Александр Яманов

Режиссёр Советского Союза 5

Глава 1

— Что не так? Объясни нормально, а то я устал слушать твоё ворчание, — не выдержал ди Лаурентис.

Мы просматривали часть эпизодов, которые я считал неудачными. Заявлять об этом на публику было глупо, поэтому монтажники сделали небольшой ролик, который я показывал Дино.

— Этот сэр Лоренс просто переполнен пафосом, — комментирую сценку с Оливье, и прошу перемотать плёнку обратно, — В этом эпизоде у нас обычное совещание. Ещё не начались боевые действия. Адмирал Холси, которого играет Лоренс, просто общается с коллегами. Но вы посмотрите на это лицо. Дальше только хуже.

— Я не вижу ничего необычного, — итальянец закурил сигару, вызвав полный зависти взгляд монтажёра.

Да, блокада Кубы сейчас в самом расцвете. И многие американские курильщики не могут купить любимую марку сигар. Где их берёт ди Лаурентис, мне неизвестно. А вообще, пора прекращать эту вакханалию с курением, а то в техническом помещении ничем дышать.

— Такое впечатление, что актёр играет римского консула, или эпического героя в пеплуме сороковых или пятидесятых годов. А в этом моменте — приглядитесь внимательнее. Звучит грубовато, но мне кажется, что наш сэр тужится на унитазе, а не разговаривает с президентом.

Дино не выдержал и заржал как конь, в чём я его поддержал. Правда, мой смех был больше похож на истерику, хорошо, что удалось вовремя остановиться. Просто я жутко устал, в первую очередь морально, оттого и нервничаю. Ещё и возникли проблемы на ровном месте. Вроде первоначальный этап съёмок давно позади. Сначала были некоторые шероховатости, но постепенно всё вошло в рабочий режим. И вот на финальном этапе, когда начались съёмки в павильоне киностудии, и оставалось снять эпизоды со второстепенными героями, начались проблемы.

— Он практически неуправляем, — жалуюсь продюсеру, так как Оливье его креатура, — Можно подумать, что дело во мне. Мол, какой-то молодой выскочка, ещё и комми, будет учить великого актёра. Только надо признать, что мы ошиблись с выбором. Сэр Лоренс привык играть главных героев. В крайнем случае, это второй план, но с достаточно длинными по времени эпизодами. А здесь всего четыре короткие сценки. Хотя, есть у меня ещё одно объяснение. Но это больше похоже на теорию заговоров.

— Давай, Алекс, — махнул рукой итальянец, — Смело говори о своих подозрениях. Как бы необычно они ни звучали.

— В данный момент фактически близнеца нашего фильма снимает не только «20th Century». Англичане вложили колоссальные деньги в свой проект «Битва за Британию». Там у Оливье очень характерная роль, хотя тоже второстепенная. Только есть одно большое «но», — я многозначительно поднимаю указательный палец, — Оба фильма не идут ни в какое сравнение с нашим. «Тора, тора» просто провалится в прокате. Но не думаю, что это будет огромным ударом для конкурентов нашего Роберта. А вот англичане получат хорошую такую оплеуху по их самолюбию. После демонстрации моего советского проекта, у них мало шансов на коммерческий успех. Да, они внесли много изменений, в первую очередь технического характера. Но им не поможет даже увеличение бюджета и заимствование некоторых моих новинок. В Британии фильм будут смотреть, а в Европе и тем более США, он никому не интересен.

— Звучит весьма самоуверенно, но готов согласиться. А причём здесь Лоренс?

— Он англичанин и патриот своей страны. Мне кажется, что Оливье валяет дурака от зависти. Даже слепой и умственно отсталый может заметить разницу в уровне съёмок и спецэффектов. На них мы делаем основной упор. Ещё и актёры на удивление быстро поймали нужный настрой. Я ведь до последнего сомневался в Бритт и Ракель. Но чувствую, что скоро у мужчин Америки будет новый секс-символ, и они начнут пускать слюни на плакаты с изображением шведки. А мадам Уэлч станет вообще недосягаема. Она действительно хорошо поработала над тем, чтобы её перестали считать куском красивого мяса и снимали исключительно в купальнике. Правда, так будут думать только продюсеры и режиссёры. Мужская часть зрителей, всё так же будет ждать её на экране с минимумом одежды, а лучше без неё.

В этот раз Дино хохотал дольше и очень заразительно. Только я не произнёс ничего смешного или необычного. Ракель просто изумительно сыграла роль стервы-разлучницы и интриганки. Эдакая классическая киношная злодейка, при этом очень красивая и обаятельная. Но ей никуда не деться от образа полуголой и простоватой красотки, который эксплуатируют режиссёры. Думаю, ей и дальше будут предлагать сценарии с упором на внешние данные. Только теперь у актрисы есть выбор. Я бы с ней ещё поработал, так как на площадке она превращалась в фанатика. Роли она просто зазубривала и никогда не ошибалась с текстом, но у англичанки были проблемы с артистичностью. Шведка, наоборот, часто путала слова, иногда веселя съёмочную группу. Вот только в роль она попала сразу и прогрессировала с каждым днём, как бы странно это ни звучало.

— Хорошо, я поговорю с Лоренсом, — пообещал Дино, — На площадке твоё слово закон, и это не обсуждается. Если какие-то эпизоды надо переснять, то приступай и не тяни. Их же можно сделать в павильоне? Или нужна натура и придётся опять возвращаться на Гавайи, или доделаете всё в Мексике?

— Я бы вернулся на острова с удовольствием! Сезон дождей давно прошёл, а в июне ещё не так жарко. Но меня бы устроила исключительно туристическая поездка. Знаешь, как тяжело смотреть на отдыхающих, когда тебе надо работать по двенадцать — четырнадцать часов? Я в океане искупался всего пару раз, даже толком не позагорал. Когда шли дожди или было пасмурно, мы работали в помещении. После наступления солнечной погоды, снимали натуру. Чего я рассказываю — ты же сам всё видел.

— Да, это было сильное впечатление. Даже Эванс был поражён дисциплиной и отлаженностью рабочего процесса. Он ещё спросил в шутку — наш режиссёр точно русский, а не немец?

— Ты же понимаешь, что для меня это шанс. Для тебя это возможность зайти на американский рынок. Я же понимаю, что второй возможности получить такой масштабный проект может и не быть. А если откровенно, её мне, скорее всего, не предоставят. Разве что я предложу что-то новое и оригинальное. Сейчас половина студий разбирает на атомы мою предыдущую работу. Уже через год голливудские режиссёры переосмыслят увиденное и выдадут не менее интересные работы. Конкурировать с ними, находясь в моём положении, просто бессмысленно.

— Не соглашусь с подобной оценкой твоей работы, Алекс, — продюсер эмоционально замахал руками, — Поверь, кому надо, по достоинству оценили твою работу «Любовь по расчёту». В Америке и Европе её уже переосмыслили, как ты верно заметил. Думаю, что уже скоро можно ждать выхода мелодрам, похожих на советский фильм, но адаптированных под местные реалии. Картину про войну, с учётом новых спецэффектов и методов съёмок, обсуждают на нескольких киностудиях. Только это тема специфическая, и мода на неё может быстро пройти. Поэтому тебя здесь не только ждут, но и будут отслеживать все твои ходы в СССР. Ты можешь дать боссам киноиндустрии то, на что не способны нынешние американские сценаристы — свежую идею. Большая часть голливудских киностудий не просто так находится в долговременном кризисе ещё с конца пятидесятых. Плюс твой уникальный стиль, который тоже начали копировать. Скажи, что ты там такого наснимал в Советском Союзе? Я тебе не говорил, но весьма уважаемые продюсеры с американского телевидения интересуются твоими работами. И ведь речь идёт о документальных фильмах! Они никогда не были особо интересны. А реклама? Мне известно, что вы с Франческо открываете свою студию в Париже. Только основные деньги крутятся здесь, мой друг.

Будто я не знаю, что в Америке вращаются основные деньги мира. Вот только не моя это страна. Даже с учётом того, что большую часть командировки я провёл на Гавайях и Мексике, моё мнение не изменится. Это же не мешало мне общаться с коллегами и наблюдать за западной культурой. Есть здесь что-то искусственное и лицемерное, завёрнутое в красивую упаковку. В СССР маразм цветёт и пахнет, но и Америка уже встала на путь морального разложения. Речь идёт не о вседозволенности в некоторых аспектах жизни. Просто началось смещение базовых европейских ценностей в сторону классического общества потребления. Наш народ пока живёт иными идеалами, и дело не в идеях коммунизма. Само советское общество развивается по-иному. В этом его сила, и одновременно слабость. Только, при прочих равных, мне комфортнее в Союзе. Но желательно регулярно его покидать, дабы сменить обстановку. Вот такая катавасия у меня в голове.

— Видишь ли, Дино, — отвечаю продюсеру, — Мне пока не интересно снимать фильмы, подобные «Пёрл-Харбору». Я задал последователям направление, и пусть дерзают. Но есть ощущение, что придётся вернуться к кино подобного рода. По крайней мере, дома надо снять хотя бы одну масштабную картину. Исключительно для того, чтобы обозначить формат нового приключенческого кино для советского зрителя. Сейчас мне ближе мелодрамы, не обязательно любовные. Ещё есть мысли о приключенческом боевике, который лучше снимать во Франции. И вообще, я совсем запутался. Надо заканчивать монтаж с озвучиванием и срочно ехать домой. Только тут начинаешь понимать простую истину — одно дело приезжать на Запад в короткие командировки, и совсем другое жить здесь несколько месяцев.

— Ностальгия? Вечная проблема русских за рубежом, насколько я знаю, — удивил меня Дино подобным высказыванием, — Но тебе придётся выбирать. Если не работать в Европе или США хотя бы небольшими периодами, то о режиссёре Мещерском начнут забывать. Не сразу, но постепенно ты превратишься просто в генератор идей, а потом придёт забвение. Советское кино может быть гениальным, но его удел — это признание в Венеции и реже Каннах. Заработать на нём крайне сложно, даже если в создателях будет указано твоё имя. А сейчас, просто отдохни. Вроде, скоро приезжает твоя супруга — проведите с ней отпуск, который предоставлен всей съёмочной группе. Ты сильно устал, и тебе необходима смена обстановки. Готов спорить, что по возвращении из Нью-Йорка один советский режиссёр жутко соскучится по работе и опять начнёт терроризировать съёмочную группу.

Вот здесь спорить не буду. По старой привычке, я себя действительно загонял. Вместо того, чтобы использовать редкие часы на отдых, приходилось корпеть над огромным объёмом научной и экономической литературы. Народ на Гавайях смеялся — мол, сколько можно читать? За два месяца наш режиссёр даже ни разу не сходил на пляж. Нет, лицо и руки у меня нормально загорели, но плавал я обычно вечером в бассейне. Перебравшись в Мексику, где проходил второй этап кинопроизводства, я не изменил свой привычный уклад. Хорошо, что несколько раз прилетал Франческо и вытаскивал меня на пляжи Росарито.

— А что за приключенческий фильм? — вывел меня из раздумий вкрадчивый голос ди Лауренитса, — С тобой нельзя расслабляться. Вдруг наш советский друг задумал очередной шедевр.

— Давай дождёмся окончания работ над текущим проектом. По возвращении в СССР я обдумаю новый фильм. Заодно надо получить разрешение автора, по мотивам книги которого будет писаться сценарий. Не уверен, что возьмусь за режиссуру, но совместный проект — интересная мысль. В этом случае советские начальники станут более сговорчивыми. Плюс с двумя-тремя иностранными звёздами, картину хорошо примут в европейском прокате.

— Я всегда рад поддержать талантливого человека! — продюсер улыбнулся и стал похож на Кота в сапогах из мультфильма моего времени.

Чувствую, что покой нам только снится. Теперь ди Лаурентис не отстанет и вынудит меня ускорить процесс. Вопрос заключается в том, когда я всё буду успевать? А ведь года через три мне надо освободиться от большинства трудозатратных проектов. Если с телевизионными программами и документалистикой всё решаемо — люди прогрессируют, надо только периодически подкидывать им новые идеи, а далее они сами её разовьют. То с сериалами всё сложнее, и необходимо контролировать процесс. Либо, как я сделал перед отъездом, пообещав очень жёсткие кары на случай изменения сценария. С управленцами тоже проблема. Есть парочка толковых ребят, но их надо подтягивать, а я постоянно занят. И это не считая моих задумок по бирже и вмешательстве в экономику Союза. В принципе, один из потенциальных помощников и даже соратников у меня есть. Только нужно ли смешивать личную жизнь и работу?

* * *

Перед отлётом в Нью-Йорк нам удалось переделать три сценки с Оливье. Заодно мы сняли дополнительный эпизод, которого изначально не было в сценарии. Но надо учитывать, что при монтаже часто приходится убирать вроде удачные моменты, которые не вписываются в сюжет. Вот и здесь, пока актёры не разъехались в отпуск, я устроил им ударный труд в лучших традициях Алексея Стаханова. Когда стало понятно, что вскоре может разгореться скандал или съёмочная группа накинется на меня с кулаками, я объявил перерыв на десять дней.

Кстати, единственным, кто не капризничал и выполнял все установки, оказался Оливье. Было видно, что звезда делает мне одолжение, но в этот раз сыграл он замечательно. Не помню такого, чтобы актёр попадал в роль с одного дубля. Если бы ещё остальные участники сценок не тупили и не ошибались! Мы все морально устали, так как последний отрезок съёмок шёл в режиме нон-стоп в течение двух месяцев. Понятно, что не все актёры были постоянно заняты. Но ведь есть многочисленные невидимые работники, на которых легла колоссальная нагрузка. В общем, все с радостью разбежались по своим делам, ругая про себя одного неугомонного перфекциониста.

Я сам расслабился и наконец-то полноценно выспался, впервые за неделю. Утром прошвырнулся по магазинам и купил подарки. Вечером у меня рейс и, собрав чемодан, я решал, что делать. Возникла мысль сходить на пляж, но у господина Эванса было иное мнение. Телефонный звонок меня не насторожил, так как это мог быть администратор гостиницы. Но оказалось, что секретарь продюсера сообщал о срочной встрече и машине, которая подъедет через пару минут.

Поднимаюсь на лифте до нужного этажа и захожу в приёмную. Секретарь с дежурной улыбкой на лице, сразу затараторила, что меня ждут, а чемодан я могу оставить около шкафа.

Давно я не был в кабинете продюсера. В принципе ничего не изменилось, только вовсю работает кондиционер. На улице действительно жарковато.

Эванс всё так же улыбчив и приветлив. После приветствия, минут двадцать ушло на обсуждение технических деталей и оставшуюся часть работы. Роберт порадовался, что мы укладываемся в регламент и скоро можно начинать озвучку. Я применил проверенный способ, и частично фильм монтировался в процессе съёмок. Это было связано с некоторыми организационными трудностями, так как пришлось везти на Гавайи оборудование и специалистов. Зато мы выигрывали по времени.

— Алекс, здесь вот какое дело, — голос Роберта вдруг стал серьёзным и куда-то пропала довольная улыбка, — Скажем так, ситуация вокруг фильма обострилась несмотря на то, что съёмки ещё не закончены. Недавно в «Los Angeles Times» вышла критическая статья, которую перепечатали газеты Восточного побережья. Если убрать всю шелуху, то основная претензия журналистов в том, что фильм о ключевом сражении американского флота, снимает комми из СССР. Есть там и много грязи, выдаваемой за мнение человека, принимавшего участие в съёмках.

Эванс сделал паузу и поднёс ко рту стакан с соком. Я ограничился минералкой, так как не хотелось пить сладкое в такую жару.

— Шумиха в газетах меня особо не беспокоит. Но придётся предпринять какие-то ответные действия. Немного смущает, что материалы по картине затребовал глава MPAA. В своё время они здорово обрезали «Спартак», убрав несколько интересных сцен. Тогда дополнительная шумиха в прессе сильно навредила фильму, оттолкнув часть религиозных зрителей. Чем всё закончится сейчас, я даже не предполагаю.

— Роберт, такой опытный продюсер, как ты, давно уже всё продумал, — отвечаю с улыбкой, — Предлагай быстрее свои варианты, а то я опоздаю самолёт.

— Лучше всего, если ты примешь решение не возвращаться в Советский Союз и свяжешь свою судьбу со Свободным миром, — быстро произнёс Эванс и сразу поднял руки, как бы защищаясь от моего возмущения подобному предложению, — Я не настаиваю, но предлагаю серьёзно об этом подумать. «Paramount» готов подписать с тобой многолетний контракт и предоставить полную свободу творчества. Боссы компании полностью поддерживают эту идею. Поверь, мало кому в Голливуде могут предложить подобные условия.

Хитро придумано. Здесь даже дураку понятно, что товарищи капиталисты уже просчитали будущую прибыль от проката. Думаю, это они сделали ещё при демонстрации в США «Битвы за Кубань». По словам Дино, при всех ограничительных мероприятиях, наша картина пользовалась огромным успехом. Это выражалось в хорошей прибыли, часть которой скоро окажется на моём счету. Но и атака со стороны ультраправых и прочих «маккартистов» вполне возможна. Мнение этих реакционных групп достаточно авторитетное и популярное. Только всё равно гложут меня смутные сомнения.

— Роберт, я не собираюсь покидать Родину, и это не обсуждается. Что касается нагнетания ситуации вокруг фильма, то здесь всё понятно, — объясняю спокойным тоном, — Мне кажется, это обычные происки конкурентов, которым не нравится взлёт кинокомпании. Есть хороший способ обернуть негатив в нашу пользу. Контрпропаганда — мощный рычаг, если грамотно его использовать. Можно найти парочку авторитетных генералов, участвовавших в войне на Тихом океане. Пусть расскажут, что тогда Америка сражалась вместе с СССР и Англией против общих врагов. Одновременно давай вбросим информацию, что негативное мнение о фильме приплачено японцами. Пусть какой-нибудь экономист или эксперт выскажется, что Советский Союз опасен только атомной бомбой и своими танками. В мире сейчас разрядка, у США бомб не меньше, а танки ещё не научились летать. Вот только никто в Америке не будет покупать советские товары. Как раз наоборот, именно Москва нуждается в американских технологиях. При этом коварные япошки уже начали атаковать и теснить местных производителей. «Sony» уже завалила ваши магазины дешёвыми транзисторными приёмниками и потеснила американских производителей телевизоров. Не отстаёт «Toyota», которая более десяти лет осваивает местный рынок и начинает на равных конкурировать с Большой детройтской тройкой.

Эванс допил сок и откинулся на спинку кресла. Немного подумав, он удивил меня ответом.

— Мне иногда кажется, что ты выходец из преисподней, Алекс. Не может комми настолько быстро сориентироваться в наших делах и предлагать столь оригинальные идеи. Я собрал достаточно информации, чтобы понимать, с кем придётся иметь дело. Советские — они другие, просто разное восприятие жизни и менталитет. И вдруг появляешься ты. Человек никогда не жил на Западе, и вдруг начинает добиваться успеха сразу в нескольких областях, — продюсер прямо сверил меня взглядом, — Сначала я заподозрил, что это какой-то проект КГБ. Но потом понял, что русские кинематографисты работаю иначе. Так вообще никто не работает, только Алекс Мещерский.

Ну, хоть во мне нашли дьявольские корни, а не инопланетные. Эванс же удивил, так как я считал его более поверхностным человеком. С другой стороны, посредственность не сможет добиться таких успехов в профессии и за пару лет вытащить кинокомпанию из глубочайшего кризиса.

— Роберт, не надо искать заговоры и особенно мистику. Просто воспринимай меня таким, какой я есть. И поверь, у меня нет мыслей нанести вред Америке. Я просто использую представившуюся возможность. У меня свой путь, и проект с «Paramount» только его часть. Если вас не устраивает моя работа, то разрывайте контракт.

— То есть ты не заинтересован в дальнейшем сотрудничестве? — Эванс вычленил главное из моего спича и явно занервничал, — В чём проблема, Алекс? Америка — страна колоссальных возможностей, а Голливуд — центр мирового кино. Это истина, и тебе вряд ли предложат лучшие условия для работы. Тем более, мы свободная и демократическая страна. В отличие от СССР, где ваша партия вмешивается в любые сферы жизни простых людей. Здесь подобное сложно представить, и вызовет сопротивление граждан.

— Давай сначала закончим фильм. Пока я не планирую перебираться за океан. Через какое-то время можно обсудить новый проект. Но это примерно через год. Что касается свободы и демократии, то в США очень любят об этом говорить, — произношу с откровенной усмешкой, — Не хочу лезть в политику, только в кинематографе у вас тоже есть цензура и масса ограничений. Ещё колоссальное давление со стороны различных группировок. Здесь даже запрещают снимать обнажённую натуру, что немыслимо для Европы. Ваш кодекс Хейса[1], якобы отменённый, ничем не лучше наших идеологов, отвечающих за моральный облик советского человека. А ещё, я ощущаю здесь дискомфорт, хотя ситуация достаточно забавная. Мне так хотелось вырваться из СССР, чтобы поработать в Голливуде и пожить на Западе. В итоге оказалось, что работать дома чуть ли не лучше. Пусть у нас техника более устаревшая и приходится тратить больше времени на бюрократию.

— Вы, русские — странный народ. Но это дело личное, и я точно не собираюсь в него лезть. Предлагаю только обсудить эксклюзивное право «Paramount» на работу с тобой в США. Если у тебя будут идеи поработать в Европе, то мы только «за». Предлагаю всё это обсудить, когда ты вернёшься из Нью-Йорка. С Дино я поговорю заранее. Наверняка он тоже не в восторге, что ты хочешь вернуться домой.

Уже сидя в машине, я прокручивал в голове состоявшуюся беседу. Мне действительно душновато работать в Штатах, и речь не о погоде. Здесь не меньше разного рода ограничений, чем в Союзе. Более того, никто вам не позволит снять фильм, явно критикующих текущее положение дел в стране. Да, пресса более свободная и обсуждает многие вопросы, которые невозможны в Союзе. Вот только у нас, после критики даже в районной газете, власти могут устроить виновным жестокий разбор полётов, начав исправлять ситуацию. Но я не уверен, что здешние разгромные статьи имеют такой же эффект. И вообще, сейчас главное — закончить фильм. Судя по всему, увольнять меня не собираются. А некоторые проблемы с нагнетанием негатива, можно пережить.

Ладно, об этом я буду думать по возвращении. Сейчас меня ждёт перелёт и встреча с Аней, по которой я сильно соскучился. Ещё надо подготовиться к разговору, так как я хочу привлечь супругу к некоторым своим делам. Только не знаю, как она на это отреагирует.

[1] Кодекс Американской ассоциации кинокомпаний, также известный как кодекс Хейса — этический кодекс производства фильмов в Голливуде, принятый в 1930 году Ассоциацией производителей и прокатчиков фильмов. В 1934 году стал неофициальным действующим национальным стандартом нравственной цензуры кинематографа в США. В 1968 году, после нескольких лет минимального соблюдения, Производственный кодекс был заменён системой оценки фильмов MPAA.

Глава 2

— Что за подборка журналов, которую ты привёз? Надо передать твоим коллегам? Хотя, они больше научные и экономические.

Прогуливаемся с Аней по Центральному Парку и мило беседуем, будто идём по Ботаническому Саду. Это в первый приезд супруга ходила с глазами, как у героини анимэ и никак не могла привыкнуть к окружающей реальности. Через пару дней она успокоилась, когда мы посетили главные достопримечательности города и, конечно, магазины. Последнее тоже её изрядно шокировало, но ненадолго. Узнав, что в бюджете она практически не ограничена, большую часть времени мы начали проводить в торговых центрах. Нет, была и пара выставок, даже поход на хоккей в Мэдисон. Но упор в сторону шопинга превалировал над тягой к прекрасному.

А чего ещё ожидать от двадцатилетней девушки, пусть жутко умной и рассудительной? Даже я, продукт иной эпохи, после советской серости чуть ли не с восторгом посещал парижские магазины. Большую часть времени мы, конечно, уделяли себе любимым. Конечно, в первую очередь — это физическая близость, но хватало и обыкновенных бесед. Гуляем, ходим по ресторанам, разговариваем на разные темы, узнаём что-то новое друг о друге. Если разобраться, то мы толком и не жили как супруги. После свадьбы я умотал в США, до этого встречи больше ограничивались культурно-массовым сектором и сексом. Мне, вообще-то, ещё жить с этой женщиной. Надеюсь, долго и, возможно, счастливо. Ещё я хотел начать постепенно привлекать её к своим планам. Для этого и подобрал журналы, о которых Аня спросила.

Останавливаюсь и привлекаю супругу к себе. Вдыхаю аромат пушистых волос, а руки машинально начинают опускаться ниже талии. Заодно аккуратно изучаю обстановку. Своё сопровождение я давно срисовал, хотя агент старается не мелькать. Вроде никого больше нет. Но кто знает, какие интриги могут плести вокруг моей скромной персоны? Если американская разведка пока не давала о себе знать, то это не отменяет факта слежки. Да и товарищи из КГБ могут вести свою игру. Всё-таки мой случай уникальный, так как советские режиссёры или представители соцстран, ещё не получали подобного проекта на Западе. Совместные были, но масштабные съёмки оставались привилегией местных кадров.

Хотя, Форман уже сбежал на Запад и вскоре должен начать свой творческий путь в Голливуде. Только его интеллектуальное кино не идёт в сравнение по масштабности с моим проектом. Это просто несопоставимые бюджеты. Надо ещё учитывать политическую составляющую, ведь мы снимаем фильм о ключевом эпизоде ВМВ. Для американцев, по крайней мере. Но пока всё шло более-менее ровно, и никто не оказывал давления на процесс съёмок. Одно время в прессе немного пошумели над моим происхождением, но быстро успокоились.

— Лёша, люди смотрят, — я получаю удар по шаловливым рукам, хотя Анна и не думала отстраняться.

— Пусть смотрят и завидуют, — шепчу в покрасневшее ушко, — Здесь таких девушек просто нет. Ну, может парочка голливудских актрис, но им тоже до тебя далеко.

— И многих звёзд ты досконально изучил? — вопрос вроде шутливый, но судя по внимательному взгляду зелёных глаз, всё гораздо серьёзнее.

Здесь два варианта. Либо Анна чего-то прочитала про меня в западной прессе. Или до неё дошли слухи уже в Союзе. Про Аниту киношная публика наверняка в курсе, вот и поделились с супругой товарища Мещерского, дабы тот не расслаблялся. Должна же молодая жена знать и гордиться подвигами своего мужа.

— За четыре месяца у меня было в лучшем случае десять выходных. Из них два я провёл в дороге и восемь с тобой. Даже когда плохая погода мешает съёмочному процессу, мне в голову не приходило бездельничать. Есть непосредственная работа и изучение ряда вопросов, о которых я хотел с тобой поговорить. Журналы — это часть моего плана, который мы детально обсудим в своё время.

— О, самый занятый и серьёзный режиссёр в мире! А ещё он явно хочет изменить мир! Как же мне повезло, встретить такую личность! Наивная студентка полностью обратилась в слух.

До чего же хороша! Ещё и актриса неплохая! Анна сделала большие глаза, при этом еле сдерживала улыбку. Беру жену за руку, и мы продолжаем прогулку. Метров через двести я увидел свободную скамейку, на которую плюхнулся, вытянув ноги. Супруга последовала моему примеру, только сдвинула коленки и натянула на них краешек платья. Мне кажется, это она зря. Прятать такую красоту — форменное преступление.

— На самом деле вопрос серьёзный. Начну немного издалека, поэтому попрошу громко не смеяться, — слова ушли в пустоту, потому что надо мной сейчас смеются, пусть и беззвучно, — Скажи мне, будущий светоч советской науки. Ты уверена, что добьёшься значимых успехов именно как изобретатель? Может, у тебя в планах какая-то лаборатория или группа под руководством известного специалиста? Всё-таки твой университет предполагает уклон в фундаментальную науку. А я не слышал, чтобы советские учёные совершили какие-то знаковые прорывы за последние годы.

Меня окинули очень подозрительным взглядом, будто увидели в первый раз. Затем юная нимфа фыркнула и спросила с изрядной долей ехидства.

— Лёша, ты здесь часом не перегрелся или заболел? В кои веки спросил законную супругу о её дальнейших карьерных планах. Ещё и явно подготовился, изучив предмет. Я уже начинаю беспокоиться. Капиталистический воздух оказывает на тебя слишком сильное воздействие. А вдруг завтра ты спросишь, как здоровье моей мамы с тётушкой? Тогда я начну подозревать самое худшее. Не подменили ли коварные американцы одного самовлюблённого режиссёра, который начал обращать внимание на окружающих его людей.

У меня иногда такое впечатление, что Аня похожа на Билли Миллигана. Болезненного раздвоения личности у неё нет. Но периодически яне понимаю, когда она ведёт себя серьёзно или иронизирует. С учётом целеустремлённого характера и общего серьёзного взгляда на жизнь, данные переходы выглядят неожиданно. Зато с ней не соскучишься. Это мы промолчим про умопомрачительные внешние данные, которые она старается не выпячивать. Повезло товарищу Мещерскому, грех жаловаться. Только чего его ещё и на других баб тянет. Как раз мимо прошла весьма аппетитная деваха в коротком платьице, которую я попытался проводить взглядом, пока не получил болезненный тычок по рёбрам. При этом выражение лица супруги ни грамм не изменилось, оно стало даже участливым. Так смотрят взрослые на провинившихся детишек. А чего мне не оценить красивую натуру? Художник я или кто? Вот только вслух этого я произносить не стал и вернулся к прерванному разговору.

— Грешен, чего-то я замкнулся на себе любимом и собственных проблемах. Грешен — исправлюсь. Только давай продолжим изначальный разговор, — достаю из сумки бутылку минералки и протягиваю Ане, на улице сегодня жарковато, — Не подумай, что я веду антисоветскую пропаганду или мне здесь промыли мозги. Просто глупо закрывать глаза на проблемы, если они мешают твоей стране. Оглянись. Что первое бросается в глаза? И чем Нью-Йорк отличается от Москвы?

— Сотни тысяч машин, я даже сначала немного испугалась такого интенсивного движения. Ещё огромный выбор любых товаров, с этим глупо спорить. Ты же не просто так потащил меня в огромный универсам, где показывал количество сортов сыра и прочих продуктов? Разница с нашими гастрономами просто удивительная. Про выбор одежды и обуви даже вспоминать не хочу — обидно за нашу лёгкую промышленность.

— СССР выплавляет стали в два или три раза больше, чем США. Вот только в свободной продаже автомобилей почему-то нет, только по всяким квотам. Ещё и глупое заявление надо писать во всякие месткомы с парторгами. Ко всему прочему наша промышленность выпускает автомобилей в десять раз меньше, чем местная. Более того, в среднестатистическом магазине РСФСР уже ощущается недостаток продуктов, даже овощей и фруктов. При этом площадь сельскохозяйственных земель у нас в два раз превышает американские. А мы Советский Союз умудряется мы закупать зерно в тех же США и Канаде. Если взять иные сферы, то ситуация примерно схожая. Ты сама обратила внимание на ассортимент здешних товаров.

— При чём здесь наука?

— Потому что она стоит во главе всего. Наверное, всё звучит излишне сумбурно, только прошу, дослушай до конца. Эти далёкие от науки примеры я привёл для понимания общей ситуации. На самом деле, пока не всё так плохо и наша страна действительно поступательно развивается в некоторых отраслях, особенно это касается космоса и энергетики. Только деградация постепенно проникает во все сферы советского общества. И заключается она в кризисе управления. Я специально подобрал для тебя несколько научных и экономических журналов. В одном из них лежит бумажка с указанием страниц и названия статьи, чтобы тебе было легче найти нужную информацию. Твой английский уже более-менее на уровне, поэтому перевод не составит большого труда. Там статистическая выжимка и несколько статей о проблемах нашей экономики. Я не просто так проторчал столько времени в библиотеке Лос-Анджелеса, занимаясь их структуризацией. Поверь, это крайне важные сведения и пишут их отнюдь не какие-то враги. Это выводы обычных экспертов, работающих на ведущие американские издания.

— Ты сидел в библиотеке и собирал информацию о том, как на Западе оценивают нашу экономику? — удивлению Ани не было предела, — Лёша, ты бы лучше на пляж сходил. А то вроде провёл в тропиках несколько месяцев и при этом весь белый. Вернее, твои руки и шея чёрные, как у колхозника или строителя. Но ты ведь известный режиссёр и весьма утончённая личность.

Ну вот, что с ней делать? Выпороть? Опять издевается. Хотя, мысль отшлёпать кое-кого по аппетитной попке весьма интригующая. Будто почувствовав, куда клонятся мои мысли, Аня нахмурилась и стала смотреть на меня ну, очень подозрительно. Выглядело это так мило, что мне с трудом удалось сдержать улыбку. Что касается пошлых мыслишек, то они никуда не делись.

— Лёша, ты не забыл, что твоя жена — студентка четвёртого курса, а не академик или министр? Что я могу сделать в масштабах страны? — Аня, наконец, перестала иронизировать и задала логичный вопрос.

— Понятно, что в моих устах всё это звучит странно, но для начала поговори с отцом. Знаю, что ты с ним встречаешься, втайне от мамы. И я ей ничего не скажу, честное пионерские, — поднимаю руку и шутливо отдаю салют, — Задай этот же вопрос уважаемому профессору, который, кроме всего прочего, является замом руководителя ведущего НИИ. Много ли сфер, где мы опережаем или не отстаём от Запада? Речь идёт о прикладной науке, фундаментальную пока оставим в покое.

— Всё равно не понимаю, какое отношение всё это имеет ко мне? — настороженно спросила краса и будущая гордость советской науки.

— Прочти материалы, которые я подготовил. Далее переговори с отцом и подумай. Талантливых учёных у нас хватает. Проблема в том, что нет толковых управленцев, которые могут реализовывать советские научные открытия, и сама система начала гнить. Есть объективные причины подобной стагнации, но и нельзя забывать, что многие профессора и академики давно сделали из НИИ с лабораториями собственную кормушку. Многие молодые специалисты просто не могут донести свои идеи до нужных структур, без навязывания в соавторы заслуженных паразитов. При этом для старичков главное — не движение вперёд, а получение дополнительных преференций. У них и так всё хорошо. Зачем им заморачиваться с перспективным открытием, если можно написать громкую статью, получить за это вознаграждение и аккуратно всё спустить на тормозах. Я утрирую, но постепенно всё катиться к такому варианту. Поэтому предлагаю задуматься, а стоит ли тебе идти именно в классическую науку. Может, лучше посмотреть на ситуацию со стороны и продвигаться, как управленец? Ты же купила новое бикини? Пойдём завтра на пляж? — резко меняю тему, пытаясь сбить жену с толку, и добиваюсь своего.

Анна сначала зависла, пытаясь понять, не ослышалась ли она. Это смотрелось так забавно, что уже я с трудом сдерживал смех. Но кое-кому было не до веселья. Зелёные глаза сузились, а изящные кисти сжались в кулачки. Здесь товарищ Мещерский понял, что его будут бить, возможно, даже ногами. Поэтому играю на опережение и крепко прижимаю супругу к себе.

— Ты несносный и противный тип! Я не позволю над собой издеваться! Наплёл здесь всего и смеёшься!

— На самом деле я был совершенно серьёзен. Просто занесло меня в далёкие дали, вот и наговорил лишнего. Надо было дозировать информацию. Что касается пляжа, то завтра будет неимоверная жара. И вообще, имею право лицезреть законную супругу в новом купальнике! А сейчас нам пора бежать, — вскакиваю со скамейки и тащу Аню за собой.

— Куда? Что произошло? Мы же хотели пообедать и сходить в торговый центр.

— У меня появилась неожиданная идея, — отвечаю, стараясь опять не рассмеяться, — Нам нужно срочно закрепить изученный материал.

— Мещерский, ты бредишь! Я же не прочитала ни одного журнала!

— Это немного иное. Мы же трудились полночи, осваивая новые диспозиции, назовём это так. Но вдруг я почувствовал, что мы где-то недоработали и нужно срочно прояснить некоторые моменты. Бельё в номере уже поменяли, так что плацдарм для прений готов.

— Я тебя когда-нибудь убью! — выкликнула Аня, от души стукнув меня сумкой, и засмеялась.

* * *

— А ведь я до последнего сомневался именно в музыкальной части. Всё-таки никто ещё не использовал для главной композиции рок-балладу. И эти парни из «The Who» вроде как растеряли популярность. Тем более удивительно, что они так шикарно исполнили песню. Боссы очень довольны! — Роберт махнул бокалом в сторону представительного мужчины в очках, зализанными назад волосами, обнажающими залысины и акульей улыбкой.

Указанное начальство активно общалось с Редфордом и заливисто хохотало. Чарльз Блюдорн — нынешний хозяин «Paramount», оказался приятным человеком без всякой заносчивости. Он приезжал на съёмки вместе с супругой. Вникал в производственный процесс, но никогда не лез с советами и указаниями. Что касается разговора с Эвансом, то у него недавно состоялся разговор с боссом, который был впечатлён картиной.

Сегодня у нас небольшая премьера. Съёмочная группа, продюсеры и руководство студии впервые увидели смонтированный и озвученный фильм. Мне была интересна реакция коллег и начальства, так как сама картина порядком надоела. Надо сказать, что народ впечатлился и даже аплодировал после окончания показа. Я и сам удивляюсь, что у нас получились некоторые моменты без компьютерной графики XXI века. Но гений Клушанцева и мастерство работников студии доказали, что для спецэффектов главное талант, а не техника.

Что касается музыки, то по этому поводу у нас произошёл единственный серьёзный спор с Эвансом. Самое забавное, что Дино оказался полностью на стороне американского партнёра. Чёртовы ретрограды! Практически все композиции написал, вернее, переработал старые мелодии, будущий рекордсмен-оскароносец Джон Уильямс. В основном музыкальное сопровождение исполнялось симфоническим оркестром. Меня это малость напрягало, о чём я и сказал маэстро. На предложение попробовать поручить основной саундтрек рок-музыкантам, Джон сразу согласился. Несмотря на достаточно тяжёлый характер, у композитора хватило ума понять открывающиеся перспективы. Как результат, «The Who» исполнили ещё одну песню. Не знаю, как они договаривались с Уильямсом. Но говорят, что вначале все жутко переругались. Затем заперлись в студии и через неделю выдали мощный саундтрек.

И это был только один из многочисленных моментов, которыми изобиловал съёмочный процесс. Сейчас я с улыбкой вспоминаю этот шестимесячный марафон. И только сегодня мне удалось выдохнуть и осознать, что всё закончилось. Заодно стало понятно, какой фантастический объём работы проделали оба продюсера. Сначала всё напоминало хаос, а потом вдруг процесс нормализовался. Даже когда на Гавайях распогодилось, группа спокойно работала в павильоне, не выбиваясь из графика. В принципе, «Битва за Кубань» снималась по похожему плану, только разница была в масштабе. Ведь «Пёрл Харбор» трудно представить без красочных кадров атаки на военные корабли. А это требовало гораздо больше времени и отнимало массу сил. Не только мне, но и оператору и всем техникам приходилось учиться на ходу. Тем приятнее, что мы сделали это!

Если называть вещи своими именами, то актёры и съёмочная группа мне порядком надоели. Это сейчас мы все улыбаемся, пьём коктейли и слушаем джаз-банд, играющий у бассейна. Вечеринка, посвящённая окончанию съёмок, проходила на вилле главного босса. Вернее, это целое поместье, которое спокойно вместило четыре десятка человек.

— Алекс, мы ждём твоё решение, — Эванс дождался ди Лауренитса, который сел на свободное кресло, и продолжил меня уговаривать, — Я понимаю, это была глупая идея предложить тебе остаться в Америке. Но давай рассмотрим ситуацию со всех сторон. Уже сейчас понятно, что фильм станет лидером проката. С учётом рекламы и интереса зрителей к авиационной теме, мы должны отбить бюджет до конца года. И это только в Штатах с Канадой! Ведь есть ещё Европа, Австралия и Южная Америка! Поэтому студия хочет работать именно с тобой, и мы даже этого не скрываем.

— Роберт прав, — подключился Дино, — Надо пользоваться моментом и запускать новый проект. Я готов поставить тысячу против пенса, на то, что у тебя есть идея. Давай так, если ты не захочешь снимать сам, то студия хорошо заплатит за сценарий и консультации.

Фильмов я могу порекомендовать вагон и маленькую тележку. Вопрос — будут ли он популярны в это время. Это только кажется, что зрители конца шестидесятых и начала семидесятых должны с восторгом воспринять блокбастеры XXI века. На самом деле история кинематографа должна идти поступательно и не факт, что нынешняя публика воспримет условный «Аватар» или «Терминатора». Да и снять эти фильмы сейчас проблематично. Есть у меня идея. Я как раз недавно слушал радио, и мне понравилась одна певица. Почему-то ранее мне казалось, что она бездарность и пробилась наверх исключительно за счёт великого отца. Думаю, её образ как раз подходит, чтобы сыграть капризную звезду, которую преследует сумасшедший поклонник. Вокал у моей фаворитки на главную роль тоже на уровне и в кино она уже снималась. Говорят, что фильм неплохой, но излишне революционный для американского зрителя, поэтому на Родине его аккуратно слили. Европейцы же оценили необычную работу, и картина имела большой успех в прокате.

— У меня есть наброски сценария, — начинаю объяснять внимательно слушающим продюсерам, — Идея простая и возможно уже что-то подобное снималось. Если кратко, что звезду музыки преследует навязчивый поклонник, присылая письма с угрозами.

Далее пересказываю краткое содержание «Телохранителя» и объясняю, что очень много будет зависеть от музыки. На роль поп-дивы предлагаю Нэнси Синатру, а её охранника — Роберта Редфорда. Актёр сейчас на подъёме, а после «Пёрл Харбора» должен стать звездой первой величины. Глупо упускать такую возможность привлечь внимание к будущему хиту.

— Почему именно дочка Фрэнка? У нас достаточно иных актрис или певиц, подходящих для этой роли, — сразу спрашивают Эванс.

Судя по заблестевшим глазам, идея ему понравилась. Понятно, что все детали сценария я выдавать не собираюсь — сначала контракт и предоплата. Но думаю, что обманывать меня не будут, так как Роберт был впечатлён уровнем проработанности предыдущего проекта. Дабы развеять все сомнения, спрашиваю, есть ли во дворце хозяина студии нужная запись. Эванс отошёл на несколько минут и вернулся радостно улыбаясь.

Прошло ещё некоторое время, которое мы посвятили обсуждению кандидатки на главную женскую роль, Редфорда одобрили сразу. В самом разгаре спора появились дворецкий и слуга, которые принесли магнитофон и запустили нужную композицию[1].

Присутствующие с недоумением отреагировали на замену живых музыкантов магнитофонной записью. Некоторые подтянулись к нам поближе, дабы уточнить, чего там задумала эта неугомонная троица.

Я же пытался понять, вытянет ли Нэнси такую сложную песню, как «I Will Always Love You». Вроде у неё неплохой диапазон голоса. Да и сам образ капризной хулиганки, который создала певица, хорошо подходит для роли.

Только меня не касается, так как это будут определять продюсеры. Моё дело — сценарий и саундтрек. Мотив я помню, часть слов тоже восстановлю. Может, ещё на песне неплохо заработаю, надо будет обсудить это с Дино. Воровать, так по-крупному. Хотя, куда уж дальше? Королева у меня есть, а фильмов с музыкой сплагиачено более чем на миллион. Зачем я ввязываюсь в новую авантюру, сам не понимаю. Ведь у меня хватает дел вне кино, от которого я хотел постепенно отойти. Вернее, есть планы снять ещё два фильма и заняться экономическими проектами.

Но и совсем выпадать из нынешней тусовки тоже нельзя, здесь ди Лаурентис прав. Только мне это нужно не для поддержания собственной популярности или съёмки новых фильмов. Кинематограф — это отличное прикрытие для других проектов. Я могу спокойно посещать Европу и США, даже жить там некоторое время, и никто не заподозрит подвоха. Скажу без ложной скромности, что я уже создал образ советской звезды, которой позволен немного больше, чем другим коллегам. Мы с Франческо даже сделали небольшой взброс в европейскую прессу, который подхватили американцы. Мол, товарищ Мещерский приносит своей стране столько денег, что коммунистическое руководство из-за жадности поступилось некоторыми своими принципами.

Вот только всё это жутко надоедает. Я про работу, когда можно отдыхать. Вместо того чтобы продолжить наслаждаться вечеринкой, Эванс потащил нас в одну из комнат, где начал обсуждать новый проект. Как результат, мы предварительно договорились, что я пишу сценарий и через три месяца передаю его на утверждение продюсерам. Также с меня саундтрек и рекомендации по подбору актёров. Хотя, я своё мнение по двум главным героям высказал. Не вижу смысла заострять внимание на второстепенных персонажах.

* * *

Домой я летел в отличном настроении, хотя продрых всю дорогу. В обоих полётах меня будили на приём пищи, и пару раз реагировал собственный организм, намекая на необходимость избавиться от лишней жидкости. Главным положительным моментом был подписанный контракт. На этот раз Эванс не стал мелочиться, сразу предложив неплохие условия, что являлось определённой степенью доверия и веры в мои таланты.

Перед тем как покинуть США у меня возникла мысль посетить Париж. По идее, все дела можно решить через ди Марко, но личный контакт с моими партнёрами-капиталистами не помешает. Немного подумав, я отверг эту идею. Лучше вернусь быстрее домой, а во Францию съезжу с Аней. Почему не сделать неожиданный подарок собственной супруге? Но только человек предполагает, а обстоятельства располагают.

Кого я точно не ожидал встретить в Шереметьево, так своего куратора. Подполковник был в костюме, несмотря на тёплую погоду. В руках он держал газету, которой нервно постукивал по ноге. Хорошо, что меня никто не должен был встречать.

Я уже понял, что произошло какое-то ЧП, поэтому не стал дёргаться. Спокойно дождался своего багажа и пошёл вслед за Андреем Владимировичем. Хоть на такси сэкономлю, усмехаюсь внутренне, увидев белую «Волгу», припаркованную на стоянке. Закидываю чемоданы в багажник и сажусь на заднее сиденье рядом с «грушником».

— Алексей, что вы знаете о помощнике вашего специалиста по спецэффектам Гаврилине Георгии Михайловиче?

Подполковник смог меня удивить. Вопрос об ученике и правой руке Клушанцева, я точно не ожидал. Ещё не понимая, что произошло, выдаю имеющиеся сведения.

— Жора главный помощник Павла Владимировича и очень хороший специалист. Я бы сказал уникальный, так как это штучный товар, если можно подобным образом охарактеризовать человека. На брудершафт я с ним не пил, поэтому знаю только общую информацию. Думаю, что соответствующие органы, проверявшие техника перед командировкой, должны знать всю его подноготную.

— И это всё? — спросил куратор.

— Лучше скажите, что случилось. Я действительно общался с Жорой исключительно по рабочим моментам. Ну, посидели несколько раз в баре на Гавайях. По приезде в Лос-Анджелес я его практически не видел.

— Можно подробнее, о чём вы разговаривали. Вёл ли себя Гаврилин подозрительно, позволял себе странные высказывания или критиковал СССР?

— В моём присутствии лучше не везти всякие провокационные или антисоветские разговоры. Я могу и морду набить разного рода демагогам, — подполковник понимающе ухмыльнулся, вспомнив подобный случай из моей биографии, — Что касается посиделок и общения, то обычный мужской трёп. В нашем случае больше о работе и бабах, благо их на Гавайях в достатке. Мы всё-таки русские люди и вполне естественно, что собирались на чужбине поговорить на родном языке. Может, перестанете темнить. Что случилось? Павла Владимирович и Гоша остались ещё на несколько дней по договорённости с Госкино и должны вернуться следующим рейсом. Их привлекли к одному проекту, к которому я не имею отношения.

— В том-то и дело, что Гаврилин возвращаться не собирается. Он решил остаться в США, о чём стало известно буквально несколько часов назад. Потому я и приехал вас предупредить.

Сначала я не понял о чём речь. Потом вспомнил о невозвращенцах и не смог сдержать эмоций.

— Вот сука! Он же стольким людям сразу нагадил.

— Не обольщайтесь, Алексей. Главными виновниками постараются сделать вас с Клушанцевым. Понятно, что куратор от КГБ тоже своё получит, но сейчас надо думать не о нём. Руководителем делегации были именно вы, — обрадовал меня подполковник, — А с учётом того, что товарищ Мещерский любит заводить врагов, коих больше, чем блох на собаке, то это может иметь далеко идущие последствия.

— Блох мы переживём. Не в первый раз, — пренебрежительно машу рукой.

— Среди них есть весьма опасные субъекты, от которых просто так не отобьёшься. И если они начнут кусать вас одновременно, то боюсь, даже нам будет тяжело вас защитить.

Куратор прав. Как только недоброжелатели узнают о таком удобном поводе пнуть беззащитного Мещерского, то начнётся форменный ажиотаж среди желающих сделать это больнее. Но ничего — отобьёмся, пусть и с потерями. И надо было слетать в Париж, теперь неизвестно, когда разрешат выехать за границу. Главное, чтобы не сделали невыездным. Тогда точно придётся ставить жирный крест на большинстве моих планов.

Глава 3

Вроде давно живу в этом времени, но никак не могу к нему привыкнуть. Вернее, до сих пор меряю многие вещи с точки зрения жителя XXI века. Когда подполковник в аэропорту завёл речь, что активизируются все мои недоброжелатели из кинематографических кругов, то он оказался неправ. Почему-то Андрей Владимирович забыл сообщить про своих коллег с Лубянки и пламенных партийцев, решивших поучаствовать в новом шоу.

Я и не знал, что невозвращенец в СССР приравнивается к предателю Родины, подпадая под шестьдесят четвёртую статью УК. Только новоиспечённый господин Гаврилин строит планы на будущее в Голливуде, и плевать хотел на советские законы. А товарищам Мещерскому и Клушанцеву приходится расплачиваться за его поступки. Поступок Гоши выглядел ещё омерзительнее, с учётом того, что он оставил дома жену и двоих детей. Чуть позже я узнал о конфликте в семье нашего беглеца, который можно считать оправданием его поступка. С точки зрения подлеца, конечно. В итоге он, как настоящий мужчина, решил, что на Западе ему будет лучше. А баба сама вытянет мальчика с девочкой двенадцати и четырнадцати лет. Даже не припомню, были ли среди подобной публики уроды, бросившие семьи на произвол и растерзание? Человек просто обязан был знать, что близким достанется в первую очередь. Вроде был пилот, угнавший самолёт в Японию, и он точно бросил семью. Правда, подробностей мне вспомнить не удалось.

Но некоторые шаги, дабы прикрыть свои тылы, я проделал. Неприятность самой ситуации заключалась ещё в том, что нельзя спешить. Пока не вернулся Клушанцев, и факт невозвращения зафиксируют официально, у меня связаны руки. Поэтому, как только Павел Владимирович прилетел домой и начался лавинообразный процесс наказания непричастных, империя нанесла свой удар. Я быстренько собрал коллектив ТО «Прогресс», где поступок товарища Гаврилина предали полной обструкции. Первыми выступили мы с Клушанцевым, где совершенно искренне заклеймили подлеца и предателя. Мне даже не пришлось репетировать речь, хватило злости на этого иудушку. Ведь он по глупости может сломать тщательно выстраиваемую комбинацию, на которую я потратил столько времен и сил.

Также по ситуации высказался Бритиков, наш исполнительный директор Солодовников и, конечно, мадам Барабанова. Это был даже не доклад, а целое представление. В немного экспрессивной форме, но явно тщательно проработав текст, «бабушка-старушка» проехалась по всем. Начала она издалека — с XXIII съезда КПСС. Далее был полный набор общих штампов, транслируемых советской пропагандой. Досталось всем, начиная с космополитов, заканчивая проводниками западной культуры и лицами сомнительных моральных принципов. Понятно, что этот пассаж был направлен в мою сторону. В итоге, собрание коллектива осудило поступок Гоши, что было зафиксировано в протоколе. Вопрос его исключения из партии меня уже не касался. Да, этот деятель оказался партийным.

А вот дальнейшие события, которые понеслись со скоростью болида, как раз затрагивали меня напрямую. Три похода на Лубянку, где меня просто замучили однотипными вопросами. Беседы больше напоминали марафон, и две из них длились более шести часов каждая. Самое забавное, что формально я не виноват. Да, возглавлял группу из трёх человек. Но ведь есть ещё куратор в Лос-Анджелесе, который считался типа помощником и переводчиком. Поняв, что давить и запугивать меня бесполезно, товарищи попытались зайти с другой стороны. Мол, это именно моя излишне независимая и откровенно оппозиционная позиция, сбивает людей с истинного пути. И подобные детские заходы, которые неспособны вызвать у меня даже небольшого волнения. Кроме раздражения, растущего в геометрической прогрессии. Примечателен был последний вызов и разговор, где я, наконец, не выдержал.

Началось всё с того, что меня выдернули утром, когда я только приехал на работу. Будто нельзя было это сделать заранее. Благо сейчас в Москве нет пробок и проблем со стоянками. Раз надо срочно, то я прыгнул в автомобиль, обслуживающий ТО, и рванул на Лубянку. Ранее меня особо не мурыжили и сразу пропускали в кабинет. Сегодня пришлось подождать, что сразу вызвало острое раздражение, которое приходилось давить, дабы не наговорить лишнего.

Наконец, меня вызвали в кабинет майора, ведущего наше дело. Вернее, пока это была серия бесед. Насколько я понимаю, судить Гаврилина будут заочно, если вообще данный процесс состоится. Меня в принципе не интересуют подробности, и хочется вернуться к работе, которой накопилось немало. Не считая третьего похода на Лубянку, было ещё одно собрание коллектива, но теперь уже всей киностудии им. Горького. Ещё меня за каким-то лешим попытались вызвать в райком, но товарищи были посланы прямым текстом. Думаю, чуть позже мне за это прилетит, так как ситуация только начала раскручиваться.

— Вы не передумали, Алексей Анатольевич? Может, вспомните о событиях, которые толкнули Гаврилина на побег? Или расскажите правду?

Это у него вместо приветствия, что ли? Я думал, что сегодня мы закроем вопрос или может, всплыли какие-то новые детали. Мне же не докладывают, как там дела у невозвращенца. Советская пресса пока делает вид, что ничего не произошло. Хотя резонанс уже пошёл, так как коллеги в курсе, а значит, ещё сотни людей, с которыми они поделились горячей новостью. Странная политика с желанием всё замолчать, назначить виновных и усиленно делать вид, что это очередные происки врага. Задумываться о причинах побега точно никто не собирается. Движимый раздражением и усталостью от всего этого лицемерия сую пропуск майору. Тот сначала не понял, что происходит.

— Зачем это? Я подпишу вам документы на выход, когда мы закончим.

— Если у вас есть какие-то новые подробности произошедшего, то я готов ответить на все вопросы. В противном случае прошу избавить меня от хождения по кругу.

— Здесь я определяю, какие вопросы задавать и сколько должна длиться наша беседа. Заметьте товарищ Мещерский, речь пока не о допросе, — «гэбист» произнёс это с таким самодовольным видом, что мне захотелось его ударить, желательно ногой и несколько раз, — Но всё может быстро измениться.

Вдруг советская версия «держиморды» что-то почувствовала и явно напряглась под моим злым взглядом. Ломаю я устоявшиеся шаблоны, к которым привыкли товарищи из всесильного ведомства. Не боюсь я их, что открыто демонстрирую, тем самым доводя до бешенства. Просто в данный момент КГБ не вызывает у меня ни уважения и, тем более, страха. И собеседник это прекрасно чувствует.

— Подпишите пропуск, товарищ майор, или я пойду с ним к вашему начальнику. У меня очень много дел, чтобы тратить время на пустопорожние беседы. Если у вас есть ко мне конкретные вопросы или обвинения, то открывайте полноценное дело и проводите следственные мероприятия. Мне к этому не привыкать, и так будет честнее, — вижу, что от моих слов маска невозмутимости товарища майора трещит по швам, — Только избавьте меня от этой комедии, ещё и в столь ужасном исполнении. Как режиссёр, ставлю вам оценку два за постановку и исполнение. В следующий раз я приеду к вам исключительно при наличии санкции прокурора или суда, с юридическими деталями незнаком. Можете присылать людей для моего ареста, но будет именно так.

— Вы понимаете, что за подобные слова прямо сейчас можете последовать в камеру? Благо, тюрьма располагается поблизости, и это не займёт много времени, которого у вас так мало. Или вы думаете, что за вас снова заступятся наверху, — майор ткнул указательным пальцем в воздух, — А может, опять надеетесь на своих западных друзей?

— Подписывайте пропуск или арестовывайте. Мне действительно нечего вам больше сказать.

В общем, отбился я от разъярённого майора, который с трудом скрывал свои эмоции. Нет, он для приличия задал ещё несколько вопросов, на которые я отвечал строго «да», «нет» и «не знаю». Думаю, даже не особо умный «гэбист» понял, что ситуация является полнейшим абсурдом. Я же не мог понять, как некогда всесильная организация превратилась в своё бледное подобие. Нет, никто не хочет возвращения тридцатых с их расстрелами и пытками. Но ведь можно работать более грамотно. У меня складывается впечатление, что кроме вербовки стукачей, запугивания слабых духом и создания видимости борьбы с внутренними врагами, КГБ более ничем не занимается. Речь идёт о ситуации внутри страны, как дело обстоит на Западе — мне неизвестно. Того же Солженицына не могут урезонить уже более года. И ведь никто не заставляет спецслужбы устраивать новый террор. Но нужна какая-то разумная тактика, я уж молчу про стратегию, дабы бороться с антисоветчиками. Пока же нескольких маргиналов, причём совершенно безобидных, заперли в психушку, на чём и успокоились. А главные враги, окопавшиеся во многих госучреждениях, связанных с культурой, действуют, чуть ли не открыто. Особенно это процветает в республиках, где центр давно перестал следить за прогрессирующим национализмом.

* * *

Следующими в борьбу за правду и пресечение происков врагов, вступили коллеги. Через два дня после маленькой победы над КГБ, которая может стать пирровой, меня вызвали на собрание актива Союза кинематографистов. Чего-то они поздно, или просто ждали команду «фас»? Мне от этого не легче, так как не удаётся сосредоточиться на работе. Ещё и коллектив изрядно потряхивает. Народ пересказывает слухи, которые обрастают всё новыми подробностями. Пришлось пугнуть коллектив административным ресурсом, пообещав лишить премий тех, кто сомневается в дальнейшем существовании ТО и саботирует работу. Вроде успокоились, в отличие от меня.

Как здесь не нервничать, если тебя постоянно дёргают. И это ведь ко мне пока не применили жёстких санкций. Не удивлюсь, если наверху решают, стоит ли сильно давить на курочку, несущую золотые яйца. Поэтому сегодня у меня поход в «Госкино» и новое собрание.

Прямо какое-то дежавю. В президиуме Романов, Кулиджанов, главный киношный парторг, а ещё мой старый «друг» Пархоменко, представляющий «Минкульт». Я понимаю зачем Фурцева держит этого товарища в замах. Дяденька глуповат, до невозможности труслив и управляем. Даже с учётом его принадлежности к другому партийному клану, подобный кадр гораздо удобнее какого-нибудь талантливого карьериста. А вот как реагировать на наличие среди этой компании Василия Шауро, я даже не знаю. Он вроде как находится в контрах с главой «Госкино» Романовым, которого хотел убрать ещё в прошлом году. С другой стороны — этот лицедей является заведующим отделом культуры ЦК и принадлежит к «сусликам».

Рядом с сухопарым Шауро расположился мордатый и полный товарищ в очках, демонстративно погрузившийся в какие-то бумаги. Позже я узнал, что это зам отдела Филипп Ермаш. Кстати, на поверку будущий глава «Госкино» оказался неплохим человеком, только в данный момент я ждал подвоха от любого присутствующего. А народу собралось немало. Можно сказать, что сегодня в Москве собрался весь цвет советских режиссёров и части актёров. Наверное, подтянули тех, кто был в столице, так как летом достаточно народу на съёмках за пределами Первопрестольной. Были даже представители республиканских киностудий. В общем, собрание обещает быть нескучным.

В качестве раскачки выступил секретарь союза кинематографистов, описав ситуацию. Естественно, товарищ высказал свою версию произошедшего, вернее, одобренную начальством. Язык у дяденьки подвешен неплохо, но зачем так долго растекаться по древу? После вполне себе нормального начала, пошла какая-то методичка, напичканная лозунгами и прочими марксистско-ленинскими постулатами. Вроде в актовом зале собрались достаточно грамотные и состоявшиеся люди. Вот зачем нести всю эту муть, набившую оскомину любому советскому человеку? Но наконец, товарищ разогревающий публику, выдохся и, под шепотки коллег, покинул трибуну.

Я же начинаю понимать, что предыдущая победа над партократией спущена в унитаз, благодаря одному придурку. Тут занимаешься делом и уже начинаешь забывать, что есть такие собрания, которые могут больно ударить по дальнейшей карьере любого кинематографиста. С учётом количества явных и скрытных недоброжелателей, ситуацию могут повернуть в любую сторону. Мозолей я оттоптал достаточно, ещё надо учитывать обыкновенную зависть. Следующее выступление полностью доказало мою правоту.

Парторг «Госкино» говорил менее эмоционально, чем предыдущий докладчик, даже скучно. Он тоже периодически ссылался на теоретиков коммунизма, но использовал все эти цитаты строго по делу. Товарищ задался целью, выставить меня в качестве главного виновника произошедшего, объясняя это игнорированием базовых скреп советского общества. К этой мысли публику подводили постепенно, но целенаправленно. Обвинения вроде того, что я беспартийный и поэтому игнорирую мнение партактива, напрямую не прозвучали, но хватило косвенных намёков. Если обобщить мысли пламенного коммуниста, то в побеге Гаврилина виноват именно Мещерский, так как его ТО «Прогресс» является рассадником антисоветчины и анархии. А ещё наш коллектив заглядывает в рот Западу и наносит вред великому советскому кинематографу. Опять-таки напрямую обвинения не прозвучали, но собравшиеся всё прекрасно поняли.

