорили в старые времена.

Я прислушался к себе, кажется это сказал кто-то из предков Мещерских, взяв на вооружение данный жизненный принцип после того, как его подловили враги, осадив стольный град. После этого он ошибок не совершал и предпочитал воевать на чужой территории. Приходил с войной к врагу домой, зачастую еще до того, как тот сам понимал, что стал врагом.

Умели предки развлекаться.

— Я думал вы забыли многое, — почтительно сказал Карл, ничуть не обескураженный проваленной атакой.

Я пожал плечами. Рассказывать о посвящении в Астрале и о дальнейшей инициации, я не собирался никому, насколько бы близко не подпустил его к своим другим делам.

Убеждение в правильности подобного поведения крепло где-то внутри, переданное целой чередой предков, никогда и никому не доверяющих полностью. Даже самым доверенным ближникам.

Таков путь правителя — всегда оставаться в одиночестве, ведь на вершине есть место только для одного.

— Это что-то вроде мышечной памяти, когда долго отрабатываешь один удар, потом все происходит автоматически. Разум не обязан помнить, за него это делает тело, — прояснил я.

Карл кивнул, как бывший кадровый военный он явно был знаком с подобной концепцией.

На самом деле это действительно напоминало некий автоматизм. В том плане, что никто не шептал в ухо, как надо правильно создавать заклинания. Это всплывало откуда-то из глубины. Я просто знал, как это делать. И делал, не задумываясь. В этом крылся один из секретов удачного исполнения. Если бы хоть на секунду я задумался, то ничего бы не вышло.

— Ваш род всегда был силен в астральных техниках. Хотите увидеть, как одно из контразаклинаний выглядело со стороны? — Карл подошел к стойке у стены, сняв с нее подвешенный планшет. Мы записывали тренировки на камеру, чтобы позже разбирать ошибки.

На экране появился вытянутый зал, выложенный плитами с зачарованными рунами. На одном конце замер Карл, над ладонью наемника формировалась сферическое образование насыщенно оранжево-черного света — стихия огня в чистом виде. На другом конце стоял я, в обычном тренировочном костюме Дикой Охоты, ничего не делая — поза расслаблена, руки опущены вдоль тела.

Когда атакующее плетение сорвалось с ладони гвардейца, я остался на месте, и только когда оно преодолело половину зала (скорость примерно, как от выпущенной стрелы из-за этого приходилось просматривать запись в замедленном темпе), я сделал шаг назад.

Выглядело, как будто просто отшагнул назад, но в этот миг тень за моей спиной ожила, налилась объемом и словно встала, заняв мое место. Выглядело жутковато. На какой-то миг, меня скрыло темное марево, и даже показалось, что внутри силуэт словно изменился, став выше, обретя нечеловеческие очертания.

Миг — и ожившая тень приняла на себя удар магией, поглотив атакующее заклятье без остатка.

— Очень эффектная техника, — покачал головой Карл. — Никогда не видел ничего подобного.

Я молча кивнул, больше озабоченный не эффективностью контрзаклятья, а непонятным силуэтом, что мелькнул в зажившей своей жизнью тени. Что это было? Мое собственное астральное отображение или нанес молниеносный визит хранитель знаний Мещерских?

Если первое — то это повод задуматься. Кто знает до какой степени дойдут изменения и не стану ли я в конечном итоге похож на своих родственничков, заигравшихся с запретными силами? Перспектива превратиться в чудовище из ночных кошмаров с когтями на руках и лапами неведомого хищного зверя не вызывала восторга. Хватило видений в процессе инициации, когда я внешне перестал походит на человека, трансформировавшись в некую инфернальную сущность.

С другой стороны и второй вариант не вызывал особого энтузиазма. Это означало, что создание предков Мещерских за мной приглядывало, держа под контролем, замечая все — стоило пустить в ход, полученный от нее знания.

— Мы на сегодня закончили, ваша светлость? — прервав мои размышления спросил Карл.

Я кивнул.

— Да, пожалуй на сегодня хватит.

Я передал планшет гвардейцу. Вечером разберем сегодняшнюю тренировку, после этого запись будет удалена. Я не собирался давать потенциальным врагам в руки информацию о собственных боевых возможностях. В этом плане следовало соблюдать осторожность.

Ведь если подумать, за исключением чернокожего пиратского колдуна, которого вряд ли можно назвать серьезным противником (иначе тогда на корабле я бы так просто не отделался), мне еще не приходилось встречать магических противников.

Хорошо обученный боевой маг представляет собой страшную силу, с кем приходиться считаться практически всем, начиная от солдата в обычной экипировке пехотинца и заканчивая пилотом, сидящем внутри меха. А если маг еще и с внушительным боевым опытом за спиной, то лучше вообще против такого не выходить. Проще самоубиться.

— Как дела у Майи? — осведомился я, пока шли по коридорам, выходя из комплекса заклинательных залов.

Магический тренировочный полигон снаружи выглядел, как грибовидное здание, поделенное на отдельные помещения, изолированные специальными поглощающими энергию артефактами. Следили за ними служители, слабые одаренные уровня неофитов, они же взимали плату, не признавая электронные переводы и принимая исключительно наличные. Понятия не имею с чем это связано, но учитывая стоимость аренды одного зала, такой подход вызывал определенные неудобства.

— Часами пропадает на стрельбище, — ответил Карл. — Я подобрал ей несколько инструкторов. Говорят, делает неплохие успехи.

— А с психикой как? Никаких последствий от того вечера?

— Вроде стабильна.

Отлично, значит девчонка не сломалась. Не пыталась утопить стресс от первого убийства в алкоголе или наркотиках. Это хорошо.

— Тренировки со стрелковым оружием. Что еще?

— Физическая подготовка, немного рукопашного боя. Но хорошего бойца из нее уже не сделать. Слишком стара.

Верно, подобную подготовку в тех же кланах начинали с раннего детства. Отбор жесточайший и до конца доходили самые лучшие. Но у нас таких условий нет, приходиться работать с тем, что имеется.

— Хорошо, пусть продолжает.

Я почему-то подумал о встрече с русским послом. Урожденный граф и кто-то там еще, заранее навел справки о Тимофее Мещерском и пытался давить, считая того зеленым мальчишкой, кого использовали в большой игре в качестве пешки.

Точно не помню, что он сказал, но нечто обидное, связанное с бывшими врагами клана Мещерских. В тот момент внутри меня будто взорвался осколок льда, вымораживая сознание холодной ненавистью.

— «Мы заберем их волю, заберем кровь, а через нее всю силу. На пепелище их родовых замков мы справим тризну по своим погибшим собратьям и принесем в жертву оставшихся пленных, чтобы их души служили нам в вечном посмертии» — слова прозвучали холодно, сказанные чужеродным голосом потустороннего существа.

Физиономия высокомерного графа смешалась, на нем проступил мистических ужас, словно он уже где-то слышал эти слова. Посол не сразу справился с собой, бледно улыбнулся и проблеял:

— «Узнаю Старую кровь».

Он убрался из ресторана, где проходила встреча, так быстро, что сопровождающие едва поспевали за ним, непонимающе оглядываясь на меня, спокойно вернувшегося к прерванному обеду.

Не знаю, что на меня тогда накатило, но появилось четкое ощущение, что всего волосок отделял надменного графа от смерти.

С германским послом оказалось полегче. Тот тоже пробовал давить, но мягко, понимая, что ситуация нестандартная, требующая особого подхода. Я стоял на своем: ничего не знаю, искал украденную реликвию, понятия не имел, что повстанцы готовят магическую атаку. Вроде поверил, в том плане, что не считал основным виновником случившегося, максимум использовали втемную, как отвлекающий фактор.

Окончательно соскочить помогли британцы, чья роль в устроенной заварушке стала понятна абсолютно всем, слишком уж с необычными они выступали инициативами по изменению правил внутреннего распорядка в зонах протектората. Тут и самый тупой поймет, что чересчур хитрозадые островитяне вовсе не пытаются потушить пожар восстания, а хотят поиметь какую-то выгоду, начав реформы с германского сектора ответственности и перенеся потом новые правила на сектора других держав. Которым это естественно совершенно не понравится.

Так что, не будь русы и тевтоны так заняты друг другом и конкурентами из других держав, то на меня насели бы гораздо сильнее, пытаясь вырвать подробности. Можно сказать повезло и легко отделался.

— Что там еще? — уже на выходе, где нас ожидала машина, пришло сообщение от управляющего склада, где хранились трофеи.

— Проблемы? — Карл притормозил.

Я пожал плечами, разблокируя экран планшета.

— Что-то с моим грузом, просит срочно приехать.

Перед глазами пробежала картина, как ожившие статуи из антрацитово-черного камня бегают по территории складского комплекса и пожирают местных рабочих, выпивая жизненную силу и обращая тела в зернистую пыль.

Стало неуютно. Такие шутки могли вновь привлечь совершенно ненужно внимание к моей скромной персоне. И тогда уже простым разговором не отделаться. Начнут копать, всплывет куча ненужных подробностей с разгромленным археологическим лагерем и запретными ритуалами, в которых я формально пусть и не принимал участия, но был связан через тот проклятый кинжал, проданный впоследствии на теневом аукционе. А купили его, никто иные, как чертовы япошки, устроившие локальный Армагеддон в зоне германского протектората.

Проклятье. Если все это всплывет, будет плохо. Надо было статуи тоже продать, а не оставлять, тем более в складских боксах, официально оформленных на мое имя.

Вообще, что с ними могло случится? Все статуи перед отправкой в складскую ячейку поместили в специальные экранированные контейнеры, защищенные, как от внешнего, так и от внутреннего воздействия. Неужели что-то прорвалось наружу?

Про оживление конечно перебор, но столь мощные артефакты действительно не предназначались для обычных хранилищ, пусть даже хорошо защищенных и экранированных. Материал поглотителя имел предел, со временем эманации могли просочиться сквозь преграду, оказывая влияние на людей. Особенно на разум, если вспомнить природу происхождения артефактов.

Неподготовленный человек легко мог спятить под влиянием «шепота». Заставить бросаться на других людей или резать себя. Астральная энергия сильно воздействовала на сознание, особенно непосвященных.

Древние обелиски из ассирийской эпохи (или из какой древности они там всплыли?), созданные при помощи кровавых гекатомб могли натворить дел даже простым своим присутствием.

— Поехали, — я махнул рукой, меняя маршрут на новый. Пообедать и принять душ сегодня уже не получится, придется разбираться с возникшей проблемой.

Пока добирались до складского комплекса, находящегося за пределами зеленой зоны, пришло еще несколько сообщений от управляющего, в последнем проскальзывали нотки натуральной паники, овладевшей отправителем.

— Реально что ли ожили? — пробормотал я задумчиво, читая невпопад написанные строчки с призывом поскорее приехать.

— Если там случилось что-то серьезное, то он мог обратиться к властям, — нейтрально заметил Карл, чуть довернув голову в сторону экрана планшета, деликатно не заглядывая в написанное, но показанным жестом проявляя внимание.

— Склад в пригороде, на частной земле, хозяин до последнего будет стараться замять дело. Иначе к нему больше не обратятся. А там многие наемные отряды хранят свои трофеи до продажи, — рассеяно ответил я.

Да, вариант с обращением к властям имел место быть. Но я почти на сто процентов был уверен, что владельцы будут тянуть до последнего. Не та сфера бизнеса, к которой привлекают внимание. По крайней мере, без веских причин. Проще позвонить хозяину и сказать, чтобы сам разбирался со своим барахлом, чтобы в случае чего свалить на него всю вину. Так проще, и репутация в случае чего не пострадает. А сколько при этом погибнет людей, уже дело десятое. Таковы нравы в Колониях.

— Думаете какое-то проявление заключенных в артефакты сущностей? — спросил Карл.

Я задумался, пожал плечами.

— Понятия не имею, могло случится что угодно. Эти штуки очень старые, им точно не меньше пары тысячи лет. Черт его знает, какими свойствами их наделили шумерские колдуны. Ну или кто их там создавал.

— Если будет Прорыв, то такое будет очень трудно скрыть, — заметил Карл.

Я неохотно кивнул. Да, прорыв в астральный план поставит на уши весь город, даже если случится за пределами зеленой зоны. Мигом вспомнят про Токио, бросив все силы на купирование разлома.

Тогда лучше сразу бежать из Скайфолла, подобные шуточки власти мегаполиса не поймут.

Полный дурных предчувствий я выходил за машины у ворот комплекса, навстречу почти сразу бросился управляющей, в глазах мужика застыл суеверный ужас.

— Там… там… там… — трясущаяся рука указывала куда-то назад, где уходили вдаль складские боксы.

Поняв, что ничего толком от потенциального свидетеля не добиться, я махнул Карлу и двинулся к воротам.

Навстречу как стайка перепуганных воробьев метнулись складские работники. Половозрелые мужики в серых спецовках со страхом оглядывались, осеняя себя защитными знаками.

Что за дерьмо там творится? Мы с Карлом переглянулись и начали осторожно продвигаться вперед. Металлические ребристые жалюзи складских боксов с крупно нарисованными цифрами вели отчет, показывая, как близко мы приблизились к цели. Когда осталось несколько десятков, мы одновременно замерли, разинув от изумления рты.

— Это еще что такое? — хрипло выдавил Карл.

Я вдруг заржал. Наемник недоуменно повернулся в мою сторону.

— От нее идет излучение ауры. Только магический фон. Это подделка.

Я кивнул на зависшую в воздухе фигуру в форме жутковатого существа козлоподобного вида: рога, копыта, густая шерсть. Фантом колыхался на высоте пары метров, испуская слабое магическое сияние.

— Иллюзия, — догадался бывший гвардеец.

— Ага, притом удравшая от источника. Смотри, она медленно истончается, — я взглянул на номер своего бокса, где хранились статуи, рядом с которым не повезло зависнуть отлепившемся от артефакта фантому. — Какой-то придурок не заблокировал произвольную активацию. Наверняка из недавней партии трофеев какого-нибудь отряда. Взяли, а что такое не разобрались, свалили в кучу и оставили.

— А потом от случайного всплеска энергии иллюзия запустилась, — Карл щелчком пальцев развеял фантом.

Меня кольнуло завистью, я бы так быстро воздействовать на чужую структуру не смог. Почти моментальный обрыв энергетических связей контура. По сути, гвардеец их распылил, расщепив на более мелкие нити, но сделал это мгновенно. Такие манипуляции достигались исключительно за счет долгой практики. Чего мне пока катастрофически не хватало.

— Ладно, пойдем, успокоим хозяина, — я мазнул взглядом по собственному запертому складскому боксу, где хранились статуи, прислушался к ощущениям — вроде ничего подозрительного, никакой посторонней магической активности, и направился неспешным шагом обратно к главным воротам.

— Им стоило лучше экранировать свои безделушки, — проворчал Карл.

Я хмыкнул. Магические артефакты были скорее исключением из правил и редкостью, и склады обычно не предназначались для подобных трофеев. Мне например пришлось выложить крупную сумму за особый порядок хранения статуй.

— Скорее всего использовали обычный бокс, без поглощающего покрытия. Вряд ли наемники разобрались что нахватали. Судя по изображению, это какой-то аналог элемента декора.

— Кому придет в голову ставить дома такого уродца? — гвардеец передернул плечами, вспомнив парящего в воздухе козла. — Какая-то инфернальная тварь.

Ну да, видел бы ты настоящую инфернальную тварь, — подумалось мне, вспомнив об астральной сущности, слепленной из осколков душ предков Мещерских. Такую точно в гостиной в качестве украшения лучше не ставить. Сожрет всех гостей.

Так перебрасываясь ничего незначащими фразами, мы добрались до выхода, где объяснили ситуацию владельцу складов и отбыли назад в Скайфолл. Завтра ждал новый день и новая тренировка.

Что немного напрягало, так это то, что ответа от Вилоры Валенштайн так и не было. А так хотелось получить халявные мехи. Предстояло решить с полноценным обучением вождения мехов, на своей технике, это будет гораздо проще.

Может позвонить ей? Нет, воспримут слабостью, что в моей ситуации недопустимо. Будем ждать. Или еще лучше — искать другие способы раздобыть нужные мехи. В конце концов, это Колонии, возможностей здесь хватает.

Глава 11

11.

Спорные территории.

Скайфолл. Центр города.

Резиденция клана Валенштайн.

— Ты уверена, что он просил именно мехи, а не КИБы? — лицо герцога выглядело озадаченным.

Основанная на техномагической системе станция связи передавала виртуальный образ, формируя проекцию в специально оборудованной комнате, создавая эффект присутствия собеседника. Лишь легкое мерцание по краям силуэта выдавало, что это не герцог, а лишь голографический цифровой двойник, чье изображение перенесли при помощи сложных криптографических программ.

— Да, именно мехи, о КИБах вообще речи не шло. Причем не новые, а поддержанные.

— Ни деньги, ни связи, ни что-то другое? Только мехи?

— Все верно отец, — в отличие от цифрового призрака, то и дело ходившего по комнате, не замечая столов и мебели, Вилора расслаблено сидела в кресле, положив руки на подлокотник.

— Зачем ему шагоходы? — герцог выразил недоумение. — Хочет создать наемный отряд?

— Полагаю, что да. С учетом его недавнего прошлого, это выглядит логичным поступком.

Властитель Валенштайн нетерпеливо отмахнулся.

— Он был наемником совсем недолго. Поучаствовал в одной крупной заварушке и паре мелких, это должно было научить его, что воевать лично нецелесообразно с точки зрения эффективности приложения собственных сил. Он маг, а не пилот меха.

— Возможно Сила еще не раскрылась в полной мере и Тимофею требуется подстраховка, — Вилора пожала плечами. — Вообще, он не выглядел сильным одаренным.

Герцог быстро взглянул на дочь.

— В каком смысле?

Девушка помолчала, подбирая слова.

— Не знаю, как объяснить, в один момент он создавал впечатление совершенно молодого и неопытного, неофита из тех, кто даже не понимает пределы собственных сил. Знаешь, как обычно это бывает — аура едва сформирована, четко видны уязвимости, — она замолчала.

— Я отчетливо чувствую в твоем голосе — «но», — проворчал герцог.

— Но в другой момент, что-то менялось и в ауре проскальзывало нечто зловещее. Черные метки, оставленные глубокими слоями Астрала, куда новичкам хода нет.

В комнате наступила пауза. Отец и дочь задумались о своем. Первой разрушила молчание дочь.

— Знаешь, недавно я просматривала старинные хроники. Раньше Мещерских называли — Ходящие сквозь сны. Говорящее название, не правда ли?

Голографический призрак герцога скривился.

— А еще их называли Безумцами теней. Еще тех, старых, до того, как клан выродился в слабосилков. Их предки так далеко ушли по запретным тропам Астрала, что не только потеряли человеческий облик, но и собственный разум. Они стали совершенно иными сущностями, неотличимыми от тех чудовищ, что скрываются в глубинах иных планов бытия.

— Думаешь поэтому у Тимофея такая необычная аура?

Герцог покачал головой.

— Не знаю. Но с ним наверняка что-то не то, — он на мгновение замолк. — Если пробудилась память одного из старых Мещерских, то будет беда. Древним чудовищам из преданий не место в современном мире. Они могут доставить неприятности, от которых еще долго будет невозможно избавиться.

Вилора прищурилась.

— Намекаешь на Токио? Думаешь Тимофей участвовал в этом осознанно? Ты же говорил, что его использовали в качестве подставной фигуры.

Проекция раздраженно дернула плечом.

— Не знаю, слишком много на этом завязано. Слишком велико совпадение, которое мне совершенно не нравится.

Дочь удивилась.

— Но зачем ему это? За Тимофеем Мещерским никто не стоит. Он один. Последний из рода. Он не станет рисковать, влезая в интриги.

Властитель домена Валенштайн криво усмехнулся.

— Это при условии, что это все еще старый Тимофей, и что в шкурку мальчика не залез кто-то из предков. Пробуждения памяти редкая вещь, но она случалась. А старые Мещерские, основатели клана, истинные патриархи рода всегда отличались хитростью, коварством и безжалостностью. Может кто-то из них таким образом обеспечил себе вторую жизнь. Кто знает, какие знания они нашли, погружаясь в глубины Астрала, что вытащили оттуда и какие способности после этого приобрели. Возможно, кто-то из них научился намеренно передавать собственное сознания через Силу крови, пробуждая память, когда род становится на грани исчезновения, — герцог замолчал, его черные брови сошлись к переносице.

— Даже для таких как мы, первый слой иных планов серьезное испытание, — он остро взглянул на дочь. — Ты сама это видела и прочувствовала его воздействие на себе.

Вилора мрачно кивнула. Ей до конца жизни не забыть ощущение беспомощности, когда реальность вокруг начала выпивать из нее жизнь. Вся защита КИБа оказалась бессильна против влияние астральных потоков чужеродной энергии.

— А Мещерские погружались гораздо глубже. И что хуже всего, экспериментировали с душами и тонкими телами. Ходили туда, куда остальным хода нет, делали то, что другие считали запретным. Кто знает, чему они в конечном итоге научились, какие тайны раскрыли и каким образом поставили их себе на службу.

— Они могли изменять души? — удивилась Вилора.

В книгах о таком не упоминалось. Видимо только в открытых источниках. В закрытых секциях клановой библиотеки встречались тома, которые можно читать только лично держа их в руках.

Герцог поморщился, будто вспомнив о чем-то неприятном, неохотно кивнул.

— В том числе. Это область куда мало кто ступал. А кто ступал, потом сильно пожалел об этом.

Вилора не стала спрашивать, пытался ли родной клан пойти по пути Мещерских. Судя по реакции, если такое и случалось, то закончилось для экспериментаторов очень плохо. Рискнуть собственным разумом, человеческой сущностю ради могущества — не каждый отважится на такой шаг.

— Это может быть проявлением Пробуждения Силы крови, ты сам об этом говорил, — напомнила она.

Герцог усмехнулся.

— Слишком нестандартно ведет себя мальчик даже с пробудившейся Силой крови. Что-то с этим не так. Я изучил материалы по последним событиям, они вызывают определенную обеспокоенность.

— Думаешь чья-то игра?

— Не знаю. Может быть. Мальчишку вполне могли использовать без его ведома. Но с таким же успехом он сам мог вести свою игру. Слишком много непонятного в этом. Тем более, мне недавно намекнули, что не стоит особо проявлять активность, пытаясь использовать ситуацию в неспокойные времена, — Валенштайн внимательно посмотрел на дочь. — Понимаешь о чем я?

Вилора быстро кивнула. Похоже отцу пришло предостережение с родины, где знакомые посоветовали не влезать в будущие разборки великих держав и держаться подальше.

— Может все это мои домыслы, и Тимофей действительно всего лишь мальчишка с пробудившимся наследием рода. А все непонятности лишь череда странных, но возможных совпадений. Но мне не нравится суета вокруг инцидента с уничтоженным германским сектором в Токио. Если вскроется, что юный Мещерский к этому все же причастен, что не дай боги, это он провел ритуал, но наша с ним связь выставит наш род в крайне невыгодном свете. И как сообщников, и как тех, кто знал, но ничего не сделал, чтобы предотвратить атаку. А такое уже не прощают.

— Я поняла тебя отец, — Вилора кивнула. — Сейчас не время идти на сближение.

Словно не слушая ее, герцог задумчиво продолжил, рассуждая сам с собой:

— Мы хоть и не самая мелкая рыбешка в пруду, но и не самая крупная. Следует соблюдать осторожность, когда в мире бушует такой ураган.

Вилора не стала ничего говорить, понимая причины, вынудившие отца вести себя осторожно. Но что-то внутри подсказывало, что время будет упущено, и потенциальный союзник найдет себе других друзей, и что юный герцог Мещерский, как раз из таких рыбин, что предпочитают сжирать других, не оглядываясь на их размер.

* * *

— Очень впечатляет, — я качнул головой, наблюдая прохождением многотонной махины. Каждый шаг металлического чудовища сотрясал землю. Ощущение мощи передавалось даже при мимолетном взгляде на стального гиганта.

— Штурмовой класс, максимум брони, отличный набор вооружения, — прокомментировал увиденное Карл.

Мы стояли на Меходроме, втором месте, где тренировались пилоты мехов. Одного полигона для такого места, как Скайфолл, было недостаточно, сюда стекались многие наемные отряды и большинство имело на вооружении шагоходы, чьим водителям требовалось мест для отработки тактики и сыгранности с другими членами звена.

— Смотрите, — Карл кивнул на большой экран, подвешенный на улице со стороны административных зданий. Шел выпуск экстренных новостей. Многие наемники вокруг начали оглядываться, теряя интерес к происходящему на полигоне.

— «… начало штурма не предвещало больших потерь, но уловка защитников с гермошлюзами, вынудила передовые группы изменить порядок следования, замедлив темпы продвижения практически до нуля…»

Шла попытка захвата глубоководной станции длительного проживания. По сути небольшого городка с фермой водорослей и парой подводных шахт, что подвергся нападению вольных охотников.

— «Корпорация «Акватика», построившая станцию, уже заявила, что направила подкрепление», — сообщил ведущий.

Пошли кадры с места событий, судя по ракурсу — с нашлемной камеры одного из нападающих. Наверное телеканал платил бешенный деньги за прямой эфир наемнику, рискнувшему организовать передачу.

Картинка слегка покачивалась, захватчик шел по металлическим коридорам с ребристой поверхностью. На потолке тускло светились лампочки, в паре мест на стенах виднелись сырые пятна протекающей воды.

Толпа на улице замерла, глядя на происходящее.

— Если подорвать причальный шлюз, то штурм закончится так же быстро, как и начался, — сказал наемник в замусоленной спецовке. Похоже один из техников мехов.

— Ну да, только и обитатели тогда оттуда хрен выберутся, пока не проведут ремонт, — проворчал другой, стоящий рядом.

— У них должны быть запасные точки выхода на поверхность, — не согласился еще один, и смачно сплюнул на землю. — Ставлю сотню, что ни черта у них не выйдет. Эту сраную Акватику уже кто только не пытался пощипать, всегда одно и то же — куча трупов на дне.

— Я слышал они всех нападавших скармливают рыбам на своих морских фермах. Делают из мертвяков питательный корм, измельчают и потом засыпают в автокормушки, — поделился наемник стоящий справа. Судя по новеньким шевронам на рукаве — недавно испеченный десятник.

— Поганая смерть. Лучше подорваться на термо-гранате, — снова харкнул любитель плевков.

— Верно, — согласился с ним первый, предложивший взорвать причальный шлюз.

— Глядите, они отправляют еще один батискаф! — выкрикнул кто-то. — Идет не к причальному шлюзу.

Штурм шел в прямом эфире, картинка с нашлемной камеры исчезла, вместо нее появилась схема корабля-матки, откуда шел захват подводного поселения. Не только один наемник зарабатывал на онлайн-трансляции. Война в Колониях давно превратилась в шоу, на котором хорошо зарабатывали, как непосредственные участники, так и зрители, делавшие ставки на исход боя.

— Заходит с тыла. Будут резать корпус. Теперь русалок прижмут, — кто-то из толпы злорадно хохотнул. Похоже поставил на захват станции.

— Ну это надолго. Там толщина металла с ладонь, — его сосед разочаровано махнул рукой. Остальные его поддержали. Основное действо закончилось, пошли скучные будни неспешного проникновения через каркас станции.

— Даже с плазменной горелкой это надолго, — народ начал расходится.

Я в очередной раз подивился практике прямого включения с места событий. Чудеса, да и только. Война-онлайн.

— Ну что, где твой человек? Ты уверен, что он придет? — я тоже отвернулся от экрана на стене здания.

Карл огляделся.

— Обещал быть.

Причина, по которой мы приехал на меходром, кроме того, чтобы посмотреть на разные модели мехов, являлся разговор с одним из знакомых Карла в сфере наемничества. Кому-то потребовались услуги одаренного, и он обратился к нему, как к бывшему гвардейцу, не понаслышке знакомого с магией.

— На кого обычно работает твой контакт?

— На G.A — Global Alliance. Серьезная корпорация, занимающая нишу во многих областях, начиная от промышленности и заканчивая финансами.

— Чего они хотят? И почему одаренные? Собираются воевать против кланов? — я повел подбородком, предлагая немного отойти в сторону.

Карл кивнул, сделав несколько шагов от ограды, разделяющей пешеходную зону и сектор с ангарными боксами и ремонтными мастерскими, где обслуживались мехи.

Мы зашли в тень, встав подальше от снующего вокруг народа. Второй по величине полигон пользовался популярностью у наемных отрядов.

— Вряд ли, милорд. G.A. может и амбициозны, но не до такой степени, чтобы связываться с кланами. Слишком велики риски.

Милорд? Назвал меня на местный манер. Формально, как наследник княжеского рода, я действительно имел права на такой титул. Но не хотелось его особо светить. С другой стороны, возможно это в чем-то поможет. Например договориться о лучших условиях с неуступчивыми корпорантами.

— Тогда зачем им одаренные? И вообще, что за миссия, человек тебе не сказал?

Карл неопределенно пожал плечами.

— Лишь в общих чертах. Перехват конвоя снабжения. Шахтерский городок где-то в Австралии, нужно лишить его припасов, чтобы захватить рудники. Они сами слишком хорошо охраняются, чтобы лезть напролом, вот G.A. и решили пойти на хитрость.

— А одаренные?

— Есть информация, что с конвоем ходит ренегат из какого-то клана. Какого именно неизвестно. Но точно известно, что он порвал все связи со своими и теперь работает в качестве частного лица на обычную корпорацию.

Ренегат? Любопытно.

— Вы же сами сказали, что нужны деньги и практика, — напомнил Карл.

Верно, сказал. Точнее между делом обмолвился, никак не ожидая столь быстрой реакции, тем более результата.

— Что по награде?

— Тройная ставка, плюс половина трофеев из перехваченного конвоя.

Я удивленно вскинул бровь. Месячный запас продовольствия на шахтерский городок, запчасти к горнодобывающему оборудованию, плюс еще разные мелочи. По итогу выходит приличная сумма. Не слишком ли жирно?

— В чем подвох?

Бывший гвардеец не удивился вопросу.

— Их два: первое — в последний раз когда конвой пытались перехватить ренегат показал себя очень хорошо и уничтожил половину нападающих. Второе — с нами пойдут «Неистовые кошки», — видя непонимание на моем лице, Карл пояснил: — Этот наемный отряд считается расходным материалом. В нем состоят исключительно туземцы. Латиносы, чернокожие, азиаты. Даже офицеры из них.

Понятно, отребье, набранное из аборигенов отребье, эталон среди пушечного мяса. Их не будут жалеть, а значит и нас.

Не слишком обнадеживающие расклады. Но приз в лице половины груза манил своими размерами. Сколько там может быть? На десяток миллионов кредитов? На два? Половина нам, половина Неистовым кошкам. Если подумать, не самый плохой куш. Другое дело, что и риск соответствующий.

— Сам как думаешь? — я покосился на Карла.

Гвардеец помедлил, пожал плечами.

— Еще совсем недавно, я бы согласился не раздумывая. Но сейчас предпочту узнать больше, перед тем, как подписывать контракт.

Ожидаемый ответ. Несколько недель назад ему было плевать на собственную жизнь, а сейчас появился шанс отомстить, и погибать глупо больше не хочет.

— Ты же понимаешь, что до твоего дяди мы еще доберемся нескоро, — сказал я.

По лицу Карла скользнула жесткая улыбка.

— Ничего я подожду. Ради такого стоит немного потерпеть.

Мне стало интересно.

— А почему ты вообще решил, что со мной получится его убить, ведь раньше у тебя не получилось.

Он на несколько секунд задумался, вздохнул.

— Не знаю, милорд. Наверное когда верить уже не во что, разум цепляется за любые возможности. Когда я увидел вас вместе с Вульфом, то вдруг понял, что вы сильно отличаетесь от себя старого, с кем я проходил обучение на пилота мехов. Что-то в вас изменилось и это напомнило мне старые рассказы о могуществе астральных странников Мещерских, — гвардеец развел руки и усмехнулся.

Я медленно кивнул. Понятно, призрачная надежда хватающегося за соломинку. Похоже брату главы клана Ульбрихт-Бельских все же придется отправиться на тот свет.

Глава 12

12.

— Контакт через двадцать минут, — я повернулся к командиру «Неистовых кошек». — Пусть твои люди подготовятся.

Бритый гигант оскалился. Похожие на акульи зубы мелькнули острыми гранями, напоминая кинжальную пасть. На моем лице мелькнула тень отвращения. Наемник это заметил и довольно заулыбался. Ему нравилось, какой эффект оказывала его внешность на окружающих.

— Гребанные поедатели падали, — вполголоса ругнулся на чистом русском Карл. Он знал зачем лидер Кошек столь экзотичным образом изменил себе зубы, многие из отряда практиковали каннибализм. Набранные из числа самой худшей части туземцев, они имели собственный взгляд на некоторые религиозные практики.

— До команды никто не должен дергаться, ясно? — я снова посмотрел на командира Кошек и пояснил: — Если нас засекут раньше времени, то конвой изменит маршрут и перехватить его уже не получится. Нет конвоя — нет груза — нет груза — не денег.

Произнесенные раздельно слова прозвучали четко и лаконично. С дикарями надо попроще, иначе не поймут. Хуже, если начнут задавать вопросы, пытаясь влезть в разработанный план со своими идеями. Ведь даже у самого последнего идиота всегда имеется собственное мнение на любое событие. И неизменно самое верное. А нам тут дискуссии не нужны. Особенно сейчас. И особенно от пушечного мяса.

