Джозеф Эдвард Дэвис

Миссия в Москву. Воспоминания доверенного лица президента Рузвельта о советской стране, ее лидерах и народе. Совершенно секретные донесения Белому дому

Двум великим женщинам – моей матери и моей жене

Мы, конечно, не можем отказать ни одному народу в праве, на котором основано и наше собственное правительство. Суть такого права в том, что каждый может управлять собой по собственному желанию и вести свои дела через любой орган, который сочтет нужным, будь то король, конвенция, собрание, комитет, президент или любой другой, который для себя выберет.

Томас Джефферсон

© Перевод, ЗАО «Центрполиграф», 2023

© Художественное оформление, ЗАО «Центрполиграф», 2023

Предисловие

Это произошло 25 августа 1936 года. Тот день я помню хорошо, потому что это был день рождения моей матери. Я был в Адирондакских горах. По междугородному телефону мне позвонил мой старый друг, секретарь Стив Эрли из Белого дома, и сообщил, что меня хочет видеть президент. Я тотчас же отправился в Вашингтон. Президент принял меня в Исполнительном управлении Белого дома. За обедом, который нам подали на стол в его кабинете, он сообщил, что хотел бы поговорить со мной о возможном дипломатическом назначении за границу.

Предыстория этой ситуации уходит во времена администрации президента Вильсона, когда мы оба были еще молодыми людьми, преданными прогрессивному делу Демократической партии. Так было и до, и во время правления администрации Вильсона. В те далекие годы между нами завязалась теплая дружба. Мы вместе регулярно, насколько позволяла наша работа, играли в гольф, у нас было много общего в политических взглядах, и вообще мы довольно часто виделись. Даже в те дни он был довольно заметной фигурой. В начале правления Вильсона существовал так называемый «Клуб общих советов», где мы все вместе собирались два раза в месяц. По своему характеру он походил на «Малый кабинет» более позднего времени. В этом высоком, красивом молодом помощнике министра ВМС все видели будущего великого прогрессивного либерала, за которого мы все – в случае избрания на пост президента – отдали бы свои голоса. Во всех последующих политических кампаниях я, наряду с другими людьми, активно участвовал в его поддержку – вместе с Луисом Хоу и прочими политическими деятелями. И на протяжении всех этих лет наша дружба оставалась теплой и крепкой.

Одной из самых прочных составляющих нашей дружбы являлись наши матери. В молодости я слыл фаворитом миссис Рузвельт среди друзей ее сына; с годами наша дружба окрепла, и эта великая леди и замечательная женщина не переставала проявлять доброту к моим детям. Когда они учились в Вассарском колледже, она, к их огромному удовольствию, часто приглашала их на чай в Гайд-парке. Моя мать была служителем Евангелия. И с большим восхищением относилась к молодому помощнику министра военно-морского флота. Среди всех молодых людей того времени он был ее любимцем. Она была абсолютно убеждена, что когда-нибудь он станет президентом Соединенных Штатов. В первые годы своего правления он часто говорил мне, что хотел бы видеть меня в своем ближайшем окружении, но тогда я был слишком загружен своей профессиональной практикой и не мог ее оставить.

Во время обеда с президентом мы беседовали, обсуждая старые времена. Затем он сказал мне, что после обсуждения вопроса с государственным секретарем (Корделлом, как он его называл) он захотел, чтобы я поступил на службу в его администрацию и занял дипломатический пост за границей. Он спросил, куда бы я хотел поехать. Я ответил: «Либо в Россию, либо в Германию». По моему мнению, это были самые динамичные места в Европе. Его ответ был весьма типичен. Он считал, что ему и самому «очень хотелось бы» увидеть нынешнюю Россию. Только что умер Джесси Страус, наш посол в Париже. Я откровенно заявил, что ни миссис Дэвис, ни я сам не хотели бы ехать в Париж. Должность посла в Германии, сказал президент, еще не освободилась, но скоро освободится, поскольку наш посол Додд в Берлине расстроен и скоро уйдет в отставку. Поэтому, сказал он, я поеду в Россию, но ему хотелось, чтобы в течение года я был готов к переводу в Берлин, так как в конечном счете ему нужно, чтобы я отправился именно туда. Он был рад узнать, что я говорю по-немецки. По его словам, Россия должна стать жизненно важным фактором в связи с войной или миром в Европе, и ему хотелось бы получить мою личную оценку сильных и слабых сторон этой ситуации, основанную на личном наблюдении. Более того, служба в Москве будет полезна в связи с последующей службой в Берлине. По его мнению, ситуация в Германии определит, ждет ли Европу мир или война. Это, по его словам, определит, что в итоге ждет весь остальной мир. Хотя сам он не слишком верил, что мир удастся сохранить, тем не менее он хотел бы всячески способствовать предотвращению войны в Европе, если такое возможно. Для нас в Соединенных Штатах это был очень важный вопрос. По его мнению, все зависит от Германии, точнее, от Гитлера. Все зависит от того, чего у Гитлера больше: «воли к миру» или «воли к завоеваниям». Если верно второе, то, вероятно, ничего нельзя будет сделать, и война неизбежна. Но если первое, то Германия должна начать сотрудничать со всеми миролюбивыми странами в попытке урегулировать любые экономические или другие ситуации, порождающие войну. Доступ к сырью, политическая безопасность и разоружение – все это необходимо, чтобы мир не был охвачен ужасом войны, с неизбежными лишениями, которые обрушатся на народы мира и последующие поколения. Президент считал, что моя подготовка и опыт позволяют быть полезным для его плана, заключающегося в том, чтобы попытаться оказать возможное содействие в сохранении или укреплении мира. По его мнению, обе стороны исповедовали желание сохранить мир, и обе стороны обвиняли друг друга в недобросовестности и желании добиться особых преимуществ или мирового господства путем расширения собственной власти. В их отношении к разоружению заключена простая проверка на истинные цели, будь то стремление к миру или завоеваниям. Проблема осложняется различными техническими деталями и степенями ограничений на конкретные виды вооружений. Президент вынашивал идею о том, что если все страны согласятся прекратить производство любого военного оружия, которое тяжелее того, что человек способен нести на плече, то такое соглашение о разоружении в сочетании с соглашением о справедливом доступе к сырью и т. д. поможет сохранить мир. Военные силы по такому плану сводились бы к чисто полицейским силам, и ни одна нация не могла бы с помощью военной мощи угрожать своему соседу или достичь такого военного господства, которое угрожало бы остальному сообществу наций. По словам президента, ему хотелось, чтобы я задумался над всем этим и именно под таким ракурсом изучил положение в Европе. В любом случае это послужит проверкой искренности позиции Гитлера в отношении сохранения мира.

Он сказал, что при подготовке к работе в новом качестве в Государственном департаменте мне следует делать это с учетом конечного плана, согласно которому в течение года я должен буду отправиться в Берлин в качестве посла. А до тех пор я могу поехать в Москву. Я выразил свое удовлетворение по поводу возможности поехать в Россию в качестве посла. Потом мы немного посплетничали о старых временах эпохи Вильсона, и он вспомнил, что впервые я мог получить должность посла в России в 1913 году, когда это назначение предложил мне президент Вильсон. Но тогда я отказался, поскольку хотел баллотироваться в Сенат от штата Висконсин.

В соответствии с предложением президента я немедленно встретился с государственным секретарем, моим старым другом Корделлом Халлом. Тот сообщил, что они с президентом обсудили мое назначение, и он искренне согласен и весьма рад, что я буду работать в его министерстве. Потом мы подробно обсудили всю европейскую ситуацию, включая Германию и Советский Союз.

Вот так я и оказался в Москве.

Читатель также может задаться вопросом, зачем вообще понадобилось издавать эту книгу. Собственно говоря, книгу я писать не собирался, но времена изменились. Россия находится в гуще борьбы, от разрешения которой зависит, будет ли сообщество народов Земли упорядоченным и мирным мировым обществом, или им станет управлять группа бандитов и разбойников, уничтожив все, что мы ценим в жизни.

Еще совсем недавно СССР был тесно связан с Гитлером. Каждый дал торжественное обещание не нападать на другого, но сегодня сотни тысяч русских мужчин, женщин и советских лидеров, чьи дома подверглись внезапному нападению мнимого «друга», очень храбро сражаются и умирают за дело, которое жизненно необходимо и для нашей собственной безопасности. Теперь они наши союзники.

В нашей стране бытовало и по-прежнему бытует великое множество разных мнений, предрассудков, а еще больше дезинформации о России и Советском Союзе. Не будучи чересчур предвзятым и не вдаваясь в споры, я надеюсь, что материал, содержащийся в этой книге, даст фактическую основу и, возможно, более точное представление о советском правительстве, его лидерах и его народе.

Считаю справедливым, чтобы, оценивая материал книги и вынося свои суждения о фактах и их толковании, вы узнали кое-что из моей биографии, а также о том, каково мое кредо и моя политическая философия.

Будь читателем я, непременно захотел бы знать эти факты, чтобы оценить тот вес, который следует придать представленному материалу.

Как некогда заявил господину Сталину, главе государства Калинину и другим советским руководителям, я уж точно не коммунист. Меня называют капиталистом. Я горжусь этим, но думаю, что более подходящее определение – «индивидуалист». Капитализм с его сопутствующими правами собственности – это просто результат индивидуалистического порядка в обществе, который дает каждому из нас возможность приобретать собственность в соответствии с нашими способностями в честной конкурентной среде. Подлинным критерием индивидуализма является не собственность. Это индивидуальная свобода в мыслях и возможностях. Капитализм – это лишь одна из граней индивидуализма. На самом деле я являюсь продуктом такой индивидуалистической системы при правительстве и в обществе в нашей стране, которое является лучшим из того, что цивилизация до сих пор создала для простого человека.

Детство мое прошло на Среднем Западе; образование я получил в Висконсинском университете. В политике я был прогрессистом, верил и следовал Вудро Вильсону и «Новому курсу» Франклина Д. Рузвельта.

Согласно вере, которую воспитала во мне моя мать, я без труда принимаю идею связи с коммунизмом, когда все верующие в Христа и его учение в теории являются коммунистами, в той степени, в которой они выступают за братство людей. Вместе с тем я так же твердо убежден, что коммунизм как таковой не может работать на этой земле, с такой человеческой природой, какая она есть; и не будет работать еще целую вечность, до тех пор, пока человеческая природа не эволюционирует до такой степени, что люди будут готовы трудиться «ради одной лишь радости труда» и каждый будет жить в бескорыстном обществе. Я также твердо убежден, что если любую идею продвигать слишком быстро, то она не только не сможет излечить предполагаемые пороки, но, вероятно, вызовет пороки еще большие, чем те, которые она пытается излечить. Я твердо верю в эволюцию в противовес революции. Думаю, наша система лучше всего подходит для простого человека и работает медленнее, но с большей надежностью, потому что она стремится к прогрессу через эволюцию, а не через революцию.

Те убеждения, с которыми я отправился в Москву, не изменились и после моего отъезда. Однако я увидел и узнал многое, чего не знал раньше, увидел существующие и, по-видимому, развивающиеся силы, которые возымеют далеко идущие последствия для социальных и политических условий будущего. Это обновило мою веру в нерушимость христианской религии и в благотворность нашей собственной формы правления и нашего образа жизни[1].

ПРИЛОЖЕНИЕ № 1

к депеше № 6 от 21 июля 1938 года из посольства, Брюссель

Я так и не возвратился домой из Европы, но трепетно благодарю Бога моей матери за то, что 100 лет назад у моих предков хватило мужества, уверенности в себе и смелости перед лицом дикой природы и неизвестности переселиться в Соединенные Штаты Америки и, жертвуя собой, своим здоровьем, подарить моим детям и моим внукам возможность пользоваться благами демократической формы правления и привилегией жизни в Соединенных Штатах. Я не вернулся домой из Европы, но чувствую, насколько все-таки счастлив и благословен американский народ. Задумайтесь, чем мы обладаем и чем наслаждаемся в отличие от многих европейских стран!

У нас есть свобода – личная свобода.

У нас есть право на свободу слова.

У нас есть право на мирные собрания.

Мы имеем право свободно мыслить.

Мы имеем право почитать Господа так, как велит наша совесть.

Наша свобода, наша жизнь, наша собственность, наши права защищены даже от самого правительства.

Каждый человек – король в собственном замке.

Наши свободы и жизни защищены законами, по которым даже самое всемогущее правительство обязано доказать вину вне всяких разумных сомнений, прежде чем человек может быть наказан государством.

Что отдали бы сегодня миллионы мужчин и женщин в Европе ради того, чтобы обрести подобные блага и наслаждаться ими!

Достоинство мужского и женского начал, святость человеческой жизни и свободы, самоуважение человеческого духа – это лучшее из того, что цивилизация принесла в этот мир. В Соединенных Штатах Америки эти вещи присутствуют в такой степени, в какой не встречаются больше нигде в мире.

Мне все равно, сколько материальных благ или социальных льгот в детстве или старости могут человеку дать тоталитарные государства или диктатуры, и, если при этом в жертву должна быть принесена свобода, значит, цена ее слишком высока.

Отправляясь в Россию, я твердо решил, что поеду туда без всяких предрассудков и с открытым сердцем. Отчеты, которые я отправлял в Государственный департамент, письма, которые посылал домой, записи в моем дневнике – это честный отчет и реакция на ситуации, личности и события – такими, какими их видел я. При этом я всегда руководствовался намеренным стремлением быть справедливым, беспристрастным и объективным. Когда я покидал Россию, глава государства Калинин сказал мне, по сути, следующее: «Нам жаль, что вы уезжаете. Хотя вы и не согласны с нашими убеждениями и нашей политической идеологией, мы считаем, что вы были честны в своих оценках и видении происходящего. Худшее, что вы могли сказать, вы высказали нам, а лучшее, что могли сказать, вы высказали нашим врагам».

Один старый французский философ когда-то сказал: «Когда узнаешь человека, то не сможешь его ненавидеть». Лидеров Союза Советских Социалистических Республик я узнал. Это группа способных, сильных людей. Во многом я с ними не согласен, но все-таки отдаю им то, что отдаю себе, а именно: кредит доверия за честные убеждения и целостность целей. На мой взгляд, эти люди верят в то, что поступают правильно. Не может быть никаких сомнений в том, что, по соображениям собственной безопасности, они преданы делу мира как по идеологическим, так и по чисто практическим причинам. Я проникся глубоким уважением и симпатией к русским людям. Они обладают выдающимися качествами воображения и идеализма, которые отразили в своей литературе, музыке и искусстве. Они обладают столь же великими духовными качествами, которые воплотили в стремлении улучшать условия жизни простых людей и которые героически продемонстрировали в своей способности принести высшую жертву – саму жизнь – ради дела, в которое верят.

Покидая Москву, я подготовил депешу под названием «Краткое изложение фактов о Советском Союзе». Это попытка объективно и беспристрастно изложить факты, связанные с нынешней чрезвычайной ситуацией, как благоприятные, так и неблагоприятные, – исходя из того, что, когда факты представлены честно, выводы вытекают из них естественным образом и не нуждаются в аргументации. Данная книга является продолжением моего доклада и адресована соотечественникам-американцам.

Именно в таком контексте вы и должны читать и оценивать записи, содержащиеся в этой книге.

Вашингтон, округ Колумбия,

1 октября 1941 года

О книге

Книга состоит из следующих материалов: официальных отчетов, представленных мной в Государственный департамент, отправленных из посольств в Москве или Брюсселе или из тех мест, где я находился со специальными поручениями; личных писем официальным лицам или друзьям; записей из календарного дневника на одной странице; выдержек из дневника, который я вел в рабочих целях, чтобы дополнить записи в дневнике, а также комментариев или специальных заметок, которые содержат толкования некоторых фактов в тексте.

Официальные депеши говорят сами за себя и во всех существенных отношениях приводятся в «точных формулировках». И я в долгу перед Государственным департаментом за согласие, в интересах общества, на их использование. Эти депеши, конечно, являются окончательными и «лучшим доказательством» моих мнений и суждений о фактах и положении по состоянию на даты их написания. В некоторых случаях были допущены пропуски, чтобы избежать ненужных повторений. Первоначальные записи в дневнике были краткими и зашифрованными, они предназначались для того, чтобы напомнить мне о событиях и личностях и предоставить как можно меньше информации кому-либо другому на тот случай, если дневник попадет в чьи-то несанкционированные руки. Одни записи дневника, как видно из текста, были расширены для большей ясности, другие – нет. Имена людей, если это необходимо для защиты источника информации или самого человека, опущены и обозначены прочерком. Сноски или заметки неизменно помечены датами, чтобы читателю было ясно, что это записи, сделанные после того, как произошло то или иное событие. Кроме них, в этой книге нет никаких утверждений задним числом.

Материалы депеш, которые могут иметь особую ценность как первоисточники информации для учащихся или представлять определенный интерес для других читателей, но которые вместе с тем способны замедлить ход изложения событий, можно найти в приложении.

В связи с отбором из довольно большого количества материалов, которые могли быть включены в этот том, я в глубоком долгу перед моим другом, Джеем Франклином Гартером. Опыт, который он обрел на дипломатической службе за рубежом и в государственных делах, вкупе с признанным редакторским здравомыслием, оказали мне большую помощь. Я также благодарен Спенсеру Уильямсу, чьи знания и опыт работы в Советском Союзе оказались весьма полезны. Особую признательность хочу выразить Стенли Ричардсону, моему другу и бывшему секретарю, чьи великолепные способности и преданность позволили мне сохранить большую часть этих материалов. Наконец, хочу отметить огромную помощь, которую оказала мне супруга – благодаря постоянному вдохновению, энтузиазму и здравому смыслу, которые она внесла в эту, как и во все другие мои работы.

Джозеф Э. Дэвис

Часть первая

Начало миссии

16 ноября 1936 года – 30 марта 1937 года

_________________________________

Дневник Вашингтон, 16 ноября 1936 года

В этот день президент подписал и выдал мне поручение на должность посла Соединенных Штатов в Союзе Советских Социалистических Республик.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 20 ноября 1936 года

О моем назначении сделано объявление для прессы.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 23 ноября 1936 года

Принял присягу в кабинете государственного секретаря, где присутствовали многие старые друзья, включая Пэта Харрисона, Стива Эрли, Джесси Джонса, Дэна Ропера, Милларда Тайдингса, Джо Тумулти, Дика Уэйли, Лео Кроули, Мерла Торпа, Джорджа Холмса и других. Дети и Марджори также присутствовали на церемонии, что доставило мне особое удовольствие.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 14 декабря 1936 года

Присутствовал на ужине, устроенном в нашу честь послом Трояновским и его супругой в советском посольстве. Ужин получился прекрасный, все было превосходно приготовлено. Нам обоим очень понравилось.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 15 декабря 1936 года

Сегодня беседовал с Самнером Уэллсом о положении Советов. У него за плечами большой и весьма разнообразный дипломатический опыт. В свете моей нынешней работы в Департаменте по ознакомлению с советской ситуацией и моими тамошними обязанностями его предложения были весьма полезны.

Представляется, что за рамками рутинной работы, такой как продвижение американских интересов и защита американских граждан, основной перечень конкретных вопросов, которые стоят на первом месте в связи с предстоящей миссией в Москву, сводится примерно к следующему.

Прежде всего это переговоры о продлении советского торгового соглашения с нашей страной, срок которого истекает в следующем году и которое предусматривает закупки у нас со стороны советского правительства. Затем – урегулирование недоразумения в связи с истолкованием так называемого долгового соглашения. Оно являлось частью переговоров, которые наш президент и нарком Литвинов провели, когда СССР был признан Соединенными Штатами. Советское правительство отказалось выполнять свои обязательства и произвести определенные расчеты по российскому долгу перед Соединенными Штатами и оплате исков американских граждан. В связи с этим в отношениях возникла напряженность. Восстановление дружественных отношений и сотрудничества, особенно в свете китайско-японской ситуации и риска мировой войны в Европе, если этого можно добиться в соответствии с принципами взаимного уважения, представляет собой вопрос крайней важности. Другой вопрос, который было предложено изучить мне, заключается в том, какова истинная мощь и возможности Советского Союза с политической, промышленной и военной точек зрения и в чем суть его политики в отношении Германии и Гитлера, а также мира в Европе. Насколько сейчас представляется, это примерно то, чем, как ожидается, я и займусь в Москве.

Похоже, впереди меня ждет весьма интересная работа, особенно в связи с предстоящим общим анализом отношений между Германией, Францией и Англией и ситуацией с миром в Европе.

_________________________________

Дневник Нью-Йорк, 30 декабря 1936 года

Мы с Марджори отправились в отель «Мейфлауэр» на прощальный ужин, организованный комитетом из старых друзей под председательством генерального прокурора Гомера Каммингса. Все было устроено великолепно – мой старый друг Гомер и комитет приложили немало усилий. На этом выдающемся мероприятии присутствовало большинство лидеров всех трех ветвей власти, независимо от партийной принадлежности. Я был весьма тронут.

На самом деле одним из не самых важных, но очень приятных этапов этого президентского назначения были всеобщий живой интерес и доброжелательность со стороны старых друзей. Состоялся ужин, который дали мои давние приятели из Федеральной торговой комиссии, включая всех тех, кто работал со мной в мою бытность комиссаром по корпорациям при президенте Вильсоне – до того, как это бюро было объединено в комиссию.

Потом еще собралась большая группа в Нью-Йорке, которая во главе с Джимом Моффеттом устроила в нашу честь ужин в отеле «Ритц». Это было совершенно неожиданно и весьма мило. Что меня действительно удивило и даже поразило, так это большое количество тех, кто приехал из Вашингтона – Джим Бирнс, Джим Фарли, Билл Макэйду, Пэт Харрисон, Олбен Баркли, Фрэнк Мерфи, Джесси Джонс и старина Стив Эрли. Мои давние друзья, они были на работе благодаря нашей дружбе. Конечно, произносимые речи звучали порой чересчур экстравагантно, и выступающие не жалели лестных слов, но они все равно много для меня значили. Очень полезным был ужин, который дал незадолго до моего отъезда Рив Шлей, президент Американо-российской торговой палаты.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 2 января 1937 года

Накануне официального приема в Белом доме мы с Марджори ужинали в неформальной обстановке с президентом и миссис Рузвельт. Присутствовали все члены семьи, кроме Анны и Джона Боттигера. Президент был в прекрасном настроении.

После ужина мы с президентом удалились в его Овальный кабинет на втором этаже, где мне предстояло получить последние инструкции в связи с предстоящей миссией. Учитывая разногласия, которые сохранялись между советским правительством и нами по поводу долгового соглашения, он считал, что моя позиция должна быть исполнена собственного достоинства и носить дружественный характер до тех пор, пока между двумя странами существуют дипломатические отношения. Но подобное отношение должно предполагать и определенные оговорки, с явным намеком на то, что президент и государственный секретарь глубоко разочарованы неспособностью их правительства выполнить то, что нам всегда представлялось как исполнение взятых на себя обязательств. Наша позиция, сказал он, должна заключаться в том, что мы не станем добиваться дальнейших переговоров; что следующий шаг должно предпринять советское правительство; и что это имеет большее значение для них, чем для нас. Мы подождем, сказал он, и посмотрим, что произойдет. Между тем, по его мнению, мне было бы полезно приложить усилия, чтобы получить из первых рук, по возможности из личных наблюдений, всю информацию о силе действующего режима с военной и экономической точек зрения; а также попытаться выяснить, какой будет политика их правительства в случае войны в Европе.

Я рассказал ему о предложении судьи Мура о том, что послу Додду следовало бы предложить отслужить еще один год до моего перевода в Берлин. Но на это президент тут же решительно заявил: «Нет». То есть намеченный план предстояло реализовать в его первоначальном виде.

_________________________________

Журнал Вашингтон, 3 января 1937 года

Встретился с советским послом Трояновским. Тот, по его словам, опасался, что вначале мое пребывание в Москве может быть затруднено некоторой прохладой со стороны советских официальных лиц, вызванной разногласиями или недоразумениями, которые возникли между Соединенными Штатами и советским правительством. В связи с этим он хотел заверить меня, что я буду принят весьма радушно и что советское правительство знает о моих капиталистических взглядах, профессиональном и деловом опыте, а также о моей работе в правительстве при президенте Вильсоне в качестве председателя Федеральной торговой комиссии. Они знакомы с моей работой и уверены, что обстановку в их стране и их проблемы я буду оценивать объективно и без предрассудков. В том, что касается моего отношения, ответил я ему, он совершенно прав. Я еду с открытым сердцем. Он надеялся, что любые спорные вопросы можно будет урегулировать путем четкого понимания позиции каждой из сторон. Главным предметом разногласий между правительствами был вопрос о долге. Я сказал Трояновскому, что еду по указанию президента и госсекретаря. Лично я считал, что со стороны советского правительства стало бы большой ошибкой допустить, чтобы недоразумение в вопросе о долге омрачило то доверие, которое президент Соединенных Штатов и наше правительство питают в отношении твердости и надежности обещаний советского правительства.

Хочу обсудить это с Биллом Буллитом.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 4 января 1937 года

Официальный обед, данный в нашу честь послом Сайто и его супругой в японском посольстве. Сайто – наш старый друг и соперник по игре в гольф в «Горящем дереве». Желание развлечь нас стало очень приятным жестом с его стороны. Однако я пребывал в недоумении, ведь мне предстояло отправиться в Москву, а Япония и Москва вряд ли сейчас общаются. Поэтому я решил отбросить дипломатические условности и откровенно рассказать Сайто о проблеме. Он сразу смекнул, в чем дело, и сказал: «Все просто. Мы сейчас спросим моего коллегу, советского посла, и мадам Трояновскую». Таким образом, моя проблема была решена, и вечер прошел весьма приятно. За чашкой кофе международные отношения были подкреплены предложением организовать международную группу гольф-клубов «Горящее дерево» по типу «Ротари интернэшнл». Не было никаких сомнений в том, что вашингтонское «Горящее дерево» должно стать номером один. Вечеринка едва не сорвалась из-за споров, кто должен стать вторым номером: Токио или Москва. Вопрос не решить без Лиги Наций!

_________________________________

Дневник В море, 5 января 1937 года

Мой старый друг Оуэн Д. Янг, председатель правления компании «Дженерал электрик», любезно согласился приехать и провести со мной пару часов. Мы обсуждали Россию. «Дженерал электрик» ведет многомиллионные дела с «Амторгом», официальным агентством советского правительства в нашей стране. Он сказал, что советское правительство имеет исключительно высокий кредитный рейтинг в банковских и деловых кругах Нью-Йорка и всей нашей страны; что они имеют репутацию партнеров, тщательно следящих за выполнением своих финансовых обязательств. Оплаты они производят быстро и даже досрочно. Он заявил, что на протяжении десяти или пятнадцати лет деловых отношений, которые «Дженерал электрик» имела с советским правительством, оборот которых исчислялся миллионами долларов, Советы были скрупулезно оперативны в платежах и выполняли все до единого свои обещания. Он дал им отличную оценку за то, что они выполняют обещания, в отличие от людей политизированных и не связанных с бизнесом, с которыми я обсуждал здесь Советский Союз.

В полночь Марджори, Э.К. – Экей[2] и я отплыли на судне «Европа» в Бремен. С нами на борту – Уолтер Дюранти.

_________________________________

Дневник Берлин, 14 января 1937 года

Прибыв в Берлин, тотчас же нанес официальный визит послу Додду.

_________________________________

Дневник Берлин, 15 января 1937 года

Суриц, советский посол в этой стране, весьма любезен. Он и его служащие отнеслись к нам с большим вниманием. Москва, заявил он мне, дала четкие указания, чтобы было сделано все возможное, дабы сделать наше пребывание приятным; он добавил, что Министерство иностранных дел (Литвинов) получило четкие инструкции из Кремля (Сталин) отнестись к новому дипломатическому представительству со всей учтивостью и не допустить, чтобы трения, которые могли существовать в прошлом, повлияли на отношение к новому послу. Я был рад это услышать.

_________________________________

Дневник Берлин, 16 января 1937 года

Мы остановились здесь на несколько дней, чтобы отдохнуть. Посол Додд с супругой устроили нам отличный обед. Доктор Шахт с женой, бывший посол Германии в Вашингтоне фон Гаффрон-Приттвиц, посол Польши Липский, посол России и мадам Суриц, а также мой старый однокурсник и друг по Висконсинскому университету, Луис Лохнер, сделали этот обед весьма приятным событием.

Имел продолжительную конференцию с руководителем «русского отдела» в МИДе Германии. К моему удивлению, тот заявил, что мои взгляды на стабильность внутриполитической обстановки в России и безопасность сталинского режима требуют изучения. Моя информация, по его мнению, ошибочна, и положение Сталина в стране не настолько прочно. Он заявил, что я, вероятно, обнаружу в России активную революционную деятельность, которая вскоре может вырваться наружу.

Заехал к послу Додду, чтобы попрощаться и сообщить о том, что удалось узнать в его ближайшем окружении.

В соответствии с договоренностью, достигнутой во время обеда, встретился с доктором Шахтом в Рейхсбанке. Он попросил, чтобы его не беспокоили, и мы провели вместе добрых два часа. Он посетовал по поводу нехватки объективности со стороны Великобритании и Франции в отношении экономических проблем Германии.

Шахт выразил величайшее восхищение нашим президентом. Он сказал, что это один из величайших людей в мире, что он обладает необычайной способностью разложить любую ситуацию на элементарные составляющие и применять для ее решения здравый смысл. Именно это, сказал он, и является характерной чертой гения и подлинного величия.

_________________________________

Дневник Берлин, 17 января 1937 года

Пили чай у русского посла. Посмотрели его замечательные русские картины. Это было чаепитие «с рассадкой» – принятый у русских прием пищи.

Особенно красивыми показались «снежные» пейзажи, выполненные старыми русскими мастерами.

Здание посольства старого режима необычайно красивое: большие комнаты, высокие потолки, все в королевском стиле.

Посол – старый революционер-интеллигент, очень умный и интересный человек. Они подвезли нас к поезду – ночь выдалась весьма холодной. Пришлось второпях садиться в вагон, так как стоянка была короткой, но мы успели сесть и потом быстро «отключились».

В 11.40 выехали в Варшаву.

_________________________________

Журнал Берлин, 17 января 1937 года

Вот интересное заявление нацистов, на которое наткнулся вчера в газете:

«Мы ожидаем смены эпохи, полного слома политических и социальных идеологий. С демократиями покончено. Сегодня они сознательно или бессознательно являются не более чем очагами инфекции, носителями бацилл и подручными большевизма. Это одна группа, мы – другая. Будущее отвлекает коллективизм от неопределенной реакции масс. Демократии – они как песок, как зыбучий песок. Наш государственный политический идеал – это высеченные в граните вершины».

Мне кажется, это довольно резкое, четкое и угрожающее заявление об отношении Германии к остальному миру. И оно пугает. Боюсь, оно намекает на дух завоевания, а не на желание мирного урегулирования.

_________________________________

Дневник В поезде, 18 января 1937 года

Холодная невзрачная страна – эта Польша, через которую мы проезжаем.

Посол США Джон Кудахи заехал посмотреть, как мы проезжаем через Варшаву. Похоже, ему здесь нравится. Поезд чистый, но в вагоне-ресторане как-то уныло и холодно, а в спальном вагоне не слишком комфортно.

Граница СССР – несколько позднее

В пограничном городе Негорелое нас встретил советник посольства Лой Хендерсон. Все говорили, что это очень хороший человек и великолепный кадровый офицер. Нахожу его скромным и, по-видимому, весьма способным. Он мне нравится, и я уверен, что мы отлично поладим. Накануне вечером бедняга Хендерсон съел немного «плохой пищи» (здесь это довольно частое явление), и его сильно тошнило, но он держался молодцом.

_________________________________

Журнал Москва, 19 января 1937 года

Сам город Москва стал для меня настоящим сюрпризом. Конечно, это красивый старый город, но в дополнение к этому активность, которую вы наблюдаете на улицах, размах непрекращающегося строительства и удобная одежда, которая представляется довольно распространенной, весьма удивили меня. Нет никаких сомнений в том, что жизнь здесь бьет ключом, и эти люди, кажется, делают успехи.

_________________________________

СПАСО-ХАУС – АМЕРИКАНСКОЕ ПОСОЛЬСТВО

Дневник Москва, 19 января 1937 года

Прибыли сегодня утром. Резиденция посольства, так называемый «Спасо-Хаус», всех приятно удивила.

По словам г-на Хаддла, инспектора почтовых служб Государственного департамента, это одно из лучших наших посольств и вполне под стать любому европейскому посольству. Перед домом справа довольно необычное (для Москвы) явление – небольшой и очень уютный парк. Еще дальше справа – красивая старинная церковь, от лапидарности и трагизма которой на сердце становится грустно. Сейчас в ней собралось много семей прихожан, запущенный вид здания наводит тоску. Между церковью и Спасо-Хаусом располагается очаровательный старинный особняк, бывшая городская усадьба какого-то русского дворянина, но и здесь трагедия, потому что он тоже в полном запустении, и сейчас в нем ютятся семьи рабочих и солдат.

Позже

Вручение верительных грамот

Литвинов находится в Женеве, и его не будет в Москве несколько дней. Было решено, что я быстро вручу свои верительные грамоты его первому помощнику Крестинскому. После разговора с Крестинским мы также поговорили со вторым помощником г-ном Стомоняковым, который произвел на меня гораздо более благоприятное впечатление, чем Крестинский.

Крестинский – близорукий маленький человек в профессорских очках и с довольно отталкивающим лицом. Он производит впечатление человека скрытного. Я бы не стал ему доверять.

_________________________________

ПЕРВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ

№ 1 Москва, 19 января 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ДОКЛАД ПОСЛА ДЭВИСА

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь сообщить, что до отплытия из Соединенных Штатов провел несколько встреч с господином Трояновским, советским послом в Вашингтоне. Внешне эти обмены мнениями носили социальный характер. В последний раз Трояновский (в «личной» беседе) высказал опасение, что мое пребывание в Москве может быть вначале омрачено некоторой прохладой со стороны советских официальных лиц, вызванной разногласиями и недоразумениями, которые, как он слышал, возникли между г-ном Литвиновым, народным комиссаром иностранных дел, и послом Буллитом. На это я, конечно, ответил, что весьма сожалею по поводу того большого разочарования, которое испытал посол Буллит в связи с невыполнением советским правительством очевидных, казалось бы, обязательств. Я не допустил, чтобы поднятый вопрос перешел в полемику, но выразил надежду, что моя миссия может оказаться полезной для улучшения отношений между двумя странами.

Во время предыдущей встречи посол Трояновский сказал, что чувствует и надеется, что мы сможем урегулировать и сгладить некоторые спорные вопросы прошлого и путем более четкого понимания скорректировать некоторые из этих вопросов к взаимному удовлетворению обеих сторон. В предыдущий раз я откровенно затронул довольно прискорбный, с моей точки зрения, факт, а именно: что весьма достойный человек, президент Соединенных Штатов, достиг принципиального согласия с представителем советского правительства о широкомасштабном урегулировании, условия которого, в свете нынешнего положения, были хорошо известны каждой из сторон и, как мне кажется, были предельно ясны в соответствии с прямыми условиями письменного меморандума, что данное соглашение не выполнено; и что сложилась ситуация, которая, по моему мнению, указывает на замешательство в отношении несущественных вопросов и попытку постепенного уклонения от широкого принципа соглашения, которому был привержен Советский Союз. Автор не стал развивать эту мысль, а лишь выразил свое сожаление, указав на относительную несущественность вопроса для Соединенных Штатов и в то же время подчеркнув исключительную важность для русского народа обрести в будущем симпатии со стороны либерального общественного мнения в США, особенно в свете неопределенной международной ситуации.

Упомянутые инциденты, по-видимому, свидетельствуют об отношении советского правительства к вопросу о долгах. На протяжении всех этих дискуссий автор доклада по большей части просто слушал, за единственным исключением, о котором говорилось выше – во время беседы с Трояновским.

В Берлине автор доклада нанес несколько визитов в министерство иностранных дел Германии. Все беседы носили неофициальный и неформальный характер. Тема беседы была представлена ранее шифрованным сообщением вместе с отчетом о моей неофициальной беседе с доктором Шахтом.

Мы выехали из Берлина в 11.00 вечера и прибыли в Негорелое на российской границе вечером следующего дня. Условия в немецком поезде первого класса до границы указывали на некоторое ухудшение качества обслуживания по сравнению с сервисом в Германии несколько лет назад. Спальный вагон от Негорелого (советской пограничной станции) до Москвы был определенно лучше, безупречно чистым и с отличным обслуживанием. Дорожное полотно было неровным. Железнодорожная станция и таможня на российской границе располагались в новом здании, солидном и внушительном. Чиновники были вежливы, предупредительны и быстро уладили все необходимые формальности. На границе нас встретил секретарь Хендерсон, и вполне вероятно, что все прошло гладко именно благодаря его заблаговременному участию. На следующее утро в 11.30 мы прибыли на Белорусский вокзал в Москву. В деревнях, через которые мы проезжали утром, повсюду виднелись следы нового строительства. Люди на железнодорожных станциях выглядели тепло одетыми и в том, что касается теплой одежды, мало чем отличались от сельских жителей, которых можно встретить в приграничных районах Соединенных Штатов. На вокзале в Москве нас встретил г-н Барков из протокольного отдела Народного комиссариата иностранных дел, который проводил нас в резиденцию посла (Спасо-Хаус), которая благодаря предусмотрительности миссис Дэвис оказалась в вполне пригодном для жизни состоянии. После отъезда посла Буллита дом пустовал и пришел в упадок.

Г-н Барков, руководитель протокольного отдела Народного комиссариата иностранных дел, по прибытии (утром 19 января) сообщил мне, что в отсутствие г-на Литвинова, который находится в Женеве, в 15.00 того же дня меня с радостью примет г-н Крестинский, помощник народного комиссара иностранных дел.

В сопровождении г-на Хендерсона, первого секретаря посольства, автор доклада в назначенный час позвонил г-ну Крестинскому и застал у него г-на Неймана, начальника третьего западного политического отдела, отдела МИДа, который занимается американскими делами. Автор доклада заявил, что привез приветствия Министерству иностранных дел и господину Крестинскому от государственного секретаря. У него были оставлены копии верительных грамот, а также записка с просьбой о встрече с г-ном Калининым для вручения отзывных грамот предшественника автора доклада и его собственных верительных грамот. Он сказал, что в связи с тем, что сейчас проходит съезд РСФСР и должно состояться заседание Центрального исполнительного комитета РСФСР, время г-на Калинина почти полностью занято, но он надеется, что г-н Калинин сможет принять меня 23 или 25 января. Автор доклада ответил, что в спешке нет необходимости и он не хотел бы причинять г-ну Калинину неудобств, особенно в связи с более важными государственными делами, которые не терпят отлагательства.

В сопровождении г-на Хендерсона и г-на Неймана автор доклада сразу же обратился к г-ну Стомонякову, второму помощнику народного комиссара иностранных дел. Г-н Стомоняков специализируется на делах Дальнего Востока, Ближнего Востока и Восточной Европы. Он также принял нас со всей учтивостью.

Заключительное заседание съезда РСФСР проводилось 21 января, и по просьбе автора доклада г-н Барков из протокольного отдела Министерства иностранных дел организовал наше присутствие на форуме. Отчет о моих впечатлениях по этому поводу будет опубликован в следующем послании.

Не могу завершить этот отчет, не выразив признательность за прекрасную и эффективную помощь, которую я получил от сотрудников американского посольства – группы замечательных, способных и преданных людей.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 20 января 1937 года

Спал допоздна. Отправил телеграмму с поздравлениями президенту по случаю инаугурации. Провел весь день, обустраивая свой кабинет, перебирая, сортируя бумаги, готовясь к работе.

Вечером – ужин для газетчиков и их жен в посольстве. Жены – привлекательные и прекрасные особы. Большое впечатление на нас произвела миссис Джо Барнс – тихая и сдержанная, но имеет весьма определенные взгляды и живет в соответствии с ними, что в наши дни даже «слишком много». Судя по тому, что мне сообщили, она гораздо более радикальна, чем ее супруг.

Было очень забавно побеседовать с ними о России. Совершенно очевидно, что здравомыслящий Демари Бесс и его способная, прекрасная маленькая супруга – прирожденные консерваторы, в то время как Джо Барнс – прирожденный радикал. И Барнс, и Бесс – люди необычайных способностей, оба честные и умные, но с диаметрально противоположными взглядами. Дьюэлы и Чарльз Наттере не являются ни крайними радикалами, ни консерваторами, но очень умные и увлеченные люди. Очень жаль, что уходит Джо Филлипс. Он знает Россию. Он дал мне свои записи, посвященные изучению колхозов, сделанные на местах во время длительной поездки по Украине в прошлом году. Они представляют реальную ценность как фактические наблюдения исключительно способного и подготовленного наблюдателя и журналиста в столь критический период развития этой крупной операции советского правительства. Дебаты по России выдались жаркими и тяжелыми. Это было прекрасное и вместе с тем полезное погружение прямо in medias res[3]. Мне все понравились. Думаю, мы превосходно поладим.

_________________________________

Журнал Москва, 21 января 1937 года

Нанес свой первый официальный протокольный визит британскому послу Чилстону. Посольство превосходно расположено на берегу реки, прямо напротив Кремля, это красивый старинный особняк. Посол был весьма дружелюбен и участлив. Он произвел на меня впечатление уравновешенного, здравомыслящего человека. У него сложилась выдающаяся карьера на британской дипломатической службе. Он приехал сюда после службы в Вене и Будапеште.

По его мнению, позиции правительства в этой стране вполне надежны. А в том, что касается мира, то положение в Европе крайне шаткое и выглядит не очень. Всем своим видом он давал понять, что я могу обращаться к нему в любое время. Я поблагодарил его и сказал, что, на мой взгляд, интересы Соединенных Штатов и Великобритании, без нужды в заключении каких-либо официальных соглашений, всегда можно считать более или менее совпадающими, поскольку в основе своей политические, правовые, этические и религиозные идеалы обоих народов одинаковы, а также потому, что благодаря общему языку и сходству институтов опасность недопонимания минимальна.

_________________________________

КРЕМЛЬ И ДИЕТА – ЧТО МОЖНО И ЧЕГО НЕЛЬЗЯ

Москва, 21 января 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ МАРВИНУ МАКИНТАЙРУ

Дорогой Мак!

Сама по себе Москва – красивый старинный город. Кремль внушителен и прекрасен. Он окружен кирпичной стеной высотой 30 или 40 футов с зубцами и бойницами в башнях. Фасад с одной стороны имеет ярко выраженный французский феодальный стиль с восточными мотивами. Купола и колокольни трех храмов увенчаны звездой и полумесяцем, а коса и серп на этих декоративных вершинах придают картине необычный восточный оттенок.

Доктор Банкли, врач нашего посольства, выдал нам список «запретов»[4] в отношении того, что можно есть, а чего следует избегать на дипломатических обедах. Здесь очень много заразных продуктов, практически на все наложено табу. Здесь нет ни сливок, разве что в мороженом, ни овощей, которые были бы безопасны, поэтому совет Билла Буллита был полезен во всех отношениях, и особенно разумным было предложение прихватить с собой запас еды.

Погода замечательная. Воздух свежий, бодрящий, ветра нет. Снег и сам воздух чисты и свежи, и при ярком солнечном свете деревья сверкают белизной, которая покрывает ветви. Передайте привет нашей «Кучке».

Второпях.

_________________________________

Дневник Москва, 21 января 1937 года

В 12.45 по приглашению Министерства иностранных дел мы посетили партийный съезд – его заключительное заседание – Марджори, Э.К., Дж. Д.[5], Хендерсон и я, под руководством г-на Баркова (протокол).

Нам предоставили почетную ложу. Это было необычайно интересно. Зал новый, производит впечатление. На 2000 или более делегатов, рассаженных на скамьях. Президиум, около 40 человек, на возвышении. Казаки (мужчины и женщины). Выступления молодых авиаторов и химиков. 400–500 человек.

Прогулялся по Кремлю.

_________________________________

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СЪЕЗД

Москва, 23 января 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ СТИВЕНУ ЭРЛИ

Дорогой Стив!

Нам очень повезло, что мы успели вовремя попасть сюда и увидеть заключительное заседание съезда, крупнейшего органа власти в Советском Союзе.

Съезд проходил в Кремле. Зал, в котором он проводился, был просто потрясающим. Около 400 футов в длину, 80 или 90 футов в ширину, с очень высоким потолком. С одной стороны зала – там, где обычно устраиваются балконы, – находились дипломатические ложи. Другая боковая стена состояла в основном из очень больших красивых окон шириной около 8 футов и высотой от 30 до 40 футов. Светильники были модернистскими (простыми, но красивыми) из матового стекла. Помещение оформлено в белых и светло-голубых тонах с красивыми шторами. В начале зала находился помост высотой около 8 футов, на котором сидели около 50 высокопоставленных лиц государства. Председательствовал Калинин. Непосредственно под этим президиумом находилась своего рода кафедра, на которую поднимались различные ораторы во время своих выступлений. Ниже были места для трех стенографисток, а перед ними в проходах находилось бесчисленное множество газетчиков, операторов и осветителей. По залу были равномерно распределены микрофоны. Все пространство было заставлено креслами, а на спинке каждого крепился откидной столик. В этом длинном зале, похожем на церковный неф, разместилось около 2800 делегатов, а позади располагалась галерея, на которой собралось около 1000 зрителей. Каждый делегат держал перед собой печатный экземпляр конституции. Это было внушительное зрелище. Наблюдать за происходящим было интересно. Среди присутствующих я заметил некоторое количество лиц монгольского типа. Лица сидящих в основной части зала были довольно молоды и, хотя сами эти люди не выглядели интеллигентами, в целом производили впечатление людей пытливых и энергичных. Около 25 % делегатов составляли женщины. Среди делегатов были мужчины в военной и морской форме, сельские жители, все были удобно одеты и выглядели вполне респектабельно. На некоторых женщинах были белые шали, другие были одеты в свитера ярких цветов, у некоторых были завиты волосы. Все внимательно изучали печатные экземпляры конституции, за которую предполагалось постатейное голосование. Заседающие на возвышении в целом отличались более интеллигентным внешним видом. Военный комиссар, комиссар по транспорту и начальник кавалерийской части были в военной форме, остальные – в штатском, включая женщин в черных платьях с белыми воротничками.

Перед голосованием прозвучали три речи: выступили двое мужчин и одна женщина, все – не старше 40 лет. Люди видные, судя по всему, известные, способные ораторы, которые, очевидно, знали свои возможности и мастерски довели свои речи до кульминации, вызвав бурные аплодисменты зала.

Делегацию с Кавказа возглавляла женщина. Они проследовала к ораторской трибуне. Казаки сидели в своих колоритных мундирах, а треть женщин – в костюмах из блестящих атласных юбок и белых лифов с цветными платками на голове. Великолепное зрелище. Третьим выступающим был молодой человек лет 28–30 в костюме с широкими брюками. У него было красивое спортивное лицо, глаза светились огнем. Это был лидер молодежных обществ, и перед его выступлением устроили настоящее представление. В задней части зала на высоте 10 футов от пола перед галереей стояли восемь горнистов в голубых, как у летчиков, рубашках. Под звуки их серебристых горнов в заднюю часть зала и по каждому из четырех проходов промаршировали около 400 молодых людей в разноцветных мундирах, со штандартами и знаменами в руках; женщины и мужчины, все шли слаженно, с воинской точностью, а потом встали навытяжку в проходах. Они представляли все рода войск и военно-морские силы, вплоть до подразделений химической защиты и парашютистов. Среди них выделялся рекордсмен по прыжкам с парашютом.

На фоне реющих знамен и флагов молодой оратор произнес пламенную, но емкую речь, сопровождавшуюся громкими аплодисментами. Затем под звуки горнов и восторженные овации публики молодежь со знаменами покинула зал. Все прошло хорошо и произвело большое впечатление.

Голосование по конституции проходило по каждой статье отдельно, причем вручную, то есть каждый делегат при голосовании «за» поднимал красную карточку. По окончании голосования съезд был окончательно завершен под бурные аплодисменты участников. Здравицы различным высокопоставленным лицам. Затем произошло следующее: небольшая группа в конце зала запела коммунистический гимн. Постепенно все его подхватили, и пение продолжилось в едином темпе, без дирижера, и так они исполнили несколько куплетов. Мелодия была типично русской, с пронзительными минорными тонами, неторопливой и величественной, в отличие от боевых интонаций «Марсельезы». Голоса автоматически разделились на гармоничные партии, причем теноры и контральто звучали весьма отчетливо. Это было и в самом деле трогательно, но вместе с тем солидно и внушительно. Собравшиеся стали покидать зал.

Мне сообщили, что такие съезды, помимо прочего, носят просветительский характер, и ожидается, что делегаты вернутся к себе в города и деревни, где расскажут обо всем местным жителям. Марджори передает привет детям, а также наилучшие пожелания Хелен и тебе.

Как всегда,

Джозеф Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 23 января 1937 года

Дипломатический корпус сильно взволнован тем фактом, что семнадцать старых большевиков предстали перед Верховным судом СССР по обвинению в измене Родине. Они называют это «Процессом над группой Радека». Этот Карл Радек – весьма известный публицист и блестящая личность, у него много друзей за границей. Суд начался сегодня утром, и, как мне сказали, он проходит в Дворянском собрании. Как мне сказали, при старом режиме это был модный клуб московской знати. В 12 часов пополудни в сопровождении советника Хендерсона я отправился на этот процесс. Для дипломатического корпуса были сделаны специальные распоряжения о пропусках на соответствующие места. Процесс продолжался до 3 часов дня, когда суд объявил перерыв до 6 часов вечера. Я присутствовал на вечернем заседании, которое продолжалось с 6 часов вечера до 10.30 вечера. Все это было увлекательно и весьма интересно. По окончании вечернего заседания газетчики подошли ко мне, чтобы вместе выпить пива и съесть бутерброды. Все просто из кожи вон лезут, чтобы помочь мне сориентироваться в сложившейся ситуации.

_________________________________

Дневник Москва, 25 января 1937 года

Согласно протоколу, весь официальный персонал посольства должен был сопровождать меня в Кремль по случаю вручения верительных грамот. Так и произошло. Бумаги были официально вручены председателю Президиума, после чего мы удалились в его кабинет для беседы. По окончании церемонии сотрудники вернулись вместе со мной и попали на очень достойный обед, который организовала Марджори, а Дж. Д.[6] сфотографировал группу в большой столовой.

Икра, икра, икра повсюду, и ни одного яйца, разве что за столом комиссаров!!! Мы просто не могли этого понять! Ведь их должны были принести, так, по крайней мере, нам говорили.

_________________________________

ДОКЛАД ПРЕЗИДЕНТУ ПО ВОПРОСУ ДОЛГА И О ВСТРЕЧЕ С КАЛИНИНЫМ

Москва, 25 января 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ФРАНКЛИНУ Д. РУЗВЕЛЬТУ

Мой дорогой господин президент!

К счастью, обычай выступать с официальными речами по предъявлении верительных грамот был упразднен. Имел двадцатиминутную беседу с Калининым. Его приветствие было весьма искренним, и, когда я упомянул, что вы говорили о нем лично, он пожелал, чтобы я непременно передал от него привет «великому человеку». Встреча получилась теплой.

По его словам, он верит, что все разногласия между двумя странами могут быть урегулированы. Мой ответ был заготовлен заранее: то есть я искренне надеюсь на это и считаю, что это возможно, если подойти к делу с той же серьезностью, с которой президент Соединенных Штатов подходил к разработке этих соглашений, и что я, если они того пожелают, буду рад в удобное для них время заняться данным вопросом после возвращения Литвинова. Своим заявлением я стремился (и, полагаю, мне это удалось) убедить, что все зависит именно от них, а для нас этот вопрос не имеет серьезного значения. Калинин выразил удовлетворение тем, что, по его мнению, моя профессиональная подготовка обеспечит объективность и независимость суждений, независимо от того, что малоприятного я могу услышать из дипломатических источников в Москве.

Жду возвращения Литвинова, чтобы узнать, станет ли он поднимать вопрос о долге. Есть свидетельства, что они хотят забыть об этом. Если так, то я буду действовать по намеченному вами плану.

С большим уважением, искренне ваш,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ПРЕЗИДЕНТ КАЛИНИН О ПОЛОЖЕНИИ В СССР

№ 11 Москва, 25 января 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ДОКЛАД ПОСЛА ДЭВИСА ПО ВОПРОСУ ВРУЧЕНИЯ ВЕРИТЕЛЬНЫХ ГРАМОТ Г-НУ КАЛИНИНУ

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь сообщить следующее в связи с официальным вручением моих верительных грамот президенту Калинину.

Оказалось, что от обычая обмениваться официальными речами по случаю вручения верительных грамот отказались.

Президент, г-н Калинин, уселся за свой стол и предложил мне кресло напротив г-на Крестинского, между которыми расположился переводчик, г-н Нейман. Присутствовали еще двое: г-н Уншлихт, секретарь Центрального исполнительного комитета СССР, и г-н Хацкевич, секретарь Совета Национальностей Центрального исполнительного комитета.

Президент Калинин предложил мне сигарету, и я поблагодарил его по-русски словом «спасибо», что вызвало смех. Я заявил, что хотел бы выразить от себя лично, от своей семьи и своих сотрудников признательность за содействие на границе и за прочие любезности, поскольку это сделало наш приезд в Москву комфортным и приятным. Затем я представил отзыв моего предшественника и свои собственные верительные грамоты.

Затем я заявил, что мое правительство через государственного секретаря г-на Халла хотело бы передать теплый привет и сердечные пожелания г-ну Калинину, что перед моим отъездом у меня состоялась встреча с президентом Рузвельтом и что он лично обратился к президенту Калинину. Г-н Калинин выразил удовлетворение по поводу того, что о нем упомянул наш «великий президент», и заявил, что разногласия между странами могут быть разрешены к обоюдному удовлетворению. На это я ответил, что тоже надеюсь – и верю в это. Конечно, это может быть сделано, если смотреть на вещи шире и действовать в том ключе, который президент Рузвельт обозначил в соглашении, достигнутом с Литвиновым.

Я заявил, что не являюсь профессиональным дипломатом и привык работать напрямую. На это г-н Калинин ответил, что их правительство – это правительство, основанное на народной поддержке, и что все их лидеры верят в прямоту и откровенный разговор. Тогда я сказал, что моему правительству особенно повезло в том, что мы находимся в изоляции и далеко от любых возможных угроз со стороны других стран, и поэтому мы привыкли к прямой дипломатии, в то время как общеевропейская дипломатия, возможно, находится под влиянием национальных страхов или амбиций. Затем президент Калинин заявил, что Россия не боится внешней агрессии, будучи уверенной в том, что ее армия и народ достаточно сильны, чтобы защитить себя.

Затем он выразил надежду на то, что у меня остались благоприятные впечатления. Я ответил, что Москва – красивый город и что на меня произвела большое впечатление повсеместная активность, свидетельствующая о новом строительстве и прогрессе, что на меня произвел большое впечатление общий характер и внешний вид людей на улицах, которые хорошо и тепло одеты и, как правило, заняты делом.

Затем президент Калинин заявил, что они добились весьма значительных успехов, что промышленное производство существенно возросло, что потребности народа удовлетворяются настолько быстро, насколько возможно, однако спрос так велик, что подобен огромному поглощающему пламени, которое пожирает все запасы слишком быстро, и это не позволяет удовлетворить огромные потребности народа.

Он заявил, что они рады приезду посла, который благодаря своей подготовке будет объективно смотреть на ситуацию и прибережет свои оценки до тех пор, пока в перспективе не будут объективно рассмотрены все факты.

После этого он намекнул, что его правительство, вероятно, проявило некоторую предвзятость из-за того, что в свое время некоторые (из иностранцев), конечно, перегнули палку. Но иногда бывали и приятные сюрпризы – со стороны тех, кто изначально был холоден в своем подходе. Он заявил, что поверхностные суждения несправедливы.

Проиллюстрировал он это тем, что на улицах Москвы приезжий может, например, наткнуться на пьяного и тут же сделать вывод, что все русские – пьяницы. Что, конечно же, не соответствует действительности. Он выразил надежду, что автор этого доклада увидит как можно больше из того, что они делают и пытаются делать для народа, и оценит это критически и объективно.

На это я ответил, что, хотя сам и являюсь продуктом индивидуалистической и капиталистической системы, начинал я с малого, всю жизнь напряженно трудился и что мои симпатии на стороне простых людей, как и симпатии моего правительства, и могу заверить, что моя цель заключается в том, чтобы стремиться смотреть на все непредвзято, делать выводы и честно доложить о них моему правительству. В этом они могут быть уверены, поскольку это не только моя цель, но и результат моего обучения и склада ума, выработанного годами прошлого опыта.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 25 января 1939 года

Калинин живет в Кремле. И прихожая, и его кабинет, куда меня проводили, были аккуратно и просто обставлены. Сам Калинин – прекрасный типаж. У него серьезные глаза и простые, дружелюбные манеры. Он весьма популярен среди советских людей. Начинал рабочим на одном из литейных заводов. Спокойный и располагает к себе – совсем как «старый башмак» из нашей пословицы.

Калинин произвел на меня впечатление человека добропорядочного и простого в обращении.

_________________________________

НЕГОТОВНОСТЬ ФРАНЦИИ

Журнал Москва, 26 января 1937 года

По сообщениям прессы, М. Рейно привел в Париже несколько интересных фактов о военной мощи стран Европы. Все изменил, заявил он, фактор быстроты. Германия имела 2000 самолетов, Италия – 1900, а Франция – всего 1300. До сих пор мало что было сделано; Франция имела один бомбардировщик против двух у Германии; а против нескольких сотен танков во Франции Германия и Россия имели тысячи.

Мне кажется, все говорят о неизбежности европейской войны, но никто, кроме Германии и России, не воспринимает это всерьез[7].

_________________________________

Дневник Москва, 27января 1937 года

11 часов утра – нанес визит в резиденцию Сигэмицу, японского посла. Он без ноги, инвалид – весьма способный человек. Он рассказал о «шанхайском инциденте», когда потерял ногу, и о помощи, которую ему тогда оказал американский посол Нельсон Джонсон.

С 16 до 17 часов – прогулка по Кремлю с Марджори. Сегодня в одном из музеев сходили на специальную выставку Рембрандта. Там насчитывалось, наверное, более тридцати полотен, в том числе «Возвращение блудного сына», «Рождение» и многие другие. Это было весьма необычно. Также посетили Третьяковскую галерею. Замечательные картины Герасимова, «Орден Ленина»; Сурикова – необычайно большие полотна – «Переход Суворова через Альпы» и др. Грабов, Юон и Шишкин – снежные пейзажи. Зашел в антикварный магазин и с интересом рассматривал полотна современных советских художников. Они невероятно интересны.

_________________________________

Дневник Москва, 28 января 1937 года

Начал раунд официальных визитов: китайское, немецкое, персидское, британское посольства. Пообедал с послом Турции.

После обеда мы с Марджори снова отправились в центр города, чтобы посмотреть еще одну выставку современной русской живописи в одном из художественных магазинов. Провели интересные два часа. Приобрел несколько очаровательных картин маслом (снег, революционеры и т. д.) для коллекции Висконсинского университета[8].

_________________________________

Дневник Москва, 29 января 1937 года

11 часов утра – заезжал посланник_____, прекрасный пожилой джентльмен. Он обсудил свою реакцию на судебный процесс. Считает, что подсудимые виновны.

12 часов – приезжал посол_______. Обсудили экономическое развитие и золотой запас. В подлинности некоторых признаний он сомневается, но в целом считает, что они говорят правду.

13.00 – заключительный день суда. Выслушали Радека, Сокольникова, Сыкинского, Серебрякова и других, выступивших с последними заявлениями. Перерыв в 3 часа дня.

16.00 – вместе с Марджори и Э.К. позвали мадам Литвинову на чай.

17.15 – Заехал в посольство Турции.

17.30 – Заехал в персидское посольство.

21.00 – Пошел спать – смертельно устал.

Когда мы приехали, мадам Литвиновой в Москве не было. Поползли характерные слухи о том, что ее «ликвидировали», что она исчезла и т. д. и т. п. Нас с Марджори и Э.К. пригласили на чай в дом на Спиридоновке – старинный особняк, используемый правительством в развлекательных целях. Мадам Литвинова встретила нас со всем самообладанием очаровательной англичанки, коей она и является. Она была на Урале и преподавала «базовый английский», которым весьма интересуется. Она подавала все признаки обаяния и ума, но, что характерно, уделяла мало внимания своей внешности. У нее красные, с потрескавшийся кожей руки. Она сестра моего старого друга, сэра Сиднея Лоу, которого я знал в Вашингтоне во время Великой войны. Именно в Лондоне она познакомилась с Литвиновым и вышла за него замуж.

_________________________________

ЗА КУЛИСАМИ МОСКОВСКИХ ПРОЦЕССОВ

№ 57 Москва, 17 февраля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ СУДЕБНЫЙ

ПРОЦЕСС НАД ГРУППОЙ РАДЕКА ПО ДЕЛУ О ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИЗМЕНЕ (23–30 ЯНВАРЯ)

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь сообщить следующее относительно ряда особенностей и впечатлений в связи с недавним так называемым процессом Троцкого – Радека о государственной измене.

Политический фон

Этот процесс стал следствием убийства Кирова, произошедшего в декабре 1934 года. Киров был одним из видных партийных деятелей в правительстве Сталина, который работал в Ленинграде, и его убийство произвело в стране настоящий переполох. В депешах, поступивших в Департамент в то время, указывалось, что это вызвало большую активность и беспокойство руководителей правительства в Москве и что сам Сталин, Ворошилов, нарком обороны, и прочие руководители правительства лично поспешили выехать на место преступления, очевидно опасаясь, что существует широкомасштабный заговор с целью свержения правительства Сталина. Следствием инцидента стал процесс над Каменевым и Зиновьевым, проходивший в Москве с 19 по 24 августа, когда семнадцать обвиняемых были привлечены к суду, признаны виновными и впоследствии расстреляны. Нынешний процесс берет свое начало из того же источника как в силу откровений, сделанных на суде, так и на основании якобы обнаруженных впоследствии улик.

Обвиняемых на данном процессе было семнадцать человек, из них пять или шесть видных политических лидеров. Остальная публика была разношерстная – инженеры, разного рода аферисты и тому подобные малоизвестные субъекты, которые, как утверждалось, использовались как инструмент для шпионажа, саботажа, терроризма и совершения различных преступных деяний. Обвинительное заключение строилось на конкретных уголовных законах. Подсудимых обвиняли в измене Родине, шпионаже, саботаже и в террористической деятельности в целом.

Уголовный кодекс

Есть вполне конкретные законодательные определения, запреты и наказания. Эти законы действуют с 1 января 1927 года. Соучастник признается виновным наравне с исполнителем преступления. Даже участие в любой организованной преступной политической деятельности, равно как и подготовка к совершению любого из таких деяний, влечет за собой такое же наказание, какое предусмотрено за конкретное преступное деяние. Уголовный кодекс основан прежде всего на возвеличивании и укреплении роли государства. Наказания за преступления против государства гораздо более суровы, чем за преступления против имущества или даже жизни граждан. Максимальное наказание за обычное убийство, совершенное из жадности, корыстолюбия и т. п., составляет десять лет лишения свободы, в то время как максимальное наказание за преступление против государственной собственности – смертная казнь. Еще одна особенность уголовного законодательства, последствия которой со всей очевидностью проявились на этом процессе, – отсутствие градаций наказания. Так, например, согласно показаниям Радека, когда в 1935 году, после четырехлетнего участия в заговоре с целью свержения правительства и когда он уже подумывал о «чистосердечном признании», поскольку условия изменились настолько, что и его взгляды стали совершенно отличными от тех, которых он придерживался в 1931 году, он оказался в положении, когда максимальное наказание уже было ему вменено.

Предыстория основных фигурантов

Чтобы оценить эту ситуацию, следует иметь в виду, что практически все главные обвиняемые с ранней юности воспитывались в атмосфере заговора против установленного порядка. Как представители интеллигенции, в молодости, в свои университетские годы, они участвовали в заговоре против царя и в своей такой деятельности чуть ли не ежедневно сталкивались со смертью – вплоть до успешного завершения революции. То есть заговор был их врожденной чертой.

После смерти Ленина в 1924 году между лидерами развернулась борьба за преемственность. Двумя самыми видными претендентами были Троцкий и Сталин. Первый представлял собой яркую, разностороннюю, динамичную личность; второй, грузин по национальности, был простым в общении, трудолюбивым, работоспособным. Это гений организации, человек большой физической силы и недюжинного ума, а вдобавок – восточного терпения. Будучи секретарем Коммунистической партии, он медленно создавал свою партийную машину, которая в итоге привела к поражению Троцкого и его окончательному изгнанию из страны в 1927 году. Очевидно, что борьба в тот период являла собой не столько конфликт принципов, сколько противостояние именно этих двух личностей, на что указывает и тот факт, что многое из того, что сейчас отстаивает Сталин, было частью программы Троцкого. Здесь следует сделать оговорку, что Сталин, очевидно, даже в те дни был расположен к программе развития коммунистической идеи в России как «первоочередного дела», оставляя мировую революцию идти своим путем, в то время как Троцкий и тогда, и сейчас оставался горячим сторонником идеи о том, что первоочередная задача – это именно мировая революция. В течение всего этого периода Троцкий привлек к себе очень большое число восторженных приверженцев среди лидеров партии. После его падения эти люди были высланы в глубинку и лишены постов в правительственных учреждениях. Позднее некоторые из них отказались от своих слов, были приняты обратно в партию и вновь получили официальные должности. Однако над ними всегда висела тень подозрения. Никому из них не были доверены самые высшие посты, и существует мнение, что нынешние власти никогда бы им их не доверили. Вот такими были шесть главных обвиняемых на суде.

Другие условия, существенные для понимания ситуации

Следует также помнить, что именно Сталин разработал пятилетний план в 1929 году после изгнания Троцкого. Он включал в себя как программу индустриализации, так и программу коллективизации сельского хозяйства. В 1931 и 1932 годах, когда, как утверждалось, возник заговор, эти планы подвергли население ужасающим лишениям. Тогда условия были определенно намного хуже, чем в 1935 году. Результаты планов стали указывать на возможность их успешного выполнения лишь в 1934 и 1935 годах. Признается, что в 1935 году сталинский режим был намного сильнее, чем в 1931 году. На улучшение ситуации неоднократно ссылаются в ходе дачи показаний главные обвиняемые как на оправдание перемены собственных взглядов и окончательную причину для раскаяния и признания.

Еще один фактор, лежащий в подоплеке этого необычного процесса, заключается в том, что коммунизм для этих людей равносилен религии. Преданность ему поистине фанатична.

Зал суда и атмосфера

Я усердно следил за судебным процессом, который длился шесть дней. Накал страстей был потрясающим. Заседания проходили в длинном помещении с высокими потолками, которое при старом режиме являлось частью модного московского клуба. По обе стороны центрального прохода располагались ряды кресел, на каждом заседании полностью занятых различными группами «работников», за исключением нескольких рядов в центре зала, отведенных для корреспондентов, местных и иностранных, а также для представителей дипломатического корпуса. Упомянутым группам «работников», как мне сообщили, вменялось в обязанность доставлять подробные отчеты о процессе в свои организации[9]. Трое судей, все в форме, председательствовали на возвышении в передней части зала. Они являлись членами Военной коллегии, входящей в состав Верховного суда и отвечающей за проведение судебных процессов по делам о преступлениях против государства. Место для свидетелей представляло собой часть платформы, расположенной на высоте около пяти футов над уровнем пола, в центре которой находилось углубление; ложа свидетелей представляла собой трибуну (высотой около фута) в этом углублении, располагалась напротив председательствующего судьи, примерно в восьми футах. В углублении также находились столы для адвокатов защиты. По правую сторону от помоста сидели подсудимые, отгороженные простыми деревянными перилами высотой около трех-четырех футов (своего рода скамья присяжных). Они сидели в четыре ряда по четыре стула в каждом, лицом к центру углубления. С интервалом в тридцать минут входили четыре солдата под командованием офицера и обступали обвиняемых со всех сторон, кроме стороны, выходящей к углублению. На противоположной стороне, на помосте, сидели прокурор и два его помощника, один из них – в военной форме. Суд собирался в полдень, в 12 часов, каждый день, и заседания длились – с тридцатиминутным перерывом – до 4 часов. Они возобновлялись в 6 часов и заканчивались в 10 часов вечера.

Процесс

Судебное заседание началось с зачитывания обвинительного заключения секретарем суда. Оно представляло собой длинный перечень предполагаемых преступлений, изложенный с большими подробностями, – приводилось много доказательств. Утверждения о наличии якобы подтверждающих доказательств в виде письменных документов произвели некоторую сенсацию среди журналистов и дипломатических обозревателей. Были ли серьезные расхождения между утверждениями обвинительного заключения и представленными документальными доказательствами, по ходу процесса сказать было невозможно, поскольку сами документы в одних случаях представлены не были (утверждалось, что они были уничтожены как самообвиняющие), а в других случаях лишь упоминались в ходе дачи показаний или были подготовлены для представления военному суду в камерах.

В ответ на вопрос главного судьи каждый из подсудимых поднимался и признавал себя виновным. Перед скамьей обвиняемых были удобно размещены микрофоны. Прокурор, имея перед глазами записи, которые, очевидно, представляли собой подписанные признания, задал сравнительно немного вопросов, после чего каждый подсудимый рассказал в хронологическом порядке о своей преступной деятельности. Прокурор вел дело спокойно и в целом с достойной восхищения сдержанностью.

Во внешности обвиняемых не было ничего необычного. Все они выглядели накормленными и физически нормальными. В течение первых нескольких дней процесса они проявляли значительное любопытство к толпе и, хотя и были серьезны, не казались сильно обеспокоенными. Однако по мере продолжения процесса в их позах все больше проявлялось отчаяние: они обхватывали голову руками или опускали ее на перила. В целом все внимательно слушали показания главных обвиняемых. Похоже, для многих из них некоторые детали показаний стали неожиданностью.

Комментарии к показаниям и главные обвиняемые

Основными обвиняемыми были Пятаков, Радек, Сокольников, Серебряков и Муралов. Пятаков выступал первым и стоял перед микрофоном лицом к прокурору напротив углубления и выглядел как профессор колледжа, читающий лекцию студентам. Он был помощником народного комиссара по тяжелой промышленности, по слухам, в значительной степени отвечал за успех пятилетнего плана и, как утверждалось, происходил из старой производственной семьи. В деталях, спокойно и беспристрастно, он изложил историю своей преступной деятельности. По мере того как он продолжал свой рассказ (как и другие), его показания прерывались прокурором, который обращался к тому или иному подсудимому с просьбой подтвердить некоторые конкретные случаи, которые он описывал. Иногда они изменяли или оспаривали некоторые факты, но в основном подтверждали то, что совершили преступления. При этом подсудимые выглядели на редкость невозмутимыми. Особенно я отметил, что после того, как вызвали Серебрякова, старого железнодорожника, для подтверждения факта совершения особо тяжкого преступления (что он и сделал в лаконичной манере), он потом уселся как в ни в чем не бывало и даже зевал.

Радек, второй обвиняемый, был человеком совсем другого склада (невысокий и коренастый, но с агрессивным и ярким характером) и скорее доминировал в зале суда. Он был одет как крестьянин, а его характер подчеркивали бакенбарды под подбородком. Его позиция заключалась в том, что он, как само собой разумеющееся, являлся одним из политических лидеров заговора и что хотя лично и не участвовал в конкретных преступлениях, но знал о них и принимал на себя ответственность, не пытаясь уклониться. Однако он постоянно настаивал на том, что это все «рукотворные» преступления, и неизменно оправдывал себя тем, что они носили политический характер и совершались ради дела, в которое он тогда верил. У Радека произошло несколько острых стычек с прокурором, и он не остался в проигрыше. На протяжении всего выступления он демонстрировал бодрость духа, но в последнем слове он попросил суд не забыть, что именно он раскрыл заговор Троцкого, подразумевая, что если бы не он, то правительство ничего не смогло бы раскрыть. Серебряков был как тихоня-пират, который (с лицом херувима) резал глотки, а теперь непринужденно перечислял свои мерзости. В его поведении ощущалась покорность. Сокольников, бывший посол в Лондоне, помощник народного комиссара иностранных дел, был совсем иного склада: с круглым лицом, смуглым, с высоким лбом. Он вновь выступил с, казалось бы, беспристрастной лекцией о своем участии в заговоре, логично и четко изложил причины, побудившие его с соратниками вступить в заговор с Японией и Германией. Все это якобы произошло потому, что у него не было возможности реализовать свои планы по улучшению положения русского народа внутри страны, поскольку у правительства Сталина слишком прочные позиции, и его не свергнуть за счет массовых выступлений внутри страны. Исторически у них были основания полагать, что наилучший для них шанс – прийти к власти через внешнюю войну и благодаря дружественному расположению победителей (немцев) и вероятной благосклонности со стороны других западных держав Европы в последующих мирных соглашениях создать государство поменьше на обломках того, что останется от прежней России.

Муралов был человеком с воинской выправкой и с козлиной бородкой, копной седых волос и тонкими, орлиными чертами лица. Его рост превышал шесть футов, а одет он был в простую темную гимнастерку, застегнутую на все пуговицы. Вел себя с достоинством, выглядел мужественным и прямолинейным. В свое время он занимал высокий командный пост в воинском подразделении в Москве. В той естественной манере, в которой он рассказывал о причинах поддержки Троцкого, которого считал одним из своих старинных и лучших друзей и просто великим человеком, сквозила искренность. По его словам, Троцкий проявил себя именно человеком, в то время как другие порой вели себя «как мыши». Когда Муралов говорил о своих причинах отказа от признания и окончательного самоотвода, то и здесь многое указывало на правду. Он отрицал, что на него оказывалось какое-либо давление, и заявил, что в течение восьми месяцев отказывался выступить с признанием, потому что был возмущен своим арестом и сделался злым и упрямым; вначале он считал, что предпочел бы умереть как герой и таким образом продвинуть дело, но когда постепенно вник в суть заговора, то окончательно пришел к выводу, что правительство Сталина добилось больших успехов и делает много для русского народа; он ошибался, и теперь его долг состоял в том, чтобы чистосердечно во всем признаться. Остальные обвиняемые – люди совершенно разных слоев – тоже дали подробные показания по поводу своих конкретных преступлений.

Все подсудимые, казалось, стремились навесить на себя обвинение за обвинением – по принципу mea culpa maxima[10]. Они практически не нуждались в перекрестном допросе со стороны прокурора. В случае с одним подсудимым прокурору пришлось даже предупредить его, чтобы он перешел к делу и не приукрашивал свои показания дополнительными преступлениями. В целом прокурор совершенно не стремился нагнетать обстановку. Видимо, в этом не было необходимости.

По окончании допроса обвиняемых прокурор обратился к суду с длинной речью, основанной частично на доказательствах, но в основном на посторонних исторических фактах. Это было хорошо построенное, мастерское выступление.

Последнее слово обвиняемых

Подсудимый Пятаков в своем последнем слове не просил о пощаде, как и Шестов, который был главным фигурантом в деле о самых чудовищных преступлениях. Шестов, по сути, заявил, что заслуживает смерти и хочет умереть. Радек не просил о помиловании, разве лишь косвенно, как и Муралов. Сокольников просил, но в весьма сдержанной форме. Остальные, все без исключения, просили о помиловании.

После завершения этих «последних просьб» суд объявил перерыв и через пять часов вынес свой вердикт.

Приговор суда

Все подсудимые были признаны виновными и осуждены в соответствии со степенью тяжести совершенных преступлений. Пятаков и Серебряков, как члены антисоветского троцкистского центра и организаторы измены, шпионажа, вредительства и террористической деятельности, были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу. Одиннадцать человек, в том числе Муралов, как организаторы и непосредственные исполнители преступлений, были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу. Двое, Радек и Сокольников, как члены антисоветского троцкистского «параллельного центра» и ответственные за его преступную деятельность, но не принимавшие непосредственного участия в организации и исполнении конкретных преступлений, были приговорены к десяти годам лишения свободы. Двое других, Арнольд и Стройлов, были приговорены к лишению свободы на десять лет за конкретные преступления, в которых они обвинялись. Приговор также предусматривал конфискацию личного имущества всех осужденных и лишение каждого на пять лет политических прав. Милосердие, проявленное к Радеку и Сокольникову, вызвало всеобщее удивление.

Общие замечания

С точки зрения Запада, самым необычным в данном судебном процессе является то, что он вообще состоялся. Все обвиняемые признали себя виновными. Суду ничего не оставалось делать, кроме как выслушать возможные мольбы о помиловании и вынести решение по факту и назначить наказания обвиняемым. Но здесь был устроен целый процесс, который длился шесть дней и в ходе которого, предположительно, были представлены все доказательства, которые только мог представить обвинитель, – с нашей точки зрения, совершенно бесполезный процесс. Вероятно, власти преследовали здесь две цели.

Негласно признается одно, а именно: что событие было инсценировано в пропагандистских целях. Оно был задумано, во-первых, как предупреждение всем существующим и потенциальным заговорщикам и конспираторам в Советском Союзе; во-вторых, для дискредитации Троцкого за рубежом; в-третьих, для укрепления народной поддержки правительства против иностранных врагов – Германии и Японии. Во время процесса использовались любые средства пропаганды, чтобы донести до всех уголков страны ужасы этих признаний. Газеты пестрели не только детальными отчетами о ходе суда, но и самыми яростными и злобными комментариями в адрес обвиняемых. Радио также вещало без перерыва.

Другой вероятной целью было раскрыть перед общественностью в открытом суде добросовестность признаний обвиняемых. Если бы эти признания были сделаны «в камерах» или представлены за подписями обвиняемых, их подлинность могла быть опровергнута. Факт признания никогда нельзя оспорить перед лицом устных самообвинений, сделанных «в открытом суде».

По мнению многих наблюдателей, настоящее дело отличалось от предыдущих процессов тем, что здешние признания стали практически единодушными, а также появилось больше подтверждений и все больше незаинтересованных наблюдателей сходятся в том, что доказано существование фактического заговора против советского правительства.

Вместе с переводчиком я внимательно слушал все выступления на суде. Естественно, вынужден признаться, что к показаниям обвиняемых был настроен недоверчиво. Единодушие признаний обвиняемых, факт их длительного содержания под стражей (без права переписки, то есть, по сути, без связи с внешним миром) с возможностью принуждения и оказания давления на них самих или на их семьи – все это вызывало у меня серьезные сомнения в достоверности их показаний. Однако, рассматривая их объективно и основываясь на собственном опыте в рассмотрении дел и применении критериев достоверности, которые дал мне прошлый опыт, я пришел к неохотному выводу, что государство доказало свою правоту, во всяком случае, в той мере, в какой оно доказало существование обширного заговора среди политических лидеров против советского правительства, и что в соответствии с его законами были зафиксированы преступления, перечисленные в обвинительном заключении. Однако в подсознании остается некоторая оговорка, основанная на фактах, что как система исполнения наказаний за нарушение закона, так и психология этих людей настолько сильно отличаются от нашей собственной, что, возможно, мерки, с которыми здесь подошел бы я, не совсем пригодны. Предполагая, однако, что в основном человеческая природа везде одинакова, я все же остался под впечатлением многочисленных признаков достоверности, всплывающих по ходу процесса. Допустить, что данный процесс был специально задуман и разыгран как проект грандиозного политического вымысла, означало бы предположить творческий гений Шекспира и гений Веласко в сценической постановке. Достоверность показаниям также придают исторический фон и сопутствующие обстоятельства. Доводы, которые Сокольников и Радек приводили в оправдание своих деяний и ожидаемых результатов, вполне правдоподобны. Косвенные детали, которые те или иные обвиняемые приводили в своих показаниях, порой удивляя даже прокурора и других обвиняемых, непреднамеренно подтверждали суть обвинения. Манера дачи показаний различными обвиняемыми и их поведение на трибуне также имели для меня значение. Беспристрастные, логичные, подробные показания Пятакова, их отчаянная откровенность выглядели убедительно. Так же и с Сокольниковым. Особенно сильное впечатление произвел на меня старый генерал Муралов. Он держал себя с достоинством, с прямотой старого солдата. В своем «последнем слове» он заявил:

«Я отказался от защитника, я отказался от защиты, потому что я привык защищаться годным оружием и нападать. У меня нет годного оружия, чтобы защищаться… В этом я не смею никого обвинять, в этом я сам виноват. Это моя вина, это моя беда».

Обвиняемые в менее тяжких преступлениях, являвшиеся лишь инструментами, орудиями в чужих руках, в мельчайших подробностях изложили хронику своих преступлений и во многих случаях давали понять, что то, о чем они говорят, они произносят впервые. Эти и другие факты, которые бросались мне в глаза, заставили меня поверить, что в показаниях, возможно, было много лишнего, но правда об определенном политическом заговоре с целью свержения нынешнего правительства все же проступала наружу.

Исходя из материалов данного дела мне трудно представить, чтобы какой-либо суд любой юрисдикции поступил иначе, не признав подсудимых виновными в нарушении закона, изложенного в обвинительном заключении и определенного соответствующего статутами.

Я побеседовал со многими, если не со всеми находящимися здесь членами дипломатического корпуса, и, за, возможно, единственным исключением, все они считают, что в ходе разбирательства было четко установлено наличие политического заговора с целью свержения правительства.

Что касается показаний обвиняемых, то в дипломатическом корпусе нет единства мнений по поводу предполагаемого соглашения Троцкого с Японией и Германией. Логическое обоснование такого плана, спокойно обсуждаемое и обосновываемое Сокольниковым, а также Радеком, имело значение для тех, кто указывал, что оно соответствует поведению Ленина при захвате власти с помощью германской армии в 1917 году и подъему социал-демократов в раздираемой войной Германии. На других же эта часть показаний впечатления не произвела. Но все согласны с тем, что сам факт заговора против действующего правительства установлен.

Настолько ужасными оказались впечатления от этого суда, насколько вдохновляющими были воспоминания от Конституционного съезда.

С момента окончания суда все время ходят слухи о массовых арестах в разных частях России интеллигенции и сведущих в политике людей, якобы являющихся участниками троцкистского заговора. Вдобавок распустили нелепые слухи о том, что в тюрьме уже сидят вдова Ленина, некий маршал революции, исполняющий обязанности наркома обороны и другие высокопоставленные лица. Поговаривают также, что нарком обороны Ворошилов выступил на Москву, что арестован нарком иностранных дел Литвинов и так далее и тому подобное. Насколько мне известно, слухи про Ворошилова и Литвинова не соответствуют действительности. Остальные тоже могут быть преувеличены.

Интересно отметить, что в начале революции Ленин и другие революционеры-интеллектуалы договорились (по слухам) между собой, что учтут уроки Французской революции и не позволят междоусобной борьбе породить контрреволюцию. На данный момент единственными, по сути, из тех «первых» вождей большевиков остались Сталин, Калинин и Ворошилов. Все остальные были изгнаны из страны либо уже мертвы, многие «ликвидированы» или расстреляны. Несмотря на признание опасности разрушения их идеала вследствие амбиций, человеческая природа вновь заявила о себе, как и во время Французской революции, только темпы здесь были медленнее.

Среди представителей дипломатического корпуса, а также американских журналистов, преобладает мнение, что правительство Сталина основательно укрепилось у власти и в отсутствие внешней войны продержится еще очень долго.

В заключение хочу сказать, что весь описанный судебный процесс и сопутствующие обстоятельства шокируют нашу психику. Однако он является мощнейшей демонстрацией тех благ, которые дает реальная конституционная защита личной свободы. Право обвиняемого иметь адвоката до суда, право отказаться свидетельствовать против себя и, прежде всего, презумпция невиновности и применение старого принципа общего права, согласно которому лучше сбежит тысяча виновных, чем будет несправедливо осужден хоть один невиновный, – все это приобретает реальное значение, когда сталкиваешься с подобным процессом.

Имею честь кланяться, с уважением

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ЗАСТУПНИЧЕСТВО ЗА ВЛАДИМИРА РОММА

№ 47 Москва, 12 февраля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ПО ПОВОДУ ИНЦИДЕНТА С РОММОМ НА ПРОЦЕССЕ НАД ГРУППОЙ РАДЕКА И ДРУГИМИ ПО ДЕЛУ О ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИЗМЕНЕ

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь сообщить об инциденте, произошедшем в связи с судебным процессом по делу Радека о государственной измене, который, для протокола, должен быть представлен в Департаменте.

Во время судебного процесса над Радеком г-н Уолтер Дюранти из газеты «Нью-Йорк тайме» пришел ко мне с телеграммой, которую получил от группы журналистов в Соединенных ЕПтатах и которая гласит следующее:

«Все члены вашингтонского газетного корпуса с тревогой прочитали об аресте нашего коллеги Владимира Ромма из „Известий“. В наших отношениях с Роммом мы считали его настоящим другом и защитником СССР. Ни разу он не проявил даже намека на отсутствие симпатии или нелояльность к нынешнему правительству. Для популяризации сталинского режима в этой стране он сделал больше, чем любой другой советский посланник. Надеемся, что эти рекомендации станут убедительным ручательством для судей и что вы попросите посла Дэвиса также передать эти заверения».

Я весьма внимательно следил за показаниями Ромма. Когда он закончил, стало совершенно очевидно, что с моей стороны было бы неуместно привлекать какое-либо официальное внимание к этому вопросу, по крайней мере в то время. Уместность такой позиции была единодушно поддержана присутствующими здесь американскими журналистами.

К настоящему письму прилагается копия личного и конфиденциального письма, которое я отправил мистеру Артуру Кроку из газеты «Нью-Йорк тайме», объясняя сложившуюся ситуацию.

Перечень приложений:

№ 1. Копия письма от 26 января 1937 года, адресованного послом Дэвисом г-ну Артуру Кроку.

26 января 1937 года

ЛИЧНО И КОНФИДЕНЦИАЛЬНО

Г-НУ АРТУРУ КРОКУ

Дорогой Артур!

Уолтер Дюранти показал мне телеграмму, которую получил от членов Ассоциации прессы Конгресса со списком подписей, включая и вашу собственную, со ссылкой на тяжелое положение Ромма.

Конечно, я проникся к нему сочувствием и с глубочайшим интересом и беспокойством наблюдал за его показаниями.

В день получения вашего сообщения Ромм был помещен на скамью свидетелей. Его показания были весьма необычными. Без подсказок прокурора и наводящих вопросов он рассказывал очень четко и просто, в хронологическом порядке. Он рассказал, что был близким другом Радека, что через него получил свою должность. Потом он весьма подробно описал, как в нескольких случаях выступал в качестве «посредника» между Радеком и Троцким и сыном Троцкого, Седовым, доставляя туда-сюда письма (вшитые под обложки немецких книг). Он заявил, что поначалу был приверженцем Троцкого, а после разговора с Седовым в 1931 или 1932 году стал членом организации Троцкого. Эти письма, о которых свидетельствовали Ромм и другие обвиняемые, легли в основу их обвинения в заговоре. Они использовались для установления того, что Троцкий вместе с обвиняемыми замышлял свержение нынешнего российского правительства путем саботажа, терроризма, убийств и для разжигания пораженческих настроений среди населения и активного участия вместе с Японией и Германией – при посредничестве иностранных шпионов – в разжигании в ближайшем будущем войны против России. Главной направляющей силой здесь была Германия. В результате заговорщики предполагали прийти к власти в новой – и меньшей по территории – Советской Республике – после расчленения Советского Союза и уступки Украины Германии, а приморских государств и сахалинских нефтяных месторождений – Японии.

В обвинительном акте перечисляются бесчисленные нарушения действующего законодательства Советского Союза и установлено бесспорное наличие контрреволюционного террористического заговора. Ромм также заявил, что для связи с Троцким он использовал государственные учреждения, в том числе телеграфное агентство (ТАСС).

Несчастный не оставил себе ни единого шанса. Правда, он заявил, что с 1934 года, когда уехал в США, прекратил всякое дальнейшее участие в упомянутых планах.

Хотя он производил довольно мрачное впечатление, физически он выглядел здоровым, и, насколько я мог судить, его показания вполне заслуживали доверия.

В сложившихся обстоятельствах никто не мог оказать ему никакой помощи.

Я бы с радостью сделал все, что мог, лишь бы помочь бедняге, особенно учитывая ваш к нему интерес у нас в стране. Но, в конце концов, он советский гражданин, который знает советские законы и действовал с открытыми глазами. И конечно, здешняя ситуация – исключительно их дело, и любое мое вмешательство, особенно будь моя просьба отклонена, могло бы поставить администрацию в неловкое положение. В данных обстоятельствах это было бы весьма неуместно.

Сразу же по окончании заседания я пригласил наших корреспондентов, включая Дюранти, Дьюэла, Наттера и Бесса, к себе в резиденцию перекусить, и мы вместе подробно все обсудили. В оценках происходящего все были со мной единодушны.

Среди здешних корреспондентов преобладает мнение, что независимо от мотивов, которые могли подтолкнуть на столь необычные массовые признания, обвиняемые в целом говорят правду, по крайней мере частично, и что обвинение представило убедительные доказательства существования широко распространенного заговора Троцкого с целью уничтожения нынешнего правительства. Здесь мы снова усматриваем параллель с Французской революцией.

Лично мне было очень интересно следить за этим процессом, и я присутствовал на каждом заседании.

Если бы требовалась какая-либо демонстрация мудрости и целесообразность принципов англосаксонской юриспруденции для защиты обвиняемого с помощью презумпции невиновности, права на адвоката, права на отказ свидетельствовать против самого себя, предписания habeas corpus[11] и здравого смысла англосаксонского права от Magna Charta[12] до Билля о правах, то она была бы найдена в этом процессе. Такие процессы, даже когда дьявол не врал Христу: «Знаю, что Ты Сын Божий», иногда могут установить истину, но Бог всячески оберегает индивидуальную свободу и личные права в любом случае, независимо от их юридического подтекста.

Пишу это вам лично и без протокола[13].

Искренне ваш,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 30 января 1937 года

13.00 – заезжал посол__________. Он крайне настроен

против советского режима. Что касается процесса над группой Радека, который стал сенсацией для дипломатического корпуса на этой неделе, он считает, что все подстроено и продиктовано внутренними распрями между старыми большевиками. Он считает, что признания добыты с помощью всевозможных угроз и физического воздействия на обвиняемых. Мне он рассказал необычную историю, которую только сам что услышал. Оказывается, на Украине арестован польский гражданин по обвинению в шпионаже. Польское посольство, как он понял, не смогло добиться его освобождения, поэтому арестовало двух видных советских деятелей в Польше. Это привело к обмену заключенными на границе. Поляк оказался весьма больным человеком, был взят под наблюдение и госпитализирован польскими медиками. Те пришли к выводу, что тот в бессознательном состоянии был накачан атропином или каким-то подобным препаратом, который ему вводили в пищу с целью ослабления воли[14]. По его мнению, это стало одной из причин нынешних признаний на суде. Он также предположил, что причиной признания Ромма был тот факт, что жену и ребенка Ромма побудили приехать в Россию и что сам Ромм был вынужден вернуться, опасаясь невольно причинить им вред. Это, по его словам, было чистым предположением с его стороны. Это первое конкретное заявление, которое я услышал на фоне общих слухов об употреблении наркотиков, и оно из предвзятого источника.

А на Красной площади устроили всенародное празднование по поводу вынесенных военным судом приговоров. В тот вечер можно было наблюдать необычное зрелище: толпы восторженно марширующих мужчин и женщин демонстрировали явное удовлетворение от того, что «предатели раскрыты и наказаны»[15].

_________________________________

Москва, 18 февраля 1937 года

СЕНА ТОРУ ДЖЕЙМСУ БАЙРНСУ

Мой дорогой Джим!

На этом процессе по делу о госизмене основным пороком процедуры, с нашей точки зрения, было подчинение прав личности государству. Что касается подобных судебных процессов, как и в некоторых других европейских странах, существует теория, согласно которой обвиняемый обязан дать показания государству после того, как будет доказано prima facie[16].

Гарантии общего права для защиты личной свободы человека от возможных притеснений со стороны правительства, такие как право обвиняемого на адвокатскую помощь при аресте, право отказаться свидетельствовать против себя, постановление habeas corpus, право требовать от государства доказательства вины вместо того, чтобы обвиняемый доказывал собственную невиновность, никогда не производили на меня такого впечатления своей благотворностью в интересах общества, как на этом процессе. Все эти обвиняемые в течение недель и даже месяцев содержались без какой-либо связи с внешним миром. Один за другим они вставали и рассказывали свою историю совершенно беспристрастно и в мельчайших подробностях, нагромождая одно самообвинение на другое. Преобладающее мнение сводилось к тому, что, если объективно рассматривать ход процесса, правительство доказало свою правоту, по крайней мере, в части установления факта антигосударственного заговора.

_________________________________

НЕЙМАН О НЕМЕЦКОЙ АГРЕССИИ

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ:

МЕМОРАНДУМЫ О БЕСЕДЕ, СОСТОЯВШЕЙСЯ

1 ФЕВРАЛЯ 1937 ГОДА МЕЖДУ ПОСЛОМ ДЭВИСОМ И Г-НОМ НЕЙМАНОМ ИЗ НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ

Конфиденциально

Во второй половине дня 1 февраля 1937 года в сопровождении первого секретаря г-на Хендерсона я посетил г-на Неймана, заведующего 3-м Западным политическим отделом Народного комиссариата иностранных дел. В ходе нашей беседы я сказал ему примерно следующее.

Увиденное в Советском Союзе произвело на меня большое впечатление. Было необычно видеть, как всего за пять-шесть лет Советский Союз предпринял попытку осуществить в сфере индустриализации то, на что у Соединенных Штатов ушло несколько поколений.

Меня особенно интересуют ваши промышленные проблемы, и я надеюсь, что в ближайшем будущем у меня появится возможность совершить поездку по промышленным регионам и посмотреть, что делается на местах. Я хотел бы узнать из первых рук, что именно было сделано, что вы делаете сейчас и что еще предстоит сделать. Особенно хотелось бы получить представление о состоянии вашей сталелитейной промышленности. Несколько лет назад я провел исследование американской сталелитейной промышленности и включил свои выводы в двухтомный трактат, который до сих пор считается авторитетным трудом в этой области. Естественно, я заинтересован в развитии американо-советских коммерческих отношений – но я также искренне симпатизирую усилиям вашего правительства по индустриализации страны и повышению уровня жизни всего населения.

Могу добавить, что я не дипломат. Я юрист с экономическим образованием и бизнесмен и выступаю сейчас скорее как юрист, нежели дипломат. На самом деле Соединенным Штатам настолько повезло в плане географического расположения, что можно сказать, что они практически не нуждаются в дипломатии в мировых делах, в том смысле, как это принято понимать в Европе. Наше главное желание – жить в мире с другими странами и способствовать миру во всем мире.

В ближайшее время я предполагаю посетить Ленинград, а также ряд промышленных районов Украины. Я уже занялся вопросами организации своего проезда по железной дороге, и Народный комиссариат путей сообщения оказал мне в этом большую помощь.

Г-н Нейман ответил, что советское правительство с удовлетворением узнало о моих планах получить представление о происходящих в стране событиях из первых рук, и заверил меня, что советские власти сделают все возможное, чтобы оказать мне всяческое содействие. Он сказал, что обсудит этот вопрос с соответствующими комиссариатами и, возможно, сможет предложить несколько предприятий, которые могут показаться мне интересными для посещения.

Как оказалось, он в курсе, что я присутствовал на суде, и хотел бы знать, каковы мои впечатления. Я ответил, что тот процесс был для меня особенно интересен, поскольку в свое время я был судебным адвокатом в Соединенных Штатах и этот процесс дал мне возможность сравнить советскую судебную процедуру с американской. Мой собственный юридический опыт и объективная оценка происходящего позволяют считать, что в соответствии с их законами и судебной системой правительство четко доказало свою правоту. Однако в ходе судебного разбирательства имели место определенные психологические и другие факторы, которые я оценить не смог, поскольку они чужды моему опыту.

Г-н Нейман отметил, что для него важной особенностью завершившегося процесса является то, как безжалостно вскрыта коварная тактика Германии. По его словам, недавно из надежных источников ему сообщили, что войны, в которых могла участвовать Германия, нацисты разделяют на две категории, а именно: полностью иностранные и частично иностранные. Он узнал, что нацистские лидеры и немецкие военные власти придерживаются мнения о том, что до 1938 года Германия не будет готова к участию в полностью иностранной войне, то есть таковой, в которой наступление извне не сопровождалось бы восстанием внутри страны, но что она может без особой спешки вступить в частично иностранную войну, то есть войну, в которой нападение извне будет сопровождаться гражданской войной. Испания и Чехословакия уже классифицированы как страны, в которых может вестись частично иностранная война, и прошедший судебный процесс показывает, что Германия надеялась через Троцкого так раскачать советское единство, чтобы перевести Советский Союз в туже категорию.

Позже г-н Нейман сообщил мне, что некоторые члены промышленного и экономического отделов советского правительства упоминали о моих докладах в качестве комиссара по корпорациям и председателя Федеральной торговой комиссии и что они хорошо известны. Я ответил, что с удовольствием отправлю ему в пользование комплект докладов, которые могут иметь отношение к их промышленности и проблемам соответствующих отраслей[17].

_________________________________

Дневник Москва, 2 февраля 1937 года

12 часов ночи – заезжал посланник_______. Он несколь

ко раз бывал в США и в Вашингтоне. Мнение о суде – виновны. Обсуждали Коминтерн.

16.00 – Заезжал Дженкинс, американский инженер. Он строит листопрокатный завод в бассейне реки Дон. Привел интересное описание промышленности этого региона и плотины Купера, второй после плотины Боулдера. Рассказал про алюминиевый завод, листопрокатный завод и т. д. Высокого мнения об интеллекте русских инженеров.

17.15 – Министерство иностранных дел пригласило нас на предварительный просмотр советского кино – сначала короткий фильм о прибытии нашей делегации и встрече с Калининым и главная картина – драма – фильм на революционную тему.

_________________________________

ОБОРОННЫЙ БЮДЖЕТ ФРАНЦИИ

Журнал Москва, 2 февраля 1937 года

Французская палата разрешила потратить 14 млрд франков (700 млн долларов) на национальную оборону в течение следующих трех лет.

Какие разительные отличия от советских показателей! Франция выделяет около 250 млн долларов в год на 1938, 1939, 1940 годы. Россия же планирует потратить в 1938 году – в золотом эквиваленте – в десять раз больше.

_________________________________

Дневник Москва, 3 февраля 1937 года

12.00 – приезжал посланник______. При обсуждении судебного процесса конфиденциально сообщил, что подсудимые, по его мнению, виновны.

17.30 – приезжал посол Германии, граф фон дер Шуленбург. Он очень весел, жизнерадостен, типичный немец. Обсуждали суд и тяжелое положение арестованных немецких заключенных, к которым не было доступа немецким дипломатическим властям. Он сказал, что 40 или 50 немцев арестованы или содержатся под стражей – только вчера было три новых ареста. Это не давало ему покоя! Он ехидно посмеялся по поводу намеков на предполагаемое участие Германии.

_________________________________

ЛИТВИНОВ ПРЕДУПРЕЖДАЕТ ПО ПОВОДУ ГИТЛЕРА

№ 33 Москва, 6 февраля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

КОНФЕРЕНЦИЯ С НАРОДНЫМ КОМИССАРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЛИТВИНОВЫМ В 15 ЧАСОВ 4 ФЕВРАЛЯ 1937 ГОДА

Сэр!

Имею честь доложить, что 4 февраля 1937 года посетил народного комиссара иностранных дел г-на Максима М. Литвинова.

Начал разговор с г-ном Литвиновым с того, что передал ему, как главе Министерства иностранных дел, и правительству, которое он представляет, приветствия от президента Соединенных Штатов и государственного секретаря, г-на Халла. На это г-н Литвинов ответил, что в президент Рузвельт оставил в его памяти неизгладимое впечатление и что он считает его «великим человеком» и преданным тем же идеалам, которые исповедует и советское правительство, а именно: облегчению положения народных масс путем гуманитарной деятельности и в своем стремлении к миру во всем мире. Он также добавил, что восхищен государственным секретарем г-ном Халлом и особенно его дипломатическими успехами в Южной Америке. Я ответил, что, на мой взгляд, он правильно истолковал позицию нашего президента по этим двум вопросам и что она отражает позицию американского народа в целом; с той лишь оговоркой, что, хотя многие, как и я, глубоко симпатизируют усилиям правительства по улучшению положения масс, могут сомневаться в мудрости некоторых из применяемых методов и, полагая, что эволюция лучше революции, опасаются, что благонамеренные усилия по скорейшему осуществлению выбранной политики могут тормозить, вместо того чтобы, наоборот, продвигать дело всеобщего благополучия. Я воспользовался случаем, чтобы заявить г-ну Литвинову, что он может безоговорочно положиться на мои личные симпатии к тем целям и усилиям, которые его правительство предпринимает в попытке обеспечить лучший уровень жизни и большую свободу для советского народа, и что он и его правительство могут быть уверены в том, что касается моего личного отношения, оно будет объективно направлено на честный и беспристрастный отчет о фактах, условиях, тенденциях и силах, какими я их нахожу, что у нас нет дипломатических проблем, в европейском смысле, вследствие нашего удачного географического положения, и что мы не держим зуб друг на друга.

После этого господин Литвинов предположил, что мы заинтересованы в развитии внешней торговли. Я ответил, что, находясь на государственной службе, в течение шести лет проводил экспертное исследование американской внешней торговли, и что, по моему мнению, самым большим внешним рынком в мире являются именно Соединенные Штаты, и что внешняя торговля важна для нас главным образом тем, что является заделом для выравнивания условий нашего собственного бизнеса, и что мы совершенно не зависим от нее как от жизненно важного фактора нашей национальной политики. С другой стороны, мы, конечно, хотели бы помогать и содействовать внешней торговле, но это не столь жизненно важное и серьезное соображением, как было бы для менее обеспеченной нации. Затем г-н Литвинов предположил, что, в конце концов, Америка не так уж изолирована от различных неприятностей в мире и что мировые условия постоянно испытывают на прочность нашу изоляцию; он предположил, что у нас могут назреть проблема с Японией; что, судя по тому, как события развиваются в Америке, мы не можем быть уверены в том, что совсем изолированы от мировых дел. На это я ответил, что нам повезло в том, что Япония и все наши соседи знают, что мы не желаем ничего из того, чем обладают они, и что Тихий океан, Скалистые горы и наша собственная сила позволяют нам верить, что отношения будут оставаться дружественными. Что касается Южной Америки, то в этом полушарии прочно утвердились демократические идеи, а между президентом и секретарем Халлом и главными правительствами Западного полушария существует весьма глубокое взаимопонимание в связи с сохранением их общих интересов через мир; одно из величайших достижений госсекретаря Халла заключается в том, что между странами Америки существует, возможно, более тесное взаимное доверие и сотрудничество, чем когда-либо прежде.

Я спросил г-на Литвинова, как он оценивает европейскую ситуацию и считает ли, что она сейчас стабилизируется. Он ответил: «К сожалению, нет». А затем энергично продолжил, что не понимает, почему Англия и Франция «постоянно будоражат» Гитлера в Германии; что он не может понять, почему они составляют записки и анкеты и постоянно нагнетают обстановку в Германии и тем самым подчеркивают значимость Гитлера и «подпитывают его тщеславие», давая понять, что он (Гитлер) является доминирующей фигурой в Европе; он считает, что ему нужно позволить «вариться в собственном соку»; что политика Гитлера не изменилась по сравнению с той, которую он провозгласил в своей книге «Майн кампф», что в нем преобладает жажда завоеваний и господства в Европе; он не может понять, почему Великобритания не видит, что, как только Гитлер начнет господствовать в Европе, он проглотит и Британские острова. Казалось, он был очень взволнован этим и опасался, что между Францией, Англией и Германией возникнут разногласия. Я не высказал никакого предположения о возможном урегулировании германской проблемы ради сохранения мира в Европе, потому что хотел выслушать целиком его мнение таким, как есть, не разбавленным никакими моими высказываниями.

В заключение нашей беседы я поблагодарил г-на Литвинова за любезность и содействие, которые Министерство иностранных дел оказало нам по прибытии в Советский Союз и продолжало оказывать до настоящего времени. По его словам, ему очень приятно отметить, что мы смогли оценить его скромные усилия, и выразил сожаление, что не смог лично приветствовать нас по прибытии, поскольку находится в Женеве, а также заявил, что дал четкие указания перед отъездом, чтобы нам было уделено всевозможное внимание и оказано всяческое содействие по той причине, что и он, и его коллеги в правительстве, зная о моей предыдущей карьере, были очень рады, что такой человек, как я, выдвинут на такой пост, и этот факт обеспечил им определенную объективность и сдержанность суждений в отчетах о том, что они пытаются сделать и чего добиваются. Я также поблагодарил его за любезность, которая была оказана сотрудникам нашей миссии до моего прибытия.

В соответствии со стратегией, которую я определил до нашей беседы, я не поднимал никаких спорных вопросов, как, впрочем, и он.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 5 февраля 1937 года

Утро провел за диктовкой депеш.

12.00 – визит посланника________. Он сказал, что состоявшийся суд преследовал три цели: 1) для «внутреннего потребления»; 2) для «внешнего потребления»; 3) военный психоз ради укрепления позиций правительства в Советском Союзе. Он рассказал забавную историю о том, как Гитлер проводил смотр воинской части рядом с психиатрической лечебницей. Один сумасшедший, когда к нему обратился охранник, заявил: «Нет, тот человек не Гитлер, фюрер – это я». Посланник подумал, что, возможно, он прав.

_________________________________

ПЕРВЫЕ ДИСКУССИИ ПО УРЕГУЛИРОВАНИЮ РОССИЙСКОГО ДОЛГА

№ 68 Москва, 18 февраля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

АМЕРИКАНО-СОВЕТСКИЕ ОТНОШЕНИЯ;

НЕОФИЦИАЛЬНАЯ ДИСКУССИЯ ПО ПОВОДУ ДОЛГОВ И КРЕДИТОВ

Совершенно секретно

Сэр!

Народный комиссар внешней торговли Розенгольц пригласил нас 5 февраля на обед в свой загородный дом (дачу). К своему удивлению, мы встретили там маршала Ворошилова, народного комиссара обороны; Микояна, народного комиссара пищевой промышленности; Вышинского, прокурора, который вел недавний процесс над Радеком; и Розова, нового руководителя «Амторга» в Нью-Йорке.

После обеда, за кофе и сигарами, Розенгольц перевел разговор с обсуждения торговли на ситуацию с долгом. Розенгольц заявил, что, по его мнению, «разногласия могут быть урегулированы, если к ним подойти практически; что их правительство не признает морального обязательства выплачивать долг Керенского, но, несмотря на это, он надеется, что вопрос может быть решен; что вопрос о долгах другим странам ставит его правительство в непростое положение; что с Великобританией и Францией они пришли к modus vivendi[18], что делает урегулирование долгов независимым от кредитных ситуаций. Он заявил, что в вопросах, вызывающих разногласия между нашими странами, вероятно, можно было бы применить аналогичный подход, и спросил, есть ли у меня какие-нибудь идеи относительно того, как следует подойти к этому вопросу. На что я ответил, что у меня нет прямых указаний от моего правительства инициировать какие-либо обсуждения долга или разрабатывать какой-либо план. Затем он предложил решить этот вопрос путем переговоров частных лиц с Давидом Розовым как главой «Амторга», а не через Министерство иностранных дел. На это я ответил, что не могу говорить от имени своего правительства, но что обсужу этот вопрос с государственным секретарем и, конечно, хотел бы разузнать побольше о конкретном плане, который они имеют в виду в связи с урегулированием всего вопроса путем подобных частных переговоров. Он заявил, что считает целесообразным, чтобы Розов изучил ситуацию, вернулся в июле и доложил о том, что ему удалось разработать. Я ответил, выражая свое личное мнение, что не вижу ничего плохого в том, чтобы Розов изучил ситуацию, как того пожелает его начальство. Розенгольц настаивал на позиции, которую заняли Франция и Англия, признав свои внутренние трудности и отделив вопрос долга от кредитной ситуации. На это я ответил, что по образованию не дипломат и не могу быть целиком уверен, но моей первой обязанностью было обсудить проблему долга через г-на Литвинова и Министерство иностранных дел, когда тот сочтет нужным поднять этот вопрос со мной, но что, поскольку они являются ответственными членами Совета народных комиссаров и заинтересованы в решении этой проблемы, я буду говорить с ними совершенно откровенно, особенно в связи с тем, что дискуссии начались именно с ними. Затем я заявил, что понимаю те трудности, с которыми сталкиваются государственные деятели обеих стран в силу своеобразных условий, навязанных силами, не зависящими от того, чего мог бы потребовать простой здравый смысл, а именно: возможно, положения закона Джонсона в Соединенных Штатах, которые я подробно объяснил, с одной стороны, и неловкость, которую Россия может испытывать из-за договорных обязательств обращаться со всеми своими должниками так же, как с Соединенными Штатами; но, говоря лично, считаю, что долговое обязательство перед нами имеет для них особое значение в силу специфичных обстоятельств; что в такой ситуации существует весьма важное различие между их отношениями с Англией и Францией и их отношениями с Соединенными Штатами; что их обязательства мешали одинаково относиться ко всем странам-кредиторам и их трудности в этом отношении были им так же хорошо известны до соглашения Литвинова, как и сейчас; что неопровержимым фактом является то, что президент Соединенных Штатов разработал грандиозный план, в то время представлявший большую ценность для советского правительства, и что было заключено джентльменское соглашение с полным знанием фактов с их стороны и на условиях, когда не могло быть никакого недопонимания относительно того, в чем в принципе заключалось то джентльменское соглашение. Я внимательно изучил меморандум джентльменского соглашения, и в нем предусмотрено, что заем должен быть предоставлен либо национальным правительством, либо его гражданами; что вопрос о долге, который может составить 200 млн долларов или более, в масштабах нашей национальной экономики является лишь крохотным пятнышком на огромной стене и что для нас это прежде всего дело принципа, а в остальном мало что значит. Но для них было крайне важно сохранить доверие нашего правительства в выполнимость соглашения; что у нас нет агрессивных милитаристских соседей, угрожающих мирному существованию нашей страны. У нас огромное количество прогрессивных демократических умов, что оказывает большое влияние на мнение либерально настроенных людей по всему миру. Это может в определенный период в будущем иметь неоценимое значение для России. Как человек, разделяющий гуманитарные порывы и цели русского народа, лично я чувствую себя вынужденным отметить, что, на мой взгляд, было бы очень жаль, если бы советское правительство позволило какому-либо облаку омрачить то доверие, которое мое правительство испытывает к честности и добропорядочности людей, которые ведут здесь дела. Это, как мне кажется, особенно верно, потому что в мире среди руководителей великих стран, пожалуй, не отыскать таких, которые с такой симпатией относились бы к фундаментальным гуманитарным целям русского народа, как это делают президент Рузвельт и государственный секретарь Халл; что было бы весьма печально, если бы советское правительство допустило ситуацию, которая могла бы ослабить или разрушить их уверенность в честности русского руководства; что по своей важности финансовые задолженности и деловые аспекты просто меркнут на фоне столь принципиального вопроса. На это Ворошилов ответил, что речь идет о сравнительно небольшой сумме и что вопрос должен быть, в принципе, решен, нужно просто найти выход. Он сказал, что ценит величие и благородство президента Соединенных Штатов и что в моих словах заключена большая сила. Затем он заявил, что, хотя и является другом посла Буллита, все же считает, что многие трудности создал именно он. На это я сразу же ответил, причем в совершенно определенных выражениях, что испытываю величайшее восхищение послом Буллитом, знаю его как сильного, прямого человека, который ведет дела добросовестно и с верой в то, что взятые обязательства будут выполнены в том духе, в котором они были приняты, и что важным фактом является существование необходимых условий, а не их причины. Розенгольц также предположил, что в определенных кругах Государственного департамента существует серьезная оппозиция выработке любого соглашения с Россией, и спросил, правда ли это. Я ответил, что не считаю это правдой; что ничего подобного для себя не обнаружил; что такая правда может исходить откуда-нибудь из глубин Министерства иностранных дел России, там могут быть люди, крайне враждебные американскому правительству как представителю столь ненавистного им капиталистического строя, но о таком отношении лично я ничего не знаю; и, насколько мне известно, ни мой президент, ни государственный секретарь, судья Мур или другие ответственные лица в Департаменте, ни я сам в таком не заинтересованы. В заключение я дал ясно понять, что не получал никаких инструкций насчет вопроса о долге. Позиция моего правительства заключалась в том, что все зависит от советского руководства в связи с принятыми им ранее обязательствами; что проблема находится в их руках; мое же отношение носит исключительно дружественный характер; я нахожусь здесь и могу принять участие, если они сочтут нужным привлечь меня к решению данного вопроса; что я сообщу Департаменту о планах г-на Розова и буду ждать дальнейших пожеланий в сложившейся ситуации.

Ворошилов, Розенгольц и Вышинский заявили, что все они ценят мою откровенность, весьма рады, что мой предыдущий опыт и мое, с их точки зрения, объективное мировоззрение характеризует здешнее американское дипломатическое представительство; и в любом случае они надеются, что мне понравится мое пребывание в России, в чем я их тоже искренне заверил.

Общим итогом стало следующее: эти государственные деятели теперь ознакомились со всеми фактами из первых рук; наша позиция заключается в том, что стороны вступили в честное соглашение с полным осознанием всех фактов до его заключения; что оно пока выполнено только их стороной; что для нас это вопрос относительно небольшой важности, но может иметь жизненно важное значение для них в будущем; что это их проблема, и теперь именно они должны предпринять следующий шаг.

Имею честь кланяться, с уважением

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ОБЕД НА ДАЧЕ РОЗЕНГОЛЬЦА

10 февраля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ СТИВЕНУ ЭРЛИ

Дорогой Стив!

Темпы происходящего здесь просто удивительны. Я здесь всего около двух недель, а события сменяют друг друга так стремительно, что кажется, будто прошло уже два месяца.

Обед у наркома внешней торговли был необычным и интересным. В ясный холодный день мы проехали около 35 миль по заснеженной сельской местности по Сталинской дороге – широкому асфальтированному шоссе шириной, наверное, 150 футов. Это часть новой военной трассы.

Перед нами на многие мили простирался лес из белых берез с одной стороны и зеленых елей с другой, очищенный от подлеска. Это был район загородных усадеб с заборами высотой около десяти футов, обычно выкрашенными в зеленый цвет, и все выглядело аккуратным и ухоженным. К даче от дороги вела извилистая дорожка. Дом был большим и удобным, и из него со всех сторон открывался превосходный вид на заснеженный пейзаж. Он был добротно и привлекательно обставлен в современном немецком стиле.

По дороге домой проехали мимо дачи Сталина. Она тоже окружена высоким крашеным забором, по периметру стоят часовые. К самому Сталину сейчас не попасть, но, думаю, перед отъездом мне все же удастся его увидеть.

Эти советские комиссары, конечно, неплохо устроились. Живут либо в Кремле, который представляет собой обнесенный стеной город внутри города с прекрасными старинными дворцами и церквями, либо в своих загородных домах, либо одновременно и там и там.

Сильное впечатление произвел Ворошилов, как, впрочем, и все остальные. Ворошилову 54 года, а выглядит он примерно на 36. Роста невысокого, но держится с достоинством, у него воинская выправка. Более того, я думаю, что это человек большого интеллекта, он быстро схватывает суть происходящего, а несущественное отбрасывает в сторону.

Генеральному прокурору около 60 лет, и он очень похож на Гомера Каммингса: спокойный, беспристрастный, умный, способный и мудрый. Процесс о государственной измене вел так, что у меня как юриста вызвал большое уважение и восхищение.

Микоян, комиссар по продовольствию, – явный южно-русский типаж, грузин; смуглый, с крупным носом, высокими скулами, сильным подбородком, сам быстрый, как рапира.

Розенгольцу около 50 лет, смуглый, нееврейской внешности, с довольно красивыми глазами, спортивного сложения (у него есть крытый теннисный корт, чтобы поддерживать себя в хорошей физической форме). Он полностью отвечает за всю внешнюю торговлю и контролирует эту гигантскую монополию. Один из самых трудолюбивых. Думаю, он будет полезен.

Все восхищаются нашим президентом и хорошо информированы о том, что и как он сделал. Поистине удивительно. Все засыпали меня вопросами и проявляли величайший интерес ко всему, что касается его деятельности, выражая общее мнение, что он – величайший в мире государственный деятель.

Сталин, как все говорят, прост в общении, но это человек огромной целеустремленности и работоспособности. Он держит ситуацию в своих руках. Он аккуратный и чистоплотный и, очевидно, предан делу строительства социалистического государства и верит в окончательную победу коммунизма, притом в его характере достаточно твердости и гибкости, чтобы считать его и политиком, и вождем.

Спешно,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 6 февраля 1937 года

Суматошное утро, сортировал и складывал депеши и письма в мешок с дипломатической почтой.

12.00 – заехал к литовскому посланнику. Прекрасный пожилой человек. Обсуждали судебный процесс. Он заявил, что, очевидно, имел место широкомасштабный заговор. Сталин – по-прежнему абсолютный хозяин положения, и они крепко держат ситуацию в своих руках. Обсудили нелепые слухи о походе Ворошилова на Москву, циркулирующие в иностранной прессе и т. д. Не менее глупый слух о том, что арестована вдова Ленина. Обсуждали текущее положение – мнение таково, что дела обстоят гораздо лучше, и следующие несколько лет покажут значительное улучшение ситуации.

13.00 – заехал к финскому посланнику.

Звонок из Лондона. Международные новости, обсуждение «похода» Ворошилова на Москву. Также расспросил литовского посланника об истории с атропином. Старик не поверил. Он долго обсуждал различные теории о том, почему обвиняемые дали признательные показания. Он не верит, что применялись методы прямого физического воздействия (в отличие от психологических), и подробно изложил причины. Он во многих отношениях высоко оценивает действующий режим.

_________________________________

ВЫДЕРЖКА ИЗ ПИСЬМА СЕНАТОРУ

МИЛЛАРДУ ТАЙДИНГСУ

5 февраля 1937 года

Протокол требует, чтобы много времени уделялось общению с различными послами и советниками. Такое может показаться делом скучным, но лично я нашел это занятие весьма ценным и интересным. В результате таких визитов я раздобыл много ценной информации. Более того, все мои собеседники интересны и производят впечатление весьма способных людей. Многие из них имеют большой опыт работы здесь, и их мнения имеют большую ценность. Конечно, не стоит и говорить, что я больше слушал, чем говорил, разве делал какие-то общие замечания.

Я проводил вечера с представителями разных ведомств, которые являются экспертами в различных областях, и чувствую, что достаточно хорошо разобрался в ситуации и получил общее представление о происходящем, что, по крайней мере, послужит основой для более здравого суждения о дальнейших событиях.

_________________________________

Журнал Москва, 9 февраля 1937 года

Состоялась весьма интересная встреча с послом Афганистана. Он является дуайеном дипломатического корпуса, проведя здесь больше всех времени (леди Чилстон, очаровательная, яркая и культурная женщина из британского посольства, с блеском в глазах говорила, что «официальный сезон в Москве всегда открывался ужином у посла Афганистана»). Мы присутствовали на ужине, который в тот вечер устроили в нашу честь. Бижу[19] также была включена в приглашение. Это было восхитительное событие. Посол, выпускник Оксфорда и двоюродный брат короля своей страны, – человек с большими способностями и обаянием. Он много общается с музыкантами и творческими людьми Советского Союза, и в качестве гостей на вечер были приглашены несколько прекрасных артистов, которые много пели и играли.

Обсуждая судебный процесс, посол заметил, что – с нашей точки зрения – уголовное судопроизводство в России, основанное на Кодексе Наполеона, не обеспечивает той защиты обвиняемому, которую дает система общего права. Затем он рассказал, как такую защиту обеспечивают положения магометанских законов в его стране. Ничто, сказал он, так не способствует повышению достоинства человеческого разума и личности человека, как защита, которую закон обеспечивает ради свободы от преследований со стороны власть имущих в любой стране. По его мнению, степень прогресса цивилизации заключается в том, насколько человек защищен даже против самого государства в случае обвинения в каком-либо преступлении. Он прокомментировал право обвиняемого отказаться свидетельствовать против себя и право обвиняемого на презумпцию невиновности. Эти принципы, по его словам, сохранены при магометанской системе в его стране.

Он также считает, что Советы во многих отношениях делают немало хорошего. Но мудрость веков, сказал он, показала, что без стимула личной заинтересованности общий прогресс крайне низок. Человеческая природа еще не достигла и, вероятно, еще не скоро достигнет той точки, когда люди будут способны трудиться ради одного лишь удовольствия от самой работы. Стимулом для работы и прогресса является личный интерес, и так продлится еще долгое время. Своей искренностью и рассуждениями этот мудрый и прекрасный человек произвел на меня огромное впечатление. Возможно, сказал он, этот эксперимент пройдет и будет успешно развиваться, если принять во внимание и как-то изменить эти фундаментальные особенности человеческой природы. Это может стать одним из этапов эволюции прогресса. Время покажет, сказал он.

_________________________________

Дневник Москва, 10 февраля 1937 года

12 часов утра – конференция с посланником__— он здесь работает уже шесть лет – весьма умный, начитанный человек.

Убежден в существовании заговора и виновности подсудимых – обсуждали тот факт, что эти подсудимые с юности, с университетских времен и до ссылки в Европу, были все как один проникнуты идеями о заговоре.

_________________________________

ФИНЛЯНДИЯ МЕЖДУ РОССИЕЙ И ГЕРМАНИЕЙ

№ 78 Москва, 19 февраля 1937 года

УВАЖАЕМОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

О ВИЗИТЕ В МОСКВУ ДОКТОРА Р. ХОЛСТИ, МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ФИНЛЯНДИИ

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь сообщить следующее в связи с недавним визитом в Москву доктора Р. Холсти, министра иностранных дел Финляндии.

Существует много предположений о важности и целях этого визита.

Между правительствами России и Финляндии заключен пакт о ненападении. Возникли спекуляции по поводу того, может ли это означать возможное расширение данного соглашения до пакта о взаимной обороне. Я обсуждал здесь ситуацию с рядом дипломатов, и общее мнение таково, что это просто обмен дружескими дискуссиями по торговым вопросам, с возможным подтекстом: Финляндия хочет доказать Скандинавским странам, что слухи о наличии взаимопонимания между этой страной и Германией, в связи с возможным нападением Германии через Балтику, были необоснованными.

Основной причиной визита стало твердое решение Финляндии занять позицию нейтралитета по отношению к Германии и Советскому Союзу и стать членом нейтрального скандинавского блока, состоящего в настоящее время из Норвегии, Швеции и Дании. В течение последних шести месяцев между представителями финского правительства и упомянутых Скандинавских стран состоялся ряд неофициальных бесед, целью которых было выяснить, не может ли Финляндия быть принята в качестве полноправного члена скандинавского блока. И Скандинавские страны дали Финляндии понять, что, прежде чем вступить с ними в тесные отношения, она должна сначала убедить в своем нейтралитете Советский Союз. Визит Холсти стал конкретным шагом в этом направлении.

Доктор Холсти, которого я принимал у себя в посольстве, заявил мне, что позиция его правительства полностью демократична, направлена на сохранение мира и строгое следование принципам Лиги Наций. Он произвел на меня впечатление необычайно порядочного человека, преданного демократическим принципам. Он участвовал в разработке соглашения о выплате нашей стране долга Финляндии, а также в мероприятиях по его погашению. В свое время он читал лекции в университете Лиланда, а по профессии является журналистом.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 11 февраля 1937 года

Бельгийский посланник де Телье находится здесь уже давно. Сегодня имел с ним интереснейшую беседу. Это опытный, способный, проницательный и мудрый человек, хорошо знающий Европу. По его мнению, обвиняемые на суде действительно виновны. Слабой стороной СССР в отношениях с внешним миром являлся Коминтерн[20]. «У Говарда, – сказал он, – была правильная мысль в разговоре со Сталиным». – «Говард, – повторил я. – Кого именно вы имеете в виду?» – «Ну конечно, – ответил он, – вашего замечательного редактора и издателя Роя Говарда». – «Так вы знаете Роя Говарда?» – удивился я. «Нет, – ответил он, – и меня не было здесь, когда он видел Сталина; но я следил за всем, что связано с этими вопросами, и, судя по репортажам в прессе, в своем интервью со Сталиным Рой Говард попал в самую точку».