А вот третий докладчик меня удивил. Обычно товарищи столь высокого ранга подобные выступления считают ниже своего достоинства. Ещё меня просто бесит этот устаревший говорок и обороты, которые использует старшее поколение. Вроде конец шестидесятых на дворе. Неужели за десятки лет нельзя было избавиться от этих «тихой», «коротенькой» и «дикой» вместо «ий»? Или это у меня уже бзик на нервной почве? Ведь товарищ из ЦК копнул гораздо глубже. С учётом того, что Шауро являлся форменным позёром и лицедеем, речь его длилась долго и изобиловала явными домашними заготовками. Только его слова от этого звучали не менее мерзко. Уже после лицемерного сборища, гуляя по улицам, я анализировал выступление номенклатурщика. Несколько фраз буквально врезались в память и заставили задуматься, а не открыта ли на меня охота.

— Вообще, — негодовал Шауро, картинно размахивая руками, — у нас появился за последнее время какой-то зуд на совместные постановки с буржуазными кинокомпаниями. Сначала кому-то пришла в голову идея снять «Дубровского» с итальянцами. Далее пришёл запрос на «Анну Каренину» и «Леди Макбет Мценского уезда», где отметились ещё и французы. Речь, правда, шла о телефильмах. И мы правильно сделали, что отказали в этих совместных проектах. Но вдруг, обсуждаемый нами товарищ Мещерский, путём интриг, буквально навязал того же самого итальянца ди Лаурентиса, который уговаривал «Госкино» на совместные съёмки «Дубровского».

Они там все реально конченные? Итальянцы и французы сами предложили снимать фильмы по одноимённым романам русской классической литературы. Мало того что это неоценимый опыт, который могли приобрести отечественные режиссёры и актёры, но ведь это же ещё и деньги! Может, давая разрешение на совместные проекты, «Госкино» перестало бы трястись над каждым долларом. Кто мешает чиновникам зарабатывать, а на вырученные средства закупать новое оборудование, плёнку, или отправлять кинематографистов стажироваться у западных коллег?

Далее Шауро заклеймил моё увлечение западной культурой и попросил присутствующих принять меры дисциплинарного характера.

«Мы не будем исключать вас из Союза кинематографистов, товарищ Мещерский. Это не наши методы и надо учитывать ваши прежние заслуги. Но наказание за подобный проступок, когда в ТО „Прогресс“ творятся вопиющие нарушения, должно последовать незамедлительно. Именно вы вскормили предателя и дали ему возможность сбежать, опозорив Советский Союз».

«Потакание буржуазным ценностям и западному образу жизни, когда-нибудь должно было привести к подобному. Не секрет, что Алексей Мещерский установил во вверенном ему объединении совершенно недопустимую систему работы, отличающуюся от социалистических методов хозяйствования. Надо что-то с этим делать, товарищи!»

Суки! Номенклатурщики и так закрыли все артели, что в первую очередь ударило по производству товаров лёгкой промышленности и создало дефицит. Ещё были введены какие-то кошмарные правила для селян, которых обязали платить запредельные налоги за личное хозяйство. Вместо того чтобы бороться с дефицитом, партократы его создают. И почему-то особенно жёсткий контроль за соблюдением всех этих норм существует в РСФСР. Другие республики, особенно южные, как-то умудряются эти меры обходить. Это я не придумал, а прочитал в одном из журналов.

Шауро, наконец, закончил свой огненный доклад и даже удостоился аплодисментов, в основном товарищей из президиума. Собравшиеся здесь кинематографисты отнюдь не дураки, и многие помышляют пойти по-нашему с Чухраем пути. То есть перейти на хозрасчёт и подобные методы работы. Их точно не воодушевила речь чиновника заявившего, что надо отказаться от дополнительных доходов и работы с иностранцами. Так что не всё так плохо. Меня в киношной среде не особо любят, но здесь могут пострадать интересы многих влиятельных режиссёров.

Я думал, что мне не предоставят слова. После Шауро выступил Кулиджанов, который был настолько обтекаем, что от его речи хотелось зевать и смеяться одновременно. Если читать между строк, то «товарищ Мещерский виноват, но он не виноват». Тоже неплохая позиция, потому что Лев Александрович для кинематографистов свой человек, и пользуется большим уважением. В подобной манере, которую можно назвать мягкой силой, он умудрялся отстаивать многие картины, которые хотели поставить на полку. Его выступление я трактовал как поддержку, но очень завуалированную.

Наконец, мне дали возможность выступить в свою защиту. Правда, предварительно опять влез парторг и настоял на коллективном письме, которое должно осудить мою работу, а подписать его должны все присутствующие. Для чего это нужно, я даже знать не хочу. Надо сосредоточиться на своём выступлении.

— Я никогда не понимал одной вещи, о которой часто любят говорить некоторые товарищи. Это касается такой вещи, как воспитание, — начинаю речь вроде как не по теме, заставив зал настороженно замолчать, — Мне всегда казалось, что воспитывать ребёнка обязаны родители. В яслях и детских садах тоже есть такие профессии, как воспитатель и нянечка. Ещё подобные люди требуются для детских домов и интернатов, где растут дети, лишённые родителей.

— Алексей Анатольевич, можно ближе к делу, — довольный Романов решил меня подогнать.

— Так вот. В школах, училищах и институтах, у нас уже не воспитатели, а учителя, — игнорирую реплику главы «Госкино», и продолжаю выступление в прежней манере, — Для меня является загадкой, почему многие люди считают, что там должны воспитывать детей? То есть родители перекладывают свои обязанности на учителей — мол, вам за это платят, вы и воспитываете. Забывая, что школа даёт человеку знания и базовые навыки поведения в обществе. Что касается общих понятий культуры и морали, то они закладываются в семье. И я просто в полном недоумении от того, что уже взрослых людей надо воспитывать на работе.

— Правильно, ты-то можешь себе позволить сразу уволить любого сотрудника. Но ведь Мещерский у нас особенный! А что делать нам — простым смертным? — выкрикнул из зала один заслуженный товарищ, которого коллеги поддержали дружным гулом.

— Никто не мешает вам избавляться от алкоголиков, лодырей и неумех. Директор не должен нянчиться со взрослыми мальчиками и девочками. В нашем ТО мы всегда поможем молодому специалисту, поделившись с ним опытом, которого у него пока нет. Старшие товарищи могут помочь советом по бытовым и жизненным вопросам. Но почему я должен воспитывать или нянчиться с сотрудниками? Если человек не нарушает дисциплину и работает хорошо, то мы его премируем. В противном случае есть штрафы, но обычно подобные персонажи у нас не задерживаются. Если надо, то мы идём на конфронтацию с любыми органами, и человек освобождается от своих обязанностей по статье. Это нормально, так как «Прогресс» не санаторий, а организация, работающая в достаточно напряжённом графике.

— Товарищ, Мещерский, — опять подал голос Романов.

— Я уже приближаюсь к сути, извините за столь долгое вступление. На каждом предприятии есть такая нужная должность, как парторг. Эти товарищи регулярно устраивают собрания, проводят товарищеские суды и занимаются прочими полезными вещами, — судя по ухмылкам на некоторых лицах, мою шутку оценили, — Почему-то сегодня я ни разу не услышал выпадов в сторону этих товарищей. Гаврилин — член партии с пятилетним стажем, он принимал участие в работе над пятнадцатью фильмами ещё в Ленинграде. На ТО «Прогресс» Георгий перешёл сформировавшейся личностью и отличным специалистом. Партийные организации киностудии имени Горького и «Госкино» завизировали его заявление на разрешение работать в США. Более того, человек женат, имеет двух детей, которых он благополучно бросил, оставшись за границей. Может, кто-то объяснит мне глупому, в чём моя вина? Если родственники, коллеги, и даже партийная организация за много лет не рассмотрели гниль внутри человека, то, как это мог сделать я за несколько месяцев? Давайте-ка, мы разделим вину между всеми сторонами. Только учтём временной отрезок. Например, я знаю Гаврилина около десяти месяцев, включая время работы за границей. Руководство «Ленфильма» и «Лендока» работали с Георгием более пятнадцати лет, пять из которых он состоял в партии. Местная партийная организация, куда беглец перевёлся по приезде в Москву, должна нести такую же, если не большую ответственность. В первую очередь это парторги киностудии Горького и «Госкино». Поэтому я предлагаю провести расширенное заседание кинематографистов, пригласить ленинградских товарищей, мнение которых необходимо выслушать. После этого надо создать независимую комиссию и определить всех виновных. В этом случае я приму любое решение, вплоть до исключения меня из Союза кинематографистов. Пока же всё происходящее напоминает судилище, где часть виновных пытается уйти от ответственности. Спасибо за предоставленное слово!

Находиться далее на этом шапито мне было тяжело, но я нашёл силы остаться и не хлопать дверью. Поэтому под аккомпанемент гудящего зала, сажусь на своё место и молчу, наслаждаясь испуганным видом парторга и растерянными физиономиями чиновников. Пусть делают что хотят, но просто меня не потопить. Буду цепляться зубами и когтями, потянув за собой кого только смогу.

* * *

В результате товарищи киношники ничего толком не родили. Было ещё несколько выступлений, в том числе незапланированных. Радует, что часть коллег меня поддержали, согласившись с необходимостью создания комиссии. Если кратко охарактеризовать итоги собрания, то гора родила мышь. Произошло именно то, чего я добивался, но слабо верил в подобный исход. Потоки словоблудия затопили спланированную операцию. При этом некоторые докладчики начали менять тему и стали жаловаться на свои проблемы, коих было немало. Нарушение дисциплины и невозможность воздействовать на работников, тоже были озвучены и вызвали дискуссию в зале, которую с трудом прекратил глава «Госкино».

Поняв, что так красиво начавшееся заседание, грозит перерасти в свалку, Романов попытался направить его в прежнее русло. Но подписывать осуждающее письмо коллеги напрочь отказались. Я ведь не сбегал за рубеж, а значит, пусть виновных определяет комиссия. Думаю, многие встали на мою сторону из-за откровенного фрондёрства по отношению к власти, процветавшего среди деятелей культуры. Плюс, старшее поколение помнит позапрошлого вождя, при котором подобные собрания ломали людям судьбу. Или я плохо думаю о людях, и они проявили здоровую гражданскую позицию? Не важно, но именно с этой стороны мне была оказана неожиданная поддержка. Чувствую, что придётся отдариться в ответ. Надо заехать к Чухраю и уточнить у него про подобные нюансы.

Пока же я работаю, стараясь не обращать на внешнее напряжение. Внутренне меня уже ничего не гложет. Решил, что пусть события катятся своим чередом. Ведь у меня есть и союзники, хотя ГРУ не может проявить свою позицию публично. Что касается Фурцевой, то я давно перестал понимать её отношение к моей скромной персоне. В глубине души теплится надежда, что ко мне не отнесутся как к балласту, когда придётся делать выбор.

Дома я старался не показывать наличие проблем. Но Аня не дурочка, поэтому явно знает больше, чем положено. Она общается с Пузик, а значит, та просто обязана была рассказать о происходящем. Хорошо, что супруга не лезет с расспросами, и мы старательно обходим эту тему.

Чтобы совсем немного отвлечься, я решил съездить с молодыми коллегами во Владимир, Ростов и Суздаль. У нашей молодёжи возникла идея, к которой я их аккуратно подводил, снять документальный фильм о городах «Золотого Кольца». Само понятие, объединившее исторические центры русского народа, ввёл пару лет назад журналист Бычков. Кстати, коллега Светочки и отличный человек, увлечённый культурой и искусством. Надо будет попробовать привлечь его в качестве консультанта, когда будет написан черновик сценария будущего проекта. Сама мадам Капитонова на горизонте не показывается, так как сейчас в отпуске. Оно и к лучшему.

Впечатления от посещения исторических городов, были не особо приятные. Сама архитектура находится в достаточно приличном состоянии, особенно недавно отреставрированный после смерча Ростовский кремль. Но вот инфраструктура городов и дороги оставляют желать лучшего. Давненько я не ночевал в таких убогих гостиницах. Благо, что в это время можно нормально поесть в любой столовой. Но мы сделали главное — встретились с нужными людьми и обсудили формат съёмок. Местный народ, особенно работники музеев, нашей идеей прониклись и пообещали всяческую поддержку. Приятно общаться с подобными людьми, увлёчёнными своей профессией. Да и душевнее они, чем в столице. Надо будет сделать небольшой тур и приехать сюда вместе с Аней, раз Париж у нас обломался.

И вот я весь такой одухотворённый и просвещённый возвращаюсь вечером домой. На студию не поехал, так как немного устал с дороги, и очень хотелось принять душ. Захожу в шикарный подъезд высотки, здороваюсь с хмурой консьержкой и поднимаюсь на свой этаж. Квартира ещё сохранила запахи недавно сделанного ремонта, но их перебивает аромат, доносящийся с кухни.

Чего я точно не ожидал, так это растерянную Аню, читающую газету. Это даже больше напоминает панику, судя по испуганному взгляду, обращённому в мою сторону.

— Это напечатали позавчера в «Московском комсомольце», а сегодня вышла статья в «комсомолке», — супруга протягивает мне две газеты.

«Слуга двух господ» красуется на первой полосе ежедневного издания, предназначенного для молодёжи Москвы и Подмосковья. Быстро пробегаюсь по статье, пытаясь понять, о чём речь. А всё очень просто. Меня открыто и весьма профессионально обвинили в потакании западной культуре. Авторы провели хорошую работу, приведя множество примеров деятельности ТО. При этом про наши заслуги в популяризации собственной истории и культуры, почему-то забыли.

«Я же свой, буржуинский!» вторило своим коллегам центральное издание. Здесь уже совершенно не стеснялись. Меня откровенно клеймили в страшных, по меркам сегодняшнего времени, грехах. Суки! Ещё эпитеты подобрали грамотные и звучные. Заодно прошлись по «Пёрл-Харбору», обвинив в нивелировании заслуг советской армии в победе над Германией. Фильм ещё не вышел, но кто-то очень хорошо постарался, снабдив писак нужным материалом.

Похоже, Лёша Мещерский довыёживался.

Глава 4

— Это получается, что нас расформировывают? — выразила общее мнение Пузик.

Получив окончательное решение от вышестоящих инстанций, я не стал плодить слухи, а просто собрал весь коллектив в актовом зале киностудии. Неожиданно в помещение набилось гораздо больше народа, чем работает на нашем объединении. Наверное, людям нечем заняться, а многие решили таким образом выразить поддержку и сочувствие коллегам. Вижу, что часть присутствующих с трудом сдерживает довольные ухмылки. Или это я себя накручиваю и просто злюсь, плохо думая о людях? Может, кто и завидует нашим зарплатам и успехам, но не до такой же степени.

Поглядывая в зал, зачитываю постановление, которое коснулось непосредственно нашего объединения. Есть ещё один пункт, но предназначен он лично для меня. Судя по реакции, народ был возмущён и не совсем понимал, что происходит. Вот и Оксана не выдержала, задав волнующий всех вопрос.

— Вы невнимательно меня выслушали. Часть наших сотрудников переходит в «Гостелерадио». Это касается ведущих, режиссёров и других работников, непосредственно работающих на ТВ и радио. Что касается творческой части, эти сотрудники остаются в системе ТО. Так как интеллектуальные права на передачи принадлежат «Прогрессу», то у нас будут закупать сценарии и новые проекты на договорной основе. Вот такое половинчатое решение. Но большего отстоять не удалось, — после пояснений народ начал шушукаться, но я пресёк разговоры, подняв руку, — Что касается сериалов, документальных и образовательных фильмов, то всё остаётся по-прежнему. Люди могут спокойно работать и не отвлекаться на слухи. То же самое касается полнометражного кино.

Если называть вещи своими именами, то у меня отобрали рычаг влияния на массы. Это ещё хорошо, что главой «Гостелерадио» является Месяцев. Николай Николаевич пообещал, что не будет вмешиваться в работу творческих коллективов и формат передач останется прежним. Посмотрим, как оно выйдет на самом деле. Мне даже понятна логика подобного решения, когда государство не хочет делиться правом единолично обрабатывать умы граждан. Вот только у нас был креативный подход, далёкий от принятой в СССР системы. Мы не рассказывали про искусство, кино и музыку исключительно с точки зрения марксизма-ленинизма. Наши ведущие просто общались с людьми, объясняя всё простым языком, без идеологических штампов. Поэтому передачи и пользуются такой бешеной популярностью. Народ не обманешь, и сотни тысяч писем с благодарностью простых людей для меня дороже денег. Что будет при новом формате, пока непонятно. Надеюсь, что крена в идеологию удастся избежать.

Благо, хоть в детских и развлекательных передачах не требовалось постоянно благодарить партию и лично «дорого Ильича». Есть надежда, что их не переформатируют и не превратят в унылое нечто. Всё-таки народ привык к определённой подаче, и это может вызвать массовое недовольство. Хотя, в моей реальности Лапин закрыл КВН и выгнал со сцены нескольких ярких певцов, а советские граждане спокойно это скушали. И это несмотря на то, что передача и артисты были безумно популярны.

Из положительных новостей надо отметить факт, что власти не отняли типографское оборудование, которое мне поставил «LV». Не знаю, как теперь будет с литературным журналом, где уже практически сформирована редакция. Пока указаний на этот счёт не было, но печатать зарубежные детективы и фантастику нам разрешили, даже утвердили лимиты на бумагу. На безрыбье и рак рыба. Только есть у меня подозрения, что каждое произведение, предназначенное для советского читателя, придётся выбивать с боем. Всё это промелькнуло у меня в голове, пока зал гудел, обсуждая услышанную новость. Надо сворачивать этот митинг, а то стукачи всех мастей наверняка готовы донести о противоправной деятельности товарища Мещерского.

— Коллеги, — обращаюсь к залу, — Давайте не будем устраивать из сложившейся ситуации трагедии. По большому счёту, всё остаётся без изменений, только часть коллектива меняет работодателя. Я отдельно обговорил с руководством «Гостелерадио» возможность совмещения для тех, кто параллельно работает над другими проектами «Прогресса». А ещё — никого не заставляют менять место работы насильно. Все желающие могут остаться, благо, задумок у нас хватает. Вы ещё взвоете от объёма работы, и опять будете обвинять Мещерского в эксплуатации советских граждан, доказывая, что крепостное право отменили более ста лет назад. Что касается окладов на ТВ, то они будут сопоставимы с вашими нынешними доходами.

Народ шутку про загруженность работой оценил, заулыбался и немного успокоился. А ещё многие облегчённо выдохнули, услышав новость, что они не потеряют в деньгах. Вернее, самые умные правильно поняли намёк о совмещении, и воспользуются этой лазейкой. Если брать чистую зарплату, то у нас она сопоставима с государственными объединениями. Только в «Прогрессе» есть шкала премирования, позволяющая зарабатывать гораздо больше, чем у конкурентов.

После десятка вопросов общего характера, дальнейшее проведение собрания потеряло всякий смысл. Я перенаправил людей в бухгалтерию и девочкам Каплана, которые заранее получили необходимые инструкции. Сам же засел в кабинете и принялся за новый сценарий. Несмотря на нервотрёпку и суматоху последних дней, меня охватил самый настоящий творческий зуд. За неполную неделю я умудрился написать более двадцати листов текста, что соответствует примерно десяти — пятнадцати минутам фильма. То есть примерно одна двенадцатая часть картины уже есть в бумажном виде. Понятно, что это черновик, который будет ещё не один раз переписываться, но заданный темп просто радует.

Наверное, это ответ моего мозга на складывающиеся обстоятельства. Таким образом я выпадаю из окружающей реальности, погружаясь в выдуманную историю, по которой будет сниматься новый фильм. Но сегодня отключиться не получилось, так как в кабинет буквально ворвался актив ТО во главе с одной рыжей особой.

Пузик нагло плюхнулась на стул и махнула рукой секретарю, настороженно выглядывающей из-за открытой двери. Через несколько мгновений смущённые Каплан, Моисеич и Солодовников, заняли свои места. Заодно подоспел чай с сушками и пряниками от вроде как моего секретаря.

— Алексей, нам ты можешь рассказать, что вообще происходит? — начала разговор бобруйская принцесса, сделав глоток чая, — Понятно, зачем у ТО отняли проекты в пользу «Гостелерадио» — удивительно, почему это не сделали раньше. Надеюсь, на этом аппетиты изымателей чужого труда ограничатся? Ты понимаешь, что коллектив далёк от спокойствия?

— Предварительные договорённости по «Прогрессу» я озвучил. Придётся отдать проекты вместе с людьми. Что касается сохранения сценаристов, то здесь вопрос скользкий. Никто не мешает новым руководителям переформировать программы под своё видение.

— И ты это позволишь? — воскликнула Пузик.

— Все наши работы официально зарегистрированы и закреплены за ТО. Поэтому я и не стал воевать за их сохранение в нашей системе, ограничившись рычагом влияния. Если товарищи захотят нарушить подписанное соглашение — значит, получат войну. Всё остальные проекты продолжат действовать. Более того, третий канал ТВ частично остаётся под нашим контролем. Как вы правильно заметили, у нас отобрали самые популярные телепередачи и все радиопрограммы. Что касается всего остального, то мы делаем даже шаг вперёд. Оборудование для собственной типографии уже в стадии наладки. Вскоре должно выйти решение по студии грамзаписи. Если оно будет положительным, то мы сильно расширим сферу нашей деятельности. Сначала я думал просто копировать пластинки, но изменил первоначальные планы. У нас будет своя звукозаписывающая студия, аналогов который в СССР нет! А это неплохие деньги, на которые мы сможем снимать больше фильмов.

Уф. Вроде удалось успокоить своих главных соратников. Особенно это касалось Пузик, которая не смирилась с грабежом, как она назвала передачу проектов. Рыжая была готова воевать и использовать все свои связи. Только компромиссное решение по моей деятельности принималось в ЦК и обратной силы не имеет.

Далее мы переключились на текущие дела. Оксана долго пытала меня на предмет сценария, который я пишу. Мол, нехорошо скрывать свои планы от друзей и руководства ТО. В конце разговора пообещал, что всё расскажу, когда будет конкретика. Заодно договорились, что через неделю будет совещание по поводу утверждения сценариев для новых художественных картин.

Блин. Пришли, сбили меня с панталыку, и довольные ушли работать. А я теперь из себя даже слова выдавить не могу. Попросил секретаря сделать ещё чаю, а сам начал анализировать три важных разговора, которые решили мою судьбу. Вернее, скорректировали планы товарища Мещерского на ближайшие два года, если не больше. Хотя, нельзя так далеко прогнозировать сложившуюся ситуацию. Моя здешняя жизнь напоминает американские горки. В данный момент я просто качусь вниз, чтобы завтра резко взмыть вверх или рухнуть в пропасть. Если возвращаться к разговорам, то два из них касались моей карьеры. Последний диалог больше затрагивал личную жизнь одного самовлюблённого режиссёра и оставил неприятное послевкусие.

* * *

— Я не буду читать тебе нотации и воспитывать. Ты взрослый человек и сам должен отвечать за свои поступки, — сегодня Фурцева опять решила играть в большого начальника, чуть ли не с порога начав обвиняющую речь.

Только у меня было такое отвратное настроение, что мне не до подобных спектаклей. Неопределённость, слухи и поливание грязью в газетах, сделали своё дело. Меня выбили из колеи и поколебали уверенность в адекватности советского руководства. Заодно разозлили просто до невозможности.

— Вы хотите сообщить, что-то важное? — спрашиваю, старательно сдерживая злость.

Уж очень мне не понравились некоторые сравнения и гнилая политика бить исподтишка, не дав человеку возможности ответить. Фурцева всё это наверняка знала и могла пресечь. Единственным человеком, кто публично за меня заступился, оказалась Капитонова. Светочке удалось продавить через редакцию «Советской культуры» статью, где были описаны мои заслуги и достижения. А клеветникам задали простой вопрос, могут ли они похвастаться подобными успешными проектами. Подобное даже защитой не назовёшь, так как статья была написана эзоповым языком. Но даже этого хватило, чтобы на правдорубку обрушился целый шквал негодования. Но мадам Капитонова не плюшевая игрушка, и огрызнулась очень жёстко. В итоге, конфликт замяли. Война с главредом популярного приложения с миллионным тиражом, которая ведёт одну из самых популярных программ на радио и представляет весьма влиятельную семью, в планы кукловодов не входила. Заодно и меня перестали костерить, резко сбавив обороты. Только фамилии журналистов и прочих критиков я записал в отдельный блокнот. Земля — круглая, ещё пересечёмся, а у товарища Мещерского очень хорошая память.

И вот сейчас Фурцева, вместо обычного разговора, где можно было объяснить ситуацию по-человечески, включила осуждающий режим. Далее она озвучила мне условия, в случае выполнения которых, ТО «Прогресс» получит право на дальнейшее существование. В принципе — не так плохо, могло быть хуже. Определённый маховик мною запущен, и тема пошла в массы. Если даже завтра начнут ломать построенное, то новые программы будут отталкиваться от нашего базиса. Народ привык к определённому стилю, и может не понять столь кардинальной деградации. А вот следующим заявлением Фурцева меня натурально огорошила.

— В связи с тем, что член возглавляемой тобой делегации отказался возвращаться на Родину, к участникам этого события будут применены санкции. Вам с Клушанцевым впредь запрещено работать в любой капиталистической стране. Проекты с социалистическими странами под запрет не попадают. Это окончательное решение, и я не в силах его отменить, — министр строго посмотрела на меня, но, не дождавшись реакции, продолжила, — Ты заигрался и стал совершенно неуправляемым. Но гораздо хуже то, что многие деятели искусств берут с тебя пример и задают вопросы. Ключевой из них — почему Мещерскому можно, а нам нельзя? Хозрасчёт — вещь нужная, и одобряется партией, вот только желание наших деятелей массово ехать за рубеж, заключая соглашения с иностранными импресарио, совершенно неприемлемо. Ведь под этим подразумеваются прямые соглашения и поступление выручки исключительно творческим коллективам, минуя государственный бюджет. По крайней мере, так руководители ансамблей, оркестров и отдельные артисты, видят сложившуюся ситуацию.

— Я не оспариваю решение властей, но хотелось бы услышать ответы на некоторые вопросы. Зачем было устраивать самую настоящую травлю в прессе? Неужели нельзя было договориться в тихой и спокойной обстановке? И какое отношение мы с Павлом Владимировичем имеем к невозвращенцу? Если другие артисты хотят зарабатывать за рубежом, то, причём здесь я?

— Притом, что ты демонстративно отказался отдавать свой гонорар за американский фильм и оставил его в западном банке. Ты думаешь, что слухи ещё не дошли до Москвы? Может, вы с Клушанцевым будете молчать. Только есть работники посольства и «Внешторга», которые уже поделились столь вопиющим поступком. Эта информация уже дошла до нужных ушей. Если ты не собираешься сбегать за рубеж, то зачем тебе валюта на Западе? Почему все артисты сдают деньги в казну, получая дома сертификаты, а Мещерский у нас особенный?

Может, потому что ваши командировочные — это форменное издевательство? На эти подачки в Париже даже кофе нормально не выпьешь, про что-то более крепкое я уж молчу. А мне нужны деньги на представительские расходы. Даже самые непримиримые враги не смогут обвинить меня в корыстолюбии и стяжательстве. Только этого я говорить не стал, дабы окончательно не рассориться с Фурцевой. Но внутри меня всё кипело!

Какие же они все здесь тугие! Да, я мог остаться в Европе после второй поездки. Деньги уже были, появились связи, а в Москве уже ничего не держало. Это я виноват, что артисты не могут купить дома элементарных вещей? Поэтому народ и готов душу продать за сертификаты «Берёзки». Валюта им тоже нужна, чтобы притащить из-за бугра шмотьё и технику. Даже Клушанцев, вроде солидный и скромный человек, закупился в США так, что стал похож на челнока из девяностых моего мира со всеми своими баулами. Может, надо лечить причину, а не следствие? Смысл талдычить из каждого утюга о лучшей стране в мире, если вы не можете обеспечить народ элементарными товарами? Я уж молчу про стройматериалы, с которыми сам намучился во время ремонта. Это надо учитывать, что народ в массе своей ещё живёт достаточно скромно. В конце шестидесятых массовая покупательская способность только начала расти. А дефицит уже ощущается во многих магазинах.

— Ещё ЦК был возмущён тем, что советский режиссёр снял абсолютно лживый фильм. Ты подыграл американцам в пропаганде мнения о решающем вкладе их армии в победе над Германией, — Екатерина Алексеевна продолжила вещать форменную ересь, — Скажи спасибо, что итоговое решение вышло столь мягким. За подобные проступки, наказание должно быть гораздо строже. Леонид Ильич помнит твой прошлый фильм, и тебе дано право исправить совершённые ошибки. Надеюсь, ты оценишь подобное отношение.

Препираться с Фурцевой я не стал, так как её последняя фраза была уже из области психиатрии. Просто подтвердил, что понял и принял решение начальства. Забрал бумаги с детализацией процесса раздела ТО и вежливо попрощался. Только непонятно, почему такими мелкими делами занимается министр культуры? Романов с радостью бы донёс до меня столь замечательную новость. А ещё у меня возник резонный вопрос — как они могли определить, что фильм превозносит заслуги американцев, если его ещё никто не видел? Неужели агенты КГБ выкрали копию из сейфа Эванса?

* * *

— Проблема в том, что мы не можем влиять на события напрямую. Внутренняя политика вне нашей компетенции. Есть вариант, когда наш руководитель обращается к генсеку, но это вопиющий случай. Надо ещё учитывать, что подобный шаг вызовет ненужные вопросы.

С куратором мы встретились в одном из пустующих павильонов киностудии. Сегодня бригада строителей монтировала вентиляцию. Подполковник изображал роль инженера, дабы не привлекать излишнее внимание. После всех последних скандалов, нельзя было исключать, что за мной весьма плотно наблюдают. И вот представился удобный случай для встречи.

Андрей Владимирович не сказал ничего нового. Он просто прояснил некоторые моменты и немного меня успокоил. По его словам, я стал разменной пешкой в схватке двух группировок. Пока победили «идеологи», получившие в качестве приза возможность разрушить или подмять под себя часть моих начинаний. Как-то всё это мелочно. Что изменится, если завтра закроют пару музыкальных передач? Советские люди перестанут слушать западных исполнителей?

— Какова причина такой жёсткой реакции? Я понимаю, что человек сбежал из самого лучшего государства в мире, — произношу с усмешкой и морщусь от звука начавшей работать «болгарки», — Но никто не провёл реального расследования, кроме трёх странных допросов. Просто из меня сделали крайнего, ещё и в газетах хорошенько грязью полили. И я уверен, что вы могли снизить накал этой неадекватной агрессии.

— Алексей, не изображайте из себя дурачка. Вы вступили в конфронтацию и унизили уважаемых людей, ведающих одним из ключевых направлений партии. Более того, у товарищей фактически отняли часть их хлеба. Странно, что ответа пришлось ждать так долго. С другой стороны, они дождались вашего прокола, ещё и двойного, грамотно преподнесли его руководству страны, и вот всемирно известный режиссёр остался беззащитным. Вам бы привезти копию «Пёрл-Харбора», чтобы показать фильм сами знаете кому, — теперь уже улыбался подполковник, хотя его тоже нервировал работающий инструмент, — Что касается нашего участия, то вы не знаете подробностей. Поверьте, именно мы, а не товарищ Фурцева, продавили решение о сохранении ТО «Прогресс». К сожалению, наложенные на вас ограничения останутся в силе. Надеюсь, это не помешает нашей совместной работе? И ещё, вскоре в верхних эшелонах произойдут определённые изменения, что поможет смягчить, наложенные на вас санкции. Но пока не могу озвучить вам подробности.

Я уже достаточно живу в этом мире, чтобы читать между строк и понимать разговор, состоящий из намёков. «Суслики» дождались удобного момента и ударили из всех орудий. Заодно грамотно оболгали мою работу перед главным киноманом СССР. Что касается всего остального, то я больше верю в помощь ГРУ, нежели Фурцевой. Ладно, прошлого не изменить, и придётся работать в изменившихся условиях. Правда, есть у меня парочка козырей в рукаве. Надо будет их использовать. А вот с джокером придётся повременить.

— А что вы хотите сделать в этом павильоне? — вдруг спросил куратор, — Судя по проводимым работам, здесь планируется провести новую вентиляцию и поставить стеклянные перегородки. Ещё я видел трубы и сантехнику. Неужели нельзя подобрать готовое помещение для съёмок?

— Это будет спортивный зал, а не съёмочный павильон. Вентиляция и душевые — необходимый элемент для комфортного занятия спортом большого числа людей. Что касается стеклянных витрин, то зал будет разделён на атлетическую и гимнастическую часть. Скажем так, это будет стимулировать обе стороны — я про женщин и мужчин — заниматься усерднее, — мне с трудом удалось не рассмеяться, увидев растерянное лицо подполковника, — Что касается нашего общего дела, то у меня есть интересное предложение. Для начала подготовьте материалы по колебаниям доллара и ценам на золото за последние два года. Предоставьте материал генералу, а затем организуйте нашу встречу. Поверьте, мне есть чем его удивить.

Андрей Владимирович быстро переключился на деловую волну и сразу подобрался, как хищник, почуявший запах жертвы. Он попытался задать несколько наводящих вопросов, которые я с улыбкой проигнорировал, всем видом показывая, что разговор окончен.

Некоторое время я анализировал прошедшую беседу. Вроде ничего лишнего не сболтнул, а версию ГРУ решаю оставить рабочей. В бескорыстную помощь Фурцевой верится слабо. А здесь у нас вполне себе здоровые отношения — информация в обмен на защиту.

Что касается павильона, то я получил согласие Бритикова, и начал переоборудовать его в спортзал. Скорее всего, это будет полноценный фитнес-центр. Часть огромного помещения отдана под качалку, в двух отсеках будут проходить занятия аэробикой и танцами. Есть идея сделать, что-то вроде СПА-салона, но не знаю, как его оформить юридически. С тренерами проблем нет, так как в их роли выступят наши сотрудники за дополнительную плату. Многие энтузиасты отказались от денег, заявив, что будут работать на добровольных началах. Директора киностудии я подкупил возможностью отрапортовать об уникальной инициативе, связанной с заботой о здоровье советских граждан. Не удивлюсь, если сюда будут водить экскурсии из руководителей предприятий столицы и области. Главное, чтобы какой-нибудь идиот не обвинил нас в преклонении перед западными ценностями. Читал как-то, что подобные деятели уничтожили в СССР зарождающееся движение культуристов и боевые искусства. Ведь это форменный бред, запрещать собственным гражданам заниматься спортом. Лучше бы возглавили процесс, чем загоняли качков и каратистов в подвалы. Надо будет подумать об этом и грамотно пропиарить себя любимого в прессе. Так сказать, нанести упреждающий удар по мракобесам и обычным лизоблюдам, готовым зарубить любое интересное начинание, не вписывающееся в их картину чёрно-белого мира. Заодно немного отыграю ситуацию и подниму свой рейтинг.

* * *

Не нарушая сложившуюся традицию, после обеда в «Пекине» мы с Франческо решили прогуляться по Москве. Благо, в сентябре ещё достаточно тепло и можно насладиться уходящей осенью.

— В принципе, это не мешает нашим планам, — заканчиваю информировать своего компаньона, — Спешить пока некуда, а решать тактические моменты можно из Москвы. Что касается парижской студии, то здесь придётся договариваться с заказчиками. Съёмки видеороликов можно проводить в СССР. Но здесь нет нужного антуража, поэтому будем выкручиваться. Зато у меня появилось достаточно времени заняться новым фильмом. Сам не ожидал, что начну испытывать облегчение, сняв с себя груз ответственности за некоторые проекты.

Итальянец сегодня не похож на самого себя. Обычно эмоциональный и шумный, ди Марко вёл себя спокойно и отвечал на вопросы немного суховато. Какая муха его укусила? Может, переживает за наши проекты? Это он зря, года два у нас есть. А вот дальше уже потребуется моё присутствие на Западе. Французские заказчики могут спокойно приезжать в Союз за консультациями. Мне для этого не нужно быть в курсе всех событий, хватит собственных воспоминаний.

— Алекс, для чего тебе всё это? — Франческо неожиданно остановился посередине тротуара и взмахнул рукой, — За последний год ты изменился, и не в лучшую сторону. Куда-то пропал тот весёлый и добрый парень, с которым я познакомился три года назад. Нынешний Мещерский больше стал похож на бездушную машину, идущую к какой-то неведомой цели. И он давно перестал обращать внимание на людей, используя их и выбрасывая, если они перестали приносить пользу. Ты напоминаешь одержимого. Это меня пугает, но ещё больше удивляет, потому что я не вижу причины, толкающий тебя вперёд. Власть, деньги и тщеславие здесь точно ни при чём. Они являются рычагом, но не целью.

— Странные выводы, и сам разговор, — хмыкаю в ответ, — Я уже сгораю от нетерпения, чтобы понять причину твоей эскапады. И ты прав, у меня есть цель, о которой необязательно знать другим людям.

— Ты знаешь, что синьора Экберг стала матерью? — подобного вопроса я не ожидал.

— Об этом писали американские газеты, — стараюсь говорить как можно спокойнее, — Предвосхищая твой будущий вопрос, мне известно, как Анита назвала сына. Но какое тебе до этого дело? Франческо, неужели это любовь?

— Избавь меня от грязных намёков, — резко ответил итальянец, — Я люблю свою жену и детей. Просто Анита похожа на сказочную принцессу, которой поклонялись рыцари и совершали ради неё безумные поступки. Так всё выглядит со стороны. А на самом деле она одинока и глубоко несчастна, хотя умело это скрывает.

Гуляем некоторое время молча. Мне кажется, что ди Марко лезет не в своё дело. И шведская звезда не такая жертва, как кажется, если учесть, какую я ей обеспечил пенсию. Вот это действительно больше похоже на сказку. Но со стороны виднее, и мой итальянский друг имеет право на своё мнение. Чем он воспользовался, опять подняв неприятную для меня тему.

— Согласен, что я повёл себя грубо, упомянув Аниту. Только задайся вопросом, как давно ты общался с мадам Серовой? Она тоже сделала для твоей карьеры очень много. В недавней ситуации Валентина заступалась за тебя и ходила в кабинеты больших начальников. Так же, как и Пузик с Зельцером, которые боролись за товарища Мещерского, в отличие от большинства его коллег. Давно ли ты интересовался, как и чем живут твои настоящие друзья? Ты вообще с ними хоть разговаривал вне стен своего кабинета? Что касается цели, насколько великой она бы ни была… Нельзя для её достижения идти, переступая через чаяния и чувства близких тебе людей.

Вот на такой «мажорной» ноте мы расстались с этим невысоким пухляшом. А ведь он тоже один из моих настоящих друзей, которых в этом мире не так много. Неужели я совсем оскотинился, и в своём эгоизме забыл о близких людях, начав воспринимать их как пешек на шахматной доске? Если быть откровенным, то Франческо прав. Я и жену себе выбрал с точки зрения комфорта, совершенно не думая о её чувствах. Охмурить и задурить голову молодой девушке — не проблема. Но ведь нельзя превращать жизнь собственной супруги в муку, даже не попытавшись сделать её счастливой. Мне же это ничего не стоит. Вместо этого, я пытаюсь использовать Анну в своих планах. Пусть они и благородные, но стоит ли ради них ломать человеку жизнь?

Глава 5

— Вы понимаете, что работа со мной чревата определёнными проблемами? И я не могу понять, зачем вам это?

— Начнём с того, что вы будете работать на меня, вернее, ТО «Прогресс», — отвечаю собеседнику, который через пару мгновений начал заливисто хохотать, в чём я его поддержал.

Это хорошо, можно сказать, что лёд недоверия сломан. Первоначально историк встретил нас с Черенцовым, который будет снимать новый документальный проект, весьма прохладно. Мы и на встречу буквально напросились, ворвавшись в ленинградский «НИИ Географии», где припёрли нужного специалиста к стенке. Но моё обаяние и харизма сыграли свою роль. Ха-ха. На самом деле, ни один учёный, продвигающий свою теорию, не откажется от её пропаганды. А кинематограф с телевидением — это лучшее, что можно придумать для продвижения его идей в массы.

— Что касается побудительных причин, то мне нравится ваш неординарный подход к изучению истории и выдвигаемые теории. Я работал и общался со многими историками, поэтому вижу разницу. Может, это грубовато — но некоторые ваши теории кажутся мне ошибочными, так как не опираются на археологический базис. Но официальная версия истории тоже весьма спорная и имеет множество белых пятен. Вот наша группа научно-документальных фильмов и решила привлечь именно вас в качестве одного из консультантов. Будут ещё специалисты из «Института Востоковедения». Мы не можем позволить себе выражать только ваше мнение, поэтому придётся находить консенсус. Только этот проект пока в стадии обсуждения. Для этого мы приехали с вашим тёзкой Львом Сергеевичем, чтобы обсудить детали — киваю на Черенцова, — Он ваш земляк, который принимал участие в создании нескольких документальных фильмов. Что касается новой идеи, то она должна стать новой вехой в советском научно-популярном кино.

Гумилёв одобрительно взглянул на смущённого документалиста, одного из перебежчиков, как мы их в шутку называли. Сейчас «Ленфильм» и «Лендок» перекрыли нам возможность воровать кадры из Северной Пальмиры. Скандал был знатный и дошёл даже до ЦК. Мы же не ограничились Клушанцевым, и перетащили в Москву десять человек, из которых шестеро были талантливыми режиссёрами. После долгих препирательств, четверо специалистов вернулось в Ленинград, а остальные работают по договору с разными студиями, но мы в приоритете. Да и у «Прогресса» намечается совместная работа с ленинградцами. Нам нужны их мощности, а товарищам из города на Неве необходим креатив «прогрессоров». Лев Николаевич нужен лично мне для художественного фильма, о чём я ему поведал.

— Вы правильно заметили, что могут возникнуть определённые трудности в случае вашей помощи при производстве документального сериала. С другой стороны, если не вы, то кто может стать лучшим консультантом по теме тюрок? — чувствую, что лесть сыграла свою роль, и Гумилёв точно заинтересовался, — Но для легализации, если можно так выразиться, нам придётся сначала подключить вас к другому проекту. Думаю, от темы Хазарии вы точно не откажитесь.

Всё, теперь он наш! Я, конечно, не великий знаток истории, но почитывал сына Ахматовой в молодые годы. Тогда его книги были популярны среди достаточно широкой аудитории. Меж тем, я продолжаю свою рекламную речь.

— На самом деле, работы у вас будет немного. Просто нужен сам факт начала сотрудничества. Не скрою, что у меня недавно возникло недопонимание с рядом ответственных товарищей. Поэтому сложно спрогнозировать их реакцию на привлечение вашей персоны в качестве научного консультанта. Но так как фильм будет совместным, то есть шансы, что нам не будут мешать.

— Слышал я о ваших разногласиях с товарищами, — грустно улыбнулся историк, — Что касается пассажа в сторону археологии, то чувствуется в ваших словах влияние этого педанта и сухаря Арциховского. Послушай старого ворчуна, так все исторические события можно объяснить исключительно на основании раскопок мусорных ям и туалетов древних.

Здесь уже мы поддержали смехом Гумилёва. Кстати, у Льва Николаевича не было даже нормального кабинета, и он делил его с двумя коллегами. Нам пришлось временно занять одну из пустующих аудиторий, куда уже два раза заглядывал мордатый дядечка с неприятным взглядом, прятавшимся под очками с роговой оправой.

— Местный парторг, — усмехнувшись, произнёс историк в ответ на мой недоумённый взгляд, — Блюдёт и контролирует, чтоб всё соответствовало генеральной линии марксистко-ленинского учения и установкам последнего съезда партии.

Количество подобных персонажей, и их деятельность, давно перестали меня удивлять. У Гумилёва с этой публикой свои счёты. Даже не знаю, как бы я реагировал на этих мордатых паразитов, отмотав более десяти лет по надуманному обвинению, а после освобождения лишившись возможности заниматься любимым делом. Но Лев Николаевич ведёт себя вполне адекватно, разве что иронизирует над бредовой ситуацией, когда историческую науку загоняют в узкие рамки коммунистической идеологии.

Далее мы более двух часов обсуждали сценарий художественного фильма, который уже написан, и затронули документальный проект. Учёный сразу попытался донести до нас свои постулаты, не учитывая того, что хазары в будущей картине второстепенные персонажи. Вернее, уделять внимание их быту и глубоко погружаться в историю каганата никто не будет. Поняв это, он всё равно не успокоился и прочитал нам целую лекцию. Затем уже принялся за Черенцова и тюрков. Парторг заглядывал ещё три раза, пока мы не решили перебазироваться в ресторан. Там разговор потёк более спокойно, даже с учётом того, что мы практически не пили. Не вижу смысла в стимуляторах, дабы получить удовольствие от общения с умными и интересными людьми.

Иногда приятно вот так вот пообщаться с подобным человеком, буквально живущим своей работой. А может, для него это и есть самая настоящая жизнь?

* * *

— Что у нас с драконом? Почему автор сценария и режиссёр жалуются? — спрашиваю Клушанцева под одобрительные кивки Величкиной и Магитона.

Людмила у нас обжилась и, под руководством Пузик, начала стахановскими темпами строчить сценарии. Ей помогали ещё два толковых парня, недавно принятые на работу, но локомотивом процесса была именно наша скромница. Выдав чуть ли не за три месяца сценарий «Белоснежки», Величкина, вдохновившись моими рассказами, погрузилась в новую работу. И надо сказать, что превзошла все самые оптимистические ожидания.

В итоге, «Белоснежку» мы запускаем уже на следующей неделе, и снимать её будет Зельцер. Но основные надежды я возлагаю на другой проект. Он требует приложения больших сил, чем история девушки и гномов.

Переработав идею картины «Пит и его дракон», добавив туда немного братьев Гримм, я составил техническое задание будущей звезде советской литературы. За основу взяли классического фэнтезийный сюжет с принцем, чьи родители пали жертвой заговора. Чёрные колдуны захватили сказочное королевство, но перед смертью мать передала сына дракону, который и воспитал нашего героя. Далее всё по канонам — взросление, обретение силы под наставничеством мудрого чешуйчатого учителя, любовь, предательство, восстание против мерзких захватчиков и победа добра над злом! Проект я задумал масштабный, вот его мы сейчас и обсуждаем с активом ТО.

Съёмки было решено поручить режиссёру, ранее с «Прогрессом» не работавшим. Магитон только недавно вышел из тени, сняв отличный детский фильм «Фантазёры». Сейчас он заканчивает монтаж «Свистать всех наверх» и одновременно начал работать над нашим проектом. Благо, Исаак Семёнович трудится на Горького, что сильно экономит время.

Это вызвало небольшой скандал внутри объединения. Дело в том, что я единоличным решением отнял у Моисеича «Зачарованную». Идея фильма просто бомбическая, и снимать её надо в Париже или Нью-Йорке. Нынешняя Москва не подходит из-за своего унылого вида. Плюс мне пришла в голову мысль, что это должен быть международный проект. И снимать картину я буду сам, так как есть предпосылки, что другой режиссёр загубит идею. На худой конец, спродюсирую картину совместно с Дино и Робертом.

Поэтому столь перспективная затея пока заморожена, а Зельцера перекинули на «Белоснежку». Подобное решение нашему ветерану не понравилось, и он сильно обиделся. С трудом объяснил ему, что так будет лучше для страны и ТО. Но у моего соратника явно остался неприятный осадочек. Дело ещё в том, что Моисеич — чистый второй номер. Нет у него должного воображения и необходимых черт характера, чтобы вытянуть «Зачарованную». А сказку с гномами трудно испортить. И всё равно придётся контролировать процесс, но делать я это буду максимально аккуратно. Не хватало ещё поссориться с одним из ближайших соратников.

— Алексей, черновой макет дракона и его головы был создан. Но наша работа почему-то не устроила двух этих товарищей, — вывел меня из размышлений голос Клушанцева.

Недавняя история с невозвращенцем сильно ударила по Павлу Владимировичу. Его тоже таскали по всяким комиссиям и следователям, изрядно выбив из колеи. Потому мне и не хочется сейчас с ним спорить, но надо. Да и вообще, пора взбодрить коллектив. Может, лишить всех премии? Хи-хи. А то, без волшебного пенделя, работа начинает буксовать.

— Главным человеком на съёмочной площадке является режиссёр. Прискорбно осознавать, что вы об этом забыли, — скучным голосом начинаю снимать стружку с мировой звезды, — Мне тоже работы ваших ребят показались допотопными и слабыми. Наверное, вы невнимательно слушали мои базовые установки.

После подобного захода Клушанцев вскинулся и хотел чего-то сказать, но решил выслушать меня до конца. Всё-таки старорежимное воспитание даёт о себе знать. Интеллигент во всей своей красе.

— По нашим договорённостям, дракон должен быть максимально реалистичен. Если надо использовать для его строительств кожу мексиканского тушкана — значит, он должен быть именно из этого материала. Может, режиссёр потребует макет величиной с диплодока, и в этом случае его хотелки должны быть удовлетворены. Я же несколько раз повторял, что мы не будем работать по остаточному принципу. Это в качестве гномов мы можем использовать детей или лилипутов, а затем просто наложим другой голос. Но в «Принце и драконе» спецэффекты — одна из главнейших вещей. И вдруг мы получаем от вас какой-то суррогат!

— Но позвольте, — старая гвардия сдаваться не собиралась, — Вы себе представляете размер вложений, если следовать всем запросам съёмочной группы? Да, мы сделали макет из подручных материалов, но даже сейчас он выглядит лучше того, что используют режиссёры-сказочники.

Вот как работать в такой обстановке? И зачем считать наши деньги? «Прогресс» недавно заключил эксклюзивный договор с Главным управлением по кинофикации и кинопроката. По новому соглашению, мы получали реальный процент с проката за свои картины. С документальными картинами было сложнее, оба наших сериала показывались в кинотеатрах и начали приносить ощутимую прибыль. А то получается странная ситуация — мы, как хозрасчётная организация, вкладываем сотни тысяч в производство, но еле отбиваем затраченное. Я понимаю, что кинотеатры находятся на балансе муниципальных властей, которые имеют с этого колоссальный доход. Это такая схема дотации, когда через «Госкино» деньги шли на культуру городов и районов. Только при чём здесь я? К тому же наши картины регулярно делают кассу, а залы ломятся от зрителей, желающих посмотреть повтор пропущенной серии или ещё раз насладиться сценами боёв нашей полнометражки. «Битва за Кубань» до сих пор идёт в кинотеатрах, особенно разных провинциальных городков и посёлков. Вот мы и выбили особые условия, когда нам шёл конкретный процент от проданных билетов. За год набежало столько, что я начал подумывать о глобальном расширении. Раз мне обрезали крылья с ТВ и радио, то мы начнём наступать широким фронтом в ином направлении.

— Я не ограничиваю вас в бюджете. Можете истратить столько денег, сколько необходимо для создания достоверных макетов нашего дракоши, — после такого заявления Каплан аж покраснел от возмущения, но это не мои проблемы, — Мы должны снять не просто детский фильм. Это будет лучшее зрелище в своём сегменте, которого ещё никто не снимал. Уровень натуральности должен быть не хуже, чем в нашем американском проекте, а может, лучше. Потому что для советских мальчишек и девчонок мне ничего не жалко. Если подобная задача выполнима, то не вижу причин жалеть деньги.

Если честно, то я немного лукавил. Нет, в первую очередь фильм предназначен советским детишкам. Хотя, есть мнение, что его будут смотреть зрители всех возрастов. А ещё я хочу загнать картину за рубеж. Именно для этого на роль главной колдуньи будет приглашена Клаудия Кардинале. Правда, сама актриса пока в раздумьях. Но Дино обещал, что всё устроит. Он скоро прилетает на переговоры, где мы как раз будем обсуждать два новых проекта. Главное, чтобы Магитон потянул работу с западной звездой. Есть у меня мысль пригласить ещё парочку европейских актёров, дабы усилить эффект от визуализации враждебных сил в нашей сказке. Иностранцы будут играть строго врагов сказочного принца. Плюс, наш зритель очень падок на подобные ходы, когда в советской картине играют иностранцы. Мы проверили это на практике, проведя анализ после проката «Битвы за Кубань». Обратная сторона этой медали — интерес европейских прокатчиков, так как в фильме снимается итальянская звезда. Только когда зритель повалит на советский фильм, мало кто уже будет вспоминать об актёрском составе.

— Если будет необходимость подключить какое-то НИИ, не особо секретное, то не стесняйтесь, — продолжил я после небольшой паузы, — Мы должны бросить на спецэффекты все достижения советской науки. Кстати, новое звукозаписывающее оборудование от компании «Ampex» должно поступить в ближайшее время. Надеюсь, его не попытаются отжать, как в прошлый раз.

Решаю сменить тему, дабы немного разрядить обстановку. После этой новости притихший народ одобрительно загудел. Особенно рад был Солодовников, который по старой памяти болел душой за технарей. Клушанцев не обращал ни на кого внимания и что-то нервно чертил в своём блокноте. Надеюсь, что небольшой втык пойдёт на пользу дела. На общем фоне выделялся растерянный Магитон, который не привык к подобным планёркам. Ничего, скоро Исаак Семёнович поймёт, куда он попал.

Что касается разумного вопроса, который сразу задала Пузик — почему я отдаю такой проект в чужие руки, то всё очень просто. Эх, если бы рыжая знала, какая огромная жаба душила товарища Мещерского! Но сценарий написан, и надо запускать его в работу. Здесь мой эгоизм вступил в борьбу со здравым смыслом, и последний победил. У меня есть в лучшем случае два года, за которые надо наладить отношения с властью. Детский фильм — вещь отличная, но её не воспримут всерьёз. На агитку про Ленина и прочих большевиков, я не подпишусь даже под угрозой ссылки в Хорог. Поэтому мы пойдём другим путём. Нужно снять масштабный проект патриотического содержания. Заодно, добавить туда аллегорий и откровенных политических намёков, так чтобы догадались даже самые тупые. Кто не поймёт, тому разъяснит советская кинокритика. Этому проекту и был посвящён конец планёрки.

— Твоё решение — абсолютный волюнтаризм. Всё идёт вразрез с нашими традициями. Сначала ты пишешь сценарий, никого не поставив в известность. Ведь твой новый фильм и «дракон» поглотят половину ресурсов ТО, если не больше, — выразила общее недовольство Пузик, — Может, отложить этот пеплум? У нас на носу второй сезон «Терешко» и ещё два новых сериала. Когда и кто будет всё это делать?

— Оксана, не забывай, что пока я руковожу «Прогрессом», и осечек в нашей работе нет от слова совсем. Что касается проекта, то он не обсуждается. Но ты задала правильный вопрос, — решаю немного потролить бобруйскую принцессу, чьи глаза опасно сузились, — После того, как нас фактически разорвали на части, в ТО наметился явный дефицит специалистов. Поэтому я задаю вопрос вам с Ильёй — у вас готов список вакансий? Я считаю, что мы должны начать расширяться уже вчера. Где ваша инициатива? Или даже наём новой уборщицы должен быть моей обязанностью?

— Не уходи от темы, Мещерский! — взвилась рыжая, которая в последнее время излишне нервная, — Речь шла о дальнейшем существовании объединения! Кто бы к нам пошёл при такой ситуации? И это не отменяет твоего волюнтаризма!

— Три недели, как всё нормализовалось, — кричу в ответ, — Кто вам мешал включить мозги и проанализировать сложившуюся ситуацию? Не хватает серого вещества — двери моего кабинета всегда открыты, и советы я даю бесплатно, даже тормознутым приезжим из Бобруйска.

— Не трогай мою малую Родину, нахал! И вообще, я из Борисова!

В общем, пошумели мы знатно, ещё сильнее напугав Магитона. Здесь ещё керосина подлил Зельцер, который обвинил меня в намерении снять антисемитский фильм. В ответ я резонно заметил, что картина будет антисионистской, антизападной, антирелигиозной и антиимпериалистической. Да и то, заметят это исключительно в СССР. Ведь напрямую никого задевать не будут. Разъяснение с описанием сюжета и креном в политику, я сделал исключительно для комиссии, которая будет изучать сценарий.

Хорошо мы пошумели! Но иногда нужны такие встряски, дабы взбодрить и подзарядить коллектив. Народ выходил из моего кабинета, кипя от возмущения, но должен был направить энергию в работу. Не всем нравится выслушивать резкую критику, а в конце я прошёлся практически по всем отделам.

* * *

— Меня всегда поражали ваши рестораны! Это какое-то отдельное направление культуры, а не просто место, где можно вкусно поесть! — не переставал восхищаться Дино, с которым мы уселись в холле гостиницы «Россия».

Ну ещё бы! Ресторан в нынешнее время — это самое настоящее общественное явление, куда приходили не просто поесть, а культурно отдохнуть. На самом деле, всё гораздо сложнее — но не объяснять же подобные нюансы иностранцу. За обедом мы уже обсудили все вопросы «Пёрл Харбора». Всё идёт по плану, и скоро фильм начнёт штурмовать американский прокат. Что касается нового фильма, то ди Лаурентис проявил весьма сдержанный интерес.

— Это слишком масштабный замысел, Алекс, — оказывается, итальянца взволновала финансовая составляющая, — Где ты найдёшь столько людей? Я уж молчу про одежду и строительство целого городка. И, если честно, меня больше заинтересовал ваш фильм для детей. А эти шикарные пейзажи! Где находится это место?

К скептицизму итальянца я был готов. Что касается его восхищения, то мало кто способен устоять перед красотой и нереальностью Воттоваары. Именно там будет проходить основные натурные съёмки «Принца и дракона». Кстати, участие Кардинале продюсер подтвердил, теперь надо решить финансовый вопрос. У меня была мысль передать Дино права на часть проката в Европе, за хороший процент в нашу пользу, конечно. В принципе он был не против, но захотел участвовать в продюсировании. Не вижу проблем в подобном сотрудничестве, но он необходим мне для другого фильма.

— Что касается людей, то это волнует меня в последнюю очередь. Если бы ты знал, какое количество массовки было привлечено к съёмкам «Войны и мира»! При этом картина окупилась в прокате. Всё решается очень просто — у нас есть возможность использовать советскую армию. И стоит это сущие копейки, — ди Лаурентис явно был удивлён, вспомнив масштабы киноэпопеи Бондарчука, — Городок мы построим, к чему рабочие приступят в ближайшие дни. Сейчас сценарий проходит стадию утверждения. С декорациями проблем не возникнет, у нас хватит ресурсов на изображение любой исторической картинки. Меня больше волнует, согласятся ли нужные мне актёры?

— Запросы у тебя нескромные, но в данный момент не вижу проблем. Маре и Лоллобриджида постепенно выходят в тираж. Лучшие их годы остались позади. Но думаю, что роли Юстиниана и Феодоры, ещё и в таком масштабном проекте, будут им интересны. Вернее, Джина уже ответила предварительным согласием. Насчёт Жана пока не знаю. А почему твой выбор пал именно на эту парочку?

— Я бы в жизни не связался с этим педерастом, но он безумно популярен в СССР, — после моего пассажа в сторону француза, Дино неодобрительно сморщился, — Лоллобриджида подходит по всем параметрам, и она также очень популярна в нашей стране. Ещё мне нужна византийская галера, или что-то на неё похожее.

— С кораблём затруднений не возникнет! — успокоил меня продюсер, — Наверняка он есть у итальянских или французских студий. Я потому и отношусь к твоей идее скептически. Уж слишком много пеплумов и исторических приключений снято Италией и Францией за последние пятнадцать лет. И это без учёта наших американских коллег. Европейскому зрителю уже надоел этот жанр. Разве что один советский товарищ опять всех удивит.

Дино сделал такое умильное лицо, что я не выдержал и рассмеялся. Вообще, перипетии последних недель порядком меня напрягли. Даже жена намекнула, что ждёт возвращения прежнего Лёши, и хватит изображать буку. Согласие ди Лауретиса сняло с моих плеч очень большой груз. Участие известных иностранных актёров необходимо как воздух. Это для пресыщенных зрелищем европейцев Лоллобриджида постепенно сходит со сцены. В Союзе она — звезда первой величины, и её имя привлечёт дополнительных зрителей. Что касается Жана Маре, то из французов популярнее его на одной шестой части суши, только Ален Делон и Бельмондо. Хотя, насчёт последнего я сомневаюсь, так как его лучшие картины ещё впереди.

Под такое дело попросил договориться с каким-нибудь актёром попроще. Мне необходим мужчина в возрасте до сорока лет. Мужик должен быть фактурным и запоминающимся. Дино сразу предложил некоего Роже Анена, аргументировав это тем, что тот сейчас особо не занят. Плюс актёр является, чуть ли не коммунистом, и должен согласиться работать в нашем проекте. Позже, когда я увидел француза на пробах, до меня дошло, что это «Комиссар Наварро» из популярнейшего сериала девяностых.

Я немного разъяснил глубинные моменты, с намёками и эзоповым языком. Итальянец, молча меня выслушал, а потом заржал как конь. По его словам, точно так же западный зритель должен в роли коварной Византии воспринять Советский Союз. Что касается наезда на антисионизм, то особых проблем он не видит. До таких моментов и докапываться никто не будет, так как главное — это зрелище, которое ждут от моих фильмов. Приятно, что товарищ Мещерский уже стал маркой качественного продукта!