Командир Кошек кивнул, и что-то быстро забормотал в портативную рацию. Речь длилась так долго, что я заволновался. Как бы не давал свою интерпретацию полученных данных.

Вот о чем я и говорил, с этими ублюдками надо построже.

— Что там наговорил?

Чернокожий гигант с акульими зубами самодовольно заулыбался.

— Сказал, что сожру печень каждого, кто начнет шуметь раньше времени.

Ну это еще ничего. Приемлемо. Чтобы держать в кулаке дикую вольницу, простыми уговорами не обойтись. А вот обещание быть сожранным собственным командиром могла и сработать.

Я кивнул. Командир Кошек ухмыльнулся, словно без труда угадав, о чем я подумал. Звали его Багир ибн Салах. Непонятно почему восточное имя, сам наемник был самым что ни на есть натуральным негром, чернющим как деготь. Здоровенный детина под два метра роста, предпочитающий из оружия крупнокалиберный пулемет с ленточной подачей и отдельной системой охлаждения ствола. Выглядела конструкция довольно неказисто и тяжело, но судя по легкости обращения, чрезмерный вес пулемета не доставлял владельцу неудобств.

— Главное не повредить груз, — продолжал наставлять я терпеливо. — Гранатометы использовать только в крайнем случае и ни в коем случае не по грузовикам. Ясно?

— Да, сахиб, мы все поняли, — судя по ухмылке, чертов каннибал издевался.

Конечно, считать его полным идиотом нельзя. Невозможно удержаться на такой должности, не обладая звериной хитростью и жестокостью. Подчиненные вмиг сожрут, причем в буквальном смысле этого слова. Но все равно, лучше повторить, чем потом устраивать разборки из-за поврежденных трофеев.

Продовольствие для шахтерского поселка ерунда. Денег стоит небольших, вряд ли рабочих на рудниках кормят деликатесами. Пищевые брикеты, продпайки из белковой и протеиновой питательной массы, или нечто похожее. Дешевка, даже в изрядных количествах.

Другое дело узлы и агрегаты для горнодобывающего оборудования. Сложная техника, имеющая высокий технологический индекс. Найти покупателя на такой товар не составит труда, учитывая, что в Спорных территориях всегда не хватало подобного рода техники.

— Все готово? — на этот раз я обратился к Карлу.

Гвардеец молча кивнул и бросил быстрый взгляд в сторону замершей Майи. Таким образом косвенно напоминал о собственном несогласии с тем, чтобы брать девчонку с собой.

Ничего, пусть привыкает. Первую кровью она взяла, дальше будет легче. Держать все время в безопасности Скайфолла, значит вызывать излишнее чувство собственной защищенности. Что обязательно навредит в будущем.

Подбежал боец Кошек, что-то быстро проговорил командиру на африкаанс. Багир ибн Салах повернулся, взгляд чернокожего людоеда в очередной раз с завистью скользнул по моей экипировке. Я, Карл и Майя, в своих одинаковых плотных военных комбезах выделялись на фоне разномастно одетых наемников. Слишком унифицировано мы выглядели, слишком чуждо, напоминая регулярные войска.

Кое-кому из Неистовых кошек это не нравилось. Часто, когда судьба таких, как они сталкивала с кадровыми военными, все заканчивалась кровавой бойней. Армейцы терпеть не могли подобный сброд и чистили его при любой подвернувшейся возможности, мало кого оставляя в живых.

Сейчас вольно или невольно, мы напоминали внешним видом таких вояк, вызывая подспудный страх и ненависть.

— Что случилось? — я обратился к Багиру холодным тоном человека, не сомневающееся в своем праве повелевать.

С такими только так, любой намек на слабость и обязательно нападут. Даже не потому, что хочется, а действуя инстинктивно. В этом они в чем-то напоминал кланы: там тоже жрали более слабых, но делали это для улучшения породы одаренных.

— Фланговая разведка засекла местное племя охотников, они разбили бивуак в двадцати милях на запад, — недовольно прорычал командир Кошек.

«Фланговая разведка» — вот еще одно напоминание, что Багир ибн Салах не так прост, как кажется. Врагов своих он может и жрал в сыром и поджаренном виде, но при этом оставался хитрым и умным, как и подобало грамотному командиру.

— Они могут нам помешать?

— Я сказал своим людям, что если племя сдвинется с места немедленно сообщить, а потом открыть огонь на поражение, — последнее предложение он сказал после короткой заминки, словно проверяя правильно ли все сделал.

— Но только не позже, чем пройдет конвой, — хмуро буркнул Карл, вмешавшись по моему разрезающему кивку.

Даже в условиях боевой обстановки, бывший гвардеец сохранял дисциплину, прежде чем что-то спросить, испрашивая разрешение взглядом. Хорошо их натаскали при имперском дворе.

Коротко пикнул планшет.

— Есть картинка, — Карл протянул мне девайс.

На экране промелькнула короткая запись, сделанная одноразовой камерой. Пять массивных грузовиков в сопровождении трех внедорожников пронеслись по пыльной грунтовке со скоростью хорошо разогнавшегося автомобиля.

Первое что зацепило — сами грузовики. Не обычные фуры, что можно увидеть на просторах той же средней Америки, а нечто монструозное, закрытое решетками и листами брони. Охренеть, они Апокалипсис что ли ждут, откуда такие чудовища?

— Похоже мы не первые, кто пытается перехватить этот кортеж, — правильно понял мое удивление Карл. — Зато ясно, что идут по верному маршруту.

Маршрут движения конвоя, разумеется, каждый раз менялся. Но кто-то из людей хозяев рудников сдал сегодняшний путь, получив за это приличное вознаграждение, и заодно серьезно упростив нам работу.

— Дроны будут в зоне контроля через пять минут, — добавил гвардеец.

Впереди конвоя летело несколько беспилотников, проверяя дорогу.

— Они ничего не засекут. Главное, чтобы наши друзья не стали дергаться раньше времени, — я кивнул в сторону Багира ибн Салаха в этот момент что-то бурно объясняющего своим подчиненным, оставшимся со своим командиром. Основная масса Кошек разместилась на пути следования конвоя, в месте где подготовлена засада.

Простота залог эффективности. Мы решили особо не мудрить, при остановке конвоя. План прост: два специальных устройства, расположенных вдоль дороги, при пересечении машин формируют электромагнитный импульс, выводя из строя автомобильные двигатели. Дальше идет сама атака.

ЭМИ-заряды мы получили от Global Alliance, оружие достаточно редкое, но не эксклюзивное, против примитивной техники — идеальный вариант. Но имелись нюансы применения: первое — это мощность самого импульса (многие производители защищали свою военную продукцию от подобных воздействий), чтобы пробить иную защиту надо было буквально подтащить вплотную ЭМИ-заряд, что сделать конечно непросто. И второе — область его применения, напрямую завязанная на сложность с мощностью импульса.

Проще говоря, ненадежное оружие, но в нашем случая сойдет, ведь мы точно знали, где пройдет конвой, и что маловероятно, что двигатели грузовиков защищены от электромагнитного импульса.

Дальше просто: наши доблестные союзники-людоеды вступают в бой и перебивают охрану, пока мы занимаемся магом-ренегатом.

Наличие во вражеских рядах одаренного делало план рискованным. Мы точно не знали на что он способен, полагаясь исключительно на туманные сведения, полученные от G.A, которые сами мало что могли сказать о вражеском маге, кроме того, что в одну из атак, он уничтожил чуть ли не половину нападающих.

Так себе информация, если подумать. Поэтому мы заранее договорились, в случае серьезной опасности к экстренному отступлению. Мы — это я, Карл и Майя. Людоеды из Неистовых Кошек в этот момент становились сами по себе. Рисковать ради каннибалов-дикарей, разумеется никто не собирался…

Я встал вполоборота, глаза поймали кусок тени. Под действием взгляда и повинуясь короткому импульсу тень шевельнулась. Боковым зрением заметил, как Багир ибн Салах вздрогнул. Проявление магии вызвало подсознательный страх.

Тень потекла, как живая вода, собираясь в лужицу — чистый антрацит первозданного мрака.

Чернокожие наемники замерли, завороженно наблюдая за происходящим.

Тень сформировалась и поднялась, наливаясь объемом в форме крупного ворона. Послышалось карканье. Ворон взмахнул крыльями. Между нами протянулась незримая струна, устанавливая прочную связь. Нить задрожала под действием воли и черная птица послушно повернулась ко мне. Черные бусинки глаз уставились, молчаливо ожидая приказа.

Ворон стал частью меня, а я стал частью его. Странное ощущение, ни на что не похожее. Будто на время мы разделили с другим существом на двоих одно тело.

Легкое движение ладонью, покрепленное вспышкой силы, и темный разведчик взлетел. Сотканный из обрывков теней, он как будто ничего не весил, почти мгновенно набрав высоту.

Я глядел его глазами, разглядев приближающийся конвой.

— Ренегат может заметить всплеск магической энергии, — прозвучал рядом голос Карла.

Равнодушные нотки показали, что он не оспаривал решение командира, всего лишь предупреждал, напоминая об осторожности.

— След конструкта размазан, — не согласился я. — Отражение в энергетическом поле сойдет за природный фон.

— Если он настороже, то заметит по остаточным явлениям, — сказал Карл, но дальше спорить не стал.

Мне хотелось взглянуть на конвой через магический взор. Если там есть магическая защита, то лучше знать об этом заранее.

Несколько минут ворон летел строго на юг, затем плавно развернулся и пошел на северо-запад. Далеко внизу мелькнула колонна машин. Вот он, конвой. Я пригляделся, перестраиваясь на восприятие птичьего зрения.

Нет, ничего, никаких эманаций, всполохов и других проявлений маго-активности. Ровная серая муть. В конвое ехали обычные люди. Никаких артефактов, никаких маго-конструктов.

Подозрительно. Неужели ренегат настолько уверен в себе? Или это результат небрежного отношения к собственным обязанностям? Что-то подсказывало, что последнее. После внушительной победы над предыдущими нападающими, маг посчитал, что особо напрягаться не стоит и легко при необходимости скрутит врагов в бараний рог. Что для него обычные люди.

Классическая недооценка противника. Нам это в плюс.

Я развеял заклятье, ворон рассыпался ворохом лент, сотканных из теней.

Первое что увидел, придя в себя, взгляд чернокожего гиганта. Багир ибн Салах смотрел с прищуром, где в глубине глаз мелькала опаска. Его люди и вовсе чертили перед собой ограждающие круги, неосознанно отступая назад.

Жестокие убийцы и людоеды, но испугались простого плетения в форме черного ворона.

Мы с Карлом переглянулись, гвардеец незаметно дернул плечом: мол, с какими суеверными идиотами приходится иметь дело. Я усмехнулся кончиками губ. Хотя выглядело не смешно, а скорее странно.

Порубить на куски живого человека для них все равно что плюнуть и растереть, а от ожившего кускам тени готовы бежать без оглядки. Чудные создания.

— Конвой приближается. Всем приготовиться, — велел я, в первую очередь обращаясь к Багиру ибн Салаху.

Негр с акульими зубами резко кивнул без улыбки, до этого момента, он вел себя более вольно, зримая демонстрация заклинаний оказала нужный эффект.

— Две минуты до контакта, — проинформировал Карл, глядя в экран планшета.

Пошли последние мгновения до срабатывания ЭМИ-зарядов. Как обычно бывает в таких случаях, время томительно растянулись.

— 10 секунд. 9…8…7… — отчет вел Карл.

— Контакт.

К этому моменту наши транспортные средства уже освободили от маскировочных сетей и за руль приземистых багги нырнули чернокожие наемники.

— Погнали, — я ступил на специальную подложку, удерживаясь за боковую раму, вторая рука прижимала к телу компактный короткоствольный автомат.

Машины рыкнули моторами и рванули вперед, из-под колес вылетала щебенка. За четверть мили от старта на грунтовой дороге сработали ЭМИ-устройства, в радиусе поражения выводя из строя электронную технику.

Нас от дороги отделяла цепь невысоких скал, поэтому к остановившемуся конвою мы выехали не сбоку, как было бы лучше, а сзади. К этому времени вокруг грузовиков уже шел ожесточенный бой.

Подчиненные Багира сработали на отлично, стоило машинам замереть, как началась атака. Не знай, кто нападает, я бы даже заподозрил в устройстве засады профессиональных вояк, настолько все оказалось слажено.

Похоже о том-же подумал и Карл, что-то пробубнив в микрофон гарнитуры насчет того, что и обезьяну можно научить грамотно воевать при наличии достаточного желания.

— Где маг? — меня в этот момент мало волновало неожиданно проявленное мастерство туземных вояк, больше беспокоило отсутствие магической активности со стороны ренегата.

— Ничего нет, — Карл на секунду закрыл глаза и замер, словно прислушиваясь к чему-то.

— Вот это и странно, — буркнул я в гарнитуру.

Багги резко затормозили рядом с внедорожником из конвоя. Квадратные формы, грязно-коричневый окрас, похож на армейскую модель, отдаленно напоминающий штатовский Humvee, только с еще более резкими обводами. Двери распахнуты, наружу вываливаются тела в бронежилетах — бойцы из охраны сопровождения.

Карл соскочил на землю резким прыжком, на кончиках пальцев гвардейца подрагивало боевое плетение. Мы договорились заранее, я снимаю щиты с вражеского мага, он бьет. Майя при необходимости делает контроль из автомата, заряженного пятью зачарованными патронами, обошедшимися в маленькое состояние.

— Где он? — я осматривал вытянутые в колонну пять массивных грузовиков. Где-то впереди и на другой стороне еще продолжалась стрельба, но основное сопротивление уже было подавлено.

Мы выиграли, не успев толком повоевать. Всю работу за нас сделали туземные наемники.

Даже обидно.

— Хэй, сахибы, не это ли ищите? — внезапно проревел Багир ибн Салах спрыгивая с подножки дальнего грузовика. В правой руке чернокожий гигант удерживал отрубленную голову какого-то человека, левая сжимала окровавленный тесак.

В нашу сторону полетела бейдж-карта допуска на широком шнурке, следом отрубленная голова. Карту ловко поймал Карл, голова покатилась по земле. Я остановил ее ногой, вглядевшись в лицо. Брюнет, европеоид, судя по морфологическим признакам похож на француза с примесью арабской крови. Происхождение подтвердил Карл, прочитав имя на карточке:

— Антуан Жерьен. Внештатный сотрудник. Уровень допуска 3–1, — под именем шел штрих-код для считывания электронных замков.

Я наклонился к отрубленной голове, уловив четкий аромат крепкого вина. Он что нажрался в дороге?

Багир ибн Салах захохотал.

— Мои парни отрубили ему башку, он и слова не успел промычать.

На какой-то миг в глазах чернокожего наемника мелькнула искра торжества. Так легко убить боевого мага, которого заказчики так боялись, что придали храбрым Неистовым Кошкам тройку бесполезных чужаков, только и делавших что впустую болтавших языком. Есть от чего начать себя чувствовать победителем.

— Остальные тоже белые, — Карла не смутили самоуверенные нотки в голосе предводителя туземных вояк, вместо этого гвардеец обратил внимание на валяющиеся на земле трупы.

Проверка документов выявила, что работали убитые охранники на американскую ЧВК ниже среднего пошиба, из тех в какие вербуют всех подряд, в основном из разного рода трущоб.

Проще говоря, одни отбросы, встретились с другими. Только наших оказалось значительно больше.

— Скорее всего стандартный контракт — охрана и сопровождение, — проронил Карл и прервался.

Послышался тошнотворный звук. Негр-наемник, не стесняя нашего присутствия отрубил руку валяющемуся неподалеку трупу.

Неужели реально будут жрать? Я кивнул на происходящее Карлу и покосился на Майю, девушка смотрела на разделку мертвеца широко распахнутыми глазами. Такого ей видеть раньше не приходилось. Но пусть закаляется. Хотя я и сам слегка ошалел от непринужденности творимого действия. Боец рубил так, словно занимался давно привычной работой.

— Да они охренели, — не выдержал я. — Там еды должно быть на пару тысяч шахтеров, а они человечину жрать собрались.

— Если я правильно понимаю, это напрямую связано с религиозными верованиями, — Карл смотрел на происходящее равнодушно, будто видел подобное не раз.

— Верят, что переймут силу поверженных врагов? Но это же бред, нарушена логика. Если ты победил, то уже фактом победы доказал, что сильней. Зачем съедать побежденных, ведь они по логике должны быть тебя слабей. Разве нет?

Карл пожал плечами.

— Религия никогда не дружила с логикой, к какой-бы конфессии она не принадлежала. Вера может основываться на откровенной чуши, что не мешает ей оказывать воздействие на умы.

Сюрреалистичная должно быть картина со стороны. Рассуждаем на метафизические темы, а неподалеку негр-наемник разделывает труп, собираясь им плотно поужинать.

Интересно, запасы с собой тоже прихватят, в морозилке мясо может долго хранится…

— А-а-уу-уу-уу!!!!

— Я-я-я-х-х-а-а-уууу!!!

— Ка-аа-рааа-ааа!!!

Взрыв голосов застал врасплох, заставив всех вздрогнуть.

— Что за дьявольщина? — Карл качнулся в сторону диких криков и через секунду сообщил:

— Они вскрыли самый большой контейнер на первом грузовике. Похоже нашли что-то ценное, — гвардеец вопросительно оглянулся на меня.

Я кивнул.

— Пошли посмотрим.

Видимо кроме продпайков и запасных агрегатов конвой вез что-то еще. Интересно что?

Глава 13

13.

— Что это? — я недоуменно повернулся к Карлу и Майе.

Гвардеец пожал плечами, девчонка никак не отреагировала. Мы стояли перед распахнутыми настежь дверцами грузовиков, вокруг подпрыгивали и улюлюкали от восторга туземные наемники. Внутри контейнера выстроились деревянные палеты на подложках, заполненные целлофановыми упаковками. Несколько разорванных пачек валялось на земле.

— Что это за дерьмо? Где пищевые пайки и запчасти?

Карл поднял одну упаковку, беглый взгляд скользнул по плохо отпечатанному тексту на этикетке.

— Похоже на лекарства.

Я нахмурился, перевел взгляд на подчиненных Багир ибн Салаха, радующихся находке, словно дети, нашедшие огромную кучу сладких конфеток. Последнее высказал вслух.

— А для них это и есть сладкие конфетки, — заметил Карл, бросая вскрытую упаковку обратно на землю. — Судя по составу это обезболивающие, где есть психотропные составляющие.

— Наркотики?

— Да, с них легко можно забалдеть, — Карл кивнул на открытый кузов, под завязку заполненный целлофановыми пакетами. — И здесь их очень много.

Я на секунду задумался.

— Проверьте другие машины, — велел я.

Но оказалось к этому моменту радостные бойцы Кошек уже вскрыли другие грузовики. В трех обнаружили уже знакомые «сладости» в белом целлофане, в двух других нечто иное.

— А вот это уже интересно, — Карл легко вспрыгнул внутрь последнего грузовика. Пальцы гвардейца разорвали полиэтиленовый материл, в который были завернуты неясные фигуры.

Послышалось долгое шуршание. Развернуть предметы оказалось не так просто, как добраться до почти открыто лежащих лекарств.

Пока Карл боролся с упаковочными материалом, я покосился на Майю. Она тенью следовала за нами, не произнеся с начала нападения ни единого слова. Посмотрел, но ничего не сказал. Ни вопроса, ни единой фразы поддержки.

Надеюсь не спятит. Обидно будет терять ценный ресурс, когда потратил на него уже столько времени…

Чуждая холодная мысль мелькнула по краю сознания привычной тенью. Отношение Мещерским к людям, как к инструментам, уже давно перестало удивлять. Новые парадигмы легко легли на старую личность, но иногда все же проскальзывали слабые попытки потрепыхаться, пытаясь вернуть все назад. Не потому что хотелось, а из природной упертости.

— Ну что там? — я вновь вернул фокус внимания на Карла. К этому моменту он уже справился с упаковочной пленкой, явив нашему взору металлическую поверхность некого агрегата. — Запчасти для горного оборудования?

Вместо ответа гвардеец прицокнул.

— Кое-что получше, — сказал он и уже не сдерживаясь дернул за край упаковочной пленки.

Появились обводы корпуса, металлические пластины брони, и сложенные в походное положение стволы оружия.

— Турельные установки, — сообщил Карл. — Стандартный полевой вариант. Пулемет на две тысячи патронов, автоматическая пушка на пятьсот снарядов. Внешняя подвеска для дополнительного вооружения в виде реактивного гранатомета. Единый управляющий блок, сенсорное сканирование, программируемое поведение. Автонаведение и целеуказание по заранее заданным алгоритмам. Независимая подача энергопитания.

Он повернулся ко мне.

— Такие штуки обычно ставят на местах возможного прорыва. Мозгов у них нет, но плотность огня запредельная, при объединении в единую сеть могут и бронированную технику остановить.

Я задумчиво осмотрел напичканный смертью стальной механизм. Выглядел он далеко не новым, серая краска потрескалась, во многих местах на корпусе виднелись глубокие вмятины.

— Зачем их везли?

— Хотели усилить оборону шахтерского поселка или рудников? — предположил Карл, пожав плечами.

Предположение не хуже многих. Вопрос в другом: почему лекарства и турели? Где продовольствие с запчастями для горнодобывающего оборудования?

Блокада шахтерского городка предполагала, что произойдет еще несколько попыток отправки конвоя. Как минимум две или три. О каждом предупредит осведомитель. Потом последует попытка наведения воздушного моста. Будут пробовать сбрасывать припасы на парашютах или перевозить скоростными ховербендами. Дорогой способ доставки, особенно для такого груза, но если прижмет, придется идти на крайние меры.

Все это летающее добро будет сбиваться. Хватит одной старенькой ЗРК, чтобы контролировать прилегающее к рудникам воздушное пространство. Когда пройдет достаточно времени, последует ультиматум. Точнее предложение шахтерам поменять хозяев на рудниках. Без еды долго не поупрямишься, сдадутся и согласятся на новые условия, как миленькие.

Почему не прямой захват? Слишком затратное мероприятие. Все дело в экономической целесообразности. Операция такого плана обойдется во внушительную сумму. Рудники может и добывают полезное сырье, но окупаться рейд еще будет очень долго. Поэтому G.A. решили пойти другим путем, более экономным.

— При чем здесь лекарства и эти бандуры? — я кивнул на груз на платформе.

Закрепленные турели только в упаковке смотрелись грозно, избавленные от пластиковой пленки, они выглядели потрепанными механизмами, кому не помешает профилактический ремонт.

— Да еще такое старье, — Карл тоже оценил состояние боевых агрегатов, не сдержался и пнул. Металлический корпус ответил протестующее гулом на соприкосновение с тяжелым носком армейского ботинка.

— Лекарства… психотропного типа… — я резко замолк. Глаза сами нашли радующихся боевиков. Такими воодушевленными они не выглядели даже после победы, когда бросились разделывать трупы на барбекю.

Перспектива получить деньги за удачное нападение на конвой вдохновляла их не так, как наличие на руках прямо здесь и прямо сейчас огромной кучи наркоты.

Точно, это же не просто лекарства, а наркота. А это огромная толпа торчков. Обычная проблема среди местных наемников. Вспомнить хотя бы того же Кристоффа и компанию из лагеря у Кросс-Роуд, там постоянно народ сидел на веществах. Любой препарат, лишь бы сбежать из унылой окружающей реальности, где кроме скуки и смерти ничего нет.

Мысли пронеслись молниеносно, выстраиваясь в стройную схему: осведомитель — информация о маршруте — засада — желание завладеть рудниками. Хозяева шахтерского городка знали, что Global Alliance нацелились на их собственность и подготовились, решив сыграть собственную игру.

Вместо ожидаемых пайков и деталей положили груз, от которого крышу снесет у любого из торчков. А учитывая, что большинство наемников в той или иной мере баловались наркотой, нетрудно догадаться, какая последует реакция на захваченный груз.

— Чертов шпион работал на две стороны, — сказал я. — Двойной ублюдок, он подставил G.A. и нас вместе с ними.

— Что? — Карл не понял.

— Осведомитель Global Alliance работал сразу на две стороны, — повторил я. — Сливал им дезинформацию. Они узнали о нападении заранее и отправили совсем другой груз. Смотри что, происходит.

Моя рука указала на толпу туземных наемников, многие уже успели закинуться халявным «дерьмом» и теперь ловили кайф, не отходя от захваченных грузовиков.

— Вся эта операция большая ловушка. Надо уходить.

К чести Карла, соображал бывший гвардеец быстро.

— Багги.

Конвой, груз, везде обманка, даже ренегат наверняка вовсе не настоящий маг, а какой-то придурок, кого специально напоили и послали на смерть в качестве подставной куклы.

Мы почти успели добежать до багги. Багир ибн Салах, провожал нас насмешливым взглядом. Боязнь перед магией у чернокожего гиганта исчезла. Легкость с которой убили якобы настоящего ренегата вознесло самомнение у предводителя Кошек до предела. Даже на нас он стал поглядывать со снисхождением и открытой насмешкой.

— Эй, сахибы, вы куда? — даже сейчас в его голосе слышалась издевка. Бритый негр-гигант стоял, небрежно положив правую руку на свисающий с плеча крупнокалиберный пулемет. Левая держала разорванную упаковку лекарств, судя по жесту, лидер не собирался отставать от подчиненных, готовясь употребить целую россыпь таблеток аппетитного синего цвета.

А может там и не дурь, а какая-нибудь отрава. Я бы поступил именно так. Смысл тратить реальные препараты на всяких утырков, хватит с них и простой имитации, замаскированной под наркоту.

— Отличное «дерьмо», эй парни хотите? — к нам двинулся один из негров-боевиков.

Карл сел за руль, зрачки уголька и так расширенные, стали еще больше.

— Эй, вы куда? — заторможенно прозвучала речь, туземный боец не понимал причин нашей поездки. Ведь здесь под боком оставалось еще столько сладкой наркоты, отправляющей разум в путешествие грез.

— Гони, — вместо ответа приказал я и Карл послушно нажал на газ.

Машина дернулась и заглохла. В то же мгновение воздух вокруг разгромленного конвоя сгустился, став плотным и вязким, словно патока. Стало трудно дышать. Будто с определенного куска пространства за одну секунду удалили весь кислород.

Находящийся неподалеку наемник, тот самый что только что предлагал наркоту, дернулся и захрипел. Лоснящиеся от крови руки прыгнули к горлу, словно могли помочь с появлением живительного воздуха.

Дальше последовал ментальный удар. Не сильный, скорее размазанный по большой площади, но ощутимый для обычных людей. Наемников лишали воли, выбивали из сознания стремление к жизни, подавляя любые попытки сопротивления.

Грамотная, хорошо продуманная связка ударов. Любой другой на нашем месте может бы и поддался. К счастью, мы знали, что атака может последовать и подготовились.

Разгон восприятия и ускоренное мышление позволили просчитать способ противодействия, выбрав оптимальный вариант — ментальная техника, за которой позже последует жесткий откат в форме сильнейшей головной боли.

Создать структуру защитного заклинания, обрисовать контур, формируя закрытый кокон, напитать силой, влить энергию и вдохнуть в него жизнь — на все ушло меньше секунды.

Карл с Маей дернулись и глубоко задышали, пространство вокруг багги накрыло мерцающей пеленой.

— Твою мать, — выдохнул я.

— Он где-то неподалеку, — гвардеец завертел головой.

Жаль, что по уровню силы Карл не дотягивал до полноценного боевого мага, поэтому в свое время и пошел учиться на водителя меха, знал, что в одиночку путь одаренного не потянуть, тем более в гвардии их скорее всего учили воевать в связке — некстати мелькнули посторонние мысли.

Зато у вражеского мага с силами все в полном порядке, так точно локализовать удар и ментальное воздействие мог далеко не каждый имеющий магический дар. За колдовской атакой чувствовалась хорошая школа и долгая практика.

Вот он настоящий ренегат, а не то убожество, что вытащили пьяным из машины, небрежно на ходу отрубив голову зазубренным тесаком.

— Проклятье, — по позвоночнику прокатилась волна холода.

Карл безуспешно дергал рычаги, переключая скорость и давая на педали. Багги не двигался, мертвый мотор не желал оживать.

— Сраная железяка! — гвардеец ударил кулаком по рулю.

Повинуясь инстинкту, я окутал себя тенями, пришла спасительная прохлада, закрывая от направленного внимания. Кто-то пытался продавить щит, действуя напрямую на источник его появления.

Я сделал все на автомате, и тут же ощутил слабость. Слишком круто для меня нынешнего создавать два сложных заклятья подряд, и потом держать оба в активном состоянии переплетенных потоков.

Двойной щит начал стремительно выпивать из меня силу. Враг не дремал, пытался нащупать прорехи, воздействовал на ауру, стараясь сбить концентрацию и нарушить ровное течение силы.

Надо найти ублюдка до того, как резерв будет испит до конца…

На мгновение воздух вокруг потемнел. Я ощущал как Карл пытается сотворить какое-то незнакомое поисковое заклинание, он тоже понял, что единственный шанс уцелеть, это найти противника до того, как он нас сломит.

Окружающий мир раздвоился. На сетчатке глаз зеркальным эхом отразились отсветы бесконечной серой равнины. Это длилось недолго, всего один удар сердца, но этого хватило, чтобы заметить пылающий огонек чужого дара, спрятавшегося за скалами на востоке.

Человеческая фигура, нечеткая и расплывчатая, похожая на мираж, едва различимая сквозь пепельное марево зыбкого воздуха, от нее отходили четкие линии паутинки, по которой бежала сила чужого магического источника.

Вот он, маг-ренегат, изгнанный из собственного клана.

От меня потянулись тонкие нити собственной антрацитово-черной паутинки. Липкие, похожие на гибкие щупальца неведомого насекомого, они сплетались в замысловатый узор, проникая в глубь ауры вражеского чародея.

Проникновение шло через астральный план, и он не сразу его заметил. Завихрения силы вокруг фигуры мешали ему определить, что происходит. Слишком сильно был занят маг убийством других, чтобы заметить, что его самого поймали в ловушку.

Но он все еще давил на наши щиты, одновременно насылая ментальные проклятья в форме сложных конструктов. Несмотря ни на что, враг уверено продолжал выигрывать.

«Мерцающий щит» истончался. Уже три задействованных заклятий со страшной силой вытягивали из меня жизненную энергию. Стало ясно, что еще немного и я отключусь.

Повинуясь все тем же инстинктам, я протянул руку и вырвал из рук Майи ее автомат. Пять зачарованных пуль, стоимостью с полный комплект хорошей военной экипировки, все еще оставались в нем, ожидая своего часа.

Компактный, с интегрированный глушителем, автомат, послушно прильнул к плечу пластиковым прикладом, совмещая прицел с силуэтом, полыхающим огнем живой силы.

Я не мог видеть его в реальном мире из-за скал, зато четко видел в астральном плане, минуя плоскость материального мира. И стрельба обычным способом здесь тоже не помогла бы, пробить каменистую преграду из обычного оружия не выйдет, нужен танк или артиллерийская пушка.

Но я и собирался пытаться прострелить скалы. Нет, все оказалось хитрее. На какой-то миг, пространство между нами: мной, стоящим у разгромленного конвоя — и магом-ренегатом за скалами, истончилось, заменившись другим измерением — Астралом, пришедшим на зов своего адепта, согласившись измениться и свернуть обычную грань материального мира.

Это походило на мое путешествие в Токио, только теперь вместо меня сквозь Астрал летели пять пуль.

Палец плавно нажал на спуск. Мягко толкнул в плечо приклад.

— Тук-тук-тук-тук-тук, — тихим перестуком прозвучали выстрелы. Ствол чуть дернулся, делая очередь немного размазанной, концентрация за пробой пространства дала о себе знать.

Долгую секунду ничего не происходило, а затем давившая на плечи тяжесть резко исчезла. Воздействие чужого заклятья рассеялось, как туман.

Стало невообразимо тихо. Я медленно выдохнул.

Я стоял в багги, удерживая автомат у плеча, всматриваясь вперед. Напитанные силой всполохи силуэта ренегата медленно таяли, из тела зримо уходила жизнь.

Странно наблюдать через астрал, как человек умирает. Представляю, как он удивился, когда из пустоты в него вылетели пять путь, пробив круг личной защиты и врезавшись в грудь.

— Готов, — когда последние точки магической энергии погасли, я не торопясь опустил оружие.

Карл шевельнулся, следом за ней подвигалась Майя. Для разогнанного восприятия схватка заняла десяток секунд, для них прошло пару мгновений.

— Больше вокруг никого нет? — спросил гвардеец, первым делом вновь пытаясь оживить двигатель. Багги рыкнул и послушно завелся.

Я как мог просканировал окрестности. Племя охотников, замеченное до нападения на конвой, удрало с первыми выстрелами. Кроме мертвого ренегата больше поблизости никого нет.

Странно, пришел в одиночку? Даже группы прикрытия нет? Откуда такая самоуверенность? На последний вопрос уверенно ответил Карл.

— Деньги. Был уверен, что справится сам и не захотел делиться.

Прикинув, я согласно кивнул. По большому счету у вражеского мага имелись причины быть уверенным в быстрой победе. Если бы не Сила крови Мещерских, веками близко знакомых с Астралом, вряд ли бы кто из нас ушел живым от разгромленного конвоя.

