Роман Романович

Ученик шиноби 3. Второй год

Пролог

Пригибаясь и маневрируя, я принимал один удар за другим. По рукам, снова по ним, в корпус, попытка пробить в ногу — не особо удачная — и снова по рукам.

Где-то на заднем фоне кричали люди.

— Спар! Спар! Спар! — скандировали моё имя.

— Уделай его! — доносилось оттуда же.

Я не особо следил за тем, что кричат. Давно привык к этому шуму. Куда больше интересовал противник напротив. Один из чемпионов, который за последние два месяца набрал славу на арене. Чемпион, которые методично меня обрабатывал и всё никак не мог повалить.

«Пора», — подумал я, заметив, как он начал выдыхаться.

Весь потный, он раскраснелся от напряжения и тяжело дышал. Удары стали медленнее, утратив остроту.

Сменив тактику, резко перешёл в наступление. Увернулся от кулака, проскочил под рукой и пробил в корпус. Это сбило парню дыхалку ещё сильнее. Он стал осторожнее, хорошо зная, что будет дальше. На арену я выходил не первый раз и всегда действовал по одной и той же схеме. Позволял себя бить, а когда противник сдавал, переходил в наступление.

Бой закончился красиво.

Мой противник, разозлившись, попытался забить меня, но не рассчитал, подставился и получил кулаком под подбородок. Удар был настолько хорош, что он даже немного подлетел и рухнул на спину. Уже не встав.

— Победил Спартанец! — раздался зычный голос распорядителя.

Выждав пару секунд и убедившись, что поверженный противник не встанет, поднял руку и дождался новых криков. После чего пошёл на выход из ямы. Мне открыли створку, накинули на плечо полотенце и дали воды.

— Ты как обычно, — подскочила Пушка.

— Нормально вышло? — спросил я.

— Мог бы и постараться, — фыркнула девушка.

На это я усмехнулся и повёл плечами. Кто бы что там ни думал, но принимать удары было ох как непросто. Никогда бы этим не занимался, если бы не требования камня.

— Сколько заработала в этот раз?

— Мало. Против тебя никто не хочет ставить.

Яма была так устроена, что арена находилась внизу, и оттуда шло два выхода, ведущих во внутренние помещения. Встретили меня сначала два бойца. Близнецы, между прочим. Когда познакомились, они уже работали на арене. Теперь работают на меня.

С этим бизнесом вообще хорошо вышло. Когда страсти улеглись, с остальными бандами было покончено, я провернул несколько заметных дел, и власть за восток полностью перетекла ко мне, после чего можно было сосредоточиться на тренировках. Так и вышел на бои без правил, где желающие могли за деньги подраться.

Вышел — это громко сказано, конечно. Арена и так раньше Фридмену принадлежала, но он ею особо не интересовался. Можно сказать, её владелец был предоставлен сам себе. Пока я к нему не заглянул. Сначала с желанием обеспечить себе достаточно боев, чтобы не терять форму и нарабатывать норму по камню, а потом и с предложениями, как заработать денег.

Сейчас это куда более успешный бизнес. Во многом благодаря мне. К сожалению, не потому, что я гений организовывать мероприятия. А в силу того, что люди охотно шли посмотреть, как бьют «восточного» босса. К нам даже бойцы из других районов захаживали, чтобы конкретно со мной разобраться. Обломались. А я хорошо заработал. Как и мои приближенные, кто делал ставки на меня.

Пройдя через коридор, попал в «комнату бойца». Пушка отобрала полотенце и обтерла меня. Близнецы за дверью остались. На арене я появлялся каждый день. Выступал пару раз в неделю. Бывало и такое, что мы с Пушкой в этой комнате любовью занимались. Так что парни привыкли, что не надо боссу мешать. Если надо, позову.

— Куда дальше? — спросила девушка.

— Домой двинем. Вечер же.

— А потом?

— Спать? — спросил я, начав подозревать, что Пушка что-то другое имеет в виду.

Она за лето сильно похорошела. Сутулиться перестала, килограмм пять наела. От своих идей тренироваться не отказалась и регулярно нагружала мышцы. Тир я ей тоже организовал. В основном из парового оружия, конечно, палила, но и из огнестрела постреляла. Я ей пересказал всё то, что сам умел.

Также Пушка, не иначе как от хорошей кормежки, подросла немного. Да и грудь побольше стала… Эх, опять я не о том думаю. Близость ухода сказывается. Привык я к красивой жизни с двумя девицами, и как представлю холодные ночи в казарме, так аж вздрагиваю.

— Я про другое. Когда ты уходишь? — спросила девушка серьезно.

— Не терпится от меня избавиться?

— Дурак, — ткнула она меня кулаком в плечо.

— Завтра ухожу, — вздохнул я.

Виктор уже передал приказ от мастера. Мне требовалось явиться через пять дней в место сбора. Маршрут я уже спланировал, с караванщиками договорился.

— Ясно, — посмурнела девушка. — Тогда у нас не так много времени, да? — стащила она с себя кофту.

— Вообще-то, меня побили только что…

— Это ты так откосить пытаешься? — приподняла она бровь.

— Что я, дурак, что ли?

* * *

Говоря про двух девушек, в виду я имел вовсе не Ваську. Та как отбыла с группой мастера, так и не вернулась. Что с ней, взяли ли её в ученицы, я не знал. Не знал этого и Виктор, мой куратор. Оставалось надеяться, что Такен её в обиду не даст и позаботится. По нашей черновласке я скучал.

Несмотря на то, что скучать мне не давали. Для меня это до сих пор секретом остаётся, но какими-то своими женскими путями Краска смогла договориться с Пушкой. Что мне одновременно и льстило, и ставило в ступор, потому что договорились они обо мне. Без моего на то согласия.

С одной стороны, я чувствовал себя вещью, а с другой — какой парень откажется на моем месте?

Ну а то, что Краска преподнесла итог их разговора, явившись ко мне в душ — до сих пор вызывало смех. Нервный. Я теперь, когда моюсь, на дверь постоянно кошусь и думаю, кто там ещё появится. То Пушка, то Роза, теперь вот и Краска.

Шутки шутками, но Краска как-то быстро перебралась к нам в комнату, заняв место Васьки. Иногда мне казалось, что Пушка на это согласилась, потому что ей и самой нравятся девушки. По крайней мере, пару раз я заставал… А, ладно. Хватит думать о похабщине. Что довольно сложно, если вспомнить, какую прощальную ночь мне закатили девушки.

Вспоминал я это всё, прыгая по крышам в сторону доков.

Дальше меня ждало не такое уж долгое путешествие, а потом… Потом, по всей видимости, второй год учёбы на крутого шиноби.

Глава 1. Встреча учеников, или Как Спартанец о планах думал

Поначалу я решил, что пришёл куда-то не туда. Указания были вполне точными. Добраться до пригорода, выйти в дикие земли, по ориентирам пройти через лес, речушку и добраться до заброшенного отеля.

Отель это или нет, но я нашёл древнее здание, наполовину обвалившееся.

Помня о том, какие подлянки нам устраивали, шуметь не стал, прошел по тени деревьев и запрыгнул наверх, спрятавшись в густой листве. Лучше отсюда посмотрю. А то мало ли. Крикну, есть ли кто, а Стропо как выскочит, как даст леща и заставит бежать десять километров… Нет, все сто! С него станется.

Проявив немного терпения, я был вознагражден тем, что увидел друга. Вторым явился не кто иной, как Гатс.

Хотел бы я сказать, что встретил его спокойно. Но нет. Я вперил жадный взгляд, оценивая, как обычно, угрюмую рожу, широкие плечи, статную фигуру. И, конечно же, его меч-лопату размером со взрослого человека.

Гатс был не только другом, но и соперником.

Тем, с кем я любил подраться больше всего.

Так стоит ли удивляться, что мне в голову пришла замечательная мысль? Как я оттолкнусь от дерева, прыгну на него сверху и напугаю? Воображение живо нарисовало, как он отреагирует — взмахнет мечом и разделит меня на две не очень ровные половинки. Не остановившись, воображение подкинуло варианты, как этого избежать.

От прыжка я всё же не удержался. Оттолкнулся, извернулся в воздухе и плавно приземлился на землю так, чтобы оказаться у Гатса за спиной. Я был готов поклясться, что сделал это без шума, но стоило мне коснуться земли, как парень остановился и замер, положив руки на рукоять меча.

Я отпустил цепь, дав ей звякнуть.

Гатс атаковал в полную силу. Куда большую, чем я помнил. Молниеносно развернувшись и ударив мечом сверху вниз. Выглядело это противоестественно. Таким ударом не то что человека убить можно: по каменной стене попади — и та рухнет. Но Гатсу этого было мало. От лезвия разошлась воздушная волна во все стороны.

Что сыграло со мной и Гатсом злую шутку. В момент его замаха я отпрыгнул в сторону, выпуская при этом цепь. Направлял я её новой способностью, так что у парня, как бы он ни старался, не было шансов уклониться. Воздушная волна оттолкнула меня. Я ведь ослабил гравитацию, поэтому отлетел, подобно пушинке…

Вот и вышло. Меня с усилением отбросило в сторону, цепь натянулась, и я, добавив собственную силу, дернул Гатса, одновременно с этим возвращая себе вес для опоры. Каким бы крепким парень ни был, но ногу его утащило ко мне. Из-за чего Гатс потерял равновесие.

— Ты что, потерял хватку? — крикнул ему с издевкой.

Гатс посмотрел на ногу, перевёл взгляд на меня.

— Либо я чего-то не понимаю, — ответил он мне в тон. — Либо у тебя новая способность?

— Надирать тебе задницу?

— Кто бы говорил, — усмехнулся Гатс.

В этот момент моего горла коснулся нож.

— Не шевелись, — тихо сказал хорошо знакомый голос.

— Калия… — ответил я так, чтобы Гатс не услышал. — А что это в меня такое упирается? Мягкое и приятное, заставляющее кровь бежать быстрее… Неужели грудь?

— Тебе жить надоело? — второй нож подпер пах.

— Просто я соскучился по нашим ласковым беседам.

— Когда это они ласковыми были? — фыркнула девушка и отпустила меня.

Я повернулся и увидел… Черноволосую красотку со взглядом и манерами убийцы.

Всё же девчонки меня испортили. Как-то я так на Калию посмотрел, что она сначала не поняла, а потом поняла и… Впервые вижу такое чудо, но она покраснела. Отчего смутилась, разозлилась и наградила меня недобрым взглядом, пройдя мимо и махнув головой. Так, чтобы волосы по лицу стегнули.

Про себя я отметил, что за лето её грудь и правда выросла. Да и сама она стала фигуристее. Лицо чуть изменилось. Перестало быть подростковым, наполнившись юной женственностью. Отметил и то, что от волос вкусно пахнет.

Мысленно выругавшись, в который раз уже задумался о том, что мне катастрофически не хватает тренировок Стропо. Так, чтобы до кровавых соплей и ни о чем другом не думать.

— Гатс! — Калия подошла и обняла парня.

Я поймал его удивленный взгляд, как неловко он обнял девушку в ответ, и усмехнулся. А меня не обняла… Хотя как посмотреть. Прижаться-то она ко мне успела.

— И я рад вас видеть! — пошёл к ребятам.

Калия отступила от Гатса и встретила меня подчеркнуто холодным взглядом. Слишком подчеркнуто.

— Так как ты меня подловил? — спросил Гатс. — Не верю, что это было чистое умение.

— У тебя какое испытание в конце было? — спросил я в ответ, имея в виду то, куда нас вывозили из крепости по одному.

— Демон, — ответил парень.

— Вот и у меня. В награду дали редкий камень.

Небольшое усилие, и цепь поднялась. От друзей я не видел смысла скрывать это. В любом случае способность быстро вскроется на тренировках.

— А ты что получил в награду?

— Тоже редкий камень, но потратил его на усиление ветра.

— Как пушинку меня отбросило, — покивал я и перевёл взгляд на Калию. — А жемчужина нашего выпуска что получила?

Калия на это высокомерно задрала нос.

— Я не настолько глупа, чтобы делиться секретами.

— Как будто ты их долго удержишь, — парировал Гатс, озвучив мои мысли.

Калия промолчала. Характер её лучше не стал.

Может, мы бы её и разговорили, но тут подошли и следующие ученики. Явился Тич, приведя с собой трёх парней.

— Вас было настолько слышно, что Стропо не похвалит, — сказал он издалека.

А сам-то шумит.

Тич выглядел дружелюбно. Улыбался, пожал всем руки, изобразил поклон перед Калией. Но я хорошо помнил, как он изменился, когда узнал о смерти Джессики. Обозлившись при этом лично на меня. Поэтому пусть он и выглядел мирно, но я чувствовал, что напряжение между нами никуда не делось.

К середине дня и остальные подошли. Джиха и её братец Гон, Шупа, который участвовал в том деле, где Джессика погибла. Остальные ребята. Трех человек не досчитались.

Это не сразу стало понятно. Мы болтали, рассказывали истории. Задания у всех были разными. Кто-то, как и я, в пригородах работал и даже успел поохотиться на ведьм. Кто-то с наёмниками ходил на задания, выполняя в том числе грязную работу. Кто-то с караванщиками время провёл, мир посмотрел, пару-тройку нападений отбил. Историй столько было, что не все успели высказаться. Наша тройка вот не успела. Хотя мне было ох как интересно, куда их отправили.

Каждый раз, когда кто-то подходил, я мысленно вёл отсчёт. То, что не все будут, стало понятно, когда появился не кто иной, как Стропо. Сначала заурчал мотор с другой стороны здания. Мы направились туда и вскоре увидели наставника.

— Ну что, птенчики, рады вернуться в гнездо? — окинул он нас взглядом. — Если да, кидайте свои вещи, у кого есть, рядом с машиной и айда, проверим, кто из вас летом занимался, а кто жирок нагулял….

* * *

Мы смеялись.

Стоя на руках, в грязи, под дождем, который зарядил вечером, после хорошей пробежки и спаррингов, с окровавленными лицами, мы смеялись.

Не знаю, кто начал первым. Прозвучал первый смешок, за ним второй, с другой стороны. Я тоже хмыкнул. Стропо услышал и наорал на нас. Что прорвала плотину. Дальше мы ржали в голос и всё никак остановиться не могли.

— Наставник, — крикнул Тич. — Что-то вы теряете хватку, тренировка совсем безобидная!

— Да вы никак бессмертными стали… — удивился Стропо.

Я приподнял голову и увидел, что он прячет улыбку.

В этот момент и понял, что рад вернуться. Несмотря на всю тяжесть и неоднозначность, рад оказаться с этими ребятами. И наставника рад видеть. Как же без этого. Глядишь, ещё немного дури из нас выбьет.

* * *

Стойка на руках оказалась последним испытанием. После этого мы собрались в руинах, под крышей. В паровой машине, на которой прибыл наставник, нашлись спальные мешки и всё необходимое, чтобы провести ночь на природе. Да и запасы еды тоже были.

Этому нас учить не надо. Быстро разобрались, организовались и вскоре сушились возле походных грелок. Работали они на паровом топливе, давая неплохой жар. Конструкция примитивная, поэтому мало шансов, что в ней что-то сломается.

— Наставник, — подала голос Джиха. — Какой план?

Спросила она это в тот момент, когда мы закончили подготовку к ночи и расселись возле горелок. Стропо, словно этого и ждал, зашёл под навес и окинул нас всех придирчивым взглядом.

— У вас три дня на то, чтобы войти в рабочую колею, — ответил Стропо. — За это время нам надо добраться до точки проведения испытания.

— Зимний лес? — спросил Тич.

— На месте узнаете, — криво улыбнулся Стропо.

Что за зимний лес, я не знал, но заинтересовался. Слишком уж название красноречивое. Как-никак, сейчас первый день осени, и непонятно, насколько этот лес действительно зимний.

— А что мы там будем делать? — не унималась Джиха.

— На месте узнаете, — повторил Стропо. — Ешьте и ложитесь спать. Встанем рано. А вам ещё бежать. Долго бежать, — пообещал он.

— Наставник, а что случилось с теми, кто не пришёл? — спросил я.

— Погибли, — ответил он и помрачнел. — Закончили с вопросами. Отбой.

Ещё минус три человека, значит. Из тысяч-то желающих вон сколько нас осталось.

* * *

Стропо не обманул и разбудил на рассвете. Глупо было бы ожидать другого.

Проснулся я невыспавшимся. Мышцы затекли, уснул с трудом, несмотря на тренировку. Думал о всяком разном. Сколько людей будет в новом наборе, сколько из них погибнет. Сколько нас погибнет за второй год обучения, тоже думал. Вспоминал Пушку и Краску. Прошло всего немного, а я уже скучал по девчонкам. Думал и о Ваське. Надеюсь, увижу её в крепости. Если госпожа Фиона взяла её в ученицы, то, по идее, она может быть там. Это если у нас вообще целительница будет. Если нет, то не представляю, как молодняк пройдет через уготованные им испытания. Сомневаюсь, что нагрузки будут ниже. Скорее наоборот. Отработав программу на нас, за новеньких возьмутся с новой силой.

Как проснулись, Стропо заставил нас всех провести короткую разминку. После чего упаковали вещи в рюкзаки и выдвинулись в путь. Наставник выдал нам карту, компас и сказал, чтобы явились в указанную точку не позднее темноты. Оценив расстояние, коллективно пришли к мнению, что как минимум треть пути придётся бежать.

— Так как у тебя прошли каникулы? — пристроился я к Гатсу, когда надоело думать о всяком разном.

Мы уже два часа как вышли. Закончили бежать через поле и попали в лесной бурелом. Через который и пробирались. Здесь уже не побегаешь. Не с рюкзаками точно.

— Нормально, — ответил Гатс и прихлопнул комара, севшего ему на щёку. — Меня использовали как дубину.

— Это как?

— Это отправили на три миссии, где требовалась грубая сила. Ну, там дверь вышибить или зарубить пару десятков человек.

Как мне показалось, в голосе Гатса слышалось недовольство.

— Ждал, что задачи будут посложнее?

— Не хотел становиться мясником, — задумчиво ответил он. — А ты как? Чем занимался?

— Захватывал власть на улицах. Ну, знаешь, борьба с другими бандами, налёты, красивые женщины…

— Женщины? — Гатс даже остановился и посмотрел на меня. — Я эти месяцы провёл в компании угрюмых мужиков, скрывался и мало кому показывался на глаза. Только не говори, что ты развлекался и подцепил девчонку.

Четырех девчонок, дружище. Одна из которых дочка Такена. Но об этом я умолчу.

— Нет, что ты. Сплошная рутина, — неловко ответил я и отвёл взгляд. — Колдуна видел. Странного. С Псами столкнулся. Завалил одного перца, который размахивал огненным мечом.

— Кхм… — Гатс продолжил путь и запрыгнул на поваленное дерево.

Рюкзак достался ему один из самых тяжелых. Парень умел облегчать вес предметов. Не только у своего меча, но и у рюкзака, как выяснилось. Поэтому и нёс ношу, не напрягаясь.

— Я теперь и не знаю, о чем спросить первым, — сказал он, подумав. — О женщинах, огненных мечниках или странных колдунах.

— Что там за колдун? — Тич, легко пробежавшись по стволу, на который запрыгнул Гатс, остановился рядом с ним.

— Странный, — повторил я. — Растворился во тьме.

— Тьме? — окинул меня взглядом Седьмой. — Спартанец, ты что, древних книжек перечитал? Что ещё за тьма?

— Если бы ты там был, то не говорил бы так. Про тьму это не фигура речи. Он реально во тьме исчез. Обдав… меня… ею напоследок, — криво закончил я, вовремя спохватившись, что Розу упоминать не стоит.

Что Гатс, что Тич эту оговорку заметили.

— Эй, голубки! — крикнул нам Шупа, который ушёл чуть вперед и засек, что мы остановились. — Не отставайте от отряда! Клянусь, я ни капли не удивлюсь, если мы начнем исчезать по одному!

— Он дело говорит. Пока что-то слишком легко, — заметил Тич. — Не расслабляемся.

На этом наш разговор закончился.

Я забрался на бревно, спрыгнул вниз и отправился за Гатсом, думая о своём.

— Бу! — выдала Калия, появившись из ниоткуда.

На самом деле она скрывалась за деревом, но я не заметил и отшатнулся, выругавшись. Впереди раздался смех. Мою оплошность заметили.

— Сказали же, не расслабляйся, — посоветовала мне девушка. — И что там насчёт твоих женщин? Я бы тоже послушала. Не одному же Гатсу скучать, слушая эти примитивные истории.

— Тебе интересна моя личная жизнь? — оживился я, от испуга кровь закипела и захотелось ей как-то отомстить.

— Почему нет? Сказки я люблю, — бросила девушка, развернулась и отправилась дальше.

Гатс замедлился, проводил её взглядом и бросил на меня взгляд, полный насмешки.

* * *

До нужной точки мы добрались вовремя. Наставники и сложнее задачи ставили раньше. А это так, легкая прогулка получилась. Лично я переход воспрял как отличную возможность собраться. Перестал думать о личной жизни и девушках, сосредоточился на других, более важных целях.

Чему прогулка по природе как раз хорошо способствовала. А то, что на нас пару раз твари и хищники выскочили — так, мелкая досада. У каждого в отряде была способность, а то и две, поэтому не нам стоило бояться.

Думал я о многом. Следующий год обучения и новые ученики — лишь малая часть из этого. Основное, что меня волновало, — это рассказ Фридмена перед смертью. Теперь я точно знал, что за убийством тёти стоят ныряльщики, у которых есть собственный герб, и они его не скрывали, когда отправились убивать Алисию.

Сокол в круге, с белой или серебристой окантовкой. Ничего подобного я раньше не видел. На уроках мы многих изучали, кто и какие города держит. У кого-то имелись свои гербы, у кого-то нет.

— Эй, Гатс! — позвал я.

— Чего тебе? — хмуро спросил он.

Дело было где-то за час до того, как мы добрались до конечной точки.

— Ты, случаем, не знаешь людей, у кого герб — сокол с белым орнаментом? Или серебряным?

— Зачем тебе? — спросил он с неопределенной интонацией.

— Да так. Есть к этим ребятам пара вопросов.

— Насколько серьезных? — наклонил он голову, оглядывая меня.

— Предельно.

— Если вспомню что, скажу, — ответил он, помолчав.

— Заметано, — переступил я через лужу и прошёл мимо него.

Наивно было ожидать, что вот так сразу получится взять след. Больше пятидесяти лет прошло с момента появления колодца. Пара поколений ныряльщиков сформировалась. У самых первых даже внуки успели появиться. Сейчас, когда походы вниз поставлены на поток, наверное, по земле ходили тысячи людей, у кого есть способности. Наверное… Я затруднялся в оценке, плохо понимая, сколько всего ныряльщиков в мире.

Хотел было спросить у Гатса, но, обернувшись, заметил, что тот ушёл в другую сторону. Чего это он? Впрочем, это же Гатс. Разговорчивый, как его лопата.

Ни к кому больше с вопросами я подкатывать не стал. Всё же это было личным. Уверен, шансы поспрашивать народ у меня ещё будут. А ещё лучше немного подождать и спросить у наставников. Хотя… Что-то я не уверен, что хочу делиться информацией с Такеном. Наставники же ему обязательно об интересе доложат. Как и сказал, это личное. За тётю я буду мстить сам.

* * *

Когда пришли, на точке нас уже поджидал Стропо. Опять на этой своей машине. То есть он с комфортом добрался и ни о чем не беспокоился. Вон какая рожа довольная, когда нас встретил.

Вечер и ночь прошли так же, как и прошлая. С единственным отличием — ночевали мы в чистом поле. Хорошо хоть речка рядом пробегала и вопрос с водой не стоял. Дичь мы по пути тоже поймать успели. Отужинали свежим мясом.

Утром я проснулся за минуту до того, как раздался крик Стропо, чтобы мы поднимались. Открыв глаза и вылезая из мешка, отметил, что как минимум у половины лица не такие уж заспанные.

— Тоже заранее проснулся? — спросил я Гатса.

Он лежал по соседству и коротко мне кивнул.

— Ты гвоздей, что ли, пожрал? Чего такой хмурый?

— Всё нормально, — ответил он.

— Это же Гатс, — зевнул Шупа. — Ты представь, если он весь день улыбаться будет. Как по мне, это верный повод валить подальше.

Гатс эту подколку стоически проигнорировал, быстро собрал спальный мешок и положил рядом с рюкзаком.

— Стройсь! — скомандовал Стропо. — Сегодня ваш день начнется с небольшой тренировки.

Кто бы сомневался.

— Вскоре начнётся новое испытание, которое смогут пройти все желающие, кто доберется до точки старта, — начал он с пояснений. — Это испытание будет похоже, но с некоторыми отличиями. В прошлый раз за вами присматривала команда Мастера. Да-да, не надо делать такие недоверчивые лица. Многих из тех, кого вы считали погибшими и оставшимися в лесу, удалось вывести. Не всех, но тут уж как повезло.

Неожиданно. Что-то я никого не видел. Особенно когда появился отряд Псов и начал обстреливать нас из пулеметов. Где же была команда сопровождения? Получается, Такен дал добро, чтобы их пропустили. Это тоже было частью испытания. На фоне того, что там несколько демонов было, не такой уж и страшной частью.

— В этот раз кандидатов контролировать будете вы, — огорошил нас Стропо. — И первое, с чего начнем — костюмы. У меня в машине есть комплект для каждого из нас. Помните свои старые позывные? Сейчас они вам пригодятся в последний раз. Организуйтесь, распределите комплекты и одевайтесь. У вас пять минут. Время пошло.

По спине пробежали мурашки. Тело помнило, чем чревато опоздать с заданием. Но и мы уже не увальни, которыми были раньше. Уложились в четыре минуты. Двое человек, Тич и ещё один парень, подошли к машине и стали вытаскивать комплекты, называя цифры на них. Мне достался тринадцатый. Внутри был комплект, напоминающий то, что мне Роза передавала. Различий, на самом деле, не так уж много. Вскоре мы все облачились в них, и на поляне собралась толпа крутых шиноби в черном.

— Красавцы, — окинул нас взглядом Стропо. — С первой задачей справились. Теперь вам нужно привыкнуть к одежде, сродниться с ней. Никому не жмет? Нет? Отлично. Переходим к следующей задаче. У вас два часа, чтобы распределиться и продемонстрировать все свои способности, так, чтобы другим было ясно, чего от вас ждать. Проходить это будет в форме спаррингов. Сильно метелить друг друга не надо… — уточнил Стропо. — К моменту взятия птенцов под контроль, вы должны выглядеть брутально и статно, как и подобает крутым шиноби.

Стропо сказал это с настолько серьезным лицом, что у меня закралось подозрение, что эту формулировки ему Такен приказал озвучить. Про брутальность и крутых шиноби.

До сих пор не покидает чувство, что это какая-то шутка, но какая — всё никак не догоню.

— Чего встали? — рявкнул Стропо. — Вы второй курс, больше с вами никто нянчиться не будет.

— Наставник, — вышел вперед Тич. — Что значит — имена нам понадобятся последний раз?

— Это значит, что, отучившись год, пройдя второе испытание и отработав летом, вы заслужили право на нормальное имя, — спокойно пояснил Стропо. — Можете выбрать любое. В крепости назоветесь. Хоть табуреткой, хоть чем. Ну? — насупился Стропо. — Выполнять приказ!

Больше вопросов не было, и мы отправились демонстрировать, чему научились.

Глава 2. Испытание, или Как Спартанец увидел то, чего не ждал увидеть

Разделяться на пары сразу всем не было смысла, потому что задача стояла изучить способности друг друга. Тут наблюдать надо, а не драться.

Ожидал, что вперед выйдет Тич, как обычно, не удержится, но его опередил Второй. Мы с ним не особо задружились, остались на уровне знакомых. Если не путаю, звали его Тимофей, а сокращенно — Тим. Несмотря на то, что физически выглядел менее развитым, чем большинство собравшихся здесь парней, и был сам с улиц, он как-то умудрился достать редкий камень на испытание и малый камень силы во время обучения. Что ему досталось на втором испытании я не знал. Сейчас и увидим.

— Народ! — крикнул он. — Я могу побыть грушей. У меня первая способность защитная, сами в курсе.

Первая всё же. Есть и вторая, получается.

— Да мы тут все крепкие, — вмешался и Тич. Не удержался, чертяка. — Но давайте по порядку. Первый — как к тебе обращаться теперь?

Несмотря на то, что прошёл целый учебный год, лично я не у всех имена знал. Нам хватало для общения и порядковых номеров. Поэтому неудивительно, что Тич тоже не в курсе, как зовут Первого.

— Зовите меня Верс.

— Верс так Верс, — пожал плечами Тич, который тоже себе новое имя придумал. — Начнете?

Парень с готовностью кивнул. Они со Вторым друзья, пусть и абсолютно друг на друга непохожие. Тим — худой и незаметный, при этом удачливый, раз три камня добыл. А Верс — массивный, крепкий и рвущийся вперед, но неудачливый, раз камень достался ему только в конце. Тут скорее повод для вражды и зависти, чем для дружбы, но парни как-то справлялись.

Верс, кстати, свои кучерявые волосы заново отрастил, что лишь добавило ему шарма и красоты.

Эти двое встали друг напротив друга.

— Давай ты первый, — предложил Тим.

— Как скажешь.

Верс так напряг руку, что жилы проступили, и толкнул перед собой воздух. В ответ Тим сделал небольшой шаг назад, и на этом всё закончилось.

— Моя способность плохо работает против живой плоти, — пояснил стушевавшийся Верс. — Это телекинез. С неживой материей куда лучше получается.

В качестве доказательства он повёл рукой, и нож, висящий у него на поясе, поднялся вверх. Двигается свободно и легко, а значит, умение он неплохо освоил, оценил я.

Что, кстати, довольно любопытно, потому что я, к примеру, целый год изучал первую способность под присмотром наставника и с его рекомендаций. Благодаря чему вторую способность было куда легче изучить. Не уверен, что так же эффективно бы справился без Графа. Вопрос, помогали ли Версу? И если да, то как его практика выглядела? Ах да, чуть не забыл. Есть ещё вопрос — устанавливал ли он контракт с камнем. Если нет, то его способность должна быть куда слабее.

— Если по правде, — продолжил Верс, — то от меня в этом плане много ждать не стоит. Один-два внезапных удара — вот мой предел на текущий момент.

— Принято, — сказал Тич, будто он здесь главный.

Я окинул взглядом толпу, оценивая реакцию людей. Бесит. Тич командовал как-то так, что это выглядело естественным и, кажется, раздражало только меня. Да и то лишь из-за нашего соперничества. Седьмого я воспринимал как угрозу, поэтому тщательно следил за его поведением. У самого меня так ловко приказы отдавать не получалось. Даже в отношении шпаны.

— Теперь ты, — сказал Верс. — Бей в полную силу. Что бы у тебя там ни было, — неуверенно добавил он, отчего снова смутился.

— Моя вторая способность тоже пока изучена плохо, — предупредил Тим.

И чего они все такие стеснительные? Главное, камни сохранили, а дальше нужна лишь практика.

Тим призвал пучок света. Выглядело это именно так. Как толстая искра. Которая врезалась в грудь Версу, и тот отшатнулся. Нахмурился, ощупал грудь и непонимающе глянул на друга.

— Убойный потенциал крайне низкий, — пояснил Тим. — Зато могу осветить путь.

— Это тоже полезно, — с серьёзным видом сказал Тич.

В его случае это не выглядело фальшиво.

— Я готов принять и другие удары, — сказал Тим. — Первую способность я освоил куда лучше и уже почти поглотил камень.

Желающие нашлись. Один за другим ученики выходили и демонстрировали, что умеют. Кто-то подробно объяснял сильные и слабые стороны умений. Кто-то скупо отчитывался.

Я против Тича вышел. Сам он и предложил. Тим к этому времени выдохся, наглядно показывая, чем освоение камней без контракта отличается от тех, кому это доступно. Его способность выдерживала около десятка крепких ударов, и всё, требовала восстановления.

На фоне меня, который мог свою первую способность применять столько, что ещё попробуй истратить резерв, это выглядело слабовато. А на фоне обычного человека, наоборот, звучало очень даже круто. Десять крепких ударов ведь по нашим меркам. То есть на практике, если на Тима выбежит вооруженный паровыми пушками отряд, то им придётся постараться, чтобы убить его. У парня будет время отреагировать. Разве это не круто? Очень даже круто.

— Покажешь, чему научился, Спартанец? — бросил тем временем Тич мне вызов.

И вот вроде дружелюбно выглядит, но почему я чувствую напряжение, что нарастает между нами с каждой секундой?

Вышел я молча. Первую способность не было смысла демонстрировать — её сто раз видели. Как-то сильно она не изменилась. Затраты уменьшились, контроль повысился — вот и всё.

— Ты нападай, — предложил я. — А там посмотрим.

Тич предложением воспользовался. Его первая способность позволяла как-то ускорять оружие в руках. Я не знаю точно, как это работало и почему ему руку не отрывало, но факт есть факт. Когда было нужно, сабля ускорялась. До такой скорости, что это невозможно было разглядеть. На практике это выглядело так. Тич только собирался делать выпад или замах, а потом бац, и уже всё закончилось. Причем это «бац» длится ничтожно мало по времени.

Одна из сильнейших способностей в нашем коллективе, которую наставники не разрешали использовать в полной мере.

Я напомнил себе, что нету цели убить противника. А значит, и ничего хитрого придумывать не надо.

Тич взмахнул саблей, я же поднял цепь и направил к нему. Тот среагировал, как и ожидалось, молниеносно отбил малое грузило. На этом моя атака не закончилась, и цепь продолжила натиск подобно вёрткой змее.

Тич отбил все первые выпады. А потом против него сыграло само оружие. Его длина и техника использования. Цепь-то могла двигаться в любом направлении, а сабля ограничена самим парнем. Так и вышло, что цепь обхватила его руку, скользнула вдоль неё и захлестнула горло.

— Неплохо! — ничуть не испугался Тич. — Самое время показать мою вторую способность. Разряд!

Удар пришёлся до того, как я осознал, что он прокричал. Да и осознай, ничего бы это не изменило. Умозрительно я знал, что такое электричество и молния, но на практике меня никогда не било током.

До этого момента. Тряхнуло хорошенько. Да так, что я свалился на землю и затрясся. Мышцы свело, я клацнул зубами и чуть не откусил себе язык, ещё и затылком больно ударился.

Сука…

Не думая, сквозь боль, я атаковал в ответ. Вовсе не тем, что стянул цепь. Хотя Тич поступил крайне опрометчиво, находясь в моей власти.

Нет, я ответил синхронно. Пустил по цепи огонь.

Трясти меня сразу перестало. Тич переключился на то, что попытался сбить пламя. Не дошло до него, что надо цепь с себя снять. Я её сам убрал. До того, как он получил опасные ожоги. Когда всё закончилось, дымясь, Тич вперил в меня бешеный взгляд. Я ответил ему тем же.

Как-то мне плевать стало на его чувства к Джессике. Я не виноват в её смерти. Не настолько, чтобы терпеть выходки этого придурка.

— Идиоты! — рявкнул Стропо. — Поубивайте ещё друг друга! Совсем мозги за лето растеряли? Да я вас!

На этот раз криками не ограничилось. Меня и Тича подняло в воздух и приложило о землю. Никакая подготовленность не помогла. Уже потом, когда остыл, до меня дошло, что Стропо отреагировал вовсе не на то, что мы так применили способности. Нет, он прекрасно разглядел наш конфликт и наказал именно за него.

— Ещё раз повторится… — процедил он после наказания. — Я вашу жизнь в ад превращу! А вы чего встали?! Продолжайте занятие! Идиоты недоделанные… Сопляки малолетние, а не второй курс, — сплюнул он.

Как ни странно, это отрезвило всех. Больше никаких происшествий не случилось. Мы с Тичем подчеркнуто игнорировали друг друга в тот день. На следующий ничего, вернулись к прежним отношениям. То есть закадычными друзьями не стали, но по делу, если требовалось, говорили спокойно.

После той тренировки был ещё один переход. Ночевка. Снова переход. Так мы добрались и до самого зимнего леса. Я как-то позабыл спросить, откуда такое название. Выветрилось из головы. А когда увидел, не сразу понял, в чем юмор.

Точнее как. На третий день к зимнему лесу мы подошли ближе к вечеру, за пару часов до темноты, и встретил нас не кто иной, как сам Такен. Он стоял на опушке, в своей броне, которую мы уже видели и, когда подошли, снял шлем, как мне показалось, улыбнувшись нам тепло и по-доброму.

— Рад вас всех здесь видеть, — проговорил он, переводя взгляд с одного ученика на другого. — Обустраивайте лагерь, а потом поговорим с вами.

Ученики взялись за дело, я от них не отставал. Как много изменилось за это лето, но я отловил себя на мысли, что Такен по-прежнему в моих глазах является кем-то необычным. Недостижимой величиной, человеком, который по праву считается легендой. Причем я сам не мог толком себе же объяснить, почему так. Когда он к Гику приходил — ну обычный же дядька. А сейчас в броне увидел и как-то накатило. Не на меня одного. Остальные тоже нет-нет да и бросали взгляды на мастера, который с легкой улыбкой наблюдал за нами.

