Елена Федорова

Городские легенды судмедэксперта

Город, таинственное облако, существо и инопланетяне

Шагнув на вокзальную платформу Ставничего, Прохор широко вздохнул. Так, здесь почти не ощущался раздражающий запах газа от автомобилей, как в Виннице. На душе ему сразу стало легче. Он сразу направился к линейному отделению милиции, чтобы узнать, где находится местная судмедэкспертиза.

— Вам повезло, СМЭ находится прямо рядом! Сейчас пройдете по мосту, перейдете через дорогу и увидите больницу. На задворках и будет бюро, — пояснил сержант.

И, действительно, через пять минут, замечательным солнечным утром Прохор оказался на месте работы.

— Добрый день! — поздоровался со старым врачом какой-то молодой человек.

— И ты здоров будь! Но, надо немного подождать. Прием начнется за несколько минут.

— Я — не на прием. Я — Ваш новый интерн.

— А, заходи. Знаю, что ты должен был приехать.

Старый судебно-медицинский эксперт посмотрел на парня. Вроде, вежливый, такой себе хороший шатен с веселыми глазами! А вымахал, наверное, под метр девяносто! Посмотрим, как ты в делах себя покажешь, красавчик!

— Ну, садись, рассказывай: кто ты, как дела, с кем дружишь, в которую секту ходишь?

— Меня зовут Прохор Марущенко. Здесь пока не дружу ни с кем, в секты не хожу.

— Но, у тебя есть увлечения? Что нравится, кроме судебной медицины? Кстати, а сама специальность тебе нравится? Потому нерадивые врачи нам не нужны!

— Конечно, нравится, иначе бы не выбрал. Среди выпускников «судебку» не очень уважают.

— Ишь ты?! А в наше время — очень уважали. Как все меняется! Где жить планируешь?

— Не знаю.

— Вот и хорошо! Возьму тебя квартирантом в свой дом. За аренду будешь платить символически. Все удобства там есть. А мне нужно, чтобы кто-то за домом присматривал, цветы поливал. Я перебрался в квартиру дочки и не могу разрываться пополам.

— Большое спасибо! — Честно ответил Прохор, который и не ожидал такого быстрого решения жилищного вопроса.

— Вот и хорошо. Тебе что-то в Винницком бюро показывали?

— Да, я месяц проработал в танатологии.

— А с живыми лицами?

— Нет.

— Ну, вот, сразу и будешь учиться. У нас вскрытий не так-то и много. Большинство работы — с живыми.

— Что, кроме побоев?

— У нас пограничный район, существуют наркотрафики. Поэтому многие экспертизы — для установления следов употребления наркотиков. Половые преступления есть, конвои из тюрьмы. Многообразие! Кстати, мы так и не познакомились. Меня зовут Петр Петрович, а это — наш лаборант — тетя Нина. Еще у нас есть санитар Иван. Ты к нам временно, или — как?

— Пока, хочу здесь осмотреть. Может, и совсем останусь.

— Это хорошо! Мне уже давно пора на пенсию, устал. Немного научу тебя мастерству и пойду на отдых. Если ты — серьезный!

— Я — серьезный, — заверил врача Прохор.

— Женат?

— Нет.

— Почему? Ты, случайно, не из тех, «модных»?..

— Нет. Просто мне еще надо стать самостоятельным, заработать что-то…

— Да пусть гуляет, пока молодой, — поддержала его лаборант. — А то поженятся рано, а потом начинают раздражать друг друга, дерутся и приходят к нам «побои снимать»!

— Только смотри — на работе шашни не устраивать! А то был у нас когда-то такой интерн.

Итак, на работе и дома все складывалось хорошо. Первую неделю Прохор обустраивал рабочее место и жилье. Петр Петрович остался доволен хозяйственностью квартиранта.

— Ты исправный хозяин! Ты — городской парень или сельский?

— Городской.

— Смотри, а грядки попрашувал, как сельский!

— Стараюсь. Мне здесь нравится.

— Уважаю, — констатировал старик.

На работе Прохор внимательно учился у лучшего эксперта области. Далее интерн начал читать запоем книги по специальности, из библиотеки Петра Петровича.

— Слушайте, да у вас книги не хуже, чем в областном бюро.

— То-то же! Годами собирал! Классика судебной медицины, — довольно ответил старый эксперт.

При выезде на место обнаружения трупа, Прохор также успел познакомиться с руководством милиции и прокуратуры. А на выходные ему пришло время познакомиться со Ставничим.

— Скажите, а что в городе есть интересного? — начал он расспрашивать сотрудников.

— Молодой человек, я уже столько лет здесь живу, что мне уже все неинтересно. Спросите молодых.

— Тетя Нина, а у вас тут есть общество спелеологов?

— Кто это? — удивилась лаборантка.

— Те, кто исследует пещеры, катакомбы. У вас есть катакомбы?

— У нас их полно, парень! Некоторые из них имеют выход на берег Днестра. Есть и в центре города, есть — на окраинах. А вот, чтобы их кто-то исследовал — не знаю. Вы можете узнать в нашем информационном центре в Доме культуры или на сайте города.

— Да надоело уже сидеть на сайтах. Пойду знакомиться с городом.

— И то — правда, Вы же молодой, развейтесь! — одобрил его намерение тетя Нина.

Прохор наведался в центр города, узнал, что зарегистрированных спелеологов нет, погулял по красивому парку, полюбовался фонтанами и пошел на берег реки. Ранее, он представлял, что знаменитый Днестр широк. Сейчас молодой человек был разочарован. В самом широком месте русло было не шире метров сорока.

— Этого вполне достаточно, чтобы у нас каждое лето было несколько самоубийц, бросающихся с моста. — заверил Петр Петрович. — Глубина здесь большая под мостом. А кое-где, можно вброд перейти, настолько обмелела река. Однако, утопленников хватает.

Пробираясь сквозь заросли на берегу, Прохор заметил кучку подростков и подошел к ним поговорить. Ребята рассказали ему, что и сами иногда лазают по катакомбам. Они, так сказать, самопровозглашенные «скауты». Однако, никаких инструкторов в городе не было.

— А вы — настоящий специалист? — поинтересовались они.

— Ну, я исследовал настоящие пещеры.

— Класс! Так, давайте, вместе будем исследовать подземные ходы. И родители не будут больше нервничать, потому что с нами теперь будет старший человек.

Прохор мысленно улыбнулся. Вот, он и стал, в свои двадцать четыре года, «старшим человеком»!

— Давайте тогда знакомиться. Прохор.

— Саша.

— Иван.

— Денис.

— Юра.

— Да у вас целая команда! Итак, когда отправимся?

— Давайте завтра! Утром! — Или — в понедельник!

— Нет, ребята, это у вас каникулы! Я буду на работе.

— Тогда — завтра! А что нам взять?

— В первую очередь — веревки.

— Веревки? — ребята переглянулись.

— А вы что — без страховки ходите?

— Да, — подтвердили юноши.

— А если случится обвал! — с ужасом спросил Прохор, понимая, что надо обязательно срочно взять под опеку ребят, пока не случилось беды от такой самодеятельности.

— А что у вас говорят о катакомбах интересного?

— Вроде, ничего такого. Ну, в некоторых из них прятались партизаны во время войны. Мы даже нашли вырубленные в камне комнаты.

— Это же возможно сделать музей! — восхитился интересной идеей Прохор.

— А может, слышали какие-то жуткие истории?

— Жуткие? О катакомбах не слышали. А, вот об облаке…

— О каком облаке?

— Ходят слухи, что иногда над городом плывет розово-оранжевая туча со сладким запахом. И люди, которые в нее попадают, видят какие-то странные вещи.

— Попадают в параллельные миры! Вот! — гордо сообщил один из парней.

— Что? Никогда такого не слышал. — Заинтересовался Прохор.

— Да, большинство считает, что облако напускают инопланетяне!

— Неужели? Это — эпос! Зачем им это делать?

— Чтобы показать, какая у них хорошая жизнь!

— Зачем? Люди, все равно, не могут же туда попасть по собственной воле?

— Возможно, готовят нас к похищению?

— А зачем мы им? Если у них жизнь так прекрасна, а мы — такие отсталые, то, что мы можем им дать?

— А я считаю, что они — коварные. Заманивают сказочками наших людей, а потом украдут — и на органы заберут!

— А ты думаешь, что у них такие же органы, как у нас?