Гитлер, по его мнению, вел себя жестко по отношению к Советам, чтобы нажить политический капитал для «домашнего потребления»; но для Гитлера было вполне возможно связаться со Сталиным, если бы Сталин согласился не вести пропаганду в Германии. Сталин, по его мнению, практический реалист, который является националистом, а не интернационалистом, как Троцкий. Сталин, по его мнению, «бросил» бы Коминтерн в одну минуту, если бы ему был обеспечен мир. Он держится за него как за военно-оборонительный орган. Политика Сталина заключается в том, что мир нужен ему для развития СССР, а также для того, чтобы надежно удержать у власти собственное правительство.

_________________________________

Дневник Москва, 12 февраля 1937 года

16.30 – чаепитие и кино – фильм «Сан-Франциско», который произвел большое впечатление на английского, итальянского, турецкого и китайского послов и их сотрудников, которые подошли после обеда[21].

После ужина мы с Марджори отправились на прогулку сквозь метель, за нами последовали наши неразлучные ребята из ГПУ. В пяти кварталах, на Арбате, или главной деловой улице радом с посольством, мы обнаружили целых пять магазинов, продающих помаду и духи, и еще три цветочных магазина[22].

_________________________________

ВЫДЕРЖКА ИЗ ПИСЬМА СЕНАТОРУ КЕЮ ПИТТМЕНУ

Москва, 18 февраля 1937 года

Город Москва выглядит так же, как и любой другой европейский город: красные и зеленые светофоры, большие троллейбусы, автобусы, автомобили, грузовики и тому подобное. Повсюду толпы людей. Сельские жители стекаются сюда, чтобы работать на автомобильных заводах, в результате чего население города за весьма короткое время выросло с 1,8 до 4 млн жителей. Жилищные условия скудные, и, очевидно, дома чрезвычайно перенаселены, но на улицах нет ни малейших признаков нищеты. Внешне все выгладят вполне благополучными.

_________________________________

ПРИТЕСНЕНИЕ КАТОЛИЧЕСКОГО ДУХОВЕНСТВА В ГЕРМАНИИ

Журнал Москва, 14 февраля 1937 года

По данным прессы, раскол между церковью и нацистами носит весьма серьезный характер. Кардинал Фаульхабер, выступающий с проповедями в Мюнхене, привел множество примеров нарушения конкордата с Римом, который был заключен по инициативе Гитлера. Но он заявил, что, несмотря ни на что, католики должны добросовестно придерживаться конкордата, поскольку он был торжественно подписан как инструмент добросовестного сотрудничества.

Гитлер, похоже, намерен искоренить религию как препятствие на пути к своей власти и планам. Это зловещий знак в отношении вынашиваемых им целей. Боюсь, что Гитлера увлекут силы, которые он привел в движение, и что с подобной высокомерной антихристовой нацистской философией и политикой жестокости и преследований надежд на установление европейского мира мало[23].

_________________________________

ПРИРОДА ЧЕЛОВЕКА И КОММУНИЗМ

Москва, 18 февраля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ПЭТУ ХАРРИСОНУ

Дорогой Пэт!

Увиденное здесь стало для меня большим сюрпризом. Книги, которые я прочитал перед приездом сюда, – а я прочитал их почти все! – имеют общий недостаток, суть которого в том, что авторы делают слишком радикальные выводы либо в одну, либо в другую сторону. Истина же лежит где-то посередине.

Нет никаких сомнений в том, что человеческая природа действует здесь по старинке. Тому есть много свидетельств. Бюрократии живется очень хорошо, у многих собственные дома или дачи за городом. Многие рабочие зарабатывают больше благодаря сдельной системе, которая вводится для ускорения развития промышленности. На улицах в изобилии представлены роскошные магазины: здесь продаются живые цветы, исключительно женские духи, лаки для ногтей и так далее; заложенные природой инстинкты побуждают и женщин, и мужчин обзаводиться как можно большим количеством «капиталистических» денег, чтобы побаловать себя такой роскошью. В самом правительстве почти все привержены национализму, они восхваляют страну, поют свой национальный гимн. Мировая революция – вещь вторичная. Те же процессы, которые проявились во Французской революции, начинают проявляться и здесь, только темпы не такие быстрые. Во Франции бюрократия и военные объединились с буржуазией и банкирами, чтобы удержаться у власти и защититься от рабочих. Здесь бюрократия имеет железные связи с промышленными рабочими и противостоит крестьянам. У них сильная армия, и они думают, что смогут защититься от Германии или Японии или одновременно от того и другого. Они производят огромное количество золота и запасаются им. Их фактический торговый и платежный баланс за последние два года был весьма благоприятным. Они больше не экспортируют золото. В армии, как мне сказали, они уделяют столько же времени политическому и коммунистическому инструктажу, сколько и военно-технической подготовке. Они откровенно признаются, что хотят за одно поколение изменить человеческую природу. Это очень сложная работа.

_________________________________

Дневник Москва, 15 февраля 1937 года

Конференция с Кулондром, послом Франции. Подробно обсудили обстановку в Коминтерне, выразили мнение, что он является препятствием на пути к реальному международному доверию. Он подчеркнул потребность Советов в этом – с военной точки зрения – и призвал сделать для Советов какие-нибудь поблажки. Предположил, что завершившийся судебный процесс может облегчить «охлаждение» России к Коминтерну, поскольку Троцкий наверняка привлечет на свою сторону всех радикалов и, следовательно, будет отождествляться со Сталиным.

Последние выборы во Франции показали, что 40 % из числа коммунистической партии отклонились вправо в сторону социал-демократов, вместо того чтобы придерживаться своей партийной линии. Он сказал, что Советы ведут честную игру с Францией с момента подписания договора между двумя странами, и привел вышесказанное как доказательство их доброй воли.

_________________________________

ЛИТВИНОВ ПРЕДОСТЕРЕГАЕТ ПРОТИВ ВОЙНЫ И «НЕЙТРАЛИТЕТА»

№ 79 Москва, 19 февраля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

АМЕРИКАНО-СОВЕТСКИЕ ОТНОШЕНИЯ; БЕСЕДА МЕЖДУ ПОСЛОМ ДЭВИСОМ И Г-НОМ ЛИТВИНОВЫМ, НАРОДНЫМ КОМИССАРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ

Строго конфиденциально

Сэр!

Имею честь сообщить о беседе, которую я имел 15 февраля с г-ном Литвиновым, народным комиссаром иностранных дел, по случаю обеда в посольстве, который был дан для г-на Литвинова и его сотрудников. Это была ответная любезность на официальный обед, устроенный нам по прибытии.

В беседе, состоявшейся между нами наедине, Литвинов прокомментировал визит Рансимана к президенту и прямо спросил, обсуждался ли вопрос об участии в экономической помощи Германии. На это я ответил, что знаю об этом только через прессу. Он, казалось, был весьма встревожен и вновь высказал свою горечь по поводу того, что Франция и Англия вообще должны вступать в дискуссии с Германией. В ответ я сказал, что, не зная фактов, посчитал бы, что президент Соединенных Штатов и государственный секретарь будут заинтересованы в любом плане, направленном на установление и восстановление нормальной международной торговли и стабилизации условий, которые сохранят мир в Европе, но я уверен, что они потребуют разумных гарантий того, что любой предложенный план будет включать более или менее постоянное решение, которое учитывает не только экономические и торговые условия, но и программу взаимного разоружения. Затем я спросил, не усматривает ли он в речи Гитлера признаков разногласия между русским народом и русским правительством и возможности заявления официального представителя русского правительства о том, что оно обязуется не вести пропаганду в Германии, если Германия не будет вести свою пропаганду в России, и высказал мнение, что такое заявление лишит Гитлера его главного аргумента против России, который тот постоянно вбивает себе в голову. Его ответ был отрицательным: Германия занимается исключительно завоеваниями, и было бы ошибкой возвеличивать значение Гитлера, участвуя в дискуссиях такого характера, которые затеяли Франция и Англия. В этой связи я хотел бы сообщить, что выяснил мнение некоторых дипломатов, которые пробыли здесь дольше всех, относительно того, возможно ли соглашение между Россией и Германией, несмотря на их явное ожесточение в настоящее время. Общее мнение таково, что обе стороны могут преодолеть любые трудности, если здесь можно добиться каких-то выгод.

Другой вопрос, который поднял Литвинов и который, как мне показалось, вызвал у него сильное волнение, был вопрос о готовящемся в Соединенных Штатах законодательстве о нейтралитете. Он настаивал на том, что все законы о нейтралитете разрабатываются как протест против войны; что нынешние законы о нейтралитете с этой точки зрения ориентированы неправильно и что они не являются проводниками мира, поскольку, по его мнению, как и в нынешней ситуации с Испанией, эффект такого законодательства о нейтралитете будет заключаться в том, чтобы создать еще большую опасность войны в Европе. На это я ответил, что в Соединенных Штатах, согласно моим ощущениям, преобладает мнение в пользу принятия законодательства о нейтралитете, и оно зиждется на двух идеях: во-первых, сохранить мир и, во-вторых, предотвратить втягивание в войну Соединенных Штатов. Я отметил, что сам не изучал различные предложения в Конгрессе на данную тему, но что, несомненно, президент и государственный секретарь уделяют этому очень большое внимание, и я уверен, что исполнительной власти предоставлена такая свобода действий, которая будет сочтена разумной и эффективной.

ПРИЛОЖЕНИЕ К ДЕПЕШЕ № 79. ПОДГОТОВЛЕНО ПРИСУТСТВУЮЩИМИ СОТРУДНИКАМИ

Совершенно секретно

17 февраля посол принимал на обеде советского чиновника, барона Штейгера[24], который, как известно, пользуется доверием Кремля. Присутствовали также г-н Хендерсон и г-н Кеннан.

Что касается недавнего визита министра иностранных дел Финляндии, барона Холсти, то гость посла заявил, что этот визит не следует ни переоценивать, ни недооценивать. С финской стороны он был продиктован желанием финского правительства в преддверии предстоящих выборов нивелировать критику в адрес правительства как правительства прогерманского. Идея визита была поддержана шведским правительством. На вопрос о характере настроений финского народа, которые привели к обвинениям правительства в прогерманизме, гость ответил, что эти настроения носили скорее пацифистский, чем пророссийский характер. Анти-российские настроения в целом – будь то связанные с царским режимом или с большевиками – все еще очень сильны в Финляндии.

Переходя к ситуации в Польше, гость выразил мнение, что единственными определенными настроениями в Польше являются антироссийские. Польское правительство, по сути, зашло в тупик, и у него не было возможности проводить откровенно профранцузскую или прогерманскую политику.

Российско-польские отношения, добавил он, несколько пострадали от выхода книги, недавно опубликованной чехословацким посланником в Бухаресте, к которой министр иностранных дел Чехословакии написал предисловие. Эта книга усилила подозрения в отношении советско-чехословацкого пакта в Польше.

После этого разговор зашел о Германии, и гость посла выразил мнение, что любые агрессивные действия Германии в настоящее время или в ближайшем будущем будут иметь катастрофические последствия для самой Германии. Особенно это касается любых попыток экспансии на восток. Было лишь два пути, через которые Германия могла напасть на Россию. Первый – через Литву и страны Балтии. Другой – через Чехословакию и Румынию. В любом случае линии коммуникаций оказались бы слишком растянутыми, а «ворота» для нападения – слишком узкими. Кроме того, немецкая военная машина все еще не готова к крупным действиям. Самолеты слишком медленные, а танки слишком легкие. В настоящее время гораздо больше шансов для немецкой экспансии существует в направлении Австрии, Венгрии и Югославии. Последняя из упомянутых стран, в частности, в экономическом смысле попала в своеобразную форму зависимости от Германии. Германия задолжала ей столько денег за прошлые закупки, которые могли быть оплачены только товарами, что преобладание Германии в югославском импорте обеспечено на некоторое время вперед. Что касается экономических условий в Германии, упомянутый джентльмен считает, что Гитлер, вероятно, сможет без проблем продержаться еще год или два, даже если из-за рубежа для облегчения положения не будет сделано ровным счетом ничего. Британцы, по его мнению, согласятся на возвращение Германии других колоний – но только не своих собственных.

Что касается американо-российских отношений, то гость посла выразил уверенность, что если к делу подойти спокойно, терпеливо, то все будет «в порядке».

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 18 февраля 1937 года

Заезжал посланник___________. Беседовали о суде', ни

каких сомнений в существовании широкомасштабного заговора и виновности подсудимых.

О европейском мире', этот год станет критическим. Угрозу представляет не ситуация в Испании, а Германия и Гитлер, которым движет отчаяние и который вынужден воевать, не дожидаясь, пока подготовится Англия.

СССР больше всего хотел мира и, чтобы добиться его, по его мнению, пошел бы даже на соглашение с Гитлером. Необычное мнение на фоне того, как яростно Гитлер и Сталин обзывают друг друга всеми мерзкими именами.

_________________________________

Дневник Москва, 19 февраля 1937 года

12.00 – конференция с Молотовым и Литвиновым в Кремле, во время которой воспользовался возможностью неофициально обсудить свидетельства вашингтонских журналистов о поддержке Роммом позиций СССР в Вашингтоне.

20.30 – обед в немецком посольстве. Военный адъютант графа фон дер Шуленбурга, генерал фон Кестрих, родился в России. Отец его был крупным землевладельцем. Дал интересную оценку сил Красной армии. Считает, что правительство со временем решит свои промышленные проблемы.

Интересная история была рассказана о бароне Штейгере: его отцу, бывшему немцу с Украины, и его семье большевики разрешили жить в Швейцарии, но при условии, что сын будет находиться здесь в качестве своего рода заложника.

За чашкой кофе я напрямую попросил генерала Кестриха высказать мнение о боевых качествах Красной армии. В ответ на мой недипломатичный вопрос он сказал, по сути, следующее: русская армия, в общем и целом, хорошая армия; личный состав превосходен, это физически крепкие, храбрые и превосходные солдаты; механизированные силы тоже хороши, возможно, не так, как у немецкой армии, но хороши; велика численность военно-воздушных сил; у них неплохая истребительная и разведывательная авиация, но вот бомбардировщики плохие. Что в целом, за исключением превосходства в численности, советская авиация не может сравниться с германской авиацией; однако русские летчики превосходны – лучше их никого нет; их парашютные войска тоже превосходны (всего за несколько лет до этого на маневрах впервые показали, как в нескольких милях за воображаемой линией фронта сбрасываются с самолетов целые полки с полным снаряжением).

_________________________________

ДОКЛАД О СИТУАЦИИ С ЗАДОЛЖЕННОСТЬЮ

Москва, 25 февраля 1937 года

Совершенно секретно

Мой дорогой господин президент!

С момента написания последнего письма я дважды встречался с Литвиновым. Согласно протоколу, я записался на официальный прием к председателю кабинета министров Молотову. К собственному удивлению, я застал там и Литвинова. После обычного обмена мнениями Молотов заявил, что его правительство надеется, что отношения между двумя правительствами могут развиваться по линии большего взаимопонимания. Некоторые из ранее заключенных договоренностей еще не выполнены, и он считает, что эти вопросы могут быть урегулированы путем практического подхода к проблеме. Я вновь очень четко заявил, что надеюсь на это, и вновь подчеркнул тот факт, что президент Соединенных Штатов с большим воодушевлением заключил определенные соглашения, которые не выполнены. Президент Соединенных Штатов внес неизмеримый вклад в дальнейшее укрепление наших отношений, а через признание Советского Союза – и в формирование значительной части либерально-демократической мысли в Соединенных Штатах. У двух стран, безусловно, есть одна общая великая цель, и цель эта – сохранение мира во всем мире. Лично я чувствую, что было бы очень жаль, особенно с точки зрения России, если бы чложилась ситуация, которая бросила бы тень на ту уверенность, которую президент Соединенных Штатов и наше правительство сохраняют в отношении добросовестности и честности людей, ответственных за действия правительства. Молотов вновь выразил уверенность в том, что вопросы могут быть решены практическим путем. Затем он заявил, что, по его мнению, часть моей миссии здесь заключается в урегулировании таких вопросов. Я заявил, что не получал никаких прямых инструкций по этим вопросам, но они составляют часть моей работы, и я готов вступить в любые дискуссии с Литвиновым, если бы было желательно выработать в принципе какое-то взаимоприемлемое соглашение, которое восстановило бы ту степень доверия и взаимного уважения, которая характеризовала начало сотрудничества по данным вопросам между двумя правительствами.

Литвинов почти не принимал участия в дискуссии, разве что спросил, когда я вернусь из поездки по промышленным регионам. Потом он заявил, что очень хотел бы, чтобы я приехал к нему на дачу пообедать, а я стал собираться. Следуя вашим рекомендациям, я еще раз довел до них мысль о том, что данный вопрос имеет для них куда большее значение, чем для нас, и что следующий шаг – за ними.

Искренне ваш,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

МОЛОТОВ ДЕМОНСТРИРУЕТ готовность ПРОЯСНИТЬ НЕДОРАЗУМЕНИЕ С ДОЛГАМИ

№ 95 Москва, 26 февраля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ОФИЦИАЛЬНЫЙ ВИЗИТ К МОЛОТОВУ, 19 ФЕВРАЛЯ АМЕРИКАНО-СОВЕТСКИЕ ОТНОШЕНИЯ

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь сообщить, что в соответствии с установленным здесь протоколом обычаем я нанес официальный визит наркому Молотову, председателю Совета народных комиссаров. Встреча состоялась в его кабинете в Кремле. К моему удивлению, там присутствовал нарком иностранных дел Литвинов, а также начальник американского отдела МИДа г-н Нейман, который выступал в качестве переводчика. Ниже приводится отчет о состоявшихся там беседах.

Этим господам я заявил, что привез им приветствия от президента Соединенных Штатов и государственного секретаря. Его правительство, сказал Молотов, надеется, что отношения, существующие между двумя правительствами, могут развиваться по линии большего взаимопонимания; что были заключены определенные соглашения, которые пока не выполнены; и что он думает, что эти вопросы могут быть завершены к взаимному удовлетворению. Он заявил, что, по его мнению, мое правительство направило меня сюда, имея в виду эти вопросы. Далее он заявил, что ему жаль, что в деле преодоления разногласий стороны так и не продвинулись, и что, по его мнению, благодаря практическому подходу к проблеме все вопросы могут быть урегулированы. Я совершенно определенно заявил, что искренне надеюсь на это; что всегда сожалел о ситуации, когда было достигнуто принципиальное согласие, а на практике все запуталось, что привело к неудовлетворенности сторон; что для цивилизации и мира во всем мире очень важно, чтобы между американским и русским народами и их правительствами существовало взаимное доверие. Молотов заявил, что согласен со мной и уверен, что все вопросы могут быть решены практическим путем; они предполагали, что частью моей миссии здесь является урегулирование таких вопросов. Я заявил, что четких инструкций по этим вопросам у меня нет, но что, конечно, это часть моей работы и, хотя для нас это не представляет вопрос серьезной важности, было бы очень хорошо, если бы удалось выработать договоренности, которые удовлетворили бы обе стороны, и если бы таким образом можно было восстановить ту степень доверия, благодаря которой были начаты эти переговоры. Далее я заявил, что буду рад обсудить этот вопрос с Литвиновым в удобное для него время.

Молотов выразил удовлетворение тем, что человек моего склада, имеющий опыт в бизнесе и юриспруденции и отличающийся судебной подготовкой, приехал сюда в качестве представителя Соединенных Штатов, и выразил интерес и удовлетворение тем, что я планирую лично ознакомиться с некоторыми промышленными проектами страны.

Литвинов вообще не принимал участия в разговоре. Встреча была приятной. Литвинов пригласил меня на обед в свой загородный дом, и я рассчитываю на весьма откровенный разговор с ним, когда у нас будет достаточно времени для адекватного рассмотрения темы.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ВИЗИТ В КРЕМЛЬ; СЛУХИ ОБ АРЕСТАХ

19 февраля 1937 года

ГОСПОДИНУ МАРВИНУ МАКИНТАЙРУ

Мой дорогой Мак!

Кажется, что здесь мы на задворках мира. Все новости, которые мы получаем через английскую прессу, запаздывают на три дня. Что касается текущих событий, приходится полагаться на коротковолновые радиорепортажи, которые мы получаем из Лондона. Это довольно отрывочные сведения о Соединенных Штатах. Американские газеты приходят в дипломатической почте, и мы получаем их с интервалом в десять дней. В остальном мы целиком зависим от российской прессы и газеты Moscow Daily News на английском языке, которая полна пропаганды и имеет весьма ограниченный блок зарубежных новостей. Такое впечатление, что мы сейчас очень далеко от дома.

Недавно нас с Марджори и всех сотрудников лично провели по Кремлю. Это обнесенный стеной город, построенный в XV веке, – стены высотой 40–60 футов и более. Он находится в центре города и выглядит как роскошная тюрьма. Средний диаметр, думаю, составляет полмили. Внутри Кремля можно видеть старинные здания эпохи русских царей, просторные внутренние дворы и красивые улицы. Три главных входа тщательно охраняются солдатами. Значительная часть помещений в Кремле занята апартаментами комиссаров, кабинетами и залами заседаний. Здесь также расположены три большие церкви, по виду соборы, с позолоченными куполами. Благодаря любезности Министерства иностранных дел мы все здесь обошли. Одно из внушительных зданий превращено в музей. Он весьма необычен. В нем хранится старинное оружие со времен крестовых походов. Мантии и придворные платья царей, царские регалии, одеяния священнослужителей, иконы и роскошные Библии из церквей, столовые наборы и фарфор, царские кареты, седла, упряжь и прочее – за последние 500 лет. Поражают воображение царские регалии. Одеяния царской семьи и духовенства, иконы, престольная одежда, книжные переплеты, рукояти мечей и даже седла украшены огромным количеством жемчуга и бесчисленными крупными изумрудами, рубинами, сапфирами и бриллиантами. Зрелище впечатляющее. В вестибюле висят транспаранты с различными лозунгами, такими как «Узникам капитализма, жертвам фашизма: трудящиеся России приветствуют трудящихся всего мира». Наверное, я отношусь ко всем трем классам и чувствовал себя здесь желанным гостем. Фрески на фасадах церквей очень красивы, но многие требуют реставрации, кое-какие почти совсем выцвели. Как раз в Кремле я вручал свои верительные грамоты председателю Президиума, и здесь же проходил Конституционный съезд.

_________________________________

Дневник Москва, 20 февраля 1937 года

12.00 – заехал к посланнику_______. Интереснейший человек.

Отдал дань уважения произведению Фрэнка Саймондса «Цена мира». Он совершенно не доверял пактам в связи с любыми обещаниями Германии о мире в Европе. Несмотря на нападки Гитлера на Советы, он даже предвидел возможный союз между Россией и Германией, если бы это соответствовало целям Гитлера и интересам России.

_________________________________

25 февраля 1937 года

Дорогая Рахель о’Фон![25]

Ленинград

От Ленинграда у нас остались замечательные впечатления. Конечно, мы увидели город при самых благоприятных обстоятельствах.

Весь город был покрыт снежным одеялом, и в течение дня с неба падали большие хлопья снега. Сам город очень красивый, повсюду на площадях, в парках и на мостах можно видеть прекрасные конные статуи. Это почти что город островов. Главная улица очень длинная, шириной около 100 или 150 футов. К нашему удивлению, витрины превосходно украшены всевозможными товарами, которые, как здесь говорят, появились лишь за последний год.

Эрмитаж

Мы провели несколько часов в Эрмитаже и Зимнем дворце, которые расположены на огромной круглой площади, по краям которой расположены величественные здания, а в центре устроена миниатюрная Триумфальная арка. С другой стороны дворца протекает река Нева. Зимний дворец – это огромное, богато украшенное здание из красного кирпича. Эрмитаж – очень красивое здание, построенное Екатериной Великой для хранения ее художественных сокровищ и соединенное мостом с Зимним дворцом и еще одним мостом – с пристройкой на другой стороне, которую возвели позднее. Эрмитаж всегда был сокровищницей искусства. Возможно, сейчас она стала еще больше и полнее, поскольку весь Зимний дворец превращен в художественную галерею и музей.

Сокровища искусства

Комнат не сосчитать, и все наполнены прекрасными вещами – коллекциями древнегреческой и древнеримской керамики, статуями, картинами, камеями и так далее и тому подобное. Многие комнаты полностью облицованы мрамором разных оттенков и огромными мраморными колоннами. Здесь собраны великолепные коллекции Рембрандта, Леонардо да Винчи, Андреа дель Сартоса, Рейнольдса, Ван Дейка и все – от первобытного до современного искусства – отсортировано по странам и эпохам.

«Мадонна Литта» Леонардо да Винчи – небольшая картина, это квадрат со стороной около 15 дюймов. Это одно из самых красивых произведений, которые я когда-либо видел. Надолго останется в моей памяти и «Скорчившийся мальчик» Микеланджело. Самым уникальным событием для нас стало посещение трех залов с сокровищами, которые закрыты для публики и хранятся под замком. Директор провел нас туда, все показал и рассказал. Здесь хранится знаменитая скифская коллекция древних драгоценностей, часы, камеи, упряжи и седла времен Петра I, Екатерины и других российских монархов. Древние реликвии, найденные на раскопках в Крыму на Черном море, были характерны для жизни греческих торговцев и состояли из украшений, найденных в могилах правителей. Мы увидели там знаменитые золотые серьги, которые удивительно красивы. Они длиной около двух с половиной дюймов, по исполнению просто филигранная работа. Под увеличением можно разглядеть замечательную резьбу с изображением лошадей и возниц, выполненную с величайшим мастерством. Нам сказали, что для выполнения столь тонкой работы в современном искусстве не существует инструментов.

Мы провели много времени в художественных галереях и музеях. Видели красивую коллекцию картин Репина, очень известного художника царского периода. Особенно великолепны его портреты Толстого, Листа и Рубинштейна.

Исаакиевский собор

Мы проехали по городу и остановились у Исаакиевского собора, чудесного сооружения, построенного около 100 лет назад. Изображения святых и апостолов, алтарь и прилегающие к нему стены и потолки прекрасны. К нашему удивлению, при ближайшем рассмотрении оказалось, что они выполнены из мозаики, причем с изумительным мастерством. Этот собор чем-то напоминает собор Святого Петра. Его монолитные колонны из красного гранита, внешнее убранство и интерьер впечатляют. Орнамент из лазурита и малахита в структуре этих зданий поражает своей пышностью и красотой.

Массивная конная бронзовая статуя Петра Великого с видом на Неву на большой площади между собором и рекой производит сильнейшее впечатление. Она находится в парке, по обе стороны которого расположены здания бывшего Сената и Адмиралтейства, окрашенные в желто-белые цвета. На противоположном берегу реки расположены красивые старинные здания бывшего Санкт-Петербургского университета.

Промышленные предприятия

Не буду пытаться дать вам представление о промышленном районе, в котором я побывал, или о больших заводах, которые мне довелось увидеть. На меня произвело впечатление множество зданий для размещения рабочих. На самом известном старом фарфоровом заводе, благодаря любезности местного директора, будут изготовлены три чайных сервиза, по одному для каждого из вас, дети. Это копии известных старинных сервизов, которые, думаю, вам понравятся. Каждый отдельный предмет расписывается вручную, и рисунок запекается в красивый фарфор. На обратной стороне каждого изделия будет помещена надпись о том, что оно изготовлено для меня как американского посла. На изготовление уйдет три месяца. Я был рад такой возможности, поскольку они станут прекрасными сувенирами для вас, дети.

Художники и их студии

Еще один интереснейший опыт мы получили благодаря любезности директора художественной отрасли. Все современные художники работают на государство и по большей части заняты написанием сцен из революции и типичной русской жизни. Эти картины отличаются большой живостью и красочностью. Студии расположены в большом доме, где они работают и живут, и все это очень интересно. Мы наблюдали, как они создают огромные полотна, изображающие исторические события.

Ленинградский балет

В воскресенье вечером мы отправились на оперу в старинный оперный театр. Во вторник пошли на балет. Публика выглядела очень похожей на ту, которую можно увидеть у Кита. Ни одного вечернего платья, но все в хорошей, добротной одежде, и многое указывало на стремление отыскать свой стиль и цвет, особенно это ощущалось в женских головных уборах.

Вот уже несколько недель по всей стране проходят торжества по случаю столетия со дня смерти Пушкина. Для русских он – нечто вроде Байрона и Шекспира. По взглядам он был либералом, был женат на дворянке, которая, как утверждают, была любовницей царя. Погиб на дуэли, которая, как гласит история, была подстроена. И опера, и балет были основаны на произведениях Пушкина, а музыка написана великим Чайковским. Опера «Евгений Онегин» – романтическая история двух молодых людей, чья дружба рушится из-за недоразумения и любовной ссоры, приведшей к дуэли, на которой один из них, поэт, погибает. Сюжет оказался пророческим для самого Пушкина, автора поэтического произведения. Сценические эффекты, постановка и актерская игра были прекрасны. Пение было хорошим, но не более.

С другой стороны, балет «Рождественская ночь» оказался прекрасен во всех отношениях, и это самая красивая постановка, которую я когда-либо видел.

В основу сюжета положен сон маленькой девочки у елки, в котором куклы оживают, танцуют, игрушечные солдатики сражаются с игрушечными крысами, а игрушечный прекрасный принц спасает девочку и так далее. Балерина Уланова, самая известная в настоящее время, и Сергеев танцевали просто великолепно, не хуже, чем в свое время Павлова и Мордкин.

Некоторые сцены были не только прекрасны, но и пронзительны. Во второй сцене 30 или 40 маленьких детей, участвовавших в первой сцене, спустились в оркестровую яму (там было 100 музыкантов) и своими чистыми сопрано подхватили тему «Танца фей» Чайковского, а в это время на сцене 40 или 50 танцовщиц в белом исполняли замечательный танец под падающим снегом. Это было эффектно и очень трогательно.

_________________________________

Дневник Москва, 26 февраля 1937 года

Провел день, готовясь к поездке на Донбасс, в Харьков, Днепропетровск и к большой плотине. Мы с Марджори отправились на вокзал в 17.20.

В нашем распоряжении весь вагон-ресторан и спальные места для эксклюзивного пользования нашей делегации, к которой присоединились американские корреспонденты, аккредитованные в Москве.

_________________________________

ОТЧЕТ О СИТУАЦИИ С ЗАДОЛЖЕННОСТЬЮ

Москва, 5 марта 1937 года

Строго лично и конфиденциально

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ФРАНКЛИНУ Д. РУЗВЕЛЬТУ

Мой дорогой господин президент!

Со времени моего последнего доклада я провел десять дней в поездках по стране, посещая ее промышленные районы – Ленинград, Харьков, большой район плотины Купера и Донбасс, где вкупе с Московским регионом сосредоточено приблизительно 70–80 % советской тяжелой промышленности. Мне хотелось увидеть их оборудование, сотрудников, расспросить про условия жизни и прочее, чтобы потом более подробно и обстоятельно доложить вам.

Объемный и подробный доклад будет передан в Департамент со следующей диппочтой. Думаю, вы оцените его по достоинству.

Мои наблюдения подтвердили и живо напомнили ваш разговор с Литвиновым, касающийся их ближайших планов. То, чего они за последние семь лет добились в тяжелой промышленности, просто уникально. По сути, им удалось «кистью из хвоста кометы бросить краски на полотно в десять лиг длиной». Все получилось великолепно – как по замыслу, так и по исполнению. За шесть лет голые равнины превратились в огромные промышленные районы. Заводы и оборудование, которые я увидел, – первоклассные, это результат синтеза лучших инженерных решений капиталистических стран. Большинство управляющих этими заводами не старше тридцати пяти лет. Они серьезные, образованные люди, хорошо подготовленные и целеустремленные. Среди рабочих, как правило, 25 % женщин. 80 % из них моложе тридцати лет. Около 25 % операторов станков на этих заводах набраны с уже существующих промышленных предприятий, а остальные 75 % – из сельской местности, причем последних нанимали для строительства заводов, а вечерами они проходили обучение, чтобы потом встать за станки. На всех этих заводах есть лаборатории, технические библиотеки, проводятся вечерние занятия. Заводской учет затрат переведен в графики, на которых показываются как сами операции, так и различные отклонения с точностью до минуты. На каждом заводе есть детские сады (ясли для кормящих матерей), рабочие клубы, рестораны и прочие социальные учреждения для рабочих. Средняя зарплата составляет 250 рублей в месяц, что в золотом эквиваленте (неофициально) составляет 12,50 доллара.

Но от коммунистического принципа «От каждого по способностям и каждому по потребностям» здесь фактически отказались. Они получают то, что зарабатывают. Главными движущими силами являются корыстолюбие и личный интерес. Сверху донизу производство стимулируется премиями и дополнительной зарплатой за работу сверх «нормы». Это относится к руководству, инженерам и рабочим. Сам завод обязан получать прибыль, и он ее получает, как правило, от 5 до 30 %, и эта прибыль поступает центральному правительству. Такая система, по их мнению, необходима для успеха. К этой модели социалистического предприятия, основанном на капиталистическом принципе прибыли и личной заинтересованности, они вынуждены были прийти, чтобы заставить функционировать всю эту махину.

Конечно, многое здесь еще пока далеко от идеала. Управление их заводами и все, что на них происходит, хотя внешне и выглядит справедливо, не идет ни в какое сравнение с тем, как все выглядит у нас на родине. Цена хорошей пары обуви составляет от 25 до 50 % от среднемесячной зарплаты. Утверждается, что среди ленивых и менее успешных рабочих зреет недовольство из-за более высокой заработной платы, которую выплачивают квалифицированным рабочим.

Важный и с виду малозаметный фактор, который существенно облегчил все эти вещи, – огромные богатства страны и автократическая власть, сосредоточенная в руках ее вождей. Несомненно, происходят огромные потери, и допускаются огромные ошибки, но они незначительны по сравнению с теми ресурсами, которые находятся в их распоряжении, они просто растворяются на общем фоне.

В целом мои суждения подтверждают общее впечатление, сложившееся в дипломатическом корпусе, а именно: что в течение пяти или десяти лет мира эта промышленная программа принесет выдающиеся результаты.

С большим уважением, искренне ваш,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

РОССИЙСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ – КАК ОНА РАБОТАЕТ И ПОЧЕМУ

№ 116 Москва, 12 марта 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

НЕДАВНИЕ ВИЗИТЫ ПОСЛА ДЭВИСА В НЕКОТОРЫЕ ПРОМЫШЛЕННЫЕ РЕГИОНЫ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь сообщить о следующих наблюдениях в связи с моими недавними визитами в некоторые промышленные регионы СССР.

Для того чтобы адекватно понять и оценить силы, действующие в Советском Союзе, не следует полагаться исключительно на печатные источники информации. Хотя они и объемны, они тем не менее, естественно, сильно приправлены пропагандой и не содержат многих фактов, которые необходимо знать для правильной оценки ситуации.

Исходя из этого я провел исследование различных промышленных регионов Советского Союза, и мне посчастливилось получить от государственных органов карту, на которой указаны различные регионы, виды природных ресурсов, а также виды производств и отраслей промышленности в этих районах. На основании этого я запланировал личный инспекционный визит в Ленинградскую область, где расположены крупные текстильные и фарфоровые заводы и прочие отрасли, которые были бы вполне естественны для Северного морского порта, но которые не расширяются советскими властями из-за возможной уязвимости в военном отношении; а также на Донбасс и в Днепропетровскую область на Украине – в регионы, где в радиусе 400 километров находятся огромные залежи угля и железа, в центре которых расположена плотина Днепрогэса, которая, как утверждается, уступает в мире лишь Боулдеровской плотине. В этих районах добывается около 78 % общего объема добычи угля в Советском Союзе, из которых половина – коксующийся уголь, а также около 60 процентов общего объема вырабатываемого в СССР чугуна. В этом районе сосредоточено около 55 процентов общего числа доменных печей страны.

Построенная при участии полковника Купера плотина Днепрогэса со вспомогательными подстанциями в 1935 году имела мощность 587 000 киловатт. Вероятно, в течение пары лет эта мощность будет удвоена. К пяти установленным огромным турбинам «Дженерал электрик» добавляются еще четыре турбины советского производства. В этом регионе планируется строительство еще трех крупных гидроэлектростанций, планы которых сейчас разрабатываются, что еще больше увеличит объем доступной электроэнергии.

Одним из выдающихся достижений пятилетнего плана стало создание, проектирование и эксплуатация огромных производственных предприятий в этом районе, площадь которого только в Донецком угольном бассейне составляет 81 475 квадратных километров. В этом районе расположены крупнейшие металлургические заводы, предприятия тяжелого машиностроения и заводы электротурбинных установок, алюминиевый завод, тракторный и химический заводы, завод сельскохозяйственных машин и другие крупные промышленные предприятия. Эти заводы были построены, рабочие обучены, производство обеспечено, на некоторых из них занято до 38 000 мужчин и женщин, и все это – в течение последних шести-семи лет. Регион также располагает одними из лучших сельскохозяйственных угодий в стране.

Когда было объявлено, что я намереваюсь совершить поездку по упомянутым регионам, американские журналисты спросили, могут ли они сопровождать меня в этой поездке, объяснив, что якобы со мной у них будет куда более благоприятная возможность увидеть эти заводы, чем если бы они отправились туда одни. Поскольку советские власти не возражали, я сказал журналистам, что буду рад, если они отправятся вместе со мной.

В сопровождении моей дочери, секретаря и четырех журналистов – Чарльза Наттера из Ассошиэйтед Пресс, Нормана Дьюэла из Юнайтед Пресс, Демари Бесс из «Крисчен сайенс монитор» и Джозефа Филлипса из «Нью-Йорк геральд трибюн», а также г-на Гордона и г-на Шибфера из аппарата посольства, в пятницу, 26 февраля 1937 года, мы отправились в шестидневное турне по этому региону. Первым пунктом стал Харьков.

Мы посетили пять городов и крупнейшие заводы этого района, включая завод колесных и гусеничных тракторов (12 000 рабочих); завод по производству электротурбинных двигателей и т. д. (38 000 рабочих); Днепрогэс; алюминиевый завод (3000 рабочих), который считается самым крупным в мире; Запорожский чугуно-сталелитейный завод (35 000 рабочих); сталепрокатный завод (13 000 рабочих); больницу (18 врачей, 120 медсестер); ясли и детские сады; крупнейший в Советском Союзе завод сельскохозяйственного оборудования (16 000 рабочих), производящий сеялки, бороны, плуги и комбайны, представляющие собой комбинацию жатки и молотилки; и первый Дом пионеров – учреждение на 280 комнат, предназначенное для развития школьников (27 000) во внеурочное время в области науки, искусства, авиации, транспорта и других областях (320 преподавателей). Такие учреждения представляют собой одно из самых интересных явлений в Советском Союзе и создаются во всех крупных центрах исходя из сталинской идеи,

что самым ценным капиталом государства являются мозги молодежи. Все поощрения и стимулы в расчете на природные «наклонности» молодежи передаются именно через эти учреждения, созданные с явной целью выявления скрытых талантов.

Поездка оставила очень яркие впечатления.

Планирование

Планирование поражает воображение смелостью замысла и энергичностью исполнения. Пять лет назад район Запорожья, где сейчас расположены некоторые из этих огромных заводов и город с населением около 125 000 человек, с современными кирпичными многоквартирными домами, широкими проспектами и парками, раньше представлял собой голую равнину. Как мне сообщили, здания были построены, после консультаций с советскими и лучшими иностранными инженерами, в основном за счет использования неквалифицированной рабочей силы. Во время строительства, как здесь утверждается, рабочие проходили вечернее обучение в технических школах для последующей работы на заводах после завершения строительства – ядро рабочих завода составляло около 25 процентов от общего числа рабочих, привлеченных с аналогичных предприятий в других частях страны.

Здания и оборудование

Здания и оборудование, как правило, самые современные. Строительные компании, в основном американские, но также немецкие, французские и английские, в каждом случае выбирались так, чтобы задействовать лучшие и новейшие научно-технические разработки в области машиностроения.

Оборудование, заводские операции, труд

Примечательно, что везде производственные процессы как в отдельных подразделениях, так и на заводе в целом при применении конвейерных систем и прочих подобных операций настраивались на достижение максимальной эффективности. Главных впечатлений от работы завода два: степень занятости женщин на машинных операциях (в среднем около 25 %) и молодость среднего рабочего; как правило, от 60 до 80 % моложе 30 лет и лишь небольшой процент – старше 40 лет. При перемещении по заводским цехам – хотя темп работы не казался таким же высоким, как на ведущих заводах у нас на родине, – тем не менее движение было довольно быстрым – примерно 40–50 % от наших показателей.

Управленческий персонал

Одно из наших самых сильных впечатлений (что также отметили все журналисты) – это характер людей, управляющих предприятиями. В большинстве своем это мужчины в возрасте около 35 лет. Одному 40, другому – 45 лет. Все они – инженеры с техническими «дипломами», получили образование в России, но потом прошли стажировку в других странах. Все они выглядели уравновешенными, обучаемыми, научного склада, спокойными по манере поведения. На всех этих заводах большие штаты инженеров-технологов. На всех заводах были библиотеки, аудитории и вечерняя школа для рабочих. В их библиотеках имелись подборки технических журналов многих других стран, общая библиотека и переводчики.

Заработная плата, производительность труда и прибыль

Средняя зарплата обычно составляет от 200 до 250 рублей в месяц (соответствует примерно 10–12,50 доллара США). В заводской столовой за 2 рубля (10 центов) можно плотно поесть. Квартплата в заводских жилых домах варьируется в зависимости от количества человек в семье и ее площади, но ни в одном случае не превышает 15 процентов от месячной зарплаты (норма, установленная законом). Так называемые ударники получали больше, чем обычные рабочие. Так называемые стахановцы (сдельщики-конкуренты) получают от 800 до 2000 рублей в месяц. На каждом заводе от 15 до 95 % стахановцев. Человек становился стахановцем, как только его производительность труда сравнивается с максимальной производительностью его станка. Инженеры получают от 800 до 2000 рублей в месяц, а директора и руководство заводов – от 1500 до 2000 рублей в месяц (75—100 долларов).

Нормы устанавливаются везде, на всех этапах, а надбавки к зарплате начисляются в зависимости от производительности труда. Это относится и к управленческому персоналу. Производственные затраты, накладные расходы, производительность и другие подобные факторы отражаются в довольно впечатляющих отчетах с графиками. Руководство тщательно отслеживает все показатели из года в год, и, как правило, с каждым годом они заметно улучшаются.

Обычно каждый завод представляет собой самостоятельную единицу. Директор заключает соглашение с Наркоматом тяжелой промышленности об объеме продукции на год. Цена на продукцию устанавливается для перепродажи, как правило, через комиссара тяжелой промышленности, а в некоторых случаях напрямую. Цена устанавливается таким образом, чтобы получить прибыль в размере от 5 до 10 % от себестоимости (в одном случае она достигала 30 %). Часть прибыли сверх оговоренной используется для улучшения условий жизни, строительства и ремонта детских садов, библиотек, яслей и так далее, и все это по усмотрению директора, который распределяет этот «директорский фонд» в виде премий, бонусов и так далее, инженерам и прочим или иным образом, как сочтет нужным.

Эти обобщения нуждаются в оговорках, поскольку вышеупомянутые данные были получены из различных описаний отдельно взятых заводов, которые мы посетили, и не могут быть типичными для всей промышленности страны. В целом, однако, мое впечатление таково, что принцип действительно работает. Развитие заводов финансируется государством. Моральный износ является частью вложенных затрат.

Коммунистический и социалистический принципы

Нет никаких сомнений в том, что лидеры этого правительства были вынуждены отказаться от коммунистической идеи распределения по потребностям и принять на вооружение принцип распределения за вознаграждение в соответствии с заработком. Стимул личной выгоды за дополнительные усилия буквально пропитывает всю систему. Сначала действовала система «ударников труда», а теперь государство, используя все имеющиеся пропагандистские средства, продвигает стахановское движение. На всех этапах производства за дополнительную работу люди получают премии. Везде используется личный мотив.

Учитывая, что Европе пока удается избежать войны (многие заводы сейчас переоборудованы для военных целей, о чем свидетельствует внедрение линий производства гусеничных тракторов), мое мнение в целом совпадает с мнением дипломатического корпуса в Москве о том, что ближайшие пять – десять лет будут ознаменованы большими экономическими успехами, при этом всегда предполагается, что не будет и гражданской войны вследствие контрреволюций и «революции, пожирающей собственных детей».

Главный фактор, который, казалось бы, должен обеспечить такое развитие, заключается в огромном богатстве и неосвоенных ресурсах страны. По меньшей мере, в течение нескольких поколений здесь будут обеспечены прекрасные возможности для амбициозной молодежи. Кроме того, эта страна самодостаточна. Она ежегодно производит огромные сельскохозяйственные и минеральные богатства и еще много лет не будет зависеть от импорта или экспорта. Страна производит большие запасы золота. Хотя нет сомнений в том, что на нынешнем этапе по экономическим показателям она не сравнится с капиталистическими государствами и, возможно, ей никогда этого не добиться, тем не менее в отсутствие конкуренции или даже потребности в конкуренции с капиталистическими государствами подобные проблемы не должны и не будут проявляться. Могут возникнуть огромные потери из-за бюрократии, медлительности, нетрудоспособности или неприспособленности к производству орудий труда и тому подобное, но все же чистая прибыль, вероятно, все равно продолжит обогащать государство, а через него – и все население. В городе Днепропетровске в прошлом году было построено шестнадцать больших школ из белого камня, каждая на 25 или 30 помещений – все якобы оплачены из прибыли местных промышленных предприятий, которые передавали прибыль местному муниципалитету.

Есть некоторые сомнения, что в случае втягивания в европейский конфликт тыловая промышленность сможет обеспечить длительную войну. Полагаю, что она сможет сделать это в гораздо большей степени, чем ожидается, учитывая то, что мне довелось увидеть в этом регионе.

Поступают многочисленные сообщения о саботаже со стороны рабочих, недовольных сдельной системой оплаты стахановцев.

Если нынешняя тенденция увеличения вознаграждения за большее количество труда или за более эффективный труд сохранится, а уровень жизни продолжит расти, в Советском Союзе вскоре не будет «бесклассового» общества. При нынешних темпах роста дифференциации и роста вознаграждения пройдет совсем немного времени, и проявятся весьма заметные классовые различия, основанные на материальном благополучии. Здесь, как и везде, проявляет себя человеческая натура.

По прибытии на каждый завод мы обычно проводили совещание в главном кабинете, на котором директор давал нам, как правило, довольно откровенные ответы на все заданные вопросы, а также общую картину предприятия. Затем следовала поездка по заводу, во время которой выяснялись и фиксировались дополнительные факты[26].

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Днепропетровск, 28 февраля 1937 года

Здесь произошла интересная вещь. В главном комиссионном магазине я увидел очень красивую картину маслом. И решил приобрести ее для своей коллекции Висконсинского университета. Директор магазина представил ее как работу знаменитого итальянского художника. Цена оказалась довольно высокой, но я согласился и договорился, чтобы картину доставили в спальный вагон. Вечером мы заметили суматоху вокруг группы, направляющейся к нашему вагону, и, к нашему удивлению, обнаружили, что это наши друзья из ГПУ, или тайной полиции, которые задержали директора. Они заставили его прийти и вернуть уплаченную мной сумму и признаться, что он соврал и что на самом деле проданная картина не является «оригиналом». Они были крайне возмущены этим и тем, что меня обманули. Я сердечно поблагодарил их за проявленный интерес. На самом деле мне стоило большого труда убедить их не подвергать беднягу суровому наказанию.

Хотя с этими людьми мы никак не общаемся, сам факт того, что мы ежедневно видимся и с улыбкой приветствуем друг друга, говоря «Доброе утро!» или «Спокойной ночи!», создал своего рода товарищество. Нет никаких сомнений в том, что они глубоко озабочены нашей безопасностью и защитой. На самом деле я уверен, что одна из основных причин, по которой все руководители миссий находятся под постоянным наблюдением тайной полиции за пределами своих посольств, заключается именно в обеспечении охраны. Не так давно было совершено покушение на немецкого посла, а другой высокопоставленный дипломатический представитель получил пулю в руку в результате происков заговорщиков, стремившихся спровоцировать дипломатический инцидент и тем самым создать проблемы для советского правительства.

_________________________________

НОВЫЕ РЕЛИГИОЗНЫЕ ГОНЕНИЯ В ГЕРМАНИИ

Журнал Днепропетровск, 28 февраля 1937 года

Новость дня: доктор Нимёллер объявил своей пастве в Далеме, что герр Вайслер, его соратник, умер в концентрационном лагере 19 февраля, добавив, что, по данным тайной полиции, он повесился. Мир никогда не примет такого объяснения. Это плохо отражается на любых надеждах на европейский мир через сотрудничество с Германией при Гитлере и нацистах.

_________________________________

Дневник Москва, 4 марта 1937 года

Ужин в итальянском посольстве. Обсуждение за чашкой кофе сообщений о разногласиях в «советах партии» по поводу новых положений в новой конституции. Говорят, Сталин настаивал на либерализме конституции, даже если это ставило под угрозу его власть и контроль над партией.

При обсуждении вопроса об угрозе войны бельгийский посол заявил, что Англия удерживает баланс сил в отношении мира в Европе и что Германия задабривает Англию. Если бы Германия искала выход через войну, то первое нападение произошло бы через Чехословакию; затем Франция вынуждена была бы прийти на помощь Чехословакии в соответствии со своими договорными обязательствами, и в дальнейшем все зависело бы от Англии. Англия обязалась прийти на помощь Франции только в случае нападения на Францию. Англия не обязана помогать Франции, если сама Франция является агрессором, сказал посол. По его мнению, решение Германии лежит в плоскости взаимопонимания с Россией.

Он очень позитивен в своих суждениях. Возможно, он прав.

_________________________________

ЛИТВИНОВ, ИСПАНИЯ И КОЛЛЕКТИВНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

№ 156 Москва, 26 марта 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ПОЛОЖЕНИЕ В ИСПАНИИ; ЕВРОПЕЙСКИЙ МИР;

УЧАСТИЕ СОВЕТОВ В СОГЛАШЕНИИ О ВООРУЖЕНИЯХ Совершенно секретно

Сэр!

В соответствии с назначенной встречей я обратился к наркому иностранных дел Литвинову, чтобы засвидетельствовать свое почтение перед отъездом в Соединенные Штаты. Объяснив, что я ненадолго уезжаю домой, я сказал, что вернусь в июне.

Затем я спросил его, как развивается ситуация в Испании. Он сказал, что с точки зрения республиканских сил – весьма хорошо; с точки зрения европейского мира – почти хорошо. Он выразил опасение, что неудачи итальянских войск побудят Муссолини направить дополнительные силы в Испанию, чтобы восстановить свой престиж. В этой связи он заявил, что Международный комитет в Лондоне испытывает большие трудности и ситуация выглядит очень плохо. По предложению Германии он рассмотрел вопрос об эвакуации всех добровольцев в Испании; что после этого Гранди выдвинул условие, что перед этим должен быть рассмотрен вопрос об эмбарго на золото испанского правительства. После того как другие правительства согласились с этим, Гранди объявил, что итальянское правительство не будет далее обсуждать вопрос об эвакуации добровольцев в Испании.

Что касается его предположения об отчаянном положении, я сказал, что для Муссолини вполне естественно желание восстановить свой престиж, прежде чем вступать в дальнейшие дискуссии, но что ситуация в Испании, похоже, меняется весьма быстро, поскольку всего две недели назад испанский посол заявил мне, что его правительство серьезно обдумывает возможность объявления войны Италии и, похоже, крайне удручено поражениями, которые потерпели республиканские силы; и что теперь, в течение двух недель, положение полностью изменилось и что поэтому возможно, ситуация так же быстро может измениться к лучшему. Литвинов заявил, что такое возможно, но твердо повторил, что если итальянцы направят дополнительные силы в Испанию, то ситуация для европейского мира крайне осложнится. Он подчеркнул, что, если демократические правительства сейчас решительно предупредят Италию, что не допустят подобные действия, Муссолини не предпримет этих действий, так как, по его словам, Италия не желает войны в Европе. Экономические и политические условия в Италии не слишком хороши и что Италия не выдержит европейской войны. Когда я предположил, что, возможно, демократические страны, включая Англию, не хотят рисковать своей твердой позицией, пока как следует не подготовятся, он заявил, что ни Германия, ни Италия не готовы должным образом. На мое удивление по поводу того, что Германия не готова с военной точки зрения, он вновь заявил, что, по их информации, Германия не готова даже в военном смысле, не принимая во внимание экономическое положение. Тогда я заявил, что до меня дошли слухи, будто Советский Союз опасается, что Франция и Англия могут заключить мир в Западной Европе с Германией и Италией, оставив Россию в одиночестве противостоять Германии. Он утвердительно заявил, что, по его мнению, это не так[27].

Затем я заявил, что положение в Европе в ее элементарной форме выглядит довольно просто и что трудно понять, почему государственные деятели Европы не могут обеспечить, чтобы Англия, Франция, Германия, Италия и Россия согласились сохранить территориальную целостность Европы и посредством торговых соглашений обеспечить Германию сырьем и тем самым дать ей гарантию, что она сможет выжить, что избавило бы народы Европы и мира от ужасающего бремени вооружения и страха перед катастрофической войной. На это я получил быстрый ответ: «Думаете, Гитлер когда-нибудь согласится на что-то подобное?» Я ответил, что не знаю, но, по моему мнению, в Германии существует весьма значительная часть влиятельных и ответственных людей, которым такая идея могла бы понравиться. Литвинов ответил, что, по его разумению, такое может быть; что Шахт именно такого склада; он не думает, что они смогут одержать верх над Гитлером и политическими и военными силами, доминирующими в Германии. Затем он заявил, что единственной надеждой на сохранение европейского мира является быстрое и твердое заявление демократических стран Европы о том, что они вместе выступают за мир; он назвал Францию, Россию и Чехословакию. Затем он сказал, что если Соединенные Штаты присоединятся к такой декларации, то это будет означать не только европейский, но и мировой мир, поскольку это также решит японский вопрос. Я ответил, что мы не испытываем никаких серьезных опасений в отношении Японии и что в целом наш народ твердо настроен против того, чтобы ввязываться или быть втянутым в европейские проблемы. С другой стороны, лично я был уверен, что и президент Соединенных Штатов, и государственный секретарь преданы делу мира и, когда придет время, будут рады внести свой вклад любым возможным способом в соответствии с нашей традиционной политикой. Однако я убедил его, что, говоря это, выражаю лишь свои личные взгляды.

Затем Литвинов сказал, что есть некоторая информация, которая может представлять ценность для Соединенных Штатов, и он был бы рад воспользоваться случаем, чтобы передать ее мне. Информация заключалась в следующем.

После последнего соглашения о военно-морском разоружении Советский Союз вместе с Великобританией рассматривал вопрос о строительстве крейсеров с определенным калибром орудий и т. д.; он просил включить в соглашение, что должен строить крейсеры и т. д. с учетом минимальных пределов, установленных для любого из правительств-участников; что Англия рассмотрела этот вопрос с Германией и другими правительствами и что они согласились, что СССР может построить семь крейсеров, в то время как Германия, согласно действующему ограничению, – три; что СССР не обязан раскрывать детали своей программы Японии. После этого Германия подняла вопрос о том, что ей необходимо разрешить увеличить свою квоту до пяти крейсеров, и тогда СССР сможет расширить свой крейсерский состав до десяти; что СССР предложил сделать «инициативу» взаимной, а именно чтобы СССР также имел право расширить свой состав до десяти при условии, что Германия затем вправе увеличить свой состав до пяти; что вопрос находится в подвешенном состоянии, но, судя по всему, будет благополучно согласован.

Литвинов заявил, что, по его мнению, за три месяца моего пребывания здесь я приобрел больше информации и знаний о России, чем любой другой посол за два года. На это я ответил, что привык знакомиться с фактами в той или иной ситуации, прежде чем прийти к какому-либо мнению, которое потом высказываю своему начальству. Он спросил о полученных впечатлениях. Я коротко сказал ему, что на меня произвело большое впечатление то, что они делают, сила их руководства, трудности, которые они преодолевают. По моим ощущениям, в настоящее время они искренне преданы делу мира. Результат их правительственного эксперимента определит будущее, но я по-прежнему придерживаюсь мнения о том, что наша система является лучшей для облегчения положения масс людей и что наши процессы эволюции через демократию лучше, чем здешний революционный эксперимент.

Встреча завершилась выражением добрых пожеланий президенту США и государственному секретарю и личными пожеланиями хорошей поездки.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА СТИВЕНУ ЭРЛИ

9 марта 1937 года

Не проходит и дня, чтобы к нашему американскому шоферу Чарли Джилиберти не подошел на улице какой-нибудь американец, принявший советское гражданство, и не попросил ходатайствовать перед американскими властями, чтобы те помогли ему вернуться домой. Судя по тому, что сообщил австрийский посланник, около тысячи коммунистов перебрались сюда в 1934–1935 годах из Австрии, приняли гражданство в этой «земле обетованной», не могут выбраться оттуда, но всеми силами стремятся вернуться на родину.

_________________________________

Дневник Москва, 9 марта 1937 года

Сюда на несколько дней приехал Харрисон, один из заместителей секретаря в Варшаве. Это весьма информированный человек. Его взгляды интересны. По его словам, Польша в случае войны окажется перед отчаянным выбором. Но он считает, что правительство по отношению к СССР займет прогерманскую позицию. Там правительство на самом деле контролируют крупные землевладельцы в сочетании с муниципальной буржуазией. Балтийский блок – Эстония, Латвия и Литва – пребывал в отчаянном положении. Это искусственные государства, созданные Лигой Наций из части старой России, и в случае европейской войны они, вероятно, будут упразднены, по крайней мере временно. Литва, сказал он, страна пророссийская. В Эстонии проживает много этнических немцев, это тянется еще с древних ганзейских времен. И Эстония, и Латвия пытались ужиться между двумя опасными и сильными врагами: Германией и СССР. Он согласился со мной, что Малая Антанта находится в процессе распада. Существование венгерских меньшинств в Румынии, Чехословакии и Югославии и весьма эгоистичные проблемы этих небольших государств давали Гитлеру добротную почву, чтобы расколоть их, играя на взаимных шовинистических амбициях.

Финляндия, по его мнению, являет собой самое светлое пятно в российском МИДе, поскольку Финляндия слишком недвусмысленно и отчаянно отстаивала свою независимость как по отношению к Германии, так и по отношению к России.

_________________________________

Дневник Москва, 11 марта 1937 года

Новый посланник Эстонии, полковник Кознич, – весьма интересный тип. Сегодня мы с ним долго беседовали. Мы оба неплохо изъясняемся на немецком. Сам он русский, получил образование в Ленинграде и служил офицером в одном из полков свергнутого царя. Был из числа старых царских военных, которые сражались с большевиками в Эстонии и сумели создать это государство. Он все еще молодой человек с весьма привлекательной личностью, всегда в центре событий, и он особенно хорошо информирован о России.

Согласно его впечатлениям, этот год в России является переломным; что, несомненно, присутствует изрядное политическое недовольство, вызванное, главным образом, соперничеством между старыми большевиками. Люди, стоящие во главе правительства, – это скорее крепко сбитые, жесткие революционеры из числа первых большевиков, в отличие от интеллигентов, лидером которых был Троцкий. Сталин – очень сильный, способный человек, практичный, обладающий здравым смыслом и мудростью, Молотов – человек исключительный, с большими умственными способностями и мудростью. Сталинский контроль над армией через Ворошилова, который, несомненно, предан ему, и его контроль над тайной полицией, несомненно, прочно укрепили его у власти. Похоже, они осознавали опасности, грозящие правительству, и им, несомненно, следует отдать должное за решительные меры, принятые ради защиты своего режима.

Из всего этого у меня сложилось четкое впечатление, что все пограничные государства тщательно следят за тем, чтобы не обидеть ни одного из этих двух больших игроков, между которыми они зажаты.

Другой дипломат, посланник_______, сделал вчера для меня весьма поучительное заявление. Обсуждая недавний судебный процесс, он сказал, что подсудимые, несомненно, виновны; что все мы, кто присутствовал на суде, практически согласились с таким выводом; что, однако, внешний мир, судя по сообщениям прессы, считает, что весь процесс инсценирован (ширма, как он это назвал); хотя мы знаем, что это не так, вероятно, хорошо, что внешний мир так думает.

_________________________________

ЖЕНСКИЙ ОБЕД НА ДАЧЕ МОЛОТОВА

Дневник Москва, 14 марта 1937 года

Марджори отправилась на обед к мадам Молотовой. Мероприятие было довольно необычным – собрались жены комиссаров, причем все активно работают инженерами, врачами или управляющими заводами.

Мадам Молотова, жена премьера, является членом кабинета министров, раньше комиссаром по рыболовству, а сейчас комиссар по косметике. Очень необычная женщина. То, как она создала эти шикарные парфюмерные магазины и косметические салоны, говорит о больших организаторских способностях. Она и остальные, инженеры, врачи и т. д., проявили большой интерес к Марджори, особенно в том, что женщина ее типа должна быть заинтересована в серьезных деловых вопросах и сама стать «рабочей женщиной». Идея устроить эдакий «девичник» – нечто совершенно новое в моем советском «багаже». Поэтому я попросил Марджори подробно рассказать мне обо всем, пока все события еще свежи в ее памяти. Вот ее рассказ:

«В день, когда мы проходили по фабрике (одной из четырех, которыми она управляет), где производят изысканные духи, кремы и т. д., госпожа Молотова пригласила нас отобедать с ней. Мы с удовольствием согласились, но не представляли, какой редкий и интересный опыт нас ожидает. Настал день, и мы отправились в путь – час езды за город по дороге в Рублевский лес, мимо нескольких больших вилл. Вскоре показалась зеленая ограда, и мы увидели охрану. Ворота были открыты, и по пути к дому мы увидели еще много охранников.

Дом современный, большой (но это ни в коем случае не дворец – ни внутри, ни снаружи), довольно простой. Хороший вкус – просторный, нельзя сказать, что обставлен уютно или „по-житейски, хотя отвечает всем требованиям. Прихожая, широкая лестница, гардеробные и т. д. Гостиная просторная. Никаких фотографий или безделушек. Столовая большая, с огромными створчатыми окнами. Стол украшен цикламенами – не менее 3 дюймов каждый. На полу по всей комнате стояли восемь или десять горшков с сиренью – белой и фиолетовой – с прекрасными большими соцветиями.

Я сидела справа от госпожи Молотовой – госпожа Кеннан, жена секретаря посольства, – мисс Уэллс – госпожа Кубар – госпожа Крестинская – госпожа Стомонякова. Стол был уставлен закусками. Обед был тщательно продуман и состоял из многих блюд: трех видов мяса, шести видов рыбы, причем одна какая-то очень особенная, носатая маленькая рыбина около восьми дюймов длиной – очень вкусная, с Волги. Пришлось есть, несмотря на предупреждение посольского врача, и я ела и ела… (У них всех какая-то неприязнь к животным, но мы, американцы, привыкли к проверенной и стерилизованной пище!) Атмосфера была весьма сердечной – всем хотелось, чтобы мы хорошо провели время, и мы провели, но…

О! Если бы только я могла говорить на их языке! Через переводчика это, мягко говоря, сложно…

Интересная реакция на этот обед последовала после моего возвращения. Я обнаружила Джо в библиотеке с одним из журналистов, который весьма удивился, узнав, где именно мы побывали, и задал десятки вопросов. Затем, вечером за ужином в бельгийском представительстве, я сидела рядом с британским послом, который чуть не лопнул от волнения во время моего рассказа о том обеде, спросив два или три раза: „Где, вы сказали, был этот обед?“ Затем, убедившись, что это была мадам Молотова и все происходило у нее на даче, он воскликнул: „Вот вы, американцы, поразительные люди! Я здесь уже несколько лет и не мог ступить на порог их дома – а вы приезжаете, и уже через несколько недель здесь устраивают обед в вашу честь. Не могу этого понять!“»

_________________________________

Журнал Москва, 14 марта 1937 года

Марджори рассказала мне об интереснейшей беседе, которая состоялась у нее на днях с мадам Крестинской. Госпожа Крестинская – врач и жена заместителя наркома иностранных дел. Отвечает за госпитализацию женщин и детей в Москве. Относится к приятному типу женщин средних лет, с правильными чертами лица. Нет никаких сомнений в ее искренности и тонкости. В ответ на вопрос Марджори она сказала: «Правительство не выступает против религии как таковой. Просто наш народ должен был предпринять шаги, чтобы не позволить религии навредить ему». Далее она рассказала, как при царском режиме Греческая православная церковь стала частью правительства, а царь был религиозным главой церкви, а также правителем государства. Все священники оплачивались государством. По ее словам, все расходы расточительное правительство повесило на собственный народ. Это было ужасным бременем. Наконец, положение настолько усугубилось, что в Думе, законодательном органе, учрежденном одним из царствующих Александров, почти треть составляли церковные деятели. По ее словам, эта группа испортила и обесценила собственную религию, а сама лишь разжирела на этой почве, допуская всевозможные излишества и всячески притесняя бедноту. «Религия, – сказала она, – использовалась как своего рода наркотик, чтобы убаюкивать наивных и заставить соглашаться на невыносимые условия». Поэтому пришлось отделить религию от государства, что и было сделано. Новая советская конституция прямо предусматривала свободу в отношении религии, но при условии, что она не должна быть частью государственного управления и что должна существовать свобода слова как против религии, так и за нее. Это, по ее словам, и есть настоящая свобода, и она знает, что руководители страны не имеют ничего против религии как таковой, но полны решимости не допустить возвращения прежних условий. Примечательно, что, как гласит история, жена Сталина была похоронена в святых местах, согласно ее предсмертной просьбе.

_________________________________

ЗОЛОТОДОБЫЧА В СССР

Москва, 15 марта 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГЕНРИ МОРГЕНТАУ-МЛАДШЕМУ

Дорогой Генри!

С момента своего прибытия сюда прилагаю все усилия, чтобы попытаться получить данные о здешних золотых запасах. Что-то определенное разузнать практически невозможно. Это в той или иной степени военная тайна, которая тщательно охраняется, и она доступна, конечно, в качестве пропаганды, чтобы продвигать идею своей мощи по отношению к Германии и Японии.

По имеющейся у меня информации, ситуация выглядит следующим образом: производство Южно-Африканского Союза в килограммах – от 325 000 до 350 000; производство Советского Союза – около 175 000; производство Соединенных Штатов и Канады – около 100 000. Эти данные получены в результате исследования, проведенного нашим представительством в Риге. Общие сведения таковы: объем производства Советского Союза в 1936 году значительно превышает указанную выше сумму и составляет от 200 до 250 млн долларов. Золотой запас Государственного банка составляет 350 млн долларов.

На днях мне выпала честь увидеть коллекцию сокровищ и драгоценностей в Государственном банке. Что меня удивило, так это размер золотых самородков. У них есть два самородка чистого золота весом от 40 до 50 фунтов каждый. По их внешнему виду могу судить, что это практически чистое золото. Несомненно, местные горы изобилуют богатствами. Госпожа Литвинова, которая занимается преподаванием в одной из высших школ этого региона, рассказала нам с миссис Дэвис, что каникулы школьников и, фактически, пикники населения на природе обычно проводятся в поисках золотых самородков в горах, причем с поразительным успехом. Литвинов рассказал мне вчера, что недавно, находясь в горах, во время случайной прогулки он подобрал камень, в котором оказалось очень много золота.

Искренне ваш,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

РЕЛИГИОЗНАЯ СВОБОДА В РОССИИ

№ 131 Москва, 17 марта 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

АНТИРЕЛИГИОЗНОЕ ДВИЖЕНИЕ В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ

Совершенно секретно

Сэр, в связи с антирелигиозным движением в Советском Союзе имею честь сообщить следующее.

В связи с принятием в состав новой конституции разделов, касающихся религии, советские власти в последнее время уделяли много внимания антирелигиозному движению.

От одного хорошо информированного члена дипломатического корпуса я узнал, что при обсуждении религиозных разделов конституции существующие положения подвергались энергичным нападкам со стороны некоторых как слишком опасные и что спасло их лишь вмешательство Сталина; суть его позиции в том, что, если существует какая-то опасность для коммунистической партии, то это вызов, который необходимо преодолеть.

Вот уже несколько недель в партийных кругах продолжается активное обсуждение того, что может показаться весьма существенными достижениями церкви за последний год. По данным управляющего делами Центрального Совета, членство в Союзе воинствующих атеистов за последние четыре года сократилось с четырех миллионов до двух миллионов членов.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ВЫДЕРЖКА ИЗ МЕМОРАНДУМА

ОБ АНТИРЕЛИГИОЗНОМ ДВИЖЕНИИ

В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ

Тем не менее право голоса на выборах в Советы, предоставленное служителям культа новой конституцией (статья 135)5, вызывает определенные опасения у пропагандистов атеизма. «Какую опасность представляет это право голоса, если служителей культа в Советском Союзе насчитывается всего около 100 000 человек?» – спрашивает Ярославский, председатель Союза воинствующих атеистов Советского Союза, в статье, опубликованной в номере «Антирелигиозника» за июль – август 1936 года. Указав на то, что вряд ли массы проголосуют за священника, Ярославский делает следующее заявление:

«Если бы какому-нибудь священнику взбрело в голову выдвинуть свою кандидатуру в депутаты местного Совета или даже Верховного Совета, мы имели бы право вести борьбу против такого кандидата, изображая его как пример религиозного зла и суеверия».

Дополнение (не приложено к первоначальной отправке)

16 ноября 1933 года между Советским Союзом и правительством Соединенных Штатов были установлены нормальные дипломатические отношения в результате обмена сообщениями между президентом Рузвельтом и Максимом Литвиновым, министром иностранных дел Советского Союза, который в то время находился в нашей стране. Данная переписка раскрывает гарантии, которые были на тот момент даны Советским Союзом правительству Соединенных Штатов.

В частности, среди прочих положений, американским гражданам в России были гарантированы следующие, связанные с религией права:

1. Право на свободу вероисповедания и отправление религиозного культа, а также свободу от всяких препятствий или преследований по причине их религиозной веры или культа.

2. Право проводить без каких-либо препятствий извне любые религиозные службы и обряды церемониального характера, включая обряды крещения, конфирмации, причастия, брака и погребения, на английском языке.

3. Право без ограничений давать религиозное образование своим детям, как поодиночке, так и группами, или поручать такое обучение лицам, которых они могут нанять для этой цели.

4. Что в отношении свободного вероисповедания гражданам Соединенных Штатов должны быть предоставлены права не менее благоприятные, чем те, которыми пользуются граждане государства, пользующиеся в этом отношении наибольшей свободой. Это гарантирует гражданам Соединенных Штатов, что они имеют право проводить религиозные службы в церквах, в арендуемых домах или прочих зданиях, согласно законам страны, на своем национальном языке или на любом другом языке, который принят в их религии. Они будут вправе хоронить умерших в соответствии с их религиозными обычаями в местах погребения, созданных и содержащихся ими с разрешения компетентных властей, при условии, что они будут соответствовать полицейским правилам другой стороны в отношении зданий и общественного здоровья.

_________________________________

КОНСТИТУЦИЯ СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК

Статья 124

В целях обеспечения за гражданами свободы совести церковь в СССР отделена от государства и школа от церкви. Свобода отправления религиозных культов и свобода антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.

Статья 135

Выборы депутатов являются всеобщими: все граждане СССР, достигшие 18 лет, независимо от расовой и национальной принадлежности, вероисповедания, образовательного ценза, оседлости, социального происхождения, имущественного положения и прошлой деятельности, имеют право участвовать в выборах депутатов и быть избранными, за исключением умалишенных и лиц, осужденных судом с лишением избирательных прав[28].

_________________________________

СТАЛИН НАСТАИВАЕТ НА ТАЙНОМ ГОЛОСОВАНИИ И ВСЕОБЩЕМ ИЗБИРАТЕЛЬНОМ ПРАВЕ

№ 138 Москва, 18 марта 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ; ПЛЕНУМ ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА, СОСТОЯВШИЙСЯ В ФЕВРАЛЕ 1937 ГОДА

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь сообщить следующее в связи с недавним собранием – так называемым Пленумом, – на котором обсуждались и определялись некоторые политические установки Коммунистической партии; и в связи с этим текущие действия по очищению и реорганизации партии.

На этом собрании, состоявшемся несколько недель назад, главным предметом обсуждения был проект новой конституции в связи с новым всеобщим избирательным правом и тайным голосованием. С тех пор наблюдалась большая партийная активность. Ситуация стала предметом широкого обсуждения в дипломатическом корпусе. Российские газеты полны пропаганды по этому поводу. Совершенно очевидно, что прилагаются большие усилия для активизации и укрепления партийной организации. Лидеры, большие и малые, постоянно вещают через прессу о том, что партия должна очиститься, избавиться от медлительности и бездействия и взять на себя функцию лидерства в воплощении в жизнь принципов конституции и содействии определению воли народа на предстоящих выборах.

Испанский посол сообщил, что на Совете партии (Пленуме) состоялась продолжительная дискуссия, почти в форме дебатов, по вопросу о том, следует ли сейчас, в соответствии с тайным и всеобщим избирательным правом, продвигать положения новой конституции или нет; было высказано мнение, что это может быть связано с серьезной опасностью из-за отсталости избирателей. Утверждается, что Сталин сам решил вопрос в пользу проведения в жизнь тайного и всеобщего избирательного права, предусмотренного новой конституцией.

Сейчас обстановка такова: вожди партии, понимая, что при тайном голосовании и всеобщем избирательном праве ситуация может выйти из-под контроля, решили провести большую политическую акцию, дабы убедиться, что они смогут направлять и контролировать электорат на предстоящих выборах.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

КОММУНИЗМ ИДЕТ НА КОМПРОМИСС С ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПРИРОДОЙ

№ 132 Москва, 17 марта 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ВОЗМОЖНЫЕ ПРИЗНАКИ ОТХОДА ОТ НЕКОТОРЫХ ОСНОВНЫХ КОММУНИСТИЧЕСКИХ ПРИНЦИПОВ РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ ИЛИ ИХ МОДИФИКАЦИЯ

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь сообщить, что в ходе дискуссий с сотрудниками посольства мы устно проанализировали сложившуюся здесь ситуацию с целью собрать различные факты и тенденции, свидетельствующие об отходе или изменении нынешним режимом основных коммунистических принципов, на которых была основана революция.

Совершенно очевидно, что правящие круги в силу необходимости и в целях самосохранения были вынуждены отказаться, по крайней мере временно, от многих своих коммунистических принципов. Идея «бесклассового» общества на практике была и остается порочной. Само правительство – это бюрократия со всеми признаками правящего класса, а именно: особые привилегии, более высокий уровень жизни и тому подобное. Иллюстрацией может служить тот факт, что единственный сорт икры, который здесь можно достать, подается высокопоставленным правительственным чиновникам или, возможно, приобретается в порядке большого одолжения через кремлевский ресторан, который доступен для проживающих там высокопоставленных правительственных чиновников. На всем пути сверху вниз можно отыскать классовые признаки.

Писатели, художники, даже дирижеры джазовых оркестров получают высокую зарплату и имеют обеспеченные деньгами классовые привилегии – роскошь и проч.

Члены партии представляют собой ярко выраженный привилегированный общественный класс.

В промышленности тоже созданы классы, которые быстро укрепляются и развиваются благодаря системе более высокой оплаты за больший объем работ. Это, в свою очередь, породило более высокий уровень жизни среди части рабочих, и классовое сознание проявляется в различиях в жилищных и бытовых условиях и признаках стилевого сознания со стороны женщин и жен рабочих. Такое положение вещей признается здешними официальными лицами негласно; но они пытаются оправдать его на основе марксистской теории, что якобы нет никаких классовых различий, кроме тех, которые существуют между рабочими и капиталистическим классом собственников, который их эксплуатирует, а поскольку это социалистическое предприятие, работающее на благо государства, следовательно, оно не имеет капиталистического класса собственников. Конечно, здесь очевидна ошибочность такого подхода. В конце концов, «класс» – это лишь слово для определения идеи, основа которой заключается в том, что существуют различные группы людей, которые различаются между собой. Очевидно, что основные видимые различия проявляются в различных уровнях жизни и особых привилегиях. Нет никаких сомнений в том, что это, по сути, «классовое» общество и оно содержит семена корысти, которые порождают такое положение.

Для меня в этой ситуации важно то, что эти коммунисты-теоретики, облеченные ответственностью и столкнувшиеся с необходимостью сохранить свою власть, были вынуждены прибегнуть к элементам человеческой природы, а именно: к корысти и прибыли за труд, чтобы заставить свой план работать и оправдать свою бюрократию. «Бескорыстная» система хозяйствования, по их мнению, приведет к застою. Для достижения успеха они были вынуждены прибегнуть к такому фундаментальному стимулу, как прибыль и индивидуалистическая корысть. Лидеры здесь утверждают, что это просто этап в их усилиях по достижению окончательной цели – коммунизма. Однако есть все признаки того, что пройдет много времени, прежде чем это капиталистическо-социалистическое государство с его правителями, наслаждающимися «плотскими горшками» роскоши и власти, превратится в коммунистическое государство и «бескорыстное» общество.

Опять же, в армии старые представления о товарищах-офицерах и простоте были вытеснены титулами, золотыми тесьмами, погонами, украшениями и нарядными мундирами, отличающими одно сословие от другого.

Еще одним ярким свидетельством отхода от коммунистической идеи является отношение правительства к дому, разводу, рождению детей, Отечеству и националистическому патриотизму. Идея мирового пролетариата и революции была отброшена и заменена идеей националистической России. На создание этой национальной концепции направлена массовая пропаганда[29].

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

«КРАСНАЯ ШАПОЧКА»: РЕЧЬ СОВЕТСКОГО ПОСЛА В ЛОНДОНЕ

№ 139 Москва, 18 марта 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

Совершенно секретно

Сэр!

После отъезда испанского посла в Лондон Майский, советский посол, произнес там свою довольно воинственную речь, предположив, что Россия успешно оснащена, чтобы справиться, если потребуется, одновременно и с японским, и с немецким нападением[30]. Радио также передало сообщение о том, что законное правительство Испании пыталось всячески задобрить представителей Франции и Англии в связи с возможными уступками в Испанском Марокко.

Недавно в официальной прессе было опубликовано длинное обращение с горькой жалобой на Италию. Его подписали многие видные публицисты, ученые и известные в университетских кругах люди. В некоторых кругах его рассматривают как предвестник более решительных действий советского правительства в ситуации с Испанией.

Одновременно с этим возобновились слухи о том, что правительство рассматривает возможность отправки в Испанию поставок с военно-морским конвоем из российских судов.

Сотрудник Министерства иностранных дел также заявил мне вечером в посольстве Бельгии, что они анализируют положение со всей серьезностью и что необходимо что-то предпринять.

Мои личные впечатления таковы, что обстановка в Европе находится в весьма подвешенном состоянии. Изменения происходят внезапно, даже стремительно, что свидетельствует о крайней переменчивости национальных реалистических интересов. Нет твердой почвы, на которой можно было бы надежно заложить какой-то фундамент. Кажется, все играют в свои собственные игры, а национальные интересы бушуют.

Если не принимать во внимание положение в Испании, то у всех сложилось мнение, что Англия «тянет время», чтобы перевооружиться, и что она не хочет вновь обжечься, как в Эфиопии. По общему мнению, на это потребуется полтора-два года. Также принято считать, что опасность заключается в том, что Германия, в силу отчаяния или параноидального руководства, может решить бросить все на кон до того, как сможет перевооружиться Англия.

Малые страны Европы, похоже, относятся к этой ситуации с большой опаской. Это впечатление сложилось из бесед, которые я имел здесь с дипломатическими представителями этих стран.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

РЕЧЬ СОВЕТСКОГО ПОСЛА М. МАЙСКОГО В ЛОНДОНЕ

Журнал Москва, 13 марта 1937 года

По сообщениям прессы, советский посол в Лондоне выступил с сильной речью. Майский сказал, что за последние пятнадцать месяцев опасность войны вообще и против России в частности возросла – германо-японское сближение практически равнозначно военному союзу против СССР, – но Россия с удовлетворением осознает, что ее готовность и сила сопротивления также выросли.

Две границы страны (на востоке и на западе) «сделаны практически неприступными благодаря сильным укреплениям, крупным армиям, хорошо оснащенным всеми современными средствами ведения войны, и огромным военно-воздушным силам. В то же время наша экономическая готовность также не вызывает сомнений».

По его словам, в их стратегию не входило стремление к экономической автаркии; они стремились к независимости, а не к экономической исключительности, и уже достигли такого положения, когда в случае войны СССР может в течение неопределенного периода времени вести хозяйство на основе самообеспечения.

«Я могу сказать сегодня, – продолжил он, – с полной ответственностью за каждое слово, что в настоящее время мы достаточно сильны, чтобы отразить любое нападение на наши территории со стороны любой иностранной державы или любой комбинации держав, и мы можем сделать это в одиночку».

По его словам, их главной задачей является предотвращение войны, а предотвратить ее в одиночку они не могут. Поэтому необходимо добиваться активизации деятельности Лиги Наций и укрепления принципа коллективной безопасности.

По их мнению, Европа подошла к переломному моменту, когда ей предстоит сделать окончательный выбор: либо сделать коллективную безопасность реальностью, либо стремиться к так называемой «локализации войны», встать на путь постоянного отступления перед агрессором, в «нелепой надежде, что, возможно, в конце концов, этот хищный волк не сожрет маленькую Красную Шапочку».

_________________________________

Дневник Москва, 18 марта 1937 года

На обед пришли Дюранти, Спенсер Уильямс из Американо-российской торговой палаты и Джон Хазард.

Дюранти оценил добычу золота в СССР примерно в 450 млн долларов в год.

Уильямс получил интересную информацию о том, что американские фирмы не проявляют интереса к возможному бизнесу в России из-за специфического спроса на местном рынке. Одна фирма предложила премию 3000 долларов за тонну, чтобы отказаться от существующего бизнеса в первом квартале, когда к ней обратились с предложением поставить больше материала. К большому удивлению «Амторга» (советского агентства в Нью-Йорке).

Один из самых интересных молодых американцев здесь, в Москве, – Джон Хазард. Это один из последователей Чарльза Р. Крейна, получающий стипендию в Московском университете. Он способный, говорит по-русски и отлично учится. Сегодня он обедал со мной, и его рассказ о трудностях преподавания права в Московском университете был весьма интересным и забавным. Я попросил его подготовить меморандум для передачи в Департамент. Похоже, что на юридическом факультете произошла большая путаница во время этих чисток. Занятия были отложены, и существует большая неразбериха в отношении текстов, которые необходимо изучать. Хазард сказал мне, что у главы юридической школы какие-то проблемы с властями и ему грозит смещение с поста. Похоже, что он совершил грубую ошибку, не только приняв первоначальную коммунистическую доктрину братского товарищества, но и предсказав в соответствии с классической марксистской догмой, что государство как таковое в конце концов исчезнет, потому что в нем отпадет необходимость. Но он совершил дополнительную ошибку, установив временные рамки, в течение которых завершится это конкретное развитие, когда исчезнет государство. Это он сделал в некоторых публикациях и юридических трудах много лет назад. К сожалению, время, которое он установил, пришлось на 1937 год, и он оказался в неприятном положении, преподавая принципы, которые опровергнуты самой действительностью.

_________________________________

ЗАКОНОПРОЕКТ ПИТТМАНА О НЕЙТРАЛИТЕТЕ

Журнал Москва, 18 марта 1937 года

На «короткой волне» сообщается, что палата представителей приняла поправку к положению о наличных деньгах в законопроекте Питтмана о нейтралитете, ограничив это положение двумя годами и предоставив президенту свободу действий в принятии временных решений о том, какие товары и материалы должны быть помещены под эмбарго.

Я задаюсь вопросом, не прав ли Литвинов и не окажется ли, что мы морим голодом те самые страны, которые являются бастионами для окончательной защиты демократии и свободы от тоталитаризма и регламентации.

_________________________________

Дневник Москва, 20 марта 1937 года

Имел интересную беседу с отцом Брауном, который пришел к нам на обед. Очень храбрый солдат Господа. Он приехал с Биллом Буллитом[31]. Он служит всем христианам с большой верностью и смирением. Испытываю к нему величайшее уважение. Более того, он мне нравится. Он простой, скромный и очень хороший человек. Его задача здесь весьма трудная. Время от времени кампания против религии разгорается с новым человеком во главе, и жизнь отца Брауна становится все тяжелее. Он живет во французском посольстве. Мы с французским послом совместно заботимся о том, чтобы время от времени продлевать ему разрешение на пребывание в стране. Это доставляет нам большое удовольствие, и я думаю, что он тоже находит удовольствие в том, что приходит и пользуется нашим пианино, когда захочет.

_________________________________

Дневник Москва, 21 марта 1937 года

На некоторых участках «партия» проводит акцию по уничтожению всех икон, кроме самых художественных, одеяний священников, потиров и тому подобного. Жаль, что все это должно быть уничтожено. Я обратился с просьбой разрешить нам приобрести некоторые из этих священных реликвий и думаю, что такое разрешение будет получено. Если мы сможем это сделать, мы сохраним для окончательных священных целей по крайней мере некоторые из этих прекрасных вещей религиозной жизни старой России[32].

_________________________________

МАГАЗИНЫ И ТЕАТРЫ МОСКВЫ

Москва, 22 марта 1937 года

Дорогая Элеонора![33]

Мы были очень заняты подготовкой к отъезду. Марджори очень понравилась женам комиссаров (членов кабинета министров). Все они – работающие женщины, занимающиеся крупными делами: врачи, управляющие парфюмерной фабрикой, инженеры и так далее, и они находят много общего с интересами и способностями Марджори в деловых вопросах.

Среди самых интересных учреждений здесь – опера, балет и театр. Вчера вечером мы посмотрели трагедию Толстого «Царь Федор». Она была поставлена во МХАТе, который был построен около пятидесяти лет назад и является центром московского драматического искусства. Конечно, спектакль был на русском языке, но мы ознакомились с сюжетом и получили огромное удовольствие. Игра актеров была превосходной. Каждый член труппы, вплоть до самого незначительного персонажа, проявил себя как настоящий артист. Исполнение главных ролей и общее впечатление были весьма положительными. Не промелькнуло ни одной фальшивой ноты, и каждый человек на сцене отдавался сполна. Это было весьма примечательно, так как иногда на сцене находилось до сорока или пятидесяти человек. Главные герои были великолепны. Декорации, конечно же, тоже были прекрасными, ведь для них были использованы огромные запасы из старых особняков и дворцов, которые перешли в собственность государства. Сценические картины свидетельствовали о величайшей тщательности и художественном старании. Это была одна из самых замечательных вещей такого рода, которые я когда-либо видел.

Одним из самых интересных учреждений здесь являются комиссионные магазины. Они напоминают наши антикварные магазины, управляются государством и продают всевозможные вещи, от картин до спальных гарнитуров, от драгоценностей до фарфора. Время от времени здесь можно наткнуться на что-то необычное, но в целом запасы уже исчерпаны. До полутора лет назад у них были так называемые «Торгсины», где все продавалось за доллары (золотые магазины). Сейчас эти функции взяли на себя комиссионные магазины. Доллары теперь нельзя использовать, за все надо платить рублями. Мы получили огромное удовольствие, совершая небольшие покупки в этих местах.

На другой вечер были на ужине в честь комиссара внешней торговли, который управляет этой гигантской монополией экспорта и импорта. На мероприятии были только русские чиновники, сотрудники и их жены. Несколько других высокопоставленных официальных лиц, включая начальника штаба маршала Егорова[34] и его красивую жену, которая раньше была кинозвездой, комиссара просвещения и его высокую, статную жену (из бывших дворян) и других, которых описывать не стану. Это произвело настоящий фурор в дипломатическом корпусе. Чиновники стараются быть с нами очень любезными. Мы не возражаем и всегда желаем им всего хорошего, даже если и сомневаемся в их способности реализовать свои грандиозные планы.

С любовью,

отец

_________________________________

Дневник Москва, 23 марта 1937 года

У нас был интересный вечер с ужином в посольстве, который был дан в честь Красной армии. Это произошло так. Мы получаем много разного рода любезностей со стороны представителей Красной армии, и я предложил полковнику Феймонвиллу, военному атташе посольства, устроить ужин для красноармейских военачальников. Это было новшеством в московских дипломатических кругах. Были некоторые сомнения, примет ли Красная армия такое приглашение. В соответствии с протоколом ситуацию прояснили, и приглашение было принято «с удовольствием».

За посольским столом сидело около 60 человек. Среди них были представители «высшего командования армии и флота» и различные знаменитости, например летчики-герои Советского Союза, известные прыгуны с парашютом, авиаконструкторы и так далее. Выглядели все прекрасно – крепкие, здоровые, с красивыми лицами. Их мундиры были отлично подогнаны, на них красовались знаки различия и награды, в том числе орден Ленина и др. Полковник Феймонвилл, который очень хорошо знал всех этих людей, первым поприветствовал их и представил миссис Дэвис и мне. Некоторые привели своих жен. Другие сожалели, что не привели. Обед получился веселым. Большинство наших гостей никогда раньше не пробовали американских «старомодных» коктейлей. Казалось, они идут на ура. Другую категорию приглашенных составляли сотрудники посольства. Ужин получился превосходным, наше посольство постаралось.

Маршал Ворошилов сидел справа от миссис Дэвис, справа от него сидела одна из сотрудниц посольства, которая переводила. Маршал Тухачевский сидел слева от хозяйки, а по другую сторону от него сидела моя дочь. Она хорошо говорит по-русски, окончила Вассарский университет и теперь учится в Московском университете. Они разговорились, и он принялся рассказывать ей о Карле Марксе, о его коммунистической теории и спросил, изучала ли она когда-нибудь марксизм. Она ответила: «Да, в колледже». Он спросил: «Разве вы не считаете, что это замечательная система?» Она ответила: «Нет», что она ее не впечатлила. Тогда он говорит: «Разве вы не хотели бы стать такой же свободной, как русские женщины?» Для Э.К. это было уже слишком. Она, что называется, завелась и привела краткое сравнение между свободой американских и русских женщин. Позже Марджори сказала: «Он, наверное, не поверил, но, с другой стороны, может быть, и поверил»[35].

В соответствии с протоколом, принятым в таких случаях, произносились тосты. Как хозяин, я предложил тост за Красную армию как армию граждан, рабочих и крестьян, которая является «народной армией, преданной миру превыше всего». Маршал Ворошилов ответил экспромтом, на русском языке, мастерски, в простой, но весьма впечатляющей манере. Он говорил по-русски, и каждое предложение переводилось по мере того, как он его произносил. Он сказал, что может лично подтвердить, что Красная армия – это армия, которая в первую очередь стремится к миру. Он заявил, что в Красной армии нет ни одного человека, от солдата до маршала, который бы с радостью не снял свой мундир и не бросил оружие, если бы мог. Он сделал бы это, если бы не необходимость защищать свой дом и сохранить мир на своей земле – в том безумном мире, где свободы наций подвержены непрерывным нападкам со стороны обезумевших от войны агрессоров.

После ужина смотрели кино.

_________________________________

СОВЕТСКИЙ НАРОД ПОДДЕРЖИВАЕТ СВОБОДНЫЙ КИТАЙ

Журнал Москва, 26 марта 1937 года

Перед отъездом у меня была возможность побеседовать с послом Китая, г-ном Цзян Тинфу. Посол Тинфу – выпускник Корнеллского университета, весьма дружелюбно относится к Соединенным Штатам. Он пришел на свою нынешнюю должность с поста секретаря президента Китая г-на Лиу Шена. Мое впечатление таково: отношения между Китаем и Советским Союзом неизмеримо улучшились за последние несколько дней, было достигнуто определенное понимание. Существует договоренность о том, что Советский Союз будет воздерживаться от коммунистической деятельности в Китае, которая антагонистична нынешнему китайскому правительству. Это, в частности, подразумевает, что СССР не станет оказывать поддержку никаким независимым коммунистическим китайским военным силам или местным правительствам. Это очень много значит для Китая и дает большие надежды на укрепление положения в стране. Со своей стороны китайское правительство примет меры, чтобы позаботиться о тех, кто окажется лишен средств поддержки.

_________________________________

Дневник Париж, 29 марта 1937 года

Прибыли сюда по пути домой в прекрасный пасхальный понедельник. Вечером пошли на оперу «Маруф, сапожник из Каира», но надолго не задержались. За исключением пения и одного танцора-мужчины, все остальное выглядело довольно низкопробно и не могло сравниться с русской оперой в Москве или в Ленинграде.

_________________________________

Дневник В море, 30 марта 1937 года

Отплыли из Шербура на корабле «Куин Мэри» на родину.

Часть вторая

Вашингтон и восточные направления

5 апреля – 20 июня 1937 года

_________________________________

Дневник Нью-Йорк, 5 апреля 1937 года

Прибыл в Нью-Йорк. Сразу же по прибытии отправился навестить старого друга, полковника Хауса, который сейчас нездоров. На протяжении всех этих лет я всегда считал его советы мудрыми и дальновидными. Он сказал, что очень рад тому, что президент попросил меня поехать в Россию; это, по его словам, одна из крупных потенциальных сил, влияющих на мир во всем мире, и что было бы крайне важно составить мнение, основанное на личном знании фактической силы советского правительства, их лидеров и их армии. В отношении Советов в Европе слишком много «предвзятых суждений», и это ошибка. Руководствоваться предрассудками вместо фактов не очень хорошо. Это очень важно и в связи с японским вопросом. Он выразил сожаление по поводу того, что Додд так мало добился в Берлине. По его мнению, лучшим типом дипломатического представительства является то, которое всегда твердо придерживается политики и идеалов своей страны, но при этом признает, что одной из главных целей является оказание влияния на правительство, при котором оно аккредитовано, в направлении, способствующем интересам своей страны и, в частности, мира во всем мире. Было серьезной ошибкой позволить себе занять настолько враждебное положение, чтобы оказаться не у дел в стране, в которой аккредитован. Додд – человек способный и принципиальный, и мой друг вынужден с сожалением заключить, что Додд не справляется со своими обязанностями, тем более что в свое время сам рекомендовал Додда президенту. По словам полковника, он очень рад желанию нашего президента отправить меня в Германию после сразу после службы в России. Он считает, что еще есть шанс выработать между Германией, Англией и Францией некий базис соглашения, который сохранит мир в Европе. Этот шанс, сказал он, становится все меньше и меньше, а ситуация ухудшается с каждым днем. Как ни жаль, но, если не удастся ничего придумать, война неизбежна. Мы хорошо провели время и вспомнили старые добрые годы правления Вильсона. И от души посмеялись над тем, как присутствовали на заседании вместе с президентом Вильсоном, где он принимал решение о составе Федеральной торговой комиссии. Полковник сказал: «Помните, Дэвис, как Вильсон сказал: „Не хочу, чтобы в этой комиссии были юристы; они загубят любое доброе начинание. Мне жаль, что вы юрист, Дэвис, но я хочу, чтобы вы были председателем^4'». И он засмеялся.

На меня также произвело впечатление, что, хотя я близко знал полковника Хауса больше четверти века, он ни разу не произнес ни единого недоброго слова о нашем великом лидере, президенте Вильсоне, несмотря на их разногласия в более поздние годы.

Сразу после этого отправился в Вашингтон, чтобы отчитаться перед Государственным департаментом.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 6 апреля 1937 года

Сразу по прибытии в Вашингтон я подробно и обстоятельно доложил обо всем государственному секретарю Корделлу Халлу. Мне было приятно, что госсекретарь отметил проделанную мной «тяжелую работу» и инициативу, которую я проявил в своей работе, особенно в тех длительных поездках вглубь страны, «чтобы лично убедиться» в том, как обстоят дела за пределами [советской] столицы. Относительно качества моей работы он не скупился на лестные комментарии.

Вечером ужинал с Джорджем и Мэри Холмс, Стивом и Хелен Эрли и Гарри Хопкинсом, Джессом и миссис Джонсами. Все они собрались на ужин в неформальной обстановке, и Джордж настоял на том, чтобы я тоже присоединился к ним. Джордж Холмс был на высоте. Он провел свой привычный и хорошо известный «Открытый форум», где «крышка была снята» и все были выложены на «сковородку». Мы отлично провели время. Гарри Хопкинс и Джесс Джонс особенно интересовались Россией. И разговорили меня на эту тему. Им хотелось знать мое мнение о достижениях страны, промышленные объекты которой я проинспектировал.

Было совершенно очевидно, что они с трудом верят собственным ушам. Шестью месяцами ранее то же самое было со мной. И я бы не поверил, если бы не увидел все собственными глазами.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 7 апреля 1937 года

Обедал с президентом в его кабинете. Подробно рассказал ему о своей поездке по промышленным регионам, о процессе по делу Радека о государственной измене и о ситуации в целом. Он подробно расспрашивал о процессе. Его особенно интересовали обвинения в государственной измене и сговоре обвиняемых с Германией и Японией. Ему хотелось узнать мое мнение о судьях, прокурорах и уголовном процессе.

Мои поездка на Украину и на Донбасс, а также мои отчеты по этим индустриальным регионам, по его мнению, очень важны для оценки фактической и потенциальной прочности положения России.

В связи с общеевропейской военной ситуацией он предложил мне, пока я нахожусь в Штатах, получить как можно больше информации из отчетов Госдепартамента по Германии и ее отношению к европейской мирной ситуации.

Он сказал, что на ужине в клубе «Гридирон» немецкому послу Лютеру, который возвращался в Германию, он изложил идею плана разоружения, который предусматривает, что ни одна страна не должна производить оружие тяжелее того, что человек сможет унести на плечах. Это само по себе предотвратило бы агрессию со стороны сухопутных войск и в значительной степени способствовало бы сохранению мира. Он попросил Лютера обсудить эту идею со своим правительством, когда тот вернется в Берлин. По словам президента, я мог бы проследить за этим, когда буду проезжать через Берлин по возвращении в Москву.

По его словам, раскручиваемый Германией индустриальный военный механизм просто беспрецедентен. Это станет новым фактором в войне и весьма опасным фактором в создании нового типа войны. Он попросил меня обратить особое внимание на эту ситуацию в связи с моими наблюдениями в отношении Германии.

Его особенно интересовала сумма государственного и частного долга Германии и доля каждого из них в общенациональном богатстве и общенациональном доходе, а также налоговое бремя, как для бизнеса, так и для отдельных граждан, и то, какая доля общего национального дохода идет на вооружение и подготовку к войне. Я ответил, что сразу же постараюсь получить в Госдепартаменте все необходимые сведения.

Настроен он пессимистично, но все же надеется, что еще можно что-нибудь сделать, чтобы остановить неумолимый ход событий, и, возможно, удастся найти какую-то почву, на которой Гитлер, Британия и Франция смогут договориться, чтобы предотвратить войну.

Насколько я слышал, Додд держится за свое место и не хочет уходить. Пока он этого не сделает, у нас не будет шансов добиться упомянутого компромисса. События развиваются ужасно быстро. Возникают силы, которые будет трудно остановить. Усиливаются озлобленность и даже личная неприязнь. Об этом свидетельствуют сетования Шахта по поводу так называемой непреклонности Англии. Не похоже, чтобы у меня появится шанс попытаться сделать то, что задумал президент, если только не произойдет что-нибудь внезапное. Если нет возможности добиться чего-нибудь в таком роде, Берлин не станет слишком привлекательным местом службы. Если начнется война, эти заносчивые прусские немцы могут сделать ее крайне неприятной для тех, кто им особенно не по душе. Был рад видеть президента в хорошей форме. Как ему это удается, при всех его нагрузках, для меня загадка.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 8 апреля 1937 года

Пришел в Госдепартамент – в комнату, которая отведена для послов, находящихся в «домашнем отпуске» для таких целей. Флэк, сотрудник, работающий «за немецким столом», во всем мне помогает. У него необычайно много информации, он снабдил меня подборкой печатных источников, а также сообщениями из Германии, которые будут весьма полезны. Работал весь день.

_________________________________

Дневник Нью-Йорк, 12 апреля 1937 года

Мой друг Боб Филд, сказал мне, что полковнику Хаусу нездоровится, и я договорился с Бобом навестить полковника.

Он лежал в постели, выглядел крайне слабым. Однако голова его была светлой, и мозг работал прекрасно. Мы с Бобом подробно обсудили положение в Европе. Полковнику очень хотелось, чтобы Додд покинул Берлин, пока не станет слишком поздно. Он считает, что события в Европе развиваются с такой скоростью, что скоро уже ничего нельзя будет остановить. По мнению полковника, еще есть шанс на какой-то основе объединить точки зрения британцев, французов и Гитлера, что позволит предотвратить войну, – если кто-нибудь, обладающий способностями и тактом, сможет свести эти стороны вместе. Вопрос настолько жизненно важен, что ничего нельзя оставлять без внимания в попытке предотвратить войну в Европе, поскольку тогда она поглотит всех нас. По его словам, в таком вопросе Додд уже не сможет ничем помочь из-за ситуации, в которой он сам позволил себе оказаться. Он сочувствует Додду и понимает его личную точку зрения, но, к несчастью, она уже не поможет ему и исключает его из сферы возможного влияния; на основе своего личного опыта мировой войны полковник считает, что противоборствующие стороны можно сблизить только с помощью какого-нибудь ментального посредника, который будет решать вопросы со всеми по отдельности и попытается нащупать общую почву, на которой можно было бы договориться. Он даже рассматривал целесообразность отправки Боба Филда в Германию к Додду, чтобы довести до того эти взгляды полковника. Боб Филд – весьма способный человек, который до войны был стипендиатом Родса в Англии; сам он приехал из Техаса, был протеже полковника и работал с ним во время и после мировой войны и всегда пользовался доверием полковника Хауса, не только благодаря своему характеру, но и благодаря своим способностям. Я попросил полковника не делать этого. Не хочу, чтобы Додда вынуждали принимать какое-либо решение благодаря активности с моей стороны. Кроме того, я очень боюсь, что уже слишком поздно.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 15 апреля 1937 года

Обедал с Генри Моргентау и послом Уманским.

Весь день работал в Департаменте.

Министр торговли, мой старый друг Дэниел Ропер, позвонил мне и спросил, не могу ли я приехать и пообщаться с его «Деловым советом», который тогда как раз заседал. Я, конечно, с радостью согласился. Это лидеры американского делового мира, и многие из них – мои старые друзья. Я рассказал им о том, что увидел в России, а также о моих впечатлениях в Европе. Я говорил, что называется, «прямо с наковальни». Суть моего выступления заключалась в том, что, какими бы ни были наши налоги – «мы не знали и половины» того, что происходит «там», – пока не оценили условия, с которыми столкнулись бизнесмены Европы и жители Европы, не только в отношении налогов, но и страха, с которым они все живут. Независимо от того, какие у нас взимаются налоги, из того, что я видел там, могу сделать такой вывод: я готов заплатить сколько угодно за одну лишь привилегию жить в Соединенных Штатах – с нашими законами и нашей системой индивидуализма, которая защищена от тирании государства, партии или отдельного человека.

_________________________________

АГРЕССИВНЫЕ ПЛАНЫ ГЕРМАНИИ ПО ПРОНИКНОВЕНИЮ В ДРУГИЕ СТРАНЫ

Журнал Вашингтон, 22 апреля 1937 года

Удивительно, насколько откровенно нацисты рассказывают миру о том, что они творят. Официальное агентство новостей объявило, что 600 молодых немцев из Юго-Западной Африки, приехавших в Берлин на профессиональную переподготовку, сформировали национальную группу Юго-Западной Африки, присягнув на верность господину Гитлеру. Их должны были «воспитать в общине», чтобы по возвращении на родину они могли поддерживать там «немецкую общину». Либо это колоссальный блеф, призванный помочь их дипломатическим маневрам, либо серьезная опасность для других стран из мирового сообщества наций.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 25 апреля 1937 года

Приехал Гарольд Уилки, регент Висконсинского университета. Он намерен организовать прием русских картин и икон, которые я привез с собой, чтобы передать их в дар Висконсинскому университету. Желание увидеть их выразили президент и миссис Рузвельт, поэтому было принято решение выставить их в Восточной комнате Белого дома.

После того как президент и его гость, мой старый друг Чарльз Р. Крейн, посмотрели картины в Восточной комнате, он настоял на том, чтобы мы с Марджори выпили с ним чаю в семейной гостиной на втором этаже. Президент особенно отметил живость и красоту снежных пейзажей.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 28 апреля 1937 года

Сегодня обедал с президентом за его столом в Белом доме и привел наилучшие из имеющихся оценок экономического состояния Германии, в военном отношении и прочих. По его словам, есть признаки того, что экономическая, промышленная и финансовая мощь Германии гораздо выше, чем хотелось бы в это верить, что Германия сильнее, чем принято считать. Он был подавлен сложившейся ситуацией. Война казалась ему неизбежной. Тем не менее, пока есть шанс ее предотвратить, мы должны делать все возможное. Война стала бы катастрофой как для нас, так и для Европы и остального мира. Он обсудил ситуацию на Балканах, положение Малой Антанты и их возможности, как в качестве средства предотвращения войны, так и в качестве военного фактора в случае войны. По его мнению, было бы неплохо, если бы летом я посетил различные страны, прилегающие к Советскому Союзу и находящиеся в зоне возможных боевых действий, и доложил о ситуации, – согласно своим ощущениям. Додд собирался уйти в отставку, и президенту хотелось, чтобы я планировал поездку в Берлин.

_________________________________

АРЕСТЫ И ПРЕСЛЕДОВАНИЯ КАТОЛИКОВ В ГЕРМАНИИ

Журнал Вашингтон, 29 апреля 1937 года

Дьявольский котел все еще кипит. Четыре римских католика, в том числе и священник по имени Россайнт, были приговорены Народным судом Берлина к длительным срокам тюремного заключения за «подготовку государственной измены». Священник приговорен к одиннадцати годам каторги. Он осужден за связь с коммунистами – это уже что-то новенькое!

_________________________________

Дневник Вашингтон, 29 апреля 1937 года

Долго беседовал с госсекретарем Халлом – по аналогии с ранее проведенными беседами с президентом. В лице этого замечательного государственного секретаря проявились ясность и моральная сила наших первопроходцев и жителей гор Теннесси, откуда он родом. Его праведное негодование против несправедливости и беспристрастность и сила убеждения, в сочетании с его мягкостью и терпением, являются прекрасным показателем подлинного американского характера.

Остаток дня провел в обсуждении отчетов с Уильямсоном и Уоллесом Мюрреем. Из всего, что могу почерпнуть из бесед с этими людьми, которые являются экспертами, следует, что Малая Антанта (Чехословакия, Румыния, Болгария и Югославия) пребывает на грани распада. Если это произойдет, то будет плохо, так как это не только оплот мира, но и бастион обороны. Взгляды Мюррея произвели на меня большое впечатление. Балканскую ситуацию он, вероятно, знает лучше, чем кто-либо из присутствующих здесь. Он давно на службе и обладает великолепным, взвешенным суждением.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 30 апреля 1937 года

Провел день в Департаменте. Вчера поздно вечером долго беседовал с Самнером Уэллсом. На меня всегда производят впечатление его исключительные способности и ясность суждений. Он досконально знает о положении в Европе. Но особую ценность представляет то, что он применяет все эти потенциальные возможности к их реакции на ситуацию, затрагивающую Америку, и их конечным последствиям для Южной Америки и для нашего собственного политического и экономического будущего. Он добросовестно и верно служит госсекретарю и президенту, а также стране.

_________________________________

ГИТЛЕР СОЗДАЕТ НОВЫЕ ДЕКОРАЦИИ ДЛЯ ИНОСТРАНЦЕВ; ЦЕРКОВЬ И ГОСУДАРСТВО

Журнал Вашингтон, 1 мая 1937 года

Было объявлено, что Гитлер учредил новую награду для иностранцев, оказавших услуги Германии, под названием орден Германского орла.

Гитлер также объявил, что государство собирается взять под свое крыло всех детей страны и обучить их, чтобы они стали новыми немецкими мужчинами и женщинами. «Когда ребенку исполняется десять лет, он еще не осознает свое высокое происхождение, – объяснял он, – а становится таким же, как другие дети. Именно в этом возрасте мы собираемся забрать их, сформировать из них общины и не отпускать до восемнадцати лет. Потом они пойдут в партию, в СА, в СС, в другие организации или сразу отправятся работать, на Трудовой фронт, в Трудовой корпус, а потом на два года в армию. Если это не сделает из таких людей нацию, то ничто уже не сделает».

Слепое повиновение было обязательным; у человека оставался лишь один выбор: он должен был прогнуться или сломаться. «Мы не можем допустить, чтобы эта власть подверглась нападкам с любой другой стороны».

Становится все яснее, что Гитлер исполнен решимости добиться того, чтобы гуманитарные и мирные начинания христианской религии не помешали ему сделать рейх и себя хозяином немецкого народа и, возможно, всего мира.

_________________________________

Дневник На море, 5 мая 1937 года

Отплытие на судне «Бремен» – в 12.30.

Нас приехал проводить Уолтер Дюранти.

Остановились на несколько дней в Лондоне во время коронации.

_________________________________

Дневник Лондон, 21 мая 1937 года

Обедал с послом Бингхэмом и его супругой. Было интересно. Бингхэм занимает здесь особое место. Меня потрясли его способности и личная скромность. Его выступление на обеде в «Пилигриме», очевидно, произвело сильное впечатление. Он выглядит истинно американским джентльменом, и ему стоит воздать должное за то, что он так достойно представляет нашу страну.

Персонал также был очень внимателен, несмотря на то что я сразу же заявил, что мы находимся здесь совершенно неофициально; они с послом делали все возможное, чтобы оказать нам всяческое содействие. Этертон, тихий, скромный и довольно сдержанный, впечатлил меня своим пониманием европейской ситуации. Считаю полезными проведенные с ним беседы.

_________________________________

Дневник Лондон, 24 мая 1937 года

Сегодня на пару часов к нам зашел Уэбб Миллер, европейский директор Ю. П., написавший книгу «Я не нашел мира». Он только что вернулся из Испании, и его больше не давит «зловоние человеческих существ», как он выразился. Он собирался в Москву, и ему требовалось получить разрешение на участие в полетах на Северный полюс из Москвы. И он хотел, чтобы я помог ему, использовав свои связи с членами советского правительства. Я ответил, что сделаю все возможное.

Вечером мы отправились в «Ритц» на ужин с миссис Дуайт Морроу. Там был полковник Линдберг, который сообщил о том, что 12 мая у него родился сын. Он также рассказал забавный случай, о котором сам узнал на ужине у четы Геринг в Берлине. Оказалось, что домашняя львица Геринга так увлеклась игрой в гостиной, что испортила когтями блестящий мундир вождя.

_________________________________

Дневник Лондон, 25 мая 1937 года

Имел долгую и приятную беседу мистером Ллойд Джорджем, а также с лордом Дэвисом, главой Клуба нового содружества, организации, занимающейся вопросами международного мира.

Надо отдать должное этой энергичной организации за ее замечательную работу. Лорд Дэвис, человек с огромным состоянием, вкладывает большие средства в дело предотвращения войны и является настоящей движущей силой организации. Сегодня мы присутствовали на большом обеде в «Карлтоне», который клуб устроил в честь Уинстона Черчилля.

_________________________________

Дневник Лондон, 26 мая 1937 года

Мы с Марджори обедали с Уинстоном Черчиллем и его супругой в их очаровательной маленькой квартире «в городе». Стены были покрыты восхитительными и весьма интересными рисунками, которые, по словам миссис Черчилль, сделаны ее мужем. Вообще, он большой любитель класть кирпичи, а еще увлекается живописью. На обеде присутствовало несколько дипломатов из европейских стран. За кофе Черчилль заинтересовался советскими «процессами чистки». Он буквально засыпал меня вопросами. Я рассказал без прикрас, как все увидел собственными глазами. Очевидно, для высокопоставленных гостей это стало большим сюрпризом. Такие разговоры здесь не в моде, настолько сильны разного рода предрассудки. К коммунистам Черчилль любви не питает. У него за плечами малоприятный опыт общения с ними. Однако он справедлив и рассудителен и хочет знать факты. Он определенно не выдает желаемое за действительное. Я привел различные факты – в нашей интерпретации – и кратко изложил аргументы нашего правительства. Черчилль сказал, что я дал ему совершенно новую концепцию ситуации. Он спрашивал о силе советской промышленности и армии. Жаль, что этот человек не имеет поста в британском правительстве. Мир стал бы безопаснее! Он произвел на меня большое впечатление.

_________________________________

ГОНЕНИЯ НА ЦЕРКОВЬ В ГЕРМАНИИ

Журнал Лондон, 30 мая 1937 года

И все равно это продолжается!

Специальный суд Берлина приговорил сорок два бывших члена Международной ассоциации студентов-библеистов к тюремному заключению на основании того, что те «под видом религиозной деятельности преследовали темные политические цели».

_________________________________

Дневник Лондон, 1 июня 1937 года

Майский, посол России, пригласил нас с послом Бингхэмом на обед. Присутствовала только миссис М.И. Бингхэм (по моей просьбе). В разговоре с Майским я подчеркнул, что Советский Союз, как второй по величине производитель золота в мире, имеет вполне реальную долю в мировой цене на золото и что в их интересах сотрудничать с секретарем Моргентау в его усилиях по поддержанию мирового рынка золота как средства сохранения стабильности мировой торговли и обмена. Утверждалось, что Россия весной этого года поставила очень большие партии золота на нью-йоркский рынок. По сути, этого было достаточно, чтобы ослабить нью-йоркский рынок. Я ответил Майскому, что говорил об этом с Литвиновым, и подчеркнул, что, очевидно, в интересах России не «ломать рыночную цену» одного из своих самых ценных товаров. Ни ему, ни Литвинову я не сказал, что Моргентау обеспокоен этими поставками. Бингхэм выступил с превосходным и убедительным заявлением. Майский, думаю, был впечатлен[36].

_________________________________

КАТОЛИЧЕСКАЯ ТРАГЕДИЯ В ГЕРМАНИИ

Журнал Лондон, 10 июня 1937 года

В депеше из Рима говорится, что его святейшество Папа принял группу немецких паломников из Аугсбурга, которым сказал, что «времена, через которые сейчас проходит католическая Германия, не только серьезны, но и печальны – и в самом деле, они настолько серьезны, настолько грозны и настолько печальны, что заставляют нас плакать».

_________________________________

РАССТРЕЛ КРАСНЫХ ГЕНЕРАЛОВ

Журнал Лондон, 11 июня 1937 года

Пресса сообщила поразительную новость о том, что после тайного судебного процесса Военная коллегия приговорила к смертной казни маршала Тухачевского, генералов Путну, Якира, Уборевича, Фельдмана, Корка, Примакова и Эйдемана за «привычную и подлую выдачу военных секретов некой враждебной фашистской державе и шпионскую деятельность, направленную на развал Советского государства и реставрацию капитализма».

Трибунал состоял из судьи Ульриха и восьми старших армейских офицеров. Маршал Блюхер (прибывший с советского Дальнего Востока) и старый герой-большевик, маршал Буденный, как сообщается, и объявили о вынесении смертного приговора.

Осужденные генералы до недавнего времени занимали почти все ключевые командные посты в Европейской России, включая Минский, Киевский и Харьковский военные округа, а генерал Путна был военным атташе в Лондоне. Генерал Фельдман был генерал-квартирмейстером и начальником отдела кадров, а генерал Эйдеман – председателем Осоавиахима (Общество содействия обороне, авиационному и химическому строительству).

Согласно официальному отчету о судебном процессе, заключенные признались в предъявленных им обвинениях и прямо указали, что в течение длительного времени действовали как шпионы и агенты в пользу соседнего государства, которому и передавали все военные секреты Советского Союза.

12 июня правительство объявило, что восемь осужденных расстреляны.

_________________________________

Журнал Лондон, 14 июня 1937 года

Сегодня пресса сообщает, что от занимаемой должности освобожден М. Розенгольц, нарком внешней торговли.

Бедный Розенгольц! Надеюсь, он ни в чем не замешан. Всего несколько недель назад мы были приглашены на его дачу (загородный дом) и провели там целый день.

_________________________________

Журнал Берлин, 20 июня 1937 года

На обратном пути в Москву я заехал в Берлин и виделся с Шахтом в Рейхсбанке. Мы долго беседовали. Он с жаром и подробно рассказал о злодеяниях и притеснениях, которые Германия терпела и продолжает терпеть со стороны англичан и французов. Я выслушал его до конца, но потом заговорил совершенно откровенно.

«Такие вещи, – сказал я, – могли бы произвести впечатление на американский народ, если бы не один фактор в данной ситуации – воинственная и угрожающая позиция лидеров Германского рейха, почти наглая и жестокая манера, в которой они угрожали, что сделают, „если", – и все с постоянным „бряцанием саблей"». В качестве примера я рассказал, что у нас в Миннесоте, если какому-то фермеру из-за невезения, неурожая или в результате поджога грозили нищета и разорение, его соседи тут же объединялись для совместной помощи, чтобы у несчастного, но порядочного гражданина был шанс встать на ноги и стать процветающим, уважающим себя членом общества. Но если те же соседи убедятся, что этот несчастный на самом деле бандит, который готов коварно воспользоваться их помощью, чтобы потом отвернуться от них и поживиться за счет своих соседей, они, естественно, останутся глухи к его заявлениям о причиненных ему злодеяниях. Это, как мне казалось, хорошо иллюстрирует то положение, в котором очутилась Германия.

Он ответил, что они пытались это сделать и потерпели неудачу и что сила – единственный язык, который могут понять Франция и Британия. Я сказал, что так не думаю. Когда я изложил ему предложение президента об ограничении вооружений до сугубо оборонительных средств – таких, которые солдат может унести на плечах, он от воодушевления чуть не вскочил со своего места. Он сказал, что это настолько просто, что свидетельствует о гениальности. Он считает, что это вполне возможно. И спросил меня: «Вы бы сказали все это Гитлеру, если бы представилась такая возможность?» На что я ответил: «Конечно, с удовольствием». Он сказал, что, по его мнению, это можно устроить. (См. письмо президенту.)

Что ж, увидим! Это ли не шанс проверить, осталась ли еще воля к миру, или решение уже принято и Гитлер бесповоротно скатывается к войне.

Часть третья

«Чистки» в Красной Армии

25 июня, 28 июля 1937 года

_________________________________

Дневник Москва, 25 июня 1937 года

Мы с Марджори отправились в Новодевичий монастырь. В стенах монастыря находится кладбище, на котором похоронена жена Сталина. Могила обозначена надгробием из грубого белого мрамора в центре поросшего зеленой травой участка, опоясанного черным мраморным бордюром. В части надгробия высечена голова женщины – прекрасное лицо, волосы убраны назад за уши и собраны в узел на затылке. Грудь и тело теряются в грубом мраморе. Это очень красивая скульптура, выполненная знаменитой женщиной-скульптором Мухиной. Она же автор великолепной скульптуры мужчины и женщины, которая расположена на вершине советского здания на выставке в Париже. На том же кладбище похоронен сын Горького. На его могиле стоит еще одна прекрасная скульптура – наполовину выступающий из мраморной глыбы юноша в брюках, без пальто, в рубашке, распахнутой на шее. Удивительно реалистичная фигура. Ее также выполнила знаменитый скульптор Вера Мухина.

Москва, 26 июня 1937 года

ПРЕЗИДЕНТУ

Уважаемый господин президент!

Следуя установкам наших последних бесед, по пути сюда я заехал в Берлин. Там я узнал, что посол Лютер не вернулся прямиком в Германию, а возвращается через Восток.

Однако у меня состоялась интереснейшая личная встреча с Шахтом. Он говорил с большой откровенностью и глубоким чувством.

Он сказал, что истинной причиной проблем Европы является страх; что попытки решить эту проблему путем стабилизации валюты, устранения экономических торговых барьеров и т. п., конечно, полезны, но в смысле предотвращения катастрофы европейской войны бесполезны, потому что они все равно не устраняют саму причину, т. е. страх завоевания или вторжения, физического либо экономического.

Тогда я сказал ему, что президент в разговоре со мной проанализировал европейскую ситуацию и заключил, что решение может быть найдено в соглашении между европейскими странами о сокращении вооружений до чисто оборонительной военной основы; и это путем отказа от самолетов, танков и тяжелой техники, и ограничения вооружений лишь таким оружием, которое солдат сможет нести на спине, при этом необходимо соглашение между странами об адекватном контроле за соблюдением этого плана нейтральными государствами. Шахт тут же подхватил эту идею. «Абсолютно верное решение!» – воскликнул он. Он сказал, что при своей простоте такая идея имеет все признаки гениальной. Его воодушевление было невероятным.

Я спросил, считает ли он, что правительство Германии рассмотрит любой подобный план. Он уверенно заявил, что рассмотрит.

Я спросил, видел ли он посла Лютера после его возвращения. Он ответил, что нет. Я предложил ему ознакомиться с депешами посла в Министерстве иностранных дел до его (Лютера) отъезда из Вашингтона. Он сказал, что все сделает. Заявил, что рассмотрит эту идею со своим правительством, и затем хотел бы обсудить ее со мной.

Если стороны действительно хотят мира, то есть план и есть посредник. Рассмотреть и изучить его не составит труда. Если все получится, то ваш план спасет европейскую цивилизацию. Если одна из сторон будет уклоняться от решения, то возможный обмен письмами между президентом Соединенных Штатов и изъявляющей стремление к миру стороной прояснит ситуацию и переложит бремя ответственности за войну на тех, кто ее добивается.

С заверениями в неизменном восхищении и искренним уважением,

Джозеф Э. Дэвис

N.B. Ввиду того, что это был не официальный, а абсолютно приватный визит к Шахту, послу Додду я о нем не сообщил.

_________________________________

Дневник Москва, 27 июня 1937 года

Отправились на один из московских стадионов посмотреть футбольный матч. Советская команда-чемпион играла с командой-чемпионом Испании, которая приехала в Москву на товарищескую встречу. Стадион представлял собой огромную чашу из бетонных конструкций, выполненную по самым современным технологиям, и может сравниться с любым из наших стадионов. Вместимость этой арены – 100 000 зрителей.

_________________________________

Журнал Москва, 28 июня 1937 года

Очень важно, что не только здесь, но и во всей Европе невозможно добиться полного уединения, если речь идет о слежке тайной полиции. Есть лишь одно место, где, как говорят, тебя точно не подслушают, и это либо на открытом пространстве, либо в комнате, где можно постучать по дереву графитовым карандашом и прервать звуковую волну. Это распространенная практика в Москве. Мне сказали, что в целом по Европе дело обстоит точно так же. Тайная полиция вездесуща. Ни одно правительство не доверяет другому правительству, и самое ужасное в том, что одно правительство не доверяет прямому обещанию другого, даже если оно изложено в письменном виде и скреплено печатью. Более того, согласно философии нацистской партии, такое предательство не только не позорно, но еще и является признаком силы и возможностей. Во время двух моих первых дипломатических визитов к коллегам-послам из других стран я был удивлен тем, что каждый из них убрал телефон со стола, объяснив, что телефон – это самое типичное место для установки диктофонной аппаратуры тайной полиции.

_________________________________

УБИЙСТВО КРАСНЫХ ГЕНЕРАЛОВ

28 июня 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ САМНЕРУ УЭЛЛСУ

Мой дорогой Самнер!

Обстановка здесь, как обычно, вызывает недоумение. По мнению тех, кто находится здесь дольше всех, положение весьма и весьма серьезное; наиболее искушенные считают, что, по всей вероятности, готовился определенный заговор, нацеленный на государственный переворот в армии – не обязательно антисталинский, но точно антиполитический и антипартийный, и что Сталин нанес удар с характерной для себя быстротой, смелостью и силой. По всей стране прошли жестокие «чистки».

Мнение наиболее основательных умов из состава дипломатического корпуса состоит в том, что советскому правительству ничто пока явно не угрожает и позиции его все еще крепки; однако все зависит от того, насколько серьезно «заражена» армия и далеко ли отклонилась от сталинской бюрократии. Общее впечатление таково, что ничего такого не произошло, но точно никто не знает. В данной ситуации этот фактор пока непредсказуем.

Прошлой зимой Иден отклонил немецкие предложения об экономической помощи через колонии или иным образом, если не будет обеспечена политическая безопасность как в Восточной, так и в Западной Европе. Демонстрация русских самолетов и танков в Испании оказала охлаждающее воздействие на немецкое и итальянское военное командование. Это признано всеми.

Сила Красной армии, а также открытая и общепризнанная приверженность СССР миру рассматривается как явный фактор поддержания мира в Европе. Все это определенно могло бы внести вклад в баланс сил и укрепить демократический «блок».