В общем, мы договорились. Ди Лаурентис срочно летит домой консультироваться с юристами и актёрами. Мне же предстоит битва с комиссией, которая должна утвердить сценарий. Судя по тому, что вокруг этого процесса началась непонятная свистопляска, то покой нам только снится.

Глава 6

Надоела эта жара. Хотя миллионы советских граждан в это время устремляются на юг именно за ней. Только они валяются на пляже, купаются и отдыхают, а наша съёмочная группа пашет без выходных в очень жёстком режиме. У нас график, в который необходимо уложиться. Ведь большая часть съёмок запланирована на весну и лето, поэтому приходится ценить каждую минуту.

Вот сейчас у нас небольшой перерыв, а я вместе с ассистентами обсуждаю следующие сцены. Рядом, на специальном макете, изображающем ладью, другая часть съёмочной группы начнёт снимать высадку воинов. Я тут ввожу некоторые инновации, и второй режиссёр работает самостоятельно над сценами, не требующими диалогов. Это значительно экономит время.

Что касается моего помощника, то всё произошло спонтанно. Перед Новым годом я оказался в компании, которую собрал Франческо. Кроме итальянцев и парочки художников, там оказалась чета Тарковских. Так вот, я разговорился с Ирмой Рауш, которая сейчас оказалась фактически без работы, и нашёл точки соприкосновения. Её муж происходящее явно не одобрял, а может, завидовал. Но здесь мадам проявила настойчивость и, через неделю после разговора, присоединилась к нашему коллективу.

Кстати, именно она помогла с выбором главного героя. В роли Млавы я не видел никого кроме Тереньтевой. Она подходила по всем параметрам начиная с того, что блондинка и заканчивая эдаким флёром советского секс-символа. Всё-таки та самая сцена в «Битве за Кубань» не только поставила крест на браке актрисы, но и вознесла её на пьедестал. Этот образ я и решил эксплуатировать в новом фильме. Плюсом шла популярность Нонны в Европе.

А вот на роль Ратибора кого только не попробовали! Грешным делом, на пробы пригласили даже Богатырёва и Ивашова. Но первый совершенно не подходил по харизме, а второй по типажу. Мы практически утвердили на роль молодого Ерёменко, только мне он совершенно не нравился — излишне аристократический образ для древнего воина. Был вариант с Морозовым, но он занят и готовится к съёмкам в комедии «Семь невест ефрейтора Збруева». Жалко, так как из десятка актёров, принявших участие в пробах, Семён лучше всех вписывался в образ.

И тут Ирма приводит пока никому не известного Бориса Галкина. Я и забыл про этого актёра. Помню только, что он играл какого-то десантника, и фильм с его участием был весьма популярен. Первые пробы показали, что товарищ нам подходит. Мы его, правда, основательно погоняли, в том числе заставили помахать мечом. Ну, прямо вылитый древнеславянский воин! Повезло мне с помощницей, просто подарок судьбы! Зельцер обычно подобных инициатив не проявлял, зато бы надёжен, как лом.

Если брать других главных героев, то Всеслава у нас играет Алексей Ванин. Кстати, отличный актёр, и человек адекватный. Роль Арсиньи, которая у нас моложе, чем в книге, изначально предназначалась Серовой. Муза товарища Мещерского единственная, кто был утверждён на роль без проб и прочей волокиты.

Вдруг ассистент стучит по часам, отвлекая меня от размышлений, намекая, что перерыв закончен.

— Ну что, товарищи рабы? На галеру! — восклицаю под дружный смех массовки.

У нас сейчас эпизод с атакой россичей на византийский корабль. Вернее, это будет несколько планов, а в павильоне ещё придётся доснимать некоторые батальные сцены.

Сильно мешают зеваки, которые умудрились найти нас даже на огороженной территории, расположенной недалеко от Коктебеля. Народ собирался недалеко от площадки, самые любопытные наблюдали с моторных лодок. При этом изрядно нам мешали, поэтому приходилось просить зевак отплывать и не загораживать вида на море. Та ещё морока.

Занимаю своё место, одного оператора поднимает кран, второй занял место сбоку, чтобы не мешали солнечные лучи. Народ активно забегал, занимая свои места.

— Приготовились! Мотор!

Удар хлопушки-нумератора. Понеслась!

После двухчасового марафона, когда я изрядно всем надоел и народ оказался на грани бунта, объявляю перерыв. Мне и самому работается всё сложнее. Накопилась усталость за прошедшие месяцы. Это остальные члены съёмочной группы могут позволить себе отдохнуть, я же работаю по четырнадцать часов, используя каждую свободную минуту. На мне ведь не только непосредственно съёмки — есть сценарий, который мы немного меняем в процессе, и приходится переписывать целые блоки. Надо просматривать отснятый материал и планировать следующие эпизоды. Очень много времени отнимали тренировки боевых сцен. Это со стороны кажется, что всё просто. Благо, нам удалось найти хорошую каскадёрскую команду, среди которых был фанат средневекового оружия. Пришлось дополнительно гонять актёров, дабы привыкали к новым нагрузкам. Попробуйте, помашите мечом хотя бы минуту. А теперь представьте, что у Галкина не получалась серия ударов, отнявшую у нас кучу плёнки и потребовавшую семь дублей. При этом актёр уставал всё сильнее, и в конце съёмочного дня был выжат как лимон.

Решаю, что надо немного порелаксировать. Уснуть не получится, но просто посидеть в тени — самое милое дело. Постепенно я впадаю в полудрёму и мысленно возвращаюсь к двум важным разговорам. Один из них отнял много сил, в первую очередь моральных. Второй — дал надежду и уверенность, что не всё так плохо. Но тоже дался мне нелегко.

* * *

— Почему именно «Русь изначальная»? Неужели нельзя выбрать наиболее героический период нашей истории? Например, Гражданскую войну, или трудовой подвиг советского народа в тылу? — задаёт вопрос член комиссии, а второй добавляет — Также непонятен размах и огромные расходы, которые потребуются для съёмок.

Спокойно, Лёха! Они не со зла, а по недомыслию. Или от природного скудоумия, замешанного на зависти и мракобесии. Это я так себя успокаиваю, дабы не сорваться. В этот раз товарищи начальники поняли свою прошлую ошибку. Дело в том, что сценарий к фильму обычно не проходил детальной проверки. Вышестоящую инстанцию вполне устраивало описание общей концепции, так как погружения в объёмный текст отнимет много времени. С «Битвой за Кубань» произошла накладка, когда приёмная комиссия не смогла искромсать фильм, так как это вызвало бы недовольство иностранцев. Плюс мне удалось вовремя подсунуть картину генсеку. Поэтому товарищи учли свои ошибки, и решили нанести превентивный удар. Так как проект опять совместный, то наши умники замыслили сразу загнать меня в рамки, начав со сценария.

В результате собралась достаточно внушительная комиссия, председателем которой был назначен зам директора «Госкино» Баскаков. Неожиданно среди цензоров оказался директор «Телефильма» Колосов, который по совместительству возглавлял ревизионный комитет «Госкино». Кроме этого, заслуженного и толкового товарища, в комиссию вошли мои старые знакомые — Козловский с Пархоменко, представляющие идеологический отдел и «Минкульт». Из новых лиц присутствовала Зоя Туманова, являющаяся первым замом Шауро. Были также несколько незначительных чиновников от кино, выполняющих роль массовки.

Когда я увидел, с кем придётся общаться, то сначала расстроился. Затем решил придерживаться выбранной тактики, и она дала свой результат.

Кстати, вопрос о непонятном сюжете задал Пархоменко. В чём был глубинный смысл этого выпада, я так и не понял. Мы обсуждаем готовый сценарий к фильму, контракт, на съёмку которого уже подписан с итальянцами. Этот дуб думает, что ради его хотелок мы всё изменим и начнём работать над картинами типа «Ленин и бревно» или «Женщины в жизни и смерти товарища Котовского»? А что? Звучит заманчиво и даже эротично. Но шутки в сторону. Мне нужно продавливать свой вариант сценария. Только как это сделать при явном негативном отношении? Даже Колосов повёл себя нелепо, зачем-то начав считать деньги ТО. Им придраться больше не к чему?

— Вы имеете что-то против России и русского народа, товарищ Пархоменко? — начинаю наезд спокойным голосом, — Если вас раздражает слово «Русь», то это понятие относится ко всем братским славянским народам, живущим в СССР. Ранее наше государство называлось Киевская Русь, Московское царство и Российская империя, что не является пороком или поводом для стыда, а как раз наоборот. История нашей страны уходит глубоко в древность, и мне непонятно, почему нельзя снимать кино про славные деяния предков?

— Нет… Вы меня не так поняли… Я хотел сказать… Ведь есть более великие периоды в истории нашей страны. Например, Великая Отечественная, — чиновник заблеял и решил прикрыться войной, наверное, посчитав это непробиваемым аргументом.

— Странно слышать подобный упрёк с вашей стороны. Ведь именно вы возглавляли турне, в котором «Битва за Кубань» презентовалась западному зрителю, — мне с трудом удаётся не рассмеяться над быстро покрасневшим товарищем, — Если остальные члены комиссии не в курсе, то картина имела ошеломляющий успех в Европе и даже США. А советский зритель до сих пор голосует рублём, забивая кинотеатры. Есть у нашей студии и документальный фильм про сорок шестой гвардейский полк. Кстати, эта работа тоже пользуется заслуженной популярностью и любовью зрителей. Более того, оба фильма полтора месяца назад взяли призы Венецианского кинофестиваля в номинации «Внеконкурсный показ» и «Горизонты». Думаю, что я сделал достаточно для увековечивания героической борьбы нашего народа с нацизмом. Сейчас настало время других проектов, но документалистику мы не забываем, и скоро будет выпущено ещё три фильма про наших солдат и героев тыла. Художественные фильмы мы оставим коллегам, так как у коллектива ТО «Прогресс» есть иные идеи. И рассматриваемый вами сценарий — только часть наших задумок.

Крыть мои слова комиссии нечем. Успех есть, и это два значимых международных приза, полученных советскими кинематографистами в 1969 году. Если не считать победу ленты Панфилова на фестивале в Локарно, что является весьма средней заслугой, наше кино в этом году на Западе проигнорировали. Была номинация на Оскар «Братьев Карамазовых» скончавшегося Пырьева, но думаю, что в Союзе этого никто не заметил.

Приз фестиваля мне передал ди Марко, который считается моим официальным представителем за границей. Самое забавное, что в Союзе факт европейского признания решили замолчать, хотя Панфилова вниманием и похвалами не обошли. Но здесь на всю катушку заработала товарищ Капитонова, которая напечатала о нашей победе в «Культуре», и новость появилась на радио. Далее было несколько небольших заметок в центральной прессе, при этом упор делался на фильм Чигинского про «ночных ведьм». Заслуги Алексея Мещерского освещали скромно, будто цедили сквозь зубы. Но ничего, я этим сукам ещё прикус поправлю. С ноги! В аллегорическом смысле, конечно.

— Что касается финансового вопроса, — решаю воспользоваться временным замешательством заседателей, — То не мешает напомнить, что «Прогресс» — хозрасчётное объединение. Куда уходят наши деньги — решаем мы сами. Если у проверяющих структур есть подозрения в нецелевом использовании средств, то присылайте ревизоров. Хочу обратить внимание уважаемой комиссии на тот факт, что все наши работы окупились. Для хозрасчётной организации — именно это является мерилом эффективной работы. Совместная картина также принесла ощутимую прибыль в валюте. Думаю, «Русь» и оба будущих детских фильма тоже станут успешными. С учётом того, что в двух проектах будут задействованы европейские студии, то можно смело рассчитывать на повторение успеха на Западе. Пусть финансовая отдача у пеплума будет меньше, но надо учитывать мощный пропагандистский эффект.

— Можете объяснить более детально именно этот момент? — включился в разговор Козловский, ведь речь шла о его епархии, — В пояснительной записке всё немного размыто. К тому же в сценарии есть явные исторически несоответствия. Хазары не могли принять иудаизм в шестом веке, а наиболее опасным противником славян в тогдашней степи был Аварский каганат. Византию же вообще не интересовало Приднепровье вплоть до девятого века. Грекам хватало забот в Италии и Африке. Даже обладание Крыма для Юстиниана являлось делом вторичным.

Какой эрудированный идеолог, однако! Всё-таки хорошее образование — это сила!

— Историческая объективность нам не важна. К тому же, сценарий написан по мотивам книги, автор которой поставил определённые условия, — отвечаю, глядя на непроницаемое лицо Козловского, — Если пересказывать сюжет кратко, то разрозненному союзу племён россичей постоянно угрожают хазары. А чуть позже попытку порабощения свободных славян, путём внедрения христианских проповедников, делает Византия. Хазарский каганат, чьей религией является иудаизм, в нашем фильме похож на агрессивный Израиль с его политикой сионизма. Константинополь, как можно догадаться, олицетворяет США и его прихлебателей, пытающимися путём внедрения мракобесия и своей гнилой культуры, покорить племена наших предков. Далее враги объединятся, и в ход идут интриги с военным походом на россичей. Герои фильма побеждают хазар, раскрывают заговор, в результате которого убит их вождь, и идут ответным визитом в гости к византийцам, дабы отомстить за коварство. Естественно, будет несколько сюжетных линий, в том числе любовная, так как художественное кино не должно быть похоже на пропагандистский ролик. У нас всё завуалировано, но оттого не менее эффективно.

— Любовная линия нас и пугает больше всего, товарищ Мещерский, — под ухмылки остальных членов комиссии, продолжил докапываться Козловский, — Одна сомнительная сцена из вашего прошлого фильма наделала много шума и возмутила огромное число советских граждан.

Ага. Только эротика очень понравилась главному зрителю, и на негодование пуританской части общества никто не обратил внимание. Надеюсь, мне сейчас не начнут втирать лицемерную хрень про письма от трудовых коллективов ткачих, металлургов и прочих доярок? Нет, наш дворянчик на службе большевистских хозяев оказался умнее. Меня достаточно грамотно потрошили по многим сценам. Особый упор делался на эротические и батальные сцены. Мол, древние славяне обнажённое тело не признавали, а лишняя кровь не нужна советским зрителям. Что мешает поставить возрастное ограничение и не мешать нам самим определять вкусовые предпочтения людей? Порнуху и расчленёнку никто снимать не собирается. Но кое-какие новации и провокации я запланировал.

— Давайте учитывать, что в создании фильма участвует итальянская сторона. Есть определённые каноны приключенческого кинематографа, которые сложились на Западе в последние двадцать лет. Никто не планирует очернять историю предков, это я обещаю, — делаю максимально честные глаза, — Но нельзя делать картину совершенно беззубой. В ней будет достаточно батальных сцен, что предполагает насилие и убийства.

В общем, комиссию сценарий прошёл. Хотя, кровь мне пили часов пять. Даже пришлось объявлять два технических перерыва. Особенно усердствовала товарищ Туманова. В отличие от своего начальника, она не склонна к излишнему позёрству, зато въедливая, как клещ. Ещё тётенька явно ограниченная, так как ни один приведённый мною аргумент её не устроил, а, скорее всего, просто не поняла. По конец заседания я включил режим дурачка и начал забрасывать зама отдела культуры при ЦК цитатами из классиков марксизма-ленинизма. Но Зоя Петровна, в отличие от коллег, даже не догадалась, что над ней издеваются. Кстати, чуть позже я узнал, что эту даму за глаза называют ЗПТ, и мягко говоря, не уважают в наших кругах. А как можно серьёзно воспринимать людей, которые кроме партийной работы ничего не видели? Очередная посредственность, сделавшая карьеру начав с комсомола и добравшаяся до вершин, фактически не имея практического опыта. Ещё подобные товарищи очень любили красиво говорить, но когда доходило до дела, прятались за спинами других[1].

У меня давно складывается впечатление, что многим партократам просто нечего делать. Именно поэтому они создают многочисленные комиссии, устраивают собрания и пытают людей десятиминутками политинформации по утрам. Мне вот есть чем заняться, нежели тратить время на подобные пережитки прошлого. С таким рвением товарищи лучше бы завозили на предприятия дополнительные продукты и ширпотреб, что является наилучшей пропагандой, чем постоянное сотрясение воздуха. Но эти суки не просто далеки от народа — они давно живут в совершенно иной плоскости, перпендикулярной чаяниям простых советских граждан.

* * *

Второй разговор немного отличался от моих ожиданий. Ивашутин не стал приглашать меня на конспиративную квартиру, а появился самолично на киностудии. Для разговора мы выбрали один из павильонов, рядом с которым шла съёмка. Ещё я включил музыку, дабы пресечь возможную прослушку. Генерал с интересом осмотрел декорации, но сразу перешёл к делу.

— Надеюсь, вы изучили информацию, которую я попросил собрать, — после кивка собеседника протягиваю ему папку, — Здесь уже мои аналитические выкладки и прогноз на ситуацию с золотом на ближайшие три года.

Пётр Иванович начал просматривать документы и махнул рукой, чтобы я продолжал.

— Недавнее установление двойного рынка золота ничем не помогло американцам. Доллар стремительно дешевеет, и ФРС уже не может гарантировать прежнюю стоимость за унцию. Примерно через полтора года правительство США введёт временный запрет на конвертацию золота по официальному курсу. А ещё спустя такой же срок Бреттон-Вудские соглашения будут аннулированы. С этого момента золото будет продаваться по рыночным ценам. В ближайший год цена на драгметалл вырастит примерно на пятнадцать процентов. Понятно, что в свободное плавание такой ресурс никто не отправит, но на этой информации можно хорошо заработать и получить политические преференции.

— Естественно, вы тоже используете данную информацию в своих целях, — усмехнулся генерал, продолжая листать мой доклад, — Куда будете девать нажитые миллионы, Алексей Анатольевич?

— Большую часть вложу в советскую экономику. Помогу ряду отечественных предприятий внедрить новые технологии и провести замену парка станков. Для этого создам инвестиционный фонд на Западе, а деньги буду вливать через совместные предприятия.

Отвечаю откровенно, так как именно это, и собираюсь сделать.

— Я не специалист в ценах на золото, но махинаций с ним явно недостаточно для ваших амбициозных планов. Значит, есть что-то ещё.

Понятно, что в ГРУ не дураки, и знают примерную сумму моих финансов. И значительно увеличить свои ресурсы я планирую на нефти. Но пока пусть товарищи разберутся с полученной информацией, о чём и сказал напрямую. Аналитическая записка уже готова, и я предоставлю её по первому требованию. Что касается золота, то у меня есть предложение, которое может заинтересовать генерала.

— Никто не отдаст реальный контроль за таким рычагом влияния, — начинаю объяснять свою мысль под ироничным взглядом собеседника, — Поэтому у меня возникает резонный вопрос — почему СССР не борется за часть этого пирога, предпочитая выступать исключительно продавцом ресурсов? Ведь можно создать альянс с некоторыми странами и стать сильным игроком на рынке драгметаллов и особенно золота. Кто мешает наступить на горло идиотской традиции, сложившейся со времён Коминтерна, и начать работать на свою страну, а не оплачивать продвижение коммунистической идеологии?

— Поясните, — тон собеседника стал заметно холоднее.

— Зачем лезть ко всяким дикарям и папуасам, вкладывая в их вороватых вождей прорву денег? Вам товарища Насера или катастрофы в Гане с Заиром не хватило? Я могу перечислить и другие провалы, которые стоили экономике страны сотни миллионов рублей. При этом Советский Союз не получил никаких преференций, а разного рода диктаторы-людоеды моментально изменили ориентацию с социализма на капитализм. Но ещё большая загадка, зачем мы помогаем США и Англии завоевать ещё больше могущество?

— Алексей, прекращайте говорить загадками и читать мне лекцию по политологии. Давайте ближе к делу, так как у меня мало времени.

— Хорошо. Зачем нам присоединяться к бойкоту ЮАР и лезть в Родезию? При этом мы играем на стороне Ротшильдов и их американских дружков, которые хотят подмять под себя главного экспортёра золота и их не менее богатого ресурсами соседа. Даже сейчас понятно, что в выигрыше от развала двух мощнейших экономик Африки будут транснациональные корпорации. Советский Союз же ограничится радостной новостью, что при его помощи снесли антикоммунистические и расистские режимы. Даже Китай, который активно лезет в Южную Африку, в перспективе заработает больше чем мы. Что за радость вкладывать уйму денег в черномазых людоедов, когда можно заработать на помощи их противникам? А самих дикарей поставить в такие условия, что именно наши компании начнут выкачивать богатые африканские ресурсы? Ведь для этого хватит просто купить очередного Мумба — Юмбу и его окружение. Ну, пару самолётов с автоматами и гранатомётами ещё можно отправить.

— Не буду вам говорить, что подобные рассуждения отдают расизмом и чем-то похуже. Только наша страна давно поддерживает повстанческие движения, борющиеся с колониализмом. Или напоминать вам про интернационализм и социалистические ценности?

Надеюсь, что Ивашутин говорит искренне. Я подобные заблуждения не понимаю, но могу принять, если человек в них искренне верит.

— Мне плевать на каннибалов, которые и дальше будут изображать из себя пламенных коммунистов. В интернационализм я не верю, а социализм для начала надо построить в собственной стране, — может, мой ответ грубоват, но сейчас не до политесов.

— Как вы себе всё это представляете? По вашему мнению, Советский Союз должен нарушить все свои обязательства перед прогрессивными движениями, социалистическим лагерем, и в корне изменить внешнюю политику? Может, нам завтра начать дружить с южноафриканскими фашистами?

Бля, как всё запущено! И это говорит глава одной из самых эффективных разведок в мире. Хотя, не факт, что он так думает на самом деле.

— Новым экономическим партнёром так называемых фашистов, является Израиль. По идее, евреев в ЮАР не должны считать за людей. Но разногласия в идеологии не мешают израильтянам сотрудничать с бурами. И этот процесс будет расти в геометрической прогрессии. Деньги и ресурсы африканеров нужны оказавшимся в изоляции израильтянам. В ответ Йоханнесбург получит оружие, технологии, в том числе и ядерные. Во второй части доклада есть вся информация, которая мне доступна, — поясняю в ответ на вскинувшегося собеседника.

Интересно, я не наплёл ничего лишнего? Но точно помню, что в моей истории буры сделали атомную бомбу, но затем закрыли ядерный проект. И главным их союзником долгие годы был Израиль, который предал белых в нужный момент.

Далее я детально описал генералу план альянса с бурами и швейцарцами, который должен помочь контролировать рынок золота. По крайней мере, можно сильно потеснить американцев и английских Ротшильдов, устанавливающих цену на главный драгоценный металл Земли.

Уже в конце я вспомнил об одном важном деле. Также в общих чертах описал, что скоро «дорого Ильича» начнут пичкать лекарствами на основе барбитуратов. Это название я точно помню. Ну и вкратце рассказал, кто извлечёт из этого основную выгоду. Ивашутин быстро оглянулся, будто в поисках свидетелей разговора и ответил очень жёстко.

— Да ты… Какого хе… рожна ты мне здесь про всяких негров вещаешь ещё с таким умным видом? Ты понимаешь вообще, что натворил? Почему я узнаю об этом по остаточному принципу и так поздно?

Вроде человек не кричит и старается говорить спокойно, но я сразу перепугался, уж больно резкими были перемены. Меня аж резануло от изменившегося тона. Ведь запрут Лёшу в уютной лаборатории, и станет он штатным прогнозистом, пока не выдоят его до последней капли. И ещё сразу стало понятно, что с забавным режиссёром просто играли, давая почувствовать свою значимость.

Но одновременно на меня накатила такая злоба, что пришлось до боли стиснуть зубы. Эти суки просрали страну, которую строили мои предки. Особенно, в этом позорном занятии, отличился бровастый генсек, который хотел и рыбку съесть и на хер не сесть. Мол, типа всё же хорошо, значит, так будет вечно. А ещё типа никто не заметил, что у главы страны начались изменения психики и он стал посмешищем для собственного народа! Ага, так я и поверил! Наверное, генерал заметил, что ситуация изменилась, поэтому сразу сбавил обороты. Это ничего не значит, но для себя я решил, что если последует попытка давления, то сопротивляться буду отчаянно. Живым в подопытные кролики точно не пойду.

Самое забавное, что Ивашутин не спросил главного — откуда я всё это знаю. Значит, они мне верят. Безусловно, всю информацию будут рассматривать под микроскопом. Только предыдущие прогнозы по бирже явно проверили и сделали выводы, что оракул не врёт.

— Алексей, вы должны понимать, что есть вопросы первостепенной важности. Игнорировать подобное просто преступно, — спокойным тоном произнёс генерал, — За информацию по золоту спасибо. Что касается второй папочки, то она уже сегодня должна быть у нас. Впредь прошу не оставлять ничего подобного дома или на работе. Если у вас появилась новая информация, то сразу вызывайте куратора, который всё запишет. И ещё — нам нужна детализация вашего разговора с женой в Нью-Йорке. Этот вопрос не такой важный, но просьба не затягивать с отчётом.

Не угрожают разными карами — уже хорошо. Интересно, откуда им известно про разговор с Аней? Хотя, она наверняка общалась с отцом, заодно разведчики проверили журналы и мои записи. Чувствую, что опять начинаю злиться, но усилием воли привожу мысли в порядок. Не прощу, если кто-то полезет своими грязными лапами в мою личную жизнь. Особенно это касается супруги, которая пока не при делах. Но я сам ввязался в это дело, поэтому надо терпеть. С ГРУ надо дружить, а не ссориться.

— И что? Можно быть спокойным, и меня не поместят в уютную палату с мягкими стенами, дабы основательно выпотрошить? Наверняка у вас есть такие апартаменты при каком-нибудь НИИ или лаборатории. Вдруг я скрываю, что-то особо важное для выживания страны. Например, точный вес дневной порции кала, выделяемых каждым членом ЦК.

Ивашутин даже не поморщился от подобной сентенции и ответил не раздумывая.

— Ваше ёрничанье не к месту и звучит оскорбительно. Что касается всего остального, то предпочитаю работать на добровольных началах, без всякого насилия. Это не отменяет того, что нам нужна вся информация, которой вы владеете, — генерал недобро усмехнулся, — И готовьтесь принять на работу двух новых сотрудников. Одним из них станет вашим водителем — думаю, директору ТО пора приобрести личный автомобиль, положенный по статусу. Второго человека надо принять на должность помощника звукорежиссёра. Отвечая на напрашивающийся вопрос — ранее вас опекал внештатный сотрудник, не считая наружки, конечно. Подполковник Афанасьев встретит вас сегодня вечером и заберёт бумаги. Заодно обговорите с ним рабочие детали.

Некоторое время генерал молчал, будто пытался что-то вспомнить.

— Чуть не забыл. Раз уж речь зашла о НИИ. Алексей Анатольевич, не подскажите, кому в голову пришла гениальная идея обратиться в Институт стали? И откуда этому человеку известно о новейших разработках композитных сплавов? Хорошо, что информация попала к нашему человеку, и никто не стал делать далекоидущих выводов.

Быстро прокручиваю в голове, о чём может идти речь. Через какое-то время вспоминаю, что подписывал Клушанцеву письмо в какой-то институт.

— Наверное, речь идёт о каркасе для дракона. Мы не справились собственными силами, и потребовалась помощь специалистов. Нам же нужен не только стационарный макет, но и уменьшенная версия, которая будет летать. Вернее, мы будем снимать специальной камерой, подвесив дракона к самолёту и в павильоне, чтобы придать реалистичность процессу. К сожалению, иные способы выглядят менее перспективно. Комбинированные съёмки не дадут нужной достоверности.

По мере того как я объяснял, зачем нам понадобился сплав, выдержка Ивашутина давала трещину. Он явно растерялся, но быстро пришёл в себя.

— Какой дракон?

— Мы скоро запускаем в работу детский фильм «Принц и дракон». Нам понадобились прочные и лёгкие материалы для изготовления фигуры дракона. Вот мы и написали запрос в профильный институт.

Генерал набрал побольше воздуха и выдохнул, явно пытаясь успокоиться.

— Алексей, надо быть очень странным человеком, чтобы обратиться за подобным в секретный институт, занимающийся разработкой сплавов для оборонной промышленности. Если в будущем вы задумаете снимать кино про космонавтов, то запросите у НИИ-88 корабль «Союз» для полётов?

А вот это было обидно. Пётр Иванович смотрел на меня, как на клинического идиота. Но я же не виноват, что в СССР всё засекречено к ядрёной фене!

[1] В связи с этим поэт-фронтовик и тоже студент ИФЛИ тех лет Юрий Левитанский писал: «Только в последние годы, припоминая былое, стали мы задаваться вопросом, почему все-таки тогда не пошли на фронт секретарь институтского комитета комсомола Александр Шелепин, комсорг нашей группы Зоя Туманова, некоторые другие комсомольские вожаки? Известно, как затем они быстро поднимались, обретя власть над миллионами».

Глава 7

— Алекс, не обижайся, но ты похож на апаша или боксёра, который вчера провёл бой, и его хорошенько поколотили, — мои собеседники дружно рассмеялись.

Всё-таки хорошие они ребята, несмотря на звёздный статус. В Европе их лучшие годы позади, но советские граждане совершенно иного мнения. Это я про Маре и Лоллобриджиду.

Они, кстати, убедились в этом на третий день после приезда в Ялту. Наивные европейцы думали, что их никто не узнает в вечерних сумерках. Ага! Пришлось буквально вырывать растерянных актёров из рук восторженных поклонников, которые хотели поглазеть на журналиста Фандора, а ещё графа Монте-Кристо с шевалье Лагардером в одном лице. Не меньший интерес вызывала исполнительница ролей Аделины и Эсмеральды, вернее, её шикарная фигура с бюстом.

Я даже немного начал завидовать Жану, ведь столько красавиц готовы были последовать за ним по щелчку пальцев. Вот бы девушки удивились, узнав, что француза интересуют мальчики. Но нынешнее поколение ещё не испорчено, а многие и даже не подозревают о гомосексуализме. Рассказывать им о пороках товарища артиста я точно не собираюсь.

В результате нам помог наряд милиции, который моментально появился на набережной, перепугавшись огромной толпы. До «Ореанды» нас сопровождало немало поклонников. Чую, что артистам придётся пережить пару весёлых дней. По идее, завтра у нас окончание съёмок эпизодов с их участием, и они ничего не заметят. Но на следующий день у всех отдых и, думаю, восторженный народ успеет изрядно надоесть западным звёздам.

Насчёт их характера, честно могу заявить, что совместная работа оставила исключительно положительные эмоции. Лоллобриджида вообще идеальный работяга без всяких заскоков. Маре — человек немного замкнутый, и оттого сначала кажется нелюдимым, даже заносчивым. Но несколько душевных разговоров, где я детально описал не только его роль, но и глубинный смысл картины, которая должна оказать мощное влияние на советскую культуру, устранили элементы недоверия. Ещё француз был впечатлён трюками и боевыми сценами. Он сам ранее работал без каскадёра и проникся уровнем высшего пилотажа наших ребят. Вернее, речь шла о постановщиках трюков и мелких деталях, до которых додумаются только в XXI веке.

Маре именно потому остался в Союзе ещё на неделю, чтобы посмотреть съёмки абордажа и штурма приморской крепости. Съёмочная группа как раз переместилась в Ялту, где были готовы нужные декорации. Туда и приехали важные гости. Заодно я воспользовался моментом и сделал ещё несколько эпизодов. Материала уже достаточно и, мне кажется, что не получится уложиться в заявленные сто тридцать минут. Даже с учётом того, что приёмная комиссия вырежет некоторые сцены, у нас выходит три с половиной часа, если не больше. По идее, сейчас подобная длительность никого не удивит. Показ можно сделать с перерывом, чтобы зрители могли сходить в туалет и перекусить.

Что касается шуточек над моим внешним видом, то я щеголяю с хорошим таким фингалом, радующим людей яркой палитрой цветов с фиолетовым оттенком. Кроме левого глаза, мне неплохо прилетело в нижнюю губу, что доставляло наибольший дискомфорт. Поэтому приходится ходить в солнцезащитных очках, которые придают мне немного хулиганский вид, так как синяк и опухшее лицо до конца скрыть не получается.

А дело было простым до безобразия. Я впервые в этом мире подрался. Более того, это была классическая кабацкая драка из-за девушки. Пикантности ситуации добавляло то, что причиной конфликта оказалась Светочка. Вернее, три пьяных имбецила, ну и я, конечно. На самом деле всё началось до приезда мадам Капитоновой в Крым. Наша акула пера якобы хотела взять интервью у западных звёзд и сделать обзор со съёмочной площадки. Будто, кроме недавно назначенного главреда журнала «Культура», это больше некому сделать. С другой стороны, в печать должен выйти первый номер издания, и лучше подобные дела сделать самому. Заодно не надо нанимать переводчика, так как французским она владеет не хуже английского.

Да, моя соратница и любовница добилась своего, отпочковавшись от «Советской Культуры». Не знаю, какой смысл запускать новое издание в сентябре. Но, по словам журналистки, два первых номера станут хорошей рекламой, что обеспечит подписку на следующий год. Планы у трудового коллектива наполеоновские, и думаю, что через годик они хорошенько потеснят «Советский экран». Вот только мне от этого не легче. После интервью, Светочка и её фотограф два дня терроризировали нашу съёмочную группу. А затем внимание неугомонной журналистки переключилось на товарища Мещерского.

* * *

— Неужели ты думал, что избавился от меня? — ухоженные ноготки, немного царапая и одновременно щекоча, путешествовали по моей груди.

Это у нас так проходит интервью, которое товарищ Капитонова решила взять у модного режиссёра. Благо, что в Ялте у меня в распоряжении целая половина дома, который помогли снять товарищи из одного ведомства. Кстати, мой водитель и сопровождающий расположились в другой части, вместе с несколькими настоящими отдыхающими. После двух месяцев жизни в вагончике, палатке и дрянном номере одного из пансионатов Феодосии, мне наконец-то удалось расположиться с комфортом. Не сказать, что я устал. Работа не давала времени обращать внимания на скромный быт. Но перед переездом попросил куратора обеспечить меня нормальным жильём, что для августа просто невыполнимая задача. Но место нашлось не только мне, но и Пал Петровичу, моему водителю, перегнавшему новенькую «Волгу» из Москвы. Самое забавное, что я практически не пользовался машиной, которую сразу оккупировал наш администратор.

— И что за интервью такое? Взял и накинулся на девушку, как коршун на зайца, предварительно заманив её в свою берлогу, — продолжает издеваться Светочка, — Неужели ассистентки закончились, или молодые актрисульки перестали прокладывать путь наверх? Вернее, подкладывать себя.

Притягиваю к себе улыбающуюся провокаторшу, так чтобы её лицо оказалось напротив моего. Светочка не растерялась и с комфортом переместилась на меня. Целую её, и одновременно опускаю руки на упругую попу. Чувствую, что опять теряю контроль над собой. Мало того, что действительно соскучился — ведь мы не были вместе почти год, когда решили прекратить отношения. Так журналистка ещё и похорошела, если совершенству есть куда стремиться. Занятия аэробикой, которыми Светочка занимается уже два года, сделали её фигуру более спортивной. Может, для нынешнего времени это выглядит необычно, но мне нравится.

— Ты же знаешь — я трудоголик, и вообще женатый мужчина, — отвечаю хриплым голосом, с трудом оторвавшись от пухлых губ, — Что касается нападения на невинную девицу, то готов искупить свою вину.

— Тебе придётся привести железные аргументы, дабы заслужить прощение, — пушистые волосы щекочут мне нос, а шёпот пробирает до мурашек.

Пусть меня осуждают и предают анафеме, но я ничего не могу противопоставить её очарованию или колдовству. Есть девушки красивее, но здесь свою роль играет химия или что-то подобное. Я просто хочу эту женщину, и всё! И ведь не скажешь, что нас объединяет исключительно постель. Мы неплохо работаем вместе, и генерируем новые идеи. Эти совместные проекты поставили жирный крест на моём желании быть с ней рядом постоянно. Не простили бы ответственные товарищи и Светочкина родня подобный ход. На её карьере можно было ставить крест, да и мою деятельность могли ограничить. В итоге, Капитонова стала бы напоминать райскую птицу с обрезанными крыльям, а наши отношения ждало медленное разрушение. Тот случай, когда амбиции людей мешают их счастью. Зато сейчас у обоих карьера на подъёме, а наша деятельность начала давать ощутимый результат. Только нам приходится встречаться украдкой, дабы не стать предметом внимания бдительных моралистов. Хотя в Крыму мы особо не скрываемся, но и держим определённую дистанцию. То есть в обнимку не ходим и на улице не целуемся.

— Когда я вижу тебя, то мои аргументы всегда готовы. Можешь сама проверить, — произношу под смех Светочки, которая уже оседлала меня и начала смещаться поближе к обсуждаемому доводу.

Нет, положительно это какое-то сумасшествие. Выжав меня как лимон, девушка оккупировала ванную. Я же валяюсь на скомканном бельё и продолжаю размышлять. Ведь наверняка о наших отношениях знают некоторые товарищи. И если мои нынешние союзники никакого давления оказывать не станут, то ведомство Андропова может придерживаться иного мнения. Кстати, после прошлогоднего демарша, обо мне будто забыли. Хорошо, если так, но верится с трудом.

— Лёша, — голос журналистки отвлекает меня от самокопания, — Принеси полотенце. Только спинку мне тереть не надо, я уже чистая.

— Какие у нас планы? — спросила Светочка, когда оделась и наводила лёгкий макияж.

При этом вижу, как она улыбается, посматривая на меня в зеркало.

— Предлагаю посетить ресторан — всё равно иных культурных заведений здесь нет. Петрович отвезёт тебя до гостиницы, а я заеду часа через три. Столик в «Лете» уже заказан.

— Растёте, товарищ Мещерский, — провокаторша подошла к окну и потянулась, отчего лёгкий сарафанчик обозначил все приятные выпуклости роскошного тела, — То ты три года ходил пешком, а теперь личный водитель. Завтра на дачу в Переделкине замахнёшься, или уже о Горках думаешь?

— Бери выше. Хочу виллу в Ницце и яхту, которые я заслуживаю, — не сдерживаюсь и шлёпаю по аппетитной попке.

Светочка от неожиданности подпрыгнула и ойкнула. Мой смех был встречен негодующим взглядом, который постепенно сменился удивлением.

— А ведь ты не шутишь. Не боишься, что тебя после таких покупок запрут в Союзе навечно? Или ты решил… — слово «остаться» не прозвучало, но всё и так понятно.

— Одно другому не мешает, — мой ответ совершенно запутал прекрасную акулу, — Дуй переодеваться, а то, глядя на тебя, мои аргументы начинают возбуждаться. Так мы никуда не успеем.

* * *

— Ух! — Светочка усиленно обмахивалась веером, — Налей мне вина и давай отдохнём.

Девушка раскраснелась, я так вообще взмок. После достаточно минорного начала, мы постепенно разошлись и последние минут тридцать не покидали танцпол. Ансамбль играл вполне прилично. Радовало, что в репертуаре музыкантов было несколько песен «Рассвета», как старых шлягеров, так и новых. Давненько я так не проводил время. Надо будет восполнить этот пробел в своей жизни. А то я умотал на несколько месяцев на съёмки, где полностью погрузился в работу, опять забыв, что супруге тоже нужна разрядка и разнообразие. Только вместо Ани, я расслабляюсь с любовницей. Вот такой нехороший человек — этот товарищ Мещерский.

Но те, кто увидит Светочку, точно меня поймёт. Я, кстати, поймал не один масляный взгляд, которым мужчины провожали девушку. Пускать слюни им не мешало даже наличие спутниц.

— Разрешите пригласить вас на танец, — вдруг раздаётся сбоку хрипловатый голос.

Поднимаю голову и вижу молодого человека, с грубыми чертами лица и глуповатой улыбкой. Товарищ явно навеселе и под воздействием алкоголя почувствовал себя неотразимым до такой степени, что все девушки должны пасть перед его ногами. Вторженец одет в яркую рубашку, похожую на гавайскую, и коричневые брюки с натянутым до пупка ремнём. В ресторане как раз заиграл медленная композиция, которая наверняка подвигла товарища на подвиг. Я не успел ответить, так как меня опередила журналистка.

— Нет! — прозвучало достаточно громко, даже с учётом вновь заигравшего ансамбля, — Не мешайте нам отдыхать.

Судя по реакции, я переоценил адекватность колхозного мачо. Улыбка на его лице моментально трансформировалась в злую гримасу.

— Ты чего, мокрощёлка столичная? С простым металлургом потанцевать не можешь? Тебе всяких хмырей подавай? — кивок мою сторону.

Хмырём меня здесь ещё не называли, но плевать. А вот оскорбление девушки, я прощать не собираюсь. Но пытаюсь сделать попытку разрешить возникший конфликт мирным путём. Шучу, конечно.

— Иди со своими друзьями обжимайся. Девушки тебе всё равно не светят.

Соображал металлург долго, но действовать начал быстро. Ударил он без замаха и почти застал меня врасплох. Успеваю уклониться, и кулак только проехался по губам, вместо носа. А далее — понеслась. Женские визги, крики, мат и шум отодвигаемой мебели. Честной драки не получилось, так как товарищей оказалось трое. И ладно, если бы они пытались нас разнять. Расслабился я здесь и не ожидал подлянки. Пропустил удар, который стал причиной того самого роскошного бланша.

Но я не просто так поддерживал себя в хорошей форме, ещё и начал заниматься рукопашной с одним умельцем из техников. У нас даже сформировалась небольшая группа, которая тренировалась в новом зале и даже здесь в перерывах между съёмками. Мастером ММА я не стал, но от троих подвыпивших хулиганов отбиться смогу. По крайней мере, двое уже валялись на полу. Я услышал крик Светочки, когда опрокидывал одного из нападавших. Она, кстати, вела себя достаточно спокойно и не истерила.

Оборачиваюсь и вижу, как мой сопровождающий сбивает с ног третьего придурка, замахнувшегося на меня бутылкой. А я всё думал, куда делась моя поддержка? Оказывается, всё под контролем.

* * *

— Нехорошо, товарищ Мещерский, — назидательным голосом вещает лейтенант милиции, — Устроили дебош, в результате два человека получили телесные повреждения и нанесён серьёзный урон замечательному ресторану.

Стражи порядка приехали быстро, но к этому времени ситуация уже разрешилась. Один из нападавших баюкал ушибленную руку, это он неудачно упал после подсечки охранника, который незаметно испарился с поля боя. Зачинщик драки чего-то мычал и пытался на меня кинуться, но его с дружком удерживали посетители и два оперативно прибежавших дружинника. Чуть позже выяснилось, что у товарищей подозрение на перелом руки и челюсти соответственно.

А уже в отделении бравый лейтенант по какой-то непонятной причине начал плести словесные кружева. Забавно, что мы с металлургами решили дело замять, а за сломанные стулья и разбитую посуду, я отдал деньги сразу. Ждать широкого жеста от быдла не приходится. Хорошо, что клоуны немного протрезвели и поняли опасность сложившейся ситуации. Они вели себя вызывающе ещё до конфликта, поэтому были свидетели, вставшие на мою сторону. И тут местный мент начал изображать из себя Шерлока Холмса и борца за вселенскую справедливость в одном лице.

— Три человека напали на меня, что могут подтвердить посетители заведения. Мы со спутницей вели себя адекватно, и пришли культурно отдохнуть. Товарищи переоценили свои силы и пали жертвой неравной борьбы с алкоголем. Но сейчас инцидент исчерпан, обе стороны не имеют претензий, а материальный урон, которое понесло заведение, возмещён.

— То есть вы считаете, что милиция должна оставить драку безнаказанной? Думаете, сунули денег, и всё в ажуре? Вообще-то, мы как минимум сообщим о факте непристойного поведения на работу и местную партийную организацию, — круглое лицо лейтенанта аж засветилось от радости, — Заодно вам придётся объясняться насчёт своего морального облика. Судя по документам, вы со спутницей не муж и жена, но дома вас ждут законные супруги. А здесь вдруг совместный поход в ресторан, вызывающие танцы с употреблением алкоголя.

Никогда не понимал подобных мудаков. Ему девушки не дают, или юношеская травма, когда предмет обожания выбрал другого парня? Я могу хоть с десятком девиц отдыхать в ресторане, и что? Может, это у товарища начальника пробудилась рабоче-крестьянская солидарность? Мой прикид, особенно мокасины, сразу бросаются в глаза. Даже разорванная рубаха в пятнах крови прямо кричит об импорте. Капитонова, последовавшая за мной в отделение, тоже выглядит как иностранная модель, хотя одета в обычное коктейльное платье и плетёные босоножки. Но есть ещё часы, цепочка с кулоном и сумочка. У нас на лбу большими буквами написано — мажоры. Понимаю, что всё могло обернуться гораздо хуже, но конфликт исчерпан. Зачем педалировать ситуацию, если наша невиновность очевидна?

Давлю мысль нахамить собеседнику и совершить какую-нибудь глупость. Знаю, что мне ничего не будет, но очень хочется ткнуть его носом в каку.

— Пишите, что хотите. Если письмо придёт на работу, то это будет выглядеть забавно. Я — директор творческого объединения и, ко всему прочему, беспартийный. Ваши жалобы мы рассмотрим, и решение партсобрания как-нибудь переживём, — вижу, что глумливая ухмылочка начала покидать личико милиционера, — Товарищ Капитонова вообще работает главным редактором всесоюзного журнала «Культура», хотя вряд ли вы о нём слышали. У нас сегодня был деловой ужин, я давал для издания интервью о снимающемся в Крыму совместном советско-итальянском фильме. И ваши намёки, с явными признаками шантажа, не совсем уместны. Поверьте, мы граждане законопослушные, но можем подключить вышестоящие инстанции, дабы они инициировали более детальную проверку. Заодно и вас проверят, товарищ лейтенант. Нам с товарищем Капитоновой скрывать нечего. Мы даже готовы на огласку случившегося в прессе. Наверное, не мешает подключить к делу народный контроль и прокуратуру, пусть дают свою оценку произошедшему. Я уже настаиваю на максимальной огласке!

* * *

Милиционер кочевряжиться не стал, и дело закрыл. Я же теперь щеголяю с заметным фингалом, опухшей губой, и над этим потешаются коллеги, в том числе иностранные звёзды.

Кстати, Лоллобриджида оказалась весьма разносторонней натурой. У итальянки были планы попробовать себя в режиссуре. По словам актрисы, ей надоело играть легкомысленных персонажей на протяжении практически всей карьеры. Желание начать снимать посетило её достаточно давно, но есть определённые трудности. Парадоксально, но осуществить свои мечты в условиях якобы свободного мира, просто нереально. Всё упирается в пол и недоверие продюсеров бабе, если называть вещи своими именами.

Я и сам не могу вспомнить ни одного топ-режиссёра женщину, успешно работающую в киноиндустрии, кроме Алис Ги-Бланше, матери-основательницы игрового кино, и великой Лени Рифеншталь. Это, если смотреть на данный момент. Чуть позже появится Кэтрин Бигелоу и, пожалуй, на этом всё. Ну не считать же за полноценного режиссёра Киру Муратову? Её фильмы из области психиатрии, а не искусства. Можно вспомнить о Софии Копполе, только возникает вопрос, смогла бы она пробиться на вершину без помощи отца? В СССР сейчас весьма плодотворно работает Лариса Шепитько, жена Элема Климова. Но после достаточно оригинальной картины «Крылья», которая пользовалась успехом на Западе, режиссёру и сценаристу самым натуральным образом обрезали крылья отечественные номенклатурщики от кино. Как это знакомо!

Узнав, что в Советском Союзе гендерного неравенства не существует, Джина сильно удивилась. Понятно, что товарищ Мещерский врёт, а что такое стыд он забыл ещё в детстве, но если провести сравнительный анализ, то у нас женщинам действительно легче пробиться. Путь будет труден и тернист, но настоящий талант получит шанс. Другой вопрос, как он им воспользуется.

Что касается Джины, то у меня строго меркантильный интерес. Почему бы не привлечь такую знаковую фигуру к совместной работе? Для ТО «Прогресс» это будет мощнейшим маркетинговым ходом. Мы и так заявили о себе на Западе, поэтому нельзя останавливаться. Проблема упирается в финансы, вернее, невозможности свободой конвертации рубля. Это тоже вопрос решаемый, который надо обсудить с ди Лаурентисом. Опять придётся применять серые схемы, но иного выхода просто нет.

Идея привлекать западных режиссёров и других специалистов посетила меня давно. Поверьте, на данный момент такое сотрудничество необходимо. Советское кино всё сильнее уходит само в себя и становится неконкурентным. Я дал мощный пинок отечественной киноиндустрии и телевидению, но этого мало. Вливание свежей крови, на переходном этапе, пойдёт всем на пользу.

Странно, почему наши студии не привлекают хотя бы коллег из соцлагеря. Те же поляки сейчас на подъёме, студия «ДЕФА» идёт своим оригинальным путём, как и югославские товарищи. Как вариант, надо попробовать снять несколько совместных пеплумов по мотивам знаковых событий разных стран. Был же просто мощнейший болгарский фильм «Хан Аспарух». Почему не экранизировать «Битву на Косовом поле», «Грюнвальд», «Осаду Арконы» или «Войны куруцев»? Таким образом, получатся интересные и масштабные проекты с СФРЮ, ГДР, ПНР и ВНР. Связываться с чехами и румынами нет никакого желания — брезгую.

Подобные работы могут вывести «Прогресс» на такую высоту, что трогать его — себе в убыток. А ещё это индульгенция для товарища Мещерского, которого нельзя будет обвинить в идолопоклонстве Западу. С учётом того, что наши телевизионные проекты давно с успехом адаптированы под реалии многих стран СЭВ, то всё вполне реально. Я бы ещё чего-нибудь экзотического замутил с кубинцами, вроде «Пиратов Карибского моря» или «Хроник капитана Блада». Когда закончится война во Вьетнаме, можно использовать исторические события этого региона. Как вариант, привлечь французов и снять свой вариант «Индокитая». Планов громадьё, и Джина должна стать моим рекламным ходом.

* * *

В предпоследний день нахождения в Крыму, когда большая часть группы уже перебазировалась в Ростовскую область, где были построены декорации, произошло необычное событие.

Я с утра решил сгонять на пляж, пока побережье ещё не забито отдыхающими. Хорошо, что есть свой транспорт и можно быстро добраться до малолюдных мест. Накупавшись, поехал домой, с утра не завтракал и желудок уже подавал сигнал. Решаю сначала переодеться и потом идти в столовку.

Выхожу из машины, скрипя мокрыми шлёпками, и буквально застываю как столб. Вот кого я точно не планировал здесь увидеть. Тем более что мы недавно созванивались. Но открывшая ворота девушка мне не померещилась.

— Ты не рад меня видеть? Или сейчас так выражается восторг? — произнесла Анна насмешливым тоном, который резко изменился на обеспокоенный, — Что с твоим лицом и рукой?

Делаю несколько шагов вперёд и обнимаю растерявшуюся супругу, заодно спрятав опухший кулак, пугающий людей глубокими царапинами. Швы мне накладывать не стали, но повязку пришлось носить несколько дней. И вот после купания попался на глаза благоверной, что при её нынешнем положении чревато. Меня потому и удивил её приезд. Аня на пятом месяце и недавно чувствовала себя не очень хорошо.

— Я остановилась у родственников в Алуште. Нормально выспалась и заказала такси. Хотела сделать тебе сюрприз. Ты же кочуешь по побережью, но вроде должен был быть в Ялте. Если бы тебя не оказалось на месте, то такси ездят в любое время, и вернуться не проблема.

После обеда уплетаем десерт. Анна по своей привычке налегает на мороженое, в чём я её решил поддержать. Народ только возвращается с пляжа, и кафе со столовыми ещё не переполнены, поэтому можно спокойно посидеть.

За обедом мы обсудили последние новости, в первую очередь связанные со здоровьем будущей мамы. Всё хорошо, и это главное! Но есть какая-то недоговорённость в словах супруги. За время знакомства я хорошо изучил свою избранницу и точно знаю, что она не сторонник резких порывов и спонтанных решений. Сейчас же её что-то гложет, и она не просто так рванула в Крым. Понятно, что соскучилась, но это идёт вразрез с её здравомыслием и рационализмом. Надо ещё учитывать плод, которым она точно не будет рисковать просто так.

Уже вернувшись в дом, Анна задала мучивший её вопрос.

— Лёша, кто такая Светлана Капитонова?

Хорошо, что я был готов. Нет, вопрос о Светочке стал для меня неожиданностью. Мне казалось, что речь пойдёт о наших тайных делах или какую-то важную информацию передал тесть. Сделав удивлённое лицо, что было нетрудно, отвечаю как можно спокойнее.

— Это один из моих друзей и соратников. Пузик, Ди Марко и Капитонова входят в круг людей, которым я могу безгранично доверять. К сожалению, другими близкими друзьями я не обзавёлся. Ну, кроме тебя, конечно.

Последняя фраза никоим образом не повлияла на настроение супруги. Анна не хмурилась, а просто была излишне серьёзна. Она в принципе грешит излишней внешней строгостью, узнав человека получше, совершенно преображается. Может, у неё такая защитная реакция, не знаю.

— А у меня совершенно иная информация. И могу тебе заявить откровенно, если в этом есть хоть доля правды, то наша совместная жизнь заканчивается. Я не собираюсь терпеть обман и предательство!

Глава 8

— Один из основных вопросов, который волнует комиссию — почему имя главного героя — Беримир, а страна носит название Росландия? Что это за странные аналогии? И почему принц? Неужели нельзя подобрать иного персонажа? Пусть будет Иван-царевич, в конце концов.

Я думал, что основные проблемы возникнут с приёмкой «Руси изначальной», но сильно ошибался. Картина ещё не готова, но предварительный вердикт уже получен. Кроме пары сцен, к которым опять придрались моралисты, особо ничего вырезать не планируется. Всё дело в том, что фильм получил одобрение «идеологов». Базовые принципы и намёки вполне устроили товарищей, и они готовы терпеть даже некоторые вольности. Главное, чтобы было поменьше шума, ориентированного на Запад, а то мы фильм толком не продадим. Пусть советские кинокритики пишут что угодно, лишь бы в Европе всё восприняли, как приключенческое кино без политических намёков.

Зато в смонтированный и озвученный «Принц и дракон», товарищи цензоры вцепились, как клещи. Магитон, по простоте душевной, не дал комиссии пространства для манёвра. Я его предупреждал, чтобы он увеличил длительность и применил метод Гайдая. Надо было специально снять несколько сцен, которые вступают в противоречие с моральными принципами строителя коммунизма и привлекут к себе наибольшее внимание. Комиссии же нужно к чему-то придраться, иначе для чего она вообще нужна? И ладно бы дело было в именах. Войдя во вкус, цензоры попросили вырезать чуть ли не шестую часть фильма. У меня в «Руси» таких моментов минут на двадцать, если не больше. Это откровенная обнажёнка, которую вырежут в любом случае, и излишне кровавые сцены. Всё продумано, и Лёша Мещерский учится, пусть даже на своих ошибках.

А Исаак Семёнович просто не ожидал, что в детском фильме можно найти крамолу или покушение на советский строй. С учётом того, что среди цензоров за каким-то чёртом оказались Козловский с Тумановой, проблемы были неизбежны. Киношные люди немного попридирались для приличия, но скорее из зависти. Ведь в СССР никогда не выделялись такие суммы и ресурсы на детское кино. Может, мой фильм более масштабный, только работа Магитона ненамного дешевле.

Вот и приходиться мне защищать сильную и оригинальную работу коллеги, который растерялся от целого потока претензий. Особенно забавным был наезд на славянские имена, аналогии с «Россией» в названии, и педалирование знатного происхождения героя. Да, у нас принц, а не дурачок, который ходил туда, не зная, куда. Хорошо, что хоть до дракона не придирались. Наверное, сочли его социально близким и пострадавшим от кровавого королевского режима. Вот только отстаивать фильм надо, но дельных мыслей нет. В результате решаю пойти нестандартным путём.

— Товарищи, основная проблема фильма не в именах и названиях, — судя по лицам, цензоры ждут от меня очередной пакости, — Мы не сможем вырезать указанные вами сцены и, тем более, заново переозвучить картину. Как вы знаете, ТО «Прогресс» — хозрасчётная организация. На съёмки была выделена огромная сумма, в которую не удалось уложиться. Мы превысили первоначальный бюджет на двадцать процентов. Повторные съёмки и дополнительные работы могут обойтись в огромную сумму.

— Может, вы приступите ближе к делу, — произнёс Баскаков, который и возглавлял комиссию.

Наверное, зам главы советского кино вздрагивает, когда слышит моё имя. Да и не уделяют ни одному режиссёру столько повышенного внимания. Если аксакалы индустрии не врут, то за последние годы стольких комиссий, в том числе коллегии «Госкино», только «Комиссар» Аскольдова удостоился такой чести. По поводу дебютной работы молодого режиссёра разразилась самая настоящая война. В результате дошло даже до писем Суслову и другим членам ЦК. В результате фильм запретили после вердикта с самого верха. Но там изначально всё шло заковыристо, и даже на низовом уровне многие товарищи высказывались против сценария. «Принц и дракон» же спокойно прошёл сценарно-редакционную коллегию киностудии, далее было получено одобрение комиссии «Госкино». Режиссёр практически не менял базовый сценарий, только удачно дополнил сюжет несколькими своими придумками и экспромтом актёров. Это рабочий момент, на который никто не обращает внимания.

— Есть два варианта решения вопроса, без дополнительных затрат, — начинаю озвучивать своё предложение, но меня грубо прерывает Туманова.

— Вы постоянно поднимаете тему денег. Такое впечатление, что мы разговариваем с каким-то буржуем или нэпманом, а не советским человеком. Финансы на съёмки вам выделяет государство, и оно вправе требовать у вас изменений в картине.

Даже мои недоброжелатели посмотрели на тётеньку, будто умственно неполноценную. Или мадам по кличке ЗПТ просто не понимает, что такое хозрасчёт?

— Я это объясняю по одной простой причине, — чувствую, что начинаю заводиться, хотя старался сдерживаться, — Наш трудовой коллектив зарабатывает деньги. И вкладывает их в производство новых картин. Мы не берём у государства ни копейки. Поэтому я и пытаюсь объяснить, что у ТО «Прогресс» нет бюджета на переделку. Тем более, что вы требуете вырезать огромные куски, которые нарушат саму суть сюжета. Переозвучку частично можно провести, только это отнимет много времени. Но переснять такие масштабные сцены просто нереально.

— Наверное, вы подводите нас к мысли, что государство должно взять на себя расходы по переделке замечаний комиссии? — выдал улыбнувшийся Козловский.

Сказал бы я всем этим шкурам всё, что думаю на самом деле. Особенно, чем отличаются люди, которые зарабатывают, от тех, кто получает. Но метать бисер перед этими паразитами не вижу смысла.

— Нет. Есть два варианта. «Прогресс» продаёт картину государственной киностудии. Пусть другие специалисты доведут её до ума. Единственное, мы хотим получить возмещение расходов и половину от прогнозируемой прибыли, положенной нам по договору с «Кинопрокатом».

Смотрю, а товарищи зависли. Они просто далеки от реальной жизни. Эх, как бы мне хотелось посмотреть на крыс, подобных Тумановой, в условиях рыночной экономики. Хотя, говно не тонет, и такой нужный кадр всегда поддержат бывшие коллеги.

— Второй вариант — это полная продажа прав на картину американцам. Недавно Союз посетил главный директор компании «Paramount», который заинтересовался нашим проектом, — судя по вновь изменившимся лицам, сегодня у некоторых товарищей день открытий, — Только в этом случае будет несколько условий. Американская сторона смонтирует фильм, проведёт озвучку, и в титрах не будет упоминания о советских кинематографистах, снявших картину. По сути, проект станет полностью американским. Зато мистер Эванс обещал хорошую цену и процент с проката. Здесь уже наше ТО выставит дополнительные условия. Мы хотим самостоятельно реализовать свою продукцию, а на вырученные деньги закупить современное оборудование. Расходную часть придётся покрывать за счёт собственных средств. Нам нужно только ваше принципиальное согласие, что фильм нельзя демонстрировать советскому зрителю. Затем мы обратимся во «Внешторг» и ВЭБ, где надо будет открыть валютный счёт. В общем, от вас зависит, выйдет ли наше объединение на мировой рынок. Только вся комиссия должна подтвердить, что фильм нельзя демонстрировать советскому зрителю. Далее мы уже начнём действовать сами.

Что-то я, похоже, переборщил. Либо товарищи перепугались до икоты, или негодовали по-настоящему — неважно. Матерно не ругались, но ярлыков на товарища Мещерского навешали достаточно. Особо старалась ЗПТ, показав своё истинно комсомольское воспитание. Балаболить — это ведь не делом заниматься. Я ещё и маслица в огонь подлил, пообещав написать лично товарищу Косыгину. Мол, стране нужна валюта, и мы даже согласны отказаться от неё, пересчитав всё по курсу в рублях. Но лишать Советский Союз колоссальных сумм — настоящее преступление. Скандал вышел знатным. Думаю, что кто-то из комиссии сдаст суть происходящего вражеским голосам, и история получит дополнительное продолжение.

А письмо главе Кабмина, впрочем, как и Брежневу, я точно напишу. Это веселье должно продолжиться. Тем более, когда-то же должны произойти изменения в высших эшелонах власти, на которые намекал подполковник. Может, удастся как раз помочь одной из группировок, в очередной раз, подставив «идеологов».

* * *

— Нам пришлось осваивать необычное исполнение и привлечь музыкантов со стороны. Благо, в соседнем районе есть ансамбль, играющий на русских народных инструментах, — с нотками гордости произнёс Ясный.