— Да, если они — гуманоиды! — искренне ответил парень.

— А если — нет?

— Тогда — не знаю! Но все так думают, что это инопланетяне подпускают облака!

— Вот фантазеры! С вами ясно, что ничего не ясно, — констатировал Прохор.

— Ладно, может, увидим и ваше облако. А, пока, встречаемся здесь завтра в десять. И возьмите каждый шлем. Ребята снова переглянулись.

— Возьмите у кого-то, потом купите. Без них нельзя!

Прохор попрощался и пошел домой. Включил местные теленовости и чуть не подпрыгнул.

— Мы в очередной раз сообщали о непонятных случаях исчезновения кур и яиц в хозяйствах, разрушения подсобных помещений. Сегодня ночью одному из жителей удалось сфотографировать вора. Мы предполагали, что это может быть настоящий вор, или розыгрыш детей, или охота хорька. Но никто не ожидал увидеть такое. — Встревоженным голосом протарахтела диктор и показала снимок.

На темном фоне рассвета усматривалась страшная черная изогнутая волосатая фигура на двух конечностях. Хотя контуры фотографии были размытыми, было очевидно, что это — не человек.

— Пока наши эксперты не могут ответить, кто это может быть. Но мы надеемся, что в ближайшее время мы об этом узнаем, а потом и сможем провести меры по поимке этого существа. Пока призываем вас сохранять спокойствие и беречь свою живность.

«Не хило! Эксперты не могут ответить! А разве мы исследовали такое? Надо будет спросить наших», — подумал Прохор.

На следующий день он начал выспрашивать у своего руководителя и лаборантки о загадочном существе.

— А, уже услышал?

— Да, я вчера наслушался и об оранжевом облаке, и о возможных инопланетянах, и о чупакабре… Оказывается, у вас такой интересный город!

— Прохор, то все — байки! Легенды эти относительно «молодые». Слухи эти стали ходить лет двадцать назад. Во времена СССР такого не было.

— А что могло произойти после распада СССР?

— Кто знает?

— Так что — ничего на самом деле нет?

— Кое-что, якобы, есть. Об облаке, действительно, говорят многие жители. Особенно те, кто живет у Волчьей горы.

— Волчьей? Там, действительно, есть волки?

— Когда-то жили. Сейчас их сто лет не видели.

— А что там сейчас?

— Просто лес. У подножия когда-то стоял небольшой завод. Но, как и многие другие, давно прекратил работу.

— И теперь там вместо волков охотится неизвестное существо?

Петр Петрович пожал плечами.

— Слушайте, но интересно же! Почему все думают, что это — чупакабра? Я видел их фотографии в Интернете. Это — существа, похожие или на собак, или на кенгуру. В них не такие клыки, как у собак. И они высасывают из скота кровь. А это разве такое? Оно слишком большое!

— Наша чупакабра, действительно, не такая. Она не высасывает кровь. Или и высасывает, но не сразу. Она убегает с добычей.

— И ест яйца?

— Да.

— Умная какая-то! — скептически сказал Прохор.

— Ну, уже есть! Может, просто осторожна. — Гордо ответила тетя Нина.

В комнату приема зашел участковый инспектор милиции.

— Добрый день, господа! Следователь Воронко очень просил, чтобы провести экспертизу в отделении травматологии.

— Сходите, сделайте, пан Прохор, — официально приказал Петр Петрович, и интерн пошел в больницу.

Познакомившись с дежурным врачом, он в сопровождении медсестры пришел в палату пострадавшего. Мужчина лежал, весь обмотанный бинтами и стонал. Марущенко начал опрашивать пациента.

— Что с вами случилось?

— Услышал ночью какие-то подозрительные звуки из сарая. А у нас уже пропадали куры. Думаю: «Схвачу сейчас вора!». Взял ружье, правда, патронов у меня не было. Но, чтобы испугать его взвел курок на улице, открыл дверь… И вдруг, в темноте, на меня что-то выскочило высокое и тяжелое. От него так воняло! Волосы, как грива у лошади — длинные и плотные! Сам такой страшный! — Сильный? — Да. Меня всего поцарапал. Когти — как камни. Повалил меня и убежал.

— Сочувствую. Мне надо Вас осмотреть. Вы можете встать?

— Попробую, — прокряхтел человек и встал.

Интересная практика

В первую очередь, Прохор обратил внимание, что кожа пострадавшего имела какой-то нездоровый зеленоватый оттенок. Веки, были, как будто подрисованы черным, как у женщины. Однако, конъюнктивы глаз также были с темно-зелеными полосами. Удивительно, синяки и царапины у него были свежие.

— А что с вашими глазами?

— Кто знает, это уже давно у меня. Болезнь какая-то.

— А Вы не обследовались? — Сначала пытался. А потом так и не установили, что это. И я уже привык.

Интерн слышал, что такое случается у шахтеров, которые все время работают с угольной пылью. Но цвет кожи?

Марущенко тщательно описал все царапины на теле жертвы и вернулся к себе в отделение.

— Петр Петрович, а при которой патологии может состояться позеленение кожи? При отравлениях?

— Вам читали профпатологию?

— Нет, это на медико-профилактическом факультете преподавали, а я лечебный заканчивал.

— Ах да. А ты уверен, что у него нет сейчас сердечно-легочной недостаточности? Хотя, в таком случае он был бы скорее, синюшный?

— Да. Это исключено.

— Тогда это может быть следствием отравлений нитритами, фенацетином и другими веществами.

— Я его спрашивал о профессиональной вредности. Но он ответил, что уже давно не работает на заводе…

— Честно говоря, я замечал, и раньше, и не одного такого человека. Кстати, именно в том районе. Если бы работали сейчас санэпидемстанции, то можно было бы, хоть, какие-то анализы взять. Но теперь уже и СЭС закрыли! Развалили медицину совсем уже!

Молодого специалиста заинтересовал цветной феномен, и он решил впоследствии заняться изучением этого вопроса. Однако, к этому у него не скоро дошли руки. На следующий день за ним приехала следственно-оперативная группа.

— Пан доктор, едем на место происшествия, — пригласили его милиционеры.

— Тело с признаками насильственной смерти?

— Нет, упаси Боже!

— Тогда, согласно последнему приказу, вы не должны включать в состав СОГ специалиста в области судебной медицины.

— Мы знаем, но надо поехать, — начал уговаривать его водитель.

— Почему? Что за дело?

— Алкаш умер в кустах. — Тьфу, уважаемые, почему я должен тратить на него свое время? Если бы в нем нож торчал…

— Да, но там такое плохое место, — повторял водитель, который просто не мог появиться на глаза следователю, не выполнив его приказ.

— Какое «плохое» место? — насторожился Прохор.

— А вы еще не слышали? Есть у нас такое место — Волчья гора. Так там все время какие-то непонятные вещи происходят.

— Какие же? — заинтересовался Марущенко.

— Облако там летает розовое… Говорят, что это инопланетяне…

— Подождите, Вы считаете, что инопланетяне что-то сделали с алкашом?

— Нет, зачем он им такой? Они на нормальных людей охотятся.

— А вы их видели?

— Слава Богу, нет. Но люди говорят!

С аргументом «люди говорят», Прохор понял, что отныне будет часто иметь дело. Почувствовав, что от него не отстанут, он переоделся и вышел на улицу. В машине новый врач быстро познакомился с коллегами из уголовного розыска и начал выспрашивать об этой городской легенде.

— Никто ничего не знает! Однако, есть много людей, которые попадали в это облако и затем сходили с ума! — пояснил следователь.

— Действительно?

— Да.

— Может, есть естественная причина этого явления?

— Может, и есть. Однако, был уже у нас один исследователь.

— И что?

— Умер.

Группа приехала на место. Прохор вместе со всеми вышел из машины и начал рассматривать по сторонам.

Тело скрюченного алкаша лежало в траве. Метрах в трехстах от него к северу находилось подножие горы. В полукилометре западнее начиналась последняя улица пригорода. Следователь быстро написал протокол осмотра места происшествия, и предоставил возможность Прохору осмотреть тело. Ничего «интересного» с точки зрения судебной медицины, он не нашел, однако и на трупе он также увидел некоторую зеленоватость.

— Слушайте, а не было ли здесь какого вредного производства, связанного с использованием меди или еще чего такого? — спросил Марущенко у милиции.