Обустройство много времени не заняло. Вещи скинули, кому надо, в кустики сбегали, место для ночлега очертили, собственно, и всё.

— Круто выглядите, — похвалил нас Такен. — Взгляды суровые, так и веет опасностью.

Вот опять. Видно же, что человек придуривается, но почему в его случае это выглядит как какая-то мудрость и хитрость, а не дешевое шутовство?

— Поздравляю вас всех с началом второго учебного года в школе шиноби. Можно сказать, что до этого был подготовительный этап и теперь начнется настоящая работа…

Подготовительный этап… Ха-ха-ха. Я машинально плечами передернул, вспомнив эту всего лишь «подготовку».

— Каждый из вас получил редкие камни. Не буду скрывать, что достались они вам куда легче, чем обычно достаются людям. Не совсем даром, попотеть пришлось, но не стоит обманываться и путать постановочный урок с реальной жизнью.

Это-то как раз было понятно. Те же демоны находились в строго отведенных местах, ограниченные барьерными кругами. Получается, Такен и его команда изначально где-то добыли камни, а потом сделали так, чтобы мы, проявив себя, смогли их заполучить.

— Я это не к тому, чтобы принизить ваши заслуги. Вы-то как раз молодцы. Но знайте, что дальше будет только труднее. Слова про подготовку не были шуткой. Ваша программа занятий изменится. Вы начнете всерьез изучать мастерство боя из Колодца. Подробнее об этом с вами поговорим в крепости. Сейчас же нас интересует другое. Испытание, которое вот-вот начнётся. Завтра, после обеда, к этому лесу прибудут кандидаты. До этого им предстоит переход по реке, но это неважно. С этим они должны справиться сами. Основные сложности начнутся здесь, в зимнем лесу. Как и у вас, их задача — добраться до назначенной точки. Ваша же задача… Так, подходите и разбирайте карты.

У Такена была сумка, которую он держал под плащом. Из неё он и достал несколько свертков.

— Всего пять карт, на всю вашу группу. Время изучить и запомнить есть, — пояснил мужчина.

Пару минут ушло на то, чтобы карты разделили, и ученики встали кругами, изучая их.

— Как видите, на картах описан весь маршрут, ловушки, основные места действий, где спрятаны камни, малые и редкие, а также где будут располагаться схроны для второго курса. Подробнее ознакомитесь позже, а сейчас послушайте, какая задача перед вами стоит. — Ученики дружно повернулись к Такену и он продолжил: — Для начала я хочу, чтобы вы поняли всю важность испытания. Обучение у меня — тяжелое. Каждый из вас прочувствовал это на своей шкуре. Также каждый из вас ходил на опасные задания и знает, насколько ценен надежный напарник рядом. А теперь представьте… — Такен взял паузу, и от него повеяло чем-то нехорошим. — Что вы проникнетесь сочувствием или симпатией к отдельно взятому кандидату, поможете ему справиться, дадите совет, а он… Спустя месяц или год подведет команду в самый ответственный момент. И все те жертвы, которые будут в этом случае, лягут на ваши плечи.

Не знаю насчёт других, но меня впечатлило. Знаем, плавали. Будь я чуть опытнее, сильнее и смекалистее, Джессика могла бы выжить. Да и в принципе много плохих вещей могло не произойти. Тётя бы жила, будь я способен её защитить. Это не повод себя винить, нет уж, в эти игры самобичевания я играть не буду, но то, что говорит Такен, мне хорошо понятно.

— Сейчас вам может показаться это неважным, но поверьте, нет ничего приятного в том, чтобы хоронить тех, кто дорог, из-за глупых ошибок. Поэтому отнеситесь к кандидатам со всей строгостью и… бережливостью.

Говорить Такен умел. Я и сам не заметил, как плечи расправились. Ощущение, будто я герой, который прямо сейчас побежит бережливо опекать новичков. Тьфу ты.

— Первоочередная задача остаться незамеченными. Если кто-то из кандидатов вас увидит, считайте это личным провалом. Вторая по важности задача — сберечь как можно больше кандидатов, — Мастер переключился на сухой голос и зачитывал, что именно нам нужно сделать. — На практике это означает, что, если кто-то попал в ловушку, к примеру, вы должны подойти к нему, оказать медицинскую помощь и эвакуировать в один из ближайших схронов. Где будут сидеть мои люди и дальнейшее возьмут на себя.

— Получается, — озвучила Джиха общую мысль, — если кого-то будут убивать на наших глазах, ему не помогать?

— Нет, — качнул головой Такен. — Это всё же испытание, а не игра. Следите за кандидатами. Делайте выводы. Потом я вас спрошу. Если кто-то из тех, кто вам не понравится, доберется до финальной точки, то дальше не пройдет. Отнесись к этому с максимальной серьезностью. До того, как кандидаты прибудут, у вас есть время осмотреться в лесу и разделиться на команды, если захотите. Уточню, что в этот раз за вами никто присматривать не будет. Вы и будете теми, кто присматривает за испытанием, — добавил Такен веско. — Настоящая взрослая жизнь, без возможности получить помощь от взрослых дядь.

— А если опять отряд Псов заявится? — вылез я с вопросом.

— Не беспокойся, Спартанец, — глянул на меня Такен. — Сейчас Псам не до нас. Среди кандидатов наверняка будут засланные казачки. Разрешаю вам их устранять. Как и тех, кто слишком злоупотребляет силой. Иначе говоря, если вдруг к нам зайдут какие-то отморозки, разрешаю их устранить, чтобы избежать лишних жертв.

Прямо от щедрот нам прав отсыпал.

Но шутки шутками, а ведь и правда может возникнуть ситуация, когда на испытание заглянет какой-нибудь мясник.

А в прошлый раз таких ребят тоже устраняли?

— Куда больше вам стоит опасаться самого леса, — закончил мысль Такен. — То, что вы второй курс, не делает вас бессмертными.

Про сам лес он пояснить, случаем, не желает? А то у меня закрадывается подозрение, что лес не обычный, а аномальный.

Мастер решил, что сказал достаточно, пожелал нам удачи и ушёл. В лес и ушёл, быстро затерявшись среди деревьев.

— Кто-то в курсе про этот лес? — задал общий вопрос Тич.

— Мы в курсе, — подал голос Тим. — Раньше жили в соседнем пригороде, — пояснил он, когда на нем взгляды скрестились.

— Слухи о лесе мрачные ходят, — добавил Верс. — Не знаю, что правда, а что нет.

— Ты говори, там разберемся, — подбодрил его Тич.

Зря он это. Парня это разозлило. В глазах раздражение мелькнуло. Воспринял как подначку.

— Говорят, деревья здесь не обычные, а морозящие, — перехватил слово Тим. — Лет десять назад сюда банды свозили неугодных, кого хотели показательно наказать. Привязывали к деревьям и вроде как трупы замерзали.

— Так до пригорода далеко, — влез один из учеников.

— Так и лес ты видишь не весь, — глянул на него Тим. — Тянется он до самого пригорода. Почти… Часа хватит доехать.

— Казни не самое стремное, о чем на улицах говорили, — мрачно добавил Верс. — Эту практику быстро прекратили, потому что в лесу стали появляться мертвецы. Как раз те, кого казнили. Вроде как они на ту банду напали, всего пара человек спастись сумела.

— Холодные деревья и мертвецы, — резюмировал Тич. — Верится с трудом, но чего только в нашем мире не бывает, да? — усмехнулся он. — Завтра разберемся, но тем, кто дежурить будет, лучше повнимательнее быть.

Мертвецы, серьезно? Впрочем, Тич прав. Если существуют ведьмы, демоны, колодцы, монстры, то почему бы среди них не затесаться ожившим трупам?

* * *

Ночь прошла без происшествий. Если не считать того, что перед сном ученики обсуждали всякие страшилки, додумавшись травить жуткие истории. Тут и так нервы напряглись от неизвестности, так их ещё и дополнительно пощекотать решили.

С утра, забрав вещи, которые мы должны оставить в ближайшем схроне, двинулись изучать лес.

Даже на первый взгляд он выглядел необычно. Деревья как деревья, но кору покрывает изморось. Среди нас нашёлся глупец, который приложил ладонь и поделился впечатлением, сказав, что и правда морозит. Что и так было понятно. Метров через пятьдесят на нас навалилась прохлада, а ещё через сто, я бы сказал, что и вовсе холодновато стало. Холодило только открытое лицо. Остальное тело закрывал костюм, и вскоре многие натянули маски.

Морозный лес и правда оказался морозным, несмотря на то что погода стояла теплая. Были у этого и неприятные моменты — лед. Не прошло и двух минут, как первый неудачник плюхнулся на задницу, поскользнувшись. Под листвой скрывалась замерзшая лужа. Как это вообще возможно? Почему лес продолжает жить и сбрасывает листву, если он как следует проморожен?

Чем дальше вглубь, тем хуже. Острые и тонкие сосульки, свисающие в разных местах, которые так и манили на них напороться. Ямы-обманки — когда с виду вроде ровная земля, а наступишь, лед треснет и пробьешь себе ногу. Туман, который появился внезапно и перекрыл нам видимость. Исчез он так же быстро.

— Туман — это вода, — заметила Калия, проходя рядом со мной.

— А вода должна мерзнуть, — закончил я мысль, на что девушка повернулась и посмотрела на меня как на идиота.

— Что будет с кандидатом, если он попадет в туман?

Да хрен его знает. Может, туман — это и вода, но я бы поставил на то, что человек быстрее заблудится и убьется, чем промокнет и замерзнет.

Калия не дождалась ответа, развернулась и ушла вперед. Не понимаю я эту девушку. Сложная она какая-то. То игнорирует и держит дистанцию, то скажет что-нибудь.

За отведенное нам время мы добрались до схрона, скинули там вещи и посмотрели, как он вообще выглядит. В глуши, куда по доброй воле сам не полезешь, под землей скрывалась настоящая нора. У меня возникли подозрения, что создали её с помощью способности. Слишком уж ровные стены и земля не осыпается.

Встретил нас там наставник Стропо.

— Как вам лес, детишки? Познакомились с его прелестями? — окинул он нас насмешливым взглядом. — Скидывайте вещи да поспешите. Свежее мясо скоро прибудет.

* * *

Кандидаты сплавлялись по реке на лодках. Откуда они начали путь, я знал, пусть и слабо представляя географию этого района. Подозреваю, что, как и в нашем случае, собралось много желающих. Слухи-то снова по улицам ходить начали. Без моего ведома. Просто в какой-то момент, где-то в середине лета, люди внезапно стали обсуждать, что новый набор случится такого-то числа, в такой-то час. Ко мне тоже с вопросами обращались. Спрашивали, не обман ли это и стоил ли попытаться. Я всех отговаривал, заявляя, что обучение полная жесть.

Только вот зуб даю, что желающих всё равно много набралось. Опять столпились где-нибудь, а потом дрались за лодки. Которых обязательно ограниченное число должно было быть.

Первая лодка несла на борту десять человек. На весь состав я заметил одно весло. Им и справлялись с течением. Лодка ударила о берег, подростки спрыгнули на песок и подошли к вбитой в землю большой табличке, указывающей направление.

Но волновало меня не это. Я узнал пару лиц. Эти парни были с моих улиц. Не друзья и даже не знакомые, но я точно их видел.

Что меркло на фоне другого. Последний «парень» в группе оказался мельче других. Низкий, худой. Я бы его и не заметил, но тут он вышел вперед, подул ветер, задирая капюшон, и мелькнули рыжие волосы. Да и лицо было вовсе не пацанским, а девчачьим и хорошо знакомым.

Пушка, ну твою ж мать… Куда ты полезла, чтоб тебя?!

Глава 3. Испытание, или Как Спартанец нервничал

Рыжая поправила капюшон, подошла к деревянной стрелке, огляделась и о чем-то заговорила с парнями. С теми, которые с наших улиц. Договорились с ними в группу собраться?

— Ты чего? — спросил меня Гатс.

На эмоциях я выругался, чем и привлек внимание.

В схроне, где Стропо сидел, нас поджидали маскировочные накидки. Черные костюмы шиноби, конечно, крутая штука, но в этом лесу они слишком приметные. Поэтому нам и выдали серебристо-сине-коричные накидки, в которых мы сразу терялись на общем лесном фоне.

Наш отряд разделился на две части. Одна ушла на левую сторону от основного маршрута, вторая на правую. Я находился в левой. Также две эти группы делились на малые отряды по три-пять человек. Кто-то сразу ушёл вперед, а кто-то остался встречать. Очевидно, что кандидаты быстро растянутся по всему маршруту, и в зависимости от того, сколько их будет, нам придётся как-то поспевать быть сразу в нескольких местах.

В общем, стояли мы с Гатсом на опушке, закутанные в накидки, метрах в ста от точки высадки, находясь чуть выше берега, откуда открывался неплохой вид.

Стояли уже с час, успели заскучать, и ругался я пусть и сквозь зубы, но это было сродни грому в тихой комнате.

— Там моя знакомая, — не стал я скрывать.

— Рыжая? — Гатс видел то же, что и я.

Других девушек на берег не высадилось, поэтому догадаться было нетрудно.

Кандидаты были одеты кто во что горазд. Пушка ещё молодец. В теплой куртке, добротных штанах и крепких ботинках заявилась.

— Она самая. Старая подруга.

— Я не ослышалась? — из тени шагнула Калия. — На берег высадилась подружка Спартанца?

Я бы пошутил на тему ревности, но что-то как-то не до шуток было.

Лодки продолжали прибывать, одна за другой. Пока мы говорили, высадились ещё три группы. В каждой от семи до десяти человек. Итого уже почти сорок кандидатов. Речка хорошо просматривалась, и я видел, будет ещё больше. Думаю, человек пятьсот сюда точно доберется.

— Гатс, он что, засмущался и дар речи потерял? — обратилась Калия к парню.

— Видимо, да. Раз даже не пошутил на тему ревности, — с невозмутимым лицом ответил Гатс.

— При чем тут ревность? — спокойно ответила девушка. — Просто мне очень интересно, как теперь Спар собирается решать для себя моральную дилемму. Останется в стороне, если её будут насиловать?

— Заткнись, — прошипел я. — Сейчас ты реально черту переходишь.

— Оу, дело плохо, — сказала она осуждающе и покачала головой.

— А вопрос и правда хороший, — встал на её сторону Гатс, бросив взгляд на меня. — Сможешь ли ты сохранить беспристрастность?

— Ты бы смог? — резко ответил я.

— Не знаю, — подумав, сказал Гатс, — Она уходит.

— Что будешь делать? — спросила Калия. — Ты слышал Мастера. Никаких любимчиков. Слабачка нам в учениках не нужна.

— Она не слабачка, — машинально ответил я.

— Тогда тебе не о чем беспокоиться, — с насмешкой ответила Калия.

Дерьмо-то какое. Зачем Пушка сюда поперлась? Чем она думала?

— Мне вот что ещё интересно, — продолжала говорить Калия. — Чего девчонка здесь забыла? Неужто ты, Спар, трепался, как круто учиться у Мастера?

— Наоборот. Говорил, что здесь полная жесть.

— Но говорил? — уточнила Калия.

— Говорил, — не стал я отрицать.

— И про камни, скорее всего, упомянул.

— Там и упоминать не пришлось… — начал было я, но резко заткнулся.

Что видела Пушка за лето? Спартанец, который пропал год назад, внезапно возвращается, убивает Карамельного, спасает из плена Ваську, попутно избивает пятьдесят парней, а через день вытаскивает её из камеры. Не проходит и месяца, этот парень захватывает власть во всём восточном районе. Заодно исполняет мечту девушки — учит её стрелять. Чем подтверждает — у Черного мечника обучают и этому.

Калия ошиблась. Для Пушки, как и для любого другого, камни что-то да значат, но скорее она сюда ради стрельбы отправилась.

И я тому виной. Все эти рассказы про тяжесть скорее будоражили её, чем отталкивали. Да и если уж на то пошло, чего я удивляюсь? Пушка часто меня расспрашивала. Не напрямую про учёбу, но около того. Про тренировки, испытание, сложности, как я справлялся с ними. Занималась под моим руководством. Ни дня не пропустила. Каждый день что-то делала. Питалась усиленно, массу набирала, нагружала себя, даже бегала со мной.

Причем большую часть этого она делала в тайне от меня. Я замечал кое-что, но не придавал этому значению. Тренируется и тренируется, хорошее же дело.

Выходит, это я идиот, который подтолкнул её к испытанию, ещё и подготовил. Сейчас-то я вижу, что она целенаправленно готовилась. Давно для себя всё решила. А я, дурак, думал, что ей даже мысль такая в голову не придёт.

— Дилемма стала в разы сложнее? — поддела меня Калия.

Посмотрел я на неё с болью в глазах, как затравленный зверь. Удовлетворение в её взгляде меня отрезвило. Драматизация не поможет. Есть задача, и нужно найти её решение.

— Могу взять её на себя, — предложил Гатс.

— В смысле? — посмотрел я на него.

— В прямом. По тебе видно, что ты сразу полезешь в драку, если её кто попытается обидеть. Это неправильно. Поэтому я готов взять наблюдение за ней на себя.

— И не вмешиваться, если её попытаются обидеть?

— Да, — прямо сказал Гатс. — Буду спокойно смотреть, как её избивают, если до такого дойдет. А если не сможет продолжать испытание, то вытащу. Прояви немного уважения к своей подруге, Спар, — надавил на меня Гатс, смотря прямо в глаза. — Раз она сюда пришла, это её выбор. Дай ей либо пройти испытание, как надо, либо отвалиться по пути. Если поможешь, никто из нас не сможет быть до конца уверен, что она того достойна.

С минуту мы смотрели друг на друга, бодаясь взглядами.

— Хорошо, — сдался я. — Пусть будет так.

Гатс кивнул и растворился в лесу. Пушка успела уйти вперед, и надо было её догнать.

— Чего? — глянул я на Калию.

Та смотрела на меня нечитаемым взглядом.

— Не ожидал от тебя такого, — сказал ей.

— Странно, что ты вообще от меня чего-то ожидал, — выдала она и отправилась в лес. — Оставайся здесь, Спартанец, и следи за тем, как мясо высаживается. Потом догонишь.

* * *

История повторялась.

Недалеко от места высадки поджидала первая ловушка, рассчитанная на глупых и жадных. Несколько рюкзаков с припасами, окруженных рвом с кольями.

Чтобы продолжать следить, я рискнул прыгать по деревьям. Если не задерживаться, то нормально, перчатки и ботинки выдерживают. Со своего поста я ушёл, когда все кандидаты высадились. Лодок набилось столько, что места не хватало, и люди высаживались дальше, особо не заботясь о том, чтобы затащить транспорт на берег. Из-за чего часть лодок утащило дальше по течению.

Но не суть. В первую ловушку никто не попался. Я нашёл ров, пустые и чистые колья. Рюкзаков уже не было. Группа рыжей ушла первой, поэтому были шансы, что ей достались запасы. Но она умная девочка, и так пришла сюда с рюкзаком. Как и многие другие, кстати. Не уверен, что каждый набрал припасов на семь дней пути, но что-то с собой точно брали. В том числе теплую одежду. Наверное, смогли сопоставить то, где назначена встреча, и зимний лес неподалеку.

Были и другие люди. Без теплой одежды, в одних футболках, без рюкзаков. Выглядели эти кандидаты растерянными. А через некоторое время и продрогшими. Тяжело им придется.

Не знаю, на что эти люди рассчитывали. Ладно первый раз. Никто ничего не знал, кроме того, что нужно явиться в назначенное время на заброшенку в пригороде. Спустя год какие-никакие слухи разошлись. Тогда ведь пару тысяч человек собралось точно. Две трети из них, и это минимум, остались на перроне, не смогли никуда уехать. Неужели выжившие потом не интересовались, с чем они пролетели? Допускаю, что достоверные слухи собрать было не так уж просто. Но и так, не поспрашивать местных об окрестностях, явиться как на прогулку… Нет, я в курсе, что не у всех уличных есть деньги и возможность достать хорошую куртку. Я уж молчу про ботинки — они ещё дороже. Как и рюкзаки, сумки, прочая одежда, припасы и оружие — с этим, по виду многих, сложности тоже имеются. Но всё же, всё же… Пугающая беспечность.

Благодаря карте, я знал, что вещей по пути разбросано не то чтобы много, но они есть. Так что кто-то сможет одеться и согреться, но далеко не все, а значит, будут и замерзшие насмерть. Пару дней продержаться, а потом всё. Я бы на их месте трезво оценил силы и вернулся. Хотя нет, вру. Не вернулся бы. Всё равно бы двинулся напролом.

Помимо припасов, ждали и камни. Пять редких, двадцать малых. Серьезный куш.

Мелькнула мысль, что неплохо было бы, достанься один Пушке. Что ещё больше поставило меня в ступор. Больше всего я в тот момент, наблюдая за основной массой кандидатов, хотел рвануть вперед и посмотреть, что там с девушкой. Приходилось сдерживать себя. Как я в голове ситуацию ни крутил, а хорошего решения не находил. Догнать Пушку, вырубить и вытащить в зону эвакуации — это значит предать, пойти против её решения. Хотел бы, чтобы так кто-то поступил со мной? Нет. Не оценил бы настолько широкого жеста. С другой стороны, Пушка — это не я. Стоило об этом подумать, как в голове всплыли слова Гатса про уважение. Получается, я рыжую не уважаю и считаю слабой. Вместо того чтобы поверить в неё и надеяться, что она пройдет, я думаю о том, какой мучительной смертью она погибнет.

Но только вот другой, тихий, но внушительный голос внутри меня шептал, что одной лишь верой делу не поможешь и Пушка от моих ожидания сильнее не станет. Как и слабее.

Факт есть факт. Она слаба. Девушки в принципе уступают парням. Будь иначе, и на потоке не было бы такого соотношения, один к десяти, в пользу парней. Также одного лета недостаточно, чтобы нормально натренироваться. Лишь чуть-чуть подтянуть основы. Да и что там были за тренировки… Не жесткие, больше ради веселья, а не всерьез. Ну показал я Пушке несколько приемов, как ей бить с учетом комплекции. Что с того? Хватит парочки парней, чтобы ушатать её, и это факт, а не моё неуважение.

От размышлений отвлекала первая вспыхнувшая драка на моих глазах. Подрались из-за рюкзака. Тот висел на дереве. Без всяких ухищрений, где-то на высоте шести метров. Ствол дерева не голый, с ветками, забраться проще простого, если бы не особенности леса. Человек тридцать в этом месте собрались. Первый сунулся, но его скинули, и полез второй. За что и поплатился, отморозив себе руки и свалившись вниз. Спустя минуту переругиваний полез третий кандидат. Из тех, кто был в одной футболке. Которую он снял и обмотал руку. Отчаянный парнишка. Вторую-то руку морозить придётся.

Тем не менее наверх он забрался. Замер на ветке, открыл рюкзак, вытащил оттуда куртку и собирался было надеть её, но не удержался и полетел вниз. Шмякнулся он хорошо. Или плохо, как посмотреть. Голой спиной в землю вошёл. В холодную и твердую землю.

Тут-то драка и вспыхнула.

Я следил за последней группой людей. Большая часть кандидатов вперед ушла, и с ними другие ученики разберутся. Здесь же собрались самые медлительные, две трети из которых была «налегке». Этого типа парни, девушек среди них не было, больше всего медлили, думая, заходить в лес или нет. Несколько человек так и осталась на берегу, не знаю, решились они в итоге или нет.

Так вот. Куртка стала веским поводом для начала драки. Быстрой и кровавой. На это зрелище я смотрел без эмоций. Ну дерутся парни, и пусть. Куда больше меня волновала рыжая, с которой неизвестно, что происходит.

Драка закончилась тем, что куртку разорвали на две части. Почти ровные. Отчего те, кто тянул, в разные стороны отлетели и шлепнулись на землю. На них навалились и в итоге двое других везунчиков, прихватив добычу, бросились наутек.

Придурки.

Те, кто стоял на ногах, бросились за удирающими. Те, кто не стоял, покряхтели, отдышались и тоже дальше отправились. Общая стая разбилась, люди разделились. На земле лишь один тот парень остался, футболку который снял. Я видел, как по нему несколько раз протоптались, и было непонятно, жив он или мертв.

Спустившись вниз, проверил пульс и убедился, что живой. Провёл осмотр — непонятно, что с шеей. Вроде не сломала. Сотрясение? Возможно. Оценив расстояние, общую ситуацию, подхватил парня, взвалил на плечо и потащил. Может, конечно, ему лучше лежать и не шевелиться, но в этом лесу на нормальную помощь ему рассчитывать не стоит.

Без футболки он тут и часа не протянет.

* * *

До самого вечера я занимался тем же, чем и в начале. Следил за неопытными детишками, которые пробирались через лес. Вынес пятнадцать человек. Где-то на третьей туше, с которой пришлось навернуть крюк по лесу, моё человеколюбие иссякло.

Вроде хорошим делом занимаюсь, раненых вытаскиваю, но почему-то это раздражало и бесило. Со стороны очень хорошо было видно, что люди страдают не из-за злого рока, а от жадности, самоуверенности и неосторожности.

Реально, я за весь день не увидел случая, чтобы кто-то пострадал несправедливо. Один парень испугался собственной тени, побежал и напоролся на острые ветки, чуть не оставшись без глаз. Распоров себе лицо и закричав, он бросился дальше, через кусты, где ободрал руки и ноги. Невменяемый и окровавленный, споткнулся и упал. Тут-то им лесной хищник, разновидность волка, привлеченный шумом, и решил полакомиться.

Я успел в последний момент. Цепь метнулась наперерез и оплела хищника. Волк свалился рядом с парнем, рыча и клацая зубами. Парень, поднявшись и не смотря, куда бежит, ломанулся и врезался в спрыгнувшего перед ним меня. Он отлетел было, но я перехватил его и взял на удушающий. Отпустил, только когда отключился. Сказано же было, оставаться незаметными, вот пусть потом гадает, как выбрался.

— Ничего личного, — бросил я хищнику и добил его.

Морда у него окровавленная. Кем-то уже успел отобедать. Такого зверя нельзя оставлять.

Этот случай относился сразу ко всем пунктам. Парень был жадным, поэтому и поперся сюда. Он был самоуверенным, неверно оценил силы. Также он был глупым, вовремя не догнав про жадность и самоуверенность. В общем, ни капли сочувствия этот придурок не вызывал.

И таких было большинство!

Вместо того чтобы объединиться и сотрудничать, кандидаты боролись за скупые ресурсы. Тех, кто нападал на других, я брал на заметку. Обычное нападение не повод с ними разобраться. Если кто-то мерзнет и, чтобы выжить, отобрал куртку или еду у другого, я готов это понять.

Такова жизнь. Ничего личного.

То, что они мерзнут и голодают по своей вине, не подготовившись заранее, было противоречивым фактом. Повторюсь, не у каждого на улицах есть возможность хотя бы есть каждый день досыта. Сам я не раз голодал. Да и в обносках долго ходил. Пока не поднялся на улицах.

В общем, эта борьба меня ничуть не удивляла.

Но и помогать таким людям я не хотел. Каюсь, пару человек пропустил, не стал их тащить в логово. Может, они умрут, может, выживут, но раз у них были силы нападать, то и выбраться должны.

По пути видел пару мест, где находились малые камни силы. Там же нашёл трупы. В одном месте трое погибли, во втором — настоящая бойня случилась. Кто-то или что-то десять человек положил. Я сразу на монстров подумал. Для демона слишком малая награда, но на нашем испытании на привязи сидели монстры. Скорее всего, и здесь так. Иначе как объяснить, что некоторые тела были разорваны.

Монстра я потом тоже нашёл. Особо крупный волк. Кто-то разрубил его на две части.

Как темнеть начало, поднажал. В ближайшем схроне встретил Калию.

— Ты тут одна? — залез я внутрь.

— Как видишь, — ответила девушка.

Сидела она возле грелки, поджав ноги и закутавшись в накидку. Схроны ничем не отличались от того, первого, который мы увидели. Что подтверждало версию со способностью. Слишком уж ровные стены, как будто кто-то удалил кусок пространства. Здесь, под землей, особенно с грелкой, было теплее, чем наверху. Да и ветра нет, что несомненный плюс.

По раскрасневшимся щекам догадался, что Калия только вот-вот спустилась сюда.

— А куратор где?

— Это не кураторы, а помощники, — поправила меня Калия.

— С каких пор ты стала занудой?

— Может, я всегда ею была, — пожала она плечами, что под накидкой выглядело забавно. — Ты же меня совсем не знаешь.

— Ну, если бы кто-то не ходил с вечно холодным, каменным лицом и враждебным взглядом, не шутил бы зло и был чуть открытые, то, глядишь, и узнал бы, что ты, оказывается, зануда, — выдал я на одном дыхание и сразу перешёл к делу: — Гатс далеко ушёл, не знаешь?

— Без понятия. Побежишь узнавать про свою девчонку?

— Конечно. Друзья, слышала о таком? Это такие человечки, о которых принято беспокоиться, помогать…

Калия прищурилась, свела брови и спрятала нижнюю часть лица под накидкой. Одни только глаза видны остались. Выглядело в полумраке, в огнях горелки, зловеще. Будто блеск змеиных глаз.

— Ладно, не скучай, — помахал я рукой неуверенно и выбрался обратно.

В голове мелькнула мысль, что Калия как-то странно себя ведет и что вот он, отличный шанс разговорить её. Но как мелькнула, так и исчезла. Сейчас я совсем о другом волновался.

* * *

Гатс нашёлся через два схрона от Калии. Я в каждый заглянул. Пообщался с другими учениками, узнал новости. У всех плюс-минус одинаковые истории были. Кандидаты продвигались вперед, влипали в неприятности, сами себе их устраивали. Ничего нового.

По тому, где находился Гатс, стало ясно, что рыжая темп держит и ушла чуть ли не дальше всех. Это если она жива, но я верил в лучшее.

Забравшись внутрь, увидел Гатса и куратора-помощника.

— Здорова, — махнул я рукой парню, который сидел и грел руки у грелки.

Я бы и сам не отказался погреть. Не только руки, но и ноги. В темноте по лесу скакать, ещё и быстро передвигаться, было ох как нелегко. Пришлось забираться повыше. Часть пути я и вовсе проделал, отморозив себе всё и вся над лесом, где гулял сильный ветер.

— Ты садись, — сказал мне Гатс. — Погрейся, а то лицо синее.

При этом он молча кивнул мне за спину. Там сидел мужчина-куратор-помощник. Моё приветствие относилось и к нему, но он промолчал, видимо, не желая общаться. Но это же не значит, что он проигнорирует наш разговор, поэтому надо фильтровать речь.

— Как прошло? — спросил я. — Было что интересное?

— Да обычно всё прошло. Ничего серьезного и такого, чего не было у нас, — ответил он спокойно.

Я с жадностью вглядывался в его лицо, выискивая признаки эмоций. Тишина. Спокойствие и тишина. Это значит, что Пушка жива? Прямо камень с сердца упал.

— У тебя как? — спросил Гатс.

— Нормально. Пятнадцать придурков вытащил. Ведут себя как дети.

— А ты давно взрослым стал? — спросил парень и усмехнулся.

— Да уж, смею надеяться, так глупо я себя не вёл на испытании. Отличился кто? А то я за отстающими следил, скучные они. Только глупостью и выделялись.

— Пару человек было интересных. Видел семейных. Те прут, ничего не боятся. Парочка из них сцепилась, но остались при своих и разошлись. Видел девчонку рыжую, она одна из первых малый камень нашла со своей группой. Его монстр охранял, как в том, нашем, случае. Достать камень они смогли, ожидаемо завязалась драка, и девчонка оказалась достаточно шустрой, чтобы сбежать с ним. Парни, что с ней шли, пытались догнать. Не с целью помочь, как ты можешь догадаться. А больше ничего интересного и не помню.

Я благодарно кивнул. Всё, что хотел услышать, было сказано. Так значит, Пушка хорошо себя показала в первый, легкий, день. Проявила себя, камень добыла. Прям гордость берет. И страх, что теперь на неё охоту устроят. Не говоря уж о других проблемах.

Но да ладно, ерунда это всё. Нужно, чтобы ночь пережила. Если справится, то поверю в её самостоятельность.

Ночью-то куда опаснее. Тут и силы за день истрачены, и место для ночлега в этом лесу куда сложнее найти. На дерево не залезешь, не спрячешься. А на земле ночные хищники достать могут. Ситуация так себе.

Давай, Пушка, не подведи. Продержись ещё неделю в таком темпе.

Глава 4. Демон, или Как Спартанец по лесу бегал

Пушка нервничала.

То, что казалось хорошей и правильной идеей, на деле было не таким радужным, как она представляла. Все эти слова Спара про сложность её не впечатлили. Он же вернулся живым и сильным? Значит, и у неё шансы есть.

Как-то так само вышло, что всё лето девушка собирала слухи. То, что ученик Такена зачем-то захватил улицы, подстегивало их. Люди и сами охотно обсуждали всё, что с этим связано. А уж когда за месяц до события прошёл слух, что грядет новый набор, то и вовсе это стало самой актуальной темой улиц. Которую не просто мусолили, а разбирали и планировали.

Вот и Пушка занималась тем же. Что-то напрямую спрашивала у Спара. Что-то слышала на улицах. Про вокзал, давку, поезд, что мест на всех не хватило. Жестокости и опасности.

В принципе, девушке это помогло. Она заранее нашла пару парней, которые тоже хотели отправиться. Ту, которая была в команде самого Спартанца, они приняли с радостью. Если быть точным, то это она их приняла. А те и рады были, рассчитывая на то, что девушке, а слухи про то, что они спят, также ходили по улицам, он обязательно расскажет какие-то секреты, как пройти испытание, или и вовсе сам лично поможет.

Как прибыли на место, знание, чего ждать, помогло справиться с задачей и запрыгнуть на лодку, после чего отбиться и отплыть. Уже в тот момент Пушка поняла, что все её представления и яйца выеденного не стоили. Не они одни готовились. Многие были в курсе, чего ждать, и драка вышла жестокой. Но дело было сделано, что воодушевило девушку и её команду.

Дальше помогла выигранная фора. Найдя пару палок, прощупывая перед собой землю, они сразу ушли вперед. Благодаря чему, удалось не свалиться в ловушку и добыть вещи. Пусть в них Пушка и не нуждалась, но свой рюкзак едой пополнила. С этого момента стало тяжелее. Среди кандидатов нашлось много тех, кто не был готов к переходу через зимний лес. Припасов по пути было разбросано мало, на всех бы не хватило, так что началась борьба.

Пушка понимала, что она не самая подготовленная и сильная. Поэтому сделала ставку на скорость. Нужно было как можно быстрее идти вперед. Это дополнительный риск нарваться на неприятности, но и возможность добыть что-то ценное.

Камень, например.

Девушка так до конца и не поверила, что один достался ей. Вышло это случайно. Ценную добычу охранял монстр на привязи. О том, что так бывает, Пушка слышала от Спара, поэтому не сильно удивилась. Дальше вышло не очень красиво. Слышать-то девушка слышала, но, как достать рюкзак на столбе, не знала. Пока она с парнями думала, что делать, подошла другая, большая, группа и полезла на монстра напролом. У каждого из них было оружие. Кто-то даже рогатину притащил и выступил вперед, приняв удар монстра на себя. Оружие выдержало, монстр напоролся, и второй товарищ нападающего метнулся за рюкзаком.

Он его даже успел достать и побеждал назад. В этот момент волк сорвался, сломал рогатину и в один прыжок достиг убегающего. Тот успел кинуть рюкзак за границу, но расплатился за это жизнью. В чем особо не было смысла. Ошейник на волке раскрылся, и тот оказался на свободе.

Здесь-то и началась полная жесть. Пушка сама до конца не знала, как решилась подбежать, схватить рюкзак, как увернулась от пытавшихся её перехватить и как избежала зубов твари.

Драпала она так резво, что остановилась только тогда, когда сил совсем не осталось. По пути она обшарила рюкзак, нашла там камень, а остальное выкинула, надеясь отвлечь преследователей. С этого момента она осталась одна. Двое напарников не были настолько надежными, и Пушка была готова поспорить на что угодно, преследуют её с целью обокрасть. Что и подтвердилось, когда девушка затаилась в кустах, а те пробежали мимо, на ходу ругаясь, что «Рыжая сука облапошила их».

— Такова жизнь, — шепнула девушка, утерла заливающий лицо пот и двинулась в противоположную от преследователей сторону.

Дальше, соблюдая осторожность, уйдя с основной линии пути, обходя все хоть сколько-то подозрительные места, игнорируя попадающиеся рюкзаки, Пушка целенаправленно двигалась в указанную сторону. С собой у неё был старенький компас, поэтому заблудиться она не боялась. Куртка надежно грела. Пусть и прохладно, но, когда двигаешься, нормально и даже тепло. Запас воды и еды тоже есть. Уж неделю она протянуть сможет. Особенно если найдет какой-нибудь ручей по пути.

По рассказам Пушка знала, что самое страшное происходит в особых местах. Заброшенных зданиях, городке или чем-то таком. Трезво оценивая свои силы, она понимала, что на редкий камень лучше не замахиваться. Уж с демоном она точно не справится. Как и со всеми желающими отобрать камень. Поэтому только вперед, как можно быстрее, чтобы разорвать дистанцию с основной массой людей.