За прошедшее время Гена совершенно изменился. В первую очередь это ощущалось в манере говорить и стильном гардеробе. А ещё музыкант стал излучать уверенность. С учётом того, что в последние два года «Рассвет» не покидает верхние строчки советских музыкальных рейтингов, это вполне нормально. Главное, чтобы не зазнался. Что касается творчества — ребята просто молодцы! Ведь они уже давно поют собственные песни, лишь иногда перекладывая на музыку стихи известных поэтов. Радует, что Ясный помнит, кому обязан взлётом, и всегда рад мне помочь. Вернее, это взаимовыгодное сотрудничество.

В творческий процесс я не лез, но над тремя песнями пришлось покорпеть. Не знаю, каких трудов мне это стоило, пока удалось более-менее вспомнить мелодии. А текст пришлось восстанавливать с пятого на десятое. Получилось как обычно — товарищ Мещерский с умным видом раздал всем поручения и умотал на съёмки. Хорошо, что перед этим мы с музыкантами на три дня заперлись в студии, где совершили настоящий трудовой подвиг.

Летом ВИА прилетал в Крым, где дал несколько концертов. Заодно ребята пару дней отдохнули и похвастались новыми композициями, которые хотели начать исполнять прямо сейчас. Даже Ясный сгорал от нетерпения, хотя прекрасно понимал, что фильм даст сумасшедший толчок новым песням, и лучше немного подождать. Ведь миллионы людей услышат необычную музыку, ещё и со специфическим тексом. На радио добиться подобного эффекта проблематично. Клипы снимать нет смысла, так как лучше всего к ним подойдёт нарезка фрагментов фильма.

Кстати, мы уже оборудовали собственную студию звукозаписи, где и писали чистовую версию песен. Правда, это было без меня. Я подключился уже на стадии монтажа, когда подгоняли музыкальную дорожку под действие на экране. Что касается самой студии, то у нас уже есть несколько заявок от разных исполнителей, желающих записать свои нетленки на самой современной технике в Союзе. Скоро ТО получает разрешение на производство пластинок, вернее, на их копирование. Начнём пиратствовать в лучших традициях китайских товарищей образца девяностых. Типография тоже готова к работе, но пока всё упирается в разрешение. Ответственные товарищи пока не решили, вредны ли для советского читателя Гаррисон, де Камп, Саймак, Хайнлайн и Чейз. Список авторов на самом деле гораздо больше.

Не удивлюсь, если причина задержки в жалобах Союза писателей. Там сидят отнюдь не дураки. Бездарей, паразитов, плагиаторов и приспособленцев среди этой публики хватает, но откровенных идиотов нет. Пузик прорывалась во всесоюзную организацию через массу заслонов и препон, и это учитывая полную поддержку молодого дарования со стороны руководства БССР. А здесь планируется массовое нашествие козлов в чужой огород, который товарищи-писатели давно поделили и спокойно окучивают. Ведь пострадают не только советские фантасты, но и авторы других жанров. Если называть вещи своими именами, то западные конкуренты могут просто смести достаточно большую прослойку отечественных графоманов, изображающих из себя писателей. Но пока мне не до них. У нас сегодня демонстрация клипов, над которыми я трудился последние дни.

Гена, музыканты и несколько человек из «Прогресса» расположились в небольшом кинозале. Здесь мы устраиваем закрытые показы, проводим методические занятия и разбираем собственные работы. Очень удобно, когда можно остановить плёнку или перемотать её обратно, обсудив с коллегами недостатки и спорные моменты.

Я не стал мудрить и смонтировал три полноценных ролика. В картине просто невозможно растянуть одно действие на время, которое длится песня. Но базовые кадры совпадали — на них, собственно, хорошо легли слова. Кстати, стихи тоже писал коллектив «Рассвета», на который работает несколько поэтов. Музыку Гена с коллективом переработал самостоятельно.

Думаю, один из моментов с главным саундтреком может вызвать нарекания, и даже противодействие комиссии. Представьте себе утро в деревянном славянском городе, когда группа молодых людей под приветствие родни и соседей заполняют специальную площадку. Далее юноши, под руководством нескольких дядек, идут в одну сторону, а девицы вслед таким же опытным женщинам.

Ребята раздеваются по пояс, и начинается испытание. Я привязал это событие к обретению совершеннолетия. Под бдительным оком конных воинов бежит вереница молодых людей с тяжёлыми мешками на плечах, затем у них по плану стрельба из лука, седлание коня и скачка до определённого места, после возвращения — битва на мечах. Эдакая полоса препятствий в древнем антураже. Параллельно девушки месят тесто, пекут хлеб, а старшие женщины оценивают рукоделие, принесённое кандидатками. В конце — общая сцена, где около деревянных идолов, под руководством волхва, происходит молитва и посвящение молодёжи в полноценные члены общества.

Обряды и последующий за ним танцы я придумывал буквально на коленке прямо за пару дней до съёмок. Изначально в сценарии была прописана другая сцена. Но самое главное — удалось угадать с музыкой. Всё действо проходило под известную в моём времени песню «Ярило» группы «Аркона»[2].

Только слова были не на старославянском. А дифоническое пение от Маши Архиповой у нас поделили между собой Нина Галактионова и Гена, но обошлись без скриминга. Получилось точно не хуже. Благодаря использованию дополнительных инструментов, вроде свирели, дудок и бубнов, получилось очень аутентично.

Но, мне кажется, что мощнее всего получилась вторая композиция «Лики бессмертных богов». Мы наложили композицию на эпизод со штормом, в который по сюжету попади герои картины. Здесь Нина дала жару и взяла такую октаву, которая по силе только оперным певицам. Я был впечатлён, с учётом широкого экрана и хорошего звука, зрелище получилось завораживающее[3].

Финальный клип был в чём-то попроще с точки зрения вокала, но самый зрелищный. Сцена абордажа, битвы с хазарами и штурм византийской крепости сопровождался мощной композицией «Крепче воин сжимай топор» от «Сколота»[4].

Да, товарищ Мещерский начал подворовывать идеи из будущего, так как своих не хватает. Я бы обошёлся местными кадрами, но в СССР просто нет коллективов, работающих в подобном стиле. Думаю, их и в мире пока нет.

Понятно, что мы убрали из текста слова «варяги», заменив их на россов. Были ещё небольшие коррекции, где Локи и Фрейя явно не соответствовали показанной эпохе. Я даже немного засомневался, не обвинят ли меня в пропаганде насилия и русского национализма. Уж очень всё получилось не по-советски и шло вразрез с любыми канонами отечественного кинематографа. Да и музыки такой пока не существует. Подозреваю, если фильм пропустят, то это даст мощнейший толчок впечатлительной и творческой части общества. И ведь появятся не только последователи нового музыкального стиля. Как бы ни нарисовался какой-нибудь новый пророк, призывающий вернуться к вере предков. Этого «суслики», при полной поддержке КГБ, мне никогда не простят. Хреново, что фильм поставят на полку. Значит, надо сначала показать его «дорогому Ильичу». А это можно сделать только через Фурцеву, с которой у меня не самые тёплые отношения. Ладно, подумаю об этом на досуге, пока надо посмотреть на реакцию народа.

Реакция зрителей была ожидаемой. Нет, никто не бился в истерике от восторга, но показанные эпизоды зрителей впечатлили. Надо дать команду ребятам начать монтировать саундтрек. А ещё нужны титры во время звучания песен. Вырезать их комиссии удастся только через мой труп. Иностранцам перевод точно не помешает, хотя многого они не поймут. Мы будем готовить фильм для англо, итало, франко и немецкоязычной аудитории. Их будут нормально дублировать, причём Джина сделает это сразу на английском, французском и, конечно, итальянском. Только это уже не мои заботы.

Чуть позже мы собрались в моём кабинете и начали делиться впечатлениями. Понятно, что группа была в самом восторженном настроении. Мало того, что ребята сделали отличную работу, так они ещё получают готовые клипы. Надо сказать, что музыкальные клипы с моей подачи стали нормой для премьеры любой новой композиции. Если хочешь, чтобы народ принял песню ещё более благожелательно, а коллеги не посмеивались за спиной, то изволь соответствовать.

Не удивило меня и то, что со стороны коллег прозвучали совершенно полярные мнения. Солодовникову и руководителям технических отделов всё понравилось. Пузик была в сомнениях, хотя неплохо относилась к року. Скорее всего, переход в этническую музыку стал для неё неожиданностью. А вот Ирма была категорически против такого музыкального сопровождения. У нас и ранее возникали споры, но удавалось договариваться и устранять разногласия. Здесь же товарищ Рауш была против изначально. С учётом названия фильма, это звучит забавно. Думаю, второй режиссёр больше думала о возможных проблемах с комиссией. Из-за того, что её супруг изрядно страдал от цензоров, она хотела перестраховаться. Кстати, у семейства Тарковских тоже наметился разлад. Надеюсь, что не я стал этой причиной, так как точно не уговаривал Ирму присоединиться к «Прогрессу».

Настроение у меня сейчас не самое лучшее, поэтому решил не разводить демократию. Дал выговориться и немного поспорить всем сторонам. Народ выпустил пар, но все остались при своём мнении. При этом бобруйская принцесса сделала крен в сторону Рауш. Пузик постепенно примеривает на себя одеяло руководителя и прекрасно понимает, что не всё так просто в этой жизни. Творчество — это хорошо, но иногда нужно поступиться частью принципов, дабы угодить товарищам, принимающим решения. Поэтому, волюнтаристским решением, я утвердил музыку и взял на себя всю ответственность.

* * *

После окончания планёрки народ разошёлся по рабочим местам, музыканты уехали, а мы с Геной решили пообщаться и немного снять стресс. Ясный явно хотел поговорить, а я так набегался, что от работы уже тошнило. Поэтому чебуречная на ВДНХ показалась неплохим местом для беседы. Мы частенько ходим сюда с коллегами, и не одна идея родилась в этом культовом месте. Можно вспомнить тот самый разговор с Рабиным, который в корне перевернул судьбу этого человека. Некогда подпольный художник и продавец картин, сейчас — уважаемый человек, обласканный властью. Мало того, что это выражается в неплохих заработках, так Оскар ещё неслабо продвинулся в иерархии Союза художников СССР. Но Ясного волновали далёкие от карьеры вопросы.

Сначала мы обсудили множество новостей кино и музыки. Гена рассказал о летнем турне по курортным городам от Прибалтики до Черноморского побережья. Ну и, конечно, мы слегка выпили, закусив это дело вкуснейшими чебуреками! Давно я так не сидел в простой кафешке со старым знакомым. Оказывается, у собеседника была такая же проблема.

— Алексей, у меня самый настоящий дефицит человеческого общения, — Гена вдруг сменил тему, — Раньше я был простым рабочим и руководителем заводского ансамбля. Проблем с друзьями и знакомыми не было. А сейчас, при любом разговоре и приглашении в гости со стороны старого круга общения, чую подвох. Ладно, когда просят денег взаймы или надеются через меня пристроить кого-то из родни… Кстати, я сначала занимал, но потом научился отказывать, так как почти никто не возвращает — это даже хорошо, потому что отвалились левые люди — но ведь меня чуть ли не в обязательном порядке просят сыграть на свадьбах и прочих юбилеях. И здесь начинаются конфликты и настоящие обиды со стороны действительно близких людей. Никто не хочет учитывать даже отсутствие в некоторых помещениях возможности установки аппаратуры. Типа, Гена и так слабает. Про наше жёсткое расписание народ даже думать не хочет. А нам ведь даже на репетиции времени не хватает. Ловлю себя на мысли, что стараюсь держаться подальше даже от некоторых родственников и друзей, что уж говорить о бывших коллегах. Получается, что общаться приходится с ребятами из ВИА, от которых иногда хочется отдохнуть. Вот такая у меня жизнь, хотя купаюсь во всеобщей любви и обожании! Мне же иногда не с кем поговорить по душам, водки выпить, как с тобой сейчас.

Немного разбираюсь в ситуации и прекрасно понимаю музыканта. У популярных актёров такая же проблема, когда человека хотят видеть на всевозможных мероприятиях. Ясному ещё сложнее — ему надо петь и веселить честной народ, который часто позволяет себе откровенно хамское поведение. Чтобы не терпеть пьяное «Ты меня уважаешь?» или «Давай, братан, сыграй нам это… Ну, что-то весёлое. Нашу, короче», я бы вообще отказался выступать перед друзьями и роднёй. Кому какое дело, с кем Гена пил водку пять лет назад? Он же не лезет к слесарям с просьбой привезти станок в студию и показать мастер-класс! И это речь идёт о простом народе. Что делать артистам, когда их приглашают на мероприятие к секретарю райкома? Я уж молчу про всяких директоров «Пищеторгов» и продуктовых баз. А если речь идёт о более высокопоставленных товарищах? Понятно, что в СССР соблюдается определённый этикет, и номенклатура не ведёт себя как баре. Но попробуй откажи.

Выпили с Геной ещё, и закусили. Он рассказал пару подобных случаев, о которых я подумал. Хорошо, что достаточно давно лидер ВИА решил составлять график выступлений и важных репетиций. Новый администратор, которого взяли после увольнения прежнего махинатора, оказался человеком принципиальным и умеющим отстаивать своё мнение. Ясный отсылал любых просителей к Иванычу, а тот начинал любые переговоры, достав журнал с запланированными концертами и съёмками на ТВ. Не все понимали, что артисты могут быть заняты, но таким образом удавалось избавиться от излишне навязчивых и неадекватных товарищей.

— Скажи вот что, — Гена уже слегка перебрал и явно приступил к главной теме разговора, — А как ты решаешь вопросы с поклонницами? Я уже устал, честно говоря. Ведь и развёлся именно из-за этого. Ты-то должен меня понять. С новой женой уже начались конфликты. Хотя точно знаю, что она выходила замуж больше за мой статус и благополучие. Зря я тогда поторопился. Это ещё хорошо, что в обоих браках детей не завёл — ведь замучили бы с алиментами.

Забавно, но музыкант уже списал вторую жену. И здесь я его прекрасно понимаю. Взять тот же случай на ялтинской набережной, когда восторженные фанатки атаковали Жана Маре. А Гена сейчас на самом пике и не думает никуда опускаться. Ещё он красавчик, молод и следит за собой. В СССР звёзды тоже не могут шагу ступить без повышенного внимания. Обычно всё в рамках разумного, но после выступлений гримёрки штурмуют многочисленные девицы.

— Мне в этом плане легче, так как я не артист. Мало кто знает в лицо режиссёра Мещерского. Плохо, что многие о нём слышали и часто верят в разные небылицы, — отвечаю понятливо усмехнувшемуся певцу, — Поклонниц у меня нет, зато хватает проблем в личной жизни.

— А как же актрисы? Дыма без огня не бывает. И я видел, как на тебя смотрели те две девицы, когда мы шли по киностудии. Обе явно готовы ехать на репетицию будущей роли в более интимной обстановке, — Ясный ещё выпил, но я его не поддержал, — Или после мировых звёзд наши девушки не катят?

— Ты путаешь интерес поклонниц с проституцией. Эти две актрисы уже всё просчитали, и ты прав насчёт их намерений. Но я с подобными персонами не связываюсь, чего и тебе желаю. Что касается всего остального, то мне домой пора. Тебе же советую свою любвеобильность применять, используя резиновые изделия. Если не намотаешь интересную болезнь на конец, то лет через двадцать тебя начнут осаждать толпы наследников, желающих воспользоваться папиными деньгами и связями. А представь, что у тебя появилась нормальная семья и ты, наконец, нашёл женщину своей мечты. Ведь всё может рухнуть в один миг.

Посадил возбуждённого Гену на такси. Тот подумал, что я обиделся и долго извинялся, в чём он частично прав. Немного задело, что обо мне идут подобные разговоры. Ни одну девушку я насильно в койку не волок. Особенно неприятно, что всякая богемная шушера зубоскалит насчёт Аниты. Подобные слухи до меня уже доходили. Может, супруга тоже об этом слышала? Только вопрос, кто ей наплёл про Светочку?

Сейчас у меня не самый лучший период. Если бы не беременность, то Анна могла уйти навсегда. Просто сейчас у неё резкие перепады настроения, чем я и воспользовался, буквально утащив её от мамы с тётей. Дамы, кстати, не особо возражали — кровиночка умудрилась их изрядно достать. Это я терплю любые капризы со стороны благоверной. Только старшие родственницы привыкли к обратной ситуации, когда вокруг них бегают и всячески угождают.

Плохо, что мы за три месяца толком не поговорили. Вернее, никто не молчит, но прежняя душевность пропала. Я же надеюсь, что после родов Аня успокоится и всё более-менее нормализуется. Хотя и мозг мне выносят капитально. Сегодня она позвонила два раза. Один раз просто спросила какую-то мелочь, а во втором разговоре попросила срочно привезти селёдку. Благо, у меня сейчас есть водитель, и вопрос было решён оперативно. Не знаю, это мелкая месть или бзики беременной женщины. Хорошо, что пока не требует моего личного исполнения всех капризов. Мне, вообще-то, работать надо. Вот потому сегодня я слегка кирнул и немного расслабился, а то пару дней домой возвращался с опаской. Но ничего — неприятность эту мы переживём.

Глава 9

— До меня доходили слухи, что ты тяжёлый человек, Алексей. Но всему есть свой предел, — Месяцев потряс ворохом бумаг, — Это только часть жалоб, причём с самого верха и от ответственных товарищей. Если собрать все обращения и жалобы, то получится целая стопка.

— А я не золотой червонец, чтобы всем нравится. Бумаги можно собрать и сдать в макулатуру, чего добру пропадать, — отвечаю со злой усмешкой, — Может, вы вспомните, что изначально речь шла о независимости съёмочной группы, в том числе это должно было касаться подбора артистов.

Сижу хмурый и невыспавшийся в кабинете главы «Гостелерадио». Увлёкшись фильмом, я совсем упустил, что новогоднюю программу этого года доверено готовить ТО «Прогресс». Вернее, товарищу Мещерскому, для которого это шанс проявить себя и загладить вину за прошлогодний конфуз с беглецом. В 1969 году родное телевидение одарило нас очередной скучной музыкально-развлекательной программой «Тринадцать стульев» и непонятным телефильмом после полуночи. Даже по меркам этого времени — людям показали откровенную лажу. За год до этого, вместо телефильма народ «порадовали» той же, типа, развлекательной передачей, а затем опереттой. Ну не издевательство ли? Вот и Месяцев решил, что новогодние программы сильно уступают в качестве многим работам телевидения. И дело даже не в слабости продукта, а его архаичности. Телезритель просто привык к совершенно иной подаче. Рейтинги программ пока никто не оценивает, но обратная связь с людьми существует. Поэтому даже до больших начальников через два года дошло, что необходимы изменения и свежий взгляд.

Так как проекты, к которым привык зритель, продвигал наш коллектив, то выбор стал очевидным. При этом я чувствовал подвох, но полез в это дело исключительно из-за уговоров Николая Николаевича. Уж очень убедительно он вещал, что успех новогодней передачи, которую посмотрят все советские вожди, лучший способ обелить мой замаранный образ. Как оно ещё будет с фильмом — никто не знает. А вот новогодняя программа — это работа, которую не заметит только слепой. Поэтому я и повёлся на уговоры главного телевизионного боса страны. О чём сильно пожалел.

Нет, моя вина в случившемся тоже есть. Надо было сесть и придумать что-то своё, нежели воровать самую очевидную тему из будущего. Только моей фантазии хватило исключительно на «Старые песни о главном». Сначала сказка выходила немного с военным уклоном, так как множество популярных композиций были именно из самого страшного периода нашей истории. Но потом я погрузился в эстраду двадцатых-тридцатых годов, благо, знатоков музыки тех лет хватало, и был просто поражён. Для меня стало откровением, что в СССР того времени было столько разнообразной музыки, не имевшей никакого отношения к политике. Без пропаганды, конечно, никак, и несколько патриотических композиций пришлось вставить. Но крен я решил сделать в простую музыку, далёкую от восхваления самой лучшей страны на свете.

В результате, ещё перед отъездом на съёмки, я засел с нашей молодой порослью, и буквально за неделю набросал сценарий. Далее ребята сами выбирали песни и исполнителей. Руководство в моём лице уехало снимать фильм. А творческая группа нового проекта присылала мне выбранные песни, варианты новых аранжировок и правки сценария. Только дальше начались проблемы. По простоте душевной, я не учёл, с кем связался. На бумаге всё казалось легко и просто — выбрал артистов, записал заранее музыку, и затем уже съёмки. Я ведь думал, что будет, как в кино. Режиссёр — главное действующее лицо, и на нём лежит вся ответственность, включая выбор основных действующих лиц. Но тут началось такое!

Мне даже в страшном сне не могло присниться, какой клоакой является советская эстрада. Вернее, часть артистов и стоящие за ними силы. Это ещё хорошо, что в 1969 году нет организованной преступности, а то было бы совсем худо. Но и нынешних «крыш» советских звёздочек вполне хватает. Ведь, кроме разных филармоний и предприятий, к которым прикреплены певцы, есть республиканские власти. А они считают лучшим способом договориться — давить на режиссёра, или жаловаться в ЦК. Не знаю, как ранее справлялись авторы «Голубого огонька», но меня проект утомил ещё на стадии утверждения артистов. В кинематографе тоже проблем хватает, но такой вакханалии точно нет.

Сначала начались непонятные хороводы, когда на съёмки зачастили мутные гонцы. Представьте моё состояние, когда после четырнадцатичасового рабочего дня, вас пытаются обрабатывать, приглашают в ресторан или дачу, не давая отдохнуть. Ещё в июне, когда мы работали в Ростовской области, я психанул и погнал к чертям ходоков, запретив появляться на площадке кому-то постороннему. Но были особо непонятливые деятели, которые благодаря своим корочкам, проникали за периметр, охраняемый местными «вохровцами» и нашим сторожем, исполняющим роль охранника.

После того, как я чуть не набил морду одному хаму из ЛКСМ Грузии, от меня на время отстали. Только махинаторы сделали ход конём и заморозили работу, надавив на Месяцева через отдел культуры ЦК. Когда я вернулся в Москву, то столкнулся не только с очередной комиссией, но и забуксовавшим проектом. Никого не волновало, что уже в сентябре песни должны быть записаны. Дело сдвинулось только после того, как я объявил о том, что «Прогресс» отказывается от договора с «Гостелерадио», и пусть передачу снимают без меня. Здесь уже глава телевидения понял, что ситуация попахивает провалом новогодней программы. А это чревато санкциями, так как власть ждёт необычное шоу, которое понравится зрителю. Поэтому работать мне разрешили, периодически дёргая и мешая. В результате у меня начинается нервный тик, когда я слышу об очередном предложении поменять сценарий.

— Алексей, я понимаю, что мы оказались в пикантной ситуации. Но может, имеет смысл пойти на уступки? По крайней мере, давай добавим в программу ансамбль «Орэра» из Грузинской ССР, и того певца из Таджикистана, забыл фамилию, — Николай Николаевич сменил тон на увещевательный, если так можно выразиться, — И надо что-то делать с ведущим. Мой полный тёзка не совсем соответствует специфике программы.

— У нас есть ВИА — «Поющие гитары» и «Рассвет», а также два детских коллектива. Переснимать мы ничего не будем и, тем более, добавлять новых действующих лиц. Программа практически готова, осталось несколько сцен для финальной композиции, где примут участие все артисты, и далее монтаж, — сухо отвечаю начальнику, — Что касается ведущих, то это мой выбор. Мне комфортно работать именно с этими людьми. Может, Валентина Серова тоже не устраивает почтенную публику, как и Озеров? Тогда не надо стесняться, пусть предоставляют новый сценарий, заодно свой вариант артистов и песен. Я, как настоящий холоп, исполню все пожелания бояр, вот только растянется процесс лет на пять. А потом появятся очередные недовольные, и история пойдёт на новый круг, может, уже десятилетний. И мне вообще непонятно, с чего такой интерес к передаче? Ранее были квоты для республиканских исполнителей, но всё решалось без особых скандалов.

Месяцев шумно вздохнул, но ничего не сказал. Пока глава телевидения думал, я рассматривал его кабинет. Забавно, что часть советских начальников начала копировать мой минималистический стиль. Вернее, я содрал идею у Эванса, и привёз её в Союз. До хай-тек мебели мы пока не добрались, но кое-что сделать удалось. Намучился я капитально, но вместо имперской монументальности с габаритной мебелью, обязательными книжными шкафами и тяжёлыми шторами, пришла лёгкость. Просто кабинеты стали более светлыми, вместо шкафов появились кресла для беседы тет-а-тет, неподъёмную мебель заменили лёгкие конструкции. Пришлось часть интерьера закупить у шведов, что вызвало небольшой скандал. Но так как у меня многие полезные вещи идут по линии помощи западных партнёров, то всё ограничилось шумом. Ну, подарила мне компания «LV» мебель, несколько холодильников и кондиционеров — так это же дополнительная благодарность за лекции и съёмки роликов! Другой вопрос, что многие важные товарищи захотели себе подобные иностранные причуды. При этом никто не подумал об организации производств на территории СССР. Сначала диковинки хотели реквизировать у одного обнаглевшего режиссёра. После неудачи рейдерского захвата, «Внешторгу» дали задание прозондировать вариант закупки столь необходимых для советской экономики вещей. Более грамотные начальники, вроде главы «Гостелерадио», обошлись внутренними резервами и просто подключили к процессу обстановки своего офиса дизайнеров. Последних пока не было, но в ТО «Прогресс» трудилась парочка толковых художников, которые и занимались переоборудованием наших помещений. Но что-то меня занесло не в ту степь. Месяцев принял решение, и смотрит на меня, как строгий учитель на нашкодившего ученика.

— Вот я и говорю, что тяжело с тобой, — вновь произносит Николай Николаевич, — Объясни, зачем было ссориться с грузинскими товарищами? Ну не хочешь ты их коллектив, к чему скандал? И что за хамское поведение с твоей стороны в отношении второго секретаря ЦК УзССР? Ты вообще понимаешь, что с такими людьми не шутят?

Ну, не объяснять же Месяцеву, что Кикабидзе появится в проекте «Прогресса» только через мой труп. Мы ограничились тем, что взяли в программу Нани Брегвадзе, солистку «Орэра», на том и остановились. С ходоками из Грузии, после отказа включить в программу усатого Бубу, я не ссорился. А просто послал их в пешее эротическое путешествие и пообещал набить морду. До вызова милиции дело не дошло, но драка могла состояться. Но так как товарищей из солнечной республики было всего трое, а недалеко от меня маячил техник, который ведёт нашу группу по рукопашке, то такой расклад показался гостям несправедливым. По их мнению, нас было слишком много.

Что касается товарища Ломоносова, который, несмотря на русскую фамилию, оказался коммунистом номер два Узбекской ССР, то кто кому ещё хамил. Владимир Григорьевич изволил отдыхать в Крыму. Так как подковёрные игры со «Старыми песнями» были в самом разгаре, то товарищ решил помочь своей республике. Вернее, это он думал, что так должна выражаться помощь. И мой отказ явиться пред его светлые очи в ялтинский пансионат, был воспринят весьма болезненно. То, что я не ручная малайка с «Узбекфильма», и мне пришлось бы бросить съёмки на целый день, мало кого волновало. В итоге, ко мне прислали второго гонца, который был откровенно послан туда, куда отправились грузинские комсомольцы. Заодно я пригрозил, что вместо Ялты полечу в Москву и добьюсь встречи лично с товарищем Семичастным. Подобного барства, на пятьдесят второй год советской власти, никто терпеть не собирается. Владимир Ефимович, став главой партийного контроля, навёл уже немало шороха, что явно перепугало обнаглевшего второго секретаря. Через пару дней партократ появился в Коктебеле, и мы пришли к общему знаменателю, хотя мне пришлось вносить изменения в сценарий программы. С грузинскими комсомольцами я себя вел столь нагло ещё по причине того, что знаю о фундаментальных изменениях, ожидающих республику. Нет, в рожу я и так бы сунул, но, с учётом знаний, была уверенность, что меня не посадят. Месяцеву пришлось говорить немного иное.

— Повторяю, что для съёмок хватает ансамблей, грузинский просто лишний. Мы ограничились приглашением их солистки, которая хорошо вписывается в нужный образ, — насчёт Брегвадзе говорю совершенно искренне, так как ей достался романс «Когда вас нет», исполняемый ранее Тамарой Церители, — Что касается комсомольцев, то они мне не товарищи. Прошу более не поднимать эту тему. Со вторым секретарём было недопонимание. Оказывается, в республике не поняли наш выбор в пользу Стахана Рахимова. Я и не знал, что самым популярным певцом там является Батыр Закиров. В итоге, он получил свою песню и роль.

На самом деле, у меня всё кипит. Ну, не ожидал я такого ажиотажа, и оказался не готов к столь массированному давлению. Рахимов с супругой, Аллой Иошле, составляет дуэт, который должен был исполнить композицию «Пароход» Утёсова. Получилось в итоге интересно, с учётом того, что песня обрела совершенно иное звучание в два голоса. Но мне пришлось пристраивать и Закирова, оказавшимся отличным человеком. Оказывается, что я даже слышал его песню. Только это было в моём времени, и исполнял её Киркоров.

— Странно, что ты удивляешься подобному нездоровому ажиотажу. Ведь причиной всего является сам товарищ Мещерский.

Видя моё недоумение, Месяцев пояснил.

— Алексей, ведь это не просто концерт, а масштабный проект, которого в СССР просто не было. Это сразу всполошило все музыкальные круги. Плюс, надо учитывать твою персону, которую считают гарантом успеха. После утверждения сценария, среди творческой публики и начались шевеления, переросшие в бурю. Не каждый день за дело берётся режиссёр подобного уровня. Один ты несерьёзно относишься к работе с европейцами и в США. А для большинства людей искусства — это просто космический уровень. А ещё расскажи, какие у тебя планы на передачу далее?

Я уже понял, куда клонит телевизионный начальник.

— В следующем году мы обеспечим демонстрацию музыкального фильма по всей стране. Кинопрокат уже выразил заинтересованность, и присылал людей для обсуждения условий. На большом экране, и в цвете, программа будет выглядеть просто сногсшибательно! А ещё, я хочу разбить песни на ролики, и крутить их в «Музыкальной почте» и на третьем канале. Есть план выпуска пластинок большим тиражом, надо только решить вопрос с правами на некоторые композиции.

— Вот! — Месяцев многозначительно поднял указательный палец, — Я подумал только о прокате, а у тебя уже всё расписано, как выжать из проекта максимум. Люди, связанные с артистами, всё прекрасно понимают. Многие певцы были готовы отказаться от положенного гонорара, лишь бы попасть в проект. Думаю, они бы и доплатили, будь такая возможность. Ведь без особого труда у них в репертуаре окажется новый хит, ещё и ролик, который будет демонстрироваться по всесоюзному телевидению. Люди просто споют готовую песню, потратив ещё пару дней на съёмки. Ещё, артисты получат дополнительную известность среди советских слушателей — а это приглашения на концерты из сотни городов нашей необъятной Родины. Потому меня и не удивляет такая активность республиканских властей. Оттого и поток жалоб, что слишком много обиженных. Сама история, ещё не начавшись, обросла нездоровыми слухами. Только это не повод ссориться и хамить представителям республиканских властей.

Да. Советский маразм во всей своей красе. Вместо того, чтобы нормально договориться, в том числе о будущем сотрудничестве, некоторые певцы побежали просить поддержки у властей. Это они зря. У меня большие планы на эстраду. В первую очередь речь о музыкальных клипах. Мы если не монополисты, то близки к этому. Просто «Прогресс» занимается клипмейкерством профессионально, имея на балансе лучшее оборудование в стране, и мои идеи. Я даже подумываю о расширении и найме новых людей, так как нынешний коллектив просто не справляется с количеством заявок. Вот некоторые товарищи и получат вежливый отказ — пусть снимают ролики у других режиссёров. Тут Николай Николаевич поднял ещё одну щекотливую тему.

— Алексей, ты понимаешь, какая сложная ситуация сложилась в мире? Это отражается и на ситуации внутри страны, что вполне естественно, — как настоящий дипломат Месяцев начал очень обтекаемо, — А у тебя в программе, скажем так, явный перебор представителей одной национальности.

— Вы бы сразу сказали — евреев слишком много, — улыбаюсь в ответ на подобный заход, — Но я же не виноват, что чуть ли не треть самых популярных певцов принадлежат именно к этой нации. При этом половина из них с Украины. Я потому и отклонил навязчивые попытки навязать в программу Иосифа Кобзона. Он не проходит сразу по двум квотам — слишком много украинцев и евреев.

Заканчиваю предложение и с трудом сдерживаюсь, чтобы не заржать. Хотя, на самом деле надо плакать. Ситуация просто страшная. Государство, вещающее устами своих лидеров о дружбе народов, проводит политику притеснения артистов по национальному признаку. Про войну 1967 года, которую наши грязножопые и криворукие союзники-овце. бы проиграли Израилю, стараются напрямую не говорить. Но того же Мулермана неслабо чихвостили в прессе из-за наличия в репертуаре еврейских песен. При этом власти республик внаглую продавливают участие своих певцов во всесоюзных программах! Для меня критерием оценки артиста является талант. Не всегда наверх взбираются лучшие, но и лишние там долго не задерживаются. Здесь же явная попытка продвинуть менее талантливых исполнителей, воспользовавшись удобной ситуацией.

— А что там с прибалтами? — грустно вздохнул Месяцев.

— Нору Бумбиере мы выбрали изначально. Но затем подключилось руководство ЭССР, и через Москву нам навязали ещё некоего Иво Линна. Далее были попытки литовцев протолкнуть свою креатуру, но я им предложил договариваться с казахами. Мол, если они согласятся убрать из проекта Бибигуль Тулегенову, то мы не будем спорить, — стараюсь не начать улыбаться, так как издевался над прибалтами я сознательно, — По идее, Лариса Мондрус тоже может представлять КазССР, но боюсь, что власти республики не устроит её неправильное происхождение. Надеюсь, хоть кто-то из наших властей понимает абсурдность ситуации? У нас новогодний телепроект, где должны выступать лучшие артисты, но в результате получился какой-то балаган с навязыванием республиками своих представителей. Если мы заявляем о едином советском народе, то зачем делить певцов на национальности? Навязанный сверху Ара Аресенян — замечательный певец, с чем никто не спорит. Но есть Магомаев, Мулерман, Ободзинский или Хиль, они популярные среди массового слушателя. Так же, как Кристалинская, Ведищева, Миансарова и Ротару, чья популярность на совершенно ином уровне, нежели республиканские звёзды. Софию мы, кстати, прикрепили к МССР — надеюсь, молдаване воспримут это нормально, а украинцы не обидятся.

Какой бред мне приходится обсуждать и творить. Чтобы я ещё хоть раз влез в такой блудняк! Лучше сидеть без работы, чем ещё раз оказаться в такой ситуации. Но собеседник меня стоически выслушал, так как сам устал от происходящего. Даже не обратил внимания на излишне резкую риторику.

— Алексей, раз сложилась такая ситуация, то нельзя было доводить её до масштабного скандала. Слухи уже дошли до ЦК, но там решили не вмешиваться. Но и ты излишне придирчив. В чём проблема спеть нужную песню? — искренне недоумевал собеседник, — Ведь все кандидаты — успешные и талантливые артисты. Только всё равно несколько республик остались недовольными. При этом ты нашёл место в проекте для Альфии Авзаловой и Николая Бельды. Они-то точно не особо популярны среди советских зрителей.

— Кто-то вообще задумывался, что роли и песни подбирались под конкретных исполнителей и голоса? А то, что нам пришлось перекраивать сценарий под очередного участника и отказывать утверждённым артистам? Проект не резиновый, и запись песен со съёмочным процессом выявили много деталей, которые пришлось исправлять уже на ходу. Некоторым кандидатам, навязанным со стороны, мы переделывали аранжировки песен, — сейчас я возмущён, вспоминая, какую огромную работу, пришлось проделать, — Может, оставим это бессмысленный разговор? Запись песен закончена, съёмки практически тоже. У нас есть несколько резервных композиций, но базовая часть фильма фактически готова. Если у вас есть вопросы непосредственно по выбору песен, то готов их обсудить.

На самом деле Авзалову предложил один из наших ребят, родом из Казани. Тогда как раз началась нездоровая движуха с проталкиванием своих кандидатов, вот я и подумал, что РСФСР практически никем не представлен. Москву мы выноси за скобки, так как это столица. А теперь порадуются татары и другие народы Поволжья. Кола Бельды является любимчиком Фурцевой, с которой пора мириться. Заодно я решил уважить наши малочисленные народы Севера и Сибири. Ощущение, что я попал не в Советский Союз, а в США времён расцвета толерантности. Там компании тоже начали выбирать не достойных, а негров и педерастов, вопреки всякой логике. Только думаю, что ключевые должности остались за грамотными специалистами, как бы лицемерно ни вещали о мнимой справедливости руководители всяких «Гуглов» и прочих «Амазонов». В общем, работая над действительно интересным проектом, который должен объединять народы СССР, я вдруг понял, что страна в тупике. Советских людей усиленно лепили из русского народа, при этом национальные республики жили по-своему. Гнилая ситуация, на самом деле, если учитывать, что большая часть экономики страны держится на природных ресурсах России и Казахстана, с белорусскими заводами. Именно эти три республики, если мне не изменяет память, дотируют остальных. Остальные усиленно жрут в три горла, требуя всё новых преференций. Ладно, не будем о грустном. Будто почувствовав, что я на пределе, Месяцев перестал меня переубеждать и начал обсуждать именно проект.

— Ты понимаешь, что белогвардейская тематика — очень сомнительный выбор? Из-за этих песен могут просто отменить программу, без объявления причины, — через некоторое время Николай Николаевич задал вопрос, на который у меня был ответ.

— Вертинский посвятил «То, что я должен сказать» восстанию юнкеров, но точно не восхвалял это событие, как раз наоборот. Даже в тридцатые его пластинки, и эта песня, были у каждой уважающей себя семьи. К тому же Александра Николаевича амнистировал лично товарищ Сталин, и после возвращения никто не вмешивался в репертуар певца. Что касается Петра Лещенко, то он просто эмигрант. Не знаю, за что его казнили румыны, но пел он не о политике. По крайней мере, в «Ах, эти чёрные глаза» трудно найти какую-то крамолу.

— Мулерман и Ободзинский в курсе, что им придётся исполнять?

— Оба прекрасно знают, чьи это песни. Думаю, им и слова разучивать не пришлось. Новое звучание их удивило гораздо больше выбора композиций, — отвечаю совершенно искренне, — Меня волнует, кто там такой грамотный? Вам ведь сообщили о песнях в жалобе? Может, лучше проверить этих товарищей на лояльность социалистическим принципам, если они так хорошо разбираются в белогвардейской музыке?

Месяцев устало махнул рукой, намекая, что моя ирония неуместна. Что касается выбора песен, то нотка провокации с моей стороны имеет место. Изучив первоначальный список, я обнаружил, что там чуть не половина являются песнями Утёсова. Ничего против великого одессита не имею, но это перебор. В результате мы оставили «Пароход», «Раскинулось море широко» и, конечно, «Всё хорошо, прекрасная маркиза». Последняя композиция должна стать гвоздём программы. А вообще, я восхищён талантом Леонида Осиповича! Ведь он был фактическим первооткрывателем советского музыкального клипа. Более того, некоторые его работы конца тридцатых, были гораздо интереснее того, что предлагали советскому зрителю певцы в шестидесятых. Понятно, что один замечательный попаданец многое изменил. Вот только чем занималась эстрада все эти годы, топтавшись на месте? Кстати, Леонид Утёсов, Клавдия Шульженко и Александр Цсфасман приглашены на съёмки передачи. Ведь их песни прозвучат в новой аранжировке, и это будет своеобразная передача эстафетной палочки молодому поколению исполнителей. Или, чем чёрт не шутит, старые шлягеры получат новую жизнь.

Что касается остальных более известных песен, то «Закаляйся» у нас исполняет детский хор ДК «Текстильщик» из моего родного города. Почему не помочь землякам? Финальную композицию «Широка страна моя родная» будут исполнять все участники, для этого их и нужно собрать в ближайшее время. Магомаев выбрал нейтральную «Не покидай» Петра Лещенко, Кристалинская поёт «Встречи» Клавдии Шульженко. Очень интересный вариант должен получиться у наших рокеров. «Рассвету» досталось «Утомлённое солнце», а «Поющим гитарам» — «Тучи над городом встали» Бернеса. Жалко, что великий артист умер буквально несколько недель назад. Я очень надеялся, что Марк Наумович тоже снимется в нашем шоу. В сценарии есть и военные песни, а вот политическую тематику мы ограничили финальной «страной».

От Месяцева я выходил выжатым как лимон. Не представляю, что пришлось бы делать, если бы меня заставили вводить в программу новых людей и снова менять сценарий. Это уже за гранью, но выхода нет. Я потому и согласился на съёмки телепередачи, что надо зарабатывать очки перед властью. Боюсь только, что проект похоронит все мои надежды, ещё и перессорит с половиной республиканских властей. Судя по количеству жалоб, процесс очернения товарища Мещерского находится в самом разгаре. Но главным итогом всей этой нервотрёпки стало моё полное разочарование в СССР. Непонятно, как такая структура вообще работает. Уже сейчас невооружённым глазом виден кризис управления и полный провал национальной политики. Национализм в республиках процветает, но центральные власти усиленно делают вид, что ничего не происходит.

По идее, на мои планы это никак не влияет. Я и не собирался вкладывать даже цент в другие республики. Моей целью является помощь исключительно РСФСР. Но и с этим могут возникнуть сложности. Человек, на которого я решил сделать ставку, может отказаться. Речь о моей дорогой супруге, которая принципиально не хочет мириться. Более того, Анна будто задалась целью вывести меня из себя. Она же видит, что на работе сплошные проблемы, но при этом не думает успокаиваться. Даже выпить нельзя — у нас, видите ли, токсикоз, особенно от запаха алкоголя. При этом попробуй задержись, и не предупреди! Истерик и скандалов никто не устраивает, но молчанка действует на нервы похлеще ругани.

Заклевали меня со всех сторон. Иногда закрадывается мыслишка бросить всё и заняться чем-то более спокойным. Заодно и супругу сдать обратно на руки маме с тётей. Это я шучу, конечно. Мы в ответе за тех, кого приручили. Значит, будем терпеть.

Глава 10

— Дино, ты понимаешь, что сложившаяся ситуация совершенно неприемлема?

Эванс прохаживался по своему кабинету и достаточно эмоционально общался с компаньоном. Итальянец сидел за столом и пил вино, которым его решил удивить американец. В принципе, неплохой букет, но явно недотягивает до лучших марок Апеннинского полуострова. Только сейчас обоих продюсеров занимали совершенно иные вещи.

— А что мы можем сделать? — ди Лаурентис махнул рукой, — Эти чёртовы коммунисты закрыли нашему режиссёру выезд из страны. Но не это главное.

Роберт остановился и вопросительно посмотрел на собеседника.

— Мне кажется, что Алекс сам не хочет уезжать далеко от дома. И вообще, он стал более равнодушно относиться к кинематографу. По крайней мере, это я услышал при нашей последней встрече.

— Если бы все работники «Paramount» стали настолько равнодушными, то компания могла бы стать лидером мировой киноиндустрии, хотя была на грани разорения три года назад. Не смеши меня, — едко произнёс Эванс, — Наш друг снял мощный пеплум и спродюсировал два интересных фильма. Более того, история про дракона должна удивить американского зрителя. Не просто так мы выкупили права на прокат. Да и русская версия «Белоснежки» — весьма перспективный вариант. Только для меня загадка, кто назвал эти картины детскими? Их будет смотреть взрослый зритель, особенно про летающее чудовище. А какие спецэффекты! Нет, положительно, мы должны, что-то делать. Этот парень обязан работать в Голливуде.

— Что мы можем ему предложить, если он сам не захочет? В Советском Союзе у Мещерского есть всё, — логично заметил ди Лаурентис.

— Ты понимаешь, что сними Алекс «дракона» в Штатах, то нас ждал гарантированный и ошеломляющий успех! Этот фильм гарантированный Оскар, притом не один! — Эванс опять забегал по кабинету, — Представляешь, два успешных фильма в год? А ведь я думал, что лучше «Пёрл-Харбора» быть не может. И вдруг такой поворот. Что касается условий, то не соглашусь. «Paramount» способен предоставить режиссёру сказочные условия! Лучшие операторы, звукорежиссёры, любые студии, технические новинки и мировые звёзды будут в распоряжении Мещерского. Чёрт с ним, я даже согласен на съёмки в Европе, если для Алекса проблема работать в Голливуде. Но хоронить талант такого уровня в России? Это выше моего понимания! Если коммунисты откажутся отпускать Алекса, то я устрою кампанию в наших СМИ. Нельзя позволить хоронить такой талант!

— Через пару месяцев я буду в Москве, где надо утрясти некоторые детали. Заодно обсужу ещё одну покупку. Думаю, пеплум тоже понравится европейскому зрителю, уж больно фильм хорош! Плюс, там снимаются наши звёзды, что добавит дополнительной популярности, — ответил Дино, — Заодно серьёзно поговорю с Мещерским. Надо узнать, какие у него планы на будущее. Главное — не навредить своими действиями, так как мы не знаем реальную обстановку. Алекс говорил про сценарий для нового фильма. Если он хочет снимать его в Советском Союзе, то пусть работает. Я его поддержу чем смогу.

Услышав про новый проект, американец сделал стойку, как охотничья собака.

— Наша компания тоже в деле, Дино. Если оно стоящее, то звони в любое время — я готов сразу вылететь в Москву. Более того, поручу секретарю заняться моей визой сегодня же. А то с этими русскими очень сложно в плане оформления документов.

* * *

В этом времени нет слова «корпоратив», да и не стоит вводить его в обиход. Но сотрудники различных ведомств и организаций тоже празднуют Новый год. Только народ организовывает праздник самостоятельно, ограничиваясь посиделками на работе. Мы — люди творческие, к тому же хозрасчётники, поэтому отмечали один из главных советских праздников в ресторане.

Хорошо, что ещё нет дефицита и можно заранее договориться практически с любым заведением. К тому же у «Прогресса» есть Каплан, который организует любое мероприятие вне зависимости от любых трудностей. По дате получилось гораздо раньше 31 декабря, но стоит учитывать, что декабрь весьма напряжённый месяц для советского общепита.

Вот поэтому в ресторане «Арбат» сегодня гуляет более двухсот человек, хотя наша компания растворилась в огромном зале. Я решил не жадничать и разрешил сотрудникам пригласить свои половинки, заодно праздник посетили несколько особых гостей. Надо поддерживать хорошие отношения с вышестоящими товарищами, поэтому пришлось лично отвозить красивые приглашения, напечатанные в собственной типографии. Месяцев, Бритиков, глава «Мосфильма» Сурин в итоге посетили наш праздник. Фурцеву я звать не стал, это мероприятие иного уровня. Что касается остальных, то несколько человек отказались. О чём я точно не собираюсь плакать.

Но главное — не присутствие важных гостей, а атмосфера. С этим всё отлично, судя по радостным и счастливым лицам. ТО «Прогресс» хорошо потрудился и ждал от следующего года большего. Сейчас народ смотрит в будущее с оптимизмом, так как СССР — стабильное государство с растущей экономикой — вселяет веру. У нас же, с учётом весьма неплохого финансового года, сотрудники получили хорошие премии, плюс продовольственные корзины, что добавило им положительных эмоций.

А ещё, специально для нашего коллектива, сегодня должны петь ребята из «Рассвета». В общем, народ находился в состоянии нирваны. Не знаю, кто проболтался, но ресторан был забит под завязку, и публика явно ожидала всенародных любимцев. Самое забавное, что мне даже в голову не пришло просить Гену выступать перед нами. Мне хотелось, чтобы ребята отдохнули и повеселились вместе с «прогрессорами». Но артисты решили зажечь, хотя особо не пели в ресторанах.

Кстати, по итогам хит-парада 1969 года, «Рассвет» взял почти все награды. А их последняя песня «Ярило» наделала много шума в Европе. Думаю, на «Песне года», которая начала свою работу ещё два года назад, ребята выступят с несколькими композициями. Жалко, что моя инициатива по организации советской кинопремии получит воплощение только в следующем году. Уж слишком консервативными оказались коллеги по сравнению с музыкантами. Или не смогли договориться из-за многочисленных интриг. Ведь у нас, в отличие от певцов, придётся выбрать одного победителя из нескольких номинантов.

Но это лирика, и вообще — мне пора говорить речь. Я не стал лебезить перед начальством и считаю, что поздравлять коллектив — исключительно моя прерогатива. И вообще, говорить надо меньше, лучше побольше хорошего и не мешать народу отдыхать.

Взбираюсь на сцену, беру микрофон и обвожу взглядом огромный зал. Наши столы стоят прямо вокруг танцплощадки. Смотрю в знакомые лица и понимаю, что я действительно рад всех видеть и считаю этих людей соратникам. Понятно, что Серова, сидящая рядом с супругом, настоящим полковником, как я назвал его в шутку, мне гораздо ближе. А немного хмурую Пузик, которая пришла одна, я считаю своей самой настоящей сестрой.

— Хочу поздравить коллектив ТО «Прогресс» с окончанием весьма плодотворного года. Но никто не обещал, что будет легко. Для того чтобы выйти на наш уровень, надо отдавать работе все силы и вкладывать в неё душу. И рад, что судьба свела меня со столь замечательными людьми, которые стали единомышленниками. Скажу больше — без вашей поддержки, терпения и трудолюбия, у нас ничего бы не получилось, — улыбающийся народ начал громко аплодировать, — Поверьте, выйти на международный уровень пока не удавалось ни одной студии СССР. Мы же не просто сделали это один раз, а закрепились. Теперь наши проекты, как кинематографические, так и телевизионные, являются самым настоящим знаком качества, причём мирового. Но не надо забывать, что в первую очередь мы трудимся для родного советского зрителя. Он же платит нам благодарностью и любовью. Это бесценно, и не продаётся ни за какие деньги.

Здесь аплодисменты перешли овации. Мы действительно трудимся для простого советского человека. Даже я, в первую очередь, думаю о своём зрителе, хотя держу в уме иностранцев.

— Ещё немного информации, и я перестану вам надоедать, — коллеги опять дружно заулыбались, — В следующем году ТО будет расширяться. Мы основываем полноценную студию детско-юношеских фильмов, а также отделы музыкальных и рекламных роликов. Это возможность для многих присутствующих попробовать себя в новой сфере и добиться успеха. Нам ведь нужны не только режиссёры, но также сценаристы и много иных специалистов. Но лучше подумайте об этом позже. А теперь веселитесь, товарищи! С наступающим 1970 годом!

Схожу со сцены под радостный гомон коллег, беру бокал с шампанским и чокаюсь со всеми желающими. Плюхаюсь за начальственный столик и поздравляю соседей. Заботливая Серова тут же накладывает мне салатов. Меня же постепенно начало отпускать. Допиваю напиток и начинаю с аппетитом кушать, мысленно возвращаясь к последним дням.

До конца декабря я не мог избавиться от опасения, что скоро начнутся проблемы. Моя здешняя жизнь — циклическая, и постоянно преподносит разного рода неприятности. И тут вдруг почти год без проблем. Стычки с разного рода комиссиями и интригами недоброжелателей давно никого не удивляют. Но фильмы прошли цензоров, и сразу поступили в прокат. Не знаю, какие будут цифры по итогам квартала, но уже сейчас все три наших проекта бьют рекорды посещаемости. Особенно народу понравился «Принц и дракон», копии которого прокатчики просто вырывали друг у друга.

А ещё мы замахнулись на кооперативный дом для сотрудников. Не хочу вспоминать, каких нервов это стоило мне и Каплану, но разрешение получено. Самое главное — удалось договориться с московскими властями, и у нас не будет проблем со стройматериалами. Более того, руководство ТО решило выдавать работникам ссуды для первого взноса. Тем, кто будет нуждаться, конечно. Были ещё планы завезти импортную плитку и сантехнику для нашего дома, но Каплан попросил не дразнить гусей. Мол, на нас и так смотрят косо. С учётом того, что я принял решение не брать в пай разного рода родственников нужных товарищей или работников торговли, лучше вести себя скромнее.

Вторым моим достижением станут поставки партии товаров из Европы для сотрудников ТО. Возможность приобрести импортные холодильники, магнитофоны, кондиционеры и стиральные машины, воодушевила коллег не меньше новости о кооперативе. До этого иностранная техника поступала только на баланс объединения. Странная вообще ситуация, что приходится заниматься подобными вопросами. Зато люди были переполнены небывалым энтузиазмом. Заработать в Союзе, сейчас — не проблема, а вот купить на рубли хорошие товары, особенно импортные — довольно сложно. Мне нравится холодильник «Саратов», но на кухне знакомых. Сам я предпочитаю «Electrolux». Но это всё мелочи, так как год реально заканчивается на мажорной ноте.

Если брать иностранные проекты, то «Пёрл-Харбор» побил все возможные рекорды. Не знаю насчёт самого прибыльного фильма за все годы существования Голливуда, но в этом мы абсолютные лидеры. Скоро должен приехать Дино и ознакомить меня с порядком цифр. Но судя по уже имеющийся информации, мой процент будет немалым. Приятно, что нас номинировали на «Золотой глобус» в нескольких номинациях. Иностранную прессу я почитываю, и там есть уже намёки на более весомую награду. Вот только у фильма хватает конкурентов, в том числе весьма неплохого уровня. А ещё есть разного рода подводные течения, которые я просто не понимаю. Но для Эванса вопрос признания фильма не только в коммерческом плане — вопрос принципа.

Ладно, хватит уже сидеть как лунатик. Вон уже музыка заиграла, Месяцев поднял бокал и начал произносить речь, а я даже не заметил. Николай Николаевич начал издалека, но выдал грамотный тост. Чувствуется опыт, полученный на бесконечных банкетах, в том числе заграничных. Народ эмоционально приветствовал поздравление ответственного товарища, и опять зазвенели бокалы. Хорошо, что я отказался от общего стола, и люди разместились группами по пятнадцать — двадцать человек. Компании заранее разбили по отделам и, к удивлению присутствующих, на специальном стенде вывесили номер стола напротив фамилии.

Радует, что Серова не пьёт и спокойно реагирует на алкоголь. Её новый супруг, полковник в отставке, преподаватель военной академии, тоже равнодушен к спиртному. Я же просто горд, когда смотрю на свою соратницу, понимая, что в обретении ею душевного спокойствия есть и моя заслуга.

А вот Пузик явно не в своей тарелке. Рыжая натужно улыбается, выслушивая комплименты от жён наших начальников, впечатлённых её новым произведением. С учётом сериала, двух сценариев и проекта о литературе на телевидении, я не понимаю, когда она всё успевает. Неприятно, что последний месяц наша принцесса фактически отстранилась от прежних друзей. И ладно, если бы речь шла обо мне. Каплан, Серова и Солодовников тоже жаловались, что наша писательница замкнулась в себе, и более-менее общается только с Величкиной.

Тут заиграла музыка, но пока никто не заполнял танцпол. Пока ансамбль исполняет что-то разогревающее. Да и рано ещё — люди просто не дошли до кондиции. А я вообще есть хочу, так как бегал целый день. Пару часов назад звонил домой, вроде всё нормально. Анна подулась для приличия, но поняла необходимость моего присутствия на мероприятии. Ей рожать примерно через неделю, поэтому я особо не нервничаю. Плюс дома с ней тётя с мамой, хотя от последней больше суеты и нервов. «Повезло» мне с тёщей.

Так, пока народ не устроил массовые пляски, а музыка не мешает говорить, надо узнать, что случилось с нашей бобруйской принцессой. Прошу полковника пересесть и занимаю место рядом с рыжей. Серова, оказавшаяся теперь слева от меня, делает вид, что не подслушивает, но опытного режиссёра не проведёшь.

— Предлагаю выпить за праздник! Нам действительно есть чем гордиться, товарищ исполнительный директор, — Пузик поморщилась от моих слов, но подняла бокал с вином.

— Как здоровье Олеси? — пытаюсь продолжить разговор, спросив про дочку.

Принцесса оказалась оригинальной особой, назвав дочь редким для Белоруссии именем. Это я так шучу и, с определённых пор, исключительно про себя. Ну, я же не знал, что имя выбрали в честь бабушки. Оба родителя тогда обиделись на меня капитально.

— Я ушла от Сергея и подала на развод, — вдруг тихо выдала рыжая.

Не скажу, что это стало для меня сенсацией. Но узнавать подобные вещи всегда неприятно. Что можно ответить действительно близкому человеку? Вот и я не смог подобрать слов. Через некоторое время Пузик продолжила.

— Сначала я по глупости винила даже тебя, — увидев моё недоумение, Оксана пояснила, — Самсонов, на каком-то этапе, будто с цепи сорвался. Для него стало навязчивой идеей превзойти твой успех и доказать окружающим, что он величина в искусстве. Ты этого не замечал, разъезжая по заграницам и встречаясь с другом крайне редко. Это злило и бесило нашего художника ещё сильнее. Я не раз слышала от него, что Лёха совсем зазнался и даже посмеивается над ним. После успеха «Брака по расчёту» он много пил, но затем вроде успокоился. Это был прежний Серёжа, хотя иногда проскальзывало что-то такое, нехорошее. Я старалась не обращать на это внимания. Со мной он вёл себя по-прежнему, можно сказать, на руках носил.

Мне тоже казалось, что друг иногда ведёт себя странно. Я особо не реагировал на все эти расспросы с акцентом на финансовую составляющую, скабрёзные шуточки и намёки на моих якобы многочисленных любовниц, а также попытки дёшево подколоть. Были ещё моменты, вроде незначительные, которые сейчас многое объясняют.

— Потом я забеременела, ушла в декрет и родила. И мне стало просто не до этих смешных обид. Даже тот мерзкий поступок, когда Сергей сбежал из «Прогресса», не изменил наших отношений. А затем я узнала, что он мне изменяет, и достаточно давно. Самое мерзкое, что это были не какие-то шлюшки-натурщицы, хотя и их хватало. Глаза мне открыла собственная троюродная сестра, с которой Самсонов спал, пообещав жениться после развода, — Оксана издала истерический полусмешок, но сразу взяла себя в руки, — Теперь у него отношения с одной перспективной актрисой. До неё было ещё несколько представителей богемы. А дурочка Пузик пахала как раб, так как у нас неожиданно стало плохо с деньгами. Ну, ещё бы — если обслуживать хотелки роскошных блядей, то зачем думать о дочке и, тем более, жене. Не поверишь, Сергей даже претендует на нашу квартиру, хотя её выдали именно мне. Про машину, купленную на мои средства, но оформленную на него, даже разговор не заходил. И плевать он хотел, где нам с Лесей теперь жить. Благо, что деньги есть, да и квартиру я ему не отдам. Автомобиль тоже отсужу, это уже дело принципа. Спасибо обманутой сестрёнке, поработавшей детективом и раскрывшую двойную жизнь твоего друга.

— Бывшего друга, — машинально поправляю Пузик.

— Конечно, теперь очень удобно открещиваться от подобного человека. А ведь вы очень похожи, Лёша. Может, тебе удобно этого не замечать, но в некоторых вещах ты такой же, как Сергей.

Опять смотрю на Оксану, не понимая сути обвинений. Я точно жену не выгонял и с близняшками вижусь регулярно. Хотя мысль понятна, что подтвердила рыжая.

— Ты козёл, Мещерский. А твой друг ещё и мерзавец. Глупо оправдывать его поступки твоим поведением. Но именно ты был его примером для подражания. Думаешь, никто не знает, что один модный режиссёр крутил шашни с западной звездой, но при этом собирался жениться на другой девушке? Была ещё третья, хотя она та ещё стерва! Ты хоть раз подумал, что чувствуют эти женщины? И ещё ты эгоист похлеще Самсона. Иногда у меня складывается впечатление, что, кроме кино, ты ничего не видишь. Правильнее сказать, что Алексей Мещерский видит только себя в кинематографе, и больше ни на кого не обращает внимания. О чувствах и чаяниях других людей наша звезда даже слышать не хочет. Ведь все эти пешки можно переставить и далее идти к своей цели. Надеюсь, что она хоть стоит всего этого.

Аккуратно смотрю по сторонам, но гости увлечены своими делами. За столом идёт беседа о последних достижениях нашего телевидения, которое Месяцев решил вывести на качественно иной уровень.

— А ещё Самсон все эти годы ревновал. После последнего скандала я узнала много нового о себе и тебе. Но об этом сейчас не хочу. Да и в будущем лучше забыть этот бред. Вот поэтому мне сегодня грустно и нет никакого желания радоваться наступающему году.

— Хочу попросить тебя об одном, — произнесла Пузик после недолгого молчания, — Не уничтожай его карьеру. Мне давно стало понятно, что Сергей — отличный художник, но без идей. И последний цикл картин, сделавший его значимой фигурой, точно придуман не им. Я уж молчу про ваши плакаты, которыми он так гордится. Думаю, Самсонов давно убедил себя, что это именно его заслуга. Так пусть живёт в придуманном мире, плевать. Пусть живет, как хочет, не опускаясь до его уровня.

Это мы ещё подумаем. Сломать карьеру подобной фигуре крайне сложно. Особенно, учитывая, кто стоит за нашим плагиатором. А вот хорошенько припугнуть мерзавца, заставив вернуть квартиру и машину, сил у меня хватит. Есть у товарища Мещерского парочка документов, при этом вполне официальных. Вот и обменяем их на душевное спокойствие звезды мировой живописи.

— И прости мой длинный язык, — оказалось, что вечер откровений ещё не закончен и рыжая хочет поделиться очередной новостью, — Именно от меня Самсонов узнал про твою связь с Капитоновой. Вернее, я намекнула, что подозреваю о ваших не совсем рабочих отношениях. Было это достаточно давно, я уж и сама забыла про тот разговор. Думаю, об этом мало кто догадывается, но сейчас это неважно. Несколько месяцев назад, когда мы ещё жили вместе, он прямо лучился от зависти. А затем мне звонила Аня, расспрашивая про твою жизнь. Нетрудно догадаться, откуда ветер дует. Я ничего не сказала, но ты всё равно, козёл!