— Неподалеку здесь был когда-то машиностроительный завод с литейным и гальваническим цехом. Именно здесь затем производили краски, лаки и тому подобное. Но с 2000 года здесь уже ничего не работает.

— Хроническое отравление может длиться годами, если вещество было с кумулятивным действием.

— Каким?!

— Накопительным.

— 14 лет спустя?

— Почему бы и нет?

Следователь вздрогнул плечами. Прохор еще посмотрел на тело.

— Какой-то он запущенный…

Труп был мохнатый, с нестрижеными ногтями, грязный, и тоже — зеленоватый. От него даже пахло не только алкоголем, но и какими-то примесями с запахом металла.

— ДИМ, а Вы что скажете?

Участковый развел руками.

— Когда-то был нормальный человек. Но, дошел до нищеты и вот — результат. Здесь много таких.

— Бедные люди. Как же они живут?

— Так живут, так и умирают. Этого даже хоронить некому. Мэрия будет за свой счет делать захоронение.

Все это было довольно грустно. Прохор, как молодой человек, с неизменным оптимизмом ожидал улучшения жизни. Однако, 2014-й год выдался гораздо хуже 2007-го, когда он только поступил в университет. Доллар падал. В социуме преобладала деградация. А впереди было еще много лет работы и жизни. Поэтому, чтобы, немного развлечься и отвлечься от грустных мыслей, он и начал делать вылазки в катакомбы с местными мальчишками.

Катакомбы

В следующую субботу, в ближайшем селе, юноши показали ему прикрытый каменной глыбой вход в подземный ход. Прохор прилепил скотчем записку о том, что они находятся внутри, скомандовал сдвинуть камень и потихоньку стал продвигаться по ним со своим отрядом. Сегодня они были правильно экипированы.

У них были и фонарики, и веревки, мел, крючки и молотки, и даже небольшой баллон с воздухом. Поэтому, они у входа вбили в землю палку с завязанной веревкой, и начали двигаться. Юрий рисовал мелом стрелки по ходу движения. Для ребят эта история была такая таинственная и интересная, что они слушались Марущенко без второго слова.

Внутри ход был вырублен в мягком камне. Спелеологи сначала автоматически прошли мимо прямоугольного отверстия, затем вернулись назад и начали рассматривать все вокруг.

— Скорее всего, здесь был штаб партизан. — пояснил Прохор.

Они обследовали подземный коридор. Он тянулся метров на шестьдесят. По обе стороны было несколько комнат. А заканчивался коридор вентиляционной шахтой.

— Хорошо, что она, хотя бы, не вполне засыпана. Надо ее почистить. Ну-ка, вставим флажок!

Наставник юношей получил красного флажка и вонзил его сквозь решетку в землю. Команда сделала несколько снимков и поспешила выйти наружу.

— Класс! Вот это адреналин! — возбужденно заговорили ребята, перебивая друг друга.

— А мне было страшно!

— А мне — нет!

— Мне лично воздуха не хватало!

— Чего же ты пошел?

— Чтобы преодолеть себя!

— Вот ты — молодец! — похвалил малого Прохор.

Все вышли на полянку, нашли флажок и принялись чистить вентиляционную трубу.

— Вы молодцы! А теперь надо отдохнуть и поесть.

Ребята разлеглись на солнышке, развернули завтраки и принялись есть.

— Так бы каждый выходной ходить! — мечтательно сказал Саша.

— Да кто нам мешает?

— Чтобы только нам это облако не попалась.

— Что вы так его боитесь? Скажите, а русалки вам не попадались?

Ребята дружно рассмеялись.

— Нет. Зачем нам русалки?

— Я бы хотел, чтобы увидеть другой мир!

— А зачем Вам русалка? — Да. так. Для разнообразия.

На самом деле, Прохор не просто спросил о русалке. Недавно его начал смущать один и тот же странный сон. Он видел очаровательную девушку, которая выходила из вод необычного моря и влекла к себе. Все это было очень странно. В Ставничем был лишь неширокий Днестр. Откуда у него появились такие фантазии? Он тряхнул головой, отгоняя ночные воспоминания.

— С ней не поплывешь в пещеру. — Разочарованно ответил Денис.

— Почему? Вдруг здесь есть подводные пещеры?

— А, так и есть. — Сообщил Юрий. — Мой дед говорил, что когда город освободили от немцев, то, танки через подземный ход под Днестром, въехали из Молдовы прямо в центр города.

— Вот тебе и Ставниче! Как интересно! Кстати, а почему у города такое название?

— Так, у нас же раньше по всему городу ставки были, именно из-за подземных ходов. Когда Днестр разливался, по ним вода вытекала в виде прудов в низине центра.

— Тогда здесь обязательно должны быть русалки! — пошутил Прохор.

— Скорее, царевны — лягушки! — засмеялись ребята.

Впоследствии, Прохор начал думать, что он хорошо устроился в Ставничем. Через несколько месяцев он уже не представлял себе жизнь в большом городе. Ну, разве в той же Виннице или даже в столице, полазишь так где-то, как здесь?

Хотя тетя Нина и считала его занятия с детишками затянувшейся игрой в детство, некоторые из родителей ребят искренне благодарили его. Отныне, его команда настоящих «скаутов» увеличилась, и он стал признанным лидером среди местного юношества. Даже начальник милиции выразил ему официальную благодарность за добровольную работу с молодежью.

— За этих ребят я теперь не буду волноваться! — гордо заявил он на местном телевидении.

Иногда, правда, Прохору не хватало какого-то адреналина. И он начинал жалеть, что ему ни разу не встретилось, ни таинственное облако, ни чупакабра…

О странном существе слухи в городе продолжались, потому, что кражи периодически продолжали происходить. И молодой человек, чтобы не скучать, рисовал себе мысленно встречу с ним. Вдруг, оно бы вскочило прямо на него, в одной из подземных пещер? Как бы он повел себя, если бы встретился с ним? Ему было непонятно вообще, откуда было взяться этой чупакабре в таком городке, как Ставниче. Ведь, поблизости на много сот километров не было никаких военных баз и секретных лабораторий, откуда оно могло бы сбежать! А как он помнил, именно оттуда и сбегали такие животные-мутанты. Чернобыль также было очень далеко. Вот если бы он лучше шарил в компьютерных играх, можно было бы создать такой интересный сюжет, да заработать, кстати, на этом! Может, в свободное время надо спросить своих мальчишек о написании программ для таких игр?..

Через год

Прошел год интернатуры… Марущенко почувствовал себя совершенно взрослым человеком. Однако, он до сих пор ничего не узнал ни о чупакабре, ни о причинах позеленения жителей района Волчьей горы, так и не встретил таинственное розовое облако, а русалка продолжала систематически появляться в его ночах.

Неожиданно, родители подростков решили поощрить Прохора, и начали платить ему за занятие с детьми. Это было очень приятно, учитывая низкую ставку начинающего врача.

— Ну, из тебя будут люди! — констатировал Петр Петрович и сообщил, что окончательно уходит на пенсию.

— Но, я смогу иногда к Вам обращаться? — испугался Прохор, впервые примерив на себя должность заведующего отделением СМЭ.

— Конечно, парень, можешь полагаться на меня.

На следующих выходных, после проводов Петра Петровича на пенсию, к Прохору прибежал возбужденный Юра и начал торопливо рассказывать, что Денис увидел у природного родничка какую-то яму, полез туда и провалился.

— Когда это случилось?

— С полчаса назад. — запыхавшись ответил парень.

— Что? А если он утонул в подземной воде?

За этот год они уже выяснили, что под Ставничим проходит еще и подземная река.

— Или, его присыпало? Чего к его родителям не заскочил?

— Испугался. Они меня и его убьют, если узнают, что мы сами полезли!

— Где источник?

— Недалеко от Волчьей горы.

— Снова эта гора? Действительно, какое-то невезучее место!

В голове у Прохора крутились сами ужасные картины утопления или компрессионной асфиксии у малого.

Марущенко вскочил, захватил чемоданчик со всем необходимым, который всегда был у него наготове, и выбежал из дома. Остановив на ходу такси, он скомандовал водителю ехать по указаниям малого, а сам начал звонить родителям Дениса.

Матери пацана не было дома, а отец, услышав новость, выбежал на дорогу ждать их. Он заскочил в авто, и они уже втроем добрались, наконец, до источника. Яма там образовалась с полметра диаметром, однако для взрослого была маловата. А пускать туда еще и Юрия взрослые не хотели.