Противник все просчитал, хорошо подготовился, в том числе к попыткам магического противодействия. Но вот к свертыванию пространства через астральный план оказался не готов.

Черт, я и сам не был готов к чему-то подобному.

Я отдал автомат Майе, повернулся к Карлу:

— Вызывай G.A, скажи что контракт выполнен, и пошли собирать трофеи. Похоже имущество туземных вояк теперь тоже принадлежит нам.

Вокруг разгромленного конвоя в беспорядке лежали тела Кошек. Как и он сам, ни один из бойцов Багира ибн Салаха не выжил. Магия, лишающая воздух кислорода, позаботилась обо всех.

Глава 14

14.

Военно-транспортный ховер заходил на посадку поднимая перед собой облако пыли. На корпусе мелькнула эмблема Global Alliance. Овальные сопла с глухим рычанием изрыгали синее пламя. Маневровые работали на малых оборотах, осторожно разворачивая машину. Выдвинулись опоры, с деликатной осторожностью принимая на себя многотонную махину.

Касание, мягкий толчок, транспортник замер. Вниз без паузы поползла задняя аппарель, выпуская наружу гостей. Первым как ни странно спустился гражданский. Лощеный корпорант в деловом костюме. Острые черты лица делали его похожим на худого хорька. В руках кожаная папка с планшетом, волосы прилизаны назад, взгляд надменный, как у счетовода, ведущего разговор с задолжавшими ему кредиторами.

Обтекая его по бокам, следом прогрохотали ботинками по ребристой поверхности аппарели группа бойцов. В бронежилетах и касках, у каждого на плече шеврон службы безопасности G.A.

— Вижу работа сделана, — кривя тонкие губы протянул корпорант, пока его люди занимались осмотром разгромленного конвоя. — И как удачно, что никто из другого отряда не выжил. Все трофеи теперь достанутся вам.

Я вопросительно приподнял бровь. Наглый тон вызывал удивление. Нас что обвиняют в том, что мы подставили Кошек?

Карл проскользнул мимо меня и без замаха ударил корпа под дых. Резко и мощно, никто ничего не успел заметить, как лощеный любитель прилизанных причесок сгибается пополам.

— Когда говоришь с мистером Мещерским, обращайся к нему — «ваша светлость» или «милорд», понял, падаль? — тихо, едва ли не нежно произнес бывший гвардеец.

Охранники G.A. замерли, некоторые потянулись к оружию. Карл с нехорошим выражением зажег над ладонью миниатюрное солнце. Эсбешники замерли, сверля напряженным взглядом взбешенного мага.

Я мысленно ухмыльнулся. Вот это реакция. По первым словам, Карл понял, что с корпорантом проблем не избежать и начал действовать на опережение, верно просчитав, что протестов с моей стороны не последует.

В принципе правильно, но в следующий раз лучше спросить. Похоже практически полное неучастие в недавнем бою всколыхнули в душе бывшего вояки аналог обиды, и теперь он спешил показать, что все еще находится в хорошей форме, не являясь обузой, пока господин в одиночку убивает врагов.

Похвальное рвение, и совершенно ненужное. Карл не виноват, что ни он, ни Майя, не успели среагировать, выступив в схватке статичными наблюдателями.

Кстати о об этом, последствия ментальной техники разгона личного восприятии давали о себе знать — уже несколько минут в висках ощутимо покалывало, мышцы налились тяжестью, связки болели — тело реагировало после действий на ускоренных скоростях.

— Ты понял? — едва ли на ушко прошептал Карл, небрежно удерживая корпоранта в неудобном положении.

— Да, я понял, — быстро забормотал щеголь, бросив взгляд в сторону боевиков из СБ. Поняв, что помощи оттуда не будет (последние все так же стояли на местах, настороженно глядя на огненный шарик в руке гвардейца), корпорант тихо проронил: — Ваша светлость.

От былой надменности не осталось и следа, лишь страх и покорность.

Таких индивидов надо сразу ломать, иначе потом будут только проблемы. Знаю еще по опыту прошлой жизни.

— Прошу прощения, — в проеме открытого ховера появился еще один человек. Почти точная копия в части одежды, что и согнувшийся корпорант, только гораздо старше. — Молодые люди, вы не могли бы отпустить моего помощника. Признаю он иногда бывает несдержан, но крайне полезен в выполнении скучной и рутиной работы, от которой у меня так часто болит голова.

Я кивнул Карлу, тот оттолкнул лощенного щеголя, заставив того неуклюже просеменить несколько шагов, чуть не врезавшись коленями в землю.

Словно получив невидимый сигнал, охранники из СБ снова задвигались, проверяя и стаскивая трупы, осматривая грузовики и подбирая оружие, аккуратно складывая последнее в небольшую кучку.

Да это же трофейная команда — дошло до меня. Хорошо знающая свою работу команда, которую не смущают даже порубленные на куски трупы. Все бережно сортируется, помечается и заносится в каталог — трое не выпускают из рук тонкие картонки планшетов. Потом перепись всего найденного в виде электронного файла уйдет к главному, и он уже будет решать, что делать дальше. Что забирать с собой, что бросать, а что уничтожать, чтобы не досталось кому-то другому.

— Я еще раз приношу прощения за своего помощника, — второй корп наконец спустился с траппа, и двинулся к нам, осторожно обходя мертвецов в лужах крови.

Прилизанный к этому моменту куда-то исчез, подозреваю поднялся на борт ховера по знаку босса, чтобы не мозолить разозленным наемникам глаза лощенной физиономией.

И это тоже своего рода проверка, — понял я. Сначала выпускают наглого индюка, смотрят какая следует реакция и от этого уже действуют: либо давять, подгребая под себя все лакомые куски, либо сдают назад и ведут бизнес честно. По крайней мере так как это сами корпоранты считают.

Хитрозадые дельцы, никогда не стоит забывать с кем имеешь дело. Для них прибыль всегда на первом месте, все остальное вторично. Если удастся сбить цену и немного сэкономить — они всегда это сделают, даже если подставят на время своих.

Подумаешь вывихнутая рука, зато за свое «самопожертвование» прилизанный щеголь наверняка получит неплохую премию. Хотя фокус и не прокатил, свою роль он сыграл на отлично.

Прав был Шекспир: весь мир театр, а люди в нем актеры. Как же болит голова, прямо раскалывается, убить что ли всех этих хитрозадых ублюдков, может станет полегче…

— Я вижу вы полностью выполнили условия контракта. И это хорошо, — воодушевленно произнес старший корпорант, глаза его при этом продолжали оставаться холодными, настороженно следя за нашей реакцией на разыгранный только что спектакль.

С моей стороны последовал небрежный кивок, мол все понимаю, предлагаю забыть мелкий инцидент и вернуться к делам.

Старик (хотя какой старик, мужику лет пятьдесят, не больше), тоже медленно кивнул.

— Сэр, мы нашли ренегата, — к нему подскочил один из сопровождающих, стоило напряжению схлынуть.

Хорошие работники, тонко чувствуют моменты, когда можно соваться, а когда лучше постоять в стороне, пока высокие договаривающиеся стороны приходят к консенсусу.

— Несите сюда, — старший корп вопросительно посмотрел на меня. — Вы позволите? — он на секунду споткнулся, потом все же добавил: — Милорд.

Я снова кивнул. Собеседник с извиняющей улыбкой развел руками.

— Вы уж извините, нас непросвещенных, мы люди грубые, простые, не привыкли к общению с такими как вы, — несмотря на улыбку, глаза его оставались холодными и напряженными. Он остро смотрел на меня, пытаясь просчитать дальнейшую реакцию.

С представителями кланов обычные люди редко имели дела, особенно с наследниками древней крови, для этого имелись посредники, из той же самой деловой среды, но работающие на магические семьи. Тем проще найти общий язык.

Одаренные отличились от не имеющих магический дар. Другая психология, другая этика и мораль, а главное отношение к другим людям. Отпрыски Старых семей в этом отношении ушли еще дальше.

Что для обычных людей табу и неприемлемо в любом виде, для одаренных рядовое явление, не стоящее упоминания. В частности коробило простых обывателей отношение магов к собственным детям. Особенно у Старшей крови. Философия жесткого отбора, искусственно направленной эволюции и процесса евгенических родовых программ вызывал у обывателей стойкое неприятие. Они не могли понять, как возможно такое. Программировать собственное потомство для выведения более сильных поколений, не оглядываясь на этику и мораль. Это было верхом непонимания. И от того возникал подсознательный страх. А вместе с ним и некое подсознательное преклонение от понимания того, что кто-то на такое способен — действовать настолько жестко, насколько это необходимо, невзирая ни на что.

Вот что простых людей пугало в магах, не столько сила, столько решительность ее сохранить, а главное преумножить, чтобы Сила крови жила в потомках.

Я понял это внезапно, словно с глаз спали шоры. Корпорации, получившие на вооружение высокие технологии, при желании сообща смогли бы свергнуть власть кланов. Да это обошлось бы большой кровью, и скорее всего политическая карта мира значительно изменилась бы после, но это было возможно. Но они не делали этого, потому что подспудно считали себя все еще ниже. Не из-за магической силы (хотя из-за нее тоже), а из-за стальной воли, что двигала колдовские семьи вперед.

Им просто не хватает решимости, — внезапно понял я, вглядываясь в лицо старшего корпоранта из трофейной команды. В его глазах кроме настороженности и страха присутствовало едва уловимое осознание острой зависти и чувства собственной ущербности. Он хотел стать одним из нас, но где-то в глубине души понимал, что никогда не сможет. Не сможет относится к своим детям с такой же холодной отстраненностью, не сможет отрекаться от них, если они не оправдают ожиданий, не сможет отдавать на откуп их будущее генетикам клана, заранее подбирающих подходящую пару.

Сила и воля сметает любые преграды. У них есть сила, но нет воли. Они не готовы пожертвовать всем, пойти до конца, рискуя собственным уничтожением. А кланы готовы. И поэтому они до сих пор находятся на вершине власти.

За тысячелетия своей истории Старые семьи поняли простую истину: либо ты идешь до конца и обретаешь величие, либо останавливаешься и уходишь в безвестность. Иного выбора не дано.

— Мы нашли его, — два бойца подтащили мертвого ренегата.

Маг оказался мужчиной средних лет с щегольской бородкой и редкими волосами цвета застарелой ржавчины. Носил отступник комбез военной модели популярного оружейного производителя. Дороже моего. С дополнительными вставками пластины и продвинутой системой терморегулирования с герметичными застежками. Заботился о собственной безопасности, ублюдок. Но ему это не помогло.

Интересный нюанс: раны две, хотя выстрелов было пять. Значит три пули сгорели в ближней защите. Силен, бродяга, раз успел даже в такой момент выставить щит. Ведь точка пробоя пространства выходила как раз за его личным защитным коконом. И все равно, сумел среагировать.

Он действительно был очень хорош. Повезло, что сумели убить его раньше, чем он убил нас.

Корпорант навел на труп камеру служебного планшета. По лицу мертвеца пробежали невидимые лучи, сканируя и воссоздавая трехмерный образ. Полученная картинка отправилась в поисковый запрос через ГлобКом.

— Хмм, — корп удивленно приподнял бровь, подняв на меня глаза. — Довольно неожиданно. Система идентифицировала его как Арни Дюбуа, больше известного как Лионский душитель.

Я пожал плечами, оглянулся на Карла, гвардеец молча покачал головой: первый раз слышу.

Корпорант пояснил:

— Преступник, разыскиваемый властями Первой Франской Империи. Если программа распознавания не врет, за ним уже долгое время охотились, обвиняя в многочисленных убийствах.

— Душитель? Больше подходит для какого-то маньяка, — хмыкнул я.

— Он и был маньяком в своем роде, только использовал магический дар для убийств. Его фирменным подчерком было удушение жертв путем лишения их легких воздуха. Говорили он получал от таких убийств наслаждение.

Ясно, психопат, свихнувшийся на почве убийств при помощи магии. Редко, но и такое случалось, одаренные тоже сходили с ума. Хотя обычно они лучше сохраняли контроль, специфика ментальных техник требовала предельной концентрации при создании заклинаний.

— За его голову назначена награда?

— Да и немаленькая. Похоже месье Дюбуа успел разозлить многих, особенно родственников жертв. Он обожал истязать…

Слушать о похождениях французского психопата меня не вдохновляло, я резко перебил:

— Сколько?

Пауза.

— Пять миллионов кредитов. Десять, если бы взяли живым.

Двойная ставка за живого не удивляла, попробуй такого виртуоза поймай. Почти нереально.

— Неплохо, — я задумчиво потер подбородок и случайно оглянулся назад, заметив разыгравшуюся позади занимательную сценку между Майей и одним из бойцов Глобал Альянса.

Девчонка прислонилась к капоту внедорожнику из разгромленного конвоя, заметила внимание к себе со стороны охранника и провокационно изогнулась назад, выставляя грудь вперед.

Тонкие женские пальцы пробежались по молнии комбеза, медленно потянули вниз. Между расходящихся кусков материи выглянула соблазнительная ложбинка с упругими полушариями.

Бедолага эсбешник чуть не заработал косоглазие, пытаясь сделать вид, что не интересуется открывшейся картинкой. Будто решив еще больше раздразнить, чертовка начала пить воду из прозрачной бутылки, постаравшись чтобы несколько капель словно невзначай соскользнули с губ, кусочками серебра покатившись по бархатистой медной коже.

Я даже залюбовался насколько точно девчонка прочувствовала момент, буквально превратив половозрелого мужика в пускающего слюни озабоченного подростка.

Что это? Ощутила силу собственной сексуальности? Попытка отгородиться от шока недавних убийств эротичной игрой? Или просто сдали нервы и решила поиграть, оценивая свое влияние на мужчин?

Первый шок прошел, теперь просто развлекается. Когда взяла кровь тех двух ротозеев, поняла, что тело может тоже стать своего рода оружием и поспешила пустить его в ход. Черт знает, чем она еще занималась в свободное время.

По себе помню, как быстро в таком возрасте адаптируешься. Уже не ребенок, но еще и не взрослый, познаешь мир, опираясь на собственный опыт. Психика пластичная, легко принимает картину постоянно изменяющейся реальности.

Отвернувшись, я вновь перевел внимание на корпоранта, но за секунду до этого заметив, что Майя увидела мой взгляд и повернулась чуть боком, чтобы теперь не сколько распаленному эсбешнику было видно ее тело, сколько мне.

Однажды заиграется красавица и получит хороших розг по своей твердой вздернутой попке…

— Что насчет всего остального? Груз, экипировка и оружие Кошек, выплата по самому контракту?

Корпорант пожамкал губами.

— Наркотики в грузовиках очень низкого качества, это минус, но их много, это плюс. Возьмем оптом, с учетом транспортировки…

— Какая транспортировка? Вы их наверняка повезете в тот же самый поселок, который скоро начнете блокировать, после того как получите над ним контроль. Шахтеры будут рады замене местному пойлу, которое им уже давно надоело. Про турели тоже не надо, вижу по глазам, что собираетесь их считать по цене металлолома. Но если провести небольшой ремонт, они еще неплохо послужат. Например, на защите того же поселка и рудников. Так что предлагаю не тратить время и переходить сразу к реальным цифрам.

Корп скользнул оценивающим взглядом по моему лицу, явно подумал о молодом возрасте, но не стал спорить, вспомнив, что имеет дело не с обычным наемником, кто про образование только что-то слышал из телевизора, а с тем, кого с детства кроме прочего учили разбираться в различных делах, начиная от финансово и заканчивая способами взятия городов.

Он снова задумчиво пожамкал губами, помедлил, затем выдал:

— Миллион восемьсот кредитов за все, включая оплату контракта.

— Договорились, — я кивнул, указал на мертвого ренегата: — Если нетрудно, отправьте запрос на подтверждение ликвидации нашего общего приятеля.

Со стороны корпоранта последовал неспешный кивок.

— Разумеется, — он вновь помедлил и добавил уже куда более уважительно, чем вначале: — Ваша светлость.

На посадку заходил второй ховербенд, должный повести нас в Скайфолл. Направляясь к приземлявшемуся транспортнику, я сказал Карлу:

— Займись нашей красавицей более плотно. Стрельба, рукопашка, физическая подготовка, основы пилотирования мехов и так далее. Похоже у нее слишком много свободного времени для лишних мыслей, пора ее этого счастья лишить.

Гвардеец кивнул, но все же осмелился уточнить:

— А если не выдержит нагрузок?

Я дернул плечом, чужие мысли чародеев древнего клана уже привычно легли на язык:

— Если клинок ломается, его выбрасывают.

Карл помедлил и понимающе кивнул.

— Подход Старых семей.

Я не стал ничего отвечать, молча двинулся к заходящему на посадку ховербенду. Навстречу ветер бросил пыль, но я уже не думал об этом, мыслями я уже находился в Скайфолле.

Глава 15

15.

Кафе находилось в центре города с вынесенными на улицу столики, служа островков спокойствия посреди идущих по тротуару людей и проезжающих мимо машин.

Сверху по автостраде плотным потоком проносились автомобили. Эстакады пешеходных переходов нависали на уровне десятиэтажных домов, служа переходами между небоскребами. Там же находились крытые галереи магазинов и развлекательных центров.

На столике стоял планшет, показывая выпуск новостей, рядом дымилась чашка черного кофе. Несмотря на бушующий вокруг мегаполис, здесь казалось тихо и очень спокойно. Быстрые официантки не запаздывали с заказом, позволяя гостям не только по достоинству оценить уровень сервиса, но и насладиться неплохой местной кухней.

Я сделал глоток, с удовольствием ощутив вкус настоящего кофе. Крепкий, густой, не химическая подделка с кучей примесей, его привозили по морю из Южной Америки регулярными рейсами. Недорогой, по сравнению с другими напитками. В метрополиях, такая же чашечка обошлась бы в куда более крупную сумму. Все-таки иногда есть плюсы проживания в Спорных территориях, а не в более цивилизованных странах.

— «… продолжается нападение на прибрежные укрепления Кейптауна, армия британской империи держится, но лорд Маккуэй уже заявил, что король сам должен защищать земли, если объявил их своими владениями. Напомним, что рескрипт о признании Южно-Африканской колонии королевским доменом был сделан несколько лет назад в ответ на требование части лордов обеспечить безопасность портовых отгрузок за счет средств короны. Король согласился, но в обмен забрал земли под свою руку, что вызвало напряжение между монархом и сильнейшими Домами Британии…» — симпатичная ведущая с азиатскими чертами лица проговаривала текст, пока на экране шли кадры ожесточенных боев в окрестностях африканского побережье.

Как и ожидалось, германцы не стерпели унижения с токийским провалом и взяли реванш, но ударили не по японскому протекторату, как многие ожидали, а выбрали для этого другую цель — владения бриттов в южной Африке.

Каждый год там добывалось много золота, алмазов, редкив минералов и других полезных ископаемых в пользу Британской империи. Неожиданно атаковав это место, тевтоны мгновенно нанесли серьезный урон соперникам самим фактом прерывания поставок. Бритты несли убытки и ничего не могли с этим поделать.

— «Официальный представитель английского короля уже выразил протест вероломным нападением и неспровоцированной агрессией в адрес заморских владений короны», — появился какой-то худосочный субъект с тонкими губами и рыбьими глазами навыкате, что-то яростно бубнивший насчет недопустимости вражеских действий на территории под королевской властью.

Классика жанра: а нас за что? Неужели не просчитали, что последует ответ за подставу с повстанцами? Или думали, что первым делом германцы попробуют вернуть контроль над сектором протектората в Токио, укнувшись лбом в хорошо вооруженный мятеж?

В какой-то мере такой шаг был бы оправдан. На японских островах находился большой кластер производства важных компонентов военной промышленности. Вернуть над ним контроль выглядело логичным. Но логика не войне не всегда верна, иногда нужно просто нанести противнику как можно больше ущерба.

Ответный ход оказался внезапным и прилетел не с той стороны, где все рассчитывали. Быстрая переброска из метрополии экстренно собранного экспедиционного корпуса застала многих врасплох. Никто не ожидал от тевтонов такой расторопности.

— «Сейчас вы можете наблюдать кадры, заснятые с беспилотника», — ведущая замолчала. Вместо нее показали запись с дрона.

Первую волну высадки уничтожил лорд Маккуэй лично. Поставленный в Кейптаун то ли временным наместником, то ли наблюдателем от совета лордов, он вышел разобраться, как тогда еще думали, с очередным набегом блуждающей пиратской флотилии.

Сам воздух горел, превращаясь в красно-сиреневую плазму. Шеренга идущих к берегу лодочек буквально испарилась в мерцающем мареве, став сигналом к настоящей атаке.

Это уже позже стало понятно, что моторные лодки пустили вперед в качестве наживки, чтобы выявить местонахождение узлов обороны. Лорд Маккуэй тоже неосторожно выдал свое положение, применив по площади масштабную магию. И поплатился за это.

Где-то за горизонтом, прикрытые маскирующими чарами, гулко заухали артиллерийские пушки. Крупный калибр, созданный специально работать по суше, играючи разносил бетонные укрепления, оставляя после себя груду развалин и воронки.

Следом полетели ракеты, как управляемые, так и нет. Точка, где находился лорд со свитой, накрыло чередой мощных взрывов, но до этого в небе что-то сверкнуло, пробивая магический щит.

Среди германцев тоже присутствовали сильные маги, с удовольствием показавшие свои силы.

Лорда, конечно, не убили, для этого он был слишком силен. Выходец из Старых семей Маккуэй спасся, но вот ближнее окружение защитить не смог. Слишком внезапен оказался удар, слишком хорошо просчитан, даже маги не выдержали.

И теперь лорд бесился. Потеряв вассалов в первой атаке, он сбежал, обвинив английского короля в небрежении долгом — раз его величество не может защитить свои земли, тогда почему за него я должен это делать?

— В чем-то верно, какой-то толк воевать за чужое хозяйство? — рассеяно буркнул я, сделав новый глоток.

Дальше началась высадка. Мехи, танки, бэтээры, пехота, самоходные артиллерийские установки, мобильные командные пункты — небольшая армия, как по волшебству появилась из недр обычных, но достаточно вместительных сухогрузов.

Понимая, что перемещение столь большого числа войск будет обязательно замечено, германцы не стали формировать классический военный конвой и пошли на хитрость, использовав в качестве транспортников гражданские корабли.

Такого от них тоже не ждали, что стало уже вторым неприятным сюрпризом для другой стороны.

На экране гигантские мехи проламывали защитные заграждения. Велся огонь из пулеметов и автоматических пушек. Роботы выпускали ракеты, сносили здания и уничтожали перед собой все живое. Тевтонский крест на сером городском камуфляже показывал, кто пришел карать бриттов за дерзость.

Казалось ничто не сможет остановить всесокрушающую стальную лавину…

— «Использование т-бомб, стало полной неожиданностью. Германская сторона уже выразила протест, заявив, что данное негуманное оружие должно быть запрещено конвенцией о недопустимых средств ведения войны, наряду с прогрессирующими штаммами боевых вирусов», — сообщила симпатичная ведущая, комментируя идущие кадры.

Земля горела, превратившись в лаву, обломки нескольких мехов заваливалась назад, оказавшись в области сверхвысоких температур. Прижатые к стенке бритты пустили в ход последний козырь — мощные бомбы, способные выжигать едва ли не сам воздух, обращая все в прах.

Это были не какие-то термобарические боеприпасы сверхмощного действия, которые даже средней силы маг сможет нейтрализовать — если, конечно, успеет. Нет, все оказалось намного хуже. Созданные на основе магической составляющей т-бомбы несли в себе разрушительный эффект, основанный на сплаве магии и технологии.

Десяток малышек, установленных в качестве мин, были подорваны одновременно, буквально испарив передовые отряды германцев. И на этом атака захлебнулась. Бои перешли в позиционный режим, у бриттов не было сил, чтобы столкнуть тевтонов обратно в море, последние опасались новых ловушек с использование т-бомб, и не шли вперед.

— Умеют люди развлекаться, — я отсалютовал чашкой кофе немецкому генералу, командовавшему экспедиционным корпусом. Военный обещал уже к концу недели разобраться с остатками английских войск, полностью занять Кейптаун, взяв под контроль прилегающие к городу окрестности.

Амбициозно, но вряд ли выполнимо, по крайней в указанный срок. Я зевнул, взгляд скользнул по экрану, переместился на небольшой тубус из твердого пластика, скромно примостившийся под рукой. Внутри находился магический манускрипт. Руки сами потянулись развернуть свиток, уже в третий раз за утро.

Заглавие на пожелтевшем от времени пергаменте в виде когтистой лапы, сжимающей солнце, не давало покоя. Документ был выкуплен у одного коллекционера колдовских диковинок вчера вечером. Одна из бумаг из архива Мещерских, потерянная в ходе падения клана.

Осторожно развернув свиток, в очередной раз вчитался в текст. Точнее попытался это сделать. Это был не обычный язык тех времен, а особые письмена, используемые магами клана для записей информации, не предназначенной для посторонних людей. Считалось, что прочитать это может только настоящий Мещерский, носящий в себе наследие древней крови.

— Дерьмо! Только голова болит, — после нескольких минут вчитываний я раздраженно отложил манускрипт обратно.

Переданные астральной тварью знания не содержали сведений кланового наречия. Вроде что-то и шевельнулось знакомое, но понимания текста не произошло.

— Лучше бы электронный справочник передал, монстр недоделанный, — я проворчал, вновь возвращаясь к кофе.

Закаченная напрямую в голову информация имела не структурированный вид. Может я и знал этот язык где-то в глубине, но применить знание на практике просто так не получалось. Нужен какой-то толчок, подсказка, что активирует нужные знания.

Глаза снова скользнули по пожелтевшей бумаге. Интересно, что там? Какое-то заклинание? Инструкция к обряду из запретных разделов магии? Или может заурядное распоряжение пополнить запасы овса на конюшне?

Нет, последнее маловероятно. В этом случае писали бы в обычном старорусском стиле, чтобы было понятно простому человеку. И гербом вряд ли бы украшали подобное распоряжение. Здесь что-то другое, что-то важное, не обязательно связанное с магией, но точно не приказ заготовить дров и сена. Нечто настолько значительное, что заставило писавшего перейти на колдовское наречие.

— Надеюсь там не рецепт бабушкиного пирога, — хмыкнул я, оглянулся и вспомнил, что после обеда надо заехать на полигон.

Мысли плавно перескочили на Карла и Майю, члены зарождавшейся свиты в данный момент находились на тренировочном поле. Как и приказано, после возвращения гвардеец гонял подопечную в ускоренном темпе, повышая нагрузки по нарастающей.

Вскоре Майе будет проведена операция по вживлению нейрочипа. Идеальным пилотом она может и не станет, но воевать в мехе научится. В условиях постоянных стычек Колоний навык будет полезен.

Останется мелочь, купить шагоходы на всех троих, чтобы претендовать на более серьезные задания. Наличие тяжелой боевой техники даже у малочисленного наемного отряда гарантирует хорошо оплачиваемые контракты.

А деньги нужны, и немалые.

Единственно вызывал сомнения Карл. Выходец из рода Ульбрихт-Бельских сначала демонстрировал энтузиазм после обещания расправится с дядей, но время шло и понимание, что месть снова откладывалась проникало все глубже в душу изгнанника. Что грозило спровоцировать возвращение к бесцельному существованию наемника без рода и племени, и самое главное — без цели в жизни.

Это вызовет личностный кризис и скорее всего закончится плохо. Например очередным поединком, где Карлу уже так не повезет и он нарвется на более сильного противника, закончив жизнь на кончике вражеского ножа.

— А если подумать, то ни он, ни Майя, мне не подходят, — задумчиво прошептал я, мазнув рассеянным взглядом по магистрали, по которой проносились машины, и по пешеходным дорожкам с куда-то спешащими толпами народа.

Пятачок кафе с расставленными у тротуара столиками все еще оставался островком безмятежного спокойствия вокруг бурлящего мегаполиса. И мне это нравилось.

Я неторопливо сделал глоток кофе. Улыбчивая официантка деловито поставила новую чашку, примостив рядом тонкое блюдце с шоколадным пирожным.

— Сливки?

— Да, пожалуйста, — в черный напиток нырнула белая струйка из фарфоровой пиалы. Кофе окрасился в бежевый цвет.

Я сделал глоток, кивнул.

— Отлично.

Девушка вновь улыбнулась и отошла.

Мысли снова вернулись к формированию свиты. Да, если подумать, то Карл и Майя для этого не подходят. Не по старым канонам брать со стороны незнакомцев, чтобы приближать к себе. Слишком велик риск оказаться преданным. Так рассуждали маги древности и причин не доверять им в подобных делах у меня нет.

В идеале лучше самому воспитать, но где взять кандидатов? А если брать с раннего возраста, то понадобится несколько лет, пока выйдет толк.

Трудно сказать когда точно наступит личностный кризис у Карла, но то что он рано или поздно произойдет почти не вызывало сомнений. И тогда бывший гвардеец станет обузой, опасной и для себя, и что важнее — для меня.

У девчонки тоже проблемы со стабильностью психики. Пока почти незаметные, но уже ощутимые на уровне предчувствия. Если что-то пойдет не так и Майя пойдет вразнос, остановить ее будет непросто, не привлекая к себе внимание.

Так что, об этом тоже стоило хорошенько подумать.

Решение отказаться в случае необходимости от Майи и Карла не вызывало внутреннего протеста. После инициации, мировоззрение и моральные установки сменили вектор развития, раскрываясь в изменившейся личности как бутон, пуская корни и прорастая вглубь, меняя старые ориентиры.

Древние чародеи Мещерских называли это Преображением. Но на мой взгляд, это больше походило на Перерождение. Когда привычка думать по-другому становилась второй натурой, не вызывая неприятия и смещая акценты существования в жизни.

Был род и клан. И было все остальное. Незначительное.

Домен, вот что сейчас самое главное. Основополагающее, вокруг которого крутились все мысли. Незаметно, почти на уровне подсознания, но каждый раз возвращая разум к жизненно важной задаче.

Без домена клану не выжить. Мне не выжить. Это столь же кристально ясно, как то, что Колонии не место для одиночек…

— Проклятье, — я вполголоса ругнулся.

Стоило задуматься о домене, как в голове начали всплывать образы. У Мещерских было необычное родовое гнездо, напрямую связанное через источник с Астралом. Когда его полностью погрузили в глубокие слои иного плана реальности, эта связь только окрепла, став цепью, протянувшейся в реальный мир.

Необходимо вытащить домен. Хотя бы его часть. Вторую половину можно оставить на другой стороне. Имелась такая возможность. Но главное сам замок. Или поместье.

Сердцу домена, его средоточию, можно придать любую форму. Хоть замка, хоть крепости, хоть небоскреба, хоть башни, хоть вольготно раскинувшегося поместья. Видимое проявление формы не так важно. Главное, что скрывается внутри. Источник домена, его дух и плоть.

Я мучительно скривился, между плотно сжатых губ вырвался стон, чашка в руках дрогнула и опрокинулась, разливая по столу кофе.

Образы захлестнули сознание. И я увидел…

Высокий старик в черной рубахе свободного кроя, таких же штанах, опоясанный кроваво-алым кушаком стоял на вершине холма. У подножья остановились всадники в камзолах, шляпах, бархате и атласе с дорогими украшениями. Пышная свита замерла, глядя на своего господина.

— Властью и Силой крови своей, повелеваю — подчинись моей воле! — громовым раскатом прокатился голос могучего старика, заставляя наблюдателей вздрогнуть.

Старик ударил невесть откуда взявшимся в руках посохом по земле и пространство содрогнулось. Вершину посоха венчала когтистая лапа, сжимающая желтый камень, имитирующий шар солнца.

Рядом встал парень примерно моих лет, тоже одетый в темные одежды. Правую сторону лица юноши покрывала изменившаяся роговая кожа, похожая на чешую. С лица она стекала вниз, ныряя под рубаху. Желтые нечеловеческие глаза с вертикальным зрачком слабо светились магическим светом.

Левую руку по плечо молодого человека скрывал панцирный рукав. Изящество и простота изделия выдавало высокое качество изготовления. Металлические предметы казались невесомыми, но при это создавали впечатление алмазной прочности. Что это? Сталь? Серебро? Нет, что иное. Специальный сплав, изготовленный умельцами клана. Выкованный в зачарованных кузнях и до предела наполненный силой.

Бронислав — тихим шепотом прошелестела подсказка, похожая на порыв ветра, представляя необычного юношу. — Третий сын, наследник рода.

Верно, старшинство в клане определялось не по возрасту, а по уровню силы. Не обязательно старший сын становился главой рода.

Между тем в чистом воздухе перед стариком возникла точка. Медленно разрасталась, она превращалась в смерч. По склону холма разлился могильный холод, вымораживая траву. Часть земли осыпалась прахом. Навершие посоха испускало свечение. Мертвый бледный свет разгорался, разливаясь по округе волной, пока не достиг пика, и в небе не грянул гром, затягивая небеса черными тучами…

Я резко открыл глаза, возвращаясь в реальность. В глаза ударил солнечный свет, с трудом проскользнувший до земли минуя исполины гигантских небоскребов. Следом обрушился шум машин, звуки городских улиц, куда-то спешащих толп людей.

Я сфокусировал взгляд и первым кого заметил была женская фигура в строгом брючном костюме. Вилора Валенштайн сидела за соседним столиком и глядел на меня прищуренным взглядом…

Глава 16

16.

Территория Колоний.

Скайфолл. Центр города.

Уличное кафе.