Пузик девушка импульсивная и, видать, ляпнула о своих подозрениях, не подумав. Поэтому я на неё не обижаюсь. С бывшим другом будет другой разговор, но пока даже думать о нём не хочу. Что-то мне стало совсем некомфортно. Смотрю на Серову и понимаю, что разговор она полностью слышала.

— Поеду я, Валентина Васильевна, — устало машу рукой, — Вы там скажите гостям, что пришлось покинуть мероприятие по личным причинам. Ну и за Пузик проследите, чтобы не грустила. Может, оно к лучшему, и надо радоваться, что всё открылось не через десять лет.

* * *

Выхожу на улицу и вдыхаю морозный декабрьский ветер. По Новому Арбату проезжают редкие автомобили. Подхожу к «Волге» и объясняю водителю, что хочу пройтись. Поднимаю воротник импортного пальто и вслед за спешащими домой пешеходами, двигаюсь в сторону дома. Благо, мне здесь идти чуть более десяти минут, даже замёрзнуть не успеешь. Одет я достаточно легко, так как в последнее время перемещаюсь больше на машине. Она, кстати, сейчас медленно движется по противоположной части улицы. Моё сопровождение никто не убирал, вот и приходится жить под постоянным наблюдением.

Не сказать, что меня переполняют эмоции. Просто грустно и даже немного смешно. Только выдохнул и подумал о миновавших неприятностях, как они меня настигли. Однако теперь глупо винить во всём этом внешний фактор. Виноват исключительно товарищ Мещерский и никто другой. А ведь Пузик права! Я законченный эгоист, и даже сейчас думаю исключительно о себе.

Ладно, вот и подъезд. Махаю водителю и открываю дверь. Киваю полусонной консьержке и направляюсь к лифту.

— Как тебе не стыдно! Анечку увезли, а он по кабакам разгуливает!

Такой встречи я точно не ожидал, когда зашёл в квартиру. Тёща налетела как коршун и начала выговаривать с порога претензии. Неужели нельзя было начать, когда я притворю дверь? Думаю, всё продумано, а на родную дочь ей плевать. Лезет из неё периодически желание сыграть на публику. Но сейчас точно не до побудительных причин этой странной дамы.

— Что случилось? И почему мне сразу не перезвонили? Я ведь написал телефон ресторана и предупредил там людей.

— Ах, это ещё и я виновата? Да…

— Стоп. Остановись, — раздался голос тётушки, появившейся в коридоре, — Алексей, воды начали отходить неожиданно, но мы сразу вызвали скорую. Так что спокойно езжай в роддом, думаю, Аня должна родить в ближайшее время.

Глава 11

Вроде обычный листок бумаги с несколькими словами, только сколько эмоций он вызывает! В принципе, содержание письма я уже знал, так как неделю назад звонил Дино, но всё равно грустно. Ассоциация иностранных журналистов, работающих в Голливуде, оценила «Пёрл-Харбор» по самому высшему разряду! Из семи номинаций, мы взяли пять «Золотых Глобусов». Вроде победа и полный триумф, но настроение почему-то не праздничное. Начиная с того, что меня банально не выпустили из страны, заканчивая тем, что в СССР всем на полученные призы наплевать. Сообщили о прошедшем мероприятии только по радио и в журнале «Культура». И всё! Даже «Советский Экран» проигнорировал это знаковое для страны событие, ограничившись небольшой заметкой. Понятно, что киноиндустрия самого лучшего государства в мире живёт своей жизнью, но реально обидно. Вернее, тоскливо и грустно. Есть и нотки раздражения, которые я стараюсь давить в зародыше. Они вызваны тем, что на церемонию «Оскара» меня тоже не отпускают. Недавно пришла бумажка из «Минкульта», где без всяких экивоков подтвердили невыездной статус товарища Мещерского. Идиоты!

Не сказать, что я излишне тщеславен по жизни, тем более — фильм сплагиачен, и глупо наслаждаться чужой славой. Но ведь съёмочная группа проделала колоссальную работу, которая получила заслуженную оценку. Я уж молчу про то, что мною был внесён ряд изменений, по сравнению с первоисточником, и картина стала даже интереснее. Есть мысли, что всё дело в беглеце, чуть было не сломавшем карьеру мне и Клушанцеву. Но это дела давно минувших дней, и все обвинения с нас сняты. Павел Владимирович даже съездил в ГДР, где выступил консультантом для «DEFA». Только дорога на Запад для нас закрыта.

Удивительное и даже пренебрежительное отношение к работе собственных граждан, ведь награда — огромное достижение для страны. Хотя, мало кому понятно, что такое «Глобус» за лучший фильм или режиссуру, но ведь есть люди, которые могут объяснить. Это тем более странно, с учётом того, как нынешние коммунистические руководители очень любят хвастаться успехами страны на международной арене. А здесь вдруг полное игнорирование. И не скажешь, что ситуация является заговором против меня любимого. Просто в Союзе отдают предпочтение Венеции и Каннам, считая полученные на этих фестивалях призы настоящим успехом. Даже «BAFTA», которую взял в своё время Чухрай, не впечатлила наших чинуш. Пытаюсь успокоиться, но становится только хуже.

Тут слышу звуки лёгких шагов и на кухню заходит Анна. В коротком халатике, немного заспанная и уставшая, но при этом какая-то умиротворённая. Посмотрев на мою кислую мину, супруга подошла ближе и обняла со спины. Пушистые волосы щекочут щёку, а нос улавливает запах грудного молока и шампуня. Сегодня Толик вёл себя беспокойно и хорошо помучил молодую маму. Да, у меня родился сын! Первенца мы назвали в честь погибшего на фронте деда, то есть моего здешнего отца. Роды прошли нормально, и ребёнок появился на свет здоровым. Обычно он только ест и спит, но периодически немного шумит. Первый раз Аня перепугалась и хотела звонить сразу в скорую. Благо, рядом была тётя, успокоившая племянницу, но на всякий случай вызвавшая знакомого педиатра, очень известного в столице. Народ думает, что в СССР нет платной медицины, и он прав. Но для тех, кто хочет получить более качественную помощь и располагает финансами, существует целый спектр услуг. И касается это не только врачебной помощи.

— Может, хватит наводить тоску? — прошептали мне в ухо, отчего кожа сразу покрылась мурашками, — Мне нужен исключительно позитив, а ты всё молчишь и грустишь. Ну-ка, давай, развлекай свою молодую и красивую жену.

Перемещаю Анну на колени, крепко обнимаю и зарываюсь в её волосы. В последнее время у нас полный консенсус, разве что пока нельзя закрепить его сексом. Но это вопрос времени, поэтому подожду. После родов вернулась прежняя весёлая и ироничная особа, которая в своё время привлекла внимание одного перспективного режиссёра. Изменения коснулись не только внутреннего, но и внешнего состояния. Супруга немного округлилась, а её движения стали более плавными. Не женщина — мечта поэта!

— Согласен, что переборщил с унынием и самокопанием. Ваш персональный арлекин скоро будет в форме, — отвечаю, усмехнувшись.

Поворот головы и взгляд зелёных глазищ обжигает меня чуть ли не физически. Понял, что зря выплеснул своё недовольство. Пытаюсь объяснить жене своё поведение.

— Я действительно много трудился, тебе ли не знать. Если работа была выполнена плохо и её не оценили зрители, то это другой вопрос. Но я заслужил свои награды! И дело даже не в этом. Мне просто нужно осязаемое подтверждение успеха на международном уровне. А товарища Мещерского просто закрыли в клетке, ещё и делают вид, что он ничего не добился.

Получилось сумбурно и вразрез с моими мыслями об отсутствии тщеславия. Наверное, я начал страдать хронической болезнью звёзд шоу-бизнеса, которые постоянно требуют внимание к своей особе.

— Зачем вся эта мишура? Ты сам несколько раз говорил, что главным критерием работы является зритель, пришедший в кинотеатр и оставшийся довольным. Так наслаждайся всеобщим вниманием к своей работе. Смысл переживать? Тебе не запрещают работать в кинематографе и на телевидении? Значит, надо снять такой фильм или передачу, чтобы все были сражены наповал, — резонно замечает супруга, и тут же показывает свой характер, — И вообще, я выходила замуж не за какого-то нюню, а сильного мужчину и бойца. Наш маэстро теперь при каждой неудаче будет плакаться мне в жилетку? Лёша, что ты делаешь?

Это я решил проверить, как там дела с жилеткой. Вернее, что скрывает халатик. Вроде всё в порядке, стало даже лучше!

— Проверяю жилетку, — отвечаю, смеясь, и прижимаю локти Анны, которым она хотела воспользоваться, — Вдруг там произошли непоправимые изменения.

— Прекрати! Ещё рано!

— Знаю. Дай помечтать соскучившемуся мужчине, — шепчу в порозовевшее ушко.

— Ага, так я тебе и поверила, — ответила Аня, при этом поудобнее устраиваясь на моих коленях, — Давай, рассказывай что-нибудь интересное. А то с этими морозами и на улицу толком не выйдешь. Скоро совсем мхом покроюсь и стану злой, как колдунья из вашего фильма.

Ну, что поделаешь? Надо развлекать заскучавшую красавицу. Немного подумав, выдаю ей эпическую вещь из начала нулевых моей реальности. В своё время меня сразили рассказы Свешникова «Про кошку и собаку», которые автор начал выкладывать ещё на «Удаве». Помню, ехал в метро, читал распечатанный на принтере текст и ржал самым безобразным образом. Народ косился и крутил пальцем у виска, а я не обращал внимания, только вытирал проступившие слёзы.

Быстренько собираюсь с мыслями и выдаю первую часть знакомства удивительных животных с человеком. Аня не сразу поняла юмор, затем несколько раз прыснула, и начала заливисто хохотать. Я, используя все свои актёрские таланты, превратил рассказ в эстрадный монолог. Ловлю себя на мысли, что хандра испарилась, и я получаю удовольствии не меньшее, чем жена. И ведь история хороша, можно прямо сейчас начинать писать сценарий. Добавить бы туда ещё скрытых намёков, кусающих тупость властей, тогда получится культовая комедия на долгие годы. Заканчиваю рассказ, и сразу же из спальни раздаётся хныканье. Анатолий Алексеевич, как настоящий джентльмен, дал маме отдохнуть и только затем напомнил о себе. Анна тут же вскакивает и ойкает, это я поддал ей ускорение лёгким шлепком по аппетитной попке. Возмущённый взгляд зелёных глазищ только добавляет мне хорошего настроения.

Смотрю вслед убежавшей супруге и понимаю, как мне с ней повезло, кто бы чего ни говорил. Вот так взяла, и двумя словами вправила мозги рефлексирующему мужу. Ещё и заставила включать на полную мощность свои актёрские таланты с обаянием, чего уж скромничать, ради небольшого монолога. Заодно отвлекла меня, направив мысли в более здоровое русло. А ведь она права — награды от меня никуда не убегут. Сами статуэтки передаст Дино, а фамилия Мещерский будет вписана в историю мирового кинематографа. Так чего переживать? Если брать в расчёт мои планы по игре на бирже, то времени достаточно.

А вот с творчеством есть определённые проблемы. Была у меня идея отказаться от пеплумов и прочих блокбастеров, дабы не прослыть режиссёром, работающим только в подобных жанрах. Хочется снять более сложное кино, как вариант — добротную мелодраму. Именно поэтому я нацелился на «Историю любви». Почему-то мне казалось, что фильм вышел в районе 1973 года. И вдруг я узнаю, что книга уже написана, и Хиллер сразу начал снимать по её мотивам фильм. Сейчас как раз идут заключительные работы, и к лету картина уйдёт в прокат. А тема очень вкусная и, думаю, я смог бы воплотить её более интересно. Но — не судьба. Вот и наложилось одно на другое, заставив меня хандрить.

Ладно, вариантов крутейших фильмов, которые легко адаптировать под это время — десятки. В первую очередь речь идёт об американском кино, так как советские коллеги просто не выдали в семидесятые-восьмидесятые чего-то оригинального. Да и пусть всё идёт своим чередом, хватит мне «Руси изначальной». Ну не станет Кондулайнен секс-символом поколения — я это точно переживу. Хотя, подобные девицы обладают пробивным характером, и место под светом софитов себе обеспечат.

Утром следующего дня я садился в автомобиль в отличном настроении. Самое главное — меня просто распирало от разных планов. Надо только систематизировать разрозненные мысли и успокоиться. На работе мне думается легче, так как дома тяжелее сосредоточиться, и дело не только в малыше. Такая черта была у меня и в прежней жизни. Но сегодня, видать, не судьба. Когда водитель повёз меня в совершенно другом направлении, я понял, что товарищи кураторы готовят какую-то операцию.

* * *

До обычной «хрущёвки», на востоке Москвы, мы добрались достаточно быстро. Это с учётом того, что машины сейчас не используют шипованную резину, а дороги чистят гораздо хуже, чем в 21 веке. Живой и здоровый, поднимаюсь на второй этаж, где, сняв обувь, захожу в небольшой зал. К моему удивлению, кроме зама второго управления, в комнате находится ещё один человек. Невысокий, круглолицый молодой человек с копной тёмных волос представился Юрием. Визуально — примерно мой ровесник, может, немного старше. Товарищ одет в неброский костюм явно иностранного покроя, и стоящий поболее лучших образцов фабрики «Большевичка». Вместо пуговиц на рукавах рубашки видны запонки, явно отливающие золотом, да и булавка галстука точно не из меди. Грамотно одет мужчина, ничего не скажешь. Андрей Геннадьевич был в своём обычном костюме, кои носят миллионы наших сограждан. Дешёвая ткань, мешковатый пиджак и широкие штаны — стандартное одеяние советских служащих.

Кофе или чай мне не предложили, поэтому сажусь за стол и молча жду начала разговора. Подполковник, собственно, сразу приступил к делу.

— Алексей Анатольевич, с Юрием Юрьевичем вы познакомились, пора объяснить некоторые детали. Дело в том, что нам не сразу удалось проверить ваши выкладки по возможному росту цен на драгметаллы. А товарищ Карнаух как раз является специалистом в этом направлении, — «ГРУшник» кивнул в сторону улыбнувшегося модника, — И надо заметить, что наш банкир — а Юрий трудится начальником отдела «Wozkhod Handelsbank» — испытывал закономерный скепсис. Это советский банк, аккредитованный в Швейцарии, и занимающийся продажей золота. У наших специалистов тоже вызывала сомнение ваша личность, а не предоставленная информация.

После жеста подполковника, в разговор вступил легендарный человек. Насколько я помню, за валютные спекуляции, существенно повысившие цены на золото и принёсшие СССР сотни миллионов долларов, Карнаух получил орден «Красной Звезды».

— Причиной моего недоверия было то, что у кого-то появились практически идентичные мысли. Вернее, у вас более детальный анализ ситуации с фактическим предсказанием падения американской валюты и отмены потолка в тридцать пять долларов за унцию. Сначала мне даже подумалось, что прочитаны мои записки. А ещё была некоторая оторопь, когда я узнал про автора доклада. Пришлось навести справки и оказалось, что о товарище Мещерском немного слышали в Швейцарии, — улыбка банкира стала шире, но в ней не было никакого ехидства, — Но гораздо больше в альпийской республике известен синьор Франческо ди Марко, который неожиданно стал одним из успешных игроков на бирже.

— Я рад, что стал известен в узких кругах, — отвечаю с усмешкой, — Но если вы читали мои выкладки, то должны понимать — рост золота начнётся немного позже.

— Вы не правы, ситуация с ценой давно иная. Пока это не так заметно, но уже в этом году начнутся кардинальные изменения, — как только Карнаух заговорил о текущих делах, то сразу преобразился и стало понятно, что человек буквально погружён в работу, — «Золотой пул», в лице «Swiss Bank Corporation», «Credit Suisse» и «United Bank of Switzerland», начал планомерную атаку на рынок драгметаллов. Ещё в прошлом году тройка выделила для этого пятьдесят тонн золота. В отличие от своих лондонских и нью-йоркских конкурентов, швейцары торгуют реальным металлом, а не фьючерсами.

Увидев, что подобное диковинное слово мне знакомо, банкир продолжил.

— Из-за проблем у англичан и странного поведения американцев, ЮАР начала переправлять часть своего золота в Швейцарию. Но не это главное, — Юрий сделал мхатовскую паузу, — Правительство СССР хочет получить кредит под залог восьмидесяти тонн золота. Располагая вашими выкладками и изучив ситуацию, мне стало понятно, что в итоге нам придётся продать металл немного дороже, чем даёт лондонская биржа. По сути, на нас заработают денег, оставив с носом. Так почему не сыграть на опережение? Всё равно деньги нужны в следующем году, и у нашего банка будет время подготовиться, обкатав схемы продаж.

— Всё это замечательно! Но при чём здесь я?

Мне действительно приятно осознавать, что в СССР есть такие талантливые люди. К сожалению, сама система работает таким образом, что подавляет яркие индивидуальности. В любой корпорации Карнауху выделили бы мощные ресурсы для спекуляций и зажгли зелёный свет. Я уж молчу про вознаграждение за проявленную смекалку и умение зарабатывать деньги для акционеров. Советские чиновники на подобное просто неспособны, и могут запороть любое здравое начинание. А от инициативных и умных специалистов, выбивающихся из шаблона, их просто корёжит. Ведь на фоне ярких людей так заметна собственная серость и убогость. В моей истории так и произошло, насколько я помню.

— Видите ли, Алексей Анатольевич, — Юрий опять включил режим «Кота в сапогах» и просто ослеплял своей улыбкой, — Я не просто так завёл речь о том, что банкиры знают о вас. Не беспокойтесь, подобной информацией располагают три человека, связанные с «пулом». Да и то, они больше знают про вашего итальянского агента, о чьей работе отзываются с искренним восхищением. Это уже я сопоставил обрывки данных, когда изучал ваш доклад. И, конечно, мне помогла организация, которую представляет наш уважаемый Андрей Геннадьевич. Не буду ходить вокруг да около — мне нужен более точный прогноз и помощь со стороны ди Марко, чтобы получить возможность работать с «пулом». Наверное, вы могли бы снабдить итальянца дополнительной информацией, которая заинтересует банкиров и поможет мне войти в их круг. Одно дело — просто продавать золото, и совсем другое — играть на повышении его цены. Для этого нужны более доверительные отношения, налаживание который займёт у меня неопределённое время. В общении с ди Марко заинтересованы очень уважаемые персоны. Думаю, если вы согласитесь участвовать на встрече, то это принесёт хорошие висты Советскому Союзу. Про вашу работу с «LV» и «L’Oreal» тоже ходят слухи в некоторых кругах.

Опять эта улыбка, диссонирующая с непроницаемым лицом подполковника. Я им не наивная девица, чтобы реагировать на лесть или непонятные намёки. Они так хвалят, либо пытаются так шантажировать, не пойму? Помочь СССР, о чём вещает Карнаух — значит выручить чиновников, неспособных нормально управлять экономикой и решивших снова слить буржуям огромное количество золота. И ладно, если бы они купили на вырученные деньги что-то полезное — новые технологии, или завод полного цикла для производства хорошей бумаги. Так, ведь наверняка истратят всё на помощь папуасам или подобную хрень. Будучи за рубежом, я внимательно изучил статьи о сельском хозяйстве. В 1966 году страна купила 7,5 миллионов тонн зерна, при этом отправила странам Соцлагеря 2,8 миллионов тонн. На следующий год закупки уменьшились, а поставки, типа союзникам, увеличились. В последующие два года был спад импорта, но все специалисты утверждают, что в семидесятые Советский Союз опять начнёт массовые закупки. Связано это с разными факторами, но основной причиной являются неэффективные методы хозяйствования.

На фоне обеспечения продовольствием союзников, а главное — просто обнаглевшее собственное население, которое кормит хлебом скотину, мне не хочется помогать чиновникам. Что мешает начать снижать потери при хранении зерна? Ведь чуть ли не треть урожая просто сгнивает, не добравшись до потребителя. Заодно, почему не поднять цену на хлеб? Раз буханка за двадцать копеек идёт на корм коровам, то она должна стоить рубль. Малообеспеченные слои населения и многодетные семьи можно снабжать более дешёвым хлебом. Но для этого надо признать свои ошибки и начать шевелить жопой. Ведь нужны не только новые элеваторы, а ещё изменения в методах хозяйствования. Поэтому к подобным лозунгам я абсолютно равнодушен. Мне вообще кажется, что пора заставить советского человека начать работать. Не получать и паразитировать, а пахать. В первую очередь это касается служащих огромного количества институтов и контор, не приносящих прибыль экономике. Только сейчас речь не о них.

— Мне нужен свободный выезд в Европу и США, а также возможность работать там, где захочу, ну кроме откровенно фашистских стран, — обращаюсь к подполковнику, который сразу нахмурился, — Жить я буду на два дома, большей частью находясь в Москве. Второе условие — никто не заглядывает в мой карман и не претендует на честно заработанные деньги. Налоги буду платить исключительно в той стране, где заработаны деньги. Все остальные поборы, которые так любят советские чиновники, меня не касаются. Жильё в Париже я приобрету на собственные средства, дабы никого не обременять. С вашей стороны меня интересует исключительно защита от неадекватных товарищей и зарубежных разведок.

Вижу, что глаза Карнауха стали похожими на пятикопеечные монеты, а брови поползли вверх. Выглядело это смешно, но я сдержался от проявления эмоций, а товарищ подполковник этого даже не заметил.

— Также мне необходимо разрешение на выезд для моей супруги и ребёнка. Поверьте, — поднимаю руку в успокаивающем жесте вскинувшегося Андрея Геннадьевича, — Бежать я никуда не собираюсь. Если бы хотел, то давно работал в Голливуде, и вы это прекрасно понимаете. В случае выполнения предварительных условий, я согласен работать. Более того, вам на блюдечке будет преподнесена информация гораздо более важная, чем повышение цены на золото. Но только после выполнения второго пакета моих требований, назовём их пока так.

— Далее вы захотите вертолёт или самолёт? А может, лучше сразу купить вам пароход? — не удержался от подколки «ГРУшник».

— Подобные мелочи меня не интересуют. Виллу с яхтой я приобрету самостоятельно, не вижу в этом никаких проблем. В остальном я человек достаточно неприхотливый и сторонюсь излишней роскоши, — Юрий как-то странно хрюкнул, после этих слов, уставившись на мой «Rolex», — Основные условия же будут касаться совершенно иного вопроса, о чём мне лучше переговорить с вашим руководством. В качестве помощи стране, я могу предложить информацию, которую оценят швейцарские банкиры. Если мы не будем хлопать ушами, то и СССР получит хорошую прибыль.

* * *

Захожу на проходную уже ставшей родной киностудии им. Горького, и не могу сдержать улыбку. Вон оно как обернулось! Надо было просто немного подождать. Не знаю, что последует за моим фактическим ультиматумом. Есть надежда на торжество разума, ведь даже коммунисты иногда считают деньги. Здесь же речь идёт об огромной сумме, и перспективе заработать в несколько раз больше. Ладно, пока надо переключиться на работу, так как информация для ГРУ давно подготовлена и систематизирована. Но никто не отменял ТО и собственное творчество, которые давно стали неотъемлемой частью моей жизни.

Захожу в наш корпус, стучу ботинками по коврику, сбивая остатки снега, и снимаю кашемировое пальто. Оглядываю недавно отремонтированный холл и опять улыбаюсь. Мы оформили помещение в стиле лофт, что сначала смотрелось диковато. Но необычные кресла, журнальные столики и светильники, изготовленные по картинкам одного из западных журналов, элегантно вписались в антураж. Далее мы добавили картины с изображением самых удачных работ «Прогресса» и некоторых ведущих сотрудников.

Ради смеха я начал флэшмоб и заказал картину, где меня изобразили в доспехах древнерусского воина, что-то грозно орущего и размахивающего секирой. Идея народу понравилась. Тут же рядом появилась Пузик с луком и в кожаной юбке, изображающая Диану. Благо, тогда у неё под рукой был собственный художник, который постарался на славу. Каплан неожиданно предстал вельможей XVII века в парике и соответствующем одеянии. Серова, естественно, не могла пройти мимо образа боярыни, а Капитонова выбрала образ одалиски. Выглядела Светочка сногсшибательно, и самое главное — художник обошёлся без грамма пошлости. А вот эротичности и скрытых намёков там хватало. Недаром основная масса посетителей больше всего уделяла внимание именно этому полотну. Солодовников в мундире гвардейца XIX века, и Нина Галактионова с весьма фривольным декольте фрейлины времён Екатерины, смотрелись на этом фоне менее вызывающе. Гена Ясный не стал заморачиваться, и предстал в виде Садко с гуслями. В общем, смотрелось всё необычно, тем более для СССР.

Из-за Светочкиного портрета разгорелась самая настоящая война. Мол, советская женщина, коммунистка и известная журналистка не имеет права представать в подобном виде. Особо свирепствовала Барабанова, завалившая жалобами все мыслимые инстанции. По советской традиции, бездельники и паразиты, простите — ответственные товарищи — оперативно собрались и осчастливили ТО сразу двумя комиссиями. С райкомовцами я даже встречаться не стал и запретил делать это руководству объединения. Товарищей реально не пустили на порог, вернее, ограничились холлом и кабинетом завхоза, который находился на первом этаже. На второй, где расположилось руководство и творческая часть работников, никого из гостей не пустили. Скандал вышел знатным, но удалось отбиться от недоумков.

Следующая комиссия была совместной и состояла из работников «Минкульта» с «Госкино». Руководил ею мой старый знакомый — товарищ Пархоменко. Здесь я тоже повёл себя весьма жёстко и сбагрил всё на Пузик, как второго человека ТО. У принцессы в тот момент было плохое настроение и мало времени, ведь работала она полдня, как молодая мама. Итог — ещё более жуткий скандал. Не знаю, чем моралисты допекли нашу рыжую валькирию, но часть претензий о непотребном изображении, она приняла на свой счёт. В общем, комиссия ретировалась и уже сама начала писать жалобы. Только трогать красу и гордость советской литературы — занятие весьма сомнительное и даже опасное. У Оксаны сейчас такая крыша, и не только в БССР, что я сам её немного побаиваюсь. В результате дело спустили на тормозах и нас пока не трогают.

Но Барабанова не сдаётся. Прошёл уже год, но наша боевая бабушка решила организовать новый «Крестовый поход» против разврата и поклонения чужеродным идеалам. Сейчас идут разговоры о рассмотрении нашего поведения в идеологическом отделе, отвечающим за культуру. Вот только его руководитель, товарищ Шауро — сам из Белоруссии, и не хочет лезть в конфликт из-за вздорной бабы. Думаю, именно по этой причине процесс присылки новой комиссии или заседания, растянулся на неопределённый срок.

Смотрю ещё раз на изображение полуобнажённой Светочки, чьи прелести еле скрывает прозрачная ткань, и грустно вздыхаю. Разворачиваюсь и направляюсь в свой кабинет.

Не успел зайти, как секретарь с ходу вывалила на меня массу информации. Кто-то звонил, другой приходил, третий чего-то требует, и так далее. Пресекаю словесный поток и прошу составить список первоочередных дел, и заказать международный разговор с Римом. Понятно, что я пришёл на два часа позже, и придётся корректировать график.

Минут через пятнадцать, когда я только погрузился в изучение информации о планах нашей детско-юношеской студии, раздались короткие и частые звонки телефона. Снимаю трубку и сквозь небольшой треск подтверждаю оператору, что готов к разговору.

— Добрый день, Дино, — отвечаю на приветствие продюсера, — Как ты относишься к призракам? Не понимаешь? Просто я решил снять фильм про привидение, и мне нужно с тобой посоветоваться. Нет, работать лучше всего в Голливуде. Роберт тоже собирался приехать? Тогда я с нетерпением жду вас в Москве.

Глава 12

Что-то стало слишком много тайных встреч и шпионских игр в моей жизни. Вроде сам настоял на максимальной секретности, а теперь ворчу и мучаюсь. Встреча с главными боссами «золотого пула», которых я про себя обозвал триадой, состоялась в небольшом отеле около Арау, что между Базелем и Цюрихом. Мне пришлось добираться сюда через французский Мюлуз. Официально я выехал из Парижа в Ниццу, дабы оторваться от возможной слежки. Благо, хоть не пришлось менять внешность или использовать поддельные документы. Главной задачей, стоявшей перед сопровождающими из ГРУ, было секретно привезти меня в Швейцарию. Они с ней справились, хотя и доставили мне массу дискомфорта со сменами машин. Франческо приехал самостоятельно из Италии, но тоже под присмотром одного неприметного товарища.

И вот мы сидим перед тремя господами самого буржуинского вида. Понятно, что главные бонзы на встречу не приехали, у нас совершенно разные весовые категории. Но и исполнительных директоров крупнейших банков Европы вполне хватает. Лидером швейцарской стороны выступал Николаус Сенн, представлявший «UBS», который в основном и говорил. Более-менее активно себя вёл Райнер Гут из «Credit Suisse», а товарищ из «SBC», назвавшийся герром Мюллером, промолчал почти всю встречу. Только есть у меня подозрения, что последний господин выдавал себя за другого человека.

Сама встреча прошла в тёплой и дружественной атмосфере. Вру, конечно. Это напоминало шахматную партию между не особо дружелюбными игроками, тщательно скрывавшими свои эмоции. Ди Марко сразу растерялся, а вот я попал в свою стихию. Уж играть и замечать фальшь, режиссёру велел сам Говинда.

Началось всё достаточно нейтрально, с обмена мнениями на общие темы. Далее, устав играть в словесные кошки-мышки, я предложил господам переходить к делу.

— Предлагаю ценить время обеих сторон и приступить к причине нашей встречи. В противном случае мы с синьором ди Марко покидаем это гостеприимное место.

Франческо, услышав это, резко побледнел и даже начал дышать через раз. Мне же плевать на все эти политесы. Я здесь такая же сторона переговорного процесса, как и банкиры. И самое главное — швейцары заинтересованы в нас не меньше, чем мы в них.

— Мистер Мещерский, дело в том, что нас смущает ваша деятельность. Мы долго собирали информацию, и до сих пор не можем понять, кто вы. Если смотреть на вещи здраво, то подобных успешных игроков на бирже в истории хватало. Но вы отличились не только некоторыми спекуляциями, где просто невозможно было угадать с началом падения бумаг, не обладая инсайдерской информацией — более удивительна агрессивная политика «LV» и «L’Oreal», которые действуют по грамотно разработанному плану. Вы не представляете наше удивление, когда мы узнали, что за всем этим стоит режиссёр, ещё и коммунист, — Сенн развёл руками, как бы оправдываясь, — Первое, о чём подумает разумный человек — это провокация советской разведки. Но факты говорят, что за два года ваша компания заработала огромные деньги, если сравнить их с первоначальными вложениями. Мы уважаем банковскую тайну, но «MDM Ltd» особо не скрывалась, и обратила на себя внимание некоторых господ. А затем нам поступает очень заманчивое предложение по золоту из Москвы. При этом речь идёт не о продаже, а совместной деятельности. Вот нам и потребовалась личная встреча, хотя вы в курсе дела.

— Всё равно мне непонятны причины вашей настойчивости. Товарищ Карнаух предложил весьма интересную схему, которая принесёт доход обеим сторонам, — включаю дурачка в ответ на сумбурную, а скорее всего, тщательно подготовленную речь Сенна, — Думаю, именно «пул» заинтересован в бесперебойных поставках золота. СССР может продать металл по старой схеме и без вашей помощи.

— Мы можем ответить, что вполне обойдёмся южноафриканским золотом, — усмехнулся, вернее, оскалился банкир, — Но это будет неправдой — так же, как ваши слова. Всё вы прекрасно понимаете. Предлагаю открыть карты, дабы не играть словами. Наш «пул» хочет войти в трейдерские проекты «MDM Ltd», и даже готов предоставить солидный кредит. Тогда заключение золотой сделки с Советским Союзом станет обычной формальностью.

Начинаю быстро прокручивать в голове варианты, благо, никто меня не торопит. Предложение весьма заманчивое, тем более, от такого мощного конгломерата. Только есть пара подводных камней — скорее, даже скала. Во-первых, мне не нужны компаньоны, которые в итоге могут подмять под себя нашу компанию. Ведь им достаточно опутать товарища Мещерского грамотными договорами, ещё и подключить советские власти, соблазнив их огромными прибылями. Противостоять подобным силам — нереально. В итоге придётся бежать в США и просто менять хозяина, что для меня совершенно неприемлемо. Во-вторых, наша компания с Ди Марко оперирует мизерными суммами. Поэтому мы пока не привлекли внимание акул с Уолл-стрит и прочих Сити. Хотя, тамошние воротилы могут и отслеживать излишне успешных спекулянтов.

Если рассматривать самих швейцарцев, то не стоит их демонизировать. Пока «пул» является объединением периферийных банков, по меркам мировой финансовой системы. Они надёжны, умеют хранить тайну и выгодно используют многолетний нейтралитет, но не более того. Швейцарцы не обладают такими ресурсами, как американские, английские и даже некоторые европейские банки. Нет здесь пока таких активов, которые находятся под управлением тройки. Их взлёт ещё впереди. Проникновение на рынок золота и прочих драгметаллов как раз станет одним из трамплинов, позволившим им войти в мировой топ. Поэтому слова, о замене советского золота южноафриканским, прозвучали немного лицемерно. Три банка решили выделить пятьдесят тонн для начала активной деятельности, а Союз предлагает им сразу восемьдесят. Кому они здесь рассказывают сказки?

Есть у меня домашняя заготовка из списка компаний, которые будут бурно расти в семидесятые. В первую очередь речь идёт о немцах и японцах. Но наверняка и отделы аналитики банков могли предоставить подобную информацию. Только отношения с товарищами капиталистами налаживать надо, поэтому открываю свою папку и передаю Николаусу листок со списком перспективных компаний. Тот быстро пробежался по тексту и передал его коллегам. Через некоторое время, решаю попробовать предложить собеседникам немного иную тему.

— Господин Сенн, как долго ваша страна и её крупный капитал собирается скрываться за мнимым нейтралитетом? — мой вопрос удивил не только банкиров, но и ди Марко.

— Ваши слова звучат немного оскорбительно, мистер Мещерский, — в разговор вступил Гут, — Конфедерация много веков не вмешивается в военные конфликты. Я надеюсь, что это продолжится и далее.

— Прошу извинить за мой французский, может, я неверно выразился, — жалко, что никто из присутствующих не поймёт шутку, — Только вы всегда вмешивались в конфликты, помогая разным сторонам прятать деньги и золото. Русские революционеры, немецкие нацисты или американские гангстеры, не просто так доверяли вашим банкам. Может, швейцарцы считают это нормой, но у многих стран накопились претензии и раздражение от вашей деятельности. И когда-нибудь швейцарским банкам придётся за это заплатить.

— И кто это сделает? — презрительно ухмыльнулся Сенн.

— Еврейские организации, которые потребуют у вас выплатить деньги людей, погибших в результате геноцида, и имевших вклады в швейцарских банках. Нет, — примиряюще поднимаю руки и улыбаюсь вмиг напрягшимся собеседникам, — Это случится нескоро. Думаю, пройдёт лет двадцать. Сначала вы основательно влезете в американские дела, приобретя немало тамошних активов. А вот потом вам начнут выкручивать руки. Более того, за данной акцией будут стоять весьма солидные организации и разведка США. После того, как вас прогнут и заставят выплатить компенсацию, последует следующий этап. ФРС потребует, чтобы вы отказались от тайны вкладов и предоставили американцам всю информацию по счетам их граждан. И вы будете договариваться, сдав часть информации о своих клиентах. Заодно будет платить немалые штрафы. Фантасмагория ситуации заключается в том, что далее вас заставят сдать счета граждан других стран. Сейчас вы единственная страна, кроме коммунистического блока, которая может позволить себе вести независимую финансовую политику. Но и это ещё не всё.

Судя по тому, как посмурнели лица собеседников, попытки подмять под себя излишне богатых и независимых европейцев начались давно. Ну не могут в Вашингтоне терпеть подобное непотребство. Какие-то зажравшиеся бюргеры оперируют огромными суммами, которые проходят мимо американских банков! А ещё есть подлецы, которые, будучи гражданами США, не платят налоги, пусть даже деньги заработаны в других странах. Это же форменный кошмар!

— Что может быть хуже? — уточнил Гут.

— Вас отодвинут от золотого пирога и вынудят довольствоваться сущими крохами. Сначала вы вложите в дело мощные ресурсы, а затем американцы откроют фьючерсную биржу по торговле драгметаллами. Их поддержат англичане со своими сателлитами — Австралией и Канадой. Рассказать вам, куда побежит большая часть остальных добытчиков золота?

— Но позвольте, — в разговор опять вступил Гут, — Основными поставщиками золота на мировой рынок являются ЮАР, СССР, Австралия, Канада и США. Я могу поверить, что новой бирже удастся переманить канадцев. Но те же австралийцы вполне хорошо торгуют металлом на азиатском рынке, давно продавая золото по рыночной цене. И какой смысл африканцам и коммунистам менять надёжный рынок сбыта?

— Я уже задал вам вопрос, который является ответом. Как долго крупный капитал Швейцарии собирается играть в нейтралитет?

— Вы предлагаете, чтобы «пул» одновременно вошёл в альянс с южноафриканскими расистами и русскими интернационалистами? — улыбнулся Николаус.

— Зачем? Вам надо просто привязать к себе обе страны, используя свой нейтралитет. А вот далее надо попробовать сблизить интересы ваших партнёров, убрав в сторону политическую составляющую. Деньги нужны всем, даже коммунистам. Если они увидят реальную выгоду от сотрудничества, то могут скорректировать свой политический вектор. С учётом того, что ЮАР полностью контролирует Юго-Западную Африку, Ботсвану и Родезию, а СССР вместе со странами соцлагеря занимают почти половину планеты, то мне непонятна ваша пассивность. Золото добывает Китай, которому необходим надёжный канал для сбыта, а также Индонезия, Гана, Перу, Мексика, Конго и десяток других стран. Если вы начнёте действовать сейчас и создадите свою биржу с рыночной стоимостью металла, то нет смысла бояться американцев. Но основную ставку лучше сделать на Южную Африку и Советский Союз. А для этого необходимо привязать обе страны к Швейцарии.

Судя по молчанию, все присутствующие находятся в лёгком шоке. Думаю, банкиры кропотливо проверили мою деятельность и понимают, что это не просто слова. Когда два французских концерна за короткий срок делают мощнейший рывок, приблизившись к статусу транснациональных компаний, то бизнес-сообщество внимательно изучает причины такого спурта. А ещё швейцары отследили деятельность «MDM Ltd», что только добавило мне авторитета. Всё-таки за два года у нашей компании не было ни одного провала, а первоначальный капитал вырос в десятки раз. Заработанные деньги — лучшая визитная карточка для подобных персонажей.

— Со своей стороны я постараюсь достучаться до разума советского руководства. Но если вы поможете выгодно реализовать восемьдесят тонн золота и примите план товарища Карнауха, то Москва будет просто вынуждена прислушиваться к мнению партнёра. А если речь ещё пойдёт о строительстве в СССР фармацевтического завода и передачи технологий, которым обладает Швейцария, то товарищи могут забыть даже про интернационализм.

— Но мы не собираемся продавать коммунистам завод или передавать какие-либо технологии, — воскликнул Гут к явному неудовольствию своих коллег, — Ещё вы твердите о нашем нейтралитете, который поможет договориться, со столь разными странами. И тут же предлагаете нам влезть в политику.

— Завод и технологии купит моя компания примерно через три — четыре года. Пока я не обладаю достаточными средствами. Вам же не мешает вспомнить, что ЮАР и СССР находятся под санкциями, которые сильно ограничивают их промышленность. И для помощи этим странам необязательно действовать напрямую. Откройте несколько компаний в разных странах и запросите правительства потенциальных партнёров о технологиях и товарах, в которых они нуждаются. Не забывайте, что это два крупнейших добытчика золота в мире. Заодно привязывайте к своему «пулу» другие государства. Пока англичане в кризисе, а американцы искусственно сдерживают цену, можно вывести вашу будущую биржу в мировые лидеры. Далее англосаксы будут вынуждены договариваться с вами, — делаю паузу, жадно выпиваю полстакана воды, и продолжаю дальше, — Поймите одно. Западу не нужна ЮАР под управлением белых, и стабильная Россия во главе с непонятными коммунистами. И дело давно не в идеологии. Уж слишком огромными ресурсами обладают эти страны и контролируемые ими сателлиты. Гораздо проще сменить там власть и беспрепятственно грабить их, прикрываясь общечеловеческими ценностями и демократией. Это не значит, что оба режима завтра рухнут. Но они будут вынуждены постепенно уступать и договариваться с более технологически развитым Западом. А ещё обе страны грамотно стравили, заставляя воевать друг с другом. И первыми в этой битве падут буры, сдав все позиции. Что будет с СССР, я не знаю, но и там последует значительная трансформация из-за экономических проблем. Пусть это будет и через двадцать лет. В политику вы всё равно влезете, или вас заставят. Только лучше это сделать сейчас — самостоятельно, и на собственных условиях. Глупо не использовать представившуюся возможность.

— Предположим, что мы договоримся с президентом Фуше. Он адекватный человек и здравомыслящий политик, — сварливо произнёс Гут, — Но как быть с партизанской войной в Родезии и поддержкой повстанцев со стороны Советского Союза? То же самое происходит в Юго-Западной Африке. Даже если вы сможете решить эту проблему, в чём я сильно сомневаюсь, то зачем «пулу» договор с Москвой? Что коммунисты могут предложить нам, кроме золота, которое они и так готовы продавать через «пул»?

— Нефть. Не могу понять пассивность западных компаний в этом направлении. Такое впечатление, что кроме итальянцев, никто не хочет заработать, — отвечаю этому недоверчивому господину, — Советский Союз уже дотянул нефтепровод «Дружба» до Берлина — значит, необходимо использовать столь выгодный момент. Создайте новую, или лучше купите уже готовую компанию, коих сейчас немало в Европе и Америке. Почему не продлить ветку нефтепровода до ФРГ и даже Франции? Ещё лучшим вариантом будет кредит, который «пул» выделит советскому правительству для строительства «Балтийской трубопроводной системы» до города Усть-Луга. Вы можете получить целый порт практически в собственное распоряжение, если вложите деньги в его оборудование. Само собой, напрашивается создание своего танкерного флота. Кроме самого СССР, есть несколько его сателлитов или союзников, обладающих большими запасами нефти. Более того, кто вам мешает руками разного рода повстанцев, за которыми стоят советские товарищи, захватить власть в некоторых странах Африки? Но даже без условной Анголы, вы уже сейчас можете получить доступ к нефтеносным месторождениям Алжира, Габона, Конго, Индонезии, Йемена, Судана, Экваториальной Гвинеи и ещё десятка государств. Им требуются инвестиции в нефтегазовую промышленность. Но главной задачей будет торговля с СССР, который может обеспечить безопасность ваших интересов в сложных регионах. Если грамотно составить предложение и выйти на товарища Косыгина, объяснив ему колоссальные выгоды для экономики Советского Союза, то у новой компании открываются головокружительные перспективы! Но и это ещё не всё. Если господа не имеют принципиальных возражений, то после обеда, я могу ознакомить вас со второй частью плана.

Возражений никто не имел. Забавно, но эти жадины хотели оставить нас с Франческо без еды. Я понимаю, что западные товарищи любят экономию, но всё имеет свой предел. Оказалось, что в отеле весьма приличная кухня, а наши собеседники не такие буки и крохоборы. За столом мы больше обсуждали кино и мои планы. Нечего человеческое не чуждо даже банкирам. Сенн вообще взял у меня автограф, заявив, что его дочка является поклонницей таланта Алекса Мещерского.

Часа два мы посвятили обсуждению ситуации вхождения «пула» на нефтяной рынок. В принципе, швейцарцы и так участвуют в некоторых проектах, владея пакетами акций разных концернов. Лезть на нефтяной рынок они опасаются, так как не хотят проблем с основными игроками. А вот вариант перепродажи советского сырья показался им заманчивым. Я дал им ещё небольшой инсайд о нечистоплотном поведении тех же поляков и румын, которые реэкспортируют советскую нефть. Можно слегка тряхнуть зарвавшихся союзничков, перекрыв им доступ к излишкам, и направить их новым швейцарским компаньонам. Это будет неплохой дополнительный объём, с учётом того, что СССР продаёт порядка тридцати процентов добываемой нефти, но из общего количества экспорта только пятая часть идёт на Запад. Так почему не поманить товарищей валютой, заодно предложив им построить НПЗ на территории Союза? Здесь я поставил жёсткое условие, что все производства должны располагаться исключительно на территории РСФСР. Собеседники немного удивились, но не стали задавать лишних вопросов.

Дураку понятно, что пока мы составляем протокол о намерениях. Руководители крупнейший европейских банков — не группа идиотов, чтобы считать Алексея Мещерского мессией. Они ещё не раз проверят мои выкладки, заодно и пройдутся по списочку компаний, акции которых гипотетически должны вырасти. Затем мне придётся поработать и организовать переговоры с правительством СССР, используя возможности ГРУ. Главное — есть реальная заинтересованность потенциальных инвесторов. Про будущий нефтяной кризис я никому рассказывать не собираюсь. В моём плане основной упор делался на дефицит валюты в самом лучшем государстве мира, и возможность перекачивать большие объёмы нефти на Запад.

Если швейцары согласятся спонсировать строительство балтийского нефтепровода, то можно считать мою задачу в этой реальности выполненной. Ещё бы до наших властителей дошла идея создать собственный танкерный флот… Ведь сейчас Союз фактически контролирует месторождения нефти во многих странах мира. Почему не взять под более жёсткое управление процесс перераспределения и доставки столь важного сырья? Это же ещё немалые деньги, плюс политические выгоды! Тот же Африканский Рог, и противоположный йеменский берег, находятся в зоне наших интересов. Тут даже флот в Индийском океане не нужен, хватит парочки военных баз — и можно контролировать главную мировою артерию перевозки нефти. Эх, мечты.

Располагай я необходимыми финансовыми ресурсами, то такая транспортная компания уже бы давно начала действовать. Только в данный момент это нереально. Но я не собираюсь отказываться от подобной идеи, и именно швейцарцы должны мне с ней помочь. Деньгами, если кто не понял.

Когда банкиры услышали, что «MDM Ltd» хочет двадцать процентов за консалтинговые и посреднические услуги, то герр Мюллер от возмущения чуть не проглотил сигару. Ди Марко же расплескал кофе на штаны и посмотрел на меня, как на сумасшедшего. Мне же всё равно до реакции окружающих. Я считаю, что наглость — это второе счастье, в бизнесе точно. Поэтому после небольшой паузы начался ожесточённый торг. Предварительно мы сошлись на семи процентах, но с многочисленными оговорками. Так что реальные доходы моей компании будут немного меньше, но это всё равно огромная сумма. Думаю, юристам будет над чем потрудиться, составляя договор.

Что касается монополии, то швейцарам её не видать. СССР уже плодотворно сотрудничает с итальянской «ENI», чей основатель, Энрико Маттеи, ещё десять лет назад договорился с нашим руководством. Если банкиры не захотят вкладываться в балтийский нефтепровод и порт, а решат пойти простым путём, то надо их уравновесить конкурентами. Можно протянуть трубу из Венгрии в Австрию и Триест. Не уверен, что это возможно из-за рельефа местности, но это уже забота проектировщиков. Какой толк от перекачки нефти через ГДР в ФРГ, или отгрузки её в Ростоке? Это всё равно будет чужая собственность. И, самое главное — советские бонзы смогут расслабиться и не организовывать такое сложное хозяйство, как танкерный флот. А ведь это колоссальный толчок для развития промышленности и освоения совершенно новых технологий. О рабочих места сейчас мало кто думает, но мне-то будущее известно. В нефтянке всегда будет потребность в кадрах, а значит, люди не будут массово сидеть без работы и переквалифицироваться в челноки. Естественно, про свои планы создания противовеса, я никому говорить не собираюсь.

Далее я предложил заглотившим наживку капиталистам создать совместную компанию по типу «Glencore». Сейчас как раз самое время начать подобную деятельность. Особого контроля со стороны так называемого мирового сообщества пока нет. Можно закупать медь на Кубе, редкоземельные металлы в Конго и алмазы в Либерии, до которых почти никому нет дела. Капиталисты купят у вас всё, лишь бы цена была ниже рыночной. И тут вырисовывается самая настоящая халява для человека, обладающего послезнанием и немного знакомым с историей деятельности двух ушлых американцев в моём времени. Здесь я уступать никому не собираюсь, тем более, что бизнес не потребует слишком крупных сумм на первоначальном этапе. Пока мы решили взять паузу, дабы обе стороны хорошо обдумали проект. Сегодня и так был излишне насыщенный день, даже для финансовых акул, сидящих передо мной. Озадачены они сегодня капитально.

Напоследок, в качестве жеста доброй воли, я слил банкирам информацию о новых проблемах, которые ждут английский фунт. Он уже потерял четырнадцать процентов за прошедшие два года, а далее будет только хуже. Я не знаю, как можно получить прибыль на понижении курса. Помню только, что британское правительство тратило какие-то умопомрачительные суммы, дабы обуздать инфляцию. В итоге у них ничего не вышло, и фунт за десятилетие обесценился более чем в два раза. Судя по хищному оскалу герра Мюллера, он точно знает, как распорядиться полученной информацией. Думаю, здесь есть ещё что-то личное. Я же рад лишний раз подгадить англичанке, хотя обычно этим занимается она сама.

Главным итогом переговоров являлось принятие плана Карнауха. То есть СССР становится равноправным партнёром, насколько это возможно, в операциях с золотом. Хочется верить, что теперь эту тему будет курировать ГРУ и её не сольют в унитаз, как в моей реальности. Далее товарищи уж пусть сами, я им не костыль. Мне и так предстоит погрузиться в нефтяной и фондовый рынок через пару лет. А пока надо использовать свободу и заняться творчеством.

* * *

— Это просто возмутительно! Я ищу вас второй день подряд, оборвала все телефоны, не знаю, что говорить Екатерине Алексеевне. А вы, оказывается, весь день спали, и на работу пришли в обед.

Секретарь Фурцевой негодует и пытается отчитывать меня по телефону. Так она женщина приятная и незлобивая. Скорее всего, начальница дала Мариночке хороший нагоняй, вот та и распереживалась.

Мне же всё это кажется забавным, поэтому даже не собираюсь оправдываться и переживать. В итоге секретарь выговорилась и потребовала моей срочной явки на приём к министру. В шкафу кабинета у меня есть специальный костюм, который я ещё в прошлом году привёз из Франции, надо переодеваться и ехать на приём к министру. Не успел вернуться из Швейцарии, как сразу с корабля на бал. Хорошо хоть выспался после двух бессонных ночей. Даже плач Толика не мог отвлечь меня от «давления на массу». Анна — дама исполнительная, если ей сказали, что меня нельзя беспокоить, то так и будет.

Насколько удалось понять, теперь я на слишком коротком поводке у ГРУ. Мне сначала показалось, что вот она — свобода. Оказывается, у нас теперь специфические отношения. Товарищ Мещерский должен доказать свою пользу Родине, чтобы она дала ему возможность заработать денег для неё же. На самом деле, всё проще. Мне просто надо было организовать сделку со швейцарцами и подвести к ним Карнауха. Я план перевыполнил, загрузив своих кураторов новыми проблемами. Не уверен, что они в восторге от подобной импровизации. Но теперь у меня есть «проездной», то есть официальное разрешение работать на Западе.

Как раз через недельку должны приехать оба продюсера для согласования окончательной версии «Телохранителя». На главные роли уже утверждены Нэнси Синатра и Роберт Рэдфорд, и мне уже нужно готовиться к отъезду в США. Там я планирую посетить церемонию награждения «Оскара», где у «Пёрл-Харбора» чуть ли не рекордное количество номинаций, после этого можно начинать работать. А вот Клушанцеву дорогу в капстраны пока закрыли. В принципе, Павел Владимирович не нужен, но до момента согласования условий съёмок «Привидения» — а вот там мне без него никак не обойтись. Но всё равно обидно за человека, так как его лишают возможности посетить столь знаковое мероприятие.

Кстати, пора поставить перед Фурцевой вопрос ребром о советской награде, обсуждение, которой опять утонуло в бесконечном словесном поносе. Даже журналисты организовались и решили, что со следующего года у них будет свой приз «Золотое перо». Идея отличная, что меня исключительно радует. С учётом того, что сценарий первой церемонии по просьбе Месяцева будет писать один попаданец, то получится отличное шоу. В рамках советского этикета, конечно. Но я постараюсь сделать что-то бодрое. Сейчас как раз идёт обсуждение номинаций.

По сегодняшнему вызову к Фурцевой всё очень просто. Комиссия «Минкульта» приняла решение о присуждении Алексею Мещерскому звания народного артиста РСФСР. Вроде надо бы радоваться, но мне просто смешно. Вы не поверите, но почётный диплом я получу за работу на телевидении, а не в кино. Вернее, именно одна передача стала камешком, вызвавшим целую лавину. На этот раз исключительно положительную.

* * *

Надо сказать, что из-за проблем на работе и рождения сына, я совершенно упустил ситуацию со «Старыми песнями о главном». Нет, мне изначально было понятно, что музыкальный фильм ждёт успех. Но даже в самых оптимистичных мечтах я не ожидал такого феноменального триумфа!

Более — менее очухавшись после Нового года, еду на работу и слышу по радио голос Мулермана, исполняющего «То, что я должен сказать». Удивительно, с учётом того, что песня весьма спорная, да и утром третий канал, оккупированный «прогрессорами», радует трудовой народ более весёлой музыкой. Добравшись до своего кабинета, я чуть ли не с порога был атакован Капланом и Солодовниковым.

— Алексей, я понимаю, что рождение сына — это знаковое событие, а у тебя был неотгулянный отпуск. Только нельзя же бросать нас на съедение этими сумасшедшим! — начал возмущаться Израилич, — Это просто невозможно! Уж насколько у меня крепкие нервы, но всему есть предел. Ещё и Пузик ускакала в свою Белоруссию контролировать съёмки обеих сериалов, и мы остались наедине с этой бурей. Илья, а ты чего молчишь?

Солодовников молча, кивнул и показал руками какой-то знак, который должен выражать всю гамму его чувств.

Дело же заключалось в том, что ТО атаковали со всех сторон. Оказывается, музыкальный фильм просто сразил советскую публику. Позже я узнал, что его главным фанатом стала Виктория Петровна Брежнева, запросившая плёнку для домашнего кинотеатра. Говорят, что «дорогой Ильич» тоже пускал скупую мужскую слезу, особенно от голосов Ротару и Брегвадзе. Вообще, наш проект был встречен с восторгом всеми слоями советского общества вне зависимости от национальности, партийной принадлежности и сексуальной ориентации. Шучу, конечно.

Но у такой популярности была и обратная сторона. Мы оказались просто не готовы технически. Прокатчики требовали копии фильма, а их было ограниченное количество. В первую очередь показы на большом экране должны были начаться в Москве, Ленинграде, Киеве и Минске. А примерно к концу января мы планировали насытить копиями остальные крупные города страны.

Только сотрудники республиканских отделений «Госкинопроката» буквально взвыли. Зритель натурально требовал диковинного зрелища, и заваливал все мыслимые структуры жалобами. А нормальной плёнки нет в наличии, что трудно объяснить советскому человеку, который такое просто не поймёт. Ответственные товарищи требовали обеспечить народ законным правом видеть любимых артистов в новом антураже. И крайним, конечно, сделали ТО «Прогресс». Это очень удобно — назначить виноватого, вместо того, чтобы обеспечить его плёнкой. В итоге Каплан, под свою ответственность, закрыл часть потребностей из наших фондов.

На радио творилась самая настоящая вакханалия, так как коллективы ткачих, доярок и шахтёров требовали радовать их слух старыми композициями в новом исполнении. Всё бы ничего, но кроме всесоюзного радио, есть минимум пятнадцать республиканских станций, и ещё больше краевых. Им тоже вмиг потребовались записи, которых у нас не было. Опять нервы, и Каплан начал запивать валерьянку коньяком.

Но и это ещё не всё. Уже было два звонка из ЦК УССР и КазССР, где потребовали лицезреть всех артистов вживую. Мол, труженики этих республик не могут кушать и спать, поэтому вынь да положь им концерт. Это вообще за гранью моего понимания, так как собрать всю эту солянку ещё раз просто нереально.

Вишенкой на торте стал звонок от Фурцевой, которая поинтересовалась, когда записи песен выйдут на пластинке. Здесь мы подстраховались, и работа уже ведётся, но обеспечить всех желающих за месяц весьма проблематично.

Про заявки большей части артистов, занятых в фильме, снять им отдельные клипы, я уже молчу. Пока мы просто не справимся с таким объёмом работы. Надо будет раскидать звёзд по разным режиссёрам и составить график. Чую, что ещё хлебну проблем с частью капризных товарищей. Но эту проблему можно пока отложить.

Такое впечатление, что все дружно сошли с ума. Понятно, что здесь есть и моя вина. Нельзя пускать ситуацию на самотёк. Надо было контролировать её, невзирая на все жизненные обстоятельства. Но задним числом все умны. Только что мешает переложить проблемы на ответственных товарищей? Им нужно шоу — вот пусть и крутятся!

— По копиям надо написать открытым текстом, что нет плёнки, — отвечаю коллегам, когда они выговорились, — Главные города страны мы снабдили, а далее пусть руководство республик, автономий и областей нам помогает. Если начнут кочевряжиться или давить, то посылай их ко мне. Я перенаправлю особо непонятливых в ЦК.

— Но мы могли бы… — попытался возразить Солодовников.

— Любишь кататься, люби и саночки возить. Мы — хозрасчётная организация, а не благотворительное общество. Будь всё по плану, то ажиотаж спал бы уже через три недели. Но людям нужно всё здесь и сейчас, а значит, пусть изыскивают ресурсы. С радио — то же самое. Завтра же разошлите телеграммы или обзвоните республиканских коллег, чтобы выделили магнитофонную плёнку. Не найдут, то пусть слушают всесоюзную волну — благо, там нет недостатка в хорошей музыке, и «старых песен» тоже.

— А как быть с концертом? — уже деловым тоном поинтересовался Каплан.

— Никак, — отвечаю с усмешкой, — Это не наша сфера деятельности. Надо ответить товарищам и отправить копию в «Минкульт», что «Прогресс» готов взять на себя творческую часть. То есть — мы пишем сценарий концерта — ведь на телевидении было совершенно иное зрелище. Воплотить его на сцене практически нереально. Или они думают, что мы можем взять и перенести в концертный зал декорации, обеспечив дублирование картинки? Это же полный бред! Тут потребуется совершенно новый подход и огромный труд. Заодно пусть украинский и казахстанский ЦК возьмут на себя организационные вопросы. Им гораздо легче договориться с другими республиками и согласовать графики выступления артистов. Мы же от души похохочем над их потугами.

Израилич и Илья понимающе улыбнулись, услышав про синхронизацию графиков. Я в эту клоаку больше в жизни не полезу. Хватит мне двух месяцев нескончаемых претензий и склок. И впредь лучше держался подальше от нашей эстрады, мне хватает «Рассвета», которые наши друзья. Остальные пусть платят за клипы, студийные записи, и не мозолят глаза.

Но, к моему искреннему удивлению, именно эта работа стала катализатором оценки заслуг товарища Мещерского. Всё это выглядит немного фантасмагорично. Но советская номенклатура давно приучила меня, что нельзя искать логику в её решениях.

По пути в «Минкульт» я специально посчитал количество заказываемых песен из музыкального фильма, слушая радио в машине. Из семи мелодий, три были из «старых песен». Это действительно успех!

А ещё я пока не понимаю, что даёт звание «народного». Понятно, что республиканский уровень немного ниже всесоюзного, но всё равно это неплохо для четырёх лет работы в шоу-бизнесе. Насколько я помню, многие великие актёры так и не дождались этого звания. Значит, Лёша Мещерский сегодня вступает в клуб избранных, что немного тешит его самолюбие. Главное, чтобы заветный диплом позволил мне избавиться от излишнего давления властей и спокойно осуществлять свой план.

Глава 13

Джек Лемонн раскрыл конверт, прочитал сложенную бумажку и сделал длинную паузу. Зал затаился в ожидании и предвкушении сенсации. И она состоялась.

— Оскар получает фильм — «Полуночный ковбой»!

Голливудская публика отреагировала на крик комика бурными и искренними аплодисментами. Я тоже хлопал, Дино ткнул меня по плечу, наверное, в знак поддержки. Тем временем на сцену взбирался радостный Джон Шлезингер, подлинный триумфатор сегодняшнего вечера.

Да, киноакадемия прокатила меня самым натуральным образом. «Лучший фильм» и «Лучший режиссёр» взял «ковбой», где отлично сыграли фактические дебютанты Джон Войт и Дастин Хаффман. Несмотря на игру отличных актёров, мне показалось, что картина — полное дерьмо. Вернее, сам сюжет, который понятен исключительно американской аудитории. Но, по словам критиков, в фильме были подняты насущные проблемы общества, а о многих вещах заявлено открыто. И вообще, это настоящий прорыв и прочее бла-бла-бла.