Прохор и папа Дениса начали его звать. Сначала они слышали от малого в ответ тихий крик, но впоследствии он затих.

— Что делать? — кричал отец.

— Надо звонить в отдел чрезвычайных ситуаций! Трактор надо, что ли?! Марущенко начал звонить, в то время, как отец кричал сыну, тщетно пытаясь рассмотреть темноту в проеме. Прохору казалось, что он и сам сейчас сойдет с ума от страха за ребенка. Услышав крик соседей, к ним выбежал бывший кинолог.

— Давайте, овчарку пущу по следу! — Предложил он. — Она у меня обучена!

Прохор махнул рукой и пес стремительно исчез в отверстии. Сначала все слышали шуршание земли, которая осыпалась за собакой, потом звуки исчезли.

— Эй, Бой, сюда! — Кричал кинолог.

Однако, ни парень, ни пес, так и не вернулись. Прохор и бледный отец Дениса боялись взглянуть друг другу в глаза. Соседи замолчали…

Прошло с полчаса. Время ожидания остановился…

— Все? Все? — Тихо начал спрашивать человек. — Вот и все? Проклятый обвал! О-о! Мой сын!!!

Вдруг он закричал во все горло. И это было так ужасно слышать, что в Прохора мороз прошел по коже. Сердце забилось, как в последний раз. Он не представлял, как скажет родителям, что за такое время при асфиксии невозможно остаться живым!

Вдруг, среди толпы, эксперт, в дополнение ко всем бедствиям, увидел мать Дениса, которая с испуганно лицом направлялась к ним.

О Боже! Как ей сообщить? Прохор удивлялся, что именно сегодня он впервые оказался на месте происшествия раньше милиции.

— Что? Что случилось?

— Денис… — едва сказал отец, указывая рукой на отверстие.

Мать упала на колени у отверстия и начала кричать сына. Но, как назло, земля продолжала осыпаться. Мать с ужасом обернулась к Прохору.

— Его же засыплет!

— Уже. Час назад, — тихо сказал мужчина.

Мать Дениса оцепенела. Все люди застыли. Никто не ожидал, что в мирное время может случиться такая случайная беда, и гибель подростка на ровном месте! Прохор с ужасом думал о том, как он будет смотреть на мертвого знакомого парня-весельчака. А о вскрытии им тела речь вообще не могла идти!

Вдруг кто-то из людей начал присматриваться куда-то в направлении горы, и на что-то показывать. Все обернулись. Из зарослей, неподалеку от руин бывшего завода, выкатился какой-то клубок неразличимых тел и начал шуметь.

Кинолог рассмотрел своего пса и начал его звать. Тот сначала громко лаял на что-то большое и темное. Затем, оттуда отделилась сгорбленная скрюченная фигура, и бросилась наутек. А на фоне травы все увидели пса и фигурку ребенка.

— Живой! — радостно выдохнули все и начали кричать.

Отец и мать парнишки молча стояли, обнявшись. Пес большими прыжками приближался к толпе.

— Бой, молодец! Спас парня!

Наконец, через несколько длинных минут, немного приволакивая ногу, к ним добрался и виновник драматического происшествия. Мать начала бить его по плечам, кричать, целовать. Отец стоял, как и Прохор, словно оцепеневший.

— Мы столкнулись с чупакаброй!

В полной тишине слова Дениса прозвучали, как выстрел. Все застыли. К парню подошел кинолог.

— Какая она?

— Это — он. Черный, мохнатый, вонючий. Он тянул кролика, когда мы столкнулись в подземном ходе. Какие у него когти! Хорошо, что со мной оказался пес. Иначе, он бы меня одолел!

— Кролик? Это, наверное, мой! — Закричала какая-то женщина.

— Люди, что же это творится?

— Проклятая чупакабра! Повыедает всю нашу скотину!

— Надо что-то делать! — заволновались люди.

— Люди добрые, сколько можно это терпеть? Я боюсь вечером на улицу выйти!

— Теперь даже дети в опасности!

— Наверное, он скрывается на заводе, или под землей.

— Надо засыпать те ходы!

— Надо установить дежурство. Давайте, я составлю список, — предложил кинолог.

— И нам надо вооружиться. Если он начал уже бросаться на людей, то… Обессиленный Прохор, не испытывая под собой ног, пошел к дороге. Больше этого непослушного Дениса он не будет брать с собой. Пусть его родители теперь стерегут!

Вечером он позвонил начальнику милиции и рассказал о страшном приключении с участием чупакабры.

— Да слышал уже, — ответил тот.

— Тогда, скажите мне, почему милиция не занимается этим делом?

— Прохор Степанович, вы поймите, ранее это существо не нападало на людей. Стоимость курицы или десятка яиц слишком мала для того, чтобы открывать уголовное дело.

— Но сейчас?! Когда есть реальная опасность?

— Сейчас — да. Будем охотиться.

На следующий день Прохор собрал родителей своих подростков и объяснил, что пока милиция не поймает чупакабру, занятий с подростками не будет.

— Прохор Степанович, Денис нам рассказывал о ней. Действительно, не хочется встретиться с ней!

— Слушайте, а если чупакабра — это, на самом деле, инопланетянин? — предположил один из парней.

— Ради объективности, я бы не исключал такой возможности. Но вы действительно думаете, что из вашего замечательного розового облака может выйти такой кошмар? Скорее всего, мы могли бы ожидать, наоборот, чего-то прекрасного?

— Например, Вашу русалку?

— А почему бы и нет?

Все посмеялись и на том разошлись.

На несколько дней, жизнь, которая бурлила в Ставничем, почти остановилась. У Волчьей горы жители пригорода ввели патруль.

Прохора почему-то потянуло пообщаться с кинологом в отставке. Тот, как раз, чинил оружие.

— Что-то видели?

— Наверное, залег где-то на дно.

— Однако, есть ему захочется?

— Да.

— Думаю, караулить днем — бесполезно.

— А ночью — хватает желающих?

— Пока — да.

— Ну, если сейчас мне ничего не грозит, пройдусь я вверх. Ибо был там лишь раз, да и то — на месте происшествия. — Решил Прохор.

— А пойду и я пройдусь.

Это было так интересно — пощекотать себе нервы и почувствовать себя, будто в опасности, но зная, что на самом деле, за ним следят. Мужчины вышли из дома и медленно пошли полем. За ними медленно потрусил себе и пес.

На солнце было уже не жарко, приятно, хотелось неторопливо идти и идти. Они шли, вспоминали интересные истории из практики, обменивались опытом. И вдруг, Бой задрал голову вверх и начал интенсивно принюхиваться. За ним подняли головы и мужчины.

Прохор, как зачарованный медленно наблюдал, как к ним приближается хрупкое прозрачное оранжево-розовое облачко…

Оно сверкало всеми цветами радуги, и напоминало чем-то мыльный пузырь. «Так вот какое оно красивое! Действительно, положительное!», — едва успел подумать Прохор и вдохнул полной грудью сладковатый неизвестный запах…

Розовый мир

Вдохнув розовый воздух, Прохор на мгновение закрыл глаза. А когда открыл — понял, что оказался совершенно в другом мире. Время в нем, будто, замедлилось…

Он увидел розовое чистое небо, вдали — веселых людей. Неподалеку играли беззаботные дети. Никто не ужасался сложностям жизни. Прохор видел блестящие дома, летающие корабли, странных чужаков, которых бы не смог даже описать. Видел, как стартует в нежное небо звездолет, слышал небесную музыку…

Здесь все было так прекрасно, что он никак не мог понять, почему он раньше не оказался в таком совершенстве. Теперь, увидев в другой реальности, как можно жить, он решил, что ни за что не вернется назад. «Не домой», потому что именно сейчас он понял, где находится его настоящий дом, а «назад»!

Прохор, с чувством наслаждения дышал, по-настоящему свежим воздухом, радовался божественным звукам, которые доносились откуда-то рядом, чувствовал, как шепчет его имя ласковый ветерок. И вдруг, он почувствовал на себе чей-то взгляд.

Он обернулся и увидел, как из прозрачного озера к нему выходит девушка неземной красоты. Его русалка! У нее было светло-русые волосы, милые розовые щечки, голубые глаза и пухленькие озорные губы, шептавшие его имя. Прохор, словно во сне, протянул к ней руки и понял, что ему больше ничего и не надо в этой жизни. Он нашел любовь, нашел свою гармонию и прекрасную жизнь….