К концу дня ноги и спина горели от боли, но девушка не останавливалась. Сделала короткую передышку и двинулась дальше, прикидывая, где ночевать. Она не знала, что Гатс, сопровождающий её в этот момент, решил, что передышка — это попытка устроиться на ночлег. Он и так значительно удалился от точки сбора, поэтому развернулся и двинулся назад.

Девушка же, отдохнув, пошла вперед.

Наступила ночь, но лес имел такую особенность, что слегка светился. Светло не как днем, но вблизи деревьев дорогу хорошо видно. Поэтому Пушка шла дальше. Уже не столько потому, что хотела, а в силу того, что никак не могла выбрать, где ночевать в зимнем лесу. То, что деревья лучше не трогать, она уже знала, а лечь прямо на земле не казалось ей достаточно безопасным. Несколько раз она слышала вой и рёв хищников. Да и мало ли что могло случиться ещё.

Вглядываясь в темноту леса, она резко остановилась и скользнула за дерево. Впереди виднелась человеческая фигура. Сердце девушки забилось чаще. Она не ожидала, что встретит кого-то впереди себя. Воображение живо нарисовало, как её окружают, а потом… Потом делают всё, что захотят.

Выждав с минуту, Пушка собралась было выглянуть и проверить, не показалось ли ей, но тут раздался скрип. Зажав рот рукой, чтобы не вскрикнуть, девушка прильнула к толстому дереву, боясь пошевелиться. Спину обожгло холодом, но этого она не заметила.

Вскоре мимо неё прошла первая фигура.

Странная, дерганая, с наклоненной шеей и противоестественной походкой. Будто человека огрели веслом по голове, и тот потерялся, забыл, кто он и где находится. Следом за этой фигурой появились и следующие. Они шли мимо, один за другим.

Глаза Пушки округлились, когда до неё дошло, что она видит оживших мертвецов, в окружение которых попала.

* * *

— Ты уверен, что она где-то здесь? — спросил я Гатса.

— Оставлял здесь, — ответил он, хмурясь.

После возвращения я дал себе полчаса на отдых и обсуждение прошедшего дня. Узнавать у Гатса, где рыжая и сразу бежать туда на глазах у свидетеля — это гарантированно подставить как себя, так и девушку. Не думаю, что для Такена пройдет мимо её кандидатура, а значит, мои действия будут разбирать с особой тщательностью.

Поэтому, перекусив, я предложил прогуляться по ночному лесу, посмотреть, что как, и вернуться.

Мужчина, который вроде как лег спать, не открывая глаз, сказал на это:

— Дело ваше, но ночью лучше не шляться. Пусть детишки по-настоящему испытают себя.

Предложение я со всей решительностью проигнорировал и вылез наружу. Гатс за мной. Прогулка до нужной точки заняла немного времени — минут тридцать от силы. Добрались бы и быстрее, но шли медленно и аккуратно. А то вдруг кто в кустах притаился и нас увидит.

— Следов драки нет, — заметил Гатс. — Решила пойти ночью. Не думаю, что далеко ушла. Направление весь день она грамотно выбирала, так что где-то твоя рыжая там, — махнул он рукой в самом вероятном направлении.

— Возвращайся, — сказал ему. — Дальше сам разберусь. Отдохни лучше.

— Прогуляюсь с тобой, если не против. Как найдем, вернусь.

Я бросил взгляд на Гатса и кивнул. Решил остаться на случай проблем и готов тактично свалить, если вдруг я со своей знакомой захочу пообщаться.

— Она тебе настолько дорога? — спросил он, когда мы шагов двадцать прошли.

— Более чем, — подумав, ответил я.

— Друг? Девушка? Любовь всей жизни?

— Как-то я молод для любви всей жизни, — хмыкнул я.

Несмотря на шутливый тон, за Пушку я искренне волновался.

— Обдумал, как дальше будешь себя вести? Обучение ведь тяжелое. Выдержишь?

— Главное, чтобы она выдержала.

И снова Гатс не стал повторять вопрос.

— Не знаю, как будет. Сто раз обдумал, но, хватит ли выдержки, узнаю только на практике, — добавил я.

В этот момент впереди раздался крик. Не случайный вскрик, а настоящий, полный дикого ужаса и боли.

Не сговариваясь, мы оба сорвались с места. Я так и вовсе ослабил гравитацию, подлетел вверх и побежал, отталкиваясь от веток.

Лес сыграл злую шутку. Казалось, кричали где-то совсем рядом, но я бежал и бежал, а всё никого не было. Первые тени заметил минуты через две. Десятки фигур двигались в едином, монотонном ритме.

Это были кто угодно, но не ученики. Зависнув на дереве, вгляделся в толпу, пытаясь разобраться, кто это. Мертвецы? Бледные, искусственные лица, впалые глазницы… Если бы не крик и спешка, я бы испугался. А так лишь цепко пробежался взглядом, выискивая кричавшего.

Мертвецы волновались. Похрипывали и двигались в одну сторону. Не единой массой, а рассредоточенные по лесу, они указывали направление.

Хватило несколько прыжков, чтобы оказаться в нужном месте.

Сначала я не понял, что происходит.

Прямо в воздухе, между деревьев, зависла фигура. Руки разведены в сторону, ноги смотрят строго вниз, прижатые друг к другу. Голова запрокинута, да так, что лица не видно. Я испугался, что это Пушка, собирался сорваться с места, но случилось непоправимое.

Фигуру выгнуло, крик или скорее хрип умирающего повторился, и тело переломало. Треск костей разнесся по лесу, пробирая до мурашек. Следом за треском тело разорвало на две части, будто лист бумаги. Кровь, вместо того чтобы пролиться вниз, собралась в шар.

Это было настолько ужасно, что мозг фиксировал какие-то отдельные детали. То, что волосы не рыжие, а черные и короткие. Оцепенев, я увидел, чем это закончилось. Шар выстрелил десятками алых стрел. Те вонзились в мертвецов и их потащило к разорванному телу. Походило на то, будто кто-то жадный тянет их к себе…

Несмотря на всю подготовку, встречу с демонами, я тупо не знал, что делать в этой ситуации. Будь у меня граната, закинул бы её прямо в центр этой мистики. Но ничего такого не было, а атаковать цепью показалось глупо. Слишком уж происходящее было подавляющим и мощным. Куда бить-то? Трупы подлетали, с них слезала плоть, кости плавились, образуя что-то единое. Прямо на моих глазах появлялся монстр.

Нет, не монстр. Это был самый настоящий демон. Частичка хаоса преобразовывала нашу реальность.

Осознав эту простую мысль, я нашёл ответ, что делать.

Цепь я теперь носил с двумя грузилами. Одним легким — против людей и со священным железом на другом конце — против демонов. Нелишняя предосторожность на испытании. Усилием воли я скинул цепь с руки и отправил второй конец прямо в демона. Ещё и пламя призвал. То пока слабое, даже на том же Тиче лишь небольшие ожоги оставило, но в этот момент мне показалось хорошей идеей бить всем, что есть.

Демон оказался разумным. Атаку мою заметил и прикрылся телами. Будь это обычный удар, на этом бы драка и закончилась. Но цепь обогнула препятствия и лезвие вошло прямо в сердцевину.

Никаких взрывов и криков не последовало. Лишь едва слышимый булькающий звук. Это кровь забурлила. Тела перестали притягиваться к монстру, но трансформация не закончилась. Я повёл лезвием вдоль его туловища, стараясь причинить максимальный урон, но демон сорвался с места и врезался тушей в дерево, на котором я стоял, ломая его.

Сделано это было настолько быстро, что я не успел среагировать. Повезло, что так и не вернул гравитацию до конца. Часть оставил, чтобы проще удержаться было. Это и спасло. Упал я медленно, прямо в воздухе оттолкнулся от ветки и полетел к соседнему дереву.

Слишком медленно…

Второй раз мне повезло в том, что вместо продолжения атаки демон отбросил от себя цепь и потратил время на завершение трансформации. Превратившись в гигантскую костяную маску с зубами в человеческий рост и телом, состоящим из дыма. Было ли там физическое тело, я не видел.

Коснувшись новой ветки, отпрыгнул ещё дальше. Одного взгляда на монстра хватило, чтобы оценить — эта тварь куда сильнее тех, что я встречал раньше.

Такен совсем с ума сошёл, оставляя здесь настолько мощных демонов?!

Стоило мне допрыгнуть до следующей ветки, как в неё врезался туманный сгусток. Дерево разлетелось на щепки, несколько болезненно врезавашись в меня. Я выпустил цепь, зацепился за соседний ствол и подтянул себя, уворачиваясь от щупа. Тот, как резиновый, то растягивался, то втягивался.

В этот раз я приземлился на землю, кувыркнулся и побежал, выискивая глазами, где удастся проскочить.

Если честно, на демона мне было как-то плевать. Тут нужна хорошая группа, чтобы атаковать его с разных сторон, и то шансов немного будет. Пушку я здесь не увидел, а значит…

Стоило подумать о девушке, как взгляд зацепился за что-то рыжее. Девушка стояла, вжавшись в ствол массивного и корявого дерева. Её взгляд был направлен вовсе не на меня. А на демона, который двигался следом. Я его печенкой чуял. Как эта тварь приближается и хочет мною полакомиться.

Вот же дерьмо.

* * *

Если бы Пушка знала, что встретит самых настоящих мертвецов, то в жизни бы на испытание не пошла.

Спар оставил ей денег, которых хватило бы на обучение. Устроилась бы ученицей, научилась шить и жила бы скучную, мирную жизнь до самой старости. Эти мысли пронеслись в голове у Пушки, пока она наблюдала, как мимо неё шагают мертвые. Их появилось столько, что, даже несмотря на медлительность, убежать бы уже не получилось.

Девушка была уверена, что поседела. Когда где-то рядом раздался крик, полный боли, она осознала, что и её сейчас ждет участь быть съеденной заживо. Как не сошла с ума от страха, Пушка сама не знала.

Хорошо, что её парализовало, а то бы завизжала и побежала куда угодно, лишь бы подальше.

Когда мертвецы устремились на крик, мелькнула робкая надежда. А когда где-то впереди стало происходить что-то жуткое, наоборот, вся надежда угасла. А уж когда мертвецов приподняло в воздух и с ускорением потащило вперед, то и вовсе девушка прокляла тот час, когда решила отправиться на испытание.

На этом её беды не закончились.

Казалось, что может быть хуже орды мертвецов? Оказалось, всегда найдется вариант похуже.

Треск ломаемых деревьев прозвучал подобно грому. За ним ещё и ещё.

По веткам прыгала размытая фигура, мало похожая на тех, кто заявился на испытание. И не было похоже, что фигура неспешно прогуливается. Скорее она удирала со всех ног, а то, что находилось у неё за спиной, преследовало и разносило деревья по пути.

Когда эта фигура свалилась, прокатилась по земле и бросилась бежать прямо на Пушку, она подумала, что какой-то особо шустрый мертвец разбегался.

«Щас помру», — подумала девушка.

Оставалось лишь понять, от чего именно. От шустрого мертвеца или от исполина у него за спиной.

Второй пугал куда больше, а первый был ближе.

Ситуация внезапно изменилась, когда едва различимая фигура выкинула цепь, зацепилась за дерево и сделало вокруг него оборот, игнорируя законы притяжения.

— Спар? — отмерла Пушка. Вопрос, обращенный в пустоту, вырвался из неё сам собой.

Что произошло дальше, девушка не уследила. Слишком быстро развивались события. Исполин, разнося деревья, набросился на парня. Тот чем-то ответил, раздался рев, и Спар улетел в другую сторону, столкнулся с веткой, сделал пару оборотов и скрылся из глаз.

Мимо Пушки, которая отмерла и отлепилась от дерева, пронеслась другая фигура. Тоже размытая, теряющаяся на общем фоне и очень быстрая. Единственное, что заметила девушка — это здоровенный меч. Вот тот было виден хорошо. Размером с крупного мужчину, пылающий светом, он выглядел так же дико, как и ходячие мертвецы.

Которые не все пали жертвой демона. До Пушки наконец-то дошло, кто отвечает за разрушения. Самый настоящий демон. Ходячая смерть. Против которого выступил Спартанец и ещё кто-то.

Вспышка света осветила лес, поднялся ветер, раздался новый вой.

Что было дальше, Пушка уже не видела. Бой сместился в сторону, скрылся за деревьями. Девушка же осознала, что для неё всё только начинается. Отлипнув от дерева, она тем самым привлекла внимание мертвецов. Которые попадали, после того как их потащило к демону. Дотащило не всех. И те, кто уцелел, сейчас медленно поднимались, а самые шустрые, заметив Пушку, двинулись к ней.

Глава 5. Бой, или Как Спартанец по лесу петлял

Одним своим видом демон демонстрировал, что я ему не ровня. Священное железо помогало, но серьезного урона не наносило.

Когда он полностью сформировался, то словно изнутри подсветился зеленым, раскрашивая и без того аномальный лес в совсем уж мрачные оттенки. Я бы и не подумал драться в одиночку с этим порождением хаоса, если бы не увидел рыжую. Вместо того чтобы бежать со всех ног, она замерла у дерева, скованная ужасом. На принятие решения и уж тем более обдумывание ситуации у меня не было времени.

Заметив девушку, в следующую секунду я зацепился цепью за дерево, ослабил гравитацию и, используя набранную скорость, развернулся и полетел прямо на демона. Вышло настолько ловко, что я чудом разминулся с ветками и демоническими отростками, успел вернуть цепь и ударить лезвием по задней части маски, когда над ней пролетел.

Не уверен, что демона это ранило, но то, что разозлило, — факт.

Он, как и я, набрал скорость, а заметив, что добыча удирает теперь в другую сторону, резко затормозил, проехался по холодной земле, врезался в дерево и повалил его. Пока он разворачивался, я шагов на сорок успел отлететь и остановился, проверяя, бросится ли демон за мной.

Зря волновался. Бросился.

Зеленого свечения прибавилось. Настолько ядовитого, что на него больно смотреть. Будто увидел какую-то гадость, настолько мерзкую, что, если поддаться этому ощущению, стошнит.

Демон сформировал на дымчатых отростках костяные шипы, которыми ловко орудовал. Я насчитал девять штук, но не был до конца уверен, что их именно столько. Отростки мельтешили, цеплялись за деревья и землю, подтягивая костяную маску.

Несколько секунд потратил, чтобы задержаться и проанализировать увиденное. Демон двигался не как живое существо. Маска сама по себе не передвигалась, её именно подтягивали к себе отростки. Они тянули то вперед, то в сторону, то вверх, то вниз, чтобы обходить препятствия. Чем-то это напоминало дерганого паука, и скорость выходила не то чтобы большой.

Это было хорошей новостью.

Так я успел подумать, пока отростки не сложились в единый щуп и не выстрели в мою сторону. Настолько быстро и мощно, что я едва успел увернуться.

Снова сорвавшись с места, я начал петлять между деревьями, ориентируясь на звук и треск. Пусть отростки и дымчатые, но им хватало силы играючи ломать деревья, а значит, и меня сломает, если подставлюсь хотя бы раз.

Следующую минуту я крутился, уворачивался и скакал по лесу. Если бы не способность снижать давление гравитации, быть мне сожранным и раздавленным. Но и так у меня было не особо много вариантов, как ранить существо.

Запас сил на применение новой способности быстро сокращался. Тяжесть нарастала, и я подтянул к себе цепь, не видя возможности нормально её использовать. Оставался вариант сбежать, но здесь, рядом, находилась Пушка, вот я и кружил так, чтобы не убиться и при этом увести демона за собой, не позволяя ему слишком отстать и не рискуя подходить ближе.

Неизвестно, чем бы эти салки закончились, но тут за спиной у демона мелькнула знакомая фигура, взмахнула гигантским мечом и со всей дури, в прыжке, врезала по задней части черепа. Удар был с применением силы ветра, которая разметала туманные части демона, и тот рухнул на землю, на краткий миг лишившись возможности передвигаться.

Гатс на этом не остановился, выдернул застрявший в кости меч и занес для нового удара, но череп вспыхнул, выстрелил туманом и откинул парня далеко назад.

Ничего себе.

И с этим монстром должны были справиться обычные кандидаты?!

Либо на испытании что-то сильно пошло не так, либо я ничего не понимаю.

— Ну уж нет, — прошипел я, увидев, что демон нацелился на Гатса. — А ну иди сюда, придурок!

Закрутив цепь, прыгнул вперед и выстрелил ею. То, что я принял за череп, было скорее костяной маской. Основная защита спереди, а сзади открытый туман. Со светящейся штукой в области лба. Уверен, туда Гатс и метил, но результата не добился. Хотя как посмотреть. На маске появился раскол, проходящий от верха и до глазницы, который не спешил затягиваться. В отличие от тумана. Тот быстро восстанавливался, и Гатсу пришлось отбиваться от конечностей, замелькавших с пугающей скоростью.

Цепью я ударил как раз в светящийся сгусток, запоздало подумав, что не обязательно именно это уязвимое место. У демона их вообще может не быть.

Тем не менее удар сработал. Вспыхнуло железо, три из девяти конечностей развеялись, демона повело, и Гатс воспользовался этим, чтобы обрушить ещё один мощный удар по черепушке. Специально или нет, но угодил он в первый раскол, и меч прошёл до конца, срезав часть маски.

За что мы оба и поплатились. Демон перехватил цепь и дернул на себя. Я полетел к нему и получил смачный удар отростком, от которого отлетел в сторону. По злой иронии, в который раз за ночь вписавшись в дерево. Второй удар пришёлся по Гатсу. Его меч вонзился в землю, демон придавил клинок и вдарил по парню, отчего он тоже в полет отправился.

Меня снова потащило. Цепь обернулась против меня, и я скинул её. Это было опрометчиво, лишиться оружия, но лучше так, чем сдохнуть.

Кажется, демон озадачился, когда поводок потерял свои свойства. Думал, что цепь неотъемлемая часть меня? Я отпрыгнул от твари и…

Увидел, как он схватил цепь двумя отростками, натянул и разорвал. Этот звон рвущегося металла болью отозвался в моём сердце. Священное железо, которое жгло ему плоть, демон откинул в противоположную от меня сторону, а сам резво сорвался с места. Тут уж было не до оплакиваний. Я крутанулся назад, запрыгнул на ветку, оттолкнулся от неё и полетел. Мимо пронеслось бревно. Раздался треск и глухой удар столкновения. Демон не отставал, двигаясь слишком быстро для раненой махины, куда резвее, чем в начале боя.

И снова мне на помощь пришёл Гатс.

Несмотря на две способности, я ничего не мог противопоставить демону. В отличие от парня, у которого и меч обладал пугающей убойной силой, и знаки, покрывающие оружие, давали эффект священного железа.

В один момент произошло сразу несколько вещей. Демон меня всё же догнал. Подсек ноги, схватил их, закрутил меня и со всей дури приложил об землю. В ту же секунду в спину его атаковал Гатс. Чего я уже не видел. Запас моей крепкости подошёл к концу, и я отключился.

* * *

Очнулся я утром, когда темнота ушла из леса. С трудом разлепил левый глаз. Правый не давался. Что-то его стягивало, и попытка открыть отдалась болью. Как и в целом попытка пошевелиться.

— Тише, парень, без резких движений, — услышал я знакомый голос.

Видел я расплывчато. С трудом узнал силуэт Такена. Он навис надо мной, сняв шлем.

— Держи.

Мне на лицо вылили что-то холодное, и боль почти сразу отступила. Следом чудодейственное снадобье влили и в глотку.

— Пока лежи, — сказал Такен. — Дай себе время.

Постепенно ясность мысли возвращалась. Я вспомнил ночной бой, как он закончился. Вспомнил про Гатса, который остался один, и про Пушку, которая была где-то рядом в лесу. Сколько я пролежал в отключке? Всю ночь, получается. Небо не то чтобы ясное, но и не абсолютно темное. Рассвет? Получается, что так.

Пара минут у меня ушла на то, чтобы прийти в себя. Кряхтя, смог сесть и оглядеться. Увидел Гатса, который сидел возле грелки и с мрачным видом потирал руки. Недалеко Калия стояла, под тенью дерева. Поймав мой взгляд, она осуждающе покачала головой и отвернулась.

В пределах видимости валялись и останки демона. Костяная маска. Отростки исчезли. Сейчас, при нормальном освещении, маска выглядела ещё более уродливой. Тогда она казалась цельной, а сейчас выглядела так, будто её на скорую руку слепили из нескольких костей.

Разобравшись со мной, Такен именно к ней отправился. Постоял там какое-то время, после чего вернулся.

— Кто начнет рассказ, как докатились до жизни такой? — спросил Такен без обычной веселости. — Гатс, может, ты?

— Пусть Спартанец отвечает, — ответил парень, не смотря на меня.

— Там была девушка, — подал голос я. — Что с ней?

— Жива, — ответил Гатс. — Проходит испытание. Ты начни, я закончу твой рассказ.

— Раз так, то давай, Спартанец, начинай, — подбодрил меня Такен. — Очень мне интересно узнать, что за чертовщина здесь произошла.

Было в его голосе что-то такое, недоброе.

— А мне тоже интересно, — внезапно разозлился я, вспомнив все события. — Мастер, при всём уважении, но какого хрена?! Ладно ловушки с демонами, я сам тому доказательство, их можно пройти. Но эта тварь чуть не убила нас, и её ничего не сдерживало!

— Это и есть твой рассказ? — спокойно спросил Такен.

— Это моё возмущение, — насупился я, кое-как встал, доковылял до грелки Гатса и плюхнулся рядом.

Запоздало дошло, что за ночь я успел проморозиться до состояния ледышки.

— Нда… — протянул Такен. — Кулаками тебя махать научили, а думать — нет. То ли программа обучения плохая, то ли ученик тупой. Даже не знаю, какой вариант хуже.

— На карте в этом месте не было отметки с демоном, — вставил Гатс, пояснив, к чему слова про мою тупость.

— Как будто это гарантия отсутствия подставы, — фыркнул я.

— Справедливо, — согласился Гатс и бросил взгляд на Такена.

— В этом месте не должно было быть демона. Более того, мы уже проверили, ловушки находятся строго там, где и должны быть. Так что, Спартанец, заканчивай фонтанировать недержанием и говори по делу.

Вроде спокойно сказал, но я поёжился. Аж мурашки по спине пробежали. То ли от того, что согреваться начал, то ли от скрытой угрозы.

— Мы вдвоем решили перед ночлегом осмотреться, проверить, не нужна ли кому помощь. Выдвинулись из схрона в этом направлении. Услышали крик. Направились в его сторону. Я добрался быстрее и увидел… Как чье-то тело зависло в воздухе, в форме креста. После чего тело было переломало и разорвано на две части. Выпущенная кровь не опала на землю, а собралась в шар, из которого выстрелили стрелы в мертвецов. Которых здесь под сотню точно было. Мертвых потянуло к шару и из них начал формироваться демон. Плоть слезала, кости плавились. Результат вон он, хорошо виден, — указал на разрушенную маску. — Я атаковал священным железом. Предположу, что это прервало формирование демона. По крайней мере, мертвые перестали к нему лететь. Кстати, хороший вопрос, как я пережил ночь, потому что, если уж не демон, то мертвые могли бы до меня добраться.

— Сочли тебя трупом, вот и не тронули, — ответил Гатс.

Непонятно, это он так шутит или нет?

— Что было дальше? — поторопил меня Такен.

— Бой. Демон закончил трансформацию из того, что набрал. Мои атаки он легко блокировал. Я попытался убежать от него, но не успел. — Здесь я немного приврал, не став упоминать, что остался уводить демона, чтобы защитить Пушку. — Подоспел Гатс, атаковал сзади. Дальше дрались вдвоем против него, и для меня это закончилось тем, что демон поймал за ноги и приложил о землю. Что было дальше — не знаю. Цепь он мою разорвал. Где она, тоже не знаю.

На поляне сидели мы вдвоем, плюс Такен стоял. Калия находилась на границе леса, держалась в тени. Я видел среди деревьев, что там ещё люди стоят или ходят. Кто это, сказать не мог. Все в маскировочных костюмах, не таких, как у нас, на первый взгляд. Мастер посмотрел мне за спину, я повернулся и увидел, как Стропо идет с флягой.

— Держи парень, для согрева, — сказал он мне, подходя.

— Спасибо, — ответил я.

Стропо, дождавшись кивка Мастера, свалил обратно в неизвестность. Я приложился к фляге и ощутил, как по горлу пронеслась обжигающая жидкость. Закашлявшись и проморгавшись от выступивших слез, сделал ещё пару глотков. После чего передал флягу Гатсу. Тот обошёлся одним глотком и кашель сдержал.

Суров.

— Расскажи подробнее про того разорванного парня, — сказал Такен.

Я повторил. А потом ещё раз и ещё. Мастер не успокоился, пока я ему все детали не перечислил.

— Теперь ты, — перевёл Такен взгляд на Гатса.

— Спар почти всё рассказал, — поморщился он.

— Я не понял, — нахмурился Такен. — Вы мои ученики или девки на свидании, что так ломаетесь?

На секунду нас обоих окутала чужая сила, сдавливая.

— Этот придурок побежал вперед, — заговорил Гатс раздражённо. — Не думая о совместных действиях, тактике и элементарной осторожности. Когда я подоспел, он скакал, как белка. Дальше был бой против сильного демона, не ниже ранга редкого. Моё оружие его брало, но с трудом. Священное железо Спара тоже особого эффекта не возымело. Бой закончился тем, что демон меня отметелил пару раз, отбросил меч в сторону и собирался сожрать.

— Даже так… — сказал Такен. — Почему тогда вы живы?

Я слушал, вжав в голову плечи. А ведь правду Гатс говорит. Я действовал необдуманно. Подставил друга, заставил его рисковать.

— Потому что внезапно мне на помощь пришла одна из кандидаток, — продолжил Гатс. — Где-то она нашла священное лезвие Спара и, видимо, заразилась тягой к необдуманным поступкам от него же. В общем, как-то она смогла запрыгнуть на заднюю часть костяной маски и нанести финальный удар.

— Случаем, это была не рыжая девица? — уточнил Такен с нечитаемой интонацией.

— Может, и рыжая, — невозмутимо ответил Гатс. — Говорю же, я в тот момент думал лишь о том, как буду смотреться с оторванными руками и ногами.

Такен на это хмыкнул.

— Чем закончилось?

— Демон сдох. Его отростки исчезли. Девушка навернулась и упала на землю. Я кое-как до неё доковылял и убедился, что жива.

— Не заметив характерного цвета волос.

— Темно было. А мне лицо кровью залило.

Невозмутимость Гатса не знает границ.

— Вы же понимаете, насколько идиотски выглядят эти оправдания? — спросил Мастер.

— Не знаю, про какие оправдания речь, но вот, — Гатс вытащил откуда-то из-под накидки камень.

Красный камень.

— Это вывалилось из демона. По-хорошему, он должен отойти в награду девушке. Но что-то мне подсказало, что ей опасно давать такую вещь.

Гатс кинул камень Такену, и тот его ловко поймал.

Я уже видел нечто подобное. Когда грабил логово ведьмы в церкви.

* * *

Разговор с Такеном для нас двоих закончился отстранением от миссии.

— Вы оба получили тяжелые раны. Отдыхайте и восстанавливаетесь. А с тобой, Спартанец, будет отдельный разговор, — заявил Такен и отбыл.

Так что мы отправились в схрон, где и провели следующий день.

— Спасибо, — сказал я Гатсу по пути.

Мы оба скорее ковыляли, нежели шли.

— За что? — спросил он равнодушно.

— За то, что помог в бою и выгородил рыжую.

— А ты тут при чем? Она мне жизнь спасла. Так что, может, из неё и получится хорошая ученица. Если дойдет до конца испытания.

Если.

Это отстранение как серпом по яйцам. Дальше Пушка будет действовать одна, а я до самого конца останусь в неведении, выжила она или нет.

Ох и трудные будут денечки.

* * *

Спустя шесть дней после происшествия с демоном Такен сидел в отдельном помещении и принимал одного кандидата за другим.

Работенка не такая простая, как могло показаться на первый взгляд.

Других странностей, кроме появления демона, на испытании не случилось. Но и этого события хватило, чтобы напрячься. Демон не сам проявился, а стал результатом чьей-то воли. Такен чувствовал, что здесь замешаны ведьмины отродья, как и то, что проблема куда глобальнее, чем кажется на первый взгляд. В этом и заключалась сложность. Не было понятно, с чем именно они столкнулись. С засланцем Псов, который провёл ритуал и призвал сильного демона? А если это не обычный засланец, а ведьма или колдун, которого они проморгали и не смогли обнаружить на ранних подступах?

Если так, этот человек или существо вполне могло попасть в число кандидатов, и от Такена требовалось вычислить его.

Помимо этого, были и другие проблемы. Ладно Псы, хватало других группировок, которые могли попробовать заслать своих людей. Всего испытание прошло восемьдесят два человека. Половина из них были детьми ныряльщиков. Четверть — наследники влиятельных семей. Хорошо подготовленные и тренированные. Отличный материал, с которым можно работать, при условии, что они откажутся от верности семье и будут верно служить.

Что тоже надо было как-то проверить.

Но и это не всё. Были частные моменты и личные драмы. На которые нельзя забить. Цель, которую ставил перед собой Такен, была велика и глобальна. Малейшая ошибка могла привести к краху.

Вот о чем думал прославленный мастер, когда к нему в комнату зашла рыжая девушка.

— Садись, — сказал он. — Как тебя зовут?

— Пушка.

— А нормальное имя есть?

— Это вроде нормальное, — пожала она плечами.

Как и многие до этого, не видя лица собеседника, она нервничала и пыталась скрыть это.

— Пусть будет так, — согласился Такен. — Показывай.

— Что?

— Камень.

Пушка на это внутренне поморщилась. Ей, по правде говоря, не верилось, что такие сокровища действительно раздают. Тем более девчонкам с улицы. То, что Спар подтвердил, что так и есть, не успокаивало.

Это как искренне поверить, что прямо на улице можно найти мешок с деньгами. Может, это с кем-то и случается. Раз в сто лет. Что настолько редко, что всерьез воспринимать не получается. Но Пушка всё же переборола себя и выложила камень на стол.

— Малый камень усиления, — сказал Такен. — Направленный на усиление физической силы. Когда освоишь, станешь равна по силе хорошо развитому парню.

— Всего лишь? — дернула губой девушка.

— А ты как думала? Что одного простого камушка хватит сделать тебя могущественной?

— Нет, но…

Но хотелось чего-то большего.

— Зачем ты здесь? — спросил Такен.

Пушка подобралась. Почувствовала, что прелюдия закончилась и начался серьезный разговор.

— Говорят, у вас можно научиться стрелять.

— Можно.

— Как по мне, это отличная причина.

— А про цену ты знаешь?

— То, что стану вашим инструментом и буду обязана до скончания веков служить? Я слышала, что вы издеваетесь над учениками, подвергая их тяжелым испытаниям. Про то, что обижаете — нет, не слышала. Также поговаривают, что у вас отлично кормят. Отличное предложение, как ни крути.

— Думаешь?

— Так говорят. Как оно на самом деле, я не знаю, — пожала девушка плечами.

— И твой приход сюда, конечно же, никак не связан со Спартанцем, — хмыкнул Такен. — Не делай такое лицо. Я в курсе, что ты его любовница.

Пушка замерла и прикусила язык, чтобы ничего не ляпнуть.

— Он тебя готовил?

— Нет.

— Не давал никаких советов, наставлений?

Пушка на это вздохнула и, помедлив, подбирая слова получше, ответила:

— Спартанец травил байки и говорил о том, насколько здесь невообразимо опасно и тяжело. Узнай он, что я собираюсь пройти испытание, связал бы меня и запер где-нибудь.

Такен замолчал и разглядывал девушку пару минут. Та от такого покрылась испариной, не зная, чего ожидать от того, кто при жизни стал легендой.

— О том, как это повлияет на него, ты, конечно же, не подумала, — снова заговорил Мастер. — Он ведь тогда бросился тебя защищать. Если бы не это, то остался бы целым. Он жив, не переживай. Но ты думала о том, каково ему будет учиться рядом с тобой и не приведет ли это к проблемам?

— Нет, — ответила Пушка, когда Такен замолчал, дожидаясь от неё ответа.

— Любовные связи на время обучения запрещены. За нарушение запрета оба ученика будут исключены. Тебя просто выгонят из крепости, ему же так легко отделаться не получится. Также твоему парню придётся каждый день наблюдать, как ты проходишь через тяжелые тренировки. Как тебя избивают, к примеру. Или как ты рискуешь жизнью. Как это скажется на его эмоциональном состоянии и не приведет ли к трагедии — неизвестно. Поэтому вот что я тебе скажу…

Такен достал из кармана редкий камень и положил перед девушкой.

— Я в курсе того, что ты внесла вклад в победу над демоном. Как и в курсе того, что перед этим стояла, скованная ужасом. Уж не знаю, что тобой двигало. Проснувшаяся смелость или ещё больший страх за небезразличного тебе человека. В любом случае это поступок, достойный уважения. И награды. Это редкий камень, дарующий уникальную способность, которая, как мне кажется, отлично подойдет именно тебе.

Пушка завороженно уставилась на редкий камень. Их она до этого уже видела. Спартанец показывал. Как не показать, когда они столько времени проводили вместе голышом. Но одно дело увидеть чужие камни и совсем другое — тот, который «подходит именно тебе».

— У меня для тебя есть несколько вариантов. Первый — ты забираешь оба камня и уходишь. Можешь просто уйти, куда хочешь, или отправиться с моими людьми. Они отвезут тебя на базу, где ты поселишься на месяц и пройдешь курс обучения стрельбе. Чем закроешь свою мечту. После этого отправишься, куда захочешь. Вернешься на родные улицы, устроишься подмастерьем, найдешь мужа, нарожаешь детишек. Уверен, с такой симпатичной мордашкой это для тебя проблемы не составит.

Пушка, внимательно слушая, смутилась от столь фривольного замечания, которого она никак не ожидала услышать от легендарного мастера.

— Второй вариант, — продолжил он. — Тот же самый, но камни ты оставишь здесь. Это не принуждение. Просто наличие у тебя камней, тем более редкого, автоматически вешает мишень на спину. Наверняка найдутся люди, которые в курсе, что ты ушла на испытание. Мало ли до чего они додумаются. Также, чтобы усвоить камни, их надо постоянно носить с собой, что не так уж легко скрыть.

— Это все варианты? — сглотнула Пушка. — Вы мне отказываете?

— Не отказываю. Третий вариант, я принимаю тебя в ученицы. С этого момента твоя жизнь и судьба будут принадлежать мне. Тебе придётся вкалывать за троих, чтобы чего-то добиться. Слабая, плохо подготовленная, на фоне основной массы учеников ты будешь блеклой тенью. Если честно, я не уверен, что ты сможешь дойти до конца. Учеба у меня так же опасна, как и испытание. Ты столкнешься со всяким. Уверена, что к этому готова? Мой тебе совет, выбирай второй вариант. Никаких проблем. Когда живешь обычной жизнью, кажется, что она отвратительна. Но всё познается в сравнении. Если останешься, будь уверена, очень быстро проклянешь этот выбор, а серые будни будут вспоминаться с ностальгией. К тому же своим уходом ты облегчишь жизнь Спартанцу. Ему не надо будет волноваться за тебя, и он вздохнет свободно.

Пушка этими словами была раздавлена. Она и сама уже миллион раз подумала о том, что зря в это ввязалась. Не было причин соглашаться. Ради Спартанца? Человек напротив был прав во всём. Она станет обузой для него. Вечно раздражающим фактором.

Но дело в том, что ради него она сюда и не шла. Смутно осознавая причины, Пушка стремилась к этому ради себя.

— Если разрешите, я останусь, — выдавила она из себя слова.

— Пути обратно не будет.

— Если научите, как не бояться мертвецов, то так тому и быть, — криво, через силу, улыбнулась она.

— Так тому и быть, — эхом откликнулся Такен.

Пододвинув камни к девушке, он указал ей на дверь.

— Жди отправки в крепость и пригласи следующего.

Впереди мастера ждало ещё много собеседований.

Глава 6. Возвращение в крепость, или Как Спартанца спалили

Успокоился я только тогда, когда увидел Пушку, прошедшую испытание и добравшуюся до точки.

Место встречи находилось в пригороде. У нас год назад это был чей-то завод, может, самого Мастера. Здесь же встречались на заброшенке, в пусть и неплохо сохранившемся относительно соседних, но всё же пустующем здание. Обжитая часть пригорода начиналась отсюда минутах в двадцати. Поэтому у кандидатов были все шансы дойти до точки никем не замеченными. Никем — имею в виду пригорожанами.

Пушку я заметил заранее, когда она вышла из леса. Рыжая передвигалась осторожно, оглядывалась и успокоилась, только когда её охрана встретила. Десять человек охраняли само здание. Наш же курс занимался патрулированием ближайших окрестностей. Так я девушку и увидел, собственно. Занимался обходом и заметил рыжее чудо, двигающееся короткими перебежками. Спускаться к ней не стал. Прыгал по крышам, сопровождая её и тихо радуясь, что жива.