Вилора закинула ногу на ногу, оценивающе разглядывая сидящего за соседним столиком парня. То, что он находился в трансе не вызывало сомнений. Судя по дымящейся чашке кофе происходило это недолго, не больше пары минут, значит все началось буквально перед ее приходом.

Она еще раздумывала как быть, когда Тимофей вдруг резко открыл глаза. Вилоре в последний миг удалось подавить дрожь, едва не пробравший с головы до ног все тело.

Глаза светловолосого парня приобрели пугающую глубину, где виднелся темный водоворот, затягивающий в себя с легкостью черного омута. Понадобилась вся сила воли, чтобы не поддаться этому страшному наваждению.

Одновременно черты лица молодого человека, еще совсем недавно такие правильные и красивые, вдруг резко заострялись приняв хищные очертания. Показалось, что из маски симпатичного юноши проглянуло нечто кошмарное, вынырнув из глубины веков.

Аура полыхнула жадной тьмой, заставив на этот раз по-настоящему вздрогнуть. Черные всполохи скользнули по поверхности, принимая вид гибких щупалец. На мгновение фигура наследника Дома Мещерских словно ушла в тень, прямо посреди улицы в разгар летнего дня.

Понадобилось приложить усилия, чтобы сохранить самообладание и не броситься прочь, как наверняка на ее месте поступили более малодушные одаренные. Вместо этого Вилора мысленно кивнула: значит она не ошиблась и ее подозрения подтвердились — пробуждение крови произошло в полной мере, наделив своего носителя могуществом древних повелителей магии.

Все его предыдущие родственники, развалившие клан и канувшие в неизвестность ничего из себя не представляли. Гниль, не способная ни на что кроме удовлетворения своих примитивных потребностей. Но прошло время и Сила крови дала о себе знать, воплотившись в потомке владык астрального плана. Тот, с кем можно ГОВОРИТЬ. Тот, кто ДОСТОИН.

Она заработала пристальный взгляд от сидящего напротив парня и ответила легкой улыбкой, отсалютовав чашкой кофе.

— Давно здесь сидишь? — проворчал Тимофей, приходя в себя. Жилистые руки потирали затекшую шею.

Вилора молча покачала головой. Пугающая глубина исчезала из глаз собеседника, аура возвращалась к прежнему свечению обычного одаренного. Трансформация шла быстро, словно никаких изменений не было. Это впечатляло.

Интересно, где он был и что видел. Транс явно не относился к обычным.

— Судя по твоему состоянию, ты был далеко отсюда, — небрежно обронила она, зорко отслеживая реакцию.

И разочарованно выдохнула. Про себя. Собеседник никак не отреагировал на вопрос, сделав вид, что ничего не услышал. Вместо этого светловолосый потянулся за кофе.

Вспыхнуло раздражение, наследница Дома Валенштайн не привыкла чтобы ее игнорировали. С другой стороны чего еще ожидать? Последний из рода будет вести себя, демонстрируя независимость, иного пути нет, если не хочет стать послушной игрушкой кого-то другого.

Чувствуется порода. Внезапно мелькнула мысль, что от него могло получится неплохое потомство. Мелькнула и погасла. Такие вопросы не решались под действием мимолетных порывов. Да и не время сейчас.

И все же, какой подходящий кандидат…

— Что нужно? — Тимофей закончил с кофе и расслабленно откинулся назад, скользя равнодушным взглядом по проносящимся на улице машинам.

— В прошлый раз ты хотела поговорить, а затем пропала, — напомнил он.

Верно, пропала, по приказу отца, решившего подождать и посмотреть что будет. Но события развивались стремительно, осторожность грозила выбросить клан Валенштайн на дорогу истории, дав дорогу смелым и решительным.

Узнав о посещении Тимофея послами двух империй, и отсутствию после этого какой-либо реакций, Вилора решила действовать. Судя по всему ни Священная Германская империя, ни Руса Империум не имели претензий к молодому Мещерскому. То, чего так опасался отец.

Конечно, это вовсе не показатель, вполне возможно юноша умел хорошо заметать следы и позже могло что-нибудь всплыть, но Вилора считала иначе. Ей удалось убедить герцога, что в данный момент наследник пробудившейся Силы слишком ценный и редкий актив для Спорных территорий, чтобы разбрасываться им просто так. Если промедлят, на место «друзей» могут легко найтись другие кандидаты.

Например корпорации. Судя по наведенным справкам, Тимофей активно сотрудничал с Дикой Охотой, наемным отрядом, кому покровительствовали широкие бизнес-круги, пытаясь заполучить в свои руки инструмент по мощи сравнимый с боевыми подразделениями кланов.

Что если корпоранты преуспеют настолько, что сделают выходца из Старых семей своим союзником? Тем более, что статус наемника последнего позволял без проблем наладить контакты.

Все это могло вылиться в совершенно непредсказуемые последствия, потенциально опасные для всех участников игры под общим названием — Колонии.

Лучше держать руку на пульсе, и если не контролировать объект нестабильности, то хотя бы держать его в поле зрения. В идеале — использовать в собственных интересах, возвысив Дом Валенштайн над остальными в Колониях.

— Так что тебе надо, хочешь подарить мехи? — Тимофей криво улыбнулся, показывая, что не верит в положительный ответ. Тем сильнее оказалось его удивление, когда Вилора спокойно кивнула.

— Хочу.

Молодой Мещерский недоверчиво хмыкнул.

— И что взамен? Туманное обещание дружбы?

— Почему туманное? Самое настоящее. Спорные территории очень опасное место, здесь полезно иметь друзей. Иногда это может спасти твою жизнь.

— Звучит как угроза, — впрочем судя по улыбке, он на самом деле так это не воспринимал. Вместо этого Тимофей о чем-то напряженно размышлял.

Вилора дала ему время, сделав знак официантке принести еще кофе. Они так и сидели за разными столиками, разговаривая на расстоянии. Это могло оказаться странным, если бы ее свитские до этого не вытеснили незаметно случайных посетителей, заняв их место и притворившись зеваками в момент прихода в кафе.

— Полагаю ты уже видела сегодняшние новости, — Тимофей кивнул на планшет.

Вилора нахмурилась.

— Ты про нападение тевтонов на бриттов?

— Да. События закручиваются, может вспыхнуть война.

— Это Колонии. Здесь всегда идет война, — напомнила она.

Он усмехнулся.

— Ты поняла, что я имел виду. Интенсивность боевых действий может возрасти на порядок. И тогда границы многих владений сильно изменятся, а некоторые и вовсе сменят старых хозяев, — он сделал паузу и небрежно обронил: — Слышал у вашего клана довольно тесные отношения с родиной. В нынешних обстоятельствах связь с Германским двором может стать причиной для внезапной атаки. Например, со стороны британских лордов.

Вилоре удалось сохранить бесстрастное выражение на лице. Но он был прав. В сложившейся ситуации контакты отца с «друзьями» при дворе императора Фридриха могли стать основанием для нападения бриттов. Что самое паршивое, бывшая родина в ответ и пальцем не пошевелит, чтобы защитить Валенштайнов. Во-первых, потому что официально клан все еще находится в опале, а во-вторых, в данный момент у Священной германской империи и без того хватает проблем на территории Колоний, чтобы защищать посторонних.

— Клан Валенштайн не планирует участия в боевых действиях, — ровным голосом произнесла она.

— Полагаю вряд ли вас спросят о ваших желания, учитывая обстоятельства, — Тимофей сделал глоток кофе.

— Державы будут заняты выяснением отношений друг с другом и не станут тратить время и ресурсы на других, — парировала она.

Он пожал плечами.

— Может быть. Но мне все равно бы хотелось заранее обрисовать круг наших обязательств. На будущее, если вдруг вы потом решите потребовать, чтобы я сражался за вас, — Тимофей улыбнулся и развел руками. — Надеюсь ты не против?

Вилора прищурилась, разговор уходил не туда куда нужно. Слишком много конкретики. В ходе встречи она планировала лишь завязать знакомство, сделав подарок и тем самым привязав к себе, но никак не подписываться под конкретными обязательствами.

— Три меха, даже подержанных, слишком высокая цена за обещание дружбы, — сказал Тимофей, пристально на нее посмотрев: — Или предлагаешь военный союз между нашими Домами?

— Твой Дом состоит из тебя одного, — машинально ответила Вилора.

— Иногда этого достаточно.

Вилора чуть повела головой. Он что предлагает ей выйти за него замуж? Она отлично умела улавливать невысказанные вслух нюансы, как и тонкие намеки, недомолвки, недосказанности И сейчас прозвучал именно такой намек.

— Иногда, но не всегда, — она тоже умела делать намеки, указывая на слабость нынешнего положения Дома Мещерских.

Тимофей улыбнулся, но ничего не ответил. Вилора поняла, что это был лишь пробный шар, запущенный им наугад вслепую.

— В любом случае, если говорить о союзе, или услугах, — последнее слово он выделил. — Или любых обязательствах, то я согласен признавать их только при одном условии.

Вилора вопросительно приподняла бровь.

— Каком?

Тимофей улыбнулся.

— Если буду должен их лично тебе. Не твоему клану, а именно тебе.

Девушка задумалась. Предложение союза между ними двумя? Опасный шаг, дома могут не понять. С другой стороны, все зависит от контекста и как все преподнести. Главное ведь она сделала — зацепила мальчишку, установив связь.

Хотя, какой он к дьяволу мальчишка, вполне взрослый сформировавшийся мужчина, молодой, но этот недостаток быстро проходит. Рассуждает разумно, ведет себя сдержанно, может и правда стоило подумать о собственном будущем.

Представив себя во главе целого клана, Вилора мысленно усмехнулась. Она считалась наследницей, но родным кланом ей никогда не управлять, во главе станет мужчина, кто-то из своих, такова традиция. У нее будет два пути, либо выйти замуж и остаться в семье, либо перейти в род мужа, в зависимости от того, какие будут заключены договоренности с будущими родственниками.

Здесь же предлагался иной вариант. Для нее лично более предпочтительный.

Она никогда не скрывала своих амбиций, но отец редко поддерживал ее устремления, хоть и втайне гордился. Однажды она даже подумала, что герцог на самом деле метит ее в свои преемники, наплевав на обычаи, все-таки их домен располагался в Колониях, и здесь редко следовали традициям, но потом поняла, что это всего лишь очередная игра, результат ее глупых подростковых фантазий. Женщина не сможет править кланом, по крайней мере одна, в традиционном смысле этого слова. Выражаясь иным языком — никаких королев, только монархи.

И тут такая возможность. Если не быть главной, то хотя бы встать вровень. Ослабленному Дому из одного человека, не из чего выбирать, придется поделиться властью.

Вилора поймала себя на мысли, что действительно об этом крепко задумалась и незаметно покачала головой.

— Хорошо, я согласна на личную дружбу, — сказала она, вставая и протягивая вперед руку.

Тимофей плавно поднялся со стула, шагнул навстречу, осторожно пожав ее тонкую кисть. Вилора с удовольствием отметила плавные текучие движения юноши. Неплохая координация хорошо тренированного тела. Действительно отличный экземпляр, стоящий внимания.

— Договорились.

Разумеется в контексте сделки ни о какой «дружбе» речи не шло. Просто она поможет ему сейчас, он поможет ей в будущем. Как минимум будет должен серьезную услугу.

Она кивнула и направилась к выходу, успев заметить, что поднявшиеся следом за ней со соседних столиков якобы сторонние посетители не вызвали особого удивления у Тимофея. Значит заметил и правильно оценил, поняв, кто это на самом деле. Тоже своего рода показатель. Может из этого знакомства и правда выйдет толк.

А мехи, это всего лишь мехи. Груда шагающего железа, способного только к обычной войне, и почти беззащитная перед по настоящему мощной магией.

* * *

Проводив взглядом удаляющуюся княжну, или по местному — принцессу из Дома Валенштайн, я откинулся на спинку стула, рассеяно проведя пальцем по ободку чашки. Как ни странно, мысли занимали не только что прошедший разговор, а нечто совершенно другое. Недавнее видение, точнее один его элемент.

Панцирный рукав на теле наследника. Что-то в нем не давало мне покоя. Я видел его раньше. Но где?

Понадобилось несколько секунд чтобы вспомнить. Картинная галерея на сайте клана! Какой-то мужик был облачен в него вместе со старинного кроя камзолом. Тогда еще показалось необычным столь странное сочетание: кусок металлической брони, закрывающей левую руку по плечо, и одежда из более поздней эпохи.

В висках кольнуло. Из глубины сознания всплыло название — Десница Хаоса.

Артефакт. А точнее набор артефактов, вот что это такое. Не просто панцирный рукав из зачарованной стали, а полноценный магический артефакт. Он помогал манипулировать энергией астрала, давая носителю намного больше возможностей при взаимодействии с иными планами реальности.

Рукав был разборный и состоял из трех частей: рукавицы, наруча и наплечника. Соединенные в одно цело, они образовывали могущественный магический предмет, созданный в кузнях Мещерских.

Предполагалось, что будет выкован полноценный доспех, дающий возможность хозяину буквально изменять окружающий мир через потоки астральной энергии. Но судьба решила иначе и артефактную броню не успели сделать в полном объеме.

Я четко знал это, благодаря знаниям, полученным от когтистой твари.

Любопытно, что название артефакта не отражало реального положения дел, когда его начали создавать. Десница Хаоса — Правая рука Хаоса, так должен был называться весь доспех, но по иронии судьбы создали только левую руку. И по идее ее следовало назвать — шуйца, то есть левая рука хаоса, по форме, что уже сделали.

Но тогдашний владелец запретил давать иной имя, видимо рассчитывая со временем все же выковать оставшиеся части брони. Не вышло. И теперь панцирный рукав на левую руку назывался Десницей. Забавный выверт судьбы.

Скользнув взглядом по черному тубусу, я вновь взял в руки старинный свиток. Предчувствие не обмануло, колдовские письмена уже не выглядели незнакомой тарабарщиной, видение дало нужный толчок.

— «Бычья удаль», — с трудом прочитал я заглавие и остановился.

Какая еще к лешему «бычья удаль»? Пришлось вновь возвращаться к плохо читаемому тексту, с трудом продираясь сквозь строчки. Знание о клановом наречии всплывало медленно и неохотно, словно не хотело делиться запретными сведениями.

Понадобилось десять минут, чтобы понять общий смысл написанного. Оказалось неведомый предок записал на пожелтевшем пергаменте рецепт некого зелья, дарующего обычному человеку силу быка. Что явное художественное преувеличение, но зато как серьезно звучит.

— Короче говоря боевой стимулятор, — я с сожалением запихнул свиток обратно в круглый контейнер. Пользы от него ноль. В современном мире боевая химия наделяла теми же свойствами, только намного эффективнее. И не надо напрягаться, самому занимаясь зельеварением, достаточно зайти в специализированный магазин. Но в старину рецепт наверное ценился, отсюда и колдовской язык.

— Зря только деньги потратил, — я вздохнул, про себя признавая, что другого выхода не было. Надо же на чем-то учиться читать колдовские знаки.

К столику подошла давешняя улыбчивая официантка.

— Еще кофе?

Поколебавшись, я кивнул. Девушка поставила новую чашку. Из-под длинной челки задорно сверкнули озорные глаза. Я вдруг понял, что девчонка со мной заигрывает. Как наклоняется — подчеркнуть затянутую в тугую белую футболочку грудь, как двигается — выделяя стройные ножки, выглядывающие из-под тесной черной юбочки. Пару раз чуть не задела крутыми бедрами, в последний момент словно невзначай избегая касания.

— Спасибо, — поблагодарил я, вежливой улыбкой показав, что не расположен к знакомству. Девушка в ответ сожалеюще улыбнулась и отошла.

Может зря? Может стоило пригласить на свидание? Ужин, вечерние прогулки, плавно переходящие в завтрак. Мысль мелькнула и пропала, не до того сейчас. Настоящий Тимофей, разумеется, так бы и сделал, но ведь я не он. Даже больше, я теперь не прежний я, что еще больше усиливало разницу.

Развлечения с раскованными девицами это конечно неплохо. Но отнюдь не цель жизни. Тем более, когда под боком находится такая сексапильная красотка у которой постепенно начинает сносить крышу. Мелькнула циничная мысль — может, в этом решение, затащить Майю в постель и устроить ей продолжительный секс-марафон, чтобы успокоилась.

Подумав об этом я хмыкнул, глянул на часы и положил на стол купюру в двадцать кредитов. Пора отправляться на тренировку.

Глава 17

17.

— «Удаление — 40. Рассеивание — 5».

Мех в очередной раз плавно качнулся, делая шаг вперед и чуть вбок. Бортовой компьютер рассчитывал готовность стрельбы, выводя параметры на дисплей.

— «Готовность — 0».

На экране возникла пунктирная линия, отображающая полет ракеты. Угол наклона уходил на тридцать градусов вниз, ныряя за пологий пригорок. Сложный выстрел по кривой траектории в условиях работы средств радиоэлектронной борьбы, мешающих головкам самонаведения.

Машинный интеллект еще немного подумал и выдал:

— «Вероятность поражения цели — 45 %».

Не слишком хороший показатель, если бы речь шла об обычных ракетах, но с объемно-детонирующим боеприпасом сойдет. Область поражения у этой малышки куда больше обычных боеголовок, поэтому допустима погрешность. Все равно всю площадь зальет огнем. Точнее специальным аэрозолем, который после рассеивания будет подожжен.

И бум. Вместо скучной местности — море огня. Кусок земли с траншеями буквально зальет пламенем. И живая сила противника испарится.

— «Готовность — 0», — в очередной раз напомнил компьютер, и я нажал на гашетку.

Заслонки установки на плече меха тихо скользнули вниз, сверкнули кончики батареи мини-ракет. Секунда и в небо отправилась одна из малышек.

Точнее компьютер обыграл ее старт, запуская программу имитации и моделирования.

Война шла в виртуально-цифровом режиме.

К сожалению, стрелять настоящими боеприпасами во время тренировочных боев на Меходроме разрешалось только в специально выделенных зонах. Слишком разрушительным мог оказаться эффект от реального применения оружия боевых роботов.

Цифровая копия ракеты послушно прошла по выбранной траектории на экране и нырнула за холм. В точно назначенное время сработала система подрыва. Программа виртуального модулирования отобразила позиции цели, залитые огнем.

— «Успешное поражение».

Кабина меха качнулась, я плавно развернул гигантскую боевую машину, нацеливаясь на другую мишень. Канал связи и прямого обмена данных с союзниками переслал координаты вскрытых узлов обороны противника.

— Майя, где ты, — пробормотал я в микрофон. — Почему не отработала точку три?

— Выхожу на позицию. Задержка из-за болотистой почвы, чуть не завязла.

— Ты же училась преодолевать такие препятствия. Точно рассчитывай время, чтобы не подводить других. В настоящем бою это может окончится чей-то смертью, — буркнул я.

Стрельба шла в электронном формате, зато мехи двигались по настоящей пересеченной местности.

— Да, милорд. Извините, — голос девчонки прозвучал с едва уловимыми нотками раскаяния. Она знала, что совершила ошибку и теперь старалась наверстывать.

— Тридцать секунд, — предупредил я.

— Принято.

На карте отобразилась точка, обозначающая мех Карла, гвардеец уверенно вел машину на заданную позицию, готовясь отстреляться в четко рассчитанный промежуток времени, выделенный для прорыва именно этого места узлов обороны вражеских укреплений. Выучка кадрового вояки давала о себе знать.

Тем временем у меня появилась новая цель.

Наведение. Дисплей расчертила координатная сетка. Следом вспыхнул красный крестик. Захват. Сопровождение. Указание параметров выстрела. Выбор главного орудия. В случае промаха автоматическое переключение на вспомогательное вооружение. Примерная оценка расхода боеприпасов.

Трехмерная карта на экране отобразила точное местоположение. Данные пришли с дрона разведчика, запущенного в воздух перед началом боя.

Мысленный посыл и боевой робот послушно шагнул в указанную сторону. Взаимодействие через нейрочип обеспечивало постоянную связь, давая власть над всеми узлами машины.

Но слияние разума с компьютерными системами все же небезгранично. В первый раз это казалось полным совмещением человека и механики, но позже, пройдя через момент нейро-коннекта уже больше десятка раз, стало заметно, что определенные ограничения все же присутствовали. В блоке разъемов стояли предохранители, чтобы в случае аварии пилоту не сожгло мозг.

То есть слияние вроде есть, но оно неполное. Плюс многое зависело от импланта, где время отклика и скорость обработки поступающих данных выступали главным критерием.

И все, новизна пропала. Стоило это понять, как восторг схлынул. Управление мехом перестало выглядеть чем-то божественным, заменившись на обычную рутину привычной работы.

Я даже немного расстроился, когда это осознал. Но потом вспомнил магию. Что есть бездушная металлическая коробка по сравнению с настоящим штормом стихий? Ничто!

Когда тебя захлестывает буйство астральной энергии, когда поглощает без конца, передавая невероятное ощущение мощи… Ты становишься другим.

Никаким боевым роботам, никакой машинерии, никаким нейронным подключениям не сравнится с этим. Все остальное лишь бледная тень. Скучная размеренность обыденной жизни.

Теперь я хорошо понимал предков Мещерских, рвущихся познавать глубины запретной магии в попытках подчинить эту дикую силу. Чтобы затем, познав ее до конца, взойти на новую ступень могущества…

— «Пуск».

Ракеты с меха Карла пошли по пологой траектории накрывая противника. Огромный «Дефендер» покачнулся, имитируя массовый залп. Даже такая мелочь, как отдача, не прошла мимо внимания моделирующей программы, с точностью фиксируя последствия выстрела, включая положение робота. Инерционные стабилизаторы и гироскопы тут же вернули машину назад.

Настала моя черед провести атаку. В этот раз бортовой компьютер справился быстрее, выдав информацию необходимую для стрельбы.

— Тбу-м! — кабину тряхнуло. Главное орудие выпустило снаряд и тут же начало перезарядку.

Количество доступных боеприпасов отображалось на отдельном дисплее. Под ним располагался еще один, с показаниями работы энергетической установки. Два главных элемента меха: питание и оружие.

— Готова к атаке, — в динамиках прозвучал голос Майи, и тут же добавил: — Атакую.

Ее окрашенный в цвет городского камуфляжа мех, с грозными разводами по корпусу, вышел на позицию и без паузы открыл ураганный огонь из двух спаренных автоматически пушек. Высокая скорострельность позволила буквально залить свинцом нужную точку.

Конечно, только в виртуальном разрезе. В реальности, мех только покачивался, имитирую бешенную стрельбу.

Я машинально отметил, что несмотря на определенные недостатки девчонка быстро освоилась с ролью пилота шагохода. После имплантации нейрочипа первым делом она побежала на Меходром пробовать новую игрушку и похоже надолго залипла.

Она хорошо адаптировалась и показывала неплохие результаты. К моему удивлению. Думал будет намного хуже, но оказалось вполне ничего.

На первых занятиях ее учили правильно ходить. По пересеченной местности, взбираясь на холмы, преодолевая водные препятствия, перебираясь через болотистую местность. Последнее опаснее всего. Не туда ступил, неправильно повернул корпус, сделал лишний наклон — и мех, напрямую связанный с нервной системой пилота, терял равновесие.

Разумеется, до полного падения не доходило. Бортовой компьютер моментально выправлял ситуацию при помощи сложной системы стабилизаторов. Но сам водитель меха в этот момент терял равновесие, а значит и ориентацию в пространстве. Что в бою критически важно. Даже отвлечение на пару секунд может стоить пилоту жизни. Поэтому в первую очередь их учили правильно ходить. В огромных боевых машинах делать это трудно, не так как ступать самому.

Вообще, пилотирование очень сложное дело. Мы пока нахватались лишь по верхам. До уровня настоящих профи, которые полностью сроднились со своими «скакунами» нам еще очень далеко. Надо уметь чувствовать мех всей душой, воспринимать не только его частью себя, и себя частью его. То есть, пройти через поистине полное слияние.

Даже Карл, имевший больший опыт, чем мы с Майей, не мог похвастать ничем подобным. Для такого требовалось время. И много. Которого у нас нет.

Я чувствовал, что дело с доменом должно скоро сдвинуться. Будет промежуток, когда его проще будет вытащить из глубоких пластов астрала. Это как лунное затмение и приливы, где все взаимосвязано, бывает хорошие дни и не плохие. Есть окно когда взаимодействовать с Астралом станет проще и сделать задуманное получится без лишних трудностей. Ведь осечек в таком деле быть не может, иначе все легко может закончится катастрофой, по сравнению с которой прорыв энергии в германском секторе Токио покажется легким недоразумением.

— Мы закончили? — голос Карла прозвучал немного устало.

Я взглянул на часы, в ту же секунду по каналу связи прилетело предупреждение сотрудника Меходрома из наблюдательной башни.

— Таймер.

Перерыв. Технический регламент полигона требовал обязательный осмотр мехов после определенного времени тренировочного боя.

— Выходим, — сказал я.

Мех остановился и начал складываться в статичное положение, со стороны казалось, будто он приседает.

Открылся люк. Из кабины выдвинулась складная лестница. Несмотря на «приседание» до земли от кокпита оставалось далеко. Вытерев лоб, я шевельнул головой, чувствуя, как нейрочип разрывает связь с основной системой. Возникло легкое головокружение, обычное явление при отключении нейроконнектеров.

Я скользнул по лестнице наружу. Встал на траву, с удовольствием разведя руки в сторону. Грудь поднялась, наполняя легкие свежим воздухом. Поддающийся в кабину воздух всегда пропускался через сеть фильтров, напоминая смесь антисептиков и чего-то химического.

По земле пробежала легкая дрожь. Подошла Майя и Карл. Глядя на их мехи, я прищурился.

«Гадюка», «Дефендер» и, оглянулся на свой — «Оплот». Три меха, предоставленные Домом Валенштайнов.

Именно на них последние несколько недель мы тренировались, осваивая новую технику. И не скажу, что все шло гладко. За это время, мехи ломались несколько раз, требуя серьезного вмешательства со стороны ремонтников.

Роботы действительно оказались поддержанными, побывавшими в многочисленных боях. Вилора не сказала, где их взяла, но догадываюсь, что это было нечто трофеев. Или купленные на аукционе. Или взятые за долги. Но точно не из арсеналов самого клана. На таких развалюхах клановые воины вряд ли бы воевали.

— Есть время перекусить, — заметил Карл, бросая мимолетный взгляд на бригаду техников, приехавших на внедорожнике от центральных ангаров полигона. Доводить роботы до ремонтных боксов мы не стали, ограничившись полевой диагностикой.

Майя молча вытащила из рюкзака нехитрую снедь, в основном состоящую из частей стандартного армейского пайка. Витамины, протеины и много калорий. Совершеннейшая дрянь на вкус. Даже вкусовые ароматизаторы не справлялись с этим подобием пищи.

Но жрать можно. Не заказывать же доставку из ресторана прямо на поле. Хотя было бы наверно забавно. Представив картину, как нам прямо тут накрывают стол с белой скатертью и как мы садимся в своих пропитанных потом пилотных комбез на изящные стулья, я усмехнулся. Официантов не хватало для полного образа. Представляю глаза персонала Меходрома, если бы они увидели нечто подобное.

Но нет, мы расположились прямо на траве, бросив вместо стола пленку полиэтилена.

— До сих пор не могу поверить, что они дали вам мехи, — Карл жевал серого вида хлебец, задумчиво разглядывая замершие неподалеку стальные исполины.

Я равнодушно пожал плечами.

— С их точки зрения, это вклад в будущее. Хотя если по правде, то благодарить надо не весь клан, а одну особу, посчитавшую, что риск того стоит. Не мне тебе объяснять, как это бывает.

Карл кивнул. Интриги среди кланов привычное дело. Если одна предусмотрительная представительница клана Валенштайн хочет обзавестись личным козырем, то это вполне в духе клановых интриг. Желание сыграть свою игру не считается чем-то предосудительным, но в случае провала легко может быть жестоко наказано.

Не исключаю, что Вилора метит куда выше, чем показала при разговоре. Возможно даже на место папаши. Свергнуть старого герцога, триумфально занять его место. Чем не цель для молодой амбициозной особы?

Словно прочитав мои мысли, Карл заметил:

— Вряд ли ее примут свои.

Верное замечание, в отличие от моего мира, где в истории хватало и королев и императриц, здесь правили исключительно мужчины. Логичное последствие выбранного развития с искусственной эволюцией, где роль женщин рожать следующее поколение одаренных. Более сильных, более умелых, более могущественных.

— Не факт, что она действительно собирается что-то делать. Возможно это всего лишь заготовка на будущее, — проронил я.

— Но носитель Старой крови, свободный от обязательств, лакомая добыча. Особенно в Спорных территория, — проницательно сказал Карл.

Я не стал ничего говорить. Все так и есть, но глупо гадать, не имея информации на которую можно опереться. В конце концов, никаких обещаний я не давал.

Поняв, что ответа не будет, гвардеец спокойно вернулся к поглощению сероватых хлебцов, намазывая на последние нечто напоминающее печеночный паштет.

Я перевел внимание на Майю.

— Как нейрочип себя показывает? Есть побочные эффекты?

Девчонке поставили модель для мехов «ORNI-TEK», недорогой, но вполне шустрый имплант, прозванный в среде пилотов «рабочей лошадкой» за широкое распространение и отличные показатели относительно цены.

— Нет, меня все устраивает, — Майя спокойно кивнула, продолжая сосредоточенно есть.

Последние дни привели ее в норму, заставив выбросить из головы всякие глупости. Физические нагрузки вкупе с новыми ощущениями от вождения огромных боевых машин вызвали нужный настрой, позволивший не отвлекаться на мелочи.

Благодаря тренировкам девчонка еще больше подтянулась, движения стали плавными и экономными. Навыки обращения с оружием показывали результаты наемника средней руки, из тех, что бывает на стрельбище раз в пару недель. Не идеал воина, но уже подходящая заготовка. Дальше пойдет легче.

Майя неожиданно подняла на меня глаза.

— Мы будем воевать? — она кивнула на стоящие шагоходы, уже облепленные техниками из обслуги Меходрома.

Я кивнул.

— Будем.

Пауза. Последовало уточнение.

— И убивать?

Я помедлил, кивнул.

— И убивать, — посмотрел на нее. — Тебя это волнует?

Странные вопросы от того, кто уже взял свою первую кровь. Но оказалось ее интересовало не это.

— Вы очень спокойно об этом говорите.

— О чем?

— Об убийствах. О смерти. О войне.

Она подсознательно что-то чует — мелькнуло у меня в голове. Различие между возрастом Тимофея и его образом мыслей, способом рассуждать. Можно списать на особенность воспитания в семьях Старой крови, но все равно какие-то отличие выделялись.

Карлу на это наплевать. Даже если что-то заметил, то ничего не скажет, его это просто не интересует. А вот Майя обратила внимание.

— Дело привычки, — как можно безразличнее бросил я.

Она помолчала, затем неожиданно добавила:

— Папаша Айзека ищет сына. Обещал вознаграждение за информацию, если кто-то что-то знает или видел.

Я равнодушно пожал плечами.

— Так убей, какие проблемы.

Легкая провокация удалась, девчонка спросила:

— Вы легко относитесь к человеческой жизни, это менталитете Старых семей или ваша индивидуальная особенность?

Я скрыл улыбку, не показывая, что легко раскусил ее, заставив выйти на откровенность. Она осмелела, раньше такого Майя себе не позволяла. Последние дни дали о себе знать, наделив уверенностью. Это хорошо, обычная послушная кукла на передних ролях будет обузой. У человека должна быть инициатива. Особенно, у имеющего статус приближенного в свите.

— Мне через многое пришлось пройти и рано повзрослеть, — сказал я. — Представь, что ты потеряла родителей не сейчас, а в двенадцать лет. Представь, что тебе пришлось бы выживать в одиночку, рассчитывая только на себя. Вот и ответ, откуда у людей разное восприятие жизни.

Я рассказал историю себя настоящего, а не Тимофея, но прозвучало достаточно убедительно. Майя медленно кивнула и больше не задавала вопросов.

Какое-то время мы обедали в тишине, пока я вновь не обратился к Карлу:

— Твои знакомые из G.A. ничего не говорили о новой работе? — я указал на стоящие мехи. — С учетом наших новых возможностей.

Гвардеец удивился.

— Вы хотите отправиться в бой?

— Надо обкатать машинки, — я снова кивнул в сторону мехов.

— Не рановато ли. Мы еще…

Я перебил

— Мы еще несколько месяцев можем тренироваться. Но от этого ничего не изменится. Надо или делать, или не делать. Другого не дано. Мы можем тут до скончания века играть в симуляторы, стреляя цифровыми ракетами. От этого сильнее не станешь. Будем набираться опыта на поле боя, если по-другому никак.

Карл понимающе сомкнув веки и медленно кивнул. Должно быть вспомнил философию кланов о выживании сильнейших, где любили бросать в воду и смотреть, выплывет-не выплывет, делая породу сильней.

— Я свяжусь со своим контактом.

Глава 18

18.

Раззолоченный швейцар с поклоном придержал стеклянную дверь, пропуская внутрь отеля. Небрежным кивком поблагодарив, я прошествовал внутрь.

Живой человек у входа в эпоху автоматических дверей и детекторов движения, для одних — дикость и несуразность, для других — консерватизм и респектабельность. В фешенебельных гостиницах, где номера начинались от двух тысяч за ночь, просто обязаны прислуживать швейцары, иначе терялся дух самого заведения.