Хотя, Лёша Мещерский остаётся при своём мнении. Со своим уставом в чужой монастырь не лезут, поэтому я просто впитываю атмосферу самого шоу. Вот здесь американцы — молодцы, глупо спорить. Умеют люди организовать вроде банальное мероприятие, и красиво его подать. Начиная с шумихи в прессе, красной дорожки, и грамотного сценария награждения — всё просто великолепно. Почему в Союзе не хотят делать шоу, для меня загадка. Ну и бог с ним. Только премию за лучшие музыкальные клипы я создам и продавлю, наплевав на лицемерную мораль. И будет это живо и весело, прямо как на этом сборище голливудских лицемеров. Кстати, советское клипмейкерство развивается достаточно бурно, опережая западных коллег. Так почему не наградить людей, которые этого заслуживают?

А ещё здесь я был шокирован осознанием того, что Алекса Мещерского знают в мире кино. Статьи в журналах (не всегда положительные), несколько интервью от статусных изданий и переполненный зал, где была афтографсессия, доказали, что я не зря пахал все эти годы. Трудно не заметить нашу работу, если «Пёрл Харбор» просто вынес всех конкурентов в прокате. Не знаю, о какой финальной сумме идёт речь, но Эванс светится от счастья и готов расцеловать всех окружающих. Речь идёт о том, что мы обходим «Звуки музыки», а на первом месте остаются непотопляемые «Унесённые ветром». Только есть небольшая разница между нами и конкурентами. Они взяли «Оскар» за «Лучший фильм» и «Лучший режиссёр», а мы нет.

Хотя, глупо кусать локти, так как мы собрали неплохой урожай в других номинациях. Реальным неудачником прошедшей церемонии оказались «Тысяча дней Анны», «Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?», «Хелло, Долли!» и «Бутч Кэссиди и Санденс Кид». Одиннадцать, девять и по семь номинаций, соответственно, но в итоге всего по одному призу. Единственное, я расстроился из-за пролёта с наградой за «Лучший сценарий, основанный на неопубликованном ранее материале». В остальном же глупо жаловаться, ведь шесть статуэток на дороге не валяются.

«Лучшая актриса второго плана», «Лучшая музыка», «Лучшая песня к фильму», «Лучшая операторская работа», «Лучшая работа художника», «Лучшие специальные визуальные эффекты» — феноменальное достижение! Я был несказанно рад, когда Ракель взяла статуэтку за роль стервочки, ведь она её заслужила. Для неё это самый настоящий шанс перейти на следующий уровень, когда актрису перестанут воспринимать исключительно как кусок мяса в бикини. Довольные и счастливые, Эванс с ди Лаурентисом вышли на сцену, дабы получит награду за Клушанцева. Мне же оставалось просто радоваться за коллег, и поругивать про себя академиков. Но логика последних мне ясна — развлекательные фильмы, и особенно пеплумы, достаточно редко получают «Оскара» в главных номинациях. На ум приходит только «Бен Гур». Но это был чисто еврейский проект, когда реальные хозяева Голливуда показали, кто в доме хозяин. Только десять номинаций, и всего лишь второстепенные призы, не добавляли мне хорошего настроения.

Обидно даже не за сам факт пролёта. Я ведь снимаю кино в совершенно ином стиле. В ближайшие годы американский кинематограф окончательно избавится от канонов прошлого, и станет больше напоминать европейский. Да, именно так. Нынешняя пафосная, и где-то наивно-слащавая подача, окончательно надоест зрителю. В семидесятые начнут снимать именно то кино, которое завоюет мировое признание. Сейчас смотреть большинство фильмов просто невозможно. Это отрыжка прошлых лет, когда реализм демонстративно игнорировался голливудскими воротилами. Только я изначально снимал в ином стиле, что может заметить даже далёкий от кинематографа человек. Но не судьба.

Поэтому на вечеринке, организованной «Paramount», мне было немного дискомфортно. Я прослушал поздравительные речи руководства и даже искренне поаплодировал, но затем засел в уголке с бутылкой вина, погрузившись в невесёлые размышления. Тут ещё и очередные неприятности в личной жизни. Вернее, супруга может обеспечить их в будущем.

* * *

Никак не могу отдышаться, поглаживая влажную спину чуть ли не мурлычущей Ани. Это у нас первый секс после долгого перерыва, связанного с родами. Как оказалось, оба соскучились и с трудом сдерживали переполнявшие нас эмоции. Ребёнок спит в своей комнате, поэтому мы старались особо не шуметь. Получалось плохо, но важен сам факт.

Анна тем временем замоталась в простыню, включила бра и перевернулась на бок. Есть у неё небольшой комплекс — не любит она находиться обнажённой при свете. В темноте все комплексы покидают мою молодую жену, я бы даже сказал, превращают её в совершенно другого человека. Страсти в наших отношениях хватает, да и темперамент у неё взрывной. Но после бурного секса возвращается прежняя серьёзная девушка, будто стесняющаяся своего тела. А ведь посмотреть есть на что! Хороший вид, даже не скажешь, что она рожала всего три месяца назад. Хоть картину пиши. Плавные изгибы тела, под тонкой простынкой, прямо манили идти на очередной заход. Улыбаюсь и начинаю стягивать материю, мешающую наслаждаться столь приятным видом, но моя попытка тут же прерывается. Может, это идёт от мамы, которая в молодости вбила дочери свои понятия о морали — тёща у меня дама со странностями, это ещё мягко сказано. Хорошо, что удалось поставить её на место и прочертить определённую границу, за которою она не лезла со своими советами.

— Лёша, ты понимаешь, что так жить нельзя, — вдруг огорошила меня супруга, — Я про твоё намерение работать за границей. Ты опять исчезнешь на полгода, или более. Почему-то мне ранее иначе виделась семейная жизнь. Видеть мужа в редкие моменты, когда он снисходит до семьи, отвлекаясь от работы, не является предметом моих мечтаний.

— Я буду приезжать каждый месяц на неделю. Точнее, это будет пять дней, так как два из них уйдут на дорогу туда и обратно. Подобный график отдельно прописан в контракте, — сам не заметил, как начал оправдываться, — По-другому не получится, прости. Но для меня крайне важно снять эти фильмы. Понимаешь, любой человек хочет достичь в своей профессии уровня мастера. А здесь я могу перейти уже в ранг небожителей.

— Только мне от этого не легче, и Толику тоже. Он ещё маленький и ничего не понимает. Но лучше, когда ребёнок видит отца постоянно, а не редкими моментами, — казалось, Анна пропустила мимо ушей мои аргументы.

Тяжело вздыхаю и пытаюсь сосредоточиться, но сделать это сейчас проблематично. Вот интриганка, нашла же момент для подобного разговора. Но здесь я своих позиций уступать не собираюсь. План на ближайшие три года сформирован, и менять его глупо. Тем более, когда речь идёт о женских капризах. Слишком долго я добивался возможности получить свободу перемещения.

— Ты прекрасно знала, за кого выходишь замуж, — прислоняю палец к пухлым губам, перемывая попытку возразить, — Более того, кроме творчества, у меня есть ещё одна задача. И её мы с тобой тоже обсуждали. Понятно, что не сейчас, но через год мне потребуется твоя помощь. Поэтому я не понимаю, что могло измениться за несколько месяцев? Артисты, конечно, не вахтовики, но часто живут в похожем режиме. Сегодня съёмки в Москве, завтра — творческий вечер в Ленинграде, а послезавтра — репетиция в Киеве, и так всю жизнь. Но я точно не собираюсь жить в подобном режиме долгие годы, и прошу потерпеть годик. Далее мы будем вместе постоянно. Мне тоже не нравится мотаться по свету и бывать дома наездами.

— Тогда я не понимала, как это тяжело. Раньше, когда приходилось летать к тебе в США, всё казалось необычным и романтичным, — Анна опять пресекла мои поползновения стянуть с неё простынь, — Но после рождения сына, начинаешь совершенно иначе смотреть на некоторые вещи. И я точно не хочу быть женой вахтовика. Что касается помощи, то можешь на меня рассчитывать. Хотя ты до сих пор толком не объяснил, что задумал.

Ну не сейчас же рассказывать о своих наполеоновских планах. Частично Анна в курсе, и даже согласилась, что ей лучше продвигаться по административной, а не научной стезе. То есть, работать она будет в НИИ со своим отцом. Вместо чистой науки, начнём обучать нашу красавицу и комсомолку руководить. Как это будет выглядеть на практике, пока не знаю. Надо будет обсудить все нюансы с тестем.

Между тем Анна быстро встала и накинула на себя халат. Любуюсь её аппетитными формами, при этом понимая, что наша семейная жизнь движется в неверном направлении. Прозвучавшие слова, брошенные через плечо, подтвердили мои подозрения.

— Я переночую в детской. Вдруг Толик начнёт капризничать, да и кормить его пора. А тебе рано вставать, не хочу мешать.

Анна тихо вышла из спальни, а я всё продолжал смотреть на закрытую дверь. Что это было? Вот зачем играть на моих нервах? Я же не железный и тоже переживаю, что не смогу видеть её и сына долгое время. А ещё есть рыжики, которые тоже требуют внимания.

Всё это немного выбивает из колеи. Думаешь, что у тебя есть надёжный тыл и дом, куда хочется возвращаться — но оказывается, всё не так уж просто. Может, опять тёща начала воду мутить? Как-то в одном из разговоров с Аней, который я случайно услышал, она поднимала тему о муже-путешественнике. Вроде ничего необычного, но какой-то гаденький осадок остался. Мол, твой супруг шатается непонятно где, а вокруг толпы актрис, мечтающих запрыгнуть в его койку. Наверное, она так дочку успокаивала. Или тётенька считает, что муж должен находиться исключительно под каблуком своей благоверной? Тогда почему от неё сбежал собственный супруг? Странное поведение со стороны взрослого человека. Если сломана твоя жизнь, то надо и дочери её испортить?

В итоге расставание у нас вышло скомканным. Я мотался по Москве, стараясь завершить все текущие дела, заодно распределял обязанности среди коллег. Вроде уезжаю ненадолго, но три недели — немалый срок. Вечером меня встречала Анна, старательно изображавшая заботливую и счастливую жену. Но периодически в поведении супруги проскакивала фальшь. Особенно остро это проявилось, когда за два дня до отъезда я затащил её в койку. У меня возникло такое впечатление, что Аня отрабатывала номер. Это уже перебор. После скомканного секса я ушёл в ванную. Вернувшись, жену в спальне не обнаружил. Может, оно и к лучшему? Я про командировку или нашу размолвку. Будет время немного подумать и перезагрузиться. Не знаю.

* * *

Подобные мысли одолевали меня на вечеринке. Вместо того, чтобы радоваться успеху, сижу в уголке и добиваю бутылку вина. Даже не заметил, как ко мне подошёл Эванс. Продюсер источал самое настоящее счастье и даже не думал переставать улыбаться. В одной руке американец держал бокал с коктейлем, а во второй кубинскую сигару. В клубном пиджаке и светлых брюках, он походил на эдакого богатого сибарита.

— Алекс, ты портишь нам праздник, — воскликнул Роберт, сев на соседний стул и выпустив клубы ароматного дыма, — Оглянись вокруг. Люди собрались, чтобы хорошенько повеселиться. А ты — одна из причин того, что здесь еле уместились все желающие. Я и не ожидал, что столько коллег, даже с конкурирующих студий, прибудут на вечеринку. Это успех! Пусть академики не оценили наш фильм по заслугам, но голливудскую публику не проведёшь. Здесь прекрасно понимают, что ты сделал необычную работу, и перевернул сам подход к съёмкам военных картин. Да и не только их. Думаю, другие режиссёры уже начали использовать твои идеи. Поэтому мне тяжело смотреть на твои метания.

Не люблю я подобные сеансы психотерапии, но Эванса можно только поблагодарить. Видно, что человек искренне переживает и хочет помочь. Да и я сам понимаю, что не прав. Чего пугать людей своей меланхолией и хмурым видом. Но не объяснять же всем окружающим, что кукшусь из-за проблем с женой? От мачо, коим меня считают в кинематографической среде, такого точно не ждут.

— На самом деле, причина такого моего настроения далека от кино, — салютую бокалом продюсеру и делаю пару глотков, — Иногда тяжело осознавать, что жизнь идёт совершенно иначе, чем ты от неё ожидал.

— Бабы! Конечно, всё дело в них, — Эванс аж подался вперёд, чуть не расплескав свой коктейль, — А я всё никак не могу понять, что с тобой происходит. Но все мы приходили через это. Многие считают меня человеком порывистым и лёгким, но это неправда. Я тоже умею чувствовать и ощущаю боль. Поверь, развод с первой женой дался мне нелегко. Тогда только работа спасала меня от уныния. А ещё другие бабы, конечно.

Тут Роберт начал заразительно хохотать, заставив улыбнуться и меня. А затем тон собеседника стал серьёзным.

— Только всё равно в душе остаётся пустота, которую очень тяжело заполнить. Мне повезло, и я снова влюбился. Надолго ли хватит нового заряда — не знаю. И даже думать об этом боюсь. Поэтому советую тебе поменьше думать, и просто забыться. Лучше всего в объятиях красотки, коих сегодня половина гостей на этой вилле. Но можно ограничиться вином, — продюсер кивнул на мой бокал, — А ещё лучше — совместить оба процесса.

Эванс опять начал хихикать. Удивительный человек, который может так быстро менять настроение. Или это защитная реакция? Здесь нашу беседу прервали, и причиной стала женщина. Вернее, жена и новая муза Роберта. Будущая обладательница «Глобуса» и номинантка на «Оскар», Эли Макгроу сейчас в самом начале своей блистательной карьеры. И делает она её не через постель. Судя по тому, как супруги смотрят друг на друга, их связывают не только деловые отношения.

— Мальчики, вы ничего не перепутали? Это вечеринка, а не деловые переговоры, — произнесла, будто пропела, Эли, — Или вы здесь обсуждаете девок?

Эванс чуть не подавился своим напитком, но быстро пришёл в себя. Выглядело это забавно, и я с трудом сдерживал смех.

— Дорогая, дай нам с Алексом ещё пять минут. Мы немного обсудим будущий фильм, и я в твоём полном распоряжении, — глядя вслед уходящей супруге, Роберт добавил почти шёпотом, — Все они ведьмы! Но и без них никак.

Я же в этот момент рассматривал стройную девицу в облегающем платье и меховой накидке, вокруг которой кружился блёклый мужчина, пытая привлечь внимание объекта вожделения бурной жестикуляцией. Получалось у него плохо, ведь мадам бросала по сторонам скучающие взгляды, совершенно не реагируя на собеседника. А ведь я её знаю, улыбаюсь мысленно. Хотя, среди гостей половина актёры, поэтому немудрено, что многие лица мне знакомы. Эванс проследил за моим взглядом и улыбнулся.

— Мне нравится ход твоих мыслей, Алекс. Филлис больше известна по сериалу «Любовь по-американски», который снимает «Paramount Television». И у неё отличный потенциал, в первую очередь как комедийной актрисы.

— Думаю, мне срочно нужно провести кастинг. Это будет форменным преступлением — пропустить такой типаж!

Эванс некоторое время смотрел на меня непонимающе, а затем опять захохотал.

— Вообще, это прерогатива продюсера — заниматься кастингом, — опять смех, и Роберт даже достал платок, стирая проступившие слёзы, — Но ты можешь делать всё что угодно. Захочешь дать этой красотке мелкую роль, то я не возражаю. Главное — снимай кино, как ты умеешь. Я верю в твой талант, приму и одобрю любой актёрский состав. Ещё не забывай, что на вилле двенадцать спален, и хватает других комнат для «кастинга». А в главной зале очень удобная шкура белого медведя около камина.

Сопровождаемый новой порцией смеха продюсера, я направился к девушке. Вблизи актриса оказалась ещё приятнее. Отличная фигура и выпирающая сквозь тонкую ткань грудь просто ласкали взор. Немного непропорциональный овал лица придавал ей определённый шарм. В серых глазищах то и дело проскальзывали смешинки. Филлис никак не реагировала на потуги невзрачного и лысоватого блондина обратить на себя внимание, хотя явно внутренне хохотала над его кривлянием.

— Мисс Дэвис, разрешите выразить своё искреннее восхищение вашей ролью! — взгляд актрисы быстро пробежался по моей фигуре и она одобрительно улыбнулась.

Вот только её ответ застал меня врасплох. Я совершенно не подумал, что завёл речь о сериале, который начнут снимать через десять лет. В «Vega$» мисс Дэвис была просто бесподобна, но вот внешне сейчас она просто конфетка! Доморощенный Штирлиц только что чуть не провалился.

— А я и не знала, что в Советском Союзе смотрят американское телевидение, — актриса сделала большие глаза, явно издеваясь и изображая восторженную дурочку, — Для меня такая честь осознавать это! Ещё и всемирно известный режиссёр обратил внимание на мою скромную персону. Чувствую, что сейчас упаду в обморок.

Она мне положительно нравится! Дамочка позитивная и смешливая, а ещё у неё такая грудь! Мой взгляд то и дело возвращался к очаровательной ложбинке, вызывая ироничную улыбку обладательницы этих произведений искусства.

— Филлис, — вдруг подал голос невзрачный, — Так я схожу за коктейлями?

— Чарли, иди веселиться, и перестань мельтешить перед глазами. И вообще, мне надо обсудить с мистером режиссёром важное дело, — девушка сама схватила меня за руку и потащила в глубь сада.

Что-то нехорошее мелькнуло в водянистых глазах отвергнутого ухажёра. С учётом недавнего громкого убийства Шэрон Тэйт, я бы вёл себя более корректно с подобными людьми, ещё и со специфическим именем. Потому что такие вот «Чарли» могут стать весьма опасными персонажами.

— Так зачем вам понадобилась актриса из сериала, tovarisсh Мещерский? — опять этот насмешливый взгляд.

Это не женщина, а какой-то ураган. Эдакая зажигалка, прямо-таки фонтанирующая эмоциями, и умеющая себя подать. И такой самородок никто толком не снимает? Хотя, нынешние американские режиссёры ещё по старинке отдают предпочтение стандартным красоткам, образца шестидесятых. Мне тоже нравятся красивые женщины, но они должны уметь играть. А вот этого во многих современных актрисах точно не наблюдается. Мисс Дэвис выгодно отличается в лучшую сторону — похоже, ей даже не надо перевоплощаться и входить в образ. Прямо песня, а не женщина.

Даже не знаю, что ей ответить. Видите ли, мадам Дэвис, у меня небольшой кризис в личной жизни, и нужно срочно с кем-то перепихнуться. Думаю, мадам, вряд ли оценит подобную откровенность. Ладно, была не была! Притягиваю её к себе, и начинаю жадно целовать. Сначала актриса для приличия поупиралась, но затем ответила с такой страстью, что я выпал из реальности.

Оторвавшись от пухлых губ, натыкаюсь на настороженный взгляд, полный предвкушения. В голову приходит странная мысль, что с тёмными волосами Филлис смотрится даже лучше, чем блондинка. Мне как раз нужен именно такой типаж. М-да, совсем наш Лёша заработался. Даже красивых женщин уже рассматривает исключительно с профессиональной точки зрения.

Эванс не обманул. На втором этаже особняка хватало спален. А в одной, судя по звукам, народ усиленно осваивал местные кровати. Открываю дверь, ставлю на столик бутылку вина с фужерами и окидываю взглядом комнату. А неплохо живут голливудские буржуины. В СССР таких палат с отдельной ванной, и невероятных размеров траходромов, точно не бывает. Советский человек должен быть скромным, и изменять жене в узкой комнатушке пансионата, на скрипучей койке с металлической сеткой. Опять в голову лезет какая-то хрень.

Оборачиваюсь к девушке и опять натыкаюсь на этот смешливый взгляд. Накидка летит в сторону, как и мой пиджак. Хватаю девушку за упругие ягодицы и несу в сторону монументальной кровати. Снимаю бретельки платья и стаскиваю его на уровень пупка. Да! Не перевелись ещё женщины в американских селениях! Есть за что подержаться, и не только.

В постели Филлис оказалась задорной и ненасытной. Меня буквально выжали и заставили отдать все силы. Она положительно сводит меня с ума — давненько я не испытывал такой бури эмоций. На ум сразу приходит Светочка, но я сразу гоню прочь её образ. Главное — не увлекаться, я вообще-то, женатый мужчина.

Чуть позже, когда веселье за широким окном уже начало стихать и приглашённая группа заиграла какой-то медленный танец, нам удалось поговорить. Приношу бокалы с вином под одобрительный кивок актрисы.

— А ты красавчик, Алекс! — мисс Дэвис выдаёт свой вердикт, — Теперь я верю всем этим слухам про необычного режиссёра-коммуниста, ворвавшегося в европейский кинематограф, будто метеорит.

Это мне так про Аниту намекают. Ну, не самая приятная тема. Только западные таблоиды неплохо раскрутили тему наших отношений год назад, поэтому никуда от этого не деться. Странно, что тебя рассматривают сквозь призму того, с какой женщиной ты спал. Я вроде, кроме всего прочего, ещё и кино снимать умею.

Провожу рукой по обнажённому бедру, соблазнительно выглядывающему из-под простыни.

— Ты тоже неплоха, Филлис! — не успеваю пошутить, как получаю укус в плечо, заставивший меня подскочить от неожиданности.

— Я лучшая, и запомни это навсегда, — актриса машет пальчиком перед моим лицом, а между тем простынь обнажает два аппетитных полушария.

Не знаю, специально она это сделала или нет. Ставлю бокал на прикроватную тумбочку, и под хохот девушки подминаю её под себя.

Нет, это прямо какое-то наваждение. Вот не могу от неё оторваться, хоть ты тресни. Фил недавно нырнула в ванную, и у меня появилась возможность немного подумать. Моральная сторона вопроса ребром не стоит. Я же в командировке, значит, можно немного пошалить. А если серьёзно, то даже не знаю. В этот момент открывается дверь ванной и оттуда выходит актриса, завёрнутая в полотенце. Картина маслом, никак иначе.

— Завтра уже не получится, но через день тебя ждут фото и кинопробы, — мои слова явно сбили красотку с толку, но ненадолго.

— А разве я не прошла кастинг? Девушка так старалась, а ты и не заметил, — опять этот насмешливый взгляд тролля восьмидесятого уровня.

Мы точно сработаемся! Как раз у нас образовалась проблема с сестрой главной героини «Телохранителя». Думаю, Филлис войдёт в роль, будто она предназначена для неё самой судьбой. И я не просто так представлял её в образе шатенки. На фоне более тёмной Синатры, сестра-блондинка смотрелась бы нереально.

Окидываю ещё раз хозяйским взглядом прекрасное тело и понимаю, что дело не только в талантах мисс Дэвис. Мне просто с ней хорошо, и не только в постели. Глупо отказываться от подобной спутницы, с учётом того, что мне здесь куковать ещё год как минимум. Звучит цинично и даже некрасиво, но никого насильно не принуждаю. Где-то в глубине души есть понимание того, что я похож на Пырьева, которого прилюдно клеймил и осуждал. Тот был большим любителем тащить в койку актрис, не особо обращая внимание на их чувства, используя своё положение. А всяким строптивицам просто уничтожал карьеры. Оттого присутствует некая толика брезгливости к самому себе. Впрочем, я быстро давлю её в зародыше. Ведь я не такой. Это другое.

Глава 14

— Пора начинать работать более активно. Разрешение на выезд я получил, и даже смогу жить в Париже. Но сейчас просто нет времени лично заниматься съёмками рекламы. Поэтому многое зависит от тебя, друг мой. Надо найти толковых молодых людей. Сейчас направление рекламных роликов находится в стадии бурного роста, вот и давай подбирать кадры. Наши партнёры из «LV» работают как-то вяло. Основная идея «львов» заключалась в поиске перспективных режиссёров. Только на последние проекты креатур месье Ракамье, нельзя смотреть без слёз. Хотя, там могла подсуетиться мадам Одиль и всё испортить, она это умеет.

Идущий рядом Франческо всхлипнул, пытаясь сдержать смех, но всё равно захохотал. Да, беспокойная дочка покойного Гастона Луи Виттона продолжает периодически делать глупости. Вот и сейчас корпорация провела вроде бы успешную рекламную кампанию, но, мне кажется, что это напрасная трата ресурсов. Или я просто слишком критично отношусь к работам здешних современников. Но глава «LV» придерживается того же мнения, судя по желанию встретиться со мной и обсудить новую стратегию. Я к этому пока не готов, так как в Париже проездом на один день. Буквально с корабля на бал, вернее, у меня обед с ди Марко, небольшой шопинг, а далее опять перелёт.

Столица Франции встречала гостей неприятным дождём и промозглой сыростью. Вроде начало апреля, но погода просто отвратительная. Или я совсем зажрался и капризничаю после Калифорнии? Надо Лёше корону поправить, ведь в Москве сейчас чуть ли не заморозки. Вообще, спокойная жизнь на Западе расслабляет, и пора переключаться. А то ещё ляпну чего-нибудь, и опять начнутся неприятности.

Мне давно надо было посетить Париж, но получилось только сегодня. До этого была очень насыщенная неделя подготовки к съёмкам «Телохранителя». Я практически не спал, разбив свой день на части, и встречался с нужными людьми иногда поздней ночью. Одно согласование музыки заняло чуть ли не половину моей командировки. Но ведь ещё были пробы, окончательное утверждение сценария и куча мелочей, которые вам не покажут на экране. Благо, Эванс с Дино окружили меня такой заботой и выделили несколько помощников, что любые вопросы решались незамедлительно. Обе акулы киноиндустрии чуяли запах больших денег и забросили остальные дела, переключившись на наш проект. Поэтому работа спорилась, но я сильно устал. Ещё и Филлис отнимала много сил, хотя сам процесс этого самого изъятия моей энергии, был весьма приятным. Тут ещё активизировались французские буржуины, вот и пришлось, по дороге в Москву, заехать на переговоры с Франческо. С самими главами корпораций я встречаться пока не готов, надо изучить полученный материал.

А пищи для размышлений хватает. Моя неудавшаяся попытка создать студию по съёмке рекламных роликов подвигла французов обратиться к другим режиссёрам. И, несмотря на то, что некоторые из них брали призы на «Каннских львах», работы получились слабыми.

За обедом мы с Франческо утвердили план создания студии, вернее, просто решили воплотить в жизнь предыдущий. Далее, на традиционной прогулке, обсудили некоторые детали. Благо, что дождь закончился, и на улице стало более или менее терпимо.

— Давай попробуем поработать с тем голландцем, снявшим ролик про почту, и шведом, который смешно рекламировал рыбу, — итальянец кивнул, подтверждая, что понял о ком речь, — Есть у меня несколько интересных идей, надо ознакомить с ними кандидатов. Если они согласятся на сотрудничество, конечно.

— Куда они денутся? — резонно заметил Франческо, — Таких финансовых условий, как в «MDM Ltd», им никто не предложит. И не забывай о профессиональной составляющей. Может, в большом кино твои успехи вторичны, но что касается рекламы — всё наоборот. Думаю, парни согласятся из-за возможности поработать с живой легендой.

Вот же мелкий тролль. Подколол меня, напомнив про «Оскар». Но, не ссориться же с улыбающимся другом из-за подобных пустяков.

— Тогда работаем. Через неделю я вернусь, но у нас будут всего лишь сутки на обсуждение проекта. Сделаем черновые варианты роликов, которые ты пришлёшь в США. Я оценю таланты наших кандидатов и выдам свой вердикт. Далее уже снимем полноценные ролики. Что касается основных заказчиков, то они готовы купить любую нашу работу. В папке, которую я тебе передал, есть описание, что необходимо для съёмок. В качестве моделей можно использовать начинающих и неизвестных широкой публике девушек. Это дешевле, и съёмки пройдут без всяких капризов. Не все же звёзды такие дисциплинированные, как Анита и Ракель.

Ди Марко грустно вздохнул, но промолчал. Тему мадам Экберг мы старательно обходили, дабы не создавать ненужную напряжённость. Но я точно знаю, что Франческо видится со шведкой, так как оба были на фото с последнего показа белья, опять наделавшего много шума в мире моды. Они там были запечатлены на общем снимке, среди многих известных гостей дефиле.

— Ты уверен, что надо уделять столько сил студии? — итальянец не понимал, зачем мне эти сложности, и сначала пытался уговорить отказаться от этой идеи, — Ведь дела с акциями идут просто замечательно! Какой смысл распыляться?

— Что я буду делать в Европе, если без прикрытия? — останавливаюсь и смотрю на своего друга, — Ты же понимаешь, нам надо быть максимально осторожными. Если швейцарцы вычислили деятельность «MDM Ltd», то это могут сделать другие. Поэтому я стану изображать бурную деятельность, снимая ролики, клипы, и начну писать сценарии. Тебе же придётся заниматься основной работой, делая вид, что мы никак не связаны.

Франческо опять вздохнул, но уже более оптимистично, если так можно выразиться. Всё-таки он человек ведомый, и периодически требует эмоциональной подзарядки.

* * *

Как оказалось, совещание с ди Марко предшествовало целой череде встреч, где я узнал много нового. Оно и немудрено, ведь меня долго не было в стране. Плюс, кое-кто просто выпал из общественной жизни, занятый семейными делами и новым масштабным проектом.

— Товарищ Мещерский! — вот в парижском аэропорту я меньше всего рассчитывал встретить знакомого, ещё и советского.

Оборачиваюсь и натыкаюсь на улыбающегося полноватого мужчину в неплохом костюме с перекинутым через руку пальто. Мне не удалось узнать товарища, но в голове крутилось, что ранее мы встречались.

— Андреев Вячеслав Игоревич, мы встречались с вами у товарища Гришина, когда французы приезжали подписывать контракт.

Мысленно хлопаю себя по голове и протягиваю руку. Передо мной стоит директор «Московского кожгалантерейного завода». Если называть вещи своими именами, то это совместное предприятие Мосгорисполкома и «LV». Там производят не только детали для французской корпорации, но и давно освоили немалый ассортимент, радующий советского покупателя.

— А я смотрю — знакомое лицо, — продолжил беседу Андреев, — Думал, показалось, но вон оно как. Хотел поговорить с вами в Москве, а встретил на чужбине. Мы здесь внушительной делегацией, можно сказать, что зачастили во Францию.

Собеседник по-доброму улыбнулся и махнул рукой в сторону группы людей, внимательно наблюдающих за нами. Несколько молодых мужчин и женщин, весьма прилично одетых, для Союза даже роскошно, помахали мне рукой. Из общей картины выбивался один товарищ с кислой миной на лице — явно куратор от одного ведомства. Этот буравил меня подозрительным и недобрым взглядом. Наверное, переживает, что не может подслушать разговор с директором.

— Может, кофе и по круассану? — спрашиваю Вячеслава, — С утра не удалось позавтракать, так как вылет ранний. Заодно расскажете про ваши успехи.

Приятно осознавать, что в стране начали происходить некоторые перемены. По крайней мере, Андреев не крохоборился за каждый сантим, и заказал себе нормальную еду. Я бы всё равно оплатил счёт, но у товарища явно всё в порядке с валютой. Может, это исключительно прерогатива руководства СП, но, тем не менее — приятно.

— Можете нас поздравить, — начал собеседник, — Недавно завод выпустил трёхсоттысячное изделие. И это не считая колёсиков и фурнитуры, поставляемых в Европу. Речь идёт о чемоданах с сумками, которые идут на прилавки СССР и СЭВ. В следующем году мы планируем расширять производство, увеличивать номенклатуру выпускаемых изделий, и выходить на новые рынки. Правда, поставки в капстраны должны согласовываться с французской стороной, но это колоссальный успех для нашей промышленности. Хочу похвастаться, что наши модельеры придумали несколько новинок, которые заинтересовали «LV». Так что мы теперь не какой-то придаток, а полноценный партнёр!

Что я могу сказать? Молодцы! У меня даже потеплело на душе. Значит, не зря Лёша лез в эти дебри! Всё-таки организация производства в СССР — вещь специфическая, «FIAT» не даст соврать. Но если грамотно расставить акценты, вернее, контролировать советских товарищей и вознаграждать их за инициативу, то можно конкурировать с любой мировой корпорацией. Французское оборудование и методы организации, в коллаборации с русской смекалкой, на выходе дают отличный результат.

— Знаете, капиталисты, оказывается, мало чем отличаются от нас, — продолжал делиться информацией директор, поднимая миниатюрную чашку, — Каждые полгода на заводе проводится жёсткая аттестация и классификация работников. А ещё руководство, ИТР и ведущие мастера проходят постоянные курсы повышения квалификации во Франции! Вы не поверите, но мне эта заграница начинает надоедать. Душно здесь, и домой тянет. Даже всё это товарное разнообразие не впечатляет. Одно дело — витрина, и совсем другое — реальное положение вещей. Когда окунёшься в ситуацию глубже, то сразу сходит вся наносная пелена и наступает прозрение. На нашем заводе рабочие зарабатывают даже поболее местных, если считать все затраты и возможность получить жильё. Да и насыщение людей ТНП мы обеспечили, так что к нам выстраиваются целые очереди желающих работать на предприятии. А здесь — безработица, и далеко не каждая семья может себя обеспечить всем необходимым. Про жильё я уже упоминал. И ведь «МКЗ» не самая богатая организация в СССР. Те же шахтёры и металлурги зарабатывают гораздо больше. Эх, нам бы вопрос с насыщением товарами решить в масштабах страны…

Не буду разочаровывать товарища Андреева. Только подобную систему постоянной аттестации и очень жёстких требований придумал именно я. Ещё и настоял на отдельных пунктах в контракте, дабы французская сторона могла влиять на производственные процессы завода. Обратной стороной необычных порядков, когда тебя могли уволить из-за систематического брака и передать дело в прокуратуру за воровство, стало товарное изобилие. Часть валютной выручки завода тратилось на закупки ТНП для работников. Потому что я полностью поддерживаю сетования директора об отсутствии заполнения магазинов нормальными товарами. Только в ЦК и Кабмине по этому пункту разгорелась самая настоящая война. Не хотели высокопоставленные товарищи делиться даже частью валюты, и тратить её на обычных тружеников. Или кто-то грамотный просчитал, что подобное предприятие станет опасным для советской власти. Я всегда считал, что русскому работнику нужно правильно ставить задачу, не мешать, стимулировать инициативу, и тогда он вам горы свернёт. Утрирую, конечно, но организация рабочего процесса в нынешнем Союзе давно начала деградировать. А здесь народ отлично зарабатывает, обеспечен любыми дефицитными товарами, ездит за бугор на учёбу, и получает дополнительные премии за рационализаторство. Только идиот будет воровать в подобной ситуации. Если учесть, что трудовой коллектив получает и часть прибыли в виде бонусов по итогам года, то условного несуна здесь могут побить, а может, тихо удавить.

— Надо мне как-нибудь посетить ваше предприятие. Всё-таки не чужие люди.

— Мы давно ждём вашего приезда, — перебивает Андреев, — Я несколько раз звонил в ТО «Прогресс», но вы постоянно на съёмках. А ведь Алексей Мещерский — один из инициаторов создания нашего завода. Думаю, нашему коллективу будет интересно пообщаться со столь неординарной личностью. Дураков у нас нет, и все прекрасно понимают, с какими сложностями вы столкнулись при продвижении идеи СП.

— Договорились, заеду к вам после окончания съёмок и возвращения в страну. Может, приглашу коллег, и мы устроим вашим работникам, что-то вроде творческого вечера. На многое не рассчитывайте, но постараемся не ударить в грязь лицом.

— Спасибо, Алексей Анатольевич! — Андреев явно не играл и был благодарен, — Поверьте, вы на заводе проходите под рангом «свой». Недавно у нас была большая статья в заводской стенгазете, посвящённая вашим фильмам. Мы очень ждём вас.

Приятно, чёрт возьми! Я ведь пашу для обычных зрителей, в первую очередь советских. И после таких слов буквально вырастают крылья.

— Вы слышали, что сняли товарища Суслова, — Андреев вдруг наклонился ко мне поближе, оглянулся и зашептал, — Сразу отправили на пенсию, даже без перевода на другую работу. Вместо него теперь товарищ Демичев. А ещё странные слухи идут из Грузии. Тамошний первый секретарь отстранён, и сама ситуация очень запутанная. Местные газеты пишут такое, что мне даже думать об этом страшно.

Конечно, до меня дошли все эти слухи. Причём во многом я сам стоял за некоторыми событиями. Забавно, что, скорее всего, Андреев узнал о происходящем из местных СМИ в совершенно иной интерпретации, отличающейся от советских газет. Всё-таки смещение второго человека в СССР не могло пройти мимо Европы и мира. В США вообще верещали, что речь о смене курса у главного врага. Европейцы были менее категоричны, но разнообразных версий хватало. Я же, порадовался и ждал от нового идеолога реальной работы, а не создания её видимости. Правда, мало шансов, что в нынешней ситуации можно изменить проблемы советского общества. Народ перестал верить в лозунги, а номенклатура давно живёт своей жизнью. Но не рассказывать же это собеседнику.

* * *

— Аааа! — открываю дверь после звонка и на меня прыгают два рыжих урагана.

Из-за спин близняшек лыбится шофёр, который их привёз.

— Тссс! — подношу палец к губам, — Толик спит. Но пока можете идти в зал, там подарки.

Мой приезд удачно попал на пятницу, а в субботу у нас стандартная встреча с дочками. Киваю своему псевдоводителю, что всё в порядке, а рыжики тем временем скинули сапожки и повисли на Анне. В одинаковых бежевых пальто, шапках со смешными помпончиками и модных штанах, девочки смотрелись просто круто! Наобнимавшись с молодёжью, жена быстро взяла ситуацию в свои руки. Сначала Даша с Машей сняли верхнюю одежду, затем отправились мыть руки, и только потом были допущены к разбору подарков. Я так не могу, ибо мне сразу садятся на шею, и ножки свешивают. А вот Аня установила с моими дочками контакт и научилась управлять этим стихийным бедствием.

Что удивительно, супруга никогда не заискивала с близняшками. У них сразу установился контакт, который шёл в первую очередь от Анны, что меня несказанно удивляло и радовало. Вроде дети мужа от первого брака, но вон оно как. Рыжики платили ей той же монетой и всегда с радостью ехали к нам домой. Я сначала даже немного ревновал и искал двойное дно со стороны молодой супруги, но быстро понял, что ей самой нравится общаться с неугомонной молодёжью. Когда стало известно о беременности, то Даша с Машей оказывали супруге мощную поддержку. Звонили они точно каждый день и поднимали заскучавшей Ане настроение. Рождение братика они восприняли с небывалым энтузиазмом и чуть ли не считали дни до субботы.

— Иди ставить чайник, и доставай торт из холодильника. Мы пока займёмся примеркой, — получаю указание от жены, под одобрительные кивки мелких предательниц, застывших перед дверью в зал, будто это пещера Али-Бабы.

Делать нечего, захожу на кухню и включаю конфорку. Из-за стенки раздаётся сдавленный вопль. Улыбаюсь — значит, угадал с подарками. Я никогда не был шмоточником, и даже в этом мире, когда могу позволить себе любую вещь — веду себя достаточно скромно. У меня здесь свой портной, кое-какие предметы гардероба покупаю на Западе или в «Берёзке», и на этом всё. Есть у меня небольшая слабость, касающаяся обуви, но старюсь соблюдать меру.

Но ведь подобный аскетизм не должен распространяться на моих женщин. Здесь мне даже в голову не приходит считать деньги. Тем более, что их сейчас больше, чем я могу потратить. Поэтому регулярно балую Аню, дочек, бывшую тёщу, Пузик, Серову и Капитонову интересными подарками. В этот раз привёз взрослой части своего женского коллектива новые духи от «Guerlain» и сумочки «LV». Супруге персонально добавил часы «Cartier», которые получил в подарок от Анри. Детище Луи Виттона как раз завершило процесс поглощения старейшей французской ювелирной фирмы, вот мне и перепала пара ништяков, кроме неплохого вознаграждения, конечно. Только подарок для Светочки я передал водителю и попросил спрятать. Зачем мне лишние вопросы от мнительной жены. А подарки моим соратницам она воспринимает как должное.

Рыжикам я привёз демисезонные куртки, по паре джинс, ботиночки и сапожки. Ну, не тащить же им из Парижа золото и бриллианты? В одиннадцать лет, вещи — лучший подарок для девочек, на мой скромный взгляд.

Чай нам сразу попить не удалось. Сначала было дефиле, где обе рыжие продемонстрировали новинки. Далее, заплакал Толик, и Аня убежала в детскую. Рыжая банда рванула вслед на ней и пропала минут на двадцать. Затем мы, уже все вместе, пили чай и ели вкусный торт, купленный с утра в кулинарии. Мелкий Мещерский вёл себя прилично, ведь его только что покормили, поэтому он усилено лыбился и счастливо погукивал.

Близняшки, прерываясь на сюсюканье, рассказали, как провели каникулы, и о планах на лето. Можно за них только порадоваться. Я же практически не участвую в воспитании детей. Там надо низко поклониться Анне Михайловне, занимающейся внучками. Зоя, насколько я понял, переложила все дела на маму, и всё внимание уделяет сыну. Мне кажется, что так даже лучше — у бывшей тёщи более здоровая жизненная позиция. А ещё, мне кажется, что бывшая супруга начала отдаляться от близняшек, делая крен в сторону нового мужа и его ребёнка. По крайней мере, про другого братика я ничего не слышу, и девочки старательно обходят стороной эту тему. Странно всё это. Надо будет пообщаться с бывшей тёщей.

— Гулять! С Толиком! — в унисон воскликнули рыжики и умильно посмотрели на Аню.

Меня никто спрашивать и не собирался.

— Понятно, что гулять, — улыбнулась супруга, — Ведь, кто-то хочет опробовать новые ботинки и куртки. Лёша, приготовь, пожалуйста, коляску.

Радостные близняшки унеслись вслед за супругой одеваться. Я же вздохнул и поплёлся на балкон. Там как раз помещается коляска, ну или можно посидеть вдвоём и насладиться умопомрачительным видом на Москву.

Минут через тридцать мы собрались и двинули на выход. Даша с Машей надели новые ботинки и просто светились от радости. Нынешний апрель достаточно суровый, и улица встретила нас морозным воздухом — надеюсь, что девчонки не замёрзнут. Благо, что солнечно и безветренно. Сидевший в машине сопровождающий сразу пристроился вслед за нами. Рыжики перехватили у Анны управление коляской, и потащили нас в сторону Пресненского парка. При этом они умудрялись скакать, как лошадки, заваливать нас кучей вопросов и комментировать окружающую обстановку. Я же шёл с женой под ручку, щурился от весеннего солнца и был просто счастлив.

Жалко, что мне скоро улетать. Надо форсировать начало съёмок. Нарисовалась проблема с климатом, которую мы сразу не продумали. Вернее, просто не успели, так как я только недавно получил право на работу и выезд. Нам нужны кадры в зимнем лесу, которые сейчас невозможно снять в США. Поэтому группа готовится к десанту в Эдмонтон, а сами съёмки вообще будут проходить в районе Форта Мак-Муррея. Там до сих пор морозы и периодически идёт снег. Продюсеры сначала хотели лететь на Аляску, но помощники нашли вариант поближе. Радует, что супруга отнеслась к моему быстрому отъезду с пониманием. Мы вроде нашли определённый баланс в отношениях, и очень не хотелось его рушить. Всё-таки возвращаться домой гораздо приятнее, когда ты знаешь, что тебя ждёт семья.

Поэтому по приезде я сразу описал сложившуюся ситуацию и детали предстоящих работ. Анна мне даже посочувствовала, так как не раз была на съёмочной площадке и прекрасно понимает, что такое киносъёмки в авральном режиме. Мне действительно предстоит три сумасшедшие недельки. Поэтому я сейчас наслаждаюсь каждой проведённой минутой в кругу близких людей.

В общем, нагулялись мы от души, конечно, исходя из того, что у малыша свой режим. Вернувшись домой, супруга покормила сына, и мы уселись обедать. Рыжики, несмотря на перекус тортиком, проявили здоровый аппетит, я от них не отставал. Чуть позже немного осоловевшие девочки начали собираться домой. Но предварительно они устроили целую церемонию прощания с Толиком и Анной, одарив вниманием даже мою скромную персону. Это я просто так ворчу, на самом деле меня никто не думал забывать.

Спускаюсь, держа в руках несколько пакетов, и усаживаю довольных близняшек в машину. На прощание меня обняли, расцеловали и сказали, что будут скучать. Что ещё нужно отцу для счастья? Провожаю взглядом машину с машущими руками рыжиками и натыкаюсь на сопровождающего. Тот, молча передаёт мне записку и уходит. Грустно вздыхаю и направляюсь в сторону подъезда — похоже, сегодняшний день ещё не закончен.

* * *

Неужели нельзя было подождать пару дней и дать мне нормально отдохнуть? Или подполковника радует необходимость работать в выходной? Такие мысли проносятся в голове, когда я поднимался по ступенькам подъезда, где была расположена конспиративная квартира.

Закрываю за собой дверь и снимаю пальто. Хорошо, что куратор сегодня один, и встреча не должна затянуться. Вот как мне объяснить жене необходимость срочно отъехать на несколько часов? Давлю проступившее раздражение и сажусь в кресло.

— Чай будете, Алексей Анатольевич? Или налить чего покрепче? — невозмутимо произнёс Андрей Геннадьевич после приветствия.

Делаю отрицательный жест и жду, когда товарищ приступит к делу. Поняв, что мне не до политесов, подполковник не стал играть в дипломата.

— Моё руководство крайне недовольно, вернее, взбешено, вашей самодеятельностью, — заметив моё недоумение, куратор пояснил, — Зачем вы организовали шумиху в западной прессе? Если статьи про «гангстерскую республику» и «законодательно разрешённое воровство», касающиеся Грузии, могли быть инициативой французских журналистов, то скандал о ситуации в Ставрополье раздут с вашей подачи. Мы не можем понять причину, почему выбран именно этот край? Наверное, подобной комбинацией, был замаскирован удар по товарищу Кулакову[1]? Надо заметить, что план сработал, и у Фёдора Давыдовича сейчас большие неприятности. А товарища Горбачёва не утвердили на должность первого секретаря Ставрополья. Более того, там сейчас проводятся масштабные проверки, сопоставимые с грузинскими событиями. Вы не делаете ничего просто так, поэтому потрудитесь письменно изложить ваши побудительные мотивы.

После услышанного, мне с трудом удалось сдержать довольную улыбку. С Грузией всё было ясно давно. Пришлось только подтолкнуть обленившихся проверяющих, и начать массовые чистки на пару лет раньше моей реальности. А вот с одной меченой крысой получилось неожиданно. Дело в том, что я неплохо так зарядил деньгами два ведущих французских издания, которые неожиданно разразились глумливыми статьями про советских коммунистов-воров, живущих по собственным мафиозным законам.

Надо учитывать, что в самой Франции идут неслабые политические баталии, поэтому консервативная пресса заодно проехалась по местным левым и социалистам. Ребята с радостью одним выстрелом убили двух красных зайцев. Ну и читающая публика была просто в шоке от описаний ситуации, сложившейся на родине Сталина, под управлением Мжаванадзе. Я тщательно вспоминал нудные рассказы своего бати, о прегрешениях партократии. Уж очень он не любил вольницу в южных республиках, где Москва фактически потакала откровенному беспределу местных элит. Отдельным пунктом у старого ворчуна проходили предатели — Горбачёв, Яковлев, Калугин, Ельцин и другие. Вот по меченному я и решил нанести удар. Тем более, что про его делишки с приписками и развале животноводческого комплекса края, кое-что помнил. До «ипатьевского метода» ещё далеко, но наш герой уже неплохо наследил. Вот товарищи в Москве удивились, когда про махинации и колоссальный ущерб в крае, вдруг заговорили на Западе. И ведь всё сказанное — истинная правда, которую можно вскрыть после даже самой поверхностной проверки.

Французов дружно поддержали английские и американские коллеги, всегда готовые поиздеваться над СССР. Не остались в стороне и «вражеские голоса», которые регулярно слушали сотни тысяч наших граждан. Поэтому Политбюро не могло обойти стороной обвинение столь высокопоставленной персоны во вредительстве и взимании дани с подшефных колхозов. Думаю, советских бонз неслабо так тряхнуло. Ведь в Грузинской ССР вскрылись просто чудовищные факты коррупции, а тут ещё и Ставропольский край отличился. Мне бы ещё добраться до одного свердловского строителя, и будет товарищу Мещерскому счастье. Яковлева, скорее всего, уволят после отставки Суслова, но это вряд ли остановит его разрушающую деятельность. Придётся внимательно следить за некоторыми персонажами, постаравшись вовремя их остановить. Чего-то я задумался, а собеседник ждёт ответа.

— По Грузинской ССР ситуация давно понятная. Вы же сами помогли товарищу Семичастному, предоставив ему множество компромата. Ну не доверяет нынешний глава партийного контроля бывшим коллегам, бывает, — отвечаю с улыбкой, — Зато теперь осиное гнездо основательно разворошили, и преступники не смогут уйти от наказания. Уж слишком болезненно наше руководство реагирует на критику из-за рубежа. Что касается Ставрополья, то там не менее опасная ситуация. Вредитель, вор и демагог усиленно рвётся к власти. И должность руководителя края не является пределом его мечтаний. Значит, надо вовремя остановить излишне честолюбивого товарища, пока он не достиг такого уровня, откуда его уже не сковырнёшь.

— Вы могли поставить нас в известность, — строго ответил Андрей Геннадьевич, — Разрушена тщательно подготовленная операция. Народный контроль более года собирал информацию при нашей поддержке. Мы собирались провести несколько точечных ударов, дабы не тревожить население Грузинской ССР. Сейчас же ситуация напоминает форменный балаган. Всполошились все органы, и начали уже мешать друг другу. Встревожены члены ЦК от республик, и начали оказывать давление на генсека. Боюсь, что в этом случае назначат парочку жертв, и ситуацию потихонечку спустят на тормозах. Откровенных воров и предателей просто переведут на другую работу или отправят на пенсию. Сама же система в корне не поменяется. Ставрополья это тоже касается. Ну, уберут из ЦК товарища Кулакова, а его протеже может получить небольшой срок, во что я не верю. Что кардинально изменится? Руководство страны не пойдёт на масштабные проверки, которые могут взбаламутить ситуацию на местах.

Подполковник действительно думает, что если бы они в нужный момент донесли до «дорогого Ильича» все наработки по Мжаванадзе и Ко, то что-то изменилось? Если адекватных людей заботит ситуация в стране, то гнойники надо вскрывать массово. И точно нельзя бояться недовольства в южных республиках. Что это за страна такая, которую могут пошатнуть выступления сторонников воров и прочей сволочи? Зачем лицемерно закрывать глаза на творящийся идиотизм? Касаемо моей шумихи, то плевать мне на их операции. Главное — удалось остановить предателя, который принёс огромные страдания народам СССР и дал старт начала физического уничтожения миллионов не самых плохих людей в мире. Понятно, что вместо меченного может появиться новый разрушитель, но это уже другая история. Подспудно я ещё надеюсь, что начавшиеся разбирательства затронут не только Кулакова, но и Андропова. Первый наворотил дел, будучи министром сельского хозяйства, отвечая за зерновую политику, за что его даже не пожурили. Второй тоже активно продвигал в своё время Горбачёва. А сейчас его ведомство, по сути, профукало массовые преступления, затрагивающие безопасность страны.

Думаю, по возвращении в штаты, надо устроить Юрию Владимировичу персональный джихад, подбросив журналистам жареного материала. Как вам заголовок «КГБ сознательно потворствует преступникам» или что-то подобное? Вообще, сама ситуация достаточно забавная. Понимаю, что успех раздутого скандала удачно наложился на реальные проверки. Но, тем не менее, странно наблюдать, как руководство мирового лидера истерит из-за писулек западных журналистов.

Может, посоветовать товарищам из ЦК поменьше читать свежих американских газет? Не уверен, что Госдеп начнёт менять кадровую политику, ориентируясь на статьи в «Правде» и «Известиях». Хотя, испуг партийных бонз можно объяснить. Советский человек прекрасно понимает, что самая лучшая страна далека от идеала. Только одно дело, когда ты знаешь о наличии целой привилегированной прослойки, и совсем другое — вдруг понять, что эти товарищи ещё и активно воруют, используя своё положение. Сейчас такая ситуация, когда на местах народ ещё не боится задавать неудобные вопросы на партсобраниях, и всеобщая апатия не охватила общество. Заодно, в ЦК полетят письма с телеграммами, где простые граждане попросят развеять их сомнения. Да и я сам сделал очень много для активизации такой вещи, как общественное мнение. Пусть это касается массовой культуры, но люди привыкли участвовать в обсуждении и задавать вопросы, часто неудобные. Это значит, что люди пока не впали в апатию и их волнуют многие вещи. А там и до политики недалеко. Вот когда на партсобраниях очередным туповатым долбодятлам, работающим строго по методичке, начнут задавать актуальные вопросы и предъявлять претензии, правители начнут шевелиться. Ведь свобода слова у нас прописана в Конституции, но только об этом давно забыли.

Андрей Геннадьевич перестал буравить меня недовольным взглядом и достал из портфеля папку.

— Собственно, я собрался встретиться с вами, чтобы обсудить экономические вопросы. Здесь выкладки наших аналитиков и указание направлений, куда были вложены деньги. Мы ждём от вас новых советов. Также прочтите внимательно информацию по швейцарцам, нам нужен ваш взгляд на их предложение, — затем подполковник включил режим строгости, — Впредь прошу вас не заниматься подобными выходками — это приказ! Лучше ставьте нас в известность о наличии проблем и сомнительных персонажей. Мы вроде работаем вместе, и не давали повода сомневаться в собственной адекватности. Вся информация, которую вы передали, изучается, и предпринимаются определённые мероприятия. Например, вопрос с «идеологом» был решён на основании ваших выкладок. То же самое будет касаться вопиющих фактов коррупции. Ещё мы помним про махинации с хлопком, и следим за ситуацией. Другое дело, что подобные вещи нельзя делать быстро, так как очень велика цена ошибки. Во-первых, у ГРУ просто нет достаточных сил внутри Советского Союза. Во-вторых, нельзя раскачивать ситуацию, особенно когда дело касается национальных республик. Здесь надо работать скальпелем, а не бросать гранату и рубить шашкой, как сделали вы. При этом, товарищ Семичастный на нашей стороне и можно быть спокойным, что борьба с преступниками продолжится.

Выйдя из подъезда, я улыбнулся заходящему солнышку, которое сегодня просто радует москвичей. Если Андрей Геннадьевич думает, что кто-то собирается слушать его приказы, то он глубоко заблуждается. Надо отсекать гнилые куски, пока гангрена не поразила весь организм под названием СССР. Но, скорее всего уже поздно, и ситуацию не изменить. Да и не особо хочется помогать большей части союзных республик. У меня задача сделать фундамент для будущей экономики России, и подготовить её население к массовому ментальному удару, который фактически разрушит базовые моральные устои. И здесь у меня уже есть определённые успехи.

Уже в машине я чуть не заржал, когда мысленно вернулся к окончанию беседы. Подполковник чуть ли не обвинил меня во враждебном отношении к советской власти. Это он, наверное, добавил уже от себя. Мой ответ его явно смутил, если не поразил. Ведь неприятно слышать, что этой самой советской власти в стране нет. А всем правит вырождающаяся прослойка партократов, узурпировавшая власть, используя старые лозунги, которым давно никто не верит, и в первую очередь сами пламенные партийцы.

Вот и поговорили. Я, по крайней мере, не закрываю глаза на проблемы, и стараюсь как-то помочь людям. При этом чуть ли не миллионная спецслужба не может посадить несколько сотен откровенных врагов, дабы нормализовать ситуацию в стране. Или не хочет?

Поэтому действовать буду по своему плану. Другой вопрос — позволят ли мне довести некоторые инициативы до логического результата? Не уверен.

[1] Фёдор Давыдович Кулаков (1918–1978) — советский политический деятель, член Политбюро ЦК КПСС с 1971 года, секретарь ЦК КПСС с 1965 года (член ЦК КПСС с 1961 года). В 1955–1959 годах заместитель министра сельского хозяйства РСФСР, в 1959–1960 годах министр хлебопродуктов РСФСР, в 1960–1964 годах первый секретарь Ставропольского крайкома КПСС, заведующий сельскохозяйственным отделом ЦК КПСС в 1964–1976 годах. Покидавший Ставрополье с поста первого секретаря крайкома партии Ф. Д. Кулаков в 1964 году своему преемнику в этой должности Л. Н. Ефремову называл М. С. Горбачёва одним из перспективных партработников.

Глава 15

— Я не собираюсь более терпеть подобного отношения! Это какой-то произвол и тирания! — начала кричать звезда после очередного неудачного дубля, — А ещё эти чёртовы грязь и холод! Надоело!

Нэнси порядком меня достала, впрочем, как и всю группу, но сегодня был перебор. Я же не виноват, что эта клуша не удосужилась нормально выучить текст, ещё и эмоционально перегорела. На всё это наслоилось, что у неё скоро свадьба, и вместо подготовки к мероприятию ей приходится участвовать в тяжёлых съёмках далеко от дома. Эту теорию мне озвучил местный помощник. Не хочется ссориться с её папахеном, но и подстраиваться под гниль офигевшей певички — последнее дело.

Моё мнение более жёсткое — у сына великого певца просто бесталанная дочурка. Нет, с голосом у миссис Синатра всё в норме. А вот с актёрским мастерством — самая настоящая беда. Я всё-таки больше ориентируюсь на классическую систему Станиславского, а здесь явные пробелы в образовании. Особенно это режет глаз на фоне Редфорда, который окончил одно из лучших профильных заведений, коим является школа Пратта. Да и Дэвис с Кеннеди, играющими сестру и агента певцы, тоже выделялись в лучшую сторону. Оно и немудрено, Джордж пару лет взял статуэтку за роль второго плана.

* * *

Может, и я где-то переборщил. Надо учитывать, что после двух суток в дороге, по маршруту Москва-Париж-Нью-Йорк-Лос-Анджелес, пришлось сразу лететь в Эдмонтон. Тут ещё начались проблемы организационного характера — сломался один из грузовиков, перевозивших оборудование. Плюс сама Канада весьма мутная страна. Вроде пейзажи и климат похожи на нашу тайгу, а на деле всё совершенно иное. Какая-то суррогатная Россия, где вольготно себя чувствуют только лесорубы и медведи. В общем, чувствую я себя здесь дискомфортно, на это ещё наложились хронический недосып, резкая смена часовых поясов и проблемы организационного характера. При этом мне удавалось не истерить, и наладить нормальную рабочую атмосферу. Другой вопрос, что жесточайший график требовал начинать съёмки, буквально только отряхнув дорожную пыль. Мне не привыкать работать в таком режиме, лишь бы высыпаться. А вот для многих подобный стахановский метод оказался в диковинку.

Первой не выдержала Нэнси. Вот только наша звезда на букву «П» не хочет признаться, что винить надо себя любимую. Кто виноват, что мы уже снимаем восьмой дубль, из которых только два можно назвать условно успешными? Ну, не может актриса попасть в образ, хоть ты тресни. На репетиции вроде получалось, а сейчас никак. Третий день непрерывного съёмочного марафона закончился срывом. С другой стороны, не всё так плохо. Смотрю на возмущённую Синатру, готовую выдать новую порцию нелицеприятных слов, и обостряю ситуацию.

— Мне плевать на твои хотелки. Если чего-то не нравится, то ори на своего агента или пожалуйся папочке! Будет здесь кто-то учить меня, как снимать кино, — специально повышаю голос, который прозвучал в полной тишине, — Не хочешь этой роли, значит, плати студии неустойку, приписанную в контракте, и вали обратно! Но пока ты здесь — изволь выполнять все мои требования. А теперь уноси свою дряблую жопу с глаз долой! Только через пятнадцать минут, чтоб была готова! Перерыв, если кто-то не понял!

Это я уже обратился, чуть ли не застывшей с открытыми ртами съёмочной группе. Нэнси не сразу поняла смысла моих слов, а затем вылетела из комнаты, размазывая слёзы. Вслед за ней понеслась персональная помощница, и остальной народ начал разбредаться. Тут меня озарила очередная гениальная идея, и я громко хлопаю в ладоши, привлекая внимание.

— Так, срочно меняем планы на сегодня. Будем снимать сцену с умирающей сестрой прямо здесь, а не в павильоне. Бэтти, — обращаюсь вмиг подскочившей ассистентке, — Организовывай грим для Нэнси и Филлис. Где сестра?

Тут будто из ниоткуда нарисовывается Дэвис, старательно делающая серьёзное лицо. У самой же в глазах скачут бесенята, и девушка явно с трудом сдерживает смех. Тоже напасть на мою голову. Бурно начавшийся роман вдруг перешёл в полное игнорирование. Мне сейчас, правда, не до баб, но всё равно обидно. Надеюсь, она не намекает подобным образом, что типа расплатилась за участие в картине? Я бы её и без постели утвердил, так как Филлис хорошо вписывается в роль.

— Быстро гримируем сестру, — тыкаю пальцем в актрису под кивок ассистентки, — Организуй свет и тащи текст. Будем снимать прямо с листа.

Отворачиваюсь от девушек и обращаюсь к нашему оператору. Холл сейчас — один из лучших в Голливуде, и мне очень повезло, что Эванс договорился именно с ним.

— Конрад, давай решай со светом, и что там тебе ещё нужно. Мы пока пробежимся по сценарию. Снимаем раненую сестру, которая признаётся во всех грехах, а далее слёзы и прочие страдания.

Оператор задумчиво потеребил бородку и кивнул. Далее всё завертелось, благо, народ подобрался опытный и два раза повторять не нужно. Я же мельком бросил взгляд на попку Бэтти, которая буквально рвалась из джинсов. А ведь грудь у неё тоже ничего, лицо только малость подкачало. Может? Чёрт, лезет в голову всякий бред. Давал же себе зарок не заводить романы на рабочем месте. И вообще, надо просто хорошенько выспаться.