С Гатсом мы раньше кандидатов здесь оказались очень просто. Денек отлежавшись, двинули к конечной точке в ускоренном темпе. Да-да, несмотря на «страшные раны», которые не давали нам права продолжить задание, зато позволяли бегать. Это в понимании наставников так. К нам Стропо лично заглянул и приказал быстро добраться до точки и ждать там. Зная весь маршрут, а также тропы, где нет препятствий, добрались без труда, на пару дней раньше, чем первый кандидат, и провели это время в заполнении отчётов да блаженном ничегонеделании. Если не считать патрулирования территории вокруг, конечно.

Эти дни прошли бы куда интереснее и спокойнее, но почему-то Гатс избегал меня, и за всё время мы парой фраз перекинулись. Если не считать одного разговора, в котором я рассказал, что у меня летом случилось. Про ту часть, где молодой колдун исчез. Сошлись на том, что эти два события могут быть связаны, хотя непонятно, в чем логика действий этих отродий и чего они добиваются.

Остальное же время я перемещался по крышам, следил за улицами, не заглянет ли кто любопытный, и старался не накручивать себя, думая о рыжей. Гатс также патрулировал, по другую от меня сторону, поэтому мы и не пересекались. Собственно, на это он и ссылался, не желая общаться. Мол, делом надо заняться. Но я чувствовал какое-то возникшее напряжение между нами. Ничего, кроме того, что я подставил его и повёл себя необдуманно, мне в голову не приходило. Косяк с моей стороны определенно был, поэтому я и не лез к нему, чувствуя за собой вину.

Да и одному тоже побыть хотелось. Было над чем подумать.

* * *

Гатс стоял в тени здания, наблюдая за своим участком, когда к нему подошёл Тич.

— Не помещаю? — спросил тот.

— Помешаешь, — хмуро ответил парень.

— Да ладно тебе. Разговор есть.

— Так говори, — пожал Гатс плечами.

Он был не из тех, кто любит поболтать.

— Хотел признаться в интересе к тем, с кем учусь, — сказал Тич.

— Ну хоть не в любви.

— Смешно, — без тени улыбки ответил Тич. — Но тема-то не особо веселая. Твою семью я знаю, как и ты мою. А вот наш Спартанец… Непонятно чей бастард. Не то чтобы интересно гадать, кто его заделал, — в голосе Тича слышалось пренебрежение. — Но очень уж у парня интересная внешность. Серебристые волосы и зеленые глаза.

— И что с того? — спросил Гатс, наблюдая за окрестностями.

— Да так, ничего. Я только одно небольшое семейство с серебристыми волосами помню. А зеленоглазую ведьму. Тьфу ты… Не ту ведьму, на которых мы охотимся, а выдающуюся женщину, которая вроде как давно сгинула с мужем в Колодце.

— Тич, я не понял, — Гатс впервые посмотрел на него, усмехнувшись. — Ты мне что, сплетни пересказать хочешь?

— Не сплетни, а догадки. Судя по уровню освоения камней, контракт он заключил, что автоматически снижает количество тех, кто может быть родителями парня. Если я прав… То это очень весело, что вы встретились, ещё и дружите.

К усмешке Гатса в глазах добавились нотки безумия. Он был выше и мощнее Тича. Тот невольно напрягся, заметив опасный блеск в глазах. Надвинувшись, Гатс заставил парня отступить.

— Вот это, — указал он ладонью уровень напротив своего живота. — Твоя семья. А вот это, — вторая ладонь поднялась куда выше, — моя семья. Ты всего лишь сын лифтеров, которые неплохо устроились в Колодце. А я потомок легенд. Так что подумай хорошенько, когда в следующий раз захочешь лезть ко мне.

В этот момент Гатс сам походил на демона. Тич нутром чувствовал, что хватит любой мелочи, и огромный меч парня обрушится на него, несмотря на никакие последствия. И кто из них окажется быстрее, хороший вопрос.

— Ну да, ну да, — выдавил из себя улыбку Тич, отступив ещё на шаг. — Только мы больше не принадлежим нашим семьям. Забыл, кем мы стали? Инструментами.

— Вот и веди себя соответствующе, — с презрением ответит Гатс. — А не как сопливый мальчишка. Твоя Джессика сдохла по дурости, предав нас. Спартанец в этом не виноват. Если до тебя это не доходит, значит, ты не так хорош, как думаешь о себе.

Тич дернулся, его глаза вспыхнули злостью, а рука легла на рукоять сабли.

— Твоей семейки здесь нет… — прошипел он. — За слова самому придётся…

В этот момент с крыши спрыгнул Спартанец.

— Парни, мне показалось, или вы тут целоваться собрались? Не на людях же! — воскликнул он бодро.

— Помяни черта, — сплюнул Тич, развернулся и ушёл.

— Чего это он? — недоуменно спросил Спар, глянув на Гатса.

Следы безумной ярости исчезли с его лица. Он снова надел маску невозмутимости и пожал плечами.

— С кем я учусь, — покачал головой Спар. — Даже разговаривать нормально не умеют.

Гатс в этот момент думал о том, какую часть разговора Спартанец услышал. Судя по тому, откуда прыгнул, мог и пропустить. Что не облегчало общей ситуации.

С точки зрения Гатса, было бы куда проще, отвали Спар, но тот лез и пытался играть в дружбу с завидным упрямством.

* * *

На точке сбора задержались на два дня, с момента прихода первого ученика. Во-первых, не все кандидаты пришла в одно и то же время. Их поток растянулся как раз на эти два дня. Во-вторых, их было больше, чем нас в своё время, и, если Такен так же собеседует каждого, неудивительно, что мы здесь задержались.

Как с отбором было покончено, все дружно отправились к ближайшей дороге. Ну как дружно. Новобранцев построили рядами и отправили вслед за Стропо. Второй же курс действовал самостоятельно. Что немного выбивало из колеи. Я ждал постоянных приказов, окриков и контроля. Они были, но в настолько мизерном количестве, что возникало ощущение брошенности. Тем более на фоне кричащего Стропо. Тот был в ударе. Только кричал не на нас, что вгоняло в ступор.

— А наставник-то наш отдохнул, — подошёл ко мне Шупа. — Вон с каким энтузиазмом голосит.

Крики и правда хорошо слышно. Даже несмотря на то, что двигались мы на расстоянии. Не уверен, что все новобранцы были в курсе, что их сопровождают.

— Людей больше, вот и приходится стараться, — ответил я.

Смотреть на Шупу было непривычно. Каждый со второго курса был одет в выданный нам костюм. Накидки для леса мы сдали, оставшись в «крутой форме шиноби». Я только глаза парня и видел. Как и всех остальных в группе. Пока не успел к этому зрелищу привыкнуть.

— Прям ностальгия берет. До сих пор не верю, что дожил до второго курса, — поделился Шупа.

Я был с ним полностью согласен.

* * *

Путешествие до крепости ничем не запомнилось.

Первый курс погрузили внутрь паровой фуры, самой большой по размеру. Второй курс разделился на три части. Первые отправились на крышу, вторые сели в сопровождающую машину впереди, а оставшиеся — в ту, что сзади. Получился конвой из трёх машин. Одной большой и двух поменьше.

Ехать наверху то ещё удовольствие. Наставник персонально мне, как единственному летуну, поставил задачу прыгать в небо и наблюдать за обстановкой. Чем я и развлекался следующие пять дней, быстро выяснив, что совмещение двух способностей пусть и возможно, но не особо эффективно. Будучи в полёте, я мог направить цепь и дернуть себя в нужную сторону. Но включение полноценного полёта за счёт цепи требовало тем больше усилий, чем выше скорость я набирал. Рост затрат был настолько высок, что совмещение способности почти не имело смысла. Разве что для коррекции траектории и придания небольшого ускорения, если отстаёшь и не успеваешь долететь до машины.

Не исключено, что причина в укорачивание цепи. Демон её разорвал и, пошастав по сугробам, я нашёл два огрызка. Печально и обидно. Цепь для меня как рука была, настолько я с ней сроднился.

Финал поездки для первого курса был точно таким же, как и у нас. Машины якобы сломались и всем ученикам пришлось выгрузиться.

— Ваша задача добраться до крепости! — скомандовал Стропо.

После чего мы уехали. Второй курс оставлять не стали. Но лично мне это показалось дурным знаком. Что же такое приготовили наставники, если не стали растрачиваться на «мелочи» в виде пробежки до крепости?

* * *

— Построились! — скомандовал Стропо, когда мы выбрались из машин. — Было решено, — продолжил он, когда приказ выполнили, — что вашим основным наставником останусь я. Наставника первого курса вскоре увидите. Надеюсь, то, что мы с вами продолжим плотное общение, вдохновляет вас так же сильно, как и меня, — криво усмехнулся Стропо.

— Так точно! — гаркнули мы дружно в ответ.

— Отлично, — мне показалось, взгляд Стропо даже на секунду потеплел. Кричать он перестал, перешёл на обычный тон. — Тогда пройдемся по организационным моментам. Прошлые ваши комнаты отходят первому курсу. Сами вы теперь будете жить там, — указал он на здание. — Займете пятый этаж. Для вас приятная новость в том, что этот этаж полностью ваш, но там нет ничего. Ни полов, ни мебели. Ваша задача — привести ваше жилище в божеский вид. Делать вы всё будете сами. Работать своими ручками, если кто не понял. Объяснить, зачем это надо? Или кто сам догадается?

Наставник обвёл нас всех взглядом и, не дождавшись ответа, продолжил:

— В жизни может пригодиться любое умение. Раз уж вы заслужили право на имя и жилье, то вам дарована привилегия самим обустроить его. Считайте это тренировкой ответственности. Что сделаете, с тем и будете жить.

А как же убийство ведьм, демонов, свержение режимов, захват мира в конце концов? Не ожидал я, что наше обучение начнётся с ремонта.

— Расписание найдете у себя на этаже. В тех случаях, когда тренировки будут пересекаться с первым курсом, готовьтесь помогать. Также исходите из того, что, когда дойдет до вылазок в горы, именно вы поведете учеников. Со всей отсюда вытекающей ответственностью… — обвёл нас Стропо потяжелевшим взглядом. — Если кто-то из них сдохнет по вашей вине, лучше вам там же рядом слечь. Хотя нет. Это не спасет, — закончил он задумчиво мысль и перешёл к следующей: — Теперь касательно новых правил. Первое — задирать первый курс запрещено. Давать им советы или рассказывать про суть заданий — запрещено. Разрешается отвечать на вопросы, связанные с обучением. То есть объяснить, как работает тот или иной приём — можно. Рассказывать то, что их ждет впереди — нельзя. Также запрещены любые романтические и сексуальные связи между учениками. Если вдруг кому-то в голову придет мысль применить силу… — Стропо обвёл нас всех взглядом, — то я вам обещаю. Оторву руки и ноги, вырву язык и глаза, прижгу раны и сброшу обрубок в каком-нибудь пригороде, заплатив местным, чтобы они заставляли вас есть и продлили мучения…

Что-то новенькое. Настолько мрачных угроз до этого наставник не выдавал. В смысле, он часто нам угрожал, но вот чтобы так — впервые. Наверное, это связано с тем, что в новом наборе штук десять девушек точно есть, а следовательно, и возможности для всякого разного.

Ну а то, что Стропо задержался взглядом на мне, было отдельным намеком, что Пушку лучше за версту обходить.

В этот момент из ближайшего здания вышла госпожа целительница и… Васька. Я сразу её и не признал. Девушка вытянулась, похорошела, перестала сутулиться. Волосы в строгий пучок собрала, чего раньше никогда не было. А ещё форму надела. Тоже строгую, такую же, как и её наставница, госпожа Фиона.

Стропо тоже их заметил.

— Из нового, у госпожи целительницы появилась ученица, — пояснил он нам. — Если кто обидит… Ну, вы поняли, — закончил он скомканно, улыбнувшись Фионе.

Женщина-то она красивая, грех ей не улыбнуться. Только вот я теперь знал, что у неё с Такеном есть общая дочь, что меняло если не всё, то многое.

— На этом инструктаж закончен, — сказал Стропо. — До прибытия первого курса вы должны привести себя в порядок, переодеться в учебную форму и встретить свежее мясо на площадке для тренировок. Покажете им, куда они попали, — улыбнулся он кровожадно. — Разойтись.

Сам наставник задерживаться не стал и направился по своим делам. Васька же в этот момент, глазея на нас и дождавшись конца инструктажа, явно без спроса отделилась от Фионы и рванула к нам.

То есть она не просто отошла от наставницы, а именно рванула. Стрелой метнулась.

Меня она как-то вычислила и под маской.

— Спар!

Прокричав это, Васька разогналась и напрыгнула на меня со всем пылом юности.

Твою же мать…

* * *

Когда Стропо говорил о том, что выделенные нам помещения пустые, он не лукавил. Единственное, что там было — хорошие окна.

Смотря на голый пол, я думал о вечном. Стараясь игнорировать выразительные взгляды других парней и шуточки за спиной.

Нда…

Ваську-то я поймал. За мягкое место и поймал.

— Ученица! — раздался властный голос Фионы.

Казалось, вздрогнули все. Глаза Васьки расширились от ужаса, она слезла с меня, спрыгнула и убежала. Получив смачный подзатыльник от наставницы.

Я в этот момент стоял охреневший. Стропо поймал мой взгляд и провёл пальцем по горлу, предупреждая, что сделает со мной.

— Это сейчас что было? — выразил общее удивление Шупа. — Спар где-то заполучил легендарный камень притяжения девушек?

— Камень бабника? — рассмеялся Тридцать Шестой.

Звали его Артур. Предположительно из семейных. Любитель шеста. Мы с ним конфликтовали немного, но вроде это не вышло за рамки обычного, пусть и ожесточенного, соперничества.

— С целительницей знаком, как понимаю? — улыбнулся Тич, сверкнув глазами.

Может, кого его улыбка в тот момент и обманула, но я отчетливо осознал, что значит блеск в глазах.

У Тича была дорогая ему Джессика, которая погибла на нашем с ней общем задании. Теперь здесь, в крепости, есть дорогой мне человек. Не один, а двое. О рыжей Тич не факт, что знает. Он находился вдали от событий и мог упустить этот момент.

Взглядом Тич выдал, о чем думает. О том, что ситуация может повториться, и теперь уже я буду оплакивать тех, кого потерял.

Сука.

В тот момент я его искренне возненавидел.

— Оуч, — сказал Шупа. — Как Спар-то напрягся. Парень, ты спокойнее. На твою девушку никто не покушается. Ты лучше в подробностях расскажи, как лето провёл и когда успел, а? — подошёл он ко мне и толкнул плечом шутливо. — Выгулял своего дружка, да?

Видя его похабную улыбку, мне захотелось ему вмазать.

Сдержался. Выдохнул, успокоил разгоревшуюся ярость внутри и даже Тичу смог улыбнуться. Он тоже не дурак, понял, что я ему сказать хочу. Если с девушками что-то случится, убью его первым. Так, на всякий случай.

— Было бы что рассказывать, — ответил я Шупе. — Это моя подруга детства, вот и всё. Я попросил Такена позаботиться о ней, так и вышло, что она оказалась здесь.

В тот момент у меня не было времени обдумывать, стоит ли сливать эту часть истории. Так я хотел объяснить, откуда знаю Ваську, и выгородить её.

— Звучит как самая наглая ложь! — возмутился Шупа. — Я видел, как ты её подхва…

Рука Гатса опустила на плечо парню.

— Хватит болтать. У нас задание есть.

— Ну да… — протянул Шупа и зарылся пятерней в отросшие волосы.

Когда здесь жили, не заморачивались и стриглись коротко. За лето же многие волосы отрастили. Пусть и короткие.

Хотел сказать Гатсу спасибо, но тут увидел у него за плечом Калию. Которая странно на меня смотрела. Будто примерялась, куда нож вонзить.

Да что это с ней?

— Ты прав, — сказал Тич Гатсу. — Поболтаем в свободное время, а сейчас идем смотреть, где нам предстоит жить.

Пока шли до отведенного этажа, у меня было время собраться с мыслями.

То, что Васька здесь, хорошо. То, что она в ученицах у Фионы, вообще отлично. Если та взяла её себе под крыло, то уверен, нормально обучит. А значит, Васька по жизни не пропадет. Целитель нужен всем. Целителей не убивают и не посылают на передовую. Они всегда в тылу, в качестве поддержки.

Иначе говоря, у Васьки появились реальные шансы прожить нормальную, интересную, а главную, сытую и безопасную жизнь.

Безопаснее, чем если бы она осталась на улицах. Это радует.

Но то, как она себя повела, — это подстава, конечно. Нет, мне приятно, спорить не буду. И её увидеть, и обнять, пусть на короткий момент. Но как же это сложно… То рыжая, с которой непонятно, как себя вести теперь. То Васька… Не хватало ещё, чтобы сюда Роза заявилась.

Ха-ха.

Ещё и Калия. Вот чего ей надо? Все эти взгляды, раздражение, пробивающееся, когда дело касается других девушек. Напрашивается мысль, что Калия ревнует. Но как бы… Как бы — с чего бы? Она всегда была холодна. Да, нас что-то связывает, но скорее дружба, чем романтические отношения. Мысль о том, что она влюбилась в меня, ничуть не грела. Во-первых, я могу ошибаться. Во-вторых, куда мне ещё и это?

Не было печали, как говорится, или бойтесь своих желаний. В первый год обучения я часто думал о девушках. О чем ещё думать, когда лежишь и пошевелиться не можешь от усталости. Конечно же, о чем-то светлом и приятном. Мда, получил я этого сполна.

Теперь не знаю, как разгребать.

А бодро первый день в крепости начался. Ваську увидел, понял, что Тич теперь не просто соперник, но и враг. А ведь ещё не вечер. Сейчас кандидаты добегут, и, уверен, будет тяжело. Знаю, что их ничего хорошего не ждет.

Глава 7. Первый день, или Как Спартанец приветствия новеньким выписывал

Вступительная речь Такена не сильно отличалась от того, что мы услышали год назад. По смыслу — один в один. Вы теперь инструменты, готовьтесь страдать.

Не прямо так он сказал, конечно, про страдания это я от себя вольной трактовки добавил. Но ведь правда же? Правда.

Услышав про то, что будут обучать решать поставленные задачи, мысли перескочили на наш пустой этаж. Комнат там хватает. Весь наш небольшой отряд сможет разместиться по четыре-пять человек на комнату. Калия с Джихой уже заняли себе отдельную. Не самую маленькую, кстати. Но никто спорить не стал. Говорю же, места с запасом, ещё пара комнат останется, когда разместимся.

То, что нам придётся поработать плотниками, меня не удивило. Не в том смысле, что я ждал именно этого, а в том, что, вспомнив то самое задание, где погибла Джессика, и где нам надо было внедряться, подумал, что неплохо иметь какие-то навыки, не относящиеся к боевым.

Не знаю, как другие, а лично я загорелся идеей сделать себе самую лучшую кровать. С удовольствием бы посмаковал, как обустроюсь, но речь Мастера подходила к концу. Был представлен новый наставник. На вид ещё более суровый, чем наш.

— Зовите меня Джонатан Борода, — вышел вперед мужчина. — Обращаться можно мастер, мастер Джонатан или господин наставник.

У Джонатана не было бороды и левого глаза. Может, и последний и был, но что там за повязкой не видно. В плечах он был ещё шире Стропо. Ростом сопоставим. То есть выше большинства учеников. Стоял он, сложив руки за спиной и недобрым одноглазым взглядом поглядывая на первый курс.

Мы же стояли чуть в стороне. Надо будет потом поспрашивать, знает ли кто этого Бороду. Стропо вон какой-то известный ныряльщик. Не легенда, но прославиться успел.

Дальше была тоже хорошо знакомая часть. Люди как построились, так номера и получили. Восемьдесят семь человек. Побольше, чем нас было. Смешно, но Пушка получила четырнадцатый номер, как у Калии. Надеюсь, это не спровоцирует новую порцию едких замечаний.

На дворе, кстати, вечер стоял. Приехали мы после обеда, но это мы. Первый же курс успел пробежаться. Сейчас они стояли, раскрасневшиеся, помятые и грязные. С погодой им не повезло. Хотя, кто знает, может, в это время года здесь всегда дожди и лужи, в которые так удобно падать, если вдруг перегрелся и хочешь охладиться.

Как закончили с раздачей новых позывных, молодняк погнали по комнатам. Мы же отправились на ужин. Самая жесть начнется завтра.

* * *

Питались мы теперь в новом месте. Раньше это было просторное помещение, где могли разместиться пятьдесят человек и особо не толкаться. Но с новым пополнением так бы уже не вышло. Так что теперь нас отвели в новую столовую. Подозреваю, что крепость за лето не только здесь перестроили, и новые сюрпризы ещё ждут впереди.

Кухарок тоже прибавилось. К двум знакомым женщинам добавилось ещё три. Такие же упитанные и пышные, хах.

— У нас пополнение, — ткнул я Гатса локтем, кивнув на поварих. — Голодными не останемся.

— А ты боялся умереть от голода? — спросил он равнодушно.

С парнем явно было что-то не так. Точнее как… Когда мы познакомились, он был точно таким же. Мрачным, держал дистанцию, плохо шёл на контакт. Потом, во время испытания, когда объединились, эта стена треснула, и после года обучения я мог с уверенностью сказать, что мы друзья.

Но сейчас Гатса будто подменили. Причем, когда мы только встретились, он был нормальным, а потом словно перещёлкнуло. С чего бы?

— Да вот подумал, может, тебя покормят нормально, и ты повеселеешь.

— Чтобы Гатс повеселел? — хмыкнул Шупа, стоявший с подносом впереди нас и обернувшийся. — Скорее я раньше добуду десяток легендарных камней. Может, он просто завидует, что у тебя есть девчонка в крепости?

— Шупа, ты бы завязывал с этой темой, — предложил я ему. — А то сам знаешь, впереди ведь скоро спарринги будут.

— Думаешь напугать меня? — улыбнулся он. — А я летом без дела не сидел, тренировался! Так что мы ещё посмотрим, кто кого, Спартанец!

— Как будто я не тренировался. На бойцовской арене даже прославиться успел.

Хотел добавить «пока закрывал норму на камень укрепления», но прикусил язык. Лишнее это, о контрактах распространяться.

— Уличной? Знаю я, какие там бойцы, — фыркнул он. — А я крутой шиноби! Вот и посмотрим, кто кого!

На это теперь уже я улыбнулся. Всё же год обучения нас изменил. Раньше Шупа был из тех угрей, которые любят хитрить, а прямые столкновения обходят стороной. Сейчас же у него кулаки чесались. Научился получать удовольствие от хорошей драки.

— Ты лучше вот что скажи, — шагнул я вперед, когда очередь продвинулась. — Успел узнать про нового наставника?

Последнее я спросил тихо, чтобы кто-нибудь лишнее не услышал. Не то чтобы об это нельзя спрашивать, но, скажем так, кричать точно не стоит.

— Неа, — качнул головой Шупа. — Когда? Мы только до столовки дойти и успели…

Ну да. Что-то затупил я. Зато тему сменил, уже хорошо.

Когда очередь до нас дошла, Шупа протянул свой поднос, и ему сноровисто поставили три тарелки. Суп, рис с мясом, салат. Пройдя вперед, он ещё компот и свежеиспеченную булку забрал. Красота.

Сели мы все рядом. Калия тоже. Она за спиной Гатса стояла в очереди, а я впереди него. За Гатсом девушку и не видно было. Как-то она так исчезать умела, что забываешь про неё, а когда глазами наткнешься, вздрагиваешь. Или это только я вздрагиваю?

Блин, надо бы её в темный уголок затащить да прояснить, что происходит… Или лучше оставить как есть? А то прирежет ещё. Не стоит забывать, что она вроде как дочь прославленных убийц.

От этих размышлений меня отвлек Гон.

Напротив меня сел Гатс, рядом с ним Калия, а следом — Джиха. Шупа оказался напротив Калии, а Гон — напротив сестры. Так уж вышло, что мой вопрос парень слышал, и, неожиданно для всех, ему нашлось, что сказать.

— Я слышал про этого человека.

— Чего? — повернулся к нему Шупа и свой вопрос произнес таким тоном, будто впервые парня увидел. — Ты про Бороду?

— Слышал про одноглазого человека, который охотился на разбойников. Десять лет этим занимался. Находил, ломал им ноги и отпускал. После такого выжить сложно, а продолжать заниматься разбойничеством — невозможно.

Я глянул на Джиху, скажет ли она что. Но девушка занималась едой, делая вид, что нас не слушает.

Интересно, насколько этот комнатный цветок изменился? В момент общего сбора я краем глаза видел сцену их встречи. Брат чуть ли не побежал к сестре, а та встретила его прохладно. Свои истории они не рассказывали, но, думаю, находились они на разных заданиях, проведя лето по отдельности. На первый взгляд, оба стали спокойнее. Джиха — увереннее. Не было ощущения, что она хочет сжаться и исчезнуть. Гон же не грозил разобраться с каждым, кто лишний раз посмотрит на его сестру.

Прогресс, однако.

— Получается, ещё один монстр пополнил коллекцию Мастера, — сказал Шупе. — А мне наш Стропо нравится. Я даже скучал по нему…

— Спар, хватит пялиться, — сказала мне Калия, и я опять вздрогнул.

Черт, а ведь и правда засмотрелся на Джиху… Точнее, я сначала на неё посмотрел, а потом завис, думая о своём. Но выглядело это так, будто я пялюсь на девушку.

— Спар, да ты превращаешься в сексуального маньяка… — рассмеялся Шупа. — В опасного сексуального маньяка! Эй, — возмутился он, — остынь, Гон, это не я на твою сестру пялюсь!

— Не пялюсь я ни на кого! — возмутился я.

Что странно, Джиха посмотрела на меня с любопытством, а не встревоженно. Способность у неё новая интересная появилась. Девушка создавала матовый, золотистый шар и могла им управлять. Недолго, но в бою точно пригодится.

Если по голове кого стукнуть, хорошо будет. Не тому, кому стукнули, разумеется.

— Хочешь сказать, что я вру? — недобро посмотрела Калия.

— Хочу сказать, что ты всё искажаешь!

— То есть ты не пялился на Джиху? — приподняла бровь Калия.

— А почему тебя это так волнует? — расплылся в улыбке Шупа. — Ох, чувствую, веселый год будет. Какие страсти кипят, какие страсти…

— Ты бы прикусил язык, если не хочешь, чтобы я тебе вилку в руку воткнула, — холодно ответила ему Калию.

— Всё-всё, молчу, — провёл он пальцем по губам, делая вид, что закрыл рот на замок.

Так, то ли переругиваясь, то ли шутя, мы и провели остаток ужина.

* * *

Утром я чуть не расплакался от умиления.

Спали мы в походных мешках. Мебель, понятное дело, никто ещё сделать не успел. Встали рано, так, чтобы успеть построиться раньше первого курса. Никто нас не будил. Стропо лишь пообещал устроить райскую жизнь, добавив, что личное жилье с нормальным душем и туалетом только для ответственных людей, способных вовремя проснуться. Альтернатива этому — спать на улице и просить у первого курса поделиться душем.

Дураков проспать у нас не нашлось.

День начался с совместной пробежки. Куда же без этого. Стропо увёл наш отряд вперед. Мы добежали до точки, а потом отправились назад и дальше помогали вести всю эту толпу, которая производила смешанные впечатления. Где-то треть учеников держалась на отлично. Ещё треть — более-менее хорошо. Остальные же… Ну, они бежали. Желая этого или нет.

Когда наша группа вернулась, Пушка находилась во второй группе, но минут через пять сдала и переместилась в третью. Не она одна. Не стоит забывать, что первый курс в полном составе усвоил ещё и камни усиления. Моя выносливость была раза в два выше, чем у хорошо тренированного парня.

Серьезное подспорье.

Когда эта толпа худо-бедно добежала, началась следующая часть. Растяжки, общая нагрузка… Нас поставили объяснять, что и как делать, заодно следить, чтобы никто не халтурил.

Неужели мы дальше всё время няньками будем?

* * *

Бег и разминка ещё ладно. Дальше первый курс ждала куда более неприятная часть. Да и меня тоже.

Как вернулись в крепость, ученикам дали время привести себя в порядок, отдохнуть и сходить позавтракать. Последнее, как по мне, было лишним. Потому что следующим пунктом в списке тренировок шёл общий рукопашный бой. Который лишь называется красиво, а по факту это было что-то типа «знакомства».

Разобравшись с завтраком, наш курс построился на площадке. Даже здесь уже была заметна разница. Мы стояли в два ряда, ровным строем. Они же… Сброд, он и есть сброд. Кто-то пытался организоваться, но то в одном месте, то в другом, находился умник, не догоняющий, что делать.

Одежду им выдали, как и нам на первом курсе. Она была нормальной, но серой, невзрачной, успевшей испачкаться после утренней пробежки и многочисленных падений. Волосы также никто ещё не успел состричь, а мыть их без мыла под холодной водой на улице — это ещё попробуй заставь себя. Поэтому основная масса людей выглядела как пугала.

Рыжая не исключение. Понятно, что поглядывал я на неё куда чаще. Она собрала рыжие волосы в пучок, но не очень аккуратно, выбивающиеся волоски торчали в разные стороны.

Эх, жаль. Наших девушек никто налысо не обстригал, но они и сами в первые же дни состригли волосы до плеч максимум. Сейчас у обеих отрасли, и непонятно, как они поступят. А жаль, потому что Пушка потеряет эту часть своей красоты. Подумав, решил, что это наименьшая из её проблем.

Когда подошёл Борода, то парой окриков заставил первый курс нормально построиться. А там и Стропо взял слово.

— Спартанец! Гатс! Тич! Гон! Калия! Выйти из строя! — скомандовал наставник. — Ваша задача на деле показать, чем отличается второй курс от первого, и продемонстрировать, чему они будут учиться! Рассредоточиться, приготовиться к поединкам!

— Первый курс! — также громко выдал Борода. — Распределиться на пять шеренг! Выходить по одному! Ваша задача показать, что умеете! Способности, если найдутся такие, не применять! Если не хотите, чтобы второй курс ответил симметрично!

Вот вам и знакомство в формате избиения обыкновенного.

Так вышло, что мне досталось место с краю. То, что меня первым вызвали, что означает? В рукопашке я один из лучших. Как и остальные, кого вызвали. Тут сложно определить, потому что лидерство не раз менялось и переходило от одного к другому. Но всё же мы с Гатсом держали первенство чаще других.

Я напряженно вглядывался, в какой ряд попадет рыжая. И попала она ко мне в «очередь».

Гадство.

По семнадцать человек на каждого. Пушка четырнадцатая, вот и встала в первую шеренгу.

— Драться можете, как хотите! — сказал своим Борода. — Поединки для вас станут повседневной нормой, поэтому не стесняйтесь, попробуйте побить второй курс и сбить с них спесь! Если кто победит, неделю будет мыться в нормальном душе! Начали! — скомандовал наставник.

Спесь он сбить собрался, ага.

Первый вышедший против меня оказался нерешительным парнем. Он неуверенно замахнулся, попытался ударить. Его кулак двигался слишком медленно, остальное тело не работало. Про стойку вообще молчу, она отсутствовала. Удар из серии — надо посильнее замахнуться, глядишь, попадешь.

Я перехватил его руку, подсек ногу, уронил на землю и ударил в голову. Не так, чтобы вырубить, но так, чтобы дезориентировать и показать, что тихая жизнь закончилась.

— Жалкое зрелище, — прокомментировал Борода, который неспешно двигался вокруг нас.

Пока новый Первый отползал, а Второй выходил на его место, я успел глянуть, что там у других. Та же самая картина. Кто бы сомневался.

Второй мне ничем и не запомнился. Как и третий. А вот Четвертый удивил. Он был полностью уверен, собран и внимательно смотрел за мной. В нем не ощущалось той напряженности, которая бывает у тех, кто боится. Драки, боли, проиграть, чего бы то ни было. Полная расслабленность. Неизвестно, что внутри, но внешне он умел себя контролировать.

Ещё и поклонился, приложив кулак к ладони и выставив перед собой.

Начал красиво. Как-то хитро замахнулся, закрутил руки и, кажется, хотел толкнуть меня ладонью в грудь. За что и получил прямой удар ногой в живот. Сложившись, рухнул и уже продолжать не стал.

Когда он встал на карачки, я не удержался и пинка ему отвесил.

— Кто же так в драке кривляется! — крикнул на парня Борода. — Встал! Дерись нормально!

Пинка я ему отвесил не болезненного, зато обидного. Собранность он свою утратил. Вспотел, пятнами покрылся и злой взгляд бросил.

Второй раз вышел у него ничуть не лучше. Ударил-то он нормально. Попытался даже какую-то связку выдать, да и голову прикрывал умело. Только этого всего было маловато, чтобы удивить кого-то из учеников второго курса.

Я поймал его, перекинул через бедро и добавил кулаком. Третьей попытки не было и вскоре парень, зажимая разбитый нос, утопал обратно.

Три парня за ним мне не понравились. Слишком уж смотрели нагло, с вызовом.

На фоне остальных они выступили лучше. Движения скупые, сильные. Чувствовалось, что ребята крепкие, не раз дрались на улицах. Обошёлся с ними куда хуже, поразбивав лица. От меня они уползали. А нечего было так смотреть, сами виноваты. Из нас дурь выбивали, теперь ваш черед пришёл, ребята.

Такова жизнь.

Восьмой ничем не выделился. Тоже быстро слился. За ним шла девушка… Кхм.

Я даже не знаю, как описать Девятую.

Она была низкой. От силы сто шестьдесят сантиметров, то есть мне где-то по грудь. Волосы сероватые, какие-то невзрачные, завязаны в тугой узел, едва заметный. Лицо округлое, некрасивое. Да и сама она какая-то нескладная. Смотрела на меня исподлобья, глубоко посаженными глазами. Губы плотно сжаты, почти не видно.

Девушки — сложный в моральном смысле противник. Если проиграешь им, другие парни будут над тобой смеяться. Если победишь — тоже ничего хорошего, ведь ты уделал девчонку. Калия была в этом смысле исключением, потому что могла побить большую часть парней. А уж когда доходило до применения способностей, то и вовсе становилась крайне опасной. Если же дать ей любимые кинжалы, то опасаться стоило всем. И мне, и Гатсу, и Тичу. На ножах она дралась чуть ли не лучше всех. А может, и лучше.

Но то Калия. Которую я год знал и, скажем так, научился видеть в ней не девушку, а боевого товарища. Эту дурь из нас тоже быстро выбили. Проблема в том, что Девятую-то я не знал. Поэтому и замер в растерянности, прикидывая, как лучше поступить.

Не восприняв её как противника, за что и поплатился.

Подойдя, она мгновенно ужалась, сноровисто прикрыла голову руками и прописала мне двоечку. Двигайся она чуть быстрее и попала бы. А так я отклонился, не дав ей дотянуться. Чуть поспешила и не рассчитала дистанцию. Хотя как посмотреть. Следом за двоечкой полетел удар в колено. Не бедро, а именно колено. То есть она была готова нанести травму.

Это само по себе выделило её на фоне остальных. Половина из тех, кто прошёл через меня, не обладали готовностью бить на поражение.

А то, что она девушка, выделяло её вдвойне. Подвернув ногу, я принял удар. И, несмотря на всю тренированность, закалку и почти усвоенный камень укрепления, мышцу мне отсушило неплохо.

После этого мозги сразу встали на место. Девушка перестала быть девушкой и превратилась в опасного, неудобного противника. Ускорившись, я блокировал следующие удары, опять ощутив, что бьет она будто молотками, и сам пробил ей несколько раз. Не добившись ожидаемого эффекта. Предыдущие парни от такого складывались, а эта ничего, выдержала и продолжила как ни в чем не бывало.

Бой с ней продлился дольше всех. Нет, она не дралась на равных. Ей сильно не хватало скорости и техники. Та хоть и была, действовала она более-менее грамотно, но до наших стандартов не дотягивала. Так же ей не хватало длины рук. Я тупо мог держать её на расстоянии, не давая в себя попасть. Единственное, в чем она была хороша — это в умении держать удар. Я будто дерево лупил. И свалил её, только когда начал бить в полную силу.

— Ты молодец, — шепнул ей, подав руку и помогая встать, когда бой закончился.

Девушка сплюнула кровь из разбитой губы, едва заметно кивнула и отошла в сторону. После неё у меня точно синяки будут. Несмотря на это, как боец она мне понравилась. Если бы мне кто дал выбор, она одна или все, кто был до неё — парни бы отправились обратно домой.

На следующих противниках я отдохнул. Включился в рабочий режим и выполнял задачу, методично избивая новичков. Как это для них выглядело? Как всего пять второкурсников перемалывают толпу новобранцев. Надеюсь, это их замотивирует учиться, а не, наоборот, деморализует.

Наконец до меня добралась Пушка. Ни улыбки, ничего, что бы нас связывало и намекало на знакомство. Я бы сказал, она выглядела как и все. Все те, кто не умел драться. Те же самые ошибки, что я видел до этого. Слишком широкий замах, тело не включено, стойка отвратительна, никакой устойчивости.

Я так до конца и не определился, как вести себя. Если бы рыжая замерла, не уверен, что у меня нашлась бы решимость атаковать первым.