Я прошел в фойе и почти сразу увидел Карла. Принявший после тренировки душ и посвежевший Ульбрихт-Бельских с привычной хмурой миной на лице приподнял руку, привлекая внимание. Бывший гвардеец выбрал место под квадратной декоративной колонной в окружении полукруглых диванчиков и журнального столика, достаточно в стороне от основной массы людей, находящихся в вечернее время в отельном фойе.

— Он скоро подойдет, — сообщил Карл, стоило мне приблизиться.

С моей стороны последовал короткий кивок. Эмиссар корпорации не стал выбирать какое-то определенное место для встречи, согласившись на наш вариант. Обычно такие переговоры проходили в более специфичных местах, вроде кабаков или ресторанов, где по традиции счет оплачивал представитель заказчика.

Карл равнодушно пялился в плоских экран небольшого телевизора, встроенного на уровне глаз декоративной колонны. Удобная штука, после выключения превращаются в незаметный элемент интерьера. Звук, разумеется, приглушен, не вылетая за пределы расставленных полукругом диванчиков, чтобы не беспокоить других гостей.

Покосившись на экран, я достал тонкую картонку планшета и запустил нужный сервис в сети.

— «Идентификация».

— «Номер регистра наемника».

— «Запрос на проведение операции».

— «Структура новообразованного формирования».

Поля для заполнения пролетели быстро, пальцы порхали по виртуальной клавиатуре вводя данные в пустые поля, задержка возникла только в самом конце электронного документа:

— «Название отряда».

Как насчет Мантикор? В меру броско, в меру красиво, не выделяется из ряда «гепардов» и «львов». Называть по-другому, значит привлекать к себе излишнее внимание. Хотя среди наемников каких-то только названий отрядов не было, тут сложно чем-то особенно выделиться.

— «Мантикоры».

— «Обработка запроса».

— «Процедура регистрации».

— «Уплата пошлины».

Выскочило окно с реквизитами. После банковского перевода, и получения подтверждающего письма, я стал командиром собственного наемного отряда. Процедура заняла не больше двух минут. Очень удобно.

А вот без регистра ничего бы не вышло. Статус официального наемника Спорных территорий предоставлял определенный набор привилегий, недоступный для бойцов из туземных солдат. В том числе, на формирование собственного отряда. Другой вопрос, что по прошествии тридцати дней, если новообразованное подразделение не заключит ни одного контракта, то будет автоматически распущено, без права повторного оформления в течении следующего полугода.

Учитывая данный факт и размер пошлины за регистрацию командного регистра в размере десяти тысяч кредитов, становилось понятно, что удовольствие это не для широкого круга масс.

Кстати, аборигены из Южного полушария тоже могли стать «официалами». Самый простой путь — вступить в отряд с командиром, имеющим регистр и доказать, что этого достоин. Согласно положениям Статута Кодекса, лидер отряда имел право отправить запрос на официальную регистрацию для любого своего бойца, и в большинстве своем оно автоматически одобрялось. Конечно, если претендент не был замечен в каких-либо преступлениях. В ином другом случае система не видела причин отказывать в получении регистра.

Еще существовал так называемый институт поручительства, когда любой солдат удачи с официальным статусом наемника мог поручиться за приятеля, дав ему необходимые рекомендации. Такие запросы система тоже проводила без особых проблем.

Ну и самый длинный и трудный путь: пытаться получить признание самостоятельно. Почти никаких шансов на успех. Без связей в среде наемников-официалов туземному бойцу почти невозможно подняться на уровень получения регистра.

Почему? Контроль. Власти не хотели, чтобы человек со стороны, из местных аборигенов, получил преимущества официального солдата удачи. Ведь с регистром он кроме всего прочего получал право на формирование собственного воинского подразделения, что не нравилось тем, кто находится наверху.

Другое дело человек, имеющий связи с другими наемниками. У него есть знакомые, есть друзья, есть ниточки, за которые можно потянуть в случае, если вдруг случится какой-нибудь форс-мажор.

Система не идеальна, но она доказала устойчивость, позволив сохранять баланс на рынке наемных услуг.

— Он сказал, что будет целью? — спросил я, отвлекая Карла от телевизора.

Гвардеец повернулся, затем бросил быстрый взгляд в сторону входа.

— Вот он, — помедлил. — Речь шла о какой-то недавно построенной фабрике. Ее нужно захватить. G.A. не понравилось, что другая корпорация пытается занять нишу, которую они уже выбрали для себя.

Я кивнул. Классика жанра для местных территорий. Не можешь завалить конкурента экономическими методами, завали его на физическом уровне. И ни у кого не возникнет вопросов. Кроме пострадавшей стороны разумеется.

Дикий Запад в чистом виде, где у кого пушка больше, тот и прав.

— Господа, добрый вечер.

Посланник Global Alliance оказался мужчина неопределенных лет невзрачной наружности. Неброский дорогой костюм, ничем не примечательная внешность. С одинаковым успехом он мог оказаться и муниципальным клерком чуть выше среднего уровня и представителем могущественной корпорации.

Вежливо поздоровавшись и дождавшись разрешавшего кивка, он занял диванчик напротив:

— С вашего позволения я сразу приступлю к делу.

Без долгих вступлений, сухо, коротко, сжато, нам изложили задачу, которую необходимо было решить.

Некая семейное предприятие под названием «Мелоун-Индастриз» построила завод по производству определенного вида продукции, которую уже производили наши друзья из G.A, рассчитывая забрать долю рынка, используя демпинговый прием. Было там что-то насчет сырья, доставка которого на новый завод обходилась гораздо дешевле и наличие расположенных поблизости источников топлива, тоже серьезно уменьшающих себестоимость продукции.

Разумеется, данный факт Глобал Альянсу совершенно не понравился и они решили сделать ход на опережение.

— Но если завод так опасен, почему его так плохо охраняют? — я кивнул на дисплей планшета, куда выводились данные об обороне объекта. Global Alliance предоставил всю собранную информацию о возводимом комплексе, включая привлеченные силы защиты.

— На данном этапе фабрика не представляет достойную цель для атаки крупными силами и Мелоун-Индастриз, полагает, что никто не станет нападать, так как операция обойдется намного дороже захваченного ресурса, — корпоранта помолчал и уточнил: — В абсолютных цифрах разумеется.

— Тогда зачем вы туда лезете? — не понял я.

По лицу представителя G.A. скользнула тонкая улыбка.

— Согласно выводам наших аналитиков, фабрика быстро выйдет на расчетную мощность и учитывая обширный рынок, начнет увеличивать скорость производства. Когда ниша рынка окажется заполнена, управляющие предложат владельцам переключится на другой вид продукции, существенно увеличив старые производственные площади.

— И обычная фабрика превратиться в мощный промышленный комплекс, — хмуро буркнул Карл.

Корпорант кивнул.

— В гига-фабрику. Чье появление в данной конкретной географической области нам совершенно не нужно.

Как там говорят: паровозы надо давить пока они чайники? Похоже именно этим наши друзья из G.A. решили заняться. Не самая худшая тактика, если подумать. Хотя тут скорее речь уже идет о долгосрочной стратегии.

— В общем все понятно, — я еще раз мазнул взглядом по экрану планшета со схемами обороны, раскиданных вокруг производственных цехов. Корпоративная разведка хорошо постаралась, добыв эти сведения.

— Тогда, с вашего позволения, я откланяюсь. Остальные инструкции в рабочем порядке… — корпорант начал подниматься.

Я предупреждающе поднял указательный палец. «Клерк» застыл в неудобной позе, затем нехотя вернулся на диванчик обратно.

— Два момента: первый, тут указанно, что атака планируется через два дня, но согласно положению фабрики, мы не успеем перевезти туда мехи. Слишком долго идти кораблю, — я вопросительно поднял бровь. — Или вы предлагаете другие способы транспортировки?

Корпорант нахмурился.

— А разве вам не сказали? Заброска будет происходить по суборбитальному маршруту.

Мы с Карлом быстро переглянулись. Через орбиту на челноке? У нас нет опыта для подобных перемещений.

— Насколько я понял, предварительный отбор исполнителей подразумевал этот момент, — слегка удивленно протянул корп.

Ясно, когда Карл предложил свои услуги, тот кто решал на первичном уровне, и не подумал уточнить насчет опыта суборбитальных забросок, считая бывшего гвардейца достаточно квалифицированным для таких операций.

Иногда репутация играет против своего хозяина.

— С этим могут возникнуть проблемы? — осторожно спросил корпорант.

Я быстро прикинул варианты.

— Где будет происходить высадка? Прямо на фабрике? — и не дожидаясь ответа потянул планшет с планом нападения на себя.

— Насколько мне известно нет, немного в стороне, чтобы обеспечить мехам свободу маневра.

Тогда еще ничего. Приземляться на свободной местности, не то же самое, что под плотным огнем противовоздушной обороны среди бетонных построек. На такие фокусы у нас точно не хватит ни умений, ни боевого опыта. А высадиться просто так не столь уж и сложно, все сделает автоматика.

— Вас что-то не устраивает?

Корпорант все еще оставался напряженным, ожидая услышать отказ. Тогда срочно придется ситуацию переигрывать, искать других исполнителей. Кстати об этом.

— Нет, все в порядке. Мы беремся. Но у меня еще один вопрос. Вы могли найти другой отряд, полноценное звено мехов. Они бы разнесли там все и захватили фабрику в предельно сжатые сроки. Зачем вам мы?

И вот тут я понял, что нас не то чтобы пытались обмануть напрямую, нет, скорее утаить некую информацию. Корпорант не вздрогнул, не отвел взгляд, просто что-то в его ауре незаметно изменилось, сигнализируя о давшем трещину эмоциональном поле.

Карл чуть сдвинулся. Совсем немного. Но в этом микроскопическом движении оказалось столько угрозы, что на этот раз корпорант не выдержал и вздрогнул.

— Видите-ли, мы точно не уверены, но есть информация, что в момент атаки на фабрике будет проводиться совещание высшего топ-менеджмента, где возможно будет присутствовать лично Ада Мелоун, — ответил корп и пояснил: — В своем время именно она отвечала за строительство этого комплекса.

Я быстро обдумал ситуацию.

— Шишка из корпорации? Я так понимаю Мелоун-Индастриз — семейное предприятие и эта Ада, является членом управляющего совета, — пауза. — С хорошей личной охраной, жизненно необходимой для такого уровня, особенно на территориях Колоний.

Теперь все стало на свои места. Global Alliance не хотел тратить большие деньги на крупный отряд наемников, поэтому планировал использовать нас. Параллельно решалась задача нейтрализации VIP-персоны, чья охрана могла помешать захвату объекта.

Видя, что ее детище хотят отобрать, Ада Мелоун вполне могла пойти на крайние меры, отправив личных охранников в бой. А подготовка у тех соответствующая, как и вооружение. В решающий момент они могли стать той соломинкой, что переломит ход сражения в нужную сторону.

Но если пилоты мехов будут одаренные, к тому же уже хорошо показавшие себя в предыдущей операции против сильного боевого мага (привет месье Дюбуа, дохлому французскому психопату), то они могут стать тем козырем в рукаве атакующих, который решит исход битвы.

Я даже не злился на сидящего напротив корпоранта. Играть обычных исполнителей втемную считалось в порядке вещей. К тому же вряд ли он это придумал самостоятельно, в конце концом он был обычным представителем основного заказчика. Посланником корпорации, но не тем, кто разрабатывает сам план.

Хотя ради воспитательного момента можно и прикончить засранца. О том же похоже подумал и Карл, по лицу наемника расползалась нехорошая улыбка, холодный взгляд обещающе уставился в лицо напряженному корпоранту.

— Послушайте, — «клерк» протестующе поднял перед собой руки. — Я говорил, что необходимо сразу указать все нюансы, но вы же понимаете, что я ничего не решаю.

От сухой деловитости не осталось и следа. Корп понимал, что такое Колонии, и как здесь наказывают за попытку обмана. Пусть даже это выражается в форме утаивания информации. В нашем случае — критически важной информации.

Я на секунду задумался, прикидывая как быть дальше. Попытка обмана на лицо. Но если подумать — не прямая попытка, а нечто иное, желание воспользоваться нанятым отрядом в собственных интересах. Когда бой начнется будет уже неважно, насколько откровенным оказался заказчик, не проинформировав насчет других факторов противодействия в виде охраны важного лица, могущих повлиять на ход штурма. Волей-неволей, нам придется сражаться дальше.

Такое для наемников сплошь и рядом. Часто их вообще использовали в качестве пушечного мяса и никого не волновало, что последует дальше. И я об этом прекрасно знал, еще по бою в пустыне за железнодорожную станцию Кросс-Роуд.

Оставалось решить, спускать ли это на тормозах или выдвигать встречные требования. Вариант отказаться от задания не рассматривался. Нужно обкатать новые мехи и поучиться управлять ими в условиях реального боя.

Нужна компенсация, но и перегибать не стоит. Тогда уже корпорация может отказаться, решив, что проще свернуть сотрудничество, отдав на откуп невзрачного посланника.

— Плюс двадцать процентов к основной ставке. Половина трофеев и вопрос обсуждения насчет Ады Мелоун.

Брови корпа скакнули вверх.

— Какой вопрос?

Было видно, что дополнительные требования его не особо шокировали. Значит боссы допускали, что все вскроется и придется поторговаться. Может стоило запросить больше?

— Как думаете, сколько заплатит владелец Мелоун-Индастриз за возвращение своей родственницы? — веско ответил я.

Глаза корпа расширились, судя по взгляду, он лихорадочно принялся обдумывать услышанную идею. До этого момента мысль захватить одну из центральных фигур новой фабрики (к тому же входившую в совет материнской компании) не приходила ему в голову. Ни ему, ни тем, кто планировал операцию.

Дело в том, что птицы такого полета, как правило имели несколько путей отхода даже в самых трудных ситуациях. Процедура эвакуация сверхважных персон в условиях Колоний была отработана. Таких людей можно либо убить (обычно сбить высокоскоростной ховербенд, кому не повезло уйти из зоны вражеского ПВО), либо дать уйти. Живыми в плен они попадали достаточно редко.

— Откуда у вас уверенность, что получится осуществить задуманное? — осторожно осведомился корпорант, лихорадочно про себя что-то прикидывая.

Успешность замысла гарантировала как минимум неплохой бонус, а в перспективе и повышение по карьерной лестнице. Сыграть захваченную шишку такого уровня, как Ада Мелоун можно было по-разному, в том числе весьма грязными методами путем банального шантажа. Но думаю, все закончится тщательным выведыванием корпоративных тайн, которые женщина наверняка знает в избытке. А зная их, можно уже будет нанести конкурентам невосполнимый урон, как в экономическом плане, так и в репутационном, когда заложницу «освободят» из рук грязных наемников, нарушивших условия контракта.

Все это столь явно читалось по глазам сидящего напротив корпоранта, что я заскучал и едва не зевнул. Как предсказуемо. Надо его немного расшевелить.

— Думаю пять миллионов кредитов будет достаточным вознаграждением за данную операцию, — я усмехнулся. — Клянусь всей магией мира, пять миллионов — очень хорошая и круглая цифра, которая отлично звучит.

Корпорант сглотнул, но не отвел взгляд. Рыбка заглотила наживку и теперь не желала срываться. Тем более, что платить все равно не ему.

— Я должен посоветоваться с начальством, — наконец выдавил корп и извиняющее улыбнулся. — Вы позволите ненадолго отойти?

С моей стороны последовал поощрительный кивок с намеком: иди, общайся, но помни, что стараешься не только ради нас, но и за себя.

Корпорант отошел. Карл, проводив его презрительным взглядом, повернулся, собираясь что-то сказать, но вдруг вздрогнул, уставившись в телевизор.

Проследив за его взглядом, я удивленно приподнял бровь. Ничего себе совпадение. Кажется следующие пару недель у нас будут очень насыщенными на события.

Глава 19

19.

— Это тот о ком я думаю? — тихо спросил я, слегка удивленно глядя на экран. Таких совпадений не бывает.

По телевизору показывали кадры, посвященные предстоящему приезду принцессы Генриетты — герцогини Магдельбурской в Скайфолл через несколько дней. Сьемки шли где-то в огромном дворце с анфиладами просторных залов, великолепно подходящих для роскошных торжеств и приемов на несколько сотен человек в виде красочных маскарадных балов.

Третья дочь Германского императора в окружении пышной свиты величественно шествовала по отделенным драгоценными породами дерева, редкими камнями и золотом залам, надменно вскинув подбородок и не обращая ни на кого внимание.

Огненно-рыжие волосы собраны в высокую прическу, платье старинного кроя, так гармонично смотрящееся на фоне украшенных залов. Вокруг статные кавалеры и дамы, наряженные в похожий старинный стиль. Кажется операторы запечатлели выход в один из вечеров, посвященных историческому событию.

Придворная знать любили подобные праздники, с удовольствием переодевалась, представляя себя на месте предков.

Идущий в толпе свиты крайний справа мужчина выделялся богатством одеяния. Шитый серебром камзол был украшен причудливой вышивкой. На широком кожаной перевязи висела отделанная драгоценными камнями старинная шпага похожая на музейный экспонат.

— Я ошибаюсь или это действительно твой дядя? — я покосился на Карла.

Изгнанник с ненавистью глядел на указанного мужчину, провожая его каждый шаг.

— Почему он в свите германской принцессы? — я сверился с бегущим текстом внизу и уточнил: — Третьей дочерью императора Генриеттой — герцогини Магдельбурской? Разве род Ульбрихт-Бельских не является вассалом русского императора?

Карл не ответил, полностью занятый холеной физиономией родственника, доставившего ему так много бед. Пришлось пойти на крайние меры и выключить телевизор.

Свободно откинувшись на спинку диванчика, я хладнокровно встретил бешенный взгляд отставного гвардейца, повернувшегося в поисках того, кто осмелился прерывать его наблюдение за ненавистным врагом.

Повернулся, и наткнулся на безмятежный взгляд, приправленный толикой холода. И очнулся.

— Извините, милорд, — Карл склонил голову.

— Надеюсь свободное время ты не проводишь таким же образом — пялясь на экран с изображением твоего дяди, — рассеяно обронил я.

Наемник молча мотнул головой. Было видно, что увиденное произвело на него тяжкое впечатление.

— Я думал, что это только слухи. Но оказалось правда, он действительно переметнулся на сторону тевтонской империи.

— С чем это связано? — быстро спросил я.

Карл помедлил.

— Ему обещали, что он сможет основать собственный род.

Я понимающе смежил веки. Перебежчики были во все времена. Стать главой собственной семьи, получить независимость — для многих амбициозных одаренных это считалось пределом мечтаний. Проблема в том, что осуществить мечту не так просто, как может показаться на первый взгляд. Без поддержки, без ресурсов более сильного рода, все это как правило не уходило дальше теоретических измышлений.

Мой пример в этом плане показателен. Если бы предки не озаботились заранее о знаниях и спрятанном в глубинах Астрала домене, ни о каком возрождении клана можно было бы не мечтать. Слишком сложный, практически невозможный процесс, требующий приложения безумных сил.

— Сказали, что принцесса приезжает в Скайфолл, полагаю это как-то связано с недавними стычками тевтонов с бриттами по всей территории Колоний. Полагаю, если он входит в ее свиту, то его тоже можно ожидать. Чем не удачный случай разобраться с давним недругом? — спросил я, в первую очередь отслеживая реакцию собеседника на предложение.

Карл вскинул голову и тут же потух.

— Не получится. Ее слишком хорошо будут охранять. А значит и его. Вокруг всегда будет много охраны. Даже в Скайфолле.

Какой пессимистичный взгляд на вещи. Где же хвалебная гвардейская собранность?

— Когда судьба подкидывает шанс следует им пользоваться, а не ныть, что ничего невозможно, — презрительно бросил я.

Череда предков Мещерских в моей крови с отвращением смотрела на жалкое создание, когда-то бывшее воином, а теперь так быстро сломавшее под гнетом обстоятельств. Они рассуждали совершенно иначе. Есть враг — его надо убить. Кто-то мешает — того тоже в расход. Ситуация не благоприятствует — значит ее надо изменить и плевать как, даже если для его придется прогнуть под себя весь остальной мир. Ведь все очень просто: есть цель и желание ее достичь — остальное неважно.

Узнай кто. Найди и убей. Вырви сердце. В чем проблема? Так жили и поступали далекие предки, ни на секунду не сомневаясь в собственном превосходстве. Стальная воля вели их вперед, на самые вершины магического и человеческого могущества.

Иное дело, куда их эта жажда знаний и власти в конечном итоге привела. Но это уже другая история.

— Я обещал тебе разобраться с дядей? Я сделаю это, — холодно произнес я.

Увиденный старый враг всколыхнул тяжесть спрятанных глубоко внутри воспоминаний, еще целую секунду Карл сидел неподвижно, глядя перед собой в пустоту.

— Посмотри на меня. Веришь мне?

Сломленный изгнанник неохотно поднял голову и увидел что-то в моих глазах, потому что спросил, еще безжизненным, но уже на глазах оживающим голосом.

— Как?

Я с аристократической небрежностью отмахнулся.

— Вопрос «как» оставим на потом. Главное сейчас решить: ты хочешь убить своего дядю или нет? Все остальное лишь частности.

По лицу Карла скользнула сухая улыбка, железобетонная уверенность совсем юного по сравнению с ним собеседника вызвала недоверие.

— Он с дочкой германского императора, — зачем-то напомнил он.

Во мне что-то всколыхнулось, что-то темное, что-то злое. Что-то, рвущее мир на части.

— Да хоть с самим императором, — свистящим шепотом произнес я, наклоняясь вперед. — Если понадобится, мы убьем всех: принцессу, ее окружении, всех кто попытается помешать.

Меня затопила чистая незамутненная ярость, острая, как хорошо заточенный клинок и безжалостная, как самый голодный хищник. Я хотел раздавить слизняка, посмевшего усомниться в том, что есть в этом мире что-то, что для меня может остановить.

Краем сознания я понимал, что это эмоции, всплывшие из глубины разбуженной крови, но ничего не мог с этим поделать.

Не хотел ничего делать.

Я искренне наслаждался этим чувством — ощущением превосходства над всеми. Холодной, как кристаллический лед яростью, способной рвать мир на части.

Именно обладая таким характером, такой волей, такой несокрушимой уверенностью в себе, в древности первые маги пробивали себе путь наверх, основывая собственные колдовские кланы.

Потому что иначе никак. Любого другого на этом пути собьют, сотрут в порошок, втопчут в пыль, оставив на задворках истории. Только такие люди могли добиться того, что для остальных казалось невозможно. Они не признавали выше себя никого, не склоняли головы, и лишь были способны признать кого-то равными. Но только того, кто как и они доказал, что достоин находится на самой вершине.

— Простите, мой лорд, — Карл внезапно вскочил с диванчика и тут же рухнул на одно колено, склонив голову, не обращая внимание на удивленные взгляды некоторых гостей отеля по соседству, заметивших странное поведение человека.

Впрочем, увидев коленопреклонению фигуру и надменное выражение лица у того, перед тем склонился незнакомец, многие поспешили отвести взгляд, быстро опознав, что дело связано с аристо. А в дела высокородных обычные люди предпочитали не лезть, справедливо опасаясь последствий.

— Хватит, — раздраженно бросил я. Вспышка ледяной ярости прошла, оставив после себя приятное послевкусие.

И я вдруг понял, что если бы Карл не вскочил, я действительно мог его убить. Прямо здесь и прямо сейчас. Не за то, что повел себя как слизняк, а за то, что не поверил, что смогу выполнить однажды данное обещание.

Неверия в силу сюзерена в старинные времена считалось тяжелым проступком. За это карали почти так же жестоко, как за прямое предательство.

Кровь Мещерских бурлила, предки требовали воздаяния, но усилием воли удалось побороть их гнев. Еще не хватало, прогибаться под волю давно умерших призраков.

Самое забавное, что они одобрили бы это поведение, потому что вели бы себя точно также, не давая управлять собой никому, даже своим благородным предками.

Есть ты, твоя сила и воля, все остальное ничто.

— Я сделаю то, что обещал и ты получишь кровь своего дяди. Как? Пока не знаю, но это будет обязательно сделано, — я откинулся назад и властно повелел, заговорив чужим голосом: — Встань.

Карл плавно поднялся, на секунду замерев и тут же скользнул на кушетку, поняв, что раздражает своей стойкой оловянного солдатика.

— Сейчас у нас более важные дела. Рейда против «Мелоун-Индастриз», — напомнил я, возвращаясь в обычное состояние. — Как вернемся, займемся твоей проблемой.

Карл кивнул. Я действительно пока не представлял, как именно мы доберемся до его дяди. Вхождение в свиту особы императорской крови делало затею довольно опасной. Если не невозможной.

Однако имелись и положительные стороны: во-первых — Генриетта, герцогиня Магдельбурская была лишь третьей дочерью, что делало ее статус более низким, чем у ее старших сестер, а значит охрана будет не такая плотная. Во-вторых, и это главное — означаемая рыжеволосая герцогиня собиралась посетить Скайфолл. Что тоже являлось немаловажным фактом.

Это в Метрополиях убивать особ императорской крови дурной тон, а в Спорных территориях можно хоть Папу римского зарезать, никто и слова не скажет. Колонии, что с них возьмешь.

Разумеется, это не значило, что я собирался намеренно убивать дочку не самого последнего в мире монарха (к тому же, как и все выходцы из Старых семей она сама обладала внушительной силой, без охраны являясь весьма сложной целью для ликвидации), но что помешает провести имитацию покушения и под его прикрытием уничтожить настоящую цель?

Сложно. Но уже не невозможно. Если конечно постараться и приложить немного усилий.

Я вновь включил телевизор. Но на этот раз Карл не стал смотреть на экран. Неожиданно гвардеец сказал:

— Прощу прощения за мое поведение, милорд.

Я кивнул, понимая, что у всех есть слабости. Но где-то внутри подсознательный голос ядовито заметил: будь на месте этого остолопа настоящая Старая кровь, а не ее подобие из второстепенной ветви, то такого бы никогда не случилось. Ульбрихт-Бельские, это не Бельские. Первые лишь подобие клана, вторые настоящая древняя кровь.

Именно поэтому подробности возможного плана Карлу пока лучшее не знать. Будь на его месте чистокровный Бельский, он бы лишь ухмыльнулся. Убийство членов королевских семей для старых кланов не выглядело чем-то экстраординарным. Признавая за ними силу, они не вовсе не считали их выше себя, в любой момент готовые доказать свою независимость.

Другое дело побочная ветвь, к тому же с выходцем, прошедшим подготовку в гвардии. Там специально вплетали в обучение почтение перед членами императорской семьи для повышения лояльности. Для таких покушение даже на чужую принцессу может выглядеть святотатством.

Впрочем, могу ошибаться, в конечном итоге Карл довольно долго времени провел вдали от дома и мог давно растерять прежние установки. Особенно в условиях непредсказуемых Колоний, где сила давно решала больше старинных обычаев.

К нам незаметно вернулся корпорант.

— Я поговорил с руководством, они согласны на ваши условия.

Другого я и не ждал. Слишком жирная наживка, чтобы отказываться просто так.

— Увеличение контракта на двадцать процентов? — тем не менее уточнил я.

Последовал короткий кивок.

— И пять миллионов сверху, если вам удастся выполнить задуманное.

Настала моя очередь качать согласно головой. Корп помедлил, затем начал прощаться.

— Если это все, то позвольте отклоняться. С вашего позволения у меня еще сегодня дела.

Я коротким кивком отпустил представителя G.A. Он ушел быстро, на ходу вновь доставая из кармана телефон, больше похожий на портативный терминал связи. Крутая игрушка наверное, с кучей наворотов вроде выделенного канала и специальными криптографическими программами для шифрования.

Я мазнул взглядом по часам. Нам тоже пора. Мы расстались с Карлом, отправившись каждый в свой номер. Больше о дяде, мы с ним не разговаривал.

Следующие сорок восемь часов вместили в себя множество событий, в основном мелких и незначительных, связанных с подготовкой к боевой операций, за исключением одного — Майя разобралась с папашей одного из тех придурков, что искал пропавшего сыночка, задавая в районах пригорода вопросы.

Девчонка с удовольствием прикончила того, кто собирался выбросить ее на улицу, когда родители погибли, но сделала это взвешенно и хладнокровно, не поря горячку, как подспудно ожидалось от бывшей иногда чересчур взбалмошной девицы. Даже следы за собой замела, прибрав место убийства.

Меня это впечатлило.

Карл подстраховал, но помощь не потребовалась. Майя действовала согласно разработанному плану, взяв за основу ликвидацию двух первых ублюдков, мечтающих не сколько поиметь беззащитную девчонку, сколько заделаться ее сутенерами.

Один намек там, пущенный слух здесь, и сообщение об информации о судьбе сынка, переданное через третий руки дошло до адресата. Папаша пришел на указанный адрес, думая что будет иметь дело с малолетней проституткой, с которой сынок недавно хорошо загулял.

Дальше просто, короткий халатик, едва прикрывающий длинные стройные ноги, отвлек внимания мужика достаточно, чтобы выхватить пистолет, приставить к голове и плавно нажать на спуск.

Узнав подробности, я удивился, не ожидал столь хладнокровных и обдуманных действия. И поздравил себя с тем, что в свое время сделал удачный выбор.

Заготовка для клинка Дома и правда оказалась вполне хороша. Не идеальной, но достаточно неплохой. Все это отметил машинально, давно уже не удивляясь расчетливым мыслям.

Одно волновало, как бы молодой неокрепший ум не сорвался и не вошел во вкус. Маньяки, жаждущие крови, на службе не нужны. То есть, конечно, нужны и бывают полезны, в этом отношении память предков Мещерских носила положительный опыт, но не здесь и не прямо сейчас. Слишком уж специфические кадры, требующего особого обращения.

Впрочем, все это не так уж и важно.

Боевая операция против «Мелоун-Индастриз», захват одного из управляющих директоров, даже убийство дяди Карла, отморозка, приказавшего изнасиловать и убить невесту родного племенника — все это казалось второстепенным.

На первом месте стояло основание собственного домена. Точнее его возрождение. А если еще точнее — поиска места, где можно его разместить. К сожалению, в этом плане выбор оставался довольно ограниченным. Все более или менее приемлемые участки давно и плотно оккупировали другие хозяева, выгонять которых просто так не получится. А селиться где-нибудь в пустыни или джунглях, я не хотел.

Имелся конечно еще вариант найти бесхозный остров и застолбить его по праву полной ненужности, но тогда вставал вопрос обеспечения и связи с остальным миром. Преимущества в этом случае были, никто не позариться на бесполезный кусок суши, но жить отшельником на одиноком острове, все равно, что жить в той же пустыне. Глупо и бесперспективно. А я собирался избежать такого пути. Домен требовал усиленного развития.

Например мне хотелось построить порт. А еще фабрику. Или что-то другое, приносящее деньги. Жить от контракта к контракту главе клана не по рангу. Нужны постоянные источники финансирования. И средства для их хорошей защиты. Мой дом — моя крепость — в отношении родовых доменов звучало не простым пожеланием, а инструкцией к исполнению.

Но все это потребует огромного количества средств. И сил. И ресурсов. А главное — времени. Которое имеет свойство незаметно заканчиваться.

К исходу вторых суток подготовка была закончена. И три меха ритмично шагая, проследовали по серому покрытию из огнестойкого бетона взлетной полосы космопорта Скайфолла. На стартовой площадке замер готовый к пружку суборбитальный челнок со спущенной вниз аппарелью, и распахнутыми настежь створками грузового отсека.

Рейд против «Мелоун-Индастриз» начался.

Глава 20

20.

— «Запуск».

Секундное ощущение падения в пустоту, резкий рывок и тело вдавливается в ложемент под действием диких перезагрузок. Затем включаются дополнительные движки. Мех, заключенный в кокон из специального материала, поглощающего излучение стационарных РЛС, начинает планирующее падение за счет стабилизаторов и маломощных маневровых, помогающих войти в верхние слои атмосферы.

В кабине темно и немного душно. Почти все электроника заглушена, любое неверное движение и хрупкий кокон рассыплется, поэтому никакой активности до самого сброса из десантных капсул, а затем еще несколько минут до этапа коррекции и наведения на цель.

Суборбитальная заброска весьма сложная с технической точки зрения процедура, и очень простая для пилота меха с точки зрения наличия необходимых личных навыков. От пилота ничего не требуется, все делает автоматика. Тебе остается лишь ждать и надеется, что машинерия справится с поставленной задачей, не наделав ошибок. Любая поломка, любой недочет и капсула вместе с коконом и спрятанным внутри боевым роботом сгорят в плотных слоях атмосферы, не достигнув земли.

Еще хуже, если что-то выйдет из строя уже в ходе свободного падения, когда начнут работать основные тормозные системы. В этом случае, ты уже будешь видеть, как летишь вниз, наблюдая приближающуюся поверхность. Ощущение надвигающейся смерти может свести с ума — выхода из меха нет, покинуть стальную коробку ты уже не в состоянии и остается только смотреть, как быстро вырастает в размерах земля, в которую тебе предстоит врезаться, сыграв посмертную роль огненного болида.

Говорили многие пилоты сходили с ума еще не достигнув поверхности, когда приходило понимание, что что-то пошло не так и выжить уже не получится. Их безумные крики еще долго слушали по рации, пока они летели навстречу земле.