Спешно,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 29 июня 1937 года

Вечером у нас состоялся ужин на 36 человек в честь литовского посланника, поэта[37], довольно известного и заодно большого друга США. Присутствовали послы Китая и Франции, а также другие высокопоставленные гости.

Лучшим замечанием вечера стала реплика очаровательной маленькой посланницы Китая. Она сказала: «Нет, я не дипломат. Я по-настоящему искренний человек. Я говорю правду».

_________________________________

ЖИЗНЬ В МОСКВЕ

Москва, 30 июня 1937 года

Дорогая Экей! [38]

Провели очень приятный вечер в норвежском представительстве с четой Урбье. Там был дан небольшой, но весьма приятный ужин. У меня состоялась интересная беседа с французским послом, который особенно обеспокоен кризисом в Испании, возникшим из-за выхода Германии и Италии из Комитета по невмешательству и участия в охране правопорядка. Сад норвежской миссии просто замечательный, и мы долго просидели там в сумерках. В одиннадцать часов было еще светло.

Позже мы «продолжили», отправившись на званый вечер в болгарском представительстве, который был устроен в честь рождения наследника престола. Там были все, и было приятно встретиться с друзьями дипкорпуса.

Мадам Литвинова зашла вместе с министром иностранных дел и сразу же увидела Марджори, они обнялись и долго беседовали. Мадам Литвиновой было интересно узнать о тебе и о твоем интересе к преподаванию основ английского. Ей захотелось узнать о твоей работе в летней школе и о том, когда ты собираешься получить степень в Вассаре.

В воскресенье вечером ужинали в итальянском посольстве. И сам посол, и миссис Россо – замечательные люди. Весь персонал был в восторге от вечеринки, которую ты устроила в посольстве во время нашего отсутствия. Они рассказали нам о ней и о том, как хорошо ты там все организовала. Очевидно, все прошло успешно.

Как обычно, впечатления преувеличиваются и утрируются. Вот так и с описанием во внешней прессе влияния «чисток» в Красной армии на положение в Москве. Что касается Москвы, то на первый взгляд все спокойно, как и в этот июньский день. Все так же нормально во всех отношениях, как и тогда, когда здесь была ты. Конечно, в дипломатической среде сейчас много волнений и сплетен, и, перешептываясь друг с другом за чашкой кофе или чая, все ждут великих потрясений. Возможно, где-то в глубинке и наблюдалось брожение среди русского народа. Но это ведь Россия, и теперь, видимо, все уже успокоилось. Суть вопроса в том, сломлен ли моральный дух армии расстрелом этих генералов и насколько она верна Сталину. Если вождь сохранит лояльность армии, то политически станет сильнее, чем когда-либо прежде, потому что уничтожил всех потенциальных соперников.

_________________________________

Журнал Москва, 1 июля 1937 года

Советское правительство объявило о выпуске нового оборонного займа на сумму 4000 миллионов рублей со ставкой 4 %. Он должен быть полностью погашен в 1957 году.

Все это интересует меня по двум причинам: во-первых, это показывает, сколько они тратят на оборону – в два раза больше, чем Англия и Франция, вместе взятые. Во-вторых, это показывает, что замороженный труд (капитал) требует оплаты за использование – вопреки основной коммунистической идее о том, что вознаграждение должно выплачиваться только за труд человека и что никто не должен платить за использование замороженного труда (капитала), потому что это ведь порок капитализма. Процент – это плата за использование капитала, и здесь его платит само государство, что является прямым нарушением основополагающего принципа марксистской философии.

_________________________________

КОГДА ЯПОНИЯ ПОНЯЛА, ЧТО РОССИЯ НЕ БЛЕФУЕТ

№ 414-А Москва, 1 июля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

СОВЕТСКО-ЯПОНСКИЙ ИНЦИДЕНТ НА АМУРСКОЙ ГРАНИЦЕ

Совершенно секретно

Сэр!

В связи с сообщениями о протестах, о которых японский посол г-н Сигэмицу заявил 29 июня в советском МИДе, я был информирован из достоверного источника о том, что тон общения между послом Сигэмицу, Литвиновым и Стомоняковым (помощником Литвинова) был необычайно серьезным, что их взаимодействие характеризовалось недвусмысленной озабоченностью сторон, сами беседы были затяжными и продолжались до поздней ночи и раннего утра.

Утром 30 июня мне вновь сообщили, что японский посол, по сути, предъявил Литвинову ультиматум, требуя, чтобы советское правительство вывело свои вооруженные силы с островов. Литвинов несколько уступил и, в конце концов, дабы разрешить проблему и обсуждение соответствующего юридического вопроса без риска вовлечения в конфликт приграничных войск, предложил, чтобы вооруженные силы вывели обе стороны. Япония отказалась дать согласие на предложением о взаимном выводе войск. Когда Литвинов предложил обеим сторонам вывести войска, Япония выдвинула категоричное требование об одностороннем выводе советских войск. При этом Япония стояла на своем и отказалась принять что-либо, кроме своего первоначального требования.

Во второй половине того же дня, 30 июня, и до возобновления переговоров произошло столкновение между вооруженными силами советских патрулей и японо-маньчжурскими катерами и канонерскими лодками на реке Амур в районе упомянутых островов, в результате чего одно судно было потоплено, другое пристало к берегу, потеряв убитыми часть экипажа.

Как мне сообщили, в конце того же дня между послом Японии и нашим министерством иностранных дел вновь состоялись продолжительные переговоры, которые опять затянулись до ночи и не привели ни к какому соглашению.

Так обстояли дела утром 1 июля.

Через лондонские отделения Ассошиэйтед Пресс я получил информацию о том, что ситуация в Токио оценивается как весьма серьезная; что общественные настроения в Японии серьезно накалены; что японское правительство рассматривает возможность созыва заседания кабинета министров для рассмотрения проблемы и, вполне вероятно, Токийская фондовая биржа будет закрыта.

Вы, несомненно, помните, что в депеше № 152 от 26 марта 1937 года я сообщил вам о беседе, которая состоялась у меня в марте с послом Японии.

Во время моего пребывания в Вашингтоне с президентом, а также с вами лично я обсуждал значение беседы, которую я имел с японским послом, и президент предложил нашему министерству рассмотреть вопрос о том, не следует нам с послом Грю встретиться где-нибудь на полпути между США и Японией, чтобы обсудить, что можно сделать для мира и взаимопонимания между двумя странами.

Учитывая эти факты и стремительность развития событий, а также вероятность того, что одной из сторон может быть выгодно развязать внешнюю войну, и ввиду потрясающих последствий, которые повлечет за собой такая война, не только для вовлеченных сторон, но также для Европы и, косвенно, для всего мира, я решил, что должен нанести визит японскому послу и Литвинову, чтобы прояснить все детали и потом доложить вам. А заодно, кстати, выразить надежду, лично от себя и неофициально, что ситуацию удастся удержать в таком состоянии, чтобы она не переросла в серьезный инцидент и тем самым не спровоцировала войну. Японский посол откликнулся довольно быстро и предложил встретиться в течение ближайшего часа. Я получил от Литвинова сообщение, что тот будет рад видеть меня 2 июля.

Хочу подчеркнуть, что я ясно дал понять японскому послу, что приехал к нему по собственной инициативе, прежде всего для выяснения деталей, и что, выражая свою личную надежду на то, что инцидент не перерастет в нечто более серьезное, способное вызвать катастрофу войны, я ни в коей мере не выступал от имени моего правительства или по его инструкциям, поскольку я их не получал.

Ввиду стремительности развития событий я взял на себя ответственность за принятие вышеупомянутых мер с целью получения как можно более точных фактов из первых источников, чтобы доложить обо всем вам и президенту; а также в надежде, что и сам смогу внести вклад в умиротворение опасной ситуации без серьезного риска быть неправильно понятым[39].

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 4 июля 1937 года

Празднование Дня Четвертого июля во второй половине дня, прием с пяти до семи. Явился весь дипломатический корпус. Примерно 20–25 советских чиновников, начиная с Литвинова, в том числе судья Ульрих (председательствовал на всех процессах «чистки») с супругой. У меня состоялась прекрасная беседа с Литвиновым. Я откровенно рассказал ему о реакции в США и Западной Европе на «чистки» и казни генералов Красной армии; что это, безусловно, плохо и вредно для репутации СССР. По моему мнению, это поколебало уверенность Франции и Англии в силе СССР по отношению к Гитлеру.

Литвинов тоже был со мной весьма откровенен. Он заявил, что с помощью «чисток» они должны были «убедиться», что не осталось больше ни одного изменника, который мог бы сотрудничать с Берлином или Токио. По его словам, когда-нибудь мир поймет, что они сделали это для того, чтобы защитить свое правительство от нависшей над ним угрозы. На самом деле, сказал он, они оказали услугу всему миру, защитив себя от Гитлера и нацистского мирового господства и тем самым сохранив Советский Союз в качестве сильного оплота против нацистской угрозы. И что мир когда-нибудь оценит, каким великим человеком был Сталин.

_________________________________

НАГЛОСТЬ НЕМЕЦКОЙ ПРОПАГАНДЫ

Журнал Москва, 4 июля 1937 года

Вот еще одно из необычных проявлений нацистской тупости. Подумать только, что им могло сойти с рук сообщение, только что вышедшее из Берлина, о том, что каноник Бухгольц был приговорен в Кёнигсберге к трем годам тюремного заключения, а три римско-католических капеллана – к более коротким срокам – за то, что они выступили в качестве «зачинщиков» беспорядков во время шествия в честь Тела Христова. К тюремным заключениям на срок от шести до двенадцати месяцев были также приговорены шесть католиков-мирян.

«Католические священники мешают празднику Тела Христова» – какая пародия! Ботинок, конечно же, был на другой ноге.

_________________________________

ВЛИЯНИЕ «ЧИСТОК» НА МИР В ЕВРОПЕ

ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА СТИВЕНУ ЭРЛИ

Москва, 4 июля 1937 года

Политические условия на местах охлаждаются. Есть признаки того, что аресты и «чистки» все еще продолжаются. Никто не может сказать, как это отразилось на армии. Потребуется время, чтобы выяснить. В настоящее время создается впечатление, что верность армии правительству Сталина не ослабла. Если это так, то внутренне правительство окрепнет как никогда, потому что он (Сталин) с типичной для себя быстротой уничтожил всех потенциальных лидеров. Жаль только, что тем самым он поколебал уверенность Западной Европы в силе своей армии и своего правительства; это также ослабило уверенность Англии и Франции в силе русской армии и ослабило демократический блок в Западной Европе, что серьезно, ибо единственной реальной надеждой на мир является ось Лондон – Париж – Москва.

_________________________________

Журнал Москва, 7 июля 1937 года

Генерального директора агентства ТАСС М. Донецкого пресса заклеймила как врага народа.

ПРИЛОЖЕНИЕ К ЖУРНАЛУ

Московский корреспондент, имеющий за плечами большой послужной список, сообщил мне, что факты по делу Донецкого таковы.

Обстоятельства, при которых стало известно об исчезновении такого видного деятеля, как Донецкий, служат яркой иллюстрацией атмосферы и тактики «великой чистки». Слухи о том, что он схвачен ГПУ во время уже привычного «ночного» визита, распространился почти сразу, по-видимому, на следующий день, но в советской прессе никаких сообщений на эту тему не появилось, не было никаких официальных публикаций. Американские корреспонденты, до которых быстро дошли эти слухи, сочли, что у них достаточно информации, чтобы сообщить об этом, хотя и рисковали быть высланными из страны за уклонение от цензуры. Они выяснили, что в редакции ТАСС, с которой они поддерживали относительно тесные контакты, царит полная неразбериха, поскольку ряд помощников и доверенных лиц Донецкого также арестованы или уволены после его смещения. Но убедительное доказательство появилось лишь несколько недель спустя, когда провинциальная газета, издававшаяся на Урале, объявила Донецкого «польским шпионом» и «врагом народа». В статье не было указано, соответствуют ли действительности сообщения о том, что Донецкий покончил жизнь самоубийством при аресте, или же он был впоследствии казнен. Но жертвы «чистки», публично заклейменные как «враги народа», как правило, считались либо мертвыми, либо непременно казненными. Донецкий был ветераном польской революции в царские времена. Он посетил Соединенные Штаты сразу после того, как Максим Литвинов обсуждал в Вашингтоне признание СССР с президентом Рузвельтом.

_________________________________

Дневник Москва, 8 июля 1937 года

По имеющимся данным, за измену арестованы Каминский, Рудзутак, Межлаук (член Политбюро), Карахан, Крестинский, Розенгольц, Оссинский, Уншлихт и Штерн.

Мне представляется невозможным, чтобы Межлаук, Крестинский и Розенгольц замешаны в измене. Крестинский – первый помощник Литвинова в Наркомате иностранных дел. Его жена – выдающаяся женщина-врач, преданный член партии. Она фактически посвятила свою жизнь уходу за женщинами и детьми в больницах города Москвы. Оба дают понять, как ревностно относятся к своему делу. Тем не менее это может быть именно той причиной, по которой они являются троцкистами. В этой странной ситуации никто не может сказать ничего определенного.

Розенгольц – народный комиссар внешней торговли. Мы обедали у него в загородном доме всего несколько месяцев назад. Кажется невероятным, чтобы он был во что-то впутан.

Межлаук – один из самых выдающихся экономистов в Советском Союзе. Он широко известен в Соединенных Штатах. Был председателем Государственной плановой комиссии СССР, подготовившей весьма объемный доклад о пятилетием плане, который является классическим в своем роде и свидетельствует о больших способностях и профессионализме Межлаука. Недавно его назначили руководителем тяжелой промышленности. Конечно, обычная психология в такой ситуации неприменима. Сама серьезность и искренность их убеждений может усугубить вину, если речь идет о политических преступлениях. В конце концов, на последнем процессе о государственной измене вопрос заключался в том, был ли Радек преданным идеалистом-мучеником за то, что считал своей политической верой, или же он являлся политическим преступником. Это, безусловно, было справедливо в отношении главных обвиняемых. Так что тут ничего не скажешь. Признаюсь, по поводу создавшейся ситуации остается лишь гадать.

_________________________________

Дневник Москва, 9 июля 1937 года

Устроен прием для Сандлера, министра иностранных дел Швеции. Литвинов отвел меня в сторону и сообщил следующее. Сандлер настаивает на том, чтобы все малые страны Европы были освобождены от обязательств по статье 16 Пакта Лиги Наций, которая вынуждает их предпринимать совместные действия против любой страны, которую Лига сочтет агрессором, и т. д. Он с горечью сетовал на то, что это все «немецкая пропаганда», что Сандлер просто вновь поддался на немецкую хитрость. В конечном итоге все закончится тем, что будет разрушена «коллективная безопасность», в которой лишь и заключается сила против агрессора, и что тогда Гитлер расправится с ними по очереди. Литвинов был горько раздосадован, поскольку Сандлер использует в качестве аргумента то, что если в Пакте Лиги будет исключена статья 16, то это облегчит вступление в Лигу Соединенных Штатов, а также других государств, не желающих участвовать в решениях Лиги по европейским вопросам и быть связанными ими. Литвинов намекнул, что, как утверждает Сандлер, Соединенные Штаты симпатизируют такой идее. Он справился о моем мнении на этот счет, и я ответил, что у меня нет никаких инструкций и что это не в моей компетенции, а мое личное мнение таково, что Соединенные Штаты не присоединятся к Лиге Наций сейчас, что, по моему мнению, прискорбно, но, тем не менее, факт; и что также, по моему мнению, простой здравый смысл заставит американский народ придерживаться мнения о том, что единственным средством безопасности для малых наций в Европе является объединение и создание общего фронта против стран-агрессоров. Литвинов был в бешенстве и кипятился по поводу того, что сейчас невозможно сделать очевидное.

Конечно, сказал он, после Абиссинии все эти маленькие страны до смерти напуганы и хотят освободиться от любых обязательств, которые могут столкнуть их с Гитлером, и что Гитлер запугивает их одну за другой.

_________________________________

Журнал Москва, 9 июля 1937 года

Кардинал Пачелли выступил с мощным обличением нацистской Северной новой религии при освящении церкви в Лизо.

Во всех церквях могущественной нации, которую нечестивые лидеры захотели пропитать идолопоклонством расы, возмущенный протест восьмидесятилетнего понтифика звучал как голос Синая, напоминая о неотъемлемых правах Личного Бога Воплощенного Слова и Священной Магистратуры, которая была ему доверена.

_________________________________

ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ КРУПНАЯ ОПЕРАЦИЯ

10 июля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ САМНЕРУ УЭЛЛСУ

Мой дорогой Самнер!

Нет никаких сомнений в том, что здесь назревает что-то серьезное. На первый взгляд все спокойно. На улицах и в толпах людей нет ничего необычного, но постоянно ходят слухи, как непроверенные, так и подтвержденные, о том, что известные люди во всех сферах жизни брошены за решетку или ликвидированы.

Прогнозы делать непросто. Слишком много факторов, которые невозможно предугадать. Существует опасность внешней войны, а также опасность покушения. Любой из таких факторов может расстроить все планы, спутать все расчеты. Если, однако, армия сохранит лояльность Сталину, а есть признаки, что так оно и будет, то это правительство временно, по крайней мере на некоторое время, укрепит свою власть внутри страны еще сильнее, чем раньше.

Множество признаков указывают на то, что Франция потеряла веру в силу своего русского союзника. В Англии у меня сложилось впечатление, что страна окажется в печальном положении, если в нынешних условиях ей придется полагаться на Францию, с ее внутренней слабостью, и на Россию.

Мнение о силе России полностью противоположно тому, что было три месяца назад. Это касается как силы здешнего режима на политическом и государственном уровне, так и силы Красной армии. Не удивлюсь, если через три месяца мнение окажется совершенно противоположным – настолько быстро развиваются события. Они не обладают такой силой, которую им приписывали три месяца назад, но и сейчас не так слабы, как предполагается.

Человеческие ресурсы здесь огромны. Способности к идеологической концепции и преданность «делу», обнаруженная в этих людях, необычайны и вызывают восхищение. Более того, эта страна чрезвычайно богата, и, несмотря на всю неэффективность бюрократии и политического контроля над промышленностью, все равно останутся достижения, которые, в силу размеров страны, будут весьма значительными. Более того, они добились здесь многого, и здесь, по моим наблюдениям, полно того, чем можно восхищаться и уважать. Хотя все это достается им слишком высокой ценой.

Спешно,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

«ГНЕЗДА» ПРЕДПОЛАГАЕМЫХ ПРЕДАТЕЛЕЙ

Журнал Москва, 13 июля 1937 года

Правительство, безусловно, настойчиво расчищает все возможные гнезда «внутренней агрессии», как их называет Литвинов.

В Москву поступили сообщения о расстреле на Дальнем Востоке 61 «руководителя и члена троцкистско-японско-германской террористической шпионско-диверсионной организации, „орудовавшей“ на железных дорогах Дальнего Востока и систематически поставлявшей шпионскую информацию одной из зарубежных разведок».

_________________________________

«ПЛАМЕННАЯ МОЛОДОСТЬ» СПОРТИВНОГО ПАРАДА

14 июля 1937 года

Дорогая Бижу!

Твое письмо пришло в самый день очередного национального праздника на Красной площади. Это День молодежного спорта, и здесь по этому случаю устроили необыкновенное зрелище. Сталин и все его комиссары собрались в особой ложе в верхней части Мавзолея Ленина у Кремля. Мы расположились в той же дипломатической секции, где и ты в день 1 Мая. Мы с Дж. Д. в беседе отметили, что тебе тоже не мешало бы посмотреть это шоу, поскольку оно так замечательно контрастировало с первомайским военным парадом. В общем, представление получилось великолепным.

Стоял яркий солнечный день. Оба края площади и фасад здания на противоположной стороне были украшены флагами, красными бантами и различными эмблемами с изображением спортивных медалей, портретов Сталина и т. д.

По трем сторонам площади расположились отряды численностью примерно по три-четыре сотни мужчин и женщин, в результате чего площадь была заполнена примерно наполовину, и было достаточно места для маршей и различных атлетических постановок и представлений.

На параде и на мини-представлениях женщин собралось почти столько же, сколько мужчин. Да, это и есть та самая «пламенная молодежь». И к тому очень красивая молодежь – все с непокрытыми головами, сильно загорелые, по большей части в белых шортах и цветных майках. У каждого отряда была своя форма. Одни были в пляжных костюмах, другие – в обычной спортивной одежде. Сочетания синего и белого, красного и белого, оранжевого и белого, малинового, желтого, бордового цветов и плотного загара – во всевозможных комбинациях – с белыми спортивными тапочками, с цветками в волосах женщин или в руках марширующих. Прекрасное зрелище! К этому еще добавились тысячи загорелых солдат с бритыми головами, в синих шортах и белых кедах. И еще были две или три тысячи спортсменов из различных частей Советского Союза, особенно колоритно выглядели спортсмены из Украины, Кавказа и восточной части страны. Последние привезли с собой оркестры с дудочками, рожками и барабанами, которые своей игрой создавали необычный музыкальный фон для зажигательных танцев с мечами и разнообразных исконно восточных религиозных, атлетических и прочих плясок и маршей. Пестрые платья и халаты исполнителей, а также красота самих танцев представляли великолепное зрелище.

Парад продолжался около четырех часов. По разным оценкам, в нем приняли участие 40 или 50 тысяч молодых людей. Там были всевозможные цветочные экспозиции – в изобилии украшенные голубыми колокольчиками, маками и прочими цветами. Сама знаешь, какие красивые они создают натюрморты.

Для демонстрации различных видов клубных занятий использовали большие движущиеся платформы. Были лыжники, которые катались в составе огромного отряда из 1500 молодых людей. К их лыжам, очевидно, были прикреплены ролики, чтобы можно было ездить по асфальту.

На некоторых платформах были установлены турники, где выступали гимнасты, и трамплины, на которых акробаты совершали кувырки. Другие катались на коньках или санках по движущимся платформам. Одна из атлетических демонстраций включала от 40 до 50 молодых мужчин и женщин, все выступали на платформах по мере их движения по площади.

В целом это была одна из самых красивых и необычных выставок, которые я когда-либо видел. Конечно, день выдался превосходным, а симпатичные молодые люди, их идеальное телосложение и здоровый внешний вид – все это сделало зрелище незабываемым.

_________________________________

Дневник Москва, 16 июля 1937 года

Весь день наводил порядок в кабинете. Вечером устроили ужин в честь Чарли Наттера (Ассошиэйтед Пресс), который отбывает в Испанию. Нам будет его не хватать. У всех он вызывает уважение и восхищение. После ужина показывали фильмы, и сотрудники, как обычно, пришли их посмотреть. «Лунная соната» в исполнении Я. Падеревского.

_________________________________

БИЗНЕС СО СТАЛИНЫМ

№ 433 Москва, 16 июля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ПЕРЕГОВОРЫ В СВЯЗИ С ПРЕДЛАГАЕМЫМ ПРОДЛЕНИЕМ КОММЕРЧЕСКОГО СОГЛАШЕНИЯ С СОВЕТСКИМ СОЮЗОМ

Конфиденциально

Сэр!

Сразу же по получении телеграммы Департамента лично посетил комиссара Литвинова и имел с ним продолжительную беседу в связи с вышеуказанным вопросом. К настоящему письму для материалов Департамента прилагаю соответствующую копию меморандума о беседе.

Я настаивал на том, что советское правительство обязано значительно увеличить свои обязательства по закупкам в США по сравнению с предыдущим годом и что эти обязательства должны в денежном выражении составлять не менее 40 миллионов долларов. На г-на Литвинова, казалось, произвели впечатления мои аргументы, он сделал соответствующие пометки и заявил, что, хотя не имеет непосредственного отношения к коммерческому договору, он передаст этот вопрос тем, кто этим занимается, и убедит их принять во внимание представленные мною взгляды и факты.

После этого были проведены переговоры с г-ном Нейманом и г-ном Розенблюмом из Наркомата иностранных дел, а также с г-ном Каминским из Народного комиссариата внешней торговли – с целью окончательного разрешения вопроса. Пока шли эти дискуссии с г-ном Хендерсоном, г-ном Кеннаном и г-ном Дурброу, я лично провел конференцию с г-ном Литвиновым и две беседы с г-ном Нейманом и прилагаю соответствующие докладные записки. 15 июля в Наркомате иностранных дел вновь состоялась весьма удовлетворительная конференция с участием г-д Неймана, Розенблюма, Каминского и Виноградова, на которой вместе со мной присутствовал г-н Кеннан и результаты которой изложены в телеграмме № 176, направленной в Департамент 16 июля в 11 часов вечера.

К сожалению, переговоры о продлении упомянутого коммерческого соглашения пришлись именно на этот период времени. Все дело в продолжающейся «чистке» партии и правительства, проявившейся в расстреле генералов Красной армии 12 июня, и «кампании ненависти», развернутой против всех иностранцев.

Сейчас мы достигли этапа, когда практически добились всего, что намеревались получить. На самом деле мы были приятно удивлены недвусмысленным желанием этих людей вести себя искренне и честно по отношению к Соединенным Штатам, что является отличительной позицией в их отношении к иностранным государствам. В ходе переговоров они были вынуждены пойти на уступки по всем позициям, кроме одной – положения об экспорте. За их настойчивостью в этом вопросе, вероятно, стоят два мотива: во-первых, самолюбие, проявляемое от имени их правительства, и, во-вторых, они должны быть в состоянии показать некий позитивный результат после их переговоров с иностранцем.

В связи с этими переговорами хочется отметить исключительный вклад г-на Хендерсона, г-на Кеннана и г-на Дурброу. Они не жалели ни сил, ни времени, пытаясь как можно скорее довести их до конца, и все они продемонстрировали исключительно тонкие суждения и способности[40].

Имею честь кланяться, искренне ваш,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ТОРГОВОЕ СОГЛАШЕНИЕ

ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА СТИВЕНУ ЭРЛИ

10 августа 1937 года

Мы хорошо поработали над торговым соглашением – и это было непросто. Здесь большой переполох из-за процесса «чистки». Это замедлило процесс нашей работы, однако мы добились довольно крупного успеха – увеличения на 33 % обязательств СССР по закупкам американских товаров на следующий год. Это особенно важно, если учесть, что Великобритания всего шесть месяцев назад, чтобы получить 50 млн долларов для развития бизнеса, одолжила на длительный срок и под низкий процент аналогичную сумму советскому правительству.

Я удовлетворен тем, что выполнил здесь свою работу. Они точно знают нашу позицию. Я неукоснительно придерживался инструкций президента. Тем не менее нам удалось добиться того, что они по-прежнему относятся к нам весьма дружески, и эта миссия отвечает им взаимностью. Когда-нибудь это может иметь особое значение и даже ценность в связи с возможным развитием событий на Дальнем Востоке или в Европе – кто знает!

_________________________________

Дневник Москва, 23 июля 1937 года

Сегодня отправил Генри Уоллесу отчет о коллективном сельском хозяйстве (в СССР). Здесь это один из самых интересных экспериментов. Индивидуальное фермерство практически запрещено правительством. В стране навязывается научное земледелие путем обширного применения техники. В каждом секторе сельского хозяйства правительство организует технические пункты – с сельскохозяйственными машинами для крупномасштабного земледелия. Собранный урожай делится между этими механизированными станциями, сельскохозяйственными рабочими и государством. Мне рассказывали, что в некоторых районах России есть так называемые хозяйства-миллионеры – настолько велика оказывается доля такого хозяйства в урожае. В других районах коллективизм не работает, потому что местный рельеф не приспособлен для механизированного земледелия. Пшеница при такой системе чувствует себя очень хорошо. Что касается фруктовых садов, виноградников и т. п., то здесь возникает больше трудностей. В 1931 и 1933 годах от голода погибли сотни тысяч людей, что, как утверждают, произошло именно при внедрении коллективного земледелия. До сих пор на слуху жуткие рассказы американцев, которые находились здесь в то время. Крестьяне, очевидно, бастовали и отказывались производить больше, чем им необходимо на зиму. Когда правительство забирало свою квоту после сбора урожая, крестьяне протестовали, ведь, если урожай забирают почти целиком, они будут голодать. Правительство ответило крайне жестко. Оно подавило протесты.

_________________________________

РУССКИЙ МЕДВЕДЬ ПРЕТ НАПРОЛОМ

№ 455 Москва, 28 июля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ПРЕДПОЛАГАЕМЫЙ СРЫВ СОВЕТСКОГО ИНДУСТРИАЛЬНОГО ПЛАНА

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь сообщить, что в течение последних шести месяцев критика ситуации в промышленности со стороны советской прессы была такой настойчивой и резкой, что у местных наблюдателей сложилось впечатление о неизбежности серьезного развала экономической промышленной структуры.

На первый взгляд картина представляется довольно отчаянной. Ни один даже самый суровый критик не посмеет предъявить советской промышленности такие претензии в неэффективности, какие можно почерпнуть из гневных статей, постоянно мелькающих на страницах правительственных газет. Ежедневно появляются сообщения о том, как та или иная отрасль промышленности отстает в производстве, не работает должным образом или нарушает плановые сроки. Гений самокритики, присущий советскому менталитету, в этих нападках на промышленность проявился как нельзя лучше. Неспособность тяжелой промышленности функционировать должным образом часто выставляется как одна из причин критики и недовольства генералами Красной армии, которые были казнены в июне. Похоже, местные наблюдатели практически единодушно признают, что в этих условиях правительство сталкивается с самыми серьезными испытаниями.

Если все имеющиеся факты подтверждают преобладающее мнение о серьезности положения, то это вопрос первоклассной важности, поскольку он оказывает первоочередное влияние на любую оценку настоящей или будущей власти или влияния данного правительства.

Настоящим я представляю результаты расследования этих предполагаемых условий, а также их анализ и выводы, которые, как представляется, обоснованно из них следуют.

То, что было и сейчас наблюдается заметное «замедление» во всех отраслях, несомненно, правда. Было бы весьма удивительно, если бы местная или любая другая промышленность смогла пережить условия, сложившиеся здесь за последние восемь месяцев, без серьезного снижения своей эффективности.

Прежде всего, все эти промышленные организации контролируются, управляются, работают и эксплуатируются правительством. Поэтому они особенно восприимчивы к политическим условиям, а политические условия в прошлом году сложились особенно тревожными.

Дезорганизация из-за предполагаемого саботажа

Последние полтора года лидеры партии из кожи вон лезут, охотясь за троцкистами, шпионами и саботажниками, которые якобы вступили в сговор с иностранными врагами с целью разрушения и саботажа промышленности. В отношении руководителей и директоров заводов, которые – зачастую несправедливо – обвинялись в подобных преступлениях, начаты многочисленные судебные преследования. Едва ли найдется отрасль, которая не была бы потрясена до основания обвинениями такого рода и не подверглась бы внутренним интригам и беспорядкам, которые порождает подобная ситуация.

Стремление партии сделать «партийные» соображения первостепенными в промышленности

Одновременно с этим, после мартовского выступления Сталина на Пленуме Центрального комитета партии в марте прошлого года, экономические результаты были раскритикованы всеми лидерами общественной мысли. Постоянно звучали обвинения в том, что «эти экономисты и хозяйственники», увлекшиеся производственно-хозяйственной деятельностью, забыли про первейший долг перед «партией» и что это следует немедленно исправить. Управление бизнесом и промышленностью отошло на второй план, уступив место активной партийной деятельности и разного рода разборкам. Это могло привести лишь к серьезным перебоям и нарушениям в производстве. Руководители и директора заводов стали остро осознавать влияние политической ситуации.

В одних случаях им не удалось уволить некомпетентных рабочих, а во многих других ситуациях они сами стали объектами нападок со стороны активных в политическом плане подчиненных за свои предполагаемые проступки. Эти и прочие вещи, о которых сообщалось в прессе, стали естественным следствием стремления нормальные представления об эффективности и здравый смысл, которые обычно используются при управлении предприятием, подчинить чисто партийным соображениям.

Проблема заработной платы и рабочей силы

Стахановское движение (сдельная система оплаты труда), как выяснилось, настолько увеличило себестоимость продукции, что пришлось пересмотреть систему оплаты труда. Кроме того, каждая из этих отраслей и их руководители заинтересованы в получении прибыли, поскольку именно из прибыли руководство и рабочие получают свои «премии» за производство сверх нормы. Поэтому затраты на рабочую силу являются жизненно важными для системы.

В целях снижения затрат и улучшения прибыльности в этих отраслях была предпринята попытка к 20 апреля 1937 года ввести в действие пересмотренные нормы для стахановцев, согласно которым нормы повышались, а ставки оплаты снижались. Цель заключалась в том, чтобы стимулировать рабочих производить больше – по сути, за ту же оплату. Согласно плану, руководство завода обеспечит большую эффективность оборудования и организации производства, чтобы рабочие могли производить больше, при тех же усилиях, и при этом, несмотря на повышение норм, по-прежнему получать высокую зарплату. Система, очевидно, не сработала. Это вызвало всеобщее недовольство среди рабочих. Новые нормы привели к новым неравенствам. Часто более квалифицированные работники зарабатывали меньше, чем менее квалифицированные, что приводило к недовольству. В настоящее время поступают бесчисленные жалобы на неравенство. В целом заработная плата снижалась, а вместе с ней снижались и производительность труда на единицу продукции, и объем производства. Советские газеты, торговые и технические журналы пестрят обвинениями в бесхозяйственности и «неправильной организации систем заработной платы и труда». Естественным следствием этого стали рост недовольства среди рабочих, неразбериха в управлении и существенный рост текучести рабочей силы.

Увеличение текучести рабочей силы

Текучесть рабочей силы в советской промышленности всегда была серьезной проблемой. Миграция рабочей силы обычно очень велика. Они [Советы] не могут позволить себе сколько-нибудь существенного улучшения этого показателя. Средний процент увольнений рабочих по сравнению со среднегодовой численностью по всей промышленности страны за 1936 год составил 87,5 %. В угольной промышленности за прошлый год он составил 112 %, в нефтяной – 95 %, в черной металлургии – 70 %. При текучести рабочей силы в угольной промышленности, когда за один год из-за увольнений или «ухода» сменился весь трудовой персонал, а затем добавилось еще 12 % из новых кадровых поступлений, такое положение кажется весьма необычным, учитывая, что в целом отрасль добилась хороших результатов.

Итоговый спад производства в течение первых шести месяцев, согласно данным прессы и постановлениям Центрального комитета партии, вызван: а) последствиями разрушительной деятельности троцкистов; б) растерянностью и некомпетентностью руководителей и инженеров; в) неправильной организацией системы заработной платы и труда.

В дополнение к вышеназванным условиям следует учитывать, что вся страна находится в «родовых муках» приближающихся политических выборов. Новая конституция выводит электорат из равновесия. До сих пор в партии доминировал промышленный рабочий класс, составлявший около 20 % всего электората. Согласно новой конституции, сельскохозяйственные рабочие впервые поставлены в равное положение с индустриальными рабочими, а они составляют 80 % электората. Для правительства жизненно важно получить сильную поддержку населения. Результатом стала огромная партийная активность до самых низов, распространившаяся на все сферы деятельности по всей стране. Всколыхнулась вся партийная организация. Целиком заменили 60 % всех сотрудников местных партийных организаций (которых по всей стране насчитывается около 60 000). Политическое и партийное давление оказываются на каждый аспект промышленности, наряду со всеми прочими отраслями национальной деятельности. Политика пронизывает снизу доверху каждый завод, склад, кабинет и распределительные мощности, что влечет за собой дезорганизацию и неэффективность.

В таких условиях неудивительно, что промышленность не смогла выполнить план производства на 1937 год. Это главная и постоянная причина жалоб в советской прессе.

Согласно советскому методу, Государственная плановая комиссия заранее устанавливает план на каждый год, в соответствии с которым промышленность должна увеличить свои объемы на определенный процент по сравнению с предыдущим годом. Рост требований, предъявляемых каждый год, невероятно высок. Так, общая выручка (прибыль) промышленности в 1934 году составила около 30 млрд рублей, в 1935 году она возросла примерно до 51 млрд рублей, а в 1936 году – до 62 млрд рублей. Требования плана на 1937 год на 28 % превышают план 1936 года.

Критика партии и прессы постоянно направлена на неспособность промышленности довести текущие показатели до требований плана на 1937 год.

Ввиду описанного выше положения вопрос, который пришел мне в голову, заключался не в том, что явилось отставанием или провалом от запланированного производства на 1937 год, а в том, каковы были показатели по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года. 1936 год показал рост на 25 % по сравнению с 1935 годом, а 1935 год показал рост на 66 % по сравнению с 1934 годом. Если в условиях, сложившихся в текущем году, промышленность сможет удержать свои позиции по сравнению с прошлым годом, то это покажет, что последствия таких условий, какими они изображались в прессе, не были столь серьезными или значительными, как принято считать.

Интервью с комиссаром тяжелой промышленности

В этой связи я недавно имел возможность провести довольно продолжительную беседу с Межлауком, новым наркомом тяжелой промышленности[41]. Я спросил, какие факты он может привести в связи с предполагаемым «падением» промышленности в текущем году. Он заявил, что были большие трудности в интеграции некоторых отраслей промышленности, что в некоторых специализированных отраслях произошел значительный спад из-за того, что поставщики не смогли вовремя доставить детали на главный завод. Особенно заметно это в автомобильной промышленности и в некоторых других отраслях, где были установлены конвейерные системы. Он заявил, что пока в этом году они не выполняют требования плана на 1937 год, который предусматривал увеличение производства на 28 % по сравнению с прошлым годом; но они работают примерно на основе 12 % роста по сравнению с прошлым годом. Я спросил его, каковы, по его мнению, окажутся результаты этого года. Он заявил, что они будут значительно выше, чем в 1936 году. Он отметил, что хотя, например, в автомобильной промышленности производство было примерно на 33 % ниже требований плана, оно приблизительно на 70 % превысило прошлогоднее производство, при этом общий объем производства за год составит более 200 000 автомобилей. Он также заявил, что необычная ситуация в угольной и чугунной промышленности, согласно его ожиданиям, до конца года она будет исправлена.

После этого разговора я попросил экономический отдел нашего посольства проверить цифры из доступных опубликованных источников (они в целом верны), и я обнаружил, что производство угля и чугуна за первые шесть месяцев этого года фактически всего на 2 % меньше, чем в прошлом году, тогда как производство стали и металлопроката за первые шесть месяцев этого года выросло по сравнению с прошлым годом на 11 % и 20 % соответственно.

Заключение

Таким образом, вывод о том, что положение настолько серьезное, что может свидетельствовать о сбое в системе, не подтверждается фактами.

Чрезмерная ориентация на промышленность в советской экономике

Возможно, верно, что в целом здесь делается чрезмерный акцент на важность промышленного развития, в отличие от общей картины советской экономики. Огромные средства в промышленности за последние восемь лет в Советском Союзе были направлены на капитальные вложения. Верно и то, что были разработаны самые выдающиеся установки и оборудование, давшие замечательные результаты. Верно и то, что лидеры Коммунистической партии и особенно основатели этого российского плана неоднократно подчеркивали важность промышленной сферы как идеальной основы для поддержки и укрепления коммунистического государства. Все ресурсы и экономика этой огромной страны направлены на создание индустриальной экономики.

Однако изучение и анализ бюджета Советского Союза показывает, что в том, что касается функционирования и жизни всего государства, доля промышленности относительно невелика.

Согласно бюджету 1935 года, общие доходы СССР составляли примерно 65 миллиардов рублей (около 3 миллиардов долларов золотом). 3 % этой суммы составляли кредиты и взносы из фондов социального страхования; 46 % было получено непосредственно от сельского хозяйства, что в значительной степени составляло размер десятины или доли, которую правительство взимало с крестьянского урожая. Еще 26 % всех доходов поступало от пищевой промышленности, которая, конечно же, в основном также представлена сельским хозяйством. Коммерческая торговля приносила еще 12 %. Доля тяжелой промышленности составляла всего 9 %, а легкой – 4 %. Если бы все доходы (прибыль) тяжелой и легкой промышленности были полностью исключены из государственных доходов на 1935 год, это все равно не привело бы к заметному уменьшению доходов 1934 года, так как осталась бы сумма, превышающая доходы предыдущего года на 3 миллиарда рублей.

Это еще одна иллюстрация того, что именно огромное богатство Советского Союза и, особенно, сельскохозяйственные богатства страны дают возможность осуществлять этот коммунистическо-социалистический эксперимент и поддерживать себя вполне очевидными успехами.

Можно не только противостоять неэффективности и расточительству в промышленности, но и дать возможность сгладить провалы и недоработки в промышленности и почти не ощутить их влияния на экономическое или финансовое управление государством. Имея контроль над армией, государство даже может позволить себе игнорировать социальные последствия.

Вывод напрашивается сам собой: спад промышленного состояния Советского Союза был не таким серьезным, как считается в настоящее время; и далее представляется вероятным, что, даже если бы оправдались самые мрачные прогнозы о промышленном и экономическом спаде, полная дестабилизация промышленности не оказала бы столь серьезного влияния на весь советский организм, как это принято считать, в силу своей относительной незначительности по сравнению с огромными ресурсами и силами, обеспечивающими существование этого государства.

Однако в тяжелой промышленности есть то, что имеет жизненно важное значение – возможно, даже для существования самого правительства: она исключительно важна на этапе подготовки к войне. Военные обозреватели обычно утверждают, что нынешняя советская армия является первоклассной по численности и офицерскому составу. Считается, что в случае войны эта армия покажет себя с лучшей стороны, но в условиях современной войны линия фронта не менее важна, чем вторая линия обороны, а именно поставщики техники, танков, боеприпасов и тому подобного. Ответственные руководители правительства, насколько мне известно, обладают острым «военным чутьем». Они прекрасно понимают угрозу, исходящую от Германии, с одной стороны, и Японии – с другой. Однако нет никаких сомнений в том, что президент Калинин выразил общее мнение своих единомышленников, когда заявил, что они полностью уверены в своей армии, чувствуют себя в безопасности и готовы к возможному нападению, даже если оно будет одновременным с обеих сторон. Расположение их промышленных центров в стране указывает на то, что план индустриализации организован и спроектирован с учетом требований военного времени.

Огромные ресурсы и богатства Советского Союза позволяют ему в чрезвычайной степени поглощать и сглаживать расточительство и неэффективность без существенного ущерба для своей мощи. Несмотря на то что советская промышленность не столь эффективна, как промышленность капиталистических стран, вполне вероятно, что в случае чрезвычайной ситуации она сделает свое дело.

Говорят, Англия всегда умудряется выкручиваться. Русский медведь настолько велик и богат жиром, что можно с уверенностью предсказать, что в долгосрочной перспективе он преодолеет большинство трудностей.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ЗА ЧТО РАССТРЕЛЯЛИ ТУХАЧЕВСКОГО

№ 457 Москва, 28 июля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

РАССТРЕЛ ГЕНЕРАЛОВ КРАСНОЙ АРМИИ

12 ИЮНЯ 1937 ГОДА И ПОСЛЕДОВАВШИЙ

ЗА ЭТИМ ОБЩИЙ КРИЗИС[42]

Совершенно секретно

Сэр!

Прошло уже несколько недель после суда и расстрела высших офицеров Красной армии. Мне пришло в голову, что для вас и для Департамента может представлять определенный интерес мой анализ произошедшего, а также моя оценка значения и результатов этих событий для нынешнего режима.

Суд, обвинительный приговор и казнь этих офицеров, – по сути, цвета Красной армии, – состоялись 12 июня. События развивались с такой молниеносной быстротой и с таким потрясающим трагизмом, что в течение некоторого времени казалось трудным вынести какое-то взвешенное суждение о происходящем. Среди дипломатов и прочих наблюдателей в Москве отмечались не только замешательство, но также ожесточение и масса предрассудков.

И здесь, и в Европе поползли всевозможные слухи. Согласно некоторым, в Красной армии существовал открытый заговор с целью свержения правительства Сталина; бонапартистский переворот с маршалом Тухачевским в роли корсиканца провалился. Между упомянутыми генералами Красной армии и немецким рейхсвером было заключено определенное соглашение о сотрудничестве с Германией в рамках предстоящего немецкого путча на Украине. Это было частью большого заговора Троцкого с целью уничтожения сталинского режима путем внешней войны, чтобы на его основе потом возникло новое буферное государство между Востоком и Европой для спасения «настоящего» коммунизма с помощью Красной армии. Сталин – это якобы «кремлевский больной», страдающий от истерического комплекса с психическими отклонениями в сторону личной опасности, что привело к этим расстрелам всех, кто угрожал его известности, поскольку в них этот человек видел угрозу собственной безопасности; у него были серьезные проблемы с сердцем, и его лечил известный австрийский врач (возможно, это правда). Его страхи подстегнули группы новых, амбициозных членов тайной полиции (НКВД), которые лезли из кожи вон и всячески демонстрировали свою лояльность, раскрывая все новые и новые предполагаемые заговоры (которых не существовало). Военные, недовольные слежкой тайной полиции за армейскими офицерами в связи с упомянутыми политическими процессами и предполагаемыми троцкистскими заговорами, вели смертельную борьбу с НКВД. Вся армия была пропитана антисталинскими настроениями и являлась очагом контрреволюции. Поговаривали даже, что Ворошилов – нарком обороны – также был среди подозреваемых и находился под угрозой расстрела; что вся экономическая структура была деморализована этими «партийными чистками» и находилась под угрозой краха; что по всему Советскому Союзу прошли массовые расстрелы; что экономический крах с революцией и свержением правительства неизбежен.

Враждебная иностранная пресса выжала из таких слухов максимум. Появились сообщения о том, что Красная армия «идет маршем» на Москву; что Красная армия, вероятно, проведет некую демонстрацию на западе (в Польше), чтобы отвлечь внимание от своих внутренних проблем, и т. д.

Эти слухи и предположения свидетельствуют о лихорадочном настрое, который, естественно, должен был возникнуть в столь трагичной ситуации, на фоне недостатка информации. Некоторые из сообщений, вероятно, соответствуют истине.

Взгляды на эти слухи из Москвы

Теория о «больном из Кремля» повсеместно отвергается. У Сталина были проблемы с сердцем, как и у большинства людей в правительстве; но его неоднократно видели, и лишь недавно автор этих строк сам видел его с очень близкого расстояния, и он выглядит сильным, крепким, здоровым и вполне нормальным.

Более того, вообще говоря, в местных дипломатических кругах ответственность за эти казни, в сугубо личном смысле, не приписывается Сталину. Он пользуется большим уважением и стоит за рамками этих ужасных событий. Его считают чистоплотным, скромным, уединенным, целеустремленным человеком, с односторонним мышлением, преданным коммунизму и делу пролетариата. Ответственность обычно возлагается на «действия партии» в лице ее лидеров. Конечно, в этой связи принято считать, что Сталин, безусловно, самый сильный персонаж, и его можно было бы назвать эдаким «благосклонным боссом», с чьей легкой руки его соратники принимают собственные решения.

Что касается предполагаемой вины этих армейских генералов – участие в фактическом сговоре с германским правительством, – общее мнение таково, что выдвинутые обвинения не обоснованы, хотя два очень хорошо информированных посла, с которыми я обсуждал этот вопрос, заявили, что, по их мнению, в этих обвинениях, вероятно, имеется доля правды.

Прошло несколько недель, и страсти поулеглись. Все это время я пытался выяснить факты и получить сдержанные суждения и мнения людей, которые настолько хорошо информированы, насколько это возможно для иностранцев, в попытке прийти к единому мнению о том, что произошло, какова нынешняя сила действующего правительства и каковы его перспективы.

Положение в Москве сразу после казней

По прибытии в Москву я обнаружил, что, на первый взгляд, все выглядит как обычно. Ни на улицах, ни в транспорте, ни в людской толпе не было ничего, что указывало бы на какие-нибудь неприятности. Не было никаких признаков (согласно газетным сообщениям) того, что казаки расположились лагерем возле Кремля или передвигаются по Красной площади. Вскоре после моего приезда я имел возможность встретиться с различными комиссарами и чиновниками Министерства иностранных дел и не смог обнаружить каких-либо перемен в их поведении или отношении. На конференции с Литвиновым, наркомом иностранных дел, в связи с обсуждением ситуации в Испании и положения в Европе, я прямо спросил, понимает ли он, насколько, по мнению Западной Европы, эти события ослабили Советский Союз в военном и политическом отношениях. Он заявил, что советское правительство, отнюдь не будучи слабым, стало гораздо сильнее, чем раньше. И что правительство должно быть сильным, чтобы выдержать потерю стольких своих лидеров в результате наказания за измену и при этом двигаться вперед «на ровном киле», без признаков бури или стресса, и продолжать работать, как обычно.

Реальные условия – насильственный характер «чисток»

Однако заметны проявления того, что здесь происходит нечто весьма значительное. Как в местной, так и, в особенности, в провинциальной прессе постоянно появлялись сообщения об уголовных процессах, возбужденных против сотен обвиняемых, и о масштабных «чистках» в партии. Они ведутся в промышленности, в сельском хозяйстве, в академической среде, в художественных кругах, в театральной сфере, фактически во всех областях деятельности. Новостные колонки контролируемой правительством прессы ежедневно пестрят жестокой критикой различных ситуаций и конкретных лиц. Еще более убедительны передаваемые из уст в уста сообщения об исчезновении или аресте того или иного человека, иногда весьма известного, а во многих случаях – малозначимого. Часто такие слухи подтверждались сведениями из первых рук. Вероятно, многое преувеличивается. Однако, на мой взгляд, нет никаких сомнений в том, что в течение последних нескольких месяцев власти проводили и проводят «чистку» с большим воодушевлением, целеустремленно и с нарастающей скоростью.

Расстрел вышеназванных офицеров Красной армии является частью описанной общей ситуации. Конкретная трагедия может быть адекватно понята и истолкована лишь как часть общей картины.

В ходе процесса над группой Радека упоминались имена генерала Путны и маршала Тухачевского. Прокурор Вышинский в то время всячески стремился оградить Тухачевского от возможного преступного соучастия. Тем не менее сразу же после того процесса Тухачевский исчез. Ходили слухи, что его посадили в тюрьму и тому подобное. В это время также ходило много разговоров о том, что между армией и тайной полицией идет ожесточенная междоусобная борьба.

Хронология трагедии

Во второй половине марта Тухачевский вернулся в Москву. В апреле вместе с Ворошиловым, генералом Егоровым и прочими обвиняемыми Тухачевский пришел в наше посольство на обед, который я давал в честь офицеров Красной армии. В то время между этими людьми не было заметно никаких особых признаков напряженности. Тухачевский имел репутацию весьма способного командующего. Правда, лично на меня он не произвел особого впечатления. Выглядел он свежо, моложаво, но был несколько полноват для своего роста и выглядел как человек, которому нравится хорошо жить. Французский посол М. Кулондр, сказал, что, по его мнению, крах Тухачевского отчасти связан с его неосторожной связью с любовницей (предположительно немецкой шпионкой).

В апреле стало известно, что Тухачевский будет одним из официальных представителей на коронации короля Георга.

11 мая было официально объявлено, что он смещен с должности помощника наркома обороны и назначен на второстепенную должность в Приволжском военном округе.

17 мая Центральный исполнительный комитет Коммунистической партии выпустил указ о контроле над армией. Впоследствии каждым военным округом должен был командовать один офицер и два других члена партии. Это означало абсолютный «партийный контроль» над армией.

11 июня Тухачевский и другие обвиняемые были арестованы, обвинены в государственной измене и заговоре с «иностранным государством» (Германией). Было объявлено, что все признали свою вину. На следующий день их якобы судили и признали виновными.

Совпадение – партийная активность – ожидание выборов

С упомянутыми событиями совпали события политического и экономического характера, которые связаны с трагедией этих расстрелов. В январе этого года конституционными съездами различных республик, входящих в состав СССР, был ратифицирован и одобрен окончательный проект новой советской конституции. Она задумывалась как образцовая конституция, предусматривающая защиту и гарантии свободы личности. Эта конституция содержала и другие положения, которые имели далеко идущие последствия. Например, до сих пор промышленные рабочие имели большое преимущество в своем представительстве в правительстве по сравнению с сельскохозяйственным населением. По старой системе каждые 125 000 крестьян имели право на одного представителя, в то время у промышленных рабочих такой представитель предусматривался на каждые 25 000 человек. Новая конституция изменила положение. Все избиратели были поставлены в равные условия, и, кроме того, были гарантированы свободные выборы с тайным и индивидуальным голосованием. Предполагалось, что выборы состоятся в мае. Но они были отложены.

В течение февраля и марта два разных члена Совета народных комиссаров говорили мне, что они трудятся днем и ночью, пренебрегая даже своими официальными обязанностями, в связи с подготовкой партии к предстоящим выборам. Испанский посол заявил мне тогда, что в феврале и марте 1937 года на пленуме Центрального комитета партии обсуждался вопрос о целесообразности внезапного облечения сельскохозяйственного электората этой огромной властью; было высказано мнение, что причиной неудач народного движения в Испании является то, что руководство страны попыталось дать свободу и избирательное равенство, предварительно не реализовав свою демократию путем надлежащей организации и подготовки в сельских районах. Он заявил, что Сталин сам разрешил эти дебаты в пользу продолжения движения, на том основании, что это представляет собой проверку возможностей Коммунистической партии и что на это следует отреагировать незамедлительно и с большим воодушевлением.

5 марта на Пленуме Центрального комитета партии этой ситуации и была посвящена эпохальная речь Сталина. Он порицал партию за то, что та слишком много внимания уделяла экономическому развитию и слишком мало – благополучию партийного аппарата. Он потребовал, чтобы каждый член партии стал бдительным солдатом для защиты своих идеалов от капиталистических государств, иностранных шпионов и так далее. Он сделал определенную ставку на поддержку сельскохозяйственных рабочих и на рабочих в противовес руководителям заводов и партийным лидерам. В течение марта и апреля и до настоящего времени все средства пропаганды – пресса, радио, народные воззвания – были направлены на реорганизацию, очищение и оживление партийной организации.

К 17 мая, как объявила «Московская правда», 55 % членов 54 000 первичных организаций, разбросанных по всему Советскому Союзу, были избраны впервые. К 20 мая утверждалось, что сменилось от 56 до 62 % всей партийной организации, охватывающей десятки тысяч партийных организаций, что «партия перестраивается», что «партия становится ближе к массам». И все это ради того, чтобы «выборы не проходили сами собой».

В этот период руководство партии также совершило определенные шаги навстречу крестьянам. Правительственная пресса постоянно критиковала местных партийных лидеров, которые якобы притесняли колхозных крестьян. Против местных чиновников начинались уголовные преследования по обвинению в недобросовестном ведении последними сельскохозяйственных дел. Налоги в натуральной форме перечислялись в сельскохозяйственные коллективы и, таким образом, поступали отдельным крестьянам. Все это имело признаки политической борьбы за голоса крестьян.

Сопутствующий промышленный кризис

Одновременно с этими политическими событиями возникли экономические условия, обескураживающие правительство страны. Бюрократия несет ответственность за расходование миллиардов капиталовложений на разработку и строительство грандиозных промышленных предприятий. Давалось множество обещаний массам о разного рода улучшениях и преимуществах в обмен на жертвы, которые просили принести пролетариат. Нельзя не отметить большие достижения, но к 1937 году стало очевидно, что эта «машина» местами поскрипывает, а во многих местах и вовсе движется с трудом. Промышленность, казалось, не может функционировать на базе бескорыстного труда так хорошо, как предполагалось, а различные гениальные хитрости для стимулирования производства привели лишь к спорадическим успехам, и наблюдалось много признаков недовольства масс.

Промышленное производство в 1936 году соответствовало плану и значительно превысило показатели 1935 года; однако создавалось впечатление, что пик уже более или менее достигнут и что в 1937 году существует опасность спада. По сообщениям прессы, в низших слоях трудящихся растет недовольство в отношении стахановцев. Эта система, очевидно, работала не так, как ожидалось. Проблемы, связанные с заработной платой и рабочей силой, были серьезными. Политическая активность в промышленности, мотивированная мартовской речью Сталина, лишь усугубила ситуацию. Газеты были полны обвинений и всевозможных нападок на отдельных лиц, руководителей предприятий, директоров и т. д., и это касалось всех отраслей промышленности.

Вышеназванный спад в плановом развитии экономики усугублялся еще одним фактом. Угроза войны потребовала увеличения бюджетных ассигнований на 1935 и 1936 годы соответственно в 15 или 20 раз по сравнению с бюджетом 1931 года. Это тяжелая нагрузка на промышленную программу. Многие отрасли промышленности были перенаправлены на военные нужды. Заводы по выпуску сельскохозяйственных машин, фабрики, сталелитейные заводы и т. п. были переключены на производство танков, самолетов, боеприпасов и т. п. Это тоже замедлило реализацию благ, обещанных пролетариату «сильными мира сего».

Все это в итоге вылилось в трагедию Красной армии. Партия власти, то есть правительство, столкнулась с рядом серьезных угроз: 1) вероятность внутренних контрреволюционных заговоров и покушений; 2) вероятность контрреволюционных заговоров с Японией, Германией и внешними врагами; 3) вероятность того, что троцкисты заразят семенами восстания все общество; 4) риск оказаться неспособным взять под контроль электорат на предстоящих выборах; 5) вероятность серьезного спада промышленного производства как в тяжелой, так и в легкой промышленности, а также, в той или иной степени, промышленной дезорганизации.

Учитывая эти условия, представляется естественным и вероятным, что власти предержащие, представляющие собой группу влиятельных личностей, должны направить все свои силы на укрепление своего положения. Принцип самосохранения требует, чтобы они это сделали. Ничто так не укрепляет политическую партию у власти, как страх перед внешней войной и возможным вторжением.

Армия и партия

Конечно же, неоспоримо и то, что источником наибольшей слабости, а также наибольшей силы этого правительства является Красная армия. Это единственный фактор в уравнении, который может очень быстро свергнуть и уничтожить правительство. Военные наблюдатели здесь практически единодушны в своем убеждении, что, с точки зрения живой силы и офицерского состава, это просто великолепная организация. При подготовке и отборе офицеров применяются самые сложные проверки – на физическую силу, крепость нервов и интеллект. Справедливо предположить, что в таких условиях в армии сформировался офицерский класс, хорошо осознающий собственное превосходство. За последние два года это проявилось в воинских званиях, знаках отличия, орденах, украшениях мундиров и тому подобном. Хотя дисциплина в армии и ее техническое оснащение первоклассные, никто лучше этих офицеров не знает, что значит, когда Красная армия лишь «одета и ей некуда идти», если ее не поддержит производство в тылу. Сообщается, что у армии много недовольства и критики в адрес предполагаемой неэффективности политических руководителей промышленности и их неспособности выполнять обязательства по поставкам.

Получается, что на фоне прочих угрожающих ситуаций члены правительства столкнулись еще и с возможной нелояльностью в самой армии. Неудивительно, что для того, чтобы раз и навсегда дать всем понять, что армия – это творение политической бюрократии, а не ее хозяин, все делалось быстро и безжалостно. Обвинение в причастности армейских генералов к возможному вторжению Германии означало мобилизацию народа на поддержку правительства.

Отсутствие фактов о заговоре Красной армии

В настоящее время нет и вряд ли будут доступны факты, которые позволили бы утверждать, что именно произошло и в чем заключалось «преступление» вышеназванных высших офицеров Красной армии. Мнение должно основываться на четких выводах из известных фактов, а таковых немного. Сообщения местной прессы не содержат ничего, кроме предположений. То же самое относится и к манифесту Ворошилова. Практически все, что было сказано, – это позиция правительства, т. е. что эти люди виновны в измене Красной армии, что они вступили в сговор с Германией с целью свержения правительства, они признали свою вину, что их судил «цвет» Красной армии – их сверстники и коллеги – и что доказательства их вины были представлены суду представителям всех военных округов Советского Союза. То, что такая конференция действительно состоялась и что очень большое число офицеров присутствовало в то время здесь, в Москве, подтверждают иностранные военные наблюдатели, видевшие многих офицеров Красной армии, с которыми они ранее встречались в различных частях Советского Союза.

Выводы из известных фактов

Учитывая характер обвиняемых, их длительный срок службы, их признанные отличия в своей профессии, их многолетнюю преданность делу коммунизма, вряд ли можно поверить, что их братья-офицеры – Ворошилов, Егоров, Буденный, Блюхер и многие другие командующие войсками округа – должны были согласиться на их казнь, если бы не были убеждены, что эти люди виновны в каком-то преступлении[43]. В дипломатическом корпусе принято считать, что обвиняемый должен быть виновен в преступлении, за которое в Советском Союзе полагается смертная казнь.

На основании фактов, которыми мы располагаем, можно сделать определенные выводы. Вполне естественно, что сильные духом люди, каковыми и являлись эти мужчины, критиковали политико-бюрократический контроль над промышленностью, когда это мешало армии. Также разумно предположить, что такая группа активно возмущалась системой слежки с помощью подконтрольной политикам системы тайной полиции. Также вполне естественно, что люди с таким характером и особенно с такой подготовкой испытывали глубокое возмущение по поводу возможного разрушения созданной их руками превосходной военной организации, в результате установления политического контроля над военным командованием в каждом военном округе. Вполне справедливо предположить, что эти люди не позволили бы партии, членами которой сами являлись, принять такой курс поведения в качестве «партийного принципа» без энергичного сопротивления. Возможно, они продолжали высказывать такую позицию.

Однако, если бы после 17 мая, когда в результате партийного решения был установлен политический контроль над армией, оппозиция со стороны этих офицеров продолжалась, даже если бы это происходило в форме дискуссий, их действия по большевистским нормам считались бы изменой и преступлением. Основа партийного управления заключается в том, что после принятия партийного решения большинством голосов любое дальнейшее противодействие считается изменой.

При всех указанных условиях вполне обоснованно считать, что партийные руководители, ответственные за осуждение вышеназванных подсудимых, были убеждены, что эти генералы Красной армии переросли своих создателей и представляли серьезную угрозу для партийной организации и господства. Возможно также, что эти партийные руководители без особого труда разглядели в поведении подсудимых явный заговор с целью навязать свою волю партии. При этом они не смогли вступить в сговор с иностранным врагом с целью свержения государства.

В такой напряженной обстановке Сталин и другие руководители партии действовали молниеносно и беспощадно. Они первыми нанесли удар. Коммунизм – это их религия, и, отправляя столь быстрое правосудие за нарушение партийных принципов, они находились в сильной позиции «служения Господу». Это также отвечало их интересам, так как подобными действиями они укрепляли свою власть. Добавив обвинение в государственной измене, они стали оплотом обороны того русского национализма, который постоянно стимулируется всеми доступными формами пропаганды.

Современное состояние сталинского режима

Сталинский режим, как политически, так и внутренне, сейчас, по всей видимости, сильнее, чем прежде. Вся потенциальная оппозиция уничтожена. Однако все зависит от позиции армии. Именно армия, в конечном счете, является здесь ключевым фактором. Не принято считать, что от этих событий сколько-нибудь значительно пострадал моральный дух армии. Это по-прежнему в основном коммунистическая и партийная «гражданская армия». «Партия» настойчиво насаждается армейской молодежи как религия. Вероятно, она слишком глубоко укоренилась в рядовом составе, чтобы ее можно было легко разрушить. Что касается офицеров, то они, несомненно, реалисты. Очень четко и безжалостно установлено, что «босс» – это партия. Тайная полиция – это личное ведомство Сталина и партии. Она в седле и всегда наготове! Новый руководитель этой организации, Ежов, человек сравнительно молодой. Его постоянно видят вместе со Сталиным и считают одной из самых влиятельных фигур в правительстве. Его эффективность и способности вызывают большое уважение. Ворошилов, военачальник, – старый большевик. Его в целом считают сильным и энергичным человеком, чья преданность и убеждения не могут поколебать личные амбиции. По-видимому, он целиком предан Сталину. Все указывает на то, что, по крайней мере, в настоящее время армия была и останется верна партии. Если это так, то во внутренней политике сталинский режим, по крайней мере, на какое-то время еще больше укрепит свою власть.

Влияние за рубежом

Последствия этих расстрелов, вероятно, оказали куда более серьезное воздействие на отношения в Европе за пределами России, чем на положение внутри Советского Союза. Нет сомнений, что эти события сильно поколебали уверенность Франции и Англии в стабильности своего потенциального восточноевропейского союзника.

Заключение

Если не произойдет покушения (на ключевых вождей) или войны, то положение этого правительства и нынешнего режима выглядит на данный момент неприступным и останется таковым еще надолго. Опасность «корсиканского» мятежа на сегодняшний день сведена на нет.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Часть четвертая

Россия глазами соседей 28 июля – 24 декабря 1937 года

_________________________________

ЭСТОНИЯ «ХОДИТ ПО ОСТРИЮ НОЖА»

№ 456 Москва, 28 июля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ В ЭСТОНИИ ПО ОТНОШЕНИЮ К США Совершенно секретно

Сэр!

Воспользовавшись выходным днем, совершил неофициальный визит в Эстонию, посетив столицу страны Таллин.

Нынешнее правительство – это практически диктатура. С развитием фашистских государств вокруг они обнаружили, что их собственная политическая система слаба. Она не способна была принимать быстрые и авторитетные решения, необходимые для защиты страны. Слишком много времени уходило на дебаты. Дабы не допустить, чтобы страна свалилась в пропасть абсолютного фашизма, как это произошло в Германии, президент – человек очень высоких взглядов – с помощью других сильных личностей мирно узурпировал власть и установил «доброжелательную» диктатуру, которая обеспечила преемственность политики и оперативные действия, когда это было необходимо в национальных интересах. Такие действия были предприняты при понимании того, что должна быть разработана конституция и вынесена на плебисцит с целью создания сильной формы демократического правительства.

Доминирующей внутриполитической нотой является лозунг «Эстония для эстонцев». Националистический комплекс весьма силен. Эстонец немецкого происхождения, даже если он проживает в Эстонии несколько сотен лет, с политической точки зрения все равно не является чистым эстонцем. Большое внимание уделяется сохранению культурной независимости Эстонии.

Их отношение к России носит дружелюбно-формальный характер. Им хочется ладить со своим большим соседом, но они все еще помнят про неудачный коммунистический путч 1924 года.

Вместе с Латвией и Литвой Эстония входит в Балтийский блок. Весь этот блок озабочен сохранением своих националистических образований, как между Германией и Россией[44]. Все они жизненно заинтересованы в поддержании мира.

Как и остальные восточноевропейские страны, Эстония обеспокоена тем, что «ходит по острию бритвы» и балансирует между Германией и Россией. Она является членом Лиги Наций и в целом «идет в ногу» в европейских делах. Как сказал мне один из этих джентльменов: «Мы являемся членом Комитета по невмешательству в Лондоне. Однако нам повезло, что наше представительство там скромное и признает ограничения, связанные с нашими размерами и малозначимостью. Мы не принимаем ничью сторону. Откровенно говоря, мы не хотим оказаться в рискованном положении, которое предполагает принятие чьей-либо стороны. Мы откровенно говорим обеим сторонам, что пойдем на поводу у большинства». Это ключевой момент их внешней политики. Однако, согласно последнему анализу, сейчас над Эстонией доминирует Англия. Совсем недавно страну с коммерческим, квазиполитическим туром доброй воли посетил лорд Плимут.

В Эстонии, как и в Латвии, существует значительный «блок» немецкого меньшинства. Это тревожный элемент. Всегда существует угроза, что если Германия восстановит контроль над Эстонией, то эта группа займет свое прежнее доминирующее положение.

Они, похоже, считают, что чисто с военной точки зрения, в случае нападения Германии на Россию, окажутся вне опасной зоны. Когда я обратил внимание на то, что военно-морское нападение на Балтику и Ленинград является одним из двух основных планов, которые, по мнению экспертов, могут быть разработаны Германией в случае нападения на Россию, они ответили, что не согласны с такой теорией. Эстония расположена слишком далеко на севере. Целью нападения будет Москва, а не Ленинград, и что сухопутный путь к Москве, пролегающий дальше на юг, оставит их в стороне. Они настаивали на этом, несмотря на предположение, что Таллин был раньше русским морским портом Ревель и напрямую связан железнодорожным сообщением с Ленинградом.

Я провел два дня в Таллине, столице, и один день в Нарве – старом центре российской текстильной промышленности, который в значительной степени утратил былое значение.

Как в городах, так и в сельской местности наблюдаются признаки бережливости, благополучия, комфорта, чистоты и самоуважения.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Журнал Стокгольм, 8 августа 1937 года

Мне было интересно найти подтверждение заявлению Литвинова, сделанного мне по случаю визита Сандлера в Москву, о чем ранее сообщалось в Департамент. Мне было сказано почти в тех же выражениях, что, по их мнению, статья 16 Пакта должна быть изменена таким образом, чтобы освободить малые страны от обязательств экономических или военных санкций, чтобы они могли сохранить свой нейтралитет.

Наличие Скандинавского блока, включающего Финляндию, было заявлено как признанный и реализованный фактор в европейской дипломатии. Было также подтверждено желание шведского правительства, чтобы Финляндия подтвердила факт отсутствия недружественных отношений с Россией до своего участия в блоке, так как они заинтересованы, прежде всего, в сохранении целостности и нейтралитета Скандинавских стран в случае проблем между Россией и Германией или других европейских обострений.

Что касается перспектив европейского мира, мне сказали, что в последнее время ситуация выглядит гораздо лучше, особенно в связи с предстоящим сближением Англии и Италии и уменьшением опасности со стороны Испании. Тем не менее это, безусловно, весьма шаткая ситуация, поскольку любая случайность способна спровоцировать вооруженный конфликт.

_________________________________

Дневник Москва, 10 августа 1937 года

В Москве сейчас находится мой старинный друг Сэм Унтермайер, которому уже за восемьдесят, но который бодр и здоров. Он уже бывал здесь раньше. Он в восторге от выдающихся достижений правительства в строительстве московского метро, которое, по его словам, является одной из лучших систем метрополитена в мире. И, сказал он, «вы знаете, что я специализируюсь на метро», ссылаясь на свою борьбу за город Нью-Йорк в связи с пятицентовым тарифом и проблемой метро. Россия для него крайне увлекательна. Он сказал, что меня следует особо поздравить с назначением на эту должность. Для него это один из самых интересных дипломатических постов в мире. Своему племяннику, Лоуренсу Стейнхардту, он повторял, что из всех назначений должность в России – самая желанная. Работа здесь жизненно важна и обладает огромным потенциалом не только в европейском, но и в общемировом масштабе.

Он еще очень долго продолжал в том же духе. Мы с ними были друзьями на протяжении многих лет. Его проницательный ум, широта и здравость суждений делают его весьма незаурядным человеком.

_________________________________

ЗАСТУПНИЧЕСТВО ЗА ОТЦА БРАУНА

Ленинград, 10 августа 1937 года

ЕГО ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ М.М. ЛИТВИНОВУ

Многоуважаемый господин народный комиссар!

Позвольте привлечь ваше внимание в связи с вопросом, который меня крайне беспокоит. Это связано с американским гражданином – отцом Брауном – который, как оказалось, является католическим священником. Он сейчас проживает во французском посольстве и обслуживает местных католиков.

Лично я очень хорошо знаю отца Брауна и очень уважаю его за характер и безупречную преданность своим убеждениям. Уверен, что во всех отношениях это человек чести.

Между ним и соответствующими советскими властями возникли некоторые разногласия в связи с возможной передачей некоторых записей о рождении и браке, которые находятся у него на хранении. Насколько понимаю, он предложил властям возможность ознакомиться с этими записями, но по соображениям совести очень хочет, чтобы они не покидали его местопребывания.

Учитывая дух дискуссий, которые вы вели с президентом Соединенных Штатов, результатом которых стали ноябрьские соглашения 1933 года[45], я надеюсь, что ваше уважаемое правительство сочтет нужным не позволить этому вопросу перерасти в инцидент или проблему, которая, по моему разумению, окажет неблагоприятное воздействие на чувства большой части американского народа.

Пожалуйста, рассматривайте эту записку не как официальное заявление, а как мое личное послание и просьбу к вашему уважаемому правительству, поскольку в данный момент я не хочу вступать в обсуждение юридических аспектов создавшейся ситуации.

Буду весьма признателен за любое личное внимание, которое вы можете уделить этому вопросу и, заверяя вас в моем глубоком уважении и почтении, остаюсь

Искренне ваш,

Джозеф Э. Дэвис

В этой ситуации, как и во многих других визовых вопросах, касающихся отца Брауна, Министерство иностранных дел неизменно шло навстречу моим просьбам.

_________________________________

ХОДАТАЙСТВО ПО ПОВОДУ КОМПАНИИ «ИНТЕРНЭШНЛ БИЗНЕС МАШИНС»

Ленинград, 10 августа 1937 года

ЕГО ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ МАКСИМУ ЛИТВИНОВУ

Многоуважаемый господин народный комиссар!

Позвольте обратить ваше внимание на вопрос, который сейчас находится на рассмотрении в соответствующих визовых органов советского правительства, в связи с продлением визы г-на Шервдта, который является американским гражданином и представителем американской компании «Интернэшнл бизнес машине» и в настоящее время находится в Москве.

Компания «Интернэшнл бизнес машине» занимается производством и сдачей в аренду различных типов машин бухгалтерского учета и отчетности для использования на крупных предприятиях. У компании длительные деловые отношения с различными ветвями советского правительства, и эти отношения, насколько понимаю, всегда были приятными.

На самом деле многие советские учреждения в настоящее время используют эти счетные машины, которые представляют собой весьма значительные капиталовложения, и присутствие г-на Шервдта в Москве частично объясняется желанием компании иметь своего человека на месте, чтобы убедиться, что эти машины содержатся в надлежащем состоянии и оптимально эксплуатируются.

Учитывая такое положение, мне представляется целесообразным разрешить г-ну Шервдту остаться в Советском Союзе.

Помимо этого, я заинтересован в этом, потому что главой компании «Интернэшнл бизнес машине» является господин Томас Уотсон.

Г-н Уотсон относится к тому типу людей, которые отдают много сил и времени на решение вопросов, представляющих скорее общественный, нежели частный интерес. Он широко известен во всех либеральных кругах американского бизнеса и является близким другом нашего замечательного президента. Он, несомненно, относится к тому типу людей, которые с пониманием отнесутся к гуманитарным порывам и начинаниям Советского Союза, и мне было бы крайне неприятно, если бы он почувствовал, что с ним поступили недружелюбно и несправедливо. Возможно, вы знаете г-на Уотсона, поскольку он принимал активное участие в международных делах, а сейчас является президентом Международной торговой палаты.

Прошу простить, что отвлек ваше внимание по такому пустяковому поводу в тот момент, когда вы наверняка заняты крайне важными государственными делами[46].

С заверениями в глубочайшем уважении, остаюсь искренне ваш,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

СИТУАЦИЯ С ЗОЛОТОМ

По пути в Ригу, 12 августа 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГЕНРИ МОРГЕНТАУ

Дорогой Генри!

Когда в июне мы с Бингхэмом были в Лондоне, то обедали с российским послом Майским, весьма способным и проницательным человеком, и мы намеренно старались под внешней непринужденностью подчеркнуть большую заинтересованность Советского Союза в защите цены на золото, и думаю, достаточно недвусмысленно (без прямого обращения) донесли до него мысль о том, что сотрудничество советского правительства с Соединенными Штатами, в частности с Казначейством США, является весьма мудрым шагом. Уверен, что он доложил об этом своему правительству.

В Лондоне я также имел довольно продолжительную конференцию с Литвиновым, и подробно обсудил с ним положение на мировом рынке золота, и на него, казалось, произвела впечатление моя рекомендация установить более тесные контакты с вами, и заявил, что дал разрешение на назначение дополнительного секретаря, который будет прикреплен к советскому посольству в Вашингтоне для контактов с Казначейством. Я задал ему прямой вопрос о том, каково фактическое производство золота и сколько составляют их нынешние золотые запасы. От ответа он уклонился. Однако конфиденциально сообщил мне, что нынешние оценки весьма преувеличены. Конечно, при здешнем режиме Литвинову приходится быть очень осторожным, чтобы держаться в рамках дозволенного, и он, естественно, не решится посягнуть на военные полномочия правительства, которое ревностно оберегает данные о золотом запасе страны как военно-стратегическую тайну и которое, без сомнения, постоянно преувеличивает его размеры в целях пропаганды и возможного воздействия на своих врагов.

Искренне ваш,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

АРЕСТЫ НЕМЦЕВ В РОССИИ

Журнал Рига, 13 августа 1937 года

Насколько понимаю, посол Германии обратился в советский МИД с протестом против арестов немецких граждан, которые, как сообщалось, были произведены в Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове, Тифлисе и других местах. Согласно официальным сообщениям, большинство арестованных подозревались в шпионаже.

_________________________________

КОНФИДЕНЦИАЛЬНОЕ РЕЗЮМЕ ДЛЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО СЕКРЕТАРЯ

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

Прага, 1 сентября 1937 года

Дорогой Корделл!

После переговоров с президентом и вами я запланировал упомянутые поездки в различные страны, прилегающие к Советскому Союзу, с целью получить из первых рук информацию о ключевых фигурах и действующих силах. Это было для меня крайне важно, и думаю, что «Краткое изложение фактов», которое я направляю в Департамент, должно оказаться для вас полезным. Я проделал тяжелую, но весьма ценную работу.

К настоящему времени я посетил (без лишнего шума) все страны Балтийского и Скандинавского блоков – Эстонию, Латвию, Литву, Финляндию, Швецию, Данию, а также Мемель и Данциг[47]. По пути в Москву мне предстоит еще посетить Чехословакию и Польшу.

Германии противостоит Советский Союз. Германии выгодно представлять Советский Союз как угрозу цивилизации. На самом же деле, по крайней мере сейчас, на мой взгляд, Россия является искренним сторонником мира. Конечно, с экономической точки зрения ей выгоден мир, пока она развивает свои огромные ресурсы и промышленность и укрепляет свое правительство. С географической точки зрения Советскому Союзу повезло. Ее просторы помогли в свое время одолеть Наполеона.

Страны Балтии – внешняя политика

Эстония, Латвия и Литва, созданные Лигой Наций, проводят одну базовую внешнюю политику – желание защитить свой суверенитет и свою независимость. Находясь между двумя соседями, которых они боятся, Эстония и Латвия менее дружелюбны к Советскому Союзу, чем Литва. У Литвы существует спор с Польшей, возникший в результате захвата Польшей ее древней столицы, Вильно. Ситуация напряженная. Граница между двумя странами, по крайней мере частично, забаррикадирована. Все коммуникации перекрыты. Литва снова опасается, что ее единственный настоящий морской порт, Мемель, который сейчас представляет собой полуавтономное государство Лиги Наций с преобладающим немецким населением, может быть захвачен Германией. На самом деле, по моему мнению, за исключением военной необходимости, вызванной нападением Германии на Россию, от приобретения Мемеля или Литвы Германия мало что выиграет, кроме удовлетворения национальной гордости. Уровень жизни в Литве низок, а ее ресурсы настолько скудны, что приобретение Литвы Германией может легко размыть уровень жизни самой Германии, и любое такое приобретение Литвы станет скорее пассивом, а не активом. В силу названных причин и своего географического положения Литва больше зависит от России, чем от других государств.

Скандинавский блок

И здесь внешняя политика и отношение этих государств к Лиге Наций обусловлены их географическим положением на Северном и Балтийском морях и в зоне возможного военного конфликта между Германией, другими европейскими странами и Россией. Их жизненно важной целью является сохранение целостности и нейтралитета, а положение Финляндии как почти явной военной базы Германии в случае нападения с севера на Ленинград ставит ее в наиболее опасное положение. Скандинавский блок – это свободная организация, целью которой является защита нейтралитета и независимости этих северных стран. Они полагаются на Лигу Наций, но склонны (Швеция вполне открыто) выступать за изменение статьи 16 Пакта, чтобы освободиться от санкций, как экономических, так и военных, с тем чтобы надежно защитить свой нейтралитет.

Как и в странах Балтии, здесь также преобладает британское влияние. Великобритания – лучший покупатель, а их валюты привязаны к фунту стерлингов.

Отношение к Германии

Во всех этих государствах главной задачей внешней политики является поддержание баланса между Россией и Германией. Примечательно, что Финляндию не принимали в Скандинавский блок до тех пор, пока Швецию не заверили, что отношения между Россией и Финляндией мирные и дружественные. Предпринимаются постоянные усилия по выстраиванию строго корректных и официальных отношений с обеими странами.

Отношение к России

Эти страны, похоже, не боятся заразиться коммунистическими доктринами через российскую радиопропаганду или иным образом. Однако практически все они склонны недооценивать развитие и экономический прогресс России и нынешнюю силу ее правительства. Они практически единодушны во мнении, что у России есть «воля к миру». Такая уверенность была сильно поколеблена расстрелом красных генералов и продолжающимися «чистками».

Западный Локарно и восточноевропейский мир

Одним из наиболее ценных итогов таких визитов стало указание на план, который вынашивали Англия и Франция ради сохранения мира в Восточной Европе, если соглашение о мире в Западной Европе будет заключаться между Англией, Францией и Италией и если Россия останется в стороне, о чем свидетельствуют события последних трех месяцев. Такая идея вкратце сводилась к следующему, и она была высказана Невиллом Чемберленом в течение последних нескольких недель моему «информатору», министру иностранных дел Латвии. Поскольку все сходятся во мнении, что Гитлер не подпишет никакого договора со Сталиным, предполагалось, что в рамках Локарнского соглашения и одновременно с ним Германия заключит пакты о ненападении со странами, граничащими с Россией, аналогичные тем, которые уже существуют между Россией и этими государствами, в результате чего конфликт между Германией и Россией будет сведен к минимуму из-за наличия «нейтральной» территории между ними; и таким образом будет обеспечена «крыша» для двух вышеназванных антагонистов, что и сохранит мир в Восточной Европе.

Считаю, что эта информация имеет первостепенное значение, поскольку является первым предположением о том, что имеет в виду Англия в связи с советско-французской ситуацией для сохранения мира на Востоке. Это объясняет недавние попытки умиротворения Германии, которые, по-видимому, делаются за счет Советского Союза.

Россия, Япония и Китай

Около двух недель назад ездил в Ленинград и поддерживал связь с коллегами по поводу происходящего в Москве. Каждые два дня разговаривал по междугородной связи с г-ном Хендерсоном, поверенным в делах. Кремль определенно «преуменьшает» любую возможность активного участия Советского Союза в действиях против Японии. Они прилагают все усилия, чтобы оставаться в тени. На первый взгляд ситуация именно такова. Однако не стал бы утверждать о добросовестности такого подхода. У меня нет никаких сомнений в том, что в глубине души Россия желает помочь Китаю. Что ее сдерживает, так это страх перед возможным нападением Германии в случае активного вмешательства, а также, возможно, опасения за лояльность восточных войск, пока не стабилизируется внутренняя ситуация после нынешних расстрелов и «чисток». В случае если Япония через Китай начнет всерьез угрожать железнодорожным коммуникациям и озеру Байкал, Советский Союз, несомненно, вмешается.

Колхозы и нефтяные месторождения

По возвращении планирую совершить инспекционную поездку, осмотрев ряд колхозов, а также проекты социального обеспечения в Черноморском регионе. Остается еще один очень важный вид экономической деятельности в России, который я хотел бы осветить, а именно: положение с нефтяными разработками в Баку и на Кавказе. Контакты и возможные конфликты персидских, английских, турецких и русских интересов имеют крайне важное значение; и я хотел бы доложить вам об этом из первых рук. Завершив составление докладов об этих мероприятиях, я чувствую, что с информацией из первых рук я смогу достаточно полно осветить экономическую, а также политическую деятельность Советского Союза. К 15 октября все отчеты будут подготовлены.

Я попытался кратко описать все события и высказать свое мнение.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Париж, 4 сентября 1937 года

Прибыл сюда на день. Вечером на крыше немецкого павильона на выставке был устроен ужин «для своих». Мадам Рузвельт, сенатор Баркли с дочерью, сенатор Боб Ла Фоллетт с супругой, сенатор Альва Томас с супругой, сенатор Маккеллар, сенатор Генри Холлис, миссис Малдауни и мисс Янг (которые пришли с Ла Фоллеттами), мистер и миссис Бесс из Москвы, Чарли Наттер (Ассошиэйтед Пресс), Москва, направляющийся в Мадрид. Это была очень приятная вечеринка.

Боб Ла Фоллетт превратился в исключительно сильную личность, с уравновешенным характером. Когда-нибудь из него может получиться хороший президент. Олбен Баркли хорошо выглядит и является действительно незаурядным человеком – гораздо более незаурядным, чем кажется, благодаря своей скромности и простоте. Получил истинное удовольствие от встречи со старыми друзьями, Маккелларом и Томасом. Приятно осознавать, что такие люди служат нашей стране.

Во встрече со старыми друзьями в чужой стране всегда есть нечто такое, что придает ей изюминку.

_________________________________

ПИРАТСТВО В СРЕДИЗЕМНОМОРЬЕ

Журнал Париж, 6 сентября 1937 года

Сообщается, что советское правительство направило в итальянский МИД ноту с резкими формулировками, в которой ответственность за потопление двух российских судов в Восточном Средиземноморье возложило на Италию и потребовало возмещения ущерба и наказания виновных.

Итальянское правительство отказалось взять на себя ответственность за атаки советских судов и целиком отвергло требования о возмещении ущерба и наказании виновных.

Приглашения на конференцию по предотвращению пиратства в Средиземном море, которая состоится в Ньоне в сентябре, были переданы французскими и британскими представителями правительствам Италии, Греции, Югославии, Турции, Египта и Албании в каждой из соответствующих столиц – как средиземноморским державам, подписавшим Конвенцию о подводных лодках 1936 года; правительствам СССР, Румынии и Болгарии, так и черноморским державам, имеющим выход в Средиземное море; а также Германии – как непосредственно заинтересованной в схеме контроля и являющейся жертвой нападений.

Это лишь еще один из многочисленных примеров наглости агрессоров в упомянутом эпизоде с «пиратской» подводной лодкой. Дипломаты, засучив рукава, то ли с отвращением, то ли с злорадством наблюдают за тем, как этим диктаторам все сходит с рук. Никто не сомневается, что на самом деле эти атаки на российские корабли, перевозившие грузы в Испанию, были совершены итальянскими подводными лодками.

Согласия на франко-британские приглашения на Средиземноморскую конференцию были получены от СССР, Греции, Египта, Румынии и Болгарии.

В ответном письме советского правительства, в котором «признавалась недопустимость нападений итальянских военных кораблей на торговые суда», задавался вопрос, почему приглашение было направлено Германии, которая не является средиземноморской державой, и выражено требование о том, чтобы также была приглашена Испания.

_________________________________

Дневник Виши, 7 сентября 1937 года

Остановился на несколько дней в Виши, где Марджори проходит лечение, а я совершаю длительные пешие прогулки.

Мы много гуляли и ходили по магазинам – «антиквариат». Наткнулись на весьма необычный чайный сервиз, сделанный севрскими мастерами в Санкт-Петербурге по заказу Екатерины для ее любовника, графа Орлова. Также видели бронзовую голову Вольтера работы Гудона, с письменного стола Екатерины во дворце, и еще портрет Вольтера, также из библиотеки Екатерины в Эрмитаже.

_________________________________

ПРЕДПОЛАГАЕМАЯ АКТИВНОСТЬ ГЕРМАНИИ И ФИНЛЯНДИИ В РОССИИ

Журнал Будапешт, 22 сентября 1937 года

Из Москвы до меня доходят слухи о том, что в Ленинградской области расстрелян двадцать один человек за организованную деятельность против губернского Совета.

Объявлено о раскрытии серьезного заговора в Карелии, целью которого было отрезать Мурманский порт и Кольский полуостров путем захвата железнодорожной ветки, ведущей в этот район ниже Петрозаводска. Предполагалось, что к этому причастны немецкие и финские агенты.

_________________________________

ПРЕДПОЛАГАЕМЫЙ ПОДРЫВ ХИМИЧЕСКОГО ЗАВОДА НЕМЕЦКИМИ ШПИОНАМИ

Журнал Вена, 29 сентября 1937 года

В сообщениях из Москвы говорится о казни многочисленных чиновников в Харькове, Ростове-на-Дону, Свердловске, Тифлисе и других местах. А в Ленинграде шестнадцать человек были расстреляны за заговор с целью убийства членов правительства и подрыва химического завода. Их назвали агентами немецкой тайной полиции.

_________________________________

Дневник Москва, 4 октября 1937 года

В 17.30 на пресс-конференцию пришли журналисты: Уолтер Дюранти, Анна Луиза Стронг, Родман, Мэссок, Дьюэл, Джо Барнс и Джим Браун. Я передал им текст подготовленного заявления, а затем мы в неофициальной обстановке подробно обсудили положение в Европе, Японию, Китай и то, что происходит здесь. Дюранти был настроен весьма пессимистично. Из того, что ему известно о последних событиях в Чехословакии и на Балканах, он однозначно считает, что война со стороны Гитлера начнется очень скоро.

_________________________________

РЕЧЬ ПРЕЗИДЕНТА РУЗВЕЛЬТА В ЧИКАГО

Журнал Москва, 5 октября 1937 года

Президент выступил в Чикаго с большой речью. Он выразил сожаление по поводу нестабильности в мире и того, что на смену высоким надеждам, зародившимся после заключения Келлогского договора (Пакт Келлога – Бриана), пришел навязчивый страх перед грядущей бедой. «Нынешнее господство террора и международного беззакония возникло несколько лет назад, – заявил он, – и сейчас достигло той стадии, когда под серьезную угрозу поставлены сами основы цивилизации… Нации разжигают и принимают ту или иную сторону в гражданской войне в странах, которые никогда не причиняли им никакого вреда… Нации, требующие свободы для себя, отказывают в ней другим».

Затем он высказал предупреждение: пусть никто не думает, что, если в других частях света ситуация ухудшится, Америка спасется и будет, как раньше, спокойно следовать этике и искусству цивилизации. Если эти дни не наступят, то «миролюбивые нации, – заявил он, – должны приложить совместные усилия для поддержания законов и принципов, на которых только и может покоиться мир. Они должны предпринять согласованные усилия в противостоянии тем нарушениям договоров и игнорированию гуманных инстинктов, которые сегодня создают „международную анархию" и нестабильность и от которых невозможно спастись простой изоляцией или нейтралитетом».

В современном мире существует солидарность и взаимозависимость, как техническая, так и моральная, что делает невозможным для любой страны полностью изолировать себя от потрясений, особенно когда такие потрясения, по всем признакам, распространяются все сильнее. Восстановление святости международных договоров и поддержание международной морали является для американского народа вопросом жизненной важности.

Затем он упомянул о весьма высокой стоимости вооружений и сказал, что Соединенные Штаты тратили на них гораздо меньше, чем многие страны, но: «Тем не менее я, как и вы, вынужден смотреть вперед. Мир, свобода и безопасность девяноста процентов населения планеты находятся под угрозой со стороны остальных десяти процентов… Ситуация, безусловно, вызывает всеобщую озабоченность». Далее он отметил, что в случае распространения эпидемий физических заболеваний общество всегда одобряет карантин для больных и присоединяется к нему. По поводу этой речи мне позвонили несколько членов дипломатического корпуса. Речь произвела небольшую сенсацию, что неудивительно, ведь в ней прозвучало четкое заявление о предстоящей проблеме, которое когда-либо было высказано.

_________________________________

ЭПИЗОД, ХАРАКТЕРНЫЙ ДЛЯ РОССИИ

ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА ГЕНЕРАЛ-МАЙОРУ УОТСОНУ

Вот еще одна история, которую на днях рассказал мне Демари Бесс из «Крисчен сайенс монитор». Это может рассмешить «Босса».

Миссис Бесс наняла рекомендованного мной русского сотрудника посольства, чтобы тот кое-что покрасил. Вскоре после этого беднягу арестовали. После десятидневного «заточения» его выпустили. Вернувшись, он с большой гордостью рассказал миссис Бесс о том, что с ним произошло, и заявил, что никогда не пользовался привилегией быть связанным с такими людьми и даже не мечтал о таком блестящем интеллектуальном общении, какое встретил среди товарищей по заключению, и остался весьма доволен своим более высоким социальным статусом.

_________________________________

Дневник Москва, 7 октября 1937 года

Пришел посол Трояновский, и мы беседовали около часа. Он подробно рассказал о факторах, которые служат предпосылками для оправдания вышеназванных казней. Он описал наивность простого народа и даже членов правительства по поводу того, что членство в партии дает какую-то гарантию надежности и всегда внушает доверие. Он заявил, что страна, по сути, кишит шпионами враждебных стран, которые годами привлекались на службу в качестве членов коммунистической партии и даже проникали в правительство. Он заявил, что у него самого неоднократно возникали подозрения. Англия и Франция, по его словам, тоже поражены этой заразой. Сталин, возможно, позже изложит миру «свою версию» такого положения.

Трояновский возвращается в Штаты. Он человек способный, преданный своим вождям и своей партии.

_________________________________

Москва, 15 октября 1937 года

ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА СЕКРЕТАРЮ ХАЛЛУ

За последние несколько дней у меня состоялось несколько интереснейших бесед, на которых со мной согласились говорить лишь при условии, что, сообщая о них, я буду проявлять чрезвычайную осмотрительность. Для меня стало откровением то, как мало местные дипломаты полагаются на конфиденциальность кодов. Вынужден был послать курьера в Париж, чтобы информация была передана вам оттуда. Это было условием, при котором я получил такую информацию.

_________________________________

Дневник Москва, 16 октября 1937 года

На обед и игру в бридж пришли посол Россо, посол Сигэмицу и посланник Урбайе из Норвегии.

Итальянский посол Россо привлек себе в партнеры японского посла и весело болтал о «нациях-агрессорах». Я подшучивал над ними, когда один из «агрессоров» не смог взять взятку со своим одиноким тузом, имея перевес против заявки на игру, и когда этот ход «подставил» бы участников. Возможно, «агрессоры», в конце концов, не так уж умны. Мы неплохо повеселились.

_________________________________

ПОЛОЖЕНИЕ В ЕВРОПЕ

Москва, 25 октября 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ БЕРНАРДУ М. БАРУХУ

Мой дорогой Бирни!

После отъезда у меня состоялась интереснейшая двухчасовая конференция с президентом Чехословакии Бенешем и такая же – с адмиралом Хорти, регентом Венгрии, а также с министром иностранных дел Австрии. Хотя все мои поездки в летний период были частью довольно тяжелой работы, тем не менее они явно того стоили. Я получил представление, а возможно, и глубокое понимание истинного отношения различных министерств иностранных дел и ведущих государственных чиновников стран, которые я посетил, не только к Советскому Союзу, но и к европейским проблемам и европейскому миру.

Зная, что Соединенные Штаты не преследуют корыстных целей в Европе, во всех этих ситуациях я был предельно откровенен в беседах, всегда носивших неофициальный характер. На самом деле я получил ценнейшую информацию, которая не относилась к общеизвестной и которую я был обязан устно сообщить лишь президенту и государственному секретарю.

После нашей беседы в Париже я много размышлял над вашим четким и ясным изложением проблемы европейского мира. Оно характерно для того видения и ясности суждений, которые вы применяете к тем или иным проблемам. И хотел бы, чтобы это оценили по достоинству.

Европейская ситуация может выглядеть благоприятной в один день и невероятно мрачной – в другой. Ситуация развивается калейдоскопически. Положение в Испании выглядит не лучшим образом, но, возможно, Франко быстро решит этот вопрос путем убедительного военного успеха. Остается выяснить, будут ли по-прежнему служить яблоком раздора Балеарские острова. Гитлер вновь раздувает щеки по поводу того, что немецкие меньшинства в Чехословакии якобы притесняют. Очевидно, он всячески разогревает эту ситуацию. Франция, похоже, набирает силы. Англия, как обычно, ведет дальновидную объективную и реалистичную игру. Теперь, похоже, Япония вновь продемонстрирует, что воспользуется шансом для нанесения удара, когда мир поглощен другими проблемами. И похоже, это сойдет ей с рук.

«Террор» в этих «чистках» – нечто ужасное и устраивается для того, чтобы правительство осталось у власти. Как ни странно, они вполне искренне желают улучшить положение простых людей. Слабость, которую Западная Европа видит в России, является скорее результатом принятия желаемого за действительное, нежели объективной оценки.

Спешно,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 28 октября 1937 года

Провел долгую беседу с послом Великобритании во время совместной прогулки по лесу. Нас обоих сопровождали ребята из ГПУ, которые, казалось, получали истинное удовольствие от этой прогулки. Они держались на почтительном расстоянии, но не упускали нас из виду. Я согласился с общим мнением о том, что чистки и казни не подорвали политическую силу правительства.

_________________________________

Дневник Москва, 29 октября 1937 года

На обед пришел Литвинов.

Когда из моих уст прозвучало предложение отправить русский балет на Всемирную выставку в Нью-Йорке, он в шутку заметил, что они (танцовщицы) весьма красивы и привлекательны, могут влюбиться в кого-нибудь в Нью-Йорке и не вернуться в Москву. А если серьезно, добавил он, это, вероятно, внесет такую сумятицу в расписание оперы и балета, что сорвет все планы. Он предложил, почему бы не отправить туда мужской хор Красной армии. «Надеюсь, у нас все получится. Поют они великолепно».

_________________________________

РУССКИЙ НАЦИОНАЛИЗМ В ФИЛЬМАХ

30 октября 1937 года

ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА К МИССИС ДЭВИС

Всегда услужливый Бендер по моей просьбе устроил для нас показ нового советского фильма «Петр Первый». Нас приняли Литвинов и Барков. К ним также пришли итальянский посол, лорд и леди Чилстон, французский посол Кулондр с супругой, норвежский посланник и еще несколько человек. Нас провели в маленький красивый театр с большими и удобными креслами[48]. Нам показали двухчасовой показ этого очень

_________________________________

Журнал Москва, 31 октября 1937 года

Протестантские евангелические церкви Германии отметили День Реформации чтением особой молитвы, в которой говорилось:

«В наши дни Церковь Христа терпит притеснения… Попирается вера во Христа… Провозглашается новая религия, в которой больше нет места библейскому учению».

Бедный Нимёллер и десятки других служителей Божьих схвачены гестапо! Сто тридцать арестованных – о таком количестве сообщается сегодня в новостях.

_________________________________

РЕВОЛЮЦИЯ В РОССИИ – ДВАДЦАТИЛЕТИЕ

№ 735 Москва, 15 ноября 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ПРАЗДНОВАНИЕ ДВАДЦАТОЙ ГОДОВЩИНЫ СОВЕТСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Сэр!

Три дня – 6, 7 и 8 ноября 1937 года – объявлены в СССР государственным праздником в честь двадцатой годовщины советской революции.

Общая программа

Главными мероприятиями, предусмотренными официальной программой, стали:

го производства – модернистская, довольно красивая и весьма удобная. Фильм всегда показывали во второй половине дня. Чай и пирожные подавались на маленьких столиках, которые стояли рядом с глубокими удобными креслами.

1. Большое публичное собрание (по приглашениям), состоявшееся вечером в субботу, 6 ноября, в Большом оперном театре.

2. Праздничные мероприятия на Красной площади в воскресенье, 7 ноября, в том числе смотр частей Красной армии, а также проход клубных делегаций. На правительственной трибуне присутствовали Сталин, генеральный секретарь Коммунистической партии, и президент Калинин, премьер Молотов, маршал Ворошилов и другие партийные вожди.

3. Прием, организованный Министерством иностранных дел для членов дипломатического корпуса, который состоялся на Спиридоновке – в официальном развлекательном заведении, предназначенном специально для подобных случаев.

Торжества в Большом оперном театре

Начало мероприятия было запланировано на 18 часов вечера в субботу. Однако входные билеты на торжество были вручены членам дипломатического корпуса только в полдень. Задолго до этого часа площадь перед красивым старинным зданием театра была заполнена людьми. Непосредственно перед театром стояли две белые, большие и красивые статуи Сталина и Ленина, окруженные флагами и знаменами различных республик СССР, на фоне красных стягов и цветов в отраженном свете уличных фонарей. Фасад старого оперного театра был украшен аналогичным образом, и особый эффект был достигнут за счет отраженного освещения четырех больших портретов Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина, простирающихся через весь фасад театра. Интерьер был оформлен аналогично и тоже произвел большое впечатление. Шесть ярусов лож, расположенные по кривой[49], были разделены длинными красными полотнами с коммунистическими лозунгами, написанными золотыми буквами. Сцена шириной не менее восьмидесяти футов была завешена огромными красными плюшевыми шторами, составляющими фон для еще одной белой статуи Ленина и большого портрета Сталина прямо за ней – все это было обильно украшено цветами. Поперек сцены стоял длинный стол, за которым сидели президент Калинин и группа правительственных чиновников.

Во втором ярусе, сразу за Калининым, сидели Сталин, Ворошилов и Ежов (начальник тайной полиции). Открытие заседания было встречено с большим энтузиазмом и продолжительными аплодисментами.

Первым с трибуны выступил премьер Молотов. Это была академическая, образцовая речь, которая продолжалась около двух часов. Выступление было не слишком интересным, но прерывалось частыми аплодисментами, особенно при упоминании имени Сталина. Во время длинной речи было заметно, что Сталин, Ворошилов и Ежов на заднем ряду о чем-то перешептывались и шутили между собой.

После выступления был объявлен тридцатиминутный перерыв, и в фойе, расположенном сразу за дипломатическими ложами, для членов дипломатического корпуса был устроен фуршет с холодными закусками.

После антракта был показан советский фильм о Ленине и его деятельности в течение трех дней накануне свержения правительства Керенского. Картина была поставлена хорошо. Конечно, фильм насквозь пропитан пропагандой. Очевидно, образ Сталина использовали намеренно, ради нескольких кадров, чтобы показать, что между Лениным и Сталиным существовало дружеское доверие.

После фильма состоялся концерт – с песнями, народными танцами и т. д., который продолжался до самого утра.

Празднование на Красной площади

Все обладатели пригласительных билетов должны были занять свои места к 9.30 утра воскресенья. Билеты были доставлены лишь накануне вечером, а в некоторых случаях – в 8 часов утра. Билеты могли получить только главы посольских миссий и первые секретари. Практически весь дипломатический корпус располагался в дипломатической ложе, которая находилась непосредственно рядом с трибуной на вершине Мавзолея Ленина, где стояли Сталин, Калинин, Ворошилов, Ежов и другие. Непосредственно напротив трибуны перед Кремлем, а также на обоих концах площади стояли навытяжку роты солдат и матросов со знаменами. Их, вероятно, насчитывалось шесть или семь тысяч человек. Большое впечатление произвел оркестр, состоящий примерно из шестисот или даже восьмисот человек. На стенах здания, обращенных к зрителям, висели красные знамена и полотна с лозунгами. Среди них выделялся переведенный на разные языки лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». В 10 часов утра Ворошилов, командующий Красной армией, выехал из Кремлевских ворот на очень красивом коне и осмотрел каждую часть выстроенных на площади войск в сопровождении начальника Московского военного округа, маршала Буденного, и их помощников. Затем начался парад, который проходил перед трибуной, на которой стояли Сталин, Молотов, Калинин, Ежов, Димитров (глава Коминтерна), маршалы Ворошилов, Егоров и Буденный. Различные военные части, прошедшие смотр, описаны в прилагаемом меморандуме, подготовленном по моей просьбе военным атташе, полковником Феймонвиллом, прикомандированным к этой миссии.

После завершения военного парада, примерно в 12.30, дипломатический корпус в основном разъехался. Сталин и руководители правительства, однако, остались, чтобы продолжить смотр гражданских делегаций, которые маршировали по Красной площади всю вторую половину дня, до наступления сумерек.

Прием на Спиридоновке

Что касается дипломатического корпуса, то торжества по случаю праздника завершились приемом на Спиридоновке, в официальном развлекательном особняке. Это очень большой и довольно внушительный дом, прекрасно приспособленный для такого рода мероприятий. Как и другие большие дома в Москве, он был в свое время построен до революции каким-то купцом. Ввиду отсутствия народного комиссара иностранных дел Литвинова вместе со своим первым помощником Потемкиным, которые уехали на конференцию в Брюссель, гостей принимали вице-комиссар Стомоняков и его супруга, а также мадам Литвинова. Казалось, присутствовал весь дипломатический корпус. Три четверти часа было отведено музыкальной программе, которая оказалась превосходной. Ее особенностью стало появление двух юных вундеркиндов – девочки-скрипачки 14 лет и мальчика-виолончелиста 15 лет, которые этим летом заняли первые места на международном конкурсе в Брюсселе. В 12 часов был устроен роскошный банкет. На банкете было изобилие превосходных блюд, что еще сильнее подчеркивалось превосходным фарфором и золочеными тарелками от старого режима.

Общие черты

Власти не жалели сил, стремясь создать праздничную атмосферу во всем городе. За несколько дней до этого были возведены строительные леса, а рабочие по всему городу развешивали огромные флаги и множество красных плакатов с различными лозунгами.

Картины для плакатов

Несколько месяцев назад у меня появилась возможность посетить учреждения, где трудились художники, работающие по государственным заказам. Я обнаружил, что почти все наиболее известные художники заняты созданием больших росписей к двадцатой годовщине революции, к празднику Красной армии и для различных государственных учреждений. Эти картины были представлены здесь в огромном изобилии. Огромные литографические фрески, изображающие исторические сцены революции и портреты различных государственных деятелей, были размещены на стенах зданий, и некоторые из них были размером не менее 30 х 20 футов. В ночное время они обычно освещались отраженным светом. Эти картины дополнялись бесчисленными литографическими плакатами, не напечатанными, а выполненными цветными или черно-белыми мелками.

Как уже говорилось выше, там также находились большие гипсовые статуи Ленина и Сталина, как белого, так и бронзового цветов. На угловом фасаде одного из внушительных зданий в центре Москвы была установлена огромная статуя Ленина, прикрепленная к боковой стороне здания и имевшая в высоту не менее тридцати футов.

Витрины магазинов на всех главных деловых улицах были обильно украшены красными транспарантами и многочисленными экспозициями. На одной из главных улиц явно прослеживался мотив показать в таких экспозициях заботу и внимание СССР к детям и молодежному движению.

Ускорение темпов строительства

Заметно, что подготовка к этим праздникам характеризовалась общим ускорением работ по ремонту и очистке улиц и дорог, ведущих в город, и общим стимулированием строящихся предприятий, чтобы они были закончены к годовщине красной революции. Например, на большом мосту, ведущем с Красной площади перед Кремлем через Москву-реку, строительство которого велось в течение последнего года, перед празднованием красного дня наблюдались все признаки лихорадочной активности. Работы велись ночью и днем, чтобы мост открылся к празднованию годовщины Рабоче-крестьянской армии на Красной площади 7 ноября.

Продовольственные прилавки

Мое внимание привлекло большое количество временных прилавков, установленных Наркоматом продовольствия в центре города для продажи бутербродов, напитков и т. д. Еда выглядела привлекательной, чистой и была хорошо разложена. Было также большое количество небольших автомобильных фургонов с прохладительными напитками, похожих на те, которые можно встретить в городах Соединенных Штатов Америки.

О необычном и исключительном

Все необычное, что привлекло мое внимание (в СССР) и на что обратили внимание члены дипломатического корпуса, видевшие предыдущие подобные торжества, как мне кажется, может быть полезно для нашего Департамента.

Отсутствие антикапиталистических лозунгов

Особо отмечалось, что, в отличие от прошлогоднего, на этом празднике отсутствовали лозунги, транспаранты и карикатуры, направленные против капиталистических стран и фашистов. Лично я видел лишь три карикатуры с антигерманской тематикой.

Исполнительность и организованность

Помимо прочего, такие события свидетельствовали о высокой степени исполнительности. Это производило сильное впечатление. Они были хорошо спланированы и проводились с точностью до минуты. Официальные мероприятия также были проведены хорошо, с впечатляющим достоинством и точностью.

Военный парад на Красной площади

Представление, которое устроили сухопутные и военно-морские силы, получилось весьма внушительным. Техника, личный состав и офицеры различных подразделений выглядели первоклассно. Механизированные подразделения – танки, пулеметы и артиллерия, – которые на большой скорости пронеслись по Красной площади, произвели исключительное впечатление.

Общий отзыв военных атташе, насколько я понял из слов полковника Феймонвилла, сводится к тому, что это первоклассная демонстрация военной мощи. Правда, наблюдатели не обнаружили ничего нового по сравнению с маем прошлого года. Похоже, власти склонны не раскрывать абсолютно все военные достижения. В целом военный парад получился примерно таким же, как и в мае прошлого года.

Гражданская демонстрация на Красной площади

Наибольшее впечатление от торжеств на Красной площади лично я получил от марширующих рабочих как во время, так и после военного парада. Среди регулярных воинских частей, которые объезжал маршал Ворошилов, было несколько тысяч гражданских, которые маршировали в ротном строю, вооруженные винтовками, но в беспорядочной гражданской и не слишком хорошей одежде. Они именовались Пролетарской стрелковой дивизией[50]. Однако с 12.30 вся Красная площадь была забита марширующими толпами гражданских лиц (рабочие клубы), которые вышли на Красную площадь одновременно с трех прилегающих улиц. Эти улицы на многие километры были забиты толпами, которые маршировали все утро и потом маршировали весь день, чтобы пройти перед трибуной у Кремля. На самой площади колыхалось целое море знамен, транспарантов, полотен с лозунгами, маленьких аллегорических моделей и статуй, которые несли тысячи воодушевленных марширующих. Это была пестрая толпа обоих полов и всех возрастов, было много маленьких детей и даже младенцев, которых родители несли на плечах, чтобы те могли хотя бы мельком взглянуть на Сталина. Энтузиазм демонстрантов постоянно подстегивался боевым маршем упомянутого выше оркестра. Также присутствовал некий «заводила», который время от времени, незаметно, но через большие громкоговорители, призывал аплодировать вождям и приветствовать идеалы революции.

Тайная полиция (НКВД, ранее ГПУ)

Осталось стойкое впечатление от присутствия на торжествах тайной полиции (Народного комиссариата внутренних дел). Комиссар Ежов, человек маленького роста, почти карлик, но с очень красивой головой и лицом, постоянно находился рядом со Сталиным, однако его присутствие выглядело довольно ненавязчиво.

На военном смотре было задействовано, вероятно, четыре или пять тысяч агентов тайной полиции. На самом деле это сугубо военная организация. Заметно, что все они (и офицеры в форме, и сотрудники в штатском) исключительно хорошо одеты, умны и хорошо обучены. Маршировали они отлично, отработанным гусиным шагом. Особенно благоприятное впечатление произвело их кавалерийское обмундирование.

Во время гражданской демонстрации на Красной площади было очень заметно, что в толпе, теснившейся по краям площади, четырьмя длинными параллельными линиями были распределены сотни солдат тайной полиции в синих и зеленых фуражках. Хотя это якобы делалось с целью сохранения маршевого строя, было очевидно, что присутствовала и защитная цель, поскольку перед трибуной и вдоль всей площади стояли шеренги пограничников в зеленых фуражках.

По оценкам, во второй половине дня перед Сталиным и его соратниками у Мавзолея Ленина прошли строем от 800 000 до 1 200 000 человек.

Приостановка деловой активности

В течение трех дней во время празднования все государственные учреждения были закрыты, и в целом деловая активность была приостановлена. В этот период ни почта, ни газеты не доставлялись.

Основополагающее значение

Не следует сбрасывать со счетов и глубинное значение этого празднования двадцатой годовщины красной революции. Важно то, что этот режим все-таки выдержал двадцать лет. И уместно вспомнить радость, которую в свое время высказал Ленин, когда истекли первые девяносто дней советской революции. Он сказал, что их революция, по крайней мере, пережила Великую французскую революцию.

Несмотря на признанные большие экономические, политические и военные преимущества этого режима, многое указывает на то, что развитие революции идет по традиционным и общепринятым направлениям, которые для революций определяет человеческая природа. Темпы развития революции здесь помедленнее, но, похоже, процесс не останавливается.

Если не случится европейская война, не будет покушений на ключевых политических деятелей или чего-то подобного, то все местные наблюдателя сходятся во мнении, что армия верна правительству, что органы пропаганды работают эффективно, что партийные функционеры либо фанатичны, либо подчинены тайной полиции и что это правительство, благодаря всему вышеперечисленному, по крайней мере на данный момент, чувствует себя вполне уверенно и обладает реальной силой.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 8 ноября 1937 года

На обед пришел Альберт Рис Уильямс, автор книги «Советская Россия». Он был полон интересных впечатлений после своей двухмесячной поездки в глубинку и рассказал интересную историю о том, как пообедал с Калининым, президентом СССР, и его матерью в провинции. Мать и сын ели из общей посуды, потому что Калинину не хотелось, чтобы мать подумала, будто он «зазнался». Когда Уильямс начал спрашивать про многочисленные иконы на стене, Калинин ответил, что не видит в них особого вреда. Раньше, в бытность отца и его предков, они служили благой цели, поэтому он не «возражает». Это указывает на то, что советские официальные антирелигиозные настроения носят лишь поверхностный характер. Имел возможность несколько раз убедиться в этом. Довольно трудно убить в себе веру, которая впиталась вместе с материнским молоком.

_________________________________

Журнал Москва, 12 ноября 1937 года

У меня состоялась часовая беседа с одним из моих дипломатических коллег, который хорошо знаком с ситуацией на Дальнем Востоке. Его точка зрения вкратце заключалась в том, что, пока речь идет о Брюссельской конференции, положение выглядит безнадежным, но он все еще сохранял надежду, что Великобритания, Франция и Соединенные Штаты смогут выработать что-то приемлемое. Если они потерпят неудачу, то, по его мнению, китайцы устроят длительную партизанскую войну. Он заявил, что, за исключением фактического участия в военных операциях, китайское правительство уже получило всю возможную помощь, которую оно могло ожидать от Советской России.

_________________________________

«ЛИТВИНОВ БЫЛ НАСТРОЕН КРАЙНЕ ПЕССИМИСТИЧНО»

№ 708 Москва, 9 ноября 1937 года

ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

БЕСЕДА С НАРОДНЫМ КОМИССАРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЛИТВИНОВЫМ НЕПОСРЕДСТВЕННО ПЕРЕД ЕГО ОТЪЕЗДОМ НА БРЮССЕЛЬСКУЮ КОНФЕРЕНЕ[ИЮ

Совершенно секретно

Сэр!

Нарком иностранных дел Литвинов попросил меня приехать к нему на дачу на обед в субботу, накануне его отъезда на Брюссельскую конференцию. У нас была возможность провести долгую конфиденциальную беседу, длившуюся примерно полтора часа. Литвинов сообщил, что не планирует оставаться в Брюсселе до конца конференции[51]. Его сопровождает Потемкин, заместитель наркома иностранных дел. Последний многие годы пересекался с Литвиновым на Женевских конференциях и до недавнего времени служил послом в Париже.

В отношении итогов Брюссельской конференции Литвинов настроен крайне пессимистично. Он сказал, что должен туда поехать, чтобы принять участие в работе конференции уже во второй половине следующего дня.

Что касается возможного мира, который устроил бы Китай, он выразил уверенность, что Китай не станет рассматривать любой мир через посредничество, что включает в себя отказ от северных провинций в пользу Японии. В ответ на мою реплику о том, какие другие альтернативы могут возникнуть у Китая в такой ситуации, он заявил, что Китай вполне может «продолжать» партизанскую войну, и при таком характере военных действий вопрос снабжения не является ключевым. Несмотря на блокаду и даже возможное прекращение поставок по суше через индокитайский маршрут, китайские войска, как он считает, будут располагать достаточным количеством провизии и амуниции для партизанской войны. Он весьма отчетливо дал понять, что все это может поступить из Советского Союза – возможно, через Монголию.

Что касается отказа Германии участвовать в Брюссельской конференции, – о чем его только что проинформировали, – он заявил, что некоторое время назад, по его информации, Германия направила в министерство иностранных дел Японии вопрос о своем участии в конференции, на что Хирота ответил отрицательно. Далее он заявил, что Япония дала понять своим друзьям, что не желает, чтобы кто-либо из них допустил нарушение Вашингтонского договора своим участием в конференции. После этого он заявил, что японские послы в Западной Европе настоятельно просили свой МИД порекомендовать Германии принять участие в конференции, но Хирота вновь ответил отказом.

Что касается Италии, то японский МИД занял позицию, суть которой в том, что ее участие не возымеет столь серьезных последствий и что он не возражает против присутствия Италии на конференции. По мнению Литвинова, это объясняется желанием иметь союзника, который мог бы сообщить о ходе дискуссий изнутри.

Литвинов также заявил, что за некоторое время до созыва Брюссельской конференции к британскому министерству иностранных дел обратилась Япония с просьбой разъяснить их стремление стать посредниками и что британское министерство иностранных дел было крайне разочаровано, когда Япония отказалась участвовать, и оказало всяческое давление, чтобы заставить Японию сотрудничать в надежде, что предложенное посредничество может быть рассмотрено и согласовано без дальнейших задержек.

Несмотря на позицию Германии в отношении участия в конференции, он заявил, что в отношении Китая в Германии существует большой конфликт между финансовыми и коммерческими кругами и политическими обязательствами германского правительства.

В связи с визитом графа фон Риббентропа в Рим я спросил, располагает ли он какой-нибудь информацией относительно включения Италии в нынешний японо-германский антикоммунистический пакт. Он уверенно заявил, что в сложившейся ситуации Италия присоединилась к Германии и Японии. В ответ на мой вопрос, является ли это, по его мнению, определенно наступательным или оборонительным военным союзом между державами, он заявил, что в формальной декларации обязательств военного характера между этими сторонами нет необходимости в силу нынешних условий, при которых войны происходят без их официального объявления.

В ходе нашей беседы я получил весьма определенное впечатление об отношении советского правительства к тому, чтобы в ходе различных дипломатических мероприятий быть связанным обязательствами или входить в группу западноевропейских держав. Он подробно изложил позицию Советского Союза в Комитете по невмешательству и заявил, что, согласно тому, что озвучил посол Майский в Лондоне, Советский Союз не может принять на себя ответственность в связи с британско-французским планом, но тем не менее, поскольку он не хочет затруднять возможность достижения результатов в деле установления мира, он не станет голосовать против плана, а попросту воздержится от голосования. Италия, по его словам, такую позицию принять отказалась. После этого он заявил, что послы Франции и Великобритании провели с ним беседу и настоятельно потребовали, чтобы советское правительство изменило свою позицию по данному вопросу и «пошло им навстречу». И Франция, и Англия настоятельно требовали от его правительства, что они должны сотрудничать, а в противном случае Советский Союз будет выставлен перед всем миром как государство, которое чинит препятствия делу мира, и что такие действия обязательно «изолируют Советский Союз». Он ответил, что уж лучше быть изолированным и правым, нежели ошибаться в хорошей компании и прослыть глупцом. Затем он добавил, что Советский Союз определенно готов к «изоляции». Это подтверждает заявление, которое было сделано мне в июле прошлого года и о котором я тогда сообщил в Департамент. Его озвучил высокопоставленный чиновник правительства, указывая на безразличие Советского Союза к отношению правительств других стран и даже к таковому со стороны Великобритании и Франции, и что правящие силы здесь определенно решили действовать по тем направлениям политики, которые сами для себя определили, и совершенно независимо, если потребуется, будучи уверенными в своей способности противостоять врагам как на Западе, так и на Востоке. В ответ на мой вопрос, останутся ли в силе инструкции Майскому и сохранится ли политика, намеченная ранее, он утвердительно ответил, что все будет в силе. Он отрицал, что советское правительство, судя по сообщениям, фактически отказалось от поддержки своего финансового вклада в расходы на содержание Комитета по невмешательству.

В ходе беседы я задал ему прямой вопрос о том, чувствует ли правительство уверенность в том, что оно сможет рассчитывать на поддержку и лояльность Красной армии перед лицом нынешних чисток и особенно в связи с расстрелом генералов Красной армии в июне прошлого года. Его ответ был таким: «Армия предана принципам „дела“ и свою лояльность проявляет, безусловно, не генералам, а правительству».

В любой оценке этого правительства как фактора международной ситуации, на мой взгляд, было бы серьезной ошибкой недооценивать его силу. После многих бесед с консервативными членами дипломатического корпуса и прочими хорошо информированными лицами я придерживаюсь мнения, что правительство крепко держит армию в своих руках и, если не произойдет какой-нибудь несчастный случай, чувствует себя весьма уверенно. Угроза войны и возможность нападения извне настойчиво пропагандируются через все средства связи. Недавно большая часть Наркомата тяжелой промышленности была передана под непосредственное управление армии. По общему мнению, это сделано по настоянию военных и на том основании, что, поскольку на них возложена ответственность, они должна быть наделена полномочиями, чтобы сделать себя – как армию правительства – эффективной. Есть признаки несколько лихорадочной активности в переговорах по закупке военных материалов, грузовиков и т. д. Будучи, несомненно, уверенным в своей способности защититься от военного нападения с Запада или Востока или с обеих сторон одновременно, правительство не полагается на волю случая, но при этом энергично готовится к любому такому событию. Очень многое указывает на то, что народные массы в высшей степени «осознают опасность войны» и всегда начеку.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 10 ноября 1937 года

Конференция с заместителем наркома Стомоняковым из Министерства иностранных дел – по поводу двух гражданских дел.

Ф________, американский гражданин, работавший на один нефтяной трест, связался с каким-то местными хулиганами и был вызван в качестве важного свидетеля, а когда подал заявление на выездную визу, ему, очевидно, устроили типичную для любой страны бюрократическую проволочку. Заявление толком не зарегистрировали, а потом раз за разом откладывали выдачу выездной визы. В итоге он страшно напился, врезал по челюсти московскому милиционеру, и у него случился приступ белой горячки. Тем не менее в течение 24 часов после моей конференции он все-таки получил упомянутую визу.

Некто Г________, натурализованный американец, женившийся на русской женщине, попал в беду. Прошлой весной нам сообщили, что его хотят депортировать. Недавно его посадили в тюрьму, и Дурброу[52] в устной форме отказали навестить задержанного в Минске.

Когда я обсуждал это дело со Стомоняковым, тот был не против разрешить вопрос. Дело быстро сдвинулось с мертвой точки. С точки зрения объективности обе ситуации казались непростыми, что я откровенно и признал, но с учетом того, что речь шла об американских гражданах, не может быть никаких сомнений, что американское посольство имеет право на быстрые и решительные действия. Приятно, что вопросы были решены столь оперативно, и это тем более удивительно в свете той «кампании ненависти», которая ведется здесь против всех иностранцев.

_________________________________

ЛИТВИНОВ ОПАСАЕТСЯ ЕВРОПЕЙСКОЙ ВОЙНЫ

№ 722 Москва, 11 ноября 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

БЕСЕДА С НАРОДНЫМ КОМИССАРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЛИТВИНОВЫМ О ПОЛИТИКЕ СОВЕТСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА В СВЯЗИ С БРЮССЕЛЬСКОЙ КОНФЕРЕНЦИЕЙ

Совершенно секретно

Сэр!

Народный комиссар иностранных дел г-н Литвинов вернулся из Женевы и после нескольких дней пребывания здесь собирался отбыть в Брюссель. По моему приглашению он приехал в посольство и пообедал со мной наедине. Данный случай предоставил возможность для продолжительной беседы не только по ряду мелочей, касающихся американских граждан, но и для обсуждения вопросов, имеющих более широкое значение в рамках международного положения. Литвинов заявил, что Советский Союз получил приглашение принять участие в Брюссельской конференции и что он планирует в ближайшее время выехать в Брюссель вместе со своим заместителем Потемкиным. Он заявил, что остаться в Брюсселе надолго будет невозможно, но надеется присутствовать хотя бы на первых заседаниях. Он заявил, что ситуацией на Дальнем Востоке жизненные интересы Советского Союза затронуты в меньшей степени, нежели таковые Великобритании или Франции, и он не слишком уверен в конечном результате конференции, главным образом из-за слабых сторон в позициях Франции и Великобритании. Он с большим энтузиазмом воспринял чикагскую речь американского президента, но выразил сомнение в том, что Соединенные Штаты смогут добиться на конференции какой-либо практической или реалистичной справедливости в отношении Китая. Затем он добавил, что британцы и французы в Женеве «спрятались за Соединенные Штаты», так как считают, что в настоящее время ничего не могут сделать, если у них нет гарантии активного участия Соединенных Штатов, и он подозревает, что в своих заявлениях Соединенным Штатам они прикрываются мнимой неуверенностью в том, каким окажется отношение Советского Союза. Он сказал, что Советский Союз уже готов занять решительную позицию, если это будет сделано в сотрудничестве с Францией, Англией и Соединенными Штатами и что Советский Союз действительно всерьез заинтересован в прекращении военных действий и в немедленном установлении коллективной безопасности и мира. Он выразил надежду установить тесный контакт с американской делегацией по прибытии в Брюссель.