Но к тому моменту я немного запыхался. Как-никак, она четырнадцатой вышла. Пусть все они и слабы, но и я не титан, чтобы вообще не запыхаться. Тело сработало само. Пушка замахнулась, попыталась ударить, я перехватил её и сделал то же самое, что и с Первым. Подсек ногу, повалил и… Лишь обозначил удар, едва коснувшись лица. Наверняка больно, но ничего не разбил.

Подал ей руку, но она её проигнорировала, встала и приготовилась драться дальше.

— Спартанец! — гаркнул Стропо. — Прояви уважение к девушке!

Борода в этот момент у пятой шеренги что-то выговаривал, а Стропо здесь, рядом, стоял. Не знаю, специально или нет.

Пушка снова попыталась ударить. Так, как я её учил. Ещё одна подсечка, и на этот раз ей досталось сильнее. Поднялась она с трудом.

— Иди, — сказал ей.

Было подумал, что опять попробует ударить, но нет, отошла в сторону.

Дерьмо. И почему мне хочется под землю провалиться?

Глава 8. Искусство боя

С тренировочной площадки я уходил в подавленном настроении. Сам до конца не знал, как отреагирую на «учёбу» рыжей. Теперь знаю. Умом понимаю, что правильно поступил, что выбора не было, а всё равно погано на душе.

Следующим в расписании у нас стояло занятие с личным наставником. За нашей троицей также остался закреплен наставник Граф. С единственным отличием, что к нам ещё троих отправили. Тех, у кого раньше редких камней не было, а сейчас появились. Занятие прошло по большей части мимо меня. Слушал вполуха, что он там говорит. Оживился, когда очередь до меня дошла. По сути, занятие свелось к обсуждению успехов с камнями за лето да составлению нового учебного плана. Пожаловался Графу, что мою цепь порвали и теперь тренировки осложняются. Тем огрызком, который я подобрал, много не сделаешь.

Куда обиднее было со священным железом. Я был искренне убежден, что с ним ничего не сделается, но, когда Гатс вернул мне оплавленный огрызок, иллюзии разрушились. Тогда же парень пояснил, что да, священное железо не панацея.

О чем я также рассказал Графу. Что выглядело, как нытье обыкновенное, но не удержался. Говорю же, настроение было поганым. Ещё и то, что вспомнил о потере, опустило его на пару градусов ниже, сделав совсем мрачным.

Я-то думал, у меня крутые способности. Почти летаю, цепью управляю. Как показала практика, против уличной шпаны это чего-то да стоит. А вот против серьезного демона — уже нет. Как и против серьезных практиков. Вспомнил Пия и его огненный меч. Я ведь тогда тоже особо ничего сделать один не смог бы. Роза помогла, и только вдвоем мы сумели завалить Пса. То, что с тех пор я освоил новую способность и теперь у меня появились шансы, не успокаивало. Я по-прежнему слаб, и непонятно, что с этим делать. Точнее, понятно — нужны новые камни. На моем счету три усвоенных малых — я их полностью поглотил. Меньше, чем за два года, на которые рассчитывал. Сказались тренировки. Четвертый малый камень усиления крепости — с ним ещё предстоит поработать. От первого редкого тоже малость осталась. Думаю, месяц-два — и всё закончится. Второй редкий — с ним больше всего возни намечается. Медленно усваивается. Надеюсь, Граф подскажет, и дело пойдет быстрее.

Получается, мне нужно достать ещё два малых камня, усвоить их, потом ещё три и один редкий. Тоже их усвоить. Дальше можно заглянуть в тайник тёти… Подумав об этом, чуть грязно не выругался. Ну я и идиот. Кто мне мешал проверить тайник?! Если там действительно легендарный камень, как я думаю, то можно было это узнать наверняка. А я не стал, из-за правила один к трем, решив, что мне пока рано. Идиот.

В общем, когда я выходил с занятия Графа, моё настроение пробило дно и улетело куда-то вниз. Так что компашка у нас была что надо. Калия с вечно холодным взглядом, Гатс, хмурый и нелюдимый, ну и я, давший волю внутренним терзаниям.

Тьфу. Аж самому тошно.

* * *

Помогла успокоиться, как ни странно, работа руками.

После индивидуальных занятий у нас шло свободное время до самого вечера. Часть из которого нужно было потратить на личные тренировки, а остальное… По общему сговору, мы отправились в мастерскую. Спать и дальше в походных мешках никому не хотелось.

Когда пришли, обнаружили большой запас досок и гвоздей да всякие инструменты. Пилы, молотки, рубанки. Я не все названия инструментов знал. Как-то эта часть жизни обходила меня стороной. Как и всех нас. Нашлись те, кто разбирался чуть лучше в вопросе, но вот именно, что чуть. Так что нам предстояла та ещё задачка.

Изначально возникло предложение делать каждому своё, но вмешался Тич.

— Это расточительно. Лучше сначала сделать что-то одно, а дальше учесть полученный опыт.

Я не хотел этого признавать, но Тич дело говорил. Сложно было с этим не согласиться. Так и поступили. Нашлись энтузиасты, которые взяли несколько досок, распилили их и сколотили первую кровать.

— Херня, — резюмировал Шупа, оглядев это чудо. — Я не плотник, но уже вижу, что конструкция кривая. Да и ящиков нет, места свободного много, — указал он на пространство под кроватью.

Парни, которые сколачивали кровать, посмотрели на него недобро и предложили сделать лучше. Это нам ещё повезло, что доски здесь лежали обработанные. На части распили — и получишь готовый материал.

— Какие вещи ты там собрался хранить? — спросила Калия.

— Было бы место, а вещи найдутся, — наставительно ответил Шупе. — Это ведь теперь наши, — выделил он это слово, с особым смаком, — комнаты.

— Тогда бери пилу и покажи, как поставить сюда ящики, — предложил ему Тич.

После чего возникли жаркие споры. Нам ведь Такен в самом начале что обещал? Научить решать поставленные задачи. Это тоже была задача. Не самая привычная для нас. Но мы весь прошлый год учились думать. Пусть и в других плоскостях, но какая разница?

Быстро стало понятно, что нужны расчёты. Пара добровольцев сгоняли в основной корпус и добыли там бумагу с карандашами. Что подстегнуло споры. Те, кто хотел, пытались начертить идеальную мебель. Я тоже увлекся и набросал свой вариант.

— А как это всё будет размещено? — спросила Джиха, когда обсуждали результат. — В смысле, — добавила она под скрестившимся на ней взглядами, — комнаты ведь ограничены в размерах, и надо всё уместить так, чтобы не спотыкаться.

— Дело говорит, — почесал макушку Шупа. — Это что же, сначала комнаты надо замерить?

Тут и до матов дошло.

Я было подумал, а не спросить ли у наставников, как надо, но быстро отказался от этой идеи. Сами разберемся. Так интереснее. Вечер закончился без мебели. Нашлись те, кто готов был сбить любые кровати и спать нормально, проигнорировав остальных, но их пообещали побить. Толпой. Короче, договорились как-то действовать сообща.

Если расписание не поменяется, нам выделили на эту задачу две недели свободного времени. Как в этот день, его так много не будет, но по паре часов выделять сможем. А ведь надо ещё полы постелить… Да уж, как бы мозги нам всем не сломать.

* * *

Вечером, когда уже спать ложились, вспыхнул разговор на тему, что как-то всё легко. Это наблюдение Шупа озвучил. Раньше он потише был, а после лета как подменили. Болтал больше всех.

— Ты в окно выгляни и увидишь ответ, — посоветовал ему Тич.

— Я уже смотрел. Наши окна мне нравятся. Из них хорошо видно, как страдает первый курс, — покивал Шупа. — Хочешь сказать, причина в них?

— Причина в том, — вставил Гатс, — что основные силы уходят на молодняк, а мы вроде как самостоятельные уже. Первые дни самые важные, поэтому не переживай. Скоро и за нас возьмутся всерьез.

— Как-то даже непривычно, — сказал Верс.

В нашей комнате шесть парней разместилось. Верс и Тим, я и Гатс, Шупе и Гон. Как последний к нам затесался, сам не знаю. Так-то, если подумать, из-за своей паранойи касательно сестры Гон был главным изгоем. Не в том смысле, что никто с ним общаться не хотел или травил как-то. А в том, что он сам приложил множество усилий, чтобы обострить конфликт со всеми. Не удивлюсь, если к нам он попал, потому что больше некуда было податься.

— Хочу уже нормальную кровать. А что насчёт матрацев, кстати? Кто-нибудь спрашивал у наставников, что по этому вопросу? Голые доски не сильно отличаются от голого камня.

— Пойдем в горы, набьем зверя, будем спать на шкурах, — мрачно предположил Гатс.

Я бросил взгляд на друга. Эта была хорошая мрачность, шутливая. Видимо, не одного меня работа с деревом успокоила. Глядишь, и оттает этот… хехе… деревянный увалень.

* * *

Парни в своих предположениях ошиблись. Всерьез за нас взялись на следующий день. Который начался, как обычно, с пробежки. От крепости бежали двумя курсами. Мы также помогали наставнику провести короткую разминку. Как и в нашем случае, в плане бега второй день выдался куда легче. Основное их ждало впереди. Как и нас. Только второй курс отправился обратно, а нас Стропо повёл в другое место.

Горы здесь разнообразные. Хватает и возвышенностей, и торчащих скал разных форм, и всяких низин. Даже ущелья есть, в которые я прыгал, когда тренировался. Стропо привёл нас на площадку, скрытую от чужих глаз. Что-то типа котлована. Не сильно большой, но на нас всех места хватило.

Благодаря расписанию, мы уже знали, что у нас тренировка с наставником Тейтом. То есть Такеном. Он нас и встретил. В этот раз без своей брони, в обычной одежде. Сидел он на камне. Который так удобно расположился прямо в центре котлована, что возникали подозрения, а сам ли он туда попал, или кто постарался.

— Приветствую, — махнул нам Тейт-Такен.

Я до сих пор до конца не понимал смысла этих заигрываний. То он показывает лицо, то не показывает. То он Тейт, то Такен. Наш курс уже знал про личину Мастера, поэтому было непонятно, почему в расписании указан именно Тейт.

— Сегодня у нас с вами особенный день, — сказал Такен. Про себя я решил его называть именно так, чтобы не путаться. — Мы с вами начнем изучать боевое искусство Колодца, подразумевающее использование внутренней энергии. Становитесь вокруг меня, только место освободите, будут демонстрации.

Много времени это не заняло. Стропо в сторону отошёл, а мы облепили Мастера.

Думаю, не ошибусь, если скажу, что всем было интересно, что это за боевое искусство. Я-то уже благодаря Розе знал кое-что.

— Кто-то знает, что это такое? — озвучил Такен вопрос, который меня и самого интересовал.

— По слухам, — ответил Тич, — в Колодце можно добыть знание, которое вы только что назвали, Мастер.

— Слухов-то много ходит. На деле кто-то владеет этим мастерством? — обвёл он нас всех взглядом. — Нет? Не удивлен. Мне пришлось постараться, чтобы его добыть, и скажу вам, это было ох как нелегко. Сомневаюсь, что многие повторили этот путь, — хмыкнул он. — Перейдем к делу, но начнем издалека. Во-первых, набросаю вам немного контекста, заодно освежим ваши знания касательно истории. Как вы помните, миропорядок окончательно изменила легендарная семерка. Первые люди, которые добыли камни легендарного уровня. Сейчас, после летней практики, вы все должны куда лучше понимать, какие преимущества дают даже редкие способности. Легендарные же в разы мощнее. Неудивительно, что они дают такую власть. Но семерка в конечном счёте проиграла. Следующее поколение ныряльщиков превзошло их в силе. Я один из этого следующего поколения. Одна из причин их отставания и последующего проигрыша заключается в правиле один к трем. Тогда камни не умели добывать. Это сейчас добыча малых камней усиления поставлена на поток. Тогда они попадались куда реже. С редкими того хуже. С ними и сейчас сложности есть, а уж когда люди только начали осваивать Колодец и подавно. Все знают правило один к трем?

Такен обвёл нас всех взглядом и, не дождавшись вопросов, продолжил:

— Сегодня мало кто, спускающийся в Колодец, об этом не знает. Суть в том, что для нормального освоения редкого камня требуется три малых. Ни больше, ни меньше. Почему так — не спрашивайте, не знаю. Не знаю настоящей причины. Лучшее объяснение, которое есть, — это то, что камни перестраивают организм. Три малых камня нужны, чтобы хорошо его подготовить для редкого. Три редких и девять малых — для легендарного. Что ещё влияет итоговую силу? Джиха, давай ты, — посмотрел Такен на девушку.

— Правильные тренировки, знание языка Колодца и…

— Договаривай, — поощрительно кивнул Такен, когда девушка замялась.

— И родословная. Те, чьи родители спускались ниже седьмого уровня, получают возможность заключить контракт с камнем. Который обычно связан со сложными, подходящими конкретно для этого камня тренировками.

Я позволил себе отвлечься и глянуть на лица учеников, отмечая, кто из них удивился этой новости, а кто нет.

— Ты всё верно сказала, — поощрительно кивнул Такен. — А теперь немного занимательной практики. Если наши легендарные первопроходцы, которые, безусловно, несмотря на свои не самые однозначные деяния, достойны уважения, а где-то и восхищения, не знали обо всём этом… То есть они загубили своё нормальное развитие, не знали, как тренировать способности, действовали методом проб и ошибок, не до конца раскрыли потенциал камней, то… — Мастер замолчал, ожидая ответа, и Джиха, на которую он снова посмотрел, завершила мысль:

— То неудивительно, что те, кто пошли следом и избежали этих ошибок, превзошли их.

— Да, неудивительно, но главный вывод из этого в том, что знание — решает, — веско заметил Такен. — Если тенденция сохранится, то, будьте уверены, следующие поколения превзойдут нас. Вы превзойдете моё поколение, ваши дети — вас. Это нормально и правильно. Во-вторых, перейдем к конкретике. Как вы, надеюсь, поняли, то искусство, которое я вам собираюсь передать, тоже относится к знанию, дающему преимущество. Вы уже второй курс, должны соображать. Надо ли кому-то объяснять, что передача знаний третьим лицам строго запрещена? Это касается как тех, кто вышел из семей ныряльщиков, так и обычных уличных мальчишек, у которых захотят выкупить секреты нашей школы. Если же среди вас найдутся идиоты, — глаза Такена натурально потемнели, — то они будут уничтожены. Вместе со всеми, кому расскажут наши тайны.

А он по мелочам, я смотрю, не разменивается. То, что разглашение тайн осуждается, было понятно с самого первого дня. Но вот то, что Такен сейчас заявил о готовности уничтожить всех причастных — это сильно.

— А если кто-то сдаст секрет Псам, вы их тоже уничтожите? — вырвался у меня вопрос.

Такен перевёл взгляд на меня и криво усмехнулся.

— Я никогда не давал пустых обещаний, Спартанец. Можешь спросить у всех моих мертвых врагов.

Если ты можешь уничтожить Псов, что же не сделал этого?

Мне хватило благоразумия, чтобы не задавать этот вопрос. И так лишнее ляпнул. Если может, но не уничтожает, значит, есть на то причины.

— Так вот… — продолжил Такен, закончив сверлить меня взглядом. — Это знание является преимуществом. Серьезным, что вы сегодня увидите. Как сказал ранее, камни перестраивают наши организмы. Это давно доказанный факт. Поэтому и потомки ныряльщиков, тех, кто обрел способности, получают преимущества. Тела их родителей уже были перестроены, и дети имеют шансы получить бонусы. Искусство, которому я буду вас учить, помимо боевого применения, включает в себя освоения умения контролировать внутреннюю энергию. Пускать её на усиление тела и ударов. Главное, что дают редкие камни — как раз создают внутри источник этой энергии. Которая и тратится на применение способностей. Вам должно быть знакомо сосущее чувство, когда выложился по полной. Оно похоже на голод, но не совсем. В древности у внутренней энергии существовало множество названий. Что довольно странно, ведь, насколько мне известно, никаких способностей у людей не было. — Такен на секунду задумался, но быстро вернулся и продолжил: — Начнем с демонстрации. Так проще будет вас заинтересовать.

Как будто кто-то не заинтересован.

— Кто из вас хочет выступить добровольцем? Возьмем самого любвеобильного. Спартанец, иди сюда. Наша уважаемая целительница жаловалась, что ты плохо на её ученицу влияешь.

Вот козёл. Это я плохо влияю, да?! Как будто ты не знаешь, что это моя подруга.

Под смешки других я вышел к Такену и приготовился страдать. Зуб даю, ничего хорошего меня не ждет.

С камня Мастер встал одним плавным движением.

— Да не бойся ты так, — усмехнулся он. — Больно будет совсем чуть-чуть. Удар первый — самый обычный. Без применения чего-либо.

Такен обозначил короткий удар мне в живот. Короткий — это он выставил кулак на расстояние вытянутой ладони и ткнул меня. Ничего такого. Это даже ударом сложно назвать.

— Не умер? — участливо спросил Такен, чем вызвал новые смешки.

Нас обступили со всех сторон, поэтому я прекрасно видел эти предательские рожи, которые радовались, что не их вызвали для демонстрации.

— Теперь удар с применением техники обычного боя и подключение всего тела.

На этот раз толчок вышел куда серьезнее. Настолько, что я сделал пару шагов назад.

— Да… — протянул Такен, — учить вас ещё и учить. Обратите внимание, что Спартанец, подготовленный в целом молодой человек, отшатнулся на два шага. Я при этом не применял никаких способностей, связанных с Колодцем. Обошёлся тем наследием, до которого человечество само додумалось. Мы, люди, знаете ли, всегда любили воевать и уважали это дело. Поэтому достигли больших высот в умении нанести вред ближнему своему. Я это к тому, что удар наглядно демонстрирует, что даёт знание и опыт. Но продолжим. Иди сюда, — поманил меня Такен. — Третий удар будет с применением первого круга искусства боя.

Чисто внешне удар был исполнен так же, как и прошлый. То есть короткий, без замаха тычок. Но от этого я отшатнулся и сложился пополам, рухнув на землю. Ощущение было такое, будто в живот бревном зарядили.

— Неплохо, да? — услышал я голос Такена, пытаясь вспомнить, как дышать. — Учитывайте, что наш Спартанец парень крепкий. Хорошо тренирован, наполовину освоил малый камень укрепления. Да чего это я, вы и сами с ним дрались и знаете, как сложно пробить этого парня. Замечу, что способностей от камней я не применял. Это было именно искусство. Сразу предупреждаю, что такие действия тратят энергию. Которую можно было бы пустить на способности. Это не так приятно, как могло бы быть, но в некоторых случаях просто незаменимо, потому что расширяет ваши возможности. Бонусом к этому идет то, что ваш резерв в ходе тренировок возрастет. Спартанец, вставай уже. Хватит притворяться.

Я послушно встал, пытаясь справиться с тошнотой. Ну да, притворяться, а как же. У меня там все внутренние органы перемешались.

— Продолжим демонстрацию, — сказал Такен. — Расслабься, парень, — это он снова мне. — На этот раз на камне покажу. Выйдем из котлована и прогуляемся. Здесь рядом есть подходящая скала.

Скала? Он всерьез это сказал?

— На ученике я показал удар с применением первого круга. Всего мне известно три. Хватило бы второго, чтобы убить Спартанца. Но это мне. Вам до таких высот далеко, не обольщайтесь.

Про себя я подумал, зачем тогда дальнейшая демонстрация. Повыпендриваться хочет? Но это я так, ворчу. Живот-то побаливает, да и любвеобильного я запомнил. Такен сам тот ещё бабник, а меня ругает.

Вся наша группа дошла не небольшой скалы. Размером она с двух меня, около того. По сути, большой кусок камня, торчащий из земли. Рядом таких же хватает.

— Удар первого круга, — сказал Такен и повторил атаку, но на этот раз против камня.

От скалы откололся небольшой кусочек, и трещины появились. Ого. И вот это мой живот выдержал? Ничего себе.

— Второй круг.

Снова короткий удар, но на этот раз вся скала отчётливо дернулась и разошлась трещинами на метр в сторону.

— Третий.

Раздался грохот, и с треском скала рассыпалась на десяток камней поменьше, развалившись.

— Ну что, стоит это того, чтобы учиться? — обвёл нас всех Такен задорным взглядом.

Глава 9. Круги, или Как Спартанец получил от ворот поворот

Впервые я увидел новую грань Такена — увлеченную. О новом искусстве он рассказывал нам с энтузиазмом, не стесняясь философствовать и вставлять в обучение эфемерные, трудно уловимые вещи.

— Ту силу, которой овладели ныряльщики, вполне можно было бы назвать магией. Чем-то, выходящим за рамки нормальности, позволяющим влиять на окружающую реальность. Как бы круто это ни выглядело внешне, я бы назвал это самой примитивной формой магии. Грубой силой, в основном направленной на разрушение. Кстати, забавное наблюдение — подавляющее большинство способностей, что даруют нам камни, направлено на войну.

Хм… Вот вроде простое замечание, а я сразу задумался, кто создал камни. А точнее, почему мир вообще так устроен, что они появляются.

— Магия бывает и другой. Не такой прямолинейной. Человечеству магия известна с древних времен, когда ещё никакой цивилизации не существовало. К одной древней практике мы и обратимся, чтобы справиться с обучением. Я говорю про магию имени, — в этот момент Такен выглядел очень внушительно. — Давая чему-то имена, человек тем самым обретает власть над этим явлением.

Чего? Судя по лицам других учеников, не один я удивился тому, как загнул Мастер. Давать имена? В буквальном смысле или это какая-то продвинутая способность?

— Я упомянул ранее термин круги. Всего их три, насколько мне известно. Первый находится здесь, — указал он себе на живот. — Чуть ниже пупка. Второй под солнечным сплетением. Третий — в груди. Теперь встаньте вот так, — показал он нам стойку. — Бедра параллельно земле, ноги образуют прямой угол. Ладони открыты, руки прижаты к бокам, осанка прямая. Ну? — его голос потяжелел. — Рассредоточились так, чтобы друг другу не мешать, и встали, как надо. Побыстрее.

Много времени приказ не занял. Стоять так было неудобно, подозреваю, мышцы очень быстро затекут, но и выбора-то у нас нет. Что говорят, то и делаем.

— А теперь представьте, что используете способности, но не делаете этого. Вы должны создать намерение, сильное и выраженное, чтобы ощутить свою энергию. Она может концентрироваться в одном месте, причем где угодно. Может расползаться по нескольким частям или всему телу. Чтобы это определить, и надо создать напряжение. Без последующей разрядки. Кто первый сделает, получит конфетку.

Глаза у меня были открыты, поэтому я увидел, как Такен достал из кармана самую настоящую конфету, в блестящей обертке, развернул её, хрустя, и закинул себе в рот. Шоколадная, с темной начинкой.

Я ведь уже говорил, что сладости — большая редкость? А конфеты так и вовсе, последний раз я видел, когда меня тётушка баловала. Кухарки в крепости один раз торты готовили, но это не то.

— Я почувствовал, — поднял руку Гатс до того, как я успел хотя бы додумать мысль про конфеты.

— Молодец, держи, — кинул ему Такен конфету. — Что и где ощутил?

— Плотный, тяжелый сгусток по всему животу.

— Отлично. Теперь попытайся ощутить его границы. Это несложно. Достаточно задаться целью ужать всю энергию в одну точку. Вот здесь её надо разместить, — похлопал себя Такен под пупком. — Забегая вперед, план действий такой. Ощутить энергию. Собрать её вместе. Сначала в плотный шар, потом в точку. Точку разместить, где указал, внизу живота. Потом из точки определенным образом, каким именно, расскажу позже, создать круг. Вуаля, готово. Если кто вдруг не догнал, к чему были слова про магию, то уточню. Только что вы узнали имена процесса, через который нужно пройти, тем самым обрести власть над этим и саму возможность взаимодействовать. Справитесь до конца года — можете считать себя гениями. А так, хорошо бы уложиться до конца учебного года.

Я честно попытался сделать то, что просили. Ничего. Пустота. Меня это не смутило. Сразу не смутило. Но по мере того, как один за другом ученики докладывали об успехах, я начал всерьез сомневаться. К концу занятия удалось лишь что-то очень смутное нащупать. На фоне Гатса, который, если верить его словам, смог энергию немного подвинуть, отчего пропотел и выдохся, мои успехи выглядело откровенно жалко.

Кроме этого, мы ничем и не занимались. Как и сказал Такен, разбирались с властью над новым для нас явлением.

Не знаю, что там насчёт власти. Как-то мимо меня она прошла.

— Хватит, — скомандовал Такен. — Как видите, эта практика отнимает много сил. Будете тренироваться через день. Самостоятельных занятий это тоже касается. День освоения боевого искусства, день интенсивных занятий со своими способностями. Сегодня, кому надо выполнить норму, действуйте по минимуму. Раз в неделю вас будет проверять целительница, чтобы не словили перегрузку. Если почувствуете боль, сразу об этом сообщите. До крепости доберетесь? Вопросы есть? Ну и отлично. Встретимся послезавтра.

Если у кого-то вопросы и были, то он не успел их задать. Такен без прыжка взмыл в небо и устремился к крепости. Халтурщик, блин.

Урок оставил странное послевкусие. Смотря на других учеников, которые и правда выдохлись, я ничего, кроме тяжести в ногах, не чувствовал. Ещё спина затекла.

И что теперь с этим делать?

* * *

— Конфету будешь? — протянул Гатс свою награду Калии.

— Конфету? — Калия, которая не ожидала такого предложения, растерялась.

Конфету ей хотелось. И в начале тренировки она всерьез задумывалась о том, чтобы победить. Не успела. Смогла третьей почувствовать энергию внутри себя, что было слишком поздно для награды.

— Да, — для наглядности Гатс показал, о чем речь. — Я не люблю сладкое. Подумал, может, ты захочешь.

— Ну, — протянула девушка. — Давай…

Смотрела Калия при этом с подозрением. Не привыкла она к неожиданным подаркам.

— Что хочешь взамен?

— Ничего, — с удивлением глянул на неё Гатс, отдал конфету и утопал вперед.

Калия посмотрела ему в спину, как парень спрыгнул с камня — до крепости оставалась половина пути и шли они по горам. Перевела взгляд на Спартанца впереди, у которого новая практика не задалась, он остался полон сил, вот и сигал с высот, выполняя свою норму, заодно пытаясь скрыть разочарование от неудачи.

Хмыкнув и обернувшись, проверяя, не увидел ли кто передачу конфеты, Калия быстро её развернула и закинула в рот. Рассасывать и смаковать её она собиралась максимально долго.

* * *

После тренировки с Такеном у нас был поздний завтрак. Первый курс давно с ним управился, и, когда мы возвращались, увидели их, занимающихся во дворе. Хорошо знакомая картина. Выбивание дури ускоренными темпами. Стропо, кстати, помогал второму наставнику. К ним присоединились ещё двое человек. Я узнал только командира Бранда. Второй был незнакомым мне мужчиной, но кричал он тоже будь здоров.

Судя по виду учеников, у них полная вовлеченность в процесс. Увидел и Пушку. Жива, не знаю, насколько цела, стоит на своих ногах. Уже хорошо.

Остальные ученики обсуждали новое занятие, я их внимательно слушал, а сам помалкивал. Сказать-то нечего. А давать лишний повод для шуточек как-то не хочется.

Как разобрались с завтраком, отправились на лекцию к Профу. Про неё тоже особо нечего сказать. Свелась она к обозначению того, чем будем заниматься, и проверке знаний за прошлый год. Которые успели подвыветриться. Так что неодобрения наставника мы хлебнули в полной мере.

Следующая же тема была такая. Каждый должен был выбрать направление и углубиться в него. Направления шли в рамках исторических событий. Какие-то явления, которые оказали влияние на мир людей. Для меня это оказалось подарком. Тему озвучить надо было на следующей лекции, но я сразу понял, чем займусь. Изучением известных ныряльщиков в отрезке последних двадцати лет. Очень уж мне было интересно, что это за соколы такие с белым орнаментом. Да и про свою семью тоже хотелось узнать. Имена у меня были, а это уже много. Главное, отыскать в библиотеке подходящие книги. Проф нас заверил, что библиотека за лето пополнилась и там мы найдем куда больше, чем в прошлый раз.

После лекции у нас был обед по плану, но я со всеми не пошёл. На выходе из лектория меня перехватили и сказали заглянуть к Такену прямо сейчас. Сделал это… Да не знаю кто. Я всё чаще замечал в крепости новые лица. Что в целом понятно. Учеников в разы больше, надо как-то с этим разбираться. Ничем не примечательный парень, одетый в форму, между прочим, сказал, чтобы я отправлялся в главное здание, к Мастеру. Пришлось идти. Хорошо хоть, без ожиданий под дверью вышло. Пришёл — и сразу впустили.

— Спар, заходи, — сказал он мне и кивнул на стул. — Кстати, всё спросить хотел, а как твоё настоящее имя?

— Это важно?

— А ты скрываешь имя? — удивился Такен. — Если да, можешь не отвечать.

— Тётя называла меня Эл.

— Да? — мужчина приподнял бровь и задумался. — Это полное имя?

— Мне об этом не говорили. Эл и Эл. Как по мне, вполне неплохо.

— Ну да, — кивнул он. — Ладно, я о другом хотел поговорить. О кое-каких намечающихся проблемам.

— Слушаю, — вздохнул я.

Кому понравится говорить о проблемах? Уж точно не мне.

— Помнишь я рассказывал, что непонятно, чем твой отец привлёк Марию?

— Харизмой? — пошутил я.

— Ну… Да, — замялся Такен. — Именно это я и хотел сказать. Но не совсем так. Короче… — хлопнул он ладонью по столу. — Не перебивай. Как-то раз мы с твоим отцом напились. Что? Не делай такое лицо. Мы взрослые люди, нам можно.

— А что я? Я ничего.

Всего-то слушаю про отца, которого никогда не видел и который бросил меня, и о том, как он напивался с великим мастером. Так, подумаешь, ерунда.

— Думал, разговор пройдет проще, — нахмурился Такен. — Давай по порядку. Твоя мать красивая девк… Женщина. Я бы сказал, очень красивая. А ещё успешная, с силой. Полный набор того, что ценится возле Колодца, да и в остальном мире. Такие невесты, а тогда уже знали, что наследники перенимают часть родительских качеств, ценятся на вес золота. Поэтому, несмотря на дурной характер, у твоей матери хватало ухажеров. Но завоевал её именно твой отец. Тихий, невзрачный парнишка. Парадокс для любого, кто видел их вместе. Это первый факт. Второй — почему-то бабы липли к твоему отцу. Что Марию бесило, и всяких девок она гоняла только так… Парень, спокойнее! — возмутился Такен. — Как мне рассказывать, когда ты на меня так смотришь? Попроще, до главного мы ещё не добрались.

— Слушаю, — сквозь зубы процедил я.

Было несколько странно осознавать, что родители жили полноценной жизнью, со своими эмоциями, страстями и проблемами. Моя мать гоняла девок, которые осаждали тихого, невзрачного отца? Воображение пасовало и отказывалось это представить.

— Я грешил на то, что он из семьи ныряльщиков — завидный жених, все дела. И, говоря тихий, я имею в виду его внешность. Талантливый командир, удачливый ныряльщик. Твоей матери он в силе не уступал, а то и превосходил. По крайней мере, когда они подрались…

— Чего? — опешил я.

— Говорю же, твоя мать с характером. Не просто же так её прозвали Грозой. Во многих смыслах грозой. Настоящая буря, заключенная в теле женщины. Мы шутили, что имя Гроза произошло от слова угроза, — засмеялся Такен, но быстро замолк, споткнувшись о мой взгляд.

А чего он хотел? Я тут сижу, слушаю его и пытаюсь осмыслить, как жить дальше после таких откровений.

Подрались? То есть они ссорились? А любили вообще друг друга или нет?

— Опять ты меня с мысли сбил, — отмер Такен. — Я хотел сказать, что причин у женщин интересоваться твоим отцом вроде как хватало. Завидный жених в плане благополучия семьи. Выскочи за такого — и ни в чем нуждаться не будешь. Сытая и безопасная жизнь с таким мужиком. Но Мария — другая. Она на статус плевала. Сватались к ней и куда более влиятельные мужчины. Поэтому и удивительно, что её привлек именно Люций. Но это лишь один факт, позволяющий лучше понять то, что я хочу тебе сказать.

— Что? — спросил я, когда Такен взял паузу.

— Когда мы с твоим отцом напились, — повторил он. — Я у него прямо спросил, в чем секрет. Знаешь ли, я и сам тот ещё… — он бросил на меня взгляд и решил не договаривать, кто он тот ещё. — Поэтому мне было интересно, в чем тайна. А твой отец, то ли в шутку, то ли нет, возьми и скажи по-пьяне, что ему достался редкий камень то ли обольщения, то ли притяжения. Я тогда был в хлам пьян и плохо запомнил, что именно он сказал.

— Вы сейчас намекаете, что мой отец соблазнил маму благодаря редкому камню?! — произнес я растерянно.

Как на это вообще реагировать-то?!

— Я хочу сказать, что есть такая вероятность. Что у него и правда была способность, дарованная камнем, располагать к себе женщин. Также есть вероятность, что это была пьяная шутка, и я всё перепутал. Но разговор наш о другом. Так уж вышло, что в крепости оказались две твои любовницы. Есть шансы, что тебе что-то передалось от отца. То, что ты сам не урод, ещё и один из лучших учеников первого курса, добавляет… кхм… харизмы. Но может статься, что девки на тебя будут вешаться вопреки всякой логике.

— Ну спасибо, — фыркнул я. — За то, что не урод.

— Это не мне спасибо. Марию благодари. В неё пошёл. Глазами в неё. Волосами в отца. Ну и лицо тоже больше в неё. Отец-то твой…

— Невзрачный, да, я запомнил, — с сарказмом подсказал Такену.

— Парень, ты тут не бухти. Я вызвал тебя, чтобы предупредить. Не чуди. Наведи порядок со своими девками, пока до беды не дошло. Про запрет на связи это не шутка. Карать буду по всей строгости. И тебя, и девок твоих.

— Не мои они, — огрызнулся я. — Сами по себе.

— Да, конечно. Фиона мне весь мозг проела, что такую ученицу подсунул ей.

— Она ведь знала, кого берет…

— Знала. Что не мешает трепать мне нервы, — поморщился Такен. — Короче, ты меня услышал. Держись от всех женщин в крепости подальше. А то я помню, как две идиотки подрались из-за твоего отца. Одна другой глаза выцарапала. А та в ответ ей яду подмешала. Не сама, другого подослала, но не суть. Ещё и их семьи передрались. Отец твой про это даже не знал. Потом историю услышал и не понял, что это из-за него. В женщинах он мало что понимал…

Охренеть. Что тут ещё скажешь?

— Иди, Эл, — махнул Такен рукой. — Держи себя в руках и девкам ложных надежд не давай.

Да кого он из меня делает? Сам-то ничуть не лучше.

* * *

Так уж совпало, что от Такена я вышел, когда у второго курса закончилась тренировка и они направлялись на обед. Не знаю почему, но рыжая задержалась и шла одной из последних.

Это и правда вышло случайно. Я вышел из здания в полном раздрае и встретился взглядом с Пушкой. Случись это в другое время, и я бы наверняка повёл себя куда спокойнее, а так двинул прямо к девушке. Со всей решимостью поговорить. О чем — сам до конца не понимал.

Рыжая меня заметила. Замерла, вздрогнула немного, а потом нахмурилась и ускорила шаг. Мне бы остановиться, спокойно пойти обедать, но нет, я быстро её догнал и схватил под локоть.

— Куда убегаешь?

— На обед, — сказала она холодно.

Я растерялся. Не ожидал такой реакции. Обиделась за то, что ударил её? Сейчас мне точно стоило заткнуться, но вместо этого я высказался на эмоциях.

— Что ты тут вообще делаешь?! — прошипел я так, чтобы нас никто не услышал. Повезло, что Пушка в конце шла и на нас не смотрели. — Как додумалась отправиться на испытание?!

— А что такого?! — остановилась она и посмотрела на меня с вызовом. — Или ты думал, что я собираюсь заживо гнить на улицах, прожить скучную и убогую жизнь?! Или думал, что я беспомощна и ни на что не способна?! Не надо меня защищать, Спар! Я справлюсь и без тебя!

Толкнув меня в грудь, девушка развернулась и стремительным шагом отправилась в столовую.

Надо же было тому случиться, что за пару секунд до этого из столовки показался Гатс, а вместе с ним и Калия. Я посмотрел на рыжую, как она скрылась внутри, и только после этого увидел, что друзья застали финал сцены.

Ну и моё озадаченное лицо.

Редкий камень обольщения? Смешно. Если мне что и досталось от отца, так это абсолютное непонимание женщин.

— Мне показалось, — подошёл Гатс, — или тебя только что послали?

— Не показалось, — почесал я себе макушку. — Гатс, вот ты понимаешь, что этим девушкам надо? Психованные они все какие-то.

— Может, это ты придурок? — елейным голосом спросила Калия.

— Может, — не стал я отрицать, — понять бы ещё, что делаю не так.

— А что ты делаешь? — с серьезным видом спросил Гатс. — Отношения же запрещены. Зачем полез?

— Да это не то, что ты подумал, — возмутился я. — Хотел спросил, зачем она в ученицы подалась.

— Раз подалась, значит, были на то причины, — ответила Калия. — Может, ты ожидал, что ради тебя? А оказалось, что ради себя? Плохо быть таким самовлюбленным болваном, Спартанец.