Нежные изящные руки обняли его за шею, и он погрузился в сладкие объятия. Мир закружился в калейдоскопическом вихре и понес его вдаль Вселенной…

В себя он пришел ночью. Было холодно и сыро. Это был такой страшный контраст с розовым миром, в котором он только что побывал, что несмотря на ощущение ужасной разбитости по всему телу, Прохор мгновенно заставил себя встать на ноги. Он не мог встать, как ему хотелось, а поднялся медленно, пошатываясь, как пьяный.

Прохор с удивлением и чувством разочарования смотрел вокруг себя. Ну, вот почему он вернулся в Ставниче? Почему не остался в розовом свете? Однако, реальность оставалась. Он здесь. Значит, надо возвращать к себе. И вдруг он вспомнил кое-что. Он был не один. А где кинолог?

Луна этой ночью была огромная, поэтому она щедро дарила свои лучи ночной земле. Шелковая трава выглядела сейчас серебристой. Гора темнела впереди.

Прохор обернулся в сторону дороги. Ветерок колыхал море трав, волнами пробегал по ним. Вдруг в лунном свете молодой увидел что-то темное. Ноги автоматически понесли его по кочкам, и через несколько минут он увидел скрюченное от ночного холода, тело кинолога.

— Юрий, проснитесь! — Начал он тормошить его.

Наконец, Прохору удалось-таки, разбудить кинолога. Тот медленно сел, ничего не понимая и начал рассматривать вокруг.

— Что я здесь делаю? — удивленно спросил он.

— Мы с вами попали в розовое облако. Вы тоже были в розовой Вселенной?

— А что, мы попали в параллельный мир, как все говорят?

— Надо это выяснить. Что Вы видели?

— Ох, молодой человек, не знаю, где я был. Но я работал в такой лаборатории, о которой даже никогда не мечтал! В ней были применены такие технологии, которых я еще не видел! В ней были такие реактивы, что преступления можно было раскрывать мгновенно! Это было просто… эпически! — восторженно начал рассказывать кинолог.

— А окружающий мир Вы видели?

— Нет — удивленно ответил Юрий.

— Из этого я делаю вывод, что мы не были ни в каком параллельном мире, а просто видели галлюцинации того, чтобы хотели увидеть в реальной жизни, — с досадой в голосе, сказал Прохор.

— Почему Вы так говорите?

— Если бы мы, действительно, попали в другой мир, то во-первых, видели бы друг друга, во-вторых, ваша лаборатория также была бы в этом мире. А так, Вы этого света даже не видели. Кстати, а где Ваш пес? Ведь он был с нами?

— Действительно, Бой, мальчик, где ты? — засвистел обеспокоенно Юрий.

Где-то поблизости, среди трав они увидели какое-то движение, и побежали туда.

Бой лежал с открытыми глазами, но был способен только приподнять голову. Кинолог начал щупать и растирать ему лапы и тело.

— Плохо, лапы совершенно холодные, но надежда есть. Помогите мне его на руки поднять, — попросил он.

Мужчины схватили Боя и поспешили домой к Юрию. Там кинолог сделал какой-то укол собаке и пес начал приходить в тонус.

— Слава Богу! Он один такой у меня остался! — воскликнул с облегчением Юрий.

— Значит?

— Так что, думаю, что это облако — никакой не портал в параллельный мир, а просто какой-то галлюциноген!

— Но, кому и зачем производить такое количество галлюциногена? Это же неэкономично? Согласитесь.

— Надо подумать. Сейчас такие времена, что все может быть.

— Как предположение, что это делается, чтобы замаскировать исчезновения людей, похищения их «на органы»?

— Кто знает? Может, и так.

— Возьмемся за разгадку?

— Почему бы и нет?

На такой приключенческой ноте мужчины попрощались, и Прохор отправился домой.

После его попадания в облако прошло несколько дней, а Прохор все никак не мог позабыть замечательные видения. Почему все это было понарошку?! Итак, никакой волшебной русалки не было? Как не было яркой жизни среди нежного поля, озера, воздушных кораблей?

И хотя, сейчас все еще было яркое лето, окружающий реальный мир был серым, блеклым и мрачным по сравнению с розовым. Люди переживали тяжелую жизнь, даже дети, и те не были беззаботными. Все говорили о нехватке денег, тяжелой судьбе… Здесь теперь ему не хотелось жить. Единственное, что отвлекало его от дурных мыслей, это — подростки — скауты, которые постоянно и настойчиво тормошили его.

Даже тетя Нина и та заметила, что он изменился. Теперь он, наверное, чувствовал, что испытывают наркоманы, когда возвращаются в реальный мир. Итак, следует понять раз и навсегда, что этот розовый мир очень опасен!

Однако, сейчас, он всем сердцем, всем стремлением души хотел быть только там. Хотел почувствовать неизвестную ранее легкость бытия, увидеть волшебную русалку, прикоснуться к ней… И с этим ничего нельзя было поделать!

Шли дни. Но, ни с розовым облаком, ни с проклятой чупакаброй, ничего не прояснялось. Существо так и не удалось поймать. Начальник милиции был разочарован, так как домашние птицы и яйца у населения все равно исчезали. Это было просто смешно — до сих пор не убить или, хотя бы, поймать какое-то животное, когда у него «висит» несколько настоящих нераскрытых человеческих преступлений!

Прохор же, несмотря на привычную загруженность работой и спелеологией, мысленно все время возвращался к розовому миру. Волшебная русалка и совершенный мир не давали ему покоя.

Поэтому, совершенно незаметно для себя, в следующий выходной, он оказался у подножия Волчьей горы. Некоторые, также ждали появления розовой облака, потому что Прохор, в очередной раз увидел, как горожане бесцельно бродят по полю у горы, и, даже лежат на выцветшей траве, будто в зоне отдыха.

Желающих попутешествовать в волшебный мир, было не мало. Некоторые пришли даже с семьей. Он, как врач, понимал, что для детей пребывание в облаке может быть опасным. Но, не мог же он бегать и разгонять их?!

Прохор задумался над тем, каким образом убедить мэра, чтобы взять под контроль это место и не подвергать опасности людей.

Почему-то, ноги сами вернули его в сторону заводских развалин. Он тихо прошел мимо, сожалея, что такое творение труда людей находится теперь в таком упадке, и никому больше не нужно. Ведь можно было бы его до сих пор перепрофилировать, и получать пользу!

А сейчас остатки металла, которые почему-то до сих пор не разворовали на металлолом, ржавеют под открытым небом и являются убежищем для мрачных ворон. Ржавое железо тянуло к нему свои ужасающие обрубки, будто, пытались напугать его, мрачное небо угрожающе темнело над головой, а каркающие вороны только добавляли ощущение ужаса.

Хотя, Прохор был не из пугливых, но почувствовал, как у него по телу пробежали мурашки.

Вдруг, он услышал какой-то непонятный звук. У него возникло впечатление, что за ним кто-то приближается. Возможно, это было эхо его собственных шагов, отражающееся от бетонных стен? Он оглянулся.

Позади никого не было. Прохор с облегчением выдохнул. «Я уже боюсь собственной тени», — констатировал он. И в это мгновение, боковым зрением, Прохор заметил движение вправо.

Он быстро обернулся и на остатках пола увидел, что на него надвигается тень чего-то большого, темного и скрюченного…

Горло Прохору перекрыл комок ужаса! Он почувствовал, что не может не то, что слюну проглотить, но и не способен дышать! Ему казалось, что он сейчас упадет от удушья.

Как врач, он понимал, что все это — истерическая реакция, и надо взять себя в руки. Сделав над собой усилие, молодой вскочил в сторону существа. Но оно не испугалось, и бросилось на него. Они покатились по пыли, камням и бетону бывшей пола. Существо тяжело дышало и яростно рычало. От него исходила горячая волна агрессивной энергии, а пахло так, что Прохор почувствовал позыв на рвоту.

Страшные черные лохмы на голове пугающе тряслись, и молодой человек автоматически и профессионально отметил про себя, что, наверное, там множество вшей. Такое ужасы не могли прийти из волшебного мира!

Ужас овладел им. Сейчас он чувствовал нечеловеческую силу существа. Оно может легко одолеть его! Мигом в голове мелькнула мысль о том, что силой он его не возьмет. Надо взять его хитростью! Что у него есть? Ничего, кроме фонарика и шокера. Как же он раньше не вспомнил об этом? Все животные боятся яркого света. Он на секунду поддался животному и выхватил фонарик.