Говоря об общеевропейской ситуации, он был крайне пессимистичен, особенно в отношении Германии, Чехословакии и Австрии, что вновь объяснил слабостями в политике Франции и Великобритании.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Журнал Москва, 11 ноября 1937 года

Имел продолжительную дискуссию по ситуации на Дальнем Востоке с моим хорошо информированным коллегой, который ввел меня в курс дела.

В августе прошлого года советское правительство согласилось предоставить китайскому правительству кредит в размере 100 млн китайских долларов для закупки военных материалов. Поставки из Советского Союза уже значительно превысили эту сумму. Он заявил, что более 400 лучших советских бомбардировщиков и истребителей уже отправлены в Китай сухопутным путем. Эти самолеты сопровождают не менее 40 советских инструкторов. Большое количество легких грузов, включая самолеты, было доставлено по суше, по воздуху и караванами. Он заявил, что в настоящее время более 200 грузовиков активно используются в транспортных караванах. Разрабатываются планы по отправке тяжелых грузов, танков и прочего морским путем, возможно, через Индокитай, если удастся договориться о сотрудничестве с французским правительством. Китайская военная миссия находилась здесь около шести недель в связи с закупкой военных материалов и военной подготовкой. Он сообщил, что многие европейские страны поставляют Китаю военные материалы на условиях частичной оплаты и что крупными поставщиками являются Англия, Франция, Бельгия и Чехословакия. Как известно, до недавнего времени на аналогичной основе поставляли военные материалы Германия и Италия. Итальянские поставки осуществлялись исключительно по инициативе самой Италии и предусматривали 50 %-ный кредит[53] и оплату в обеспечение гарантированной доставки в Китай. Он добавил, что, возможно, ситуация в Германии и Италии за последние десять дней изменилась.

Советский посол в Китае, Богомолов, прибыл в Москву 7 октября после девятидневного перелета из Китая через Сибирь. Советский военный атташе Лапин также ожидается в Москве через несколько дней. Предполагается, что он воспользуется тем же маршрутом. Их визит преследует две цели: 1) выработать наилучший путь для доставки военных грузов и 2) попытаться призвать к более кардинальным действиям путем фактического участия военных. Мой информатор мало верит в последнее, поскольку советское правительство, очевидно, желает формально поддерживать корректные отношения с Японией.

Затем он добавил, что в случае успеха японцев китайские войска смогут постепенно отступить вглубь страны и таким образом выдержать, если потребуется, длительную войну, а также получат возможность получать достаточный объем поставок через Французский Индокитай, чтобы выстоять в такой осаде.

_________________________________

Журнал Москва, 11 ноября 1937 года

Счел возможным вновь провести продолжительную беседу со своим дальневосточным «экспертом».

Он заявил, что советское правительство, невзирая на настоятельные просьбы влиятельных советских чиновников на Дальнем Востоке и многих военных авторитетов, решило в настоящее время не брать на себя никаких определенных обязательств в отношении прямого военного договора с китайским правительством. Богомолов, заявил он, все еще находится в Советском Союзе, в частности в Ленинграде, и подразумевается, что он не вернется в Китай и не получит окончательных инструкций до завершения Брюссельской конференции. Он также заявил, что Франция использует свое положение здесь для сдерживания любого проекта прямой помощи со стороны Советского Союза, поскольку Франция предпочла бы, чтобы ее союзник сохранил силы на случай возможного нападения Германии и не истощал их войной на Дальнем Востоке.

Далее он заявил, что Китай испытывает серьезные трудности в связи с поставками военных грузов через Французский Индокитай. Это, по его словам, объясняется опасениями французского правительства о том, что оно может быть вовлечено в этот процесс. Такие поставки, осуществляемые по данному маршруту, в соответствии с ограничениями на перевозку должны были быть разделены на различные грузы и смешаны с неконтрабандными поставками. Это, по его словам, требовало больших задержек, дополнительной обработки и повторной сборки по прибытии. Он заявил, что такие меры необходимы для того, чтобы снизить возможный риск потери всей партии из-за потери одного-единственного груза, а также из-за опасений французского правительства, что оно может быть вовлечено в процесс транспортировки военных поставок по французским каналам. Он заявил, что ни Франция, ни Советский Союз не желают принимать на себя обязательства в данной ситуации без гарантий поддержки со стороны великих держав.

Китай, по его словам, может организовать чрезвычайно сильную оборону на почти неопределенный срок, если будет обеспечен достаточными военными поставками. Трудность заключается не в самих закупках и материалах, а в их транспортировке.

Германия, по его словам, не является для Китая неблагоприятной страной. Несмотря на официальные возражения японского правительства против присутствия в Китае большого числа немецких военных инструкторов, правительство Германии отказалось требовать их возвращения на том основании, что их трудоустройство является предметом найма в рамках частных контрактов.

Якобы преждевременное заявление Англии перед Брюссельской конференцией о том, что санкции применяться не будут, вызвало глубокое разочарование в Китае. С другой стороны, Китай глубоко благодарен за моральную поддержку, которую он явственно ощутил в чикагской речи президента Рузвельта.

_________________________________

№ 726 Москва, 11 ноября 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ОТЪЕЗД ЯПОНСКОГО ПОСЛА В МОСКВЕ В БЕРЛИН

Совершенно секретно

Сэр!

В среду, 20 октября, японский посол выехал из Москвы в Берлин, где, как сообщается, он должен пройти курс лечения, но предполагается, что его цель – провести переговоры с Министерством иностранных дел Германии по поводу Брюссельской конференции.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Москва, 13 ноября 1937 года

ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА К МИССИС УОКЕР

Вчера вечером полковник Феймонвилл повел нас всех в оперный театр на балет. Музыка, как и сценарий, была написана русским композитором. В представлении было больше пантомимы, нежели танцев, но декорации были великолепны. Он назывался «Пламя революции» и рассказывал собой историю победы рабочих и крестьян над старым режимом. Это балет, вы помните, в котором толпа – как при штурме дворца Тюильри – яростно бросается вперед к оркестровой яме, угрожающе размахивая оружием, дубинками и т. д. Драматический порыв весьма реалистичен и является ужасающим наглядным уроком того, на что способна толпа, когда разрушен костяк общества – закон и порядок.

В этом отношении не думаю, чтобы где-либо в мире еще можно было увидеть нечто сопоставимое с балетом, который мы видели вчера вечером.

Москва, 16 ноября 1937 года

ВЫДЕРЖКА ИЗ ОТЧЕТА № 737

ДЛЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО СЕКРЕТАРЯ

За последние несколько недель в провинциальной прессе появились сообщения буквально о сотнях казней по разным обвинениям – от саботажа до терроризма. В то же время были смещены со своих постов и, предположительно, арестованы такие видные советские деятели, как Бубнов, Любимов, Рухимович, Вейцер, Карп, Орлов и т. д.

Хотя точных сведений по данному вопросу нет, большинство компетентных наблюдателей считают, что количество расстрелянных партийных и государственных служащих с начала нынешней «чистки» исчисляется тысячами, а арестованных – десятками тысяч[54]. «Чистка» затронула все сферы советской жизни, включая и бывших убежденных сторонников большевистского режима. Например, известно, что арестовано более 40 членов или заместителей членов Центрального комитета партии, 9 бывших членов Политбюро, 18 бывших народных комиссаров, 50 помощников народных комиссаров, 16 послов или советников, большинство председателей Советов народных комиссаров республик.

_________________________________

№ 739 Москва, 16 ноября 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ МНЕНИЯ, ВЫСКАЗАННЫЕ ПОСЛАННИКОМ___________

В МОСКВЕ ОТНОСИТЕЛЬНО БРЮССЕЛЬСКОЙ КОНФЕРЕНЦИЯ И ОБЩЕЕВРОПЕЙСКОЙ СИТУАЦИИ

Строго конфиденциально

Сэр!

Имею честь сообщить, что недавно у меня состоялась продолжительная беседа с посланником_______. Он выразил свое мнение следующим образом.

Советский Союз определенно решил, по крайней мере в настоящее время, не принимать активного военного участия, но он будет помогать Китаю в той мере, в какой возможно, и при этом сохранит корректную дипломатическую позицию по отношению к Японии.

Что касается Австрии, то было предрешено, что наблюдение Италии за перевалом Бреннер ушло из поля зрения, когда она приступила к своим абиссинским и средиземноморским авантюрам. И у Германии, пока заинтересована Италия, были более или менее развязаны руки в отношении Австрии; по его мнению, все зависит от способности Шушнига к сопротивлению. В случае если Германия захочет заполучить Австрию, Чехословакия серьезно затронута не будет, за исключением того, что она, вероятно, получит более тесную поддержку со стороны других великих держав (Франции и Англии) в силу их собственных интересов.

Хотя Румыния и осознавала опасность немецкого проникновения к Черному морю, тем не менее их положение несколько отличалось от положения Чехословакии, и румыны выглядели менее обеспокоенными.

В финансовом отношении обстановка внутри Германии была тревожной, о чем свидетельствует отставка Шахта, но, по его мнению, они смогут ужиться в течение нескольких лет, по крайней мере двух или трех.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 17 ноября 1937 года

На обед пришел чешский посланник. После обеда, когда я поехал за город, произошел забавный случай. Машина завязла в снегу, разворачиваясь на поле, прилегающем к лесу, поэтому неразлучные с нами ребята из ГПУ привезли нас обратно на своем «форде».

Обильный снегопад сделал лес удивительно красивым. Заснеженные ветви деревьев казались толщиной не менее двух дюймов, а нижние были прижаты снегом почти к самой земле. Теперь я лучше понимаю снежные пейзажи Шишкина. Раньше мне казалось, что со снегом на них явный перебор.

_________________________________

Дневник Москва, 20 ноября 1937 года

С 16.00 до 20.00 для дипломатического корпуса были организованы чаепитие и просмотр кинофильма «Сон в летнюю ночь». Присутствовали британские, афганские, немецкие, австрийские, бельгийские, болгарские, итальянские, японские, польские и турецкие дипломаты. Приехал Литвинов и привез своих троих детей, сына и двух дочерей (одна из них – приемная), все дети превосходно говорят по-английски.

_________________________________

Дневник Москва, 21 ноября 1937 года

Работал над депешами и наводил порядок на своем столе, готовясь к отъезду в Вашингтон.

Дневник Москва, 23 ноября 1937 года

Сегодня утром из Госдепартамента пришла телеграмма, в которой сообщалось о решении президента в связи с изменившимися условиями направить в Берлин профессионального дипломата и что в Германию должен быть направлен Гибсон из Брюсселя. Президент хотел, чтобы я отправился в Брюссель, так как это своего рода «пост прослушивания» Европы. Испытал большое облегчение. Все подробности узнаю, когда вернусь в Вашингтон в следующем месяце. Уже несколько недель ясно, что курс Гитлера вполне определен. Важно, чтобы в Берлин отправился именно профессиональный дипломат. Если Гибсон не поедет из-за своей резкой публичной критики Германии в последней войне, то надеюсь, что это не будет ни поклонник, ни «потворщик» нацистов.

_________________________________

ОСУЖДЕНЫ НЕМЕЦКИЕ ШПИОНЫ

Журнал Москва, 23 ноября 1937 года

Военный суд в Ленинграде приговорил к 25 годам лишения свободы двух немцев, осужденных за шпионаж в пользу германской секретной службы.

_________________________________

Дневник Нью-Йорк, 7 декабря 1937 года

Прибыл в Нью-Йорк и без промедления отправился в Вашингтон.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 8 декабря 1937 года

Сразу же по прибытии в Вашингтон у меня была назначена встреча с президентом, и я снова пообедал с ним в его кабинете. Он был уверен в том, что я понимаю причину изменения его плана в отношении поездки в Бельгию вместо Берлина. Было совершенно ясно, что нет никакой возможности что-либо предпринять, чтобы отвлечь силы в Германии, которые, согласно гитлеровской концепции мирового господства и завоевания, неизбежно ведут к войне. Последний разговор, который у меня состоялся с Шахтом в июне, убедил меня в том, что выправить положение нет никакой надежды. В этих условиях ему хотелось, чтобы назначение в Берлин стало чисто формальным, ради лишь номинального представительства. Карьерное назначение представлялось таким, которое не имело бы особого политического значения в свете проявления особых интересов этого правительства. Президент сказал, что хочет, чтобы я поехал в Бельгию. Это была одна из самых важных миссий в Европе, поскольку там это, вероятно, лучший «пост прослушивания». Я сказал, что буду рад занять любую должность, на которой, по его мнению, буду полезен ему и стране. На самом деле, откровенно говоря, новость о том, что в Берлин я не еду, стала для меня облегчением – и мы обрадовались назначению в Бельгию. Кроме того, Бельгия была нейтральной страной, находилась на прямом маршруте из Лондона в Берлин и представляла собой весьма интересное место для непредвзятого восприятия происходящего и получения правды, без прикрас, тенденциозности или предубеждений местного правительства.

Мы обсуждали Брюссельскую конференцию и прочие аспекты европейской ситуации. Президент передал мне личные послания королю Леопольду, которого знал как в детстве, так и позднее, когда был здесь с королем Альбертом во время мировой войны. С характерной теплотой, которая так притягивает к нему людей, президент сказал: «Вот небольшая записка, которую прошу вас передать королю». Затем он написал на карточке Белого дома: «Дорогой Джо, передай мои наилучшие пожелания королю. Подпись – Ф. Д. Р.».

Я сказал, что по возвращении в Россию, перед тем как отправиться в Бельгию, я предложил совершить поездку в другие промышленные регионы, чтобы завершить свой доклад о России. Он сказал, что «это прекрасно», и подробно расспросил о деталях поездки. Покидая Россию, сказал я ему, у меня сложилось ощущение, что отношения между двумя странами стали лучше, чем были какое-то время назад, и что заключительный отчет я составлю в духе «Краткого изложения фактов», оценивая слабые и сильные стороны Советского Союза, его значение в мировых делах, и особенно его значение в призме отношений с Соединенными Штатами на основе таких наблюдений и исследований на местах, которые я смог сделать.

_________________________________

КАЗНЬ БАРОНА ШТЕЙГЕРА

Дневник Вашингтон, 19 декабря 1937 года

Из Москвы пришло сообщение о суде и казни за государственную измену, терроризм и шпионаж восьми чиновников, включая Карахана, Енукидзе, Цукермана и Штейгера.

Бедный Штейгер… Он представлял Бюро культурных связей или что-то в этом роде. По сути, он был своего рода связующим звеном, помимо Наркомата иностранных дел, между Кремлем и дипломатическим корпусом. Он пригласил некоторых из нашей группы в оперу на специальное представление, а затем отвел нас в «ночной клуб» в отеле «Метрополь». Вскоре после часа дня его похлопали по плечу, он вышел из-за стола и больше не вернулся. И после этого никто никогда его не видел. Он происходил из старинного швейцарского рода. Был известен как барон Штейгер и был очаровательным человеком[55].

_________________________________

ОСУЖДЕНИЕ ЕГО СВЯТЕЙШЕСТВОМ ПАПОЙ НАЦИСТСКИХ РЕЛИГИОЗНЫХ ПРЕСЛЕДОВАНИЙ

Журнал Вашингтон, 24 декабря 1937 года

По сообщениям газет, его святейшество Папа в обращении к кардиналам и главам церкви сказал, что хотел бы установить, во-первых, факт, а во-вторых, принцип. Факт заключается в том, что в Германии совершаются «тяжкие и страшные» религиозные преследования, и «нечасто прежде случались преследования столь тяжелые, столь ужасные и столь печальные по глубине последствий». Какая пародия на цивилизацию, что накануне дня рождения Спасителя людей глава Римской церкви счел необходимым обвинить правительство в религиозных преследованиях в Германии!

Часть пятая

Под «чистки» попадает Бухарин

15 января – 17 марта 1938 года

_________________________________

Журнал Москва, 15 января 1938 года

Очевидно, Кремль был очень напуган прошлым летом, и до сих пор этот страх не развеялся.

Совместная сессия двух Советов единогласно приняла поправку к Конституции, наделяющую Президиум (высший орган исполнительной власти) правом объявлять военное положение на всей территории страны везде и всегда, когда советской территории угрожает любой внешний враг.

_________________________________

Журнал Москва, 19 января 1938 года

Советы, безусловно, «одержимы охотой на шпионов». В. Молотов публично осудил некоторые иностранные консульства, «занимающиеся враждебной антисоветской шпионской деятельностью на советской территории», и предупредил Японию, что Советы «покончат с японским хулиганством на дальневосточной границе».

_________________________________

СОВЕТСКИЕ ЧИНОВНИКИ ОБВИНЯЮТСЯ В ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИЗМЕНЕ

Журнал Москва, 27 февраля 1938 года

Согласно заявлению государственного обвинителя, двадцать один видный деятель, включая Бухарина, Рыкова, Раковского, Гринько, Крестинского, Розенгольца, Ягоду, Чернова и Иванова, предстанет перед судом за государственную измену.

Организация шпионажа и т. п. в интересах иностранных государств, провокация войны с целью расчленения Союза, сдача враждебным странам Украины, Белоруссии, Туркестана, Кавказа и Дальневосточного морского края, нахождение на содержании иностранных государств – таковы основные пункты обвинения.

_________________________________

ЛИТВИНОВ О ПРИЗНАНИЯХ

Дневник Москва, 4 марта 1938 года

Литвинов с дочерью пришли на кинопросмотр в 17.30.

Он сказал, что потрясен арестом Крестинского. Он не мог понять, почему люди признаются в преступлениях, которые, как им известно, караются смертью, разве только они на самом деле виновны. Он напомнил, что прошлым летом Бухарин и Рыков были вызваны в Центральный комитет и, узнав о показаниях Сокольникова и Радека, яростно протестовали, заявляя о своей невиновности, даже разрыдались по этому поводу; но, по-видимому, они все-таки были виновны, так как впоследствии полностью признались в соучастии. Он сказал, что, зная их, не мог найти для их признаний никакой другой причины, кроме той, что они действительно виновны. «Человек может умереть лишь один раз», – сказал он, и эти люди знали, что после формального признания собственной вины они, без сомнений, будут приговорены к смерти. Как ни прискорбно, но правительство должно было во всем убедиться и не могло рисковать. По его словам, в стране, к счастью, достаточно сильное руководство, способное принять необходимые защитные меры.

_________________________________

СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ ПОЛУЧАЮТ «ВЫСОЧАЙШЕЕ УВАЖЕНИЕ»

№ 1007 Москва, 4 марта 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

СОВЕЩАНИЕ С НАРОДНЫМ КОМИССАРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЛИТВИНОВЫМ 3 МАРТА 1938 ГОДА

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь доложить, что 3 марта в Наркомате иностранных дел состоялось расширенное совещание с народным комиссаром иностранных дел Литвиновым.

На этой встрече я сначала поздравил с успешным завершением научной экспедиции Папанина на Северный полюс и спасением этих мужественных русских ученых. Я также сообщил ему о желании президента и государственного секретаря, суть которого состоит в том, чтобы после визита в Соединенные Штаты я до перевода в Бельгию вернулся в Советский Союз, дабы закончить здесь свою работу и подготовить все отчеты, а затем, после официального отъезда, надлежащим образом проститься с местными властями. Комиссар Литвинов выразил благодарность за мои поздравления по поводу достижения советскими учеными Северного полюса. Он также выразил искреннее сожаление по поводу моего перевода. Он, в частности, справился о здоровье президента Рузвельта, выразил удовлетворение тем, что тот чувствует себя хорошо, и вновь высказал большое восхищение тем, что тот делает во имя демократических идеалов и мира. Он также выразил большое восхищение программой торговых соглашений, которую госсекретарь Халл реализует с таким «умением и мастерством».

Затем он заявил, что весьма обеспокоен сообщениями посла Трояновского о том, что, по мнению Государственного департамента, американская дипломатическая миссия не получила здесь должного внимания со стороны правительства. Он, по его словам, настолько встревожился, что самолично изучил меморандум, который посол Трояновский получил в Департаменте. После тщательного изучения меморандума он пришел к выводу, что, за исключением вопроса о долге, практически все остальные вопросы носят либо тривиальный характер, либо уже решены к удовлетворению Соединенных Штатов. Он заявил, что особенно огорчен тем отношением, которое выявила данная ситуация, так как это представляется несправедливой платой за те исключительные усилия, которые Советский Союз в целом и его ведомство в частности приложили, чтобы продемонстрировать высочайшее уважение к Соединенным Штатам. Он заявил, что, как он уже говорил мне (и, как он полагает, я передал это в Госдепартамент), Советский Союз сделал и готов сделать для Соединенных Штатов гораздо больше, чем для любой другой страны. Развивая эту мысль, он обратил внимание на тот факт, что задержание одного американского гражданина вызвало более негативную огласку и шумиху, чем задержание сотен немцев и заключенных других национальностей, которые по истечении нескольких месяцев содержания под стражей до сих пор не опрошены дипломатическими представителями своей страны[56]. Он заявил, что не может понять, зачем было создавать такой переполох и зачем было решать этот вопрос таким образом, чтобы вызвать такую огласку, учитывая тот факт, что за последние шесть месяцев он в двух аналогичных случаях добился немедленного освобождения задержанных после того, как я обсудил с ним эти вопросы в неформальной обстановке. Он подчеркнул, что в деле Н_____он немедленно выполнил мою просьбу о том, чтобы Н____, который находился под арестом, был допущен к беседе с американскими дипломатическими сотрудниками. Он также сослался на дело П_____и напомнил, что и здесь, в серьезной ситуации, когда П_____не давали визу, поскольку он был нужен здесь как важный свидетель, ему все же разрешили выехать по моему заявлению, несмотря на то что П____совершил физическое насилие в отношении советского должностного лица при исполнении. Ввиду этих двух недавних случаев, когда все, что было необходимо сделать, – это неофициально обратить его внимание на эти вопросы, чтобы были предприняты оперативные меры, ему трудно объяснить произошедшее.

Он обратил внимание на исключительную ситуацию, с которой столкнулось его правительство, и на то, что оно было вынуждено арестовать сотни немцев и других граждан и отказать им в доступе к своим дипломатическим представителям. Он указал на то, что в отношении граждан Соединенных Штатов отчетливо видна разница в подходе, что и продемонстрировано в последние месяцы. Он заявил, что в свете случившегося сожалеет, что события развивались именно таким образом. На это я ответил в соответствии с общей ситуацией.

Затем комиссар Литвинов сменил тему, сказав: «Что ж, давайте теперь обсудим не мелочи, а более серьезные вопросы», и поинтересовался, какой эффект произвела речь президента в Чикаго, а также состоянием общественного мнения в США по поводу политики изоляции. Отвечая на его вопрос, я высказал свое личное мнение, что события в Англии, связанные с парламентским кризисом Идена – Чемберлена, по крайней мере в настоящее время, усилили изоляционистские настроения в Соединенных Штатах.

Что касается общеевропейской ситуации, Литвинов выразил мнение, что Гитлер и Муссолини поставили Чемберлена на место: Чемберлен теперь вынужден публично оправдываться, заключив какое-нибудь соглашение; диктаторы либо заключат с ним жесткую сделку, чтобы сделать выполнение ее невозможной, либо Чемберлен будет вынужден заключить, что называется, мир на бумаге, который в действительности окажется не более чем фикцией для внутреннего потребления.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ПЕРВОЕ ЗАСЕДАНИЕ СУДА ПО ДЕЛУ БУХАРИНА, РЫКОВА

Дневник Москва, 2 марта 1938 года

Суд по делу об измене «правых» – Бухарина, Рыкова и других – открылся в бывшем Дворянском собрании, а ныне Доме профсоюзов. Каждому из посольств выдали лишь один пропуск, поэтому пришлось отправляться на суд без переводчика. Расположившись непосредственно перед ложей американской прессы, я полагался на их переводчика и их помощь в наблюдении за ходом процесса. К счастью, рядом сидел полковник Кознич, эстонский посол, который прекрасно говорит по-английски. И он переводил мне шепотом. Сам он в свое время служил в царской армии, а в молодости получил образование в Петрограде. На скамью подсудимых нельзя было смотреть без содрогания. Там сидели Крестинский, заместитель наркома иностранных дел, которому я год назад вручал свои верительные грамоты; Розенгольц, бывший нарком торговли, с которым я год назад в том же месяце обедал в его загородном доме; доктор Плетнев, кардиолог, который профессионально лечил меня и которого я знал довольно хорошо, и Гринько, нарком финансов. Вот какие люди сидели не более чем в десяти шагах от меня. Надеюсь, они разглядели в моих глазах печаль, которую я испытывал, увидев их в таком положении (см. записи в журнале).

_________________________________

Дневник Москва, 3 марта 1938 года

Обедал с Литвиновым на его даче. Отчет о наших беседах отправлен в Департамент (см. депешу).

_________________________________

СИТУАЦИЯ С «ЧИСТКАМИ» В МОСКВЕ

№ 1011 Москва, 6 марта 1938 года

МНОГОУВАЖАЕМОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ПЕРЕДАЧА ДОКЛАДНОЙ ЗАПИСКИ О БЕСЕДЕ С ПОСЛОМ_______________

Секретно

Имею честь настоящим передать докладную записку о беседе, которая у меня состоялась с послом_____сегодня,

6 марта 1938 года.

Он заявил следующее.

В данный момент положение здесь хуже, чем когда-либо во время его пятилетнего пребывания в Москве, а именно: продолжаются «чистки»» и заключение в тюрьму стольких членов Коммунистической партии.

Советский режим определенно выбрал политику полной изоляции в отношении других стран.

Комментируя положение в мире, он с чувством говорил о том, что правительство Соединенных Штатов является величайшим даром «природы или Бога»» (как он выразился) миру, благодаря защите, которую оно предоставляет свободе религии, безопасности личных и имущественных прав, а также гарантиям личной свободы.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 5 марта 1938 года

Снова отправился на суд над Бухариным, который я посещаю ежедневно с тех пор, как он начался неделю назад.

Доктор Левин дал показания о давлении со стороны Ягоды, начальника тайной полиции, заставившего его и его помощников «залечить до смерти»» Максима Горького, его сына и других, и все это являлось частью заговора по дискредитации Кремля. Жуткая и странная история.

Еще ходят слухи о том, что Ягода, один из обвиняемых, был влюблен в красавицу жену Горького-младшего и что Горький-старший вызвал у Ягоды ярость из-за своего вмешательства в этот любовный треугольник. Ягода, как утверждалось, побаивался Горького-старшего из-за его большой популярности в русском народе. Именно это, как утверждалось, отчасти послужило мотивом для действий Ягоды, шантажом заставлявшего упомянутых врачей вступить в сговор с целью «залечить» Горького-старшего (страдавшего туберкулезом), назначив ему лечение, которое добило бы его[57].

_________________________________

Журнал Москва, 8 марта 1938 года

Рейно в Париже дал комментарии по поводу судебных процессов в России. По его словам, этакие суды являются тревожным фактором, если рассматривать их в свете трудностей сохранения мира в Европе; хотя, продолжал он, нельзя сомневаться, что огромные ресурсы этой страны (Советского Союза) в живой силе и сырье являются фактором мира, поскольку это фактор баланса сил.

Это одно из весьма серьезных последствий вышеназванных судебных процессов. С точки зрения европейского мира это очень плохо, поскольку сбрасывает со счетов реальную силу этого правительства как надежного фактора противодействия Гитлеру.

_________________________________

БУХАРИНСКИЙ ПРОЦЕСС ПО ДЕЛУ О ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИЗМЕНЕ

8 марта 1938 года

Дорогая Бижу! [58]

В течение последней недели я ежедневно присутствовал на заседаниях суда по делу о государственной измене Бухарина. Без сомнения, ты следила за ним в прессе. Это потрясающе. Я нашел его весьма интересным с интеллектуальной точки зрения, потому что заставляет вспомнить все старые принципы критического мышления, связанные с оценкой правдивости свидетелей и отсеиванием зерен от плевел – правды от лжи, – которые я был вынужден использовать в течение стольких лет при рассмотрении различных дел.

В ходе разбирательства продемонстрированы все основные слабости и пороки человеческой натуры – личные амбиции в их худшем проявлении. Они раскрывают контуры заговора, который был очень близок к тому, чтобы привести к свержению действующего правительства.

Эти показания теперь проясняют то, что мы не могли понять и что произошло весной и летом прошлого года. Ты помнишь, что сотрудники канцелярии рассказывали нам о необычайной активности вокруг Кремля, когда ворота были закрыты для публики; что наблюдались признаки сильного волнения и изменения характера солдат на страже. Новая охрана, как ты помнишь – и как нам говорили, – состояла почти полностью из солдат, набранных из Грузии, родины Сталина.

Удивительные показания Крестинского, Бухарина и других свидетельствуют о том, что опасения Кремля были вполне обоснованными. Ибо теперь кажется, что в начале ноября 1936 года существовал заговор с целью подготовки в мае следующего года государственного переворота с Тухачевским во главе. По-видимому, в то время еще не было ясно, будет ли переворот действительно осуществлен.

Но правительство действовало весьма энергично и быстро. Генералы Красной армии были расстреляны, а вся партийная организация – тщательно вычищена. Затем выяснилось, что многие из тех, кто пребывал на самом верху, были серьезно заражены вирусом заговора с целью свержения правительства и на самом деле сотрудничали с секретными службами Германии и Японии.

Такая ситуация объясняет нынешнее официальное враждебное отношение к иностранцам, закрытие различных иностранных консульств в этой стране и тому подобное. Откровенно говоря, мы не можем винить власть имущих за подобную реакцию, если они поверили в то, что сейчас оглашается на суде.

Опять же, нельзя окончательно утверждать, что поскольку эти факты приведены через заявления признавшихся преСтупников, то, следовательно, они не соответствуют действительности.

Должен закончить, поскольку заседание возобновляется в 11 утра, и мне придется бежать.

Дневник Москва, 12 марта 1938 года

Отправился на суд. «Последнее слово», которое произносили Плетнев, Розенгольц и другие подсудимые, были душераздирающими по своему трагизму. Особенно запомнился Розенгольц. Всего год назад мы были у него на даче за ужином вместе с Гринько, Крестинским, прокурором Вышинским, судьей Ульрихом, Микояном, Розовым, Ворошиловым. Тогда я не произвел на некоторых из них никакого впечатления, подчеркивая опасность внешней войны как побуждение к тому, чтобы нам выплатили долг. Обвиняемые на процессе, включая некоторых из упомянутых лиц, согласно их заявлениям, хотели войны! Но Ворошилов и ряд других не хотели. Тогда, год назад, он решительно выступал за выплату долга США.

_________________________________

ТАК НАЗЫВАЕМЫЙ СУД НАД БУХАРИНЫМ ПО ДЕЛУ О МАССОВОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИЗМЕНЕ

№ 1039 Москва, 17 марта 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ Секретно

Сэр!

Имею честь сообщить, что настоящим подтверждаю телеграмму, отправленную по секретному каналу со ссылкой на решение суда по так называемому процессу о массовой измене Бухарина.

Суть телеграммы в следующем.

13 марта 1938 года примерно в пять часов утра все подсудимые на процессе были признаны виновными, и им были вынесены приговоры. Трое из подсудимых были приговорены к тюремному заключению, а остальные – к смертной казни через расстрел. Восемь наиболее видных бывших членов советского правительства, включая бывшего премьера, шесть бывших членов кабинета министров, один из виднейших партийных руководителей и член Политбюро, а также бывший президент одной из республик, входивших в состав СССР, были приговорены к расстрелу. К тюремному заключению были приговорены бывший посол в Англии и Франции, бывший советник советского посольства в Берлине и один известный кардиолог.

Несмотря на предубеждение к признательным показаниям, а также к судебной системе, которая не дает обвиняемым почти никакой защиты, после ежедневного наблюдения за свидетелями, за их манерой дачи показаний, за бессознательными подтверждениями и прочими фактами, которым можно было бы дать юридическую оценку, считаю, что, согласно советскому законодательству, в отношении политических подсудимых собрано достаточное количество доказательств совершенных преступлений, что, вне всяких сомнений, послужило основанием для вынесения обвинительного приговора и назначения наказания, предусмотренного советскими уголовными законами. Мнение тех дипломатов, которые чаще других присутствовали на судебном процессе, сводилось к следующему: установлен факт существования грозной политической оппозиции и чрезвычайно серьезного заговора, что объясняет дипломатам многие до сих пор необъяснимые события последних шести месяцев в Советском Союзе. Единственное расхождение во мнениях касалось степени участия в заговоре различных обвиняемых и степени централизации заговора.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

«ПЯТАЯ КОЛОННА» В РОССИИ. ИССЛЕДОВАНИЕ В РЕТРОСПЕКТИВЕ – 1941 ГОД[59]

Когда я проезжал через Чикаго по пути домой после июньской церемонии вручения дипломов моего старого университета, меня попросили выступить перед университетским клубом и объединенными обществами. Это случилось всего через три дня после вторжения Гитлера в Россию. Кто-то в аудитории спросил: «А как насчет „пятой колонны" в России?» У меня сразу же вырвалось: «Ее нет – их же всех расстреляли».

В тот день, пока я ехал в поезде, эта мысль никак не выходила у меня из головы. Если задуматься, то довольно странно, что в этом последнем нацистском вторжении ни слова не было сказано о «внутренней работе» в тылу русских войск. В России не было так называемой «внутренней агрессии», т. е. людей, сотрудничающих с немецким Верховным командованием. Марш Гитлера на Прагу в 1939 году сопровождался активной военной поддержкой организаций Генлейна в Чехословакии. То же самое справедливо и в отношении его вторжения в Норвегию. В советском сценарии не было ни судетских генлейнов, ни словацких тисо, ни бельгийских де грел ей, ни норвежских квислингов.

По мере того как я размышлял над всеми этими вещами, в моей голове промелькнула мысль о том, что некоторые события, имевшие место в России в период моего там пребывания, приобрели новый смысл. По прибытии в Вашингтон я поспешил перечитать свои старые дневниковые записи и, с разрешения Государственного департамента, просмотрел некоторые из своих официальных отчетов.

Никто из нас в России в 1937 и 1938 годах даже не думал о деятельности «пятой колонны». Такое словосочетание не было актуальным. Сравнительно недавно в нашем языке появились фразы, характеризующие нацистские приемы, такие как «пятая колонна» и «внутренняя агрессия».

В целом хорошо информированные люди подозревали, что подобные методы могут быть использованы Гитлером; но это одна из тех вещей, которые, по мнению многих, просто не могли произойти в действительности. Лишь за последние два года, благодаря Комитету Диса и ФБР, была раскрыта деятельность немецких организаций у нас стране и в Южной Америке, и мы увидели реальную работу немецких агентов. Они действовали вместе с изменниками в Норвегии, Чехословакии и Австрии, которые предали свою страну изнутри, помогая осуществить запланированное нападение Гитлера.

Такие действия и методы, очевидно, существовали в России, как часть немецкого плана против Советов, еще в 1935 году.

Именно в 1936 году Гитлер произнес знаменитую Нюрнбергскую речь, в которой четко обозначил свои планы в отношении Украины.

Советское правительство, как теперь выясняется, уже тогда было прекрасно осведомлено о планах германского высшего военно-политического командования и о «внутренней работе», проводимой в России в рамках подготовки к нападению Германии на Россию.

Размышляя над ситуацией, я вдруг увидел картину такой, какой должен был увидеть ее в то время. Эта история была рассказана на так называемых процессах по делу о государственной измене или «чистке» в 1937–1938 годах, на которых я присутствовал. При повторном изучении протоколов тех дел, а также того, что я написал в то время, под этим новым углом зрения, я обнаружил, что практически все элементы немецкой «пятой колонны», как мы ее теперь представляем, были раскрыты в ходе показаний, полученных на процессах над самозваными Квислингами в России.

Очевидно, что советское правительство верило в существование такой подпольной деятельности, было начеку и принялось энергично ее подавлять. К 1941 году, когда произошло немецкое вторжение, они уничтожили всю организованную «пятую колонну».

Еще одним фактом, который было трудно понять в то время, но который приобретает новое значение в свете развития событий, было то, как советское правительство «давило» на консульские учреждения Германии и Италии в 1937 и 1938 годах. Это делалось в весьма жесткой манере. Имело место бездушное и почти грубое пренебрежение к чувствам вовлеченных стран. Советское правительство объясняло все тем, что упомянутые консульства занимались внутриполитической и подрывной деятельностью и что из-за этих фактов они должны быть закрыты. В сообщениях о судебных процессах и казнях («чистках»), прокатившихся в тот год по всей России, подсудимых неизменно клеймили за измену и подрывную деятельность, за содействие «иностранной державе» в свержении Советского государства.

Каждый вечер после суда американские газетчики приходили в посольство, чтобы «перекусить» и выпить пива после заседаний, и мы долго обсуждали события дня. Среди них были Уолтер Дюранти и Гарольд Денни из «Нью-Йорк тайме», Джо Барнс и Джо Филлипс из «Нью-Йорк геральд трибюн», Шарх Наттер или Дик Массок из Ассошиэйтед Пресс, Норман Дьюэл и Генри Шапиро из Юнайтед Пресс, Джим Браун из «Интернэшнл ньюс», Спенсер Уильямс из «Манчестер гардиан». Это была группа блестящих интеллектуалов. Я мог смело на них положиться. Они оказали мне неоценимую помощь в оценке и анализе людей, ситуаций и событий в СССР. За свою профессиональную жизнь я и сам вел дела и защищал людей, обвиненных в преступлениях. Шапиро тоже был юристом, выпускником Московского юридического института. Его знание советского законодательства было весьма полезным. Все остальные были знакомы с местными условиями, хорошо знали людей и русскую психологию. У нас происходили интересные дискуссии, продолжавшиеся до глубокой ночи.

Все, кто находился в Москве, в то время уделяли сравнительно мало внимания этой стороне дела. Некоторые из нас, похоже, «упустили момент». И я, конечно, тоже. Несомненно, в целом мы сосредоточили свое внимание скорее на драматической борьбе за власть между «внутренними» и «внешними» врагами – между Сталиным и Троцким – и на столкновении личностей и политики внутри советского правительства, нежели на возможной деятельности немецкой «пятой колонны», которую все мы в то время склонны были не принимать во внимание.

В моем случае мне следовало бы догадаться, потому что было два факта, которые должны были меня насторожить. Они стали известны мне, но не были известны другим. Один из эпизодов произошел во время беседы, которую я имел вскоре после моего прибытия в Москву с сотрудником советского Наркомата иностранных дел; другой произошел до моего приезда в Москву, в берлинском министерстве иностранных дел в январе 1937 года, во время беседы с заместителем министра иностранных дел Германии.

История, развернувшаяся на этих судебных процессах, раскрыла подрывную деятельность «пятой колонны» в России в рамках заговора с германским и японским правительствами, что меня крайне потрясло. Показания, согласно судебным протоколам, сводятся к следующему.

Главные обвиняемые вступили в сговор между собой, а также заключили соглашение с Германией и Японией, чтобы помочь правительствам этих стран в военном нападении на Советский Союз. Они согласились и фактически участвовали в реализации планов покушений на Сталина и Молотова и организации антикремлевского военного мятежа, который должен был возглавить генерал Тухачевский, второй по значимости военачальник к Красной армии. В ходе подготовки к войне они согласились и фактически планировали и руководили саботажем в промышленности, организацией взрывов на химических заводах, разрушением угольных шахт, уничтожением транспортных средств и прочей подрывной деятельностью. Они согласились выполнять и фактически выполняли все, что требовал от них германский Генеральный штаб в соответствии с инструкциями, которые они получали от упомянутого Генерального штаба. Они согласились и фактически вступили в сговор и наладили сотрудничество с немецкой и японской службами военной разведки. Они согласились и фактически сотрудничали с дипломатическими консульскими представителями Германии в связи со шпионажем и саботажем. Они согласились и фактически передавали Германии и Японии информацию, жизненно важную для обороны Советского Союза. Они вступили в сговор между собой, а также с правительствами Германии и Японии о сотрудничестве в войне против советского правительства и о формировании независимого и меньшего по территории Советского государства, которое потом уступит Германии значительные части Советского Союза, Украины и Белоруссии на западе, а Японии – области Приморья на востоке.

Они договорились, что после завоевания немцами России германские фирмы получат существенные льготы в связи с разработкой железной руды, марганца, нефти, угля, древесины и прочих огромных ресурсов Советского Союза.

Чтобы в полной мере оценить характер и значение этих показаний, которые я слушал лично, следует иметь в виду, что о фактах заговора свидетельствовали два члена кабинета министров первого ранга, нарком финансов и нарком внешней торговли, бывший премьер-министр правительства, два советских посла, служивших в Лондоне, Париже и Японии; бывший заместитель министра иностранных дел и действующий министр иностранных дел, а также два видных публициста и редактора двух ведущих газет Советского Союза.

Чтобы оценить всю важность происходящего, можно сказать, что это было похоже на то, как если бы министр финансов Моргентау, министр торговли Джонс, заместитель государственного секретаря Уэллс, посол Буллит, посол Кеннеди и секретарь президента Эрли у нас в стране признались в сговоре с Германией с целью вторжения в Соединенные Штаты.

Вот несколько выдержек из показаний в открытом суде.

Крестинский, заместитель наркома иностранных дел, сказал:

«С генералами Зектом и Гессом мы договорились о том, что поможем рейхсверу создать ряд шпионских баз на территории СССР… В обмен на это рейхсвер обязался выплачивать нам в качестве ежегодной субсидии 250 000 марок».

Гринько, народный комиссар финансов, секретарь казначейства, сказал:

«Я был знаком и связан с людьми как в украинской организации, так и в Красной армии, которые готовились открыть границу для врага. Особенно активно я действовал на Украине, то есть у главных ворот, через которые Германия готовит удар против СССР».

Розенгольц, нарком торговли, заявил:

«Я передавал различные секретные сведения главнокомандующему рейхсвером… Впоследствии прямые связи были установлены послом в СССР, которому я периодически передавал информацию шпионского характера».

Сокольников, бывший посол в Великобритании, заявил:

«Япония, в случае ее участия в войне, получила бы территориальные уступки на Дальнем Востоке в Амурской области и Приморье; что касается Германии, то ее территориальные интересы предполагалось удовлетворить за счет Украины».

Показания многих менее значимых фигурантов дела позволили установить тот факт, что по приказу главных обвиняемых они установили прямую связь с немецкими и японскими спецслужбами и сотрудничали с ними, проводя систематический шпионаж и акты саботажа, а также либо совершали многочисленные преступления, либо пособничали им. Например, Ратайчак заявил, что лично организовал и был ответственным за два взрыва на заводах азотных удобрений в Горловке, которые повлекли за собой огромные материальные потери, а также человеческие жертвы. Пушкин взял на себя ответственность за катастрофы на химических заводах Воскресенского химкомбината и Невского завода. Князев рассказал, как по прямому указанию иностранных спецслужб планировал и осуществлял крушение военных эшелонов, повлекшее за собой большие человеческие жертвы. Он также дал показания о том, как получил от упомянутых иностранных спецслужб инструкции «по организации поджогов военных складов, столовых и армейских грузов», а также о необходимости использования «бактериологических средств во время войны с целью заражения воинских эшелонов, столовых и армейских лагерей вирулентными бациллами».

Показания по упомянутым делам вскрыли причастность маршала Тухачевского и многих других высокопоставленных командиров в армии и на флоте. Вскоре после суда над Бухариным эти люди были арестованы. Всех во главе с Тухачевским обвинили в том, что они вступили в соглашение с германским Верховным командованием о нападении на Советское государство. В ходе дачи показаний вскрылись многочисленные факты подрывной деятельности в армии. Многие высшие офицеры, согласно показаниям, были либо подкуплены, либо иным образом мотивированы к участию в заговоре. Согласно показаниям, было установлено всеобъемлющее сотрудничество между всеми родами войск, политической революционной группой, военной группой и Верховными командованиями Германии и Японии.

Такова, как выяснилось в ходе данных судебных процессов, история того, что произошло на самом деле. Не может быть никаких сомнений в том, что кремлевские власти были сильно встревожены упомянутыми разоблачениями и признаниями обвиняемых. Скорость и скрупулезность, с которой действовало правительство, указывают на то, что оно не сомневалось в своей правоте. Они приступили к «чистке» «дома» и действовали с величайшим энтузиазмом и точностью.

Ворошилов, главнокомандующий Красной армией, сказал:

«Грабителю легче проникнуть в дом, если у него есть сообщник, который его туда впустит. Мы позаботились о сообщниках».

Маршал Тухачевский не поехал на коронацию в Лондон, как планировалось. Судя по сообщениям, что его отправили командовать Приволжским военным округом, но на тот момент уже было известно, что его сняли с поезда и арестовали до того, как он прибыл к месту назначения. Через несколько недель после этого, 11 июня, он, вместе с одиннадцатью другими офицерами Верховного командования, был расстрелян в соответствии с приговором военного трибунала, материалы которого не были обнародованы. Все вышеназванные судебные процессы, «чистки» и ликвидации, казавшиеся в то время столь жестокими и шокировавшие мир, теперь, как уже совершенно ясно, представляются частью энергичных и решительных усилий сталинского правительства, предпринятых с целью защиты не только от революции изнутри, но и от нападения извне. Они приступили к тщательному вычищению всех изменнических элементов внутри страны. Все сомнения были разрешены в пользу правительства.

В 1941 году в России уже не было «пятой колонны» – она была расстреляна. «Чистка» очистила страну и избавила ее от предателей.

Часть шестая

Москва слышит барабаны войны

14 марта – 1 апреля 1938 года

_________________________________

ВТОРЖЕНИЕ В АВСТРИЮ

Дневник Москва, 14 марта 1938 года

Позавчера Гитлер вторгся в Австрию.

Имел продолжительную беседу с Литвиновым, а также с посланником Чехословакии Фирлингером.

В ночь гитлеровского вторжения в Австрию мы ужинали в чехословацком представительстве, и меня разбудил среди ночи его телефонный звонок. Он коротко сообщил, что «это случилось». Гитлер выступил в поход…

Во время нашего визита он сказал, что лишь вчера его правительство сообщило ему, что получило определенные заверения от Германии о том, что с их стороны нет намерения нарушать спокойствие Чехословакии. Сказал, что, конечно, его правительство ничего не может с этим поделать, что их позиция целиком и полностью зависит от того, какую внешнюю поддержку они получат от Франции и Англии. В одиночку Чехословакия ничего не сможет. И что все это похоже на фашистский мир в Европе.

Данные события целиком подтверждают заявления, сделанные мне видным деятелем одного из Балканских государств в сентябре прошлого года, которые тот поручил мне передать от него лично президенту и госсекретарю, и только им. Очевидно, он знал, о чем говорит…

_________________________________

ЛИТВИНОВ ОБСУЖДАЕТ ПОЛОЖЕНИЕ В АВСТРИИ И ДЕМОНСТРИРУЕТ БОЛЬШОЕ УВАЖЕНИЕ АМЕРИКАНСКИМ ИНТЕРЕСАМ

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ МЕМОРАНДУМ О СОВЕЩАНИИ ДЖОЗЕФА Э. ДЭВИСА, АМЕРИКАНСКОГО ПОСЛА В МОСКВЕ, С НАРОДНЫМ КОМИССАРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ М. ЛИТВИНОВЫМ В КАБИНЕТЕ ПОСЛЕДНЕГО 14 МАРТА 1938 ГОДА Совершенно секретно

На встрече, назначенной по моей просьбе, я имел продолжительную беседу с народным комиссаром иностранных дел М. Литвиновым в его кабинете в день и год, указанные выше.

М. Литвинов весьма откровенно рассказал о взглядах правительства на включение Австрии в состав Германского рейха. Приведенный ниже пересказ телеграммы, тотчас направленной в Госдепартамент, отражает суть беседы по данному вопросу.

В ходе беседы, которую я имел сегодня (14 марта 1938 года) с Литвиновым, тот сказал мне, что положение в Европе становится критически опасным, что Народный комиссариат иностранных дел официально уведомлен о включении Австрии в состав Германского рейха. Литвинов далее заявил, что, по его мнению, в результате того, что английское молчаливое согласие на происходящее обозначено Галифаксом и подобными разговорами, за происходящее в Австрии несет ответственность правительство Чемберлена; что, по его мнению, Чемберлену будет трудно, учитывая развитие событий, заключить удовлетворительное соглашение с Муссолини, поскольку Гитлер, по всей вероятности, согласился оказать Муссолини поддержку в Испании и Средиземноморье. Литвинов сказал, что, по его мнению, Чехословакия в настоящее время находится в безопасности, хотя подобная безопасность не является постоянной; что Франция в силу своего договора, несомненно, придет на помощь Чехословакии, если последняя подвергнется нападению Германии, так как «в противном случае это поставит крест на Франции»; и что в таких обстоятельствах Англия «волей-неволей» тоже будет вынуждена вступить в конфликт, чтобы помочь Франции. В ответ на мой вопрос он заявил, что до конца года мир, скорее всего, станет свидетелем еще одного примера германской агрессивности и что существует вполне определенная возможность развязывания войны нынешним летом.

Сегодня чехословацкий посланник в Москве сообщил мне, что несколько дней назад его правительство получило от Германии заверения в том, что последняя не имеет враждебных намерений против Чехословакии, что Чехословакией не предпринимаются незамедлительные военные меры для сопротивления и что на самом деле такое решение должны принять Англия и Франция, а не Чехословакия.

Неофициальные заявления

Затем нижеподписавшийся заявил М. Литвинову, что хотел бы неофициально обсудить с ним три ситуации, в которых, возможно, не отмечено серьезного нарушения законных прав американских граждан, но которые тем не менее, возможно, наносят ущерб интересам американских граждан в Советском Союзе.

М. Литвинов был проинформирован, что его персональное внимание обращено на эти ситуации в дружеской форме в надежде, что их можно как-то разрешить. Произошло следующее.

1. Дело о советских женах американских мужей, желающих вернуться в Соединенные Штаты.

Отмечены случаи, когда американские граждане – инженеры и прочие специалисты, временно проживающие в Советском Союзе, женатые на советских гражданках и в ряде случаев имеющие детей, – теперь хотят или должны покинуть Советский Союз и вернуться в Соединенные Штаты, но не могут получить разрешение от правительства на выезд своих жен и детей из Советского Союза.

Было совершенно ясно, что, согласно советскому законодательству, правительство действует строго в рамках своих прав, закрепляя свою юрисдикцию над советскими гражданами и препятствуя их выезду из Советского Союза, но, тем не менее, такой порядок является тяжелым испытанием для нормальных человеческих отношений и имеет жестокий оттенок. По этой причине осмелюсь неофициально попросить Министерство иностранных дел вникнуть в данный вопрос и выяснить, нельзя ли как-то облегчить ситуацию.

2. Дело об аресте советских сотрудников американских корреспондентов.

Внимание М. Литвинова было обращено на тот факт, что во время недавнего процесса по делу о государственной измене Бухарина советский гражданин, который в течение последних нескольких лет работал переводчиком у шефа бюро газеты «Нью-Йорк тайме» г-на Гарольда Денни и вел протокол, в середине процесса был арестован. Это, как ему сказали, было иллюстрацией того, что ранее произошло с секретарем г-на Спенсера Уильямса, главы Американо-российской торговой палаты в Москве, а также с секретарем г-на Джеймса Брауна, корреспондента Международной службы новостей; оба секретаря были арестованы. Такая ситуация, заявил я, причиняет большие неудобства, а также вызвала предположения, будто упомянутые работодатели причастны к какому-то нарушению советского законодательства. М. Литвинов ответил, что, хотя ни один из этих случаев не был специально доведен до его сведения и он не знает точных фактов, тем не менее он уверен, что при наличии любого предположения или намека на то, что любой из названных иностранных работодателей связан с преступной деятельностью их секретарей, он был бы в курсе, и что, следовательно, он даст мне гарантии, что в этих случаях ничто не указывает на причастность американских граждан к нарушению закона. Он заявил, что работа этих людей в качестве сотрудников различных американских компаний была лишь частью их деятельности в обществе и что, несомненно, вышло так, что, помимо выполнения обязанностей перед своими непосредственными работодателями, они занимались незаконной деятельностью на стороне. Он также отметил, что в подобной ситуации нельзя проводить различий между американскими или советскими работодателями, нанимающими советских граждан, которые, как оказалось, занимались незаконной деятельностью и, следовательно, подлежат аресту. Он отметил, что факт работы по найму у иностранных граждан не может, конечно, обеспечить советским гражданам никакого иммунитета, если те окажутся виновными в нарушении советского законодательства. Он полностью оградил господ Денни, Брауна и Уильямса и их организации от любого намека на причастность к предполагаемой незаконной деятельности их секретарей.

3. Служебные помещения для Американо-российской торговой палаты.

На прошлой неделе г-н Стивенс, который в отсутствие г-на Спенсера Уильямса отвечает здесь за работу Американо-российской торговой палаты, сообщил мне следующее. Их уведомили о том, что палата должна немедленно освободить помещение, и ему не удалось ни подыскать других помещений, ни добиться отсрочки выселения до возвращения г-на Уильямса. Я указал на крайние неудобства, вызванные данным эпизодом для торговой палаты, которая представляет весьма ответственную и влиятельную часть американского общественного мнения. М. Литвинов указал на огромную нехватку площадей и невозможность предоставить даже дипломатическому корпусу помещений, необходимых для его нормальной работы. Он заявил, однако, что изучит вопрос, и попросил рассказать ему о ситуации более подробно[60].

_________________________________

Дневник Москва, 15 марта 1938 года

Мы все отправились в оперный театр на прекрасный балет «Снегурочка». После представления наш путь лежал в ресторан «Кавказ» – ведущий ночной клуб в России. Здесь отведали шашлык (баранина, жаренная на длинных шампурах). Оркестр был с Кавказа, интересный и необычный, с восточными инструментами и музыкой.

_________________________________

ВЛИЯНИЕ ПОЛОЖЕНИЯ В АВСТРИИ НА НОВУЮ ПСИХОЛОГИЮ

17 марта 1938 года

ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА СЕНАТОРУ МИЛЛАРДУ ТАЙДИНГСУ

Наряду с остальной Европой здесь все чрезвычайно обеспокоены возможной войной. Огромные грузы отправляются на Дальний Восток. Эти поставки включают в себя военные материалы и продукты питания. Поговаривают о нехватке продовольствия, несмотря на большой урожай прошлым летом. Прошлой зимой такого не было. Многое указывает на то, что правительство занимает все более изоляционистскую позицию, чем когда-либо прежде. Война сейчас ближе, чем когда-либо…

_________________________________

Дневник Москва, 16 марта 1938 года

Чехословацкий посланник позвонил мне по телефону и сообщил, что Польша предъявила Литве ультиматум. Это что-то невероятное. Польский ультиматум гласит, что если литовское правительство незамедлительно не возобновит дипломатические отношения, то его ждут серьезные последствия. Весь мир сбит с толку. Ультиматум ведь обычно сопровождается разрывом дипломатических отношений, а не требованием их возобновления.

_________________________________

Дневник Москва, 17 марта 1938 года

Дипломатический корпус взволнован накалением обстановки между Польшей и Литвой. Я был занят тем, что поддерживал контакты с литовским посланником и Литвиновым. Агрессивные действия Гитлера, по-видимому, заразительны. Некоторые мои коллеги считают, что существует возможное германо-польское соглашение, согласно которому Германия поддержит Польшу в ее претензиях к Литве. Та передаст Польше порт Мемель в качестве выхода к морю, который сейчас обеспечивает Данциг, а взамен Германия получит согласие Польши на возвращение Данцига рейху. В общем, слухи ходят самые разные.

_________________________________

Дневник Москва, 18 марта 1938 года

Навестил литовского посланника, который рассказал мне подробности своего совещания с Литвиновым. У пожилого господина было разбито сердце. Он боялся самого худшего. Единственной его надеждой была уверенность в защите со стороны советского правительства.

_________________________________

ЛИТВИНОВ ОПАСАЕТСЯ «ФАШИСТСКОГО МИРА»

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

МЕМОРАНДУМ О БЕСЕДЕ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ М. ЛИТВИНОВА С АМЕРИКАНСКИМ ПОСЛОМ ДЖОЗЕФОМ Э. ДЭВИСОМ В ПОСОЛЬСТВЕ 23 МАРТА 1938 ГОДА

Дискуссию открыл мой запрос народному комиссару иностранных дел о его взглядах на ситуацию в Литве.

Он утверждал, что, по его мнению, Германия определенно против захвата Литвы Польшей, потому что она, Германия, сама добивается этих территорий, и вообще Гитлер строит планы на все Прибалтийские страны. Он выразил мнение, что в течение весьма короткого времени Германия захватит Польский коридор и Данциг, и сообщил мне то, что здесь ему сказал немецкий военный атташе: о том, что немецкое правительство «ничего не заплатит» Польше взамен.

В ответ на мой запрос о его взглядах на общеевропейский мир он выразил уверенность, что нынешним летом Чехословакия вызовет проблемы. Немецкие меньшинства в Чехословакии оказывают давление на Гитлера, чтобы тот двигался в этом направлении. Он сделал довольно поразительное заявление: существует опасность того, что Чехословакия может пойти на добровольные уступки Германии, поскольку у нее нет доверия к Франции и она в полном окружении. По этому поводу Литвинов откровенно заявил: «Франция не доверяет Советскому Союзу, а Советский Союз не доверяет Франции».

Литвинов сказал, что он предвидит фашистский мир, навязанный Германией и Италией, и что история, скорее всего, повторится в том смысле, что в настоящее время Италия дружит с Германией из опасения – с намерением, вероятно, покинуть ее, когда представится удобный случай, как это случилось во время мировой войны. Италия, добавил он, отнюдь не является надежной опорой гитлеровской оси.

Он сказал, что все маленькие государства – Румыния, Югославия, Болгария, Венгрия и Чехословакия – напуганы и что единственное, что способно предотвратить полное господство фашистов в Европе, – это смена правительства или политики в Великобритании.

По его мнению, Чемберлен заключит некое соглашение с Италией и Германией, которое предусматривает возобновление прошлогоднего джентльменского соглашения о прекращении итальянской антибританской пропаганды, «которая потом будет сразу же возобновлена». Он полагал, что Великобритании придется признать захват итальянцами Эфиопии в обмен на вывод войск из Ливии и кое-какие договоренности в отношении Средиземноморья.

Литвинов выразил сомнение в том, что в Англии в ближайшем будущем возможны всеобщие выборы. Он считает, что Лига Наций уже мертва, если только Великобритания не изменит свою политику, и, если за это время ничего не изменится, он не будет присутствовать на заседании Совета Лиги в мае.

Он считал, что в течение очень короткого времени Европе, в которой будет доминировать фашизм, будут противостоять лишь Великобритания на западе и Советский Союз – на востоке.

Он откровенно признал, что ничего не ждет от своих предложений (по Польше и Литве), но отметил, что они помогли прояснить ситуацию.

Он отдал должное политическому заявлению госсекретаря Халла, сделанному в июле прошлого года, заявив, что считает его весьма сильным и что было бы полезно, если бы его можно было более активно реализовать, чтобы принести облегчение «нагруженному силой» миру.

Он выразил мнение, что если фашистская Германия начнет доминировать в Европе, то протяженной российской границе нечего будет опасаться Германии, потому что Германия будет связана по рукам и ногам граничащими с ней государствами.

Что касается ситуации на Дальнем Востоке, то, по его словам, Япония имеет около миллиона человек в Китае, включая 300 000 в Маньчжурии, и что китайцы оказывают превосходное сопротивление и доставляют Японии много неприятностей. Он отметил, что не ожидает каких-либо агрессивных действий со стороны Японии против Советского Союза.

_________________________________

«ПОЭТОМУ ВОЙНЫ НЕ БУДЕТ»

№ 1074 Москва, 26 марта 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ПОЛЬСКИЙ УЛЬТИМАТУМ ЛИТВЕ

Секретно

Сэр!

Последние две недели здесь вполне соответствуют тому, что недавно британская радиостанция назвала периодом «самой серьезной напряженности и ужаса»», связанным с поглощением Австрии Германским рейхом и последовавшим впоследствии ультиматумом Польши Литве. Представляю здесь отчет о ситуации: как она развивалась с этой точки зрения.

Дерзость и решительность, с которой Гитлер вторгся в Австрию, шокировали и в целом ошеломили работающих здесь дипломатов. Советское правительство, через комиссара Литвинова, быстро пришло на помощь Франции, распространив в прессе заявление о том, что, если за австрийским инцидентом последует агрессия Германии против Чехословакии, Советский Союз придет на помощь Чехословакии и что «выход будет найден»». Общепринятый подтекст заключался в том, что СССР уведомляет Польшу, в частности, и, возможно, Румынию, что в случае необходимости нарушит территориальные границы, чтобы прийти на помощь Чехословакии.

Что касается ситуации в Австрии, то здесь с самого начала было принято считать, что то, что должно случиться, не только произойдет, но и не приведет к войне. Это в достаточной степени иллюстрирует общее мнение на тот момент. Британский посол был крайне расстроен; он открыто и энергично осудил германскую агрессию. То же самое он откровенно высказал японскому послу и другим членам дипломатического корпуса, здесь, в Спасо-Хаусе, в беседах во время официального ужина, который состоялся вечером 19 марта.

С другой стороны, польский ультиматум Литве вызвал глубочайшую тревогу, поскольку любой неосторожный шаг мог спровоцировать войну. Чехословацкий посланник выглядел глубоко встревоженным и несколько раз приезжал ко мне, чтобы «обсудить ситуацию»». Он опасался, что все это означает еще один «сараевский инцидент», который приведет к всеобщей европейской войне.

Чтобы получить точную информацию о развитии ситуации как с польской, так и с литовской стороны, я немедленно связался с литовским посланником и польским послом, а также с советским МИДом и поддерживал постоянную телеграфную связь с Госдепартаментом. Здесь ситуация вызывает весьма серьезное беспокойство. Опасения заключались в том, что Польша имеет какое-то тайное соглашение с Германией, по которому Германия поддержит намерение поляков поглотить Литву и получить выход к морю, в обмен на что Польша уступит Польский коридор Германии по соглашению, по которому Германия предоставит Польше своего рода компенсацию за ее расходы на порт Гдыня и заключит нечто вроде мирного соглашения о бесплатных портовых сооружениях для Польши в портах Данциг и Гдыня. Если таковы реальные факты, то здесь возникло общее убеждение, что Советский Союз будет вынужден прийти на помощь Литве, и это приведет к войне. В то время как правительства Франции и Англии оказывали давление на Польшу, чтобы та проявила сдержанность, советский МИД здесь также занял сильную позицию, очевидно, по отношению к обеим сторонам.

Народный комиссар иностранных дел Литвинов проинформировал меня о следующем:

1. Он послал за польским послом и имел с ним три беседы, и внушил последнему ту серьезность, с которой Советский Союз относится к этому ультиматуму.

2. Советский Союз не интересует, каковы отношения между Литвой и Польшей, но его жизненно волнует тот факт, что Литва должна быть и оставаться независимой.

3. Его правительство опасается, как бы Польша не выдвинула более серьезных претензий, если Литва согласится на нынешнее требование, что под каким-нибудь «безобидным предлогом» фактически уничтожит ее независимость.

Выражение «безобидный предлог» было использовано М. Литвиновым для описания того, в какой форме Польша выразила свои серьезные претензии ради восстановления дипломатических отношений, что на первый взгляд выглядело настолько разумным, что ни одно государство не могло ей противостоять. Он отметил, что если бы Литва начала войну на основании отказа от установления дипломатических отношений, то это оттолкнуло бы от нее симпатии всего мира. М. Литвинов заявил, что, оказывая сильное давление на Польшу, он в то же время настоятельно рекомендовал Литве удовлетворить нынешнюю просьбу Польши и на данный момент избежать риска вторжения. Он заявил, что только будущее покажет, какова истинная цель Польши. Он также заявил, к моему немалому удивлению, что, по его мнению, Гитлер против поглощения Литвы Польшей по той причине, что «Гитлер сам хочет заполучить себе Литву и Балтийские страны». В связи с этим он заявил, что Польша ничего не получит от своей поддержки Германии и что «это не потому, что я так говорю, а такова суть недвусмысленного заявления немецкого военного атташе при посольстве Германии в Москве, которое тот сделал мне [Литвинову] и тогда же заявил, что Германия весьма скоро заберет обратно Польский коридор, а Польша за это не получит ничего».

К счастью, по крайней мере на данный момент литовский инцидент можно считать закрытым. Принятие Литвой ультиматума произошло во второй половине того вечера, когда я давал обед дипломатическому корпусу здесь, в посольстве. Экспансивность, с которой польский посол приветствовал литовского посланника, и усилия, которые он приложил, чтобы утвердить в сознании литовского посланника, будто Польша в своих отношениях с Литвой проводит лишь взаимовыгодную политику, слишком бросались в глаза и вызвали комментарии у других гостей дипломатического корпуса.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 20 марта 1938 года

Принял госпожу Эйзенштейн, бывшую американскую гражданку из Калифорнии, супругу известного инженера-специалиста по нефтяному оборудованию и трубопроводам, муж которой работал в советском нефтяном тресте. Весьма драматический случай. Их уговорили покинуть прекрасный калифорнийский дом и приехать на «новую землю», они, по сути, сожгли за собой все мосты, выбросив свои американские паспорта из окна машины, приехали сюда и получили советское гражданство[61]. Ее муж был арестован и исчез. Это печальная ситуация, в которой я был совершенно беспомощен, поскольку они больше не являлись американскими гражданами и не имели права на нашу защиту.

_________________________________

Дневник Москва, 26 марта 1938 года

Вечером у нас состоялась большая вечеринка, организованная для всего дипломатического корпуса. Сюрпризом вечера стало количество приехавших русских, включая заместителя народного комиссара военно-морского флота. Судья Ульрих, председатель Верховного суда, который председательствовал на судебных процессах, и множество художников, музыкантов и писателей. Оркестр был целиком советским и играл весьма неплохой джаз. Благодаря умелому руководству и предусмотрительности Марджори вечер прошел с огромным успехом и пользой.

Пришел комиссар Литвинов с дочерью. Он сказал, что Сталин договорился о встрече со мной перед моим отъездом. Это меня очень удивило. Он обычно ни с кем не встречается, разве что с каким-нибудь приезжим главой иностранного правительства. Говорят, он ни разу не имел официальных встреч с послами. Было бы интересно встретиться с ним. Хотел оценить этого человека по достоинству.

_________________________________

ОБЩЕЕВРОПЕЙСКАЯ СИТУАЦИЯ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ МОСКВЫ

Москва, 26 марта 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ САМНЕРУ УЭЛЛЕСУ

Дорогой Самнер!

Мир в Европе, очевидно, не будет создан идеологическими соображениями международной справедливости, реализуемыми через Лигу Наций или другие высокодуховные учреждения. Единственный европейский мир, который представляется возможным, – это мир, навязанный более сильной из двух групп или наиболее смелой и дерзкой; в противном случае это будет мир, установленный балансом противоборствующих политических сил, каждая из которых уступит другой в силу либо собственного страха, либо уважения, которое они испытывают к силе и воле другой. Другими словами, это будет либо мир, навязанный фашистами, либо мир «баланса сил». Небеса помогут демократии в мире, если это будет мир, навязанный фашистами.

Я никогда не был сторонником баланса сил; но он несравненно лучше, чем доминирование агрессоров, и он ближе к миру, основанному на соображениях международной морали, нежели мир, основанный на фашистских прогнозах политики силы.

По какой-то причине или по причине отсутствия таковой кажется, будто демократические страны Европы не стремятся реально укрепить свои позиции, используя такую силу, как здесь, как часть их общего фронта в выработке modus vivendi по отношению к Муссолини и Гитлеру. Англия и Франция, судя по всему, поступают здесь прямо противоположным образом и играют на руку нацистским и фашистским целям. Советский Союз быстро загоняют в полную изоляцию, и даже предпринимаются попытки спровоцировать враждебность к Англии и безразличие к Франции. Может дойти до того, что в не столь отдаленном будущем вполне вероятен реальный союз этих сил с Германией. Пока такое положение кажется надуманным, но оно вполне достижимо.

Несмотря на общее негативное отношение, здесь тем не менее в целом признают, что положение советского режима более прочно, чем было в течение некоторого времени, и что Сталин и его приближенные полностью контролируют армию, тайную полицию и все формы пропаганды. Также общепризнано, что армия хорошо оснащена технически и прекрасно себя зарекомендовала, а промышленные мощности в тылу, по-видимому, смогут продержаться в течение года или полутора. Нет никаких сомнений в том, что этот режим в высшей степени уверен в собственной способности защититься от нападения с Востока или Запада.

С точки зрения борьбы за выживание демократии, которая сейчас продолжается в мире, и с учетом того, что Англии и Франции неминуемо угрожает полное господство фашизма в Европе, довольно трудно понять, почему не следует развивать и использовать имеющуюся здесь силу, по крайней мере в той мере, в какой это соответствует поддержанию международной морали и справедливости в мировых делах. Людские ресурсы здесь поистине огромны. Сырьевые и прочие ресурсы не только фактически, но и потенциально таковы, что неизбежно будут оказывать огромное и растущее влияние на условия жизни как в Европе, так и во всем мире. По моему мнению, сейчас они представляют собой менее реальную угрозу, чем фашистские государства. В любом случае Гитлеру угрожает опасность на Востоке, если только его восточная «дверь» не будет плотно закрыта. Это классика, принятая немецкими стратегами в качестве фундамента любой войны против западных держав.

Знаю, что получилось длинное письмо, и надеюсь, оно не обременит вас. Но я знаю, что вы задумываетесь над этими вопросами; и, хотя Европа не является предметом нашей непосредственной заботы сейчас, по моему мнению, в скором времени она станет таковой.

Спешно,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

СТЫЧКИ В ПРИГРАНИЧНЫХ РАЙОНАХ МАНЬЧЖУРИИ – ЯПОНИЯ И КИТАЙ

№ 1065 Москва, 29 марта 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ОТНОШЕНИЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА СО СТРАНАМИ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА

Секретно

Сэр!

Положение на границе практически не изменилось, был зафиксирован лишь один незначительный инцидент. Возможно, в какой-то мере это объясняется озабоченностью японских военных властей войной в Китае. В этой связи, несомненно, наиболее интересным событием в дальневосточных отношениях за последнее время было заявление, которое мне в ходе беседы, состоявшейся 23 марта прошлого года, сделал советский нарком иностранных дел М. Литвинов. Он заявил, что о какой-либо агрессии против Советского Союза со стороны Японии теперь не может быть и речи ввиду тех неприятностей, которые Китай причиняет Японии своими неожиданными военными успехами. Об этом, по его словам, свидетельствует тот факт, что Япония сейчас задействовала миллион солдат в самом Китае и еще 300 000 в Маньчжурии.

Единственными событиями, представляющими интерес в связи с китайско-советскими отношениями, были сообщения об отсутствии в Москве г-на Сунь Фо, китайского посла, со специальной миссией, который, как говорят, недавно посетил Францию и Чехословакию; и решительные заявления маршала Блюхера, командующего Дальневосточной армией, относительно мощи советского Тихоокеанского флота и Дальневосточной армии, которые, по его словам, гарантируют целостность сухопутных и морских границ России и «уничтожат врага на его собственной территории».

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

В КОНЕЧНОМ СЧЕТЕ РОССИЮ НИЧТО НЕ ОСТАНОВИТ

№ 1104 Москва, 1 апреля 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ОБЩИЙ ОБЗОР ПОЛОЖЕНИЯ В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ

Совершенно секретно

Сэр!

Имею честь препроводить здесь краткую информацию о сложившейся ситуации.

Япония

На Дальнем Востоке, со слов наркома Литвинова, правительство считает, что Японии приходится нелегко в Китае и что китайцы сейчас оказывают существенное сопротивление. Правительство (СССР) не скрывает своей глубокой симпатии к Китаю, но тщательно заботится о сохранении мира с Японией, по крайней мере на данный момент.

Граница – ближневосточные и азиатские страны

Существуют серьезные пограничные и прочие споры между Афганистаном, Персией и Турцией, соответственно, с Советским Союзом. Отношения не слишком хорошие. Имеются признаки ожесточения.

Граница – европейские и балтийские государства

С тех пор как советский дипломат в Румынии[62] сбежал в Рим и к фашистскому режиму, отношения с Румынией складывались непросто. Отношения с Польшей определенно хуже, чем когда-либо с тех пор, как я был здесь, но оба правительства, несмотря на такое положение, судя по всему, намерены поддерживать отношения. Финляндия, Эстония и Латвия, судя по всему, находятся под впечатлением немецкой агрессии. Вплоть до литовского инцидента к этому режиму они относились с симпатией. Однако я говорю об этом лишь на основании впечатлений, полученных в ходе бесед с дипломатическими представителями этих стран. После литовского инцидента, кажется, наметились перемены в отношении и признание желательности дружеских отношений Россией как оплота и поддержки их независимости против возможной германской или польской агрессии.

Положение в Европе и в мире в целом

Как я уже сообщал вам, позиция Литвинова и нашей страны вполне определенна: Европе навязывается фашистский мир; в конечном итоге Европа станет полностью фашистской, за исключением Англии и Советского Союза; в конечном итоге Италия бросит Германию, как она это сделала во время Великой войны; Советская Россия не должна рассчитывать на помощь извне и фактически должна быть и является полностью самостоятельной и независимой; на Францию полагаться нельзя; нет никакой надежды на поддержание закона и порядка между народами, основанных на общественной морали, пока не будут свергнуты «реакционные элементы», находящиеся у власти в Англии; никаких ближайших перспектив для этого не существует; большую помощь оказало ваше выдающееся заявление перед Национальным пресс-клубом, но без практической реализации оно, «к сожалению, не станет эффективным против безжалостных сил фашизма».

Промышленный прогресс

Хотя есть много подтверждений и доказательств расточительства и неэффективности, а слабости, связанные с бюрократическим управлением промышленностью и сельским хозяйством, очевидны, тем не менее этот великий медведь ломится вперед и добивается впечатляющих результатов, несмотря на все препятствия. Здесь такие огромные богатства, что все эти потери сравнительно невелики. Богатство страны неуклонно растет. Прошлогодний урожай стал самым большим в истории. Перспективы с материальной точки зрения улучшаются. Огромные расходы на подготовку к войне, составляющие до 25 % всех доходов страны, сдерживают распределение среди масс; но все же наблюдается много признаков улучшения – в частности, появление галош, сапог и туфель.

Общественные учреждения – школы

Позитивные перемены – новые здания, дороги, мосты, каналы и тому подобное – впечатляют не только сами по себе, но и скоростью своего появления. За последний год некоторые районы города целиком преобразились. Сталин, вероятно, будет исторически признан великим строителем в России после Петра Великого. Только в Москве за последний год было построено, как утверждают, 157 новых школ.

Террор

Террор – мрачная реальность этой страны. Здесь, в Москве, есть много свидетельств того, что страх пронизывает все слои общества. Не одна семья, какой бы скромной она ни была, судя по всему, живет в постоянном страхе перед возможным ночным налетом тайной полиции (обычно такое происходит между часом и тремя часами ночи). Как только человека забирают, о нем или о ней потом несколько месяцев ничего не известно, а во многих случаях он или она исчезает навсегда. Подтверждения поступают из многих источников. Это заявления, направляемые лично мне или сотрудникам посольства от очевидцев; заявления, основанные на реальных личных наблюдениях сотрудников (как в одном случае, когда на улице перед соседним жилым домом в 3.30 утра арестовали и насильно разлучили со своим одиннадцатилетним ребенком несчастную женщину, оказавшуюся в тяжелом положении); или заявления российских граждан, которые по тем или иным причинам приходят в посольство в поисках помощи. О народной психологии в этой ситуации и о масштабах этого террора говорит тот факт, что почти ежедневно через кухню и комнаты прислуги просачиваются сообщения о новых арестах, новых трудностях, новых опасениях и новых страхах среди их друзей. Деятельность тайной полиции расширилась, и теперь она производит аресты советских сотрудников иностранных миссий, включая нашу собственную.

Согласно общему мнению, тайная полиция этой пролетарской диктатуры столь же беспощадна и жестока, как и при царском режиме. Похоже, это старый русский обычай. Данная конкретная «чистка», несомненно, носит политический характер. Судя по высказываниям, которые я слышал от некоторых руководителей правительства, она сознательно спланирована лидерами партии, которые сами сожалеют о необходимости ее проведения, но которые тем не менее не позволят себе проявить сентиментальность или слабость при выполнении того, что считают своим долгом. По их мнению, великие революции не делаются «в перчатках»; предыдущие движения в интересах пролетариата провалились из-за слабости и ложной сентиментальности. Они признают и сожалеют, что в данной ситуации пострадают многие невинные, но их позиция заключается в том, что они вынуждены делать это, чтобы спасти свое дело и исполнить высшую цель, и что улучшение условий жизни пролетариата в исторической перспективе оправдает их нынешний курс.

Война и военная психология

В прошлом году на военные нужды была выделена четвертая часть национального дохода. Это составляет примерно 25 млрд рублей. При нынешнем курсе рубля на черном рынке это примерно 2–2,5 млрд долларов. Расходы в текущем году, вероятно, будут еще больше. Налицо признаки почти лихорадочной подготовки к войне. По сообщениям проезжащих, на Дальний Восток нескончаемым потоком следуют запасы продовольствия и материалов, включая военное оборудование, танки, подводные лодки, самолеты, грузовики и так далее. В Москве ощущается нехватка тканей, которой не было в прошлом году и которая якобы вызвана военными нуждами.

Те промышленные организации, которые непосредственно связаны с военными нуждами, недавно были поставлены под прямой контроль и надзор армии.

По разным оценкам, Дальневосточная армия насчитывает от 250 000 до 500 000 человек. Утверждается, что она полностью автономна и на два года обеспечена провизией и боеприпасами. Ежегодно призываются на службу 1 200 000 молодых людей. Постоянно курсируют слухи о тайном и поспешном строительстве дорог и укреплений вдоль всей западной границы. По имеющимся данным, численность армии в настоящее время составляет 1 200 000 человек.

Тенденция к изоляции СССР от мировых дел

За последний год произошли весьма значимые события, чреватые серьезными последствиями для будущего. Речь идет о стремительной эскалации политики беспощадной враждебности, направленной против всех иностранцев в стране – отдельных лиц или правительств.

Настоящее движение, несомненно, началось с речи Сталина, произнесенной год назад, в которой тот указал на враждебность всех капиталистических государств и на то, что СССР окружен врагами. Этому, без сомнения, способствовали разоблачения предполагаемой шпионской деятельности иностранных государств и иностранных дипломатических миссий в Советском Союзе.

Все прошлое лето иностранцев высылали из Советского Союза. Даже заявления французского посла по поводу французских подданных оказались безрезультатными. Эту политику проводила в жизнь тайная полиция, и ее методы были порой весьма жесткими. Ее агенты просочились практически в каждое иностранное учреждение, в бюро иностранных газет, в иностранные коммерческие конторы и даже в посольства и представительства, чтобы потом по тем или иным обвинениям задерживать и арестовывать работающих там советских сотрудников.

Закрытие иностранных консульств

Были закрыты консульства четырнадцати различных государств. Догматическая и властная манера, в которой это делалось, свидетельствует о почти полном безразличии к иностранным государствам, а в некоторых случаях – даже о явном равнодушии к тому, что это может привести к разрыву дипломатических отношений. Как мне сообщили, буквально тысячи иностранных граждан были высланы из страны и возвращены в Грецию, Турцию, Персию и так далее. Вдоль всей афганской границы протяженностью 2000 километров выделена полоса шириной 50 километров в качестве карантинной зоны для защиты от любого проникновения извне.

Намерения фашистских правительств изолировать СССР среди народов мира и поместить эту страну, так сказать, на карантин не только успешно реализуются за пределами этой страны, но и, похоже, весьма эффективны на ее территории. В отместку или по каким-то собственным соображениям Советский Союз, судя по всему, вполне готов в этом отношении «превзойти Ирода». А они умеют бить первыми – притом весьма болезненно, – если считают, что им грозит опасность.

Советская уверенность в себе

Несмотря на «чистки», террор, пропаганду войны и угрозы враждебных соседей, нет никаких сомнений в том, что их правительство вполне уверено в своих силах. Президент Калинин, премьер Молотов и министр иностранных дел Литвинов – все выразили мне (и думаю, искренне) эту позицию. Совсем недавно нарком Литвинов высказал сожаление, что демократические страны мира не желают идти навстречу коллективной безопасности и международному миру, но он прояснил, что в конечном итоге Советский Союз вполне удовлетворен тем, что, если демократические страны продолжат «нынешний курс глупости и безразличия к международному миру и справедливости», он будет полагаться лишь на себя. По его словам, у них есть полная уверенность в том, что правительство сможет продержаться неопределенно долго и совершенно не опасаясь за последствия в случае внешней агрессии.

Мнение дипломатов относительно прочности режима и возможности государственного переворота

Ни один иностранный дипломат, с которым я беседовал, не считает, что сталинский режим политически слаб или подвержен непосредственной опасности. Иногда высказываются прямо противоположные мнения. По их мнению, естественная смерть Сталина не приведет к смене режима, особенно если у организации будет время поставить у власти его преемника до того, как новость станет общеизвестной. Если бы смерть Сталина произошла в результате покушения и/или сопровождалась государственным переворотом, руководимым и осуществляемым представителями армейской верхушки, нынешний режим, вероятно, был бы свергнут. Преобладает мнение, что в таком случае социалистическое государство сохранится. Обычно считается, что Сталин крепко держит ситуацию в своих руках, что различные элементы силы уравновешены между собой и каждый элемент ему подотчетен. При наличии огромной мощи армии, тайной полиции, прессы и всех инструментов пропаганды, пребывающих в активном состоянии, вероятность открытого акта крайне мала, за исключением чистой случайности.

Отношение Советского Союза к Соединенным Штатам

Несмотря на некоторые неизбежные шероховатости, тем не менее можно смело утверждать, что миссия правительства Соединенных Штатов за последний год получила здесь больше внимания и благосклонности от правительства, чем миссия любого другого иностранного государства. Мне сам нарком иностранных дел Литвинов лично заявил, что «Советский Союз сделает для Соединенных Штатов больше, чем любая другая страна». Такое, вероятно, объясняется тем, что здешние чиновники, представляющие собой весьма способную и сильную группу людей, а также народ в целом относятся к Соединенным Штатам с дружеской благосклонностью. Они чувствуют, что мы бескорыстны, дружелюбны, не имеем прямых замыслов в отношении их владений и не преследуем эгоистичных целей вступать в сговор с их непосредственными врагами. Вожди также весьма восхищены президентом Рузвельтом и тем, что они считают «его замечательными достижениями». Они также крайне высоко оценивают усилия государственного секретаря по установлению международного мира путем экономического умиротворения.

Подобное дружелюбие не останавливает их в вопросах, затрагивающих жизненные интересы, о чем свидетельствуют ситуации с долгом и Коминтерном. Они абсолютно реалистичны. Однако, как мне кажется, это свидетельствует о настоящем «самом дружелюбном» отношении и настрое, который прямо противоположен преобладающей здесь враждебности по отношению к иностранцам. Есть сотни иностранных граждан – немцев, поляков, итальянцев, – которые были заключены в тюрьму и к которым дипломатические работники соответствующих государств не имели доступа или возможности побеседовать до суда. В тех двух эпизодах, которые имели место в связи с нашими гражданами и по поводу которых был поднят этот вопрос, нашу просьбу выполнили (что прямо противоречит имеющимся прецедентам), притом с удивительной быстротой, в отличие от других миссий. В обоих упомянутых случаях представителям посольства было разрешено увидеться и побеседовать с обвиняемыми до суда.

Заключение

При нынешнем режиме делается много прекрасного. Разработано множество замечательных проектов, которые вызывают симпатию и восхищение. Однако никакая степень альтруизма, гуманитарных усилий или высоких и благородных целей и никакое количество материальных благ, улучшающих уровень жизни пролетариата, никогда не смогут компенсировать отрицание свободы и прав личности.

Независимо от того, останется ли данный режим у власти или падет, по моему мнению, международное значение происходящего в России будет расти – как в политическом, так и в экономическом плане. За последние восемь лет достигнуты огромные и даже поразительные успехи в промышленном и научном развитии. «Тигр» ощутил вкус крови. Ничто (даже революция или смена правительства) не может остановить дальнейшее освоение и развитие огромных ресурсов и богатств этой страны. Амбиции молодежи страны высоки, как никогда. Созданы условия для получения образования. Образование, сугубо научное и иное, широко распространяется и становится всеобщим. Кастовые и классовые барьеры на пути индивидуального развития разрушены. Неизбежная сила этой относительно молодой нации и народа, едва появившегося на свет, неизбежно будет способствовать и продолжать это развитие. Нынешнее положение этой страны в экономическом и промышленном отношении, как мне кажется, находится на той стадии развития, на которой Соединенные Штаты находились около шестидесяти лет назад.

Следующее поколение, по моему мнению, увидит, что эти люди здесь оказывают огромное влияние не только на то, что происходит в Европе, но и на весь мир.

Несмотря на многие обиды, несмотря на, казалось бы, явные оскорбления, нанесенные дипломатическим представительствам некоторых стран Европы, их правительства тем не менее продолжают держать своих дипломатических представителей и сохранять контакты в Москве. На мой взгляд, это мудрая и благоразумная политика. Здесь сосредоточены огромные силы, а еще более грандиозные силы находятся в процессе формирования. Они неизбежно возымеют далеко идущие последствия.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Часть седьмая

Кульминация миссии

6 апреля – 5 июля 1938 года

_________________________________

СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО И ХУДОЖНИКИ

Москва, 6 апреля 1938 года

МИСС ЭМЛЕН НАЙТ ДЭВИС

Дорогая Бижу!

Мы с большим удовольствием и исключительным интересом посещаем различные национальные выставки и представления, которые характерны для зимнего сезона в Москве, столице страны. Здесь прошло несколько прекрасных выставок советского искусства из разных областей. Каждая из них типична для местности, из которой она прибыла; от дынь и тропических пейзажей Бухары до ледяных пустынь арктической Сибири. Не меньший интерес среди этих мероприятий представляла выставка искусства советских женщин. Здесь были выставлены работы маслом, акварелью, всевозможные поделки, а также скульптура. Мы наткнулись на оригинальную модель прекрасной фигуры мужчины и женщины, которая венчала советское здание на выставке в Париже прошлым летом. В рельефной миниатюре она так же необычна и прекрасна, как и в Париже.

Величайший скульптор России

После этой выставки мы договорились о встрече с мадам Мухиной, знаменитым скульптором. Вездесущий Бендер отправил нас в район, где она живет. Ее студия оказалась в доме старой постройки. Несмотря на запущенное состояние, дом сохранил остатки красоты и достоинства французского стиля. Мадам Мухина – симпатичная женщина лет пятидесяти с прекрасными глазами. Вместе с ней нас принимал ее муж, облаченный в русский халат, а также сын лет двадцати с небольшим, который, к нашему удивлению, неплохо говорил по-английски. Мы провели весьма интересные два часа в ее квартире и в мастерской. Как и все великие люди, в обращении она очень проста. Она создавала скульптуры из цельного камня. Она показала нам несколько моделей, которые подготовила для декорации строящихся в Москве мостов (всего их одиннадцать, все обещали завершить к 1 мая и, несомненно, все сделают срок). От этих замечательных проектов просто дух захватывает! Все эскизные фигуры, конечно, были символическими. Итоговые статуи будут высотой около 150 футов, и их установят на подходах к опорам моста, а также в центре. Некоторые из них представляют собой своего рода стадион в центре моста, с искусственными бассейнами для отражения, и все это создано не только для красоты, но и для того, чтобы служить амфитеатром для публичных речей и прочих выступлений под открытым небом. Она показала нам несколько небольших моделей своих статуй. Особенно красивыми нам показались «Северный ветер» и «Упавший Икар». Они с Марджори подружились, а перед тем как мы ушли, она пообещала сделать мраморный бюст Марджори. Я очень обрадовался. Уверен, что у нее все получится, потому что она в необычайной степени воплощает идеализм в своей работе. Это был весьма интересный визит.

На прошлой неделе в столице проводили свои выставки художники из Азербайджана, и Наркомат иностранных дел весьма любезно предоставил нам возможность посетить их. На следующий день мы пришли на выставку народных танцев в Дворянском собрании (старинном аристократическом офицерском клубе, где также проходили судебные процессы). Марджори впервые увидела интерьер здания. У нее даже перехватило дыхание: величественный и красивый коридор и широкая лестница, веджвудский орнамент на белоголубых стенах, благородные пропорции комнат и особенно освещение – все это произвело на нее сильное впечатление. Танцы тоже были необыкновенными. Это, конечно же, лучший вид народных танцев, который только можно отыскать в России, и ставились танцы людьми из разных уголков страны. Как обычно, движения были стремительными, а ловкость и координация участников – самыми замечательными, и все зрелище, с красочными костюмами, грацией и молодостью танцоров, оставило самое приятное впечатление.

Провинциальная «гранд-опера»

Вчера вечером мы ходили на оперу, поставленную азербайджанской труппой. Она была поставлена в филиале Большого театра, который мы раньше не видели. Пусть даже это не Большой театр, но все равно замечательный. Он довольно внушительный. В оркестровой яме и в труппе было, наверное, около 300 человек. Я насчитал около 60 человек в оркестре, и, по моим подсчетам, на сцене в разное время находилось около 200 человек. Это была постановка азербайджанской оперы «Кероглы», что в переводе означает «сын слепого». Характерная история об угнетении простого народа местным правителем. Он велел ослепить своего табунщика за то, что тот не раздобыл ему желанного коня. А ему потом мстил сын табунщика, который стал предводителем разбойников и защищал притесненный народ. Постановка была очень интересной, даже уникальной.

Это напомнило мне один из больших приемов, который мы давали недавно вечером. Весь дипломатический корпус был взбудоражен и изумлен тем, что туда явились 60 или 70 русских знаменитостей. Все они были людьми, занимающими видное место в драматургии, музыке, литературе, искусстве или на государственной службе. Они присоединились к танцам в большой столовой, которая была превращена в бальный зал, и, казалось, замечательно провели время. Многие из них справлялись о тебе и интересовались тем, чем ты занимаешься. Все знали о твоих курсах в Московском университете и весьма приятно о тебе отзывались.

Ожидаю, что за неделю нам устроят посещение мастерской величайшего из ныне живущих советских художников – Герасимова. Именно он написал тот великолепный, огромный дворцовый интерьер со всеми советскими генералами на совещании, который, как ты помнишь, доминировал в большом зале Третьяковской галереи. Эту картину художнику пришлось переписывать после судебных процессов о государственной измене прошлым летом, чтобы убрать оттуда Тухачевского и некоторых других, прежде чем она была выставлена на Парижской выставке. Герасимов – единственный художник, получивший высшую награду за свое искусство – орден Ленина. Мне сказали, что он прекрасно говорит по-английски и некоторое время жил Соединенных Штатах, где работал ковбоем! С нетерпением жду встречи с ним.

С любовью,

отец

_________________________________

ОТНОШЕНИЕ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ К ЯПОНСКИМ ПРОТЕСТАМ

Журнал Москва, 4 апреля 1938 года

Пресса сообщает, что нарком иностранных дел получил протест от посла Японии по поводу военной помощи, которую, как он утверждает, правительство (СССР) оказывает Китаю.

Как сообщается, М. Литвинов ответил, что их позиция по продаже оружия и т. д. Китаю полностью соответствует принципам международного права. Он отрицал тот факт, что они отправляли в эту страну (Китай) какие-либо отряды или отдельных военных для участия в боевых действиях.

За китайцев сражались добровольцы из многих стран, но, насколько известно, японское правительство не выразило протеста ни одному из них.

Китай и Япония имели равные возможности для получения оружия из-за рубежа.

_________________________________

КОММУНИЗМ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТ УГРОЗЫ МИРУ

Москва, 4 апреля 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ СТИВЕНУ Т. ЭРЛИ

Дорогой Стив!

С момента нашего приезда здесь всегда что-то происходит. В этом нет ничего необычного. В Москве никогда не бывает скучно.

Соединенные Штаты, Канада и британские колонии представляются последним надежным хранилищем демократических идеалов. Россия может стать полезным оплотом для защиты международного мира, если бы ее задействовали. Европейские демократии, однако, похоже, сознательно играют на руку фашистам в стремлении целиком изолировать данную великую державу от остального мира, и особенно от Франции и Англии. Жаль, но все так и есть.

Фашисты за рубежом распространяют слухи о том, что сталинский режим якобы разваливается. Ни один дипломат, служащий здесь, не считает, что армия не верна Кремлю или что рушится их промышленность. На самом деле те, кто находится здесь, на местах, и кто лучше всего информирован, включая даже представителей враждебных государств, все в один голос заявили мне, что, если не произойдет чего-то уж совсем неожиданного, например покушения или государственного переворота, то режиму ничто не угрожает. Он прочно укрепился у власти, имеет превосходную армию, добился значительных успехов в промышленности и мог бы неплохо проявить себя в любом мировом вооруженном конфликте.

Лично я не считаю, что в ближайшие годы миру угрожает реальная опасность со стороны коммунизма. Коммунизм попросту не сработает. Он даже здесь не работает. Это правительство – не коммунизм. Это социализм. Причем видоизмененный социализм, который вынуждают все больше и больше исповедовать методы капитализма и индивидуализма, чтобы заставить эту махину работать. А толпа у власти, правительство должны заставить ее работать, либо они потеряют работу. Так уж устроена старая человеческая натура. Поэтому они вынуждены на ходу менять свои методы, в результате чего, исповедуя левые идеи, они на самом деле проводят в жизнь правую политику. Французский посол сказал мне, что к Коминтерну (комитет по реализации идеи международной революции) Сталин прибегает не по доброй воле, а исключительно из военно-стратегической необходимости. Сталин, как он сам утверждает, хочет сначала утвердить социализм в России, как успешный урок для всего мира. Троцкий выступает за мировую революцию, без которой, по его мнению, успешного коммунизма быть не может.

Независимо от того, кто будет управлять правительством – Сталин, Троцкий, Тухачевский или кто-то другой, – по-моему, эти люди будут обладать огромной и все возрастающей силой и влиянием как в европейских, так и в мировых делах. И все благодаря огромным человеческим ресурсам и богатствам страны. И еще потому, что эта сила пробудилась лишь недавно и осознала свои огромные возможности. Всеобщее образование, техническая подготовка, разрушение кастовых барьеров и открытие новых возможностей повсюду уже как следует вдохновили местную молодежь, и у нее загорелись глаза. Наука и капитал продемонстрировали, на что способна промышленность, что означает промышленный рост, они показали «землю обетованную» в виде несравненно более высокого уровня жизни. Деревенские парни, как говорят, от сохи, полные сил, энергии, энтузиазма, направляются в город, и им везде открыты дороги; и не имеет значения, кто правит страной, этим силам никто не откажет. Страна находится в состоянии экономического роста, который, на мой взгляд, соответствует ситуации, в которой Соединенные Штаты находились шестьдесят лет назад, и возможности для дальнейшего развития здесь огромны.

№ 1149 Москва, 12 апреля 1938 года

_________________________________

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ИНСПЕКЦИОННАЯ ПОЕЗДКА ВО ВНУТРЕННИЕ РАЙОНЫ СОВЕТСКОГО СОЮЗА – БАКИНСКИЕ НЕФТЯНЫЕ ПРОМЫСЛЫ И ТАК ДАЛЕЕ

Сэр!

В настоящее время я планирую трехнедельную поездку, чтобы лично осмотреть бакинские нефтяные месторождения в Азербайджане, промышленные разработки на Донбассе и на Кавказе, некоторые проекты больничных стационаров и колхозы юга России.

Соответствующие доклады дополнят и расширят информацию, полученную и представленную ранее в связи с моими прошлогодними инспекционными поездками. Они должны быть полезны для Госдепартамента в оценке как политических, так и экономических аспектов этой ситуации.

Мой план предполагает отсутствие в Москве со 2 по 25 мая. Однако в течение этого времени я буду поддерживать телефонную связь с канцелярией в Москве и ни в коем случае не покину пределов Советского Союза.

Случись чрезвычайная ситуация в Европе, это, конечно, изменит мой план. Однако в отсутствие иных указаний от Департамента и в соответствии с вышеназванным обменом телеграммами я планирую отсутствовать в Москве со 2-го приблизительно по 25 мая.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 14 апреля 1938 года

Ко мне на обед заглянул мистер Ральф Блейк, вице-консул в Кобе, Япония. Он как раз направлялся на родину. Это энергичный, весьма симпатичный молодой человек – заслуга службы. Он очень умен, уравновешен и осторожен в высказывании мнений и фактов.

Он заявил, что в Японии появились признаки экономического давления, вызванного войной, и что там много обсуждают и опасаются возможных русских налетов на «бумажно-деревянные» города Японии.

_________________________________

Журнал Москва, 14 апреля 1938 года

Только что прочитал книгу сэра Уолтера Ситрайна о России. Она достойна восхищения. Книгу нельзя назвать ни полностью критической, ни полностью восторженной. Мне кажется, она прекрасно выражает позицию британского рабочего движения. Такое движение всегда с воодушевлением относится к любому плану, который обеспечивает лучший уровень жизни для рабочего, более надежное и справедливое распределение богатства и большую социальную защищенность для обездоленных; но, с другой стороны, оно очень твердо настаивает на том, чтобы такие блага не обеспечивались за счет гражданских свобод и тех атрибутов индивидуалистического общества, которые сохранили свободы и возможности людей. В нынешней мировой борьбе между идеологиями тоталитаризма, нацизма и нашей концепцией жизни одна из наиболее обнадеживающих вещей, которую я могу видеть, – это здравомыслие, сила и уравновешенность британского рабочего движения, и особенно их твердая, сбалансированная настойчивость на том, чтобы спешить, но медленно, дабы быть уверенными, что их с таким трудом завоеванные свободы не будут поставлены под угрозу или даже потеряны.

Москва, 14 апреля 1938 года

_________________________________

ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА СЕНАТОРУ МИЛЛАРДУ ТАЙДИНГСУ

Данная изоляция России, вероятно, более серьезна для демократических стран Европы, чем для Советского Союза. Официальные лица утверждают, что им безразлично такое развитие событий, за исключением того, что они сожалеют о нем из-за коллективной безопасности и ее влияния на мир во всем мире. Они, без сомнения, более чем уверены в собственной способности защитить себя.

Судя по тому, что творится в этом извращенном мире, не уверен, что демократические страны мира однажды не будут чертовски рады получить дружбу, силу и преданность миру, которые это правительство могло бы дать в случае очередного мирового кризиса. И поверьте мне, если эти фашистские диктаторы продолжат бесчинствовать, кризис обязательно наступит, и, по мнению многих известных мне людей, жизнь не будет стоить того, чтобы проживать ее на условиях, которые будут диктовать они, а все это уже очень близко. Слишком многие сейчас выдают желаемое за действительное – и отказываются разглядеть простые, очевидные вещи в этой Европе.

_________________________________

Дневник Москва, 23 апреля 1938 года

Устроили «мальчишник». Присутствовали: Денни (из «Таймс»), Дьюэл (Юнайтед Пресс), Мэссок (Ассошиэйтед Пресс), Барнс («Трибьюн»), Уильямс (Торговая палата), Шапиро (Юнайтед Пресс), Майнор и Андерсон из числа персонала. Джо Барнс только что вернулся из поездки в промышленный регион к востоку от Москвы, на Урал, и его распирает от интересной информации о необычайном развитии, которое там намечается. Спенсер Уильямс только что вернулся из поездки в Испанию, где часто виделся с Чарли Наттером. Судя по его описанию, положение в Мадриде душераздирающее, но рассказ его получился весьма увлекательным.

_________________________________

ОХОТА ЗА «КРАСНЫМИ» В МОСКВЕ

Журнал Москва, 30 апреля 1938 года

17 марта я получил письмо от британского посла, исполняющего обязанности главы дипломатического корпуса, адресованное всем главам миссий, в котором предлагалось выразить совместный протест советскому МИДу в связи с введением советскими властями досмотра всех личных вещей, которые покидающие Россию дипломаты вывозят из страны, и взиманием налога за такую «услугу». В письме запрашивались мнения о целесообразности предлагаемого демарша.

Я встретился с британским послом, к которому питаю большое восхищение и которого уважаю, и сказал ему, что, по моему мнению, совместный протест стал бы ошибкой; что сами претензии относительно невелики; что советский МИД слишком щепетилен, тем более если речь идет о совместных действиях дипломатического корпуса; что так ничего не добьешься, а если речь вести о перспективах, то можно даже серьезно навредить. Лорд Чилстон сказал, что он, конечно, понимает, что никаких действий предпринято не будет, если только главы миссий не выразят единодушное мнение о том, что это должно быть сделано.

Я усилил свою позицию, заявив, что, хотя и признаю, что дипломатические привилегии имеют определенное значение, считаю более серьезным тот факт, что, если инцидент примет политическую окраску, он может повлиять на более крупные и жизненно важные политические цели демократических стран, которые либо уже существуют, либо, возможно, появятся в будущем. Если усилия Чемберлена по обеспечению мира в Европе, к сожалению, потерпят неудачу и война станет неизбежной, подчеркнул я, отношение и позиция Советского Союза с его огромными ресурсами могут возыметь решающее значение для мира во всем мире и для демократических держав. Было бы неразумным и неуместным оскорблять это правительство по довольно пустяковому поводу. Посол Великобритании заверил меня, что разделяет такую точку зрения и что ничего не получится, если не будет полного единодушия со стороны дипломатического корпуса.

Через несколько дней на ужине в британском посольстве двое гостей – послы_____________и___________— отвели меня в сторону и рекомендовали настоятельно попросить британского посла не предпринимать таких действий, поскольку, по их сведениям, советский МИД знает о его письме, весьма возмущен этим и, конечно, не допустит никаких подобных действий. Я спросил их, почему они сами не обратились к послу. Они возразили, что являются представителями малых стран и т. д., и не мог бы я взять это на себя. В ответ я сказал им, что сделаю, – и сделал. Лорд Чилстон понял, в чем дело, и вновь заверил меня, что не предпримет никаких действий, если не будет достигнуто единодушного согласия.

Позже посол Великобритании с сожалением сообщил мне, что, по его мнению, отступать не следует и что они должны довести дело до конца, и он весьма рассчитывает на мое сотрудничество. Я заявил откровенно, что сожалею, что в сложившихся обстоятельствах буду вынужден отказаться от участия в демарше и что Департамент оставил это решение полностью на мое собственное усмотрение.

С точки зрения обычного дипломата, ситуация выглядела серьезной. Это было, возможно, посягательство на дипломатический иммунитет, установленный Венским конгрессом, и, кроме того, считалось важным, чтобы посягательства на дипломатические права не оставались незамеченными или без оперативного противодействия.

Сам по себе инцидент был пустяковым, но он иллюстрировал обстановку, которая здесь сложилась. Он показал, что нервы отдельных людей уже на пределе, и, опять же, он дал представление о мировоззрении обычного дипломата. Истинное значение этого инцидента заключается в том, что он в целом отразил нетерпимость и скрытую враждебность в определенных кругах дипломатического корпуса. У некоторых было модно негласно «подтрунивать над Советами». Справедливости ради следует заметить, что британский посол не занимал такой позиции, а инициатива в этом вопросе исходила от него по той лишь причине, что он выступал в качестве главы дипломатического корпуса. Уверен, что он с пониманием отнесся к моей точке зрения.

Насколько понимаю, дело было прекращено и больше ничего не предпринималось[63].

_________________________________

Журнал Москва, 10 мая 1938 года

Из весьма надежного источника мне стало известно о том, в какой степени это правительство «вычищает» всех неграждан. Вероятно, это объясняется рвением в деле обороны страны.

Мой информатор заявил следующее.

Что касается отношений его правительства с Советским Союзом, то дела и в самом деле плохи; что он испытывает очень большие трудности. Эти трудности обусловлены двумя причинами:

а) действиями советского правительства по отношению к гражданам в связи с их ликвидацией, тюремным заключением и высылкой из СССР;

б) неспособностью правительства содействовать возвращению своих граждан в свою страну из-за неспособности страны принять их на своей территории.

По его словам, в Советском Союзе насчитывается около 80 000 таких граждан, что по меньшей мере 20 000 были арестованы. Целые деревни во внутренних районах страны лишились мужского населения в результате арестов и депортации в отдаленные районы страны мужчин из тех или иных поселений. Нищета и отчаяние оставшихся женщин и детей доведены до крайности, и эти несчастные в большом количестве стекаются в Москву к соответствующим посольствам, умоляя о помощи. Если бы речь шла о депортации 1000 или 1200 таких граждан, то их правительство, вероятно, смогло бы справиться. Однако советское правительство отказывается разрешить частичную депортацию, за исключением случаев, когда было принято решение выслать всех. Подобные вещи делают положение совершенно невозможным и ужасным. В случае ареста этих граждан и заключения в тюрьму их дипломатическим представителям не разрешается ни общаться, ни видеться с ними. Картина, которую он нарисовал, показалась весьма мрачной. То же самое рассказывают и несколько послов. Очевидно, это правительство не только закрывает консульства в принудительном порядке, но и массово выдворяет «иностранцев».

Как мне сообщили, одновременно с упомянутой деятельностью правительство создает «ничейную территорию» шириной в несколько миль по всей советской границе, чтобы предотвратить любое возможное проникновение в страну. Правительство, похоже, осознает высочайшую опасность войны. Доказательства тому вполне очевидны: процессы о шпионах по всей стране, «чистки», массовые депортации, закрытие консульств, перевод промышленности на производство танков, реорганизация армии и так далее.

Кулондр, посол Франции, говорит мне, что производство самолетов в СССР было увеличено до 400 в месяц – 4800 в год.

Я спросил, считает ли он эту информацию достоверной, и он, похоже, был в этом совершенно уверен.

_________________________________

Дневник Москва, 10 мая 1938 года

Сегодня утром пришла телеграмма от старого друга Джо Тумалти с известием о том, что моя кандидатура на посла в Бельгии передана на утверждение в Сенат.

Это будет означать большие перемены по сравнению со здешней атмосферой. Наверное, сама судьба благоволит нам, раз уберегла от отправки в Германию в нынешней обстановке.

_________________________________

Дневник Москва, 13 мая 1938 года

Нанес визит новому послу________, весьма умному и образованному человеку.

Он заявил, что, согласно его наблюдениям, многие представители местного дипломатического корпуса настолько враждебно относятся к СССР, что, по его мнению, они приехали с целью найти малейший повод для критики. Сами его слова не удивили меня, но то, что он должен был их сказать, удивило.

_________________________________

Дневник Москва, 14 мая 1938 года

Работал над своим «Кратким изложением фактов», конспективным обзором СССР. Сейчас он практически завершен и представляет собой скрупулезный анализ. Он может представлять определенную ценность для Госдепартамента. Думаю, в любом случае в нем содержится честный отчет об обстановке в СССР в этот период развития советской революции и в тот критический период времени, когда мир в Европе держится на волоске. Когда я покину этот пост, то хочу, чтобы в том, что касается моих личных наблюдений, отчет получился как можно более полным.

_________________________________

Журнал Москва, 15 мая 1938 года

Кулондр, посол Франции, – исключительно способный человек. Это ветеран дипломатической службы. Он также обладает интеллектуальной предприимчивостью и весьма энергичен в своих суждениях. Мы много виделись, и со мной он был весьма откровенен.

Его беспокойство вызывают положение в Чехии и безудержный поток немецкой пропаганды. По его мнению, это указывает на вполне определенную, и притом агрессивную, цель Германии по отношению к Чехословакии. Для него «маневры» немецкой армии на чешской границе носят явно угрожающий характер и «могут означать все, что угодно». Он сказал, что его правительство без промедления направило в Берлин энергичное уведомление о том, что в случае военного нападения на Чехословакию французская армия не станет отсиживаться и выступит. В этой связи он с горечью отозвался о министерстве иностранных дел Чемберлена. Британский МИД довольно мягко уведомил Берлин, что если Франция придет на помощь чехам, то положение окажется весьма серьезным, и Великобритания вынуждена будет подумать, обязана ли она поддержать Францию, и не дает никаких гарантий, что она этого не сделает. По его мнению, это не «тот язык, который способен понять Гитлер». Это лишь поддержит Риббентропа, который не перестает успокаивать Гитлера, что, «несмотря ни на что», Британия воевать не станет[64].

_________________________________

ВИЖУ САМ

№ 1310 Москва, 1 июня 1938 года

Продиктовано в Батуми 19 мая 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ИНСПЕКЦИОННАЯ ПОЕЗДКА В МАЕ 1938 ГОДА ПО СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫМ РАЙОНАМ УКРАИНЫ И КРЫМА. КОЛХОЗЫ; КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ В ОСОБЫХ УСЛОВИЯХ, ЧАЙНЫЕ ПЛАНТАЦИИ, ЦИТРУСОВЫЕ И ПРОЧЕЕ; ХЛЕБОЗАВОД В ОДЕССЕ; НЕФТЕПЕРЕРАБОТКА И НЕФТЕПРОДУКТЫ В БАТУМИ; ЦЕМЕНТНАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ В НОВОРОССИЙСКЕ; САНАТОРНЫЕ ПРОЕКТЫ КАВКАЗА; ПОРТОВЫЕ СООРУЖЕНИЯ ДЛЯ ЭКСПОРТА НЕФТИ, ЗЕРНА, ЦЕМЕНТА И ПРОЧЕЕ[65]

Сэр!

В течение 1937 года я совершил инспекционные поездки в ряд основных промышленных регионов Советского Союза и доложил Госдепартаменту о различных фазах советской промышленности, включая заводы по производству станков, электрогенераторов и трансформаторов, турбин, грузовиков, чугуна, стального проката, сельскохозяйственной техники, алюминия и электроэнергии, включая плотину Днепрогэса. Перед отъездом на новое место службы хотел бы дополнить и расширить полученную информацию сообщениями из первых рук о других отраслях промышленности.

В связи с тем, что Советский Союз дает треть мирового производства пшеницы, половину мирового производства овса, 80 % мирового производства ржи и занимает первое место по производству сахарной свеклы, мне пришло в голову, что было бы полезно получить представление о мощностях и ресурсах, которые Советский Союз имеет сейчас или, возможно, планирует создать в главных портах экспорта этих продуктов, которые находятся на Кавказе и в Черноморском регионе.

Нефтепродукты – производство, переработка и портовые мощности для экспорта

В том же регионе производится 75 % нефтепродуктов Советского Союза и проходят самые крупные и важные трубопроводы. Район Батуми – Баку вместе с Кавказом дает около 90 % всей советской нефтедобычи. Нефтяные запасы Советского Союза, несомненно, являются одними из крупнейших в мире. Советская нефтедобыча, как утверждается, является самой большой в Европе. Экспорт нефти и нефтепродуктов сократился с 6 млн тонн в 1932 году до 3 млн тонн в 1935 году и до 1 929 147 тонн в 1937 году. Ввиду огромных запасов, о которых заявляет Советский Союз, тем не менее было бы интересно составить некоторое представление о том, какие мощности для экспорта нефти и нефтепродуктов существуют сейчас или находятся в процессе строительства в главных портах советского экспорта.

Важным фактом в связи с нефтяной промышленностью Советского Союза является огромный рост потребления бензина в СССР. Усилия, предпринятые за последние десять лет для индустриализации страны, механизации советского сельского хозяйства, увеличения производства и использования легковых и грузовых автомобилей, привели к совершенно непропорциональному росту потребления бензина относительно его производства. В 1932 году потребление бензина составило 647 000 тонн и равнялось примерно 25 % производства. В 1937 году это потребление увеличилось в шесть раз и составило примерно 3,5 тонны, в то время как производство бензина за тот же период увеличилось лишь вдвое, то есть с 2,459 млн тонн в 1932 году до 4,87 млн тонн в 1937 году. В результате экспорт нефтепродуктов постоянно сокращался, как уже говорилось выше. Это также частично объясняет рост советского импорта нефти и нефтепродуктов. За последние два года импорт только из США увеличился, наверное, на 600 %. Этот импорт состоит в основном из высокооктанового авиационного бензина из Калифорнии, который поставляется на советский Дальний Восток. Другая причина импорта, несомненно, кроется в том, что советское правительство прилагает большие усилия для сохранения и увеличения своих военных запасов бензина[66]. Это одно из самых слабых мест в советской военной экономике. Прошлым летом в Москве было трудно достать даже бензин второго или третьего сорта для грузовиков. Тогда утверждалось, что ситуация вызвана большим спросом на имеющиеся запасы в связи с уборкой урожая. Однако нехватка бензина продолжалась всю зиму и, по-видимому, объясняется невероятными усилиями, которые правительство прилагает для подготовки к войне.

Цемент и строительные материалы

Одной из важных фундаментальных отраслей промышленности СССР является цементная промышленность. Она является основой обширных планов промышленного, жилищного и дорожного строительства. Это особенно важно в связи с предполагаемым обширным строительством военно-оборонительных сооружений вдоль западной границы. Примерно треть цемента в Советском Союзе, по крайней мере до настоящего времени, производится в окрестностях Новороссийска, который также находится в Кавказском регионе.

Санаторные проекты

Именно в этом регионе находятся широко пропагандируемые правительственные и профсоюзные санатории и дома отдыха. На Украине, в Крыму, а также на Кавказе крупные особняки представителей богатых классов старого режима переоборудованы в различные типы санаториев. Разработаны и эксплуатируются различные гигиенические, радиоактивные (радоновые), серные и другие виды ванн. Профсоюзы, Красная армия и другие организации построили в этом субтропическом регионе свои базы отдыха. Недалеко от Сочи на Черном море находится дача Сталина. Сочи является центром госпитализации больных сердечно-сосудистыми заболеваниями и считается также в своем роде образцовым курортом Советского Союза.

Колхозы

В этом регионе также сосредоточены различные типы колхозов и совхозов, в которых крестьяне занимаются зерноводством, разводят виноградники, цитрусовые, чай и развивают другие виды тропического земледелия. На обширных равнинах вполне очевидны преимущества механизированного, крупномасштабного производства зерна. В отношении фруктов и другой сельскохозяйственной продукции, которая в большей степени зависит от индивидуального внимания и заботы, ценность и эффективность коллективных усилий более сомнительна. Таким образом, данный регион позволяет наблюдать оба типа хозяйствования.

На основании вышеизложенных общих целей я выехал из Москвы 15 мая 1938 года в сопровождении опытного секретаря, г-на Бартли Гордона, и советского сотрудника посольства, г-на Филиппа Бендера, выполнявшего роль переводчика. Весь следующий день, 16 мая, мы находились в поездке по весьма богатому сельскохозяйственному району между Москвой и Украиной. Эти места весьма напоминают богатые низинные земли Небраски и Канзаса, и чем дальше мы продвигались на юг, тем более процветающей выглядела страна. От Киева, столицы Украины, до Одессы проложено отличное двухколейное полотно.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

СОВЕТСКАЯ ЗДРАВНИЦА

ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА К МОЕЙ ДОЧЕРИ, МИССИС УОКЕР

30 мая 1938 года

В Сочи нет гавани. Город простирается от берега до самых холмов. В нем много ослепительно-белых зданий, разбросанных по склонам холмов. Они выглядывают из-за скоплений зелени. Это образцовый курорт в СССР, который преподносят как одно из лучших достижений режима. Именно здесь «дядя Джо» Сталин проводит свой отпуск на зимней даче (загородном доме с участком). Здесь же кое-кто из «приближенных» два года назад обстрелял его из засады на обочине дороги, а потом и позднее, когда он подходил к побережью на небольшом катере. По крайней мере, так рассказывают. Сочи окружен серными ваннами, которые, как говорят, обладают особой целебной силой, позволяя проводить лечение при ревматизме и других заболеваниях, сопровождающихся нарушениями работы сердца. Но здесь много чего говорят… Он (Сочи) никогда не имел особенного значения до 1925 года, когда Советы начали его развивать. Насколько это развитие совпало с появлением у Сталина проблем с сердцем, нигде не зафиксировано. Сейчас здесь проживает около 100 000 человек, и это внушительная цифра. Практически все жилые помещения здесь (старые или новые) являются либо домами отдыха, либо санаториями.

_________________________________

РУССКАЯ РИВЬЕРА – ПРЕКРАСНЫЙ КРЫМ

Москва, 5 июня 1938 года

Дорогая дочь!

Провели три дня в Ялте, в Крыму. Замечательное место. Побережье усеяно скалами и полно красивых гаваней, а горы спускаются прямо к морю. Склоны покрыты живописными деревьями и виноградниками, и по этим склонам разбросаны прекрасные особняки старого режима. Это было место отдыха и развлечений знати.

Из Ялты отправились в Одессу. Выдался единственный сумрачный день за всю поездку. В Одессе мы ничем не занимались, кроме того, что ждали поезда, который отправлялся в 10.40, и провели это время в местной опере. Местный оперный театр является почти копией оперного театра в Вене и был спроектирован тем же архитектором. Он очень внушительный и красивый. Мы смотрели оперу «Пиковая дама» Пушкина, на музыку Чайковского. Постановка сделана исключительно хорошо, как в драматическом, так и в художественном смысле. Единственное, что оказалось не на высоте, – это пение. Директор рассказал нам, что в театре работает 700 человек, и каждый день весь год у них идет представление либо оперы, либо балета. Артисты получают от 250 рублей в месяц до 4000 и даже 10 000 рублей, что по нынешнему курсу составляет от 20 до 1000 долларов в месяц. Московское правительство ежегодно выделяет 1 750 000 рублей в качестве субсидии для поддержания низких цен на входные билеты.

В тот вечер мы сели на поезд и прибыли в Киев. Это столица Украины и один из древнейших городов России. Здесь мы пробыли два дня. Украина невероятно богатая, плодородная и красивая. Киев – самый интересный российский город из всех, что я видел. Здесь многое указывает на процветание и активность. Витрины и магазины выглядели даже более привлекательными, чем в Москве. Я посетил черепичный завод и колхоз. Марджори провела время с гидом, наслаждаясь великолепными древними соборами, которые были построены в разное время начиная с IX века. Особенный интерес вызвала лавра, монастырь, в котором в свое время проживало 1000 священников и который состоял в одной из самых богатых греческих православных епархий, и я провел там целый час. Здесь мы увидели одну из лучших коллекций икон, и это вообще самое впечатляющее церковное сооружение, которое мы видели в Советском Союзе. Здесь также есть катакомбы. Мы также осмотрели Институт мастеров народного творчества. Там была школа вышивки и ковроделия (там настоящие мастера своего дела), где обучались молодые женщины. Работы вышивальщиц были довольно необычными, как, в частности, и украинская вышивка.

_________________________________

РОССИЯ И ЯПОНИЯ

Журнал Москва, 4 июня 1938 года

Ниже приводится моя наиболее взвешенная оценка советско-японских отношений.

1. Советско-японские отношения крайне сложны; на острове Сахалин в связи с деятельностью японских концессий возникают постоянные трудности. Здесь в значительной степени полагаются на советских работников; эти трудности, как утверждают некоторые, происходят главным образом оттого, что эти работники, опасаясь обвинений в троцкизме, шпионаже в пользу Японии и вредительстве, отказываются иметь что-либо общее с японцами. Есть и другие аспекты серьезных разногласий.

У меня сложилось впечатление, что позиция российской дипломатии по отношению к Японии определенно ужесточается и приобретает более агрессивный характер, нежели прошлым летом.

2. Согласно информации из достоверных источников, количество советских войск, сосредоточенных в восточных частях страны, насчитывает приблизительно 450 000–600 000 солдат и офицеров При этом японцы якобы считают, что на каждого японского солдата в Маньчжоу-Го Советы держат в Маньчжурии трех своих солдат. Численность японских вооруженных сил в Маньчжурии оценивается на уровне 150 000–200 000 человек. Это согласуется с другой имеющейся у меня информацией.

Литвинов недавно сообщил мне, что японцы активно скупают советские рубли «извне», что именно этим объясняется рост цен на «черный» рубль. И по его мнению, Япония закупает эти рубли для финансирования взяточничества на Востоке.

_________________________________

ПЛАН ПО РАЗДЕЛУ ДОБЫЧИ РАЗДЕЛЯЕТ ДИКТАТОРОВ

№ 1339 Москва, 4 июня 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

БЕСЕДЫ С ПОСЛОМ_________В МОСКВЕ ПО ПОВОДУ ПОЛОЖЕНИЯ В ЕВРОПЕ

Совершенно секретно

Сэр!

Недавно вернулся посол_____. Здесь сообщили, что его

отсутствие было вызвано не «отпуском», а вызовом на консультации.

В ответ на мои вопросы по поводу его анализа и о том, что на самом деле произошло в польско-литовском вопросе, он заявил, что все случилось в его отсутствие, но по возвращении он проверил факты в беседах с Потемкиным, заместителем народного комиссара иностранных дел, польским послом, г-ном Гжибовским, и литовским – г-ном Балтрушайтисом. Он подробно рассказал мне о том, что, по его мнению, произошло. Это в точности совпадало с моими докладами об обстановке того периода. Его выводы были следующими.

1. Литвинов и советский МИД разобрались с этим вопросом мастерски и с достоинством. Хотя Литвинов советовал литовскому правительству согласиться на установление дипломатических отношений, а не подвергать опасности войны отказом от польских претензий по несущественному вопросу. Тем не менее советское правительство дало понять польскому правительству, что, хотя его не слишком беспокоит данный относительно маловажный вопрос, оно не менее заинтересовано в том, чтобы независимость Литвы осталась нетронутой. Литвинов потребовал от польского правительства подтвердить, что в данном вопросе содержатся их конечные требования и это не является лишь предвестником других или схожих требований, «облеченных в столь же безобидные одежды».

2. Он крайне обеспокоен дискуссиями, происходившими в то время в Риме между Муссолини и Гитлером. От этого зависит очень многое, и, по его сведениям, Гитлер после оккупации Австрии нашел в архивах их министерства иностранных дел неопровержимые доказательства того, что за несколько дней до 13 марта[67] Муссолини убеждал и советовал Шушнигу не поддаваться на требования Германии. В результате Гитлер «пришел в ярость». С другой стороны, Муссолини был весьма разочарован быстрыми и безжалостными действиями Гитлера в отношении Австрии, однако проглотил свою гордость. После этого его вновь сильно обеспокоил тот факт, что на перевале Бреннер были созданы авиабазы для немецких тяжелых бомбардировщиков. Итальянцы не могут понять необходимость этого с учетом немецких заверений в мирных намерениях. В создавшихся условиях он не считает, что Муссолини пойдет на заключение конкретного военного пакта с Гитлером, однако нет уверенности, что их генеральные штабы уже не достигли взаимопонимания. Он был бы гораздо более уверен в результатах этого визита, если бы Муссолини был демократическим правителем, а не диктатором.

3. По мнению французского МИДа, предложения Гитлера Муссолини заключались в том, что Италия, как великая средиземноморская и африканская держава, должна найти свою «сферу влияния» и ограничить свою европейскую экспансию Испанией и захватом французских провинций между Италией и Северной Испанией вдоль средиземноморского побережья. А Германия должна распространить свое господство на восток и юг через Балканы[68].

4. Ситуация в Европе в целом несколько улучшилась. Франция идет навстречу Англии в попытке урегулировать чехословацкий вопрос. Это явное преимущество Франции по отношению к Англии было обеспечено Даладье и Бонне в Лондоне, а именно: в случае если Чехословакия не сможет выполнить самые жесткие требования Генлейна, Англия согласилась по собственной инициативе обсудить этот вопрос с германским правительством и довести до сведения, что если подобное упорство заставит Францию пойти на помощь Чехословакии, то британское правительство не может дать гарантии германскому правительству, что в данной ситуации не выступит на стороне Франции.

5. Он считает, что, хотя ситуация в Испании вызывает беспокойство, но все же вопрос будет решен быстро – пусть и на какое-то время – успехами Франко.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 5 июня 1938 года

Работал весь день.

Неожиданная встреча со Сталиным во второй половине дня (см. письмо).

_________________________________

РАЗГОВОР СО СТАЛИНЫМ

№ 1348 Москва, 9 июня 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ИНТЕРВЬЮ И СОВЕЩАНИЕ С Г-НОМ СТАЛИНЫМ И ПРЕМЬЕРОМ МОЛОТОВЫМ В МОСКОВСКОМ КРЕМЛЕ 5 ИЮНЯ 1938 ГОДА Совершенно секретно

Сэр!

Когда 5 июня 1938 года я нанес свой официальный прощальный визит президенту Калинину и премьеру Молотову, сложилась весьма интересная ситуация.

Когда я был в апартаментах премьера Молотова в Кремле, через несколько мгновений после того, как я сел, в комнату зашел г-н Сталин. Он был один, вышел вперед, весьма сердечно приветствовал меня, а потом они с Молотовым беседовали со мной в течение двух часов с четвертью. В дополнение к своей телеграмме имею честь сообщить следующее.