Гатс покосился на девушку и ничего не сказал.

— Идемте, — выдохнул я, признав, что в словах Калии есть толика истины. — Ну их, этих девушек. Буду тренироваться. Там хотя бы понятно, что делать.

— То-то ты сегодня у Такена ничего не смог, — фыркнула Калия. — И я тоже девушка, кстати. Меня тоже ну?

— Девушки улыбаются, — посмотрел я на неё. — Докажи, что ты девушка.

Калия улыбнулась. С таким видом, будто ночью придёт мне горло резать.

Что за день? Тьфу.

* * *

Тот день стал в какой-то мере переломным для меня.

Оставшись без обеда и сильно проголодавшись к ужину, решил, что раз моя помощь не нужна, так тому и быть. Отнесусь к решению рыжей со всем уважением. Тем более сделать я ничего не мог. Правилами ограничен, и сама девушка этого не хочет.

Успокоившись, я даже смог предположить, почему так. Если для меня важно чего-то стоить по жизни, быть сильным, самому решать свои проблемы, то почему для Пушки должно быть иначе? Потому что она девушка? Потому что я привык её оберегать? Потому что мы спали? Я не наивен и не слепец, знаю, что многие женщины как раз об этом мечтают, чтобы их защищал кто-то сильный. Но это ведь не обязательно так для каждой из них.

Так что я выкинул эти мысли из головы, как и всю ситуацию. С Васькой тоже было непонятно, что и как. Я её и не видел в первые две недели. Удавалось избегать серьезных травм, поэтому юная целительница работала с первым курсом, не пересекаясь со мной.

Какое-то время у меня ушло на то, чтобы войти в учебный ритм.

Наше жилье обросло полами и мебелью. Как закончили с этим этапом, нам выдали краску. Когда казалось, что теперь будем спать нормально, вышел облом. Мы перекрасили весь этаж, мебель покрыли лаком, перед этим ошкурив. Что и как делать, нам Стропо рассказывал. Представ перед нами в образе обычного мужика, умеющего не только головы руками отрывать, но и созидать.

Неделю запах выветривался. Мы же спали в коридоре. Смешно в некотором роде. Второй курс, крутые шинобе, дрыхнут в коридоре, потому что в комнатах воняет.

Про эту часть обучения у великого мастера лучше не трепаться. Либо не поверят, либо засмеют.

В тот же день после разговора с Пушкой мне выдали новую цепь. Точнее, набор цепей. Одну массивную, тяжелую, толщиной с мою кисть. Остальные поменьше, чтобы учился сразу несколькими управлять. Последняя была боевой. Стропо мне про неё на общей тренировке и рассказал.

Я проверил. Была она куда крепче той, прошлой. Ещё и по особому закаленной, так что встречу с демонами должна пережить. Царский подарок. Сам я не знал, где цепь достать, а время поджимало. Заниматься с огрызком было не так эффективно, как с полноценной.

К моменту, когда с жильем разобрались, у нас как раз рабочий график наладился. Минимум пару часов в день мы занимались с первым курсом. Бег, спарринги, отработка приёмов. Рыжая показательно игнорировала меня, отходя в другую сторону, а я не лез. Так и жили. Наши же занятия, если не считать большой самостоятельности, меньшего числа криков Стропо, не особо отличались от первого года. Лекции, обсуждение истории, личная практика, медитации, ну и попытки создать первый круг. С чем у меня были сложности.

Каждый… Каждый! Справился с первой частью задания, нащупав энергию и начав её уплотнять. Я же всё пытался ухватить энергию в теле. Она то в одном месте возникала, то в другом. Гатс за две недели шар сформировал! А я всё ухватить не мог. Уступив даже самым обычным ученикам, не семейным.

Так и узнаешь о собственном высокомерии. Когда думал, что у тебя есть преимущества, а оказывается, их нет.

Как ни странно, это лишь укрепило моё желание отдаться учебе. Чем я и занялся с полной самоотдачей.

Глава 10. Повышенные нагрузки, или Как Спартанец кое-что в библиотеке нашёл

Носок, пролетев половину комнаты, врезался мне в лоб.

— У нас кто-то бессмертный завёлся?! — распахнул я глаза.

Все жильцы комнаты выглядели образцово невинно. Гатс выглядел как обычно, мрачно-загадочным, Гон губой дернул, обозначая, что выше разбрасывания носков, Тим головой затряс, отрицая, что это он, а Верс старательно пытался не заржать.

Получалось у него плохо.

— Сам виноват, — сказал я, поднялся, дошёл до окна и выкинул носок.

— Эй! — возмутился Шупа.

— Завтра ты будешь страдать на тренировке! — пообещал я ему.

— Сам виноват, — парировал он. — Приличным людям пора спать. А ты сидишь и медитируешь, это раздражает, знаешь ли.

— Что хочу, то и делаю.

— Ты здесь не один, — не сдавался Шупа. — Если опять хочешь полночи сидеть, то вали в коридор. А завтра, когда ты вновь не выспишься, мы ещё посмотрим, кто кого. Сегодня-то ты всем позорно сливал.

— Не всем, — флегматично заметил Гатс, накрылся одеялом и лег спать. — Но ты прав, Шупа. Заткнитесь уже, и давайте спать.

Если убрать то, что оба бесили, то они правы. Пора спать. Шупе тоже прав. Не в том, что носок в меня кинул, а в том, что я ночами медитирую и остальным мешаю. Правда, непонятно, чем именно. Сижу и сижу себе.

Может, свалить в коридор, как предложили?

Нее… Медитировал я не только по ночам. Ещё прямо на ходу пытался практику выполнять. С цепью каждый день занимаюсь, а в промежутках пытаюсь силу в шар собрать. Утром, как проснусь, во время завтрака, обеда и ужина, пока бегу, перед сном и вместо сна. Сам не заметил, как увлекся. Неделю назад нас проверила госпожа Фиона и ничего мне не сказала. Молча осмотрела и отпустила. Ваську она, кстати, спрятала на время нашего посещения. Может, это и случайно вышло, но почему-то у меня сложилось впечатление, что вовсе нет.

Других учеников, даже Гатса, такая нагрузка быстро истощала. Я же, из-за того, что ничего не получалось, почти не уставал. Не сильнее, чем обычно. Вот и решил, что недостаток таланта надо компенсировать усилиями.

Только вот Шупа прав ещё кое в чем. Из-за недосыпа я сегодня и правда схватки сливал. Да и на лекциях носом клевал, получив выговор от Профа.

Надо бы выспаться.

Глянув на остальных парней, которые уже легли, тоже завалился на подушку. Ладно, сегодня отдохну, а там посмотрим. Надо как-то сбалансировать тренировки, чтобы не в ущерб остальному было.

* * *

На следующий день у нас было утреннее занятие с Такеном. Я остался последним, у кого ничего не получалось. Наставник выслушал всех, дал наставления и подошёл ко мне. Оглядел со всех сторон, поскреб подбородок и спросил сам себя.

— Что же с тобой не так? Думал, быстрее справишься.

Я насупился и промолчал. Оказаться главным отстающим внезапно вышло донельзя обидным. Не так, чтобы опустить руки, но достаточно, чтобы начать сомневаться в себе. А что, если у меня ничего не получится? Вдруг талант конкретно в этом искусстве напрочь отсутствует?

— Занимался так, как я говорил? — спросил Такен.

— Да.

— Он куда больше нужного занимался, — сдал меня Шупа, сидящий неподалеку. — Спать мешал.

— Да-а? — протянул Мастер и повернулся к парню. — Сдавать своих нехорошо, но тут правильно сказал. Тебе слово, Спартанец. Обманываешь учителя?

Бросив злой взгляд на Шупу, которому пора задать трепку, ответил Такену:

— Делал точно так, как вы и сказали. Просто чаще.

— Болевых ощущений не было? — задумался он.

— Нет.

— Любопытно… Ладно, продолжай.

Отличный совет, блин. Я надеялся, что Такен чем-то поможет. Другим он давал дельные наставления. А мне скупое — продолжай.

Но зря я так про наставника думал. Мой случай он не бросил на произвол. На следующий день у нас была проверка у целительницы, как и обещано, еженедельная. Меня оставили напоследок, и, когда я вошёл в кабинет, там стоял Такен. Госпожа Фиона же выглядела куда более строго, чем обычно.

— Ложись, — скомандовала она. — Проверка займет больше времени, чем обычно.

Ну, первая часть проверки заняла несколько секунд. Женщина провела рукой вдоль моего тела и вынесла вердикт.

— Повреждений никаких нет. Здоров, как бык. Пахать и пахать на нем можно.

— То, что он парень крепкий, я и так знаю, — ответил Такен.

— Вставай и делай эту свою медитацию, — сказала Фиона, поджав губы.

Кажется, её бесило, что Такен явился сюда. Что их за отношения связывают? Или те, кто воспитали совместно дочь, так и общаются постоянно? Жуть.

— Она про практику, — зачем-то уточил Такен, хотя я и так догадался.

Следующая проверка растянулась аж до вечера. Это при том, что мы пришли после пробежки и первой тренировки. То есть перед обедом.

Эти часы Такен с Фионой здесь не стояли. Им минут через пятнадцать надоело. В первое время женщина ещё заходила меня навещать, а потом до самого вечера оставила. Зато у меня появилась возможность пообщаться с Васькой наконец-то. Дверь скрипнула, девушка заглянула внутрь и увидела меня, лежащего на полу, в глубокой медитации и потного от усердий.

— Спар? — растерялась она. — Эта страшная женщина пошла есть с тем странным мужчиной! — прошептала Васька с жаром. — Ты спишь, что ли?

— Нет, — открыл я глаза и поднялся, чувствуя, насколько сильно затекли мышцы. — Васька! А ну иди сюда, я тебя затискаю!

— А целовать будешь?

— Меня за это кастрируют.

— Но разок-то можно? — лукаво спросила она.

— Если только разок. Или два, — улыбнулся и я, наконец-то добравшись до девушки.

Жаль, что дальше этого пойти было нельзя. Я обнял ее, поцеловал крепко и отпустил. Васька раскраснелась, но наседать не стала. Видимо, не я один побаивался наставников и их всевидящего ока.

— Ну как ты? — спросил я. — Не обижают? Учат? Дар развиваешь? Хорошо кормят?

— Конечно, меня хорошо кормят! — удивилась-возмутилась Васька. — Наставница строгая, но учит тоже отлично. Отругала меня за то, что на тебя запрыгнула. Столько всего изучать приходится…

Васька набрала скорость и затараторила, выкладывая всё то, что с ней случилось с момента нашего расставания. Как добиралась до крепости, как её Фиона проверяла, как получила гору книжек по биологии и медицине, как зубрила сутками.

— Представляешь, мне дали малый камень усиления!

И новая порция впечатлений. Я и сказать ничего не успевал.

— Всё, я побежала, — выдала она, когда выдохлась.

Поцеловав меня в губы, Василиса убежала.

Мда… Я ещё с минуту простоял, пялясь на закрывшуюся дверь, смакуя это ощущение женских губ и переваривая то, что услышал. Значит, Мастер решил вложиться в Ваську. С одной стороны хорошо, а с другой — она теперь полностью его человек. Что не так уж и плохо. Потому что к себе её переманивать мне некуда. Сколько ещё обучение займет? Года два-три точно, как мне кажется. А потом я наверняка буду мотаться по миру, решая различные задачи. Не уверен, что с таким образом жизни получится собрать команду, в которой найдется место целительнице. Да и не могу я сейчас обеспечить нормальное обучение Ваське, поэтому нет смысла сожалеть об упущенной возможности.

Фиона вернулась через полчаса, после того как Васька ушла.

— Ты ещё здесь? — спросила она.

— Так вы мне сами сказали медитировать! — возмутился я.

— Мало ли, — пожала она плечами, подошла и осмотрела меня. — Значит, ученица всё же заглянула к тебе. Ты ведь в курсе, что целители не только раны закрывать и лечить умеют? Мы ещё можем сделать так, что ты, — кивнула она мне на пах, зловеще усмехнувшись, — потеряешь интерес к девушкам…

— Не знаю, о чем вы, но я здесь всё время медитировал, — сглотнул я. — А так могли бы и дать поговорить с моей давней подругой.

Фиона опасно прищурилась, и мне как-то резко перехотелось качать права. Опасная она женщина.

— Можешь идти, — сказала она мне. — Следующая проверка, как обычно, через неделю.

— А что по моему вопросу?

— Пока ничего. С тобой всё нормально.

— Но…

— Но стараться больше надо, — отрезала она. — Тогда, может, и не будешь отставать от всей группы.

У меня на языке сразу завертелись колкие ответы, но я благоразумно промолчал. Глупо ссориться с целительницей. Тем более той, кто Ваську обучает.

— Спасибо, — кивнул я и выскочил от греха подальше за дверь.

В который раз про себя подумав, что ничего не понимаю в женщинах. Вот чего целительница такая злая по отношению ко мне, а?

Если только ей Роза чего-нибудь не рассказала. Кхм… Кхм… А вот об этом лучше даже не думать лишний раз.

* * *

Несмотря на позднее время, спать я не пошёл. Требовалось ещё выполнить норму за день по камням. То, что осталось. Поэтому задержался на пару часов, нагружая себя. Занимался на общей площадке, там же, где и первый курс. Кто-то даже смотрел за мной. С верхних блоков неплохой вид открывался. Не знаю, смотрела ли Пушка. Я бы не отказался поговорить с ней нормально. Встреча с Васька воодушевила меня, убедив, что разговоры не только к конфликтам ведут. Но сам я к рыжей точно не полезу.

Нет уж. Раз решил сосредоточиться на учебе, то так и сделаю.

Когда в общую спальню поднялся, народ уже спал. Насколько мог, тихо прокрался и тоже лег. Скорее всего половину разбудил. Это Шупа, как сопел, так и сопит, а вот Гатс слишком подозрительно лежит. Инстинкты, они такие. Заставляют реагировать на непонятные шорохи ночью.

Думая об этом, сам не заметил, как отрубился.

* * *

На следующее утро меня ждал сюрприз. Стропо притащил специально для меня большую цепь. В смысле у меня и до этого большая была, но эта — совсем огромная.

— Спартанец! — крикнул он. — Лови!

Своё личное оружие мы оставляли в оружейной. Поэтому никто в комнате не боялся, что на него свалится меч Гатса. Это правило нарушилось. Кто-то нож в ящике прятал, я вот кусок старой цепи хранил. Вроде как на память, но, если что, призову её на помощь.

Как и сказал, цепь мне выдали утром, перед пробежкой. Мы построились, дожидались наставника, он и пришёл, волоча за собой этого цепного монстра. Которого с легкостью швырнул, чуть не прибив меня.

Вес я оценил. Килограмм тридцать, не меньше. Почувствую себя Гатсем, только без его способности облегчать вес.

— Благодарю, наставник! — ответил я с саркастическим воодушевлением. — Мне с ней бежать?

— Не просто бежать, — Стропо подошёл ко мне и сказал это пусть и тихо, но рядом стоящие услышали. — Во время бега задействуешь обе способности. Задача — полностью растратить свои силы до тренировки с мастером Тейтом.

— Есть потратить силы!

Моя жизнь не становится проще. Наверное, это и к лучшему. Глядишь, сдвинусь с мертвой точки.

Разница в использовании цепей такая же, как и в обычном деле. То есть, если ты махаешь килограммовой цепью, это одна нагрузка на мышцы. А если тридцатикилограммовой, то совсем другая. Учитывая, что мне ещё и гравитацию надо будет облегчать, то пробежка обещает выйти серьезной. Для внутренних, а не внешних мышц.

Хотя обычные мышцы тоже внутри меня, кхм… Не о том думаю.

— Смотри не надорвись, — поддела меня Калия, которая стояла слева.

Со строем мы не мудрили. Сохранили тот же порядок, что и на первом курсе.

— А если надорвусь, ты проявишь милосердие и добьешь меня?

— Чтобы не мучался, — улыбнулся она.

После слов о том, что девушки улыбаются, и предложения ей доказать, что она тоже девушка, Калия начала… улыбаться.

Ну как улыбаться.

Высокомерно, с вызовом, насмешкой, холодно, ядовито, уничтожающе. Оказывается, в её арсенале есть десятки улыбок, которые ничуть не хуже отправленного кинжала. Такие же неприятные.

— Хотя нет, мы ведь счёт не сравняли, — задумчиво добавила она. — Придется выходить.

И снова улыбочка. Которая так и говорила: выходить, чтобы ты подольше страдал.

Эх.

На этом её месть не заканчивалась. Улыбалась она так только мне. Тому же Гатсу начала улыбаться вполне нормально. Разговоры поддерживать с парнями. Что-то рассказывать сама. Вела себя и правда как нормальная. То есть остальным — дружелюбие, а мне подколки и гаденькие улыбки.

Я даже всерьез задумался, что где-то там способность отца затерялась. Пора бы ей пробудиться в полной мере. А то терпеть это было не очень приятно. Тем более поводов для подколок у Калии хватало. Я ведь отстал от всей группы, чем она не стеснялась пользоваться.

— Калия, не издевайся над Спаром, — сказал Гатс. — Ему ведь и так нелегко приходится.

— Это сейчас что, ты пошутил? — не поверил я.

Точнее, не распознал, это сочувствие или издевка.

— Бегом! — прокричал Борода, прерывая наш разговор.

Кричал он не нам, а первому курсу. Стропо же никаких команд не давал. Передал цепь, отошёл в сторону и тянулся. Он так часто перед бегом делал. Мы тоже разминались, перед тем как построиться.

Дождавшись, когда первый курс выбежит через ворота, мы отправились за ними. Впереди меня ждало увлекательное испытание на истощение.

* * *

Через пару часов я предстал перед Такеном. На этот раз он подошёл ко мне первым.

— Цепь ещё можешь удерживать?

— С трудом.

За время пробежки я весь взмок. Половину пути бежал из чистого упрямства. Хотелось схалтурить, отпустить цепь или гравитацию, но нет, я упрямо делал то, что сказали.

— Тогда вставай в позу, продолжай держать и попробуй нащупать энергию внутри себя.

— Всё вместе?

— Да.

На этом инструктаж закончился, и я переключился на задание, а Такен — на других учеников.

Как ни странно, в этот раз получилось куда лучше. Не сразу, не в первые же минуты, но где-то через полчаса я впервые справился, ощутив всю энергию внутри меня. О чем и оповестил всех, крикнув ура.

— Ну? — подошёл ко мне Такен.

— Она здесь ощущается, — очертил я круг на животе. — Вязкая и тяжелая. Очень тяжелая.

— Уже попытался сдвинуть?

— Да, не получилось.

— Хорошо. Продолжай.

— С цепью?

— Пока можешь убрать. Возвращай цепь каждый раз, как теряешь контакт.

— Ладно… — задумался я. — Ещё наставления будут?

— Ты делай, что говорят, а там посмотрим.

Воодушевленный, я взялся за работу с тройным рвением.

* * *

Разумеется, вопрос создания первого круга не единственное, что меня волновало. Задание Профа никто не отменял. Уроки с ним у нас проходили два раза в неделю, по три часа каждый. В перерывах между занятиями мы должны были подготовить доклад на выбранную заранее тему. Это стало для нас регулярной практикой.

На самом деле мне нравилось. Книг и правда в библиотеке прибавилось. Их там сотни были. Большая часть по истории старого мира, но имелись и современные вещи. Жизни не хватит, чтобы прочитать. По крайней мере, не с нашим графиком. Поэтому послушать на уроке выжимку от других учеников было познавательно во многих смыслах.

К примеру, Джиха прочитала мощный доклад на тему влияния торговых путей на развитие восточных городов. Как те между собой торговали, как обеспечивали охрану караванов и как в принципе эти караваны собирали. Я подозревал, что часть доклада Джиха читала, скажем так, из личного опыта. Не в том смысле, что сами эти вопросы решала, слишком она юна для этого. А в том смысле, что жила в тех краях и её семья могла участвовать в основных событиях. Ну и объяснять дочери, что к чему. Я помнил, что их родичей вырезали, и они с братом остались одни, мечтая отомстить. Может, уже и не мечтая. Джиха и Гон эту тему не поднимали.

В любом случае её доклад вышел познавательным. Я стал куда лучше понимать, как один караван может повлиять на город и пригород. Не привезли вовремя провизию, и всё. Случился бунт. Много погибших. На фоне этого появился демон, монстры заглянули. В итоге город удалось удержать чудом, а число жертв разрослось до тысяч.

Всего лишь из-за того, что закупленный провиант вовремя не привезли. Точнее, как, не одно это роль сыграло, но, скажем так, стало финальным, добивающим актом.

Джиха не единственная, кто пользовался знаниями из прошлой жизни. Тич тоже выделился. Рассказал о том, как налаживание логистики в Колодце помогло поставить добычу на поток. Его семья в этом активно участвовала. Они были единственными, если верить слухам, кто построил воздушную лодку, способную опускаться вплоть до третьего уровня.

Казалась бы, всего лишь лодка, но это дало возможность построить форпосты. А это возможность отдохнуть, получить помощь, закупить припасы и медикаменты. Да и сдать добычу. То есть не тратить неделю пути наверх, а потом обратно, а работать на месте.

Сам я действовал в рамках поставленной себе же задачи. Искал соколов. Кто они такие, насколько могущественны, мне было неизвестно. Спрашивать не хотелось, чтобы лишний раз не палить интерес. Во-первых, Такен может узнать и ограничить меня. Во-вторых, любую информацию можно использовать. Тот же Тич. Не догадается ли он? Не подгадит мне в будущем?

Странное дело. Я отчётливо понимал, что пошли нас вместе с ним на задание, и буду прикрывать парня. Как и он меня. Надеюсь. Понятное дело, в нем я не сильно уверен. Зато себя знаю и точно скажу, что обиды и подозрения — это одно, а наше ученичество и обязанности — другое. Но как оно сложится, неизвестно. Не просто же так родители спрятали меня. Спрятали звучало куда лучше, чем бросили. Да и Такен сказал, что у них врагов хватает. Как будто я этого сам не знал.

Семью Кимбли, кстати, я проверил первым делом. Это те, кто держал город, возле которого мы жили. С соколами они никак связаны не были. Да и Фридмен перед смертью утверждал, что тот отряд прибыл издалека, у нас их раньше никто не видел.

Поиски я начал с истоков. С легендарной семерки. Очень быстро удивившись, насколько всё переплетено.

От каждого тянулись ниточки, уходящие вплоть до наших дней. О чем речь, если я сам лично конфликтовал с Псами, которых создал один из семерки.

Самое смешное, что нужную информацию я бы нашёл куда раньше, не будь так зациклен на другом. На создании круга, проблемах с девушками и откровенностях Такена. Также уже после я осознал собственное неверие, что информацию получится добыть легко. Всю сознательную жизнь прожить в неведении касательно родителей — это сыграло со мной злую шутку.

Такен ведь упоминал, как звали моих родителей. Мария по прозвищу Гроза и Люций Вологда. Когда я наткнулся на фамилию Вологодских, участвующих в одной из войн ныряльщиков, дело оставалось за малым. Многого я не узнал, но напал на след и дополнил то, что мне было известно.

Не зря, кстати, начинал с изучения семерки. Если в общих чертах, то дело обстояло так. Семерка инициировала передел мир и следующие десять лет укрепляла свою власть. Также в этот отрезок ныряльщики продолжали спускаться в колодец. Добывали новые знания и камни. Попутно менялись города, да и в целом жизнь в мире. Вологодские были одними из тех, кто выступил против власти семерки. Я кое-какие вопросы не стеснялся у Профа прояснять. Как-никак, он, можно сказать, был живым свидетелем многих события. В книгах же, написанных в новое время, было перечисление голых фактов с небольшими комментариями. Из серии, такого-то числа в таком-то месте встретились такие-то люди. Предположительно, по такой-то причине, и, возможно, они ещё и союзников притащили, но это не точно. Битва закончилась этим и этим, после чего, к примеру, один из городов сменил хозяев. Скупое описание, как ни крути. Поэтому я и уточнял у Профа. Ну и у других учеников. Даже уличные могли что-то дополнить. Во-первых, не я один книги читал. Во-вторых, они были из разных уголков нашего материка, и если для меня чья-то фамилия звучала пустым звуком, то они могли жить в пригороде рядом с этими людьми.

В общем, информация постепенно оседала в моей голове, дополняясь деталями.

Так вот. Семья моего отца была ныряльщиками следующей волны после семерки. Конкретно мой дед упоминался. Предположительно, мой дед. А то мало ли, вдруг я ошибся. Он был из тех, кто нашёл легендарный камень, который дал ему возможность управлять серебристыми потоками, что бы это ни значило. Заодно сделав волосы серыми. Прямо как у меня. И у всех его детей, опять же, если верить хронике.

Звали деда Всеволод Матвеевич Вологодский. Единственное, что мне удалось найти про него, — это описание способности, управление потоками какими-то, наличие троих детей, один из которых Люций Вологда. Тоже обладатель легендарного камня, а то и не одного. Упоминаний способностей отца я не нашёл. Как и про мать. Только пару коротких строк. Всеволод, первый ныряльщик в семье, выступал против семерки. В основном против Гвидиче. То есть и против Псов тоже. Был убит их основателем, Амадео. Которого потом убил Такен, в компании союзников. Прямо об этом не говорилось, но что-то мне подсказывало, что мать и отец в том деле участвовали. Надо будет при возможности у Такена спросить.

Последним, что стояло в тех пяти абзацах, посвященных роду Вологодских, была приписка. Основная ветвь семьи погибла. Единственный уцелевший — Люций Вологда.

Читать было неприятно. Я так распереживался, что чуть страницу не вырвал. Казалось бы, сухие строги, я этих людей если и видел, то не помню, а надо же. Резануло что-то внутри. Хорошо, что быстро прошло.

Скупость найденной информации не расстроила. Наоборот, воодушевила. Я опасался, что Такен не допустит, чтобы в библиотеке нужные мне книги нашлись, но, видимо, он о таком не запаривался. Или не считал настолько необходимым скрывать от меня информацию.

А раз так, то оставалось лишь продолжать поиски.

Ну и этот чертов круг сформировать. А то бесит.

Глава 11. Забеги, или Как Спартанец по голове получил

Программа первого курса отличалась от того, как было у нас. Не сильно, в основном они проходили через то же самое, но с некоторыми отклонениями. Так, игры у них начались раньше.

Я бы не обратил на это внимания, если бы не один из забегов.

Стоит отметить, что полигон перестроили. Расширили, изменили препятствия и укрытия. Рядом же поставили ещё один, чуть поменьше.

До встречи на полигоне с нами перваки уже успели побегать сами. Неделю забеги устраивали, а вместе мы встретились аккурат к концу пятой недели обучения. То есть весь первый курс успел освоиться более-менее. Окрепнуть. Те, кто добыл камни, усвоили часть их сил.

Это как если взять тряпку, намочить её хорошенько и скрутить, отжимая воду. Этот отжим — изгнание слабости. Вода ещё осталась, тряпка мокрая, но уже не настолько, как в начале. Но это я так. Говорю с позиции высокомерия второго курса. Среди перваков были опасные личности. В чем мы скоро и убедились.

— Сегодня у вас будут особые игры! — объявил Борода. Чтобы его все слышали и видели, он запрыгну на камень, который обозначал вход на арену.

Сама она никак огорожена не была. Чисто символически линию на земле провели и всё. Ну и мелких камней вдоль набросали.

— Вы попробуете силы против второго курса! Им разрешается применять способности. В разумных пределах! — уточнил наставник и, хмыкнув, добавил: — Убивать никого не рекомендуется.

Дельное замечание на самом деле. Способности, даруемые редкими камнями, ведь разные бывают. Некоторыми очень легко убить.

— Вы разделитесь на пятерки. В первые разы я позволю вам самим определиться с составом. Наставник Стропо, — повернулся Борода к нашему куратору, — будь любезен, выдели своих ребят. — На это наш наставник кивнул, и Борода к первакам повернулся. — Выходить они будут по одному против ваших пятерок.

— Ну отлично, — фыркнул рядом Шупа. — Сейчас будем позориться перед молодняком.

— Говори за себя, — ответил я ему.

Вот странность же. Почему-то Шупа всегда рядом оказывался и делился своими замечаниями о происходящем. Он, кстати, попросил называть себя Король. На что был послан, так и оставшись Шупой. Смотрю на него и думаю, что за противоречивая личность. Его нельзя назвать сильным, но на финальном испытании против демона он вышел и победил. Да и со всеми остальными заданиями справился. В награду получил редкий камень и научился создавать небольшие иллюзии. Способность многообещающая, раздражающая, но не дарующая боевой мощи.

Демона он побеждал с помощью священного железа. Всем, у кого не было подходящих способностей справиться с тварью, выдавали оружие. Иначе бы шансов не было, как ни крути. У меня своё железо было, поэтому эта часть прошла мимо меня.

— Кто проиграет, будет покрыт вечным позором, — обнадежил нас Стропо. — Сами решите, кому выпадет честь выйти.

Ну, хоть не честь быть покрытыми вечным позором, уже хорошо.

— Предлагаю Калию первой выпустить, — предложил Шупа. — Когда первую группу размажет девушка, это деморализует весь курс.

Я перевёл взгляд на Калию, которая подзависла. Не может решить, как реагировать, комплимент это или подколка? А Шупа хорош, раз Калию в ступор поставил.

— Если Калия хочет, может и первой выйти, — ответил на предложение Тич. — Что скажешь?

— Могу и первой, — пожала та плечами. — Пусть думают, что у нас настолько смелые парни, что выставили девушку перед собой.

— Быстрее решайте! — тихо рыкнул Стропо, который от нас никуда не уходил и стоял рядом. — Первый курс уже выбрал группу. Только вас ждут.

— Ну, давайте я схожу, — вздохнула Калия. — Лентяи. Способности, значит, можно применять? — спросила она у наставника.

— Можно, но ты там помягче, — сказал он тихо. — Дай им почувствовать себя ничтожествами, но у которых есть шанс победить.

— Я… постараюсь, — озадачилась девушка.

Стоит ли говорить, что когда девушка вышла из нашей толпы, то провожали её все с интересом? Калия — это ведь Калия. Она умела быть жестокой и эффективной. Это признавал каждый.

По какой-то иронии против неё вышло пять крепких парней. Высокие, плечистые. Парочка так и вовсе плотно сбитые. Не толстые, именно плотные. Выглядела эта компашка сурово. Переглянулись между собой, когда увидели, кто против них будет, о чем-то коротко переговорили. А потом у двоих на лицах наглые улыбочки проступили.

Ой придурки…

— Правила следующие! — взял слово Борода. — Первый курс выступает в качестве охотников! Как это делается, вы уже знаете! Представитель второго курса выступает в качестве… монстра, — снова на лице наставника появилась его фирменная, мерзкая и многозначительная улыбка. У меня есть подозрение, что каждый из наставников специально так улыбаться учится. — Монстра, который и сам может быть охотником, — добавил он после выдержанной паузы. — На раунд отводится пять минут. Победа засчитывается в том случае, если противник обездвижен.

Эх, прям ностальгия берет. Игры я стал куда больше уважать после лета. А если быть точным, после той драки со всей сворой Карамельного, когда против меня пятьдесят парней вышло. Если бы не те навыки, которые наработал здесь, не вытащил бы. Умение двигаться, быстро принимать решения, выстраивать маршрут, учитывать рельеф, особенности местности и способности противника… Чему учат игры, можно долго перечислять. Поэтому я порадовался, что эти занятия обещали вернуться. Сами мы пока забеги не устраивали, другим занимались. Но что-то подсказывает, что теперь побегаем. Не терпится, если честно. Новые способности требовали оттачивания мастерства.

— Начали! — скомандовал Борода.

Две команды перед этим встали на позиции, с разных концов арены. Не уверен, что вторая способность Калии, покрываться темной, здесь пригодится. Солнце высоко, сегодня без облаков, небо ясное. Девушка, конечно, может где-то затаиться и спрятаться, но зачем?

Любопытно было посмотреть, как пятерка парней выстраивала стратегию против неё. Я не был точно уверен, но конкретно эти ребята походили на уличных. Если не ошибаюсь, они плохо представляют, на что способны полностью освоенные силы редких камней. На их курсе есть те, кто добыл камни. Три человека, не считая Пушки. Есть и те, кто до испытания обладал чем-то. Детей ныряльщиков среди потока хватало. Но даже те не обязательно могли что-то серьезное продемонстрировать. Если у тебя родители в Колодец спускались, это не значит, что тебе что-то мощное передастся. И не значит, что родители дадут пару камней в качестве наследства.

В общем, это было ожидаемо — парни выбрали не особо умную стратегию. Что закономерно, они ведь не знали, на что способна Калия.

Та не спеша направилась к ним, будто на прогулку вышла. Пятерка же рванула и собиралась девушку окружить. Когда им оставалось метров двадцать, Калия ускорилась, легко забежала по деревянным укрытиям и оказалась наверху, издевательски помахав парням ручкой.

— Слезай! — донесся до нас крик.

Они это серьезно?

Один из парней полез наверх, за Калией. Остальные внизу столпились. Нда, тут у них без шансов.

Что девушка и продемонстрировала вскоре. Когда парень залез, она прыгнула вниз. Прямо на плечи другому парню. Тот растерялся, отшатнулся, выставил перед собой руки. Калия оттолкнулась от него, перелетела ещё двоих и скрылась за укрытиями. Всё действие заняло пару секунд.

— Где она? — крикнул тот, который забрался наверх и не видел, что произошло.

Слишком медленные.

Им бы собраться вместе, поднять того, которого в землю впечатало, обсудить тактику… Впечатало, кстати, не очень сильно. Встал он почти сразу. Калия нежно работала, без жести.

Вставал парень в одиночку. Трое его напарников бросились за Калией. Не вместе, а с разных сторон пошли, выпав из поля зрения друг друга.

С нашей позиции тоже не всё было видно. Стояли мы на возвышенности, видели большую часть, но из-за нагромождений часть зрелища терялась.

Так никто не увидел, что случилось с одним из тройки. Он забежал за угол и уже не выбежал. Выполз через минутку, помутневший и утративший энтузиазм. Остальные двое его исчезновения не заметили. Тот, который наверх забирался, медленно спускался. Тот, которого уронили, в этот момент только поднялся и следом бросился.

Как расправились со вторым участником, разглядеть удалось. Ему показалось, что он загнал Калию в угол. Бросился на неё, растопырив руки, за что и поплатился. Девушке хватило пяти секунд, чтобы выдать ему пару болезненных тычков. Это с виду Калия хрупкая. Но я-то знаю, что бить она умеет как надо. Любые блоки пробивает, если способность передавать импульс применяет.

— Закончили! — крикнул Борода где-то через три минуты после начала игры. — Охотники с позором проиграли!

— Но, наставник, у них не было и шанса, — возмутился один из парней первого курса.

— Конечно, не было! — рявкнул Борода. — А вы думали, были?! Это девушка хорошо подготовлена и тренирована, отлично владеет своими способностями. Вот, что вас ждёт, если встретите серьезного противника! Разгромное поражение! Невозможность что-либо сделать! Для этого вы и тренируетесь каждый день, чтобы сократить этот позорный разрыв! Ещё вопросы?! — в конце речи он навис над пожаловавшимся, и тот, натурально вжав голову в плечи, покачал головой.

Я не удержался и улыбнулся. Когда-то и нас так прессовали.

— Следующие! — скомандовал Борода, закончив разделывать паренька.

Он ему очень знакомые слова сказал. То, что в мире всегда есть те, кто сильнее тебя. Это не повод горевать. Это повод тщательнее готовиться.

Мы посмотрели ещё один забег, и дальше группы запускали по две. В смысле каждую на отдельный полигон. За большим присматривал Борода. За малым — Стропо.

Отдельное удовольствие доставил забег Гатса. Против него очень крепкая пятерка вышла. Будь Гатс с мечом, он бы их порешил при первом же столкновении, а так вышел жесткий поединок. Эти ребята тупили куда меньше. Я бы сказал, они, в принципе, не тупили и действовали адекватно, исходя из своих умений и того, что знали. Видно, что опыта и навыков не хватает, но это быстро решится.

Этих ребят я ещё раньше приметил. Когда избивал их на «приветствии» в первые дни. Пятый, Шестой и Седьмой. Прошёл слух, который Шупа разнёс, что эти парни жили возле Колодца. Особо ничего удивительного в этом не было. Тот же Тич тоже оттуда. С этой троицей против Гатса ещё двое вышли. Но, как я понял, с ними они уже здесь познакомились. Парни у меня никаких симпатий не вызывали. Немного дури из них выбили, но самоуверенность и высокомерие во взглядах никуда не делись.

Гатс их жестко отметелил. Включился на полную, после того как они его подловили и в угол зажали. Пятеро противников всё же. Ему тоже досталось. Ну как… Если стену лупить, то можно сказать, что ей досталось. Только стена от этого никак не изменилась.

Дошла очередь и до меня. Честно, я хотел, чтобы Пушка вышла против кого-то другого. Но то ли случайно, то ли специально так совпало, что мы попали друг на друга.

Настроения мне это не прибавило.

— Начали! — скомандовал Борода.

Нам достался большой полигон. В команде Пушки была та самая крепкая девушка, которую я отметил — Девятая. Ещё три парня. Про них я ничего не мог сказать.