Да, системы десантирования имели множество вспомогательных и дублирующих цепей, обеспечивающих работу даже когда основные узлы вышли из строя. Но всегда есть место случаю и тогда водителям мехов оставалось только молиться…

Кабину снова тряхнуло. Я сквозь зубы выругался, поняв, что последние тридцать секунд напряженно пытаюсь прислушаться к звукам вокруг, нет ли чего подозрительного, не отлетела ли какая-нибудь деталь.

Поймав себя на это мысли, снова ругнулся. Лицо прорезала кривая ухмылка. Чертова мнительность и дурацкий инструктаж перед выброской от пилота суборбитального челнока, ограничившегося короткой фразой: «первый раз ребята? не волнуйтесь все будет в порядке, доставлю в лучшем виде», вызвали не самое лучшее настроение перед стартом.

Полюбоваться открытыми видами космоса тоже не получилось, запертые в металлических банках, нам оставалось только ждать, пока все закончится. Даже внутренняя связь не работала, как и силовые установки мехов, намертво заглушенные по регламенту безопасности старта носителя.

Если подумать, более идиотской ситуации трудно представить. Сидишь в полной темноте и ждешь, когда тебя сбросят с орбиты, параллельно надеешься, что ничего не случится и все пройдет гладко.

Помниться по телевизору такой же процесс показывали более красочно. С трансляцией снаружи, с видами блестящим шаром планеты, с яростным огнем работающих тормозных двигателей, с красивым голубым небом, появляющимся после раскрытия кокона. Даже в конце приземление показали, как звено боевых роботов, обрушилось прямо с небес на растерянные порядки противника. Правда не уверен, что последнее не было компьютерной графикой…

— «Десять секунд»

Односторонние сообщения с челнока тоже вызывали раздражение своим лаконизмом. Десять секунд чего? Чертов шаттл уже наверное приземлился или улетел на другую половину планеты, нельзя быть более конкретным?

В ту же секунду мех тряхнуло особенно сильно и темная завеса, окружающая кабину, разлетелась множеством мелких осколков.

На секунду глаза ослепило от яркого солнца. Даже зажмуриться пришлось с непривычки. Сразу заработала связь.

— «Это «Второй», запускаю диагностику бортовых систем», — голос Карла прозвучал как обычно сухо и деловито. Опытный вояка быстрее всех среагировал, на автомате начав выполнять нужные пункты инструкции после вскрытия кокона.

Хорошо их все-таки вымуштровали в гвардии.

— «Это «Первый», идет проверка систем, — я тоже нажал кнопку запуска основной энергетической установки меха. Пол под ногами легонько вздрогнул, экраны на приборной доске ожили, выводя информацию с бортовых систем.

— «Это «Третья», включаю диагностику, — Майя постаралась скопировать сухую деловитость Карла, с кем в последнее недели проводила много времени на тренировках. Но голос у девчонки дрогнул. Проскользнуло явное облегчение, что темнота вокруг рассеялась, и из кабины меха стало хоть что-то видно.

Снова рывок, сработали парашютные системы. Падение стало замедленным. Попытка подключиться через нейрочип отклоняется центральным процессором меха, любое неверное движение сейчас только помешает выйти на заданную траекторию управляемого падения.

— «Тридцать секунду до срабатываниям тормозных систем», — на этот раз текст всплыл на главном экране. Это уже сам мех, связь с шаттлом потеряна.

Проверка глиссады снижения, пунктирная линия на трехмерной карте показала точку будущего приземления. Сверившись с координатами на географической сетке и отметив пункты навигационной привязки, я удовлетворенно качнул головой. Все верно, именно сюда нам и надо. До земли оставалось несколько сотен метров.

— Начали, — глухо сказал я.

В ту же секунду стропы парашютных систем отвалились, пару мгновений махина меха падала вниз огромным металлическим камнем. Желудок скакнул к горлу, протестуя против таких издевательств над организмом. Затем включились последние тормозные движки.

Робот как будто врезался ногами в бетонную стену, после его подбросило вверх. Желудок совершил обратный маневр, вызвав внутри тела болтанку.

Черт. Так и сблевануть недолго. Хорошо хоть умные люди посоветовали перед заброской много не есть. Приборная панель кабины в остатках обеда вряд ли бы хорошо смотрелись перед началом боя.

Мех плавно приземлялся. Расположенные по бокам тормозные движки в специальных транспортных контейнерах изрыгали волны синего пламени, как пушинку опускали на землю огромного металлического монстра.

До земли оставались сущие метры.

Касание. Амортизаторы мягко прогнулись и выпрямились. Мех встал во весь рост. Следом произошел сброс отработавших свое движков.

Все. Точное стопроцентное приземление. «Оплот» твердо и уверено стоял на земле. Я медленно выдохнул. Нервная все-таки это процедура — суборбитальная заброска.

Коннект с нейронным портом. Затылок затягивает холодом. Привычное ощущение слияния с бортовыми системами.

Пара нажатий на приборной доске и открывается дополнительный канал связи со штабом операции. Где-то западнее нас должен находится Мобком корпорации в сопровождении подвижных артиллерийских платформ. Последние потом выдвинуться вперед, чтобы не демаскировать расположение командного пункта.

— Мы начинаем, — буркнул я, двигая мех.

— Принято, — голос офицера-связи Global Alliance прозвучал деловито. Почти как у Карла, тоже, наверное, вояка из отставников.

Я двинул «Оплот», ориентируясь по карте. «Гадюка» Майи и «Дефендер» Карла начали движение почти одновременно. Оба среднего класса, неплохо вооружены, с хорошим уровнем защищенности. Первый по спецификации в основном выполняет разведывательные функции, но может при случае и навести жару. Второй более основательный, служит опорой поддержки при атакующих операциях.

Мой «Оплот» считается штурмовым классом. Но с учетом общего морального устаревания, его с трудом можно отнести к полноценным штурмовикам прорыва. По моей просьбе и согласно разработанному плану операции, мех оснастили дополнительными слоями защиты, навесив плиты брони из специального сплава. Моя роль непритязательна — принимать на себя удары, стремясь прорвать периметр обороны.

Любая битва в первую очередь — это состязание умов. Если правильно рассчитать силы, применить их в нужное время и в нужном месте, то подавляющего преимущества не нужно, победа и так будет достигнута. Проблема в том, что особо думать нам и не пришлось, противник не озаботился хорошей защитой объекта.

План был прост до безобразия. Три меха идут на острие атаки, пробивают оборону, расширяют зону вторжения, если надо обходят фланги и ждут, когда в образовавшийся прорыв устремится десант G.A.

Все настолько просто, что даже координации особо не требовалось. Кроме нас тут больше мехов нет, союзники подойдут позже, стреляй во все что движется и шагай себе вперед. Даже малоопытный пилот справится.

Единственная просьба, высказанная руководством Альянса — постараться не разрушать производственные цеха недавно построенной фабрики. Корпоранты надеялись захватить актив в относительной целости, чтобы потом не пришлось проводить дорогостоящего восстановления. Зачем нужен завод, если его превратят в кучу побитого щебня?

— Первая точка пройдена. Продолжаю движение, — доложил Карл.

Следом что-то неразборчивое пробубнила Майя. На горизонте показались первые приземистые строение. Судя по карте — накопительные склады для готовой продукции. Где-то здесь должна проходить железная дорога…

— Огневой контакт! — рявкнул я, не успев додумать до конца.

В меня выстрелили. С шипением с пригорка слетела ракета, оставляя за собой дымный след. Секунда полета и легкий удар. Боеприпас сдетонировал, не долетев до цели нескольких метров. Обломки подорванного снаряда бессильно замолотили по бронированной поверхности меха. Робот даже не покачнулся.

Черт. Неужели сработало? Перед самым началом движения я рискнул применить одно сложное заклинание. Оно не создавало абсолютной защиты вроде тотального кинетического щита— слишком много бы потребовалось энергии на такую штуку, а окутывало переднюю полусфера меха нечто вроде прерывистой сетью, пересекая которое любое взрывчатое вещество подрывалось.

— Обнаружена позиция техники. Начинаю зачистку, — спокойно сообщил Карл.

Издалека прилетели звуки быстрых выстрелов автопушки. Похожий на стрекот гигантского кузнечика, он лучше любых докладов информировал о начале боя.

За приземистой постройкой вспух огненный шар. Похоже Карл попал по резервуару с топливом.

— Веду бой! Веду бой! — азартно прокричала в эфир Майя и выстрелила из сдвоенного орудия по верхушке трехэтажного здания.

Верхний этаж напрочь снесло, только полетели обломки.

Уже успокоившийся от внезапной атаки и убедившийся в функциональности колдовской сети, ловящей реактивные гранаты не хуже сачка для бабочек, я хмуро буркнул:

— Осторожней там. Нам не нужны развалины.

Вместо ответа по мне снова выстрелили, на этот раз из стационарной установки похожей на тандем скорострельных авиационных пушек и противотанковых гранатометов. И если последние безвредно взорвались на расстоянии от корпуса меха, то вторые без вреда преодолели заклинание-паутину, застучав по бронированной обшивке стальным градом.

Дерьмо. Я ругнулся. Каждый дистанционный подрыв вытягивали из заклинания энергию, а то в свою очередь вытягивало ее из меня. Еще парочка попаданий и придется довольствоваться обычной защитой.

Словно в насмешку в меня сразу полетело несколько реактивных снарядов. Одно даже преодолело мерцающую сеть, оказавшись с хитринкой — тандемный боеприпас подорвался не до конца, позволив ударной части долететь до бронеплит с правого бока.

Взрыв. Мех ощутимо тряхнуло. Я снова ругнулся сквозь зубы и навел прицельный крестик на место запуска.

— Пуск.

Стайка микро-ракет вырвалась из пусковой с правого плеча меха, стальными птичками устремившись в противника. Секунда разгона и почти сразу контакт.

— БУ-УМ!!! — разнеслось по округе. Боеголовки в ракетах тоже оказались с сюрпризом, неся в себе термобарическую начинку.

Я широко ухмыльнулся. Оптика меха послушно приблизила результаты попадания. На месте взорванного капонира осталась лишь груда обломков. Вверх лениво поднимался густой черный дым.

Как-то слишком хорошо бахнуло, наверное одна из ракет попала в боеприпасы, разнеся неплохо укрепленное убежище на куски изнутри.

— Справа на десять часов. Квадрат три, — донесся по каналу связи голос Карла. — Наблюдаю три единицы техники. Подходят с юга.

Противнику подошло подкрепление. Ожидаемо.

Сковать основные силы обороны, вырваться на оперативный простор, обойти при необходимости с флангов, взяв в охват участок прорыв, выполнить перестроение и ударить в самую уязвимую часть периметра безопасности. Дальше следует перегруппировка с изменением наступательной формации в виде наконечника копья, где на острие будет находиться Оплот, а Гадюка и Дефендер прикрывать фланги.

Враг тоже не будет ждать и начнет стягивать остатки войск на последние рубежи, пытаясь если не остановить, то хотя бы затормозить продвижение мехов, пока с другой стороны подходят резервы.

— Они вышли на ударную позицию, — доложил Карл.

Я медленно выдохнул.

— Начинаем пляски.

С последним словом в воздух отправилась новая порция ракет по разведанным позициям противника. Данные прошли с запущенных дронов, четко передав координаты для нанесения ударов.

Издалека отработали по местности роботизированные артиллерийские установки, вскрывая бронированные укрытия, как консервные банки. Земля затряслась от мощных разрывов.

Кабина меха ощутимо дрогнула, какой-то псих залез за крышу здания и выстрелил из заброшенного на плечо ручного гранатомета. Попадание снесло один лист брони, не причинив боевому роботу особого урона.

Пальцы утонули в гашетке, я ударил в ответ, не поскупившись сразу на две ракеты. Бортик покатой крыши вместе с приличным куском здания подбросило в воздух, разметав конструкцию на ошметки. Изломанную человеческую фигурку швырнуло вверх, как тряпичную куклу.

— Отморозок, — буркнул я, мимоходом подивившись проявленной глупости. На храбрость это деяние не тянуло. Надо быть психом, чтобы пытаться подбить штурмовой мех из ручного ракетомета.

Кабина снова затряслась от многочисленных попаданий. Кто-то увлеченно поливал Оплот из спаренных крупнокалиберных пулеметов.

Снова пуск ракет. И снова огненный взрыв, уничтожающий очередную оборонительную точку. Мех упорно продвигался вперед, оставляя после себя груды горящих обломков, над которыми лениво поднимались клубы маслянистого густого черного дыма.

Карл и Майя не отставали, подавляя перед собой любые очаги сопротивления. Вскоре перед нами показались первые производственные строения. Воевать рядом с цехами, где установлено сложное оборудование нельзя.

— Поворот. Тридцать градусов. Выходим на второй маршрут, — карта послушно прочертила вторую линию, отобразив новый вектор атаки.

Смену направления поддержали артиллерийские установки, залив морем огня новые цели.

Наши действия походили на хорошо сыгранные оркестр. А боевые информационные системы выступали в роли палочек дирижера, указывая куда идти и что делать. Современная война — это мелодия, где каждый участник должен играть свою роль. Один сфальшивит и все песня рухнет. Пока что никто из участников не сбивался.

— «Критический урон. Рекомендуема выход из боя», — неожиданно всплыла надпись на боковом дисплее. Бортовому компьютеру не понравилась очередная серий попадания.

Последние минуты «Оплот» трясся, как ненормальный. Очутившись на острие атаки, массивный мех стал удобной мишенью для всех оказавшихся в этом квадрате защитников, поспешивших показать, что с боеприпасами у них пока что все в полном порядке.

На меня обрушился ураган ракет, снарядов и реактивных боеприпасов. Пришлось даже поднапрячься и вновь разворачивать колдовскую сеть, настолько напор оказался силен.

Но «Оплот» выдержал. Модернизированный специально под интенсивные военные действия, мех вполне неплохо вел себя даже под самым плотным обстрелом, сохраняя живучесть и что особенно важно — подвижность.

— «Захват цели».

— «Корректировка».

— «Передача данных».

— «Запрос на совмещенный залп».

— «Подтверждение».

— «Обмен данными».

— «Синхронизации».

Быстро пролетевшие по экрану надписи, пауза и разрешающий аккорд:

— «Залп».

Три меха выстрели одновременно. «Гадюка» спаренными орудиями, «Дефендер» скорострельными пушками, «Оплот» залпом из пусковых установок. Часть стены последнего периметра защиты буквально испарилась. Высокопрочный бетон снесло, проделав широкий пролом, где легко пройдет мех.

В ответ прилетело несколько снарядов, но на это раз не прицельно. Почти все ушли в молоко, только парочка зацепила стоящий впереди мех. Отлетели куски брони, снятые металлической стружкой, но Оплот даже не тормознул. От сдвоенных попаданий мех еще покачивался, вынужденный на пару секунд останавливаться — законы физики никто не отменял, но такие выстрелы робот почти не замечал.

Кажется все. Запал защитников исчерпал себя после прорыва последнего кольца обороны со снесенной стеной.

Стрельба прекратилась. Мех вслед за этим остановился. От обшивки исходил дым, плиты брони несли следы многочисленных попаданий, в нескольких местах сверхстойкий металл оплавился.

Я вдруг понял, насколько сильно устал. А ведь еще ничего не закончилось. До административной башни фабричного управления, где засел топ-менеджмент компании осталось меньше трех миль.

— Мы на подходе, — сообщил офицер-связи, информируя о прибытии десанта G.A.

Отлично, осталась сущая мелочь, схитрить, изобразив, что пошли на переговоры, а в это время вычислить, как будет уходить главная фигура на фабрике, и перехватить ее до того, как она доберется своего ховера, который наверняка стоит под всеми парами где-нибудь неподалеку.

Перед тем, как отправить запрос на вызов, я помедлил, затем нажал кнопку и перенаправил сигнал на мех Карла. Сам же быстро выбрался из ремней безопасности ложемента и скользнул из кабины меха вниз. Надо поторапливаться, пока Ада Мелоун не удрала. В конце концов, пять миллионов кредитов никто просто так не даст, придется немного побегать.

Глава 21

21.

Подошвы ботинок ударились об землю вызвав облачко пыли. Рука коснулась поверхности корпуса робота, сохраняя равновесие. Обшивка меха отдавала ощутимым теплом. С тихим лязгом сборная лестница втянулась наверх. Кабина закрылась, не пуская внутрь никого, кроме пилота.

Я бросил рассеянный взгляд по сторонам. Из-за углов вытянутых зданий, выглядывало пару человек из местного персонала. Боязливое выражение на лице говорило, что неприятностей от них можно не ждать. Остальные защитники давно разбежались, признав сопротивление бесполезным. Гигантский Оплот возвышался над окружающими постройками стальным великаном, подавляя мощью и угрозой тотального разрушения.

Тело снова качнулась. Я выругался, какой раз за день. Усталость давала о себе знать. Десантирование с орбиты, поход с места высадки к фабрике, нервотрепка боя — все ужасно выматывало, заставляя вспомнить, что несмотря ни на какие магические силы, ты все еще человек.

— Ладно, и не через такое проходили, — пробормотал я, доставая из нагрудного кармана комбеза продолговатый стержень одноразового шприца.

Игла вошла сквозь ткань легко и непринужденно. Палец утонул в кнопке. Впрыск. Раздалось шипением инъектора. В кровь вошел стимулятор, начав гулять по венам, вызывая химический шторм. Волны адреналина расходились по телу, вызывая заряд бодрости.

Убойная доза по максимуму должна привести в чувство. Так и случилось. Уже через пару секунд я был готов снова бежать и убивать, ощущая как организм переполняет заемная сила.

— Вижу посадочную площадку. Два бронированных ховербенда. Северо-западный сектор, — донесся из наушника голос Карла.

А вот и средство эвакуации высшего управленческого звена.

— Принято, — поблагодарил я и уточнил: — Направление?

— Два часа. Растояние — три с половиной мили.

Черт, далеко.

— Достанешь? — если повредить транспортники, то путь может будет перекрыть. Правда не факт, что где-нибудь не будет спрятано еще парочка ховеров. Богачи любили иметь запасные варианты и не любили попадать в плен.

Несколько секунд в эфире царила напряженная тишина.

— Нет, — спустя пару мгновений с сожалением резюмировал Карл. — Несколько зданий перекрывают сектор обстрела. Плюс для уверенного поражения лучше подойти ближе.

Видимо информацию он получал с дрона, у которых наконец-то получилось прорваться сквозь плотное ряды ближней ПВО фабрики.

— Принято, — я помолчал. Как и думал, придется все делать самому. Может и к лучшему, давно не мешало размяться. С момента перехвата конвоя и уничтожения франка-ренегата прошли недели, заполненные в основном тренировками. А без реальной практики ни одна тренировка ничего не стоит.

В черно-сером пилотском комбезе с ножом, с тактической кобурой на боку и одним пистолетом, я не тянул на штурмовую группу. Если бы не одно но — магия.

Я протянул руку и реальность вокруг размазалась, пошла волнами. Ровное течение магического фона всколыхнулось. Энергетические поток исказились, создавая проход.

По моим жилам текла кровь чародеев древнего клана — Дома Мещерских. Дома Погасшего солнца, Дома Ходящих сквозь сны, Дома владык Астрала. Именно последний титул позволял мне делать то, что другим одаренным недоступно — ходить сквозь иные планы реальности, почти мгновенно преодолевая огромные расстояния.

Для любого другого мага подобное путешествие могло оказаться смертельным, и закончится едва не начавшись. Я же чувствовал себя здесь, как рыба в воде.

Серая хмарь на секунду окружила со всех сторон, с жадностью набрасываясь на тепло живого тела, стремясь высосать жизненные соки до капли, превратив тело в мумию, вырвав душу, чтобы оставить здесь навсегда.

Но я уже привык к такому неласковому приему и спокойно воспринял, что окружающий мир поблек, заменившись на серое марево, тяжелым покрывалом окружавшее все вокруг.

Это длилось недолго, буквально мгновение и закончилось так же быстро, как началось.

Пространство исказилось, я сделал шаг и вышел уже в другом месте, преодолев за один удар сердца несколько миль.

Крытая галерея-коридор, соединяющая административную башню и посадочную площадку, проходила на высоте второго этажа. Именно в конце нее я появился, как раз у выхода к поджидающим своих хозяев ховербендам.

Охранник у раздвигающихся стеклянных створок двойных дверей ничего не успел сделать. Лезвие вошло ему в грудь, погрузившись на полную глубину.

Второй дернулся, хватаясь за кобуру, но я скользящим шагом уже переместился к нему и отточенным движением хладнокровно нанес один удар. Нож вошел между ребер, пробил сердечную мышцы и вынырнул обратно, оставляя после себя аккуратную ранку, откуда с толчками начала выходить кровь. Охранник захрипел и завалился назад, так и не дотянувшись до табельного оружия.

Двери послушно разъехались, стоило в их сторону сделать шаг. Наполовину стеклянная переход-галерея хорошо освещалась солнечным светом. С другой стороны, послышался торопливый топот приближающихся людей.

В окружении плотных широкоплечих телохранителей быстро шла высокая женщина слегка за тридцать, одетая в деловой костюм. Наверное это и есть Ада Мелоун. Я мысленно поздравил себя, что правильно выбрал место и время для перехвата.

Увидев меня группа резко остановилась. Женщина нахмурилась, непонимающе глядя на пилотский комбез. Правильно, в таких одеяниях не разгуливают на поле боя. Судя по прищуренному взгляду, она узнала костюм водителя меха и теперь лихорадочно пыталась понять, что это значит. Почему ее пытаются перехватить не группа солдат, что было бы ожидаемо, а всего один человек.

В отличие от хозяйки телохраны мгновенно почувствовали опасность. Элитные бойцы с измененным организмом, напитанные боевыми коктейлями по самые брови, не раздумывая бросились в бой.

Модификация сделала их невероятно быстрыми. Настолько быстрыми, что даже я с ускоренным восприятием едва успел среагировать. Идущие впереди бодигарды синхронно выхватили оружие и без паузы открыли огонь. Движения оказались столь точными и молниеносными, что походили на размытую тень.

Я выбросил руку вперед, сплетая перед собой щит. «Разгон» и принятый стимулятор позволили вовремя остановить поток пуль.

По магическому фону опять прошла рябь. Создание боевого аркана требовало времени. Черный туман астральной энергии на мгновение окутал фигуру, закрывая от потока свинца. Остальные охранники не поскупились и присоединились к первым двум, прибавив к обычным пистолетам компактные скорострельные автоматы.

Я сделал пас ладонью и с кончика пальцев сорвалась черная молния. Невозможное явление для естественной природы и столь привычное порождение магии, основанной на силе Астрала.

Молния влетела в глаз первого телохранителя, выжигая мозги. Мои брови удивленно скакнули вверх. Еще долгих две секунды, мертвый бодигард спокойно стоял, продолжая как ни в чем не бывало стрелять, хотя в его черепушке уже не осталось ни грамма серого вещества.

«Химия, за них все делает химия, и измененный организм», — мелькнула в голове холодная мысль. Даже мертвые они продолжают действовать, подчиняясь специально заложенным рефлексам.

Передо мной сгустилось поле магической энергии. Кто-то из нападающих догадался сменить патроны, начав выпускать снабженные рунами пули. Несколько легко прошли защиту, едва не задев меня.

Я машинально сплел еще одно защитное плетение и влил в него достаточное количество энергии, чтобы взять передышку. Меня окутало непроницаемое покрывало из темного тумана. В глубине мерцали искры серебряных слез атакующего аркана. Время шло уже не на мгновения, а на доли секунд. Структура заклинания стремительно формировалась, оставалось еще немного и с атакующими будет покончено. После такого ни одна био-модификация, ни одна боевая химия не поможет. Нападающих просто распылит на атомы.

Кажется, они это тоже поняли, стремительно изменив тактику. Вперед шагнул телохранитель с ежиком светлых волос. Массивная рука словно выстрелила вперед, держа в кулаке неизвестный продолговатый предмет. Крепкие пальцы сжались и что-то хрустнуло. В ту же секунду галерею-переход накрыл бушующий вихрь бешено гуляющей энергии.

Артефакт! Это был артефакт!

Сказать, что я удивился, это ничего не сказать. Как правило для активации таких штук требовались хотя бы зачатки магического дара, а судя по ауре телохранителем он к ним не относился.

Впрочем, для простых людей тоже существовали артефакты, но как правило они были дороги в производстве и являлись редкостью. А главное — не отличались большой мощностью.

Здесь же явно пустили в ход что-то мощное. Вихри энергии буквально вгрызались в защиту, стремясь дотянуться до меня, одновременно ломая структуру магического щита.

Может он скрыл свою ауру? — скользнула по краю сознания досадливая догадка.

Замаскированный под телохранителя слабенький одаренный снова ударил. И снова использовал артефакт. Своих сил у него явно не было, поэтому и пользовался заемными.

Переход заполнился протуберанцами огня. Сжатые в тонкие спирали, они рванули вперед, словно выпущенные на свободу голодные хищники. Передо мной сформировалась мерцающая полусфера, поглощая новое атакующее заклятье.

Неплохо. Очень неплохо. Но все это чужие игрушки. Сам плечистый бодигард ни на что не способен. Это стало понятно по скорости с какой сменялись наполненные силой магические предметы.

Кто-то неплохо заработал, создавая эти игрушки. Может тоже стоило артефактором стать?

Из кончиков моих пальцев выстрелили серые нити полупрозрачной паутины, от которых настолько сильно несло могильным холодом, что даже не чувствительные к магии охранники невольно отшатнулись назад.

Похожие на гибки щупальца нити метнулись вперед, обволакивая и пеленая попавшего под удар телохранителя. С легкостью перерубая и пиджак из специального материала, и бронежилет скрытого ношения, и случайно попавший под магический выпад короткоствольный автомат, и модифицированный скелетный каркас, и само человеческое тело.

Долгую секунду бодигард стоял, глядя в никуда. Затем начал медленно разваливаться на куски, порезанные тонкими струнами магических нитей.

— А-а-а-а!!! — раздался дикий вскрик.

Ада Мелоун, которую все эти двадцать секунд, что шла схватка, пытались оттащить назад остальные телохранители, чтобы увести за собой и одновременно стараясь прикрыть охраняемый объект своими телами, не выдержала чудовищного зрелища разваливающегося на куски человека.

Учитывая, что с другой стороны здания уже доносилась стрельба и грохот взрывов, охранники без особого энтузиазма тащили женщину, догадываясь, что десант G.A. уже высадился у парадного входа административной башни фабричного управления. А значит их зажали в тиски. Впереди стоял я, позади прорывались внутрь бойцы конкурирующей корпорации.

Уверен, где-то снаружи еще осталось немало солдат прикрытия из основного кортежа охраны мисс Мелоун, скорее всего отправленные зачистить периметр, пока основное действующее лицо с ближайшими телохранителями пытается скрыться на ховерах. Но, к счастью, их сейчас здесь не было. Иначе мне бы пришлось противостоять более внушительным силам.

— Сдавайтесь, — почти миролюбиво предложил я. — Мне не нужна лишняя кровь.

Но потерявшие троих товарищей, охранники не были намеренны сдаваться, даже после страшной гибели своего одаренного. По мне снова открыли ураганный огонь, присовокупив к обычным выстрелам зачарованные пули и пустив в ход тройку гранат.

— Бум! Бум! Бум! — на пол коридора посыпались осколки. Стеклянное перекрытие не выдержало близких разрывов и осыпалось вниз ворохом сверкающего дождя.

По щеке полоснуло острой гранью, выступила кровь. Я ругнулся, прикусив губу. Но противнику досталось куда больше. От основной массы стеклянных осколков меня спасла магическая защита (в основном направленная вперед, потому сверху и просочились пару особенно мелких кусочков). У моих оппонентов такого щита не было, и они от души получили свое.

Послышались крик. Точнее один вскрик — взъяренной Ады Мелоун, успевшей заметить из-за кого на нее обрушилось разбитое стекло.

Телохранители между тем не прекращали попыток пробить магический щит, опустошая обойму за обоймой, стреляя строго перед собой. Мимолетное неудобство из множества осколков оставило их равнодушными. Специально измененные нервные окончания не могли проводить боль, делая модификантов в прямом смысле бесчувственными.

— Пора заканчивать, — буркнул я. Силы таяли, защитное заклинание с жадностью высасывало из тела энергию и непонятно на сколько его еще хватит, учитывая что ублюдки не собирались останавливать плотный обстрел.

Кажется они еще надеялись прорваться к ховербендам, несмотря на то, что поняли, что им противостоит боевой маг. Непонятно, с чем это связано, то ли с дуростью, то ли с чрезмерной самоуверенностью.

Уже много позже Карл сказал, что на фабрику летело еще несколько ховеров и бодигардам пришел приказ продержаться, как можно дольше, не отходя от посадочной площадки и не уводя далеко охраняемой лицо. К счастью, никто из спешащих на подмогу транспортников так и не прорвался сквозь кольцо, замкнутое силами G.A.

Но в тот момент я этого не знал и действовал соответственно. Я плавным круговым движением повел перед собой рукой, формируя энергетический вихрь. Воздух загустел, из пустоты проступили кристаллики льда. Боевой аркан стремительно зарождался.

Однако и щит медленно продавливался, истончаясь и сдвигаясь все ближе. В чем-то противник выбрал верную тактику, более слабый маг на моем месте уже бы отступил, слишком силен оказался напор. При подходе подкрепления и ударе в спину у них имелись все шансы прорваться.

Плюс еще эти проклятые зачарованные пули, требующие поддерживать дополнительную вязь, не пропускающую исписанные рунами кусочки свинца, делали защиту еще тяжелей.

Так что шансы были. До последнего мгновения. А затем в дело вступило атакующее заклятье.

Ледяное облако сформировалось в коридоре галереи резким скачком. Вот его не было, а в следующее мгновение на высоте метра закрутилось некое амофроное образование, по краям которого проскальзывали острые как лезвия грани необычных снежинок, способных пробить металл, как простую бумагу.

Боевой аркан разрушающий любой материальный объект, требующий агрессивный стиль колдовства, разворачивался в смертоносную форму. Атака в лучших традициях Дома Мещерских, выходцы из которого всегда отличались в бой крайней жестокостью.

Никакой пощады, никаких сожалений. Только холодная, как медицинский спирт ярость, захватывающая сознание.

Я толкнул перед собой рукой и сотни обжигающих морозом ледяных игл рванули вперед, разрывая человеческую плоть, заставляя даже лишенные чувствительности тела заходиться в диком крике.

Четверо телохранителей, непрерывно стреляющих из скорострельных автоматов превратились в кошмарное месиво, откуда торчали куски человеческого мяса и осколки костей.

Оставшиеся трое не стали изображать героев и наконец попытались осуществить то, что следовало сделать давно — увести Аду Мелоун обратно в здание, невзирая на риск попасть в руки десанта G.A.

Поздно. Я вновь выбросил руку вперед. Мощная сила швырнула четверку людей. Троих жестко протащило по земле, безжалостно скребя об многочисленные стеклянные осколки. И лишь фигура женщина осталась в неприкосновенности. В последний миг, мне удалось изменить направление заклятья, убрав из-под удара главный объект охоты.

Я медленно выдохнул, ощущая, как собранная вокруг магическая энергия неохотно рассеивается.

Обходя мертвые тела, я двинулся вперед, под ботинками хрустели стеклянные осколки. В проломы снаружи залетал ветер, принося с собой облегчение. Сколько длилась схватка? Минуту? Полторы? Для меня прошла целая вечность.

— Ада Мелоун, я полагаю? — спросил я, подходя к лежащей женщине. Она медленно перевернулась на плечо и посмотрела на меня долгим взглядом, будто стараясь запомнить. Затем неохотно кивнула.

Все, операция закончена, все цели выполнены. Словно подтверждая последнее из глубин здания донесся радостный рев десантников Global Alliance, парни добрались до остатков управляющего совета, взяв высший менеджмент фабрики в плен.

Теперь точно все было кончено.

Глава 22

22.

Территория Колоний.

Корпоративная экстерриториальная зона.

Фабрика «Элинум-1». Бывшая собственность семьи Мелоун.

Подножье башни административного управления.

Сознание переполняла злость, на себя, не предусмотревшую атакую чужой корпорации, на военных советников, не настоявших на увеличение защиты новой фабрики, на личную охрану, не выполнившую долг и не обеспечившую защиту, на конкурентов из Global Alliance, не нашедших лучшего времени нападения, когда проводилось проклятое собрание менеджмента объекта.

Но больше всех ярость вызывал ненавистный молодой маг, вставший на пути, когда казалось, что до ховеров, олицетворявших собой свободу и безопасность оставалось так мало.

Тогда ей еще казалось, что все получится, что беспокоиться не о чем, в конце концов с ней обойма квалифицированных телохранителей, модифицированных и измененных настолько, что любой обычный боец по сравнению с ними казался всего лишь мелким камушком, который легко сбросить с дороги.

Не сбросили. Не справились. Сами погибли и подставили ее, не проведя вовремя через другой путь к транспортникам. И теперь ей приходилось за это расплачиваться, ощущая на себе руки сотрудника службы безопасности чужой корпорации.

— Осторожней, — сквозь зубы процедил Ада, когда рука беза особенно рьяно начала щупать в районе женской груди.

Но возглас остался без ответа. Мужская рука без стеснений сжала упругую грудь и только лишь после этого отпустила. Дальше наступила очередь талии. Ладони безопасника пошли ниже, тщательно ощупывая все тело, особое внимание уделив женской попке и бедрам. Затем пальцы скользнули между ног, изучая влагалище.