После обычных предварительных церемоний, связанных с моим визитом к премьеру в связи с отъездом и переводом в Бельгию, мы окунулись в дружескую и интересную беседу. Сталин особенно интересовался президентом Рузвельтом и задавал много вопросов о нем. Он также с большим восхищением отозвался о вашей речи в Вашингтоне.

Сталин поднял вопрос о линкорах, который сейчас находится на рассмотрении в Госдепартаменте, и, наконец, обсудил возможность урегулирования долга Керенского.

Подробное изложение произошедшего изложено в меморандуме, прилагаемом к настоящему документу и являющемся его частью. Там же описаны и связанные с этим последующие события.

И депеша, и меморандум были продиктованы под большим напряжением в последние несколько часов в Москве непосредственно перед моим отъездом, и меня лично совершенно не удовлетворяет изложение произошедшего, однако время поджимает, и думаю, меморандум даст вам точную картину ситуации.

О беседе было объявлено в советской прессе, и, чтобы исключить возможность необоснованных выводов, я был вынужден выступить с кратким заявлением для прессы, копию которого прилагаю к настоящему письму.

Все это произвело настоящую сенсацию в дипломатическом корпусе. То, что произошло, расценивалось как уникальное явление в истории дипломатии. Меня буквально завалили различными вопросами и просьбами. Во время ужина, который министр иностранных дел Литвинов дал вечером 7 июня в честь нашего отъезда (что опять-таки совершенно беспрецедентное явление), и особенно на последовавшем за ним приеме для дипломатического корпуса ко мне неоднократно подходили и деликатно расспрашивали о том, что произошло. На все вопросы я откровенно отвечал, что встреча получилась совершенно неожиданной и стала для меня самого абсолютным сюрпризом. Я получил удовольствие от весьма интересного визита, в ходе которого мы обсудили многие общие вопросы. Я посчитал, что лучше рассказать об этом, нежели оставить ситуацию окутанной тайной и, возможно, тем самым спровоцировать необоснованные выводы о важности данного вопроса в связи с международной ситуацией.

К настоящему письму прилагается копия речи, которую г-н Литвинов произнес по случаю ужина, и меморандум, подготовленный объединенным секретариатом посольства, с изложением моих ответных комментариев, которые я попросил их подготовить ввиду спешки, связанной с моим отъездом во второй половине этого дня[69].

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ПРИЛОЖЕНИЕ К ВЫШЕУКАЗАННОЙ ДЕПЕШЕ МЕМОРАНДУМ КОНФЕРЕНЦИИ, ПРОВЕДЕННОЙ 5 ИЮНЯ ДЖОЗЕФОМ Э. ДЭВИСОМ С Г-НОМ СТАЛИНЫМ, ПРЕЗИДЕНТОМ КАЛИНИНЫМ И ПРЕМЬЕРОМ МОЛОТОВЫМ, В КРЕМЛЕ В МОСКВЕ

Договорившись о том, что в указанный день перед своим отъездом автор этих строк должен нанести официальные визиты президенту Калинину и премьеру Молотову, в 16.30 нижеподписавшийся отправился в Кремль.

Учитывая, что было бы желательно, чтобы меня сопровождал кто-то из сотрудников, тоже понимающий русский язык, я предложил сопровождать меня полковнику Феймонвиллу, который очень хорошо говорит по-русски. Однако г-н Барков, заведующий протокольным отделом Наркомата иностранных дел, сказал, что это неприемлемо. А когда было предложено, чтобы со мной поехал старший сотрудник, мне заявили, что по протоколу на прощальную встречу посол должен проследовать один. В тот момент это никак не отразилось у меня в голове, но позднее обрело свое значение.

В бывшем Екатерининском дворце, внутри Кремлевской стены, меня встретил завпротоколом г-н Барков и проводил в апартаменты президента Калинина, где нас принял секретарь. Когда я оказался во внутреннем кабинете президента, у дверей меня сердечно приветствовал г-н Калинин. Во время нашей беседы президент Калинин сидел за своим столом. Г-н Барков, который также присутствовал, г-н Виноградов из Наркомата иностранных дел, выступавший в качестве переводчика, и я расположились непосредственно напротив. После того как были завершены обычные условности, связанные с объявлением о моем отъезде, президент Калинин заявил, что вполне понимает, что на новом месте мне, возможно, будет приятнее, чем здесь. По его собственным словам, он признавал, что жизнь дипломата в Москве не настолько комфортна и имеет свои ограничения по той причине, что контакты между официальными лицами Советского Союза и дипломатическим корпусом обычно не такие, как в других странах. Поэтому он вполне понимает, что в чем-то я буду рад переменам, связанным с поездкой в Брюссель. Я ответил, что с интеллектуальной точки зрения получал огромное удовольствие от пребывания здесь. И в этом смысле жалею, что уезжаю из Москвы. Однако, откровенно говоря, условия жизни в Бельгии представлялись и в самом деле более приятными. Далее я заявил, что полностью согласен с его откровенным заявлением о том, что положение членов дипломатического корпуса здесь осложнено из-за условий, которые он сам только что описал. Потом я осмелился заявить, что хотя здесь есть неудобства для дипломатического корпуса, но не все гладко и для советского правительства. Сколько мудрости заключено в высказывании одного старого французского философа: «Нельзя ненавидеть человека, которого знаешь». Даже если некоторые послы и министры иностранных дел могут испытывать враждебность к режиму, если они постепенно лучше узнают людей, которые управляют этим правительством, то такое знакомство может существенно смягчить суровость их суждений. И конечно, если речь вести о тех членах дипкорпуса, которые были настроены дружелюбно, то данная ситуация ставила их в невыгодное положение, поскольку они не могли время от времени общаться с главами правительств, как это делалось в других странах, и таким образом иметь возможность ознакомиться с точкой зрения ответственных должностных лиц. Далее я заявил, что точка зрения и взгляд со стороны дружественных иностранных дипломатов также может оказаться в немалой степени полезной и действительно ценной для местных государственных чиновников. На это президент Калинин ответил, что ситуация, о которой он говорил, порождена мировыми условиями. Народ России считает, что он окружен агрессивными и враждебными государствами, в частности Японией и Германией; что, по мнению его правительства, такое чувство вполне оправдано и этот фундаментальный аспект существенно препятствует свободному общению с дипломатическим корпусом. Другой причиной такого состояния, по его словам, было то, что люди, стоящие здесь у власти, в отличие от правящих классов ряда капиталистических стран, были представителями «первого поколения», сталкивались с все новыми и весьма крупными проблемами, работали, невзирая на часы, и не имели времени для обедов, ужинов и прочих общественных мероприятий, которые дипломатический корпус привык использовать для таких контактов. Время, по его мнению, исправит это положение.

Президент Калинин заговорил о выступлении президента Рузвельта в Чикаго, а также о речи госсекретаря Халла в Нэшвилле и выразил надежду, что это свидетельствует о более активной позиции Соединенных Штаты в деле защиты мира во всем мире от «непокорных членов мирового общества».

В заключение он заявил, что знаком с работой, которую американский посол проделал в Советском Союзе в связи с изучением отраслей и предприятий страны и различных аспектов российской жизни. Они ценят объективность такого отношения, и (к моему смущению) они с коллегами считают, что американский посол, хотя он может отличаться от них, тем не менее является «честным человеком», и что они весьма сожалеют, что он покидает этот пост.

Выйдя из кабинета президента Калинина, я спросил г-на Виноградова, отправится ли он со мной в апартаменты премьера Молотова. Он ответил: «Нет», заметив, что там будет другой переводчик. Однако г-н Барков провел меня по длинному коридору в другую часть здания, где представил меня секретарю премьера. Вскоре после этого вошел г-н Халоцкий (переводчик), и меня провели в комнату премьера. Войдя, я увидел самого премьера Молотова, который вышел из-за стола, чтобы поприветствовать меня. Едва мы уселись, как я с удивлением увидел, что дверь, через которую я вошел в дальнем конце комнаты, открыта, и в комнату вошел г-н Сталин. Он был один. До этого я видел его лишь на публике, но у меня никогда не было возможности изучить этого человека вблизи. Когда он вошел, я заметил, что он ниже ростом, чем я предполагал, и имеет довольно «легкий» вид. Вел он себя доброжелательно и просто, но во всем ощущались его личность, сдержанная сила и уравновешенность.

Когда мы встали, он вышел вперед и приветствовал меня сердечно и просто, с достоинством. Затем мы уселись за большой стол – что-то вроде директорского.

Первым заговорил я, заявив, что вернулся в Россию из-за желания по случаю своего отъезда официально зафиксировать свое почтение президенту Калинину и премьеру Молотову, а также выразить признательность за любезности и помощь, оказанные мне правительством и его официальными лицами. Встреча с г-ном Сталиным, сказал я, стала для меня большой неожиданностью, и я очень рад, что мне представилась такая возможность. Далее я сказал, что лично осмотрел типовые заводы практически всех отраслей тяжелой промышленности Советского Союза, а также крупные гидротехнические сооружения страны. Все эти выдающиеся достижения, которые были спроектированы и построены за короткие десять лет, вызвали мое глубокое восхищение. Здесь поговаривали, Сталин войдет в историю как лидер, ответственный за все эти достижения, и что он будет считаться даже более великим строителем, чем Петр I или Екатерина II. Я заявил, что для меня большая честь встретиться с человеком, который строил на пользу простым людям.

На это Сталин возразил и заявил, что не считает это своей заслугой; что план был задуман еще Лениным, это он разработал первоначальный проект плотины Днепрогэса; и что десятилетний план – тоже не его заслуга, а заслуга трех тысяч специалистов, которые планировали эту работу, а также других его соратников; и, прежде всего, это создал «русский народ», и он отказывается от каких-либо личных заслуг. На меня он произвел впечатление искреннего и скромного человека.

По истечении примерно двадцатиминутного разговора о моих инспекционных поездках по промышленным районам страны, в ходе которого он продемонстрировал знание моей работы не хуже уполномоченного по делам корпораций и председателя Федеральной торговой комиссии, я собрался уходить. Сталин спросил, не назначена ли мне еще одна встреча. Когда я ответил «нет», он предложил мне не спешить. Тогда я спросил, какой ему видится ситуация в Европе. Он ответил, что перспективы мира в Европе весьма плохие, а летом могут назреть серьезные проблемы. Далее он отметил, что реакционные элементы в Англии в лице правительства Чемберлена проводят политику, направленную, по сути, на усиление Германии и способную поставить Францию в положение постоянно растущей зависимости от Англии. Что, в конечном итоге, усилит Германию по отношению к России. Он заявил, что, по его мнению, Чемберлен не представляет английский народ и, вероятно, потерпит неудачу, потому что фашистские диктаторы займут жесткую позицию. По его словам, Советский Союз полностью уверен в том, что сможет себя защитить.

Он спросил, может ли он задать мне несколько вопросов, на что я, естественно, согласился.

Тогда он спросил, знаком ли я с предстоящими переговорами советского правительства с правительством Соединенных Штатов по поводу контракта на строительство советского линкора американской фирмой. Он сказал, что советскому правительству трудно понять, почему дело не движется. Они готовы потратить от шестидесяти до ста миллионов долларов на строительство линкора и готовы заплатить наличными как за линкор, который будет построен в Соединенных Штатах, так и за техническое содействие американских фирм, чтобы осуществить строительство такого же линкора в Советском Союзе. Он отметил, что это обеспечит занятость безработным в США, а такое весьма желательно, поскольку, как ему сообщили, по текущим контрактам верфи загружены всего на 6 %. Советское правительство, по мнению Сталина, не понимает, почему вопрос никак не сдвинется с места. На это я ответил, что его несколько дезинформировали относительно масштабов безработицы в судостроении. На самом деле правительство Соединенных Штатов недавно приступило к реализации масштабной судостроительной программы, которая, несомненно, максимально загрузит наши верфи; что еще имеются ограничения, наложенные законом, которые не позволяют передавать планы линкоров или предоставлять доступ к заводам, строящим линкоры, иностранным государствам, если армия и флот не заявят, что это не навредит обороне Соединенных Штатов. Я отметил, что лишь в общих чертах в курсе переговоров, которые целиком прошли в Вашингтоне, что знаю о них лишь из отчетов, которые были посланы нам в порядке официальной рутины. Откровенно говоря, мне также трудно понять из тех отчетов, в чем заключаются трудности, но при этом я считаю, что в последнее время наметились признаки продвижения. На это Сталин ответил, что если президент Соединенных Штатов хочет, чтобы это было сделано, то он уверен, что технические специалисты армии и флота не смогут этому помешать и что это может быть сделано на законных основаниях. Я ответил, что, по всей вероятности, президент Соединенных Штатов ничего не знает об этом вопросе, а если и знает, то вполне вероятно, что среди множества внутренних проблем, которые встали перед ним в связи с закрытием сессии Конгресса, он не смог уделить иностранным делам достаточно личного внимания.

Затем я спросил его, какое ведомство советского правительства вело переговоры по данному вопросу – советское посольство в Вашингтоне, «Амторг» или корпорация под названием «Карп». Он спросил меня, имеются ли какие-то предубеждения против «Карпа». На это я ответил, что не в курсе. Он сказал, что «Карп» – американская корпорация, что ее президент «американский гражданин и патриот» (полагаю, он имел виду шурина Молотова), и что дело облегчится, если контракты будут исполняться данной корпорацией. Я ответил, что, по моему мнению, никакого предубеждения против какого-либо ведомства Советского Союза нет, но в практическом плане ситуация прояснится, если власти Соединенных Штатов будут четко знать, что ведомство, представляющее этот вопрос, говорит авторитетно и пользуется как их доверием, так и доверием советского правительства. Затем я задал конкретный вопрос, является ли корпорация «Карп» тем агентством, с которым и следует иметь дело. На это он ответил утвердительно.

Затем Сталин сказал, что остался еще один вопрос, который он хотел бы мне задать, и что речь о ситуации, связанная с возможным урегулированием долга правительства Керенского перед правительством Соединенных Штатов.

Я заявил, что весьма рад тому, что он поднял вопрос о долге, и что, пользуясь случаем, мне хотелось бы немного злоупотребить его терпением и попросить выслушать мое мнение по вопросу о долге, который представляет собой довольно длинную историю переговоров, начавшихся с соглашения президента и г-на Литвинова в 1933 году и в конечном итоге застопорившихся, с недопониманием и взаимными обидами. Затем я вкратце изложил факты следующим образом. В 1933 году, когда на восточной границе СССР было отмечено много нарушений со стороны Японии и когда Советский Союз был заинтересован в признании Соединенными Штатами, были заключены определенные соглашения, которые также отвечали интересам Соединенных Штатов, а именно соглашение, согласно которому советское правительство урегулирует претензии американских граждан и правительства Соединенных Штатов к Советскому Союзу. Поскольку г-н Литвинов был вынужден уехать, прежде чем было урегулировано упомянутое соглашение, вопрос был оставлен для более детальной проработки. В качестве дальнейшего ориентира был написан меморандум в форме джентльменского соглашения, в котором излагалось принципиальное понимание сторон и который был парафирован президентом и г-ном Литвиновым. В нем были изложены условия, на которых должны выплачиваться долги и СССР должен быть предоставлен заем или кредит. В то время, когда составлялся данный меморандум и велись переговоры, в Конгрессе Соединенных Штатов рассматривалось предложение, внесенное сенатором Джонсоном, согласно которому правительство Соединенных Штатов не должно в будущем предоставлять заем ни одному иностранному правительству, которое не выплатило свой долг правительству Соединенных Штатов. Это было хорошо известно всем и много обсуждалось, и именно в ожидании того, что тот законопроект будет принят и станет законом, стороны пришли к соглашению о том, что заем или кредит, который должен быть предоставлен СССР, будет предоставлен либо правительством Соединенных Штатов, либо его гражданами. В ходе переговоров возникло недопонимание. Наконец, правительство Соединенных Штатов, которое, по моему мнению, во всех отношениях выполнило все взятые обязательства, выдвинуло определенное предложение. Это предложение было отклонено послом Трояновским по указанию его правительства в 1935 году на том основании, что оно не соответствовало договоренности, поскольку предлагало не заем правительства Соединенных Штатов, а заем граждан Соединенных Штатов, и на том основании, что контроль за закупками в Соединенных Штатах не был возложен на советское агентство, что эти закупки подлежали контролю американского агентства. То есть предлагаемое было кредитом, а не займом[70].

Я сказал, что позиция Советского Союза в этом отношении стала большим разочарованием для президента Соединенных Штатов; что это один из вопросов, вызывающих разногласия между двумя правительствами на момент моего приезда сюда, и что мне хотелось бы подчеркнуть (с не характерной для дипломата откровенностью), что мои инструкции заключались в том, чтобы не поднимать и не настаивать на вопросе урегулирования долга, а решительно подтвердить, что мы сделали все, что с честью обязались сделать или должны были сделать. И, насколько это касается нас, вопрос закрыт до тех пор, пока Советский Союз не пожелает вновь поднять его и добросовестно выполнить свои обязательства. Поэтому я был весьма рад перед отъездом услышать от него, что советское правительство стремится найти способ урегулировать эту ситуацию с долгом, хотя бы частично.

На это он ответил, что советское правительство не может урегулировать с Соединенными Штатами частные претензии американских граждан ни к царскому режиму, ни к советскому правительству, не будучи обязанным аналогичным образом урегулировать такие же претензии с Англией и Францией, и что это стало бы слишком обременительным. Он размышлял над формулой урегулирования этого вопроса. Советское правительство могло бы отделить долг русского правительства правительству Соединенных Штатов от долга, который, как утверждалось, причитается частным гражданам Соединенных Штатов. Тем самым советское правительство могло бы урегулировать долг Керенского без подобных трудностей с Францией или Англией.

Я спросил, знает ли он сумму долга Керенского. Что касается меня, то на тот момент я ее не помнил. Он ответил, что не знает, а в документах Керенского нет полной ясности. Я сказал, что могу легко подтвердить размер суммы долга, поскольку точно знаю, что в наших документах все ясно изложено, потому что это ведь наши деньги, которые они (Керенский и его правительство) тогда получили. Это вызвало общий смех.

На мой вопрос Сталин заявил, что данная выплата должна быть произведена в порядке полного урегулирования всех претензий. На что я ответил, что если в этом состоит предложение, то, по моему мнению, бессмысленно даже думать о его рассмотрении, ведь вся сумма даже меньше, чем сумма предыдущих соглашений. Затем я спросил, нельзя ли ограничить предложение по долгу Керенского лишь государственным долгом, а прочие претензии оставить на будущее. Это поначалу вызвало у него возражения. Тогда я заявил, что поднял вопрос с единственной целью – откровенно изложить свою точку зрения на то, что, по моему мнению, сделает бесполезным даже само рассмотрение предложения, и что предложение, по моему мнению, не будет рассматриваться, если оно не может быть сделано без ущерба для других претензий. Я объяснил, что в нашей практике при составлении контрактов мы часто прибегаем к такому принципу, а именно: единственный вопрос, по которому между сторонами существуют разногласия, может быть урегулирован с явной оговоркой, что такое урегулирование не наносит ущерба и не лишает ни одну из сторон возможности предъявить какие-либо другие претензии в будущем. Он сказал, что с этим можно согласиться.

Конечно, на протяжении всего обсуждения было понятно, что мои замечания и расспросы направлены лишь на то, чтобы выяснить все детали их предложения. Было ясно указано, что я, разумеется, не претендую на то, чтобы утверждать, что для моего правительства приемлемо, а что нет.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Москва, 6 июня 1938 года

Весь день работал в кабинете, наводил порядок. Обсудил ситуацию по долгу с Хендерсоном и Кирком, пытаясь во всем разобраться и понять суть предложения.

_________________________________

Дневник Москва, 7 июня 1938 года

Работал над меморандумом, чтобы разобраться в деталях советского предложения в связи с обсуждаемым вопросом.

Официальный обед в доме на Спиридоновке, данный в нашу честь Литвиновым. Кроме сотрудников нашего посольства и чиновников Министерства иностранных дел, присутствовали только бельгийский посланник и его жена – довольно приятный и продуманный жест.

Литвинов произнес весьма внушительную и красивую речь, на которую я отвечал экспромптом.

Прием после ужина, потом концерт и танцы. Вернулись домой под утро, уже рассвело. Все прошло замечательно.

_________________________________

Дневник Москва, 8 июня 1938 года

Сегодня в Шереметьевском доме, где сейчас располагается Музей фарфора, Марджори получила в подарок прекрасную пару ваз. От имени советского правительства и в знак уважения к первому послу Соединенных Штатов в Советском Союзе ее вручила мадам Молотова.

_________________________________

ЖУРНАЛИСТЫ В МОСКВЕ

Журнал Москва, 8 июня 1938 года

Когда я сообщил газетчикам о том, что покидаю Россию, то испытал некоторую неловкость. Они ведь оказали мне неоценимую помощь. По сути, я стал считать их в каком-то смысле своими «неофициальными коллегами». Они выполняли свою работу, сообщая новости, не обращая внимания на то, «как ляжет карта»; но все были скрупулезно честны, сохраняя доверие ко мне во всех неофициальных, «не для протокола», разговорах. Их размышления о ситуациях и людях, в сочетании с их гораздо более широким знанием России, очень мне помогали. Они представляют собой необычную группу людей, каждый из которых отличается своей индивидуальностью и способностями, свойственными такой индивидуальности. Мне понравился британский корреспондент Чолертон, он умен и проницателен. Его фраза «Habeas corpus»[71], замененная на «habeas cadaver»[72], является классической.

Спенсер Уильямс, который пишет для газеты «Манчестер гардиан» и представляет Американо-российскую торговую палату, работает здесь с 1930 года, дольше, чем любой представитель американской прессы, за исключением Уолтера Дюранти. У него практический ум, с деловым уклоном, он проницательный и способный. В моих поездках по Украине, Донбассу и Кавказу он ежедневно сопровождал меня. Его местный опыт позволяет получить массу полезной информации. Демари Бесс прямой, как струна, и весьма способный. Он и Джо Барнс, исповедующие два разных подхода к ситуации, были особенно ценны для меня. Джим Браун придерживался американского подхода, он решал загадки с помощью простого американского сленга и в целом попадал в точку. Чарли Наттер – настоящая звезда. Дик Мэссок, занявший его место, никогда не витал в облаках. Генри Шапиро говорит по-русски и окончил здесь юридический факультет, а еще у него за плечами Колумбийский университет. Его разъяснения по поводу советской судебной процедуры оказались ценными для всех нас. Эти люди – честь и гордость американской журналистики. Всегда буду чувствовать себя в особом долгу перед Уолтером Дюранти, который говорил правду так, как он ее видел, и обладал прозорливостью гения. В эту журналистскую группу входит и Стэнли Ричардсон, мой секретарь. Мне не выразить словами, насколько я ему обязан. Он бывал здесь раньше и хорошо знал обстановку. Его ясность суждений и здравый смысл позволяли всегда с большой точностью оценивать происходящее. Его безупречная преданность и неутомимая работоспособность сделали его поистине бесценным. Посольству и всем нам он оказал большую услугу.

_________________________________

Журнал Собираясь в Берлин, 11 июня 1938 года

Сразу же после разговора со Сталиным я обсудил этот вопрос с Лоем Хендерсоном и Александром Кирком[73]. К счастью, оба были в курсе ситуации с долгом.

Во избежание споров и недоразумений я решил, что целесообразно оформить предложение в письменном виде. Беседа с Хендерсоном и Кирком прояснила ситуацию и очень помогла мне.

8 июня встретился с Молотовым по моей же просьбе и заявил, что хотел бы прояснить для себя вопрос о долге. Мы обсуждали его в течение полутора часов, и он сказал, что свяжется со мной позже. На мое предложение обсудить этот вопрос с Литвиновым из Наркомата иностранных дел он заявил, что в этом нет необходимости и что он уладит вопрос с Литвиновым в рамках дипломатической любезности.

На следующий день секретарь премьера Молотова позвонил мне и спросил, не могу ли я приехать в Кремль. Я приехал в 19 часов вечера. Молотов сказал, что обсудил этот вопрос со своими коллегами по правительству и г-ном Сталиным и что они согласовали письменное предложение, которое он передал мне на русском языке и которое я попросил перевести на английский. Молотов объяснил, что российское правительство не нуждается в займе и что это делается исключительно для того, чтобы прояснить недоразумение с Соединенными Штатами и как желание показать, что оно высоко ценит доброе мнение президента и государственного секретаря. По его словам, независимо от того, будет принято их предложение или нет, по крайней мере, это станет проявлением их доброй воли. Он попросил не использовать дипломатические каналы и вести переговоры напрямую и сказал, что предоставит мне средства для прямой связи с ним. По его словам, этот вопрос крайне важен, и он надеется, что по возвращении в Соединенные Штаты я обсужу его с президентом и государственным секретарем. Я сказал ему, что объяснил этот вопрос Департаменту и имею предписание – до поездки в Брюссель вернуться в Соединенные Штаты. Он также заявил, что считает целесообразным не предавать этот вопрос огласке, если только переговоры не окажутся успешными![74]

Теперь, в связи с тем, что Сталин и его правительство противостоят Гитлеру и его планам мировой агрессии, будет правильно проинформировать американскую общественность о том, что советское правительство три года назад изменило свою позицию в связи с урегулированием долга, чтобы продемонстрировать свое внимание к Соединенным Штатам и желание сохранить доверие президента и государственного секретаря в связи с взятыми на себя обязательствами.

В приложении читатель найдет официальные отчеты о моих совещаниях с премьером Молотовым.

Москва, 9 июня 1938 года

_________________________________

МИСС ЭМЛЕН НАЙТ ДЭВИС

Моя дорогая дочь!

Не могу передать, как мы с Марджори скучали по тебе с тех пор, как вернулись в Москву из поездки по Черному морю. Очень жаль, что тебя не было здесь, потому что ты чувствуешь и понимаешь все последствия этих весьма необычных событий и, я уверен, тебе бы понравилась эта последняя неделя.

Конечно, были дела, и дни были весьма насыщены событиями, представляющими личный интерес, и события следовали одно за другим.

Весь дипломатический корпус пребывал в изрядном возбуждении. Это действительно очень забавно. Многие выглядят почти ошеломленными. Что ж, если изложить все в хронологическом порядке, то вот что произошло.

Из Киева мы приехали в субботу, 4 июня. Все сотрудники пришли на вокзал, чтобы встретить нас, и было приятно вновь увидеть старых друзей.

В воскресенье, 5 июня, у меня была назначена официальная встреча с президентом Калининым и премьером Молотовым. Все было согласовано. Поэтому в 16.30 я отправился в Кремль и подъехал к входу в очень красивый желто-белый Екатерининский дворец, расположенный в самом конце, наискосок от въезда. Как ты помнишь, он находится за стеной напротив въезда с Красной площади со стороны собора Василия Блаженного.

Когда я выразил свое почтение президенту Калинину, а также премьеру Молотову, то мне было приятно услышать от них слова сожаления в связи с моим отъездом. Суть этих слов заключалась в том, что на них произвело большое впечатление серьезное отношение посла к своей работе, особенно его тщательный анализ состояния промышленности и социальных условий в Советском Союзе, объективность и честность, с которыми он собирал факты, и что, хотя он всегда весьма откровенен в своем подходе, не верит в их политическую идею и всегда заявлял о фундаментальной уверенности в политической философии своей страны и ее эволюции в противовес их революции, тем не менее он показал себя «честным» и справедливым. На самом деле я был совершенно ошеломлен их осведомленностью о том, чем занимался, и о моих поездках по стране с осмотром всех упомянутых отраслей, а также тем, насколько близко они знакомы с моей работой в бытность уполномоченного по делам корпораций и председателя Федеральной торговой комиссии при президенте Вильсоне. Более того, мне, конечно, было очень приятно слышать такие слова, потому что эти люди – сильная и способная группа, и я отдаю им должное за честность, искренность целей и идеализм, основанный на стремлении служить человечеству. В чем я с ними не согласен, так это не в целях, к которым они стремятся, а в методах, с помощью которых они пытаются реализовать свою утопию. Они пытаются двигаться слишком быстро и поэтому непременно потерпят фиаско. Цена, которую они требуют от общества, связанная с лишениями свободы мысли и свободы слова, безопасности жизни и свободы личности, слишком высока, чтобы оправдать все то, что происходит; но что касается их мотивов, я весьма ценю их искренность и честность. Жаль только, что столь грандиозный эксперимент не может быть основан на христианской религии.

Так вот, после того как я вышел из кабинета президента Калинина и прошел в апартаменты премьера – и всего через несколько минут после того, как сел за стол, – я был совершенно поражен и почти остолбенел от удивления, увидев, как открылась дальняя дверь и вошел Сталин. Он вошел один. Я не имел ни малейшего представления о том, что такое вообще возможно. Во-первых, формально он не является главой государства, и в этом состоит их цель – держать его отдельно от государства, и, как ты знаешь, ни один дипломат никогда не встречается с ним официально или как-то иначе один на один. По сути, он избегает любых подобных встреч. Его так тщательно оберегают от общественности, что прием им любого иностранца становится почти историческим событием.

Когда он вошел, я, конечно же, встал и подошел к нему. Он приветствовал меня сердечно, с улыбкой и как-то по-простому, но в то же время с достоинством. Вообще, он производит впечатление весьма умного, собранного и мудрого человека. Его карие глаза очень добрые и нежные. У него на коленях мог бы спокойно сидеть ребенок, а к ногам с радостью прижалась бы собака. Его личность и производимое им впечатление доброты и мягкой простоты плохо вяжутся с тем, что творилось в стране: со всеми этими «чистками» и расстрелами генералов Красной армии и так далее. Его друзья говорят, а посол Трояновский даже уверяет меня, что все это было необходимо для защиты от Германии и что когда-нибудь внешний мир узнает «все».

Мы сели за стол и через переводчика беседовали в течение двух часов. Конечно, я не могу написать здесь, о чем именно мы говорили, поскольку это касается лишь президента, госсекретаря и нашего правительства, но могу сказать, что обсуждение охватывало все области экономики, состояние промышленности в России, проблемы Соединенных Штатов, личность президента Рузвельта, положение в Европе, ситуацию на Дальнем Востоке – все в самых общих чертах. Это был настоящий интеллектуальный пир, которым, казалось, наслаждались мы все. На протяжении беседы мы шутили и иногда смеялись. У Сталина своеобразный юмор, с хитринкой. Это человек большого интеллекта. Он весьма проницательный и, главное, мудрый. По крайней мере, так мне кажется. Если ты способна вообразить личность, прямо противоположную той, которую может представить себе самый оголтелый антисталинист, то сможешь представить себе этого человека. Здешние условия, насколько мне известно, и его личность так же далеки друг от друга, как полюса. Объяснение, конечно, можно отыскать в том, что ради религии или ради дела люди способны на то, что никогда бы не совершили в иной ситуации. Именно фанатизм приводил к самым большим жестокостям в мире.

В нашей беседе случилось несколько забавных моментов. В ходе разговора я объяснил, что всегда давал понять членам советского правительства: я капиталист. Это для того, чтобы не возникало никаких недоразумений относительно моей точки зрения. «Да, – сказал он, смеясь, – мы знаем, что вы капиталист, в этом не может быть никаких сомнений». Тогда я откровенно объяснил свою точку зрения – что лично я, как и многие другие капиталисты, или, скорее, индивидуалисты, в Соединенных Штатах сочувствуем тому, что они пытаются сделать; что мы тоже хотели бы иметь более справедливое распределение богатств, но у нас в Соединенных Штатах это получается лучше, чем у них в России. Мы придерживаемся лучших принципов и пытаемся устранить худшее в процессе эволюции. Простому человеку мы даем больше, чем они, мы придерживаемся тех свобод, которыми дорожим, и в то же время стремимся добиться более справедливого распределения богатства и большего равенства возможностей, экономических и социальных, для людей обездоленных.

В качестве иллюстрации того, как именно распределяется богатство, я спросил: «Как вы думаете, сколько из всего имущества миссис Дэвис достанется государству, а сколько – ее детям и наследникам?» Сталина этот вопрос явно заинтересовал. Я продолжил: «Более 80 процентов достанется федеральному правительству и правительству штата, а менее одной пятой ее имущества достанется ее детям; в моем случае более 50 процентов достанется государству и менее 50 процентов – моим детям». Я спросил его: «Как вы полагаете, сколько я ежегодно плачу государству одного только подоходного налога, даже с учетом моей зарплаты как государственного чиновника? Так вот, более 60 процентов; в то время как госпожа Дэвис платит более 72 процентов». Это, очевидно, удивило г-на Сталина, так как он с улыбкой посмотрел на Молотова, а тот в ответ кивнул.

Конечно, я пишу это с уверенностью, что никто из вас не станет об этом никому рассказывать. Но я подумал, что это будет интересно и ценно для тебя в последующие годы; ведь это честная и объективная картина личности человека и условий, в которых я с ним познакомился.

Почему он сделал такое исключение в случае с американским послом? Из того, что он сказал и что оставил невысказанным, я понял примерно следующее: прежде всего, данное правительство в самом деле испытывает добрые чувства к Соединенным Штатам. Под этим следует понимать, что российский народ проявляет доброжелательность и испытывает дружеские чувства к американскому народу. В принципе у нас нет ничего, что они хотели бы взять себе, и ничего из того, что есть у них, не хотели бы забрать мы, и такое ощущение, что вооруженное столкновение между двумя странами попросту невозможно. Далее, из того, что мне говорили, следует, что они остались под большим впечатлением от моей работы и моего к ним отношения. Сталин расспрашивал меня о впечатлениях от их индустриального прогресса. Я ему все рассказал. Он отметил, что я, вероятно, знаю теперь о них больше, чем любой иностранец, и, возможно, не меньше, чем кто-либо в Советском Союзе, потому что я делал всестороннее освещение увиденного и получал самую свежую информацию. Очевидно, мой неподдельный интерес и работа произвели на них большое впечатление. Прилагаю копию речи наркома иностранных дел Литвинова в доме на Спиридоновке во время ужина, который правительство устроило на днях в нашу честь по случаю нашего отъезда. Его речь как раз освещает описанную сторону дела. Она откровенна, и, несмотря на некоторую лесть, я уверен, он сказал именно то, что думал.

С другой стороны, думаю, на них произвели впечатление объективность моей точки зрения и усилия, которые я приложил, чтобы добыть факты и основывать выводы на том, что знаю лично.

Они говорят, что впечатлены моей честностью, поскольку, конечно, в частных беседах с ними я занял жесткую и откровенную позицию и подверг критике их систему по сравнению с нашей, как в политическом плане, так и в применяемых методах. Однако я такую позицию высказывал в неразрывной связи с терпимостью и признанием того, что каждый имеет право на собственное мнение и что никто не может быть догматиком или агрессивно утверждать, что лишь в его голове царит полная непогрешимость. Все они говорили об этом. Я слышал это даже из Лондона. Леди Уильямс Тейлор рассказала мне о том, как отзывался посол России. Тот сказал: «Нам нравится Дэвис. Он не согласен с нами, но мы считаем его честным человеком».

С любовью,

отец

Москва, 10 июня 1938 года

_________________________________

МИССИС МИЛЛАРД ТАЙДИНГС

Дражайшая Элеонора!

Мое последнее письмо было адресовано Бижу, и я был вынужден прекратить его диктовку, потому что меня прервали по срочному делу. Только сейчас я смог возобновить рассказ о происходящем после нашего возвращения в Москву. А дел было немало!

Судя по всему, моя встреча со Сталиным произвела в дипломатическом корпусе настоящую сенсацию. «Удивительно!», «Уникальное событие в дипломатической истории последних двадцати лет» и т. д. и т. п. Таковы лишь некоторые из комментариев. Любопытство корпуса вызывало улыбку.

Было много прямых и косвенных подходов к этой теме со стороны различных послов и советников посольств. Дело дошло даже до кое-кого из заместителей послов. Британский поверенный (Верекер – кстати, восхитительный человек) прямо запросил о встрече, так как он, очевидно, получил соответствующий запрос от своего правительства, «а его посол находился в отпуске».

Было совершенно очевидно, что в ход идут всевозможные догадки и необоснованные предположения. Поэтому я выступил в прессе с коротким интервью, которое ты, несомненно, читала. Я весьма пространно подтвердил то же самое своим дипломатическим коллегам, употребив большое количество слов, но не особенно вникая в суть. Ведь, в конце концов, это не их дело, а моя обязанность по случаю не говорить (тем более на семи разных языках), а если и делать это, то только во время доклада президенту или госсекретарю.

Вечером 7 июня министр иностранных дел Литвинов дал в нашу честь большой ужин, а затем устроил прием для дипломатического корпуса на Спиридоновке, 17 (официальный дом МИДа для развлечений). На ужине присутствовали советские хозяева – нарком иностранных дел Литвинов и мадам Молотова, жена премьера, большой друг и поклонница Марджори, сейчас является помощником наркома пищевой промышленности, а также руководит косметическим и парфюмерным трестом; дипломатический персонал нашей миссии и высокопоставленные чиновники Наркоминдела (советского МИДа).

Из посторонних присутствовали лишь бельгийский посланник и его супруга (Экей помнит его как советника бельгийского представительства. Его зовут Хейндрикс, и он был повышен до посланника, когда де Телье, бывший посланник, стал послом Бельгии в Париже).

Ужин получился прекрасным. Превосходная еда, скатерти, столовые приборы и стеклянная посуда – все от старого режима. Обслуживание проходило быстро, персонал был внимательным и все делал хорошо. Вина и водка также были первоклассными.

За десертом и шампанским нарком иностранных дел Литвинов произнес простую, но хорошо продуманную послеобеденную речь, предварив ее тостом за здоровье президента США и его почетных гостей. Получилось замечательно. Он не вставал, но говорил естественно и серьезно на безупречном английском, как с точки зрения грамматики, так и произношения.

(Примечание вставлено М. П. Д.: «Папа тебе не говорил, но это была действительно замечательная дань уважения твоему замечательному отцу и его работе здесь. Как и я, ты бы лопнула от гордости. Л/.».)

Можно понять, почему за ним (Литвиновым) закрепилась репутация самого способного министра иностранных дел в Европе. Я тоже считаю его таковым и имел удовольствие на днях сказать об этом Сталину и Молотову. Полагая, что ты захочешь ознакомиться с его речью, прилагаю дубликат на английском языке, который был выпущен на следующий день Наркоматом иностранных дел для отдела прессы. Также посылаю копию моего составленного на скорую руку ответа, который сотрудники, Стэнли Ричардсон и присутствовавшие члены штаба, «реконструировали» для меня, поскольку сам я был буквально завален делами и сортировал депеши, чтобы захватить их с собой в Вашингтон, а это было крайне необходимо. Парни отлично потрудились, и в докладе точно изложено все, что я успел сказать.

Обед во всех отношениях был лучше, чем все те, на которых мы присутствовали, когда здесь была Экей. Даже меню были весьма элегантными, хотя и скромными, с рельефными серпом и молотом.

Марджори выглядела особенно красивой в белом платье и без драгоценностей. Она посчитала это проявлением лучшего вкуса – не надевать никаких украшений. Она во всех отношениях замечательная супруга посла, честь и гордость нашей страны. Во время работы нашей миссии она проявила себя как бесценный помощник.

После ужина состоялся блестящий прием – блестящий как для Москвы, так, если уж на то пошло, и для любой мировой столицы. Присутствовал весь дипломатический корпус. Старый особняк выглядел гораздо лучше, чем когда я видел его в последний раз в ноябре прошлого года. Вся мебель была отполирована и покрыта новый обивкой, двери и окна выходили на хорошо ухоженный сад, с цветами и листвой и извилистыми дорожками, посыпанными песком. Беседки под деревьями выглядели очень привлекательными, с гирляндами из разноцветных лампочек, и (хотите верьте, хотите нет) в беседках и на верандах была расставлена красивая мягкая мебель для тех, кто пожелал выйти полюбоваться лунным светом. Веранды были освещены аналогичным образом. В одной из них был устроен бар, где были щедро представлены всевозможные закуски – икра, деликатесы, выпечка – и напитки.

Как обычно, в белом мраморном зале целый час звучала концертная музыка. Играли заслуженные артисты СССР, на всех были узнаваемые «знаки отличия». Другими словами, они были лучшими из тех, кого подготовила опера или музыкальная консерватория. Бас был великолепен, а остальные – первоклассными. Четырнадцатилетняя девочка-подросток, которая зимой прошлого года заняла первое место на международном конкурсе в Брюсселе, замечательно играла на скрипке. Сила, которую она продемонстрировала как в эмоциональной подаче, так и в техническом мастерстве, поразительна для столь юного создания. Нет никаких сомнений в том, что эти люди обладают весьма большим эмоциональным и драматическим богатством.

Все артисты были одеты весьма элегантно, по лучшей европейской моде. Женщины выглядели просто с иголочки, мужчины тоже: в белых галстуках и превосходно сидящих вечерних костюмах. Экей будет интересно узнать, что танцевальный оркестр из 12 человек был в черных галстуках и играл новейшие джазовые и европейские композиции. Это свидетельствует о заметных изменениях по сравнению с прошлым годом.

Все говорит об улучшениях, и это мы наблюдаем на улицах – больше хорошо одетых людей, больше обуви, больше цвета, больше красивых автомобилей и т. д. Наконец-то начинают появляться «потребительские товары». Они были давно обещаны, и их выпуск давно назрел. На самом деле мое личное мнение таково: весьма примечательно, что такое улучшение проявляется так быстро, учитывая, что само производство – по крайней мере на 80 % – возникло буквально из «пятки Юпитера» каких-то десять лет назад.

Что ж, вернемся к вечеринке: после концерта нас снова накормили. Столы были опять накрыты и уставлены вкусной едой. Во всех четырех больших комнатах были установлены столы, каждый из которых вмещал от шести до шестнадцати человек, и каждый был застелен новой скатертью, на которой были разложены столовые приборы и расставлена стеклянная посуда старого режима. Угощений, от икры до мороженого, вновь оказалось вдоволь, и, как и вино (которого насчитывалось шесть сортов), это выглядело весьма достойно для любой столицы. И подавалось все тоже очень хорошо.

После ужина мы танцевали в белом бальном зале до 3.30 утра и вернулись домой, когда над Кремлем уже светало.

Марджори стала настоящей королевой бала. Нарком иностранных дел открыл вечеринку вместе с ней, а танцует он очень хорошо. Не только послы, советники посольства и молодые секретари, но и старик «сам» оказался в затруднительном положении, добиваясь танца с ней. Но моя дорогая Марджори, благослови ее Господь, со всем справилась отлично.

Как видишь, получилась прекрасная вечеринка и весьма запоминающийся вечер. Он всегда будет занимать одно из лучших мест в моих «воспоминаниях, которые позолотили прошлое». Это событие стало превосходным завершением нашего пребывания в Москве.

С любовью,

отец

_________________________________

РЕЧЬ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ М.М. ЛИТВИНОВА НА УЖИНЕ В ЧЕСТЬ ПОСЛА ДЖОЗЕФА Э. ДЭВИСА И ЕГО СУПРУГИ В МОСКВЕ, 7 ИЮНЯ 1938 ГОДА

Уважаемый господин посол и миссис Дэвис!

Огромное удовольствие от вашего присутствия здесь сегодня омрачается мыслью о том, что это прощальный ужин и, возможно, последний случай приятного общения с вами. Печально это по той простой причине, что, выражаясь недипломатическим языком, нам всем очень нравятся и господин, и госпожа Дэвис, мы постоянно чувствовали их дружбу и доброе отношение к нашей стране и ее народам.

Помнится, я говорил вам, господин посол, во время вашего первого визита ко мне, – как привык говорить каждому новому дипломату, – что Москва, конечно, не то место, где следует искать того разнообразия увеселений и развлечений, к которым привыкли дипломаты в других столицах, но что иностранный представитель, который проявляет интерес к изучению и наблюдению роста и развития новой страны, нового общественно-политического строя, новой жизни, возрождения многонациональной культуры, найдет здесь, чем занять свое время, свой ум и свою наблюдательность.

Вы, господин посол, оказались именно таким дипломатом-учеником, дипломатом-наблюдателем, дипломатом-исследователем. Вы посвятили массу своего времени и своей огромной энергии изучению этой страны, не упуская возможности увидеть собственными глазами все то, что достойно изучения и наблюдения, даже совершая ради этого порой весьма утомительные дальние поездки. Мы очень ценим это. Нам не нравится, когда на нас просто смотрят и что-то доверчиво высказывают, предпочитая, чтобы нас изучали и, конечно же, правильно понимали.

Вы, господин посол, сделали все возможное, чтобы понять нашу страну, – то, что здесь происходит, мотивы наших поступков и стоящие перед нами цели. Если вы, в чем я уверен, передадите результаты своего изучения, наблюдения и непредвзятого суждения вашему правительству и своим соотечественникам, то, несомненно, внесете гораздо больший вклад в укрепление дружественных отношений между нашими двумя странами, чем любая другая чисто дипломатическая деятельность.

Отношения между СССР и США не нашли выражения в многочисленных дипломатических актах, документах или внешних проявлениях. Но мне льстит мысль, что между народами наших двух стран существует огромное количество скрытых, невысказанных и непрокламированных симпатий и уважения. Любовь и дружба без слов порой бывают самыми искренними и настоящими, а неискренность и лицемерие нередко начинаются со слов и внешних проявлений. Но любовь и дружба предполагают понимание и осмысление, а именно это, уверен, получит ваша страна, благодаря вашей информации в отношении моей страны.

_________________________________

РЕЗЮМЕ ОТВЕТА ПОСЛА ДЖОЗЕФА Э. ДЭВИСА НА КОММЕНТАРИИ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР М.М. ЛИТВИНОВА ПО СЛУЧАЮ УЖИНА, УСТРОЕННОГО ИМ В ЧЕСТЬ Г-НА И Г-ЖИ ДЭВИС В МОСКВЕ 7 ИЮНЯ 1938 ГОДА[75]

Господин народный комиссар, дамы и господа!

Весьма тронут великодушным характером ваших замечаний и прекрасным гостеприимством, оказанным нам сегодня вечером. С момента моего прибытия в качестве посла Соединенных Штатов я получил много любезностей от государственных чиновников и множество выражений дружеских чувств от русского народа, в связи с чем хочу выразить свою глубокую признательность.

С того самого момента, когда вы, господин министр иностранных дел, по прибытии представили меня руководителям вашего правительства, я нахожусь под большим впечатлением от их очевидной искренности и идеалистических целей.

Вы говорили о симпатии и взаимопонимании, которые существуют между народами наших стран. Считаю, что это в высшей степени верно. Такое чувство нашло свое выражение и в исторических событиях. В свое время Екатерина Великая отказалась предоставить войска или деньги на то, чтобы сокрушить молодую американскую республику. Опять же во время Гражданской войны, которая угрожала существованию американской республики, Россия отказалась участвовать в любых альянсах, которые могли бы нарушить единство Соединенных Штатов. И вновь в качестве показателя общности взглядов русского и американского народов я считаю, что оба народа стремятся к улучшению участи простого человека. Наш великий президент Линкольн говорил: «Господь, должно быть, любил бедных, потому что создал их гораздо больше, чем богатых». Политический импульс вашего и американского народов заключается в содействии благополучию наибольшего числа людей. Это цель, к которой стремимся мы. Наши методы различны. Мы считаем, что самые лучшие – у нас. Мы признаем ваше право утверждать, что ваши методы – лучшие.

Вы отметили степень моего изучения советских учреждений и промышленности, а также поездок по Советскому Союзу. У меня была возможность увидеть собственными глазами грандиозные промышленные предприятия, которые возникли за последние десять лет. По моему мнению, масштабы экономического развития за столь короткий период просто беспрецедентны.

Что особенно впечатлило меня в этой связи, так это молодость и энтузиазм молодых мужчин и женщин, которых набирали из колхозов, у которых была возможность получить техническое и научное образование и которые теперь управляют этими великими заводами. Это тот случай, когда деревенский парень приехал в город и нашел свой путь в жизни. Как и в Соединенных Штатах, деревенскому парню, который приехал в город с искренними и серьезными намерениями, в итоге не откажут.

Независимо от того, добьетесь ли вы успеха или потерпите неудачу, то, что происходит здесь, окажет глубокое влияние на весь мир. Высвобожденные человеческие силы и огромные ресурсы, которыми вы пользуетесь, неизбежно окажут мощное влияние на будущее.

Господин комиссар, вы очень красиво и просто сказали, что мы нравимся русскому народу. А нам нравится русский народ. Ваша литература, ваше искусство, ваша музыка, ваши опера и балет великолепны и отражают великие качества вашего народа.

Есть одна большая благородная цель, которая объединяет наши две страны, независимо от того, движет ли ею Бог, как верим мы, или то, что вы можете назвать великими природными силами, или идеалы, или человеческая природа, – это то, что и Советский Союз, и правительство Соединенных Штатов искренне желают мира во всем мире, а мир – это то, в чем мир сейчас нуждается больше всего. В этом меня заверил ваш верховный руководитель.

Как вы знаете, я не являюсь профессиональным дипломатом. Мой опыт связан с профессиональной и деловой сферами. Когда наш великий президент удостоил меня этого назначения, перспектива показалась мне интересной, и я ехал сюда, настроившись на объективный лад. И уезжаю я с объективным настроем, но, возможно, он стал менее объективным и более дружелюбным благодаря тем любезностям, которые вы и ваше правительство оказали мне как представителю моей страны.

В заключение хочу еще раз поблагодарить вас, господин Литвинов, от имени миссис Дэвис и от себя лично за ваши многочисленные любезности и, в частности, за этот восхитительный вечер. Уверен, что мои американские сотрудники будут весьма рады вместе со мной поднять бокал за вас, господин Литвинов, ваших коллег и традиционную дружбу народов наших двух стран[76].

Дневник В поезде, 10 июня 1938 года

Выдался суматошный день. Бельгийский посланник, г-н Хейндрикс, вместе с его прекрасной супругой устроили в нашу честь небольшой обед, после чего мы отправились на поезд. Так странно, что наш последний обед в России прошел в бельгийском представительстве, а первое официальное развлечение в нашу честь по приезде в Россию состоялось там же. Вообще, Хейндриксы – очаровательная семья, у них замечательные маленькие дети. Весь дипломатический корпус присутствовал на вокзале и устроил нам великолепные проводы. Там были все наши друзья из американской колонии и персонал. Поговаривают, это были самые большие проводы в истории. Было очень приятно.

Маленькая дочка Спенсера Уильямса, ну просто душка, поднесла Марджори цветы. На самом деле супругу буквально завалили цветами, даже красными розами, которые я впервые увидел в России. Приехал Барков, чтобы вручить мне фотографию премьера с автографом, – и потом пришлось уже буквально бежать на поезд.

«Наш Бендер» с нами. Он находится на борту, отправляется на границу, в Негорелое, чтобы проводить нас. Он уже много лет является сотрудником американского посольства. Это необычайный тип русского человека – честный, добрый, энергичный и очень эффективный. Он полностью предан своей партии и, я уверен, нам тоже. Мы очень любим Бендера. Он представляет собой неотъемлемую часть американской общины.

_________________________________

Дневник В поезде по пути в Берлин, 11 июня 1938 года

Когда в 2 часа дня проезжали через Варшаву, то были рады и удивлены, увидев на вокзале наших старых друзей Тони и Маргарет Биддл. Они приехали проводить нас и, как всегда заботливо, принесли прекрасную корзину свежих фруктов. Мы побывали в гостях у этих прекрасных людей, которые сделали столь заметную и успешную карьеру сначала в Норвегии, а затем в Польше.

_________________________________

Дневник В поезде по пути в Остенде, 12 июня 1938 года

Марджори через Берлин отправилась прямиком в Париж, а я проследовал в Лондон через Брюссель. Прибыл в Лондон в 17.30.

Мистер Гроувс, сотрудник американского посольства, приехал на станцию, чтобы встретиться со мной, и забрал некоторые документы, которые будут храниться в посольстве. На вид очень хороший человек – скромный, прямой и деловой.

_________________________________

Дневник Лондон, 14 июня 1938 года

Прибыл сюда, направляясь домой.

Заехал в посольство, чтобы повидаться со своим старым другом Джо Кеннеди. Его не оказалось на месте. Позже он пришел в «Дорчестер», чтобы повидаться со мной. Был весьма пессимистичен. Впрочем, как и я.

Мне посчастливилось получить подарок на день рождения Марджори здесь, в магазине русского антиквариата «Варцки». Это красивый комод, который был подарен еще супруге Павла I французским правительством по случаю ее замужества более 150 лет назад.

_________________________________

Дневник По пути в Нью-Йорк, 17 июня 1938 года

В 10 утра сел на поезд и присоединился к Марджори на судне «Вашингтон» в Саутгемптоне. От комода она была в восторге. А я был рад ее видеть.

Здесь же, на борту, находится Джон Монтгомери, глава миссии в Венгрии, мой старый друг. Насколько понимаю, он отбывает домой в летний отпуск. Надеюсь с ним повидаться и хорошо провести время.

_________________________________

Дневник Нью-Йорк, 23 июня 1938 года

Прибыл в Нью-Йорк в 6.10 вечера, но в гавани до полудня следующего дня нас задержал туман. Сел на дневной поезд до Вашингтона.

Е. К. поехала со мной, а Элеонора присоединилась к нам в Балтиморе.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 24 июня 1938 года

Сегодня утром у меня состоялось продолжительное совещание с государственным секретарем. Подробно доложил о развитии ситуации в Москве, с учетом моего недавнего разговора со Сталиным. Советское правительство, сказал он мне, имеет важность не только в связи с китайско-японской ситуацией, но и в связи с возможным миром в Европе. Он остался весьма доволен тем, как изменилось отношение советского правительства к соглашениям, заключенным в связи с урегулированием долгов, возникших в результате «признания». В свойственной ему спокойной манере он весьма доброжелательно высказался об успехе моей миссии в Москве, который продемонстрировали привезенные мною оттуда предложения. Прочная основа взаимного уважения и уверенность во взаимных обещаниях между СССР и США крайне важна для будущего в эти тревожные дни, пропитанные международными угрозами со стороны «бандитов-агрессоров».

По его словам, как в Теннесси, так и на Западе, когда преступники поднимали головы, посягая на покой и безопасность миролюбивых граждан, все законопослушные люди поднимались против них, сажали их в тюрьму и так или иначе делали их неспособными нарушать покой. Человек по натуре добрый и терпеливый способен в порыве негодования действовать весьма энергично. Госсекретарь весьма подавлен тем, как развивается ситуация в Европе. «Плохо, очень плохо», – сказал он мне. Все, что я сообщил ему сегодня, лишь подтверждает это мнение.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 25 июня 1938 года

Состоялось долгое совещание с президентом в его кабинете. Обедал вместе с ним за его столом. Он буквально засыпал меня расспросами о беседе со Сталиным, подробно останавливаясь на каждом из обсуждавшихся вопросов. Он был весьма удовлетворен, что давнее недоразумение, возникшее из-за долгового соглашения в связи с признанием СССР, устранено, и считает, что со стороны советского правительства это прекрасный поступок. Он наслышан, что они всегда выполняли свои договоренности и крайне щепетильны в отношении данного ими слова.

Президент сказал, чтобы я продолжил прорабатывать детали предложения в Госдепартаменте с целью его дальнейшего представления в Сенат. В связи с этим он посоветовал мне изучить предложение, сделанное венгерским правительством в связи с урегулированием их долга, которое в данный момент находится на рассмотрении сенатского Комитета по международным отношениям Сената. Это было бы полезно.

Премьер Молотов, сказал я, делегировал г-на Розова из «Амторга», советского государственного агентства, чтобы тот представлял его в дальнейших переговорах. Поскольку я не возвращаюсь в Москву, я предположил, что на этих переговорах с г-ном Розовым было бы полезно присутствовать моему преемнику. В связи с этим я предложил назначить послом кого-нибудь из либералов и с опытом в бизнесе. Он спросил, нет ли у меня кого-нибудь на примете. Я ответил, что, по моему мнению, таковым мог бы стать Сидни Вайнберг, и, кроме того, он был бы весьма полезен в проработке упомянутого соглашения о долге – благодаря своим знаниям в области банковского дела. Президент сказал, чтобы я поговорил на эту тему с Корделлом и, если тот согласится, обсудил это с Сиднеем и узнал, как он отнесется к поездке в Москву. Идею присутствия Сидни на этих переговорах президент счел превосходной. Он хочет, чтобы я постарался утрясти эту ситуацию до своего отъезда в Брюссель. Он высказал несколько весьма добрых слов об успехе моего представительства, которые я всегда буду ценить как произнесенное из уст самого великого человека, которого я когда-либо знал.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 26 июня 1938 года

Приехали Сидни Вайнберг и г-н Розов, и у нас состоялось продолжительное совещание. Мы подробно обсудили всю ситуацию с долгом, учитывая, что проработка вопроса будет проходить по предложенным принципиальным направлениям.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 27 июня 1938 года

Сегодня беседовал с Самнером Уэллсом. Характерно, что он прекрасно знаком с деталями моей беседы со Сталиным – и со всем, что из нее вытекало.

Уэллс – неутомимый трудяга, и я не удивился, обнаружив, что он уже досконально продумал весь материал, содержащийся в этих депешах. Более того, его предложения в связи с совещанием с Розовым носили весьма практичный и полезный характер.

По его мнению, Розову следует указать на то, что статус венгерского предложения в Сенате может сделать целесообразным отложить принятие решения по советскому предложению на некоторое время – до тех пор, пока не будет выяснена позиция Сената в связи с предложением венгерского правительства об урегулировании.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 28 июня 1938 года

Обедал с Уманским, поверенным в делах советского посольства. По предложению премьера Молотова я не стал упоминать ему о долговом вопросе.

Сегодня днем долго беседовал с государственным секретарем Халлом и подробно доложил ему о долговом вопросе.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 4 июля 1938 года

Доложил президенту о переговорах с Розовым. По его мнению, было бы целесообразно отложить вопрос до тех пор, пока не станет известно, какие действия предпримут Комитет по международным отношениям Сената и Сенат в связи с аналогичным предложением венгерского правительства об урегулировании их прошлого долга. Я сказал, что проинформирую об этом г-на Розова, а также через него проинформирую г-на Сталина и г-на Молотова о том, что вопрос передан нашему президенту. Отмечу, что президент весьма удовлетворен жестом дружбы, доброй воли и добрых намерений со стороны советского правительства, особенно потому, что он послужит для устранения недоразумений, которые могли поколебать взаимное доверие правительств двух стран, и потому, что он демонстрирует желание завершить в духе Рузвельта-Литвинова соглашение о признании СССР.

Я сообщил, что Сидни Вайнберг весьма рад и польщен предложением президента, о чем последний, несомненно, узнает непосредственно от самого Сидни.

_________________________________

Дневник Нью-Йорк, 5 июля 1938 года

Совещался с Розовым и разработал с ним проект послания, который тот сможет направить премьеру Молотову и в котором сообщит, что данный вопрос подробно обсуждался как с президентом, так и с государственным секретарем. Оба удовлетворены жестом дружбы, доброй воли и намерений, к которому призывали эти дискуссии. Данная ситуация продуктивна и полезна, но сейчас целесообразно оставить вопрос открытым и вернуться к нему впоследствии, если это будет возможно и желательно. Так сделано по причине того, что рассмотрение венгерского предложения по урегулированию долга в Сенате Соединенных Штатов прольет больше света на то, что можно предпринять в вопросе компромиссного урегулирования. И когда придет время, если таковое окажется желательным для обеих сторон, правительство с радостью выработает формулу, которая урегулирует вопрос к удовлетворению обеих сторон. В настоящее время подразумевается, что вопрос будет держаться в тайне и будет известен только руководителям, непосредственно в него вовлеченным.

Перед отъездом составил отчет для Госдепартамента, изложив и приведя в соответствие с текущей ситуацией суть всех дискуссий и переговоров с г-ном Розовым.

Часть восьмая

Краткое изложение фактов

6 июня 1938 года

_________________________________

«КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ФАКТОВ» – ОБЗОР ПО СССР

№ 1341 Москва, 6 июня 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ РЕЗЮМЕ И ОТЧЕТ

ПО СОВЕТСКОМУ СОЮЗУ ПЕРЕД ОТЪЕЗДОМ

Совершенно секретно

Сэр!

В дополнение к устным докладам о положении в СССР и совещаниям, проведенным с президентом, государственным секретарем и в Госдепартаменте относительно политики Соединенных Штатов, которая в нынешних условиях, отличных от тех, что были несколько лет назад, представляется наиболее целесообразной, я с почтением представляю нижеследующий общий обзор и краткий отчет о ситуации в данной стране.

За любым политическим вопросом стоят факты, которые необходимо контролировать. Этими факторами, среди прочих, являются: внутренняя мощь СССР; сильные и слабые стороны нынешнего режима в политическом, экономическом и военном отношении; отношение иностранных держав к СССР; будущее значение этих сил по отношению к мировым условиям и в особенности их значение по отношению к Соединенным Штатам.

Первоначальная трудность в оценке ситуации заключается в том, что область настолько обширна, силы настолько велики, предрассудки и противоречия настолько сильны, что трудно представить себе всю картину целиком и при этом сохранить объективность суждений.

Однако существуют определенные, точно установленные факты, которые – при обобщении – дают основание для суждения. Более того, за последние двадцать лет, в течение которых существует этот режим, некоторые события выделяются весьма четко. Это вехи в развитии ситуации, которые указывают на тенденции и возможное развитие событий в будущем.

Цель данного отчета – представить, насколько это возможно, «Краткое изложение фактов». Факты натолкнут на собственные выводы и не подвержены политической окраске или отсутствию объективности.

Факты, собранные здесь, основаны либо на источниках информации, опубликованных за пределами Советского Союза, либо на правительственных источниках, опубликованных здесь. Там, где конкретные факты не являются объективными, сделана попытка воплотить в жизнь лучшие суждения весьма способных сотрудников этой миссии, дополненные суждениями некоторых руководителей других миссий, которые находятся здесь, а также мнениями американских журналистов, которые изучали местные условия.

Данный отчет составлен в конспективной – и максимально сжатой – форме. И он никак не претендует на исчерпывающий, полный или всесторонний охват всех деталей. Его цель – быть не спорным по духу и не догматичным по мнению, а информативным, призванным дать более или менее полную картину «в целом».

Территория

Явно примечательным фактом является огромная территория СССР. Страна занимает одну шестую часть земной суши – восемь миллионов квадратных миль. Ее площадь в два с половиной раза превышает площадь всех владений Соединенных Штатов. Владивосток находится дальше от Москвы, чем Портленд, штат Мэн. Широта Черного моря примерно равна широте Нью-Йорка. Территория СССР больше, чем весь Североамериканский континент к северу от Панамского канала. Она охватывает все природные зоны, от арктической до тропической. Она включает в себя империю, более разнообразную, чем империя «от Берлина до Багдада». Она включает в себя огромные пространства: равнины, горы, леса и водные пути.

Население

Согласно последней официальной оценке (по состоянию на 1933 год), население страны составляет 165 700 000 человек – 8,29 % от населения всего мира. Это на 30 % превышает население Соединенных Штатов. Оно состоит из 180 различных национальностей, которые говорят на 48 языках и 150 диалектах.

Плотность населения составляет 12,5 человека на квадратную милю, в отличие от 41 жителя на квадратную милю в США, 197 – во Франции, 355 – в Италии, 363 – в Германии и 668 – в Англии. Если бы все население мира можно было переселить в СССР, то территория этой страны все равно не оказалась бы такой перенаселенной, как территория Германии. Если бы население всего мира было увеличено в четыре раза и помещено на территорию Советского Союза, она все равно не выглядела бы такой же густонаселенной, как территория Британских островов.

Уровень рождаемости. По последним советским данным, рождаемость в Украине составляет около 23 человек на тысячу населения. В целом по стране этот показатель, вероятно, несколько ниже, но быстро растет. В отличие от него показатели рождаемости в европейских странах следующие: Италия (1935) – 23,3; Германия (1935) – 18,9; Англия (1935) – 17,8; Франция (1934) – 16,1.

Политическое деление. Советский Союз состоит из одиннадцати политических подразделений (республик, входящих в его состав), каждое из которых обладает определенной автономией. Теоретически эти социалистические республики могут отделиться от Союза. На самом деле такая свобода является академической. Очевидно, федеральное правительство и, тем более, Кремль (Сталин) никакого отделения не потерпят. Этот факт очень четко прослеживается на недавнем процессе по делу о государственной измене Бухарина.

Рабочая сила

В стране широкое разнообразие рас, начиная от европейских русских и славян и заканчивая монголами Востока. В целом это сильный, выносливый тип. Они отражают ту физическую выносливость, которую порождает выживание сильнейших в самых примитивных условиях, «на земле». Европейская Россия в XV веке имела за плечами экономический и исторический опыт политического развития, примерно сопоставимый по уровню опыта и жизни с Альфредом Великим. Об этом свидетельствуют энергичность, инициативность, предприимчивость, эмоциональное богатство и простота сравнительно молодых людей. Еще несколько сотен лет назад нельзя было сказать, что Россия полноценно переживает то, что пережила Европа в процессе развития цивилизации.

Сельскохозяйственные ресурсы

Еще более значимыми, чем минеральные богатства такой территории, являются ее сельскохозяйственные ресурсы. Такие богатства поистине неисчерпаемы. И каждый год они обновляются.

В 1937 году общая площадь посевных и возделываемых земель в Советском Союзе составляла 367 170 949 акров. Для сравнения: в США такие земли занимают 327 661 000 (1935), а в Канаде – 56 134 000 (1934). Из всего населения примерно 65 % занято в сельском хозяйстве. Интересно отметить, что в 1913 году 57 % общего объема продукции российской промышленности составляло сельское хозяйство, в то время как промышленное производство составляло лишь 43 %.[77] Однако в 1937 году промышленное производство составляло уже 77 % общего объема продукции, а сельское хозяйство – оставшиеся 23 %, что в количественном отношении несколько превышало показатели 1913 года. В целом сельскохозяйственное производство в Советском Союзе при нынешнем режиме не превышало дореволюционные показатели. Однако в 1937 году был собран огромный урожай, который побил все рекорды. Урожай зерновых в том году оценивается примерно в 111 384 000 тонн (4 451 360 000 бушелей). В этой связи следует помнить, что плановыми органами были предприняты большие усилия по диверсификации сельского хозяйства, в результате чего обширные площади зерновых были ликвидированы и отведены под развитие новых культур, таких как хлопок, сахарная свекла и так далее.

Приведенные ниже данные свидетельствуют о значительном сельскохозяйственном богатстве этой страны.

Пшеница. В 1935 году Советский Союз произвел примерно одну треть всего мирового урожая пшеницы. Это в два с половиной раза больше, чем в США, в четыре раза больше, чем в Канаде, в пять раз больше, чем в Аргентине, и больше, чем в США, Канаде и Аргентине, вместе взятых[78].

Овес. В том же году Советский Союз произвел примерно половину мирового урожая овса. Это в три раза больше, чем в Соединенных Штатах, и в четыре раза больше, чем в Канаде. Производство Советского Союза равнялось общему производству Соединенных Штатов, Канады и Германии, вместе взятых [79].

Рожь. В том же году в СССР произведено 80 % мирового урожая ржи. Это в пятьдесят раз больше, чем в США; на 40 % больше, чем в Германии, Польше и Франции, вместе взятых. Это превысило совокупное производство ржи Германии, Польши, Франции и США[80].

Хлопок. В том же году Советский Союз занял четвертое место по производству хлопка. Он произвел больше тюков хлопка, чем Египет.

Льняное семя. В том же году Советский Союз уступал по урожаю льняного семени лишь Аргентине. Российское производство было примерно в пять раз больше, чем в США[81].

Свекловичный сахар. Германия в течение многих лет занимала первое место по производству свекловичного сахара. В 1935 году Советский Союз удвоил свое производство по сравнению с предыдущим годом и вышел на первое место. Производство Советского Союза в том году почти вдвое превысило производство США и почти равнялось производству Германии и Чехословакии, вместе взятых. Производство свекловичного сахара в СССР более чем на 20 % превысило производство Германии и более чем втрое – производство Чехословакии[82].

Крупный рогатый скот. Среднее поголовье крупного рогатого скота в Советском Союзе в 1926–1930 годах составляло 64,9 млн голов. В Соединенных Штатах этот показатель составлял 59,19 млн голов. Это больше, чем совокупное поголовье Аргентины и Германии. Российские стада крупного рогатого скота в три раза превышали стада Германии. Во время «забастовки» сельскохозяйственных классов в период коллективизации 1929–1935 годов поголовье скота сократилось до 38,4 млн голов в 1933 году. К 1935 году оно увеличилось до 49,255 млн голов, что по-прежнему вдвое больше, чем в Германии[83].

Животноводство – овцы, свиньи, лошади. За тот же период произошло огромное сокращение этих стад, почти вдвое. К 1935 году произошло увеличение поголовья примерно на 20 % по сравнению с периодом снижения, но все же в 1935 году поголовье этих стад было от 30 до 40 % меньше, чем в 1928 году.

Развитие сельского хозяйства. В настоящее время предпринимаются интенсивные усилия по освоению обширных регионов вдоль Транссибирской магистрали на востоке страны. Огромные средства расходуются на ирригацию и мелиорацию земель. В 1929–1935 годах на мелиорацию и орошение в качестве «капитальных вложений» было затрачено в общей сложности 1,35 млн рублей [84]. Интересно отметить, что, несмотря на огромные усилия, предпринятые для применения принципов механизированного, коллективного сельского хозяйства в крупномасштабном производстве, фактический урожай зерна в тоннах в 1936 году оказался меньше урожая зерна 1913 года. Небывалый урожай 1937 года превысил урожай 1913 года примерно на 20 %.

Увеличение использования тракторов и комбайнов. О масштабах кампании по механизации сельского хозяйства можно судить по следующим фактам. В 1928 году количество тракторов в Советском Союзе составляло 26 000. К 1936 году оно увеличилось в 18 раз и достигло 477 000. В 1930 году в СССР было 1700 комбайнов. К 1936 году, когда их было 93 200, это число увеличилось примерно в пятьдесят раз. Число тракторов и комбайнов, занятых в сельском хозяйстве, составило[85]:

Количество и роль машинно-тракторных станций. «В течение первых трех лет второй пятилетки было создано 1004 новых машинно-тракторных станции. Общее число таких станций, которое в конце 1932 года составляло 2446, в конце 1935 года выросло до 4350. В течение 1935 года они обслуживали более 72,8 % всех колхозных посевных площадей. Машинно-тракторные станции являются не только пунктами сосредоточения техники, но и применения прогрессивных методов в сельском хозяйстве, это экономико-политическая база государства в сельских районах»[86].

Древесина. Площадь лесов в Советском Союзе является самой большой среди всех стран мира. Она составляет 57 % от общей площади леса в мире.

Меха и рыболовство. О богатстве страны пушниной говорит тот факт, что, по оценкам, примерно десятая часть закупок за рубежом оплачивается стоимостью экспортируемых мехов. Рыбный промысел также обширен, и его развитие с применением научных методов продвигается быстрыми темпами.

Минеральные ресурсы

В своих официальных публикациях СССР утверждает, что обладает богатейшими в мире месторождениями железа, марганца, нефти, солей, фосфоритов и апатитов, а также вторыми по величине запасами угля. Хотя такие утверждения можно не принимать за абсолютную истину и воспринимать с некоторыми оговорками, тем не менее запасы этих ископаемых, несомненно, чрезвычайно велики. Среди государственных сокровищ, которые мне разрешили увидеть, были необычайно крупные самородки золота, самый большой из которых весил 39 килограммов, или 86 фунтов. Их нашли на Урале. Были также и самородки платины, один из которых весил 14 килограммов.

Источники за пределами СССР признают, что Советский Союз занимает второе место в мире по золотодобыче, и есть перспективы для ее наращивания. По военным соображениям официальные данные о размере золотых запасов не сообщаются, однако, по разным оценкам, производство золота составляет от 175 до 400 млн долларов в год. Согласно официальным данным, в 1937 году золотое обеспечение национальной валюты составило около 340 млн долларов. Превосходное исследование предложения по золоту можно найти в отчете г-на Пакера из рижского представительства. Это, вероятно, наиболее точная оценка. В ходе моих дискуссий с хорошо информированными людьми здесь, такими как Спенсер Уильямс, Уолтер Дюранти, и некоторыми экспертами, включая горных инженеров с Дальнего Востока, а также в Лондоне, я обнаружил, что их оценки колеблются от 300 до 450 млн долларов в год. Сам я придерживаюсь мнения о том, что этот показатель составляет от 200 до 350 млн долларов

В книге «Стратегия сырья» (автор Брукс Эмени, издана Бюро международных исследований Гарвардского университета и колледжа Рэдклиффа) проводится анализ и исследование военной самодостаточности семи ведущих держав по основным продуктам питания и сырью. Статистические таблицы раскрывают необычайные масштабы минеральных богатств Советского Союза. Оказывается, исходя из процентного соотношения достаточности, Советский Союз обладает 100 % угля, железа, нефти, марганца, слюды, хромитов и калия; 90 % серы и пиритов; 85 % фосфатов; 80 % ртути; 60 % цинка.

Ни одна из шести других великих держав – США, Германия, Великобритания, Франция, Италия и Япония – даже не приблизилась к степени самодостаточности Советского Союза, за исключением лишь Великобритании и США.

Интересно отметить, что по марганцу, хромитам, калийным солям и ртути, по которым процент самообеспечения в США низок, Советский Союз имеет избыток, что по таким крайне необходимым импортным товарам, как медь и т. д., почти весь импорт поступает из США и что объединенные ресурсы США и Советского Союза обеспечивают полную самообеспеченность продовольствием и важнейшими видами сырья.

Что нынешний режим сделал с этими ресурсами после прихода к власти?

ОБЩЕИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА: 1917–1926; 1927–1938

Большевики захватили власть в 1917 году. В то время промышленность была разрушена более чем на пять шестых. Транспорт израсходовал большую часть имевшихся резервов. Гражданская война, последовавшая сразу после прихода к власти, практически остановила всякое производство. Попытка внедрить принципы коммунизма в сельское хозяйство встретила ожесточенное сопротивление со стороны буржуазного крестьянства. Сельхозпроизводители «забастовали», попросту отказываясь или не производя больше, чем необходимо. Это, а также полное отсутствие средств распределения привело к недоеданию и даже голоду. Торговля в таких условиях и при существующей разрухе заглохла. Сильная засуха в начале революции лишь усугубила и без того бедственное положение.

В таких тяжелейших условиях Ленин провел экономическое отступление и инициировал НЭП (новую экономическую политику), которая была введена в действие в марте 1921 года. Такая политика стала попыткой сохранить коммунизм как принцип управления, но на практике коммунизм был отложен в долгий ящик. Крестьяне получили право на собственность и возможность индивидуального извлечения прибыли. Была разрешена частная торговля. Экономическое положение несколько улучшилось. Ленин, выдвинувший тот план вопреки огромному сопротивлению, всегда утверждал, что это вынужденный шаг назад – лишь для того, чтобы потом «сделать два шага вперед». Эти несколько лет были отмечены попытками правительства побудить капиталистические страны предоставить финансовые средства для освоения ресурсов России.

Советский Союз «натравливал» одну страну на другую. Это был период быстро крепнущей дружбы между Россией и Германией, о чем свидетельствовал Рапалльский договор.

В 1922 году Ленин перенес инсульт, а в 1924 году умер. НЭП породил тип так называемых экономических авантюристов. Подобное положение пугало старых большевиков. В разное время стали прибегать к «чисткам». Они проводились с большой жестокостью. В партии возникли серьезные разногласия. В результате люди НЭПа были «сметены вместе с прибылью», и сама упомянутая политика была упразднена.

Экономический упадок и хаос в эти годы угрожали существованию правительства. В его основе были продолжающиеся волнения среди крестьян, их отказ производить больше, чем нужно. Под угрозой было существование центрального правительства и всего коммунистического принципа. К 1924 году центральному правительству удалось сбалансировать бюджет, но весь чистый доход не превышал 1,4 млрд рублей. Крыло Троцкого выступало за мировую революцию, в то время как последователи Сталина выступали за продвижение коммунистического принципа в первую очередь в Советском Союзе. Другая правая группа, возглавляемая Бухариным, Рыковым, Томским и т. д., не поддерживала идеи Сталина по поводу политики в отношении крестьянства. В частности, они выступали против мер насильственной и быстрой коллективизации, за которую так ратовал Сталин. Было ясно, что экономический хаос и, возможно, социальная анархия неизбежны, если для изменения положения не будет предпринято радикальных мер.

После смерти Ленина разгорелась борьба за лидерство. В итоге она вылилась в дуэль между Троцким и Сталиным. В 1927 году Троцкий был исключен из Центрального комитета партии. В 1928 году он был сослан в азиатскую часть России, его последователи были либо изгнаны из страны, либо оказались в тюрьме. Это была полная победа Сталина.

Таковы условия, в которых Сталин в 1927 году разработал пятилетние планы индустриального развития страны, которые, по общему признанию, дали поистине замечательные результаты. Выполнение таких планов требовало немалого мужества и абсолютной беспощадности, а также всеобщего затягивания поясов во всех классах общества, и все – ради будущих выгод. Однако в первые годы первой пятилетки правительству вновь угрожали пассивные волнения в сельскохозяйственных районах. Эти волнения были безжалостно подавлены. Правительство применило простой, но жестокий метод: оно забирало у крестьянства требуемое от них зерно, хотя при этом ничего не оставляло им ни на еду, ни на семена. Результатом стал голод во многих районах страны. По разным оценкам, во время этой кампании погибло от двух до трех миллионов крестьян. Программа коллективизации и механизации сельского хозяйства проводилась с такой же беспощадностью. Были ликвидированы тысячи кулаков (крупных землевладельцев). И план индустриализации, и рабочие, и само правительство одинаково зависели от сельского хозяйства не только в смысле продовольствия, но и в смысле доходов для создания и эксплуатации промышленных предприятий. Вопрос был жизненно важным. Правительство победило, но ценой огромных жертв.

Однако тяжелая промышленность (первый пятилетний план) наконец взяла хороший старт. Были спроектированы новые огромные заводы. Строились и росли как грибы новые города. Были построены огромный тракторный завод в Харькове, автомобильные заводы в Москве и Горьком, тракторные заводы в Ростове и Сталинграде, сталеплавильные печи на Донбассе, заводы удобрений на Урале, огромные плотины. Большая Днепровская плотина (проект полковника Купера) была завершена в 1935 году. В течение первых пяти лет возникло более девяноста новых городов. Промышленность на Урале выросла в пять раз. Последовавшее за этим перемещение населения, переезд в города, отсутствие надлежащих жилищных и прочих условий вызвали огромную текучесть рабочей силы, что мешало росту эффективности. Несмотря на неэффективный труд малоопытной рабочей силы, усугубляемый бюрократическим государственным контролем и вышеназванными огромными трудностями, в 1929 году промышленное производство выросло на 20 % по сравнению с предыдущим годом, в 1930 году – на 38 %; такие же высокие показатели роста отмечались и в дальнейшем.

Этот период (первая пятилетка) характеризовался беспощадными «чистками» и репрессиями, а также примирительной политикой, и за все это всячески превозносили Сталина. Интересно отметить, что режим все чаще и чаще сталкивался с необходимостью непременно добиться успеха в столь грандиозных начинаниях. Удержание этих людей у власти зависело в конечном счете от выполнения обещаний, которые были даны пролетариату. Для того чтобы добиться успеха и заставить промышленность эффективно работать, на практике происходил весьма заметный и постоянный отход от коммунистических принципов. Единственным привлекательным и постоянным стимулом для рабочих стал мотив прибыли, или корыстолюбие. Были сделаны уступки крестьянам в плане расширения прав собственности, а также другим классам. Стахановское движение (аналог сдельной системы – принцип «ускорения») было возведено в ранг национальной политики. К 1934 году в тяжелой промышленности наметился заметный прогресс – как в росте объемов производства, так и в снижении затрат.

Тем временем, несмотря на изъятие миллионов гектаров из зернового производства с целью создания так называемого научно сбалансированного сельского хозяйства, в рамках программы коллективизации удалось произвести нормальный объем продовольствия. В этом смысле пятилетний план себя оправдал. Однако самым примечательным в данной ситуации является то, что она возникла не благодаря государственному управлению промышленностью, а вопреки. Огромное богатство страны почти гарантировало – в количественном выражении – большой успех, несмотря на огромную неэффективность, растраты и потери, которые неизбежно должна была повлечь за собой такая система. Однако что удалось режиму, так это разработать план и довести его до конца. Также важно, что на практике для достижения успеха режим отказался от коммунистического принципа.

В 1924 году общий объем промышленного производства составил в денежном выражении 6 млрд рублей, тогда как в 1937 году он оценивается в 85 млрд рублей.

Из общего объема современного промышленного производства 75 % произведено на заводах, построенных начиная с 1917 года.

Объем железнодорожных перевозок увеличился с 33 млн тонн в 1924 году до 323 млн тонн в 1936 году.

Речные перевозки также увеличились: с 9 млн тонн в 1924 году до 69 млн тонн в 1936 году.

По данным 1936 года, 91 % всех посевных площадей страны обрабатывался механизированным способом с помощью техники машинно-тракторных станций.

Место Советского Союза в мировом объеме производства

По данным 1936 года, в мировом производстве Советский Союз занимал первое место по производству комбайнов и свекловичного сахара; второе место – по общему объему промышленного производства в машиностроении, производству тракторов, грузовых автомобилей, железа, руды и золота; третье место – по производству стали и суперфосфатов; четвертое – по производству угля.

Место Советского Союза в объеме европейского производства

Утверждается, что в европейском производстве Советский Союз занимал первое место по общему объему промышленного производства, по станкостроению, по выпуску тракторов, комбайнов, грузовых автомобилей, по добыче золота, суперфосфатов, производству свекловичного сахара; второе место – по производству стали; третье место – по угледобыче. К 1935 году Советский Союз, в отличие от Европы, вышел на первое место по добыче нефти и производству торфа, выплавке меди, производству железнодорожных вагонов и локомотивов. Он занял второе место по выработке электроэнергии и производству алюминия.

На меня произвели большое впечатление техническое и капитальное оборудование, методики научных исследований и экспериментов, а также конвейерная и линейная системы производства. Эффективность и квалификация рабочих, по моему мнению, не сравнится с эффективностью, демонстрируемой на заводах, которые я изучал в ходе своей работы в качестве уполномоченного по делам корпораций и члена Федеральной торговой комиссии в США. По-моему, она несопоставима с той, которая существует или могла бы существовать при капиталистической организации извлечения прибыли. Она не равнялась бы и сорока процентам эффективности нашей промышленности. Тем не менее совершенно ясно, что они производят огромное количество полезной продукции. В беседах с работающими здесь американскими инженерами на меня также произвело впечатление, что правительство привлекает лучших иностранных технических специалистов в связи с возведением этих заводов, их эксплуатацией и устанавливаемым оборудованием; что технические школы и университеты ежегодно дают богатый урожай энергичных, амбициозных молодых людей, совсем недавно оторванных от «земли», многие из которых завершили техническое образование за границей, стажируясь на предприятиях Германии, Франции, Италии и Соединенных Штатов; что, несмотря на общую склонность этих молодых инженеров недооценивать способности инженеров иностранных, тем не менее они трудолюбивы, амбициозны, эффективны и чрезвычайно искренни.

Выводы, которые я сделал из всей увиденной картины, заключаются в том, что количественные показатели достаточно надежны и позволяют разумно оценить масштабы достижений. Если допустить значительную или даже большую погрешность в этих цифрах, достижения все равно останутся весьма впечатляющими. Такой факт в целом признается в дипломатическом корпусе, даже среди тех, кто изначально враждебен режиму.

Правящие силы, как уже говорилось выше, неразрывно связаны с успехом этого плана. Это даже может являться условием их пребывания у власти. Массам постоянно внушали мысль, что это приведет к более высоким стандартам и улучшению жизни. Сделать промышленную машину эффективной и даже создать видимость выполнения таких обещаний можно через необходимость. Единственным постоянным и настоятельным стимулом, который нашло правительство, является прибыль. Поэтому в развитии ситуации я ожидаю дальнейшего стабильного уклона вправо и применения капиталистических принципов в социалистическом производстве.

Транспорт и связь

Железные дороги. Слабейшим звеном в цепи местной экономики, несомненно, является распределение. Последние два года правительство прилагает усилия для повышения эффективности железных дорог и других транспортных средств, а также для планирования сельского хозяйства так, чтобы обеспечить местную самодостаточность в поставках продуктов питания и устранить необходимость дальних перевозок.

Протяженность железных дорог увеличилась примерно на 25 %.

Завершено строительство двухпутной Транссибирской магистрали. Утверждается, что правительство строит железную дорогу к северу от Маньчжоу-Го в приморские провинции, чтобы обеспечить более безопасное – с военной точки зрения – сообщение с тихоокеанскими провинциями. Из достоверного источника сообщили, что строительство этой дороги уже завершено. Военный атташе при нашем посольстве, полковник Феймонвилл, весьма внимательный и способный человек, сообщает, что здесь наблюдается заметная тенденция к дальнейшему развитию транспорта за счет расширения шоссе и использования грузовиков, а не железных дорог.

Автомобильные дороги. Протяженность дорог в царской России в километрах составляла 24 000, из которых 4000 были с твердым покрытием. В 1936 году было 2 млн километров дорог с твердым покрытием, пятая часть из которых – основные магистрали.

Военные трассы, некоторые из которых выходят за пределы Москвы, представляют собой великолепные, прямые, пятиполосные, асфальтированные шоссе.

Воздушные пути. В 1936 году насчитывалось 52 000 километров воздушных линий, в отличие от 15 000 в 1929 году. Количество километров налета увеличилось с 3,2 до 56 млн в 1936 году. Объем перевезенных грузов увеличился с 1000 тонн в 1929 году до 60 000 в 1936 году.

Водные пути. Развитие водных путей в последние годы было весьма интенсивным. Белое море соединено с Балтийским (227 километров – канал введен в эксплуатацию в 1934 году). Волга была соединена с Москвой-рекой (1937 год – длина канала 128 километров), и утверждается, что в настоящее время существует непрерывный водный путь от Каспийского моря до Ленинграда. Общая протяженность судоходных речных путей, по некоторым данным, составляет 100 000 километров, что в два раза превышает протяженность судоходных водных путей в Соединенных Штатах.

Торговый флот. Тоннаж торгового флота Советского Союза в 1928 году составлял 327 000 тонн, в 1935 году – 1 350 000 тонн, то есть увеличился примерно на 400 %.

Телефонные линии. В 1928 году общая протяженность телефонных линий составляла 556 ПО миль. В 1936 году она увеличилась до 1 343 750 миль. Количество телефонных аппаратов за тот же период увеличилось с 880 000 до 2 100 000.

Почта. Число сельских почтальонов в Советском Союзе увеличилось с 6900 в 1924 году до 123 000 в 1936 году, то есть примерно в 18 раз.

Газеты, радио и т. д. В Советском Союзе насчитывается 10 000 газет, тираж которых составляет 39 млн экземпляров. По некоторым данным, в 1928 году в Советском Союзе было 23 радиовещательные станции, в то время как в 1936 году – уже 78, при этом в 1936 году в эксплуатации находилось 350 000 радиоприемников. В 1928 году было 65 передатчиков телеграфно-телефонной службы, в то время как в 1936 году их стало 273.

Книги. Утверждается, что в 1913 году было издано 26 174 книги общим тиражом 86,7 млн экземпляров, тогда как в 1936 году было издано 43 348 книг тиражом 571 млн экземпляров.

Образование – школы – университеты

Утверждается, что неграмотность в стране полностью ликвидирована, что нет ни одного советского гражданина, который бы не умел читать. В 1913 году неграмотными были 67 % населения.

Количество начальных школ в Советском Союзе в 1936 году составило 164 100, в отличие от 106 000 в 1914 году, то есть увеличилось на 64 %. Количество колледжей и высших технических училищ увеличилось с91в1915 году до 592 в 1936 году, то есть на 500 %. Население, посещающее школы в 1936 году, составляло 28 842 000 человек. 1 039 700 детей посещали детские сады в 1936 году. В 1935 году насчитывалось 1712 школ трудового обучения с общим числом учащихся 246 248. Школы, как утверждается, посещает 26 % всего населения. Утверждается также, что в Советском Союзе в три с половиной раза больше детей посещают школу, чем до войны.

Строительство новых школ. Только в Москве в 1935 году было построено и полностью оборудовано 72 большие школы. В 1936 году в Москве намечалось построить еще 152 школы. В 1935 году общее число построенных школ в городах составило 496, при этом в сельских районах было построено 1000 начальных школ и 2000 семилетних школ. С 1932 года годовая норма текущих расходов на одного ученика удвоилась.

Дошкольное воспитание. Дошкольное воспитание является составной частью образовательной системы СССР. К 1935 году количество детей в дошкольных учреждениях (детских садах и площадках) увеличилось на 627 000 по сравнению с 1932 годом, в настоящее время их насчитывается около 6 млн.

Набор в высшие учебные заведения. В течение трех лет с 1933 по 1935 год в институты, техникумы и средние технические училища было зачислено 1,3 млн человек, при этом выпущено 485 400 специалистов с высшим и средним образованием. Всего в 1935 году в колледжах и техникумах обучалось 509 900 человек, в то время как в 1932 году – 477 200, а в 1913 году – 124 000.

Условия жизни и социальные условия

Рост национального дохода. Национальный доход вырос с 21 млрд рублей в 1913 году до 65,7 млрд рублей в 1935 году (в фиксированных ценах 1926/1927 годов). Весь этот доход, как утверждается, прямо или косвенно направляется на улучшение положения рабочего класса.

Занятость и рост заработной платы. Утверждается, что безработицы не было с 1930 года. В 1935 году число занятых увеличилось на 1 800 000 человек по сравнению с 1932 годом. Следует отметить, однако, что советская система не допускает безработицы, за исключением лиц, которым не целиком доверяют или которые подвергаются наказанию. Однако миллионы людей в стране заняты не в тех областях, в которых хотели бы трудиться, и, хотя они работают на регулярной основе, все же пребывают в гораздо худшем положении, чем нанятые в США на средства фондов помощи. Политические заключенные безработными не являются. Они работают. Утверждается, что совокупный фонд заработной платы увеличился с 32,7 млрд рублей в 1932 году до 56,2 млрд рублей в 1935 году. Среднегодовая заработная плата на одного рабочего увеличилась с 1427 рублей в 1932 году до 2371,5 рубля в 1935 году.

Заметный рост расходов на вооружение. Интересно отметить, что одновременно с приходом к власти Гитлера, в период 1934–1937 годов, процент общих доходов правительства, использованных на военные цели, вырос с 3,3 % в 1934 году до 22 % в 1937 году. Общие расходы в 1937 году достигли отметки 22 431 030 000 рублей, что по официальному курсу составило бы примерно 4,2 млрд долларов, а по текущему курсу на черном рынке – 2,2 млрд долларов. С учетом вероятной реальной стоимости золота это, по-видимому, в два раза меньше.

Одновременный рост расходов на социально-культурное благосостояние. Не менее интересен и тот факт, что одновременно со столь невероятным ростом военных расходов, расходы на так называемые социально-культурные цели не только не отставали, но и превышали их. Если в 1928 году на эти цели было израсходовано 1 495 500 000 рублей (6,4 %), то в 1937 году – 26 604 552 000 рублей (27 % от общей суммы). Расходы на социально-культурное благосостояние охватывают широкий спектр деятельности: образование, детские сады, ясли, больницы, социальное страхование, жилищное строительство, драматургия, кино, радио, пропаганда, книги, газеты и так далее. Значение этих данных не в их абсолютной величине, а скорее в их классификации и точке зрения. Несмотря на обширные военные нужды, правительство постоянно увеличивало расходы на вышеназванные мероприятия.

Какие слабости присущи данной ситуации?

Среди очевидных недостатков можно назвать следующие.

Размер. Национальная солидарность находится под постоянной угрозой из-за больших различий в характере и других условиях на обширных территориях СССР. Различия в условиях вызывают различные потребности, которые, во многих случаях, порождают конфликты интересов. Продолжает действовать антицентробежная сила.

Расовые различия – язык, традиции, устремления. Здесь проживают славяне, финно-угры, тюрко-татары, индоевропейские народы, евреи, немцы, таджики и монголы, все с различными расовыми инстинктами, привычками мышления, религией и концепциями управления. Такие различия, особенно в религии, являются источниками раздоров и разобщенности[87].

Характер самого правительства. Основанное на идее бескорыстного общества, государство постоянно сталкивается с угрозой того, что не в силах уничтожить инстинкты человеческой природы, связанные с корыстью. Они заложены в железах, нервах и физических организмах людей и являются результатом атавистических сил веков. Если эти инстинкты не удастся искоренить за пару поколений, эксперимент должен провалиться.

Бюрократическая неэффективность. Сама грандиозность задач, которые взвалило на себя это правительство, требует огромной бюрократии, которая сама по себе представляет угрозу. Размер и масштабность задач постоянно грозят администрации. В качестве примера можно привести проблему учета тысяч розничных магазинов (что необходимо для защиты честности и эффективности). Проект просто ошеломляющий.

Конфликт между сельскохозяйственными и промышленными рабочими. Этот конфликт является постоянным источником возможного раздражения и чреват далеко идущими политическими последствиями. Особенно это касается тех случаев, когда один класс постоянно эксплуатируется в интересах другого.

Русский характер и привычки. Инертность и фатализм русского типа – это постоянное «оттягивание». Слова «авось», «все равно» и «ничего» – сильно прижились в России.

Возможная неприспособленность аграрных народов к механическо-индустриальному труду, что угрожает возможным развалом промышленности под давлением. Текучесть рабочей силы в некоторых отраслях достигает 125 % в год.

Трудности произвольного установления справедливой заработной платы. Уже наметились признаки того, что некоторые группы стахановцев жалуются, что из-за произвольной классификации их ставки заработной платы не соответствуют другим классам.

Контрреволюционная угроза военного переворота. Всегда существует возможность появления в армии своеобразного Наполеона, который способен устроить переворот и захватить власть.

Судебные процессы над изменниками, недавние казни и «чистки» – все это свидетельствует о слабости, присущей человеческой природе из-за противоречивых амбиций. Эта революция «пожирает собственных детей». Несмотря на ясное понимание этой опасности и сознательную решимость старых большевистских вождей не перестрелять друг друга и несмотря на официальное заявление самого Сталина об этом в 1926 году, убийства политических преступников начались в 1934 году, и потом этот процесс нарастал с ужасающей скоростью.

Террор – «чистка». Для демократического ума представляется неизбежным, что тирания в отношении жизни и свободы, осуществляемая тайной полицией, которая пронизывает все классы общества и отрывает людей от семьи и друзей без какой-либо защиты от возможной несправедливости, в конечном итоге должна погубить любой режим.

Бунт молодежи. Со временем, с улучшением условий жизни и обострением классовых различий и привилегий, молодежь, вероятно, восстанет против всего, что, как им внушали, влечет за собой коммунизм; и это, как ни смешно, может привести к тому, что радикальная молодежь начнет поддерживать консервативную политическую доктрину индивидуализма и капиталистические возможности.

Вытеснение сельскохозяйственного труда. Из-за механизации сельского хозяйства большое количество сельскохозяйственных рабочих будет вытеснено машинами и переброшено в и без того перенаселенные индустриальные центры. Что с ними делать?

Опасности, связанные с общеевропейской войной. В нее, несомненно, будет вовлечен Советский Союз. Затяжная война станет благодатной почвой для революционной активности в лучших революционных традициях. Это вполне реальная угроза.

Угроза возможного нападения гитлеровских фашистов. Такая угроза, очевидно, постоянно находится в центре внимания правительства. План Гитлера, изложенный в «Майн кампф» и впоследствии получивший дальнейшее развитие в его нюрнбергской речи, в которой особый акцент поставлен на хлебные поля Украины, «Дранг нах остен», – все указывает на эту возможность.

Угроза с Востока, Япония. Правительство здесь в равной степени осознает возможность японской агрессии. Они ведут активную подготовку в преддверии такого поворота. В последнее время наметились признаки того, что по мере затягивания военных действий в Китае отношение советского правительства указывает на тенденцию «ожесточения» по отношению к Японии.

Скрытая враждебность сопредельных государств. По экономическим, религиозным и политическим причинам во всех странах, прилегающих к Советскому Союзу, существует большой страх перед проникновением и распространением советской системы на их территории. Этим объясняется врожденная враждебность, которая является здесь всеобщей и вполне очевидна.

Правление одного человека. Такая система правления всегда таит в себе большую опасность.

Тирания, угнетение. В любом развивающемся интеллектуальном опыте и образовании врожденное достоинство человека должно порождать постоянное недовольство угнетением. Никакое физическое улучшение уровня жизни не способно компенсировать полное уничтожение свободы мысли и слова, а также неприкосновенности личности.

Отсутствие религии. Делается все возможное, чтобы заменить поклонение Богу поклонением одному или нескольким людям. Это одна из самых больших слабостей сложившейся ситуации.

Недоверие между самими вождями. Философия коммунизма оправдывает любые действия, если они совершаются от ее имени. Никакие соображения чести и лояльности не перевесят долг перед партией. В результате между этими людьми не может быть никакого доверия. Никто никому не доверяет. Это весьма серьезная фундаментальная слабость и постоянная угроза для существующего правительства.

Каковы политические преимущества этого правительства?

Коммунистическая партия и правительство. На самом деле правительство состоит из очень небольшой группы людей, которые контролируют Коммунистическую партию. Правительство – не более чем агент Коммунистической партии и выполняет ее приказы. В реальности правительство – это, по сути, один человек – Сталин, «сильная» личность. Он выжил в борьбе, избавился от всех конкурентов и теперь безраздельно правит. На вид он кажется эдаким «легким боссом», тихим, спокойным, но тем не менее обладает реальной властью. Правительство – это диктатура не «пролетариата», как здесь преподносят, а «над пролетариатом». В нем целиком и полностью доминирует лишь один человек.

Решительный характер партийного руководства. Коммунистическая партия управляется Центральным комитетом, в состав которого входит примерно сто членов. Политбюро, состоящее из одиннадцати членов, – это своего рода «совет директоров». Оно управляет партией и правительством. Упомянутые организации исполняют волю Сталина. Никакой «оппозиции» не существует, это очевидно. Если таковая вдруг появляется, ее быстро «ликвидируют». Старые теоретики и старые большевики-интеллектуалы практически исчезли. Они либо умерли естественной смертью, либо были заключены в тюрьму, сосланы или расстреляны. Оставшиеся в живых – те, которые сейчас у руля, – относятся к типу «видавших виды творцов» революции, таких как советский Робин Гуд (Сталин), который в свое время грабил банки, добывая деньги для революции, и его «старшины» (Ворошилов, Буденный), которые пробивались наверх с самых низов, а также агрессивные и способные представители более молодого поколения (Микоян, Ежов). Единственными заметными исключениями являются президент Калинин, премьер Молотов и министр иностранных дел Литвинов.

Власть принадлежит Сталину, Ворошилову (армия), Ежову (тайная полиция), Кагановичу (улаживатель проблем, который построил московское метро и реорганизовал железные дороги) и Микояну (продовольствие). На последнем процессе по делу о государственной измене были осуждены и расстреляны Бухарин, Рыков и Гринько, принадлежавшие к старой правой оппозиции. На этом и предыдущем процессах избавились от Розенгольца, Крестинского, Пятакова, Серебрякова, Сокольникова и Радека – представителей старой левой оппозиции. На первом процессе по делу о государственной измене были осуждены Зиновьев и Каменев. Томский покончил жизнь самоубийством. Все, что осталось от старого руководства, после упомянутых казней, естественных смертей и самоубийств, практически ликвидировано.

Техника диктатуры. Сила правительства, по сути, определяется силой этой группы вождей. Конституционная защита личности или свободы перед лицом любой необходимости, с которой сталкиваются эти люди, отменяется. Они (Кремль) безраздельно властвуют и целиком контролируют бюрократию. Ими, предположительно, движет целый ряд мотивов. В целом, однако, им приписывают искреннюю и фанатичную преданность коммунистическим идеалам, а также естественное стремление защитить себя. Они считают, что быть слабым и нерешительным – это предать «великий проект», который они стремятся продвигать на благо всего человечества. Свое поведение они оправдывают тем, что в конечном итоге будут оправданы «исторической тенденцией». Сталин якобы говорит, что они будут без колебаний убивать людей «до тех пор, пока это необходимо для дела». Несмотря на идеалистическую преданность идее возвышения пролетариата, они являются абсолютными реалистами и без колебаний посадят в тюрьму кого угодно, если потребуется сделать людей свободными, или расстреляют без разбора даже своих друзей, если те противоречат их особой мерке коммунизма.

Их личная жизнь, как известно, воплощение чистоты. Общепризнано, что в высших эшелонах власти нет ни намека на коррупцию. Их привычки относительно просты. Они хорошо живут себе в Кремле и имеют дачи (загородные дома), а также автомобили и всяческие удобства. Однако они стараются избегать показухи. Зарплата народного комиссара, как сообщается, не превышает 900 рублей в месяц. Поскольку он на полном государственном обеспечении, то и не особо нуждается в деньгах.

Они производят впечатление неутомимых и весьма трудолюбивых людей. Практически все они – люди среднего возраста, включая и самого Сталина, но, по слухам, страдают от «усталости» сердца. Те, с кем я встречался, произвели на меня лично впечатление способных, сильных людей, отличающихся незаурядностью, энергией и способностями прирожденных лидеров. Весь жизненный и партийный путь Сталина свидетельствует о восточном терпении и неторопливости в действиях в сочетании со способностью быстро и безжалостно наносить удары, когда это необходимо. Он бьет первым. Если бы в мае прошлого года маршал Тухачевский проявил истинно корсиканский характер, обстановка в стране сегодня могла бы быть совершенно иной.

Признаки паники прошлого лета. Еще в апреле 1937 года, по большому счету, ни у одного члена здешнего дипломатического корпуса не возникло бы никаких вопросов о непосредственной силе и политическом постоянстве сталинского режима. Весной прошлого (1937) года как внутри страны, так и за ее пределами Советский Союз находился на пике своей хорошей репутации. Затем произошли события, связанные с судебными процессами по делу об измене и казнями политических лидеров (берущими свое начало в убийстве Кирова в 1934 году), военными трибуналами и казнями одиннадцати ведущих генералов армии в июле, потрясающей «чисткой» и террором, продолжавшимися в течение всего лета и приведшими к ликвидации тысяч советских граждан, в том числе как высших, так и низших членов Коммунистической партии, а также тех, кто занимал высокие посты в различных республиках Союза. Возможность наличия измены в армии либо широкомасштабного заговора в стране породила сомнения в прочности режима. В правительственных кругах существовали и до сих пор существуют многочисленные признаки состояния, граничащего с «паникой». Только что завершившийся последний процесс по делу о государственной измене (Бухарина) с его нелепыми признаниями объяснил (как заявили многие из дипломатического корпуса) эти весьма спорные события прошлого лета.

Нынешняя сила правительства Сталина. Нет сомнений в том, что среди интеллигенции страны и даже в рядах Коммунистической партии, которая стала главной жертвой последней «чистки», зреет сильное недовольство и антагонизм по отношению к правительству. Однако вся эта оппозиция, несомненно, скрупулезно подавлена и находится под полным контролем. Ужасы «террора» здесь ощущает каждый. Признаки его проявляются со всех сторон. Следует, однако, иметь в виду, что число пострадавших хотя и велико, но составляет относительно небольшую часть всего населения. Коммунистическая партия насчитывает не более трех миллионов человек. Сама партия в ходе чисток была целиком реорганизована и обновлена «свежей кровью» – молодыми сталинцами. Что касается широких масс в целом, то принято считать, что народ более или менее равнодушен к этому характерному русскому феномену, а в ряде случаев даже согласен с ликвидацией своих мучителей, «бюрократов», «вредителей» и «предателей», которые угрожали существованию их любимого Советского Союза. Следует также учитывать, что население постоянно обрабатывается пропагандой. Молодежь страны постоянно дразнят «охапкой сена» – надеждами на улучшение условий жизни. И на самом деле действительно есть кое-какие признаки прогресса, которые постоянно подчеркивают и раздувают. Им постоянно указывают на то, что для Советского Союза делает великий созидатель Сталин. Масштабные общественные работы, жилье, промышленные предприятия, дороги – все это проектируется на «полотне в десять лиг с кистью из волос кометы», производит огромное впечатление и лишь подкрепляет пропаганду.

Лояльность армии. Сила сталинского режима зависит от того, в какой степени он может опираться на армию и тайную полицию. По мере того, как за последние месяцы ситуация несколько смягчилась, в дипломатическом корпусе начинает преобладать мнение, что армия лояльна Сталину, – по крайней мере, он крепко держит ее в руках. Ворошилов, маршал армии, и Сталин – старинные «приятели» одного склада, и, очевидно, они очень близки по духу. Кроме того, тайная полиция, огромная военная организация, состоящая как из военных, так и людей в штатском, которая пропитывает все слои общества, является фактически рукой Сталина. Она под его полным контролем.

Его личный друг и ставленник, Ежов, усердно «чистил и выметал» все антисталинские веяния в прежнем ГПУ. Армия и тайная полиция играют роль противовеса друг для друга; они соперничают друг с другом в своей преданности партии и Сталину.

Все органы пропаганды находятся под контролем Сталина. Газеты, радио, кино, преподавание в школах, в партийных кадрах и центрах, в самой армии постоянно пропитывают население религией коммунизма, угрозой иностранного вторжения, преданностью русскому национализму и надеждой на улучшение условий жизни. Постоянно восхваляется всеобщий защитник масс «отец Сталин». Коммунизм вдалбливается всем с детства как религия.

В таких условиях перспектива свержения правительства в ближайшем будущем представляется крайне маловероятной.

Если вдруг не произойдут две крайности (а в нынешних условиях только они способны оказать влияние), а именно: убийство Сталина, а вместе с ним скоординированное вооруженное восстание и государственный переворот в Кремле, то этот режим, похоже, какое-то время еще продержится у власти.

Если бы в результате успешной революции рухнул нынешний режим, даже если бы его преемником стала военная диктатура, большинство здесь сходится во мнении, что в стране все равно сохранится социалистическое правительство и государственный капитализм.

Какова военная мощь Советского Союза?

Опасности извне. Что касается способности Красной армии в нынешних условиях предотвратить вторжение в ее пределы враждебных соседей или выдержать длительную войну, то здесь имеются некоторые сомнения, но в целом считается, что Японии, или Германии, или обеим этим странам будет весьма трудно, а то и невозможно «завоевать» СССР.

Среди руководителей правительства – а я лично разговаривал с некоторыми из них – есть абсолютная уверенность в том, что их армия лояльна и сможет защитить границы как от Японии, так и от Германии, и даже в случае одновременного нападения.

Регулярная армия. Численность Красной армии составляет около 1 300 000 человек. Кроме того, тайная полиция (НКВД) располагает вооруженными силами численностью около 200 000 человек. Для сравнения интересно отметить численность войск Германии, которая предположительно составляет 600 000 человек, Италии – 528 000, Японии – 248 000, Польши – 284 000 и Румынии – 266 000.

Ежегодный призыв на службу. Каждый год призывается примерно 1,5 млн молодых людей, из которых 500 000 требуется для прохождения действительной военной службы.

Накопленные наличные резервы. По разным оценкам, из накопленных за последние годы резервов имеется около 5 млн подготовленных мужчин для комплектования резервных дивизий, а для последующего призыва имеется дополнительный резерв в размере около 6 млн, что в общей сложности составляет около 15 млн мужчин, физически пригодных к воинской службе.

Механизированные части – танки. По танковой технике и механизированным частям Красная армия заметно опережает соседние государства. По оценкам, в наличии имеется около 4000 танков, готовых для немедленного применения. Следует также учитывать, что огромные заводы по производству сельскохозяйственных тракторов легко приспособить для массового выпуска танков. Сообщается, что эти заводы уже частично переоборудованы для таких целей. Еще год назад, во время моей инспекционной поездки, нам не позволили осмотреть литейные цеха многих из таких заводов, и тогда было принято считать, что уже в то время они использовались в военных целях.

Военно-воздушные силы. Считается, что военно-воздушные силы Красной армии в целом превосходят по численности ВВС любой из великих держав. По оценкам, всего в Красной армии насчитывается 4500 самолетов. Истребители, как правило, считаются очень хорошими. Тяжелые бомбардировщики – посредственные и очень медленные. Принято считать, что иностранные самолеты превосходят лучшие типы имеющихся здесь бомбардировщиков. Посол Франции сообщил мне, что Советский Союз в настоящее время имеет все необходимые мощности для ежегодного производства 4800 самолетов. Русские разбираются в авиации, любят летать и считаются отличными летчиками.

Офицерский состав. Офицеры из числа младших командиров считаются превосходными и по своим способностям под стать высшему командованию. Как правило, это молодые люди. Здесь принято считать, что ликвидация старых и опытных генералов очень сильно ослабила армию. Лично я соглашусь с нашим военным атташе, полковником Феймонвиллом, что хотя значительной мере это правда, но все же сильно преувеличено.

В целом армия оснащена хорошим оружием, неплохими самолетами и замечательными танками. У них отменная артиллерия, которая быстро модернизируется. То есть оборонительные возможности Советского Союза изначально сильны. Армии постоянно внушается коммунистическая религия. Вероятно, Советскому Союзу удастся сохранить свою целостность в случае нападения любой из двух враждебных держав – в любом сочетании. В случае столкновения с враждебным союзом из более чем двух таких держав некоторая часть территории Советского Союза может быть оккупирована, но, по всей видимости, нынешние вооруженные силы предотвратят решительное поражение, и маловероятно, чтобы вторгшиеся армии извлекли для себя какие-то постоянные выгоды. В свое время русская зима победила Наполеона. (См. доклад полковника Феймонвилла, прилагаемый к настоящему документу.)

Общее мнение сводится к тому, что Красная армия верна Коммунистической партии, а следовательно, и Сталину.

Каково возможное значение СССР в русле мировых отношений?

На основании вышеизложенных фактов очевидно будущее значение русской рабочей силы, ресурсов и богатства как фактора, влияющего на мировые условия. Если не будет войны, то будущее допускает сохранение данного режима в течение значительного времени. Учитывая промышленный и экономический прогресс последних восьми лет и прирост национального богатства за этот период, – о чем свидетельствует тот факт, что в течение последних двух лет СССР имеет фактически благоприятный торговый баланс, – огромный рост золотодобычи и многие другие натуральные показатели, вполне вероятно, – и в это здесь искренне верят, – богатство и экономическая мощь страны продолжат расти. Природные богатства страны огромны. Технологическое оборудование превосходное. Трудовые и административные затраты малы и по сравнению с капитальными вложениями сравнительно невелики. Капитальные издержки на инвестиции отсутствуют.

Дополнительные капиталовложения планируются в области развития гидроэнергетики, которая уже сейчас занимает второе место в мире. Сельскохозяйственное богатство страны воспроизводится ежегодно и также растет.

Бюрократическое управление неизбежно порождает рост неэффективности и расточительства. Тем не менее ресурсы страны настолько велики, что, вполне вероятно, в чистом остатке мы получим здесь еще более значительный рост национального богатства и экономической мощи. Такое положение неизбежно будет иметь далеко идущие последствия как для мировой экономики, так и для мировой политики.

В данной ситуации есть еще один фактор. Рабочую силу здесь можно сравнить с таковой у свежей, молодой расы. Деревенской молодежи впервые в истории даны возможности для получения образования, им предоставлен доступ к современной технике, и она впервые увидела для себя шанс «вырваться» из рамок крестьянской касты. В городе Днепропетровске (население 600 000 человек) есть университет, в котором, как заявлено, учатся 25 000 студентов. Деревенские ребята приехали в город и уже «нашли свой путь». На меня произвели огромное впечатление серьезность, способности и уравновешенность этих людей (все – молодежь!), которые руководят огромными промышленными предприятиями, которые я посетил. Этот огромный пласт молодого населения воодушевлен возможностями, которые открываются перед ними благодаря применению науки и техники в освоении огромных природных богатств страны. Вполне разумно предположить, что независимо от того, кто окажется во главе правительства, эта сила не будет отвергнута. Они ведь уже вкусили плоды. С такими природными минеральными и сельскохозяйственными богатствами, огромными фактическими и потенциальными водными ресурсами, дешевым внутренним водным транспортом, низкой стоимостью рабочей силы и осознанием перспектив применения науки и техники к природным ресурсам эта ситуация представляется мне аналогичной той неизбежности быстрого развития, которая стояла перед Соединенными Штатами семьдесят лет назад.

По-видимому, пройдет несколько лет, прежде чем это производство окажет влияние на мировые рынки. Все, что может быть произведено, на какое-то время потребуется в основном для местного потребления, масштабы которого, как сказал мне президент Калинин, просто огромны и сродни «пожирающему огню». Если, однако, этот режим или его преемники удержатся у власти еще в течение некоторого времени, мир будет вынужден считаться не только с потенциальными, но и с реальными возможностями весьма существенного фактора в мировой экономике. И его влияние на политико-экономическое развитие Европы и всего мира будет иметь далеко идущие последствия.

Возможная альтернатива, которую дает нам будущее, заключается в том, что эта территория в результате внутренней революции может быть разделена на несколько крупных независимых автономных частей. Сходство интересов естественным образом сгруппирует их в Белоруссию (Западная Россия), Украину, Восточный Кавказ, Монголию, восточные области и Сибирь.

В таких условиях интересно отметить, что РСФСР включает в себя часть Западной России от Финляндии до Каспийского и Черного морей, кроме Украины, и, как заявлено, здесь проживает 50 % всего населения СССР и содержится 80 % богатств страны. Утверждалось, что линия, проведенная от Ленинграда до Каспийского моря, ограничит на востоке ту часть России, которая содержит 80 % сельскохозяйственных мощностей, 70 % населения и весьма значительную часть водных запасов, угля, стали и прочих фундаментальных ресурсов. Если эту территорию разрезать на две части, тем не менее экономические и политические возможности – при обещании дальнейшего развития – оказались бы все равно весьма значительными и существенно повлияли бы как на европейские, так и на мировые условия.

Третьей альтернативой, которую открывает будущее, может стать возможный, но все же маловероятный случай завоевания или союза Германии и России. Нет нужды указывать, что если немецкие научные и промышленные методы, немецкая управленческая мощь и дисциплина будут применены к имеющимся здесь человеческим и природным ресурсам, то это окажет огромное влияние на Европу и остальной мир.

Вероятно, отчасти именно в силу таких соображений великие западноевропейские державы, а также другие страны сохраняют здесь свои дипломатические представительства причем некоторые из них – перед лицом почти невыносимых условий.

Каково возможное значение СССР для Соединенных Штатов?

Традиционно отношения между Соединенными Штатами и русским народом складывались в дружеском и доброжелательном ключе. Екатерина Великая отказала Георгу III в просьбе одолжить или нанять ее войска для использования против американских колоний. Прошлые исторические события и разные прочие соображения объясняют тот факт, что российский народ, несомненно, относится к Соединенным Штатам весьма дружелюбно.

Как отмечено в предыдущей депеше, официальные лица этого правительства прямо заявили мне, что ради того, чтобы расположить к себе Соединенные Штаты, их правительство сделает больше, чем для любой другой капиталистической страны. Недавно они предоставили кое-какие доказательства такого отношения (в частности, в делах Гринкевича и Рубенса).

Хотя здесь есть диктатура, от фашистской диктатуры она отличается как минимум в одном отношении. Диктатура над пролетариатом не является целью или стремлением данной системы, как в случае с той же фашистской идеологией. О диктатуре здесь говорят с неохотой. Сам факт ее наличия оправдывается реалистической целесообразностью, к ней прибегают только лишь для защиты народных масс, пока они сами не смогут править в системе, где идеологически верховенствует личность, а не государство. Более того, нет сомнений в искреннем желании нынешнего режима сохранить мир.

Если рассматривать ситуацию объективно и без учета идеологических конфликтов, то существуют определенные факты, которые жизненно важны для Соединенных Штатов.

Ресурсы России, стратегические и необходимые во время войны, дополняют и восполняют недостаток таких ресурсов в Соединенных Штатах.

Между Соединенными Штатами и СССР нет никаких конфликтов физических интересов. Ни у одной из стран нет ничего такого, что желала бы иметь или могла бы взять другая страна.

Территория СССР примыкает к Маньчжоу-Го и лежит к западу и северу от Маньчжоу-Го, а также к северу, востоку и западу от Японии. Как уже говорилось ранее, СССР держит в этом регионе полностью укомплектованную и вполне самодостаточную армию, численность которой, по разным оценкам, составляет от 350 000 до 450 000 человек. Эти войска оснащены современным вооружением и, как заявлено, имеют достаточные запасы (провианта и боеприпасов), чтобы независимо от Западной России вести агрессивную кампанию в течение двух лет. Неизменной политикой советского правительства является постоянное содержание в регионе войскового контингента численностью из расчета двух советских солдат на каждого японского солдата в Маньчжоу-Го.

Советский Союз прилагает немалые усилия для укрепления своего военно-морского флота. Согласно имеющимся данным, в водах Тихого океана действует 40 советских подводных лодок.

Владивосток и восточные провинции являются местами базирования большого количества русских самолетов бомбардировочной и истребительной авиации (по всей видимости, их насчитывается 1500). Японские города, в которых немало деревянных построек, находятся в пределах досягаемости этих русских аэродромов.

Консул Блейк, сотрудник нашей службы, недавно прибывший сюда из Японии, сообщил, что в японских деловых кругах активно обсуждается опасность, исходящая от близости базирования русских самолетов.

Есть одна ситуация, из которой может развиться весьма серьезная проблема. Речь идет о возможном вмешательстве СССР через Коминтерн в местные дела Соединенных Штатов. К счастью, это в значительной степени было устранено соглашением, заключенным между президентом Рузвельтом и комиссаром Литвиновым в 1934 году. По-видимому, Коминтерн сейчас проявляет крайне небольшую активность. Посол Франции здесь заявил мне, что, по его мнению, правительство Сталина желает ослабить контакты с мировыми революционными силами и снизило бы собственный интерес к Коминтерну, если бы не тот факт, что правительство здесь желает использовать Коминтерн как вспомогательное средство военной обороны в случае войны с государствами-агрессорами. Последние события, однако, ясно показывают, что из Коминтерна они не выйдут. Наряду с Красной армией и тайной полицией, «пролетарии всех стран» выступают в качестве защитников России от фашистского нападения.

Общность между Соединенными Штатами и СССР, которая сохранится надолго, на мой взгляд, заключается в том, что и те и другие искренне выступают за мир во всем мире.

На мой взгляд, коммунизм не представляет опасности для Соединенных Штатов. Чтобы сохранить свое существование, это правительство вынуждено применять капиталистические принципы. В противном случае его ждет крах, и оно будет свергнуто. Этого не допустят те, кто сейчас находится у власти, если они смогут этого избежать. Ожидаю, что это правительство, которое хотя и исповедует преданность коммунизму, на деле будет непрерывно сдвигаться все больше вправо, как это и наблюдалось в течение последних восьми лет. Если оно удержит свои позиции, то мы можем получить здесь разновидность фабианского социализма, с крупной промышленностью в руках государства, с сельскохозяйственными и мелкими предприятиями и торговцами, которые работают на принципах капитализма, права собственности и прибыли.

РЕЗЮМЕ

I

Размеры территории, природные богатства – сельскохозяйственные, минеральные, водные ресурсы, рыболовство, природные пути и человеческие ресурсы СССР – все это составляющие колоссального экономического развития и мощи.

II

Большевистский режим десять лет барахтался на грани анархии и хаоса, но за последние десять лет в рамках пятилетних планов добился совершенно очевидных рекордов в области гидротехники, тяжелой промышленности, связи, социальной сферы, образования и военного строительства. Это, несомненно, заслуга движущей силы и личности Сталина. На практике наблюдался заметный отход от коммунистических принципов. Чтобы система заработала, режиму пришлось прибегнуть к мотиву прибыли.

III

Слабых мест в системе много, и они очевидны. Коммунизм здесь ждет провал. Человеческую натуру за два поколения не изменить. Система в настоящее время представляет собой один из видов капиталистического государственного социализма, ее дальнейшее существование и развитие предсказать невозможно, так как в этой проблеме слишком много непредсказуемых факторов, таких как европейская война и т. д. Обычно считается, что, если бы нынешнее правительство было свергнуто «изнутри» военной диктатурой или иным способом, государственный социализм в том или ином виде все равно сохранился бы, благодаря воспитанию детей каждого последующего класса в течение последних двадцати лет, – и всех в духе религии своих теорий.

IV

Сила нынешнего режима заключается в решительном, смелом и умелом руководстве Сталина. Он целиком контролирует армию, тайную полицию, газеты, радио и школы. Для широких масс Сталин быстро становится, наряду с Лениным, идеалом «сверхчеловека». На данный момент режим прочно укоренился. Однако диктатуры всегда под угрозой.

Если не произойдет несчастного случая или убийства в сочетании с государственным переворотом, нынешний режим продержится еще некоторое время.

V

Военная мощь СССР впечатляет. Как в качественном, так и в количественном отношении людские резервы невероятны. Регулярная армия численностью около 1,5 млн человек разделена на две самостоятельные части, одну, около 70 %, на западе, другую, 30 %, – на востоке. Она хорошо вооружена, дисциплинированна и фанатично предана делу коммунизма. Ее механизированные части очень хороши. Личный состав ВВС превосходен – у них хорошие истребители и не очень хорошие бомбардировщики. Численно военно-воздушные силы, вероятно, являются сильнейшими среди великих держав. Вообще, в области авиационной техники они, по всей видимости, отстают от западных стран на два-три года.

Правительство в высшей степени убеждено, что сможет успешно противостоять одновременному нападению Японии и Германии.

Было бы чрезвычайно трудно завоевать или уничтожить эти силы, учитывая наличие их союзника – русской зимы.

Слабость заключается, возможно, во второй линии обороны – промышленном производстве в тылу и адекватных поставках высококачественных нефтепродуктов.

VI

Значение этого для Европы и всего мира очень велико. Независимо от режима или характера управления, силы, приведенные в движение применительно к этим огромным природным богатствам, неизбежно приведут к развитию важнейшего экономического фактора, который непременно ощутят как в Европе, так и в мире.

VII

Значение для Соединенных Штатов совершенно очевидно. Если по какой-либо причине Япония сойдет с ума, тот факт, что у нее под боком находится Россия, для нас крайне важен.

К Соединенным Штатам Советский Союз более дружелюбен, чем к любой другой иностранной державе. Это абсолютно ясно.

Если СССР будет исключен из предложенного Пакта четырех держав и окажется в изоляции (в чем, похоже, убеждены все), есть основания полагать, что он продолжит жить сам по себе и развиваться неопределенно долго. И может превратиться в весьма серьезную потенциальную угрозу мировой экономической и политической стабильности.

Для Соединенных Штатов коммунизм не представляет серьезной угрозы. Большее значение для будущего имеют дружественные отношения.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЙ ДОКЛАД

№ 1342 Москва, 6 июня 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ, ДОПОЛНЯЮЩИЙ СВОДНУЮ ДЕПЕШУ № 1341 ОТ 6 ИЮНЯ 1938 ГОДА, СОСТАВЛЕННУЮ ПОСЛЕ МОЕГО ОТЪЕЗДА

ИЗ СОВЕТСКОГО СОЮЗА. ДОКЛАД О НЕРЕШЕННЫХ ВОПРОСАХ. РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ВОПРОСАМ ПОЛИТИКИ

Совершенно секретно

Сэр!

Покидая свой пост, чтобы в дальнейшем приступить к исполнению обязанностей посла в Брюсселе, я счел необходимым представить вам заключительный доклад, содержащий выводы относительно фактов, которые я здесь обнаружил, состояния нерешенных вопросов, а также наблюдения относительно того, как такие вопросы могут быть решены наилучшим образом; и, наконец, политики, которая, по моему мнению, будет как можно лучше соответствовать интересам правительства Соединенных Штатов в связи со сложившейся здесь ситуацией. Поэтому имею честь доложить следующее:

Здесь дается ссылка на депешу № 1341 от 6 июня 1938 года, которая представляет собой фактический общий обзор. Настоящий отчет является дополнением к нему и должен читаться в связи с ним.

Конкретные и пока не решенные вопросы

Главные конкретные вопросы, которые в настоящее время ожидают разрешения, следующие.

1. Выплата российского долга и предложенный кредит со стороны Соединенных Штатов или их граждан[88].