Неожиданно ослепив существо, Прохор смог выбраться из ее цепких лап, и с перепугу начал действовать так, как ему раньше было совсем не свойственно. Обычно, он был профессионально осторожным. Сейчас он также почувствовал себя настолько агрессивным, будто был способен осилить чупакабру.

Одной рукой он достал мобильник, чтобы сфотографировать своего пленника, второй — отвел предохранитель электрошокера, чтобы предупредить возможное нападение на себя.

Раздался предупреждающий разряд!

Чупакабра подскочила и, со страшным воем, затряслась и начала отступать назад, к стене. Однако, за ней был каменный угол. Существо само себя туда бессознательно загнало. Оно замерло, а он успел посмотреть на него. На мгновение ему стало жутко.

Кожа была темно-зеленовато-серо-коричневой, в каких-то фантастических извилинах-наростах, которые себе, и представить в страшном сне было не возможно!

Глаза были похожи на человеческие, однако белки были с зелеными пятнами. Что это такое? НЕ обезьяна, не человек? Действительно, инопланетянин?

Испугавшись шокера, существо снова затряслось, словно в лихорадке, упало на колени и начало что-то кричать.

— Про-шу-у-у, не тро-гай-те ме-ня-я! — С удивлением разобрал в том бормотании Прохор.

— Ты понимаешь наш язык? — обратился к существу Прохор.

— Ко-неч-но! Это и мой язы-ы-к! — Более или менее внятно ответило существо, медленно разгибаясь.

С чувством ужаса, он увидел, что настоящий рост существа был выше его. И чупакабра, очевидно, была сильнее его. Тогда, почему она не одолела его?

— Тогда скажите, кто Вы?

— Я — человек, такой же, как и Вы. Только — больной, к несчастью.

— Человек?

Прохор осмелился тщательно присмотреться к существу. Действительно, части тела у него были такие же, как и у них. Даже наличие лохмотьев на бедрах, свидетельствовало об определенном интеллекте и застенчивости. Однако, эти пятна на глазах, эти извилистые наросты на коже? Если это болезнь — то какая?

Прохор в универе учил о чем-то похожем. Да, склеродермия! Но эти изменения выглядели не совсем такими, как при этой болезни. Существо огляделось.

— Пойдемте ко мне, я все Вам расскажу, — предложила оно, точнее, он.

Прохор с осторожностью согласился. Существо повело его по каким-то кочкам в первый же заброшенный дом у подножия горы.

Они прошли двор, зашли в сарай, существо приоткрыло дерюжку, лежавшую в углу, и подняло дверцу.

— Сюда, — показало оно в люк.

Парень остановился в нерешительности. Сейчас он уже не сомневался, что перед ним разумное существо. Однако, что может ожидать там его? Ловушка? Существо, поняло колебания Прохора, и первым спустилось в люк само. Спустя минуту, там забрезжил небольшой свет.

— А, будь что будет! — отчаянно скатился вниз Марущенко.

Оказавшись в подвале, он был крайне удивлен. Здесь все было оборудовано для комфортного проживания. Была хорошая комната, было несколько боковых дверей, одни были открыты, и там Прохор увидел кухню с выпотрошенной курицей на столе.

— Вот, смотрите, — пробормотало существо и протянуло ему… паспорт гражданина Украины. «Черненко Константин» — с удивлением прочитал Прохор. Прописан он был здесь, в Ставничем, по этому адресу.

— Как Вы дошли до такого состояния?

— Это — долгая история. Поэтому, садитесь. Не бойтесь, это — не заразно.

Прохор внимательно осмотрелся. На столе стояла толстая свеча. И именно она сейчас давала свет.

Однако, он заметил, что в подвале есть и электропровода.

— Сейчас нельзя включать свет. Заметят. А ночью я пользуюсь. Ворую у соседей. Да, это плохо. Но, что мне делать?

— У вас есть ванна или душ?

— Да есть. Но у меня возникает очень значительный дискомфорт, когда я моюсь, до боли. Поэтому, самому неприятно, что должен пахнуть, как не знаю кто!

На Константина было страшно смотреть, не то, что и общаться, сидя рядом. Однако, Прохор, в первую очередь, должен был для себя понять, что случилось с этим несчастным. Поэтому, он пересилил себя и заставил терпеливо выслушать больного.

— Мне сорок семь лет. Во времена СССР здесь был завод. Я работал то в плавильне, то — в литейке. Это была вредная работа. Жена говорила, что от меня начало пахнуть металлом, потом она не выдержала, развелась и уехала к родителям. Я ее очень любил. Но, понимал, что не могла, же она заставить себя так жить…

С тех пор, особого смысла жизни у меня не стало. Однако, надо было продолжать жить. Постепенно я стал замечать, что симптомы хронического отравления стали ухудшаться. Кожа и глаза начали зеленеть.

— Когда это случилось? — уточнил Прохор.

— Это уже после распада Союза произошло. Но завод еще работал. Когда мне стало уже совсем плохо, я заметил, что у меня начали трястись руки, я стал раздражительным, и пошел на комиссии. Они меня исследовали, дали, правда, инвалидность. Однако, на те деньги прожить невозможно!

Правдами-неправдами, меня еще устраивали на ночную работу. Даже, когда здесь сделали производство красок и лаков, я работал. Дышать здесь было нечем. Однако, мне надо было зарабатывать на лекарства, продукты, поэтому я продолжал работать. Но болезнь начала прогрессировать.

Был один врач, который взялся меня исследовать. Однако, он сам вскоре умер. Люди начали от меня шарахаться.

Я стал никому не нужен. Когда меня увидел новый директор, он чуть не упал от отвращения. Меня сразу выгнали.

Что мне оставалось делать? Ехать на лечение за границу — у меня не было средств. Видеть, как я вызываю у людей ужас — не было сил. Поэтому, я пустил слух о том, что еду лечиться в столицу. Обустроил себе здесь жилье и стал жить отшельником. Вы не поверите, но я уже пару лет не с кем не разговаривал. И то, последний раз говорил с почтальоном через дверь. Выхожу во двор, когда стемнеет.

— Воруете у людей еду? — с сочувствием спросил Прохор.

— А что мне делать? У меня осталась банковская карточка, но я не могу выйти в город. А сейчас мне вообще охотятся.

— Послушайте, я — врач, однако, не лечебной специальности. Если хотите, я отвезу вас в больницу, хоть — в эту, хоть — в столичную.

— Нет. Спасибо. У меня и так мало сил. Я уже хочу дожить так, чтобы меня никто не трогал.

— А почему Вы не хотите отсюда уехать, лечь в больницу?

— Не знаю. Я уже привык здесь. К тому же, здесь иногда возникает волшебное облако, которое переносит меня к замечательному миру. Я все надеюсь, что однажды оно меня таки унесет к тому миру, и я забуду о своем проклятии здесь!

— Значит, Вас удерживает облако!

— Да, оно существует на самом деле!

«Я знаю, что оно существует! Значит, оно действует на всех, кто оказывается на его пути?»— подумал Прохор.

— Хорошо, давайте, я помогу Вам, чем смогу.

— Тогда, может, каких-то книг мне принесете?

— Хорошо. Я сейчас мотнусь домой, и через часок вернусь. Трижды постучу. Впустите меня?

— Да — с удовольствием ответил Константин.

Прохор выбрался из погреба, вышел со двора и облегченно рассмеялся. Вот тебе и страшная чупакабра! И сразу осекся от своего смеха. Ему стало стыдно. Несчастный человек — Черненко Константин, «чупакабра», ЧК. Он для меня будет теперь ЧК. Память о том, как люди могут обращаться с себе подобными. Чего же ЧК не искал его участковый врач? Пропал человек и это никого не волнует!

Прохор быстренько мотнулся домой, набрал полную сумку продуктов, положил туда несколько художественных книг, захватил старый видеоплеер и вновь вернулся к ЧК.

Тот просто онемел от счастья общения и подарков. Марущенко договорился с ним, что будет его иногда посещать, научил пользоваться плеером, и теперь окончательно попрощался с человеком-чупакаброй.

Он, конечно, обещал держать в тайне новые сведения о Черненко. Однако, разгадка таинственной городской легенды не давала ему покоя, поэтому он решил поделиться этой историей со своим давним другом Тарасом. Тот пока работал токсикологом в Винницкой лаборатории.