Тут уже Ада не выдержала и дернулась, за что тут же получила жесткий тычок, возвращающий ее на прежнее место у стены.

Без даже не скрывал, что наслаждается процессом, что получив возможность хорошенькой полапать шикарную корпоративную штучку из высших эшелонов управляющего звена не остановится, пока не доведет дело до конца и сделает все, чтобы получить от этого удовольствие.

Хотелось кричать. Не оттого, что какой-то грязные мужлан ее тискает, что она с мужчинами не была, нет, из-за того, что ничего не могла с этим поделать и остановить сам процесс. Вот что вызывало ярость. Ей придется стоять и ждать, пока этот ублюдок не удовлетворится осмотром, вволю потешив свое эго, ведь ему выпал такой шанс — полапать одну из тех ухоженных богатеньких сучек, которые на него смотрели как на грязь. А обычно совсем не смотрели, не замечая такой мелочи, как рядовой эсбешный охранник.

И Ада прекрасно понимала его настроение, поэтому терпела, ожидая когда мелочному засранцу наконец надоест елозить своими руками по ее стройному и подтянутому телу.

Параллельно она пыталась обдумать, где совершила ошибку. Не стоило распылять силы конвоя личной охраны. Но самое главное не нужно было тянуть до последнего, продолжая бесполезное совещание. Следовало сразу отправляться к воздушным транспортникам и эвакуироваться, как только стало известно, что первая линия обороны прорвана.

К злости и ярости добавился стыд за собственную глупость. После такого унижения ей не только не стоит надеяться на постоянное кресло в совете директоров основной материнской компании, но и вообще на какую-либо карьеру. Максимум что ее ждало — место помощника какого-либо более удачливого родственника. Такой провал ей не простят, несмотря на семейные связи.

Неудачники не могут находится на вершине. Такова аксиома жестокого мира бизнеса. Ведь мир бизнеса — это мир больших денег. А также игр власти и влияния, где репутация играла огромную роль. И после такого, ее репутацию уже никак не восстановить. Даже спустя многие годы ей будут припоминать этот случай, участливо интересуясь, как она провала время в G.A.

То, что в конце концов удастся выбраться и получить свободу, Ада ни на секунду не сомневалась. Таких как она не убивали, не держали в плену и даже не использовали в качестве банальных заложников. Ее либо обменяют на что-то (или кого-то) либо заставят поделиться толикой информацией (которую она предоставит, понимая, что в противном случае, дело может закончится химией, которую хотелось бы избежать, так как нет гарантий, что разум не пострадает и что здоровье потом вернется в прежнюю форму).

Поэтому она молча стояла, терпеливо ожидая, пока без закончит и появится кто-то с кем можно будет обсудить условия освобождения.

— Повернуться. Руки в сторону.

Ада послушно выполнила команду. В ладонях эсбешника наконец возникло устройство, которое должно было появиться сразу — портативный сканер.

Похожая на черный брусок палка прошлась вдоль женского тела. Сначала вверх-вниз, затем слева направо. Потом повторила путь, на этот раз гораздо медленнее.

Она знала, что они искали и почти не сомневалась, что в конечном итоге найдут. Ведь если знать, что искать, то успех практически обеспечен. Так и произошло. Прибор запищал на внутренней стороне бедра, а затем чуть выше в районе правой лопатки.

Два микроскопических импланта в виде зернышек. Два трекер — локатора, сообщающих в режиме непрерывной трансляции о местонахождении объекта. Такие вживлялись всем высокопоставленным корпорантам на случай похищения. И обычные преступники никогда бы их не нашли, импланты имели биомеханическую основу, скрываясь в мышечных тканях. Но сканер G.A. обладал дополнительным набором функций, недоступным для обычных устройств подобного типа.

— Не двигаться. Будет больно, — предупредил без, доставая другой прибор, больше всего похожий на раздувшийся шокер.

Ада знала, что будет дальше, ее хорошо инструктировали, когда проводили вживление, рассказывая не только о том, на что способны импланты, но и о методах противодействия их работе.

Электрический разряд пронзил тело с головы до макушки, вызвав в мышцах спазм, и пронесясь дикой болью по всей нервной системе. Разумеется, она не выдержала и вскрикнула, не удержавшись на ногах и повалившись на землю.

Безопасник не дал ей упасть, подхватил за руки. Но опять сделал так, чтобы крепко схватить ее за грудь. Это начало уже раздражать, у него что женщины давно не было? Или это что из личных фантазий поиметь высшую корпорантку?

— Урод, — тихо прошептала она, повисая на мужских руках и чувствуя, как боль быстро проходит. Разряд уничтожил импланты, а вместе с ними и передаваемый сигнал.

Но в этот момент она думала не о наглом безе, ей почему-то вспомнился молодой парень в пилотском костюма водителя меха, замершего в конце перехода-галереи, за которой их ждал путь на свободу.

Лицо незнакомца отпечатались в памяти. Жесткие складки кончиком губ, привлекательные заостренные черты лица, легкий загар, светлые волосы.

В тот момент она еще не поняла с кем столкнула ее судьба, но подсознательно догадывалась, что это не случайно оказавшийся не в том месте пилот меха. А затем начался кошмар. Боевая магия начала править бал там, где бесполезно пыталось заговорить простое оружие.

Пули, гранаты, даже боевые артефакты — ничего не смогло остановить этого стройного светловолосого убийцу, удивительно юного и столь же беспощадно жестокого.

Когда началось избиение, Ада мгновенно вспомнила символ на экране связи и название отряда наемников, и вздрогнула. Проклятая мантикора, гербовый зверь, в нападении все же участвовали кто-то из кланов. А затем стало слишком поздно и все кончилось. На полу остались лежать изуродованные тела, а юноша с удивительно красивыми чертами лица, так не шедшими к устроенной вокруг бойне, спокойно подошел и поинтересовался ее именем.

Глядя на него снизу вверх, она тогда совершенно не к месту подумала, что такому красавчику больше пристало мелькать на обложках глянцевых журналов, чем убивать людей таким жутким способом.

Впрочем, мимолетное впечатление быстро прошло. Ада вспомнила с кем имеет дело. Клановые отродья, даже выходцы из слабых родов представляли собой чудовищ в человеческом обличье. Особенно этим славились отпрыски из Старых семей, невероятно жестоких монстров, которых с раннего детства учили убивать. Все это всплыло в памяти, стоило заглянуть в красивые, но равнодушные глаза молодого незнакомца, где стыл мертвый холод…

— Укол стимулятора? — спросил эсбешник.

Несмотря на то, что мужской голос прозвучал ровно, даже учтиво, глаза продолжали жадно гулять по женскому телу. Было видно, что если бы не приказ начальства, без с куда большим удовольствием затащил бы ее за ящики, повалил на землю и разорвав на груди блузку, отымел бы, наслаждаясь женскими стонами и криками, исполняя скрытые сексуальные фантазии в отношении высшей корпорантки.

— Нет, — она надменно, вскинула подбородок. Взгляд скользнул сквозь фигуру беза, показывая насколько он незначителен. Так смотрят на неодушевленные предметы из числа мебели или слуг.

Эсбешник скрипнул зубами, рука дернулась, собираясь отвесить пощечину чересчур наглой пленнице, но в последний миг остановилась. Без вспомнил, кто перед ним и какую за ее сохранность он лично несет ответственность. Если на лице женщины появятся кровоподтеки или даже ссадины, то при разговоре с более высоко стоящими лицами сразу возникнет вопрос, откуда раны возникли. И тогда ему несдобровать.

Его хозяева могли быть насколько угодно безжалостными или жестокими, лживыми и лицемерными, но определенные правила игры даже они не будут переступать. Пленницу могли отправить на ментальный допрос, где ей вывернут наизнанку сознание, превратить в овощ, но перед этим с ней будут вести себя вежливо, не опускаясь до грубости или примитивных побоев. Иное поведение — дурной тон.

— Где твои хозяева? — желая еще больше разозлись беза спросила Ада, обращаясь в пустоту перед собой.

Но на этот раз мужчина справился, не став столь явно демонстрировать свои чувства. Плотная фигура в униформе СБ Global Alliance молча развернулась, показывая, что ответа не будет.

Они так и стояли вдвоем какое-то время, вместе с еще несколькими вооруженными охранниками, пасшимися неподалеку, приглядывая за важной пленницей, когда наконец не стали в больших количествах прилетать ховербенды.

Ада не знала, где остальные члены управляющего совета фабрики, подозревала, что их тоже схватили, как и не имела понятия, где ее люди из ближней свиты, включая молодого любовника. И честно говоря, она об этом даже не думала. Мысли женщины занимали куда более важные вещи. Например, сколько придется сдать информации и какого качества, чтобы купить себе свободу. Можно ли рассчитывать на помощь извне, затягивая время или придется вести переговоры самой, рассчитывая запутать захватчиков.

Ведь потом, когда она вернется домой, все эти вещи будут чрезвычайно важны. Критически важны, если подумать точнее. Любой промах с ее стороны будет использован другими родственниками из числа членов совета директоров «Мелоун-Индастриз», чтобы задвинуть подальше очередного соперника.

Слишком многих в свое время оставил потомков основатель финансово-промышленного бостонского конгломерата. Слишком велика и разветвлена оказалась династия корпорантов, где острая конкуренция проходила даже между своими.

Да, конкуренция, беспощадная борьба за власть при взбирании по карьерной лестнице, — Ада печально мысленно улыбнулась. — Где не жалеют даже своих. В этом они в чем-то походили на Кланы. Там тоже не знают, что такое слабость, активно практикуя формы естественного отбора, когда выживают сильнейшие.

Она зябко повела плечами, вновь вспомнив залитый кровью пол крытой галереи-перехода. Ошметки человеческих тел, трупы, окровавленные осколки стекла… И запах, тяжелый запах сырого железа… так пахнет свежая кровь… теперь она этого никогда не забудет. Как не забудет холодные глаза юного светловолосого убийцы и тонкую улыбку, играющую на губах чересчур красивого для воина лица…

Это все их наследственность, — вдруг подумалось Аде. Они всегда были слишком тщеславны — Аристо. Тщательно следили за внешностью, отчего их дети отличилась утонченной красотой. Отсюда естественная природная привлекательность, не требующая вмешательства пластических хирургов, чью работу почти всегда потом можно заметить. Выходцам из Старых семей этого не требовалось, они и так были красивы, об этом позаботились их благородные предки.

Позаботились о красоте, о Силе. Силе крови, что могла рождать ураганы. И правильные инстинкты убийцы, куда же без них.

Ада внезапно почувствовала, как ее наполняет злоба, перетекающая в яркую, дикую ненависть. Наплыв эмоций оказался столь силен, что мышцы челюсти свело судорогой.

— С вами все в порядке? — похотливый эсбешник заметил гримасу и шустро развернулся. Рука нырнула в набедренный карман брюк, откуда на свет появился одноразовый шприц-инъектор. — Наверное вам все же лучше принять стимулятор. После процедуры у некоторых людей наблюдается повышенная реакция организма.

«Процедуры» — так он назвал удар электрическим током, сжегшим маяки-импланты. Ей захотелось зло рассмеяться ублюдку в лицо. Она почти это сделала, когда к ним неожиданно не подошел один из офицеров.

— Мисс Ада Мелоун? — зачем-то осведомился он, хотя наверняка и так знал ответ.

Ада вдруг поняла, что до зубного скрежета хочет вцепиться ему в лицо острыми ногтями и располосовать эту ублюдочную высокомерную физиономию, смеющую разговаривать с ней, как с обычной туземной крестьянкой.

В последний миг ей удалось совладать себя. Судорожно выдохнув, она резко кивнула.

— Да, — сквозь плотно сжатые зубы процедила она, удивляясь про себя внезапной вспышке эмоций.

Она не просто злилась на своих пленителей, она хотела убить их, и убить не просто так, а каким-нибудь особо жестоким способом. Хуже того, сделать это лично и прямо сейчас.

Желание казалось чуть ли не реальным. Его вкус ощущался на губах, проникал глубоко внутрь, вызывая спазмы на физическом уровне. Ада буквально ощущала боль от невозможности броситься на сотрудников G.A. прямо сейчас.

С ней происходило что-то странное. Она это понимала, но ничего не могла с этим сделать.

— Вы отправитесь с нами. Надеюсь вы понимаете, что не стоит делать глупости и пытаться бежать. Это бесполезно. К тому же, вскоре вы и так скорее всего получите возможность поехать в любое место куда вам захочется. Разумеется, после того, как пообщаетесь с моим руководством, — офицер СБ растянул губы в вежливой улыбке, показывая, что не стоит принимать будущие небольшие трудности слишком близко к сердцу. В конце концов, ее ведь не будут пытать, убивать или насиловать. Конечно, если только она сама не вынудит перейти к крайним мерам, чего конечно хотелось бы избежать.

— Только небольшой разговор, — напоследок пообещал он и повел рукой вбок, предлагая пройти к одному из приземлившихся ховербендов.

Именно в этот момент желание причинить боль проявилось во всей силе. Совершенно неожиданно для самой себя Ада вдруг закричала:

— А-а-а!!!

Вспышка безумной ярости затопило сознание. В следующее мгновение, женщина уже прыгнула к офицеру СБ. Длинные ухоженные ногти крючьями вцепились в лицо, с легкостью сдирая кожу.

— Аа-аа-аа!!! — теперь уже заорал офицер, пытаясь отодрать от себя взбесившуюся самку.

Стоящий рядом эсбешник, проводивший обыск, судорожно елозил руками по бедру, не зная, что делать: то ли выхватывать шприц с успокоительным, то ли хвататься за оружие, то ли вытаскивать нейтрализатор имплантов, чтобы шарахнуть слетевшую с катушек корпорантку ударом электрического тока.

На несколько секунд у посадочной площадки воцарился хаос. Офицер G.A. судорожно дергался, стараясь сбросить бешено кричащую женщину, продолжавшую буквально живем сдирать с него лоскуты кожи, тем самым превращая лицо в окровавленную маску. Растерявшийся без продолжал шарить по карманам.

Наконец к месту суматохи подбежал один из солдат и попытался ударить прикладом винтовки по голове Аду. Но та с змеиной ловкостью уклонилась и с удивительной стремительностью бросилась на новый объект безудержной ненависти.

Первый безопасник наконец сориентировался и выхватил шокер. К сожалению, задержка и нерешительность сыграли свою роль: вместо женщины любитель ощупывать пленниц ткнула кончиком прибора в другого солдата, подскочившего помочь товарищу избавиться от разъяренной фурии.

Получив мощный разряд, боец дернулся и отлетел назад. Ада прыгнула следом, используя в качестве оружия привычные когти. Казалось, никто не сможет остановить женщину, превратившуюся в дикую кошку. Она уже больше не кричала, а рычала, все больше напоминая бешенное животное.

Качнувшиеся было на помощь другие солдаты отшатнулись, никто не хотел попадать под когти, уже показавшие свою эффективность в деле превращения мужских лиц в кровавые маски. Кто-то крикнул, чтобы открывали огонь.

Секунда отделяла ее от гибели, пока наконец в сумасшедшую свалку не вмешались новые лица…

Глава 23

23.

— Наборы пищевых концентратов, оборонительные комплексы, в основном портативного назначения, но есть и несколько стационарных турелей, разнообразная экипировка и амуниция, оборудование из узлов обороны, пара десятков ракетных установок — ручной модели, маломощные для поражения легкобронированных целей, — со скукой перечислял Карл, удерживая планшет левой рукой, правая покоилась на поясе, придавая наемнику командирский вид.

— Общий тоннаж? — уточнил я.

Бывший гвардеец на секунду задумался. Пришлось пролистывать список вниз, чтобы прикинуть хотя бы примерный вес собранного имущества. Наконец прозвучал результат:

— Много.

Теперь настала моя очередь задуматься. Цена, которую назначил Global Alliance за нашу долю трофеев, оказалась непомерно мала. Корпорация понимала, что у небольшого отряда возникнут трудности с вывозом полученного снаряжения и беззастенчиво этим пользовалась, навязывая невероятно низкую стоимость за выкуп.

— Придется брать самим, — хмыкнул я. — Отдавать по такой цене, все равно что выбрасывать в море.

— Можно попробовать надавить на их главного трофейщика, — пожал плечами Карл.

— Вряд ли они согласятся. Будут аргументировать тем, что никому этот хлам не нужен. Особенно им, — я бросил косой взгляд на возвышающуюся неподалеку административную башню фабричного управления. У дверей замерли двое корпоративных десантника в полной боевой выкладке.

Карл проследил за моим взглядом.

— Кстати, парни, захватившие пищеблок, передали нам небольшой презент — два ящика вина.

Я приподнял бровь.

— Вина?

— Да, они нашли несколько ящиков дорогих марок вина в продовольственных хранилищах. Вместе с натуральным мясом и другими продуктами, — гвардеец помолчал. — Похоже запасы для менеджеров высшего звена.

По моим губам скользнула улыбка. Кто бы сомневался. Ожидать, что начальство будет жрать концентрированные брикеты или промороженные полуфабрикаты, все равно что надеется, что закат начнется с противоположной стороны света. Привычный порядок вещей никогда не изменится. Как и то, что руководство из корпов никогда не станет питаться из одного котла с подчиненными.

— Деликатесов небось целый вагон себе завезли, — ухмыльнулся я, но тему продолжать не стал. Сейчас рацион питания топ-менеджеров захваченной фабрики не самый важный вопрос.

Мы медленно направились по дорожке, огибая здание башни в сторону посадочных площадок прибывающих ховербендов. Скоро здесь станет многолюдно. На смену солдатам прилетят управляющие G.A. Захваченная фабрика должна как можно скорее продолжить работу.

Элитные сорта мяса, овощи, фрукты, дорогие вина — все это конечно прекрасно, но сейчас есть дела поважнее.

— Где Майя?

— Следит за погрузкой мехов.

На секунду возникла пауза.

— Она вроде неплохо показала себя в бою, — я покосился на идущего рядом наемника.

Карл помедлил, кивнул.

— Да, милорд. Более чем неплохо, — сказал и пояснил: — Не суетилась, не паниковала, делала все четко и в нужное время. Выполняла приказы без задержек.

— Очень хорошо для первого боя, — задумчиво признал я и мысленно добавил: даже слишком хорошо, что слегка подозрительно. Молодая девчонка вела себя, как опытный ветеран.

До этого мгновения, я не понимал что конкретно меня напрягало, но теперь сообразил — поведение Майи выбивалось из привычного хода вещей. Не вела себя так в своем первом бою совсем юная девчонка — хладнокровно и взвешенно, как бывалый наемник, прошедший не одну военную кампанию.

— Она уже взяла кровь. И не один раз, — напомнил Карл. Он догадался, что вызвало вопросы.

Нестыковка в поведении. Вроде и объяснимая, но все равно вызывающая недоумение, а с ней и настороженность. Хотя в свое время я тщательно проверил историю Майи и там подстав не было, но кто мог гарантировать их нет?

— Может ты и прав, — я пожал плечами.

В конце концов, человек имел обыкновения быстро подстраиваться к изменяющимся внешним условиям. Законы выживания, если вовремя не адаптироваться, то легко умереть. Девчонка это понимала и становилась тем, что от нее ожидали — безжалостным хладнокровным бойцом, доказавшим на деле, что не задумываясь прольет кровь. И подобное поведение искренне радовало.

— Кстати об отправке мехов, может на железнодорожных платформах найдется места и для нашего остального «багажа»? Как считаешь? Особенно если стимулировать тех, кто отвечает за погрузку, — я вопросительно приподнял бровь.

Карл медленно смежил веки.

— Понял вас, милорд. Постараюсь устроить все в лучшем виде.

Я рассеяно кивнул. Подкуп железнодорожных рабочих — что может быть банальнее и эффективнее? Участвовавшие в бою «Оплот», «Дефендер» и «Гадюку» после захвата фабрики необходимо эвакуировать. По воздуху слишком дорого, оставался наземный путь, в частности железная дорога, идущая от производственных цехов прямиком к побережью. Так планировалось вывозить произведенную на фабрике продукцию. Дальше порт и сухогруз, идущий в Скайфолл.

О транспортировке мехов мы с G.A. договорились заранее. А вот вывозом трофеев каждая сторона занималась самостоятельно. На этом мы и попались. Я заранее планировал скинуть захваченную долю добычи корпорантам на месте, но ублюдки оказались слишком жадными. Поэтому пришлось выкручиваться.

Кстати о трофеях, нашему небольшому отряду явно необходимо хотя бы пару небоевых подразделений, занимающихся тыловым обеспечением. Квартирмейстер со своими людьми, инженер с техниками и другие вспомогательные службы, без которых ни один наемный отряд не мог функционировать в нормальном режиме. Этим тоже в свое время придется заняться.

— Купить дополнительные места на корабле? — уточнил Карл, поняв, что добычу придется вывозить по морю.

— Да, и не скупись. На всякий случай возьми с запасом. Может еще удастся выбить парочку ховеров.

— Тех, что планировали использовать для эвакуации?

Я кивнул. Два воздушных транспортника, переделенных из военных моделей в машины для перевозки VIP-персон, станут неплохим бонусом за успешно выполненную работу по захвату особо важной персоны из числа высшего должностного лица вражеской корпорации. G.A. придется это понять, и заплатить, если они хотят иметь с нами дела в будущем.

А они это обязательно захотят сделать, потому где еще можно нанять настоящих одаренных за деньги, как обычных наемников.

Я вспомнил как легко обращался к магии в схватке посреди стеклянного перехода. Как легко с кончиков пальцев слетали заклятья. Как действовал не задумываясь, ощущая себя в колдовском поединке, как рыба в воде. Словно попал в привычную среду, где все понятно без слов. Где тебя вперед ведут боевые инстинкты и показывается высшее мастерство, проявляясь из глубины подсознания.

Так воевали боевые маги. Когда заклятье формировались быстрее мысли. Когда разум бездействует, а в бой идут вбитые на уровне инстинктов боевые рефлексы.

Когтистая тварь из Астрала прекрасно это понимала, череда поколения предков из чьих душ ее создали, на протяжении многих веков воевали именно так. И теперь наступала моя очередь.

Незаметно для себя я скакнул на очередную ступень, превратившись в достаточно грозную силу. И это тоже следовало учитывать.

— Сука!!! Уберите от меня эту тварь!!! Снимите ее!!! — раздавшийся крик оказался полной неожиданностью.

Мы с Карлом переглянулись. Рука гвардейца незаметно скользнула к набедренной кобуре. Как и я, он оставался в пилотском комбезе, но с оружием не расставался даже внутри защищенного броней меха.

Я же к пистолету тянуться на стал, наоборот, чуть отвел пустую руку в сторону, чтобы в случае необходимости помогать пасами творить заклинания. Причем сделал это настолько машинально, что только через секунду сообразил.

Похоже привычка к заурядным пострелушкам и впрямь позади, и теперь мне привычнее воевать магией. Еще один этап становления изменившейся личности. Хорошо это или плохо уже неважно, трансформация свершилась и стоило этим пользоваться.

— Кажется наш главный трофей не согласен с тем, что его хотят увезти, — прокомментировал увиденное Карл.

Наемник с прищуром наблюдал за тем, как взбесившаяся женщина набрасывается на конвоиров, пытаясь расцарапать лицо. Я последовал примеру своего первого и единственного вассала (Майя пока не приносил клятву верности в отличие от бывшего гвардейца) с академическим интересом наблюдая, как Ада Мелоун превращает длинными ухоженными ногтями физиономии сотрудников СБ Global Alliance в кровавые лохмотья.

— Какого хрена у них там происходит?

Стильно одетая бизнес-леди в деловом костюме с великолепно уложенными волосами, в один миг вдруг превратилась в безумную фурию.

— А-а-а! Она вырвала мне глаз!

Мы с Карлом полностью охреневшие глядели, как всего одна женщина в буквальном смысле разгоняет вооруженных солдат, которые от нее шарахаются, как испуганные кролики.

— У бабы совсем мозги с катушек слетели, — со знанием делала поделился Карл. Как и я, наемник с профессиональным любопытством оценивал действия спятившей корпорантки.

— Ей бы ножик дать, — заметил я.

Карл хрюкнул, но ржать во всех голос не стал.

— Может поможем? Похоже дурни не справляются. Пристрелят ведь болезненную.

Один из солдат и правда уже попытался ударить пленницу по затылку прикладом, но промазал. Скоро методы противодействия могли вырасти до критических величин, в том числе со стрельбой. Жалко, учитывая сколько сил пришлось приложить, чтобы взять корпорантку живой.

— Давай, — я кивнул.

А сам вдруг вздрогнул, только сейчас догадавшись взглянуть на Аду Мелоун через магический взор.

— Стой!

Гвардеец послушно замер.

— Что-то не так?

— Да. Что-то с ее аурой. Взгляни, разве это аура обычного человека?

Карл прищурился, через секунду недоуменно пожал плечами.

— Эмоции на пределе. Учитывая в каком она состоянии ничего неудивительного.

Я скривился. Способностей наемника не хватало чтобы заглянуть глубже.

— Кто-то подпитывает этот взрывной настрой. Она практически не соображает, что делает.

Несколько мгновений я внимательно вглядывался в полыхающую яростью женскую ауру.

— Вот оно, в самой глубине. Похоже на плотное образование. Все время скользит, подпитывая полыхающие участки.

Гвардеец попытался разглядеть то, о чем я говорил, но безуспешно.

— Ничего не вижу, — развел руками он.

Я кивнул.

— Так и задумано. Это что-то вроде ментальной закладки, воздействующей на разум через эмоциональный фон. Очень хитрая штука, похожая на астральный паразит.

— Паразит? — недоумение наемника подскочило до предела.

— Угу, — буркнул я. — Червь если хочешь. Провоцирует вспышки ярости. Подозреваю, что активацию запустило попадание в плен. Кто-то очень не хочет, чтобы Ада Мелоун проболталась о делах семьи и заранее позаботился об этом.

— Ее надо оглушить? — по-деловому осведомился Карл.

— Даже без сознания паразит не успокоится. В конечном итоге он сведет ее с ума. Выжжет ментальный план, а все что останется от сознания, превратит в мелкое крошево. Личность будет стерта, а с ней и вся память, — я восхищенно прицокнул. — Очень тонкая работа. Кто-то сильно постарался, внедряя такую закладку в ауру нашей мисс Ады Мелоун.

— Что делать? Вы можете извлечь эту штуку?

Вопрос заставил задуматься. Воздействие на тонкие материи, не то же самое что творить боевые заклятья, здесь нужны специфические умения и хирургическая точность, иначе от «пациента» останется пускающий слюни овощ.

Смогу ли я провести операцию изъятия правильно? Понятия не имею, ничего похожего раньше проводить не приходилось. С другой стороны, а какой оставался выбор? И так, и так корпорантке конец. Если не пристрелят солдаты, то сама быстро сойдет с ума.

— Ладно, оглуши ее чем-нибудь, попробуем обезвредить закладку, — сказал я.

Карл кивнул и тенью скользнул вперед. Пара быстрых движений, удар сверху-вниз ребром ладони в основании затылка и пленница без чувств упала на землю.

Кто-то из солдат тут же вскинул винтовку собираясь выстрелить, но гвардеец отбил ствол в сторону и погрозил пальцем. Боец что-то буркнул, но оружие опустил. Комбез пилота меха сыграл роль офицерских нашивок, вынуждая к инстинктивному подчинению.

Моя появление окончательно успокоило атмосферу. Несмотря на взбудораженное состояние, солдаты G.A. занялись раненными.

— Итак, что тут у нас, — я наклонился над поверженной фурией. Без сознания, она не выглядела безумной сумасшедшей, жаждущей крови. Гримаса ярости прошла, лицо разгладилось, став напоминать выражением спящего человека.

Хмм, странно, она действительно как будто спит. А где червь? Почему он так быстро сдался?

Я проник глубже в слабое свечение ауры лежащей женщины и несколько секунд пытался вычленить из разноцветных всполохов угасающего эмоционального фона плотный сгусток чужеродного образования. В отличие от первого раза, сейчас получилось найти его не сразу, пришлось приложить усилия, чтобы определить где мелкий поганец укрылся.

— Черт, и правда, как паразит. Внедрился в энергетические аурные потоки, — прокомментировал я, слегка удивленный псевдоразумным поведением неизвестной астральной субстанции.

— Можете извлечь? — спросил Карл.

Я в очередной раз пожал плечами.

— Черт его знает. Но разницы для нее никакой, — я кивнул на женщину. — Либо я пытаюсь и избавляю ее от этой дряни, но в случае неудачи она сходит с ума. Либо оставляю все как есть, и она все равно теряет рассудок, но немного попозже. В любом случае, исход один.

Я сформировал щуп из энергетических нитей и предупредил Карла:

— Держи ее, не давай дергаться, если придет в себя.

Первая попытка закончилась неудачей, паразит словно чувствуя, что его хотят извлечь менял структуру, становясь практически неотличимым на общем фоне ауры. Потом его поведение изменилась. Плотное образование стало растекаться тонкой пленкой, проникая внутрь на манер прораставших корней. Все это потребовало дополнительных усилий, но в конечном итоге зацепить червя удалось.

Тонкие энергетические щупальца плотно обхватили чужеродное образование в ауре и медленно потянули назад.

Из рта Ады вырвался стон. Тело содрогнулось в конвульсиях.

— Черт, эта дрянь пытается повлиять на физиологические процессы в организме, — от напряжения голос прозвучал еле слышно, но Карл меня понял.

— Сюда, быстро! — крикнул наемник, махнув солдатам G.A. — Нам нужен стимулятор!

Подбежал один из бойцов на ходу доставая из нагрудного кармана шприц-инъектор.

— Коли.

Солдат с размаху всадил иглу в грудной отдел лежащей на земле женщины. Сработала пневмо-поршень, пластиковый тюбик, наполненный прозрачной жидкостью, стремительно опустел. Впрыск произошел прямо в сердце, вызвав немедленную реакцию.

— Аа-аах! — женское тело выгнулось. Глаза широко раскрылись, темными провалами уставившись в бездонные небеса.

Что он ей там вколол? Чистый адреналин? Она едва не вскочила на ноги и не убежала, хотя по взгляду видно, что все еще в полной отключке.

Но стимулятор оказал положительное воздействие. Получивший хорошую порцию бодрости организм стал сопротивляться воздействию паразита. За счет этого удалось загнать его в нужное место, мягко подцепить и на этот раз окончательно потянуть на себя, одновременно вытягивая из него энергию.

Через несколько секунд все было кончено. Глаза Ады закрылись, дыхание успокоилось.

— Твою мать, — ругнулся я. Несмотря на выполненную работу, у меня от напряжение свело мышцы, будто не магические потоки перенаправлял и расщеплял, используя в качестве манипуляторов, а весь день разгружал грузовые контейнеры.

— Все? — Карл вопросительно посмотрел на меня.

Я кивнул. Плотное образование в ауре женщины растаяло. Интересно, кто его внедрил. Очень тонкая работа, напрямую связанная с внутренней энергетикой.

— Повезло, что эта штука сразу не вызвала сердечный приступ. Судя по структуре, она на такое была способна.

— Может и хотела, а стимулятор помешал.

Я устало пожал плечами и согласился:

— Может.

А сам подумал, что обычному одаренному создать такие штуки не плечу, видно, что работал обученный мастер. Кто-то из кланов? Ренегат, решивший подзаработать?

— Что это вообще было?

— Полагаю нечто вроде страховки, — я поднялся на ноги. — На случай, если наша общая знакомая окажется не в тех руках, — я кивнул на лежащую без сознания Аду.

Тело женщины обмякло, дыхание окончательно выровнялось, лицо потеряло тревожное выражение. Если не знать, что недавно случалось, то словно прилегла отдохнуть.

— Полагаю теперь у Global Alliance получится намного проще склонить ее к сотрудничеству, — заметил Карл.

Я задумчиво посмотрел на гвардейца, затем перевел взгляд на корпорантку. Действительно, после такой подставы со стороны своих она может сдать всех, мстя за едва не наступившую смерть. Вряд ли ее предупредили о внедрении в ауру паразита. Ни один разумный человек никогда бы не согласился на соседство с непонятной астральной дрянью. Эта штука даже питалась за счет энергетики тела. Проще говоря, постепенно высасывала из организма жизнь. И когда сработал триггер, начала активно воздействовать на разум носителя, стараясь разрушить ментальное поле разума. Последовавшие ярость и ненависть всего лишь побочный эффект пошедшего вразнос эмоционального фона.

— На мой взгляд создатели перемудрили, проще было сразу вызвать сердечный приступ, — заметил Карл.

Я хмыкнул.

— Как ты видел, сердце легко можно запустить снова при помощи нужного стимулятора. Никто не гарантирует, что после клинической смерти, человека снова не вернут к жизни, затем поместив в мед-капсулу. А вот восстановить нейронные связи будет намного труднее, чем обычную сердечную мышцу. Так что, те, кто внедряли червя, определенно знали, что делали, — я задумчиво почесал подбородок. — Узнать бы еще, кто это был.

Карл не ответил. Я тоже замолчал. К месту проишествия подбегали медики в форме службы безопасности G.A.

Уже много позже станет известно, что этот эпизод сыграл решающую роль в противостоянии между Мелоун-Индастриз и Global alliance. Обе корпорации не на шутку схватились в борьбе за сферы влияния и благодаря Аде Мелоун G.A. удалось провести несколько серьезных атак, давшие им неоспоримое преимущество на территории Колоний. Что в свою очередь в дальнейшем оказало влияние на глобальную расстановку сил.