2. Коминтерн;

3. Защита американских граждан;

4. Дело Гринкевича;

5. Дело Рубенса;

6. Коммерческие отношения и статус наибольшего благоприятствования.

Коминтерн

Что касается ситуации в Коминтерне, то советским официальным лицам я постоянно давал понять следующее: позиция Соединенных Штатов заключается в том, что они требуют от Советского Союза строгого выполнения обещаний, данных правительству США.

В этой связи имеется три фактора, которые важны и о которых следует помнить.

Первое. Контакты с мировым революционным движением в других капиталистических странах в настоящее время рассматриваются советскими официальными лицами как весьма важные для Советского Союза в качестве составляющих военной обороны. (См. депешу и заявление посла Франции по этому поводу.)

Второе. В прошлом у правительства Сталина была некоторая склонность преуменьшать собственный интерес к мировым революционным движениям. Интерес этого правительства к Коминтерну напрямую связан с опасениями по поводу военного нападения стран-агрессоров, и в данный момент оно еще раз подчеркивает интерес к Коминтерну.

Третье. Подрывная деятельность со стороны Коминтерна в Соединенных Штатах Америки в настоящее время, по-видимому, незначительна.

Таким образом, в том, что касается жизненных интересов Соединенных Штатов, в практическом смысле вопрос о Коминтерне становится в известной мере отвлеченным и несущественным. Поэтому, если эта идея не будет реализована в Соединенных Штатах более агрессивно и с более заметной активностью, чем сейчас, то, на мой взгляд, было бы целесообразно строго придерживаться нашей официальной позиции по отношению к этому вопросу, но при этом спокойно игнорировать его, если только он не угрожает нашему благополучию. В настоящее время, по крайней мере в существующих условиях, не стоит, что называется, «палить из пушки по воробьям».

Защита американских граждан

Традиционная политика Соединенных Штатов, которая, как повторял и подчеркивал наш госсекретарь, заключается в бдительной защите прав американских граждан, поддерживалась этой миссией постоянно и энергично. В настоящее время имеются две серьезные ситуации: дела Гринкевича и Рубенса. Это единственные американские граждане, которые в настоящее время содержатся в заключении по политическим мотивам[89].

В связи с этими ситуациями следует учесть все предшествующие и сопутствующие обстоятельства. Обстановка на грани паники. Местное правительство одержимо идеей, что оно изолировано враждебным миром и к нему тянут руки все капиталистические страны. Психология войны – вещь сильная, и здесь практически введено военное положение. Правительство уверено, что столкнулось с реальной угрозой враждебной агрессии со стороны Германии и Японии. Оно действует решительно и с энергией, стремясь защитить себя, и нисколько не церемонится. Безжалостно закрываются иностранные консульства. Тысячи иностранных граждан арестованы, заключены в тюрьмы и содержатся там без всякой связи с внешним миром. Недавно послы Англии, Франции, Германии, Италии, Турции, Персии и Афганистана сообщили мне, что соответствующим представителям их правительств не позволяют до суда встретиться и побеседовать с их гражданами, заключенными здесь в тюрьму. Тысячи греков, персов и афганцев, сотни немцев и поляков, а также значительное число англичан и итальянцев отправлены за решетку и содержатся в таких условиях.

Общая политика

Ввиду сокращения числа американских граждан, находящихся в настоящее время в Советском Союзе, и по многим другим причинам можно привести веские аргументы в пользу того, что продолжение дипломатических отношений с данной страной в нынешних условиях является ненужным и нецелесообразным.

Ввиду чрезвычайных экономических и политических возможностей, которые существуют здесь и которые, несомненно, будут продолжать оказывать все большее влияние на экономическое и политическое положение как в Европе, так и во всем мире, и особенно в связи с позицией Японии на Тихом океане, представляется неразумным изменять нынешний статус или рассматривать вопрос о прекращении дипломатических отношений, не иначе как в случае какой-нибудь серьезной провокации.

По моему мнению, не следует преуменьшать важность миссии в этой стране, равно как и сокращать штат дипломатического секретариата.

Не менее важным, чем продолжение дипломатических отношений, является вопрос политики в отношении методов, которые будут использоваться в вопросах, возникающих между двумя правительствами, и общего подхода, которого этой миссии следует придерживаться в контактах с советским правительством и советскими официальными лицами.

Изменение обстановки по сравнению с условиями трехлетней давности

С 1935 года обстановка радикально изменилась. Когда советское руководство не выполнило взятые на себя обязательства по кредитам, долгам и соглашениям с Коминтерном, наше правительство было крайне огорчено. В таких условиях вполне естественно, что в знак протеста следовало сократить консульское представительство и персонал. Но затем была правильно избрана политика поддержания сугубо официальных отношений. Наша сторона решительно настаивала на том, чтобы СССР строго выполнял все взятые обязательства как по букве, так и по духу. В таких требованиях сквозил непреклонный, неуступчивый и, возможно, радикальный настрой. Однако обстановка здесь, особенно за последние полтора года, кардинально изменилась. Ситуации и здесь, как оказывающая влияние на мир в Европе, так и в Тихоокеанском регионе и на Дальнем Востоке, в корне различны. Позиция отстраненности, которая три года назад могла вызвать раздражение, сейчас не настолько критична. Теперь речь идет о куда более серьезных проблемах. Внутренняя обстановка также сильно изменилась. В настоящее время это правительство, очевидно, переживает кризис. Крайне сильна враждебность по отношению к иностранцам. Официальные государственные органы утверждают, что дипломатические и консульские представительства в Советском Союзе – это рассадники шпионажа и шпионской деятельности стран-агрессоров и что они, по сути, угрожают советскому правительству. Тысячи афганцев, греков и турок, сотни немцев и поляков, десятки японцев и даже некоторые британские граждане были арестованы и заключены в тюрьмы за якобы подрывную деятельность. Эти иностранные граждане содержались без какой-либо связи с внешним миром. Дипломатическим представителям их правительств постоянно отказывают в возможности побеседовать с этими гражданами до суда.

Несмотря на такую остановку в этот период, советское правительство сделало все возможное, чтобы уделить особое внимание правительству Соединенных Штатов. Это проявлялось как в поведении официальных лиц, так и в устных высказываниях. Такое внимание наглядно продемонстрировано в делах Гринкевича и Рубенса. Высшие официальные лица Советского Союза заявили, что в дружбе с Соединенными Штатами готовы идти дальше, чем с любой другой страной мира.

Если исходить из того, что Соединенные Штаты решат сохранить с этой страной дипломатические отношения, то, по моему мнению, целесообразно, чтобы деятельность данной миссии осуществлялась и поддерживалась в настолько дружественном и гармоничном ключе, насколько это возможно, при строгом соблюдении выполнения всех обязательств по соглашениям между двумя странами. Целостность нашей демократической системы и наше требование строгого выполнения Советами своих обещаний должны, конечно же, всегда энергично поддерживаться; но методы, используемые для решения текущих вопросов сравнительно меньшей значимости, и, фактически, методы, используемые во всех вопросах, должны быть основаны не на критическом и нетерпимом отношении, вызывающем раздражение, а на терпимом понимании трудностей, с которыми сталкиваются здешние официальные лица. Это не должно быть отношение, которое способно возбудить против нас подозрение и враждебность. В силу своего поведения мы не должны быть отнесены к «враждебным державам».

Подобная политика не предполагает какого-либо одобрения идеологических концепций данного правительства. Однако она признает право на самоопределение. Она выражает внешнеполитические высокодуховные и христианские декларации Соединенных Штатов, выраженные президентом США и государственным секретарем в связи с международной деятельностью. Это политика добрососедства, проводимая в лучших традициях нашей дипломатической истории.

После моих бесед с президентом Соединенных Штатов и государственным секретарем по случаю моего последнего визита в Соединенные Штаты и после моего возвращения сюда, а также в соответствии с инструкциями, как я их понимал, я предпринял усилия по разработке и проведению упомянутой политики. По моему мнению, она оказалась успешной. Нет никаких сомнений в искренности и дружелюбии СССР по отношению к правительству Соединенных Штатов, причем эти искренность и дружелюбие проявляются заметно сильнее и в большей степени, чем к любой другой стране. Мой опыт показывает, что там, где вопросы между двумя странами решаются в духе терпимости, понимания и дружелюбия, здешнее правительство всегда быстро и великодушно откликается на стремление выработать разумное соглашение.

Покидая свой пост, могу заявить, что, хотя, на мой взгляд, мы всегда провозглашали верность своим политическим идеалам и системе правления и всегда настойчиво поддерживали и энергично отстаивали достоинство и права правительства Соединенных Штатов, деятельность миссии здесь тем не менее отражала исторические традиции дружбы, которые существовали между американским и русским народами.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Часть девятая

Итоги миссии

6 сентября 1938 года – 28 октября 1941 года

_________________________________

Дневник В море, 6 июля 1938 года

Отплыл на лайнере «Куин Мэри» к месту своего нового назначения в Бельгии.

Журнал Брюссель, 6 сентября 1938 года

Несмотря на то что я уже не в Москве, проявляю большой интерес ко всему, что касается советской военной мощи. Вот оценка Гитлера:

1. В России придется иметь дело с населением в 180 миллионов человек.

2. Россия обладает территориальным иммунитетом от нападения.

3. Россию никогда не сломить блокадой.

4. Промышленность страны надежно защищена от воздушного нападения, так как важнейшие индустриальные центры удалены от границ на 4000–6000 километров.

«Этих четырех фактов, – сказал он, – должно быть достаточно для осознания опасной силы этой страны. Но к ним добавляется еще сила революционной идеи и решительное стремление властной верхушки совершить мировую революцию. С этой целью создана армия, оснащенная по последнему слову техники. С той же целью, дабы подорвать экономические системы других стран, в области экономики проводится опасная политика демпинга путем выплаты рабской заработной платы».

«Теперешнее развитие России дает повод для размышлений, – продолжил он. – В 1917 году Россия пребывала в упадке. В 1920 году ее раздирала гражданская война. В 1924–1925 годах с созданием Красной армии наметились первые признаки выздоровления. В 1927 году начата и впоследствии выполнена первая пятилетка. В 1932 году началась вторая пятилетка, которая сейчас идет полным ходом. Россия имеет развитую торговлю, самую сильную армию, сильнейшие танковые корпуса и сильнейшие в мире военно-воздушные силы. Это факты, на которые нельзя закрывать глаза».

Это все я обнаружил в книге маркиза Лондондерри, только что опубликованной в Лондоне. Я не очень высокого мнения о данных Лондондерри по поводу Германии. Но уверен, то, что, как он утверждает, сказал Гитлер, может быть правдой.

_________________________________

Брюссель, Бельгия, 10 сентября 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ В.М. МОЛОТОВУ

Уважаемый господин премьер!

Вы наверняка слышали от г-на Розова о вопросах, которые мы с ним обсуждали, и к этому времени уже получили от него переданное мной сообщение.

Отсюда видно, что ситуация с долгом могла вызвать предвзятое отношение, будь она представлена на рассмотрение в это время.

После бесед с президентом и госсекретарем я лично чувствую уверенность в том, что после нового созыва нашего Конгресса можно будет выработать что-то взаимоприемлемое в рамках практических ограничений, стоящих перед каждым из наших правительств. Президент и госсекретарь крайне заинтересованы и впечатлены духом вашего правительства в связи с этим вопросом. Как вы сказали, даже если ничего конкретного не произойдет, ситуация тем не менее привела и должна приводить к лучшему взаимопониманию между двумя великими правительствами и их лидерами. Если в любое время я смогу оказать какую-либо услугу в достижении договоренности по вышеназванному или любому другому вопросу, пока вызывающему разногласия, я всегда в вашем распоряжении.

Свое пребывание в России я всегда буду вспоминать с чувством глубокой признательности за ту всеобщую доброту, которую я ощутил со стороны замечательного русского народа, и за многочисленные любезности и доброжелательность, оказанные мне официальными лицами Советского Союза.

Отдельно я направил вам копию каталога моей коллекции русских картин с автографом, которую – при содействии вашего правительства – мне удалось здесь собрать для передачи в дар моей старой альма-матер, Висконсинскому университету.

Мы с большим комфортом устроились в Брюсселе, и я уверен, что будем довольны жизнью здесь. Но вместе с тем я скучаю по Москве и с нетерпением буду ждать возвращения туда время от времени, чтобы лицезреть те большие изменения, которые, я уверен, вы собираетесь осуществить в соответствии с принятыми планами.

_________________________________

Брюссель, Бельгия, 10 сентября 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ИОСИФУ СТАЛИНУ

Дорогой господин Сталин!

Я получил большое удовольствие от нашей беседы. Суть его в следующем: эта беседа помогла прояснить некоторые из имеющихся ранее недоразумений. Уверен, что это привело к лучшему взаимопониманию между руководящими силами наших двух великих стран и к улучшению отношений между ними. Как мудро заметил мне на прощание премьер Молотов: во что бы ни вылились конкретные вопросы, которые мы обсуждали, результатом лучшего взаимопонимания станет добрая воля. Очень рад, что за время моего пребывания на посту посла в СССР и в немалой степени благодаря способностям и искренности вашего замечательного наркома иностранных дел г-на Литвинова отношения между Советским Союзом и Соединенными Штатами достигли небывалого уровня взаимопонимания.

Через г-на Розова, который всегда был весьма полезен, я передал вам сообщение по поводу вопроса о долге, который мы обсуждали. Несомненно, вы получили его заранее и были проинформированы о ситуации – как я ее оценил. К сожалению, в связи с обстоятельствами, сложившимися в моей стране, на данный момент имеет смысл временно отложить дальнейшее обсуждение вопроса.

Однако могу сказать, что на президента и госсекретаря Халла самое благоприятное впечатление произвел тот настрой, который вы и правительство Советского Союза проявили в желании соблюсти дух соглашения Рузвельта – Литвинова. Президент вполне определенно надеется, что в дальнейшем может быть выработано некоторое соглашение, которое будет находиться в пределах практических возможностей, стоящих перед обоими правительствами.

Буду следить за развитием этого вопроса и всегда готов оказать помощь в сближении сторон в рамках взаимовыгодного соглашения, если это будет сочтено желательным. Между тем отчет об этих предложениях, а также их обсуждение в моем правительстве сохраняются в строгой тайне.

С большой для себя радостью узнал, что вопрос с линкором проработан удовлетворительно.

Если посол Трояновский все еще в Москве, пожалуйста, передайте ему и госпоже Трояновской самые добрые пожелания от миссис Дэвис и меня лично.

_________________________________

МОЩЬ СОВЕТСКОГО СОЮЗА В СЛУЧАЕ ВОЙНЫ

ОТРЫВОК ИЗ ПИСЬМА ПРЕЗИДЕНТУ РУЗВЕЛЬТУ

Брюссель, 18 января 1939 года

На мой взгляд, и советское правительство, и его армия гораздо сильнее, чем принято считать в определенных европейских кругах. Сейчас, по крайней мере, это правительство, выступает целиком и полностью за мир во всем мире. Более того, еще в течение многих лет экономические потребности страны будут рассчитаны на международный мир, если такое окажется возможным.

Лидеры советского правительства заявили мне, что в мире есть лишь одно правительство, которому они доверяют, и это правительство Соединенных Штатов под вашим руководством.

В случае столь страшного бедствия, как международный конфликт между тоталитарными и демократическими государствами, советское правительство, по моему мнению, является гораздо более мощным фактором, чем это допускают реакционеры Европы, и может иметь для нас наибольшую важность.

_________________________________

Брюссель, 18 января 1939 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГАРРИ ХОПКИНСУ

Дорогой Гарри!

Когда я был дома в последний раз – и уже после нашего визита в дом Джорджа Холмса, – то хотел бы побеседовать с тобой более подробно. Пытался застать тебя, но тебя не было, и мне пришлось уехать, так и не повидавшись с тобой.

Обстановка здесь адская. Мир по Чемберлену – это полный провал. Таково мнение подавляющего большинства в местных дипломатических кругах. Мира не существует. Проблема колоний, по-видимому, решена Чемберленом с Гитлером в Мюнхене. Но аппетит ведь приходит во время еды. Следующим кризисом станет либо Польский коридор, либо Украина – к тому же весьма скоро. И больше всего бесит то, что нет ни коллективной безопасности, ни какого-то политического баланса для обеспечения мира и цивилизации в Европе.

Похоже, в Англии нет лидера, который мог бы поднять восстание. Адвокат не в состоянии выиграть судебную тяжбу или сражение, если сам не скажет правду или если считает ответчика мошенником. Иначе говоря, если вы не выступите вперед и не возглавите тех, кого ведете за собой, основная масса, скорее всего, собьется с пути. Франция совершенно выбилась из сил. В результате в Европе не осталось никаких лидеров, кроме тоталитарных.

Наш президент подхватил факел, который уронил Чемберлен, и его заявление для прессы об обращении с евреями в Германии сделало его бесспорным лидером мирового мнения, выразителем демократического и нравственного негодования. Но диктаторов такие вещи мало трогают.

На мой взгляд, есть, в частности, одна вещь, которую можно сделать сейчас, а именно: дать определенный стимул России по-прежнему отстаивать принцип коллективной безопасности и мир. Реакционеры Англии и Франции поместили эту страну в изоляцию. Страшилки о том, что война якобы потянет за собой коммунизм в побежденную Германию и Центральную Европу, – совершеннейшая чушь. Германия станет социалистической или превратится в разумную военную автократию. Польша и Румыния все еще могут позволить себе окопаться. Более того, у Советов и так есть что переваривать – у себя, в России. Такова политика Сталина – мир для укрепления своего собственного экономического положения – вот что им необходимо, и они это знают. За четыре недели до чешского кризиса Россия уведомила о денонсации договора о ненападении с Польшей, чтобы выполнить свое обещание перед Францией, в отличие от тех же Англии и Франции, которые под разного рода ложными заверениями до последней минуты вели Чехословакию к краху. Политика Чемберлена, цель которой – швырнуть Италию, Польшу и Венгрию в лапы Гитлера, может закончиться таким отвращением по отношению к Советам, что вынудит Россию пойти на экономическое соглашение и идеологическое перемирие с Гитлером. Это не выходит за рамки возможности или даже вероятности – они делали так в течение десяти лет.

Смысл всего этого заключается в том, что президент в состоянии остановить эту тенденцию путем незамедлительного назначения сильного, надежного посла в Россию. На родине президент согласился со мной, что такой человек должен быть успешным бизнесменом с четко выраженными идеями либерализма и непредвзятым умом. Он дал мне конфиденциальное поручение предложить эту должность одному человеку, но тот, к сожалению, не смог поехать.

Помимо более широких соображений, существует и конкретный факт: дружественный характер связей между Советами и нашим правительством – по отношению к Японии – отвечает нашим общим интересам.

Реакционные круги Англии и Франции в отчаянии вскоре попытаются заручиться поддержкой Советов, но может быть слишком поздно, – особенно в случае окончательного разочарования последних.

Спешно,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Дневник Брюссель, 30 января 1939 года

Только что опубликован набросок советского третьего пятилетнего плана (1938–1942). Наиболее важным является то, что этот план должен предусматривать не продолжение производства товаров народного потребления: прежде всего, он должен сделать страну самодостаточной в базовых отраслях тяжелой промышленности, а также в производстве вооружений и боеприпасов. Иначе говоря, они опять возвращаются к первому пятилетнему плану, который был посвящен тяжелой промышленности. Судя по всему, лихорадочная программа обороны, свидетелем которой я стал в Москве два года назад, нисколько не утихла и не ослабла.

_________________________________

Дневник Брюссель, 2 февраля 1939 года

Российское информационное агентство ТАСС сегодня сообщило, что министр иностранных дел Литвинов направил Венгрии уведомление о том, что СССР разрывает с ней дипломатические отношения. В качестве причины было указано, что Венгрия присоединилась к Антикоминтерновскому пакту и «потеряла свою независимость и перестала быть свободным агентом». Она поддалась давлению «определенных государств».

_________________________________

Дневник Брюссель, 6 февраля 1939 года

Ко мне приехал посол Великобритании, лорд Клайв, и сообщил, что глава британского министерства торговли, мистер Хадсон, скоро прибудет в Бельгию и хотел бы со мной встретиться. Я сразу же пригласил обоих на чай. Хадсон, который собирался в Москву вместе с британской миссией, был весьма заинтересован в том, чтобы побеседовать со мной о России. Я откровенно изложил ему факты такими, какими я их видел. Он был удивлен, даже поражен. «Это невероятно, – сказал он. – Почему мы не получаем таких же отчетов от наших людей в Москве? То, что сообщают они, говорит об обратном». Я ответил: «Ну, может, они и правы. Могу ошибаться. Я просто сообщаю вам о том, что видел сам и на основании чего вы можете сделать собственные выводы». Если вы спросите, почему наши данные отличаются, я отвечу так: это связано с тем, что я не профессиональный дипломат, а юрист и бизнесмен, который привык выносить суждения о ситуациях, в которых лично для меня всегда было важно различать факты, какими я их вижу, и не искажать их. Хотя мне не хотелось бы высказывать никакой критики в адрес британского посольства в Москве с его весьма способными сотрудниками (меня весьма восхищает рассудительность и мудрость лорда Чилстона), тем не менее считаю, что в любой бюрократической организации всегда есть определенная склонность докладывать начальству то, что это начальство хочет услышать. Это было довольно сильно сказано, но они ведь англичане, а англичане – отменные спортсмены, которые любят честность и откровенность. Я откровенно заявил, если Британия и Франция не объединятся с Россией в общий фронт защиты мира против безумца Гитлера, это выльется в грандиозную катастрофу.

_________________________________

Дневник Брюссель, 3 марта 1939 года

Наконец-то на задний план уходит злополучный Испанский комитет по невмешательству. Советское правительство отозвало своего делегата из Лондона. Заявление было сделано в типичных для Литвинова выражениях. Причиной было названо то, что комитет давно прекратил свою деятельность и «даже потерял смысл своего существования». В течение всего времени, пока германские и итальянские делегаты в комитете вели двойную игру в связи с обстановкой в Испании, никто не переживал больше, чем Литвинов и советские официальные лица, считавшие, что их попросту «держат за дураков».

_________________________________

Журнал Брюссель, 11 марта 1939 года

Вчера по московскому радио – а сегодня уже и печатной прессе – передавали речь Сталина о внешней политике Советского Союза, произнесенную вчера перед XVHI съездом партии. Это крайне важное заявление. Оно содержит признаки определенного предупреждения британскому и французскому правительствам о том, что Советский Союз устал от «нереалистического» противодействия агрессорам.

Сталин, по сути, заявил следующее: 1) Мы желаем мира и дружественных отношений со всеми странами, а также хотим укреплять наши торговые связи везде, где это возможно; 2) Мы стремимся к добрососедским отношениям, особенно с приграничными странами; 3) Мы поддерживаем народы, ставшие жертвами агрессии, в их борьбе за сохранение собственной независимости; 4) Мы не боимся агрессора и готовы нанести «двойной контрудар» в случае нападения как с Востока, так и с Запада.

В продолжение он отметил, что «неагрессивные государства», в частности Англия и Франция, «отступали и продолжают отступать» и делают диктаторам «уступку за уступкой». Они, по его словам, полностью отказались от политики «коллективной безопасности» и плана единого фронта для защиты от «бандитов».

Что еще более важно, он обвинил эти две страны в том, что они в своих собственных интересах подстрекают Германию к нападению на СССР; что эти их цели эгоистичны, они дадут им возможность – после того как воюющие стороны полностью выдохнутся – вмешаться «в интересах мира» и диктовать условия мира исходя исключительно из собственных интересов.

Далее он заявил, что Франция и Великобритания, по сути, отдали Австрию Германии. Они нарушили свои обязательства по отношению к Чехословакии, а прессе «выкрикивали ложь» о слабости русской армии и беспорядках в Советском Союзе, дабы подтолкнуть немцев к войне против СССР, намекая на то, что русские станут легкой добычей.

Все это, сказал Сталин, «очень похоже на поощрение агрессора».

Зная Россию, я чувствую, что все это крайне обескураживает и является нешуточной угрозой для переговоров, которые ведутся сейчас между британским министерством иностранных дел и Советским Союзом в связи с гарантиями Польше и Румынии на случай нападения Германии.

Это, безусловно, наиболее серьезный сигнал опасности, который я когда-либо наблюдал. Если демократические страны не используют имеющиеся здесь сильные стороны против гитлеровской агрессии, мир ждет катастрофа.

_________________________________

ВЫДЕРЖКА ИЗ ПИСЬМА ПРЕДСЕДАТЕЛЮ ВЕРХОВНОГО СУДА РИЧАРДУ С. УЭЙЛИ

Брюссель, 20 марта 1939 года

Как жаль, что в Европе нет своего Франклина Рузвельта! Он предвидел эту ситуацию еще два года назад, но, конечно, не вмешиваясь в европейские дела, не мог ничего предпринять. Брошен единственный ясный и четкий вызов агрессорам по настоящему вопросу – о свободе личности и религии, – и это голос моего босса. Он звучит как в прессе, так и в дипломатических кругах и повсюду широко обсуждается. Очень жаль, – во имя всей цивилизации – что ясность ума и нравственное мужество нашего президента нельзя было применить к создавшейся ситуации, пока не стало слишком поздно.

_________________________________

ВЫДЕРЖКА ИЗ ПИСЬМА СЕНАТОРУ КЕЮ ПИТТМАНУ, ПРЕДСЕДАТЕЛЮ КОМИТЕТА ПО МЕЖДУНАРОДНЫМ ОТНОШЕНИЯМ

Брюссель, 21 марта 1939 года

Следующие несколько недель покажут, какую «дверь» Гитлер попробует закрыть первой: на Востоке или на Западе. Аксиома немецкой военной стратегии проста: Германия не должна воевать на два фронта одновременно. То, что он (Гитлер) не станет долго пребывать в бездействии, давно предрешено. Опубликованные немецким Генеральным штабом в технических журналах отчеты, в которых описывается мощь и эффективность русской армии, похоже, охладили пыл Гитлера по поводу пресловутого «натиска на восток». Согласно информации, которую я получаю из самых надежных источников и которую считаю достоверной, Гитлер предпринимает отчаянные усилия отдалить Сталина от Франции и Британии. Если англичане и французы не опомнятся, боюсь, ему это удастся. А если так произойдет, то он сможет переключить свое внимание на Западную Европу, не опасаясь нападения сзади.

_________________________________

ВЫДЕРЖКА ИЗ ДЕПЕШИ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

Брюссель, 24 марта 1939 года

Дипломатические представители малых государств Европы здесь обычно отмечают, что, хотя прошла целая неделя после речи премьер-министра Чемберлена в Бирмингеме, в которой тот осудил вторжение Германии в Чехословакию, правительство Великобритании не смогло создать «единого фронта» – хотя бы между Великобританией, Францией и СССР – на фоне стремительных действий немецкого фюрера на Балканах.

_________________________________

Дневник Лондон, 3 апреля 1939 года

Приехал сюда на выходные, чтобы повидать Уинстона Черчилля в его загородном доме. Утром долго беседовал с Джо Кеннеди. Долго говорил об обстановке в Европе. Джо весьма пессимистичен. Я – тоже.

Воспользовавшись случаем, подробно обсудил с Кеннеди ситуацию в России и предложил ему передать от меня Чемберлену, что если они не будут осторожны, то затолкают Сталина прямо в объятия Гитлера. С Россией, на тот момент своим союзником, Британия и Франция обошлись пренебрежительно, исключив СССР из Мюнхенского соглашения. Советы и так им не доверяют и боятся, что Британия и Франция пытаются использовать их в качестве орудия в своих руках и оставят сражаться с Германией в одиночку. Мира для России Сталин хочет превыше всего. Ради безопасности своей страны он может сделать ставку на Гитлера, по крайней мере на данный момент. Я спросил, прочитал ли он мой «Краткий отчет о фактах», составленный для Департамента, дубликат которого я ему посылал. Он ответил, что читал. Он признал важное значение России в случае войны; но фактически России все равно придется воевать за Польшу или Румынию, притом независимо от наличия формального соглашения с Францией и Британией, потому что это жизненно важно для собственных интересов России. Я сказал, что, на мой взгляд, такой подход неверен. Советы отчаянно пытались удержаться от скатывания к войне, и так продолжалось бы до тех пор, пока они не были бы уверены на основании конкретных реалистичных планов и очевидного перевеса сил, что вместе с Францией и Англией они способны победить Гитлера в случае войны или припугнуть его до начала военных действий, предупредив, что иначе ему придется сражаться со всеми тремя. Из ряда важных и надежных источников я убедился, что Гитлер прилагает всевозможные усилия, чтобы отдалить Сталина от Великобритании и Франции, потому что для его военного успеха жизненно важно, чтобы он закрыл свою восточную дверь до того, как начнет наступление на Западном фронте. Но, так или иначе, произвести впечатление на лондонскую правящую верхушку, по-видимому, невозможно.

Единственный человек, который реально осознает неизбежность катастрофы, – это Уинстон Черчилль. Успокаивает то, что он сказал мне вчера, а именно что к середине года «эта проклятая угроза шантажа с воздуха больше не будет существовать, потому что мы будем готовы».

_________________________________

ВЫДЕРЖКА ИЗ ДЕПЕШИ № 269 ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ – ТОЙ ЧАСТИ, В КОТОРОЙ ГОВОРИТСЯ О РОССИИ

Брюссель, 4 апреля 1939 года

ТЕМА: НЕОФИЦИАЛЬНЫЕ И ЛИЧНЫЕ БЕСЕДЫ

В ЛОНДОНЕ С МИСТЕРОМ ДЭВИДОМ ЛЛОЙД ДЖОРДЖЕМ, МИСТЕРОМ УИНСТОНОМ ЧЕРЧИЛЛЕМ И ПОСЛОМ КЕННЕДИ

Ссылаясь на слова г-на Ллойд Джорджа, депеша гласит.

Жизненно необходимо, чтобы Англия искренне, незамедлительно и настойчиво привлекла Россию к тесному взаимодействию в рамках определенных и конкретных взаимных военных соглашений.

Он говорил с Невиллом (Чемберленом) об Италии, и он (Ллойд Джордж) считает, что Муссолини просто выжидал, пока Гитлер целиком поглотит все внимание Франции, и тогда он предпримет военные действия в Африке. Это, вероятно, приведет к тому, что Средиземное море будет закрыто для военно-транспортных судов, а с Франко в Испании линии коммуникаций для военно-морских судов и транспортов для перевозки войск в Судан вокруг Южной Африки окажутся под угрозой немецких подводных лодок с испанской базы в Атлантике.

_________________________________

Журнал Брюссель, 15 апреля 1939 года

Президент обращается сегодня к Гитлеру и Муссолини: «Готовы ли вы дать гарантию, что ваши войска не атакуют и не будут вторгаться на территорию или позиции следующих независимых стран?» В число двадцати девяти стран списка входит и Россия. Президент предлагает, что в таком случае он с радостью уведомит различные страны, и от них, несомненно, последуют взаимные соглашения о ненападении.

_________________________________

Дневник Брюссель, 17 апреля 1939 года

Сегодня в прессе сообщается, что президент СССР Калинин телеграфировал президенту (США): «Поздравляю и глубоко поддерживаю то благородное послание, с которым вы обратились к Гитлеру и Муссолини».

_________________________________

Дневник Брюссель, 18 апреля 1939 года

Сегодня направил президенту и государственному секретарю личное послание о том, что, по моему глубокому убеждению, решающим для Гитлера в определении того, будет ли нынешним летом в Европе мир или война, станет заключение Великобритании и Франции определенного соглашения с Советским Союзом, которое обеспечит им военную поддержку России в случае нападения Германии на Польшу.

_________________________________

Дневник Брюссель, 3 мая 1939 года

Протесты в немецких газетах продолжают «раздувать пар» в нападках на Польшу. Вот оно, началось! Британия публично гарантировала помощь Польше в случае нападения. Более того, Британия лишила себя возможности координировать собственные действия по мере развития событий. Поведение Британии будет определяться исключительно решением Польши. С Данцигом и Польским коридором в кипящем котле создается крайне опасная ситуация. Конечно, если британцы и французы свяжут себя конкретным военным пактом с Советским Союзом, то такой расклад вполне устраивает, так как в этом случае Германия подвергнется нападению на два фронта, если попытается сокрушить

Польшу. Если такое соглашение с Россией обеспечено не будет, Британия страшно рискует. Судя по всему, что британские, французские и советские консультации в Москве успешно завершены.

_________________________________

Дневник Брюссель, 4 мая 1939 года

Пока британский МИД прорабатывает теорию о том, что «односторонние соглашения», согласно которым Британия гарантированно защитит малые европейские государства от агрессии, обеспечат «коллективную безопасность», Гитлер пользуется «инициативой» и «действует на опережение», предлагая Прибалтийским и Скандинавским государствам сразу заключить с ним пакты о ненападении. Кого-то из них он, вероятно, «проглотит». Все эти малые страны напуганы до смерти. Престиж Германии невероятно возрос, а уверенность в способности или желании западных демократий обеспечить безопасность и оказать реальную помощь весьма быстро уменьшилась. Реакция на давление Германии будет находиться в прямой зависимости от их близости к Германии и их страхом. Судя по всему, Дания, Эстония и Латвия такому давлению противостоять не смогут.

_________________________________

№ 317 Брюссель, 10 мая 1939 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ТЕМА: НАБЛЮДЕНИЕ ПО ПОВОДУ ОТСТАВКИ ЛИТВИНОВА

Сэр!

В связи с вышеупомянутым вопросом прошу разрешения сообщить следующее.

Объявление об отставке министра иностранных дел Литвинова произвело сенсацию в дипломатическом корпусе.

Вот версия, которую мне изложили два дипломатических представителя соседних с Россией стран, которые, как я полагаю, хорошо знают обстановку в России:

а) Сталин не доверяет ни Франции, ни Великобритании и опасается, что Советский Союз может быть втянут в европейскую войну и в итоге останется с носом;

б) речь Сталина перед членами Коммунистической партии, произнесенная на XVIII съезде в марте, определенно указывала на склонность к свертыванию советской деятельности в отношении Европы и на тенденцию «соблюдать осторожность и не давать втянуть в конфликты нашу страну провокаторам войны, привыкшим загребать жар чужими руками»;

в) позиция Советов заключается в определенной приверженности миру, как по идеологическим, так и по экономическим соображениям;

г) советское правительство с нетерпимостью и с отвращением относится к применявшимся ранее методам умиротворения и считает, что агрессоры поймут лишь решительные военные союзы, имеющие конкретный характер, и что только они способны сохранить мир;

д) Литвинову за последние два года так и не удалось склонить западные державы к этой точке зрения;

е) для поддержания жесткого, реалистичного фронта в этих дипломатических переговорах с целью обеспечить для СССР адекватное практическое сопротивление агрессорам либо замкнуться в себе требуется сменить состав министерства иностранных дел.

Оба руководителя миссии определенно придерживались мнения о том, что отставка Литвинова сулит трудности для ведущихся сейчас Британией дипломатических переговоров, что провал с привлечением России будет иметь весьма серьезные последствия для европейского мира и в конечном итоге будет подкреплен вероятными стремительными действиями Гитлера против Польши. Очень боюсь, что такое мнение окажется верным. Надеюсь, что Англия и Франция все-таки смогут договориться.

В целом в Европе существует весьма недвусмысленная предрасположенность к всяческому игнорированию силы или военной мощи России. Заявления Гитлера, отраженные в книге лорда Лондондерри, в которых он с большим уважением высказывается о мощи российской армии, и опубликованные заявления военных экспертов Германии и других европейских стран пока остаются без должного внимания.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ВЫДЕРЖКА ИЗ ПРИЛОЖЕНИЯ № 2 К ПОСОЛЬСКОЙ ДЕПЕШЕ № 326, БРЮССЕЛЬ

МЕМОРАНДУМ О БЕСЕДЕ С КАПИТАНОМ ФОН РИНТЕЛЕНОМ[90], 17 МАЯ 1939 ГОДА, ПРОДИКТОВАННЫЙ ДЖОЗЕФОМ Э. ДЭВИСОМ

Германия предпринимает отчаянные попытки в деле сохранения нейтралитета Советов и предотвращении новой авантюры, подобной той, что произошла с Турцией. Он сказал, что бывший чехословацкий генерал Сыровы, который перешел на сторону нацистов после того, как сменил Годжу на посту премьер-министра, за последнее время дважды отправлялся в Москву, чтобы в качестве эмиссара Гитлера связаться с офицерами армии и друзьями в России. Гитлер прилагает все силы, чтобы не допустить британо-советского союза. Он выразил убеждение, что Германия и Россия, вполне вероятно, сойдутся на почве взаимных экономических интересов. Нацистский социализм и русский коммунизм – это братья по идеологии, а типы мышления у Гитлера, Муссолини и Сталина одинаковые. Для западных демократий, добавил он, жизненно важно, чтобы Великобритания как можно скорее сблизилась с Россией.

_________________________________

Дневник Брюссель, 27 мая 1939 года

Пресса сообщает, что послы Великобритании и Франции передали премьеру Молотову идентичные меморандумы о пакте взаимопомощи, который сейчас обсуждается между тремя государствами.

_________________________________

Дневник Брюссель, 29 мая 1939 года

Сообщается, что британский посол был принят Молотовым и провел с ним пару часов, отвечая на вопросы по некоторым аспектам англо-французских предложений, которые хотел прояснить Молотов.

_________________________________

УЛЬТИМАТУМ МОЛОТОВА

Журнал Брюссель, 31 мая 1939 года

Московское радио и печать сообщили о речи Молотова по поводу советских международных отношений. Суть речи, как сообщалось, в следующем:

Советское правительство не стало приукрашивать обстановку в мире и тот факт, что эта обстановка серьезно «ухудшилась».

Мюнхенское соглашение подверглось ожесточенным нападкам.

Он сказал: «Мы стоим за дело мира и за недопущение дальнейшего развертывания агрессии. Но мы должны помнить выдвинутое т. Сталиным положение: „Соблюдать осторожность и не давать втянуть в конфликты нашу страну провокаторам войны, привыкшим загребать жар чужими руками". Он изложил и перечислил минимальные условия, которые Советский Союз потребует перед заключением совместного пакта с Францией и Великобританией. Эти условия таковы: 1. Необходимо немедленное заключение пакта о взаимопомощи исключительно оборонительного характера между тремя сторонами. 2. Должна быть обеспечена всеобщая гарантия против любого нападения агрессора, направленного против неагрессивных государств в Центральной или Восточной Европе, и такая гарантия должна включать, без исключения и конкретно, все малые европейские страны, которые граничат с Россией. 3. Три страны должны заключить вполне и конкретное соглашение относительно точной формы, объема и вида оказываемой в случае нападения помощи, а также сроков оказания этой помощи.

По его словам, британцы и французы в своих предложениях не выполнили требований о полной взаимности и равенстве обязательств. Во-первых, британские предложения не включали соглашения о том, что Великобритания и Франция придут на помощь СССР в случае нападения извне. Во-вторых, они не обеспечивали гарантий от агрессии для малых государств, граничащих с СССР вдоль его северо-западных рубежей, в случае если эти малые государства окажутся не в состоянии защитить собственный нейтралитет.

Подобные предложенные уступки принципу взаимности, сказал Молотов, настолько завуалированы, что стали бы «ложным шагом вперед».

В новых предложениях, сказал он, нет никакого прогресса в связи с предоставлением гарантий Прибалтийским странам. В заключение он заявил, что советскому правительству было предложено взять на себя обязательства по оказанию помощи пяти государствам Центральной Европы, безопасность которых жизненно важна для Великобритании и Франции. Советский Союз не возьмет на себя такую ответственность, если Великобритания или Франция не возьмут на себя аналогичные обязательства в отношении трех Прибалтийских государств, безопасность и нейтралитет которых жизненно важны для Советского Союза.

В заключение прозвучало довольно зловещее предложение, которое, похоже, было притянуто за уши, и явно с какой-то целью: «Мы вовсе не считаем необходимым отказываться от деловых связей с такими странами, как Германия… Судя по некоторым признакам, не исключено, что переговоры могут возобновиться».

_________________________________

ОПРАВДАНИЕ АГРЕССОРА

ВЫДЕРЖКА ИЗ ПРИЛОЖЕНИЯ № 1 К ДЕПЕШЕ № 364 ОТ 21 ИЮНЯ 1939 ГОДА ИЗ ПОСОЛЬСТВА В БРЮССЕЛЕ ВИЗИТ К Г-НУ________, ГЛАВЕ МИССИИ В БРЮССЕЛЕ

В ответ на мой вопрос о том, что он думает по поводу возможности начала европейской войны нынешним летом, господин_______заявил, что считает такую войну крайне маловероятной, если Россию удастся удержать от соглашения с Великобританией и Францией, но вот заключение союза трех держав между Россией, Францией и Великобританией почти наверняка приведет к войне. Его соображения на этот счет, или, скорее, соображения, которые он предложил мне, заключались в том, что Россия всегда будет придерживаться политики провоцирования кризисов, от которых сама будет держаться в стороне. Такой способ рассуждений, вместе с другими мнениями, высказанными г-ном___, убедил меня в том, что тоталитарные государства, прежде всего, боятся включения русской мощи в единый фронт против тоталитарной идеологии завоевания. Г-н____с удивительным простодушием позволил мне разглядеть опасения его страны в отношении России и раскрыл мне глубокие надежды его правительства на то, что для укрепления демократического фронта не будет использовано влияние Москвы. Он также поинтересовался моим мнением о силе России при нынешнем правительстве, и я ответил, что военно-экономическая мощь России как при нынешней коммунистической, так и при любой другой форме правления будет огромной.

В заключение осмелюсь сказать, что моя беседа с господином ___лишь подтверждает убежденность в том, что его страна действует в полном согласии и, возможно, даже в формальном союзе с заявленной политикой и очевидными интересами Германии и Италии.

_________________________________

Дневник Нью-Йорк, 17 июля 1939 года

Когда сегодня «Куин Мэри» причалила в порту, к моей великой радости, на пирсе я увидел Марджори с девочками. Мы все пообедали в бельгийском павильоне на ярмарке. В полночь отправился на поезде в Вашингтон, чтобы без промедления явиться с докладом к президенту и госсекретарю. В соответствии с указанием из Государственного департамента я вернулся в Соединенные Штаты для проведения совещаний.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 18 июля 1939 года

В 12.30 обедал с президентом. Он расспросил меня, в частности, о причинах уверенности, с которой я предсказывал, что война неизбежна как результат агрессии Гитлера и разразится либо до дня рождения Гинденбурга в августе, либо до партийного митинга в Нюрнберге в сентябре. Я в деталях изложил ему сведения, которые получил непосредственно от бельгийцев, имевших производственные предприятия в Германии и находившихся в контакте с лидерами нацистской партии, а также заявления, которые я получил от американских бизнесменов, имеющих интересы в Германии, с которыми виделся всего за неделю до этого в Бельгии и которые также из первых рук узнали от нацистских лидеров о том, что назревает. Этих людей, исключительно здравых и твердых суждений, он знал лично.

Я передал президенту эти и многие другие конкретные заявления. Некоторые из них исходили от высокопоставленных нацистских дипломатических чиновников. Особенное впечатление на него произвел мой рассказ о высказываниях моих коллег в Брюсселе, которые молились о внесении поправок в Закон о нейтралитете, полагая, что это может сдержать Гитлера и, по крайней мере, отсрочить начало войны.

Вышеназванные заявления не вызвали у него никакого удивления. Казалось, они лишь подтверждают его глубокий пессимизм. Он сказал, что мой доклад просто подтвердил другую информацию, имеющуюся в его распоряжении.

Я спросил, могу ли быть полезен в связи с законодательством о нейтралитете. Он сказал, что, возможно, будет нелишним встретиться с некоторыми из лидеров Сената.

Он спросил меня о переговорах России с Великобританией и Францией. Я откровенно сказал ему, что меня это очень беспокоит. Среди дипломатического корпуса в Брюсселе было принято считать, что Гитлер прилагает все усилия, чтобы настроить Сталина против западных держав. Я сказал, что, судя по сообщению одного весьма высокопоставленного и важного деятеля в Европе, Гитлер и Риббентроп уверены, что смогут оттолкнуть Сталина от Англии и Франции. Послу Уманскому, когда тот собирался в Москву, президент поручил передать Сталину, что если его правительство объединится с Гитлером, то точно так же, как за днем наступает ночь, так и Гитлер – как только он захватит Францию, двинется против России. Вот тогда и настанет черед Советского Союза. Он сказал, чтобы я тоже по возможности передал эти слова Сталину и Молотову.

Он обсудил со мной перспективы возможного гитлеровского блицкрига и его влияние на мир, особенно на Соединенные Штаты. Насчет огромной механизированной мощи немецкой армии у президента не было никаких иллюзий.

Сразу после обеда отправился на Капитолий и в кабинете полковника Хэлси поговорил со старыми друзьями: Олбеном Баркли, Джимом Бирнсом, Ки Питтманом, Бертом Уилером, Джо Гаффи, Клодом Пеппером и другими. Председатель Комитета по международным отношениям в Сенате, сенатор Питтман, попросил меня приехать на следующий день, чтобы пообщаться с членами его комитета.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 19 июля 1939 года

Вчера вечером между лидерами партий с обеих сторон, президентом и госсекретарем Халлом состоялось совещание, на котором было достигнуто соглашение о принятии поправки к закону о нейтралитете. По данным прессы, президент сообщил им о непосредственной угрозе войны нынешним летом и настоятельно рекомендовал принять закон о нейтралитете, так как это снизит вероятность войны (для США). На совещании сенатор Бора на конференции заявил президенту, что у него есть собственные источники информации в Европе, и нынешним летом никакой опасности начала войны нет. Президент ответил, что сенатор должен взять на себя ответственность за такое заявление. Лидеры республиканцев весьма уверены, что Гитлер не нападет, и спешить с принятием закона о нейтралитете не стоит. Поэтому было решено, что до некоторых пор настаивать на принятии закона не следует и что Конгресс уйдет на перерыв, не предпринимая никаких действий по этому вопросу.

Тем не менее я поднялся в кабинет Кея Питтмана, чтобы пообедать с членами сенатского комитета по международным отношениям. Они буквально завалили меня вопросами как по обстановке в Европе, так и по России. Я изложил им свое видение ситуации. Сенаторы Джордж и Джиллетт любезно заметили, что, к их сожалению, не имели возможности получить эту информацию до вчерашней встречи. Сенатор Питтман заявил, что если бы мое заявление было озвучено перед полным составом комитета двумя неделями раньше, то, на его взгляд, Закон о нейтралитете мог быть принят. Конечно, факты просто ошеломляют.

_________________________________

ИСПОЛНИТЕЛЬНОЕ ЗАСЕДАНИЕ КОМИТЕТА ПО ИНОСТРАННЫМ ДЕЛАМ ПАЛАТЫ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ

Дневник Вашингтон, 27 июля 1939 года

Сол Блум, весьма способный и деятельный председатель Комитета по иностранным делам палаты представителей, попросил меня выступить перед его комитетом в то время, когда сенатор Питтман, председатель Комитета по международным отношениям Сената, организовал встречу с некоторыми членами его комитета. Несмотря на то что поправка к законопроекту о нейтралитете была отклонена, я все же был рад прийти и обсудить обстановку в России и Европе с комитетом палаты представителей. На заседании присутствовали: председатель Сол Блум; республиканцы Лютер Джонсон из Техаса; Джон Ки из Западной Вирджинии; Джеймс П. Ричардс из Южной Каролины; Эд В. Айзек из Калифорнии; Роберт Аллен из Пенсильвании; Пит Джарман из Алабамы; Лоренс Ф. Арнольд из Иллинойса; У.О. Берджин из Северной Каролины; Джордж Холден Тинкхэм из Массачусетса; Брюс Бартон из Нью-Йорка; Роберт Б. Чиперфилд из Иллинойса; Роберт Дж. Корбетт из Пенсильвании; Джон М. Борис из Огайо и Эндрю К. Шиффлер из Западной Вирджинии.

Члены комитета были тактичны и внимательны во всех отношениях. Обсуждение проходило на высоком уровне без каких-либо препирательств и проявлений партийности. «Мы все были за пределами двенадцатимильной границы» – там, где любая ангажированность должна исчезнуть.

Темы, которые я затронул, были следующими: индустриальная и военная мощь России, – вопрос, который, как обычно, восприняли с некоторым удивлением и даже недоверием (что я сам лично вполне понимаю: не поверишь, пока не увидишь собственными глазами); усилия, которые предпринимал Гитлер, чтобы поссорить Сталина с Великобританией и Францией, и дипломатическая битва, на тот момент разгоревшаяся в Москве; высокая вероятность войны в Европе этим летом; отчаянное военное положение, в котором находились Франция и Великобритания, и угроза, которая нависла над нами в случае их поражения.

Военные карты, напечатанные в лондонских газетах, которые я захватил с собой, наглядно убеждали в военной слабости демократических стран. Я привел множество цитат из таких книг, как «Гитлер над Европой» и «Гитлер над Россией» Эрнста Генри, «Военная мощь держав» Фрица Штернберга, «Война против Запада» Аурирела Кольнаи и «Германия и молниеносная война» Фрица Штернберга, в которых ясно показана не только военная угроза со стороны нацистов, но и ужасающие цели, которые нацисты открыто провозглашали в отношении остальных народов земли. Также в рамках положений моего доклада Госдепартаменту я изложил причины, которые, несомненно, подталкивали Гитлера к войне как к наилучшему для него выходу.

Информацию, которую я довел до сведения президента и госсекретаря и на которой основывалось мое убеждение, что Гитлер начнет войну с Польшей либо до 28 августа (день рождения Гинденбурга), либо до 8 сентября (партийный митинг в Нюрнберге), я представил весьма откровенно и полно и заявил, что это сделано по прямому указанию президента, как и было на самом деле.

_________________________________

НАЦИСТСКО-СОВЕТСКАЯ «БОМБА»

Нью-Йорк, 22 августа 1939 года[91]

ДОСТОПОЧТЕННОМУ САМНЕРУ УЭЛЛСУ, исполняющему обязанности государственного секретаря, Вашингтон, округ Колумбия.

Мой дорогой господин секретарь!

В связи с вышеупомянутым вопросом мне пришло в голову, что, учитывая историю моей службы в России и информацию, полученную там и в Европе, мой диагноз и прогноз ситуации и ее новый статус, могут представлять определенную ценность для вас и Госдепартамента.

Как следует из моих предыдущих письменных и устных докладов вам и Департаменту, заключение этого пакта о ненападении между Россией и Германией не было для меня неожиданным. Мои депеши из Москвы за два последних года указывали на очевидное: если в Европе сохранится «мир»», то это будет «фашистский мир»», навязанный диктаторами, если Англия и Франция не создадут в противовес восточно-западную ось, включив в нее Советы, и не установят «баланс сил»» для поддержания мира.

Более того, всегда было ясно, как я и указывал в своих докладах, что и для Германии, и для России объединение их усилий сулило немало преимуществ. Они сотрудничали в течение десяти лет и могут продолжить это делать. При любой объективной оценке ситуации такую возможность никогда нельзя исключать.

События, способствовавшие нынешним действиям Советского Союза

Во время пребывания Литвинова на посту министра иностранных дел, безусловно, существовал весьма сильный моральный импульс враждебности по отношению к Германии и странам-агрессорам, начиная с прихода Гитлера к власти. В тот период советская власть, на мой взгляд, старательно и энергично пыталась поддерживать общий фронт против агрессоров и являлась искренним сторонником «неделимости мира».

Искусная борьба Литвинова за мир и демократические идеи в Лиге Наций и энергичная позиция советского правительства, готового сражаться за Чехословакию, свидетельствовали о подлинной искренности намерений и высоконравственных побуждениях.

И все же, начиная с Мюнхена и даже раньше, происходящие события постепенно разрушали такой подход советского правительства.

Во время моего пребывания в Москве на меня произвело большое впечатление то несомненное раздражение, которое у русских вызывала так называемая политика «булавочных уколов», высокомерия и «забалтывания», которое демонстрировали дипломатические миссии западных держав по отношению к советскому правительству. У Советов есть гордость, и все это их глубоко возмущало.

Затем последовал ряд событий, которые обострили отношения между советским правительством и западными демократиями.

Советы были «унижены» и «глубоко уязвлены» тем, что их исключили из Мюнхена.

Из «умиротворения» выросло еще большее недоверие советского правительства к возможностям, намерениям и даже «честному слову» правительств Чемберлена или Даладье.

Советские предложения в пользу «реалистического союза» с целью остановить Гитлера были отвергнуты правительством Чемберлена из соображений уважения к чувствам поляков и стран Балтии.

Во время советско-британско-французских переговоров, включая заседания миссии Стрэнга и военной миссии в Москве, недоверие усиливалось тем, что участники не были облечены властью для заключения окончательного, определенного, реалистического союза.

Продолжало расти подозрение, что Великобритания и Франция ведут дипломатическую игру, намереваясь поставить Советы в положение, когда Россия будет вынуждена сражаться с Германией в одиночку.

Затем последовали предложения Хадсона по экономической реабилитации Германии, которые, с точки зрения Советов, вновь попахивали «умиротворением». После этого правительство Чемберлена прервало работу парламента без заключения какого-либо определенного соглашения с Россией. А советское руководство вдруг выяснило, что британская экономическая миссия была направлена в Данию, якобы с благословения Чемберлена, для изучения способов экономического умиротворения в соответствии с политической линией, которая была инициирована Хадсоном.

К этому следует добавить, что Франция и Англия упорно отказывались заключить четкое и недвусмысленное соглашение о поддержке России в защите ее жизненных интересов, нацеленное на то, чтобы предотвратить поглощение в результате внутренней агрессии Прибалтийских государств. В то же время Россия предлагала Великобритании и Франции вполне конкретную поддержку и пришла бы им на помощь, если бы их жизненные интересы были затронуты нападением Германии на Бельгию или Голландию, независимо от характера такой агрессии.

Эти события подпитывали подозрения и вызывали недовольство реалистичных советских лидеров, включая и самого Сталина. Видимо, им надоели попытки остановить агрессоров путем активного участия в европейских делах, и они в свойственной манере изменили свой подход и решили обезопасить собственную позицию путем заключения пакта о ненападении с Германией, который – хотя бы на время – обеспечил для России мир, независимо от возможности войны в Европе.

Вышеизложенное – это основанные на собранных мной фактах и полученных впечатлениях соображения о причинах такого положения.

Преобладающим мотивом Советов всегда был и остается «собственный интерес». Какое-то время они являлись ярыми поборниками активной воинственной враждебности по отношению к агрессорам, имея целью сохранить мир. Это происходило не только из-за любви к миру как таковому, но и потому, что отвечало их интересам.

Непосредственные последствия для европейского мира

Последствия этого нового события для европейского мира в ближайшем будущем проблематичны. Мое собственное мнение заключается в том, что при надежно обеспеченном восточном «фланге» Гитлер возьмет не только Данциг, но и коридор; сначала он добьется этого за счет жестких дипломатических запросов, в которых не будет ни дискуссии, ни компромисса, а один лишь ультиматум. Польша, наверное, сникнет, уступит и будет надеяться на то, что еще повоюет. Если это случится, то войны в этом году, вероятно, не будет. Если, однако, Польша откажется уступить и решит сражаться, то вопрос в том, придут ли ей на помощь Англия и Франция. Возможно, сама скорость развития событий сделает вступление в войну Англии и Франции неизбежным. Если так, то масло уже подлили в огонь.

Поэтому ясно с любой точки зрения, что Гитлер одержал сокрушительную дипломатическую победу. Все будущее Европы висит на волоске. Великобритания и Франция сейчас на грани самой губительной потери престижа в своей истории. Мир в Европе, если он будет сохранен, подвергается неминуемой опасности стать миром, навязанным диктаторами, в условиях, когда все малые страны ринутся под щит германской эгиды, и в условиях, когда, даже если и произойдет объединение сил, как я предсказывал вам два года назад, «дирижером этого оркестра» станет Гитлер.

Возможные долгосрочные последствия

Реальная угроза будущему и западной цивилизации, вероятно, заключается в том, что Германия и Россия сочтут друг друга неплохим дополнением в расширении своих амбиций. Экономически такой союз наиболее эффективен. Богатые ресурсы России дополняют индустриальную эффективность и научную и промышленную организацию немцев.

Влияние на Америку

Результатом упомянутых событий должно стать ускорение прогресса солидарности Северной Америки и, возможно, Южной Америки. Угроза фашистского господства нависла над миром, как никогда.

С уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

БРИТАНИЯ ПЕРЕОЦЕНИЛА ПРАВИТЕЛЬСТВО БЕКА

Журнал Нью-Йорк, 26 августа 1939 года

По сообщениям прессы, англичане и поляки подписали пакт о взаимопомощи. То есть как в пословице: «Конюшню-то заперли, но лошадь уже украдена». До сих пор Британия давала полякам лишь одностороннюю гарантию. Этот «карт-бланш» Бек получил прошлой весной в Лондоне. Практическое предложение Литвинова о проведении конференции всех «государств-неагрессоров» по настоянию польского и румынского правительств было отклонено.

Все это иллюстрирует трагическую ошибку в оценке сил в Европе. Чемберлен доверился правительству Бека и отказался от советской помощи. Поляки, несомненно, храбрый и доблестный народ, но, судя по имеющейся у меня информации, слишком многое говорит о существенной слабости Польши вследствие расовых и других меньшинств, о чем германский гаулейтер так недвусмысленно заявил мне в Данциге два года назад. У Польши, по достоверным сведениям, имеется всего восемьсот самолетов. С точки зрения современной военной мощи механизированная техника и прочие силы польской армии попросту ничтожны. Из множества хорошо информированных лиц в Брюсселе, на мой взгляд, мало тех, кто верит в польское правительство, и все из-за недоверия к Беку. Показательным в такой ситуации является то, что только прошлой весной один из самых видных чиновников при Беке, посланник_____, прямо заявил мне, что его правительство не потерпит предложений о том, что Польша и Германия должны встретиться и разрешить проблемы, связанные с Польским коридором и Данцигом. В то время эти предложения, по общему мнению, были выдвинуты Ватиканом в отчаянной последней попытке предотвратить войну. Он выразил отвращение к тому, что назвал обычным преувеличением военной мощи Германии.

Его правительство, сказал он, им еще покажет, и об этом узнает весь мир; в течение трех недель после начала войны польские войска будут в Берлине; «Западная стена» или линия Зигфрида – не что иное, как «стена из ваты». Польша не нуждалась в помощи России; они могли бы справиться с немцами самостоятельно – и легко.

Создавалось впечатление, что в оценке сил Германии напрочь отсутствует реализм. Это поразило меня тогда и поражает до сих пор. Заметив мое удивление, он спросил, что я об этом думаю. И я откровенно ответил, что, на мой взгляд, в своей оценке силы Германии он ошибается. Я опасался, что может наступить время, когда Польша ради собственного спасения будет отчаянно нуждаться в любой помощи, включая даже помощь от Советов. И очень плохо отказываться от воды, чтобы потушить пожар, который грозит уничтожить дом, из страха, что вода намочит им ноги и, возможно, навлечет простуду.

Этот пакт о взаимопомощи мог быть заключен несколько месяцев назад. Сейчас он только усугубляет ситуацию. Когда Гитлер закрыл свои восточные «двери» и когда Риббентроп несколько дней назад прилетел в Москву, решение было принято. Масло уже подлито в огонь. Всем в Европе известно, что Германия уже мобилизована для незамедлительного вторжения в Польшу. По словам бельгийских бизнесменов, имеющих заводы в Германии, немцы открыто хвастались, что «очистят» Польшу за три недели. Ни у кого из тех, с кем я разговаривал, не было уверенности в том, что они этого не сделают.

Дневник Брюссель, 16 сентября 1939 года

Согласно сообщениям прессы, в течение двух недель после объявления Британией и Францией войны Германии русские и японцы договорились о перемирии на дальневосточном фронте. Таким образом, Гитлер не только закрыл восточную «дверь» в Европе, но и укрепил свои позиции, сгладив разногласия между Японией и Россией на Дальнем Востоке.

Соглашение Риббентропа – Молотова стало дипломатической победой Германии – с далеко идущими последствиями.

_________________________________

ВЫДЕРЖКА ИЗ ПИСЬМА СЕКРЕТАРЮ ЭРЛИ

Брюссель, 25 сентября 1939 года

Пакт Москва – Берлин стал катастрофой. Возможно, это одно из величайших дипломатических поражений, которое когда-либо терпела Британская империя. Сейчас, – уже слишком поздно – приходит запоздалое осознание мощи России и ее значения как источника продовольствия и снабжения Германии. Возможность блокады провалилась. Время сейчас работает на Гитлера, а не против него.

_________________________________

№ 497 Брюссель, 10 октября 1939 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

БЕСЕДЫ С СОВЕТСКИМ ПОСЛОМ Г-НОМ РУБИНИНЫМ О ГЕРМАНО-СОВЕТСКИХ ОТНОШЕНИЯХ

Сэр!

Несколько дней назад советский посол в Бельгии г-н Рубинин, который, как известно, несколько лет работал в качестве атташе советского посольства в Вашингтоне, попросил меня поужинать с ним и его супругой и провести вечер в тихой и спокойной обстановке. Суть беседы, которая заняла почти три часа, сводилась к следующему.

Развитие событий между Москвой и Берлином он пытался оправдать на следующих основаниях: многие годы Советский Союз пытался внести свой вклад в создание мирной Европы путем сотрудничества с западными демократиями, но такое сотрудничество и усилия были отвергнуты; теперь Советский Союз стремится к той же цели путем сотрудничества с Германией; Германия и СССР могут успокоить этнические, экономические и политические силы в Восточной Европе и на Балканах, и одно только это способно установить постоянный мир. В частности, он ссылался на следующее: СССР в течение многих лет выступал за «коллективную безопасность» и «неделимость мира» в попытках обеспечить практическое объединение неагрессивных стран Европы ради сдерживания Германии; Литвинов продолжал эти усилия в Лиге Наций, во время развития испанской ситуации и в Комитете по невмешательству в Лондоне; за 36 дней до Мюнхена советское правительство направило Польше уведомление о том, что в случае агрессии Германии против Чехословакии оно аннулирует свой пакт о ненападении с Польшей и готово биться за чехов; в апреле этого года в ответ на вопрос Чемберлена о том, присоединятся ли Советы к сопротивлению, если Германия нападет на Польшу или Румынию, Советы выступили с заявлением и предложили провести конференцию государств-неагрессоров для выработки плана решительных действий, что стало бы единственным «языком, который могла понять Германия»; Чемберлен сам полетел в Берхтесгаден, а в Москву направил своего подчиненного без полномочий, после чего отправил военную комиссию – также без полномочий – с одними «разговорами»; англичане и французы отказались гарантировать Прибалтийским странам защиту от внутренней агрессии, и в таком случае Советам пришлось бы сражаться с Германией в одиночку; румыны и поляки были непреклонны и отказались от реальной физической помощи Красной армии в случае вторжения и т. д. и т. п. – в результате чего кремлевские власти окончательно убедились в том, что никакого выхода через сотрудничество с Францией или Великобританией не существует.

В ответ на мой вопрос, позволит ли Россия Германии утвердиться на Черном море – либо в Констанце, либо в Дарданеллах, он заявил, что, на его взгляд, такое невозможно и противоречит жизненным интересам России.

И вновь в ответ на мой вопрос он заявил, что, по его мнению, Советский Союз не станет посылать своих солдат на Западный фронт и не заинтересован в том, чтобы Великобритания и Франция были уничтожены, равно как и в том, чтобы была побеждена Германия.

Затем он привел подробные доводы о целесообразности принятия статус-кво и тем самым установления мира в Европе на конференции противоборствующих сторон. Он спросил, какова, по моему мнению, позиция Соединенных Штатов. Я ответил, что не могу говорить от имени правительства или Соединенных Штатов в каком-либо официальном качестве, но если он хочет знать мое мнение как частного лица, я с удовольствием его выскажу. Вкратце оно таково: насколько я мог лично оценить общественное мнение, в целом наш народ считает, что для завоевателей, прибегнувших к силе, просить сейчас о мире на основе статус-кво – это то же самое, когда пара разбойников, ограбивших и убивших двух безобидных старушек, теперь пытаются подружиться с полицией, заинтересованной в сохранении мира в общине, убеждая их в том, что они никакие не грабители и не убийцы, а законопослушные и благородные граждане и как таковые имеют право на восстановление в статусе мирных и законопослушных граждан общины, даже не предлагая вернуть награбленное. Вопрос заключается в том, должны ли европейские нации жить в обществе, где для урегулирования разногласий между нациями арбитром служат закон и юридические процессы или все-таки грубая сила. На это он ответил, что, согласно его личной точке зрения, в конечном итоге нынешний конфликт – это просто конфликт между Британской империей, которая стремится доминировать в мире, и немцами, которые претендуют на право развиваться на равных.

Посол Рубинин – способный и очень умный человек.

Что касается того, действовал ли Рубинин по приказу, пытаясь прощупать отношение Соединенных Штатов, в этом я несколько сомневаюсь. Возможно, это было инспирировано его правительством в рамках мирного наступления, которое сейчас столь активно проводится в жизнь. В любом случае с чрезвычайной осторожностью пояснил, что мое правительство в данной ситуации соблюдает строгий нейтралитет и не вмешивается в европейские дела и что любые мои высказывания носили сугубо личный характер и ни в коей мере не должны рассматриваться как официальная позиция моего правительства.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

«РУССКИЙ МЕДВЕДЬ КРАСИВО ОТОМСТИЛ ЗА МЮНХЕН»

Брюссель, 12 октября 1939 года

ОБЗОР ТЕНДЕНЦИЙ В ЕВРОПЕЙСКОЙ СИТУАЦИИ

Мой дорогой господин секретарь!

Исходя из моих знаний о России я считаю, что, возможно, некоторое время Россия не сможет поставлять в Германию нефть в более или менее значительных количествах. В России в то время, когда там был я, имелось свыше 460 000 тракторов. Они были задействованы в коллективном сельском хозяйстве и потребляли всю нефть, которую только можно было произвести. Их (СССР) трубопроводные и транспортные мощности также ограниченны. Нефть крайне важна, и, насколько понимаю, общие российские поставки составят лишь около 20 % потребностей Германии. Бен Смит из Нью-Йорка, который хорошо разбирается в нефтяном бизнесе, сказал мне, что только что вернулся из Германии. Один из лучших нефтяников в мире сообщил ему, что, по его сведениям, запасов нефти Германии хватит по меньшей мере на год с четвертью. По его словам, нефтяные эксперты считают, что нефтяные промыслы в районе Баку можно очень быстро освоить с помощью насосных методов.

Дипломатический корпус и официальные круги остро ощущают здесь руку Москвы. Русский медведь красиво отомстил за то, что его вышвырнули из Мюнхена. Финляндия – единственная прибалтийская страна, которая до сих пор сопротивлялась натиску этого медведя. От Молотова турецкий министр иностранных дел испытывает на себе такое же обращение, какое Хендерсон испытал от Риббентропа в Берлине, и его заставили томиться в ожидании. Послание президента советскому правительству было встречено здесь с величайшей радостью. В местных дипломатических кругах принято считать, что пакт Москва – Берлин является величайшей трагедией в развитии этой ситуации с войной. Призрак Советов, протянувшийся незримой тенью от Осло вниз до Польши и дальше, на Балканы, в дополнение к старой немецкой угрозе принес и новые страхи. Чаще всего высказывается мнение, что в Европе родился новый фактор, который потребует полного пересмотра и перегруппировки сил различных держав. В целом складывается впечатление, что между Сталиным и Гитлером имеется весьма конкретное и реалистичное взаимопонимание, основанное на жизненных интересах каждого из них. Существует много домыслов на тему о том, придут ли русские на помощь Гитлеру на Западном фронте. Точно так же, как год назад существовала тенденция принижать значимость России, так и сейчас имеется склонность преувеличивать ее цели.

Насколько понимаю, мое собственное суждение не совпадает ни с одной из этих двух крайностей. Склоняюсь к мнению о том, что политика России может быть именно такой, какой она ее провозглашает, а именно: желанием, если удастся, закрепить мир в Европе, и особенно на своей восточной границе, а в дополнение к этому развивать свои собственные ресурсы, защищенные от нападения капиталистических западных стран. Для обеспечения такой безопасности Советы, естественно, хотели бы отодвинуть свои западные рубежи как можно дальше на запад от Москвы и Донбасса, для лучшей защиты от возможного нападения Германии. Для ее стратегической обороны, экономического и национального развития также жизненно важно, чтобы выходы к морю были круглый год защищены морскими базами с открытой водой, отсюда и ее отношение к Прибалтийским странам. Вполне возможно, что Советы совершенно искренне хотят предоставить полную независимость и автономию в самоуправлении этим различным странам, но путем дружеского соглашения они хотят обзавестись военно-морскими базами, которые защитят от возможного нападения Германии в будущем. Советы считают, что в ближайшие несколько лет в России произойдет широкое развитие экономики внутри страны, и, исходя из темпов развития в прошлом, прилегающие государства с более низким уровнем жизни будут стремиться оказаться в составе Советского Союза. Их отношение к Турции и Дарданеллам, как и отношение к Констанце и Черному морю, в равной степени соответствует миролюбивым намерениям, а не цели помочь Германии. Весь план Сталина с 1926 года заключался в развитии внутренней самодостаточной экономики и создании социалистическо-коммунистического сообщества, которое стало бы образцом для всего мира. Он сам говорил мне, что, по их мнению, для него и его соратников достичь этого было делом весьма достойным – и для этого вовсе не обязательно стремиться управлять всем миром.

С большим уважением, искренне ваш,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Журнал Брюссель, 28 ноября 1939 года

С момента объявления Англией «состояния войны» прошло три месяца.

В нем оказалось много сюрпризов. К ним относится и предсказание немцев о разгроме Польши за три недели. Некоторых это удивило.

Очевидно, московское соглашение предусматривало полное восстановление географических и политических сфер царской России в пользу Советов и, более того, выкорчевывание и отказ от немецкой цивилизации в Прибалтике, а также – как часть сделки с Германией – восстановление польской Белоруссии и польской Украины в составе СССР. Нападая на Финляндию, чтобы завершить укрепление Ленинграда как военно-морского форпоста на случай будущего нападения врага, каковым мыслится лишь их нынешний союзник, Германия, Советы готовы рискнуть тем, что оттолкнут от себя мировое общественное мнение и многих коммунистов. Считаные месяцы назад такой анахронизм представлялся бы невероятным.

Полгода назад хорошо информированные люди также не могли предположить, что Германия заплатит столь высокую цену России, чтобы закрыть свои восточные ворота при нападении на Польшу.

Подразумеваемая угроза Англии и Франции в московском заявлении Риббентропа о том, что «консультации относительно необходимых шагов» будут предприняты совместно, если западные страны не прекратят войну против Германии, ни в одном их соглашении с Молотовым, по-видимому, не имела реальной основы. «Необходимые шаги» предприняты не были или оказались безрезультатными. Вместо того чтобы приступить к таким действиям, Молотов объявил политику СССР нейтральной. Таким образом, Гитлер закрыл свою восточную дверь, но заплатил за это весьма высокую цену.

Развитие отношений между Сталиным и Гитлером

В сентябре прошлого года мне сообщили, что Сталин противится усилиям Гитлера по обеспечению военно-политического проникновения в Россию – это объясняется тем, что русские не доверяют Гитлеру. Ценность этого русско-германского пакта зависит от способности Германии сделать его плодотворным путем оказания технического содействия в организации работы с кадрами и, особенно, промышленного производства. В настоящее время события в Финляндии изменили характер отношений между двумя странами. Несомненно, Гитлер извлек из этого максимальную выгоду, разыгрывая свою балканскую и финскую «карты», дабы оказать давление на Сталина и принудить его к соглашению о сотрудничестве немецких инженеров и техников с СССР ради увеличения поставок в Германию. Многое указывает на то, что эти усилия увенчались успехом и что теперь Германия имеет в России как военных, так и промышленных экспертов. Считаю, что при наличии технической поддержки Германии русская экономика, если Советы будут сотрудничать, будет представлять для Германии большую ценность. Несмотря на близость бакинских нефтепромыслов к авиабазе армии Вейгана в Палестине и угрозу воздушной атаки на эти нефтепромыслы, потенциальные возможности российской нефтедобычи под немецким управлением и перспективы развития на ближайшие два года огромны.

Россия – Финляндия

Финны, несомненно, весьма героически отбросили русских. Вероятность заключения мира между Россией и Финляндией путем переговоров, по моему мнению, на данный момент не является такой уж неизбежной. Русская армия – бог для коммунистов. Самолюбие и, возможно, даже самосохранение потребуют от действующей власти бросить в бой все силы, чтобы восстановить утраченный престиж армии. Против такой махины Финляндия выстоять не сможет. После этого будет заключен мир на советских условиях.

_________________________________

НАБЛЮДЕНИЯ ПО ПОВОДУ ВОЕННОЙ СИТУАЦИИ В ОТНОШЕНИИ РОССИИ И ГЕРМАНИИ

Журнал Брюссель, 29 ноября 1939 года

Еще летом прошлого года Россия встала на сторону Болгарии в отношении Добруджи в Румынии, и вполне вероятно, что, как только Советы наведут порядок в Финляндии, они обратят свои взоры на Румынию и Бессарабию.

Некоторые из этих восточных стран держатся весьма самоуверенно и, как Польша, считают себя очень сильными. Но Польша стала горьким примером, и, боюсь, Финляндия тоже им станет. В результате, по всей вероятности, Кароль из Румынии заключит мир на самых выгодных условиях и через весьма короткое время окажется в вассальной зависимости от Гитлера и Сталина.

Мне сообщили, что претензии России к Турции включают создание военной базы, которая контролировала бы Дарданеллы, подобно тем, что находятся в Прибалтике. Такое вполне возможно. Болгария сейчас определенно находится под влиянием коммунистов; Венгрии напрямую угрожает Германия, а Югославия находится под угрозой как со стороны Италии, так и Германии.

Нынешнее положение Гитлера

Все это создает ситуацию, не слишком выгодную для Гитлера. Он отказался от Прибалтики, выкорчевал и переселил 400-летнюю германскую цивилизацию; он отрезал себя от Украины; он довольствовался экономической властью только над Румынией, а также лишь ограниченным влиянием на Болгарию или Венгрию. На Черном море русский медведь немцев не поддержит. Учитывая грандиозную концепцию «жизненного пространства», которую Гитлер проповедовал своему народу и всему миру, теперь он оказался зажатым в довольно тесных рамках. Его единственный «выход», похоже, сейчас находится на Западе. Эти условия, возможно, в некоторой степени объясняют очевидную неопределенность планов Берлина, о чем свидетельствует сиюминутное изменение плана немецкого наступления в день перемирия и продолжающееся до сих пор бездействие на Западном фронте. Еще один и не менее забавный аспект этой так называемой «странной войны».

Многое зависит от того, в чем на самом деле суть соглашения Гитлера со Сталиным. Если это будет союз «ва-банк» и он сможет направить в Россию своих инженеров и ученых так же, как делал это в Италии, и если Советы действительно будут сотрудничать, Гитлер продолжит извлекать для себя огромные преимущества из пакта с русскими. Но многое указывает на то, что сотрудничать с ним русские не станут. Советы проводят независимую политику, основанную исключительно на их собственных интересах, и Гитлеру это не очень-то по душе.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 15 января 1940 года

В соответствии с распоряжением Государственного департамента я вернулся в Вашингтон, чтобы занять должность специального помощника государственного секретаря, который отвечает за чрезвычайные проблемы и политику во время войны. В связи с этим подал прошение об отставке с поста посла в Бельгии и полномочного посланника в Люксембурге.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 16 февраля 1940 года

Получил сообщение из Румынии. В Одессу прибыли две тысячи немцев, которые в этом и других черноморских портах займутся закладкой мин в российских территориальных водах.

Один известный бельгийский бизнесмен, только что прибывший из этой страны и знакомый с ситуацией на Балканах, сообщил, что, судя по имеющейся у него информации, московские гостиницы полны немецких агентов, коммивояжеров и инженеров; но им трудно проникнуть на советские предприятия из-за общего нежелания Советского Союза сотрудничать с Германией.

_________________________________

Журнал Вашингтон, 30 марта 1940 года

В докладе премьера Молотова Верховному Совету 29 марта проскочило важное заявление: для обеспечения мира и безопасности страны необходимо сохранить «позицию нейтралитета и неучастие в войне между крупнейшими державами Европы. Такая позиция основана на заключенных нами договорах, и она полностью соответствует интересам Советского Союза. Эта позиция оказывает вместе с тем сдерживающее влияние на расширение и разжигание войны в Европе и потому она в интересах всех народов, стремящихся к миру и стонущих уже от новых громадных лишений, вызванных войной… Мы… со всей последовательностью будем продолжать нашу внешнюю политику неуклонно и дальше».

Такое заявление важно как подтверждение нейтралитета. Оно опровергает подразумеваемое предположение Риббентропа прошлой осенью о том, что если Франция и Великобритания не прекратят войну против Германии, то Германия и Советский Союз проведут между собой консультации. Это не слишком-то удовлетворит Гитлера.

Дневник Вашингтон, 26 июня 1940 года

Сообщается, что Молотов вручил румынскому послу в Москве ноту с требованием немедленной, в течение суток, уступки Бессарабии и Северной Буковины.

Российская пресса сообщает, что такой шаг урегулирует двадцатидвухлетний конфликт между Россией и Румынией и является одной из «корректировок» Версальского договора и частью плана по содействию миру в Европе.

_________________________________

МОЛОТОВ ПОДТВЕРЖДАЕТ СОВЕТСКУЮ ПОЛИТИКУ НЕЙТРАЛИТЕТА

Дневник Вашингтон, 1 августа 1940 года

Как сообщалось, в том, что касается изменения обстановки в связи с поражением Франции и вступлением в войну Италии, выступление Молотова на заседании Верховного Совета в Москве содержит следующее: «Все эти события не вызвали изменения во внешней политике Союза. Верный своей политике мира и нейтралитета, Советский Союз в войне участия не принимает». События в Европе отнюдь не уменьшают прочность советско-германского пакта о ненападении, а, наоборот, подчеркивают важность его наличия и дальнейшего развития. Вопреки иностранным спекуляциям о возможных разногласиях между сторонами, заявил он, эти отношения основаны на фундаментальных интересах обеих сторон.

_________________________________

«ОТВЕТНЫЙ ВИЗИТ» МОЛОТОВА В БЕРЛИН

Журнал Вашингтон, 14 ноября 1940 года

Молотов и его сотрудники в количестве шестидесяти пяти человек сегодня выехали из Берлина после продолжительных переговоров с Герингом, Гессом и другими промышленными экспертами, а также после второй продолжительной дискуссии с Гитлером и Риббентропом. Официальное коммюнике не дает никакого фактического представления о сути произошедшего, за исключением того, что «достигнуто соглашение по всем важным вопросам, представляющим интерес для Германии и Советского Союза»[92].

По всей вероятности, во всем этом кроется большее, чем кажется на первый взгляд. Советский Союз неоднократно подчеркивал в качестве краеугольного камня своей внешней политики позицию абсолютного нейтралитета и неучастия в европейской войне. Свое соглашение с Германией СССР постоянно описывает как пакт о взаимном ненападении. Московская пресса в течение последнего месяца или около того, кажется, тоже не скупилась на комментарии об эффективности британских военно-воздушных сил и превосходных качествах британских солдат, состоящих из профсоюзных активистов и т. д.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 30 ноября 1940 года

Обедал с президентом. Попросил разрешить мне в начале года покинуть Госдепартамент и уйти в отставку. Я объяснил, что в течение последних пяти лет не уделял внимания ни своим частным делам, ни адвокатской конторе, хотя обязан был это делать. Президент отнесся к этому с пониманием. Он сказал: «Конечно», но при этом попросил, чтобы я был готов к выполнению отдельных конкретных задач, которые он может мне поручить. Он попросил меня немедленно возглавить его инаугурационный комитет, на что я с большой гордостью согласился.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 10 января 1941 года

Сегодня из Берлина пришла новость о подписании так называемого «российско-германского пакта о дружбе». Официальный представитель заявил, что это прекратит «глупые сплетни» об ухудшении отношений между Советским Союзом и Германией и подтвердит то, что обе стороны спокойно работают над улучшением и укреплением своих дружественных отношений. Этот пакт предусматривал урегулирование вопросов, связанных, в частности, с советской аннексией стран Прибалтики и польскими пограничными проблемами.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 18 февраля 1941 года

Рисковать Советы не собираются. Глава Госплана в Москве заявил, что Россия должна приложить все усилия для увеличения производства танков, самолетов и военных кораблей, чтобы держать страну в состоянии готовности к любым непредвиденным обстоятельствам.

_________________________________

РОССИЯ ПРОТИВ ГЕРМАНИИ НА БАЛКАНАХ

Журнал Вашингтон, 3 марта 1941 года

На Балканах наблюдается значительная активность Советов. В прошлом месяце по московскому радио прозвучало сообщение о том, что турецко-болгарский пакт был подписан при активном вмешательстве со стороны России, Греции и Англии, и советский диктор заявил, что если Германия намерена совершить марш через нейтральные территории, то она должна ожидать, что за них придется сражаться. Германии не следует забывать, что между Турцией и Великобританией заключен пакт о дружбе. Позже в том же месяце советское официальное информационное агентство ТАСС заявило о том, что вышеупомянутое сообщение, поступившее через одну из швейцарских газет, не соответствует действительности. Более того, теперь советский МИД выступил с официальным заявлением о том, что болгарское правительство выразило согласие на ввод германских войск в Болгарию с целью «укрепления мира на Балканах». Советский МИД официально уведомил болгарского посланника о своем несогласии с позицией болгарского правительства, что такие действия болгарского правительства ведут не к миру, а к расширению театра войны и что советское правительство, последовательно придерживаясь мирной политики, не станет поддерживать болгарское правительство в проведении его нынешнего курса.

Все это идет вразрез с планами Гитлера.

_________________________________

ЖИЗНЕННЫЕ ИНТЕРЕСЫ РОССИИ БЛОКИРУЮТ УСИЛИЯ ГИТЛЕРА

Дневник Вашингтон, 24 марта 1941 года

В этот день турецкое правительство в Стамбуле выступило с официальным заявлением на основании сообщения, появившегося в иностранной прессе. Речь шла о том, что если Турция будет втянута в войну, то Советский Союз воспользуется этой ситуацией для нападения на Турцию. Советское правительство официально заявило, что эти сведения не соответствуют действительности, добавив, что, в случае если Турция будет вынуждена сопротивляться агрессии и, таким образом, ее заставят защищать свою территорию, она может рассчитывать на полное соблюдение Россией пакта о ненападении между двумя странами и на нейтралитет СССР. И Турция, и Советский Союз жизненно заинтересованы в том, чтобы не допустить выхода немецких войск к Дарданеллам.

_________________________________

РОССИЯ ВМЕШИВАЕТСЯ В ДЕЛА ЮГОСЛАВИИ

Дневник Вашингтон, 5 апреля 1941 года[93]

Между Советским Союзом и Югославией был подписан договор о дружбе и ненападении. Он содержал вот такое необычное заявление: «В случае если одна из договаривающихся сторон подвергнется нападению со стороны третьего государства, другая договаривающаяся сторона обязуется сохранять политику дружбы». Договор должен был действовать в течение пяти лет и потом автоматически продлеваться еще на пять, если за год до истечения не будет подано уведомление о намерении его расторгнуть. Разумеется, под третьим государством подразумевалась не только Италия, но и союзник России – Германия.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 29 апреля 1941 года

В сообщениях газеты «Правда» из Москвы говорится, что 26 апреля в финский порт прибыли четыре немецких транспортных судна с 12 000 военнослужащих, полностью оснащенных танками и артиллерией.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 17 мая 1941 года

Министерство иностранных дел в Москве запретило иностранным дипломатам и сотрудникам консульств совершать поездки в любую из пограничных зон без специального разрешения МИДа. Постоянно курсируют слухи о скоплении большого количества немецких войск на советской границе в Румынии, Польше и Финляндии. Я достоверно информирован, что официальные источники эту ситуацию подтверждают.

_________________________________

Журнал Вашингтон, 23 июня 1941 года

Съездил в Мэдисон на июньскую церемонию вручения дипломов Висконсинского университета и остановился в доме у ректора и его супруги – миссис Дикстра.

После совместного обеда выпускников и моей речи, когда мы уже подъезжали к дому ректора, через лужайку пробежал молодой человек и остановил нас прямо у двери. Это был корреспондент Юнайтед Пресс. Он сообщил нам потрясающую новость: Гитлер напал на Советский Союз. Это была настоящая «бомба». Ему хотелось услышать от меня какое-нибудь заявление по этому поводу. Я сказал, что это все лишь на пользу западным демократиям. В ответ на его вопрос я сказал, что, по моему мнению, своим сопротивлением Красная армия поразит весь мир; и даже если Гитлер захватит значительную часть Украины, это, на мой взгляд, станет лишь началом его проблем. С точки зрения здравого смысла мы должны оказать Советам всю возможную помощь, потому что сейчас им противостояла самой большая угроза для нашей безопасности в мире – угроза гитлеровской агрессии и жажды мирового господства. Это заявление было довольно широко растиражировано прессой, поскольку оно прямо противоречило мнениям едва ли не всех лучших военных экспертов. Однако, что касается меня, то оно было основано не на слухах, а на том, что я видел в России собственными глазами.

ДОПОЛНЕНИЕ

Вот некоторые факты и впечатления, которые не вошли в отчеты.

Заметки о Красной армии

Во время моего пребывания в России – 1937–1938 годы – я встречался с многими командирами Красной армии и советских войск.

В военном плане советское правительство уделяло особое внимание молодежи. Использование молодежи в военных целях характерно для этого режима. Молодежь всегда находилась под наблюдением местных военных властей. Когда девочки и мальчики достигали шестилетнего возраста, для них существовала специальная организация – октябрята, которая энергично поддерживается государством. Из нее дети переходили в другую организацию, пионеры (от 12 до 16 лет), а затем в комсомол (Союз коммунистической молодежи – от 16 до 24 лет). Все это чем-то напоминает наши бойскаутские организации.

В Харькове увидел типичный Дом пионеров. Здание предназначено для развития индивидуальных способностей молодежи в часы досуга. Здесь оборудованы лаборатории, где ребята занимаются под руководством технических инструкторов. Я видел, как они собирали модели миниатюрных самолетов, танков, паровозов, железных дорог и т. д. К таким занятиям военные власти проявляют большой интерес.

Комсомольцы (организация для молодежи от 16 до 24 лет) являлись объектом особого внимания со стороны военных. Они проходят интенсивную физическую подготовку, военные тренировки, учатся меткой стрельбе. Много внимания уделяется прыжкам с парашютом, полетам на планерах, проводятся все виды спортивных тренировок, уроки труда и т. д. Это как если бы мы с самого начала рассматривали Гражданский корпус сохранения и Национальное управление по делам молодежи как школы подготовки для вооруженных сил Соединенных Штатов.

Каждый год около 1,5 млн этих молодых двадцатилетних солдат, прошедших предварительную подготовку, призывались в армию. На различных военных смотрах и демонстрациях на Красной площади у меня была возможность увидеть собственными глазами различные войсковые части Красной армии. Эти подразделения, конечно, были лучшими в армии. Тем не менее все это помогло оценить картину в целом.

Пехота – кадровый состав

Солдаты в строю всякий раз производили сильное впечатление. Их пехота поражала, когда они тысячами маршировали мимо кремлевской трибуны; раздетые до пояса, с обритыми головами, загорелые, как орехи, все в прекрасной спортивной форме – в основном крупные, сильные мужчины. Трудно представить более физически подготовленную группу или военный отряд, марширующую с большей четкостью, чем вот эти солдаты, шагающие в сомкнутом строю с наклоненными вперед плечами и с примкнутыми к винтовкам штыками, устремленными вперед, поверх плеч впереди идущей шеренги. Весь их вид говорил о том, что с такими молодчиками весьма непросто будет совладать на «ничейной земле».

Пролетарская стрелковая дивизия

Среди регулярных воинских частей, смотр которых проводил маршал Ворошилов, было около 6000 гражданских, которые маршировали в ротном строю, вооруженные винтовками, но все в разношерстной штатской и не слишком добротной одежде. Это был предварительный смотр организованных партизанских групп, которые Красная армия сейчас использует для совершения рейдов на немецкие коммуникации в так называемой «глубокой обороне», одном из средств противостояния блицкригу, взятом на вооружение советскими стратегами. Это важное указание на то, что даже в 1937 году кремлевские чиновники предвидели немецкое наступление, которое должно было привести к захвату западной части России, и уже тогда готовились разместить эти «пролетарские стрелковые дивизии» в тылу у наступающих немецких боевых порядков. Это составляло неотъемлемую часть тактики «выжженной земли» советской гражданской обороны.

Механизированные подразделения

Насколько я понял, Красная армия по своему техническому оснащению выгодно отличалась от великих армий Европы. На тот момент считалось, что она имеет около 4000 танков различных типов, готовых к немедленному применению, и на основании того, что я сам видел на заводах тяжелой промышленности, и того, что получил из прочих информированных источников, я был уверен, что СССР уже на пути к массовому производству танков, притом высокими темпами. Последующие события лишь подтвердили такое мнение. В День Красной армии в 1938 году около 480 танков, некоторые огромных размеров, а некоторые – более легкие, промчались по Красной площади со страшной скоростью, которая, по слухам, составляла от 35 до 65 миль в час. Военные эксперты того времени говорили мне, что это хорошие показатели. Было отмечено, что при вводе танков в город и формировании этих механизированных частей перед прохождением по Красной площади было зафиксировано на редкость мало поломок или сбоев.

Приверженность российской молодежи авиационной доктрине

Что касается советской военной мощи, то одна вещь произвела на меня весьма сильное впечатление. Речь идет об авиационном мышлении русских людей. В любом, даже самом маленьком, городе СССР есть так называемый «Парк культуры и отдыха», и почти везде среди прочих игр и развлечений в этих парках есть высокие вышки для прыжков с парашютом. Во все «дни отдыха» (праздники) вокруг этих вышек полно детей и молодежи, жаждущих совершить прыжок с парашютом. Говорят, в Москве насчитывалось несколько сотен тысяч (сейчас утверждают, что уже миллион) юношей и девушек, которые получили официальные награды и знаки отличия за то, что совершили по три прыжка с парашютом с самолета, с высоты не менее 2000 футов. В качестве иллюстрации этой ситуации я вспоминаю, что во время обеда, который нарком иностранных дел Литвинов устраивал для некоторых представителей дипломатического корпуса, в столовую вбежала его восемнадцатилетняя дочь, прелестная девушка. Она была полна радости и воодушевления по поводу того, что только что совершила свой третий прыжок, дающий право вступить в заветный отряд парашютистов.

Армейская и офицерская подготовка

В 1939 году Ворошилов доложил на партийном съезде, что Красная армия расширила систему военных институтов, учрежденную Фрунзе в начале 1920-х годов. Теперь он мог сообщить, что в стране имеется шестьдесят три школы сухопутных войск, в которых десятки тысяч молодых людей, получивших среднее образование, проходят офицерскую подготовку. Успешное окончание училища давало право на получение звания лейтенанта. Тридцать две летные школы и инженерно-авиационные училища, по его словам, готовили авиационных специалистов и технический персонал. Кроме того, существовало четырнадцать академий и военных университетов для мужчин с университетским образованием, предназначенных для подготовки высшего командного состава. Эти университеты, по его словам, также предоставляли вечерние курсы, на которых обучалось около 15 000 командиров и других высших армейских офицеров. Как мне сообщили, советские учебники по военной стратегии пользуются всеобщим уважением в профессиональных армейских кругах других стран, особенно в Германии.

Серьезность вступительных испытаний

Во время бесед, которые у меня состоялись в то время с некоторыми военными экспертами в Москве, мне заявляли, что в последние годы экзамены и тесты для поступления в эти высшие военные школы были самыми строгими и скрупулезными. Высший офицерский состав набирался на основе конкурсного отбора из наиболее пригодных, самых способных, взятых из вышеупомянутого огромного резерва военных кадров.

Моральный дух офицеров и солдат

К 1937 и 1938 годам количество бывших царских офицеров, которые командовали частями Красной армии, сделалось ничтожно малым. Их заменили молодые люди, выпускники многочисленных военных училищ, созданных Фрунзе и Ворошиловым. Типичным офицером Красной армии в 1937 году был человек, прошедший специальную школу соответствующего рода войск и, кроме того, окончивший один из высших военных институтов или академий, которые готовили офицеров для командной службы и работы в Генеральном штабе. Его военная квалификация для командования небольшими подразделениями считалась превосходной. Его квалификацию для командования более высокими подразделениями предстояло подтвердить. В целом это был человек прекрасного телосложения, амбициозный, полный энергии и принимал как часть своей работы те тяготы и лишения, которые обычно не выпадали на долю офицеров в армиях других стран.

Власть имущие рано осознали и никогда не упускали из виду тот факт, что их успех зависит в конечном счете от лояльности и поддержки армии. Казалось, ради Красной армии народ и правительство Советской России готовы на все. Прилагались огромные усилия, чтобы внушить офицерам и призывникам преданность своему правительству и своей стране. По имеющимся данным, в учебных планах военных училищ 60 % учебного времени отводилось на военную подготовку и 40 % – на изучение коммунизма.

Мне сказали, что устранение высших командиров в результате чисток привело к продвижению по службе множества молодых офицеров, которые, не имея опыта своих предшественников, вероятно, восполняли его большей энергией, преданностью и верностью правительству. Также поговаривали, что эти перемены привели к тому, что рядовой солдат почувствовал себя более защищенным и поверил, что его судьба теперь находится в руках более надежных и преданных офицеров, чем те «троцкистские предатели, которых постигла заслуженная участь».

В связи с вопросом о моральном духе необходимо всегда помнить, что средний солдат – это чаще всего человек в возрасте до 30 лет. То есть в 1917 году, когда Советы пришли к власти, ему было около семи лет. В эпоху «нежной юности» советское правительство заботится о том, чтобы всеми возможными средствами внушить молодому человеку принципы коммунизма, величия Советской России и разъяснить, в чем теперь состоит его долг и какая его как большевика ждет судьба. Не все понимают, что в таких условиях коммунизм становится религией, а одним из главных принципов Коммунистической партии является абсолютная преданность партии и беспрекословное повиновение ее руководству. В тогдашней ситуации это означало верность Сталину. В этой связи следует также отметить, что все средства пропаганды – печатная пресса, рекламные щиты, театры, кинотеатры, школы, книги, журналы – контролируются правительством и используются для достижения цели: пропитать общество преданностью режиму, коммунизму, страхом перед угрозой иностранного вторжения, гордостью за русский национализм и преданностью «Матушке-России». Безусловно, в это время правительство предпринимало шаги по укреплению лояльности Красной армии. Офицерское довольствие было значительно увеличено. Быстрое расширение программы обороны предоставляло все больше возможностей для командования и повышало ответственность.

В тот период моральный дух армии также подкреплялся победами Красной армии над японской армией на озере Хасан и на реке Амур. Кремль никогда не забывал, что на Востоке ему противостоят самураи, а на Западе – нацисты. Для решения этой проблемы были созданы две совершенно отдельные вооруженные группировки, одна в Европе, другая в Сибири, каждая из которых являлась самостоятельной и предназначалась для ведения самостоятельных военных действий, не ожидая помощи от другой. Мне сообщили, что на Дальнем Востоке Особая Краснознаменная армия насчитывала 400 000 человек и была оснащена независимым резервом в виде двухгодичного запаса боеприпасов, провизии и прочих материалов. Большая часть советских войск была сосредоточена в районах, прилегающих к западной границе. Именно во время кризиса, связанного с «чистками», японские стратеги усмотрели для себя первую возможность «испытать» силу русской армии на Востоке. От результатов этого столкновения державы оси особого утешения не получили. В то время один высокопоставленный японский чиновник сообщил мне, что сила и эффективность механизированных войск и пехоты СССР весьма впечатлили и вызвали в японских кругах весьма значительные опасения по поводу мощи Красной армии.

Внутренние и внешние факторы, влияющие на советскую оборону

В этой ситуации наметился еще один очень важный фактор. Армейская и оборонная деятельность СССР в 1937–1938 годах отнюдь не была статичной. Это были годы невероятного напряжения и, как следствие, развития и укрепления страны. Ежедневно проявлялись признаки сильной тревоги внутри правительства, и все руководство трудилось днем и ночью, стремясь уберечь свой режим. Признаки большой государственной активности в области обороны проявлялись везде и вся.

Это происходило и за месяцы перед Мюнхеном, когда лихорадочно возводился Западный вал, на строительстве которого трудились сотни тысяч человек. Это было время, когда советское правительство направило Польше уведомление о том, что в случае нападения Германии на Чехословакию Россия выполнит свои обязательства и встанет на стороне Франции как своего союзника. Правительство официально уведомило поляков о своем желании расторгнуть пакт о взаимном ненападении в соответствии с условиями договора. Война и вновь война – с каждым новым кризисом – в это время постоянно витала в московском воздухе. Параллельно с этим, естественно, происходили весьма радикальные вещи, связанные с вооруженными силами и обороной Союза. После «чисток» всю армию энергично перетряхнули и реорганизовали с целью более плотного централизованного контроля и управления. После вторжения Гитлера в Австрию и в связи с чешским кризисом были созданы новые укрепрайоны. Ситуация с Японией приобрела критический характер и серьезно обострилась после Амурского инцидента. Дальневосточная Краснознаменная армия была разделена на две отдельные единицы. Общий численный состав артиллерийских дивизионов был увеличен с 13 000 до 18 000 человек. До и после Мюнхена лихорадочно укреплялись уязвимые участки границ, создавались глубокие зоны укрепленных районов. Строились «бункеры». Увеличивалось количество танков, танковых и прочих механизированных частей.

Об этой грандиозной оборонительной программе и расширении вооруженных сил ясно свидетельствуют бюджетные ассигнования на вооруженные силы и флот на эти годы. В 1937 году правительство израсходовало на военные приготовления и флот около 23 млрд рублей. В 1938 году на следующий год выделено почти вдвое больше – 40 млрд рублей на военные нужды и флот и еще около 25 млрд рублей на оборону и охрану военно-промышленных объектов, капитальные и военные нужды. В 1939 году оборонный бюджет предусматривал выделение 82 млрд рублей на следующий год; а в 1940 году государственный бюджет предусматривал выделение в общей сложности около 105 млрд рублей на военные нужды, флот и оборону военно-промышленных объектов. Эти расходы огромны. Внешний мир не знал или не оценил ту грандиозную кампанию России по подготовке к обороне, которая тогда планировалась.

Короче говоря, в течение этих трех лет средний объем ассигнований составлял около 6 млрд долларов ежегодно на одну только оборону – сумма, превышающая общий доход правительства Британских островов и почти равная общегодовому доходу правительства Соединенных Штатов от федерального налогообложения.

К концу 1938 года генерал Ворошилов констатировал, что по сравнению с 1934 годом количество бронемашин увеличилось в семь с половиной раз; количество танков и танковых подразделений выросло в три раза. Зенитные и противотанковые орудия и танковая артиллерия количественно росли быстрее, чем другие рода войск. Численность войск химзащиты была удвоена. Было публично объявлено, что потолок зенитных орудий удвоен. Ворошилов публично заявил, что количество истребителей увеличено в три раза; что их прожекторная, автотранспортная и другие службы полностью реорганизованы как по качеству, так и количественно; что количество легких и боевых самолетов и самолетов сопровождения увеличилось в два раза; что бомбовая нагрузка для бомбардировщиков выросла втрое. В докладе на съезде партии он сделал поразительное заявление о том, что Красная армия располагает истребителями, развивающими скорости более 500—1000 километров в час и с потолком от 14 000 до 15 000 метров[94].

Сталин тогда заявил: «Вторая всеобщая империалистическая война стала неизбежной». Ворошилов сказал: «Мы знаем, как никогда, что единственной надежной гарантией против военного нападения на Советское государство является поддержание Красной армии и флота в состоянии реальной и постоянной военной готовности».

Советские лидеры ясно видели не только прогресс, но и конечную цель агрессии, которую вынашивали Гитлер и Муссолини. 1937 и 1938 годы в плане подготовки к войне были для Советской России такими же, чем 1940 и 1941 годы – для Соединенных Штатов. Чехословакия тогда играла для России такую же роль, какую сейчас играет Британия для Соединенных Штатов. Когда чехословацкие бастионы пали, а Франция – в угоду Гитлеру – отказалась разрешить своему союзнику участвовать в Мюнхенском соглашении, Россия потеряла единственную надежду защититься не только за счет собственных сил. Именно в связи с этим были выделены новые огромные ассигнования и разработаны обширные дополнительные планы по возведению или расширению заводов и производству танков, самолетов и военного снаряжения не только на Донбассе, но и в глубине страны.

Американские авиационные и другие инженеры в то время говорили мне, что производительность заводов под управлением военных комиссариатов оказалась намного выше, чем под гражданским управлением. Во время своих инспекционных поездок на заводы в промышленных регионах многое указывало на то, что военные не сидят сложа руки.

_________________________________

Журнал Вашингтон, 7 июля 1941 года

К своему изумлению, обнаружил, что мой друг Линдберг, судя по его заявлениям, предпочел бы нацизм коммунизму. Поверить не могу, что он такое сказал, но сведения представляются мне вполне авторитетными. Если это так, то очень жаль. Это идет вразрез и с традициями его народа, и с карьерой его отца.

Это был бы отчаянный выбор, но между ними (нацизмом и коммунизмом) существует весьма большая разница. Мы должны быть бесконечно благодарны за то, что нам самим делать такой выбор не приходится. Принятая у нас форма правления – лучшая из всех, придуманных человеком, и демократия еще далеко не мертва. Она продемонстрировала свои резервы при возникновении критических ситуаций, как это было в Дюнкерке и в Лондоне в сентябре, и здесь, в реакции нашего собственного народа на агрессию Гитлера. Говорить о необходимости выбора между двумя вариантами – это, на мой взгляд, пораженческая позиция и нехороший американизм. Мы не должны признавать, что такой выбор необходим или возможен. Наша демократия – лучшая форма правления.

И Германия, и Советская Россия – государства тоталитарные. Оба государства реалистичны, оба сильны и безжалостны в своих методах. Однако существует одно различие, и оно ясно как божий день. Его нетрудно проиллюстрировать. Если бы Маркс, Ленин или Сталин твердо придерживались христианской веры, будь то католической или протестантской, и если бы в силу этого факта коммунистический эксперимент в России проектировался на такой основе, он, вероятно, был бы объявлен одной из величайших попыток христианского альтруизма в истории по воплощению идеалов братства и милосердия, проповедуемых в Евангелии Христовом, в управлении людьми. Дело в том, что христианская религия может быть навязана коммунистическим принципам без ущерба для экономических и политических целей, главная из которых основана на «братстве людей». Если применить тот же тест к нацизму, то разница между ними становится очевидной. Принципы христианской религии не могут быть навязаны нацистской философии без разрушения политической основы государства. Нацистская философия ставит государство над христианской религией и, по сути, сама по себе является таковой. Именно поэтому она стремилась уничтожить христианство в Германии путем гонений. Нацистская философия создает правительство, которое фактически построено на отрицании альтруистических принципов христианства. Нацистское государство обожествляется. Для него война – это добродетель. Братская любовь, милосердие, справедливость и христианские добродетели представляют собой признаки слабости и упадка, если противоречат утилитарным потребностям государства. Государство – это церковь и конфессия. Сила, власть, мощь, как выражение нордической и расовой религии, являются основой нацистской идеологии.

Навязать христианскую религию нацизму было бы невозможно. Они абсолютно противоположны.

В этом и заключается разница – коммунистическое Советское государство могло функционировать с христианской религией в достижении ее основной цели – служить братству людей. Для нацистского государства такое невозможно. Суть коммунистического идеала в том, что государство может исчезнуть и сделаться ненужным по мере продвижения человека к идеальному братству. Нацистский идеал прямо противоположен – государство является высшей целью всего.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 7 июля 1941 года

Сегодня обедал с Самнером Уэллсом, который исполняет обязанности госсекретаря Халла в его отсутствие. Хотел обсудить с ним обстановку в России. Черчилль только что объявил, что Великобритания окажет «тотальную» помощь России как союзнику, невзирая ни на какие конфликтующие идеологии и без всякой задней мысли о будущих послевоенных проблемах. Я призвал Соединенные Штаты сделать то же самое энергично и быстро по двум причинам: во-первых, несмотря на богатство и военную мощь, которые, как я полагаю, имеются у России, о чем свидетельствуют мои доклады оттуда, все же сомнительно, чтобы вторая линия их обороны – военно-промышленное производство – смогла в долгосрочной перспективе противостоять немецкой военной промышленности и что России в конечном итоге придется получать военные поставки отсюда; во-вторых, советские лидеры и русский народ горды и крайне восприимчивы. Франция и Британия совершили большую ошибку. Они пренебрегли русскими в 1938 и 1939 годах с едва ли не катастрофическим эффектом и, по сути, подтолкнули Советы к сближению с Гитлером. Это нападение Гитлера, на мой взгляд, стало Богом данным переломом в смертельной ситуации для неагрессивных наций, и советское сопротивление должно быть простимулировано всеми возможными способами. В случае частичного успеха на Украине Гитлер наверняка выдвинул бы им предложения о мире на основе статус-кво. Нельзя допустить ситуации, когда советские лидеры могут подумать, что их попросту использовали и подставили. Человеческая природа никуда не делась. Лично я считаю, что советские лидеры не менее реалистичны и практичны, чем все остальные государственные деятели в Европе, и были бы склонны отвергнуть любое мирное предложение такого рода, потому что знают, что обещаниям Гитлера верить нельзя. Они не из тех, кто снова сядет на раскаленную плиту. Тем не менее мы не должны отказываться от их помощи, ведь они сражаются с гитлеризмом.

Ум Уэллса сродни швейцарским часам. Это убежденный индивидуалист, демократ и, естественно, враждебно относится к коммунизму, но разумом и сердцем он весь в борьбе за спасение страны от нацистской угрозы. Он отметил основательность моей точки зрения и спросил, видел ли я заявление – уже опубликованное, – которое некоторым образом переплеталось с высказанными мной мыслями. Я его не видел. В принципе, сказал он, мы согласны, поскольку Советы боролись с Гитлером и потому отстаивали нашу безопасность здесь, в Соединенных Штатах, как в религиозной, так и в политической сфере.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 8 июля 1941 года

Мой старый друг, Джим Бирнс, попросил меня приехать в Белый дом на церемонию принятия им присяги на пост судьи Верховного суда. Присягу принимал председатель Аппеляционного суда Дик Уэйли, еще один закадычный друг сенатора и один из моих старинных приятелей. Церемония проходила в кабинете президента. Там был еще Гарри Хопкинс, и сразу после церемонии я поднялся с ним в его кабинет в Белом доме, чтобы поговорить о ситуации в России. Я все рассказал и настоятельно рекомендовал ему самому разобраться в ситуации; мои депеши из России дали бы ему много материала, основанного на том, что я увидел сам, а не на желании выдать желаемое за действительное. На стене висела большая военная карта Европы. Я указал на карте, где за Уралом располагались различные военные заводы, построенные еще в 1937 году. Я рассказал о своем предложении президенту передать Сталину, что Соединенные Штаты окажут России всю посильную помощь в борьбе против Гитлера.

_________________________________

СОВЕТЫ ПЕРЕБРАСЫВАЮТ ПРОМЫШЛЕННЫЕ ПРЕДПРИЯТИЯ

Журнал Вашингтон, 9 июля 1941 года

Сегодня у меня дома со мной обедал посол Уманский. Я спросил его, существует ли опасность того, что в случае падения Ленинграда промышленное оборудование попадет в руки немцев. Он заявил, что, судя по имеющейся у него информации, принимаются меры по демонтажу и вывозу всего оборудования такого рода задолго до того, как опасность станет неминуемой.

В Москве на меня очень большое впечатление произвело воодушевление, с которым здесь трудятся люди и выполняются различные работы. Это было видно по темпам достройки мостов у Красной площади к празднованию Дня Красной армии и во многих других ситуациях. Тейлор, управлявший резиденцией посольства и ездивший с нами в Москву, порой сетовал на лень русских «домашних мальчиков», но он часто говорил, что, когда они приступали к работе, каждый из них трудился за троих. Этот типичный «резерв нервной и физической энергии», без сомнений, применяется в «скачкообразном» перемещении промышленного оборудования, составляющим часть политики «выжженной земли», заложенной Сталиным.

Уманский неохотно согласился со мной, что гитлеровским войскам, возможно, удастся захватить часть Украины, но, на его взгляд, это будет лишь небольшая часть.

В ответ на мой вопрос он сказал, что, несомненно, правительство и Верховное командование Красной армии строили свои планы с учетом такого развития ситуации. Заранее разработанные планы советского правительства уже предусматривали перемещение штаб-квартиры правительства вглубь страны на тот случай, если падет Москва. Они включали в себя создание независимой и самодостаточной армии с соответствующим снабжением, которая будет находиться в резерве для вышеупомянутой новой базы. План кампании, который разработали советские военные стратеги, не предусматривал и не допускал решающего сражения на Западном фронте, как опасались некоторые здешние стратеги и комментаторы. Этот план предусматривал определенную стратегию отхода, с тем чтобы оттянуть врага вглубь страны, растянуть его коммуникации и постепенно изматывать его, заставляя дорого платить за каждое продвижение вперед.

Он сказал, что рассказы с фронта, в которых описываются успехи советской обороны против механизированных немецких атак, просто поразительны. Стратегии, разработанные русскими, которые противостоят нацистским танковым и воздушным атакам, по сути, пишут новую главу в истории военной науки.

Его очень воодушевило выраженное президентом желание оказать быструю и оперативную помощь Советскому Союзу в его борьбе с Гитлером. Он был весьма обеспокоен тем, что мы, возможно, теряем время – пусть и вынужденно – на военные поставки Красной армии, так как «каждый день там гибнут люди».

_________________________________

НОВЫЕ САМОЛЕТЫ РОССИИ

Дневник Вашингтон, 12 июля 1941 года

В этот день я обедал с послом Уманским в советском посольстве. По его словам, через несколько дней сюда должен прибыть генерал Голиков, помощник начальника Генерального штаба Красной армии.

Он говорит мне, что у Красной армии появился новый самолет МиГ-3, это истребитель, который совсем недавно поступил в производство. Многие признают, что по конструкции и характеристикам истребитель превосходит британские «харрикейн» и «спитфайр» и намного превосходит немецкий «мессершмитт» и прочие немецкие истребители на Западном фронте. Он также описал их новый тип тяжелого бронированного фронтового бомбардировщика под названием «штурмовик». По потолку, мощности, скорости и бронезащите он превосходит все подобные самолеты, которые до сих пор появлялись на этой войне. По его словам, самолет достаточно быстр, а также неплохо защищен, чтобы иметь возможность совершать длительные бомбардировочные рейды без необходимости истребительного сопровождения.

Уманский трудится днем и ночью и добывает спецификации, списки материалов, которые советское правительство хочет получить немедленно, а также предоставляет нашему военному министерству всю требуемую информацию. Он весьма обеспокоен задержками в поставках материалов.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 15 июля 1941 года

В отсутствие госсекретаря Халла я встретился с исполняющим его обязанности Самнером Уэллсом. Беседу я предварил заявлением о том, что считаю жизненно важным и, возможно, поворотным пунктом войны, чтобы Россия получила всю возможную помощь от нашей страны, и как можно быстрее. Я был настолько глубоко озабочен этим вопросом, что хотел бы оказать любую возможную помощь, – разумеется, бесплатно, – советскому посольству. Однако мне не хотелось этого делать, если не будет полного понимания со стороны Государственного департамента о том, что я делаю это, не представляя никого, кроме себя лично, и что Департамент полностью согласен с таким моим порывом. Уэллс сказал, что все понимает и уверен, что Департамент тоже поймет все правильно; что и он, и Департамент полностью уверены, что все мои действия будут обусловлены тем, что моя лояльность, прежде всего, всегда связана с Соединенными Штатами и политикой президента и Государственного департамента (что, конечно, так и есть).

_________________________________

Дневник Вашингтон, 16 июля 1941 года

Сегодня в кабинете президента состоялось долгое совещание. По его словам, в Москве Штейнхардт отлично справляется со своей работой, о чем свидетельствуют его доклады оттуда. Ему также хотелось узнать и мою точку зрения на ситуацию. Он заметил, что в прессе появилась статья о том, что, по моему мнению, степень сопротивления русской армии «поразит мир» и что это мнение расходится с мнением большинства военных экспертов и других людей, которые знают Россию. Я подробно изложил ему основания для высказывания такого мнения и привел некоторые факты, которые не были отражены в моих докладах Департаменту.

_________________________________

18 июля 1941 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГАРРИ ХОПКИНСУ

Мой дорогой Гарри!

Вот краткий меморандум, охватывающий вопрос, который мы обсуждали. У меня нет копии сводки, которую я составил, когда покидал Россию в июне 1938 года. Она хранится в Государственном департаменте. Вы можете легко получить его по запросу. В нем, как мне представляется, приведен достаточно точный обзор советского режима и советской армии того времени. Полагаю, что тридцати минут чтения будет достаточно, чтобы уловить его суть. Думаю, в этом отчете вы найдете немало полезного для оценки нынешней ситуации.

Меморандум о положении в России

Сопротивление русской армии оказалось более эффективным, чем ожидалось. По всей вероятности, результат будет зависеть от воздушной мощи сторон. Если Гитлер будет доминировать в воздухе, вероятно, в Белоруссии и на Украине произойдет то же самое, что произошло во Фландрии и во Франции, а именно мы увидим неспособность сухопутных войск без эффективной защиты с воздуха противостоять комбинированной атаке авиации, механизированных сил и пехоты.

В этом случае Гитлер захватит Белоруссию, Москву и Украину, что обеспечит ему 60 % сельскохозяйственных ресурсов и 60 % промышленного производства России.

Во время моего пребывания в России и за несколько лет до этого – и, я уверен, сейчас – весьма значительная часть Красной армии выделена для обороны востока страны от Японии. В 1938 году компетентные российские официальные лица сообщили мне, что эта армия является абсолютно самодостаточной и обеспечена провиантом, боеприпасами и прочими ресурсами, достаточными для независимой двухлетней кампании, даже будучи отрезанной от западной части России.

Кроме того, в глубине страны находилась так называемая Волжская армия, насчитывавшая 400 000–500 000 регулярных войск, которые можно было держать в качестве резерва для отступления. В то время в глубине Сибири, примерно в 1000 милях к востоку от Москвы, также были построены огромные сталелитейные и авиационные заводы.

Если Сталин будет вынужден отступить на восток, то, вероятно, эти войска он держит именно на такой случай. Уральские и Кавказские горы представляют собой очень мощный естественный барьер для наступления механизированных частей врага.

Если Германия оккупирует Белоруссию и Украину, как вполне может произойти, а Сталин отступит вглубь страны, то Гитлер столкнется с тремя ключевыми проблемами:

1. Партизанской войной.

2. Саботажем со стороны населения, возмущенного тем, что «святая матушка-Россия» подверглась нападению врага.

3. Необходимостью поддержания порядка на завоеванной территории и обеспечения ее продуктивности.

В 1918 году при аналогичных обстоятельствах на Украине немцы обнаружили, что не получили те 80 % сельскохозяйственной и прочей продукции, которую, как они обоснованно полагали, могли бы получить.

Очевидно, в таких обстоятельствах Гитлер был бы заинтересован склонить Сталина к мирному соглашению, основанному на тогдашнем статус-кво. Это оставляло бы Сталину возможность искать выходы на юг и восток – в Китай и, возможно, в Индию.

Даже если Гитлер захватит Украину и Белоруссию, Сталин, по всей вероятности, сможет в течение продолжительного времени продержаться за Уралом.

Из моих наблюдений и бесед с различными людьми начиная с 1936 года считаю, что ни одно правительство в мире, кроме правительства Соединенных Штатов, не видело более отчетливо угрозу со стороны Гитлера для мира и необходимость коллективной безопасности и альянсов между неагрессивными странами, чем советское правительство. Они были готовы биться за Чехословакию. Они расторгли пакт о ненападении с Польшей до Мюнхена, потому что хотели расчистить путь для прохода своих войск через Польшу, чтобы в случае необходимости прийти на помощь Чехословакии для выполнения своих договорных обязательств. Даже после Мюнхена и весной 1939 года советское правительство согласилось встать на сторону Британии и Франции, если Германия нападет на Польшу или Румынию, но настояло на проведении международной конференции неагрессивных стран, чтобы объективно и реалистично определить, что каждая из них может сделать, а затем уведомить Гитлера о своем совместном сопротивлении. Они утверждали, что это единственное, что способно остановить агрессию Гитлера против мира в Европе. Чемберлен отклонил это предложение, поскольку Польша и Румыния возражали против участия России. И потом Великобритания стала продвигать и заключать свои катастрофические односторонние соглашения.

Всю весну 1939 года Советы, опасаясь, что их используют как орудие в чужих руках и оставят сражаться с Гитлером один на один, пытались добиться конкретного соглашения, которое предполагало бы единство действий и координацию военных планов, чтобы остановить Гитлера.

Еще в августе 1939 года комиссии Франции и Германии находились в Москве с вышеназванной целью. Однако Великобритания отказалась предоставить России такие же гарантии защиты в отношении Прибалтийских государств, которые Россия давала Франции и Великобритании в случае агрессии против Бельгии или Голландии. Советы убедились, – притом не без оснований, – что с Францией и Британией невозможно заключить эффективное, прямое и практичное генеральное соглашение. Они были вынуждены заключить пакт о ненападении с Гитлером.

Советский Союз с самого начала не переставал оказывать помощь и содействие Китаю.

На протяжении всего периода своего участия в Лиге Наций советское правительство энергично и смело вело борьбу за защиту малых народов. Так было в случае с Эфиопией и Испанией.

Ни одно правительство, кроме Советов, не видело более отчетливо и не заявляло с большей ясностью, что делает и будет делать Гитлер и что необходимо ради сохранения мира и предотвращения развязывания войны Гитлером. И это так и есть, независимо от того, двигали ли ими идеологические порывы или забота о безопасности собственного народа.

Со стороны советских руководителей я встретил неподдельное дружелюбие к Соединенным Штатам, которое, возможно, зиждется на том, что у них нет ничего, что хотели бы иметь мы, а у нас нет ничего, что они могли бы взять; поэтому между нашими двумя народами существовала естественная основа для политики по принципу «живи сам и дай жить другим». Советы горько возмущались тем, что Британия и Франция смотрят на них свысока, и это усиливало их недоверие и в конечном итоге привело в лагерь Гитлера.

Что касается Японии, то нам, очевидно, выгодно иметь в тылу Японии дружественную нам Россию. Считаю, что у них нет намерений продвигать коммунизм в Соединенных Штатах сразу после этой войны, ни в течение многих лет после нее. Я боюсь, что у них сложится впечатление, будто Соединенные Штаты лишь используют их, и если возникнут и найдут выражение опасения, что Соединенные Штаты являются их капиталистическим врагом, то это сыграет на руку Гитлеру, и можно смело рассчитывать, что он использует это в своих усилиях по заключению перемирия или мира на русском фронте после того, как захватит Украину и Белоруссию. Необходимо прямо заявить Сталину, что мы решительно настроены победить Гитлера и что наша историческая политика дружелюбного отношения к России никуда не делась.

С верой и правдой,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

СТРАТЕГИЯ СОВЕТСКОГО ВЕРХОВНОГО КОМАНДОВАНИЯ

Журнал Вашингтон, 31 июля 1941 года

Сегодня в кабинете Белого дома встретил генерала Филиппа Ивановича Голикова, помощника начальника Генерального штаба Красной армии, который только что прибыл через Лондон с русского фронта. Типичный русский. Ростом не очень высок, но производит впечатление человека большой физической силы; когда он говорит, в нем чувствуется сильная внутренняя жизненная сила, которая подкрепляется спокойной сдержанностью. Он не говорит по-английски.

Из того, что я узнал через посла Уманского, могу сказать, что очень верю в силу русской обороны. Гитлер напал на СССР без всякого предупреждения; но разведка Красной армии знала о том, что Гитлер замышляет войну, и была готова к любому исходу. Первоначально Гитлер получил большое стратегическое преимущество за счет внезапного нападения. Подсчитано, что в этом наступлении Гитлер задействовал около 30 тысяч танков. «Красная армия также имела очень большое количество танков».

Советский Генеральный штаб был хорошо знаком, благодаря наблюдениям во Франции, с техникой танковых атак и разработал оборонительную тактику. Они опробовали ее в ходе стратегического отступления, которое Красная армия проводила через Прибалтику. Это было связано со значительным риском, но они чувствовали, что у них есть чем ответить. Проще говоря, техника заключалась в том, чтобы позволить наступающим механизированным клиньям пройти через русские оборонительные порядки, после чего русские войска возьмут их в клещи и, наконец, перейдут в контрнаступление против атакующего врага. Было признано, что некоторая значительная часть их армии может оказаться в окружении, но ожидалось, что они будут пробиваться, и потери заранее признаны приемлемыми.

Он заявил, что на некоторых участках будут сражаться до последнего солдата. Планы Верховного командования предусматривают создание сильной резервной армии и самодостаточной экономики за Волгой и на Урале, чтобы поддержать там правительство, в случае если Гитлер захватит значительную часть Украины. Он подтвердил заявление Уманского о том, что русские уже демонтируют свои заводы в опасных зонах и переправляют оборудование на восток.

К регулярной немецкой армии он относился с большим уважением; немцы, по его словам, хорошие бойцы, но он считает, что они не настолько хороши, как солдаты советских регулярных войск. Немецкий резерв состоит в основном из молодых солдат, которые не так хороши и не смогли бы выдержать русскую штыковую атаку.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 3 сентября 1941 года

Имел долгую беседу с послом Уманским. Его правительство поручило ему сопровождать делегацию в Москву и участвовать там в работе русского комитета.

Уманский не считает, что ему следует вернуться в США на пост посла. Он считает, что новый человек на этом месте может оказаться более продуктивным. Он считает, что ему пришлось нелегко в то время, когда его правительство являлось союзником Германии. Это, по его мнению, неизбежно затрудняет его работу по сравнению с новым человеком. Он занимает весьма официальную и вместе с тем превосходную личную позицию в данной ситуации.

За последние несколько недель Уманский очень сильно вырос в моих глазах. Ему пришлось нелегко с американской общественностью, как в качестве цензора прессы в Москве, так и здесь во время «давней заварушки». Нахожу его очень прямым и откровенным, и он всегда старался быть честен со мной. Уважаю такую позицию. Это говорит о масштабах его личности. Я выразил надежду, что Литвинов приедет сюда в качестве посла в том случае, если не вернется Уманский[95].

_________________________________

ФИНАНСИРОВАНИЕ СОВЕТСКИХ ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ ЗАКУПОК

Журнал Вашингтон, 3 сентября 1941 года

Вчера вечером ужинали в доме Уилла Клейтона (устроили мальчишник). Это исключительно способный бизнесмен с превосходной репутацией и одна из тех выдающихся личностей в стране, которых Джесси Джонс смог привлечь в свою организацию здесь для государственной службы во время чрезвычайной ситуации. Он занимался экспортной продукцией, которую Россия могла бы предложить в обеспечение кредита для покрытия срочных военных закупок. На вечер он пригласил Гарри Хопкинса, Эверелла Гарримана, Джесси Джонса, Джима Форестолла и меня. Гарриман был прямо-таки в ударе, стремясь выработать пути и средства для незамедлительной поставки грузов в Россию. Через неделю он уезжает со своей делегацией.

Советское агентство «Амторг» почти исчерпало наличные средства и должно выполнить свои текущие обязательства либо нарушить свой многолетний опыт быстрой и своевременной оплаты американских товаров. Посол Уманский смог добиться некоторых авансовых платежей за поставки золота, которое направлялось в Соединенные Штаты. Но этого было недостаточно. Над решением этих проблем работал Гарриман вместе с секретарем Джонсом и Клейтоном. Гарри Хопкинса задержали другие дела, и он приехать не смог. Гарриман держит все под контролем. В Москве он сможет неплохо потрудиться. Любые возможные опасения советских лидеров по поводу его «капиталистических корней» быстро отойдут на второй план, когда они увидят его в действии.