Быстро организовать съёмку другого эпизода не получилось, как и поспать. Сначала мы обсудили несколько моментов с Конрадом, затем с помощниками пробежались по тексту и передали его актёрам. Далее, Нэнси опять капризничала, но я её не слушал и приказал гримироваться и переодеваться. Дурдом, короче.

— Не умирай, Никки! — ревела перепачканная кровью Нэнси, размазывая слёзы на некрасивом лице, — Я тебя прощаю! Только не умирай!

— Стоп! Снято! — чуть ли не кричу и мысленно выдыхаю, — Просто отлично!

Вижу, что Синатра сама выдохнула, но улыбаться уже не может. Недавно бездыханная, Филлис поднимается и обнимает её в знак поддержки. Народ радостно загалдел и зашевелился. Момент был действительно сложный. Два часа! Сто двадцать, мать его, минут, мы готовили трёхминутную сцену! Но оно того стоило. Вот только люди рано расслабились. Надо их взбодрить.

— Не расходимся. Делаем ещё два дубля, и затем короткий перерыв на обед, — даже невозмутимый Холл, взглянул на меня недоумённо, чего говорить об остальных.

— Но как же… — выложившаяся на полную катушку Нэнси готова была снова зарыдать.

Дэвис уже не улыбалась и посмотрела на меня с негодованием. Да и остальной народ явно был на взводе.

— Я пошутил. Но всё равно — не расслабляемся, следующая у нас сцена признания сестры Фрэнку, что это она наняла убийцу.

— Ты лживый, мерзкий и противный тип! — Синатра вскочила на ноги и бросила в меня туфлю, — Как так можно шутить.

Под громовой хохот сбегаю со съёмочной площадки, преследуемый ругающейся певицей. Разрядка удалась на славу, можно даже разрешить народу немного расслабиться и выпить. Но только после сцены признания.

Чем хорошо кино, так это самим процессом, когда частенько эпизоды снимаются задом наперёд. Вот и сейчас у нас по плану откровенный разговор Никки, которая вроде уже умерла, с Фрэнком. Успокоившаяся звезда тоже в зале, и с полуулыбкой наблюдает за процессом. Сначала мы отрепетировали сцену, затем грим, после чего Конрад долго бегал между софитами, только потом звучит команда и щёлкает дощечка.

А Рэдфорд хорош! Вот с кем нет никаких проблем. Если бы все актёры были такими, то можно снимать фильм за пару месяцев. Человек заранее выучил почти все диалоги, ещё и умеет моментально перевоплощаться. Объективно, у нас обычная мелодрама без особых претензий на серьёзное кино. Но Роберт выкладывается, будто играет «Гамлета» или подобную сложную роль. Может, он уже сейчас думает о профессии режиссёра? Ведь за свою дебютную работу он сразу получил «Оскара». Не знаю, но работать с ним — сплошное удовольствие.

С Филлис было сложнее. Так как мы фактически перекроили график съёмок, то ей пришлось заучивать текст прямо здесь. Вернее, восстанавливать некоторые моменты, так как изначально мы думали снять больше эпизодов. Да и сама роль у неё не такая большая. Но разница с уровнем Роберта сразу бросается в глаза.

В итоге два дубля и я произвожу долгожданные слова.

— Стоп! Снято!

Атмосфера сразу стала легче. А то, действительно, последние минуты в воздухе висело чуть не физически ощущаемое напряжение. Народ загалдел и занялся своими делами. Актёры пошли снимать грим и переодеваться, технари начали выгонять всех из помещения, так как им надо отключать оборудование. Это был действительно тяжёлый день. Я даже не хочу смотреть отснятый материал, так как сам на грани срыва. Поэтому лучше сейчас подышать воздухом и развеяться.

Со стороны кажется, что именно актёры выкладываются, оставляя на площадке все эмоции. Но поверьте, режиссёр испытывает гораздо более мощный стресс. После таких вот моментов приходит полнейшее опустошение, которое нечем заполнить. Только через пару дней приходит осознанием, что сделана отличная работа, и начинаешь буквально летать от радости. Есть несколько ключевых моментов во время работы над фильмом, когда упираешься в какую-то преграду. Даже не знаю, как правильно это объяснить. Наверное, подобное бывает при любом сложном деле. А создание полнометражной картины — весьма трудоёмкий и сложный процесс с огромным количеством деталей. И вот нам удалось преодолеть это препятствие в самом начале. Думаю, подобных моментов не избежать и в дальнейшем, но они пройдут гораздо легче.

Выдыхаю клубы пара и с наслаждением потягиваюсь. Может, выпить пару бокалов красного? А ещё бабу повалять? Ага, чего мелочиться — лучше сразу двух. Это на меня так местный воздух влияет? Говорю же, Канада — это какой-то суррогат страны с гнетущей атмосферой. Шучу, конечно. Пейзажи здесь отличные! С людьми пока толком не общался, но обычно в небольших провинциальных городках можно найти весьма приятных собеседников. Вот снимем самые сложные моменты, и нужно будет устроить группе разгрузочный день. Скатаемся на экскурсию, посмотрим на лесозаготовки или нефтяные вышки, пожарим мясо и просто будем бездельничать. Слышу звуки шагов и оборачиваюсь.

Нэнси наверняка специально купила эту роскошную шубу. Только где она собирается в ней гулять? В Эдмонтоне? Здесь у нас хватает времени исключительно на сон, и никаких тебе развлечений.

— Я хотела попросить прощения за некрасивую сцену. Вела себя, будто капризная и эгоистичная сука, — Синатра реально огорошила меня подобным признанием, — Нервная выдалась неделька, вот и сорвалась.

— Ничего страшного. Тем более, что я спровоцировал тебя на скандал, — улыбаюсь, видя растерянность певицы.

Затем пришло понимание, и её глаза опасно сузились. Нет, в них не было гнева, а больше сдерживаемого веселья.

— Ты мерзкий провокатор и пройдоха! И задница у меня не вялая, — вдруг выдала Нэнси и рассмеялась.

Ух, пронесло! Меня тут начали мучить сомнения, не перегнул ли я палку. Дело даже не в папе нашей главной звезды, а в самом рабочем процессе. Не хочется, чтобы человек затаил обиду, и далее возникли дополнительные сложности. Привык, что, несмотря на достаточно тяжёлый график, мне удавалось находить компромиссы и способствовать возникновению на площадке душевной атмосферы. Тот же Рэдфорд не просто так согласился сниматься именно у меня. Поверьте, предложений у него сейчас хватает. И мне приятно, что Роберт выбрал наш проект. Нэнси же нужно было немного выбить из колеи, обнажив нервы и вызвать эмоции. Операция прошла с успехом, только осадочек остался. Но оказалось, что певица вменяемый человек, и с чувством юмора у неё полный порядок.

— Я такой! — смеюсь вместе с девушкой, — Просто иногда необходимо обострить ситуацию, а то всё выглядит немного камерно. Зато ты раскрылась совершенно с иной стороны. «Оскара» нам вряд ли дадут, но знающие люди оценят твою игру.

— Правда? — в голосе Нэнси было столько надежды, — Я так переживала, что у меня не получится. Про тебя рассказывали всякое, особенно про высокие требования. Но все подтверждали, что работать с этим русским интересно и необычно, а фильм ждёт большой успех. Поэтому я переволновалась и не могла настроиться. Ещё и необычности никакой заметить не удалось.

Опять смеёмся, сбрасывая нервное напряжение. Нет, нормальная она деваха! Малость с прибабахом, но кто из нас без греха? Я тоже волнуюсь и на съёмочной площадке гораздо сильнее, чем во время подготовки фильма. Постоянно гложет сомнение, что вот-вот сказка закончится и окружающая реальность превратится в тыкву. Кстати, а ведь я расту в профессиональном плане. Может, подобные мысли не красят человека, но факт остаётся фактом. Сам понимаю, что вышел на качественно иной уровень. Всё-таки это мой пятый полнометражный фильм, не считая документалки и сериалов. А ещё радует, что работа доставляет удовольствие. То есть я нахожусь на своём месте и занимаюсь по-настоящему любимым делом. Это не просто возможность быстро срубить денег одному бесталанному попаданцу, использующему послезнание и чужие идеи. Мне нравится сам процесс, и я приношу в сценарии много своего, так как невозможно детально помнить музыку и фильмы. И, конечно, есть чувство гордости, что удалось помочь продвинуться многим талантливым людям.

Наш диалог прервала прибежавшая ассистентка, сообщавшая, что пора ехать в город. Да, сегодня мы подзадержались, и надо двигать к цивилизации. Хорошо, что администраторы не потащили съёмочную группу в Форт Мак-Муррей. Это такая дыра, что даже сравнить не с чем. Вполне себе приличный дом с шикарными видами и снежным покровом, был найден недалеко от Атабаски. Сначала мы хотели жить в этом небольшом городке, больше похожем на деревню. Но после пришли к мнению, что лучше тратить три часа в день на дорогу, но отдыхать по-человечески. В итоге, часть группы живёт в Эдмонтоне, а техники с разнорабочими базируются непосредственно в доме, где идут съёмки, и трейлерах. Я же использую каждую свободную минуту и, по дороге на площадку, репетирую с актёрами роли или обговариваю сценарий. Не считаю себя самым умным и давно понял, что необходимо советоваться с коллективом. Часто актёры, помощники или оператор дают весьма дельные советы, да и импровизация вещь полезная. Её я даже приветствую и всячески поощряю, особо не придираясь, если актёры меняют текст.

* * *

— Скажите, как это у вас получается, Алекс? Ведь вы не профессиональный музыкант и композитор. Как можно написать такую отличную музыку и стихи на чужом языке? Такого просто не может быть! Я никогда не встречал подобного ранее. А ещё, зачем песня нужна так рано?

Уильямс был сегодня задумчив и задал вопрос, глядя через стекло, за которым Нэнси в наушниках пела чистовой вариант нашего главного саундтрека. Эванс, присутствующий в студии, сразу превратился в слух. Ещё бы — свежеиспечённый оскароносец задал весьма необычный вопрос.

Сомнения Джона для меня понятны. Он до сих пор не может переварить ситуацию с «Оскаром». Ведь он получил награду фактически за чужую песню. А теперь его снова толкают на подобную аферу. Кстати, после долгих раздумий, я принял решение изменить нашу главную композицию. Так как я очень уважаю Долли Партон, и считаю, что она должна написать свою великую песню, то «I Will Always Love You» заменена на «Un-Break My Heart». Не знаю, хорошо ли воровать музыку из 1992 года, но Тони Брэкстон переживёт. Не факт, что она вообще появится в этой реальности. А Долли уже выступает, и вполне успешно радует американского зрителя.

Нэнси вцепилась в новую композицию, как бульдог в медведя, и радовалась будто ребёнок, получивший новую игрушку. Она сразу поняла, что это будет хит года и, возможно, лучшая песня в её карьере. Только Уильямс, который доводил до ума музыку и текст, не был так счастлив. Настоящему профессионалу претило осознание того, что он получает награды за чужие песни. Но он мне нужен ещё для одной работы, поэтому надо грамотно соврать, дабы не испортить отношения.

— Я наиграл вам только черновой вариант мелодии, Джон. Далее — уже полностью ваша работа. Да и текст песни был далёк от совершенства, его дорабатывали другие люди, — стараюсь вещать как можно убедительнее, — Что касается моего образования, то вы заблуждаетесь. Не стоит недооценивать советскую музыкальную школу, которую я закончил.

— Поверьте, мне хорошо известна советская система образования. В молодости я учился по методике Джозефа Шиллингера, который её и создал, хотя у вас об этом забыли, или стараются не вспоминать, — усмехнулся композитор, — Вот только в школе не учат создавать шлягеры. Конечно, я могу ошибаться — только уже третий подряд саундтрек может стать хитом года. Даже советский фильм про лётчиков, вызвал самую настоящую бурю на Западе. Так не поют и не играют. Вернее, этого никто не делал ранее. Вот и сейчас вы подтолкнули меня к совершенно иной подаче.

Не знаю, о каком преподавателе идёт речь, но музыкалка дала мне многое. Вернее, Лёше Мещерскому, обязанности которого я здесь исполняю.

— Что касается записи саундтрека, то здесь нет никакого колдовства, — оба собеседника заулыбались, — Мне нужна эмоциональная подпитка для Нэнси. Несмотря на кажущуюся лёгкость фильма, съёмки проходят достаточно неровно. И многое идёт от внутреннего состояния мисс Синатра. Она изначально воспринимала картину, как обычный мюзикл, что не соответствует действительности. Зато сейчас Нэнси полностью погрузилась в наш проект, осознав всю прелесть саундтрека. Можно сказать, что теперь для неё все съёмки пройдут, как фон песни. Ведь она в первую очередь певица, а не актриса. И вы прекрасно видите, что сейчас происходит в студии.

Оба мэтра перевели взгляд на певицу, которая с абсолютно счастливой улыбкой исполняла композицию. Я не сразу уловил этот момент, но быстро сориентировался. Синатра на самом деле влюбилась в «Un-Break My Heart». Глупо не использовать сложившуюся ситуацию. Поэтому приходится третий день подряд торчать в студии, перекроив график съёмок.

Кстати, современное музыкальное сопровождение к фильмам на весьма низком уровне. Я тут немного помониторил не самые лучшие саундтреки, а обычную музыку, и выпал в осадок. Неужели подобный хлам нормально воспринимается зрителем? Странно, что уже через десять лет в Голливуде моей реальности зазвучали совершенно иные композиции. Наверное, здесь свою роль сыграли эпические неудачи, которые преследовали американскую киноиндустрию целое десятилетие. Что говорить, если лучшие вестерны этого времени снимал итальянец Леоне? Потому воротилы кинобизнеса перестроились, взяв за основу лучшие наработки европейского кино.

Радует, что советский кинематограф также выступил интеллектуальным донором для заокеанских коллег. Другой вопрос, что американцы начали процесс усовершенствования заимствованных наработок, а мы впали в какую-то хроническую деградацию.

В данный момент, я сделал немало, чтобы советский кинематограф пошёл своим путём. В первую очередь это касается жанра экшен, но другие направления тоже можно развивать и двигать в более прогрессивном направлении. Проблема в том, что отечественные чиновники будто задались целью мешать последователям товарища Мещерского. Нет чтобы помочь! Но мои «любимые» деятели от культуры активно борются со всяческой ересью, как они её понимают. Думаю, не надо объяснять, кого считают главной ведьмой? Кстати, забавная тема. Может, попробовать внести в советское общество фэнтези? Или это будет уже перебором? Проблема в том, что чем больше ты придумываешь разнообразных новинок, тем сильнее ты погружаешься в процесс. Если не проконтролировать процесс, то излишне рьяные последователи могут превратить любое вменяемое начинание в абсурд.

Я, наоборот, планирую уходить из кинематографа. Как бы мне ни нравился сам процесс съёмок и монтажа, но пора завязывать. Заодно надо хорошенько хлопнуть дверью, сняв необычные картины, оставив о себе наилучшее впечатление.

Глава 16

— Похвально, что столь молодой человек думает о будущем страны! Я с интересом изучил ваш доклад, который можно назвать самым настоящим научным трудом. Для его обсуждения мы, собственно, сегодня собрались, — свежеиспечённый член Политбюро улыбнулся, при этом его глаза, скрытые за толстыми стёклами очков, оставались совершенно холодными, — Только вы, как натура творческая, немного увлеклись и решили объять слишком много аспектов жизни страны. А у нас есть вопросы по вашей деятельности и предыдущим инициативам, некоторые из которых вызывают недоумение у многих товарищей.

Фурцева после этих немного скривила губы, но сохранила невозмутимое выражение лица. Знай, я её хуже, то ничего бы и не заметил. Шауро кивал в такт словам Демичева, будто китайский болванчик. Месяцев, как и министр культуры, сохранял полную невозмутимость. Ещё два товарища, являющиеся помощниками нового идеолога всея СССР, изображали рабочий вид, усиленно изучая лежащие перед ними бумаги.

Вообще, расположение членов заседания было достаточно забавным. По правую руку Петра Ниловича расположились Фурцева, Месяцев и Шауро. Слева места заняли помощники. Думаю, для понимающих людей — это определённый знак. Заведующего отделом культуры ЦК посадили с краю, что в коммунистической иерархии является чуть ли не оскорблением. Местные элиты напоминают мне Боярскую думу с её местничеством. Значит, дела у товарища Шауро не особо хороши.

Только сейчас мне не до экскурсов в историю. Насторожил некоторый снисходительный посыл в речи Демичева. Он серьёзно думает, что мужчина тридцати одного года от роду, добравшийся до вершин в своей профессии, слишком молод, чтобы задумываться о судьбе страны? Или в ЦК считают, что мнение человека надо воспринимать всерьёз только тогда, когда из него начал сыпаться песок? Ничего, что я сейчас нахожусь на пике интеллектуального и физического развития? Если сравнивать мои заслуги с остальными заседателями, то они перевешивают их совокупные достижения, направленные на пользу СССР. Разве что Фурцева сделала достаточно много для страны. Остальные же обычные партократы-паразиты, как я их называю. В массе своей ничего из себя не представляющие, и продвигающиеся наверх исключительно по партийной линии. Практиков среди них меньшинство, хотя сидящий передо мной бонза целый год занимался педагогической деятельностью. Какая масштабная личность!

А вообще, складывается странная ситуация. Хочется верить, что именно я стал её катализатором. Брежнев сделал несколько неожиданных ходов и, вслед за Фурцевой, приблизил двух товарищей, которые считались его политическими противниками, будучи сторонниками Шелепина. «Железного Шурика» давно позабыли и не сказать, что дело его живёт. А вот соратники данного товарища умудрились вернуться в большую политику. Семичастный сейчас активно перетряхивает и пугает республиканские элиты. А Демичеву доверили один из важнейших постов, который контролирует идеологию СССР. При этом в самом ЦК тоже произошли определённые изменения — кроме Суслова, от реальной власти отстранили Подгорного. Последний наговорил много лишнего по проекту протягивания нефтепровода в ФРГ, и скоро у СССР будет новый Председатель Верховного Совета. В общем, жизнь бьёт ключом, а я от неё банально отстал. Может, подобные изменения и принесут пользу стране, но скорее косметическую. Не верю в глобальные перемены, поэтому продолжаю двигать свой план. По этому поводу мы сегодня и собрались.

— Предлагаю перейти к двум вашим предложениям, а затем обсудить прошлые проекты, — Демичев посмотрел на коллег, не увидев с моей стороны никакой реакции, — Объясните, зачем привозить в Советский Союз зарубежные музыкальные коллективы? Какую пользу это принесёт нашим гражданам? Ведь мало кто поймёт, о чём им будут петь?

Судя по глупой ухмылке Шауро, это мнение имеет своих сторонников. Очень странная реакция, если рассмотреть её в деталях. У меня сразу возникает логичный вопрос — кто мешает лучше преподавать советским школьникам иностранные языки? Я не вижу ничего забавного в подобном невежестве, скорее этого надо стыдиться и исправлять ситуацию. Какой смысл семь лет учить язык, чтобы после десятого класса выпускник не мог объяснить на нём элементарные вещи? Я вот прекрасно владею английским и французским, заодно сейчас подтягиваю немецкий. Но это вопрос к профильному министерству. И поднимать эту тему перед присутствующими — весьма глупая затея. Не поймут, ещё и обидятся.

— Выступление француженки Мирей Матье образца 1967 года прошло успешно, и советский зритель был в восторге! — стараюсь найти более-менее дипломатичный довод, дабы не поссориться с нужными мне товарищами, — Незнание языка не помешало нашим людям наслаждаться пением и заполнять концертные залы. Что касается причин необходимости ознакомления советского зрителя с западными коллективами, то я написал об этом в специальной записке.

— Так ознакомьте присутствующих с вашими доводами более детально. Не все могли понять, о чём речь, хотя могу заблуждаться. А здесь мы коллегиально всё обсудим и придём к общему знаменателю, — зачем-то влез в разговор Шауро, — Наша партия всегда славилась тем, что учитывает инициативу снизу. Поэтому вы можете спокойно выражать своё мнение.

Терпеть не могу велеречивых демагогов, которые любят играть словами и уходить от ответственности. Все проблемы обычно хоронят в словоблудии, не забывая прикрывать свою высокопоставленную жопу, занявшую тёплое местечко. Ведь для них оптимальным вариантом является полное бездействие, или работа по старым лекалам. Не дай бог товарищей заставят проявлять инициативу. Рад ошибиться в отношении товарища Демичева. Но Лёша Мещерский — продукт иной эпохи, и не боится местных небожителей. Более того, я их начинаю ненавидеть, начиная с «дорогого Ильича», и заканчивая рыбёшкой помельче.

— Я договорился с агентами нескольких популярных групп, и они готовы провести концерты в СССР. Есть определённые организационные вопросы, за финансы можете не переживать. Советская сторона должна только разместить музыкантов и предоставить им транспорт, — начинаю сухо объяснять свои планы, — Думаю, для начала провести выступления в Москве и Ленинграде. Надо только договориться с концертной площадкой. Хотя, для этого подойдёт и какой-нибудь стадион.

— Это как? Зрители будут сидеть на трибунах? — удивился Демичев, — Но ведь для этого потребуется специальное оборудование. Иначе люди просто не смогут нормально услышать песни.

А товарищ шарит. Значит, у него мозги ещё способны думать, а не только шпарить по методичке.

— Думаю, надо попробовать провести мероприятие по зарубежным лекалам. Перед сценой будет расположена танцплощадка, где народ будет слушать музыку стоя. Не уверен, что это можно организовать в каком-нибудь концертном зале. Как вариант, предлагаю использовать спортивные сооружения, там есть нужная площадь и трибуны. Подобные сооружения есть на Западе, очень удобная штука, кстати. В нью-йоркском «Мэдисон-сквер-гарден» одновременно проводятся хоккейные игры и концерты.

Выкладываю свои мысли и понимаю, что ситуация в кабинете изменилась. Дело в том, что на меня начали смотреть, как на святотатца, вещающего ересь в церкви. А я тут размечтался. Уже практически достигнута договорённость с «Shocking Blue», которые сейчас штурмуют мировые чарты. Ну, вот хочется мне, чтобы народ сплясал под ставшую культовой в СССР песню «Venus», обзываемую здесь «шизгарой». Заодно, есть подвижки в переговорах с англичанами, немцами и французами. «Битлов», конечно, привезти не получится, но и остальные группы весьма приличного уровня. Пару туров оплачу я лично, остальное возьмут на себя мои буржуйские друзья из Франции и Швейцарии.

Кстати, трио банков находится в стадии подписания контракта на строительство нефтепровода до ФРГ. С итальянцами пока не получается, но делом заинтересовались «TotalEnergies» и «Wintershall», что просто замечательно! Это хороший повод включиться в нефтяную гонку компании «Eni», которая весьма ревностно относится к успехам своих европейских конкурентов. Для меня это самый настоящий успех и возможность выхода страны на новые рынки сбыта. Только я что-то размечтался, и мои мысли поплыли совсем не туда. Надо продавливать получение разрешения на организацию концертов и утрясать кучу деталей. Хотя, решён главный вопрос — оплата. Партократам бы порадоваться и сказать Лёше спасибо. Вот только сидящие передо мной товарищи не обратили внимания на финансовую составляющую. Их озаботило совершенно иное.

— Вы действительно думаете, что мы позволим устраивать в Советском Союзе балаган, который творится на западных концертах? Или вы специально показываете подобное в своих музыкальных передачах, дабы приучать людей к мысли, что вести себя будто обезьяны — нормально? У меня также есть вопрос, как подобное низкопробное зрелище попало на наше телевидение? — последнюю эскападу Демичев адресовал разом побледневшему Месяцеву, — Но сейчас речь не об этом. Вам не кажется, что у всего есть предел? Зачем вам надо развращать наших людей? Думаю, у МВД возникнут свои вопросы, связанные с организацией безопасности.

Сказать ему правду или промолчать? Это тонкая тема, и объяснить свою мотивацию достаточно сложно. Понятно, что я занимаюсь самой настоящей идеологической диверсией. Только никто не покушается на моральные устои строителей коммунизма. Речь идёт о раскрепощении молодёжи, дабы не было ситуации, которая произошла на концерте «Boney M.» в моей реальности. Тогда народ сидел будто на похоронах, пугая кривляющихся негров, пытающихся вызывать у публики хоть какие-то эмоции. Потому я и хочу начать приучать людей к танцполу. Были мысли даже организовать, что-то вроде первого советского рок-фестиваля. Зрелище можно сделать адекватным — без алкоголя и наркоты, что стало нормой в моё время. Смотреть на пьяные и обдолбанные рожи зрителей условного «Нашествия», не доставляет мне никакого удовольствия. А ведь под такую тему можно начать развивать инфраструктуру какого-нибудь провинциального городка. Но боюсь, что чьи-то наполеоновские планы жёстко обломают.

— Я никогда не скрывал свои замыслы. По крайней мере, есть несколько моих докладных записок, переданных в «Минкульт», — киваю хранящей невозмутимое выражение лица Фурцевой, — Вся деятельность, направленная на ознакомление советского зрителя с как можно большим объёмом западной культуры, особенно музыки и кино, вполне объяснима. Со стороны нашей публики, к ней есть большой интерес, удовлетворить который ранее не получалось. Это давало возможность разного рода дельцам и спекулянтам зарабатывать деньги в обход государственной казны. Заодно, отсутствие нормальной информации о западных артистах, плодило самые глупые слухи и делало их какими-то небожителями. Мы же дали людям возможность ознакомиться с творчеством десятков исполнителей, коль сейчас речь идёт о музыке. Нам удалось заполнить этот нездоровый вакуум и снизить перекос в преклонении перед иностранной культурой. Советский человек видит и слушает западных исполнителей каждый день, и они стали для него обыденностью. Его уже ничем не удивишь. Тем более, что в наших журналах печатается масса дополнительной информации. Поэтому сейчас не мешает сделать следующий шаг и привезти иностранных певцов в СССР. Заодно надо кардинально расширить представительство западных фильмов в отечественном прокате. У нас есть качественные картины и музыка, но этого недостаточно. Создаётся искусственный дефицит, который весьма легко заполнить. Особенно с учётом того, что часть финансовой нагрузки удалось переложить на европейскую сторону.

Демичев всё это время продолжал сверлить меня строгим взглядом. Остальные заседатели продолжали хранить молчание.

— Вы, получается, взяли на себя ответственность удовлетворить этот самый дефицит? И создала его, конечно, советская власть? Не много ли на себя берёте, товарищ Мещерский? — наконец выдал член ЦК.

Прошу заметить, что не я это начал? У меня было огромное желание решить вопрос культурно и тихо.

— Думаю, что вам известно о «плане Даллеса»? — судя по тому, как вскинулись Фурцева с Шауро, они об этом точно не слышали, в отличие от Демичева, — В США этот проект не скрывают и открыто обсуждают. Речь идёт о моральном разложении советского народа, с последующим уничтожением нашей страны. Если кратко, то американцы с союзниками давно проводят против СССР масштабную идеологическую диверсию. Зачем воевать, если можно разложить страну изнутри? И Запад эту войну выигрывает, как бы ни лицемерила отечественная пропаганда.

М-да. Похоже, Лёша опять переборщил. В кабинете повисла такая тишина, что было слышно, как ползает муха по портрету дедушки Ленина, взирающего с осуждением на происходящее действо.

— Вы думайте, что говорите, Алексей Анатольевич! — наконец выдал Пётр Нилович, — Советский Союз является сильнейшим государством в мире. О каком поражении вообще идёт речь?

Судя по всему, проняло партократа до печёнок, или чего у него там внутри. Не любят бонзы, когда им говорят правду, ещё и тычут носом в собственные ошибки. Только я уже закусил удила и готов идти до конца. Щадить тонкую душевную ориентацию товарищей никто не собирается.

— Молодёжь отдаёт предпочтение западному кино, моде и музыке. Если вы раскроете глаза, выйдете на улицу и пообщаетесь с простыми людьми, то сильно удивитесь. Можно сколько угодно снимать фильмы про то, что пальто производства фабрики «Большевичка» лучше иностранных моделей, а американская музыка напоминает собачий лай и прочий бред:[5]. Только народ не обманешь. Люди сейчас предпочитают продукцию заграничных фабрик, нежели отечественных. При этом ужас ситуации заключается в том, что на прилавках нет нормальной продукции от советских производителей. Мы даже одежду с обувью пошить нормально не можем. С музыкой вопрос спорный, но запретный плод всегда слаще, и люди повалят на концерты любых второсортных западных исполнителей, в ущерб отечественным звёздам. Я сейчас говорю про молодёжь, которая является нашим будущим, и именно она станет определять жизнь страны через десять — пятнадцать лет. Борьбу за умы этого поколения мы почти проиграли. Можно спесиво надувать щёки или гневно раздувать ноздри, только делу это не поможет. Надо работать и решать проблему, а не прятать голову в песок и перекладывать её на будущее. Я сам представитель этого поколения, и знаю, о чём говорю.

На это раз партийной шишке потребовалось больше времени. Фурцева с Месяцевым, привыкшие к моей манере изъясняться, усиленно делали невозмутимый вид.

— То есть вы считаете, что советские товары хуже западных?

Я чуть не захохотал в голос от прозвучавшего бреда. Вопрос задал один из помощников Демичева, который пока собирался с мыслями и усиленно тёр тряпочкой очки. Наверное, это помогало ему в работе, дабы сделать паузу и выработать позицию исходя из изменившихся вводных.

— В противном случае, власти не стали бы снимать столь ущербный фильм десять лет назад. Уже тогда умные люди понимали, что проигрывают. Но вместо того, чтобы насытить потребность людей в обыкновенных товарах, было решено заняться дешёвой пропагандой. Только никто не хочет понять, что прятаться от проблем, лицемерно закрывая на них глаза, это путь в никуда. На Западе не снимают подобного убожества, потому что это глупо, — ухмыляюсь в лицо Демичева, наконец-то одевшего очки и посмотревшего на меня с ещё большей неприязнью, — Буржуи решают проблемы, насыщая рынок товарами. Они их, конечно, рекламируют и снимают ролики. При этом речь идёт о борьбе с конкурентами, предлагающими покупателям аналогичные товары. У нас же обыкновенное враньё, завёрнутое в идеологическую этикетку.

— Вы что себе позволяете? Вам западный воздух вседозволенности ударил в голову? Что это за вражеская пропаганда? — произнёс пришедший в себя идеолог, — И наша музыка с фильмами, точно не хуже западных. Уж вам ли этого не знать!

— Хорошо! Давайте прямо сейчас садимся в машины и, без оповещения людей на местах, едем в мой родной городок. Это недалеко — всего сто километров от Москвы. Приезжаем, дружно заходим в магазин и пытаемся купить костюмы, в которые одеты ваши помощники. Ладно, снизим планку, и попытаемся просто купить качественную одежду. Заодно проинспектируем обувной, посмотрим отличие товара, предназначенного для среднестатистического советского человека и людей, закупающихся в специальной секции ГУМа с прочими закрытыми организациями, — киваю на двух застывших молодцов, — А далее, идём в обычный универсам и берём продукты, вроде колбасы, мяса, сыра и качественных овощей. Если всё это есть в наличии, конечно. Я же вам сделаю фильм, где сняты прилавки стандартных американских и французских магазинов. Тогда и проведём дискуссию, является ли товарищ Мещерский врагом или провокатором. А может, ему за державу обидно?

— Так, кто мешает вам заботиться о стране? Воздух сотрясать любой горазд.

Это Шауро решил отличиться. Судя по презрительному взгляду Фурцевой, его выпад неуместен.

— Одни из самых популярных картин СССР последних лет, снял именно я, или руководимое мною объединение. Это касается как полнометражных фильмов, так и документальных и образовательных проектов. С телевидением и радио — схожая ситуация. Наши проекты неизменно занимают первые места по популярности у советского зрителя, — вижу, что руководитель отдела культуры хочет возразить, но я ему этого не позволю, — Скажу больше, передачи ТО «Прогресс» продаются за рубеж, и не только в соцстраны. Работы «прогрессоров», уже более двух лет, приносят Советскому Союзу столь необходимую валюту. Про мои фильмы отдельный разговор, вы можете запросить «Госкино» и узнать порядок цифр. Речь идёт о миллионах долларов, что сопоставимо по прибыли с продажей на Запад нашего сырья. Я уж молчу про рубли и прибыль от проката внутри страны. А теперь ответьте на вопрос — какую пользу стране принесли лично вы?

Не любят чинуши, когда их макают мордой в какашку, и задают столь неудобные вопросы. Именно это я сейчас сделал и хочу продолжить. Шауро покраснел и припал к стакану с водой, явно пытаясь прийти в себя. Демичев тоже был выбит из колеи, ведь дураку понятно, что моя эскапада относится и к нему, а не только нижестоящему недоразумению.

— Предлагаю перейти к следующему вопросу, — дипломатично произнёс главный идеолог, — Надеюсь, ни у кого нет возражений?

У меня они были, но не вижу смысла в дальнейшем споре. В любом случае, пытаться переубедить разного рода ничтожества, вроде Шауро, бесполезно. А грамотные люди сами знают о корне проблем.

— Вы высказали очень странное предложение о поддержке уличного или дворового спорта, — начал Демичев, делая вид, что читает какую-то бумагу, — Какой в этом смысл, с учётом того, что Советский Союз делает много для заботы о здоровье граждан и доступности любых спортивных секций? Зачем нам какая-то атлетическая гимнастика и единоборства?

— Молодёжь постарше, и взрослые люди, особенно в провинциальных городах, не имеют доступа к секциям. В массе своей они могут заниматься вечером, когда всё уже закрыто, или расположено далеко от дома. Далее, надо учитывать, что многим не подходит какой-то жёсткий тренировочный график. А так люди после работы могут потягать штангу, попинать грушу в удобное им время и спокойно идти домой, который расположен буквально в двух шагах. То же самое касается площадок для игры. Их крайне мало, и люди часто не могут поиграть в баскетбол или волейбол. Я же предлагаю на первых порах выделить под залы подвальные и цокольные помещения. Подобных площадей достаточно в любом городе. Местные власти также должны озаботиться снабжением залов грушами, матами и штангами. Со своей стороны готов помочь оборудовать более десятка секций. У ТО «Прогресс» есть собственный тренировочный зал и методики для занятий нетрадиционными видами спорта. Всё это вполне реально, и делается на уровне районных администраций. В качестве тренеров могут выступать энтузиасты, бывшие военные или пенсионеры. Да кто угодно. Лишь бы у людей была здоровая гражданская позиция и желание помочь людям. Заодно, мы дадим многим людям возможность реализовать свои идеи и потенциал. Это не отменяет детско-юношеского и массового спорта, просто будет параллельный проект.

Чего-то у меня аж в горле запершило от столь длинной речи. Я ещё порядком нервничаю, хотя стараюсь этого не показывать. Меня абсолютно не устраивает, что уже скоро в стране начнётся формироваться благоприятная ситуация для создания организованной преступности. Да и вообще, все эти группировки унесли сотни жизней, искалечили и морально исковеркали целое поколение молодых людей в восьмидесятые. Поэтому лучше взять ситуацию под контроль, чем пускать её на самотёк. Пусть качаются, играют и спаррингуются в собственных секциях шаговой доступности. Надо просто грамотно организовать процесс и не мешать людям. Например, наш зал в киностудии пользуется ажиотажным спросом. А ведь там нет ничего необычного, просто фитнес, йога и танцы. Но ведь народ ломится туда табунами, вынудив руководство задуматься о расширении. Значит, и в условной Казани, можно найти подход и направить тамошнюю молодёжь по более здоровому пути.

— Но зачем вам создавать районные и городские федерации, ещё именно из членов секций, которые не должны подчиняться «Госкомспорту»? — задал резонный вопрос успокоившийся Демичев, — Почему одним из обязательных условий организации ваших секций является невмешательство комсомола? Это анархия какая-то, если не сказать больше!

Подобного вопроса я ждал и ответ у меня готов.

— В моём докладе написано об эксперименте. Нужно попробовать организовать людей снизу самостоятельно. Ничего не имею против комсомола и партии, но их участие в процессе придаст задумке официозный характер и насторожит часть граждан. Вернее, товарищи на местах отнесутся к идее формально и похоронят её, исходя из лучших побуждений. Здесь же у нас есть возможность дать людям самим проявить инициативу. Среди участников новых федераций большинство будут комсомольцами, и часть — партийцами. Но пусть люди сами воплощают идею, под контролем соответствующих органов, конечно. Со своей стороны, готов взять на себя организационные расходы. Предлагаю начать воплощать идею с моего родного города и, например, Казани с Чебоксарами. Далее можно распространить движение на другие города, если оно покажет свою эффективность. Всё это надо грамотно освещать в прессе, подготавливая людей. Поверьте, наш народ талантлив, и быстро подхватит идею. Тем более, что определённая проблема с досугом молодёжи существует, просто о ней особо не говорят.

Демичев опять взял паузу и что-то быстро черкал в своём блокноте. Я же мысленно пробежался по своему докладу. Там всё детально расписано, но момент с просьбой о невмешательстве комсомола наиболее скользкий. Ведь получается, что местная власть должна отойти в сторонку и не мешать народу проявлять инициативу. А так как у нас самое прогрессивное в мире государство, где так вольно дышит человек, то партократия на это может не пойти. Ведь получается, что всякое быдло, простите — советские граждане — начнёт самостоятельно определять, как ему поступать. Это как раз и похоже на подлинную власть советов, когда процессы идут снизу, а не спускаются разнарядкой сверху.

Не знаю, смогу ли я изменить что-то глобально. Процесс разложения мог зайти слишком далеко, и «качалки» не решат проблему. Только надо пытаться решать проблему, а не забалтывать её. Взять тот же массовый спорт. Именно я убедил Фурцеву начать проводить постоянные соревнования по типу американских студенческих лиг. Ещё и провёл мощную кампанию в СМИ. Мы выбрали несколько игровых видов спорта и запустили постоянные районные чемпионаты между школами. Далее к затее подключились ПТУ, ВУЗы и даже предприятия, которые начали формировать свои команды из работников весьма солидного возраста. Теперь в десятках городов процветает самый настоящий массовый спорт, который интересен людям разных возрастов. Зрительский успех там не меньше, чем в профессиональных лигах, а может, и больше. А ещё, мы, фактически, дали старт развитию советского мини-футбола на десяток лет раньше. И самое главное — у нас это подлинно народный вид спорта, без всякого рода профессионалов, в который играют миллионы людей. Есть у меня мысли по пляжному волейболу и регби, которые успешно развиваются в других странах. Займусь этим, когда закончу монтаж фильма.

— Хорошо, я вынесу ваше предложение на обсуждении в Политбюро, — наконец выдал свой вердикт Демичев, — Вопрос интересный, но сложный. Только настоящие коммунисты трудностей не боятся. К тому же указная вами проблема существует, и никто не собирается закрывать на неё глаза. Если ваши городские федерации уличного спорта отвадят молодёжь от разных глупостей и приведут в спортивные секции, то дело это благое. А теперь давайте перейдём к следующей теме. Времени у нас осталось мало, но нужно обсудить всё что было намечено. У товарища Шауро есть к вам вопросы. Василий Филимонович, вам слово.

Глава отдела аж воспрял духом и расправил плечи. Для меня невдомёк, как подобный позёр и умственно ограниченный человек попал на столь ответственную должность. С другой стороны, всё реалистично вписывается в схему кадровой политики моего мира. Пусть будет идиот и вредитель, зато свой.

— Пётр Нилович попросил коротко, поэтому не будем тянуть время, — начал чиновник, подобострастно кивнув в сторону начальника, — На вас, товарищ Мещерский, поступают многочисленные жалобы. Вернее, дело касается серии «Антологии мировой фантастки» и «Зарубежного детектива». Основной лейтмотив обращений связан с пропагандой нездоровых ценностей и откровенно враждебном содержании многих книг. Это неприемлемо, и необходимо срочно начать решать создавшуюся ситуацию с пользой для страны.

— Лучшим ответом кляузникам служит небывалый ажиотаж вокруг каждого нового тиража. Люди готовы штурмовать книжные магазины, даже с учётом того, что мы печатаем эти же романы в специальном приложении к журналу «Культура». Мне кажется, что давно пора издавать полноценные специализированные печатные издания, связанные с фантастикой, детективами, историческими романами и детской литературой, — замечаю, что мой оппонент сморщил лицо при упоминании успеха нашего издательства, — Прошу заметить, что все напечатанные произведения прошли весьма жёсткий отбор и не несут в себе никакой антисоветчины. А ещё они дали бурный толчок развитию нескольких жанров литературы среди молодых советских авторов. Думаю, проблема связана ещё и с этим. Маститые товарищи прекрасно понимают, что их буквально сносит поток конкурентов, и у них остаётся всего два пути — либо они уходят в небытие, или перестраиваются, начав писать в совершенно ином стиле. В массе своей, наши маститые авторы перестроиться не способны, потому и пытаются удержать свои привилегии. С учётом того, что по моей инициативе проходит достаточно строгий мониторинг спроса на книги, да и не только, то опасения товарищей понятны. Миллионы рублей ежегодно выбрасываются на ветер, так как наших деятелей искусства никто не читает, или не слушает их песни.

— Как-то у вас всё просто и сразу переходит в плоскость откровенного мещанства. Ведь нельзя оценивать произведения, исходя исключительно из продаж. Многие писатели приносят большую пользу, воспитывая наших людей и прививая им правильные идеалы, — заюлил Шауро, — Вы же продвигаете весьма посредственную литературу, без какой-либо воспитательной составляющей.

— Самыми популярными писателями в СССР являются отнюдь не классики нашей литературы. Это два француза — Дюма и Жюль Верн. Их книги сметаются с полок вне зависимости от тиража, и часто продаются только по специальному талончику, если гражданин сдал макулатуру. В их книгах нет идеологии и пропаганды, зато там прививаются базовые человеческие ценности — дружба, верность, доброта, любовь и патриотизм. Приключенческая литература тем и хороша, что является отличным воспитательным подспорьем для подрастающего поколения. Разного рода низменные порывы в ней осуждаются, а герои ведут непримиримую борьбу против подобных явлений. Поэтому надо печатать как можно больше подобных книг. Заодно, необходимо всячески поддерживать отечественных авторов, выбравших подобные темы. Мы уже воспитали несколько подобных людей. Ярчайшим представителем новой волны советской литературы является Оксана Пузик. На подходе ещё несколько человек, которые внесут большой вклад в развитие отечественной литературы. Другой вопрос, что мы не можем издавать всех талантливых авторов. Нам не хватает бумаги даже для журнала, из-за чего невозможно увеличить его тираж. Про книги уж молчу. Думаю, что придётся закупать бумагу в Финляндии, благо, «Прогресс» может себе это позволить.

Проблему с дефицитом бумаги товарищи аккуратно обошли, вернее, не стали акцентировать на нём внимание. Поэтому Шауро сразу перескочил на другую тему. Демичев погрузился в свой блокнот и продолжал делать записи.

— Вопрос всё равно дискуссионный, и мы к нему обязательно вернёмся. Наверное, проведём отдельное заседание с советскими писателями, которых вы обвинили в нежелании перестраиваться. Только речь может идти о том, что люди не хотят подстраиваться — особенно под западный вариант литературы, который вы активно продвигаете, — подленько ухмыльнулся чиновник, — Переходим к кинематографу. К нам постоянно поступает информация о нездоровых проявлениях, связанных с вашим фильмом «Русь изначальная». Детвора массово начала играть в витязей, кустарно изготавливая снаряжение, что сопряжено с многочисленными травмами. Есть даже весьма трагические случаи, и люди резонно обвиняют пагубное влияние кинокартины.

Что за бред? Вот целому отделу культуры при ЦК больше заняться нечем? А если вспомнить «Тарзан» и влияние, оказанное этим фильмом на послевоенное поколение? Там счёт шёл на тысячи переломов конечностей, и наверняка были летальные исходы. «Фантомас» местные кретины тоже запретили из-за странной реакции зрителей. Может, надо больше следить за своими детьми и заниматься их воспитанием? Это я и сказал заседателям. В ответ получил долгий монолог Шауро о том, что плохо разбираюсь в жизни советских граждан и прочее бла-бла-бла. Зачем весь этот цирк? Мне прекрасно известно, что наши женщины работают наравне с мужчинами, и не могут уследить за всеми шалостями своих чад. Надо запретить моё кино? Так оно уже ушло в народ и стало культовым.

Несмотря на отсутствие времени, мы потратили ещё час на подобные пустопорожние разговоры. Где логика? Какой смысл меня воспитывать и предъявлять претензии задним числом? Затронули наши радиопрограммы, неплохо так проехались по телевидению, опять заставив побледнеть Месяцева. Его ребята решили не изобретать велосипед и продолжают моё дело. Но кому-то это до сих пор не нравится, несмотря на популярность у зрителей. Просто сюр!

Выхожу из здания «Минкульта», где проходило заседание, и вдыхаю воздух полной грудью. Ощущения двойственные, и даже не получается сформировать своё отношение к происходящему. Вроде есть шансы, что удастся продавить идею с концертами. Пусть её примут в обрезанном виде, без танцпола и прочих излишеств, но это уже хлеб. Больше всего я надеюсь на поддержку инициативы с уличным спортом. Там ведь речь шла не только о «качалках», но и турниках. Мы как раз готовим документальный фильм со спортсменами, которые под музыку показывают чудеса владения своим телом. Надеюсь, что меня не отправят валить лес за излишнюю дерзость и откровенность. Но все мои помыслы направлены на благо страны, поэтому я готов к любому решению.

Пусть молодёжь занимается чем угодно, лишь бы народ не бухал и был далёк от наркоты. Для меня это принципиальный вопрос, насмотрелся в своё время на потерянное поколение.

Вот такими делами приходится заниматься после возвращения из штатов. А у меня, вообще-то, есть ТО и семья, при этом на всё отведено шесть дней. Благо, Анна перестала ворчать, когда я показал ей, чем занимаюсь и какие идеи пытаюсь продвигать. Она даже стала посматривать на меня с некоей толикой уважения. Хорошо, что хоть здесь сейчас всё в порядке. Но борьба товарища Мещерского с советской партократией только начинается!

Глава 17

— И что нам мешает? Сценарии практически готовы, техники хватит и на большее количество проектов.

Моё недоумение было обоснованным — главное, не выплёскивать на людей раздражение, хотя поводов для недовольства хватает. Надо всё-таки учитывать местную специфику, завязанную на сотни мелочей, часть которых мне до конца непонятна. А ещё я требую от советского ТО, пусть и достаточно мощного, охвата и работы уровня «Paramount Pictures». Только постоянно забываю, что моему детищу всего ничего, а американскому гиганту шестьдесят лет. Но насмотревшись на более чётко отлаженную систему, заражаешься нездоровым перфекционизмом. Нет, прав был Иван Грозный, запрещавший русскому человеку долго жить за границей. Нахватаешься всяких нездоровых идей, а вернувшись, начинаешь смущать незамутнённые умы соотечественников.

Вернувшись домой на несколько дней, пришлось использовать время по максимуму, фактически не вылезая с киностудии. Надо сказать, что за пару дней я поставил объединение на уши, заставив всех шевелиться с невиданной скоростью. Вот и сейчас, уставший от моих придирок, коллектив обсуждал дальнейшие планы. А речь шла о самой настоящей экспансии. Да, я решил не мелочиться и подмять под себя солидный кусок индустрии. Мы и так впереди планеты всей, если рассматривать деятельность «Прогресса» в СССР. Даже, несмотря на то, что у нас фактически отжали все телепередачи, оставив только фильмы, студию звукозаписи и типографию, простор для роста сейчас огромный. Посудите сами — в стране нет реальной конкуренции! Любая более или менее интересная картина пользуется ажиотажным спросом. Вот я и предложил коллегам начать новый Крестовый поход. Заодно договорился с несколькими министерствами о целом пакете документальных фильмов. Так что работой мы загружены на год вперёд, если не два, по всем направлениям. Но коллектив к моим амбициозным планам оказался не готов.

— У нас недостаточно кадров. Да, ТО удалось переманить к себе некоторых выпускников и людей из провинции, но далее мы натолкнулись на сопротивление. Молодые люди отказываются ехать по распределению, предпочитая «Прогресс», — Солодовников начал приводить известные мне аргументы, — Это вызвало резкую реакцию профильных организаций, которые ждут кадры на местах. Вот и пришла разнарядка сверху. Кислород перекрыли даже «Беларусьфильму», куда мы устраивали нужных людей. С ленинградцами у нас чуть ли не война — оттуда толковых специалистов больше не отпустят. На многих республиканских студиях у людей всё хорошо, и им нет смысла менять место работы даже на столицу. И это только видимая часть айсберга. Грамотные кадры всем нужны, так как глядя на нас, многие студии зашевелились.

Именно потому, что наши гипотетические конкуренты, обладающими немалыми ресурсами, полезли на делянку, окучиваемую ТО, надо предпринимать контрмеры. Я очень рад, что сейчас сразу на нескольких киностудиях начали снимать интересные проекты. В конце концов, советский вариант «National Geographic» надо заполнять качественным материалом. Сейчас третий канал работает в более широком формате, но основной упор всё равно делается на образовательные и просветительские проекты. Но пока в стране явный недостаток добротных научно-популярных фильмов. Сетку вещания канала не всегда удаётся загрузить, и он вынужден транслировать достаточно старые проекты. Скажем так, не всё документальное кино «заходит» уже изрядно избалованному советскому зрителю. Поэтому необходимость в новых работах очевидна.

Мы же немного забуксовали в определённых вещах, хотя со стороны кажется, что «Прогресс» бурно прогрессирует. Коллектив этого не понимает, находясь в заблуждении от реальных успехов наших работ. Только подобное не может длиться вечно.

— Илья, вопрос с кадрами мы обсуждали в прошлом году, и начале этого. Но воз и ныне там, — поднимаю руку и прерываю попытку возразить, — В стране тысячи талантливых людей. Найти актёров вообще не проблема, впрочем, как и режиссёров со сценаристами. У нас сотни провинциальных театров, а ещё есть тысячи разнообразных студий с творческими кружками при предприятиях и ДК. Кто мешает опубликовать объявление о наборе? Завтра к тебе выстроится целая очередь. Вспомни, что было при съёмках наших первых сериалов? Мы же принципиально отказались от узнаваемых лиц, сделав ставку на людей из провинции. Понятно, что «Терешко» и «Соседи» снимаются в Минске, а «Комсомольцы» в Москве. Ведь в данные города заманить людей гораздо легче. Но это не отменяет того факта, что вчерашние выпускники режиссёрских курсов сделали отличную работу. А актёры? Кто знал всех этих девушек и парней? Зато теперь это звёзды всесоюзного уровня. Надо было просто помочь людям, и грамотно их направить. Сейчас у нас недостаток техников и администраторов — так кто мешает открыть курсы при нашем объединении? Мы даже готовы платить стипендию соискателям, и обеспечим их временным проживанием. Заодно, люди пройдут практику прямо на месте, наблюдая за всем процессом — от написания сценария, до озвучки. Но ты же упёрся рогом, и мои предложения заболтал. В итоге мы только даром потеряли время.

Окидываю сидящих за столом коллег и понимаю, что большинство со мной не согласно. Вернее, просто не понимает причин придирок начальника. Пузик выделяется на общем фоне, так как полностью поддерживает мои инициативы. К ней, кстати, нет никаких претензий. Своей бандой молодых авторов она может гордиться. Эти точно не боятся будущих перемен и готовы лезть в любую драку.

— План расширения и запуска новых проектов я вам передал достаточно давно. Если не получается опереться на собственные кадры, значит, заключаем трудовые соглашения с людьми из других организаций. Понятно, что с технарями сложнее, администраторов и гримёров найти легче. Но пока это вспомогательный персонал, который можно обучать в процессе. Что касается актёрского состава, то не вижу проблем, особенно с массовкой и эпизодами. Ведущие роли предназначены для более известных людей и, думаю, мало кто откажется сниматься в наших фильмах. Хотя, не мешает провести полноценные пробы, вдруг найдём очередного самородка, — оглядываю молчащих коллег, но не замечаю особого энтузиазма, — Не могу понять отсутствия инициативы. Куда подевались мои амбициозные соратники? Мы не можем позволить себе самоуспокоения. Ситуация тем более непонятна, потому что мы обладаем огромными ресурсами. ТО может позволить себе оперировать солидными суммами без оглядки на вышестоящее начальство. Кто мешает нанять любое количество персонала? Ясно, что у нас есть один товарищ, который бьётся за каждую копейку, будто она принадлежит лично ему. Но и здесь можно договориться.

Народ, наконец, заулыбался, глядя на нахмурившегося Каплана. Тот не такой уж и скряга, но иногда перебарщивает с экономией.

— Алексей, мы не потянем расширение, потому что некуда. Наши площади не резиновые. К тому же, один из павильонов ты приспособил под тренировочный зал, существенно сократив пространство для манёвра. А ещё, людям надо где-то жить, — спокойно ответил наш замдиректора, — Кооперативный дом будет сдан только в конце года, но там все квартиры уже распределены. Уже согласован проект строительства нового жилья, но это потребует времени. Предоставить людям общежитие невозможно, потому что у «Прогресса» его нет. Где найти жильё в Москве, я просто не понимаю.

— Значит, будем продолжать делать ставку на москвичей и жителей Подмосковья. Как вариант, будем выдавать иногородним работникам деньги на съём жилплощади. Мы хозрасчётники, и можем себе это позволить. Далее, вместо домов предлагаю построить общежитие, и только потом приступить к изначальному плану обеспечения сотрудников квартирами, — увидев недоумённые взгляды коллег, поясняю, — Нам необходимы люди. Надо мелким гребнем прошерстить все провинциальные труппы и найти нужные кадры. У нас есть радио и журнал, где можно объявить о проведении конкурса. Почему не использовать такой ресурс?

— Но для чего столько людей? Можно же справиться, заключив временные договора, — выразил мнение большинства Каплан.

— Просто я считаю, что пора переходить на качественно новый уровень. Думаю, необходимо объединять все наши раздробленные структуры в холдинг, — вижу, что подобное понятие для местных незнакомо, поясняю, — Преобразуем объедение в хозрасчётный концерн. Итоговое название и прочие аббревиатуры не важны. Главное — создать рабочую структуру, где будут совмещены съёмки фильмов, в том числе передач для «Гостелерадио», печатание книг, выпуск собственных журналов и звукозаписывающая студия. Я уже провёл ряд переговоров и получил предварительное согласие товарища Фурцевой рассмотреть проект создания нового объединения. Есть ещё несколько заинтересованных лиц, которые обещали нам помочь, но ТО в ответ должно сделать для них кое-какие работы. А ещё мы начнём строительство собственной киностудии, вернее, целого комплекса. В Мосгорисполком я уже обратился, жду информацию по земельному участку. Пока же уплотнимся и будем использовать ресурсы «Горького» и «Беларусьфильма».

В кабинете повисла тишина, которую принято называть гнетущей. Дело в том, что мои соратники просто привыкли мыслить иными категориями. Мне же, пришла в голову идея пойти по пути «Paramount Pictures» и других гигантов индустрии, которые давно начали осваивать разные сегменты шоу-бизнеса, не ограничиваясь только кинематографом.

Будь такая возможность, я бы открыл свой телеканал и радиостанцию. Но в СССР на подобные вещи полная монополия государства. Хотя, есть идея отвоевать право издавать свои литературные журналы. С книгами и пластинками у нас получилось, несмотря на многочисленные комиссии, мешающие работать любыми способами. Надо пытаться создать свой холдинг, хотя препон будет просто немерено. Поэтому в этот раз я напряг своих кураторов из ГРУ, Фурцеву и всех, кого мог. Есть мысль идти на приём к вождю и получить от «дорогого Ильича» свободу действий. Планы у меня наполеоновские, и надо пытаться претворить их в жизнь. Пора выходить из тени, так как определённый жирок давно накоплен. Придётся одариваться ответными услугами, но оно того стоит.

— Мы не потянем… — начал было Солодовников, но был сразу прерван мною.

— Кто придерживается этого мнения, то прямо сейчас поднимает жопу со стула и покидает кабинет. Далее вы пишите заявление по собственному желанию, — Илья аж покраснел после подобной эскапады, — Жизнь не стоит на месте, и успех приходит к тем, кто находится в постоянном поиске. Если вы не можете осознать, что одновременный запуск пяти или семи фильмов должен стать обыденностью, то нам лучше расстаться. Я устал подталкивать вас и ждать инициативу. Это касается не всех, но деградация ТО очевидна. Многие привыкли жить на всём готовеньком, но подобную тенденцию пора прекращать.

— Алексей, а не много ли ты на себя берёшь? Я понимаю, что в Америке иные подходы к работе, но … — к разговору подключился Зельцер, который был мною грубо перебит.

— Илья Моисеевич, назовите мне хотя бы один проект, который был придуман без моего участия? Мы сейчас не рассматриваем работу Клушанцева, документальные фильмы Чигинского и команду Пузик. Именно они проявляют инициативу и не стоят на месте, ожидая команды. Но даже там есть элементы моего вмешательства, как бы людям ни было обидно это осознавать. Во всех базовых проектах используются мои идеи, пусть и грамотно переработанные. Многие коллеги уже неспособны проявлять инициативу. Хуже всего, что они не могут довести до ума готовый и разжеванный материал.

После этих слов Зельцер дёрнулся, как от пощёчины. И правильно сделал. Реплика адресована именно ему. К «Белоснежке» у меня целый вагон претензий. Будь я тогда на съёмочной площадке, то сразу отстранил бы Моисеича. Но товарищ Мещерский вечно занят и не смог вовремя разобраться в ситуации. А ещё он привык доверять людям, что не всегда правильно. Для нынешнего времени фильм получился неплохой. Только на него возлагались совершенно иные надежды, и подвела именно режиссура. Зельцер сильно перекроил сценарий по ходу съёмок и наделал массу других ошибок. Так бывает. Человек просто не может работать главным, при этом являясь отличным вторым номером. Хреново, что мой соратник и друг критику воспринял в штыки, заняв весьма нездоровую позицию. А может, оно и к лучшему? Давно пора встряхнуть коллег и дать им хорошего морального леща. Умные поймут, а неспособные на самоанализ знают, где находится дверь.

Хорошо это или плохо, но меня порядком достала вся эта советская самоуспокоенность. Речь идёт именно о системе, сложившейся внутри страны и испортившей людей. Поработав в США, начинаешь понимать, что конкуренция просто необходима. Это в «Прогрессе», путём значительных преференций коллективу, удалось выстроить более-менее работающую модель. Здесь люди зарабатывают деньги, а не получают. Кроме непосредственно зарплаты, у нас отличное товарное обеспечение и возможность достаточно быстро купить кооперативную квартиру. Народ хоть как-то начал держаться за рабочее место, понимая, что подобных бонусов в других местах просто нет. Очередь за жильём может продлиться не менее десяти лет, ведь не все желающие являются звёздами кинематографа. А шведский холодильник или немецкий телевизор придётся покупать за совершенно иные деньги. Вернее, их им никто не продаст, потому что подобного товара фактически нет даже в «Берёзке».

С частью руководства ТО возникло определённое недопонимание. Тот же Зельцер никак не мог понять, что из-за его ошибок «Прогресс» недополучил немалые суммы от проката. Особенно это касается заграницы, где «Белоснежка» пользовалась гораздо меньшим спросом, чем «Русь изначальная». Про «дракона» лучше не вспоминать, так как он произвёл форменный фурор. Я специально заказал анализ нескольких экспертов и выяснил, что фильм Моисеича получился банально слабым. Тяжело объяснить это непрофессионалам, так как там целый комплекс недоработок, но Зельцер точно всё понимает. Мне его раскаяние не нужно, но и обижаться на мою критику — весьма глупое занятие. Человеку полтинник, и давно пора понять свой уровень. Займись тем, что у тебя получается лучше всего. Только он хочет быть главным режиссёром, и требует новый проект.

Я не веду себя, будто самодур. Просто хочется наладить работу объединения, дабы оно перестало отнимать лишние моральные и физические силы. Ведь с творческой составляющей мы разобрались, а с организацией пока беда. Не хочу приглашать людей со стороны, и до сих пор надеюсь на прогресс собственных кадров. Только здесь не детский сад, где воспитатель должен возиться с малышнёй. Тем более, что штат управленцев, которым руководит Солодовников, достаточно разросся. Но пока не видно отдачи от работы этих товарищей. Или я слишком много требую от людей? Знаю одно — пора создавать мощный холдинг и выходить на совершенно иной уровень. А то у нас типография работает сама по себе, редакция радиопрограмм стала чуть ли не независимой и неуправляемой. Понятно, что здесь есть моя вина — нельзя отсутствовать так долго. Поэтому будем искать какой-то компромисс. Пока запущу все проекты, которые запланировал, и по итогам окончания работы буду делать выводы.

Судя по тому, что никто не ушёл, народ понимает мою правоту. Или реакция последует позже? Не хочу терять отличных, в принципе, людей, но хватит церемониться. Демократический вариант руководства потерпел полный крах, поэтому переходим к диктатуре.

— В данный момент мы начали съёмки второй части «дракона», не считая утверждённых документальных фильмов. Предлагаю в ближайшее время запускать все наши детские проекты, так как предварительная работа проделана и всё согласовано, — смотрю на Каплана, который быстро кивнул, — Значит, «Кот в сапогах», «Царевна лягушка» и «Русалочка» должны стартовать по составленному мною графику. Постарайтесь не нарушить планы. Тем более, что в нашем земноводном проекте участвуют сразу две итальянские актрисы — Клаудиа Кардинале и Эдвиж Фенек. Дело не в моём особом отношении к иностранкам, а утверждённом графике съёмок. Они прибудут к указанной дате, отработают указанный в контракте срок, и уедут. Надо постараться отснять роли колдуньи и сестры Ариэль без всяких накладок. Боюсь, что я не смогу присутствовать на съёмках. Илья, вся надежда на тебя. Организуй своих ребят и постарайся выдержать сроки. В первую очередь решите вопрос с переводчиком, дабы избежать проблем, возникших на съёмках «дракона». Эти дамы получают гонорар в валюте, и мне не нужны лишние издержки. Ещё учтите, что Клушанцев через четыре месяца поедет в Америку, и согласуйте запланированные работы с его графиком.