— Да, жаль мужика! Слушай, напиши книгу — будет бестселлером. Это же просто фантастика! — пришел он в восторг.

— Мне вот что в голову приходит. Облако действует на всех одинаково. Вызывает галлюцинации. Скажи, какие летучие химические вещества способны на такое?

— Конечно, почему бы и нет?

— А какие именно?

— Я не изучал такой вопрос. Давай, я почитаю специальную литературу и тогда отвечу.

— Хорошо. Но ты понял — там могли быть соли тяжелых металлов. Ранее там работали гальваника и литейная, затем — производили краски и лаки.

— О, неужели тут найдешь какое-то одно вещество?

— Действительно, ты — прав, а может, здесь имело значение сочетание токсичных отходов?

— Возможно. Тогда тебе придется набрать оттуда пробы воздуха, воды, почвы.

— Хорошо.

— Как думаешь, если наша версия верна, и мы найдем предполагаемый токсин, мы сможем помочь ЧК в лечении?

— Просто для поддерживающего лечения — возможно, но ты понимаешь, что полностью вылечить его у нас не будет возможности. Это же надо антидоты иметь, лекарства, а таких, наверное, и нет. Надо создавать…

— Да. Но, хотя, облегчить состояние — и то будет хорошо. Он мне говорил, что чувствует, будто уже умирает!

— А как, по-твоему, в таком-то состоянии?

Научный склад ума не давал теперь покоя нашему исследователю. А поставив себе задачу, Прохор всегда привык добиваться результата.

На следующий день, после работы, он набрал себе побольше стерильных пробирок, которые нашел запертыми в шкафу в морге, и поехал в горы. Изъяв образцы, он по дороге зашел поздороваться к кинологу Юрию.

Бой тщательно обнюхал его. Однако, Прохор вчера после возвращения от ЧК, тщательно вымылся. Поэтому, Бой не побежал искать чупакабру, а остался у хозяина. Поговорив с человеком, Прохор успел махнуть на вокзал и передать контейнер с пробирками проводницы Винницкого влечения.

Затем позвонил Тарасу и тот ответил, что теперь всем придется ждать, пока он сделает исследования. Через несколько дней молодой человек успел посетить ЧК и прийти к мысли, что облако может осуществлять еще и токсическое влияние на людей. Настроение в ЧК улучшилось, однако он упорно считал облако посланием других миров.

Однако, Прохор понимал, что необходимо проанализировать и химический состав этого газа. Поэтому, после работы, он начал ежедневно ездить к Волчьей горе, подстерегать появление облака.

С удивлением, он обратил внимание на то, что иногда встречается с местными жителями, которые бесцельно бродили рядом. Расспросив их, молодой человек узнал, что они также ожидают появление чудодейственного облака. Они рассказали, что облако ранее появлялась нерегулярно, а сейчас возникает еженедельно. И плывет оно со стороны бывшего заброшенного завода.

Каким же образом «поймать» воздух из этого облака? Даже если он найдет его снова, то и сам потеряет сознание. Кто закроет емкости с газом? Он снова позвонил Тарасу.

И тот за несколько дней, с помощью всесильного Гугла, сделал устройство, которое автоматически герметично закрывалось после получения образца для пробы. Вот теперь, уже во всеоружии, Прохор начал каждый день ждать облако.

Он боялся вновь оказаться в розовом мире. После первого раза он уже не хотел возвращать к настоящему миру. А что будет после повтора видений? К тому же, никто не знал, на какой высоте начинало действовать облако. То есть, с какой высоты от уровня земли спускался галлюциноген?

Бой тогда также упал в спячку. Нос пса был тогда где-то на высоте сантиметров пятидесяти. А ниже? Если емкость положить на землю? Достанет ли до нее облако? Ответа не было. Поэтому, пришлось Прохору сознательно принести себя в жертву.

Настигнув, в очередной раз, знакомое облако, он поспешил открыть емкость и успеть опуститься с ней на землю, чтобы не разбить. Сразу после этого, он мгновенно оказался в знакомом мире. Там его уже ждала желанная русалка, подхватила его и понесла в теплые края.

— Мы можем летать? — восторженно спросил он ее.

— Здесь мы можем делать все, — услышал он в ответ.

— Ты же не бросишь меня? — спрашивала она. — Я так долго ждала тебя! Оставайся со мной.

Прохор удивился. Как она могла так думать? Разве возможно потерять такое очаровательное создание?

Он хотел, чтобы это мгновение тянулось без конца. Она для него была желаннее всех ценностей мира, важнее, превыше всего.

Они кружили и кружили, пока у него не закружилась голова, и он не пришел в себя.

В этот раз возвращение было гораздо хуже. Возвращаться оттуда совершенно не хотелось, хотя, Прохор понимал истинное положение дел.

— Проклятая наркота! Вызывает привыкание сразу! — чертыхался он. Прохор почувствовал, что тяга к розовому облаку, к русалке, была настолько сильной, что при других условиях, он бы желал умереть, оставаясь в облаке. Это наводило на него, как на врача, ужас!

Пока Тарас занимался новым веществом, Прохор вместе с ребятами решил, на всякий случай, исследовать заброшенные заводские помещения. Ребята сначала опасались, что могут встретить чупакабру. Однако, Прохор их успокоил тем, что существо напугали и оно быстро не вернется. Сам-то он знал, что ЧК схоронился дома.

Во время очередной вылазки, они нашли более или менее уцелевшими два помещения с каким-то примитивным оборудованием. Рассмотрев его пристальнее, они поняли, что нашли действующий подпольный цех по производству наркотиков. А в помещении рядом, по-видимому, — варили самогон.

В этой же подсобке Прохор увидел карбид, которым, как оказалось, некоторые «приправляют» самогон, чтобы он был прочным. Какую только гадость не пьют люди! Сфотографировав находки, молодой человек решил, что перед вызовом в полицию, надо изъять образцы и отсюда. В следующий раз он набрал образцы всего, что только было возможно — почвы, воды, воздуха, карбида, остатков основы для наркотиков и отправил Тарасу.

Легенды о розовом облаке и чупакабре не давали ему покоя. Разгадав их причины, возможно, он сможет предотвратить опасность для всего города? А если такая болезнь или мутации, которые случились с ЧК, повторятся еще в чьем-то организме?

Выводы Тараса его порадовали. Сначала друг проанализировал первые пробы с места источники сточных вод завода. Источник всасывался в землю и содержал ядовитые вещества, которые приводили к позеленению кожи — того, что видел Прохор у некоторых пациентов.

Кроме того, его друг нашел во всех образцах, изъятых у завода, увеличенное количество тяжелых металлов, меди, все это могло вызвать хроническое отравление, следствием которого было плохое самочувствие. Однако, таких страшных мутаций в коже, как у ЧК, они не способны были вызвать.

Облачко состояло из комплекса веществ, которые использовались для производства наркотиков, и осуществляло эйфорическое действие, вызывая с первого-второго раза привыкания к запаху и желание вновь принять его в организм. Поэтому, компания подростков и встречала желающих получить кайф от облака.

Молодые исследователи были удивлены. Они понимали, что причину страшной мутации надо искать в окружающей среде. Однако, результаты?.. Прохору казалось, что он подошел к разгадке тайны. Итак, он в чем-то ошибался? А, вдруг, к таким последствиям могла привести комбинация найденных веществ и наркотических, или — в сочетании с составом розового облака, или, в конце концов, с карбидом?

Прохор предложил совместить составляющие облака и стоков с завода и провести эксперимент. Сочетание компонентов облака и карбида вызывало еще худшие симптомы острого тяжелого отравления. А если эти компоненты действовали на человека постоянно, конечно, сочетание всех этих ядовитых компонентов было способно вызвать тяжелые мутации.

Тарас начал эксперименты на крысах и вскоре получил подтверждение их теории. Итак, теперь друзьям стали понятными причины возникновения мутаций. С распадом СССР, предприятия прекратили свою работу, пришли в упадок и остатками производственных помещений и химикалий либо не занимались, или занимались по своему усмотрению отдельные лица.

— Что ты теперь будешь делать? — спросил друг.

— Надо обнародовать эти факты. Люди должны знать, что им угрожает. Постараюсь убедить ЧК, чтобы он вышел в люди и показал, к чему может привести безразличие и халатность, — ответил Прохор.