_________________________________

Дневник Вашингтон, 10 сентября 1941 года

Сегодня днем я устроил коктейль-вечеринку в честь трех знаменитых русских летчиков, только что прибывших в Вашингтон. В сопровождении сорока других летчиков они прилетели на Аляску на собственном самолете, а затем переехали в Сан-Франциско. Это были бригадный генерал Михаил Громов, полковник Андрей Юмашев и полковник Георгий Байдуков. Все имеют высшую награду СССР Герой Советского Союза. Они совсем недавно участвовали в настоящих боях. На встречу с этими джентльменами я пригласил руководителей правительства, репортеров и многих членов дипломатического корпуса. Они не очень хорошо говорили по-английски, поэтому я спросил, не будут ли они возражать против того, что им зададут вопросы, связанные с их боевым опытом. Они великодушно согласились, и в качестве переводчика выступил посол Уманский. Итак, на лужайке мы собрали семьдесят или восемьдесят человек, которые обступили гостей и вскоре получили весьма интересную информацию. Начнем с того, что все они симпатичные люди. Генерал Громов – ученый, а также выдающийся военный и летчик. Говорили они со знанием дела, сдержанно и скромно. Вопросы задавали сенаторы Баркли и Гаффи, адмирал Стэндли, председатель Красного Креста Дэвис, полковник Монро Джонсон и многие из нас. Наиболее интересное, что удалось узнать, заключается в следующем.

Новый советский боевой самолет, только что сошедший с конвейера, по их словам, представляет собой последнее слово в развитии авиации. По своим характеристикам он превосходил британский «спитфайр» и немецкий «мессершмитт». Генерал скромно заявил, что так получилось потому, что эти самолеты разработаны совсем недавно. Новый советский бомбардировщик, по его словам, имел улучшенную стальную защиту и вооружение, чем намного превосходил все, что было у немцев. Он настолько превосходил их самолеты по скорости, высоте и бронезащите, что мог отправляться на боевое задание без истребительного сопровождения. Это, по его словам, просто уникально. Он также сказал, что немецкие самолеты постараются избегать боя с таким самолетом, если у них будет такая возможность.

Линию Сталина и глубокую оборону он описывал как стратегию, разработанную Советами на основе военного опыта во Франции, как решение против гитлеровской тактики массированных танковых атак. На вопрос о количестве советских солдат, взятых в плен Германией, он ответил, что не следует забывать: немцы эвакуировали к себе целые деревни русских крестьян, и они были тоже включены в эти данные. Старые немецкие солдаты, по их словам, были первоклассными бойцами, но они явно измотаны и устали. Молодые резервы уже не столь хороши и не смогут выстоять в штыковых атаках. Их же собственные солдаты сами в плен не сдавались. Если они попадали в окружение, то бились до конца или погибали на месте. Это было сказано спокойно, как простая констатация того, чего следует ожидать. Несомненно, что эти прекрасные, физически крепкие и, очевидно, хорошо уравновешенные люди произвели яркое впечатление на присутствующих.

_________________________________

Телеграмма 11 сентября 1941 года

КОНСТАНТИНУ УМАНСКОМУ, ПОСЛУ В США

16-я улица, Вашингтон

К моему глубокому сожалению, предыдущая договоренность не позволяет мне быть вместе с вами, чтобы оказать честь президентской комиссии в Москве. Мне доставляет большое удовольствие, господин посол, что вы можете представить этих джентльменов вашему правительству как бесспорно выдающихся лидеров нашей страны, каждый в своей области. В течение многих лет лично знаю председателя Гарримана как одного из великих лидеров американской деловой жизни, который всегда был человеком прогрессивных либеральных идей и большой исполнительной деятельности. Уверен, Вы убедитесь, что под его руководством различные члены американской миссии внесут весьма эффективный вклад в совместные военные усилия, которые будут предприняты вместе с их выдающимися коллегами из британской и советской миссий. Мужество, доблесть и идеалы ваших русских мужчин и женщин в не меньшей степени, чем дальновидность вашего великого вождя и советского правительства, вызывают восхищение всего мира, который стал свидетелем того, как мужественно вы даете отпор нападению коварного соседа, которому неведомо, что такое взятое на себя обязательство. Свободолюбивые мужчины и женщины всего мира радуются, что ваш великий народ и правительство вместе с демократическими народами земли противостоят этим силам агрессии, бесчестия и зла, которые стремятся покорить или погубить миролюбивые народы мирового сообщества. Удачного вам полета в Москву с этой миссией.

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ЕСЛИ ГИТЛЕР ЗАХВАТИТ УКРАИНУ

Журнал Вашингтон, 20 сентября 1941 года

Итак, если Москва будет эвакуирована, а значительные части Украины заняты немецкими войсками, что вовсе не исключено, что тогда?

Если мысленно провести линию от Ленинграда до Ростова и предположить, что территория к западу от нее целиком оккупирована немецкими войсками, и если бы такая оккупация распространялась до Волги, то она охватила бы территорию площадью около 700 000 квадратных миль. Охрана порядка на такой территории с проживающими там миллионами русских, а также сотнями и даже тысячами партизан и прочих граждан, обученных приемам саботажа и диверсионной войны, представляла бы собой грандиозную задачу. Для этого, вероятно, потребуется миллионная армия. Заставить эти плодородные земли плодоносить и давать урожаи – без лошадей, с помощью техники, управляемой враждебно настроенным гражданским населением, со всеми возможностями для саботажа, которые такие условия предоставят славянскому народу, возмущенному нападением на их родину, – все это ставит перед их давними врагами – немцами – задачу поистине колоссального масштаба. Что касается промышленности, то можно предположить, что к приходу немцев оборудование крупных предприятий будет вывезено далеко от этих мест. Полицейское и административное управление этой территорией станет для Гитлера огромной проблемой. В долгосрочной перспективе она скорее станет пассивом, нежели активом. Даже простой контроль такой территории приведет к сильному истощению людских ресурсов немецкой армии и ее хозяйства. Поддерживать коммуникации за сотни миль от базы – задача колоссальная. Когда во время Первой мировой войны немцы оккупировали Украину, то на собственном горьком опыте убедились, что, даже по самым скромным подсчетам продовольствия и материалов, которые власти соглашались поставлять, они могли получить лишь 20 % от таких квот.

_________________________________

СОВЕТСКАЯ ТАКТИКА «ВЫЖЖЕННОЙ ЗЕМЛИ»

Журнал Вашингтон, 1 октября 1941 года

В российской истории идея «выжженной земли» для последующей победы над захватчиком не нова. Важно отметить, что уже в 1937 и 1938 годах военные продвигали и развивали организации гражданской обороны одновременно с усилиями по развитию военной обороны против воздушного и химического нападений. Уже тогда проводились мероприятия по обучению крестьян и представителей всех слоев общества различным видам деятельности, с помощью которых они могли бы оказать помощь и поддержку армии и обеспечить массовые общественные усилия в случае вражеского вторжения. Несомненно, сегодня эта организация функционирует и воплощает в жизнь сталинскую тактику «выжженной земли».

23 июня отыскались, по слухам, хорошо информированные люди, которые говорили, что немцам, чтобы дойти до Москвы, понадобится от трех дней до трех недель. Немецкий блицкриг прокатился по Франции до побережья в Аббевиле – 185 миль – за 10 дней. Танковые дивизии при поддержке самой мощной на тот момент авиации в мире отбросили доблестных бельгийцев, великолепных британцев и французскую армию на 65 миль назад вглубь Фландрии всего за 18 дней. На момент написания этих строк – 1 октября 1941 года – прошло уже 14 недель, а русская армия до сих пор держит оборону. Красная армия наглядно продемонстрировала, что так просто не отдаст инициативу немцам, она стойко держится и атакует вновь и вновь.

_________________________________

МОРАЛЬНЫЙ ДУХ ГИТЛЕРА ПОДОРВАН

Дневник Нью-Йорк, 3 октября 1941 года

Прослушал на коротких волнах речь Гитлера во Дворце спорта. Для меня был очень важен тот факт, что он признал допущенную ими серьезную ошибку, суть которой в том, что они недооценили боеготовность русских и силу Красной армии. Очевидно, он чувствовал, что должен объяснить своему народу, почему Красная армия до сих пор бьется, в то время как он сам и его Верховное командование чуть ли не каждую неделю в течение последних двух с половиной месяцев заявляли что она вот-вот будет уничтожена.

Это был совсем другой Гитлер, чем тот, которого я слушал на коротких волнах последние четыре года. Для многих немцев должно выглядеть просто «колоссальным», что их самопровозглашенный и боговдохновенный фюрер сам признает, что совершил ошибку. Это первая трещина, которую я усмотрел в исключительной самоуверенности и параноидальном менталитете Гитлера. Доверие – это сокровенная суть морального духа, будь то в армии или в народных массах. Если мораль дает трещину на самом верху, то потом эта трещина быстро распространяется вниз. Такой надлом морального духа самого Гитлера свидетельствует о более значительной слабости Германии, чем та, о которой заявляют ее советские противники.

Вторжение Гитлера в Россию стало его первой серьезной военной ошибкой. С наступлением холодов Красная армия все еще существует, и с советским командованием будут теперь тесно сотрудничать «генерал Зима» и «генерал Истощение».

_________________________________

СОВЕТСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ ЗА УРАЛОМ

Журнал Вашингтон, 15 октября 1941 года

Не подлежит сомнению, что оккупация немцами Донбасса и Западной России лишит советское правительство огромных производственных ресурсов. Но не следует упускать из виду, что к востоку от Волги находится огромный участок страны и высокоиндустриальный регион. Он скорее напоминает обширные плодородные долины Миссисипи, нежели Пенсильванию. Этот регион восточнее Волги богат железной рудой, углем и другими сырьевыми ресурсами. Можно сказать, что для Донбасса он представляет собой то же самое, что Сент-Луис, Гэри и Детройт – для промышленных районов Кливленда и Питтсбурга в нашей стране. По сути, сами русские называют Магнитогорск советским Гэри. Сам город получил свое название от горы высокосортных руд магнитного железняка, которые снабжают железной рудой огромные сталелитейные заводы страны. Эти заводы были спроектированы американскими компаниями и американскими инженерами и оснащены самыми современными доменными печами, сталелитейными заводами и прокатными станами. Еще дальше к востоку, соединенный с Уралом железной дорогой, лежит Кузнецкий угольный бассейн (Кузбасс) с обильными месторождениями коксующегося угля. На обоих концах этого участка железной дороги располагаются гигантские сталелитейные заводы, и в одном направлении транспортируется железная руда, а в противоположном – коксующийся уголь.

Согласно отчету Американо-российской торговой палаты за 1938 год, здешние сталелитейные заводы состояли из «ряда цехов, включающих полный цикл производства стали, от сырья до готовой стали, а также вспомогательных и обслуживающих цехов. Прокатка стали на Магнитогорском заводе осуществляется по новейшей американской технологии с использованием непрерывного конвейерного процесса. В 1938 году Магнитогорский металлургический комбинат поставил 1,8 млн тонн чугуна, 1,6 млн тонн стали и 1,26 млн тонн сталепроката».

В самом сердце Урала находится город Челябинск (население около 100 тысяч человек). В 1939 году, по данным Американо-российской торговой палаты, тракторный завод выпускал около 15 000 тракторов в год. Несомненно, с тех пор он был значительно расширен благодаря лихорадочной оборонной деятельности правительства за последние три года. Уфимский моторный завод (население Уфы около 100 000 человек), по данным того же источника, производил 10 000 моторов в год. Кроме того, в этом же районе, в Перми, имеются весьма крупные заводы, выпускающие по лицензии моторы «райт-циклон». Три года назад только здесь имелись потенциальные возможности для выпуска не менее 10 000 танков в год. Нет сомнений, что за последние три года благодаря всплеску активности в оборонной промышленности этот район получил значительное развитие.

В Свердловске, столице этого территориального округа, расположены огромные машиностроительные и оружейные заводы. В 1938 году советские инженеры с гордостью говорили, что эти заводы могут производить и продублировать все то, что производят знаменитые немецкие заводы Круппа. В Березниках и Соликамске серьезно развита химическая промышленность.

Еще в 1938 году производство станков, тракторов, танков, самолетов и т. д. в этом районе приближалось к 30 % от общего объема этой техники, выпускаемой в Советском Союзе. Известно, что в последующие годы колоссального военного строительства невероятные усилия были направлены на развитие этих промышленных регионов в глубине страны в расчете на возможное военное нападение с запада. Хотя информация об этом скрывалась правительством, известно, что при участии военных в этом регионе возникли крупные авиастроительные заводы. Большая часть предприятий цветной металлургии расположена на Урале.

_________________________________

АМЕРИКАНСКИЙ ПРОМЫШЛЕННИК О РОССИИ

Дневник Нью-Йорк, 27 октября 1941 года

Из России только что вернулся Билл Батт. Он был назначен членом специальной миссии президента в СССР в ранге министра, отвечающего за материалы и оборудование. В Агентстве по управлению производством Батт занимает пост директора, отвечающего за обеспечение поставок продукции и материалов, необходимых для национальной обороны. Это один из промышленных лидеров страны, призванный на оборонную работу, который произвел весьма сильное впечатление на вашингтонскую администрацию благодаря напористости, индивидуальности и простому здравому смыслу. Его деятельность в миссии была связана со всеми вопросами, касающимися материалов и оборудования, необходимых Советам. Я попросил его высказать свое мнение о ситуации в России на основании увиденного, заметив, что хочу включить это в свою книгу о России. Я также сказал ему, что, несомненно, многие читатели книги хотели бы узнать его точку зрения в дополнение к опубликованным заявлениям других членов миссии. Вот что он ответил:

«Во время нашего визита в Россию мы узнали некоторые чрезвычайно важные вещи для американской общественности. Важны они потому, что увиденное нами касается критически важного для нашей страны решения: насколько далеко мы должны зайти в оказании помощи России в борьбе с нацистами? Во время нашего краткого визита я четко определился в этом вопросе: мы должны пойти настолько далеко, насколько это возможно в рамках нашего производства, транспортных средств и обязательств перед Великобританией и Китаем.

Почему я принял это решение и почему считаю, что это самый мудрый и безопасный курс для нас в настоящее время? Потому что я счел русских официальных лиц, офицеров и простых людей способными, уверенными в себе, полными решимости довести дело до конца и презирающими сепаратный мир с Германией. Потому что из всего, что я смог увидеть и узнать, российское военное оборудование в целом превосходно и, хотя оно и ограничено, используется с пользой. Потому что мы видели хорошо управляемые российские заводы ошеломляющих размеров, с умным руководством и квалифицированными механиками. Потому что я уехал с ощущением, что если мы будем трудиться так усердно и так быстро, как мы способны, то сможем существенно укрепить их оборону, прежде чем численное превосходство в технике принесет победу нацистам.

С учетом этих фактов и впечатлений о физической силе и мастерстве России другие вопросы становятся второстепенными или несущественными. Тот факт, что наши системы правления сильно различаются, становится просто умозрительным соображением. Тот факт, что мы могли бы использовать часть оборудования, которое обязались отправить им, для производства большего количества оборудования в нашей собственной стране, становится недальновидным аргументом против оказания полномасшабной помощи сейчас.

В голове мелькает: стоит учесть лишь одно убедительное стечение обстоятельств: русские сражаются доблестно и хорошо, они знают, как использовать технику и оборудование, которые мы им пообещали, и, пока они там сражаются, война остается вдали от наших берегов. Вот почему я говорю: поставьте им то, что нужно; поставьте это сейчас; поставьте любыми средствами и с любыми жертвами. На мой взгляд, это разумное, долгосрочное, практичное решение в интересах Соединенных Штатов Америки».

_________________________________

УЙДЕТ ЛИ СТАЛИН?

Дневник Нью-Йорк, 28 октября 1941 года

По приглашению клуба «Датч трит» сегодня за обедом выступил с неофициальной речью в продолжение вчерашнего выступления в поддержку России в Мэдисон-Сквер-Гарден. Председательствовал Кларенс Баддингтон Келланд, и я в течение двадцати минут рассказывал о Советской России и коммунизме.

После этого были заданы вопросы:

«Выстоит ли Россия?»

«Есть ли в России свобода вероисповедания?»

«Заключит ли Сталин сепаратный мир с Гитлером?»

Последний вопрос показал, насколько глубоко в нашей стране ошибаются в оценке ситуации в России. Подлинный и жизненно важный вопрос звучит так: «Заставим ли мы Сталина снова заключить мир с Гитлером?» Мы, точнее, европейские демократии заставили Сталина пойти в объятия Гитлера в августе 1939 года. Мы, то есть Англия и Америка, можем вновь вынудить Сталина повернуться лицом к Гитлеру, если Сталин сочтет, что мы готовы подставить его, использовать советскую армию лишь как орудие в своих руках и, по сути, надуть его, чем занимались Чемберлен и Даладье до и после Мюнхена и вплоть до кануна этого армагеддона.

Сталин – реалист. И он, и русский народ знают, что это давняя, четырехсотлетняя борьба тевтонцев против славян, и им известно, какая судьба постигла их славянских братьев в Чехословакии, Югославии и Польше, оказавшихся в руках гитлеровских нацистов. Как я уже говорил вчера на встрече, я считаю, что «русский народ предпочел бы умереть как славянин, нежели влачить рабское существование при Гитлере». Ни Сталин, ни его народ, который сейчас исполнен жертвенного духа русского национализма и отчаянно сражается, защищая свои дома и матушку-Россию от нацистского вторжения, не потерпят никакого умиротворения со стороны Кремля.

Лишь одно возможное соображение заставило бы Сталина или любого другого разумного человека в такой обстановке пойти на мир с Гитлером. Таковым стала бы уверенность в том, что дальнейшее сопротивление безнадежно, потому что Соединенные Штаты и Великобритания либо не могут, либо не поставляют всего необходимого для ведения боевых действий. Инстинкт самосохранения в таких условиях может подсказать отчаянную целесообразность заключения мира в надежде выжить, чтобы потом продолжить борьбу.

Если мы хотим исключить всякую возможность нового русско-германского соглашения или сепаратного русско-германского мира, то, по моему мнению, мы должны сделать все эти вещи. Мы должны оставаться верны своим принципам и начать поставки. Не следует ожидать, что другие страны проявят такую же смелость убеждений. Необходимо убедить Советский Союз в том, что мы и на практике делаем то, что проповедуем по поводу права наций на самоопределение. Это значит, что во время войны и после мы предоставляем и продолжим предоставлять им право самим решать, какое правительство они себе хотят. Тем самым мы сможем сохранить и заслужить их доверие. Тем самым мы можем ясно выразить нашу веру в то, что американский и русский народы смогут жить как друзья в мире, нацеленном на мир.

Заключение

На предыдущих страницах я предпринял попытку честно и со знанием дела изложить то, что я видел в России. Но у меня почему-то возникло ощущение, что в дополнение к «Краткому изложению фактов», которые я представил, читателю хотелось бы знать и мои собственные общие выводы. Вкратце они таковы.

России Ленина и Троцкого – России большевистской революции – больше не существует. За счет постепенной, суровой и зачастую жестокой эволюции правительство страны превратилось в систему государственного социализма, действующую на капиталистических принципах и с неуклонным и непреодолимым уклоном вправо. Для того чтобы такой эксперимент удался, пришлось пойти на уступки человеческой природе. Нынешнее правительство заявляет о приверженности демократии. Верю в то, что оно искренне стремится к миру как по практическим, так и по идеологическим соображениям. Данное правительство также провозглашает и утверждает конституционную защиту гражданских и религиозных свобод. Как следует из нашего собственного опыта, в определенных регионах вследствие политических и личных целей конституционная защита не всегда работает идеально. На мой взгляд, российским народом, советским правительством и советскими лидерами движут в основном альтруистические концепции. Их цель – способствовать братству людей и улучшению положения простого человека. Им хочется создать общество, в котором люди будут жить на равных, руководствуясь нравственными идеалами. Они преданы делу мира. Стремясь достичь этих духовных

устремлений, они пошли на огромные жертвы. Сейчас они за нас всех ведут борьбу против гитлеризма и должны получить любую возможную помощь в кратчайшие сроки и при максимально возможном дружеском сотрудничестве.

Цивилизация – та, которую мы знаем, – возникла в результате постоянных уступок – в интересах всего общества – индивидуальных прав некой централизованной власти. Так называемый прогресс двигался вперед с той же скоростью, с какой конструктивно развивалась эта ситуация. Наша страна и весь демократический мир обнаружили, что все больше и больше частных предприятий становится объектом общественных интересов, поэтому государство либо управляет ими, либо контролирует их. Военные нужды сейчас ускоряют это движение, и правительство больше, чем когда-либо, берет на себя управление частной промышленностью. После этой войны возникнет проблема сохранения или восстановления для последующего автономного развития такого количества частной собственности и деятельности, которое находится в рамках разумного эволюционного прогресса. Тогда наступит и для нас час испытаний. Теперешнее и последующие поколения столкнутся с проблемой, как не потерять свой корабль, а заодно груз.

Уклон влево после этой войны будет резким. Есть реальная опасность, что он будет слишком быстрым и бурным. Меня не удивит, если опыт, полученный на основе русского революционного эксперимента, окажется для такой тенденции тормозом. Эта «лаборатория» в России должна в сознании всех честных, интеллектуальных радикалов утвердить тот факт, что путь к стабильному и надежному прогрессу лежит только через постепенные эволюционные процессы. Наследственные, нервные и грандулярные реакции за одно поколение не уничтожить. Средства чересчур быстрого действия вызывают большее зло, чем то, которое они призваны вылечить.

Британская империя, Америка и Россия, наряду с Китаем, являются великими дополняющими друг друга державами Земли. Их интересы, их государственные идеи и цели не противоречат друг другу. Более того, их объединенные ресурсы доминируют в международной ситуации во всем, что касается человеческого фактора, потенциальной военной и военно-морской мощи, стратегического сырья, промышленного производства и накопленных богатств. Эти страны образуют естественную ось, достаточно сильную, чтобы одержать верх над нацистско-фашистскими государствами. У них общая цель – помешать стремлению Гитлера доминировать в мире и навязать программу языческого утилитаризма и нордического господства христианским и прочим высоконравственным народам Земли. У них будет общая воля и цель не только победить нацистско-фашистские силы, но и помочь побежденным народам стран-агрессоров реформировать собственные правительства, чтобы все могли жить в достойном мире, населенном цивилизованными людьми, а не обитателями джунглей, где правят лишь зубы и когти.

В этом заключении мне хочется сказать то, о чем я уже писал в предисловии. Увиденное в России и Европе позволяет мне сделать вывод о том, я более чем когда-либо благодарен за нашу собственную форму правления. Она лучшая на свете. Она обеспечивает наибольшую степень защиты жизни и собственности человека, даже если речь идет о противостоянии с самим государством. Она гарантирует максимум гражданских и религиозных свобод. Она предоставляет одинаковые экономические возможности каждому мужчине и каждой женщине и предлагает вознаграждение в соответствии с успехами и способностями каждого во всех областях человеческой мысли и деятельности. Оно основано на концепциях христианской религии. По сути, правительство является не хозяином, а слугой народа. Оно опирается на принципы всех тех этических систем от Конфуция до Христа, которые и создали то, что известно как цивилизация. Ни одно правительство на свете не дает столько привилегий и возможностей, как наша представительная демократическая форма правления. И эта последняя надежда на свободу и свободу в мире сейчас под угрозой.

Уверен, что все наши граждане в своем стремлении защищать и оберегать ее все прочее сочтут попросту ничтожным.

Джозеф Э. Дэвис

Хронология

1936

Ноябрь

3 Президент Рузвельт избран на второй срок, одержав победы во всех штатах, кроме штатов Мэн и Вермонт.

6 Великобритания и Италия подписывают торговый договор, восстанавливающий экономические отношения до уровня, существовавшего до попытки наложить санкции на Италию в связи с вторжением в Эфиопию.

14 Правительство Германии уведомляет стороны, подписавшие Версальский договор, что больше не считает себя связанным положениями, регулирующими контроль над главными немецкими водными путями.

15 Передовые отряды генерала Франко проникают в Университетский город в Мадриде.

18 Президент Рузвельт отплывает в Буэнос-Айрес для участия в конгрессе мира.

23 Российский суд приговаривает немецкого инженера Э.И. Штриклинга к расстрелу по обвинению в саботаже на сибирских угольных шахтах. Осуждены также восемь советских инженеров, а смертный приговор Штриклинга заменен на десять лет лишения свободы.

25 Сталин представляет проект новой советской конституции VIII Всесоюзному съезду Советов.

Декабрь

1 Выступая на Межамериканской конференции по поддержанию мира в Буэнос-Айресе, президент Рузвельт заявляет, что страны Нового Света должны «встать плечом к плечу» в случае агрессии со стороны Старого Света.

11 Британский парламент ратифицирует отречение короля Эдуарда VIII от престола.

14 Английский король Георг VI выступает с первым посланием к парламенту.

15 Президент Рузвельт возвращается из круиза по Южной Америке.

16 Межамериканская конференция по поддержанию мира единогласно принимает протокол о коллективной безопасности, о совместных консультациях по поддержанию мира на континенте и о невмешательстве во внутренние дела других государств.

1937

Январь

2 Великобритания и Италия подписывают Средиземноморское соглашение.

6 Президент Рузвельт заявляет Конгрессу: «Народ также просит судебную власть внести свою лепту в успех демократии».

8 Президент Рузвельт подписывает резолюцию Конгресса о запрете поставок оружия в Испанию.

23 Начинается московский процесс над Карлом Радеком и другими.

30 Гитлер объявляет о том, что Германия отказывается от военных статей Версальского договора.

Февраль

5 Президент Рузвельт представляет Конгрессу свой план по расширению Верховного суда.

8 Средиземноморский город Малага сдается генералу Франко.

Март

5 Центральный исполнительный комитет Российской Коммунистической партии объявляет о введении тайного голосования и исключении из партии Рыкова и Бухарина.

25 Правительство Великобритании удовлетворяет просьбу Франции и освобождает Бельгию от обязательств по оказанию материальной помощи в соответствии с Локарнским пактом.

Апрель

19 Британские, французские, немецкие и итальянские военные корабли начинают патрулировать испанское побережье в соответствии с соглашением о невмешательстве.

Май

1 Президент Рузвельт подписывает закон о нейтралитете.

12 Георг VI коронован как король и император.

17 Хуан Негрин формирует новое республиканское правительство в лоялистской Испании после отказа Ларго Кабальеро сотрудничать с коммунистами.

28 Невилл Чемберлен сменяет Стэнли Болдуина на посту премьер-министра Великобритании.

29 Испанские лоялисты обстреливают немецкий крейсер «Дойчланд» у Балеарских островов.

31 Немецкие военные корабли проводят бомбардировку испанского порта Альмерия в отместку за обстрел «Дойчланд а».

Июнь

11 Маршал Тухачевский и семь других русских генералов приговорены к расстрелу за измену.

19 Войска Франко занимают Бильбао, баскский морской порт на севере Испании.

20 Правительство Народного фронта премьера Леона Блюма уходит в отставку во Франции.

22 Камиль Шотан формирует новое французское правительство с Блюмом в качестве вице-премьера.

23 Германия и Италия отказываются от участия в морском патрулировании испанского побережья силами четырех держав.

29 Правительство Франции приостанавливает платежи золотом и иностранной валютой.

Июль

2 Советское правительство выводит патрульные и военные катера с островов Амурского полуострова, принадлежность которых оспаривает Япония.

17 Англия подписывает договоры об ограничении военно-морских сил с Германией и Россией.

27 Немецкое правительство реквизирует все посевы пшеницы и ржи.

29 Японские бомбардировщики совершают рейд на Тяньцзинь в рамках необъявленной войны Японии против Китая.

Август

9 Японцы входят в древнюю китайскую столицу Пекин.

12 Президент Рузвельт выдвигает кандидатуру сенатора Блэка для заполнения вакансии, возникшей в связи с уходом судьи Ван Девантера из Верховного суда.

25 Президент Рузвельт подписывает измененный закон о процедуре Верховного суда.

26 Японские пулеметчики с низколетящего самолета ранили посла Великобритании в Китае.

28 Госсекретарь Халл уведомляет Японию и Китай о том, что США сохраняют за собой все права от своего имени и от имени своих граждан в связи с возмещением военного ущерба.

29 Китайское правительство заключает пакт о ненападении с Советским Союзом.

Сентябрь

6 Советское правительство обвиняет Италию в потоплении двух российских судов, направлявшихся в Испанию.

7 Гитлер говорит на Нюрнбергском съезде нацистов, что Германия, Италия и Япония связаны между собой и намерены спасти Европу от «хаотического безумия».

10 Великобритания, Франция, Россия и шесть малых средиземноморских государств объявляют, что подводные лодки будут действовать в Средиземном море на свой страх и риск. Германия, Италия и Албания отказываются участвовать во встрече в Ньоне (Франция), на которой было сделано вышеупомянутое заявление.

14 Президент Рузвельт объявляет, что торговым судам, принадлежащим Соединенным Штатам, будет разрешено перевозить оружие и боеприпасы в Китай и Японию.

25 Муссолини навещает Гитлера в Мюнхене и на следующий день участвует в смотре армейских маневров в Берлине.

28 В своем радиообращении в Берлине Муссолини провозглашает солидарность оси Рим – Берлин.

Октябрь

5 Президент Рузвельт в своей речи в Чикаго призывает к «карантину» «стран-агрессоров».

6 Государственный департамент США осуждает Японию за нарушение Девятистороннего договора и антивоенного пакта Бриана – Келлога.

9 Италия отказывается от приглашения со стороны англичан и французов, призывающих обсудить вывод войск из Испании.

13 Германия обязуется при любых обстоятельствах соблюсти нейтралитет Бельгии.

29 Германия отклоняет приглашение Бельгии на конференцию девяти держав в Брюсселе для обсуждения войны в Китае.

Ноябрь

6 Италия присоединяется к Германии и Японии в Анти-коминтерновском пакте.

28 Испанское повстанческое правительство объявляет о блокаде всех портов лоялистов.

29 Италия признает независимость Маньчжоу-Го.

Декабрь

12 Японские бомбардировщики топят американскую канонерскую лодку «Панай» на реке Янцзы.

14 Япония создает новое марионеточное китайское правительство в Нанкине.

24 Япония заверяет Соединенные Штаты в ответ на протест в связи с потоплением канонерской лодки «Панай», что права американцев будут соблюдены. На следующий день Госдепартамент называет этот ответ удовлетворительным.

1938

Январь

12 В Москве открывается первая сессия нового Верховного Совета СССР.

Февраль

12 Канцлер Австрии Шушниг встречается с Гитлером в Берхтесгадене и соглашается принять в свой кабинет пять сторонников нацизма.

21 Министр иностранных дел Энтони Иден уходит в отставку из кабинета Чемберлена из-за того, что премьер-министр настаивает на заключении пакта с Муссолини, несмотря на нарушение Италией соглашения о невмешательстве в дела Испании.

Март

9 Канцлер Австрии Шушниг объявляет, что 13 марта будет проведен плебисцит, чтобы определить, предпочитает ли австрийский народ сохранить свою независимость или присоединиться к Германии.

11 Канцлер Шушниг уходит в отставку с поста премьер-министра Австрии, чтобы предотвратить немедленное вооруженное вмешательство Германии. Новый премьер, Зейсс-Инкварт, обращается с призывом к немецким войскам и 13 марта провозглашает союз Германии и Австрии.

Апрель

16 Великобритания и Италия подписывают пакт о мире и согласии при условии вывода итальянских войск из Испании.

24 Конрад Генлейн, лидер нацистов в Судетской области, обнародовал свою Карлсбадскую программу, содержащую восемь пунктов требований к чехословацкому правительству.

Май

20 Мобилизация чехословацких войск в ответ на стягивание немецких войск на границе Чехословакии.

Июль

2 Чехословацкое правительство отвергает некоторые из восьми карлсбадских требований, предъявленных судетскими нацистами.

Август

3 Лорд Рансимен прибывает в Прагу в качестве «примирителя и посредника» Великобритании в чехословацком кризисе.

15 Начинаются беспрецедентные по масштабам маневры немецкой армии, которые продолжаются целый месяц.

22 Советский Союз извещает посла Германии в Москве, что Россия будет придерживаться своего обещания 1935 года о поддержке Чехословакии в случае нападения извне.

Сентябрь

12 Выступая на Нюрнбергском съезде, Гитлер заявляет о том, что притеснениям чехами судетских немцев необходимо положить конец.

15 Чемберлен отбывает в Берхтесгаден для переговоров с Гитлером.

18 Премьер-министр Даладье и министр иностранных дел Франции Бонне проводят переговоры с британцами в Лондоне и договариваются о расчленении Чехословакии.

22 Чехословацкое правительство принимает англо-французские условия, предусматривающие фактическую капитуляцию перед Германией.

24 Чемберлен возвращается со встречи с Гитлером в Годесберге, состоявшейся накануне, с новым списком требований Германии к Чехословакии, значительно превышающим те, к которым британцы и французы призывали чехов. Чехословакия проводит мобилизацию.

29 Муссолини, Гитлер, Даладье и Чемберлен встречаются в Мюнхене и согласовывают условия, предусматривающие раздел Чехословакии.

30 Правительство Чехословакии принимает условия Мюнхенской конференции.

Октябрь

10 Немецкие войска и агенты гестапо завершают оккупацию уступленных территорий Чехословакии, иногда выходя за границы, согласованные в Мюнхене.

Ноябрь

7 Гершель Гриншпан, 17-летний польский еврей, в приступе маньячной депрессии стреляет в Эрнста фон Рата из немецкого посольства в Париже после изгнания всех польских евреев из рейха.

13 Геринг объявляет, что немецкие евреи должны возместить весь понесенный ущерб, а также штраф в размере одного миллиарда марок за смерть фон Рата. Это вынуждает президента Рузвельта вызвать в Вашингтон для доклада американского посла Хью Уилсона. Немцы также отзывают своего посланника из Вашингтона.

1939

Январь

25 Войска генерала Франко вступают в Барселону.

Февраль

2 Советский Союз разрывает дипломатические отношения с Венгрией в связи с недавним подписанием этой страной Антикоминтерновского пакта.

7 Более миллиона испанских беженцев оказываются во Франции по мере отступления войск лоялистов.

28 Чемберлен объявляет о признании Великобританией режима Франко в качестве законного правительства Испании.

Март

1 °Cталин выступает на XVIII съезде партии Советского Союза, критикуя умиротворение агрессора и предупредив, что Россия не станет орудием в чужих руках.

13 Гитлер вызывает в Берлин Эмиля Гаху, преемника Эдуарда Бенеша на посту президента Чехословакии. Отец Тисо провозглашает Словакию отдельным государством.

15 Гитлер распространяет свой протекторат на Чехословакию, упраздняя республику, когда немецкие войска входят в Прагу.

20 Румыния подписывает торговый договор с Германией.

21 Литва сдает Германии город Мемель.

29 Остатки войск республиканской Испании капитулируют перед генералом Франко.

31 Великобритания гарантирует Польше защиту от агрессии.

Апрель

7 Итальянские войска вторгаются в Албанию, а через пять дней король Виктор Эммануил II принимает албанскую корону.

15 Рузвельт просит Гитлера и Муссолини пообещать десять лет мира и перечисляет 27 стран, на которые они не должны нападать.

28 Гитлер отвергает мирное предложение Рузвельта и денонсирует англо-германский военно-морской договор и свой собственный пакт о ненападении с Польшей.

Май

5 Нарком иностранных дел Максим Литвинов, ведущий советский сторонник коллективной безопасности, уходит со своего поста, и его сменяет Вячеслав Молотов.

10 Премьер-министр Чемберлен делает первое заявление о своих тайных и безуспешных попытках добиться сотрудничества с Россией.

Июнь

7 Уильям Стрэнг из министерства иностранных дел Великобритании отправляется в Москву, чтобы попытаться выработать англо-российское соглашение.

22 Король Георг и королева Елизавета возвращаются на родину после визита в Канаду и США.

Август

13 Кульминацией многомесячной агитации и проникновения немцев в вольный город Данциг стало приглашение Гитлером на конференцию в Берхтесгаден д-ра Буркхардта, комиссара Лиги Наций.

22 Министр иностранных дел Германии фон Риббентроп летит в Москву для подписания десятилетнего пакта о ненападении с Советским Союзом.

25 Англичане и поляки подписывают в Лондоне пакт о взаимопомощи.

27 Гитлер отклоняет призыв Даладье предпринять еще одну попытку переговоров с Польшей, настаивая на том, что Данциг и Польский коридор должны вернуться в состав рейха.

28 Франция закрывает немецкую границу.

30 Гитлер отвергает призыв Великобритании к переговорам с Польшей, но не озвучивает полякам условия, которые, по словам британского посла в Берлине, были им предложены.

Сентябрь

1 Немецкие войска вторгаются в Польшу без официального объявления войны. Послы Великобритании и Франции в Берлине объявляют, что если немецкие войска не будут немедленно выведены, их страны выполнят свои обязательства по оказанию помощи Польше.

3 После предъявления двухчасового ультиматума Германии Великобритания объявляет войну в 11 часов утра, а Франция – в 5 часов вечера. Уинстон Черчилль вступает в кабинет министров в качестве первого лорда Адмиралтейства, а Энтони Иден становится государственным секретарем по делам доминионов.

8 Президент Рузвельт объявляет чрезвычайное положение в стране «в той мере, в какой это необходимо для надлежащего соблюдения, охраны и укрепления нейтралитета Соединенных Штатов и укрепления нашей национальной обороны в пределах полномочий мирного времени».

15 Советский Союз и Япония договариваются о перемирии на Дальневосточном фронте.

28 Молотов и Риббентроп подписывают в Москве соглашение о разделе Польши.

Октябрь

6 После победы над Польшей Гитлер делает союзникам «последнее предложение о мире».

19 Великобритания, Франция и Турция подписывают пакт о взаимопомощи с условием, что Турция не станет воевать с Россией.

Ноябрь

4 Президент Рузвельт подписывает измененный закон о нейтралитете, отменяющий эмбарго на поставки оружия, но добавляющий пункт о наличных деньгах. Американским судам запрещено заходить в зоны военных действий.

28 Советский Союз денонсирует пакт о ненападении с Финляндией, и через два дня советские войска вторгаются в Финляндию, а советские самолеты бомбят финские города.

Декабрь

17 По приказу из Берлина немецкий карманный линкор «Граф Шпее» затоплен его командой возле Монтевидео.

1940

Январь

26 Российские войска начинают взламывать линию Маннергейма.

Февраль

12 Первые австралийские и новозеландские части прибывают в Суэц.

Март

12 СССР и Финляндия подписывают перемирие, по которому последняя делает ряд территориальных уступок Советскому Союзу.

19 Поль Рейно формирует новый французский кабинет вместо кабинета Даладье, получив большинство в один голос.

Апрель

7 Союзники предупреждают о минировании вод у берегов Норвегии. Норвегия и Голландия протестуют, заявив, что это нарушения международного права.

9 Немецкие войска без сопротивления занимают Данию и высаживаются в Норвегии – в Нарвике и Осло.

Май

3 По мере того как британцы продолжают спешно выводить войска, норвежский полковник О.Б. Гетц запрашивает о перемирии с Германией.

8 Большинство Чемберлена в палате общин падает до 81, поскольку 130 консерваторов воздерживаются от вынесения вотума доверия правительству.

10 Немецкие войска вторгаются в Голландию, Бельгию и Люксембург. Британская армия отступает в северную часть Бельгии. Чемберлен уходит в отставку с поста премьер-министра Великобритании, и король Георг VI просит Уинстона Черчилля сформировать новое правительство.

11 Черчилль формирует новый кабинет, сохранив Галифакса и Чемберлена, но добавив трех лейбористов, которые до сих пор отказывались занимать эти посты. Министр иностранных дел Японии Арита объявляет, что его страна не допустит перехода Нидерландской Ост-Индии в руки противника.

14 Голландия капитулирует перед Германией.

16 Немецкие войска проходят Седан, тем самым фактически обрекая Францию на гибель.

18 Премьер Рейно назначает маршала Петена вице-премьером.

19 Генерал Вейган сменяет генерала Гамлена на посту начальника штаба вооруженных сил Франции.

20 Британские войска начинают эвакуацию из бельгийских портов.

22 Британский парламент принимает закон о чрезвычайных полномочиях, дающий правительству Черчилля неограниченные полномочия в военное время.

28 Король Бельгии Леопольд объявляет о капитуляции своей 500-тысячной армии.

29 Начинается широкомасштабная эвакуация британских войск из Дюнкерка.

Июнь

4 Британская эвакуация Дюнкерка завершена: спасены 335 000 человек, более 30 000 ранены.

10 Министр иностранных дел Чиано объявляет, что Италия будет считать себя в состоянии войны с Францией и Великобританией. В радиообращении к американскому народу президент Рузвельт заявляет: «Рука, державшая кинжал, воткнула его в спину своего соседа».

14 Немецкие войска беспрепятственно входят в Париж, который французы ранее объявили открытым – и необороняемым городом.

16 Премьер Рейно уходит в отставку, его сменяет маршал Петен.

17 Маршал Петен запрашивает о перемирии.

22 Французская делегация подписывает условия перемирия с Германией.

29 В ответ на требования России Румыния уступает Бессарабию и Северную Буковину Советскому Союзу.

Июль

3 Великобритания захватывает все французские военные суда в британских портах и выводит из строя часть французского флота в Оране после того, как французский командующий отказывается принять британский ультиматум.

4 В Румынии формируется прогерманский кабинет министров.

5 Правительство Петена разрывает дипломатические отношения с Великобританией.

12 Британцы соглашаются закрыть на три месяца Бирманскую дорогу для перевозки вооружений, предназначенных для Китая.

Август

16 После нескольких недель интенсивных воздушных боев британцы отражают несколько налетов германской авиации, сбив за три дня 217 вражеских самолетов.

22 Германская авиация совершает первый массированный ночной рейд на Лондон.

31 Румыния уступает Венгрии две трети территории Трансильвании.

Сентябрь

3 Соединенные Штаты передают Великобритании пятьдесят устаревших эсминцев в обмен на девяностодевятилетнюю аренду военно-морских и авиационных баз в Атлантике.

6 Король Румынии Кароль отрекается от престола.

8 Маршал Геринг принимает на себя командование воздушными налетами на Британию.

15 Немецкие воздушные атаки на Лондон достигают своего пика, когда Королевские ВВС уничтожают 185 немецких боевых самолетов.

23 Генерал де Голль и силы «Сражающейся Франции» при поддержке британских военных кораблей отступают из Дакара после неудачной попытки склонить к сдаче местных представителей режима Петена.

27 Германия, Италия и Япония подписывают десятилетний пакт о взаимопомощи.

Октябрь

27 После того как Греция отклонила трехчасовой ультиматум Муссолини, итальянские боевые самолеты и войска атакуют Грецию с территории Албании.

Ноябрь

12 Британская авиация наносит серьезные повреждения нескольким крупным итальянским военным судам в гавани Таранто.

13 Советский нарком иностранных дел Молотов посещает Берлин.

16 Немецкая авиация наносит массированный ночной удар по городу Ковентри. Итальянцы начинают эвакуацию своей албанской базы в Корице.

Декабрь

6 Греки захватывают Порто-Эдда, а маршал Бадольо уходит в отставку с поста начальника итальянского штаба.

10 Британцы начинают наступление на позиции итальянских войск в Ливии и Египте.

15 Британцы выдворяют итальянцев из Египта и преследуют их в Ливии.

23 Лорд Галифакс назначен послом Великобритании в США вместо умершего 12 декабря лорда Лотиана.

1941

Январь

26 Британские войска захватывают Тобрук.

Февраль

6 Британские войска захватывают Бенгази.

10 Великобритания разрывает дипломатические отношения с Румынией.

Март

2 Болгария присоединяется к оси.

11 Президент Рузвельт подписывает Закон о ленд-лизе.

Апрель

3 Сухопутные войска оси начинают наступление на позиции британских войск в Ливии.

6 Немецкие войска вторгаются в Югославию.

13 Советский Союз и Япония подписывают пакт о нейтралитете и ненападении.

14 Наступление войск оси против британских североафриканских сил затрагивает Египет.

19 Премьер Ирака инициирует серию протестов, которые британцы окончательно подавляют к 31 мая.

27 Немецкие войска вступают в Афины.

Май

10 Рудольф Гесс, заместитель Гитлера и третье лицо в нацистской иерархии, вылетает в Великобританию и приземляется в Шотландии.

20 Начинается вывод основной части итальянских войск из Эфиопии, и 1 июня страна переходит под контроль Британии.

27 Президент Рузвельт объявляет о неограниченном чрезвычайном положении в стране.

Июнь

1 Эвакуация британских войск с острова Крит завершена.

8 Британские войска и силы «Сражающейся Франции» вторгаются в Сирию.

18 Турция и Германия подписывают торговый договор и пакт о ненападении.

22 Немецкие войска вторгаются в Советский Союз.

Июль

7 Американские войска объявляют об оккупации Исландии.

12 Британские войска и силы «Сражающейся Франции» завершают завоевание Сирии.

16 Немцы утверждают, что захватили Смоленск и прорвали линию Сталина.

25 Президент Рузвельт замораживает японские активы. На следующий день его примеру следует Великобритания.

Август

14 Президент Рузвельт и премьер-министр Черчилль подписывают Атлантическую хартию, документ из 8 основных пунктов, в котором определяют послевоенное устройство мира.

28 Иран прекращает сопротивление оккупации страны англо-советскими войсками.

Сентябрь

11 Президент Рузвельт приказывает американским военным судам первыми открывать огонь по военным кораблям стран оси в водах, жизненно важных для обороны США.

Октябрь

3 Адольф Гитлер объявляет о начале нового грандиозного наступления на Россию.

17 ВМС США объявляют о торпедировании эсминца «Кирни» во время патрулирования Исландии.

19 Иосиф Сталин объявляет в Москве осадное положение.

Приложение

Дополнительный отчет о беседе со Сталиным

Москва, 10 июня 1938 года

МЕМОРАНДУМ О БЕСЕДЕ СО СТАЛИНЫМ

И МОЛОТОВЫМ ДЛЯ СЛУЖЕБНЫХ ЦЕЛЕЙ

Совершенно секретно

После встречи со Сталиным и Молотовым и дискуссий, состоявшихся 5 июня, я встретился с секретарем Хендерсоном и советником Кирком. Мы в деталях обсудили ситуацию.

К счастью, г-н Хендерсон изначально принимал участие в переговорах по долгу и был лично знаком со всеми этапами этого дела. Кроме того, некоторое время назад он по моей просьбе подготовил подробное изложение истории переговоров, а также очень четкий анализ возникших трудностей, на которых эти переговоры застопорились.

Было очевидно, что для успешного урегулирования долга необходимо устранить те трудности, которые препятствовали его успешному разрешению в прошлом, и поэтому предложение должно быть уточнено и усилено, чтобы раскрыть, как именно предлагается реализовать это соглашение.

Соответственно, 8 июня я подал прошение о дополнительной встрече, которая и была назначена на час дня. Чтобы предотвратить возможную огласку, которая могла бы вызвать спекуляции со стороны прессы и необоснованные предположения, я решил не использовать одного из местных шоферов, а обратился с просьбой к полковнику Феймонвиллу отвезти меня на своем автомобиле в Кремль. Я встретился с г-ном Молотовым наедине, объяснил ему вышеуказанную ситуацию и заявил, что хотел бы прояснить некоторые ключевые аспекты их предложения и с этой целью в качестве основы для обсуждения подготовил два меморандума.

Встреча продолжалась около часа с четвертью. Г-н Молотов заявил, что хотел бы еще некоторое время уделить этому вопросу и что он сообщит мне об этом позже.

Поскольку мои отношения с его правительством были целиком и полностью связаны с Наркоматом иностранных дел, перед отъездом я выразил предложение заручиться его согласием на то, чтобы обсудить этот вопрос с наркомом иностранных дел Литвиновым. Мне хотелось объяснить ему ситуацию, чтобы после моего отъезда переговоры можно было вести по обычным дипломатическим каналам с обеих сторон. На это Молотов ответил, что не возражает и что попросит г-на Литвинова связаться со мной.

На следующее утро, 9 июня, мне позвонил секретарь г-на Молотова и спросил, могу ли я заехать к премьеру, поскольку у того есть ответ на «предложения», переданные мной накануне. Я немедленно (причем довольно резко) ответил, что не передавал никаких предложений, а просто задавал вопросы и оставил сводный меморандум о том, как я понимаю условия предложения с их стороны, и попросил их проверить, как они все поняли. Я отметил, что в оставленном мной меморандуме все это отражено весьма ясно, что я не уполномочен делать никаких предложений и не буду этого делать. Он принес свои глубочайшие извинения и заявил, что его английский крайне несовершенен и он прекрасно понял, что это не было предложением, он просто имел в виду, что г-н Молотов желает продолжить обсуждение вопросов, поднятых в моем меморандуме.

После данного телефонного звонка я снова приехал к премьеру Молотову в семь часов вечера 9 июня. Полковник Феймонвилл вновь отвез меня прямо к дверям Екатерининского зала Большого Кремлевского дворца. Премьер Молотов сказал, что обсудил заданные мной ранее вопросы со всеми своими коллегами в правительстве и что они согласовали условия конкретного предложения, которое он и изложил в ответе на мои вопросы. Он передал мне письмо за своей подписью, на русском языке и адресованное мне лично, в котором по пунктам изложены условия предложения.

Затем премьер заявил, что этот меморандум ни в коем случае не является жестким и окончательным предложением; что он согласен со мной в том, как должен быть проработан вопрос; что он не даст ситуации застопориться; что пусть это послужит первым шагом и как-то прояснит ситуацию, – до дальнейших известий с моей стороны.

Затем я попросил их перевести их меморандум на английский язык, чтобы получить представление об их варианте. Мне ответили, что перевод сделают быстро и передадут его мне.

После этого премьер Молотов продолжил, заявив, что СССР не испытывает серьезной нужды в кредитах; что в последние недели Германия предложила им весьма крупные кредиты, которые они не примут ни при каких условиях; что их торговый баланс благоприятен; что, однако, его правительство и Сталин очень хотели бы урегулировать этот вопрос о долге по причине глубокого уважения к Соединенным Штатам и т. д. и что поэтому они инициировали это дело именно так. Им хотелось как можно скорее выяснить, какова будет реакция президента и госсекретаря на возможность некоторого соглашения по общим пунктам нашего обсуждения; что в любом случае, независимо от того, окажется ли соглашение в конечном итоге успешным или нет, по крайней мере, будет достигнуто одно, а именно: проявление их доброй воли, и, наконец, в любом случае в их головах всегда останется доброжелательное отношение к этим дискуссиям и этим переговорам, которые велись главами правительства и г-ном Сталиным с американским послом.

Затем, к моему удивлению, он сказал, что, по его мнению, было бы лучше, если бы этот вопрос пока оставался вне обычных дипломатических каналов. Он заявил, что этот вопрос возник в результате деловой активности советского правительства в Соединенных Штатах в лице г-на Розова, главы «Амторга», и что, по его мнению, гораздо лучше держать этот вопрос исключительно в этих рамках, до тех пор, пока он не перейдет в стадию, на которой возможно достижение конкретного соглашения. Поэтому он заявил, что этот вопрос не будет рассматриваться послом Трояновским, и он бы предпочел, чтобы он не обсуждался ни с ним, ни с посольством в Вашингтоне. Он также сказал, что, по их мнению, в настоящее время не стоит пока обсуждать этот вопрос в настоящее время с министром иностранных дел Литвиновым. На это я выразил сомнение, сославшись на то, что мне будет трудно общаться с ним иначе, как по нашим дипломатическим каналам или через их Наркомат иностранных дел. Он сказал, что для целей настоящего времени он найдет возможность связаться со мной и что с ним я могу связаться через г-на Розова в Нью-Йорке.

Я снова предложил, что, по моему мнению, как условности, так и мои личные обязательства требуют, чтобы такой вопрос прорабатывался через наших штатных сотрудников и через г-на Литвинова. Он заявил, что так и произойдет в свое время, если вопрос получит развитие, и что всю ответственность за ситуацию в отношении г-на Литвинова он возьмет на себя. Он сам займется этим вопросом и объяснит его г-ну Литвинову, если потребуется.

Чтобы у них не возникло мысли о том, будто я вернулся ради подробностей вследствие возможного неподдельного интереса со стороны правительства Соединенных Штатов, исходя из того, что я сообщил обо всем президенту и государственному секретарю, г-ну Молотову я заявил, что не излагал деталей предложения о долге, но осветил его суть в своей телеграмме в Госдепартамент. Я сообщил, что попросил государственного секретаря и лично президента разрешить мне вернуться в Соединенные Штаты, чтобы принять там присягу и получить инструкции перед поездкой в Брюссель, что я получил такое разрешение и поэтому еду в Соединенные Штаты и доложу обо всем моему правительству в надежде, что оно начнет переговоры, которые в конце концов могут быть успешно завершены.

Он заявил, что его правительство и он лично весьма рады, что я возвращаюсь в Соединенные Штаты и донесу до своего руководства не только предложение, но и дух, который движет его правительством.

Он также подчеркнул, что, по его мнению, чем меньше в настоящее время будет огласка и чем меньше людей будет знать об этой ситуации до тех пор, пока вопрос не согласован в принципе, тем лучше. С чем я от души согласился.

_________________________________

Брюссель, 17 января 1939 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ И ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ О БЕСЕДАХ С ГГ. СТАЛИНЫМ И МОЛОТОВЫМ НАКАНУНЕ МОЕГО ОТЪЕЗДА ИЗ СОВЕТСКОГО СОЮЗА Совершенно секретно

Сэр!

Цель этой депеши – дополнить и завершить ранее представленные отчеты и представить в одном документе полную сводку о совещаниях с господами Сталиным и Молотовым, историю связанных с ними последующих событий и статус переговоров до завершения моего пребывания на посту посла Соединенных Штатов в Советском Союзе.

24 июня 1938 года по указанию Госдепартамента я вернулся в Соединенные Штаты и встретился с президентом, государственным секретарем и заместителем госсекретаря, после чего провел несколько конференций с г-ном Давидом Розовым, главой «Амторга», советского делового агентства в Соединенных Штатах, который был уполномочен обсудить со мной этот вопрос. В это время я представил в Департамент предложение советского правительства, санкционированное г-ном Сталиным и оформленное в письменном виде г-ном Молотовым. Оно было датировано 9 июня 1938 года и передано мне по моей же просьбе вместе с копией на английском языке официальными представителями советского правительства. К настоящему письму прикладываются оригиналы указанных документов.

После совещаний с президентом, госсекретарем и заместителем госсекретаря мне было поручено изучить возможность внесения изменений в советское предложение путем соответствующего обсуждения с г-ном Розовым с целью выработки проекта документа, который можно было бы рекомендовать соответствующим правительствам в качестве фундамента для обсуждения. В этой связи я был уполномочен заручиться советом и консультацией известного нью-йоркского банкира, г-на Сиднея Вайнберга. С господами Розовым и Вайнбергом были проведены продолжительные переговоры с целью внесения изменений в советское предложение. Предполагалось, что урегулирование долга будет сведено к выплате долга Керенского без ущерба к прочим требованиям, на основе компенсационных кредитов, которые будут предоставлены Советскому Союзу под низкие проценты, что сделает урегулирование привлекательным как для советского правительства, так и для правительства Соединенных Штатов. В ходе этих дискуссий стало совершенно очевидно, что правительство Соединенных Штатов не сможет рассмотреть вопрос об урегулировании на такой основе до тех пор, пока Сенат США не примет решение по аналогичному предложению, выдвинутому венгерским правительством. Поэтому сочли целесообразным дождаться результатов рассмотрения Сенатом венгерского предложения. В соответствии с инструкциями я проинформировал советское правительство через г-на Розова так, как это изложено в моих письмах от 5 июля, упомянутых выше.

В качестве проявления доброй воли в моих отношениях с официальными лицами советского правительства обязан вновь обратить внимание Департамента на то, что весь этот вопрос будет держаться в строжайшем секрете, без какой-либо огласки, вплоть до его окончательного урегулирования. Я также был уполномочен лично уведомить официальных лиц советского правительства о том, что президент и государственный секретарь удовлетворены таким жестом дружбы с их стороны и проявлением доброй воли к устранению разногласий и недоразумений в отношении урегулирования долга, вопрос о котором встал наиболее остро после соглашения Литвинова.

На мой взгляд, ситуация такова, что нынешнее советское правительство в июне 1938 года искренне желало устранить недоразумения и плохие впечатления, оставшиеся в результате провала переговоров о выплате долга по литвиновскому соглашению. Основная трудность заключается в том, что с практической точки зрения для советского правительства было бы невозможно выплатить довоенный долг России, не будучи обязанным предоставить аналогичное удовлетворение 27 другим странам в соответствии со своими договорными обязательствами. Это было невозможно с финансовой точки зрения. Ситуация с долгом Керенского уникальна и отличается от других обязательств и поэтому допускает возможность частичного компромисса. Трудности возникли прежде всего из-за того, что ситуация не была откровенно и недвусмысленно озвучена и признана таковой в самом начале, что привело к взаимным упрекам и повышенному тону с обеих сторон.

Отчетливый прогресс проявился в том, что господа Сталин и Молотов откровенно заявили о своем желании выполнить государственные обязательства по литвиновскому соглашению в рамках своих практических возможностей.

Во время моего пребывания в России, проводя в жизнь президентскую политику добрососедства и в соответствии с четкими инструкциями президента и государственного секретаря, я прилагал все усилия, чтобы в максимально возможной степени культивировать взаимное уважение и добрую волю между двумя правительствами, в то же время твердо и настойчиво поддерживая права Соединенных Штатов и принципы демократии. Результат получился весьма удовлетворительным, поскольку не было сомнений в том, что, когда я покидал Россию, между двумя правительствами наметилось лучшее взаимопонимание, чем за некоторое время до этого.

Уполномоченные представители советского правительства открыто заявили, что в мире, где их страна со всех сторон окружена врагами, они целиком убеждены в объективности, справедливости и честных намерениях правительства Соединенных Штатов.

На мой взгляд, до тех пор, пока политика Соединенных Штатов направлена на поддержание отношений с советским правительством, желательно, чтобы таковые носили дружественный характер. Человеческие и природные ресурсы, сила советского правительства и советского народа, их военная и морская оборона, их нынешняя экономическая и нравственная цель сохранения мира представляют собой тот фактор, который может иметь важное значение для поддержания правопорядка и нравственной концепции в отношениях между нациями, особенно в свете агрессивных настроений со стороны объединившихся в союз авторитарных государств.

По причинам, которые хорошо известны государственному секретарю, назначение моего преемника в Москве еще не состоялось. Когда я уезжал, в целом считалось целесообразным, чтобы такое назначение было предложено выходцу из успешного бизнеса или банковской сферы, который характеризовался бы не только знанием промышленных и деловых проблем, но и был бы известен своей либеральной политической идеологией, но при этом не склонялся бы в сторону коммунистических или крайне левых взглядов. Не могу слишком настойчиво рекомендовать целесообразность проведения такой политики в интересах Соединенных Штатов. Учитывая грядущие международные события, мне кажется, человек с широким кругозором, дружелюбный и в то же время независимый, который не станет без нужды обижать лидеров советского правительства, будет наиболее полезен для поддержания дружественного сотрудничества в той степени, которая представляется необходимой в свете ситуации на Тихом океане[96]. В этой связи прошу обратить внимание министерства на тот факт, что, в отсутствие конкретной просьбы со стороны президента или государственного секретаря, назначение подполковника Феймонвилла военным атташе в Москве истекает весной этого года. Если будет сочтено целесообразным оставить его там в связи с ранее упомянутыми обсуждениями, необходимо будет принять срочные меры.

Заметка о Швеции

№ 454 Москва, 28 июля 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ВИЗИТ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ШВЕЕ[ИИ Р.Й. САНДЛЕРА В МОСКВУ

Сэр!

Во время неофициальной беседы с Литвиновым я поднял вопрос о визите Сандлера в Москву. Литвинов заявил, что Сандлер в качестве одной из причин исключения малых стран из обязательств по статье 16 настаивал на том, что подобный курс позволит Соединенным Штатам вступить в Лигу, так как они смогут сделать это, не взваливая на себя обязательства по совместным действиям. И следовательно, такой курс с привлечением Соединенных Штатов, целесообразен для укрепления Лиги. Я ответил, что подобные рассуждения кажутся мне весьма надуманными и что, по моему личному мнению, никакие соображения в настоящее время не могут побудить Соединенные Штаты стать членом Лиги, даже если будет отменена статья 16 пакта.

По поводу такого отношения Сандлера Литвинов высказывал крайнее нетерпение и считал это «немецкой пропагандой».

Позиция Литвинова заключается в том, что некоторые из малых нейтральных стран хотят освободиться от возможных обязательств по ведению совместных действий Лиги против Германии, согласно статье 16, так как серьезно пострадали от подобных действий против Италии в рамках санкций, наложенных той же статьей. По мнению Литвинова, в этой ситуации Швеция взяла на себя инициативу и тем самым играет на руку Германии. Он считает, что Гитлер уничтожит их всех, одного за другим, если они не объединятся, и что война в любой точке Европы будет означать войну везде, ибо «мир неделим».

На мой взгляд, это выглядит разумно. Реалистичный военный союз Великобритании, Франции и России для противодействия Гитлеру и Муссолини – по-видимому, единственное, что остановит Гитлера от выполнения того, что он так нагло провозгласил своими целями.

У меня не имелось каких-либо указаний на позицию Сандлера здесь, кроме вышеназванного заявления Литвинова. Безусловно, ни речь Сандлера в Москве, ни его заявление для прессы в Стокгольме не свидетельствуют о том, что Швеция выступает за ослабление пакта или намерена изменить свою политику противодействия, по крайней мере теоретически, заключению региональных пактов о взаимопомощи. Возможно также, Литвинова раздражает явное неверие Швеции в мудрость региональных пактов о взаимопомощи и ее склонность к «взаимопониманию между Скандинавскими странами» в рамках Лиги как наиболее эффективного и универсального инструмента сохранения мира. У Литвинова же противодействие Швеции региональным пактам о взаимопомощи, несомненно, вызывает такую же досаду, как и отказ Соединенных Штатов вступить в Лигу. Это подтверждается заявлением Сандлера для прессы в Стокгольме о том, что цель взаимопонимания «между Скандинавскими странами – не в культивации недружественных соседских отношений, а в построении взаимопонимания в северной части Европы и оказания благотворного влияния в рамках Лиги Наций».

Будет интересно изучить эту ситуацию во время моего визита в Швецию в следующем месяце.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Страны Балтии готовятся к худшему

ТРАГЕДИЯ ФИНЛЯНДИИ: ПРЕЛЮДИЯ

№ 456-А Гельсингфорс, 2 августа 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ВИЗИТ В ФИНЛЯНДИЮ – 1937 ГОД

Совершенно секретно

Сэр!

В соответствии с графиком провел три дня в Финляндии. Во время пребывания там у меня была возможность лично встретиться с премьер-министром г-ном Каяндером, министром иностранных дел д-ром Холсти, различными членами кабинета министров и некоторыми видными бизнесменами.

Общая ситуация

Финляндия переживает период бурного процветания. Промышленное производство, сельское хозяйство, судоходство, занятость и коммерческая деятельность – везде налицо признаки «бума». Увеличился экспорт, выросли и государственные доходы.

Главным покупателем у Финляндии является Англия. Вероятно, этим, по крайней мере частично, объясняется их стремление следовать политическому лидерству Великобритании в европейских делах. Однако именно Германия продает сейчас Финляндии большую часть своего импорта. По моим сведениям, немецкое влияние здесь носит весьма агрессивный характер.

Весной прошлого года доктор Холсти, как известно, посетил СССР. По этому случаю, как сообщалось ранее, американское посольство устроило в его честь прием.

Финляндия – США и Скандинавский блок

Финляндия жаждала участвовать в Скандинавском блоке (Норвегия и Швеция), главенствующей целью которого, наряду с Данией и недавно Бельгией, является – на случай катастрофы – поддержание мира и сохранение гарантий собственной безопасности. Финляндия обнаружила, что Швеция ее участие в «блоке Осло» не слишком одобряет, – из опасений, что отношения между Финляндией и Советским Союзом и без того носят напряженный характер. Не следует забывать, что в течение многих лет между Финляндией и Советским Союзом существовал источник раздражения из-за проблем, связанных с финским характером Карелии, которая по-прежнему остается частью СССР и является одной из республик, входящих в состав Советского Союза. Советское правительство занято строительством обширных укреплений и военными приготовлениями на приграничных с Финляндией территориях. Кроме того, похоже, что СССР все больше опасается, что Германия имеет какие-то договоренности с Финляндией на случай нападения со стороны Германии и Прибалтики на Советский Союз.

Именно эти условия, по всей видимости, и послужили причиной визита министра иностранных дел Финляндии.

Положение Финляндии между двумя столь могущественными соседями явно незавидное.

Несколько дней назад, уже после моего отъезда, немецкий флот из девяти или десяти кораблей посетил Гельсингфорс с дружественным визитом. Официальные газеты в Москве подвергли Финляндию яростным нападкам за такое проявление дружелюбия со стороны Финляндии по отношению к Германии. Финские же газеты, в свою очередь, возмутились намеком на то, что именно Советский Союз должен определять, какую любезность Финляндия должна оказывать дружественному соседнему государству. Все это свидетельствует о чрезвычайной деликатности сложившейся здесь ситуации.

По моему мнению, Скандинавский блок весьма близок к британскому МИДу.

Выводы

Вообще, на протяжении ряда лет в Финляндии наметилось дружеское отношение к Германии. Такое отношение имеет историческую основу и связано с той помощью, которую Германия оказала стране в ее борьбе за независимость против России.

С другой стороны, финны, по сути, являются сильным, демократическим, свободолюбивым и независимым народом. В результате после ряда бесед у меня сложилось довольно стойкое впечатление о том, что в глубине души правительство Финляндии не приемлет концепцию Гитлера и его государственную политику. Чисто инстинктивно Финляндия не является прогерманской страной.

Однако, независимо от таких соображений, политика Финляндии базируется на осознании крайне опасного географического и военно-стратегического положения, которое она занимает между двумя мощными вражескими странами, и на реалистичном намерении по возможности избегать вражды с одной из них и в любом случае сделать все возможное, чтобы не допустить превращения своей территории в поле боя, где могут быть уничтожены как ее политическая независимость, так и экономическая свобода и независимое благополучие.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ЛАТВИЯ И ЕЕ ПРЕЗИДЕНТ ИЗ НЕБРАСКИ

№ 456-С Рига, Латвия, 15 августа 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ОТЧЕТ О ВИЗИТЕ И ПОЕЗДКЕ В ЛАТВИЮ

Совершенно секретно

Сэр!

О своем визите в Латвию 13, 14 и 15 августа 1937 года имею честь сообщить следующее.

Главные цели внешней политики

По понятным причинам правительство твердо придерживается Лиги Наций. Вся внешняя политика страны основана на желании сохранить независимость и целостность латвийской национальности. Мир является жизненно важным условием. Поэтому им необходимо соблюдать баланс и строгий нейтралитет в отношениях между Германией, Польшей и СССР. У Латвии заключен оборонительный и наступательный союз с Эстонией. Она также является членом так называемого Балтийского блока. Насколько могу судить, официальные лица более благосклонны к Польше, чем к СССР или Германии. Англия – их крупнейший клиент и имеет доминирующее влияние.

Видные представители правящих кругов

Президент, доктор Улманис, некоторое время преподавал в сельскохозяйственном колледже университета Небраски. Секретарь по иностранным делам Мунтерс – молодой человек тридцати девяти лет (его бабушка – шотландка). Он свободно говорит по-русски, а также на четырех других языках. Это невероятно способный и приятный в общении человек. Из других выдающихся деятелей следует отметить военного министра, генерала Балодиса, министра финансов и министра торговли. Со всеми у меня состоялись беседы, за исключением президента, который в тот момент был в отпуске.

Россия и Западное Локарно

Если Англия и Франция заключат мир с Германией и Италией и создадут Западное Локарно[97], не допустив к прямому участию в нем Россию, то, по мнению министра Мунтерса, это не сделают без должного обсуждения и принятия мер для обеспечения мира в Восточной Европе. В этой связи он заявил, что несколько месяцев назад у него состоялась длительная политическая дискуссия с Невиллом Чемберленом. В ее ходе была выработана идея, что решение для мира в Восточной Европе может быть найдено в рамках соглашения между Германией и странами Прибалтики, Польшей и Румынией, в соответствии с которым Германия заключит с этими государствами договоры такого же типа, какие были заключены у них с СССР. При наличии таких пактов о ненападении и четкого определения того, что такое агрессор, мир будет обеспечен в той мере, в какой это могут обеспечить договоры, и таким образом будет создана «крыша» между Германией и Россией, которая избавит Россию и Германию от необходимости заключать договор или соглашение, поскольку считалось, что в настоящее время Гитлер ни при каких обстоятельствах «не подпишет никакого договора с Советским Союзом». Однако эта договоренность, по его словам, хотя бы на некоторое время обеспечит мир в Восточной Европе.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ЛИТВА ЖИВЕТ В СТРАХЕ

№ 456-D Мемелъ, Литва, 16 августа 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ОТЧЕТ О ПОЕЗДКЕ В ЛИТВУ – МЕМЕЛЬ

Совершенно секретно

Сэр!

Главная цель внешней политики

В первую очередь, конечно, она состоит в сохранении национальной независимости. Страна расположена в самом сердце опасной зоны, между Советским Союзом и Германией, и, желая поддерживать с Германией строго официальные отношения, из всех европейских государств, прилегающих к СССР, она наиболее дружелюбна к России. Исторически придерживается антигерманских позиций. Ее единственный реальный выход к морю – это порт Мемель (Клайпеда), и они пребывают в постоянном страхе от того, что нацистское правительство захочет вернуть Мемель под суверенитет Германии. Правительство и все население настроены крайне враждебно по отношению к Польше. Положение обострилось в октябре 1920 года, когда, несмотря на соглашение между польским правительством и Литвой, Вильно (тогдашняя столица) была захвачена поляками и с тех пор оккупирована ими. Эта ожесточенная вражда проявляется в плотной военной обороне и полном перекрытии границы между двумя странами. Между ними нет никаких сношений, и вот вам подтверждение: я не смог отправить телеграмму послу Биддлу в Варшаву из Мемеля. Таким образом, Советский Союз является более или менее естественным союзником в своем враждебном отношении к Польше и Германии.

Ближайших целей их внешней политики две:

1. Вернуть свою старую столицу Вильно, которая сейчас находится во владении поляков.

2. Удержать порт Мемель в борьбе с Германией. Страна является членом так называемого Балтийского блока и сотрудничает с двумя своими северными соседями, Латвией и Эстонией, но вражда между Польшей и Литвой является постоянным препятствием в выработке общих целей с другими членами блока. Другой факт, который несколько ослабляет эту коалицию, состоит в том, что и Латвия, и Эстония опасаются быть втянутыми в советскую «орбиту» и, вероятно, не захотят поддерживать чересчур близкие отношения, если Литва сделается просто марионеткой Советского Союза, поскольку слишком тесно и бесповоротно связана с ним. В конечном итоге, вполне вероятно, – по крайней мере, в настоящее время, – что самозащита против двух своих заклятых врагов станет более контролируемой, поскольку в случае войны с Польшей или Германией Литва найдет своего самого эффективного защитника в Советском Союзе.

Политическая обстановка и Германия

Что касается ситуации в Мемеле как самой неотложной проблемы между Литвой и Германией, то ситуация выглядит получше, чем в последние два года. Последние выборы в Мемеле состоялись в 1934 году. В то время, в целях демонстрации, Гитлер лично появился в Тильзите, что рядом с границей, и прошла информация, что в этом месте он разместил 25 000 вооруженных солдат. Выборы, судя по всему, были проведены литовцами достаточно честно. В результате в руководящий орган было избрано лишь пять литовцев из 29. Население порта в частности и территории в целом преимущественно немецкое и характеризуется откровенными прогерманскими настроениями.

Мне заявили, что губернатор Литвы в течение последних нескольких месяцев был из достоверных источников информирован о том, что Гитлер «в настоящее время не имеет агрессивных намерений в отношении Мемеля».

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

ДИНАМИТ В ДАНЦИГЕ

№ 456-Е Данциг, 18 августа 1937 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ОТЧЕТ

О ПОСЕЩЕНИИ СВОБОДНОГО ГОРОДА ДАНЦИГА И ПОЛЬСКОГО ПОРТА ГДЫНЯ[98]

Совершенно секретно

Сэр!

У меня состоялась интереснейшая беседа с сенатором Фрэнком и доктором Блюме. Доктор Блюме – мужчина около сорока лет, он умный и острый на язык. Как экономист он связан с министерством иностранных дел и, по-видимому, выполняет для президента роль своеобразного секретаря. Его позиция очень откровенна. Он заявил, что не видит никакого решения для той невыносимой обстановки, которая существовала в связи со свободным городом Данцигом, кроме того, что, возможно, уготовано будущим, а случится это «Бог знает когда». Свою идею о возможном наступлении этого события он развил дальше, описав опасности, с которыми столкнулось польское правительство вследствие серьезных волнений среди населения в целом, из-за невыносимого неравенства между различными классами польского общества и наличия большого количества украинцев и белорусов в той части Польского государства, которая примыкает к территории Советского Союза. Со временем, говорил он, когда эти крупные русские меньшинства в Польше настолько проникнутся советским и коммунистическим влиянием, что вместе с другими потенциальными революционными элементами в Польше смогут разжечь в стране революцию, Польша придет к пониманию того, что ее реальные интересы лежат на стороне Германской империи, которая и является ее настоящим другом. В такой ситуации, по его мнению, появится возможность вернуть Данциг под суверенитет Германии, что обеспечит ей экономические и политические права. Что касается вопроса об управлении свободным городом Данцигом, он заявил, что если спросить какого-нибудь обывателя на улице в Данциге, тот бы ответил, что необходимо не только освободиться от господства Польши, но и вовсе упразднить Польский коридор. Он признал, что в течение некоторого времени это было невозможно из-за договора Германской империи с Польшей, срок действия которого истекал лишь в 1944 году.

Визит короля Кароля – Румыния

В ответ на мой вопрос о важности недавнего визита Кароля в Польшу и повышения статуса румынского представительства до уровня посольства он заявил, что Польша «мало что приобретет, даже если они получат Румынию». Это ощущение было проиллюстрировано распространенной поговоркой: «Мания, дипсомания, клептомания и Румыния», – сказал он.

Данциг и СССР

Официальные лица свободного города Данцига проявляли весьма мало интереса или любопытства в отношении Советского Союза. Польские же власти, напротив, были явно весьма заинтересованы и задавали множество вопросов. Их отношение носило явно критический и враждебный характер по отношению к СССР, хотя они весьма предусмотрительно квалифицировали свои комментарии как неофициальные и указали на необходимость сохранения Польшей строго формального нейтралитета в отношениях между Германией и Советским Союзом, дабы защитить собственную независимость.

Заключение

В итоге, на мой взгляд, ситуация здесь искусственная, нестабильная и, вероятно, чревата неприятностями.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Экспертный доклад о военной промышленности России

Москва, 16 октября 1937 года

МЕМОРАНДУМ ДЛЯ ПОСЛА

ТЕМА: СОВЕТСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ КАК ОПОРА КРАСНОЙ АРМИИ

1. Недавние изменения в исполнительных отделах советского правительства существенно повлияли на организацию советской промышленности в целом. Этот эффект особенно ощутим в той части промышленности, которая непосредственно полезна Красной армии. Упомянутые изменения включают в себя как организацию новых комиссариатов, так и перераспределение бюро и трестов между уже имеющимися.

2. Наиболее важным из таких изменений стало учреждение зимой прошлого года нового исполнительного ведомства – Народного комиссариата боеприпасов (в оборонной промышленности), в ведение которого входит производство боеприпасов для Красной армии. Это изменение было результатом внесенного в редакционную комиссию новой конституции предложения, принятого и одобренного Сталиным во время его доклада на Чрезвычайном съезде Советов, на котором был утвержден окончательный проект конституции.

3. Совсем недавно, 23 августа 1937 года, из различных бюро, входивших в состав Народного комиссариата тяжелой промышленности, был учрежден новый комиссариат – Наркомат машиностроения.

4. В соответствии с новым порядком все отрасли и тресты, которые в первую очередь отвечают за производство боеприпасов для Красной армии, объединены в Народный комиссариат боеприпасов. К таковым относятся авиационная промышленность в целом, судостроительная промышленность в целом, все предприятия по производству боеприпасов, а также некоторые отрасли сталелитейной промышленности и цветной металлургии с соответствующими заводами и исследовательскими лабораториями. Народный комиссариат машиностроения будет включать в себя предприятия по производству тракторов, станков, паровозов, автомобилей и сельскохозяйственных машин, заводы по производству машин для легкой и пищевой промышленности, а также котельную, турбинную и электротехническую промышленность.

5. Причины таких изменений носили как общий, так и специфический характер. В целом, по-видимому, было признано, что операции с высокой степенью централизации не являются самым эффективным типом организации промышленности для столь громадных систем, как государственная промышленность Советского Союза. Такие высокоцентрализованные операции были неизбежны в первые годы существования советской промышленности, когда техническими знаниями и опытом обладала лишь горстка советских инженеров, которым помогали иностранные советники, и когда был необходим самый тщательный контроль за производством. По мере расширения масштабов советской промышленности централизованное руководство производством становилось все более затруднительным. Тем временем советские инженерные школы выпускали все больше и больше молодых инженеров, вполне способных занять ответственные посты на заводах и фабриках. Таким образом, с появлением соответствующих кадров возникла необходимость в существенной децентрализации производства.

6. Современное положение в советской промышленности в целом характеризуется высокой степенью централизации руководства и контроля, но в то же время децентрализацией самого производства. Свидетельством этого является увеличение числа промышленных комиссариатов и все большее разделение промышленных операций на тресты и отдельные фабрики и заводы.

7. Конкретные причины, приведшие к созданию новых производственных комиссариатов, как предполагается, заключались в жалобах армейских властей на отставание программ производства боеприпасов и на многочисленные недостатки, обнаруженные на заводской продукции.

8. Что касается организации, то нынешние меры, принятые советским правительством для производства боеприпасов, почти идеальны. Возникающие трудности не связаны с организацией. Они скорее обусловлены недостатком технических навыков у рабочих в целом и низкой производительностью труда в СССР, что, в свою очередь, обусловлено различными причинами, такими как недостаточность подготовки, низкий уровень жизни, а также, возможно, политическим недовольством, саботажем и происками вредителей.

9. Организация производства боеприпасов, которая считается едва ли не идеальной, основана на тесном взаимодействии военно-политических и экономических аспектов советской жизни. Правительство, благодаря тщательному анализу и скрупулезному контролю, масштабы которых постоянно расширяются, владеет необходимой информацией о природных ресурсах страны и доступных запасах сырья. Благодаря высокоцентрализованному руководству промышленностью правительство также располагает подробными сведениями о текущих производственных мощностях промышленности и возможностях ее дальнейшего развития.

10. От Генерального штаба Красной армии правительство получает информацию об уровне готовности промышленности, необходимом для поддержки любого предполагаемого плана военных действий. Таким образом, имея в своем распоряжении все эти базовые сведения, правительство может формулировать политический курс с полной уверенностью в том, что таковой – в случае провала дипломатии – может быть проведен в жизнь силой.

11. Генеральный штаб Красной армии, получив от правительства указание на несколько возможных стратегических ситуаций, в которых она может быть призвана действовать, в состоянии рассчитать свои потребности, которые должны быть удовлетворены, прежде чем можно ожидать успешных военных действий. Эти требования, естественно, включают в себя людской ресурс, необходимое обмундирование и боеприпасы, которыми этот ресурс должен быть оснащен, а также финансовую и промышленную поддержку, необходимую для поддержания непрерывных поставок боеприпасов в течение предполагаемого срока действия чрезвычайной ситуации.

12. Требования Генерального штаба для каждой из нескольких рассматриваемых стратегических ситуаций, несомненно, тщательно анализируются правительством. Предполагаемые стратегические ситуации, естественно, будут включать варианты обороны против одного захватчика, обороны от нескольких противников и наступательные операции на одном из фронтов в сочетании с оборонительными операциями на другом. После утверждения правительством требования Генерального штаба, естественно, будут переданы в национальные органы планирования, которые должны будут удовлетворить промышленные нужды Красной армии. Удовлетворение таких нужд до сих пор занимало приоритетное место в проектах Государственной плановой комиссии.

13. Плановые комиссии, благодаря своему централизованному контролю над всей промышленностью, в состоянии выделить для производства боеприпасов адекватную долю природных ресурсов, достаточное количество топлива и энергии для работы оборонных предприятий, а также достаточное количество рабочей силы и финансовых средств для обеспечения успешной работы этих предприятий. Основными комиссариатами, на которые распространяются такие планы, являются Наркомат боеприпасов, Наркомат тяжелой промышленности, Наркомат легкой промышленности, Комиссариат машиностроительной промышленности, Комиссариат пищевой промышленности и Наркомат транспорта. Именно на эти исполнительные ведомства и ляжет основная нагрузка по обеспечению готовности советской промышленности.

14. Можно сделать вывод, что преобладающая в СССР социалистическая экономика, благодаря полному контролю над всей промышленностью страны, обеспечивает необходимую промышленную поддержку принятых правительством военных планов. Промышленность была организована таким образом, чтобы обеспечить потребление в военных целях любых необходимых количеств сырья, производственных мощностей и рабочей силы страны. В результате применяемых в СССР высокоцентрализованных методов управления производственные программы могут быть приняты незамедлительно по решению исполнительной власти без законодательных или иных проверок. При реализации производственных графиков обязательно возникнут трудности, но таковые будут носить чисто технический или политический характер, а основу организации промышленного производства в Советском Союзе можно считать вполне надежной.

Инвентаризация самого богатого региона России

Меморандум о советских промышленных регионах

Перед отъездом из посольства в Москве я на основе опубликованных материалов подготовил сводки по различным заводам, которые мы собирались посетить, и после ужина в вагоне-ресторане советский экономический эксперт из персонала нашего посольства, г-н Шиффер, прочитал нам уже привычную, на 30–40 минут, лекцию о том, что нам предстоит увидеть на следующий день.

Нашим первым пунктом остановки стал Харьков, город с населением около 700 000 человек.

После Первой мировой войны столицу Украины перенесли из Киева в Харьков, но впоследствии она была возвращена обратно в Киев. Харьков считался самым русским из всех (украинских) городов. То, что мы бы назвали муниципальным центром, было только что построено вдали от старой части города, вокруг красивого парка. Здания внушительные, аккуратные, рационально расположенные и составляют почти обособленный городской район. Подобные вещи типичны для всех мест, которые я посетил в России. Темпы строительства были весьма высоки. Здесь, в Харькове, нам было интересно взглянуть на один из новых тракторных заводов, построенных в рамках пятилетнего плана. Он был расположен примерно в восьми или десяти милях от города, и к нему вела широкая, современная асфальтированная дорога, простирающаяся и далее, в широкие украинские степи. Годовая мощность этого завода составляла 37 000 тракторов колесного типа в год, и на нем работало 12 000 человек. Когда мы были там, большая часть завода уже переводилась на производство гусеничных тракторов согласно плану, который предусматривал выпуск 15 000. тракторов в год. Мы все согласились, что переход на гусеничный тип тракторов осуществляется с целью производства гусеничных танков для армии.

Завод проектировался с участием лучших инженеров США, Великобритании, Франции и Германии. В рамках пятилетнего плана советское правительство не скупилось и платило любые деньги, чтобы заполучить лучшие инженерно-технические и планировочные навыки, которые только могли предложить западные страны. Этот завод был построен в 1931 году. Около 60 % оборудования было произведено в Соединенных Штатах. Нам сообщили, что в то время на заводе работало около 9000 мужчин и женщин, в том числе свыше 120 технических специалистов разных национальностей. Рядом с тракторным заводом мы увидели огромный жилищный комплекс, состоящий из современных, опрятных многоквартирных домов. Они должны были стать жильем для рабочих и их семей. Это были типичные квартиры нового типа для рабочих, которые я часто встречал в других уголках страны. Мы посетили эти квартиры, затем осмотрели ясли – детские комнаты, где младенцы оставлялись на попечение квалифицированных медсестер. Их матери работали на заводах, а во время перерывов возвращались в больницу и по мере необходимости понянчить своих детей.

Сам тракторный завод, а также все оборудование и его размещение в цехах соответствовали самым последним достижениям в заводской планировке. Это было впечатляюще. Как и на заводе Форда в Ривер-Руж, станки располагались последовательно, один за другим, так что материал проходил переработку, и конечный продукт получался на выходе без перекрестной обработки или возвратов. Различные технологические процессы устроены последовательно – так, чтобы обеспечивался постоянный поток от сырья к готовой продукции, и везде, где возможно, используется ленточно-конвейерная система. Это конвейерно-сборочная схема производства. Во время нашего там пребывания на конвейере как раз шла сборка тракторов.

По-видимому, завод работал довольно эффективно. Правда, такой скорости или высокой степени активности, какие присущи обычному автомобильному заводу в нашей стране, там не наблюдалось. И в самом деле, русские технологи публично сообщали, что производительность труда их рабочих, несмотря на постоянный прогресс, достигла лишь 40 % производительности среднего американского механика. В целом должен сказать, что, по моим наблюдениям, у них именно такая производительность. Вообще, по своим характеристикам завод намного превзошел все, что изначально обеспечивалось его конструкцией, планировкой и оборудованием.

Непосредственно с заводом связана так называемая «научно-техническая секция», которая размещалась в одном из больших красивых и зданий завода. Здесь имеются лекционные аудитории, специальный зал для просмотра кинофильмов, индивидуальные учебные кабинеты, техническая библиотека и зал технических экспонатов. Задачей секции было повышение технических знаний и квалификации персонала завода, и здание спроектировано именно для этой цели. Стены увешаны графиками и диаграммами, которые постоянно обновляются. Это указывает на то, что руководство завода отслеживает различные факторы, которые в той или иной мере влияют на эффективность производства. Записи были, очевидно, актуальными и охватывали широкий спектр данных, включая производительность труда в различных отделах и количество стахановцев, или сдельных рабочих.

Особый интерес вызвала библиотека – прежде всего тем, что раскрывает серьезность и неподдельную заинтересованность этих молодых русских инженеров и технологов. Заведующей библиотекой оказалась симпатичная молодая женщина, которая с гордостью продемонстрировала не только свою коллекцию лучших технических учебников и справочников по тракторам, но и систему каталогов и картотеку. На одном из столов было интересно увидеть технические журналы, изданные на разных языках, практически из всех промышленных стран Европы и США. Каждый вечер в здании проводились занятия.

Сошедшие с конвейера тракторы выглядели крепышами. Они не имели сложной оснастки, но смотрелись вполне достойными и пригодными для тяжелой работы. На самом деле впоследствии я видел множество таких тракторов в колхозах в России, где они, судя по всему, проявили себя весьма хорошо.

Шкала заработной платы на этом заводе и, по сути, на всех подобных промышленных предприятиях вызывает интерес в связи с теми огромными средствами, которые уже были затрачены и продолжают вкладываться советским правительством в промышленность. Производительность для военных или других целей значительно повышается благодаря низкой стоимости рабочей силы, так как одним из величайших промышленных ресурсов России является неограниченная рабочая сила. Например, на данном заводе среднемесячная зарплата составляет 230 рублей в месяц, что по текущему официальному курсу равно 45 долларам, а по курсу черного рынка – около 23 долларов в месяц. Средняя зарплата квалифицированных рабочих была примерно вдвое больше. Самая высокая зарплата сдельных рабочих-стахановцев составляла около 80 долларов в месяц, в то время как руководители, вплоть до директора, получали не более 2500 долларов год.

Под Харьковом также расположен турбогенераторный электромеханический завод. На нем производится оборудование для советской металлургической, угольной, железорудной и электроэнергетической промышленности. На один только быстрый обход этого предприятия мы потратили несколько часов. На нем работает 38 000 человек. Нам сказали, что из 2500 имеющихся на заводе станков около половины – иностранного производства. Его годовая мощность составляет 30 турбин по 50 000 киловатт каждая. Здесь же, в связи с производством малого оборудования, в соответствии с передовой технической практикой управления заводом применяется линия с ленточным конвейером. Грузоподъемность самого большого мостового крана на заводе составляет 200 тонн. Мы увидели огромную турбину, находящуюся в процессе сборки. Она была рассчитана на мощность 100 000 киловатт. Из 38 000 человек, занятых на заводе, было 1200 инженеров-технологов. Их максимальная зарплата составляла около 1200 долларов в год. И еще было 1500 иностранных специалистов. Здесь, что опять-таки характерно для людей, стоящих во главе таких предприятий, руководство с большой гордостью демонстрировало нам свои технические, инженерные и химические лаборатории, рассказывало о системе учета затрат в управлении заводом, а также учебные отделы, классы и т. д.

Здесь, однако, снова наблюдалась та же картина отсутствия реального делового управления заводом в том, что касается рабочих, – с чем мы столкнулись и на другом заводе, – если сравнивать с темпами производства на заводах в Соединенных Штатах. Тем не менее объемы производства и производительность труда были весьма впечатляющими для страны, которая совсем недавно приспособилась к современной промышленной системе.

Мы сели в поезд и отправились из Харькова в Запорожье, и эта поездка оказалась довольно продолжительной. После ужина нам вновь прочитали лекцию о том, что нам предстоит увидеть на следующий день.

Запорожье – город с населением 125 000 человек, расположенный в самом сердце гигантского индустриального района Донбасса. Он является типичной частью масштабного промышленного плана советского правительства. Этот регион сосредоточен вокруг плотины Днепрогэса, на полпути между крупными железорудными и угольными бассейнами Украины. Еще со времен Екатерины Великой предпринимались попытки сделать Днепр судоходным и построить в этом месте плотины. После многих неудач для выполнения этой работы советским правительством наконец был привлечен наш американский инженер, полковник Купер. И он успешно ее выполнил. Эта так называемая Днепровская плотина, или плотина Купера, была тогда самой большой плотиной в мире, за единственным исключением: плотины Боулдер. Вблизи этого огромного центрального резервуара электроэнергии за четыре-пять лет возникли гигантские производственные предприятия различных видов. Невероятно быстро здесь возник новый город Запорожье. Он выглядел так, как и должно выглядеть поселение первопроходцев, созданное с целью обеспечения эффективности, жилья и обслуживания промышленного сообщества. Здания были утилитарного типа, трех-четырехэтажные, аккуратные и добротно построенные. Застройка велась кварталами, как в типичном американском городке в прериях. Предпринимались попытки благоустроить местный парк – так называемый Парк культуры и отдыха. В городе имелись трамваи и довольно красивый модернистский кинотеатр. Улицы выглядели чистыми.

Мы приехали сюда, чтобы изучить связь между плотиной и промышленными предприятиями, которые она обслуживала. Мы хотели видеть сам город, плотину Купера, огромный сталелитейный завод, который частично уже функционировал и был завершен примерно наполовину, и алюминиевый завод, уникальный для России и один из крупнейших в мире. Мы проехали через огромную плотину и провели несколько часов в турбинном зале, где работали советские инженеры. О полковнике Купере они отзывались с большим восхищением и любовью. По их словам, строительство плотины было начато в 1927 году и завершено в 1932 году. Электростанция снабжала энергией регион площадью 80 000 квадратных миль. Максимальное расстояние для передачи электроэнергии составляло 500 миль. У них есть вспомогательные паровые установки для использования в зимний период. Несмотря на эти вспомогательные установки, плотина Купера не обеспечивает потребности всего региона в электроэнергии. В то время разрабатывались планы по строительству еще четырех таких электростанций, две из которых уже находились в процессе строительства. В этой связи интересен тот факт, что Советский Союз производит больше электроэнергии, чем вся остальная Европа, вместе взятая, а по объему производства уступает лишь Соединенным Штатам. Электростанция имеет около 2000 подстанций в сельскохозяйственных районах, через которые электроэнергия распределяется в рамках программы электрификации сельских районов, чем-то напоминающей наши собственные программы ТУА (Tennessee Valley Authority/ Управление по развитию гидроресурсов долины р. Теннесси) и REA (Rural Electrification Administration/Управление электрификации сельских районов).

Ответственные инженеры являлись довольно типичными представителями своей профессии. Насколько могу судить, это крепкие физически, скромные, уравновешенные люди. Все их оборудование выглядело таким же чистым и четко упорядоченным, как на линкоре. В Соединенных Штатах на электростанциях мне бывать не доводилось, но я не могу представить себе ничего, что производило бы впечатление более ухоженного или эффективно организованного и управляемого объекта, чем эта.

Рядом с плотиной, разделенный руслом реки с турбинным заводом, находится огромный алюминиевый завод, построенный в 1931–1932 годах. Он расположен здесь ввиду доступности большого количества электроэнергии, необходимой для производства алюминия. Первоначально завод был рассчитан на годовую выработку 20 000 тонн чистого алюминия, но с тех пор его мощность удвоилась. По словам директора, общий объем производства алюминия в США на тот момент составлял 45 000 тонн. Завод спроектирован французскими инженерами, связанными с Французской алюминиевой компанией, и потребляет около половины всей электроэнергии, вырабатываемой плотиной Купера. Бокситы, основное сырье, доставляются из Ленинградской области, а также с крупных месторождений в Уральских горах. Производимый алюминий продавался различным государственным отраслям для производства кабелей, самолетов, автомобилей и т. д. По словам директора, советская тяжелая промышленность могла бы поглотить весь производимый заводом алюминий, и даже больше.

Этот директор произвел на всех нас большое впечатление. Отличный парень. Он похож на моего старого друга, Алека Легге, из компании «Интернэшнл харвестер», но немного покрупнее, скорее он представляет собой нечто среднее между Алеком Легге и моим другом, Уильямом Кнудсеном. Этот человек пользовался большим авторитетом в любом обществе и в любой ситуации. Его завод давал все основания считать, что им управляет именно такой руководитель. В ответ на наши расспросы он рассказал, что завод функционирует на коммерческой основе. Норму, или квоту, устанавливал Центральный комиссариат. Любая прибыль сверх этой нормы являлась бонусом для завода и руководства. Она использовалась для премирования за индивидуальные рекорды производительности труда, а также для улучшения социальных условий для рабочих. Жилье, по его словам, предоставлялось за плату в размере от 12 до 15 % от зарплаты семьи и от 3 до 5 % для холостяков, которые проживали в общежитиях. Заметно, что станки в электротехническом отделе в основном немецкого производства.

Самым крупным предприятием в этом регионе является металлургический завод, предназначенный для производства чугуна, стальной проволоки, высококачественного проката, ферросплавов и т. д. Когда мы там были, он был завершен примерно наполовину, но эта половина уже работала. Директор нам сказал, что весь проект оценивается примерно в миллиард рублей (200 млн долларов по официальному курсу). Когда строительство будет окончательно завершено, на заводе должно стоять четыре доменных печи, три сталеплавильных цеха и три прокатных стана.

Первоначальный проект завода предусматривал производство 1 970 000 тонн чугуна, 1 800 000 тонн мартеновской стали и 1 800 000 тонн листового проката. В то время одна из американских компаний занималась здесь монтажом стана для непрерывной горячей и холодной прокатки стального листа и отделочного цеха. Одно лишь американское оборудование для этого завода, по словам директора, обошлось в 4 млн долларов. В мире есть только два сопоставимых тонколистовых прокатных стана. Оба завода находятся в Соединенных Штатах. После завершения строительства на этом сталелитейном заводе будет работать 35 000 человек.

Из Запорожья мы отправились в Днепропетровск, расположенный примерно в 250 милях восточнее. Днепропетровск – это прекрасный старинный украинский город. Здесь широкие проспекты, красивые деревья, симпатичная застройка. Новые здания выполнены в типично модернистском стиле и в большинстве своем представляют собой квартиры и жилье для рабочих. Главным предприятием, которое мы хотели здесь посмотреть, был завод по производству стальных труб, на котором работало 9000 человек. Здесь выпускали различные виды труб, тюбинг и прочие виды готовой стальной продукции. Недавно был оборудован новый специальный участок для производства бесшовных труб. Он проработал всего два года. В нем имелись цех металлообработки, трубопрокатный цех и три мартеновских печи. Мощность мартеновского цеха составляла 440 000 тонн. Мы прошлись по заводу и в целом увидели там такие же условия, как на предприятиях в Харькове.

Наибольший интерес вызвал у нас директор этого завода. Когда мы пришли в заводское управление, чтобы познакомиться с ним, то увидели хорошо обставленный и прекрасно оборудованный главный офис, похожий на офис любой крупной организации в Соединенных Штатах. Когда нас пригласили в кабинет директора, у дверей нас встретил молодой человек лет тридцати пяти и на безупречном английском произнес: «Здравствуйте, господин посол. Весьма рад приветствовать вас здесь». Это был опрятный, ухоженный мужчина в прекрасно сшитом костюме. В Нью-Йорке такого можно было бы запросто принять за какого-нибудь адвоката или бизнесмена. Придерживаясь нашего обычного подхода, мы принялись задавать различные вопросы технического характера и по вопросам, связанным с заводом, таким как управление и т. д. Он уселся за стол, накрытый стеклом, и очень спокойно, но увлеченно отвечал на все вопросы. Большинство ответов мы получали сразу же, без всякого промедления. Иногда директор обращался к графикам и таблицам с цифрами, которые находились под стеклом на столе. То, чего не было на графиках, было записано в небольшом блокноте, который он достал из кармана своего жилета. Страницы блокнота были мелко исписаны данными, очевидно относящимися к показателям и характеристикам заводского оборудования.

Когда он рассказал о запуске нового цеха по выпуску бесшовных труб, я спросил, знает ли он о заводе братьев Смит в Милуоки, где затраты на рабочую силу были чрезвычайно снижены благодаря использованию электрических машин. Он ответил, что изучал работу завода в Милуоки, а также другого аналогичного завода в Огайо и что их новый цех, с учетом рекомендаций американских инженеров, воплотил в себе лучшие черты обоих упомянутых заводов. Он добавил, что, по его мнению, он даже лучше. Перед тем как уйти, я попросил разрешения задать ему несколько личных вопросов. Он с готовностью согласился. Оказалось, что он родом из крестьянской семьи, которая проживала примерно в 25 милях от Днепропетровска. Он был одним из одиннадцати детей, которые жили в примитивной хижине с земляным полом, вполне типичной для сельскохозяйственных районов России. Обувь он стал носить, лишь когда приехал в Днепропетровск, чтобы пойти там в школу.

За государственный счет он закончил общеобразовательную школу в Днепропетровске, после чего учился в местном университете, где имелись горный, металлургический и технологический факультеты. Он сказал, что это было нечто вроде университета или технического института, наподобие нашего Технологического института Карнеги. Обучение длилось четыре с половиной года. Окончив металлургический факультет, он получил диплом в возрасте 23 лет. Я спросил, большой ли тот университет. Он ответил, что сейчас в нем обучается 25 000 студентов. Все студенты получали от государства стипендии на одежду, проживание, театр и т. д. После окончания курса обучения в местном университете он некоторое время посещал технические училища Москвы и Ленинграда, а затем отправился в Германию, Францию и США, чтобы завершить свое техническое образование, ознакомившись с опытом других стран. Он провел семь месяцев в США, посетив Питтсбург, Янгстаун, Кливленд, Чикаго и Детройт, где изучал американские технологии. Вернувшись на родину, стал одним из помощников в руководстве заводом, а теперь в возрасте тридцати пяти лет возглавил всю организацию.

Сельскохозяйственная техника

Из Днепропетровска мы поехали в Ростов-на-Дону, на северное побережье Черного моря, где находился очень крупный завод по производству комбайнов и другой сельскохозяйственной техники.

Не все об этом знают, но сельскохозяйственных машин Советский Союз производит больше, чем любая страна в мире, даже больше, чем Соединенные Штаты. Они являются нашими конкурентами – притом весьма серьезными – на всем Ближнем Востоке и даже в Азии. Этот сельскохозяйственный машиностроительный завод – крупнейший в СССР. Он расположен на окраине города, население которого, кстати, составляет 500 000 человек. До революции в Ростове-на-Дону находилась штаб-квартира войсковой организации донских казаков. В настоящее время это один из крупнейших городов Донбасса, неподалеку от которого сосредоточена крупнейшая в стране угледобывающая промышленность, а также ряд крупнейших металлургических и химических предприятий. Регион также богат антрацитом и битуминозным углем, некоторые сорта которого обладают очень высокими показателями коксования. На тот момент в этом районе находилось 30 процентов сталеплавильных печей Советского Союза, а также 21 коксохимический завод и пять химических заводов общего назначения. Вышеназванный сельскохозяйственный машиностроительный завод занимает площадь 180 квадратных гектаров (около 446 акров). Он производит гусеничные тракторы, комбайны, бороны, плуги и т. д. И здесь мы вновь обнаружили определенные признаки, указывающие на то, что завод перепрофилирован на военные нужды. По словам директора, литейный цех был «закрыт на ремонт». Когда он это сказал, мне подмигнул Демари Бесс. Вся Россия, включая нас, думала и говорила в русле подготовки к войне, которой так интенсивно занимались Советы. Применялись сборочные линии, конвейеры и ленточные системы, и, судя по всему, они работали очень хорошо. С точки зрения оборудования, расположения агрегатов и станков и планировки завода все выглядело так же хорошо, как все ранее увиденное на других заводах. И здесь у меня снова создалось впечатление, что темпы производства не соответствуют показателям наших заводов, с которыми я знаком. Но как бы там ни было, все шло достаточно гладко. Я присел на шасси на одном из концов сборочной линии, и через несколько минут мы уже выезжали своим ходом, на собранном агрегате.

В механическом цеху завода мы отметили, что большая часть оборудования – американского или немецкого производства. В ходе нашей экскурсии произошло еще кое-что интересное. Мы проходили через деревообрабатывающий цех, где большинство станков американского производства. Нас познакомили с руководителем этого цеха, в котором работает 1000 человек. Ему было около 30 лет. Он сказал мне: «Господин посол, вы ведь родом из Висконсина, не так ли?» Это было сказано на идеальном английском! Я ответил: «Да, а что?» Он в ответ: «Я два года учился в Висконсинском университете в Мэдисоне. Какой замечательный университет и какой прекрасный город». Он добавил, что после завершения технического образования посетил большинство крупных машиностроительных заводов США. Это еще раз говорит о молодости и качестве младших руководителей таких организаций. Когда мы покидали завод, мои внештатные советники, из печатной прессы, сошлись во мнении, что этот завод переоборудуется под производство гусениц для больших танков.

Порт Одессы и показатели поставок в Испанию

№ 1318 Москва, 1 июня 1938 года

Продиктовано в Батуме, 22 мая 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ПОРТ

ОДЕССЫ И ПОКАЗАТЕЛИ ПОСТАВОК В ИСПАНИЮ

Конфиденциально

Сэр!

Город Одесса, расположенный на северо-западном побережье Черного моря, является одним из крупнейших российских черноморских портов.

Вдоль причалов было пришвартовано шесть испанских судов, очевидно интернированных, и еще дюжина находилась в других российских портах Черного моря. Во время недавнего визита в Одессу мне сообщили, что членам испанских экипажей в дополнение к питанию советское правительство выделяло по 50 рублей в месяц каждому. При этом от них требовалось, чтобы они уделяли время покраске и поддержанию своих судов в надлежащем состоянии. Обычно предполагалось, что в конечном итоге советское правительство оставит эти суда в качестве компенсации за поставленные Испании товары и материалы. Также было заявлено, что советское правительство зафрахтовало британские и греческие суда для перевозки товаров в Испанию из этого порта. В доках я насчитал около 200 грузовиков советского производства, предназначенных, по-видимому, для испанского правительства.

Мы приехали в Одессу утром 17 мая. В течение дня мы посетили два пансионата и большую базу отдыха, включающую в себя парк и пляж для купания.

Старинные особняки буржуазии и дворянства, расположенные на окраинах и с видами на море, превращены в санатории и дома отдыха, многие из которых отремонтированы и покрашены. Самым большим из них было красивое поместье площадью около 60 акров на окраине Одессы с видом на Черное море. Раньше это был дом самого богатого местного банкира. Сейчас это место используется как санаторий для страдающих сердечными и нервными заболеваниями. В настоящее время в нем размещается персонал и 220 пациентов. Здание поддерживается в очень хорошем состоянии, и все говорит о том, что здесь хорошая администрация.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Хлебокомбинат в Одессе

№ 1325 Москва, 1 июня 1938 года

Продиктовано в Батуме, 22 мая 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ХЛЕБОКОМБИНАТ В ОДЕССЕ

Сэр!

По случаю визита в город Одессу 17 мая у меня была возможность осмотреть один из крупнейших советских хлебозаводов – так называемый хлебокомбинат имени Сталина.

Предприятие занимается исключительно выпечкой довольно грубого сорта черного хлеба. Здание фабрики большое и довольно внушительное. Оно выкрашено в белый и желтый цвета, и как внутри, так и снаружи все говорило о порядке и чистоте. Очевидно, при обустройстве завода руководство стремилось к соблюдению гигиенических и санитарных норм. Посетители должны надевать белые халаты, а работники, как нам рассказали, должны принимать душ перед входом и после выхода с производства. Руководство гордится своей химической лабораторией, в которой проводятся химические анализы каждой партии теста и хлеба. Оборудование частично английского, частично советского производства. Как это часто бывает, здесь имеется несколько советских дубликатов иностранных машин. Отличительной чертой технического директора является молодость, а также серьезность и самоуверенность, которая, по-видимому, весьма характерна для советского инженера.

Руководство завода самостоятельно закупает сырье и материалы. Оно подотчетно центральной администрации. Работает на основе норм – «планов», которые спускаются на места из центра. Заводское руководство имеет право на распоряжение директорским фондом для премий и дополнительных выплат рабочим и руководству, если перевыполнены нормы «прибыли» за счет стараний руководства и рабочих завода. Так что премирование и здесь тоже является одним из стимулов для повышения производительности труда.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Порт Батум, советский Ботанический сад и опытная станция

№ 1311 Москва, 1 июня 1938 года

Продиктовано в Батуме, 22 мая 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ПОРТ БАТУМ, СОВЕТСКИЙ БОТАНИЧЕСКИЙ САД И ОПЫТНАЯ СТАНЦИЯ; ЦИТРУСОВЫЕ, ТУНГОВОЕ ДЕРЕВО

Сэр!

Батум, главный порт СССР по экспорту нефтепродуктов, расположен на юго-восточном побережье Черного моря, в самом небольшом административном подразделении Советского Союза – Аджарской Республике. Он расположен в субтропическом регионе, и его население составляет около 75 000 человек. К данному письму прилагается меморандум, в котором изложены некоторые основные факты, касающиеся порта Батум.

От Баку на Каспийском море до этого порта проложены два основных трубопровода Советского Союза – расстояние составляет 800 или 900 километров. От 53 до 90 % всего экспорта порта составляют нефть и нефтепродукты. Остальные отгрузки относительно невелики. Среди других экспортных товаров – зеленый чай, некоторые лесоматериалы и различные товары. С 1913 года грузооборот порта увеличился в три раза.

Сам город отличается чистотой и порядком. В этом плане он выгодно отличается от аналогичных субтропических городов испано-американского континента. Главные улицы заасфальтированы, и практически все улицы вымощены. Многое указывает на стремление украсить город зеленью и субтропическими растениями. Парки довольно красивы и отличаются ухоженностью. За последние несколько лет город стал в той или иной степени курортом. Мне сообщили, что сейчас здесь 15 санаториев или домов отдыха, разбросанных среди предгорий, непосредственно прилегающих к городу. Местные выглядят лучше одетыми и более благополучными, чем жители Москвы, и их лица также кажутся более счастливыми.

Примерно в 12 милях от города, в долине, к которой ведет горная дорога через предгорья, расположен крупнейший Ботанический сад Советского Союза. Он был заложен в 1912 году и занимает площадь около 100 гектаров, или 247 акров. Он простирается от моря вверх по склонам гор. С тянущейся вдоль гребня предгорий дороги открывается прекрасный вид на горы, море и город.

Ботанический сад также является сельскохозяйственной опытной станцией. В штат из 120 сотрудников, помимо садовников, рабочих и т. д., входит 21 научный сотрудник. Когда мы посетили это предприятие, нас встретили директор и молодая женщина, которую представили как главного агронома. Она была крепкого телосложения и очень умная. Владеет несколькими иностранными языками и довольно хорошо говорит по-английски.

Опытная станция проводит эксперименты по выращиванию чая, цитрусовых, хинина, эфира и каучуконосов, разведению тунгового дерева, а также в различных сферах физиологии растений в этом регионе. Сад оказывает практическую помощь и содействие колхозам и совхозам, проводит консультации. Гордостью сада являются японские и китайские растения, которые собраны в японском садике, необычном и привлекательном. Агроном сообщила, что всего в Ботаническом саду насчитывается около 1300 различных сортов деревьев и растений.

Предприятие демонстрирует, что им очень хорошо управляют. Опять же, произвели впечатление характер руководящего персонала, серьезность и интеллект научных сотрудников, отвечающих за его работу.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Осмотр нефтеперерабатывающего и крекинг-завода в Батуме

№ 1327 Москва, 1 июня 1938 года

Батум, 22 мая 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ОСМОТР НЕФТЕПЕРЕРАБАТЫВАЮЩЕГО И КРЕКИНГ-ЗАВОДА В БАТУМЕ 22 МАЯ 1938 ГОДА И СВОДКА ПО СОВЕТСКОЙ НЕФТЯНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ

Сэр!

Батум, город с населением 75 000 человек, является крупнейшим экспортным портом для советской нефти и нефтепродуктов. Ежегодный экспорт нефти составляет от 53 % до 90 % всего объема экспорта этого порта. В пределах одной мили от порта расположен один из крупнейших в Советском Союзе заводов по переработке нефти и крекингу бензина. Из четырех нефтепроводов в Советском Союзе два ведут к этому заводу и в эту гавань, доставляя нефть из Баку, центра советской нефтедобычи. Завод в Батуме перерабатывает 2 млн тонн нефти в год, или около 7 % общего объема советского производства, составившего в 1937 году около 30 млн тонн.

Завод был построен в 1929 году американской фирмой. Оборудование – американского производства. На машинах размещены таблички с названиями «Винклер-Кох», «Дженкинс» и «Фостер-Уилер».

К настоящему документу прилагается меморандум, содержащий стенографический отчет о диктовке и беседах, проведенных по случаю нашего визита на этот завод 22 мая 1938 года.

Общие впечатления, которые я получил, сводятся к следующему.

1. Ведется обширная разведка нефти. Ранее она оказалась не столь успешной, как ожидалось. Однако есть ряд новых месторождений, их начинают разрабатывать. Было заявлено, что за последние месяцы на Бакинском нефтяном месторождении заработала новая нефтяная скважина мощностью в 150 тонн в сутки.

2. Хотя в некоторых кругах много говорилось о том, что в течение 1937 года советская промышленность испытала значительный спад в производстве из-за беспорядков, вызванных «чистками» и политической обстановкой, факт остается фактом: хотя общий объем нефтедобычи за 1937 год и оказался значительно меньше запланированного, тем не менее превысил объем добычи за 1936 год.

3. Нефтеперерабатывающие заводы в целом неплохи, но сравнительно устарели. Именно в 1923 году Серебряков, приговоренный к смертной казни на процессе Пятакова, предложил пятилетний план модернизации и переоснащения советской нефтяной промышленности. Как мне сообщили, заводы в целом за несколько лет не изменились. Сами советские технологи и эксперты теперь жалуются, что по технологическому оснащению нефтяная промышленность страны сильно отстает и что им мешает устаревшее оборудование. Этим фактом, вероятно, объясняется большой объем импорта с Тихоокеанского побережья США. Они пока еще не производят высококачественное топливо для самолетов.

4. Работа этого нефтеперерабатывающего завода и предприятия по крекингу бензина в Батуме свидетельствует о неплохой эффективности. В помещениях был порядок, и, очевидно, все хорошо организовано. По-видимому, завод неплохо управляется. Руководство предприятием сосредоточено в руках молодых людей – научно-технических специалистов, получивших образование в советских университетах, – обладавших также практическим опытом и производивших впечатление людей серьезных и трудолюбивых. Даже по поверхностным оценкам, темпы работы этого завода составляли примерно половину от темпов аналогичного завода в Соединенных Штатах.

Условия труда, быта и заработки работников оказались во многом такими же, как и в предыдущих отчетах. Здесь также имеется директорский фонд, но в несколько измененной форме. В качестве основного стимула, как обычно, используется материальная заинтересованность. Уровень жизни рабочих, похоже, выше, чем в любой отрасли советской промышленности, с которыми я ознакомился до сих пор. Жилые помещения и многоквартирные дома показались мне лучшими из тех, что я видел в России.

На этом заводе занято около 1000 рабочих. Здесь производится автомобильный бензин, а также керосин, лигроин и прочие жидкие углеводороды. Вся продукция отгружается на суда.

В конструкции портовых сооружений, связанных с транспортировкой нефти, не было ничего необычного. Из 13 причалов, предусмотренных в доках для судов, пять были специально предназначены для нефтяных танкеров. Посетив эту часть гавани, где как раз стоял танкер в процессе закачки, мы увидели сеть трубопроводов, клапанов и т. д., приспособленных для подачи различных нефтепродуктов прямо с завода или из трубопроводов в соответствующие емкости судна. Ни по размерам, ни по конструкции это оборудование не производило впечатление особенно современного или необычного.

Ничто здесь не указывало на то, что в ближайшее время планируется какое-то расширение мощностей для экспорта нефти. Резервуары для наливных нефтепродуктов также невелики.

На самом деле можно с достаточной уверенностью предсказать, что еще некоторое время Советский Союз не будет экспортировать нефть в сколько-нибудь значительных количествах. Эта страна сможет потреблять всю нефть, которую сама же и производит, если только объемы ее добычи существенно не вырастут. Производство легковых и грузовых автомобилей сейчас составляет всего около 250 000 в год. Даже при таком сравнительно небольшом спросе на бензин его предложение ограничено. В настоящее время предпринимаются активные усилия по строительству новых дорог. Население проявляет большой интерес к автомобильному транспорту. Есть все основания полагать, что в течение некоторого времени рост спроса будет опережать производство. К этому добавляются потребности тяжелой промышленности и механизированного сельского хозяйства, которые уже в настоящее время все сильнее нагружают нефтяную промышленность. Кроме того, правительство прилагает все усилия, чтобы обеспечить запасы нефти на случай неизбежной, по их мнению, войны.

Перечисленные факторы указывают на огромный и непрерывно растущий спрос внутри самого Советского Союза, который еще долгое время будет определяющим для советской нефтедобычи.

К настоящему письму также прилагается резюме, составленное по моей просьбе г-ном Гордоном в преддверии этой поездки, на основе нефтяных сводок из архива данной миссии, в том числе отчеты из Риги и недавние прекрасные депеши по нефти, подготовленные г-ном Чипманом.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Батум, СССР, 22 мая 1938 года

ПОСЕЩЕНИЕ ЗАВОДА ПО ПЕРЕРАБОТКЕ И КРЕКИНГУ НЕФТИ

Во второй половине дня 22 мая 1938 года посол и группа, в которую входили г-н Спенсер Уильямс из Американско-российской торговой палаты и автор этих строк, посетили нефтеперерабатывающий завод и крекинг-завод, расположенные недалеко от порта Батум. Нас провели в кабинет директора, с которым посол имел беседу и который в ответ на вопросы посла предоставил определенную информацию. Запись беседы приводится ниже.

Посол: К вашему сведению, хотел бы отметить, что мне как американскому послу ваше правительство предоставило возможность посетить и осмотреть множество ваших отдельно взятых предприятий, и мне хотелось бы ознакомиться с вашим заводом по переработке и крекингу, а также имеющимися портовыми сооружениями для отгрузки нефти и нефтепродуктов. С вашего разрешения я хотел бы задать несколько вопросов. Если они каким-либо образом смущают вас, пожалуйста, не отвечайте на них.

Вопрос: Насколько понимаю, сырая нефть поступает на ваш завод по двум трубопроводам, не так ли?

Ответ: Да, по трубопроводу из Баку.

Вопрос: Сколько сырой нефти в тоннах проходит через завод каждый год?

Ответ: Около 2 миллионов тонн в год.

Вопрос: Вы производите здесь керосин, бензин, лигроин или все три продукта?

Ответ: Да, все три.

Вопрос: В каком соотношении?

Ответ: Керосина больше.

Вопрос: Каков выход добытой нефти при производстве бензина?

Ответ: 3,2 % из сырой нефти; зависит от качества нефти; и еще 9 % за счет крекинга.

Вопрос: Какой процент составляет лигроин и каков процент керосина и бензина?

Ответ: Бензин – 3, лигроин – 4, керосин – 28 %. Остаток после рафинирования и крекинга (около 65 %) – мазут.

Вопрос: Какова протяженность и диаметр трубопроводов из Баку?

Ответ: По поводу протяженности сказать не могу. Диаметры труб 8 и 10 дюймов.

Вопрос: Сколько сотрудников занято на заводе?

Ответ: 1000 человек, включая технический персонал.

Вопрос. Работают ли у вас женщины?

Ответ: Да, 150 женщин.

Вопрос. Какой процент рабочих – стахановцы?

Ответ: 85 процентов, в их числе ударники.

Вопрос: Какова среднемесячная заработная плата?

Ответ: 530 рублей.

Вопрос: А зарплата стахановцев?

Ответ: Она зависит от квалификации, от 700 до 800 рублей, хотя некоторые зарабатывают 2000 рублей в месяц.

Вопрос: Вы, случайно, не знаете, сколько в Советском Союзе нефтеперерабатывающих и крекинг-заводов?

Ответ: Нет.

Вопрос: Как давно был построен этот завод?

Ответ: В 1929 году.

Вопрос: Кто строил?

Ответ: Одна американская фирма.

Вопрос: Был ли завод первоначально построен нанятыми СССР специалистами из «Стандард ойл»?

Ответ: Нет, это были фирмы «Фостер-Уилер» и «Винклер-Кох».

Вопрос: А эти жилые дома для рабочих тоже были построены в то время?

Ответ: Да.

Вопрос: Получают ли рабочие что-либо в дополнение к своему основному заработку?

Ответ: Да, у нас в Советском Союзе действует программа государственного страхования работников.

Вопрос: Платят ли здешние рабочие за аренду жилья?

Ответ: Да.

Вопрос: Что при этом берется за основу?

Ответ: Они платят исходя не из размера заработной платы, а на основании занимаемой ими жилплощади. При этом 80 % аренды платит завод, а сам рабочий – только 20 %. Они также получают такие удобства, как тепло, вода, свет, обслуживание и ремонт, и все это предоставляется заводом бесплатно.

Вопрос: Обеспечивает ли предприятие столовую и питание?

Ответ: Да.

Вопрос: Сколько стоит питание?

Ответ: Завтрак и обед по 75 копеек; обед из двух блюд (суп или борщ плюс различные виды мяса) – 1 рубль 20 коп.

Вопрос: Имеется ли у вас директорский фонд?

Ответ: Да.

Вопрос: Как вы его получаете?

Ответ: Директорский фонд обычно формируется из прибыли завода, превышающей плановую норму.

Вопрос: Как рассчитывается прибыль и кто решает, каким должен быть плановый резерв на покрытие расходов?

Ответ: Нам известно, сколько стоит сырая нефть, проводим расчеты и устанавливаем нормы и цены.

Вопрос: Вы получаете сырую нефть по определенной цене. Кто определяет эту цену? Трест или какое-то подразделение?

Ответ: «Азнефть» (советский нефтяной трест в Азербайджане, контролирующий добычу нефти в Закавказье), который поставляет нам нефть.

Вопрос: То есть трест определяет за вас план и норму?

Ответ: Трест в Баку устанавливает нормы для завода и производства, но затраты на производство рассчитываем мы. Они поставляют нам сырую нефть и устанавливают ее стоимость.

Вопрос: Как вы получаете прибыль для директорского фонда? Приведите пример.

Ответ: Если производство налажено хорошо, то это самое главное. Затем необходимо учесть стоимость сырья и амортизацию оборудования. Любая экономия, которую мы получаем за счет эффективности использования материалов или роста производительности труда, даст дополнительную прибыль.

Вопрос: Правильно ли я понимаю, что всякий раз, когда вы добиваетесь лучших результатов, чем это предусмотрено планом, то имеете дополнительную прибыль, из которой получаете премию, которая и формирует директорский фонд?

Ответ: чем больше мы получаем, тем больше средств поступает в директорский фонд.

Вопрос: Для чего используется фонд директора?

Ответ: Основная цель – улучшение культурно-бытовых условий жизни рабочих.

Вопрос: Предусмотрены ли в нем также премии руководителям отделов и работникам в соответствии с их успехами?

Ответ: Нет. Согласно нашей системе, это не из директорского фонда, это прямой платеж.

Вопрос: Получают ли директора, руководители отделов и бригадиры премии за то, что работают лучше, чем предусмотрено планом, и как это происходит в других отраслях?

Ответ: Нет, не из фонда директора, но у нас предусмотрена специальная система оплаты труда на основе прогрессивной шкалы. По такой системе работают все, кроме трех человек – директора, главного инженера и заместителя директора.

Вопрос: Является ли только что описанное вами так называемой стахановской системой?

Ответ: Нет, стахановская система – это отдельное движение, основанное на перевыполнении определенных норм. Существует как стахановская система, так и премиальная система за сверхнормативную выработку.

Вопрос: Случаются ли у вас убытки при транспортировке?

Ответ: Да.

Вопрос: Где происходят самые большие потери?

Ответ: В основном при железнодорожных перевозках.

Вопрос: Какая доля вашей сырой нефти поступает по железной дороге, а какая – по трубопроводам?

Ответ: Мы получаем нефть только по трубопроводам.

Вопрос: Куда поступает сырая нефть, отгружаемая по железной дороге в Батум?

Ответ: В организацию, которая занимается продажами. Нефть, которую, как вы вчера наблюдали, перевозят по железной дороге, поступает в другую организацию, «Главрефт», от Народного комиссариата тяжелой промышленности, которая занимается экспортом нефти через порт.

Вопрос: Экспортируете ли вы какие-нибудь нефтепродукты с этого завода или они потребляются в Советском Союзе?

Ответ: Свою продукцию мы поставляем в «Главнефтесбыт» (советский трест по распределению нефти и нефтепродуктов), который имеет управление здесь, в Батуме.

Вопрос: Где вы получили техническое образование?

Ответ: Высшее техническое образование я получил в Донском политехническом институте в Новочеркасске.

Вопрос: Сколько студентов тогда посещало это учебное заведение?

Ответ: В 1929 году училось около 7000 студентов.

Вопрос: Что это за город, он большой?

Ответ: Он не маленький, раньше был столицей донского казачества.

Вопрос: Сколько лет вы потратили на получение технического образования?

Ответ: 5.

Вопрос: А до этого сколько лет учились?

Ответ: 11 лет.

Вопрос: Сколько вам сейчас?

Ответ: 37.

Вопрос: Давно работаете здесь директором?

Ответ: 2 года.

Вопрос: Вы работали только на этом заводе?

Ответ: Только здесь.

Вопрос: У вас есть братья и сестры?

Ответ: Есть брат.

Вопрос: Он тоже ученый?

Ответ: Горный инженер.

Вопрос: Чем занимались ваши родители?

Ответ: Отец был кондуктором на железной дороге.

Директор: Что мне показать вам на заводе?

Посол: Мы хотели бы пройтись по заводу и попросить вас отметить то, что, по вашему мнению, представляет интерес.

Вопрос: Какой сорт бензина вы производите?

Ответ: Автомобильный, не высокооктановый.

Вопрос: И храните бензин тоже здесь?

Ответ: Да.

Вопрос: Кто построил крекинг-завод?

Ответ: Американская фирма «Фостер и Уилер». Здесь применяются машины «Уинклер-Кох» и «Дженкинс».

Вопрос: Вас все устроило?

Ответ: Да.

Мы прошли через насосную станцию, увидели 4 перегонных аппарата Дженкинса и крекинговый цех, а также большое здание электростанции с пятью трубами. Завод производит собственную электроэнергию.

Вопрос: Сколько всего у вас этих перегонных установок?

Ответ: 4 Винклера-Коха; 4 Дженкинса; и 4 Фостер-Уилера.

Вопрос: Работают ли здесь американские технические специалисты?

Ответ: Нет, они уехали в 1931 году – после шести месяцев пребывания здесь.

Вопрос: Как вы отправляете свою продукцию?

Ответ: Нефть перекачивается в резервуары для хранения, а оттуда по трубам – на суда.

Вопрос: Производите ли вы здесь высокооктановый авиационный бензин?

Ответ: Нет.

Вопрос: А он производится в Советском Союзе?

Ответ: Да.

Вопрос: Требуется ли какой-то особый вид сырой нефти для производства авиационного бензина?