Солодовников кивнул и сделал какие-то пометки в блокноте.

— Надеюсь, все понимают, что иностранцы нужны нам для успешного продвижения фильмов за границей? А то до меня уже дошли слухи, что народ недоволен капризными европейцами? — коллеги дружно промолчали, оно и к лучшему, — Теперь к взрослым проектам. Когда начнутся съёмки «Барышни-крестьянки»?

Тут такое дело… Есть у меня планы по запуску целого цикла историко-приключенческих фильмов и сериалов. Временной разброс наших проектов — от шестнадцатого до девятнадцатого века. Но обжёгшись на утверждении «Руси изначальной», я решил подложить соломки. Дабы товарищи идеологи и чиновники «Минкульта» не возмущались уклоном в сторону царской России, мы начнём с классики. Пушкина коммунисты воспринимают нормально, поэтому вслед за ним паровозом последуют «Бедная Настя» и «Петербургские тайны». В немного изменённом виде, конечно. Далее уже пойдут фильмы про периоды правления разных монархов, в первую очередь цариц. Тема эта неисчерпаемая, и времена строго героические. Берёшь любого исторического персонажа, как вариант — Румянцева или Суворова, а далее шпарь как по бездорожью. Не обязательно снимать про самих прославленных полководцев, можно придумать какую-то романтическую историю молодого человека, отправившегося на войну.

Что касается «крестьянки», то мы решили не изобретать велосипед и доверить съёмки Дине Луковой, которая год назад сняла одноимённый телефильм. Актёры будут другие, сценарий тоже, но сама суть не изменится. Хорошо, что режиссёра спокойно отпустили из Ленинграда, и нам не пришлось искать другого кандидата.

— Всё по плану, — ответил Солодовников, пробежавшись по записям, — Стартуем через три недели, подготовка к натурным съёмкам уже проведена. Остальное будет доснято в павильоне. Но предлагаю на этом ограничиться. Надо учитывать ещё весьма сложные комбинированные съёмки для сказок. Павел Владимирович у нас один, а ты его ещё забираешь на неопределённый срок.

— Илья, мы же только что обсуждали данный вопрос. Не должен Клушанцев делать всё один. Найди людей, больше доверяй его ученикам, которых у него целых четыре штуки, — чувствую, что опять начинаю заводиться.

Выдыхаю и стараюсь успокоиться. Ведь всё есть для масштабной работы, главное — нет проблем с деньгами. Но тот же Илья старательно уходит от ответственности, боясь не потянуть. Так для этого и нужен целый штат помощников! Ладно, перед отъездом ещё отдельно соберу команду администраторов и выдам каждому персональный фронт работ.

— Что с «Ларисой Дубровиной»? — спрашиваю Величкину, — Первые главы, напечатанные в «Культуре», вызвали огромный ажиотаж. В печать книга тоже сдана и скоро выйдет. Как обстоят дела со сценарием?

Людмила посмотрела на Пузик и ответила только после её кивка. Субординация у нашей творческой группы такого уровня, что аж завидно. При этом рыжая никогда не тянет одеяло на себя, готова костьми лечь за своих подчинённых и всячески помогает им развиваться.

— Сценарий практически готов. Но вы сами говорили, что запуск «Лоры» — только после «крестьянки», — немного смущаясь, ответила будущая суперзвезда советской литературы, — Поэтому мы форсировали работу над «Деревенским детективом». Сценарий уже можно развернуть в полноценный сериал на двадцать эпизодов.

Насчёт перспектив Величкиной, я не шучу. Она уже сейчас набирает популярность, после выхода цикла рассказов про деревенского участкового. Там фигурирует не Анискин, а типаж более близкий к сериалу с Безруковым. Именно этот материал мы и планируем запускать в ближайшее время. Заодно решили не ограничиваться полнометражной картиной, и параллельно начать снимать сериал. Тема ментов в кино и литературе очень популярна, поэтому глупо не расширить проект.

А вот что касается «Ларисы Дубровиной», то всё получилось немного забавно. Когда мы выбирали темы для будущего советского любовного романа, мне вспомнился фильм «Лорна Дун». Немного покопавшись в источниках, я обнаружил, что это была экранизация романа XIX века. Посоветовавшись с Пузик, мы быстро придумали, как адаптировать историю под русские реалии. Теперь героиня у нас — русская мелкопоместная дворянка, которая оказалась в водовороте событий Смутного времени. Величкина же сразу выдала десяток глав и заверила нас, что может растянуть любовно-приключенческий сюжет на четыре или пять частей. Мы разве против? Поэтому сейчас первый полноценный роман ждёт печати. Отечественный читатель уже разогрет и с нетерпением ждёт выхода каждой главы в приложении к «Культуре».

— Могут же люди работать, и даже с опережением плана! — показываю большой палец мило улыбнувшейся Любе, и перевожу взгляд на Илью, — Назначаешь куратора фильма про участкового, и срочно ищешь группу для «Лоры». Здесь работать параллельно не получится, так как утверждение героини-дворянки может занять неопределённое время. Завтра у меня встреча с Фурцевой, где я постараюсь протолкнуть все проекты. Составьте краткую выжимку сценариев, чтобы Екатерине Васильевне сразу стало понятно, о чём речь.

Это я уже обращаюсь к Пузик. Та кивнула и задала вопрос.

— Как быть со «Скорой помощью» и «Студентами»? И что за проекты с министерствами? Может, Ваше Величество ознакомит своих подданных с новыми грандиозными планами? — краса и гордость Бобруйска не удержалась от шпильки.

В кабинете раздались смешки, и даже Зельцер улыбнулся. Это правильно, так как корону иногда надо поправлять. Я ни грамм не обиделся, а как раз наоборот благодарен Оксане.

— Идеи сериалов очень понравились министрам здравоохранения и образования. В некотором роде они были в восторге. Думаю, с утверждением данных проектов не возникнет никаких проблем, — после моих слов атмосфера в кабинете стала ещё благожелательнее, — Здесь я вас торопить не буду. К тому же хочу лично посмотреть пробы и оценить работу потенциальных кандидатов в режиссёры. Постарайтесь подобрать людей к моему следующему приезду. Насколько я знаю, у сценаристов есть предварительные договорённости с соискателями на ключевые роли, значит, осталось определиться с режиссёром. «Скорую» я хочу поручить Рауш, так как она в курсе всех дел и помогала работать над сценарием. Со «Студентами» сложнее, ведь надо попасть в целевую аудиторию и постараться обойтись без идеологических клише, что весьма сложно. Поэтому жду имена ваших кандидатов.

Думаю, оба сериала выстрелят, и советский зритель повалит в кинотеатры, где мы начнём показ обоих проектов. Тему про врачей я слямзил у американцев, а сагу о студентах решил копировать с «Универа». Понятно, что пришлось всё адаптировать под советские реалии и серьёзно менять сюжет, но факт воровства имеет место.

— Алексей, отснять нормальные пробы с таким количеством героев за три дня нереально. Это надо согласовать графики соискателей, и много чего. К тому же ты постоянно мотаешься по Москве, и мы будем ещё сильнее ограничены во времени, — Солодовников опять начал искать причину отложить проекты на будущее.

— Значит, я перееду жить на киностудию, и семью привезу. Жена и так всю плешь проела, что меня не видит, хотя муж, вроде как, вернулся. Так хоть с сыном пообщаюсь во время съёмочного марафона. Разделим работу на блоки, и будем работать непрерывно, хоть круглосуточно, — отвечаю посмурневшему заму, — Давайте действовать, а не искать причины и оправдание своей пассивности. Что касается договорённостей с министерствами, то мы запускаем новый проект.

Объяснение новых с последующим их обсуждением заняло более двух часов. Народ перестал кукситься и активно вступил в дискуссию. Ведь проекты были актуальные и интересные. Тему алкоголя и курения мы уже поднимали в своих роликах, которые обычно идут перед показом фильма. Сейчас необходимо было написать сценарий с учётом того, что посыл о вреде этих пороков адресован подросткам. А ещё мы затронем тему полового воспитания и сексуальной безграмотности. В министерстве образования мою инициативу сначала не поняли, но затем призадумались. Ведь заниматься сексом молодёжи не запретишь, но проблема с образованием в этой сфере и отсутствием нормальных противозачаточных средств стоит весьма остро. Ответственным за здравоохранение товарищам прекрасно известна статистика по абортам и родам среди несовершеннолетних. Ситуацию надо обсуждать, и желательно начать делать это как можно раньше. На удивление, со мной согласились и пообещали согласовать всё с Демичевым. В отличие от Суслова, новый идеолог ханжой не был и на подобные вещи реагировал адекватно. Не знаю, что в итоге выйдет, но фильм мы снимем. Хотя даже по полемике среди нашего коллектива стало понятно, что это будет нелегко.

На дворе уже ночь, а мой рабочий день ещё не закончился. Позвонил Ане и сказал, что опять задерживаюсь, но натолкнулся на полное непонимание. Меня ждали сегодня пораньше, чтобы вместе погулять с сыном и поужинать. Естественно, далее у супруги были вполне понятные планы на ночь. Я же опять торчу в ТО, совершенно забыв про семью. Вроде и есть какое-то удовлетворение, что удалось переломить ситуацию с начавшейся деградацией объединения. Более того, коллектив осознал необходимость развития. Только почему это нужно именно мне? Неужели никто не видит, что надо расширяться и захватывать рынок?

А ещё, с какого перепуга должна страдать моя личная жизнь? Коллеги быстренько разбежались по домам, а товарищ Мещерский корпит над бумагами. К чёрту подобное погружение! Завтра перед встречей с Фурцевой заеду и заберу выкладку по проектам. Но сейчас строго домой. Может, ужин ещё не выброшен в мусорку, а я могу рассчитывать на небольшой десерт.

Глава 18

— Боюсь, что я не потяну такой нагрузки. Все эти статьи из научных журналов, которые ещё надо переводить и книги из далёких от меня сфер. А кто будет заниматься сыном? Плюс ты по приезде большую часть времени пропадаешь в ТО, а вместо того, чтобы сходить со мной погулять или заняться чем-нибудь иным, донимаешь лекциями. А чуть позже наверняка начнёшь устраивать ещё и экзамены. Я вообще-то, не рабыня и у меня должна быть хоть, какая разрядка со сменой обстановки.

Лежим с женой после неплохой такого секса, и тут она вдруг начала высказывать претензии. Наверное, я малость переборщил с давлением на молодую и неокрепшую психику. Привык, понимаешь, к окружающей реальности, когда советские женщины едва родив, сдают детей в ясли и бегут на работу. Но Аня воспитывалась совершенно в иной семье. И даже её подработка официанткой была некоей формой вызова, ещё свою маман она дразнила. Она никогда особо не нуждалась, и папа всегда мог подкинуть дочке любую сумму денег.

Поэтому я без всякой задней мысли загрузил супругу изучением материала, который позволит ей спокойно ориентироваться в создаваемой мужем структуре. Процесс будет долгим, но начальная подготовка может стать хорошей опорой для понимания ситуации. Вот и приходится ей читать иностранные аналитические статьи и штудировать учебник по организации производства. При этом в быту Ане помогает тётя и приходящая служанка, оставляя жене значительное свободное время. Но видать, чего-то я не понимаю, да и собственные отлучки влияют на ситуацию отрицательно.

— Мы сейчас как раз занимаемся «чем-нибудь иным», — притягиваю фыркнувшую как кошка супругу, которая и не думала вырываться, — А экзамены можно организовать прямо сейчас. Я, знаешь ли, могу сыграть весьма строго и молодого профессора, а ты будешь исполнять роль студентки, плавающей на сдаче зачёта. Ещё лучший вариант — это врач и пациентка, можно придумать, что-то с медсестрой. У меня где-то был белый халат.

— А зачем тебе халат? Я ничего не понимаю, — голубые глаза были полны самого искреннего удивления.

Наклоняюсь и шепчу в розовое ушко свои планы. По мере моей речи чувствую, что лицо супруги начало пылать. Думал, что меня сейчас будут бить. Но вместо этого слышу следующее.

— У меня тоже есть белый халат. А туфли на высоком каблуке, то самое бельё и чулки, которые ты недавно привёз. Так будет гораздо эффектнее.

Смотрю на уже совершенно иной взгляд, какой-то излишне серьёзный. Затем Аня не выдержала и начала хохотать. Полностью её поддерживаю её веселье, пусть издевается, лишь бы не впадала в тоску. В доктора и медсестру мы так и не поиграли, но замечательно провели время.

* * *

С улыбкой вспоминаю этот момент, стоя у зеркала в холле отеля, поправляя галстук. Машина должна приехать через несколько минут, поэтому рассмотреть себя в полный рост. А ничего так, красавчик! Неплохо выгляжу, хотя дорога немного вымотала. Костюм и рубашку белого цвета с туфлями кофейного оттенка, дополняют ярко-красный галстук и платочек, выглядывающий из кармана пиджака. Настроение глумливо-игривое с некоторыми вкраплениями мрачности и пессимизма. Чувствую, что сегодня я устрою переполох в этом курятнике. Ну, взбесили меня разного рода неадекваты, особенно устроители фестиваля. Ещё стандартно разозлили чинуши из Госкино.

Помяни чёрта и он тут как тут. В холл стремительно ворвался невысокий толстяк в отвратном костюме, за ним следовал стандартный хмурый товарищ из конторы, вызывающей у меня особое отвращение, и высокий молодой человек ботанистого вида. Данная троица являлась советской делегацией и состояла из главы, надсмотрщика и представителя Минкульта, скорее всего, сыночка правильных родителей. Толстячок заголосил издалека, перепугав дёрнувшуюся представительную даму в годах, но даже на мой привередливый вкус ещё годную для некоторых развлечений. Он совсем идиот?

— Товарищ, Мещерский, — чиновник вытащил из кармана клетчатый платок и протёр обильно потеющую лысину, предварительно сняв шляпу, — Мы должны обсудить с вами предстоящие мероприятия. Почему вы игнорируете делегацию и наши планы?

Эх, как они меня достали ещё в полёте! В общем, ситуация забавная до невозможности. Я совершенно случайно оказался в Каннах. Пока товарищ Мещерский мотался через океан и обратно, в европейском кинематографе разразился неслабый такой скандал. Директор и фактический основатель фестиваля запретил в 1970 году участвовать во всех программах советским и японским фильмам. По словам Фурцевой, которая вызвала меня пред отъездом, Робер Ле Бре, тот самый отец-основатель, обвинил наш кинематограф в продвижении «славянских зрелищ». В ответ наши обиделись и отозвали картины-участницы, а заодно Образцова, который должен был заседать в жюри. На японцев мне плевать, поэтому их проблемами не интересовался.

Всё бы ничего, но в дело влез ди Лаурентис, которому надо продвигать в Европе «Русь изначальную». Сначала он уговорил меня съездить в Канны на пару дней. Мол, он здесь всё организует по высшему разряду и меня ждёт ненавязчивая и продуманная программа, несмотря на то, что картина пойдёт вне конкурса. Перед этим хитромудрый итальянец воспользовался моим влиянием на Луи Виттонов, буквально вынудив, попросить их надавить на заартачившегося Ле Бре. В итоге СССР будет представлять, самый настоящий славянский фильм, я лечу в штаты через Францию, а советские чиновники не понимают, что происходит. Дино же продюсер «Руси» и имеет право по контракту заявлять её на фестивали. Минкульт и Госкино подняли шум, но сразу обломались. Надо хорошо изучать договора, прежде чем вы их подписываете. Я так и сказал Романову, который тоже решил внести свою лепту и вызвал меня на ковёр.

Думаю, что предыстория конфликта была иная. В прошлом году от Союза была «Анна Каренина». А вот в позапрошлом главный камень преткновения, который поссорил чиновников двух стран. Ле Бре буквально продавил участие в фестивале 1968 года «Андрея Рублёва», который подвергался жесточайшей обструкции на Родине. Были нарушены все мыслимые правила, установленные самими же организаторами, так фильм был выкуплен для проката в Европе. В общем, дело тёмное и непонятное. Я считаю, что директор просто щёлкнул по носу излишне идеологизированных советских чинуш, защищая своего любимчика Тарковского, которого изрядно третировали на Родине. А надоели ему картины не о славянах, а о коммунистах, которые СССР усиленно проталкивал на Запад. Ну, не могут убогие идеологи от культуры понять, что перипетии красноармейца киргиза, Ленина в Польше или советских физиков, никому не интересны. Подобные фильмы даже в самом Советском Союзе не особо популярны. Ладно, это просто мои догадки.

Но вот что не отнимешь у чиновников, так это воспользоваться любой возможностью получить дивиденды за чужой счёт. По идее, я лечу как частное лицо, картина вне конкурса, а СССР формально игнорирует фестиваль. Но делегация наших доблестных деятелей от культуры, в состав которой вошли по чиновнику от Госкино и Минкульта, а также товарищ майор, просто обязана посетить Францию. Я от этого балагана демонстративно абстрагировался и старался не поддерживать с товарищами никаких отношений. В Канны я прилетел на частном самолёте и поселился в вип-отеле. Товарищи ехали на поезде и автобусе, а живут в дешёвом пансионе, так как нормальное жильё давно занято. Но это не мешает Михаилу Канарейкину проявлять нездоровую активность. Я вчера валялся на пляже, пил шампанское в кафе и наслаждался полным покоем. Чиновник же бегал по организаторам и пробивал какие-то мероприятия. Не знаю о чём речь, но у меня по плану флэш-интервью перед демонстрацией фильма, далее фуршет с коллегами и поход в кабак, только пока не определился с кем. Завтра официальная пресс-конференция и отъезд. Примерно это я объяснил навязчивому чиновнику.

— Да что вы себе позволяете? Мы … — Канарейкина набрал побольше воздуха, дабы выдать какой-то монументальный бред, но был жёстко обломан.

— Никто. По крайней мере, для меня. Если для ваших ушей это звучит излишне грубо, то пусть будет отдельно. Только суть ведь не изменится. Я здесь по приглашению итальянского продюсера и фактически частное лицо. Именно компания ди Лаурентис организовала поездку, она её оплачивает и составляет для меня программу, — от моего недоброго взгляда пухляш сделал шаг назад, — Вас направило Госкино, вот и занимайтесь своими делами. Они меня совершенно не интересуют. И просьба, более даже не приближайтесь ко мне.

— Вы слишком много себе позволяете, — не выдержал товарищ майор, — Или совсем не боитесь санкций по возвращении?

А улыбка у товарища такая гнусная, впрочем, он быстро её спрятал. Вот выпустили тебя на халяву в капстрану — радуйся. Береги валюту, жри привезённые печеньки с супчиками, а на сэкономленные командировочные купи домой магнитолу и нормальные трусы супруге. Ведь эта сука не может не знать про существующий расклад. Или его бесит, что он не имеет надо мной никакой власти?

— Это вам надо бояться моей жалобы, — смотрю, глава совсем приуныл, а кгбэшник ещё хорохорится, — У меня специальное разрешение на работу за рубежом, выданное Кабмином, утверждённое ЦК и завизированное МИДом с кучей инстанций, в том числе вашей конторой. Даже мой паспорт ближе к дипломатическому и визы мне ставят без всякого промедления. Поэтому предлагаю вам далее молчать, может, за умного сойдёте.

Майор заиграл желваками, но оскорбление проглотил. Он со мной подраться хотел? Идиот! А вообще, зря я ставлю на место этих паразитов. Чего-то Лёшу сегодня несёт не в ту степь. Какой смысл метать бисер перед свиньями? Ну, ткнул я их мордой в дерьмо и что? А вот подгадить они могут, и уверен, что уже написали жалобу от имени всей делегации. Как же меня задолбала эта идиотская система!

Ситуацию разрядил подбежавший швейцар, который объявил, что машина прибыла. Сунул ему пару франков и, не обращая внимания на соотечественников, двинул к машине.

Нет, это был не «мерс» последней модели, а обычный «ситроен». Ведь мне не нужно эпатировать почтенную публику, я уже вылез из детских штанишек. Скандальчик охамевшим устроителям фестиваля я устрою, как без этого, но постараюсь сделать это более элегантно.

* * *

— Это Мещерский! — раздался чей-то вопль, и ко мне устремилась толпа журналистов, дежуривших у концертного холла.

Едва я вылез из машины и сделал пару шагов, как был окружён возбуждённой толпой, предвкушающей шоу. Узнаю среди акул пера множество знакомых лиц. Всё-таки я персона известная и периодически даю интервью на Западе. Порадовала улыбающаяся Жаклин из «Elle». Знаю, что она ещё работает в журнале и вроде как растёт по карьерной лестнице. Хмурый представитель «New York Times», наверняка накопил достаточно желчи, дабы выплеснуть её на старого противника. Но всех опередила дамочка, не имеющая отношения к журналистской братии, прорвавшаяся через охрану и подбежавшая к нашей компании.

Обычная мадам лет сорока, полноватая и ничем не выделяющаяся. Вот только глаза у неё блестят истинным фанатизмом, но улыбка явно добрая и не предвещает каких-то эксцессов.

— Месье, Мещерский, — затараторила француженка, — Меня зовут Мадлен и я просто в восторге от «Принца и дракона»! Прошу вас, дайте автограф? Скажите, а почему этот поистине великий фильм не представлен на фестивале? А где я могу увидеть Stepan Gerasimoff? Наверное, придётся ехать в далёкую Москву, дабы увидеть нашего принца?

Журналисты радостно скалились неожиданному зрелищу, не забывая щёлкать камерами. Я же медленно офигеваю и пытаюсь вести себя хладнокровно. Беру у чуть ли не подпрыгивающей Мадлен какой-то итальянский журнал с фото звезды нашего блокбастера и приготовленную ручку. Надо заметить, что героя для «Принца и дракона» мы нашли случайно, буквально оторвав от станка. Это один из ассистентов услышал про интересный вариант и привёз его к Магитону. Степан Герасимов — парень восемнадцати лет очень похож на Василия Степанов, который играл в «Обитаемом Острове». Только наш принц немного пониже и светло-русый от природы. Молодой человек играл в заводском театральном кружке и вскоре готовился идти отдавать долг Отечеству. После первых же проб всем стало понятно, что главная роль теперь его. А вот после премьеры началось форменное безумие.

От Стёпы сошли с ума все девицы посмотревшие кино. В СССР недавно началась самая настоящая «принцомания». Были даже идиотские попытки властей остановить процесс и критиковать нашего героя в прессе. Идиоты от пропаганды сделали только хуже. После этого поколение стало модным и ряды фанаток росли как на дрожжах.

Оказалось, что в Европе дела похожие. Вон и более зрелую женщину наш красавчик сразил наповал. Я от этих вещей немного далёк, так как погрузился в многочисленные дела, но, наверное, зря. Ведь эту тему можно неплохо раскрутить. Главное, чтобы парень не съехал с катушек от свалившейся народной любви и популярности.

Кое-какие предчувствия у меня были, поэтому я изначально попросил ответственных людей не дурить парню голову. Если есть актёрский талант, то глупо не использовать его образ. Тем более что эдакий смазливый мачо всегда востребован у женской части аудитории. А если нет, то я точно не хочу, чтобы парня ждала судьба тех же близняшек, исполнивших роль Оли и Яло. Кинематограф — вещь безжалостная и жестокая. Не одна судьба, в том числе молодых актёров была исковеркана и растоптана. Особенно жалко детей, которых находили на улице, превозносили до небес, а потом бросали как использованные игрушки. Потому Стёпа после съёмок сразу пошёл в военкомат. Если нужно, то мы его вытащим в любой момент. Он сейчас проходит службу в одном из ведомственных театров Министерства обороны, где выполняет роль работника сцены. Пусть парень переждёт самые тяжёлые времена, а то ведь пустится во все тяжкие.

— Я рад, что вам понравился фильм. Съёмочная группа действительно отлично поработала! — отвечаю фанатке и одновременно подписываю журнал, — Фильма здесь нет, потому что это нарушит условия фестиваля. Что касается товарища Степана Герасимова, то можно попробовать организовать его приезд на следующий фестиваль.

А ещё я упустил один момент, излишне увлёкшись глобальными проектами под названием мерч. Значки, брелоки, футболки или сумки с принтами любимых героев и многое другое — это же золотое дно! В СССР так вообще можно создавать свой цех и клепать, что душе угодно. Народ будет сметать подобную продукцию, и требовать ещё. На Западе так не пойдёт, но ведь реально продать образцы наших героев и получать с этого неплохой доход. Принц, принцесса, дракон и злая колдунья, с учётом старта съёмок второй части, могут стать и визитной карточкой советского кинематографа. Ну, так я это преподнесу жадным до валюты чиновникам. Думаю, они быстро сориентируются, что лучше продавать буржуям сказку, чем перманентную революцию.

Под это дело надо организовать целый тур с творческими вечерами главных действующих лиц. У нас же, кроме, Стёпы есть колдунья в лице Клавы Кардинале, и пока малоизвестная студентка ГИТИСа Ирина Алфёрова. Клянусь, я даже не знал, что она принимала участие в дополнительных пробах, так как изначально была утверждена другая актриса. Но Магитону, что-то не понравилось, и он решил поменять исполнительницу главной роли. И ведь угадал! Ирина создала мощнейший образ, который, в свою очередь, поразил юношескую аудиторию. А я все эти моменты прозевал!

Всё это быстро промелькнуло в моей голове, пока бдительные охранники аккуратно уводили восторженную дамочку, прижимающую к груди драгоценный постер. Журналисты явно были довольны сценкой, но быстро переключились на меня любимого.

— Мистер Мещерский, а какой смысл привозить на фестиваль пеплум? Да ещё про древних русских разбойников, грабивших Византию, — один из моих английских «друзей» решил накинуть кала на вентилятор и заодно опошлить трогательный момент с поклонницей, — Или вы надеетесь на благосклонность Кирка Дугласа, который является вторым лицом в жюри? Наверняка в советском фильме многое заимствовано из «Спартака» и других великих американских работ.

Судя по возмущённым возгласам коллег, подобный хамский заход их изрядно разозлил. Но ничего. Никто не обещал, что будет легко. А Лёша вам не груша для битья и товарищ это сейчас поймёт.

— Хорошо, что вы не сказали про английские фильмы. Мне бы действительно стало обидно, что кто-то сравнивает наши проекты с вашим отсталым и никому не интересным кинематографом, — на фоне хохота обступивших меня акул пера, лицо британца диссонировало выражением лютой злобы, — «Битва над Кубанью» собрала в Европе кассу в несколько раз больше чем «Битва за Британию». А ещё картина английских коллег абсолютно убыточна и не вернула создателям даже трети затраченных средств. Что касается «русских разбойников», то мы снова применили множество инноваций начиная с операторских, заканчивая музыкальными. Надеюсь, что мистер Дуглас их заметит и оценит. А наши инновации вскоре начнут заимствовать другие режиссёры. Коллеги с одного туманного острова также этим займутся, но усиленно будут делать вид, что так и нужно. Но для вашей страны это нормально и никого не удивит.

Народ дружно заржал, а английский наглец быстро ретировался. Я всегда нормально относился к критике, но не терпел хамства. Здесь же ещё оскорбили историю моего народа, что непозволительно. Дать бы этой гниде в его красную морду, но нельзя.

— Алекс, правда, что в картине много эротических сцен? И вы долго воевали с советскими чиновниками, чтобы они не вырезали их из фильма? Ведь СССР пуританская страна и его граждане такие застенчивые, — вижу, что задавшая вопрос Жаклин с трудом сдерживает смех.

— В моём фильме просто не предполагалось откровенных сцен. Те, что есть, были спокойно пропущены приёмной комиссией. Насчёт скромности советских граждан вы абсолютно правы. Я тому самый яркий пример.

Возвращаю улыбку журналистке, которая не удержалась и прыснула, наверное, вспомнив ту самую нашу «скромную» ночь. Народ сначала заржал, а затем загалдел, атаковав меня новыми вопросами. Но это может длиться бесконечно, поэтому пора заканчивать шоу.

— Господа, завтра будет официальная пресс-конференция. Как раз вы посмотрите фильм, обменяетесь впечатлениями, выслушаете мнения критиков и можете дружно меня атаковать, — поднимаю руки вверх и дожидаюсь тишины, — Скоро начнётся официальная часть, предшествующая показу, и будет странно начинать её без главного действующего лица. Кстати, вечером я иду в клуб, там вроде выступает интересная группа. Кто хочет, может присоединиться.

Это я так намекнул мамзель Савар, что Лёша вечером гуляет. Думаю, заодно с ней подкатит ещё человек пять, но это терпимо, так как я заказал три столика.

Около входа в зал стоит Франческо и чуть ли не заламывает руки. Обязанности моего представителя с него никто не снимал и наверняка его уже затерзали распорядители.

* * *

— Не хочу сказать, что Феллини откровенное дерьмо, но какой смысл в его фильмах? Кроме «Сладкой жизни» и, возможно, «Дороги», остальное невозможно смотреть. Да есть Висконти и Антониони, но они давно загнали себя в тупик. Благодаря их фильмам, неореализм практически потерял свою изначальную суть — изображение жизни максимально близкой к действительности. А сейчас весь этот стиль, включая нуар и прочее авторское кино, превратился в искусство для избранных. То есть была извращена первоначальная суть этого направления, — чего-то меня пробило сегодня на откровенность, — Так какой в этом смысл? Кинематограф должен в первую очередь удовлетворять потребности обычных людей. Не возбуждать у них какие-то низменные порывы, а нести заряд позитива, даже если это мелодрама с трагическим концом.

Оба моих собеседника были малость в шоке. Среди киношной тусовки не принято покушаться на подобные вещи. Наоборот, чтобы не прослыть деревенщиной, надо делать умный вид и восторгаться всякого рода нестандартными фильмами. То, что часто подобные картины жуткий мусор или пропаганда нездоровых явлений, мало кого волнует.

— То есть вы хотите сказать, что неореализм выродился? А его главные иконы снимают кино для богемы? — спросил Шлёндорф, — Но ведь это неправда!

— Фолькер, как ты думаешь, тот же Феллини сможет снять нормальное понятное кино, например, детектив? Без всех этих зубодробительных мозголомок, надуманных душевных переживаний и прочих искусственных поисков смысла жизни? — повышаю голос, так как музыканты заиграли медленную композицию, — Зачем мне смотреть как зажравшийся и успешный человек ищет смысл жизни? Я утрирую, но все эти страдания отдают жутким лицемерием. У нормального человека достаточно радостей в жизни — семья, хобби, спорт, алкоголь, наконец. А если хочешь покопаться в себе, то почитай Достоевского, он давно всё объяснил.

Здесь оба собеседника захохотали и подняли стопки с водкой. Я сам её особо не жалую, но учу сегодня Кирка Дугласа и Фолькера Шлёндорфа правильно употреблять этот напиток. За соседним столиком сидит другая часть нашей компании, в основном журналисты, разрываясь между желанием начать гулять или подслушивать наш разговор.

Za zdorovie! — воскликнул американец, выдохнул, как я ему объяснил и опрокинул стопарь.

Остальной народ дружно его поддержал. Чувствую, что сегодня будет весело.

— Я во многом с тобой согласен, Алекс, — произнёс Дуглас, отдышавшись и закусив долькой ананаса, — Кинематограф должен быть понятен. Хотя, именно фестивали и нужны, для того чтобы люди видели необычные проекты. Но вся эта итальянская и французская тягомотина с претензией на истинное искусство порядком раздражает.

А он мне нравится! Кстати, Кирк признал, что «Русь изначальная» поразила его во многих моментах. Говорит, что ему даже немного обидно за сам жанр пеплума, который в США практически загнулся. И тут вдруг коммунисты показали, что подобное кино можно снимать немного в иных вариантах.

— Мальчики, вы не скучали? — проворковала Жаклин, сев рядом со мной, заодно вместе с ней подошли ещё две дамочки, — Это Джейн и Жеральдин, обе журналистки. Думаю, они сами расскажут о себе. А что вы пьёте?

Блондинку Джейн я помню, она из какого-то американского издания. Вторая вроде француженка и чуть ли не с местного телевидения. Да и пофиг до них. Но мистер Дуглас был иного мнения, сразу взбодрившись и начав обихаживать фигуристую соотечественницу. Старый развратник — ведь он женат! Я вообще-то, тоже, но мы аккуратно опустим этот момент. Ладно, сегодня у меня отрыв и плевать на всё остальное! Реально задолбала рутина и все эти переезды. Сердце требует праздника. Вперёд!

Через час я взобрался на сцену и уговорил весьма неплохую группу сбацать Джеймса нашего Брауна. Я ещё и петь пытался.

I feel good

I knew that I would, now

So good, so good, I got you

Ору как сумасшедший, просто прыгая по сцене к вящему удовольствию разгорячённой публики. Далее я попытался исполнить танец египтян из «Астерикса и Обеликса». Народ был в экстазе, даже Дуглас скакал за столом и пытался изобразить фламинго или какая там была птица[6].

Далее группа выдала ещё несколько хитов разных лет, публика чуть не разнесла клуб, я почему-то пил водку на брудершафт с Жеральдин. Потом всё слилось в какую-то череду картинок — я пью, танцую, что-то долго и громко объясняю пьяному Дугласу, Франческо пытается увести меня из клуба, обнимаю какую-то левую девицу…

Более-менее прихожу в себя по дороге домой. На заднем сиденье такси ко мне прижимается Жаклин. Вроде она, надо рассмотреть деваху в отеле, а то вдруг зацепил какого-нибудь крокодила. Ха-ха.

Захожу в номер, включаю свет, бросаю пиджак на стул и оборачиваюсь к девице. Судя по насмешливому взгляду, она точно не пила. М-да, чего-то я сегодня погорячился. Плевать. Надо хоть иногда отдыхать, а то совсем с ума сойдёшь.

— Я в ванну, а то промок насквозь и пахну, как бомж, — говорю девушке, — А ты пока располагайся.

С наслаждением смываю с себя пот и понимаю, что хоть немного отрезвел. Вдруг слышу, что открывается дверь и через несколько секунд к моей спине приникло горячее тело. Вечер только начинается!

* * *

— Да что же такое? — открываю глаза и пытаюсь понять происходящее.

Взгляд натыкается на бутылку минералки, которую я осушаю в несколько глотков. Сразу стало легче, и в голове немного прояснилась. Хорошо, что она особо не болит, но чувствую себя отвратительно. Судя по всему, Жаклин ушла, так как в кровати я один, а одежды девушки не вижу. Опять раздаётся стук в дверь, который меня и разбудил. Оборачиваюсь в простыню, будто римский патриций, и иду к двери. Самочувствие вроде нормальное. Я вчера больше отрывался, скидывая эмоциональное напряжение, чем бухал. На меня подобные загулы вообще непохожи. Даже администратор отеля в Лос-Анджелесе был удивлён, когда я вместо девочки или шампанского по вечерам, попросил найти мне две гири. Этот спорт я не бросаю и регулярно тягаю железо. Да и водка не мой напиток, но вчера чего-то нашло.

— Месье, Мещерский, — извиняющимся тоном произносит метрдотель, — Прошу простить за вторжение, но в холле два господина требуют встречи с вами. Один жутко недоволен и скандалит. Он говорит, что глава какой-то русской делегации и ваш шеф. Но по правилам отеля мы не можем пропустить людей без разрешения постояльца. На телефонный звонок вы не ответили, поэтому я здесь.

Идиоты! Вот зачем устраивать подобное шоу? Он мой начальник? Это Канарейкин сделал зря.

— Вы понимаете, что натворили? Утром местное радио только и трезвонит о вчерашнем балагане, который устроил советский гражданин. А ещё там говорят, что вы оскорбляли известных режиссёров с мировым именем и вели себя просто безобразно! Кроме всего, дело пахнет международным скандалом! Как вы посмели назвать англичан нацией воров? Это, уже ни в какие рамки не лезет! Дело точно будет рассматриваться в МИДе или в ЦК. Со своей стороны мы уже написали докладную записку, где описали ваше безобразное поведение, порочащее честь и моральный облик гражданина нашей страны! Вам этого с рук не сойдёт!

Сижу в ресторане при отеле и пью кофе с минералкой. Глава и майор с мрачным видом сидят напротив. Оба себе ничего не заказали, наверное, опять берегут каждый франк. Канарейкин вошёл в раж и пытается мне чего-то выговаривать, будто отчитывает подчинённого. На нас уже начали обращать внимание редкие посетители. Но товарищи принесли в клювике интересную информацию. Интересно, кто это у нас такой оперативный и слил информацию о вчерашней гулянке? Сам факт кутежа не важен. А вот моя критика итальянцев может быть воспринята неоднозначно. Всё-таки у нас не принято критиковать коллег. Про британцев вообще странные новости, я вроде прошёлся только их кинематографу. Не хватало мне очередного разбирательства по приезде домой. Ладно, разберусь с этим чуть позже. Пока надо поставить на место зарвавшегося чинушу.

— Закрой рот и вали отсюда. Если скажешь ещё хоть слово, то выкину тебя за шкирку и пинка поддам. Ты что себе позволяешь, паразит хренов?

Толстяк аж поперхнулся, а вот в глазах майора промелькнула радость. Вот же гад — этот конторщик! Ещё и я дурень, подставился с бодуна. Этот крысёныш и натравил на меня Канарейкина, грамотно его раздраконив. Не уверен, что чинуша так хорошо владеет французским, а товарищ сопровождающий вполне себе.

Красный как рак глава делегации вскочил со стула и молча посеменил в сторону выхода. Довольный майор двинул следом. Да, этот раунд я проиграл, ещё и обделался на ровном месте.

Допиваю кофе и быстро прикидываю варианты. Прямо сейчас трогать меня никто не будет и мешать лететь в штаты тоже. А вот по возвращении могут начаться проблемы. Моральный облик советского гражданина за границей — это чуть ли навязчивая идея для партократов. Если ещё политику приплетут, заодно преподнесут, что это рецидив, то дело плохо. Ладно, буду решать проблемы по мере их появления. Сейчас надо готовиться к пресс-конференции.

* * *

Чую, что мои английские и американские недоброжелатели не скучали. Зал был забит до отказа, присутствовали даже телевизионщики. Хотя они по идее должны посетить столь знаковое мероприятие. Интервью я даю достаточно редко, а тут повод расспросить про три удачных проекта. Один из них сейчас вообще бьёт все рекорды посещаемости в Европе. Но чую, что сегодня меня будут спрашивать не только о «Принце и драконе».

Два часа! Именно столько я отбивался от акул пера. Даже когда вопросы пошли по второму кругу, пришедшие журналисты не думали успокаиваться. Нет, они спрашивали про «русь», «принца» и «белоснежку». Но основное внимание уделили моим вчерашним заявлениям и немного самой гулянке. Некоторые прошлись по отношениям с Анитой. Типа я похвалил единственный фильм Феллини, потому что там играла моя любовница. Особо усердствовали англичане — большие любители копаться в дерьме. Не отставали итальянцы, которые изначально были лояльно настроены к моему фильму. Пришли бы для галочки, отметились, задали дежурные вопросы, и всё. Всё-таки в картине снималась Лоллобриджида, а она знаковая для Италии актриса.

Тут ещё и я завёлся, выдав, если не все мысли, но изрядно покритиковал деградирующий неореализм. Наверное, зря. По ситуации с англичанами оправдываться не собираюсь. Только журналисты так не думали, забросав меня дополнительными вопросами. В итоге, еле отбился о назойливых товарищей. Они преследовали меня и на улице, выкрывая вопросы и постоянно щёлкая фотоаппаратами. Еле в машину сел.

Надо срочно улетать и погружаться в работу. Благо, что там по большому счёту, плевать на европейское кино. Хотя, они участвуют в фестивалях, в некотором роде ещё заискивают перед европейской аристократией, но если это не касается денег. Здесь американцы чётко блюдут свои интересы, ещё и занимаются медленной экспансией. Пока европейцы носятся с разного рода псевдоинтеллектуальным кино, их заокеанские коллеги сделали выбор в сторону массовой культуры. Нет, те же французы снимают достаточное количество приключенческих и детективных картин. Только силы не равны и лет через тридцать европейцев буквально сметут, заполонив кинотеатры и телевидение дешёвым ширпотребом. Что касается политики, то не знаю. Посмотрим, чего скажет Эванс. Но думаю, что если не будет команды из Вашингтона, то всем плевать на уязвлённые чувства англичан.

С такими невесёлыми мыслями я вернулся в отель. Заказал в номер сока и завалился в кровать. Сам не заметил, как задремал. Звонок заставил меня подскочить. Снимаю трубку и понимаю, что просто так скандал не закончится.

— Алекс, что ты делаешь? Зачем выносить подобные мысли на публику? Ты понимаешь, что это сильно ударит по мне и общему бизнесу в продвижении твоих картин? Я уж молчу, что могут начаться проблемы с прокатчиками. Называй лучших итальянских режиссёров дерьмом, сколько тебе нравится! Мне самому не нравятся эти спесивые индюки. Но это моя Родина, где очень остро реагируют на подобные вещи. А ещё у меня вложены миллионы в студию и могут возникнуть некоторые сложности. Придётся договариваться с нужными людьми и даже унижаться перед всякой дешёвкой! Как быть с англичанами, вообще непонятно. А ведь это очень перспективный рынок, где весьма популярны твои картины. Зачем, Алекс?

Дино говорил спокойно, но было понятно, что он с трудом сдерживает раздражение. Понятно, что ему прилетит в первую очередь. У него же в работе много итальянских проектов. Можно быть сколько угодно крутым и богатым, но ты не можешь жить в вакууме.

Чего-то меня реально занесло. Наверное, Лёша Мещерский проникся своим величием и совсем берега потерял. Я вообще-то, тоже живу в обществе. А если брать советскую действительность, то всё на тоненького. Что придёт в голову товарищам партократам, ещё неизвестно. Вдруг захотят наказать обнаглевшего хама? За работу в США я переживаю меньше всего. Материальная сторона здесь переборет любую идеологическую составляющую. Будут выжидать, пока в казну течёт постоянный зелёный ручеёк. А вот у «Прогресса» могут начаться проблемы. Закрывать не станут, уж слишком мы крупная рыба. А вот притормозить или запретить расширение вполне себе реальная перспектива. Телепроект у нас же отжали. Кто мешает покуситься на типографию и студию? Влиятельных товарищей, которые хотели бы видеть наше оборудование в своих ведомствах, хватает. Да и не в одной технике дело. Можно и на людей надавить по той же комсомольской или партийной линии. Вариантов на самом деле тьма.

Погулял, называется!

Эпилог

Картина маслом прямо из какого-нибудь фильма. Плотно прикрытые шторы не дают проникать в комнату солнечному свету и создают классическую интимную атмосферу. Обнажённые любовники, недавно закончившие очередной раунд, дополняют декорацию. Всё бы ничего, но на съёмочной площадке всё выглядит совершенно иначе, и софиты точно не дадут такого света. Придётся потом истратить уйму времени на монтаж. А у нас самый настоящий реализм во всей своей красе. Ещё и со мной в одной из главных ролей.

* * *

Телефонный звонок застал меня за составлением планов по завоеванию мира. Шучу, просто изучал новое штатное расписание с учётом глобальных изменений, ожидающих «Прогресс». Каплан с Солодовниковым упёрлись, что я должен всё это утвердить, дабы к ним не было претензий. Козлы! Мстят мне за разрушение привычной картины мира. Мол, мы теперь бегаем, будто ошпаренные, ты давай посиди за документами. Кроме расписания, других бумажек хватало и вникать в них надо, дабы однажды не оказалось, что объединение катится в тартарары. А ведь только вчера вернулся и жду реакции со стороны соответствующих органов. Поэтому весь на иголках и не могу сосредоточиться. И вдруг резкий звук пластикового монстра, нарушившего тишину.

— И долго ты будешь от меня бегать? — раздался голос в трубке, заставивший меня вздрогнуть ещё раз, — Детский сад прямо какой-то. Записывай адрес и дуй сюда, я уже здесь. Тридцати минут тебе точно хватит.

Не дав мне произнести и слова, собеседница повесила трубку. Размышлял я не более минуты и принял решение ехать на встречу. Всё равно проблему надо решать, и бегать от неё является глупой затеей. Хорошо, что мой водитель представляет определённое ведомство и обязан выполнять приказы. В противном случае пришлось бы выкручиваться, придумывать глупые отмазки и воспользоваться такси. Всё-таки сплетни мне сейчас совершенно не нужны.

До уютного дворика в Марьиной Роще мы доехали минут за двадцать. Мазнул взглядом по дому, определился с подъездом и вот я уже на втором этаже, давлю кнопку звонка. Дверь открылась сразу, и мне сделали приглашающий жест. Быстро оглядываю просторную прихожую, но взгляд то и дело останавливается на стоящей передо мной женщине.

За прошедшее время могло измениться многое, но только не этот ироничный прищур голубых глаз. Вот что делать? Я же прекрасно понимал, зачем сюда приехал и не в состоянии противостоять обаянию Светочки. Делаю шаг вперёд и обнимаю пытавшуюся отстраниться женщину.

— Мещерский, нам нужно о многом поговорить. Поэтому немедленно отпусти меня и идём в зал, — Капитонова пыталась быть строгой, но по учащённому дыханию понятно, что она сама сдерживается с трудом.

Нет уж. Хватаю её в охапку и тащу в совершенно иную комнату, там, где стоит заправленная двуспальная кровать. А далее очередное безумие, которого мне так не хватало. Форменное сумасшествие, с которым надо что-то решать. Оторвавшись от любовницы и немного отдышавшись, пытаюсь привести мысли в порядок. Но у Капитоновой на сегодня своя программа, от которой она не собирается отказываться.

— Скажи мне, Лёша. Ты действительно не знаешь, от кого я родила второго ребёнка? И каково это — идти по жизни будто ледоход, ломая или отбрасывая в сторону чужие судьбы как льдины? Использовал человека и можно о нём забыть, интересная позиция. Только уж больно подлая.

Блин, всё же так хорошо было! А если серьёзно, то непонятный упрёк. Я несколько раз предлагал Светочке прекратить отношения и рожать не заставлял. Догадаться от кого родившийся четыре месяца назад мальчик, тоже несложно, если вспомнить её намёки при нашей последней встрече. С мужем у Капитоновой давно всё грустно — у каждого своя жизнь, которая фактически не пересекается. Может, именно я стал причиной подобного разлада. И ситуация не доставляет мне никакого удовольствия.

— Что ты предлагаешь? — перевожу разговор к конкретике.

Оправдываться или клясться, что я не такой, никто не собирается. Оба люди взрослые и наш союз был добровольным выбором. Светочка переворачивается набок, натягивает сползающую простынь, и пытается что-то рассмотреть на моём лице.

— Почему мы не можем быть вместе? Я хочу жить с любимым человеком и, чтобы мой сын воспитывался родным отцом.

— То есть я должен бросить семью, а моего сына будет воспитывать чужой мужик? Или вообще станет безотцовщиной, — задаю ответный вопрос, — И почему мы не решили всё два или три года назад, когда твои желания были выполнимы? Ты же могла всё изменить в любой момент.

Представляю реакцию Ани на возможный развод и понимаю, что Толика я больше не увижу. Советское законодательство при любых раскладах на стороне женщин. Да и воевать с условно бывшей женой в сложившейся ситуации просто глупо. Дама она самодостаточная, ещё и с весьма крутым характером. Добром наши разборки не кончатся. А мне хватило ситуации с рыжиками, которые вообще ни в чём не виноваты, но страдают от разлуки. Повторения подобной истории я точно не хочу.

— Значит, я во всём виновата? — воскликнула Светочка, подпрыгнув на кровати.

Картина была завораживающая, так как её налитые груди колыхнулись вслед за телом. Последующая пощёчина была ответом на мою реакцию. Гневный взгляд буквально пытался пробуравить меня насквозь. Капитонова попыталась ещё, что сказать, но была прижата к койке, несмотря на сопротивление. Она даже пыталась кусаться, но меня было уже не остановить.

— Скотина! Опусти! Видеть тебя не могу! — гневные крики Светочки сначала перешли во всхлипывание, а затем в стоны.

Ну а как ещё гасить истерику? Тем более что моя подруга мадам весьма эмоциональная и без тормозов. За это и люблю. Или это просто страсть? Хотя, в быту у нас всё нормально, да и интеллектуально полный консенсус. Но вопрос о моих настоящих чувствах к этой необычной женщине я задаю себе постоянно. И ответа не нашёл до сих пор.

Чуть позже я вернулся к прерванному разговору. Ситуацию надо решать и поставить все точки над Ё.

— Свет, есть два варианта — расставание или наши отношения остаются в нынешнем виде, — накрываю пальцем пухлые губы, прерывая попытку возразить, — Ты сама всё прекрасно понимаешь. Не будем возвращаться в прошлое, но я предлагал тебе быть вместе. И не думай, что сейчас Мещерский хорошо устроился, имея под боком жену и любовницу. Если тебя посещают такие мысли, то вспоминай про вариант один. Но семью я бросать не буду.

Некоторое время тупо смотрю в потолок, рассматривая люстру, выкинув из головы все мысли. Наконец, Капитонова ответила.

— Это твоё решение, только я с ним мириться не собираюсь. Живи со своей монашкой, если так хочется. Только не смей более выкидывать меня из своей жизни. Ты мой и ничей другой! — не вижу Светочку, но чувствую, как она плотоядно оскалилась, — Я это говорила ранее и не собираюсь отказываться от своих слов.

Кто бы сомневался? Прожил спокойно год без особых треволнений, но, похоже, халява закончилась. Тут Светочка резко сменила тему.

— Как ты собираешься строить свой холдинг? — в голосе явно чувствовалась усмешка, — В кинематографе ты силён, с чем никто не спорит. Может, ваша музыкальная студия — интересная наработка, пока в стране нет сопоставимого оборудования. Но даже на радио и телевидении у «Прогресса» возникли проблемы. Придумать идею, не значит довести её до зрителей в удобоваримом виде. А про твои намерения самостоятельно печатать журналы просто смешно слушать. Вы даже типографию нормально запустить не смогли без товарища Капитоновой.

Здесь стервочка полностью права. Кроме нужных семейных связей, у неё мощный багаж знаний и прирождённый дар руководителя. Когда Светочка приступает к делу, то все начинают бегать и процесс сразу идёт. Именно она собрала мощную команду журналистов, которая затем отпочковалась от «Советской Культуры». Я же бился с ветряными мельницами, растрачивая время, и реального успеха добился только в кино. Надо признать, что как организатор, Капитонова в несколько раз сильнее меня. Она ещё и стратег отменный.

Может, «Прогресс» и забуксовал, потому что я сознательно отодвинул сию мадам? И насчёт кадров она полностью права. Где я буду искать грамотную команду журналистов? Зря я три года проявлял инфантильность и не стал бороться за эту женщину. Проблемы с мужем и семьёй были решаемы. Но Лёша решил пойти более простым путём, нашёл себе удобный вариант супруги и в итоге всё усложнил. Посвяти я Светочку в свои планы, то получил бы идеального соратника. Только Капитоновой я этого не скажу, так как реально не готов менять нынешний расклад. Многое уже заточено под жену, которая со временем вырастит в грамотного руководителя. А ещё тогда у меня был роман с Анитой, о которой я до сих пор не забыл. Терпеть такую конкурентку Света бы не стала. В общем, история не знает сослагательного наклонения и надо двигаться вперёд. Хреново, что мои наполеоновские планы входят в конфронтацию с личной жизнью. Да ещё и непонятное молчание, которое пугает меня гораздо сильнее вызова на ковёр к очередному начальнику.

— Присылай мне детализированный проект твоего холдинга. Может, подкину какие-то идеи. В любом случае, твой Солодовников — обычный исполнитель без особых талантов. Каплан — просто золото, но он на своём месте, — нарушила молчание подруга и без перехода сменила тему, — Моя фигура сильно изменилась после родов? Кстати, я занимаюсь специальной восстановительной гимнастикой и хуже предложила её нашим читательницам. Отклики последовали молниеносно и в огромном количестве. Может, лучше снять специальный документальный фильм? Надеюсь, что ты поможешь, ведь дело это нужное?

Окидываю взглядом аппетитное тело и провожу рукой по бедру, которое тут же оказалось на мне. Светочка — просто волшебница, так как привела себя в порядок за столь короткое время. Понятно, что у любой женщины есть послеродовые изменения. Но я особых перемен не заметил, разве что грудь стала немного больше. Кормит ли она ребёнка и где он сейчас спрашивать не стал. А вот о своих наблюдениях рассказал.

— Умеешь, ты Лёша, врать красиво, аж заслушаешься! Наверное, не одну наивную дурочку подобным образом очаровал, — с лукавой улыбкой произносит подруга, а затем палец с острым ноготком упирается в мою грудь, — Но документальный фильм ты мне снимешь. Это дело, решённое и обсуждению не подлежит.

Опять меня взяли в оборот и сразу на шею сели. И ведь не могу я ей отказать. Между тем поведение Капитоновой начали намекать, что хватит разговором и пора заняться совершенно иным делом. Я всегда за!

* * *

Уже в машине меня начали терзать сомнения — нужно ли мне всё это. Светочка, кстати, осталась в квартире подружки, дабы на вести порядок. Теперь надо озаботиться поиском жилплощадью для наших встреч, не на работе же это делать. Только это после очередного вояжа в США. Но только чувствую, что просто так меня не выпустят.

Дела стали напоминать снежный ком, и я уже начинаю сомневаться, что удастся их контролировать. Нет, положительно с кинематографом пора заканчивать в следующем году — уж слишком много он отнимает сил. С другой стороны, это неплохой доход и много иных преференций. А личная жизнь, которая стала похожа на какой-то абсурд, может стать ещё большей проблемой в будущем. В общем, я совсем запутался и надо привести мысли в порядок. Но как это сделать, если я живу в состоянии постоянного стресса?

Насчёт холдинга и участи я в его судьбе Капитоновой надо подумать. В принципе, именно она наиболее подходящая кандидатура на роль его руководителя. Другой вопрос, согласится ли она уйти из «Культуры»? И ещё более животрепещущий вопрос — как нам выстраивать рабочие отношения? Люди не совсем дураки и быстро поймут, в чём дело. Да и в перспективе возможно пересечение Светы и Ани. Этого мне точно не нужно.

Только главный вопрос, который меня сейчас волнует, что вообще будет с ТО «Прогресс», если абстрагироваться от личных проблем? Я вернулся всего день назад и настораживает это чувство неопределённости. Ни тебе вызовов к Романову или самой Фурцевой, никаких комиссий и прочих советских чудес. Чую, что это затишье перед бурей.

* * *

— Присаживайтесь, товарищи, — генерал указал четырём вошедшим офицерам на стул, и вытащил из стола папку.

Некоторое время в кабинете царило молчание, так как его хозяин внимательно вчитывался в печатные страницы. Наконец он поднял уставшие глаза на подчинённых.

— Андрей Геннадьевич, ты главный инициатор сегодняшней встречи, так что начинай. А то ты перепугал меня своей настойчивостью, — присутствующие скупо улыбнулись, зная «пугливость» Ивашутина.

— Я по проекту «Баюн», но в более широком смысле. Докладная записка вам передана и, мне кажется, что надо пересмотреть некоторые моменты, на которые обратили внимание аналитики нашего отдела. В стране начали происходить изменения, которые можно назвать структурными. И начались они с подачи моего подопечного, чьи идеи были нами полностью одобрены.

— Смещение товарища Суслова более подходит под иное определение. Всё-таки оно глобально не затронуло страну в целом. Да и новый идеолог, пока ничем особым не отличился, — резонно заметил глава пятого управления, — Здесь скорее надо говорить о хорошо проведённой операции с нашей стороны. То же самое, касается партийного контроля, вот здесь, изменения очевидны.

— Частично соглашусь с вами, товарищ полковник, — кивнул его зам, — Но вы же в курсе, что начали происходить трудно прогнозируемые события. Понятно, что ситуация внутри страны — не наша сфера ответственности, но мы её отслеживаем. Для того и создавался мой отдел. Так вот, начались какие-то странные шевеления среди республиканских партийных лидеров. Основная причина — это ситуация с Грузинской ССР и Ставропольским краем. Думаю, что на местах опасаются массовых проверок и готовятся к противодействию. То же «ставропольское дело» фактически замяли, ограничившись увольнением и исключением из партии нескольких человек, отдав под суд пару пешек. С грузинами сложнее уж очень неприятная открылась картина. Во что это выльется в итоге, трудно спрогнозировать. Слишком много желающих заработать на этом вистов, а с другой стороны, огромное количество недовольных.

— Мы всё это знаем, Андрей, — прервал рассуждения подчинённого Ивашутин, — Что ты конкретно предлагаешь?

— Надо более плотно отслеживать ситуацию. Как бы ни случился вариант 1964 года или более радикальный сценарий. Уж очень большие подозрения у нас вызывает поведение коллег с Лубянки, — криво усмехнулся докладчик, — Складывается впечатление, что им выгодна ситуация с созданием у населения негативного образа советской власти. Борьба с диссидентами и националистами всех мастей является фактической профанацией. То же самое касается злоупотреблений партийной номенклатуры. Мы пока досконально не разобрались в ситуации, но сам вектор достаточно опасен.

— Мне кажется, что ты слишком часто общаешься со своим подопечным, которому везде мерещатся заговоры, а всех высокопоставленных товарищей он считает вредителями, — поддел подполковника генерал, — В любом случае пусть твои ребята проведут более детальный анализ. С такими подозрениями не шутят. А теперь про наших баранов, вернее, одного персонажа. Удалось определить по его действиям, какие изменения ждут западную экономику? С золотом, кстати, у нас получилось отлично! Я недавно встречался с товарищем Косыгиным, и он выражал благодарность за создание канала работы со швейцарцами. Страна получила большую прибыль, и она будет только расти!

— Главное, чтобы никто не узнал про шашни с южноафриканцами, — хмыкнул начальник пятого управления, — Нам необходимо подготовиться к этому моменту.

— Кому надо всё знают. Скажем так, было принято решение переложить всю ответственность на нечистоплотных западных банкиров. Мы просто продаём своё золото по выгодной цене. Давайте вернёмся к твоему подопечному и его прогнозам, Андрей.

— По всем выкладкам и действиям, произведённым объектом, следующим товаром, который резко подскочит в цене, будет нефть. Потому он и протолкнул идею с нефтепроводом в Западную Европу. И предупредил, чтобы СССР не заключал длительных контрактов, а продавал сырьё по биржевым ценам. Причина предполагаемого роста цен пока неизвестна, но постараюсь выяснить её при следующей встрече. В любом случае страна получит дополнительный доход.

— Не тяни со встречей. Нельзя шутить с подобными вопросами. Если мы будем знать хотя бы примерную дату кризиса, то правительство успеет подготовиться. Нужные структуры уже работают над будущим отказом привязки курса доллара к золоту. И это хорошо, объект соизволил вовремя нас предупредить, — нахмурился Ивашутин, — Что касается нефти, то это не шутки. Речь идёт о стратегическом сырье, и здесь неуместны разного рода игры. И что там за шевеление у англичан?

— Наш подопечный наговорил лишнего, а британская пресса подняла шум до небес. Сначала дело касалось только кинематографистов, и вроде ситуация успокоилась. Но через некоторое время к скандалу подключились политики. Некоторые из них позволяют себе достаточно радикальную риторику, вроде запрета показа советских фильмов или разрыва всех культурных контактов между нашими странами, — ответил начальник первого управления, — Надо учитывать, что Великобритания в кризисе и там происходит противостояние правительства с профсоюзами. Отвлечь внимание простых людей, переключив их внимание на другое дело — старый и действенный метод. К тому же скоро выборы и политики с радостью уцепились за эту тему. В Италии тоже шум, так как наш герой оскорбил и тамошних режиссёров. Но скандал больше затрагивает творческие круги, и политики не касается.

— Он что идиот? На него же завязаны такие масштабные проекты! — воскликнул генерал, — Что за детский сад?

Немного помолчав и успокоившись, глава разведки произнёс уже более спокойным тоном.

— Как этот деятель вернётся провести с ним максимально строгую беседу. Необходимо выпотрошить его по полной — хватит этих игр в Мессинга! На кону стоит слишком многое, чтобы продолжать эту фантасмагорию. Уж слишком часто сбываются прогнозы объекта, а мы дали ему чрезмерное количество свободы. В общем, если «баюн» расскажет, что-то действительно важное, то закрываем его в СССР. Только после того, как он снимет кино в Америке, дабы не устраивать новый скандал. Хватит разводить политесы, речь идёт о безопасности страны! Как мы будем защищать объект, если он умудряется ссориться со всеми вокруг? Сначала собственные коллеги, затем идеологи и товарищи с Лубянки, теперь вот международный скандал. А Италия, вообще-то, одна из немногих дружественных Советскому Союзу капстран. Я даже подумать боюсь, какой разразится скандал у нас самих! Наверняка последует реакция МИДа и ЦК. И как мы будем прикрывать объект в этом случае? Что же, он сам выбрал такое развитие ситуации.

Примечания

1

https://www.youtube.com/watch?v=nbtKHrI-OAs

2

https://www.youtube.com/watch?v=Tt6_65LDZ60

3

https://www.youtube.com/watch?v=SgXlUxDGFvU

4

https://www.youtube.com/watch?v=hadHLRRSv5k

5

https://www.youtube.com/watch?v=4imsrVdxnGk

6

https://www.youtube.com/watch?v=HSBxkW2gZJ8

Content

Александр Яманов
Режиссёр Советского Союза 5

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Эпилог

Примечания