Однако, придя в очередной раз к Константину, дверь ему не открыл никто. Удивленный Прохор толкнул их сильнее, она открылась, и он у порога наткнулся на бездыханное тело человека-чупакабры. ЧК умер, так и не дождавшись своего признания от других.

Прохор почувствовал себя полностью опустошенным. Ему было очень жаль несчастного страдальца. Единственное, что немного утешило его — обрывок листа, на котором корявым почерком было написано «Спасибо». Наверное, ЧК чувствовал, что он может не дождаться очередного визита Прохора?

Человек-чупакабра умер один, не в кругу любящих родных, не держась за руку любимого человека или друга. И все последние годы он был выброшен из человеческого круга… Бедный, бедный страдалец… А, ведь, на его месте мог быть кто угодно, из здешних жителей. Ему просто не повезло — он жил ближе всех к токсическим источникам.

Вся тяжесть знания человеческой трагедии ЧК требовала его сейчас немедленно известить о несправедливости судьбы, о человеческом равнодушии к ближнему, о невнимательность профессионалов.

Выскочив на поверхность, Прохор не удержался и закричал. Завопил таким страшным голосом, что все местные жители похолодели от страха.

— Вот как ревет! Свирепствует! — притихли от ужаса бывшие соседи несчастного Константина.

— Что же его ничто не берет?

И они не понимали, что это был последний знак о таинственной чупакабре, Реквием по человеку, от которого отшатнулся весь мир! Кто теперь проведет его в последний путь? Соседи? Мэрия?

Точно, мэр же должен знать обо всем этом! Прохор спохватился и позвонил дежурному милиции.

— Это — Марущенко. Я разгадал легенду о розовом облаке и поймал чупакабру. Она лежит передо мной. Выезжайте к подножию Волчьей горы.

Он обессиленно опустился вниз и смотрел на Константина до тех пор, пока к нему не подошла следственно-оперативная группа.

— Знакомьтесь: человек-чупакабра — Константин Черненко. Больной мутацией, вызванной токсичными отходами от данного производства. Все остальное я расскажу вам чуть позже, — тихо сказал он и пошел в машину.

На следующее утро в морге собралось немало народа. Здесь присутствовали Петр Петрович и местный патанатом, следователи из милиции и прокуратуры, от представителей районной общины был кинолог Юрий, из Винницы приехал Тарас, и даже приехал сам мэр. Вскрытие, которое превратилось в показательную научно-практическую конференцию с участием Прохора и Тараса, растянулось на целый день.

— А теперь, господа, я хочу спросить, какими должны быть наши дальнейшие действия? — спросил Марущенко, когда все вышли выпить кофе.

— Я просил бы Вас пока не распространять слухи обо всем этом! — Сказал мэр.

— Это я понимаю, у нас же — тайна следствия. А потом?

Мэр, не понимая его, пожал плечами.

— Во-первых, людям следует сообщить, что им нечего бояться чупакабры — она умерла.

На это мэр кивнул, соглашаясь со словами Прохора.

— Во-вторых, я считаю, что необходимо срочно отселить людей, и начать очистку территории, прилегающей к остаткам завода, чтобы у нас не появились новые мутации!

При этих словах мэра, словно, подбросило.

— Вы думаете, так легко переселить целую улицу? Куда?

— У Вас есть детские лагеря, санатории, в конце концов!

Начальник милиции одобрительно закивал головой.

— Да, Дмитрий Петрович, если там содержатся ядовитые вещества, а господин токсиколог это подтвердил, то бездействие при таких обстоятельствах будет расцениваться, как должностное преступление.

— Хорошо Вам говорить, выполнять-то мне! — огрызнулся мэр.

— А какими силами Вы это станете осуществлять? Нашими, а значит — работать нам вместе.

— Ладно, тогда я сегодня же подписываю приказ, и начинаем эвакуацию людей. Господин химик, скажите, а возможно как-то избавиться или обезвредить эти токсичные источники?

— А чего же? Конечно, можно их засыпать, лучше — перезахоронить, сделать нейтрализацию… Но на это нужно время.

— Сколько?

— Это вопрос — не ко мне. У вас должен быть подразделение по чрезвычайным ситуациям…

— Ясно!

На следующий день, мэр выступил с сообщением о необходимости временной эвакуации населения из района подножия Волчьей горы. Также он сообщил, что чупакабра обезврежена, поэтому можно больше не волноваться. Молодые, большей частью, начали переселение в устроенные санатории. Однако, некоторые из горожан пожилого возраста отказались покинуть дома.

— Ну, Вы, хотя бы, их предупредили! Итак, наша совесть может быть чистым. — Успокоил мэра Прохор.

— Ох, господин судмедэксперт, лучше бы у нас не было оснований проверять нашу совесть! Сейчас мне пришло в голову, что во всей области, только в Ставничем были интересные легенды. А теперь у нас нет ни розового облака с выходом в параллельный мир, ни чупакабры… Мне даже грустно стало. А как чувствуете себя вы, разрушитель городских легенд? Кто теперь будет к нам путешествовать?

— А я, знаете ли, хорошо себя чувствую! — улыбнулся Прохор. — Погиб человек, другие — заболели… Такой ценой нам не нужны легенды. Мы с вами можем создать новую легенду! Творить параллельный мир прямо здесь. Собственными руками! Для того, чтобы к нам ехали туристы, мы можем создать памятник человеку-чупакабре. Пусть его жизнь и смерть не будут напрасными! Даже, можем сделать музей из его последнего дома! Как Вам такое?

— Знаете, молодой человек, а Вы — правы. Замечательная мысль! Так и сделаем! — сказал мэр.

Несмотря на все, что Прохор только что сказал мэру, мысленно он жалел, что в его жизни уже не будет обмана, в котором он бы мог видеться со своей русалкой. Милая сердцу, нежная Русалка! Теперь мы никогда не увидимся…

Парню было грустно, потому что призрачный мир успел его очаровать. Сейчас жизнь без ЧК, розового мира и русалки вновь начала тускнеть.

Уже не будет интересных и жутких происшествий. Не будет нежных объятий девушки из фантастического моря…

Прохор понимал, что погружаясь в сладкие воспоминания о прошлых приключениях, можно совершенно сойти с ума. Ему надо было перенести внимание на что-то новое. Но на что? Тарас звал его в Винницу. Может, следует навестить друга, послушать советы? Но сначала надо отдохнуть, в конце концов — выспаться.

Он уныло пошел домой, только сейчас почувствовав, какой же он на самом деле усталый и одинокий…

Эпилог

Теперь, когда сознанию и жизни горожан больше ничего не угрожало, Прохор почувствовал потребность в отдыхе.

Лето уже подходило к концу и надо было хоть немного поплавать и позагорать. В следующую субботу он договорился с ребятами-скаутами встретиться на пляже. Людей почему-то было совсем мало. Возможно, это было связано с переселением этого района? Прохор шел по берегу, вглядываясь в лица отдыхающих. Здесь все были веселыми, никто не тосковал по розовому облаком, никто не сидел с испуганным лицом, ожидая нападения страшных существ.

Не таким-то этот мир был бесцветным, как ему казалось сразу после действия розового мира. Этот — реальный мир начинал сейчас рассветать в сознании Прохора.

Присмотревшись к реке, он, будто впервые, обратил внимание на приветливые улыбки отдыхающих, на звонкие голоса детей, на радугу в каплях поднятой ими воды, на ласковый желтый песок… Эти простые вещи, оказывается, также могли быть источником наслаждения и радости! А он не замечал раньше этого!

Поравнявшись со своими подопечными, он поднял приветливо руку… и вдруг заметил девушку, которая сидела на мокром камне в реке и мило улыбалась ему. Она была, как две капли воды, похожа на его русалку из галлюцинаций. Такая же милая и очаровательная, такая же приветливая, такая… своя!

— Смотрите, наш Прохор Степанович не об этой русалке шутил? — услышал он позади голоса ребят.

Прохор улыбнулся и направился к ней. Сейчас он почувствовал, что именно здесь, в Ставничем, находится его судьба, и что именно она, а не — та, призрачная русалка, из розового мира, а эта девушка — из реального мира и является его суженой…

Content

Елена Федорова
Городские легенды судмедэксперта

Город, таинственное облако, существо и инопланетяне

Интересная практика

Катакомбы

Через год

Розовый мир

Эпилог