Ответ: Нет; это зависит от типа используемого оборудования; для производства высокооктанового бензина требуется повторный крекинг.

Продиктовано послом в порту: Вход в гавань охраняется вооруженным часовым, который потребовал указаний из главного управления, прежде чем пропустить нас через ворота. Неподалеку судно, в резервуары которого закачивается нефть. Вдоль гавани проходит сеть трубопроводов, проложенных к различным причалам для нефтетанкеров. Нефть закачивается через хвостовики прямо в танкер.

Советский Атлантик-Сити

№ 1328 Москва, 1 июня 1938 года

Сочи, 24 мая 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

РЕПОРТАЖ ИЗ СОЧИ – КАВКАЗСКАЯ РИВЬЕРА;

СОВЕТСКИЕ САНАТОРИИ И ДОМА ОТДЫХА;

САНАТОРИЙ КРАСНОЙ АРМИИ

Сэр!

Одним из этапов деятельности советского правительства, на который ссылаются сторонники системы, является внимание, уделяемое правительством благополучию и здоровью рабочих, а также санаториям и домам отдыха, которые оно выделяет для пролетариата.

Сочи, расположенный на восточном берегу Черного моря, широко разрекламирован как Кавказская Ривьера, где все и вся посвящено здоровью и направлено на обеспечение курортного счастья трудящихся. При царском режиме, в 1901 году, в поселке Гагры, что примерно в 70 километрах от Сочи, был основан купальный курорт. Советское правительство с 1925 года развивало Сочи как центр роскошных санаториев и домов отдыха. Именно здесь находится летний дом отдыха, или дача, Сталина. Я посетил Сочи 24 мая.

Это место и то, как оно выглядит, вполне соответствует той стремительности, с которой в последние годы в стране развивалась промышленность и строительство. Город, по сути, новый. Он расположен у подножий заснеженных Кавказских гор, которые спускаются до побережья Черного моря. Естественной гавани здесь нет. Город простирается от береговой линии Черного моря и разбросан по холмам.

Весь ландшафт усеян большими, недавно построенными белыми домами порой вычурного вида. Все это дома отдыха и санатории либо самого правительства, либо профсоюзных организаций, связанных с различными наркоматами. Здесь очень много новых построек модернистского характера, все они выкрашены в белый или желто-белый цвет. Есть весьма приличный отель, новый большой и красивый оперный театр, а также множество совершенно новых, только что построенных магазинов. Главная улица – от парка до «новых» серных бань – на самом деле представляет собой весьма красивый и впечатляющий асфальтированный бульвар, тянущийся вдоль моря на восемь миль. На бульваре имеются фонарные столбы с белыми лампами, напоминающими мыльные пузыри, и исключительно красивые крытые остановки, которые предназначены для пассажиров автобусов и придают бульвару вид шоссе. Там, где скалы пришлось «подрезать» для сохранения уклона, обочины красиво облицованы каменными плитами. Почему-то создается совершенно определенное впечатление, что здесь явно пытались создать показную достопримечательность, которая иллюстрировала бы великие достижения Советского Союза, стремящегося сделать свое население «счастливым и светлым». Витрины магазинов, расположенных вдоль бульвара, весьма привлекательны, а интерьеры оформлены довольно вычурно. На полках представлено значительное количество разнообразных товаров широкого потребления, которые могли бы привлечь отдыхающих. Это лучшие магазины, которые я видел в Советском Союзе. Они ни в коем случае не являются типичными, но весьма показательны с точки зрения того, к чему стремятся власти, что они могут сделать, и – в потенциале – чего они могут достичь в будущем, если нынешнему режиму удастся удержаться у власти.

Практически каждое здание в здешних местах – это либо дом отдыха, либо санаторий. Утверждают, что в «сезон», который длится с 25 мая по 15 октября, здесь проживают 70 000 пациентов и отдыхающих. Все эти новые санатории красивы.

Они построены, как правило, профсоюзами различных государственных учреждений, которые, судя по всему, состязаются друг с другом, возводя один санаторий лучше другого. Два из них особенно впечатляют: Центральный санаторий Красной армии и санаторий Народного комиссариата тяжелой промышленности.

К этому прилагается меморандум, содержащий стенографические записи, сделанные и продиктованные по случаю посещения санатория Красной армии 24 мая 1938 года[99].

Территория, на которой построен санаторий, простирается от берега Черного моря вверх по вниз по склону на расстояние около 2100 футов до высоты около 250 футов. Фуникулер, или наклонная железная дорога, ведет от купального павильона к основным постройкам, расположенным на самой верхней террасе. В середине склона бульвар, о котором говорилось выше, пересекает террасированную часть этого прекрасного поместья, под ним проходит наклонная железная дорога. На верхней из террас, каждая из которых усажена розами и благоустроена, находится главное здание в форме подковы. В центре «подковы» находится внутренний дворик. Высота главного здания и крыльев составляет четыре этажа. Все здание отличается санитарной белизной, обилием окон с верандами и портиками для всех комнат на каждом этаже.

Как снаружи, так и внутри создается впечатление эффективного, комфортабельного, санитарного, хорошо организованного, замечательного учреждения. Подробности моих впечатлений можно найти в прилагаемом вышеупомянутом меморандуме.

Стоимость этого учреждения была заявлена в размере 20 млн рублей. При фактической стоимости рубля в золоте эта сумма, вероятно, составит от 600 000 до 2 млн долларов в зависимости от того, будет ли стоимость рубля рассчитываться по преобладающему курсу «черного рубля» прошлого года или по наиболее консервативной оценке реальной стоимости рубля в золоте. На мой взгляд, было бы трудно построить подобный санаторий в Соединенных Штатах, не затратив 800 000 – 1 млн долларов, без учета стоимости земли.

Все расходы по строительству, содержанию и эксплуатации несет Красная армия. Это и санаторий, и дом отдыха, и место реабилитации для офицеров армии и членов их семей. Он рассчитан на обслуживание 6000 человек в сезон; одновременно здесь проживают 500 пациентов. Решение о направлении пациентов в этот санаторий принимает медицинская комиссия в каждом подразделении армии. Здесь есть медицинская клиника. Имеются также серные ванны. Обеспечены условия для купания и занятий всеми видами спорта, включая теннис, волейбол и т. д.

Численность сотрудников учреждения составляет 500 человек, включая обслуживающий персонал и т. д.

Руководство санаторием выглядит первоклассным, что вполне типично для подобных учреждений Красной армии.

Описанная ситуация иллюстрирует отход советского правительства от коммунистических принципов. Этот санаторий способен принять лишь весьма небольшой процент офицеров Красной армии и членов их семей. Разрешение воспользоваться столь прекрасным местом – особая «привилегия». Она доступна лишь весьма ограниченному классу. И предназначена исключительно для класса. Члены даже этого класса, которые могут сюда приехать и наслаждаться этим прекрасным учреждением, определяются небольшой группой военных медиков, подчиненным тем аспектам власти и влияния, которые всегда проводились в жизнь самыми высокопоставленными представителями данного конкретного класса. Конечно, следует отметить, что идеал, который стоит даже за профессией заботы о здоровье и благополучии пролетариата, не может не вызывать уважение.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Цементная промышленность Новороссийска

№ 1330 Москва, 1 июня 1938 года

Продиктовано в Новороссийске, 26 мая 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ЦЕМЕНТНАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ НОВОРОССИЙСКА ПОРТОВЫЕ СООРУЖЕНИЯ ДЛЯ ЭКСПОРТА ЦЕМЕНТА В КРУПНЕЙШЕМ ПОРТУ ОТГРУЗКИ ЦЕМЕНТА

Секретно

Сэр!

Для Советского Союза цементная промышленность имеет жизненно важное значение. В то время как за первую и вторую пятилетки производство цемента поразительным образом выросло (в 1937 году на 25 % больше, чем в 1935 году), потребности СССР в цементе увеличились еще больше. По указанной причине, – по крайней мере, частично, – экспорт цемента из страны сократился, а импорт вырос. Однако повсюду во время моего пребывания здесь на меня производил необычайное впечатление чрезвычайный размах строительства. При нынешнем режиме масштабы государственного и жилищного строительства – один из главных и наиболее заметных экономических признаков. Для строительства гидроэлектростанций и промышленных предприятий, зданий, автострад, а также, с некоторого времени, для возведения железобетонных укреплений вдоль границ требуется огромное количество цемента. Из 41 района, на которые разделена страна, цемент производится только в 12 из них. Зона производства практически ограничивается южной частью Союза Советских Социалистических Республик и сосредоточена на территории, прилегающей к указанному порту. По сведениям московских властей, 30 % общего объема цемента в Союзе Советских Социалистических Республик фактически производится в Новороссийске.

Новороссийск, город с населением ПО ООО человек, расположен на восточном побережье Черного моря. Здесь отличная естественная гавань, которая дополнена волнорезом. Непосредственно за гаванью расположены четыре крупных цементных завода. Сразу за ними высится целая гора сырья. Горная порода добывается и доставляется к кромке воды на расстояние не более 2,75 км.

26 мая 1938 года я посетил наиболее крупный из этих заводов. К настоящему письму прилагается стенографическая запись диктовки и беседы диктующего с инженером по случаю нашего посещения[100].

Данный конкретный завод был построен около 50 лет назад французскими концессионерами. После революции он был оснащен современной зарубежной техникой и отчасти советским оборудованием. Сырье добывается механическими экскаваторами и доставляется на завод от карьера к погрузке с помощью тросовой тяги по узкоколейной железной дороге в бункерах вагонов. В общем, весь процесс механизирован.

Готовая продукция выгружается в судовые трюмы с помощью подвесных механических конвейеров и механизированных бочкопогрузчиков на причале. Завод представляется хорошо спланированным, хорошо оборудованным и организованным предприятием.

Средняя заработная плата рабочих составляла от 300 до 320 рублей в месяц; стахановцы получали до 900 рублей в месяц. Завод также работает по системе преобладающей прибыли, которая действует на других посещенных нами заводах, и о которой сообщалось в предыдущих депешах.

Обеспечение жильем и питанием рабочих здесь аналогично тому, что было описано в предыдущих депешах.

Мои общие выводы были следующими: завод хороший; в целом он производит значительное количество цемента; правда, по эффективности он не может сравниться с заводами в Соединенных Штатах. Однако благодаря механизации объем производства не так серьезно пострадает от недостаточной производительности труда, как в некоторых других отраслях промышленности. В СССР огромные запасы сырья и налицо возможности для взаимовыгодного внедрения американского оборудования.

К настоящему письму прилагается меморандум, подготовленный по моей просьбе сотрудниками экономического отдела посольства. Меморандум касается порта Новороссийск и опубликованных данных о цементной промышленности и портовых сооружениях[101].

_________________________________

Секретно

Из того, что было затронуто в ходе бесед с директором и главным инженером, можно было сделать вывод, что завод, как и вся советская промышленность, пострадал от «чисток» и политических потрясений последнего года.

Характер руководства заводом вполне соответствует обстановке, которая в последнее время сложилась в промышленности в связи с «чистками» и общеполитической активностью НКВД (Народного комиссариата внутренних дел), или тайной полиции. Директор, например, работает здесь всего лишь два месяца, главный инженер – всего семь месяцев. А вот заместитель директора работает на заводе с 1921 года. Главный инженер представлял собой тип научного работника, человека чистого и простого. Он, очевидно, хорошо знал свою работу и выглядел как человек, который не интересуется политикой. Директор же, с другой стороны, был совсем другого склада. Он произвел на меня впечатление человека с политической психологией. Он проницательный, умный, хорошо уравновешенный и всегда старался предугадать, как ответ на тот или иной мой вопрос повлияет на репутацию советской промышленности. Это, пожалуй, волновало его прежде всего. Он стал первым директором в этой поездке, который отказывался от прямых ответов на вопросы. Однако делал все довольно ловко. По всей вероятности, он был представителем партийной группы, не так давно направленной на завод для наблюдения за работой технологов и рабочих.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Винодельческий завод в Ялте

№ 1332 Москва, 1 июня 1938 года

Ялта, 29 мая 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ДОКЛАД О ВИНОДЕЛЬЧЕСКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ В ЯЛТЕ; МЕТОДЫ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИИ, ПРИМЕНЯЕМЫЕ НА ВИНОГРАДНИКАХ

Сэр!

На красивом Южном берегу Крыма в Ялте цари и вельможи старого режима построили в свое время очень красивый город. Все эти прекрасные старые дворцы и виллы теперь превращены в профсоюзные учреждения различных наркоматов советского правительства. В настоящее время район является одним из главных центров отдыха в СССР.

Дворцы Александра III и Николая II были построены в прекрасном имении под названием «Ливадия». Оно расположено на побережье примерно в пяти или шести милях от гавани Ялты. В состав этого имения входили и царские виноградники, занимавшие площадь около 7000 гектаров, или 16 000—17 000 акров, и расположенные в одном из самых знаменитых винодельческих районов России.

Эти старые виноградники сейчас эксплуатируются как государственные хозяйства. Красивый старинный винзавод «Массандра», построенный в 1897 году в честь «счастливого царствования Николая II» (как указано на бронзовой табличке, вмонтированной в стену здания), в настоящее время находится под управлением советского правительства. Им руководит советский научный сотрудник, выпускник Крымского сельскохозяйственного института. Ему 34 года, и за его плечами десятилетний опыт управления подобными государственными виноградниками. К настоящему докладу прилагается стенографический отчет о диктовке и беседах, состоявшихся во время посещения этого предприятия 29 мая 1938 года.

Винодельня, расположенная в предгорьях региона, находится примерно в 12 милях от порта Ялты. Это очень красивое и внушительное здание. На предприятии работают 50 человек, из них 15 женщин, а 80 % – стахановцы и бригадиры. Средняя зарплата составляет от 300 до 350 рублей в месяц, зарплата стахановца – от 400 до 600 рублей в месяц. Винзавод выпускает разнообразные вина пятнадцати сортов. Директор заявил, что местный мускатный виноград известен во всем мире, а мускатное вино, произведенное на этом заводе, до сих пор пользуется популярностью.

В одной из пещер хранился широкий ассортимент старых вин, некоторые из которых датируются 1775 годом. Эти старые вина, вместе с коллекцией современных европейских вин, хранятся здесь ради научных экспериментов и исследований в связи с нынешним производством. Значительный акцент делается на научно-химическое тестирование производимых вин с целью получения наилучшего по качеству продукта. На прямой вопрос о том, предпринимают ли они попытки сделать синтетическое вино, был получен категорический отрицательный ответ.

Директор заявил, что в целях механизации сельского хозяйства как государственные, так и коллективные виноградники оборудуются тракторными станциями. Он заявил, что это позволяет в значительной мере избавиться от ручного труда и повысить эффективность по сравнению со старыми методами, но механизация может быть применена только для обработки и культивации почвы и уничтожения сорняков.

Что касается сбора винограда, то это по-прежнему делается вручную.

На меня – в очередной раз! – произвела большое впечатление личность директора. Он провел десять лет в колхозе и четыре года учился в сельскохозяйственном институте. Сейчас он директор всего Крымского виноградного треста. (Трест – это государственная коммерческая организация, которая занимается управлением различными отраслями промышленности.) Он крепкого телосложения, с правильными чертами лица. Производил впечатление человека сильного, но в то же время скромного, искреннего и уравновешенного. Это типичный представитель той плеяды молодых людей, которых я обычно встречал на осмотренных мной советских предприятиях[102].

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Ялта, СССР, 29 мая 1938 года

ОСМОТР ВИНЗАВОДА «МАССАНДРА» В ЯЛТЕ

После обеда посол и сопровождающие его лица отправились в «Массандру», винодельческий завод Наркомата пищевой промышленности СССР в Ялте.

Экскурсию по предприятию провел директор, г-н Соболев.

Посол диктует: По прибытии нас встретили директор, г-н Соболев, и его заместитель, которые провели для нас экскурсию по учреждению. Мы вошли в очень красивое старинное здание, строительство которого началось в 1894 году, а закончилось в 1897 году. На стене у входа была вмонтирована бронзовая табличка с датой возведения начала постройки завода во время «счастливого царствования Николая II».

Вопрос: Сколько на заводе таких коридоров, как тот, в котором мы сейчас находимся?

Ответ: Семь туннелей длиной 150 метров каждый.

Посол диктует: В каждом туннеле по обе стороны в три ряда в высоту составлены бочки. Туннели имеют высоту около 12 футов. Диаметр каждой точки около 32 дюймов.

Директор: В этих бочках вино урожая 1937 года.

Вопрос: Какого года выпуска самая старая бутылка вина, которая у вас хранится?

Ответ: 1775 года.

Посол диктует: В различных пещерах или коридорах проложена небольшая узкоколейная дорога, очевидно используемая для транспортировки таких бочек.

Вопрос: Сколько бочек в каждом из этих коридоров?

Ответ: По 800 бочек в каждом туннеле.

Вопрос: Сколько вина вмешается в каждой бочке?

Ответ: 50 декалитров.

Вопрос: Что это за табличка, которая здесь висит?

Ответ: В каждом туннеле своя.

Посол диктует: На табличке в одной колонке вина нумеруются от 35 до 89. В следующей колонке значится количество бочек, а в третьей – общий литраж в бочках.

Вопрос: Откуда вам привозят виноград?

Ответ: Из семи совхозов.

Вопрос: Это бывшие царские фермы?

Ответ: Да.

Посол диктует: В одном из коридоров или туннелей, через которые мы проходили, стояли четыре огромные бочки диаметром около десяти футов каждая.

Вопрос: Для чего они используются?

Ответ: Для смешивания вина.

Вопрос: Переливаете ли вы вино после смешивания из больших бочек в маленькие?

Ответ: Да.

Вопрос: Сколько различных сортов вина вы здесь смешиваете?

Ответ: Очень много: 35.

Вопрос: Сколько гектаров виноградников в тех семи совхозах?

Ответ: До 7000 гектаров.

Вопрос: Виноград возделывается вручную?

Ответ: Все механизировано, работу выполняют тракторы.

Вопрос: У вас есть тракторные станции, как в некоторых колхозах?

Ответ: В совхозах имеются свои тракторные станции.

Вопрос: Удается ли таким образом избавиться от большого количества ручного труда?

Ответ: Да, в значительной степени.

Вопрос: Как это сравнить с процессами механизации при выращивании пшеницы? Можно ли использовать механизированные тракторные станции с такой же выгодой для выращивания винограда, как, например, для выращивания пшеницы?

Ответ: Нет. Сбор винограда ведется вручную, поскольку гроздья нужно срывать, но при обработке почвы и прополке все процессы механизированы, что экономит ручной труд.

Вопрос: Какие процессы протекают на этом заводе? Не могли бы вы показать нам, куда поступает виноград и какие этапы обработки он проходит?

Ответ: В данном конкретном винном погребе мы не давим виноград; вино поступает сюда в бочках. Мы смешиваем его и разливаем по бутылкам.

Вопрос: Я заметил здесь наклонный мостовой кран. Для чего он используется?

Ответ: У нас есть агрегат для мойки бутылок. Конвейер здесь советский, а вот сама бутылкомоечная машина – иностранного производства.

Вопрос: А это что это за небольшое приспособление?

Ответ: Это машина, которая закупоривает бутылки после того, как они вымыты и доставлены сюда.

Вопрос: Где вы разливаете вино?

Ответ: Бутилирование не механизировано. Оно осуществляется вручную.

Вопрос: Мы видим здесь две небольшие машины. Для чего они предназначены?

Ответ: У нас есть пять таких машин для укупорки бутылок.

Вопрос: Для управления каждой машиной требуется один оператор?

Ответ: Да.

Вопрос: А эта машина обслуживается вручную?

Ответ: Да.

Вопрос: Оператор вынимает бутылки из ящиков?

Ответ: У каждой женщины-оператора есть свой ящик рядом с машиной. Как только бутылки наполняются, их закупоривают.

Вопрос: Сколько человек работает на заводе?

Ответ: Пятьдесят.

Вопрос: Сколько из них женщин и сколько мужчин?

Ответ: 15 женщин и 35 мужчин.

Вопрос: Сколько стахановцев и бригадиров?

Ответ: 40 стахановцев.

Вопрос: Сколько составляет месячная зарплата стахановца?

Ответ: От 400 до 600 рублей.

Вопрос: Какова средняя зарплата у нестахановцев?

Ответ: Приблизительно от 300 до 350 рублей.

Вопрос: Находится ли завод в ведении Наркомата продовольствия – Микояна?

Ответ: Да. Но это Ильинский, не Микоян.

Директор: Мы перевыполнили план.

Вопрос: Как долго выдерживается вино; как долго оно ферментируется в дереве? [См. объяснение ниже.]

Вопрос: Какие сорта вина вы здесь производите?

Ответ: 15 или 20.

Вопрос: Что это за машина?

Ответ: Это французский фильтр для фильтрации вина.

Посол диктует: Затем директор отвел нас в подземную пещеру. Это коридор высотой около 40–50 футов и шириной 20 футов, по обеим сторонам которого устроены цементные резервуары глубиной около 4 футов, высотой 4 фута и шириной около 6 футов. Емкости поддерживаются цементными или каменными опорами толщиной от 6 до 12 дюймов. Внизу, посередине между полом и потолком, находится проход шириной около 2 футов, который проходит по всей длине пещеры и огражден перилами. Центр коридора, очевидно, используется для хранения больших бочек с вином, поставленных одна на другую на высоту до 4 бочек.

Вопрос: В туннеле, в котором мы сейчас находимся, хранится старое или молодое вино?

Ответ: Вино хранится здесь от трех до семи лет.

Вопрос: Есть ли у вас такие же туннели под каждым из коридоров? Сколько их всего?

Ответ: их тоже семь.

Посол диктует: Сейчас мы находимся в другой пещере, в которой вместо четырех резервуаров сосудов по обе стороны и в центре устроено два. В каждой из секций хранятся вина разных возрастов, начиная с 1775 года и заканчивая настоящим временем.

Вопрос: Какие у вас имеются лучшие вина сорта сотерн?

Ответ: Белый мускатель «Ливадия».

Вопрос: Урожаи какого года?

Ответ: 1897 и 1910.

Вопрос: Какой урожай лучше?

Ответ: Думаю, 1910 года.

Вопрос: Продаете ли вы это вино сейчас?

Ответ: Нет, эта коллекция вин особая.

Вопрос: Для чего вы ее храните?

Ответ: Для научно-исследовательской работы. Мы открываем бутылку, чтобы посмотреть, какие изменения произошли с вином, и далее делаем выводы.

Вопрос: Сколько здесь различных сортов?

Ответ: Более 100.

Вопрос: Какой старейший сорт?

Ответ: Урожая 1775 года.

Посол диктует: Директор показал нам старинную бутылку; на ней была этикетка красного цвета с надписью: «Vino de Jerez Imperial» – и дата: 1775 год. Это испанское вино с испанским гербом.

Вопрос: Это вино все еще хорошее или подпорчено? Иными словами, может ли оно храниться так долго?

Ответ: Мы пока не пробовали и не проверяли его.

Посол: Давайте взглянем на старейшее русское вино.

Посол диктует: Директор показал нам еще квадратную бутылку с вином, поставленную в 1888 году. Бутылка украшена короной и гербом в виде выдавленной на стекле розы с каждой стороны, в память о коронации Николая II.

Вопрос: Что это за сорт?

Ответ: «Пино-гри».

Вопрос: А что за вино в этой бутылке странной формы 1895 года?

Ответ: Портвейн.

Посол диктует: Отмечается, что в одном из этих резервуаров находится множество различных сортов испанского вина. Нам объяснили, что они были получены для анализа и научных исследований в связи с производством собственных вин. Здесь также находится массандровское вино 1841 года.

Вопрос: Что это за необычные бутылки, похожие на бутылки с бенедиктином?

Ответ: «Седьмое небо». Герб Голицына на бутылках.

Посол диктует: В этом туннеле все вина новые, советского производства.

Вопрос: Сколько здесь сортов?

Ответ: Пятнадцать.

Вопрос: А с какого года по какой?

Ответ: С 1931 года.

Посол продолжает диктовать: Бутылки для нового вина в некоторых случаях весьма богато украшены; рисунки либо вырезаны, либо выдуты на бутылке, замечаю несколько пробирок на стойке с цифрами на донышках.

Вопрос: Для чего это нужно и что находится в этих пробирках?

Ответ: Перед укупоркой бутылок образец вина помещается в пробирки. Это часть процесса, предшествующего укупорке и маркировке бутылок.

Вопрос: Есть ли у вас здесь винодавильни?

Ответ: Нет. Это производится в совхозах.

Вопрос: А далеко расположены совхозы?

Ответ: На расстоянии от 6 до 150 километров отсюда.

Затем вся группа поднялась по лестнице на первый этаж.

Вопрос: Что это за помещение, в котором мы сейчас находимся?

Ответ: Сюда приходят и делают пробы дегустаторы вин, отвечающие за различные виноградники. Здесь они собираются.

Вопрос: Нет ли здесь кого-нибудь из директоров совхозов, с кем можно было бы поговорить?

Ответ: Нет, они находятся в своих районах.

Вопрос: Сколько человек работает в тех семи совхозах?

Ответ: 7000.

Вопрос: А какой примерно процент составляют стахановцы?

Ответ: Около 32 процентов.

Вопрос: Известен ли вам средний заработок этих стахановцев?

Ответ: 500 рублей в месяц. Тракторист-стахановец зарабатывает 1000 рублей.

Вопрос: А нестахановцы?

Ответ: От 250 до 350. Работа сдельная.

Вопрос: Сколько месяцев в году они работают?

Ответ: Круглый год.

Вопрос: Обеспечивают ли совхозы их домами для проживания?

Ответ: На нужды строительства мы ежегодно получаем от правительства кредиты.

Вопрос: Это из директорского фонда?

Ответ: 50 процентов поступает из директорского фонда и 50 – из Наркомата пищевой промышленности.

Вопрос: А арендную плату за свои квартиры рабочие платят в соответствии с занимаемой площадью?

Ответ: Из своей зарплаты они платят 35 копеек за квадратный метр.

Вопрос: Есть ли здесь центральная столовая?

Ответ: Да. В каждом совхозе имеются также кухня, ясли, клубы и так далее.

Вопрос: Сколько приблизительно стоит обед в совхозе?

Ответ: Стоимость обеда – от 1 рубля 20 копеек до 4–5 рублей. Специальные заказы стоят дороже, чем стандартные блюда.

Вопрос: Какова цена стандартного обеда – во время основного приема пищи в течение дня?

Ответ: Полтора рубля.

Вопрос: Сколько в нем блюд?

Ответ: Два.

Вопрос: А завтрак и ужин?

Ответ: Завтрак стоит 45 копеек, ужин – 65 копеек.

Директор: Начнем с дегустации белого и красного сухих вин, затем попробуем сладкие вина, потом десертные.

Вопрос (со смехом): Куда направимся после того, как продегустируем здесь все эти вина?

Ответ: Отдыхать.

Вопрос: Директор действительно научный сотрудник?

Ответ: Я закончил специальный агрономический институт, десять лет руководил совхозом, после чего четыре года учился в государственном сельскохозяйственном институте в Крыму. Изучал виноградные культуры – в Никитских садах.

Вопрос: Вы изучали производство вин?

Ответ: Вина, табака и не только.

Вопрос: А потом?

Ответ: Потом я возглавил Крымский трест.

Вопрос: Сколько вам лет?

Ответ: 34.

Директор: Какие вина вы хотели бы попробовать? Это вино (каберне) легкое и сухое, чем-то похоже на бургундское. А вот это красное вино и очень полезно для желудка. Во Франции есть город, который называется Каберне.

Вопрос: После прессования его наливают в бочки и доставляют сюда?

Ответ: Вино фильтруется на давильне, а затем отправляется сюда.

Вопрос: Там вино не держат?

Ответ: Держат не более шести месяцев. Там происходит лишь брожение.

Вопрос: Когда оно поступает сюда, его переливают в другие бочки?

Ответ: Здесь вино проверяется, при необходимости фильтруется и разливается по бутылкам.

Вопрос: В той же таре?

Ответ: Его переливают.

Вопрос: Сколько затем времени выдерживается вино?

Ответ: От 3 до 7 лет.

Вопрос: В это время с ним что-нибудь делают?

Ответ: Мы переливаем, пропускаем через технологические процессы, это своеобразная обработка желатином и глюкозой.

Вопрос: Как это влияет на него?

Ответ: Происходит химическое воздействие, вызывающее реакцию помутнения, образуется осадок, он сливается; в этом и состоит процесс очистки.

Вопрос: И сколько раз его сливают за эти 3–7 лет?

Ответ: Раз 15 или 16.

Вопрос: С каждым разом вина становится меньше, оно испаряется, и тогда вы доливаете?

Ответ: Нет, мы доливаем только один раз. Иногда при необходимости, в зависимости от качества вина, мы делаем это дважды.

Вопрос: Что же потом происходит, когда вы понимаете, что пришло время доливать? Портвейн и мускатель настаиваются 4–5 лет. Значит, вино проверяют, разливают по бутылкам и потом не трогают до момента потребления?

Ответ: После укупорки в бутылки вино оставляют на полгода, затем пробки вытаскивают и после удаления осадка производят долив. После декантации вино помещается в бутылки и выдерживается.

Вопрос: После того как вино прошло окончательную обработку, как долго оно выдерживается, прежде чем поступить в продажу; вы его дополнительно выдерживаете или оно уже считается готовым?

Ответ: Выдерживается около месяца, затем мы его отправляем. У нас есть заводы в Москве, Ленинграде, Киеве и других городах, где производится розлив вина.

(Все мы продегустировали советскую мадеру № 83,1932 года.)

Вопрос: Является ли качество вина результатом качества винограда или региона выращивания?

Ответ: Мускатное вино, изготовленное из мускатного винограда, выращенного неподалеку отсюда, является лучшим мускатным вином в мире, и это напрямую связано с особенностями почвы и климата.

Посол: Пожалуйста, передайте директору и его помощникам, что мы очень благодарны им за доставленную любезность и что мы высоко ценим все усилия, которые они предприняли, чтобы сделать наш визит интересным.

Режиссер: У вас в Америке все еще действует сухой закон?

Посол: Нет, федеральный сухой закон был отменен.

Директор: Коммунистическая партия и правительство борются за то, чтобы добиться наивысшего качества вина.

Посол: Нарком Микоян, руководитель вашего продовольственного комиссариата, подробно рассказал мне о том, чем вы занимались год назад, и я был очень рад возможности лично посетить ваш завод здесь.

(Мы также попробовали портвейн № 80.)

Вопрос: Микоян говорил, что вы не выдерживаете вина, что это делается синтетическим способом. Вы и здесь так поступаете?

Ответ: Нет (категорически), применяются только натуральные методы, никаких синтетических процессов!

Посол: Экспортируете ли вы эти вина?

Ответ: Два года назад мы экспортировали много вина, а сейчас нет.

Директор: Царь Николай когда-то пробовал местное вино, и очень скоро его потеряли из виду, а потом обнаружили: он лежал пьяный за бочкой!

Вопрос: Где изготавливают такие необычные бокалы?

Ответ: На Константиновском заводе.

Директор: Во всем мире существует 15 000 различных сортов вина.

(Посол купил несколько бутылок четырех сортов вина, а именно:

1. Каберне.

2. Портвейн № 80.

3. Мадера № 83.

4. № 85 белый мускатель [ «Ливадия»].)

Вопрос: Где в этой стране произрастает мускатный виноград?

Ответ: Только в Крыму. В Алуште, в Ялтинском районе.

Директор произнес тост за дружбу между народом Соединенных Штатов Америки и народом Советского Союза, а также за посла Дэвиса и его супругу.

Посол произнес ответный тост примерно следующего содержания:

«За великий народ России! Народ Соединенных Штатов и народ России дружат уже 200 лет. Россия отказалась выступить на стороне Англии против США в 1776 году; во время Гражданской войны в Америке Россия не стала помогать повстанцам. После Великой войны президент Вильсон подчеркивал право России на самоопределение; Красный Крест США пришел на помощь России во время голода. Наши народы связывает многолетняя традиционная дружба. Выпьем за великие свершения русского народа, за все то хорошее, что сделал Сталин, и за продолжение такого доброго сотрудничества в будущем».

Оздоровительные лагеря отдыха в Ялте

№ 1333 Москва, 1 июня 1938 года

Ялта, 29 мая 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ПОСЕЩЕНИЕ ПИОНЕРСКОГО ЛАГЕРЯ «АРТЕК» В ГУРЗУФЕ, НЕДАЛЕКО ОТ ЯЛТЫ

Сэр!

Учреждениями, которые окажут важное влияние на будущую жизнь в России, являются молодежные организации, которые советское правительство всячески поощряет и поддерживает. Это аналог скаутского движения в Соединенных Штатах. Как я узнал, такие организации являются, по сути, тренировочными лагерями Коммунистической партии. Так, организация октябрят, охватывающая детей в возрасте от 6 до 10 лет, является первой ступенью в подготовке советской молодежи. Пионерская организация (возраст от 10 до 15–16 лет) готовит детей к вступлению в комсомол (Коммунистический союз молодежи), члены которого потом пополняют ряды Коммунистической партии[103].

Во всех крупных городах построены так называемые Дома пионеров. По случаю инспекционной поездки в Харьков в прошлом году я посетил там Дом пионеров (один из самых широко разрекламированных в стране), и в моей депеше № 116 от 12 марта 1937 года об этом написано.

По всему Советскому Союзу, как мне сообщили, постоянно развернуты пионерские лагеря, похожие на летние молодежные лагеря в Соединенных Штатах. Самый важный и амбициозный из этих лагерей находится в Гурзуфе, недалеко от Ялты, под сенью Медведь-горы, выступающей далеко в Черное море.

29 мая я воспользовался случаем, чтобы посетить этот лагерь. Он расположен на обширной территории площадью около 800 гектаров (1900 акров), на очень красивом участке скалистого побережья. В лагере четыре подразделения: два расположены на холмах и два – на берегу. В каждом подразделении есть свой главный «врач», но тем не менее всеми руководит директор из центральной администрации. Лагеря, расположенные непосредственно на берегу, были построены недавно. Они чистые, привлекательные, хорошо обустроенные. Два лагеря на холме сосредоточены вокруг двух красивых вилл старого режима, расположенных в большом и прекрасно ухоженном парке. Во всех лагерях имеются условия для занятий спортом, игр на свежем воздухе и купания на пляже. В одном из них имеется стадион, вмещающий около 2500 человек.

Четыре лагеря способны разместить около 900 детей обоих полов в возрасте от 10 до 15 лет. Они приезжают из всех регионов Советского Союза и отдыхают здесь 40 дней. Лагерь работает круглый год, но основной сезон – с 15 мая по 15 октября. Сюда отправляют тех детей, которые у себя в школах зарекомендовали себя как настоящие лидеры среди сверстников. Дети носят форму, похожую на костюмы наших бой- и герлскаутов, с матросскими воротничками и красными галстуками на шее, которые продеваются через металлическое кольцо с выбитым на нем пионерским девизом «Будь готов».

В каждом из лагерей дети с большим энтузиазмом участвовали в показательных выступлениях по волейболу, пению, танцам или выразительному чтению. Мы как наблюдатели получали большое удовольствие.

Эти дети – конечный результат отбора, в ходе которого сюда, в «Артек», направлены самые увлеченные, самые яркие, самые умные и восприимчивые школьники Советского Союза. Все это отражалось как во внешности, так и в поведении детей, причем как в целом, так и по отдельности. Они приятные, хорошо сложены физически, с красивыми чертами лица, отзывчивые. Все выглядели здоровыми и ухоженными. Хотя среди них преобладали русские, здесь встречались представители всех типов – белорусы, монголы, армяне, евреи и так далее. Они любознательны, активны, полны энтузиазма, весьма дружелюбны и доброжелательны к американцам. В качестве иллюстрации их кругозора вспоминаю эпизод, когда один мальчик, лет десяти, спросил, откуда мы приехали, и, получив ответ: «Из Соединенных Штатов», тут же спросил: «А почему Соединенные Штаты не разрешают поставлять оружие республиканскому правительству в Испании в их благородной борьбе с фашистами?»

В качестве доказательства таланта этих подростков к настоящему письму прилагается копия революционного стихотворения[104] с английским переводом, которое, как утверждается, сочинила девочка в возрасте около 12 лет. Перед стадионом, на трибунах которого мы сидели вместе с двумя или тремя сотнями детей и директорами, эта девочка-подросток читала свое стихотворение. Читала хорошо: с большим самообладанием, очень естественно, но в ее словах ощущались невероятная глубина и страсть.

Среди размещенных в лагере была группа из полусотни испанских беженцев (точнее, 51). Это девочки и мальчики, все они выглядели хорошо, охотно общались с советскими детьми и, по-видимому, были довольны.

Советское правительство утверждает, что этим летом в пионерских лагерях, разбросанных по всей стране, отдохнут около 2 млн советских школьников. В дополнение к тому, что делает Совет народных комиссаров, большое количество школьников будет размещено и обеспечено всем необходимым за счет различных профсоюзных организаций. На текущий год Совет народных комиссаров выделил 203,3 млн рублей на пионерские лагеря и детские санатории. По официальному курсу это составит 40 млн долларов. По «цитриновому» курсу, с привязкой стоимости золота, – 10 млн долларов. Из этой суммы примерно 140 млн рублей пойдет на содержание лагерей, 20 млн рублей – на организацию и оборудование лагерей и 40 млн рублей – на уход за детьми, которые нуждаются в санаторном лечении. В дополнение к этой сумме еще около 30 млн рублей выделены профсоюзами для покрытия расходов на содержание детей в пионерских лагерях. Интересно отметить, что сейчас в московской прессе пишут, что, если родители городского ребенка хотят отправить его в лагерь, они обнаруживают, что количество таких учреждений постоянно увеличивается, а их стоимость зависит от их доходов.

Отсюда следует, что советская система заботы о городских детях в детских лагерях упирается в классовые различия семей «имущих» и «неимущих», несмотря на коммунистические принципы всеобщего равенства.

Если, однако, нынешний режим сумеет продержаться и сможет направить вышеназванные огромные капиталовложения последних десяти лет на производство дополнительных материальных ценностей, а также продолжит поддержку образования и заботы о молодежи, то сложится весьма необычная ситуация. Из ранее не освоенных огромных человеческих ресурсов страны удастся выявить необычайное количество талантов и гениев. Этот фактор таит в себе массу возможностей.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Колхозы в Украине

№ 1335 Москва, 4 июня 1938 года

Киев, 2 июня 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ПОСЕЩЕНИЕ КОЛХОЗА НА УКРАИНЕ

Сэр!

2 июня 1938 года у меня была возможность осмотреть колхоз (коллективное хозяйство), расположенный примерно в 60 километрах от Киева, столицы Украины. Советские чиновники устроили мне посещение именно этого колхоза. По всей видимости, это образцовая ферма в этом районе.

Местность, по которой мы проезжали по пути в колхоз, расположена в самом сердце одного из самых богатых и плодородных районов Украины, в долине реки Днепр. Это обширная – насколько хватает глаз – пологая равнина, с редкими сосновыми рощами и колышущимися хлебными полями.

Украина, конечно же, представляет собой один из самых богатых и плодородных сельскохозяйственных районов в мире. Вся ее территория составляет 443 000 квадратных километров, а население – около 32 млн человек. В Киевском районе сосредоточено около 14 % тракторов и комбайнов, используемых в механизированном земледелии. Столь небольшой процент объясняется тем, что, в отличие от хлебных равнин, в этом районе преобладает многоотраслевое земледелие и выращивание сахарной свеклы. Киевский район производит около 3 % общего урожая зерновых в УССР и считается крупнейшим и наиболее важным сельскохозяйственным регионом Украинской Республики. Из общего числа сельских хозяйств в Киевском районе коллективизировано около 92 %, и почти все обслуживаются машинно-тракторными станциями.

Данный конкретный колхоз представлял собой хозяйство площадью около 1800 га (около 4500 акров), в котором проживало 1328 человек, 675 из которых – рабочие. Из них 375 женщин и 300 мужчин. Всего в колхозе числилось 317 семей.

Колхоз ориентирован на многоотраслевое сельское хозяйство. Примерно 300 акров было отведено под посевы пшеницы, ячменя и ржи; 1900 акров – под сено; 130 акров – под фруктовые сады и 125 акров – под овощные культуры. На участке, где выращивались овощи, имелись теплицы и специальные погреба с дерновым покрытием для хранения и защиты семян.

Очень добротная конюшня, построенная в 1933 году, длиной около 235 футов и шириной 60 футов, рассчитана на 221 лошадь. 120 использовались для работ на полях, а остальные – в селекционных целях. У них было несколько голов породистых лошадей, включая жеребца-першерона, который содержался в отдельном стойле. Мы увидели два или три десятка прекрасных жеребят, часть которых растят здесь для последующей передачи в войска.

Такой же новый коровник построен для местных 85 коров, дойка которых производится вручную.

Молочная часть хлева, несмотря на достаточную чистоту, довольно примитивна. Молоко здесь не стерилизуется и не пастеризуется.

Техника применяется только для вспашки и обработки земли. Колхоз обслуживается расположенной по соседству тракторной станцией, в ведении которой еще 24 колхоза.

Несмотря на то что наш визит сюда был организован советскими официальными лицами и мне сообщили, что нас лично поприветствует председатель колхоза, по прибытии выяснилось, что тот «только что уехал». Лишь с некоторым трудом нам удавалось получить хоть какую-то информацию от одного-двух человек, которые, как нам сказали, занимали младшие руководящие посты. Наконец появился заместитель директора и сообщил, что поговорить с нами поручено ему. Было совершенно ясно, что и он, и остальные сбиты с толку и предпочли бы вовсе не разговаривать с нами. Они выглядели подозрительными или чем-то напуганными. Несмотря на протесты сопровождавших нас чиновников, заместитель директора не дал согласия на фотосъемку помещений. Сведения, которые нам удалось раздобыть, были получены лишь спустя значительное время и с немалым трудом. С этой точки зрения визит оказался неудовлетворительным. С другой точки зрения, он был весьма поучителен. Он показал, в какой степени влияние Кремля распространяется на сельские районы, расположенные за сотни миль от Москвы. Это можно объяснить тем, что в последнее время правительство развернуло кампанию против руководителей и директоров колхозов, которые, как утверждалось в советской прессе, слишком значительную долю колхозных доходов направляли на административные расходы и на благоустройство – в ущерб годовой заработной плате колхозников. Когда заместитель директора спросил, какое правительство мы представляем и ему ответили, что это Соединенные Штаты Америки, он, казалось, несколько успокоился[105].

Самое интересное, что нам удалось выяснить, это каков месячный заработок члена этого колхоза в месяц по сравнению с рабочим городского промышленного предприятия. Крестьянин в колхозе не платит за аренду; государство предоставило ему в бессрочное пользование две трети гектара земли и жилье. У него также имеется от одной до трех коров и несколько плодовых деревьев. Зарплата сдельная, и ее размер зависит от производительности труда. В среднем получается 1 рубль 43 копейки за каждый рабочий день. Кроме того, он получает от коллектива определенное количество зерна, продуктов, сена и соломы, а также выращивает собственные овощи и фрукты. По мнению этого человека и его товарищей, средний крестьянин в этом коллективе зарабатывал примерно 150–200 рублей в месяц, а стахановцы и бригадиры – от 200 до 300 рублей в месяц, что несколько меньше, чем городской рабочий.

К настоящему документу прилагается стенографический отчет о диктовке и записях, сделанных г-ном Гордоном по случаю вышеназванного визита, на который можно ссылаться для получения более подробной информации.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

Киев, 2 июня 1938 года

ПОСЕЩЕНИЕ КОЛЛЕКТИВНОГО ХОЗЯЙСТВА (КОЛХОЗА) НА УКРАИНЕ ПОД КИЕВОМ

По прибытии в колхоз посол и группа сопровождающих были представлены г-ну Примару, главному агроному, который провел для нас экскурсию по колхозу и предоставил следующую информацию в ответ на вопросы посла:

Вопрос: Когда был организован колхоз?

Ответ: В 1930 году.

Вопрос: Сколько гектаров занимают посевы?

Ответ: 1823 гектара.

Вопрос: Что вы здесь выращиваете?

Ответ: Различные культуры; траву на сено, зерно, овощные культуры. Имеются фруктовые сады.

Вопрос: Яблоки?

Ответ: Да, и груши. А еще мы выращиваем лен.

Вопрос: А пшеница и рожь?

Ответ: В основном технические культуры: лен, подсолнечник и так далее, цветную капусту высшего сорта, у нас много тепличных культур.

Вопрос: Сколько семей проживает в этом колхозе?

Ответ: 317.

Вопрос: Сколько рабочих?

Ответ: 675. А проживает 1328 человек.

Вопрос: Сколько среди работников мужчин и сколько женщин?

Ответ: 375 женщин и 300 мужчин.

Вопрос: Сколько стахановцев?

Ответ: 95 человек.

Вопрос: Все ли они получают сдельную оплату?

Ответ: Да. Вся их работа – сдельная.

Вопрос: Помогают ли вам машинно-тракторные станции?

Ответ: Да.

Вопрос: Чем они занимаются?

Ответ: Выполняют всевозможные работы: пашут, молотят и так далее, в зависимости от сезона. МТС находится в 8 километрах отсюда.

Вопрос: Какой процент урожая получает машинно-тракторная станция?

Ответ: От 5 до 10 процентов, в зависимости от их участия.

Вопрос: Какой процент продукции поступает государству?

Ответ: 7 или 8 процентов, в зависимости от выращиваемой культуры.

Вопрос: Конюшня, к которой мы подошли, была построена в 1933 году?

Ответ: В 1933-м, да.

Посол диктует: Примерно от 200 до 235 футов в длину и 60 футов в ширину, с 4 рядами стойл, некоторые стойла отдельные, закрытые, остальные – открытые, внутри все побелены. В закрытых стойлах содержатся несколько породистых лошадей, включая жеребца першерона.

Вопрос: Сколько у вас породистых рысаков?

Ответ: Около 40.

Вопрос: Вы специализируетесь на разведении породистых лошадей?

Ответ: Да, идут на продажу.

Вопрос: Сколько у вас коров?

Ответ: 85 дойных, принадлежащих колхозу. У каждого крестьянина есть собственная корова. У кого-то одна, у кого-то две или три.

Вопрос: Сколько у вас здесь лошадей?

Ответ: 221.

Вопрос: Все ли лошади используются для работы в полях?

Ответ: 120 – рабочие лошади, остальные – для селекции.

Вопрос: Вы разводите для армии?

Ответ: Да. У нас от 20 до 30 жеребят.

Вопрос: Есть ли здесь эксперты по селекции?

Ответ: Да, у нас есть ветеринар, зоотехник и так далее.

Вопрос: Занимаетесь ли вы разведением методом искусственного осеменения?

Ответ: Нет.

Вопрос: Теперь о распределении доходов: 5—10 процентов идет на машинно-тракторную станцию, а 10 процентов – государству. Это 20 процентов. Куда идут остальные 80 процентов? (Здесь ответа нет; см. ниже.)

Вопрос: Где вы держите коров?

Ответ: У нас есть еще один коровник.

Вопрос: А что это за постройки там, вдалеке?

Ответ: Часть – ремонтные мастерские, часть – складские помещения и так далее.

Вопрос: Вы сами подковываете колхозных лошадей?

Ответ: Да.

Вопрос: Сколько у вас кузнецов?

Ответ: 6.

Вопрос: А сколько механиков?

Ответ: Только один, причем посредственный.

Вопрос: Вы используете культиваторы на тракторной или конной тяге?

Ответ: Конные культиваторы.

Вопрос: Для чего вы используете тракторы, в основном для вспашки?

Ответ: Да.

Вопрос: Сколько у вас гектаров отведено под зерновые культуры?

Ответ: 100 гектаров под пшеницу, 200 – под ячмень и рожь, 45 – под овес, 783 – под траву на сено. Всего по хозяйству – 1821 гектар.

Вопрос: Сколько гектаров отведено под садовые культуры?

Ответ: 55.

Вопрос: Сколько – под огородное хозяйство?

Ответ: 45.

Вопрос: Остальное – под картофель и овощи?

Ответ: Да.

Вопрос: Есть ли у вас новые дома для работников?

Ответ: Новых нет, только старые. Новые только клуб и школа.

Посол: Вижу добротный дом, окруженный забором. Кто там живет?

Ответ: Там жил кулак, сейчас его перестраивают под лабораторию.

Вопрос: Сколько гектаров имеет каждая семья в личном пользовании?

Ответ: Треть гектара.

Вопрос: Где находится колхозный рынок?

Ответ: В 5 километрах отсюда. Мы также торгуем в Киеве.

Вопрос: То есть вы поставляете свои продукты в Киев?

Ответ: Да.

Вопрос: Есть ли в колхозе общая столовая или каждая семья обеспечивает себя сама?

Ответ: У нас нет общественной столовой.

Вопрос: Сколько в школе учителей?

Ответ: 15, они обучают 350 детей по 10-летней программе.

Вопрос: Есть ли еще что-нибудь интересное, что вы хотели бы нам показать? (И он повел нас посмотреть коровники.)

Вопрос: Всех коров доят вручную?

Ответ: Да.

Вопрос: Сколько всего колхозов обслуживает машинно-тракторная станция, которая работает с вами?

Ответ: 24. В МТС имеется 43 трактора и 4 комбайна.

Вопрос: Сколько человек работает на машинно-тракторной станции?

Ответ: Точно не знаю.

Вопрос: Что вы делаете с молоком, когда получаете его от коров?

Ответ: Часть необходимо сдать государству, а остальное поступает на колхозный рынок.

Вопрос: Молоко стерилизуется?

Ответ: Нет. Оно отправляется свежим.

Вопрос: Вы моете емкости холодной или горячей водой?

Ответ: Кипятком.

Вопрос: Воду вы нагреваете прямо на месте?

Ответ: Да. У нас три водонагрейных котла.

Вопрос: Теплицы, мимо которых мы сейчас проходим, построены до революции?

Ответ: Нет, во время коллективизации – в 1930 году.

Вопрос: Сколько составлял заработок среднего рабочего здесь в прошлом году?

Ответ: За рабочий день – 1 рубль 43 копейки. Это в денежном выражении. Кроме того, 2,6 килограмма зерна; 8 килограммов картофеля; 1,5 килограмма сена; 1,5 килограмма соломы. Вдобавок у каждого свои овощи и фрукты. Те, у кого их нет, всегда могут получить от колхоза.

Вопрос: Сколько, по-вашему, это все реально составляет в месяц, по сравнению с промышленными рабочими в городах?

Ответ: Промышленные рабочие получают больше, чем колхозники.

Вопрос: Сколько примерно получает средний колхозник в месяц?

Ответ: От 150 до 200 рублей.

Вопрос: А стахановцы и бригадиры?

Ответ: От 200 до 300 рублей.

Вопрос: Платит ли колхозник арендную плату за свой дом и землю?

Ответ: Нет. Они переданы правительством в бессрочное пользование.

Вопрос: Учитываете ли вы при расчете заработной платы стоимость коровьего молока?

Ответ: То, что он получает на своем личном хозяйстве, является дополнительным доходом.

Вопрос: Что это за грядки, которые мы видим здесь?

Ответ: Они предназначены для теплиц.

Вопрос: Мы видели, как в теплицах, под стеклом, выращиваются огурцы. Там довольно много рядов шириной около 5 футов и длиной от 35 до 40 футов. Сколько у вас таких гряд?

Ответ: 1030.

Посол диктует: 12 в ряд, всего около 100 рядов. У них также имеются погреба длиной 60 футов и шириной 12 футов, покрытые слоем земли высотой 8 футов, которые используются для хранения семян. На территории также имеется запас кирпича, из которого они собираются строить теплицы.

Вопрос: Насколько велики теплицы, которые планируется построить?

Ответ: 23,6 метра в длину и 6,9 метра в ширину. В этом году мы построим две.

Вопрос: Какие фрукты выращиваются в этом саду?

Ответ: Яблоки, груши, вишни и прочие.

Вопрос: Вы каждый год вспахиваете и обрабатываете землю между этими деревьями?

Ответ: Да, но в этом году это пока еще не сделано.

Вопрос: Опрыскиваете ли вы деревья, чтобы уничтожить вредителей?

Ответ: Да, дважды в год.

Посол: Вижу здесь несколько ульев. Сколько меда вы получаете в год?

Ответ: 32 килограмма с каждого улья. Всего у нас 180 ульев.

Вопрос: Колхозом руководит директор и еще кто-то?

Ответ: Нас трое: председатель, его заместитель и главный агроном.

Вопрос: После того как вы покроете все расходы и сделаете необходимые улучшения в колхозе, остаток вы разделите между работниками?

Ответ: Когда мы произведем выплаты машинно-тракторной станции и государству, распределяем доходы в соответствии с выполненной работой.

Вопрос: Кто решает, как поступить с остальными деньгами?

Ответ: У нас проводится общее собрание членов колхоза, на котором и принимаются подобные решения.

Вопрос: Принимают ли они также решение о расценках за сдельные работы? Кто это решает?

Ответ: Руководство и бригадиры.

Вопрос: И каждый делится излишками в соответствии с количеством выполненной работы?

Ответ: Да.

Вопрос: Чтобы лучшие работники получали больший процент, чем остальные?

Ответ: Да; в зависимости от того, что им удается произвести.

Документация о неудавшемся демарше

№ 1105 Москва, 1 апреля 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ ИНЦИДЕНТ С ПРЕДЛАГАЕМЫМ ПРОТЕСТОМ ИЛИ ДЕМАРШЕМ ДИПЛОМАТИЧЕСКОГО КОРПУСА В АДРЕС СОВЕТСКОГО ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКОГО ВЕДОМСТВА В СВЯЗИ С ТАМОЖЕННЫМИ И ИНЫМИ ВОПРОСАМИ, КАСАЮЩИМИСЯ ДИПЛОМАТИЧЕСКОГО КОРПУСА Совершенно секретно

Сэр!

Настоящим имею честь представить краткий доклад о вышеупомянутом инциденте.

Хотя детали этого вопроса относительно не важны, обстоятельства, которые привели к инциденту и иллюстрируют создавшиеся условия, могут иметь значение и ценность для Департамента. Именно по этой причине я препровождаю этот доклад некоторыми деталями.

Предыстория

Ситуация возникла в связи с тем, что в течение некоторого периода, и особенно в последнее время, большое возмущение в дипломатическом корпусе вызывало отношение советских таможенных чиновников к отъезжающим дипломатам. При убытии из страны глав миссий или дипломатических работников, не являющихся главами миссий, Советский Союз настаивает на строгом применении советских таможенных законов без учета дипломатических обычаев и традиций, существующих между странами. Здесь правительство настаивает на праве досматривать (в резиденции выезжающего главы миссии) все личные вещи главы миссии, которые тот вывозит из страны, и, освобождая его от уплаты таможенных пошлин, тем не менее требует уплаты оценочного или административного сбора в размере 3 % на предметы, приобретенные в Советском Союзе, даже если эти вещи предназначены для личного пользования. В отношении дипломатических работников, не являющихся главами миссий, Советский Союз требует, чтобы личные вещи осматривались не в резиденции, а на государственной таможне, что сопряжено с реальными трудностями. Имеются и другие ограничения для дипломатического корпуса – например, в связи с продажей автомобилей друг другу. И опять же: ввоз печатной продукции через почту в представительства был лишен дипломатического иммунитета.

Недавно эта таможенная проблема обострилась в связи с отъездом посланников Дании и Швеции. Хотя оба заявили самый решительный протест, но тем не менее были вынуждены заплатить 3-процентный административный оценочный сбор как условие вывоза своих товаров из страны. Некоторое время назад глава дипломатического корпуса обратился в Наркомат иностранных дел с протестом, однако безрезультатно, за исключением того, что вскоре после этого в официальной советской прессе проскочил весьма необычный выпад в сторону посла Афганистана.

В целом за последние несколько месяцев усилилась напряженность между советским правительством и дипломатическими представителями ряда государств. Враждебность фашистских государств приобрела более явный и агрессивный характер. Было очень заметно, что недавние успехи Гитлера оказали влияние на отношение дипломатических представителей небольших европейских государств, имеющих здесь свои представительства. С другой стороны, советское правительство сурово, почти безжалостно требовало закрытия консульств иностранных держав в Советском Союзе и срочного урегулирования других вопросов. Независимо от того, подтверждено это фактами или нет, советские официальные лица и пресса без колебаний открыто обвиняют некоторые капиталистические страны в тайном заговоре внутри Советского Союза с целью свержения существующего режима и используют свои консульства и дипломатические учреждения для шпионажа и внутренних враждебных действий совместно с предполагаемыми контрреволюционными силами. Старательно используются все средства пропаганды, чтобы внушить массам эту предполагаемую опасность для страны. Советские официальные лица без колебаний заявляли мне, что убеждены в том, что советское правительство изолировано и окружено со всех сторон враждебными государствами, что они должны полагаться и полагаются лишь на самих себя, чтобы быть полностью самодостаточными в экономическом и военном отношении, что для сталинского режима характерно, что правительство без колебаний действует первым, и действует энергично. Обращение со многими дипломатическими представителями здесь отличается поразительным безразличием к последствиям, которые могут возникнуть в результате, вплоть до отзыва дипломатического представительства.

Таковы условия, в которых и был предложен совместный демарш.

Следует также отметить, что ранее совместные демарши здешнего дипломатического корпуса – таких случаев было несколько – отвергались напрочь, без исключения, и воспринимались советским МИДом с негодованием – как свидетельство враждебности капиталистических государств.

Письмо британского посла, исполняющего обязанности главы дипкорпуса

17 марта британский посол, как исполняющий обязанности главы дипломатического корпуса, направил главам здешних миссий предложение о совместных действиях и протестах в отношении вышеописанных действий, неприятно затрагивающих дипломатический корпус, с целью обратить внимание советского правительства на важность, которую дипкорпус придает восстановлению практики, более соответствующей международным обычаям в отношении таких вопросов. Были также запрошены мнения различных глав миссий относительно своевременности подобного демарша.

Совещание с послом Великобритании

С учетом выданных мне инструкций Госдепартамента я связался с британским послом, чтобы иметь возможность более подробно проинформировать Департамент о способах, которые надлежит использовать для доведения этого вопроса до сведения советского Наркомата иностранных дел. И в частности, обсуждалось, следует ли это сделать в виде подписанной официальной ноты или в устной форме. Вкратце суть нашего совещания сводилась к следующему.

Я предположил, что, на мой взгляд, мое правительство желало бы сотрудничать с британским правительством и другими представленными здесь правительствами в попытке защитить здесь надлежащие и установившиеся дипломатические обычаи и преимущества, которые столько лет поддерживались во взаимоотношениях разных стран. Я бы посоветовался с ним относительно предпочтительной процедуры, чтобы иметь возможность дать полную информацию моему правительству по данному вопросу. Более того, я был уверен, что он вместе со мной целиком осознает деликатность сложившейся здесь ситуации, обусловленной нынешней враждебностью (независимо от того, оправдана она или нет) по отношению к капиталистическим странам. Поэтому метод и способ, с помощью которых было предложено разработать план совместных действий, имели большое значение. Учитывая предыдущие отказы от подобных совместных демаршей, существовал риск отпора со стороны советского МИДа, если только вопрос не будет рассматриваться в духе дружеского протеста, а не как формальная совместная акция. Мне вдруг пришло в голову, не будет ли больше шансов на успех благодаря общему согласованному плану, разработанному одновременно, но на основе индивидуальных подходов различных глав миссий к советскому Наркомату иностранных дел. Это предотвратило бы опасность того, что подобные действия могут быть истолкованы как совместная враждебная акция и «сговор» представителей капиталистических стран против Советского Союза. Если бы демарш был обеспечен совместной нотой, подписанной всеми главами миссий, или официальным меморандумом, это могло вызвать публичный отпор в виде жесткой ноты Наркомата иностранных дел, что не принесло бы желаемого облегчения и могло отрицательно повлиять на общую ситуацию. Я также предположил, что хотя вопрос о таможенных правилах важен, в случае если инцидент примет политическую окраску, это может отрицательно сказаться на более важных политических целях, которые либо уже существуют, либо могут возникнуть в будущем. В частности, я упомянул о надеждах всего мира на то, что правительство Чемберлена принесет-таки мир в Европу и восстановит международный порядок; но что в случае возможной неудачи отношение Советского Союза и его огромная мощь, как в ресурсах, так и в людях, может серьезно повлиять на мир и принципы международной справедливости; и, хотя этот инцидент не окажет решающего воздействия на отношение Советского Союза, было бы досадно усугублять враждебность ко всем нациям, особенно если не будут достигнуты те результаты, которых мы добивались.

Британский посол заверил меня, что он полностью согласен с таким анализом и точкой зрения. Перед своим отъездом французский посол также предложил, чтобы такой вопрос не рассматривался формально в виде ноты или меморандума, а исключительно на личной, дружеской и административной основе. Он также считает важным сделать эти заявления, поскольку иначе условия и ограничения будут только ухудшаться. Он заверил меня, что проведет эти дискуссии только при условии, что это будет сделано в дружеском духе и так, чтобы не обидеть. Далее он заявил, что в связи с отъездом датского посланника вопрос с отбывающим шведским посланником закрыт, и в течение нескольких недель нет необходимости в немедленных действиях. После этого я заявил лорду Чилстону, что мои сомнения прояснились, что я в значительной мере успокоился, свяжусь со своим правительством и извещу его по мере получения соответствующих указаний. По окончании конференции лорд Чилстон заявил, что признателен мне за то, что я приехал и обсудил с ним этот вопрос.

У меня сложилось впечатление, что этот вопрос можно решить по почте, а не по телеграфу в Департамент.

Телеграфный отчет в Департамент

Вечером в субботу, 26 марта, по случаю приема в посольстве, ко мне подошел лорд Чилстон и спросил, докладывал ли я уже своему правительству; на что я ответил, что доклад пока в процессе подготовки и что, на мой взгляд, спешить с этим вопросом не стоит. Тогда он попросил, чтобы я связался по телеграфу. Я ответил, что сделаю это. Я также сказал ему, что попрошу государственного секретаря уполномочить меня принять участие в предлагаемой акции. Затем он вновь заявил мне, что, если среди глав миссий здесь не будет достигнуто единодушия, дальнейших действий он не предпримет.

Развитие подхода одной из стран

Позже мы узнали, что поверенный в делах Испании отказался участвовать в предложенном демарше. 29 марта посланник______встретился с г-ном Хендерсоном и обсудил предложенные совместные действия. Здесь прилагается меморандум г-на Хендерсона об этом совещании. Суть его в следующем: он [посланник] слышал, что американский посол так и не присоединился к предложенному демаршу; что он искренне надеется, что не станет участвовать в этой процедуре; что, хотя он ранее и уведомил британского посла, что примет участие, теперь предлагает позже в тот же день сообщить лорду Чилстону, что, согласно инструкциям своего правительства, все же считает своим долгом воздержаться. Он узнал, что дубликат циркулярной ноты уже лег на стол к Литвинову; что это вызвало негодование и что теперь ставится под сомнение бескорыстие лорда Чилстона. Любой демарш будет отвергнут. Если демарш не будет предпринят, то МИД надеется добиться улучшения нынешних условий. Демарш может иметь только негативные последствия и привести к усилению трений, к нападкам в советской прессе, подобным тем, которым подвергся посол Афганистана.

Второе совещание с лордом Чилстоном

Сразу же после получения вышеназванной информации я связался с британским послом. Я подтвердил получение им от меня письма, в котором сообщалось, что я доложил своему правительству и рекомендовал уполномочить меня сотрудничать с ним в этом вопросе, и что такую просьбу я высказывал исходя из уверенности в том, что этот вопрос находится под его полным контролем и будет решен таким образом, чтобы не придать инциденту политический оттенок и не привести к нежелательным последствиям. Затем я обратил его внимание на то, что до нас дошли сведения, что советский МИД уже получил копию его письма и счел это оскорблением. Предложение будет отклонено, и он, несомненно, тоже получит аналогичную информацию.

Лорд Чилстон выразил сожаление, что ситуация развивалась именно таким образом. Он выразил огромную признательность за то, что я откровенно обсудил с ним этот вопрос, и за мое дружеское и искреннее участие. По его мнению, было бы крайне досадно, если бы что-либо усилило растущую враждебность местного правительства по отношению к другим странам и особенно к демократическим странам. Он целиком осознает потенциальные возможности развития европейской и мировой ситуаций, и было бы крайне важно, чтобы у советского правительства не создалось ошибочного впечатления, будто кругом одни только враги, и подобную враждебность все правительства проявляют даже в мелочах. Потом он сообщил мне, что решил не участвовать в демарше.

Я тотчас же телеграфировал об этом своему руководству. Лично мне такое решение вопроса представляется благоприятным. Несмотря на все неприятности, раздражение и известную важность, в целом вопрос был относительно незначительным по сравнению с более обширными политическими целями на фоне потенциально серьезной ситуации, связанной с растущей враждебностью к иностранцам и иностранным государствам и вытекающих отсюда последствий.

И к счастью, инцидент разрешился без малейшего шанса на неправильное толкование или недопонимание.

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

№ 1152 Москва, 12 апреля 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ПРЕДЛАГАЕМЫЙ ДИПЛОМАТИЧЕСКИЙ ДЕМАРШ ПО ПОВОДУ ТАМОЖЕННЫХ ПОШЛИН, ЗАТРАГИВАЮЩИХ ДИПЛОМАТИЧЕСКИЙ КОРПУС, И ТАК ДАЛЕЕ

Сэр!

Как ранее сообщалось, условия, заставившие британского посла отказаться от демарша, были следующими: Литва и Испания отказались присоединиться к демаршу. Поступила информация, что советский МИД уже получил копию письма лорда Чилстона, горько возмущен этим и отвергнет демарш; незаинтересованность британского посла поставлена под сомнение; и, если дело не примет агрессивный политический оборот, советский МИД рассчитывает по-своему добиться облегчения таможенной ситуации.

2 апреля, к моему удивлению, посол Великобритании сообщил мне, что передумал. Что теперь он предлагает двигаться вперед, несмотря на отсутствие единодушия и вышеуказанные условия. Иначе это будет истолковано как «отступление». Он выразил надежду, что мы будем сотрудничать.

Откровенно, хотя и в самой дружеской манере, я посоветовал британскому послу не слишком торопиться; что предлагаемые действия, судя по всему, ни к чему не приведут, что они могут ухудшить и без того неважную ситуацию. В то же время, если он выждет некоторое время, даст ситуации остыть и займется этим вопросом позже, то, вполне возможно, он добьется желаемого. Я также сказал ему, что ко мне по собственной инициативе обратились посланники Литвы и Чехословакии и настоятельно просили меня высказать ему это мнение, поскольку они тоже так считают.

На это британский посол ответил, что в таком случае будет ждать моих указаний из Госдепартамента, но ему не терпится принять меры до возвращения в город главы дипломатического корпуса, посла Афганистана.

Мне кажется, что если Департамент даст мне общее указание участвовать только в случае единодушия всех миссий, как и было предложено вначале, и никак не иначе, то это даст какое-то облегчение хотя бы на данный момент. А потом, когда нынешний накал утихнет, ситуацию можно будет удовлетворительно разрешить позже.

С другой стороны, я могу взять на себя ответственность, если это согласуется с мнением Госдепартамента, и заявить, что в данных обстоятельствах моя рекомендация заключается в том, что наше участие в этом деле нецелесообразно, за исключением случаев, когда решение будет единогласным[106].

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

_________________________________

№ 1233 Москва, 30 апреля 1938 года

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ СЕКРЕТАРЮ

ПРЕДЛАГАЕМЫЙ ПРОТЕСТ ДИПЛОМАТИЧЕСКОГО КОРПУСА В МОСКВЕ В АДРЕС НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ПО ВОПРОСАМ ТАМОЖНИ

Сэр!

В связи с моими предыдущими сообщениями в Госдепартамент, касающимися предложения британского посла, исполняющего обязанности главы дипломатического корпуса, заявить протест против того, как советские таможенные власти обращаются с членами корпуса, имею честь сообщить, что по состоянию на текущий момент британский посол решил пока отказаться от дальнейших действий.

Вчера вечером посол Великобритании выехал из Советского Союза в длительный отпуск и вернется лишь после того, как к исполнению своих обязанностей главы дипломатического корпуса приступит посол Афганистана. На мой взгляд, сомнительно, чтобы посол Афганистана предпринял какие-либо шаги по данному вопросу.

Мне кажется, вопрос в значительной мере закрыт, и происходящее сейчас – это «много шума из ничего».

Имею честь кланяться, с уважением,

Джозеф Э. Дэвис

Документы о переговорах по долгам и торговле

МЕМОРАНДУМ О ДИСКУССИЯХ МЕЖДУ Г-НОМ НЕЙМАНОМ ИЗ МИНИСТЕРСТВА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ И ПОСЛОМ ДЖОЗЕФОМ Э. ДЭВИСОМ 8 И 9 ИЮЛЯ 1937 ГОДА ПО ПОВОДУ КОММЕРЧЕСКОМ СОГЛАШЕНИЯ

Вскоре после встречи с г-ном Литвиновым 2 июля у меня появилась возможность обсудить ситуацию в неофициальном порядке с г-ном Нейманом. Он сказал, что г-н Литвинов обсудил с ним этот вопрос и что он надеется, что я буду относиться к ним терпимее и не считать слишком «дотошными» в дискуссиях, которые проводятся с г-ми Хендерсоном, Кеннаном и Дурброу; что, по сути, они обязаны поднимать определенные вопросы, которые, по их мнению, необходимо обсудить, но данный вопрос они искренне желают решить на широкой, справедливой и беспристрастной основе.

Затем я изложил г-ну Нейману, по сути, то же самое, что и г-ну Литвинову, и подчеркнул все преимущества, которые они получают по новому торговому договору, сверх того, что было в прошлом году.

Он заявил, что у них возникли трудности в связи с гарантией закупок в США на сумму 40 млн долларов. Они также вынуждены настаивать на том, что обязательство по поводу режима наибольшего благоприятствования принималось на двусторонней и взаимной основе. И наконец, им придется настаивать на том, чтобы соглашение применялось как к экспорту, так и к импорту.

Я ответил, что могу лишь посочувствовать им в желании, чтобы обязательства носили двусторонний характер (по причинам самоуважения), и это притом, что лично мне было совершенно ясно: они добиваются того, чего мы не хотим, потому что, по сути, это не представляет никакой ценности. И в практическом плане вопрос о том, должно или нет советское правительство, осуществляющее такие закупки, взимать импортную пошлину или облагать то, что оно продает, экспортным налогом, никак не затрагивает американские интересы; и в связи с этим я (лично) не вижу причин, если уж им хочется, почему бы и не предусмотреть это в соглашении. В связи с предложенной «экспортной оговоркой» и экспортом я, однако, заявил, что, на мой взгляд, из-за законов о нейтралитете возникнут трудности после принятия закона, который наделил исполнительную власть полномочиями вести переговоры по данным соглашениям.

Однако я совершенно откровенно заявил, что, хотя лично «и против интереса» сделал ему эти признания, что не менее откровенно абсолютно не приемлю позицию, когда нужно торговаться по поводу увеличения закупок на 10 млн долларов (с 30 до 40 млн долларов), учитывая как справедливость, так и практичность ситуации; что, по моему мнению, это не свидетельствует о непредвзятом подходе к вопросу и признательности за справедливую и великодушную позицию секретаря Халла по данной конкретной проблеме. Я подробно остановился на трудностях, с которыми столкнулся госсекретарь Халл.

В ответ г-н Нейман проявил весьма дальновидный подход и заявил в заключение, что не склонен спорить с такой позицией. По его ощущениям, мы сможем прийти к некоторому соглашению по вопросу о закупках в Соединенных Штатах, но по другим вопросам ему, возможно, придется настаивать на их точке зрения. Но он постарается подойти к этому так, чтобы все было справедливо и принесло результаты.

_________________________________

МЕМОРАНДУМ КОНФЕРЕНЦИИ МЕЖДУ Г-НОМ НЕЙМАНОМ, Г-НОМ РОЗЕНБЛЮМОМ, Г-НОМ КАМИНСКИМ, Г-НОМ ВИНОГРАДОВЫМ И ПОСЛОМ ДЖОЗЕФОМ Э. ДЭВИСОМ В НАРКОМАТЕ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ МОСКВЫ 15 ИЮЛЯ 1937 ГОДА В СВЯЗИ С КОММЕРЧЕСКИМ СОГЛАШЕНИЕМ. НА ВСТРЕЧЕ ТАКЖЕ ПРИСУТСТВОВАЛ Г-Н ДЖОРДЖ Т. КЕННАН, ВТОРОЙ СЕКРЕТАРЬ ПОСОЛЬСТВА

Я открыл дискуссию, еще раз обрисовав ситуацию с нашей точки зрения, в том виде, как она была описана ранее в меморандумах по совещаниям с г-ном Литвиновым и г-ном Нейманом.

Затем я заявил, что вопросы, по которым наметились разногласия, теперь разделились на три части:

1. О предлагаемом двустороннем характере соглашения.

2. О предлагаемой экспортной оговорке.

3. О сумме советских обязательств по закупкам в США.

Рассматривая первый вопрос, я напомнил г-ну Нейману, что сам лично был склонен признать обоснованность их позиции и даже рекомендовать Департаменту уступить в данном вопросе, и в этом отношении чувствовал, что поступаю согласно логике. Впоследствии, однако, выяснилось, что советский МИД не видит особой ценности в двустороннем соглашении, если оно не предусматривает исключений в отношении Прибалтийских государств и стран Южной и Восточной Азии.

В связи с подобным развитием событий я теперь вынужден был отказаться от прежней позиции, поскольку такое условие, на мой взгляд, кардинально меняет ситуацию и было бы несправедливым. Затем я заявил, что, с учетом их позиции, исключение этих стран является непременным условием двустороннего характера наших соглашений. Я получил инструкции от своего правительства о том, что в предложенном виде двустороннее соглашение неприемлемо и, следовательно, дальнейшее его обсуждение бесполезно.

Во-вторых, что касается экспортной оговорки, то Департамент придерживается позиции, что для его проработки (даже будь она в принципе согласована) потребуется тщательное рассмотрение, которое обязательно займет определенное время и повлечет за собой серьезную задержку в заключении соглашения.

В-третьих, по поводу суммы закупок мы были уверены, что вправе рассчитывать, что с учетом наших весьма существенных уступок (примерно на 1 млн долларов в год) они не станут преуменьшать ни свои, ни наши объемы, предлагая выплаты на сумму менее 40 млн долларов.

В заключение я заявил, что, откровенно говоря, теперь ситуация сводится к следующему: соглашение может быть оперативно заключено при условии, что будет носить односторонний характер и что для закупок в Соединенных Штатах советское правительство согласует сумму в размере 40 млн долларов.

После длительного обсуждения они, похоже, согласились с тем, что двусторонний характер договора не подлежит рассмотрению. Однако они настаивали на том, что в принципе имеют право на соглашение, которое предусматривает режим наибольшего благоприятствования как для экспорта, так и для импорта. Никаких реальных оснований для их дискриминации в вопросах экспорта не существует, и в данных обстоятельствах предложение о том, что экспорт должен быть исключен, выглядит чрезмерным и содержит в себе некий подразумеваемый упрек, который они не могут счесть обоснованным. И они, в частности, считают, что не должны подвергаться подобной дискриминации, если обязуются закупать определенное количество товаров в Соединенных Штатах, в отличие от других стран, находящихся в аналогичном положении, которые не брали на себя никаких определенных обязательств по закупкам в Соединенных Штатах.

Они также заявили, что оценили трудности, которые мы описали в связи с законодательством о нейтралитете и необходимостью изменения положений ввиду такого законодательства. Но при этом они заявили, что будут полностью готовы принять содержащуюся в Нидерландском договоре формулировку, адаптированную к одностороннему соглашению, вместе со вторым параграфом статьи 11 Нидерландского договора, и в связи с этим готовы взять на себя обязательство в дополнительном письме, что они примут любое изменение формулировки, которое Соединенные Штаты потребуют и получат от находящихся в аналогичном положении других государств, при условии только, что не будет никакой дискриминации в отношении режима, предоставляемого Советскому Союзу, по сравнению с режимом, предоставляемым другим странам, имеющим аналогичные права в отношении экспорта из Соединенных Штатов.

Затем я спросил, достаточно ли разумно и обоснованно, по их мнению, с моей стороны заявить Департаменту, что в случае, если их предложение по поводу экспортной оговорки окажется приемлемым, то в связи с обязательством по закупке товаров в Соединенных Штатах на сумму 40 млн долларов не возникнет никаких проблем. Они заявили, что такое заявление стало бы вполне оправданным, но есть одна оговорка: они не готовы взять на себя обязательства на сумму в 40 млн долларов. Подтекст, однако, совершенно ясен: они будут рекомендовать это, и все пройдет, но им не хочется связывать себя конкретными обязательствами.

Затем я заявил, что, по-видимому, потребуется значительное время для выработки подходящей формулировки в связи с экспортной оговоркой, если Госдепартамент выразит свое согласие. Госдепартамент, возможно, предпочтет запастись временем для выработки такой формулировки, а не соглашаться на формулировку, содержащуюся в Нидерландском договоре, и я спросил, не будет ли для них приемлемым заключить сейчас одностороннее соглашение с обязательством на 40 млн долларов и распорядиться им с помощью дополнительного обмена письмами, в которых указано, что в течение шестидесяти или девяноста дней будет заключено дополнительное соглашение по экспорту на согласованном сторонами языке. Подобное соглашение призвано обеспечить, чтобы Советский Союз не подвергался дискриминации по сравнению с другими странами, пользующимися такими же договорными привилегиями, причем в письмах должно быть предусмотрено, что если такое дополнительное соглашение не будет заключено в течение шестидесяти или девяноста дней, то в течение последующих десяти дней советское правительство вправе аннулировать вышеупомянутое основное соглашение. На это они ответили утвердительно и заявили, что, по их мнению, при желании можно было бы решить вопрос именно таким образом.

У меня сложилось отчетливое впечатление, что они работают в весьма напряженной атмосфере, когда чиновники не склонны принимать на себя ответственность из-за масштабов текущей критики, которая повсеместно присутствует в правительственных кругах, а также из-за всеобщей «ненависти», которая «включена» и направлена против всех враждебных капиталистических государств (особенно после речи Сталина 5 марта прошлого года). Но тем не менее они честно и всерьез озабочены тем, что, с их точки зрения, рассматривают как необходимость, то есть не допустить присутствия в тексте договора видимости дискриминации между отношением к Советскому Союзу и к другим странам, имеющим аналогичные договоры с Соединенными Штатами. Мне показалось, что это вопрос самоуважения, и, по сути дела, мне было тяжело утверждать, что существует серьезное обоснование для такой дискриминации, особенно с учетом того факта, что срок договора должен быть ограничен лишь одним годом.

Затем мы обсудили, в течение какого времени сможем заключить этот договор, если нам удастся достичь принципиального согласия по обсуждаемой линии, и г-н Нейман заявил, что, по его мнению, потребуется по крайней мере неделя или больше для согласования всех деталей до подписания и официального заключения договора и что, по их мнению, эта задержка не окажет серьезного влияния.

Прощальная речь посла

Москва, 9 июня 1938 года

ПРОЩАЛЬНАЯ РЕЧЬ ПОСЛА ДЭВИСА ПЕРЕД СОТРУДНИКАМИ ПОСОЛЬСТВА В МОСКВЕ 9 ИЮНЯ 1938 ГОДА

Дамы и господа, дорогие сотрудники!

Я попросил мистера Уорда, чтобы тот собрал вас здесь сегодня в полдень, потому что мне хотелось увидеть всех вас, сказать вам «До свидания!», а не попрощаться. Потому что надеюсь увидеть вас еще много раз – по крайней мере, многих из вас – не здесь, а дома, на родине или везде, где бы ни пересеклись в дальнейшем наши пути.

От имени нашего правительства хочу поблагодарить всех вас за великолепную службу во время моего пребывания на посту посла. Находящимся здесь советским сотрудникам я также хочу выразить признательность за их усердие, верность и преданность. Конечно, в первую очередь они преданы своему собственному правительству, оно для них всегда будет на первом месте. К счастью, в этом посольстве такое никогда не вызовет недостатка лояльности к их работодателю, Соединенным Штатам. Каждая лояльность действует в своей сфере. Вы были лояльны и, я уверен, высоко духовны и благородны, храня то, что принадлежит Соединенным Штатам, для Соединенных Штатов, а то, что принадлежит вашему правительству, для вашего правительства.

Членам нашей собственной службы мне хочется высказать отдельно несколько слов в связи с уходом на новую должность. Я виделся с вами не так много, как хотелось бы. Я обнаружил, что могу лучше и интенсивнее работать в своем кабинете в Спасо-Хаус, поэтому не так часто бывал здесь, среди вас. Мне хочется выразить особую признательность моим непосредственным коллегам – секретарю Хендерсону, советнику Кирку, полковнику Феймонвиллу, секретарям Кеннану, Дурброу, Чипману, Пейджу, Граммону, Болену и доктору Рамрайху. Каждому из них я обязан за ту замечательную помощь, которую он мне оказал, и в связи с этим хочу выразить свою искреннюю признательность. Я не мог бы посвятить много своего времени серьезной работе, которую пытался делать, если бы не великолепные способности мистера Хендерсона и прекрасная работоспособность мистера Уорда, которые освободили меня от большей части административной рутины по руководству миссией. Я безмерно благодарен им за эти услуги.

Все это, однако, не означало, что я незнаком или не в курсе работы, которую выполнял наш персонал. Я был знаком с ней и хочу сказать, что вы добились больших успехов. В чрезвычайных ситуациях, когда требовалось срочно отправить депеши, вы даже не поглядывали на часы, вы могли добровольно и без всяких колебаний продолжать трудиться до глубокой ночи. Вы были замечательной группой людей, которая состоит на службе у великого правительства. И я хочу подчеркнуть это сейчас, когда ухожу. Вам, своим коллегам, я хочу выразить особую благодарность за великодушие по отношению к своему шефу. Временами это было не так уж просто, ведь я привык к довольно жестким и решительным действиям в качестве руководителя своей компании, и боюсь, временами мог показаться слишком требовательным и невнимательным в своем стремлении добиться результата. Боюсь, по этой причине со мной нелегко работать. Если так, мне очень жаль. Сами знаете: старого учить – что мертвого лечить. Но в любом случае я всегда находил весьма щедрый и лояльный отклик со стороны г-на Хендерсона и всех моих коллег. Уверен: все вы знали, что я руководствовался самыми добрыми намерениями.

Есть, в частности, еще одна вещь, связанная с работой наших сотрудников в период моей службы здесь, по поводу которой я испытываю чувство гордости, и суть ее в следующем. Когда я общался с представителями дипломатического корпуса других стран, я часто удивлялся неосмотрительности и бестактности – и, конечно, все это я говорю в кругу семьи – некоторых членов дипломатического корпуса. Нередко я обнаруживал, что те, кто пользовался многочисленными знаками внимания и радушием со стороны правительства, при котором они аккредитованы, проявляли дурной тон и поступали несправедливо, а порой даже из кожи вон лезли, чтобы указывать на какие-нибудь недостатки и подвергать критике, совершенно бесполезной и неуместной, многие вещи, которые могли запросто оскорбить чувства местных официальных лиц, с которыми они вели дела и от которых принимали упомянутые любезности. Как практичный бизнесмен, я не мог этого понять. Если дипломатия что-то значит в государственном управлении или в бизнесе, то это, прежде всего, искусство ладить с людьми и разрешать разногласия с минимальным раздражением и с наименьшими трудностями – однако при этом в полном соответствии с основополагающим принципом – никогда не поступаться самоуважением и стойко отстаивать идеалы нашего правительства, всегда и везде, где это необходимо. С точки зрения здравого смысла все элементарно: не следует без нужды и понапрасну обижать людей, с которыми приходится вести дела. Я не являюсь профессиональным дипломатом, но при этом много лет общался с высокопрофессиональными дипломатами, как из государственной среды, так и из бизнеса. Согласно моим наблюдениям, дипломаты, будь то политики или бизнесмены, если это люди влиятельные и авторитетные, не должны ради самоуважения вечно твердить о своих достоинствах. Они достаточно сильны, чтобы считать это само собой разумеющимся. Они также никогда не пытаются укрепить свой авторитет за счет ненужного принижения авторитета других людей. Такие люди никогда не откажутся взяться за палаш, если ситуация потребует от них отстаивать свои принципы. Великие дипломаты нашей службы никогда не наносят напрасных обид. Со времен Бенджамина Франклина и до нынешних дней наши дипломаты не нуждались в наставлениях в стиле Честерфилда, чтобы проявлять уважение к чувствам других людей.

И я рад заявить, что среди сотрудников собственного штата нашел крайне мало, если вообще нашел, таких вот людей. Что меня безмерно радует. Это отражение здравомыслия и прекрасных побуждений. Это делает вам честь и достойно принципов нашей великой страны. Таким поведением вы отражаете и демонстрируете силу, терпимость и христианский характер нашего великого народа. Какая же это страна и какая честь быть ее представителем!

Я так и не возвратился домой из Европы, но трепетно благодарю Бога моей матери за то, что сто лет назад у моих предков хватило мужества, уверенности в себе и смелости перед лицом дикой природы и неизвестности переселиться в Соединенные Штаты Америки и, жертвуя собой, своим здоровьем, сделать возможным для моих детей и моих внуков пользоваться благами демократической формы правления и привилегией жизни в Соединенных Штатах. Я не вернулся домой из Европы, но чувствую, насколько все-таки счастлив и благословен американский народ. Задумайтесь, чем мы обладаем и чем наслаждаемся в отличие от многих европейских стран!

У нас есть свобода – личная свобода.

У нас есть право на свободу слова.

У нас есть право на мирные собрания.

У нас есть право свободно мыслить.

У нас есть право поклоняться Богу согласно велению нашей совести.

Наша свобода, наша жизнь, наше имущество, наши права защищены даже от самого правительства.

Каждый человек – король в своем собственном замке.

Наши свободы и жизни защищены законами, в соответствии с которыми даже самое всемогущее правительство обязано доказать вину вне разумных сомнений, прежде чем подвергнуть человека наказанию.

Ради таких гарантий и благ на что только не пошли бы сегодня миллионы мужчин и женщин в Европе!

Достоинство мужского и женского начал, святость человеческой жизни и свободы, самоуважение человеческого духа – это лучшее из того, что цивилизация принесла в этот мир. В Соединенных Штатах Америки эти вещи присутствуют в такой степени, в какой не встречаются больше нигде в мире.

Мне все равно, сколько материальных благ или социальных льгот в детстве или старости могут человеку дать тоталитарные государства или диктатуры, и, если при этом в жертву должна быть принесена свобода, значит, цена ее слишком высока.

Поэтому, пока у нас есть то, что мы обязаны весьма ревностно защищать и охранять в нашей собственной стране, у нас также есть институты и идеалы, настолько благородные и высокие, что это налагает на нас обязанность высоко нести их и преданно оберегать за рубежом, когда нам дана честь представлять и нести флаг Соединенных Штатов.

Как я уже сказал, я весьма рад, что у моих сотрудников, пока я находился здесь, присутствовало то прекрасное самообладание, которое позволило вам держать свои принципы при себе; не быть излишне раздражительными по отношению к правительству, при котором мы аккредитованы; быть терпимыми и великодушными, как учит нас религия вашей матери, моей матери, вашего отца и моего отца.

Итак, я уезжаю и увожу с собой приятные воспоминания. Буду с радостью вспоминать эти дружеские отношения со многими из вас, и, где бы вы ни были, если наши пути когда-нибудь пересекутся, не стесняйтесь, навестите нас с миссис Дэвис, и мы будем искренне рады вас видеть. Ведь вы из нашей дружной команды в Москве!

_________________________________

ДОСТОПОЧТЕННОМУ ДЖОЗЕФУ Э. ДЭВИСУ

Государственный департамент, Вашингтон,

округ Колумбия

Мой дорогой Джо!

Для того чтобы вы могли приступить к исполнению своих обязанностей на новой должности специального помощника Государственного секретаря, я настоящим принимаю вашу отставку с поста полномочного посла в Бельгии и посланника в Люксембурге, которая вступает в силу с 16 января.

Делаю это с меньшими опасениями, поскольку благодаря вашей новой работе в Государственном департаменте мы будем продолжать использовать ваш богатый опыт работы в Европе и ваши критические оценки происходящих там событий.

Теперь, когда вы официально освобождены от постов в Брюсселе и Люксембурге, хочу заверить вас в своей глубокой признательности за ту прекрасную работу, которую вы там проделали. Также считаю, что вы можете по праву заявить, что отчеты с мест ваших недавних постов, а также те, что были посланы ранее из Москвы, были чрезвычайно ценными.

Вы проявили удивительные способности оценивать текущие события и с необыкновенной точностью определять их влияние на будущее развитие. Ваши суждения о людях и событиях были здравыми и надежными. В связи с этим считаю особенно ценным, что мы сможем и впредь пользоваться вашими советами и рекомендациями в международных делах.

Искренне ваш,

Франклин Рузвельт

Примечания

1

Отрывок из прощальной речи посла Дэвиса перед сотрудниками посольства в Москве 9 июня 1938 года.

2

Эмлен Найт Дэвис (Emlen Knight Davies) – моя дочь и выпускница Вассарского университета.

3

В средства массовой информации (англ.).

4

Они были составлены доктором Румрайхом и командиром [доктором] Банкли из нашего посольства.

Пока вы не проживете здесь достаточно долго, чтобы пройти вакцинацию:

Не пейте некипяченую воду из-под крана.

Не пейте молоко или сливки.

Не ешьте молочные продукты (мороженое, масло, заварные кремы и т. д.) местного происхождения. Не ешьте сырые овощи.

Не ешьте консервированные овощи, если не знаете, что они из США.

Избегайте редкого и недожаренного мяса.

Избегайте любых сортов колбас.

Будьте крайне осторожны с рыбой (по двум причинам: рыба может оказаться не слишком свежей, а также в Европе весьма распространен ленточный червь).

Не ешьте фаршированную рыбу.

Безопаснее всего питаться в посольстве Великобритании.

На втором месте по безопасности – французское посольство.

Все остальные – сомнительны, так как полагаются на местные продукты.

Неудивительно, что у здешнего персонала есть собственный кооператив для снабжения провизией.

5

Мой личный секретарь Джон Дэвис Стамм.

6

Джон Д. Стамм.

7

Моим основным источником текущих новостей было коротковолновое радио. Я слушал его ежедневно и делал заметки, чтобы быть в курсе европейских событий. В моем одностраничном дневнике не хватало места, и я взял за правило вносить записи в журнал для уточнения вопросов, которые не могли быть рассмотрены в дневниковых записях.

8

Нижеследующее взято из каталога, изданного Ассоциацией выпускников Висконсинского университета города Нью-Йорка, посвященного коллекции русской живописи и икон, подаренной Дэвисом Висконсинскому университету.

Выдержки из письма посла Дэвиса от 9 марта 1937 года губернатору Ла Фоллетту о передаче коллекции университету:

«Дорогой Фил!

С тех пор как нахожусь в России, в голове крутится одна мысль, и я хотел бы попросить вашего совета по этому поводу.

Русская живопись необыкновенна по своей образности, силе и цвету. И хотя в целом она, возможно, не отличается утонченностью художников, получивших образование в других школах, тем не менее они создают замечательные картины. С моей собственной точки зрения, меня всегда больше, чем техника, интересовала история, которую рассказывает картина, и то, как она воздействует на человеческие ощущения.

Поэтому я собрал несколько картин. По большей части это оригиналы. В некоторых случаях – копии. Художники здесь, как известно, работают на государство, но я получил разрешение от властей, чтобы в некоторых случаях сделать дубликаты оригиналов, выполненные теми же художниками. Моей целью было собрать ряд картин, которые более или менее охватывали бы различные области жизни и деятельности страны: народ, солдаты, революционное движение, строительство великих заводов и жизнь в отдаленных уголках России.

Мне пришла в голову мысль, что университету Висконсина было бы интересно иметь такую коллекцию, и я рассматривал возможность передачи ее в дар.

Хотя коллекция картин и содержит некоторые исключительно прекрасные работы, она не может, с точки зрения искусства, считаться одной из самых важных, но вместе с тем она интересна и познавательна.

А вот все иконы относятся к высшему типу данного вида живописи. Они исключительны и весьма уникальны… Они отобраны ведущими техническими экспертами по иконам, связанными с советским правительством и, в частности, с Третьяковской галереей. Они охватывают лучшие типы икон различных периодов».

Выдержки из официального объявления губернатора Ла Фоллетта о принятии коллекции 20 мая 1937 года:

«Передача послом Дэвисом своей коллекции в дар университету – великодушный и щедрый поступок. Это выдающийся художественный вклад в развитие университета, который будет особенно цениться благодаря дарителю».

9

Ниже приводится выдержка из письма президенту, датированного 4 февраля 1937 года:

«Во время послеобеденных перерывов, с 4 до 6 часов дня, я заходил в различные учреждения, магазины и т. п.; и в каждом месте собирались группы от 20 до 60 человек, перед которыми выступал какой-нибудь человек, описывающий судебный процесс и злодеяния обвиняемых. Такое, как мне сообщили, происходило по всей стране, а радио работало без перерыва. Их политическая и пропагандистская организация проникает буквально в каждый уголок. Самая низшая единица, называемая „ячейкой“, состоит из трех членов партии, которым поручена организация их конкретного подразделения. Если бы сюда приехал Джим Фарли, то мог бы почерпнуть немало полезных советов».

10

Моя величайшая вина (лат.).

11

Название происходит от начальных слов приказа судьи «Habeas corpus ad subjiciendum» – «Ты обязан доставить человека в суд». Предписание хабеас корпус приказывает тем, кто содержит заключенного, привести его к судье, чтобы суд мог проверить правовые основания его содержания под стражей.

12

Великая хартия вольностей.

13

В письме своему другу Артуру Кроку я не написал, что собираюсь в неофициальной обстановке обсудить этот вопрос кое с кем из советского правительства, потому что не был уверен в правильности такого шага.

Как обычно, большую помощь оказал Хендерсон. Я обсудил с ним этот вопрос, и он, похоже, счел, что с дипломатической точки зрения не будет таким уж неуместным, если я обсужу такого рода личный вопрос с соответствующими должностными лицами и если четко обозначу, что делаю это не в своем официальном качестве. И вот я встретился с президентом Калининым, премьером Молотовым и министром иностранных дел Литвиновым. «Очевидно, – сказал я, – целью дипломатического представительства в Соединенных Штатах и в Москве является содействие дружественным отношениям и лучшему взаимопониманию». Поэтому я взял на себя смелость лично и совершенно неофициально предложить им серьезно рассмотреть вопрос о Ромме. Я подробно остановился на способностях, высоком характере, положении и позиции американских журналистов и на том, что это не может не оказать благотворного влияния на общественное мнение в Соединенных Штатах, если советское правительство сможет учесть их мнение относительно верности Ромма своему правительству в том, что касается его поведения в Вашингтоне. Вполне уместно, что свидетельства такого рода должны быть рассмотрены в связи с вопросом о виновности Ромма. Предложение было воспринято со всей учтивостью. Молотов заявил, что ценит мои добрые намерения и приветствует высказанные предложения. С другой стороны, сказал он, к сожалению, «господа журналисты» в Вашингтоне не в курсе всех фактов. Поэтому он надеется, что свои окончательные суждения они отложат до тех пор, пока не будут вскрыты все факты. Его правительство не может брать на себя никаких обязательств до тех пор, пока вся ситуация не будет тщательно изучена. Если, однако, останутся сомнения, они с большим вниманием отнесутся к заявлениям американских журналистов в Вашингтоне. Я уехал с ощущением, что если что-то еще можно сделать, то это обязательно будет сделано. Конечно, бедняга Ромм не оставил себе шансов после того, как закончил давать показания в открытом суде.

В любом случае он не был предан публичному суду, и мне сообщили, что его отправили на работу в глубинку. Когда позже я беседовал об этом деле с послом Уманским, тот сказал, что именно акция американских газетчиков спасла ему жизнь, поскольку «сведения о деятельности Ромма весьма невеселые».

14

В последующем обсуждении этого «атропинового» отчета другой дипломат из соседней страны заявил, что не стал бы верить этой истории в силу ее предвзятости и враждебности. Он сослался на описание Брюсом Локкартом препарата («британский агент»), который получал, когда был арестован по подозрению в причастности к покушению на Ленина, а также привел заявления об отрицании принудительных мер третьей степени со стороны обвиняемых на процессах о государственной измене. Тем не менее ради той ценности, которую оно может представлять, вот это заявление.

Советское правительство опубликовало английские переводы материалов этих двух судебных процессов о «чистках», на которых я присутствовал. С согласия Министерства иностранных дел я смог приобрести пятьдесят или шестьдесят дубликатов каждого из них, которые послал различным друзьям в Соединенных Штатах. Возможно, читателю будет интересно узнать, что два весьма известных юриста, один из которых был помощником генерального прокурора при администрации президента Вильсона, достопочтенный Чарльз Уоррен, автор недавней книги о Верховном суде США, а другой – достопочтенный Сет В. Ричардсон, помощник генерального прокурора при администрации Гувера, сказали мне, что с интересом ознакомились с материалами процесса и что каждый из них пришел к выводу, что, по их мнению, представленные доказательства не предполагали никакого другого приговора, кроме обвинительного.

15

В деле Бухарина, год спустя, одной из самых необычных особенностей процесса было заключительное выступление – «последнее слово» Бухарина. Он обсуждал упомянутые признания. Во время последнего процесса он прочитал книгу Фейхтвангера, которую нашел в тюремной библиотеке, и последовательно разбирал различные объяснения или теории, выдвинутые в ней, и заявлял, что они «все неверны». Среди них была теория «наркотика».

16

Буквально – с первого взгляда. Концепция подразумевает очевидное и достаточное доказательство, выглядящее достоверным при отсутствии опровержения.

17

Затем в течение нескольких недель я предоставил им полный набор своих докладов в качестве комиссара по делам корпораций и председателя Федеральной торговой комиссии по стали, пиломатериалам, углю, сельскохозяйственной технике и т. д.

18

Образ жизни.

19

Моя дочь Экей.

20

Организация Коммунистической партии со штаб-квартирой в Москве, которая, как утверждается, помогает и направляет коммунистическую деятельность и пропаганду в странах за пределами России.

21

Когда посол Буллит учредил посольство в Спасо-Хаусе, одну из больших комнат он обустроил для демонстрации кинофильмов. Это было очень полезно для установления контактов как с дипломатическим корпусом, так и с местными государственными чиновниками. Уилл Хейс продолжал проявлять максимальную готовность к сотрудничеству и регулярно предоставлял новые катушки. Их привозил курьер. Всякий раз, когда демонстрируются фильмы, это неизменно «день открытых дверей» для всей американской колонии, а также для дипломатического корпуса. Колония, конечно, по достоинству оценила эти показы. На самом деле они всем пришлись по душе. И стали настоящим центром единения. Это было бы невозможно, если бы не помощь местных киношников, а также содействие Уилла Хейса. Многим американцам это дало возможность получить огромное удовольствие от пребывания в Советской России и существенно помогло миссии в ее связях с окружающим миром.

22

Мы с миссис Дэвис часто говорили об этих цветочных и парфюмерных магазинах. Это один из существенных признаков отхода местного правительства от принципов марксистского коммунизма. Здесь были государственные магазины, где продавали цветы в корзинах по цене от 2 долларов в золотом эквиваленте до 15 долларов в золотом эквиваленте. 15 долларов – это эквивалент средней двухнедельной зарплаты рабочего. Из продажи товара, который находил свой спрос в фундаментальных инстинктах человеческой природы, извлекалась вполне себе капиталистическая прибыль. Молодежь мужского пола под воздействием биологического влечения стремилась доказать своим избранницам, что каждый из них сильнее и лучше своего потенциального соперника. В той степени, в какой он мог послать ей лучшие цветы, – в этой степени он демонстрировал перед конкурентами свою большую привлекательность. Поэтому ему требовалось больше зарабатывать. Добиться этого он мог лишь с помощью стимула к получению прибыли – бича чистого коммунизма. Более того, сама суть коммунизма – это бесклассовое общество. А здесь и кроется стимул для создания классового общества, основанный на ситуации, которая стимулировала прибыльный стимул, в силу того, что государство делает бизнес на товаре, который является желанным из-за весьма сокровенного человеческого инстинкта.

23

В этот период с живейшим интересом наблюдал за развитием ситуации в Европе и особенно внутри Германии в связи с возможностью сохранения европейского мира путем соглашения основных заинтересованных сторон. Это, конечно, полностью зависело от того, в чем именно заключалась цель Гитлера и нацистской партии. Либо это было сознательное намерение, либо следствие сил, которые они привели в движение. Одним из наиболее значимых флюгеров, указывающих на то, какой дует ветер, в том, что касается целей Гитлера, мне показалось его отношение к религии. Не может быть настоящего мира, если десятки тысяч лютеран и немцев-католиков будут подвергаться преследованиям. Более того, такие преследования указывали на то, до какой степени нацистская партия готова дойти в вынашивании своей идеи расового превосходства, частью которой является концепция новой немецкой религии, основанной на вагнеровских мифах и гитлеровской концепции, которая обожествляла силу, мощь, войну и поносила альтруистические добродетели братской любви, мира, человечности и доброты. Поэтому я с неподдельным интересом следил за развитием этих преследований в Германии.

24

Что меня поражает, когда я вспоминаю этот эпизод, так это удивительная точность сведений, которые предоставлял Штейгер. В Москве Штейгер был загадочной личностью. Его официальная должность главы Культурного бюро на фоне его реальных функций не воспринималась как значимая. Он считался своего рода связным между Кремлем и дипломатическим корпусом, обеспечивая контакты вне обычного дипломатического канала Министерства иностранных дел. Его называли бароном Штейгером.

После обеда я отвел его в сторону и доверительно спросил, как ему самому живется на фоне чисток и террора. Он выразительно пожал плечами и коснулся указательным пальцем шеи за ухом. Этот жест, очевидно, относился к принятой в настоящее время истории о том, что казнь осужденных преступников происходила не перед расстрельной командой и каменной стеной, а в подвале Лубянской тюрьмы в Москве. Приговоренного неожиданно вызывали к коменданту, а затем, когда он проходил мимо, его охранник без предупреждения стрелял ему в затылок.

Предчувствие Штейгера оказалось вполне обоснованным. Однажды вечером в конце сезона мы были приглашены в качестве гостей правительства в бывшую королевскую ложу на премьеру новой оперы. Штейгер тоже был на вечере. После спектакля моя дочь Экей, мисс Уэллс, Стэнли и Джоан Ричардсон были приглашены бароном Штейгером перекусить и потанцевать в ночном клубе отеля «Метрополь». Потом рассказывали, что вскоре после полуночи, когда они сидели за столиком, барона Штейгера похлопали по плечу двое внезапно появившихся мужчин в штатском. Он ушел с ними, извинившись и сказав, что скоро вернется. Он так и не вернулся, а впоследствии его больше никто не видел.

25

Моя дочь, миссис Рахель Уокер.

26

К этой депеше прилагались технические сводки по различным заводам, которые мы посетили, а также стенографические записи бесед, которые я проводил с различными руководителями. Они были объемными и содержали много данных. Чтобы дать более подробную справку о том, что показывают эти отчеты, но в более сжатой форме, я подготовил меморандум, который служит для интерпретации различных деталей и стенографических отчетов, сделанных в то время (см. Приложение).

27

В то время курсировало много слухов о том, что Англия, Франция, Германия и Италия могут объединиться на основе нового «Западного Локарно», в соответствии с которым мир в Западной Европе будет гарантирован этими правительствами, но без участия Советского Союза. Возникло подозрение, что Гитлеру предоставят свободу действий в Восточной Европе в качестве платы за сохранение мира на Западе. (Не является частью «депеши».)

28

Вскоре после возобновления дипломатических отношений и «признания» Советского Союза Соединенными Штатами данное правительство приступило к пересмотру советской конституции. В Москве мне говорили, и я лично считаю этот источник достоверным, что одним из наиболее важных факторов, повлиявших на принятие разделов, касающихся свободы религиозного культа и распространения избирательного права и права занимать должности на всех граждан без различия вероисповедания, стали тот акцент и недвусмысленные просьбы, которые президент Рузвельт сделал на переговорах с Литвиновым в Вашингтоне в связи с упомянутым «признанием».

29

Следует понимать, как указано в прилагаемых к этой депеше документах (опущенных здесь за недостатком места), что советские официальные лица не признают сделанных мной выводов.

30

Примечание. Журнал, Москва, 13 марта 1937 года.

31

Отец Браун приехал в Москву одновременно с миссией посла Буллита сразу после «признания» Советского Союза Соединенными Штатами. В ходе переговоров о «признании» президент сделал основной упор на право американских граждан в Советском Союзе пользоваться свободой религиозного культа и сопутствующее право на то, чтобы служители их веры исполняли свои священные обязанности в Советском Союзе. Это был один из существенных пунктов соглашения между двумя правительствами. Священнослужители, однако, как я понимаю, были ограничены служением с пониманием того, что не могут лично заниматься прозелитизмом среди советских граждан. Отец Браун был практически единственным западным представителем христианской религии в Советском Союзе, и он служил всем конфессиям одинаково. Согласно строгой букве соглашения, он имел бы право служить только американцам.

32

Запрос удовлетворен.

33

Моя дочь, миссис Миллард Тайдингс.

34

Впоследствии был приговорен к расстрелу как предатель, вступивший в сговор с иностранными врагами.

35

В течение девяти недель после этого ужина одиннадцать главных офицеров армии и флота были преданы военному суду и расстреляны, среди них маршал Тухачевский и еще четыре генерала Верховного командования, которые были среди гостей нашего ужина. Тухачевский был обвинен в том, что являлся руководителем заговора с целью государственного переворота. По слухам, он оказался настолько недальновиден, что разболтал кое-какие планы любовнице, которая, очевидно, следовала правилу, установленному Лениным: «Никому не доверяй, следи за женой, следи за детьми, докладывай правительству обо всем, что они делают». Дама донесла в ГПУ, и судьба Тухачевского была тут же решена. Один высокопоставленный русский чиновник сказал мне, что на самом деле Тухачевского предала очень красивая женщина – немецкая шпионка. Ни один из этих предполагаемых фактов не был упомянут на последующем процессе против Бухарина, где был подробно раскрыт заговор Тухачевского, нацеленный на совершение дворцовой революции и государственного переворота.

36

Впоследствии выяснилось, что СССР направил специального финансового секретаря для связи между своим посольством в Вашингтоне и Министерством финансов.

37

К своему удивлению, узнал, что посланник Балтрушайтис – большой поклонник Эдгара Аллана По и переводил его произведения на русский язык.

38

Моя дочь.

39

Позже, в 1938 году, в Европе один высокопоставленный японский чиновник сказал мне, что японское правительство намеренно спрогнозировало упомянутые испытания советского сопротивления и военной мощи и что японцы были удивлены, и на них произвели большое впечатление механизированные части и сила Красной армии на Востоке.

40

Переговоры были успешно завершены, их итог: значительное увеличение обязательств по закупкам в Соединенных Штатах, о которых шла речь. Поскольку некоторые читатели могут заинтересоваться данной темой, упомянутые меморандумы можно найти в приложении.

41

Я испытал большое облегчение, увидев Межлаука, так как это опровергло слухи о его аресте, о котором сообщалось 8 июля. Как представитель советского правительства он подписал в Скенектади контракт с «Дженерал электрик компани». Позже он поехал в Детройт, и во многом благодаря тому впечатлению, которое он произвел лично на Генри Форда, «Форд мотор компани» подписала контракт об оказании помощи советскому автомобильному производству.

42

В связи с этой депешей следует помнить о последовательности событий. В протоколе суда над Радеком, который состоялся в январе 1937 года, практически нет упоминаний о маршале Тухачевском или генералах Красной армии. Фактически, когда было упомянуто имя Тухачевского, прокурор сделал все возможное, чтобы снять с него всяческую вину.

Сразу же после этого процесса появились свидетельства большой активности со стороны кремлевских властей. Их кульминацией стал расстрел генералов Красной армии в июне.

Суд над Бухариным состоялся лишь в марте следующего, 1938 года. Именно на этом процессе впервые были выдвинуты подробные и конкретные обвинения против Красной армии, уличающие некоторых ее высших командиров в деятельности «пятой колонны».

Данная депеша была написана до суда над Бухариным и в тот момент, когда все мы пребывали в неведении. Она показывает, что многие из нас упустили реальное значение происходящего в связи с возможной изменой и сговором с Германией, что раскрыл последующий ход событий.

43

В ходе процесса над Бухариным, состоявшегося шесть месяцев спустя, были получены доказательства, которые, если они соответствуют действительности, более чем оправдывают такие действия. Несомненно, все эти факты были на тот момент известны военному суду.

44

Аналогичные депеши по Финляндии, Латвии, Литве и Данцигу см. в приложении.

45

См. дневник от 20 марта 1937 года.

46

Несмотря на суровость кампании, которую сейчас проводит правительство против всех иностранцев, и в знак контраста с ней, Министерство иностранных дел СССР удовлетворило мою просьбу. Этот инцидент показывает, какую работу приходилось выполнять посольству, а также свидетельствует о дружественном отношении, которое советское правительство неизменно проявляло к Соединенным Штатам во время моего пребывания там на данном посту.

47

Полный текст депеш из Латвии см. в приложении Финляндии, Литвы и Данцига.

48

Этот небольшой кинотеатр для предварительных показов советских фильмов часто использовался советским МИДом для развлечения членов дипломатического корпуса. Вся обстановка была отечественно-достойного фильма. Фильм был хорош не только с технической точки зрения, но и благодаря необычным декорациям и игре актеров. Актеры действительно великолепны, а такими словами я не разбрасываюсь. Мы должны посмотреть его вместе, когда ты вернешься. Вообще интересно, как ради утверждения концепции русского национализма они прибегают к историческим персонажам, даже к царским особам.

49

Меня поразили красочные декорации коммунистической России на фоне этого чрезвычайно красивого театра царских времен.

50

Партизанская война широко освещается советскими художниками. Среди многочисленных полотен, написанных для Красной армии современными советскими художниками и изображающих подвиги русского солдата, заметно преобладают картины, посвященные так называемым партизанам. Это говорит о том, насколько руководство Красной армии полагается на такой вид войны и насколько успешно проявили себя такие отряды в кампаниях большевистской армии. Они чем-то напоминают народную милицию и «сражающихся фермеров» из нашей ранней истории. Сурового вида люди, участвовавшие в параде, несомненно, типичны для тех, с кем сталкиваются и на кого «жалуются» немцы у себя в тылу. Это партизанские силы Гражданской войны.

51

Чтобы обсудить ситуацию на Дальнем Востоке с учетом Вашингтонского договора о девяти державах 1922 года.

52

Секретарь посольства.

53

Очевидно, Италия не только предложила такую схему сделок, но также приняла 50 % оплаты наличными, а выплату остатка поставила в зависимость от гарантии доставки грузов.

54

В московской прессе сообщалось о сравнительно небольшом количестве судебных процессов. Американские журналисты, однако, следили за ходом событий, получая местные газеты и переводя их. Они вели «список потерь» по неделям «чистки».

55

См. дневник от 19 февраля 1937 года. Также см. отчет № 76 от 19 февраля 1937 года. Позже на бухаринском процессе Гринько, бывший секретарь казначейства, уроженец Украины, дал подробные показания о планах помощи немцам во вторжении на Украину. Штейгер, очевидно, был замешан в этом.

56

В связи с делом Рубенса: эпизод произошел во время моего отсутствия. Как только я узнал об этом, я обсудил этот вопрос с секретарем, а также с послом Трояновским и добился его урегулирования.

57

В своем более позднем признании в открытом суде, когда речь коснулась данной фазы, Ягода попросил разрешения по этим личным вопросам дать показания перед тайным судом. Таким образом, строго говоря, подтверждения данным слухам нет, но здесь их принято считать правдой.

58

Моя дочь Эмлен – теперь миссис Робер Грожан.

59

Хотя этот отчет написан уже после вторжения Германии в Россию летом 1941 года, он помещен именно сюда, поскольку это вполне логичное место для иллюстрации того, как суд над изменниками уничтожил «пятую» колонну Гитлера в России.

60

Впоследствии вопрос был решен удовлетворительно.

61

Позже она была арестована.

62

Один из нескольких советских дипломатов, покинувших свои посты во время «чистки» и бежавших в другие страны.

63

См. приложение к письму в Департамент о предложенном демарше.

64

Если бы не тот факт, что заявления Кулондра аналогичного характера уже опубликованы в дипломатической Желтой книге французского правительства, я бы не счел себя вправе их цитировать.

65

В следующей депеше описывается вся поездка. Некоторые из последующих депеш приведены в приложении.

66

Даже в то время правительство прилагало большие усилия для развития дополнительной добычи нефти на Урале, рядом с новым центром военно-промышленного производства в Свердловске.

67

Дата гитлеровской оккупации Вены.

68

По его мнению, значимость предложения Гитлера заключалась в том, что Муссолини должен захватить район Средиземноморья, включая Африку, Испанию, южные провинции Франции и Европы к югу от Генуи до Черного моря, а остальную Европу, включая Балканы, оставить Гитлеру.

69

Правила требуют, чтобы о любых публичных высказываниях сообщалось в Департамент.

70

Сокращено, чтобы избежать дублирования предыдущих бесед с Литвиновым, Молотовым и Розенгольцем.

71

См. примеч. на с. 57.

72

Букв, «у тебя есть тело» – юридический термин, обозначающий – освободить незаконно арестованного.

73

Вновь прибывший советник посольства, ныне посланник в Египте.

74

Разногласия между Госдепартаментом и советскими официальными лицами, возникшие в результате данного недоразумения, не были преданы огласке, поскольку это одна из тех ситуаций, когда огласка не принесла бы никакой пользы и могла фактически затруднить возможное решение вопроса. Во время всех обсуждений этого вопроса ни мой предшественник, ни я сам прессе ничего не сообщали.

Во всех колонках, появившихся в мировой прессе по поводу моей встречи со Сталиным, даже самые информированные из политических обозревателей не намекнули на то, что Сталин выдвинул предложение о погашении долга или что оно находится на рассмотрении.

75

Этот конспект моего выступления был составлен Стэнли Ричардсоном, моим бесценным секретарем и другом, а также сотрудником посольства.

76

Прощальную беседу посла Дэвиса с сотрудниками посольства см. в приложении.

77

Данное сравнение основано на стоимости и несколько вводит в заблуждение. Тем не менее оно остается важным, поскольку в целом свидетельствует об огромном росте промышленного производства.

78

В 1934–1935 годах производство пшеницы составило: всего в мире – 3,47 млрд бушелей; в Советском Союзе – 1,117 млрд; в Соединенных Штатах – 497 млн; в Канаде – 276 млн; в Аргентине – 241 млн.

79

В 1934–1935 годах производство овса в бушелях составило: всего в мире – 2,217 млрд; в Советском Союзе – 1,302 млрд; в Соединенных Штатах – 526 млн; в Германии – 376 млн.

80

В 1934–1935 годах производство ржи в бушелях составило: всего в мире – 1,4 млрд; в Советском Союзе – 792 млн; в Германии – 299 млн; в Польше – 254 млн; во Франции – 33 млн; в Соединенных Штатах – 16 млн.

81

В 1934–1935 годах производство льняного семени в бушелях составило: в мире – 149 млн; в Аргентине – 79,72 млн; в Советском Союзе – 27,558 млн; в США – 5,213 млн.

82

В 1934–1935 годах производство свекловичного сахара в пересчете на сахар-сырец в коротких тоннах составило: всего в мире – 10 886 632; в США – 1 257 750; в СССР – 2 315 000; в Германии – 1 817 430; в Чехословакии – 615 700.

83

В 1926 году в США поголовье крупного рогатого скота составляло 59,191 млн, в СССР – 65,9 млн, в Аргентине – 32,212 млн, в Германии – 17,776 млн; в 1933 году в США – 70,214 млн, в СССР – 38,4 млн, в Германии – 19,139 млн, в 1935 году в СССР – 49,255 млн.

84

Официальный курс рубля в настоящее время составляет 5,30 рубля за доллар. Он изменялся следующим образом:

1928 год – 1,00 долл. = 1,94 руб.

1929 год – 1,00 долл. = 1,94 руб.

1930 год – 1,00 долл. = 1,94 руб.

1931 год – 1,00 долл. = 1,94 руб.

1932 год – 1,00 долл. = 1,94 руб.

1933 год – 1,00 долл. = 1,16—1,12 руб.

1934 год – 1,00 долл. = 1,16—1,12 руб.

1935 год – 1,00 долл. = 1,16—1,12 руб.

1936 год – 1,00 долл. = 5,06 руб.

1937 год – 1,00 долл. = 5,36 руб.

Курс рубля на черном рынке, или «бутлегерский курс», различен в разных регионах и заметно колеблется во времени. В течение последнего года он колебался от 5 до 14 центов. Сейчас он составляет примерно 10 центов. Предполагается, что реальная стоимость в международном обмене отражается в среднем курсе черного рынка. Однако это не может быть произвольно принято из-за отсутствия свободного рынка и действия свободных сил. Сэр Уолтер Ситрайн в своей книге, опубликованной в 1936 году, дал такую оценку: около 5 центов. Исходя из покупательной способности продовольствия и всех факторов, вместе взятых, я считаю, что золотое содержание составляет от 5 до 10 центов, хотя, учитывая благоприятный торговый баланс и значительное увеличение золотодобычи, вполне возможно, что валютные ограничения могут быть отменены, а стоимость рубля будет поддерживаться в разумных пределах при нынешнем официальном курсе.

85

Данные из речи Сталина, март 1939 года.

86

Отрывок из книги «Выполнение второго пятилетнего плана в 1933–1935 гг.» с предисловием В. Межлаука (расстрелян в 1938 году).

87

Полковник Феймонвилл отмечает, что советское правительство откровенно признало существование малых народностей и даже приложило немало усилий для развития национальных культур. Считается, что особые потребности каждой расовой группы признаются в большей степени, чем раньше. В то же время транспорт и другие средства сообщения между регионами усовершенствованы, а возможности для обмена товарами улучшены, чтобы можно было удовлетворить эти особые нужды и потребности. Поэтому вполне вероятно, что конфликты интересов между небольшими национальностями менее остры, чем раньше, и с меньшей вероятностью, чем раньше, приведут к падению центральной власти.

88

Обсуждение долгов и кредитов опущено, поскольку оно повторяется.

89

Впоследствии, по моему заявлению, Гринкевич был быстро освобожден. Госпожа Рубенс отказалась от нашей помощи и не изъявила желания вернуться в США, где ей грозило преследование за нарушение федерального закона – в связи с предполагаемыми махинациями с паспортами.

90

Капитан фон Ринтелен – печально известный немецкий агент в Соединенных Штатах во время последней войны. Настойчиво просил его принять. Оказался ярым антинацистом и сторонником Британии. Мы обсудили множество тем. Здесь приводятся только его замечания о России.

91

В этот день в прессе было объявлено о соглашении Молотова-Риббентропа.

92

Это официальное коммюнике не согласуется с речью Гитлера во Дворце спорта, произнесенной 3 октября 1941 года, в которой нашли отражение основные разногласия и предполагаемые требования Молотова.

93

На следующий день Германия вторглась в Югославию.

94

В то время многие в Москве отмахивались от таких заявлений. Опубликованные доклады инженерно-технических военных экспертов миссий Бивербрука и Гарримана, казалось, подтверждали, что, судя по всему, Ворошилов ничего не преувеличил.

95

В связи с сообщением о том, что посол Уманский не вернется, считаю оправданным включить эту запись в дневник.

96

Что касается недавнего назначения Лоуренса Стейнхардта, то его известные успехи в деловой и профессиональный сферах в сочетании с успехами на дипломатическом поприще делают его кандидатуру идеальной для этой должности.

97

Следует напомнить, что Локарнский договор (1925) стал попыткой обеспечить мир в Западной Европе. Он предусматривал, что Великобритания и Италия обеспечат незыблемость границ Бельгии, Франции и Германии от агрессии с любой стороны. Эти правительства также взаимно гарантировали отсутствие агрессии со стороны каждого из них против другого. Также предусматривалось арбитражное урегулирование разногласий между Германией и любой из стран – Францией, Бельгией, Польшей или Чехословакией.

98

Отчет о Гдыне опущен, так как прямого отношения к СССР не имеет.

99

Не включен по соображениям экономии места.

100

В этой гавани, по-видимому, будет базироваться советский Черноморский флот, если падет Севастополь.

101

Опущено ввиду ограничения объема.

102

После осмотра завода и винных пещер директор пригласил нас всех в дегустационный зал, где подали отличный обед с множеством сортов вина. Исполненные гордости за советские достижения и советское гостеприимство, наши хозяева настояли на том, чтобы мы непременно попробовали и насладились каждым из этих вин. Мы и в самом деле отводили душу и все пробовали, хотя бы понемногу. Причем иногда доходило до того, что кое-кто из гостей попытался выполнить акробатические трюки на винных бочках во дворе. А с некоторыми случилось то же, что в «Шотландце» у Сэнди Макнаба:

После сытного обеда пили много мы вина.

А напившись допьяна, проболтали дотемна.

103

Важнейший факт, связанный с тоталитаризмом, который я отметил в Европе, – это то, как и в какой степени они уделяют внимание молодежи. «Как гнется ветка, так растет и дерево».

104

ГИБЕЛЬ СОВЕТСКОГО ТЕПЛОХОДА «КОМСОМОЛ»

Узнала с тревогой вся наша земля

Про славную гибель ее корабля.

Он медленно шел, груженный рудой,

И не было пушки на нем ни одной.

Но враг не дремал и, заметив вдали,

Настиг наше судно и начал палить.

Велел бросить якорь, расправой грозя,

Так просто сдаваться было нельзя…

И «Комсомол» продвигался вперед,

Но вынужден все же застопорить ход.

Скрутив всю команду,

Открыли враги смертоносный огонь.

Корабль погиб, исчезнув в волнах.

Но знаем мы точно: все это не зря!

Попомнят фашисты, им с рук не сойдет,

И сотни советских ударных бригад

Построят великой стране целый флот!

Настанет тот час, придут времена —

Получат фашисты от наших сполна!

И пусть в целом мире, вселенной во всей

Смерть ждет всех фашистов и богачей!!!

Ф. Горер

(Примечание. Оригинальный текст был утрачен, стихотворный русский текст пришлось восстанавливать по английскому переводу.)

105

Это было свидетельством той жестокой кампании, которую Кремль в то время проводил против иностранцев.

106

Госдепартамент рекомендовал мне руководствоваться собственным мнением. Я тут же уведомил британского посла, что решил не участвовать в предлагаемом демарше и что чувствую себя вправе придерживаться именно такой позиции, учитывая наше понимание о том, что мое личное согласие зависит от общего единодушия в дипломатическом корпусе.

Content

Джозеф Эдвард Дэвис
Миссия в Москву. Воспоминания доверенного лица президента Рузвельта о советской стране, ее лидерах и народе. Совершенно секретные донесения Белому дому

Предисловие

О книге

Часть первая Начало миссии 16 ноября 1936 года – 30 марта 1937 года

Часть вторая Вашингтон и восточные направления 5 апреля – 20 июня 1937 года

Часть третья «Чистки» в Красной Армии 25 июня, 28 июля 1937 года

Часть четвертая Россия глазами соседей 28 июля – 24 декабря 1937 года

Часть пятая Под «чистки» попадает Бухарин 15 января – 17 марта 1938 года

Часть шестая Москва слышит барабаны войны 14 марта – 1 апреля 1938 года

Часть седьмая Кульминация миссии 6 апреля – 5 июля 1938 года

Часть восьмая Краткое изложение фактов 6 июня 1938 года

Часть девятая Итоги миссии 6 сентября 1938 года – 28 октября 1941 года

Заключение

Хронология

1936

1937

1938

1939

1940

1941

Приложение

Дополнительный отчет о беседе со Сталиным

Заметка о Швеции

Страны Балтии готовятся к худшему

Экспертный доклад о военной промышленности России

Инвентаризация самого богатого региона России

Меморандум о советских промышленных регионах

Порт Одессы и показатели поставок в Испанию

Хлебокомбинат в Одессе

Порт Батум, советский Ботанический сад и опытная станция

Осмотр нефтеперерабатывающего и крекинг-завода в Батуме

Советский Атлантик-Сити

Цементная промышленность Новороссийска

Винодельческий завод в Ялте

Оздоровительные лагеря отдыха в Ялте

Колхозы в Украине

Документация о неудавшемся демарше

Документы о переговорах по долгам и торговле

Прощальная речь посла

Примечания