Глава 24

24.

Стрекоза плавно скользила над поверхностью океана, медленно набирая высоту и беря курс на Скайфолл. Внутри грузового отсека тускло светила лампочка, за стенкой корпуса слышались звуки работающих двигателей. Ховер шел на крейсерской скорости, постепенно набирая ускорение.

На сваленных в кучу рюкзаков с удобством устроился Карл. Как и все кадровые военные, пользуясь свободным временем он завалился спать, едва транспортник оторвался от земли. Майя пропадала в кабине пилота. Юки показывала ей как управлять Стрекозой.

Мы возвращались домой, отправив мехи и большую часть трофеев по морю. Сухогруз должен прийти в столицу Спорных территорий через несколько дней. Никто не захотел столько ждать и была вызвана Юки со своей Silicon Dragonfly, нанятая на одну поездку.

Я зевнул, покосился на спящего Карла. Мелькнула мысль тоже предаться спокойствию сновидений, где нет ни забот, тревог, ни волнений. Обкатав заманчивую идею, быстро от нее отказался. Вместо этого из рюкзака был извлечен планшет. Оживший экран включенного устройства осветил мне лицо.

— «Установление связи»

— «Кластер — «ГлобКом»

— «Соединение»

Подключение к глобальной сети через антенну движущегося на большой скорости ховербенда заняло определенное время. Сигнал был слабый, но вполне устойчивый для получения информации.

Итак, что тут у нас. В закладках нашлись отмеченные страницы с описанием и сравнительным анализом нескольких мест — результат работы последних дней серфа в местном аналоге интернета.

Домен. Мне срочно необходимо найти подходящее место для восстановления домена. А если точнее — для полноценного возрождения.

Из всех найденных вариантов больше всего подходил заброшенный химкомбинат на побережье одного из крупных островов Малайзии. После серьезной техногенной аварии его забросили, объявив зоной химического заражения. Проводить очистку никто так и не взялся, хотя завод стоял на стратегически важном направлении. Идеальное место для размещения важного объекта, вплоть до крупной военно-морской базы.

Но державам хватало свободных регионов для постройки своих военных объектов, а корпоранты не желали связываться, трезво оценивая сколько придется вложить, чтобы полностью очистить зараженную территорию.

Со временем про заброшенный химкомбинат забыли. Пока я не откопал историю про него в старых статьях.

Самое интересное, что он находился недалеко от Скайфолла. Относительно разумеется, но достаточно близко, чтобы говорить, что находится по соседству, если сравнивать африканские или австралийские континенты, где мне уже пришлось побывать.

— Десять миллионов кредитов выкуп земли, плюс в два или три раза больше за очистку, — пробормотал я вслух я.

Дорого и это только, по сути, первоначальный взнос. Демонтаж строений и утилизация зараженных обломков обойдется в еще большую сумму. Можно конечно все просто сбросить в море, но вывозить и грузить тоже придется. Плюс нанимать рабочих, строительную технику, разрушить такую махину в одиночку не выйдет.

Фотографии места. Все как обычно: вытянутые производственные цеха, ангары, склады, множественные постройки. Везде запустение и общий опустошенный вид. Заброшенный комбинат — готовая площадка для сьемок фильма про постапокалипсис.

Жутковатое местечко. Более впечатлительный Тимофей наверняка бы постарался подыскать более подходящее место. Но я в первую очередь смотрел на расположение. Слишком уж удачно оно находилось. Да дорого, но если все получится, у меня будет выход к морю, плюс сам домен окажется в очень удачном районе.

Я еще несколько секунд любовался на фото объекта, просмотрел короткую съемку с квадрокоптера. Площадь — около десяти гектаров.

На самом деле в свое время химкомбинат занимал намного меньше, но химический выброс накрыл прилегающие территории и собственнику пришлось их тоже включить в продаваемый объект. Все шло единым лотом, выбрать что-то одно было нельзя.

— Посмотрим-посмотрим, — я побарабанил кончиками пальцев по кромке планшета, подумал и закрыл страничку.

Закончив с комбинатом, быстро пролистал другие варианты, без особого интереса, понимая, что для моих целей они не годятся.

Одинокий островок где-то в центре Индийского океана. Бывший курорт, разграбленный пиратами. Слишком удаленно и уязвимо. К тому же потребует дополнительных ресурсов для долговременного комфортного проживания. Не пойдет.

Участок на восточном побережье Африки, как раз напротив Мадагаскара. Протяженная граница, по соседству слишком много враждебно настроенных племен из числа туземцев. Понадобится небольшая армия, чтобы удержать за собой выбранный район. Не вариант.

Сам Мадагаскар, точнее вилла одного из французских лордов. Старый хрен решил заделать себе уютное гнездышко, чтобы проводить там весело отпуск, но быстро сообразил, что без его личного присутствия, дом могут тупо разграбить. А держать на постоянной основе охрану выходит слишком накладно. Тоже мимо.

Острова в Атлантике — та же незащищенность и уязвимость перед потенциальным нападением пиратских эскадр. Не говоря уже о более серьезном противнике.

Индия, Латинская Америка — куча предложений приобрести кусок джунглей, в основном под плантации.

Кстати, про плантации и фабрики, при покупке химкомбината особо подчеркивалось, что в случае необходимости можно отдельно приобретать землю, ведущую в глубь острова. Свободных, не занятых ничем места там хватало.

Остров, кстати, довольно большой, поблизости несколько крупных городов, в доступности (относительной конечно) универсальные транспортные артерии, переброшенные между островами в открытом океане.

Если подумать, лучшего варианта не найти. Точнее они, конечно, есть, но их придется захватывать военной силой, а без восстановленного домена я не собирался начинать открытую войну с кем-бы то ни было.

— Ладно, с этим позже, — я оторвался от планшета, бездумным взором уставившись в противоположную стенку грузового отсека, прикидывая финансовые возможности.

В теории, если отбросить все, то денег хватало. Впритык, на покупку самой земли, заброшенного химкомбината, и с первым этапом поверхностной очистки.

Проблема в том, что появившийся наемный отряд тоже требовал денег. Плюс одна покупка и избавления зон купирования очага загрязнения не решало основную проблему. Призывать туда домен все равно, что строить дом посреди глубокой лужи, полной ядовито-химических испражнений.

Нужны дополнительные средства. И немалые.

Продать слегка подзабытые статуи? Древние артефакты, связанные с запретными разделами магии высоко ценились на черном рынке. Найти покупателей не составит труда. И цену дадут хорошую, как только узнают, с чем именно имеют дело.

Проблема в том, что я сам не хотел расставаться с антрацитово-черными изваяниями. Было в них что-то родное, что связывало магический дар, основанный на астральной энергии, с порождениями древней артифакторики.

Сила крови Мещерских не желала расставаться с произведениями искусства ассирийских колдунов (или месопотамских? С этой археологией сам черт ногу сломит) и в этом случае я был склонен с ней согласится. Глупо добровольно отказываться от мощных артефактов, если есть возможность оставить их при себе.

Статуи, конечно, опасны (одно оживление при ритуале в пустыне чего-то только стоит), иногда имеют ауру, как у живых существ, и вообще производят зловещее впечатление, но именно это в них мою новую личность потомка рода чародеев Астрала и привлекало.

Я хотел ими обладать и не мог противиться этому чувству.

— Хрен им, а не мои игрушки, — хмуро буркнул я, подумав о теневых коллекционерах, покупающих себе магические вещи на закрытых аукционах.

Тем более, неизвестно еще, кто там их купит. Окажется какой-нибудь псих, вроде того японского старикашки, и устроит очередной локальный армагеддон. А мне потом расхлебывать.

Последнее конечно преувеличение, плевать я хотел на последствия. Пусть хоть целый континент разносят на куски. В этом случае память предков Мещерских четко отделяла своих от чужих.

— Ладно, отложим пока, — во второй раз повторил я и на этот раз действительно переключился на другое.

Вновь взял планшет в руки и открыл первый попавшийся сетевой канал, пытаясь отвлечься.

— «… только сегодня мы представляем вам незабываемое зрелище — впервые люди получат возможность отомстить своему мучителю и наказать его приспешников, прямо в их логове!» — голосом конферансье, открывающего программу выступлений, встретила меня открытая страничка развлекательного канала.

Что за ерунда?

— «Пабло Рамирес — известный убийца и наркоторговец, на протяжении многих лет он издевался над жителями долины Коста-Нуэрго, пока наконец его злодеянии не переполнили чащу терпения и месть не вспыхнула жарким огнем в сердцах обозленных людей».

Показали фото худосочного латиноса с тонкой полоской усиков над вздернутой губой. Судя по следующим словам, довольно любвеобильного.

— «Долгие годы мерзавец похищал из крестьянских семей самых красивых девушек и свозил в свое поместье, где вволю издевался над ними и регулярно насиловал. А наигравшись, отдавал своим боевикам. Но теперь наступило время расплаты».

Крупным планом показали каких-то людей в домотканой одежде, широкополых тканевых шляпах и с оружием в руках, очень напоминающих партизан или повстанцев из джунглей.

Камера отъехала назад, захватывая стоящие позади огромные палатки кричаще-оранжевого цвета. На них белыми буквами были написаны названия многочисленных компаний: «Руссо-Балт», «Армс-Стил», «Technik-Quadro» и многие другие. Судя по лейблам и эмблемам в основном были представлены крупные корпорации, специализирующиеся на выпуске военной и около военной продукции.

— «Этот костюм защитит тело от осколочных ранений любой степени тяжести», — сексапильная девица подала что-то напоминающее армейский военный комбез одному из крестьян. Вторая такая же вручила ему совершенно новую винтовку с оптическим прицелом и кучей приблуд, делающей оружие похожей на миниатюрную пушку.

Потом появились другие люди, подкатившие к снаряженному воину мощный квадроцикл с дополнительной рамой на переднем щитке, куда крепился крупнокалиберный пулемет.

И как эта штука только не перевернула квадрик?

Начали что-то говорить о неизменности наказания за свершенные преступления. Переодетый в продвинутое военное снаряжение крестьянин усиленно кивал, мозолистые руки слегка неуверенно удерживали винтовку последнего поколения известного оружейного бренда.

— «Благодаря этим приборам никто из пособников кровавого диктатора не сможет скрыться от наших доблестных мстителей» — еще одна девица, на этот раз вручает устройство ночного видения. Голос за кадром на секунду замолкает, затем воодушевленно заявляет: — «Удобство использования и компактность делает модель визора «Ариадна» незаменимой в условиях пониженной освещенности. А благодаря усиленному аккумулятору вы забудете, что такое зарядка на ближайшие две ночи».

И следом быстрой скороговоркой: — по вопросам оптовых закупок обращаться на сайт компании производителя или по телефону: 373-512-452.

Наконец сообразив, что я перед собой вижу, я хохотнул.

— Блин, ну дают.

Я покачал головой. Каждый предмет и деталь, которой снаряжали рвущихся мстить за поруганных девушек крестьян, имела своего изготовителя, о котором между делом подробно рассказывалось в ходе презентации. Это были спонсоры проводимой операции.

Проще говоря, зрителям демонстрировали рекламную компанию. Очень дорогостоящую и очень раскрученную, замаскированную под помощь каким-то бедолагам из Колумбии или откуда-то из тех краев.

— Просто невероятно.

Нет, устроители не лгали, и правда имелся некий Пабло Рамирес — глава наркокартеля, базирующего в долине Коста-Нуэрго. И этот Пабло действительно имел дурную привычку наведываться в ближайшие деревни, чтобы забирать себе приглянувшихся молодых девушек. И насытивших ими он и правда их потом отдавал своим боевикам, делая из них, по сути, солдатских шлюх.

Но все шло следовало потом являлось абсолютной чушью. Ни о какой мести за поруганных жен и дочерей речи не шло. Все дело в хитроумной рекламной компании и зрелищном кровавом шоу, которое вскоре должно разыграться в джунглях Латинской Америки.

Крестьян хорошо вооружат и бросят на укрепленный лагерь наркобарона. Может тем даже действительно удастся пробиться внутрь (хотя сомневаюсь, что плохо обученные землепашцы, привыкшие повиноваться, смогут что-либо противопоставить хорошо тренированным и обстрелянным бойцам наркокортеля, оснащенных и вооруженных не хуже, чем солдаты какой-нибудь армии).

Дальше начнется игра, кто одержит верх. Вероятнее всего, понимая, что силы не равны, селянам помогут профи, скрывающиеся в окрестных джунглях и действующие тайком, чтобы зрители не догадались, что на стороне мстителей, воюют высококвалифицированные наемники, привлеченные специально для этого дела со стороны.

Ну а потом в дело вступит его величество тотализатор, и незаурядная рекламная компания легко и непринужденно превратиться в очередной кровавое шоу, идущее в прямом эфире, которые так обожают смотреть в Спорных территориях.

— Охренеть выдумщики, — я покачал головой, восхищенный изобретательностью создателей шоу.

Это ведь надо до такого додуматься, найти обиженных, злодея, сделать так, что зрители прониклись и не жалели денег, жадно следя за перипетиями рассказанной истории. Не каждый до такого додумается.

По сравнению с этим штурм полицейским спецназом здания с террористами выглядел бледным подобием. Разве что захват подводного города мог сравниться, но он уже давно прошел. Публике требовалась новая цель для приложений эмоций.

Что любопытно, скорее всего сценарий расписан заранее. Наркобарону не жить, даже если для этого придется сбросить ему на голову батальон десантников или звено боевых мехов, привлеченных в частной порядке. И плевать, что для захвата обычной наркоплантации как правило не привлекаются столько сил. Главное рейтинги, и получаемая прибыль.

— Удачи вам парни, — я отсалютовал на экране слегка растерянным от внимания крестьянам, наряженным в крутые армейские комбезы, и переключился на новостные каналы. В ближайшие гибели любвеобильного наркобарона я практически не сомневался. Публика любит хэппи-энды и воздаяния за преступления, и продюсеры шоу не посмеют их разочаровывать.

— «Продолжаются бои в районе Мумбаи, пригороды одной из самых развитых в промышленном плане провинции охвачены огнем. Население спасается под напором наступления превосходящих сил», — вещала симпатичная ведущая.

Показали кадры с огромным мехом, на сером корпусе черным пятном выделялся тевтонский крест. Германцы ударили не только по южноафриканским владениям бриттов, проведя скоординированную атаку по разным направлениям заморских владений английской короны.

Горящие здания, крики, выстрелы, огромные взрывы, вырастающие в огненные шары — противоборствующие стороны не жалели сил и средств, желая получить преимущество. Случайные жертвы измерялись тысячами, разрушения задели огромное количество городских кварталов, но воюющие войска не обращали внимания на побочный ущерб.

Заглохшая на некоторая время и перешедшая в фазу позиционной войны, стычка между двумя империями вспыхнула с новой силой, когда германский экспедиционный корпус высадился на побережье Индии.

— «Наблюдатели сообщают, что пока атакующим не удалось прорвать вторую линию обороны и что штурм затягивается, но некоторые военные эксперты отмечают, что прошло слишком мало времени и что дальнейший успех германских солдат будет напрямую зависеть от подхода подкреплений из метрополии».

Ночное небо прочертило несколько штурмовиков, на взлетной полосе готовились к вылету десяток боевых самолетов. В воздухе барражировали беспилотники, сбрасывая на вражеские позиции ворох зажигательных микро-бомб.

— «К японскому кризису. Лидеры мятежного сектора повторили свои заявления о том, что не желают распространения беспорядков на территории всех островов, и что готовы к переговорам, если их мнение будет учитываться и если с ними начнут разговаривать, как с равными. Но представители объединенного протектората заявили, что данная позиция в принципе невозможна, пока бунтовщики не сложат оружие. Напомним, что по словам одного из инспекторов Франкской империи, были зафиксированы неоднократные попытки агитации со стороны охваченных мятежом районов Токио по отношению к другим кварталам, где проживают жители, не поддержавшие бунт. Люди, выбравшие мир и спокойствие, под эгидой солдат объединенного протектората, не хотят воевать. Но похоже мятежники не желают принимать во внимание их желания, и предпринимают неоднократные попытки вовлечь в вооруженную борьбу другие районы города».

На экране появился мужчина с вытянутым лицом и желтой нездоровой кожей, текст внизу гласил, что это тот самый инспектор, осуществляющий контроль над французским сектором.

— «Мы надеемся, что германские власти наконец решат свои проблемы и возьмут ситуацию под контроль. В противном случае, кризис имеет все возможности для дальнейшего разрастания. В этом случае, другим государствам-участникам соглашения о протекторате придется вмешаться и решить дело, переведя конфликт в мирное русло».

Прозвучало довольно сухо, но по сути завуалированная угроза: если тевтоны сами не разберутся, за них это сделают другие державы, и тогда прощай германский сектор. Обратно немцев на острова уже не пустят, поделят между собой.

Ну а дальше понятно. Я перелистнул страницу, переходя на другой канал. Там выступал губернатор Вогер. В пригородах Скайфолла произошло два взрыва, подозревают Фронт Освобождения от оккупации Колоний.

— «Мы не допустим беспорядков. Обещаю, что муниципальные службы приложат все усилия, чтобы нейтрализовать последствия причиненных разрушений. И что виновных обязательно найдут и должным образом накажут».

Я зевнул. Учитывая, что бомбы прогремели за пределами зеленой зоны, можно не надеяться, что кого-то будут искать. Особенно исправлять последствия взрывов. Центру плевать на окраины, главное чтобы не беспокоили жителей внутри периметра безопасности.

Следующий канал.

Шли кадры знакомых улочек, Уолфиш-Бей — Китовая бухта, в городе уже второй раз за последние месяцы вспыхнул вооруженный мятеж. На этот раз у повстанцев обнаружилось подозрительно много оружия с маркировкой известных военных производителей. Кто-то активно помогал мятежникам, пытаясь выдавить корпорантов из значимого порта.

Интересно, но не очень. Я снова зевнул и закрыл планшет.

Между тем Silicon Dragofly продолжал полет. Майя и Юки о чем-то секретничали в кабине пилотов. Я покосился на спящего Карла. Может тоже плюнуть на все и поспать пару часов, пока не прилетели в Скайфолл? Подумав, так и поступил.

Глава 25

25.

В последний момент Юки получила приказ изменить курс. Я решил посмотреть на будущее владение. Для идущего на форсаже ховеру понадобилось не так много времени, чтобы достичь нужной точки.

На бреющем полете транспортник прошел по глиссаде снижения, птицей скользя над водной поверхностью. Машина плавно заложила вираж. В боковом окне промелькнули отблески синего пламени, вырывавшегося из сопел маневровых движков. Ровное гудение отдавалось через корпус, вызывая легкую дрожь.

Стрекоза выполнила красивый разворот над кромкой, отделяющей море от суши, и пошла на посадку. Все ровно и гладко, как по учебнику. Наемница-пилот вела свою рабочую «лошадку» через нейрочип, выполняя маневры с удивительной точностью. Ховербенд на секунду завис и начал медленно опускаться, вздымая с земли облака пыли и грязи.

Не дожидаясь приземления боковые двери открылись. Створки отошли в сторону, мы с Карлом встали у края, придерживаясь руками за поручни.

Касание. Я спрыгнул первым, гвардеец вторым. Ребристые подошвы высоких армейских ботинок впечатлялись в плотный песок побережья, оставляя после себя рельефные отпечатки.

— Что мы здесь делаем? — Карл без особого интереса огляделся.

Смотреть и правда не на что. Слева лениво накатывал прибой, волны с белыми барашками на гребне лениво наваливались на берег. Справа возвышался редкий частокол джунглей. За деревьями смутно угадывались приземистые полуразрушенные постройки. В ста метрах впереди в море уходил обвалившийся причал, к нему подходила покрытая толстым слоем ржавчины железнодорожная колея. Там же раньше стояли еще какие-то здания, но от них уже почти ничего не осталось, только огрызки фундамента топорщились рваными ранами.

Единственная приметная достопримечательность — широкий глубокий ров-заслон и пущенная поверх странной формы конструкция — барьер против распространения химического заражения. А если точнее — препятствие для попадания продуктов техногенной катастрофы в открытое море.

Химикаты конечно и так попадали в воду, но благодаря вовремя построенному заграждению их количество держалось в строго заданных рамках, не доводя до масштабной экологической катастрофы.

При других обстоятельствах, эту штуку не стали бы даже строить. Выбросы химических отходов в Колониях считалось обычным явлением. Но тут в относительной близости (в воде, ядовитая дрянь распространяется очень быстро) находилось сразу несколько крупных городов, и проживающие в них корпоранты и правительственные чиновники, не хотели дышать кислотными испарениями или другой гадостью, что может принести море в их дом.

Поэтому собственников химкомбината в свое время заставили ограничить распространение зоны заражения. Не ликвидировать полностью сам очаг, что примечательно, а просто запереть его в границах определенной территории. Даже штрафов не выписали, посчитав это излишним.

Так велись дела в Спорных территориях.

— Так что мы тут делаем? — повторил вопрос Карл и покосился на Майю. Девушка спрыгнула из Стрекозы на манер десантника, удерживая перед собой автомат.

Гвардеец не понимал причин задержки и полета в непонятное место, ему хотелось вернуться в Скайфолл. А вот статная брюнетка не испытывала сомнений, с любопытством оглядываясь.

— Что скажешь? — вместо ответа спросил я.

Гвардеец нахмурился.

— О чем?

Я обвел рукой берег и часть джунглей, где за болезненно выглядевшими деревьями проглядывали заброшенные постройки неизвестного назначения.

— Об этом.

Карл задумался. Взгляде наемника скользнул по рву, возвышающимся над ним заграждением, отметил от чего все это защищало и вынес вердикт:

— Похоже на зловонную выгребную яму, полную ядовитых отходов.

Я рассмеялся. Как верно подмечено.

— Попадание в яблочко. Это и есть выгребная яма, полная ядовитых отходов. А точнее химических, — и не дожидаясь дополнительных расспросов пояснил: — Раньше здесь находился химкомбинат, — помедлил. — То есть не совсем здесь, а чуть дальше в глубь суши. Но не суть. Несколько лет назад тут произошла авария, в результате которой огромная площадь оказалась под выбросом вредных веществ. Собственники не стали проводить очистку и выставили объект на продажу.

— Нам не нужны респираторы? — Карл обеспокоенно огляделся.

Я покачал головой.

— Источник заражения локализован. Здесь достаточно безопасно. Но если хочешь, можешь взять респираторы в Стрекозе.

В десантном отсеке ховера и правда хранились специальные маски с фильтрующими системами, помогающими не только от обычного задымления, но и от химических испарений, бактериологических заражений и других форм воздействия на организм.

— Да нет, обойдусь, — гвардейцу стало стыдно за проявленное малодушие.

Малолетняя девчонка рядом и то ничего не сказала, а он матерый ветеран испугался немного подышать грязным воздухом.

С другой стороны, это и отмечало разумное отношение к рискам. Майя просто не понимала, чем это может грозить, а бывший гвардеец понимал и отдавал себе отчет, что лучше перестраховаться, чем потом менять себе легкие.

Хотя, в защите и правда не было особой необходимости. Как и говорил ранее — собственники позаботились купировать проблему расползания заразы по окрестностям и особенно попадания химии в море. Иначе их бы живьем съели другие корпы, не желавшие появления этой дряни под боком.

Кстати об этом, может сыграть на боязни отравления? Пустить слух, что вредные выбросы попали в море в больших количествах и теперь угрожают крупным прибрежным городам. Если бы на их месте находились мелкие рыбацкие поселки с туземным населением, никто бы и ухом не повел. Но в городах жили в числе прочего важные люди, не желающие нюхать отравленный воздух.

И под это дело выбить себе преференции, пообещав провести тщательную очистку, — мысленно закончил я, обкатывая идею с разных сторон. Могло сработать.

— Неужели вы хотите это купить? — недоумение нарисовалось на лице Карла.

Я неопределенно дернул плечом.

— Но зачем?

Ответа не последовало. Рассказывать раньше времени о своих планах в отношении домена я не собирался.

— Оборонительные системы, захваченные у фабрики Мелоун-Индастриз, они что пойдут сюда?

По моему лицу скользнула быстрая улыбка. Догадливый. Может даже слишком. Но это хорошо.

Что касается полученного в качествен трофеев оборудования, то оно и правда скорее всего пойдет на химкабинат. Приобретенную собственность понадобится защищать, особенно после проведенной очистки. Слишком много может найтись желающих заполучить лакомый кусок, когда вдруг станет известно, что он вновь стал безопасным для проживания.

— С завтрашнего дня начнешь нанимать людей. С боевым опытом, желательно уже служивших в наемных отрядах с хорошей репутацией и знающих, что такое дисциплина. Полудикие кочевники, живущие войной и грабежами меня не интересуют, — сказал я.

Карл помедлил, коротко кивнул.

— Гарнизон, — понимающе проронил он.

Говорю же — слишком догадливый.

— На какую численность мне ориентироваться?

Я задумался. Сотня хорошо вооруженных и подготовленных бойцов сможет противостоять достаточно внушительным силам. Особенно если будет держать оборону на подготовленных позициях. Плюс три наших меха. Этого будет достаточно чтобы отбить желание лезть в чужой двор. По крайней мере на первых порах.

Другое дело, что если от мелких хищников отобьемся, но потом обязательно появятся крупные звери, желающие получить кусок земли в свою собственность. И тогда могут возникнуть проблемы.

Впрочем, до этого еще далеко. К тому же, если удастся поднять домен Мещерских из глубин Астрала, то вся прилегающая территория автоматически превратиться в неприступную крепость, где мои возможности как мага значительно возрастут.

В этом случае, даже полноценное звено штурмовых мехов не факт, что прорвется. Не говоря уже о куда хуже оснащенных врагах.

— Ориентируйся пока на сотню. Но заранее готовься, что число солдат придется увеличить. Составляй списки, получай предварительное согласие на дальнейшую службу. Ставка чуть выше нормы. Но слишком не завышай. У меня не бездонный карман.

Карл кивнул. Кому, как не опытному наемнику знать во сколько обходиться содержание даже одной боеспособной единицы.

— Понял. И еще одно, милорд, — он оглянулся, отслеживая положение Майи. Девушка как раз в этот момент отошла от нас, поближе рассмотреть заграждение от химического заражения. Странная конструкция имела необычную форму, среди прочего в плотных переплетениях из металла выглядывали трубы с чем-то напоминающим шайбы-разбрызгиватели (распыляют нейтрализатор для подавления вредных испарений? Непонятно). Конструкция крепилась над рвом и тянулась вдоль всего берега. Она и привлекла внимание девчонки.

— Что?

Карл замялся, наконец спросил:

— Вам знакомы такие термины как «замещение» и «тени изнанки»? — и тут же не ожидая ответа продолжил: — Вы не замечали, что иногда у Майи аура странным образом изменяется?

Я едва не вздрогнул. В памяти всплыл эпизод, случившийся в самом начале моего появления в этом мире, когда доктор из отряда наемников Холта, заподозрил во мне внедренца. Как он тогда сказал: «замещение незаконно. А парни не любят, когда между ними свободно гуляют тени изнанки».

Замещением называли способность узкого круга одаренных внедрять собственное сознание в разум другого человека, делая своего рода наложение фальшивой личности поверх настоящей. И вот человек уже не совсем прежний. А если точнее, послушная марионетка на службе враждебного мага.

Сознание замещается, но не совсем до конца. В нужный момент внедренная личность берет управление телом в свои руки и выполняет то, ради чего ее в свое время подсаживали в чужой разум.

Внешняя оболочка остается прежней, а вот ее наполнение полностью изменяется.

Такие фокусы в метрополиях считались полностью незаконным. За них, кажется, даже казнили. Но в Спорных территориях частенько пускалось в ход то, что в иных местах считалось недопустимым.

Тенями изнанки называли одаренных, обладающие данным умением. Простые люди их не любили, а часто и открыто ненавидели (да и не только они, маги тоже таких недолюбливали) и старались держаться подальше.

— Ты уверен? — я остро взглянул на гвардейца.

Тот в ответ дернул плечом.

— Нет, — неохотно признал он и добавил: — Но многие признаки сходятся.

Могли на Майю накинуть ментальную удавку? Провести замещение? Легко. Другой вопрос, когда это было сделано. Еще в первую нашу встречу, я заметил, что по ее ауре что-то проскальзывало. Тогда я принял это на счет возможного магического дара. Но что если дело в другом?

Ум машинально начал анализировать последовавшие за этим события, строить догадки, рассматривать различные сценарии дальнейшего развития ситуации. Девчонку подвели специально? Но зачем? Какой смысл, и связано ли это с предыдущими делами, в частности с добытым в археологическом лагере старинном кинжале, который потом использовали в колдовском ритуале в Токио?

Кто-то ведет свою игру? Но тогда я тоже элемент сложной интриги. А может быть и ведомая кукла, на роль которой я категорически не согласен.

— Позже я постараюсь ее проверить, — помедлив сказал я. — Пока ничего ей не говори.

Карл кивнул.

В принципе я не особо переживал. Всего лишь к другим заботам добавилась еще одна. И без этого предстояло много дел.

А вообще что-то подсказывало, что скоро последует такая буря, на фоне которой мои личные проблемы будут выглядеть малозначительной ерундой. Последние события в Колониях на это прямо указывали. Когда противостояние между державами достигнет пика, то во всем Южном полушарии вспыхнет война, которую никогда прежде не видели.

А еще существоали противоречия между набирающими силу корпорантами и одаренными, имперскими родами и кланами. Непонятно что из всего этого выйдет, но то что скучать не придется — факт.

— Ладно зови ее, возвращаемся обратно, — я махнул рукой Майе и развернулся к Стрекозе. Пора возвращаться к Скайфолл, город, ставший для меня за последнее время настоящим домом.

Эпилог

Южное полушарие. Территория Колоний.

Личный домен рода Валенштайн.

Кабинет герцога.

— Ты все-таки поступила по-своему, — сухо сказал герцог, глядя как дочь заходит в его кабинет.

В какой раз он залюбовался любимой дочерью, стройная и подтянутая на этот раз она пришла в неброском, но дорогом брючном деловом костюме, но вспомнив о причине визита герцог нахмурился.

Он ожидал ответа, стоя вполоборота, глядя в цветущий сад с тропическими растениями, яркими, как красочный калейдоскоп.

— Отказываться было глупо, я поняла еще это в первый раз. И приняла на себя решение, — Вилора гордо вскинула голову. — Если ты считаешь, что мой поступок заслуживает наказания, то я готова его принять.

Долгие три секунды патриарх клана Валенштайн неотрывном смотрел в окно на крупный оранжевый цветок, особо выделяющиеся среди прочих. Потом послышался вздох.

— Кажется я слишком много тебе позволял, — герцог резко развернулся, кивнул на стол. — Сегодня утром нам пришло приглашение.

Девушка покосилась на узкий конверт из плотной бумаги. Поверх него лежал гербовой белоснежный лист с заглавием из символа властвующего монарха германского императорского дома.

— Приезжает принцесса Генриетта, герцогиня Магдельбурская, одна из дочерей императора.

— Сюда? — слегка удивилась Вилора. Она слышала эту новость, но считала очередной байкой пронырливых журналистов. Сейчас, мягко говоря, было слегка неподходящее время для посещения территории Колоний венценосных особ.

Не отвечая, герцог сухо обронил:

— Нас приглашают на посольский прием. Судя по всему, император Фридрих хочет прощупать настроения среди местной элиты, не связанной с какими-либо державами.

— Оценить ситуацию со стороны, — понимающе смежила веки Вилора.

— Вроде того, — невесело усмехнулся герцог. — Похоже его величество не очень доверяет последним донесениям разведки и отправляет дочь внимательно осмотреться на месте.

— Разве он не мог найти кого-то другого? — приподняла бровь княжна.

Старший Валенштайн хмыкнул и внимательно посмотрел на дочь.

— А кому ты будешь больше всего доверять? Кому-то постороннему, пусть даже и несущего титул ближайшего доверенного лица, или родной крови?

Вилора не ответила.

— Важно всегда иметь несколько независимых источников информации. Но важнее всего — иметь возможность получить личные впечатления, — нравоучительно заметил герцог. — Этого ничего не заменит.

На несколько мгновений в комнате наступила тишина.

— Приглашены только мы? Или имеем право взять кого-то с собой? — уточнила Вилора. По губам девушки скользнула призрачная улыбка, словно она подумала о чем-то забавном.

— Даже не думай, — по слогам произнес патриарх Валенштайнов, легко угадав о чем подумала дочь. — У любого терпения есть предел, даже у любящего отцовского сердца. Свои лимит безрассудности ты исчерпала, когда передала этому мальчишке три боевых меха.

— Он не мальчишка, — сделав вид, что надулась от обиды, сказала Вилора и тут же не выдержав рассмеялась. Звонкий смех, как летний дождь смел хмурое выражение с герцогского лица. Долго злиться на свою любимицу он не мог.

— Неважно. На прием мы пойдем вдвоем, — он строго посмотрел на дочь. — Ясно?

Вилора кивнула.

— Конечно отец, — сказала девушка, разворачиваясь к двери. Более внимательный взгляд заметил бы в этот момент, как по женским губам опять скользнула лукавая улыбка. Но герцог был слишком занят, он вновь уставился в сад, наслаждаясь видом цветущих растений.

Content

Алекс Каменев
Сила крови III
Власть крови

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Эпилог