Оттолкнувшись от земли, пролетел над частью препятствий и запрыгнул на «башню». Обычная деревянная постройка, с вертикальной лестницей, чтобы забраться и небольшими деревянным щитами, за которыми можно укрыться. В обычных забегах эта башня неактуальна, а когда с оружием бегаем — очень даже.

Задачка перед отрядом стояла нетривиальная. Сложно поймать того, кто умеет почти что летать.

Добежали они до меня вместе. Подставляться не стали, попрятались за укрытиями. Внезапно Пушка выглянула и… натянула рогатку, запустив в меня металлической шайбой. Я немного удивился, увидев у неё подобное оружие. И рефлекторно отреагировал, когда шайба прилетела мне в голову. Едва успел уклониться.

— Так, значит, да? — прошептал я раздраженно.

Ну, сами виноваты.

Я наступил на парапет и собирался прыгнуть вниз, но тут мне в затылок прилетел удар. Так что вместо красивого прыжка, я завалился и рухнул вниз. Повезло ещё, что гравитацию успел ослабить.

— Спар! — испуганно вскрикнула Пушка.

Рухнул я прямо на землю, лицом вниз. Которым и приложился нормально так. Не очень сильно, но, когда падаешь с высоты трёх метров, это в любом случае неприятно.

Приподнявшись на руках, недобро посмотрел на рыжую. Та сглотнула и с извинением улыбнулась. При этом снова натягивая рогатку.

Остальные тоже не медлили. Бросились на меня со всех сторон, стоило упасть.

Сами виноваты.

Цепь, которая тонкая, соскользнула с моей руки и, до того как четверка успела добежать, двоим сплела ноги. Девятую я оплел первой, оценив её как сильного рукопашника. Пушка выстрелила, но на эмоциях я поймал снаряд голой рукой. Это всё же не настоящее оружие, а так, детская забава. До меня добежал первый парень и получил удар ногой в корпус, от чего сложился. Второй резко затормозил, выставил перед собой руки и, кажется, передумал нападать. А зря. Скоординируй они атаку чуть лучше, могли бы и достать меня. Задумка с этим выстрелом была жуть как хороша. Голову теперь острая боль разрывает.

Девятую я первым делом спеленал и, пока парень тупил, решая, что ему делать, довёл дело до конца, надежно её с третьим парнем упаковал. Пусть полежат.

— Бу! — я топнул ногой в сторону замешкавшегося, и, надо отдать ему должное, он не побежал, а атаковал меня.

В момент, когда я его руку блокировал и в корпус пробил, мне шайба в бок прилетела. Неприятно. Не так больно, как в затылок, но тоже мало хорошего.

— Серьезно? — повернулся я к Пушке, которая заряжала следующий снаряд.

— Ничего личного! — крикнула она мне.

Нет уж, это теперь личное.

До того как Пушка выстрелила, я метнул шайбу ей в ногу и оказался чуточку быстрее, чем она. Вскрикнув, девушка безбожно промазала, но помня, что её снаряды имеют свойство прилетать в голову, я рванул к ней и… И отобрал чертову рогатку, хлопнув ладонью по лбу.

— Ты убита.

Может, рыжая и хотела возразить, но Борода скомандовал, что раунд закончен.

— Что это было? — спросил я Пушку. — Удар в голову.

— Моя способность, — опустила она взгляд. — Я могу влиять на снаряды. Пули, стрелы, шайбы… На всё, чем выстрелила.

— Круто, — искренне сказал я. — Подходящая тебе способность.

Больше ничего не говоря, оттолкнулся от земли и полетел к своим. Рыжая хотела что-то сказать, но… Это либо будут очередные извинения, либо снова какая-то фигня. Ни того, ни другого мне не надо, поэтому лучше не задерживаться и не давать лишних поводов для пересудов.

Я ожидал, что Шупа как-то выскажется по поводу моего выступления, но парень готовился выйти следующим, поэтому это сделала Калия.

— Лихо тебя, — заметила она.

— Неожиданная способность, вот и всё.

— Плакать не будешь?

— Я, бывало, и покрепче получал, — ответил я равнодушно, плюхнувшись рядом.

— Но не от девушки-подруги, — с особой интонацией сказала Калия слово подруга.

— Слушай… — я наклонился так, чтобы шепнуть ей на ухо, и никто другой не услышал. Для чего и подходил, собственно. Давно искал повод прояснить ряд моментов, но всё никак удобного случая не подходил. — Чего ты меня цепляешь?

Калия скосила на меня взгляд, но тут же отвернулась, сделав вид, что мы незнакомы.

— Не, я серьезно. Ладно ты при первой встрече повела себя жестко и цинично. Я не в обиде. Но потом-то мы подружились, нормально общаться стали.

Это я, конечно, преувеличиваю. До нормального человеческого общения нам было, куда расти. Но, если сравнивать то, как было и как стало в конце учебного года, мы и правда подружились.

— По крайней мере, я так думал. Что мы друзья. И мне непонятно, что изменилось. От тебя каждый день враждебность чувствуется.

— Так, может, мы не друзья? — ответила она подчеркнуто холодно.

— Тогда мне жаль, что я ошибся, — ответил я с неподдельной грустью.

После чего встал и отошёл. Не хочет Калия нормально общаться, её выбор. Настаивать не буду.

* * *

Джиха вошла в их общую с Калией спальню после душа. Душ для девушек тоже отдельный был. Что Джуху полностью устраивало. И свободное пространство, и небольшие привилегии.

Калия сидела на подоконнике, поджав ноги. Может, она и иначе хотела бы сесть, но окно было узким. Глубоким, поэтому в нише можно было легко поместиться, но узким. Только поджав ноги и можно залезть.

— Мне показалось, — сказала Джиха, подходя к зеркалу и беря расчёску, — или ты сегодня окончательно оттолкнула Спартанца?

Зеркало и «женские» вещи Джиха получила, поговорив с целительницей. Мужчины, как того и стоило ожидать, о всяких важных мелочах не подумали. Пришлось самой разбираться.

— О чем ты? — отвернулась от окна Калия.

— Я видела, как он подошёл к тебе поговорить, а потом ушёл, будто принял для себя неприятное решение. А ты сидишь и вот уже час пялишься в окно, вся такая трагичная и задумчивая.

Калия замерла, но вовсе не от злости и раздражения, а от растерянности.

Детство у девушки во многих смыслах выдалось неприятное. Мать — известная убийца, которая брала заказы на ныряльщиков. Многие её ненавидели. Не гнушаясь пользоваться услугами. В пять лет Калию похитили, чтобы отомстить матери. Та явилась вместе с отцом до того, как случилось непоправимое.

Если не считать сильного испуга от похищения и ужаса от последовавшей кровавой расправы над похитителями, ничего такого не произошло. Отец тогда взял её на руки и не отпускал до самого дома. Калия до сих пор помнило то чувство тепла и защищенности.

Но это был лишь один случай из многих. Её мать была деспотична, холодна и жестока. Всего она родила двух дочерей. Калия была младшей. Старшая же пошла по стопам матери и сейчас уже успела сделать себе имя. После той истории в жизни Калии начались тренировки. Мать учила её двигаться, скрываться, маскироваться, быть всегда начеку. Завела привычку подходить со спины и больно щипать. В пять лет это были щипки. В семь — болезненные уколы спицей. С десяти — удары ножом. Не насмерть, конечно. Но кровь Калии пускали не раз. К тому времени она научилась всегда быть начеку.

С сестрой отношения были соответствующие. Постоянная конкуренция, издевательства со стороны старшей. Единственным, кто относился к Калии тепло, был отец. Тоже ныряльщик. С богатым кровавым прошлым. Сейчас, посмотрев на жизнь и став лучше понимать, как та устроена, Калия задавалась вопросом, как вообще отец согласился жить с матерью. Да, он тоже бывал жесток и резок. В прямом бою, пожалуй, посильнее матери, но… Он всегда относился к дочерям с любовью, покупал им платья, игрушки и сладости. Пытался сделать детство нормальным. Что мать регулярно рушила. Платья разрезались, игрушки отбирались и выкидывались. Не просто так, в качестве наказания, конечно же. Из-за чего родители часто ссорились.

В итоге их семейная история закончилась расставанием. Старшая сестра пошла по стопам матери. Отец же сломался. Уехал, поселился в пригороде и начал пить. Что в конечном счёте и привело к тому, что Калия сбежала от матери и пошла искать лучшей жизнью. При собеседовании у Такена тот обещал уладить вопрос с «известной убийцей» в обмен на верность. Было и второе обещание. Не использовать Калию как убийцу. Сейчас она понимала, что ей придется сражаться. Но лучше уж выйти против ведьмы или демона, чем заглянуть к кому-то домой в ночи и перерезать горло.

Но сейчас Калию волновало не это. С Джихой у неё никаких отношений не сложилось. Как и со всем другими учениками. Молчаливая, нелюдимая, держащая дистанцию, умеющая постоять за себя, Калия, сама того не осознавая, приложила много усилий, чтобы ни с кем не возникло дружеской близости.

Поэтому то, что Джиха заговорила с ней так буднично, по-приятельски, на довольно личную тему, привело Калию в ступор. Она не понимала, что ей делать. К этому времени до девушки уже начало доходить, что агрессия не самый лучший способ общения.

— Не понимаю, о чем ты, — наконец нашлась с ответом Калия и сразу поморщилась, услышав, насколько жалко это прозвучало.

— Ну да, конечно, — улыбнулась Джиха зеркалу. — Это ведь не ты постоянно цепляла Спартанца последний месяц. Про любую нормальную девушку я бы сказала, что это обычная глупость, но в твоем случае мне начинает казаться, что ты так выражала симпатию.

Калия очень рано узнала, что любая слабость будет использована против тебя же. Так делала мать. Так делала сестра. Если Калия жаловалась — то её наказывали. Если говорила что-то личное, это высмеивалось и превращалось в инструмент давления. Поэтому слова Джихи она восприняла как нападение.

Выскочив из ниши, Калия в мгновение ока приставила нож к горлу девушки.

— А ты не подумала, что лезешь не в своё дело?! — прошипела Калия, заглядывая через зеркало в глаза Джихи.

— Как глупо, — та ничуть не испугалась, что поколебало уверенность Калии.

Год назад Джиха была забитым, неуверенным ребенком. Сейчас же на стуле сидел другой человек. Куда тверже.

— Если ты меня убьешь, твоя жизнь будет закончена, — спокойно продолжила Джиха, — Такен не оставит это без наказания. Либо он, либо мой брат убьют тебя. Конечно, ты можешь атаковать Гона первой и даже убить. Уверена, у тебя это получится. Но, опять же, тогда твоя жизнь точно будет сломана. Сбежишь? Такен тебя в течение часа найдет, мы обе это знаем. Впрочем…

Джиха чуть наклонилась, лезвие надрезало ей кожу, и Калия собиралась было одернуть нож, но не смогла. Лезвие прилипло. В отражении Калия увидела, как горло Джихи защитило золото, заодно зафиксировав нож. Моментально отпустив оружие, Калия разорвала дистанцию и достала второй кинжал.

— Впрочем, — повторила Джиха, взяв нож у горла и положив его на столик. — Признаю, что была неправа. Просто подумала, что тебе нужна помощь. Ну, знаешь, девушки обычно болтают, обсуждают всякое. То, что мужчинам не понять. Это ещё словом таким странным называется… Дружба. Слышала?

— С каких пор ты стала такая наглая? — дернула щекой Калия.

— Наверное, после того как целый год меня избивали и демонстрировали, какая я жалкая неудачница. Или после трёх месяцев летней практики, когда я осталась одна и справлялась с различными трудностями. Не знаю. Как-то само вышло.

Калия вздохнула, спрятала нож и плюхнулась к себе на кровать.

— Я не мастак в душевных разговорах.

— Да я уже поняла, — рассмеялась Джиха.

С некоторой толикой обиды смотря на то, как её соседка смеется, как легко у неё это получается, Калия отметила, про что говорил Спартанец. Про то, что девушки улыбаются. Вот также легко и непринужденно, чтобы это было красиво, у Калии не получалось.

— Мне кажется, — сказала Джиха проницательно, — нам есть, чему поучиться друг у друга. Так что, обсудим парней? Тебе ведь нравится Спар? Или, быть может, Гатс? Он так мило отдал конфету, чтобы никто не видел… Чего? — Джиха заметила взгляд Калии. — Я тоже конфету хотела, вот и увидела случайно постигшую её судьбу! — снова рассмеялась она. — Да и смотрит Гатс на тебя часто. Чего ты в упор не замечаешь.

— Ты говоришь какую-то ерунду, — напряглась Калия.

«Это будет тяжело», — подумала Джиха, закончив расчёсывать волосы и откладывая щётку.

Глава 12. Смыслы, или О том, как Спартанец о себе кое-что новенькое узнал

Это утро Такен начал с повторного изучения докладов. С момента начала нового учебного года прошло полтора месяца. За это время Фиона проверила всех новых учеников. С её слов выходило, что все они обычные, в пределах ожиданий, подростки.

Также новый поток проверили и наставники. Ничего необычного. Проверял и сам Такен. Ноль результата. Вчера пришёл последний доклад. Прошлое учеников, их рассказы о себе проверялись, как и всё остальное.

Если бы это был обычный набор, Такен бы остался спокоен. Странностей хватало. Как и попыток скрыть прошлое, необычных способностей, неплохой подготовленности и различных вопросов, требующих отдельной проверки. Но это были обычные, рабочие вопросы, как и в случае первого курса. Мастера же волновало совсем другое. Тот случай в лесу, когда был призван сильный демон и убит ученик в ритуале, что это? Сделавший это находится среди поступивших или скрылся?

Последнее было затруднительно. Территорию вокруг зоны участий контролировали. Уйти незамеченным в принципе можно было бы. Сам Такен смог бы это сделать. Но это он. А так, чтобы провести ритуал, потом ещё и скрыться, обойдя всех, кто искал и присматривал за учениками, здесь требуется очень серьезный уровень способностей, подготовки и знаний. Такен этот вариант не отбрасывал, но интуиция ему подсказывала, что всё куда хуже. И этот мастер скрытности находится среди учеников.

Подозрения пали в первую очередь на ведьму или колдуна. Такен накопил достаточно информации по ним, чтобы утверждать — вот уж кто любит проводить различные ритуалы. Они и Псы, которые стоят за ними и спонсируют этот проект, чем бы тот ни был.

Но возникал вопрос — зачем? Зачем этим отродьям внедряться в ученики к Такену?

На первый взгляд, понятно зачем. Чтобы собрать информацию, влиять на других учеников, наметить заранее цели. Это были понятные угрозы. Только вот непонятно, зачем тогда призывать демона. Закричать во всё горло: «Эй, мы тут, прямо у тебя под носом!» — это не лучший подход для скрытной деятельности.

Этими вопросами Такен задавался каждый день. И с каждым днем его настроение всё сильнее портилось, потому что до сих пор было непонятно, с чем он столкнулся.

У тех, кто спускался в Колодец, если они достаточно удачливы, чтобы выжить в первый год, очень быстро вырабатывалась адаптивность ко всяким странностями. В Яме нужно быть готовым в буквальном смысле повстречать что угодно. От того, насколько это что-то новое, зависела жизнь. Будь то монстр, демон или какой-нибудь неизвестно кем построенный храм с ловушками — всё это представляло собой таящую опасность неизвестность. С которой требовалось всегда быстро разбираться, чтобы выжить.

Вот и сейчас… Да и последние несколько лет Такен ощущал, что столкнулся с чем-то новым и что ему не хватает опыта, чтобы разобраться с этим, понять суть происходящих процессов.

Что дополнительно портило настроение мастеру и заставляло по новой проверять каждую деталь.

* * *

Вновь главы Псов господних встретились в середине осени.

На самом деле они и до этого встречались. Но в этот раз собрались в полном составе. Чего большинство не ожидало. Встреча должна была пройти без Корентайна. Тот отбыл летом в Колодец, и когда вернется, было неизвестно.

Поэтому как минимум половину состава Пальцев господних это застало врасплох.

— Вижу, что соскучились, — с неприкрытой иронией произнёс Корентайн, усаживаясь за стул, заодно доставая сигарету. То, что другим его курение не нравилось, мужчину полностью устраивало.

— Хорошо, что ты вернулся… — первым среагировал Стефан, которого Корентайн ненавидел больше всех. — К тебе как раз появились вопросы.

— У меня к вам тоже появились вопросы, — усмехнулся мужчина. — Но так и быть, спрашивайте первыми.

Стефан переглянулся с толстяком Сергием. Решали, кто первым начнет давить на Корентайна. Тому это было так же очевидно, как и то, насколько их бесит вонючий дым, который мужчина выпускал кольцами, с ленцой поглядывая то на потолок, то на пальцев.

— Тебе было поручено разобраться с Такеном, — начал Сергий. — Хотелось бы узнать, каких успехов ты добился…

— Да говори прямо! — хлопнул ладонью по столу Стефан. Корентайн про себя в этот момент подумал, что тот явно репетировал эту заготовку. — Почему ничего не сделано?! Вместо устранения Врага ты исчез, ничего не сказав!

На это Корентайн развеселился и стряхнул пепел прямо на пол.

— Я сказал что-то смешное? — вспыхнул от гнева Стефан.

— Очень, — с серьезным видом заверил его Корентайн. — Но ты договаривай. Хочу услышать все обвинения.

— Мы не обвиняем… — осторожно ответил Сергий, который начал что-то подозревать. — Мы хотим прояснить ситуацию.

— Да? — Корентайн приподнял бровь. — А мне показалось, что обвиняете. Ещё по каким-то вопросам хотите прояснить ситуацию?

— Это главный и единственный вопрос, — спокойно ответил Сергий.

Стефан тоже заткнулся и внимательно отслеживал реакцию Корентайна.

— Что же… — сказал тот. — Вы правы, я ничего не сделал с Такеном. Даже не пытался.

— Тогда какой от тебя толк? — всё же не удержался от укола Стефан.

На что Корентайн снова усмехнулся, посмотрев тому в глаза.

— Какой толк? Ну, давай подумаем. Хотя, если ты спрашиваешь, с этим у тебя явные проблемы.

— Давай без грубостей, — попросил Сергий, скривившись. — Эта встреча священна, не надо превращать её в балаган.

Корентайн докурил, обвёл взглядом остальных пальцев, затушил остатки сигареты о стол, стряхнул пепел ладонью на пол и сложил руки перед собой, подавшись вперед.

— Как по мне, наши встречи давно превратились в балаган. Меня не было три месяца. Чего за это время добились вы? Ответ — ничего. Тогда, может, вы сберегли то, что есть? Тоже нет. Две церкви были закрыты из-за недовольства местных. Может, это и мелочь, но тенденция чётко обозначила себя. На своём поприще, во владении человеческими умами, вы можете всё меньше и меньше. Что? — спросил Корентайн, когда Стефан снова пошёл пятнами. — Это, кстати, были твои храмы. Два потерянных пригорода, — покачал мужчина головой. — Но ладно бы это. Количество прихожан снизилось во всех церквях. Как и количество подношений. Уже не получается жить в роскоши, да, Стефан? — подмигнул Корентайн ему. — Но и это не всё. Каким-то образом вы умудрились потерять проект ведьм. Бенедикт, это уже вопрос к тебе. Честно скажу, не успел прояснить этот вопрос до конца. Что случилось? Хотелось бы услышать правдивый ответ.

— Они ушли, — ответил Бенедикт.

— Ушли?

— Да, — кивнул тот. Не любитель говорить, он предпочитал скупые ответы, но, увидев недобрый взгляд Корентайна, дал развернутый: — Это случилось в один день. Семь ведьм и шесть колдунов исчезли. В тех случаях, когда их пытались остановить или проследить за ними, наши люди были уничтожены.

— В один день? — нахмурился Корентайн. — Это могло быть сговором?

— Более того, это случилось в один и тот же час. Возможно, и минуту, но это скорее предложение, а не доказанный факт.

— И-и? — протянул Корентайн. — Это всё, что ты можешь сказать? Мы столько вложили в этот проект… Деньги, людские ресурсы, репутация в конце концов… И наше оружие просто скрылось?

— Да. Найти их не смогли. До сих пор ничего не известно.

Корентайн так сразу и не нашёлся, что об этом думать. Проект был перспективным. А теперь оказался полностью провальным. Те две церкви закрылись как раз из-за слухов о том, что Псы занимаются чем-то нехорошим. Сам Корентайн думал, что без Такена не обошлось. Переговорил с аристократией, получил их поддержку, а дальше ничего сложного.

— Это мы обсудим отдельно, — влез Стефан, чувствующий, что теряет инициативу. — Ты так и не ответил, что собираешься…

— Да заткнись ты! — рявкнул Корентайн.

— Что… — опешил старик.

— Заткнись. Достал, — повторил по слогам мужчина и подкрепил свои слова невидимым ударом.

Стефана снесло со стула и впечатало в стену. Остальные замерли, пораженные открытой агрессией.

— Кажется, — тихо сказал Корентайн, — вы все забыли, что такое настоящая власть и сила. Но ничего, я напомню…

Через несколько дней после этого случая в главном храме, за который отвечал Стефан, он сам вышел читать проповедь. Выглядел он как обычно и мастерски выполнил свою работу.

Закончилась та проповедь самовозгоранием. Заявив, что с ним общается сам ангел, великий Амадео, Стефан заявил, что берет грехи прихожан на себя и объявляет новый этап в становлении церкви Псов господних. После чего мужчина воспламенился. Пламя сложилось за его спиной в крылья, что привело публику в экстаз.

Так Корентайн начал реформу церкви.

* * *

Иногда живешь себе, думаешь хорошо о человеке, а потом оказывается, что он просто на тебе эксперимент ставит.

Спустя месяц занятий с Такеном он изменил формат. К медитациям добавились схватки между учениками. С применением новых возможностей.

Тут надо оговориться, что какого-то выраженного эффекта добились единицы. Гатс был лучшим в этом деле. Настоящий монстр. Я очень быстро ощутил на собственной шкуре, чего стоит удар с усилением. Получился он у парня не сразу. Всего лишь к концу первого занятия. Я ведь хорошо знаю Гатса. Понимаю, какой удар его выдержу, а какой нет. Поставив жесткий блок, уверенный, что меня не пробьют, я отлетел назад и заработал синяк на полруки.

— Живой? — спросил Гатс.

— Не уверен, — ответил я, пытаясь определить, есть перелом или нет. — Но ударил ты что надо.

— Сам не понял, как так вышло.

— Не ври.

Гатс развёл руками и улыбнулся. Мол, кто же виноват, что ты так отстаёшь.

Это было в первую такую тренировку. С тех пор прошло ещё полторы недели. В это утро мы медитировали, и ничего не предвещало, как говорится. Такен обходил всех, спрашивал про успехи, давал наставления. Всё, как и десяток раз до этого.

— Что у тебя? Порадуешь чем? — спросил Такен, добравшись до меня в конце.

— Как было облаком, так и осталось.

Мастер говорил, что развитие первого круга сводится к следующим этапам. Ощутить энергию внутри себя — с этим справились все. Ужать её в шар — с этим справились все, кроме меня. Сжать в точку — с этим справился только Гатс и ещё несколько человек частично. Из точки сформировать круг — с этим пока никто не справился.

Стабильная форма шара позволяла направить энергию в тело и усилить удар или укрепить часть себя. Понятно, почему Гатс справлялся с этим лучше всех. Чем меньше шар, тем проще им управлять.

У меня же шара не было. Только бесформенное облако, которое я всеми силами пытался сжать. Каждый день перед медитацией стараясь спустить энергию в ноль. Что само по себе истощало, так ещё и, когда я нормально энергию стал чувствовать, столкнулся с тем, что сдвинуть её куда-то можно было лишь ценой воистину титанических усилий. Настолько больших, что я потом до крепости шёл на подкашивающихся ногах, с трясущимися руками и мутью в глазах. Через полчаса уже отпускало, но, пожалуй, это было самым трудным, что я делал за всё время обучения.

— Хорошо, продолжай, — поощрительно кивнул Такен и собирался двинуться дальше, но тут я не выдержал и задал вопрос:

— Мастер, вы ведь знаете, в чем причина моих неуспехов?

И, видимо, столько эмоций, мольбы и прочего было в моем голосе, что Такен удивленно вскинул бровь.

— Ученики! — повысил он голос. — Закончили практику. Расскажу вам про ещё один вид магии. Магию смысла, — добавил он веско.

Я про себя поморщился. Магия слова, конечно же, крутая штука. Магия смысла тоже наверняка не уступает. Но мне хотелось не пространственных объяснений, а магии конкретных советов. Что-то из серии, медитируй на этот знак — и через неделю ты обгонишь Гатса.

— Смысл — это то, что определяет такие вещи, как мотивация. Посмотрите на вашего товарища, Спартанца, — Такен указал на меня. — Кого мы перед собой видим. Парня с улиц, который попал ко мне в ученики. Который смог пробиться в лидеры курса.

Это слышать лестно, не спорю, но давай уже конкретику, блин

— Также он успел и погеройствовать. В одиночку победил ведьму. Выполнил летнюю практику, смог захватить власть над четвертью пригорода. Неплохое достижение в его возрасте. Все эти и многие другие факторы формировали его уверенность в себе. Представьте чашу. На одной — то, что уверенность укрепляет, — Такен для виду выставил ладони и потряс одной из них, обозначая ту самую чашу. — На второй то, что, наоборот, подтачивает уверенность в себе. Так, к примеру, в сражении с ведьмой погибла Джессика. Это повлияло на Спартанца. Какое-то время он даже винил себя…

Такен замолчал, обводя всех взглядом. Куда-то не туда его речь зашла. Не ожидал я, что он начнет меня препарировать. Нахмурившись, я уставился на Мастера, ожидая, как он ещё по мне пройдется.

— А теперь вопрос к вам всем. Представьте себя на месте нашего Спартанца. Вы на задании, сражаетесь, перед этим прошли через другой опасный бой, есть риск потери членов команды. Всё зависит от вас. Действовать нужно в одиночку, ставки высоки, противник опасен. И вроде бы получается выполнить миссию. Ведьму вы убили, своих спасли, но… Происходит нечто неожиданное, и один из членов команды погибает. Потому что вы оказались недостаточно хороши, умны и опытны. Что с этим делать? Чтобы лучше представлялось, на место Джессики поставьте кого-то дорогого вам. Гон, — обратился Такен к парню, — что бы ты делал, окажись Джиха предательницей, которая атаковала тебя в спину?

Невольно я сглотнул. Как-то жестит Такен. Впрочем, ничего нового. Просто вместо физических испытаний психологическое давление.

— Я жду ответа, — поторопил Такен.

— Я не знаю, — выдавил из себя Гон.

— Хороший ответ. Для нашего разбора. Не для тебя. Обратите внимание, что даже не сама ситуация, а всего лишь попытка вообразить её заставила Гона чувствовать себя неуютно. Конечно же, нельзя сравнивать жизнь сестры и малознакомой ученицы. Тем не менее это был удар для Спартанца. Так ведь? — посмотрел он на меня.

Я кивнул, чувствуя себя неуютно. Мне не надо было смотреть на Тича, чтобы знать — сейчас он сверлит меня взглядом.

— Может, кто-то ещё хочет высказаться? Тич, — повернулся Такен к парню. — Представь, что ты бы оказался на месте Спартанца. А на месте Джессики — Джиха. Которая бы погибла, а Гон в этом обвинил тебя и захотел бы убить. Что бы ты делал?

— Я бы не оказался в такой ситуации, — холодно ответил Тич.

Настолько, что несколько учеников обернулись к нему недоуменно.

— Да неужели, — фыркнул Такен. — Я обладаю силой легендарных камней. А также я за свою жизнь похоронил убитых родителей, троих детей, двух жен и семерых друзей. Сколько соратников, напарников и просто знакомых погибло на моих глазах — не берусь считать. Ты правда думаешь, что самый умный? — Такен подошёл к парню и навис над ним.

— Нет, — ответил тот через пару секунд игр в гляделки.

— Всегда нужно помнить о том, что сил может не хватить. Сил, времени, связей, денег или каких-то других ресурсов. Помните об этом всегда.

На несколько секунд повисла напряженная тишина. Такен уставился куда-то вдаль, на небо. Потом отмер и продолжил как ни в чем не бывало:

— На примере этой ситуации хорошо видно, как работают смыслы, — заговорил Такен, взяв сухой тон. — В зависимости от того, что для нас значит человек…. От того, что произошло и какое значение мы этому придаём… зависит наша жизнь, наша уверенность в себе.

Такен снова изобразил две колеблющихся чаши.

— Та ситуация была не самой однозначной. Джессика напала на Спартанца, когда тот собирался её освободить, если кто не знал. Напала со спины. Вследствие столкновения она была отброшена к трупу ведьмы. Что дало той возможность высосать жизненную энергию из тела Восьмой. Если бы Спартанец соображал чуть лучше в тот момент, если бы допускал возможность вербовки члена своей группы, если бы знал, что ведьмы умеют высасывать жизненную силу даже после того, как им раскроить череп… Проще говоря, будь наш Спартанец чуть сильнее, опытнее и подготовленнее, он бы смог взять в плен ведьму и Джессику. Какой из этого лучший вывод?

— Не подставлять спину? — предложила Калия. — И рубить ведьмам головы, чтобы точно не очнулись?

— Не уверен, что последнее поможет, — кисло улыбнулся Такен. — Мы до сих пор мало знаем о них. К примеру, непонятно, почему ведьма не высосала жизнь из Спартанца, а тронула только Джессику. К сожалению, это говорит в пользу того, что над девушкой был проведен ритуал, возникла связь. Добровольно или нет — неизвестно.

Зачем Такен затеял этот разговор? Он слишком далек от ответа на мой вопрос. Увидел назревающий конфликт между мной и Тичей? Решил прояснить ситуацию? Что-то не похоже на то, что парня после этого отпустит. Скорее наоборот. Раздражение старых ран подстегнет его агрессию.

— Но что-то мы отдалились от темы, — беспечно взмахнул рукой Такен, словно сам удивился, как же так вышло. — Вернемся к проблеме Спартанца. Тот, кто привык побеждать, столкнулся с тем, что из лидера превратился в аутсайдера. Поставьте себя на его место и поймете, насколько это неприятно. Заставляет сомневаться в себе, подкашивает уверенность. Это как яд, точит по капле тот внутренний стержень, который так важен для каждого из нас. Хороший вопрос, насколько Спартанцу хватит решимости продолжать? Когда он сдастся? Вопрос ещё лучше: а сколько ему надо продолжать, перед тем как сдаться?

— Пока не станет очевидно, что это бессмысленно, — снова ответила Калию.

Я взглянул на девушку. Опять цепляется?

— А более развернуто? — попросил Такен.

— Это вопрос распределения ресурсов, — ответила та. — То время, что он тратит впустую, можно потратить на что-то более полезное.

— Ты права, — Такен хлопнул в ладоши. — Условно говоря, если мерить результат в единицах, то Спартанец пока наработал на единицу. В то время как Гатс, преуспевший в этом деле, наработал на десять. Остальные же от двух до девяти. Умножаем тенденцию, скажем, на год и получаем, что у Спартанца в итоге будет десять единиц, а у вас от пятидесяти до ста. Если же он переключится на что-то другое, то сможет в этой области заработать, к примеру, тридцать единиц. Что куда меньше сотни. Но куда выше десяти.

— Мастер, вы хотите сказать, что мне надо оставить это дело? — прямо спросил я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

— Если бы я хотел сказать это, то так бы и сказал, — повернулся он ко мне. — Смыслы… Ох уж эти смыслы. Сейчас фокус покажу, — улыбнулся он залихватски. — Но перед этим обратите внимание вот на что. Вы все сами начинаете думать, что Спартанцу лучше бросить. Начинаете считать себя лучше него. Радуетесь этому. В принципе, здесь нет ничего плохого, если не злоупотреблять. Класть чужие неуспехи в основу своей уверенности — это так себе путь, конечно же, но если ничего лучше придумать не можете, то почему нет?

Сказано это было так, что даже я почувствовал себя жалким неудачником. В том смысле, что я и так чувствовал себя неудачником, но сейчас ощущение возникло по другому поводу, озвученному Мастером.

— Второе, на что нужно обратить внимание, — это на то, как Спартанец справляется с неудачей. Он решил увеличить нагрузку. Если не хватает таланта, взять усердием. Хороший, но не самый лучший вариант. Хорош он в том случае, если получится добиться приемлемого результата. Если же нет, то это будет пустая трата времени. А теперь… — Такен взял театральную паузу, — обещанный фокус. Что, если я скажу: Спартанцу даётся это искусство тяжелее, потому что он сильнее вас всех?

Чего?

— Поясните, — попросил я, что прозвучало жалобно.

— Легко, — улыбнулся Такен. — Прогресс определяется следующим. Объемом внутренней энергии — чем её больше, тем сложнее. Талантом — чем его больше, тем быстрее будете продвигаться. Старанием во время практики и качеством обучения. За последнее отвечаю я и сомневаюсь, что получится найти учителя лучше. Со старанием тоже понятно. Спартанец вон как старается. Да и остальные тоже не особо халтурят. Что остаётся? Самый талантливый у нас, безусловно, Гатс. Может, кто-то его обгонит, но пока я к этому предпосылок не вижу. Если только начнете вкалывать так же, как Спар. Что осталось разобрать? Объем энергии. Причина отставания Спартанца в том, что у него её просто неприлично много, и каждый день из-за нагрузок объем увеличивается. Поэтому ему и кажется, что каждое утро приходится начинать сначала. Это не так. К его облаку приходится притягивать то, что он наработал. Новые, а не старые порции. Если у большинства из вас стоит задача поднять небольшой камень… У тех, кому повезло с родословной и камнями, задача поднять булыжник побольше… То Спартанец пытается поднять небольшую гору, которая ещё и прибавляет в объеме каждый день.

Чего-чего?

То есть…

— То есть я зря так напрягался?! — с возмущением спросил у Такена, который дал добро идти по этому пути.

— Почему же зря. Всё очень просто. Если ты сможешь пересилить скорость пополнения энергии, то в конечном счёте по силе превзойдешь даже меня. Лет так через пять. Если же не сможешь, то… То лучше тебе всё же смочь, а то боюсь сказать, какие будут последствия, — в глазах Такена мелькнуло что-то темное, и я поёжился.

— А будут наставления, как мне это сделать? — ошеломленно спросил я.

— Поднажать, — улыбнулся Мастер.

«Да куда ж ещё дальше-то», — поморщился я.

Глава 13. Разведка, или Как Спартанец вопросы задавал

Оставшееся занятие я осмысливал то, что наговорил Такен. Загрузил так загрузил. Про то, что моя слабость может оказаться преимуществом, это сильно. Ещё и смыслами своими мозги забил. После такого хочешь или нет, а сдаться не получится.

Я и не сдавался. Казалось, дополнительных сил ускориться нет, но надо же, нашлись резервы. На волне энтузиазма и воодушевления я сделал в разы больше, чем за последние три дня, почти добившись создания шара. Который едва у меня помещался в животе. Со всеми отсюда вытекающими неприятными ощущениями. Потому что любая попытка сдвинуть энергию приводила к зуду, ломоте, а то и острой боли. Терпимой, но приятного в этом не было ни капли. Это я молчу ещё про то, что мне в буквальном смысле приходилось толкать гору.

С занятия я чуть ли не уползал. Из принципа поднялся и ноги переставлял.

— А ты не так прост, Спартанец, — хлопнул меня по плечу Шупа.

О моем состоянии говорило то, что я не заметил, как он подошёл. От самого же хлопка меня повело, и я чуть не рухнул, наградив парня злым взглядом.

— Больно видеть тебя настолько ослабевшим, — покачал он головой. — Расскажешь, в чем секрет? Откуда столько энергии в пареньке с улиц?

— То, что он с улиц, не означает, что у него родословная плохая, — заметил Верс, топающий рядом.

Мой взгляд был направлен под ноги. Я следил, чтобы какой-нибудь скользкий камень не подвернулся. Ночью прошёл дождь, поэтому следить за тропой в моем состоянии было жизненной необходимостью.

— Так теперь понятно, что отличная. А? — ткнул Шупа меня локтем в бок. — Чьих кровей ты будешь? Твой отец был каким-нибудь легендарным ныряльщиком? Быть может, мы его даже на лекциях Профа разбирали, а?

— Шупа, заткнись, — голос Тича, а это был именно он, последнее, что я ожидал услышать. — Если ты не в курсе, то за такие вопросы принято бить, и это в лучшем случае.

— А ты что, теперь его мамка? — моментально огрызнулся Шупа. — Если Спар захочет, сам меня пошлёт.

— Шупа… — пробормотал я. — Отвали, а?

Это «а» получилось так похоже на него, что парни, слышавшие разговор, дружно заржали. Шупа и сам посмеялся. Что-то я и не помню, чтобы его всерьез обидеть или задеть получилось. Он как угорь. Сколько ни лей, всё мимо.

— А если серьезно, то мне завидно, — поделился парень. — У меня-то резерв маленький. Зато справляюсь я с ним быстрее. Вот и думаю, что лучше. Вопрос про родителей не принимай близко к сердцу. Если болезненная тема, так и скажи. По Гатсу сразу видно — он та ещё машина. Калия тоже девка непростая… Эй, эй, — выставил перед собой руки Шупа, когда Калия остановилась и развернулась к нему.

Шла она в пятнадцати шагах от нас, а парень говорил не то чтобы громко. Не должна была услышать. Но, как оказалось, услышала.

Шупа за мою спину спрятался и дальше шёл так, чтобы между ним и Калией кто-то оставался. А она кружить начала. Вроде оставила парня в покое, но то приблизится, то отдалится. На нервы действует.

Но если бы это могло заткнуть парня…

— С моими-то родителями проще некуда, — откровенничал он прямо у меня из-за спины. — Мать папку любила. А тот играть любил. Как-то раз продал её в карты. Я мелкий был, не понял, что произошло. Домой она вернулась окровавленная и в слезах. Я запомнил. Померла через два года от лихорадки. Отец тогда скрывался неизвестно где. Бегал от кредиторов. Будь у него нормальная работа, купил бы лекарство, лекаря позвал, эх… — растрепал себе волосы Шупа, обходя меня по кругу и держась от Калии на расстоянии. — Так что не повезло мне с родителями. Отец и меня проиграл в карты. Когда мне тринадцать было.

— Чем закончилось? — спросил Верс, когда Шупа внезапно замолчал.

Он и историю непростую рассказал, так ещё и замолчал. Было от чего удивиться.

— Да прирезал я его, — сказал он обыденно. — Долг отработал, нашёл потом и прирезал. Не ночью, так вышел. Как на дуэли. В брюхо нож вогнал. За себя и мамку отомстил. Потом в другой пригород уехал. Скитался. Тоже играть начал. Думал, умнее отца. Проигрался и сбежал. Этим летом долг выплатил. Это моё задание было. Со всеми долгами рассчитаться, — отчеканил он неживым тоном.

Никто не нашёлся, что ему сказать. Я не ожидал подобной откровенности. Да никто не ждал.

В тот раз разговор затих, но Шупа не сдался и уже перед отбоем снова тему поднял. Не то чтобы я что-то скрывал. Точнее, скрывал многое, но основную историю мог рассказать. Что и сделал. Родителей не помню, тётя погибла, когда маленьким был, выживал как мог, держал улицу, потом в ученики подался. Вот и вся история.

— Так, значит, у тебя родители и правда кем угодно могут быть?

— Это справедливо в отношении каждого, — заметил Верс. — Далеко не все уличные знают своих родителей.

Что верно, то верно. Уличные — это ведь те, кто живет на улицах. Те, у кого нет родителей. По тем или иным причинам.

— Ну да, — как-то поник Шупа. — Наверное, трудно это, быть родителем, раз всё так выходит.

Я скосил взгляд на парня. Что-то он сегодня словом прям наповал бьет. Такен его так вдохновил, что ли?

* * *

В начале второго месяца обучения весь второй курс отправили на разведку.

Не то чтобы это удивило. По идее, скоро у перваков должны начаться вылазки в горы. На которые мы их и поведем. Так что наша разведка окрестностей — это всего лишь подготовка к этому, возможность досконально изучить, где придется работать.

По этому поводу даже пробежку отменили. Стропо повёл нас утром в лекторий, чем изрядно удивил. Я и не помню, чтобы бег хоть раз отменялся.

— Садитесь и слушайте, — сказал нам наставник. — Расскажу, чем будете заниматься ближайшую неделю.

Стропо достал пульт, щёлкнул, и на стене появилось изображение карты, поделенной на квадраты. У каждого квадрата свой номер.

— Это территория близлежащих окрестностей, — пояснил очевидное наставник. — Зачитаю список групп, и кто куда отправится.

Много времени распределение не заняло. Группы в основном состояли из трёх-пяти человек. Единственная двойка — это мы с Гатсом.

— Вы самые мобильные, поэтому пойдете к дальним территориям, — обрадовал нас Стропо.

Что за территории, какие именно квадраты нам надо прочесать, он тоже объявил. В смысле, всей группе объявил, не только нам двоим.

— Осталось уладить последний вопрос, — сказал Стропо. — Идемте за мной.

Из лектория мы пошли в хранилище. Ну, или оружейку, тут как посмотреть. Стропо прошёл в ту часть, в которой мы раньше не бывали. На столе уже лежали свертки.

— Это мастер Такен распорядился, — пояснил Стропо. — Считайте, что подарок. Сами разберетесь, или мне надо объяснять?

Первым вперед вышел Тич, размотал первый сверток и достал оттуда нож. На вид самый обычный, но я хорошо знал этот светлый блеск металла.

— Священное железо? — уточнил у наставника.

— Оно самое. Для каждого индивидуальное оружие. У тебя, Спартанец, для цепи. У Калии — кинжал. У остальных — сами разберетесь. При желании можете и обменяться, но лучше определиться с этим сейчас, раз и навсегда. Не мнитесь, разбирайте подарки, да идите выполнять задание.

Подарки ценные, спору нет.

Если проводить градацию, то сложнее всего достать редкие камни. На лекциях я слышал, что возле Колодца есть аукцион, где их и продают. Ну, или между собой договариваются, напрямую, вне аукциона. Дорого, редко когда такое бывает, но всё же случается. Тут вспоминается то, что не все редкие камни подходят тому, кто их добыл. Я ведь тоже добытый летом на усиление потратил, а не на открытие новой способности. Поэтому нет ничего удивительного в аукционе и том, что этот товар, пусть и редко, всё же появляется на рынке.

С малыми камнями усиления ещё проще. Для них достаточно иметь большие деньги. С редкими же ещё нужны связи и сила, чтобы удержать драгоценность.

Речь про Колодец и города рядом. Чем дальше от Ямы, тем сложнее с этими вопросами обстоят дела. На своих улицах я ни разу не слышал, чтобы кто-то продавал камни. Как Карамелька смог себе достать один — для меня загадка, на которую никто не смог пролить ответа.

Я это к тому, что достать священное железо чуть проще, чем малые камни. Если задаться целью, при наличии денег и связей вопрос решаемый. Но, насколько я знал, это касалось небольших брусков. А вот чтобы тебе из железа оружие выковали — это по сложности ближе к редким камням.

Так что сейчас Такен в очередной раз доказал, что готов щедро вкладываться в своих учеников. Приятно, что тут скажешь.

— Чувствую себя богачом, — Шупа выбрал себе короткий нож и рассматривал драгоценность, озвучив общий настрой.

После этого нам оставалось взять вещи и припасы, необходимые для семидневного похода, да отправиться на дело.

* * *

— Гатс, — спросил я. — А что имел в виду Стропо, говоря про мобильность? Со мной понятно, рюкзак скинул и полетел, а ты?

Вопрос не праздный. Нам предстояло уйти где-то на полтора дневных перехода. По сложному рельефу. Перед одной из трудностей пути мы и стояли — перед обрывом. Метров на пятнадцать вниз. Если свернуть вправо, то за час обойдем это препятствие. Но таких мест впереди ещё много, и если каждый раз терять время, то за полтора дня до нужного места не дойдем.

— Нам же вниз? — уточнил Гатс.

— Ага.

— Тогда смотри.

Сказав это, он шагнул со скалы. Я было дернулся, но вместо того, чтобы камнем рухнуть вниз, Гатс, подобно птица, ловко спланировал. Не полёт, но и не падение. Перед приземлением он ещё и замедлился.

— Это круто, конечно! — крикнул ему. — Но у моей силы есть ограничения!

— Справишься! — махнул он рукой.

Конечно, справлюсь.

Размотав цепь, скинул рюкзак и обвязал лямку. Цепь самая обычная, походно-боевая. Не для тренировок, а для дела. Я ею мог управлять на расстоянии до двадцати шагов от себя. Плюс длина цепи. Хватило на то, чтобы спустить рюкзак вниз. После этого и сам прыгнул, вскоре оказавшись рядом с Гатсом.

— Говорил же, справишься, — добродушно улыбнулся он.

Настроение хорошее? Это радует. А то надоела его вечно хмурая рожа.

— Так ты научился летать?

— Скорее гасить падение, — поправил он. — Но да. Теперь высоты не боюсь.

— А вверх так взлететь можешь?

— Смотря насколько вверх. Обратно не запрыгну. Придётся несколько раз цепляться.

— Всё равно круто. Идем?

Гатс кивнул и, закинув рюкзак на плечи, я потопал за ним.

— Слушай, а ты ведь никогда не рассказывал о себе.

— Как и ты, — парировал он.

— Да? — удивился я. — Вроде ты знаешь мою незамысловатую историю уличного парня.

— Уличного парня, который быстрее всех поглотил камни.

Это было правдой. Свои первые камни я уже поглотил. Не обратил внимания, как это случилось, поглощенный желанием создать круг. Да и два последних тоже таяли чуть ли не на глазах, ещё быстрее, чем предыдущие. Наставник Граф сказал, что это может быть связано с форматом моих тренировок.

— Если когда-нибудь встречу родителей, обязательно спрошу, что они сделали, чтобы их сын получил такой эффект, — ответил Гатсу. — Не хочешь, не рассказывай. Просто подумалось, что я про тебя ничего не знаю. Ну, кроме того, что ты мастер хмурых взглядом и таскаешь с собой меч-лопату.

Гатс промолчал, и я подумал, что на этом разговор закончится.

Он и закончился. Мы где-то с час шли, я успел сто раз забыть о том, что вообще этот вопрос поднял, но, как оказалось, Гатс то ли духу набирался, то ли решал, какую часть про себя открыть.

— Мне особо нечего рассказывать, — сказал он, когда мы добрались до леса в низине.

— Ты о чем? — нахмурился я.

— Ты спросил о моем прошлом.

— А-а… — протянул я и хохотнул, удержав шуточки про время реакции.

Меня терзало любопытство и не хотелось спугнуть Гатса.

— Я из большой семьи. Третье поколение, — начал он, посмотрев куда-то вдаль, хотя всего в пяти шагах перед ним было кривое, уродливое дерево со свисающими ветками-прутьями. — Живем мы на севере, рядом с большой водой.

— Рядом с морем, что ли?

— Им самым. Видел когда-нибудь море?

— Нет. Пригород, в котором я жил, находится недалеко от Черного моря, но я там никогда не был. Даже не знаю почему. Интересно на море-то посмотреть? Стоит того?

— Определенно.

— Хм… Поставлю в свой список неотложных дел посещение моря, — с серьезным видом сказал я. — Как же так вышло, что ты, наследник крутой семьи, подался в ученики к Такену, проделав немалый путь?

— Да как тебе сказать… — Гатс запустил руку в волосы. — Я не из главной ветви, не мой отец правит родом. Так что совсем уж наследника никто не отпускал. А так, история в чем-то простая. У меня был брат, — голос парня потяжелел. — Старше меня на пять лет. Сколько себя помню, постоянно с ним соперничал. Отец владеет одним легендарным камнем. В одном из походов также смог добыть три редких. В смысле он и другие добывал, но для истории важны конкретно три этих. Они были одинаковы, давали одну и ту же способность, — Гатс бросил взгляд на меня, и стало понятно, о чем речь, — Первый он взял себе. Второй отдал брату, когда тому исполнилось четырнадцать. Третий дождался меня. За два года до того, как я получил камень, брат отправился в путешествие. Для мужчин нашей семьи это нормально. Повидать мир, испытать себя, добыть силу. Что-то вроде испытания. Мне было двенадцать, а ему семнадцать, когда он, никому не сказав, сбежал из дома. Отец говорил, что брату ещё рано, а тому всё не терпелось. Вернулся он, когда мне исполнилось пятнадцать. Я год, как владел камнем. Тренировался каждый день, исполнял договор. Всё хотел поразить брата. Не получилось. На фоне его успехов мои выглядели жалкими потугами, — Гатс опустил взгляд, и его голос помрачнел ещё сильнее. — Он добыл легендарный камень, редкие, малые. Собрал верный отряд. Да и денег заработал, куда же без этого. Вернулся, можно сказать, героем. Сильным, уверенным в себе. Встретили его со всеми почестями. А через месяц после этого у него случился конфликт с правящей ветвью. Который закончился в круге, на дуэли. Моя двоюродная тетка выпотрошила его. Разделала, как щенка. Отца это сломило. Мать тоже в траур погрузилась. Ну а я… Я сбежал. Не выдержал тяжести. Не мог находиться дома. Решил, что пришло время отправиться мир смотреть. Так и попал сюда. Пойдем уже, говорить можно и на ходу. А то слишком драматически стоим.

— Ты в курсе, что это твоя самая длинная речь за последние два года?

— Смешно, — улыбнулся Гатс.

Мне показалось, что для него самого стало неожиданностью, что он смог кому-то рассказать эту историю.

— Так, получается, ты хочешь отомстить? — спросил я, когда мы прошли мимо первых деревьев и углубились в лес.

— Хочу — это не совсем верное слово. Мой брат погиб из-за собственной глупости и гордыни. Это он бросил вызов. Считал, что наша семья должна стоять выше и пора переиграть расстановку. Не получилось, за что он и поплатился. Меня так воспитывали, понимаешь? — обернулся он ко мне. — Я бы хотел желать отомстить, но время идет, и это получается всё сложнее. Единственное, чего я хочу по-настоящему сильно — превзойти брата. Стать ещё сильнее, чем он.

— Найдя тройку легендарных камней?

— Как вариант.

Я почувствовал, что Гатс недоговаривает. Даже знаю что. Лучший способ доказать, что превзошёл брата, — захватить власть в семье.

— Без обид, но как-то не стыкуется, — решил я перевести тему, чувствуя, что Гатс и так наговорил, надо аккуратнее с ним. — Как Такен тебя принял? Ты ведь не отказался от семьи.

— Это хороший вопрос. Мне нечего тебе сказать. Мою историю он знает от и до.

— Если подумать, то, может, ему будет выгодно, если ты вернешься к своим.

— Может. Плевать как-то сейчас. Я свой путь и наполовину не прошёл. Рано об этом думать.

— Твоя правда. А как ты тогда с Калией познакомился? Я думал, она возле Колодца жила…

— Она и жила. Я там был. Её мать нанимали для дела. Тогда я об этом не знал… В общем, мы с ней не особо-то и знакомы. Так, имя знаю, и кто она, вот и всё.

— А, вот оно что, — покивал я, выбирая, куда ставить ногу. Лес дикий, не хватало ещё провалиться в какую-нибудь яму. — Блин, спасибо тебе за откровенность. Теперь я знаю, что ты из крутой семьи и мне есть, чем оправдать твои успехи.

— Ты хотел сказать, свои неудачи? — развеселился Гатс. — Впрочем, Такен же сказал, что ты можешь превзойти нас всех. С нетерпением этого жду. А то как-то уже приелось тебя побеждать. Нет былой остринки.

На это я скривился. Последние шестнадцать спаррингов я ему продул. Чем ближе Гатс был к созданию круга, тем больше походил на машину уничтожения. Ни повалить его, ни пробить. А сам лупить так начал, что никакие блоки не спасают.

— Да уж, — тихо сказал я.

— Ты сказал «если встречу родителей». Получается, они живы?

— Кто же знает. Может, живы, может, нет уже. Я смутно помню, как они выглядят. Про причины, по которым они меня бросили, вообще молчу.

— Им не нужен был неудачник, который даже круг сформировать не может? — предположил Гатс.

— У-у… Это было жестоко.

— Не так, как твоя медлительность в развитии, — усмехнулся он.

— Ничего-ничего…

Какое-то время мы шли, переваривая разговор. Ну, по крайней мере, я переваривал то, что услышал. Что делал Гатс, кроме ходьбы и поглядываний по сторонам, по его виду нельзя было определить.

— Погоди, — внезапно он остановился и посмотрел на меня. — Бросили — это значит оставили на тётю?

— До тебя только щас дошло? — фыркнул я. — Недавно ведь рассказывал. Но да, так и было. Она почему-то скрывалась.

Внутри шевельнулись сомнения, стоит ли откровенничать, но… Гатс ведь рассказал что-то о себе. Молчать будет как минимум некрасиво. Так дружба не закладывается.

— Скрывалась, и её убили? Поэтому ты ищешь герб с соколом? — напряженно спросил он.

— Да, — кивнул я. Пришёл мой черед мрачнеть. — Как ты говорил недавно — выпотрошили. Если честно, это походило на ритуальное убийство. Чем-то ведьм напомнило… — задумался я, что в таком ключе ещё не думал об этом.

А может, и правда это как-то связано с ведьмами?

— Я должен тебе кое-что сказать… — произнес Гатс.

Я не особо обратил на это внимание, погрузившись в воспоминания и пытаясь решить для себя, насколько догадка верна. Поэтому и ответил машинально:

— Что?

Гатс промолчал, и я сфокусировал взгляд на нём.

Выглядел он встревоженным. Указав пальцем на глаз, он опустил ладонь и растопырил её. В переводе это означало, что Гатс засек слежку за нами, и либо наблюдают со всех сторон, либо он не может определить направление.

— Опять мы остановились. Таким темпом провалим задание. Пойдем уже, — увлек я его за собой.

А сам прикинул, кто это может быть. Вроде как у наставников нет повода наблюдать за нами. Если только подлянку устроить хотят. В любом случае бдительность лучше утроить. Разговор и потом можно закончить.

Глава 14. Встреча в лесу, или Как Спартанец незнакомого узнал

— Это раздражает, сказал Гатс, — вертя головой вокруг. — За нами точно наблюдают, но я не могу понять откуда.

Я на это пожал плечами. Лес, где он заметил слежку, мы покинули. Перешли через холм, перепрыгнули через расщелину, обошли острые скалы и сейчас шли вдоль хребта. Пространства здесь открытые, хорошо просматриваются во все стороны.

— Если наблюдатель и есть, то он отлично маскируется.

— Если бы маскировался отлично, я бы его не почувствовал.

— Хороший вопрос, как ты это делаешь.

— Не знаю, — дал ответ Гатс. — Сколько себя помню, всегда хорошо чувствовал направленный взгляд. Этот враждебный. Не думаю, что наставники развлекаются.

В лесу мы побоялись свободно обсуждать этот вопрос. Там спрятаться куда больше возможностей. Здесь же, я уверен, что в радиусе пятидесяти шагов от нас точно никого нет. Поэтому и говорим свободно.

— Самое странное, — уточнил Гатс. — Я не могу засечь направление. Как будто с разных сторон наблюдают.

— Так, может, наблюдателей несколько.

— Может, — согласился он. — Нужно искать место для боя.

— Если наблюдают за нами, то могут и за другими отрядами, — задумался я.

— Хм… — остановился Гатс. — Это может быть и монстр какой-то, а не человек.

Я пожал плечами. Может. А может, это и вовсе глюки. Или нет, и за нами наблюдает хорошо подготовленный, вооруженный отряд ныряльщиков, которые затеяли эту акцию для устранения учеников Такена. И если мы рыпнемся, нас накроют способностью легендарного уровня.

Маловероятно, конечно. Если враг был настолько силен, зачем ему следить за нами? С другой стороны, если верить ощущениям Гатса, этот некто, будь то монстр или человек, умудряется следовать за нами и не попадаться на глаза. На открытой-то местности. Получается, у него есть способность, как у Калии, маскирующего типа. Это минимум уровень редкого камня. А там, где один камень, там и второй.

— Я за возвращение, — сказал Гатсу. — В идеале найти наблюдателя, взять его в плен, допросить и притащить в крепость. Но это в идеале. На деле же может оказаться, что главной целью выбрали другой отряд, в котором нет настолько чувствительных парней, как ты. Поэтому двигаем обратно. Лучше не справиться с заданием и выглядеть параноиками, чем допустить трагедию.

Из крепости мы вышли утром. Не на рассвете, а скорее поздним утром. Где-то на семь часов ушли, когда Гатс засек слежку. И ещё минут сорок двигались дальше с того момента. Сейчас уже вечер, солнце вот-вот коснется горизонта.

По-хорошему надо было сразу возвращаться, но… Это ведь дикая местность, и мы как раз вышли за тем, чтобы проверить окрестности. Как и сказал Гатс, за нами может наблюдать монстр. Которых здесь хватает. Точнее, я ожидал, что твари начнут попадаться на второй день, но мало ли, какая особь забрела?

Я мысленно перебрал всех существ, которых мы изучали. Маскироваться многие умели. Поэтому железных доводов, что за нами именно человек или группа наблюдает, нету.

— У меня есть предложение получше, — сказал Гатс. — За сколько ты один доберешься до крепости?

— Ну… За час где-то, — прикинул я. — Но оставить тебя одного? Дурак, что ли?

— Нет. — Гатс заговорил тише, едва шевеля губами. Опасается, что прочитают по ним, о чем говорил? — Но сам подумай. Ты наблюдаешь за двумя учениками. Они останавливаются, оглядываются, начинают вести себя так, будто заметили что-то подозрительное. Если один резко выдвигается в сторону крепости, значит, слежку раскрыли. Дальше, если это человек, он либо сбежит и подтвердит, что здесь был наблюдатель, либо нападет и раскроется. Если же монстр, скорее всего, нападет, воспользуется шансом.

— Логично излагаешь, но пока я доберусь до крепости, пока предупрежу наших, пока приведу подмогу — тебя десять раз нашинкуют.

— Дурак ты, — усмехнулся парень. — Изобрази свой уход, скройся и возвращайся через несколько минут.

— Как вариант… — задумался я.

Наших сил может и не хватить. Но эй, мы ведь второй курс. Отправленный сюда как раз для этого. Проверить на наличие угроз и разобраться с ними, если потребуется.

— Смотри, не сдохни, — процедил я.

— Смотри, чтобы тебя в полете не подстрелили, — в тон ответил Гатс.

В этот момент его лицо резко изменилось, и он положил ладонь на рукоять. Обернувшись, я увидел, что мы больше не одни.

Однако…

Метрах в тридцати от нас стоял парень. С бледной кожей, одетый в какие-то лохмотья, вовсе не по погоде. Зима близко, здесь горы, ветра холодные гуляют. А он стоит в серой, рваной рубашке, как ни в чем не бывало.

Лицо неживое и… смутно знакомое.

Да неужели?

— Я его знаю, — сказал Гатсу. — Это колдун. Тот самый, с которым я летом столкнулся и который во тьме исчез. Он обычных людей голыми руками рвал, будь аккуратнее.

— Колдун, значит, — сказал Гатс. — Больше никого не чувствую. Как он нас выследил и что ему нужно?

— Эй ты, — крикнул я. — А мы ведь знакомы.

Парень едва заметно наклонил голову вбок, разглядывая нас.

— Человеком его уже не назвать… — сказал я. — Думаешь, случай в лесу и эта встреча связаны?

— Если ты с ним знаком, может, тогда он ради тебя приперся?

— Да хрен его знает. Я за ним охотился, но и всё. Вообще до конца не уверен, что это он. По описанию узнал.

— Ты шутишь? По описанию? Может, это и не колдун вовсе?

— Ага, мальчишка из ближайшей деревни потерялся и дорогу спросить вышел, — с сарказмом ответил я. — Ладно, пошли бить гада.

Который спокойно за нами наблюдал, давая вволю поболтать.

— Тебе лишь бы бить, — непонятно к чему изрек этот вечно угрюмый парень, который уже отвёл свой здоровенный меч для удара.

— Ну что, по классике? — спросил я, отходя в сторону и выпуская цепь.

Жаль, конечно, что священное железо надеть не успел. Лезвие лежало в специальном чехле, прицепленном к поясу. Достать могу в любой момент, но им как ножом биться не очень удобно. Лезвие же для цепи сделано.

Впрочем, невелика беда. Я не уверен, что против колдуна оно даст какое-то серьезное преимущество. На крайней случай есть Гатс. Тот мелочиться не стал, провёл ладонью по лезвию, и то вспыхнуло голубыми знаками Колодца.

Тем временем колдун чуть присел, подался корпусом вперед и отвёл руки назад. Когти удлинились сантиметров на десять, сформировались из чего-то темного. Не уверен, что это плоть или материя. Похоже именно на уплотнение… тьмы.

Опять она.

Странное дело. Так-то я не видел того парня, с которым Роза сцепилась, но почему-то был уверен, что это именно он. Есть над чем подумать. Прямо глаза разбегаются, сколько вариантов, почему мы с ним снова встретились, именно здесь и сейчас.

Колдун первым сорвался с места. Он двигался быстро, крайней быстро, на уровне лучших из нашего потока. Но это в беге. А так взмах Гатса оказался куда быстрее. Мечом он не попал, расстояние было слишком большим для этого, несмотря на длину лезвия. Зато зарядил воздушным потоком.

Он таким ударом сбивал любого с ног. Любого подготовленного ученика, не раз сталкивающегося с этой способностью. Я ожидал, что колдуна сметет, но тот взмахнул перед собой руками и прошёл через воздушную волну.

Гатс — крайне опасный противник и ещё более неудобный союзник. По факту, ему нужно минимум метров шесть свободного пространства вокруг себя. Ключевое слово — минимум. Когда он входит в раж, то рядом лучше не находиться и держаться как можно дальше.

Я это прекрасно знал, поэтому двинул не наперерез колдуну, а влево, разрывая дистанцию. И правильно сделал. Гатс рванул вперед ничуть не медленнее колдуна и собирался разрубить его на две части. Но тот оказался настолько ловким, что прыгнул вверх, кувыркнулся, пролетел над лезвием и чуть не разнес когтями Гатсу голову. Если бы тот не припал к земле, то остался бы без макушки.

У меня аж бровь от такого трюка дернулась. Потому что я и сам любил такие приемчики, удивлять противника своими летными качествами.

К тому же я ещё цепь задействовать не успел, а противник уже сместился, так что Гатс оказался между нами.

Тот молниеносно развернулся, но атаковать не стал. Замер, занеся меч. Колдун тоже замер в нескольких шагах от него. Опасно близко стоит. Парню надо попасть всего один раз, чтобы бой закончился.

Я успел пробежать три шага по дуге, когда Гатс ударил. Сверху вниз, с пугающей мощью и скоростью. Колдун отпрыгнул назад, разминувшись с лезвием на считанные сантиметры. Гатс на этом не успокоился, его лезвие остановилось резко и дальше двинулось вперед, наподобие шила.

И вот тут я по-настоящему удивился. Колдун смог отбить выпад голой рукой.

Это Гатс не чувствует веса меча. С остальным же такого не происходит. Учитывая тяжесть оружия, скорость и силу самого парня, этот колдун чертовски опасен, раз способен на такое.

Меч ушёл вниз, врезался в землю. Колдун запрыгнул на него и побежал вперед. Здесь уже медлить было нельзя. У Гатса есть свои слабости. Не помню, чтобы он когда-либо по доброй воле отпустил клинок. Цепь скользнула над его правым ухом и бросилась колдуну наперерез.

Тот почти успел. Пригнулся и полоснул когтями, но грузило врезало ему прямо по роже. Это сбило его совсем немного, но помогло Гатсу увернуться. Он вывернул оружие, и колдун полетел в бок.

То есть Гатс его прямо мечом швырнул. Силен.

У моего оружия тоже имелись минусы. Я мог контролировать всю цепь, но это требовало куда больше усилий. Если же управлять лишь грузилом, то остальная цепь действовала, соблюдая законы физики. Что не проблема при бое один на один, но вместе с Гатсом… Я потратил лишнюю секунду, чтобы парня не задело, и этого времени колдуну хватило, чтобы при падении оттолкнуться от земли рукой и отпрыгнуть в сторону. Гатс послал ему в бок воздушный удар, и на этот раз тот подействовал, придав колдуну ускорения. Что сыграло ему на руку.

— Ты уже начнешь драться всерьез, или так и будем до утра возиться? — бросил я, притягивая цепь обратно.

— Я думал, ты проявишь больше рвения, а не будешь отсиживаться у меня за спиной, — угрюмо ответил Гата.

— У тебя спина широкая, пока обогнешь… Эй, колдунишка! — крикнул я противнику. — С приветствием закончили, может, поговорим? Зачем ты следил за нами и напал?

— Ты дурак? — прошипел Гатс.

Я проигнорировал его и сделал пару шагов вперед и в сторону от парня.

Сам он дурак. Этот колдун был очень странным. Я пока не понимал, в чем дело, но чувствовал, что с ним что-то не так.

Как он дерется, как действует… Его сила меня впечатлила, спору нет. Опять это неприятное чувство, когда видишь, что поодиночке мы бы не факт, что справились. Уж точно бы без ранений не обошлось.

Колдун к моим словам прислушался. Выпрямился, перестал напоминать хищного зверя, наклонил голову, задумался. Любит он эту голову наклонять, как посмотрю.

— Камни, — он выставил руку и указал поочередно на нас двоих. — Отдайте камни.

— Зачем они тебе? — с любопытством спросил я.

А чего бы и не спросить. Подраться всегда успеем.

Время я тянул, чтобы побольше узнать. Колдуну нужны камни. Раз так, целью можем стать не только мы, но и другие отряды. Да и странность эта… Что с ним не так?

— Отдайте или умрите, — изрек колдун.

— Зря время теряешь, — бросил мне Гатс. — Предлагаю отрубить ему конечности и доставить в крепость.

— А ты помнишь про восстановление, поглощение чужой жизненной силы и возможность убежать через тьму? Я уж молчу про то, что козырей у него за лето могло прибавиться…

Колдун не дослушал и снова сорвался, низко пригибаясь к земле. Клянусь, в этот момент он выглядел вовсе не как человек. Так хищники себя ведут, бегающие на четырех лапах.

На этот раз Гатс выставил меч перед собой, не собираясь им махать. Я пустил цепь наперерез, метя в ноги. Нам достаточно его немного затормозить, чтобы убить.

Как и в прошлый раз, всё произошло молниеносно быстро.

Грузило угодило в колено колдуну, но тот это проигнорировал. Прямо в прыжке извернулся, уводя ногу и мешая мне её захлестнуть. Снова отбив меч Гатса вниз, колдун устремился к нему. Его когтистая рука метила прямо в грудь, в то место, где скрывались камни.

Только вот…

Меч как пошёл вниз, так и дернулся резко вверх. Настолько быстро, что колдун не успел среагировать, со всей своей скоростью скользнув по лезвию. Причем меч не остановился, продавил грудную клетку, и Гатс описал этой лопатой круг, впечатав колдуна в землю с другой стороны.

Порыв ветра ударил мне в лицо. Он что, способностью меч так закрутил? Походит на то.

Дернув цепь обратно к себе, уставился на почти располовиненного колдуна. Гатс повёл меч на себя, расширяя разрез. Замахнувшись, он собирался перейти к рубке конечностей, но не тут-то было. Колдун растекся темной лужей, которая быстро испарилась.

Гатса это не сильно смутило. Он дернул мечом, стряхивая капли крови, которые по какой-то причине остались, и принял стойку, готовый отражать атаку с любой стороны.

— Я бы на твоем месте отошёл от этого пятна, — посоветовал ему. — А то вдруг он под землей спрятался?

Гатс постоял две секунды, а потом всё же сделал несколько шагов назад.

— Он также исчез в прошлый раз?

— Нет. Там тьмой накрыло целую крышу, и ощущения были такие, будто твою душу в ледяную камеру поместили. Здесь же что-то более локальное.

Пару минут мы стояли, глазея по сторонам. Я это время использовал, чтобы сменить грузило. Попадания в колено он даже не заметил. Священные узоры на мече Гатса его тоже не сильно впечатлили. Но я припомнил, что касания лезвия были быстрые. Так что, может, всё же какой-то вред и наносится, но слишком медленно для той скорости, с какой проходил бой.

— Слушай, Гатс, — сказал я, когда стало понятно, что никто на нас прямо сейчас нападать не спешит. — А тебе не показался этот колдун странным?

— Ты спрашиваешь… — проговорил он медленно. — Не показался ли мне странным колдун, который пришёл конкретно к нам, чтобы забрать камни, здесь, в пустых горах, где до ближайшего города несколько часов езды? Который двигался настолько быстро, что я едва поспевал, при этом отбивал моё, — это слово он произнес с нажимом, — оружие голой рукой?

— Не совсем голой. Там пленка из чего-то черного была вокруг кожи.

— Да-да, и когти тьмы, — покивал Гатс. — Нет, мне это не показалось странным. Каждый день с такой хренью встречаюсь.

— То есть ты, как наследник крутой семьи, ничего путного по этому поводу не скажешь?

— Нет, — отрезал Гатс и направился в сторону рюкзаков, которые мы скинули перед боем, но резко остановился. — Нам надо возвращаться. Есть вероятность, что нас специально за колдуном послали, зная о нем, но что-то я сомневаюсь. Поэтому припасы можно оставить. Сейчас нам важнее мобильность.

— Стропо нам точно выговор устроит, — покачал я головой.

— Переживем. А вот когда тебе попытаются снести голову, пока скидываешь рюкзак — нет, можем не пережить.

— Да понимаю я… Сейчас, только поесть возьму.

— Нашёл время жрать, — с раздражением бросил Гатс.

— Подыхать лучше сытым. Драться тоже. Ночью по горам бежать — тем более.

— Ещё скажи, что устал.

— Как будто ты устал, — фыркнул я. — Пару раз своей лопатой махнул и всё. Но, признаю, ты его ловко поймал. Толкнул меч ветром?

— Да… — нехотя сказал Гатс, но я заметил промелькнувшее довольство в его глазах.

Наше соперничество никто не отменял. А в этом поединке парень сыграл решающую роль.

Хм… Сначала я без Розы с каким-то Псом справиться не могу. Потом демон меня гоняет и Гатс приходит на помощь. А теперь вот снова он выступает главной ударной силой.

На фоне моего отставания в формирования круга это напрягает. Остаётся надеяться, что Такен окажется прав и скоро слабость превратится в силу.

— По-прежнему есть смысл сделать так, чтобы ты быстрее вернулся в крепость, — сказал Гатс.

— Без рюкзака ты тоже сможешь быстро двигаться. А разделяться — верная смерть.

— Ну, я бы так не сказал.

— Ты это своей макушке скажи. Чуть без головы не остался.

Гатс нахмурился, припомнил ход боя и нехотя признал, что я тоже свою лепту внес и помог ему избежать удара.

— Думаешь, колдун вернется?

— Уверен в этом. Ему невыгодно, чтобы мы вернулись. Ставлю на то, что попытается перехватить. Пошли? — спросил я, засовывая в рот кусочек пайка и запивая водой из фляги.

Её я точно с собой возьму. Припасы и спальный мешок ладно. За их утерю по голове не погладят, но переживем как-нибудь. А вот при длительном беге пить точно захочется.

— Ты хотел сказать, побежали? — ответил Гатс. — Знал бы ты, как с этим мечом неудобно бегать, — покачал он головой.

— И знать не хочу. Кстати, всё спросить забываю. Что это за знаки? Особенности меча, или ты настолько крут, что научился этому?

— Отец научил. Только с мечом так могу. Ты уверен, что хочешь говорить об этом сейчас?

— Нет.

Сказав это, я перешёл на бег. Двигаться будем по прямой, строго в направлении крепости. Пока дрались и говорили, солнце коснулось горизонта и наполовину скрылось за ним. Есть у меня подозрение, что колдун вернется как раз тогда, как оно полностью исчезнет. То есть через несколько минут.

Мы пробежали обратно, вдоль хребта. Гатс вырвался вперед и задал направление, чтобы обойти лес. До этого лес нуждался в проверке, а сейчас, наоборот, может ограничить парня в маневренности.

В своих предположения я ничуть не ошибся. Мы спрыгнули со скалы, двинулись вдоль леса, и как раз в этот момент на мир опустилась… хотелось сказать тьма, но нет, самая обычная ночь. Когда ещё какие-то жалкие капли света остаются, но стремительно тают. В темноте метнувшуюся фигуру было заметить куда сложнее, но я был готов и успел среагировать.

Колдун выскочил как раз из леса. Ожидал, что пойдем через него, и готовил внезапное нападение? Хотел бы я знать, как он перемещается, чтобы прогнозировать следующие ходы, но кто же мне расскажет.

Это была не единственная его заготовка. На этот раз он атаковал Гатса способностью. На фоне ночного леса я лишь смутное движение углядел. Несмотря на это, парень как-то успел среагировать. Я услышал звон от столкновения темных снарядов с мечом, а потом… Потом Гатса откинуло далеко назад следующим вызвавшим гулкий звук от столкновения ударом. Тут я уже куда лучше разглядел черный шар.

Всё это произошло меньше чем за секунду. В которую я сделал то, что и планировал заранее, готовясь к новой встрече.

На личных занятиях я не только тяжелые цепи поднимал, тренируя «силу», но и работал на скорость с точностью, разгоняя удар своим оружием как можно сильнее. Не знаю, почему колдун не атаковал меня своей способностью. Решил разделаться голым руками? Не счёл достаточно опасным?

Разогнанное железо, которое он попытался отбить когтями, пробило ему руку и вошло в грудь.

После такого принято падать замертво, но колдун и не подумал. Вырвал лезвие из груди прямо на ходу и продолжил движение.

Здесь бы мне конец и пришёл, не готовься я и к такому варианту. Скинув цепь с руки, бросил её колдуну прямо в лицо. Он было пригнулся, но я изменил траекторию, и цепь захлестнула колдуну шею. Получалось так, что он рвался вперед, а я дернул его назад, одновременно с этим призывая пламя.

Но и так, со всеми уловками, он едва до меня не дотянулся. Я отпрыгнул, разминувшись с удлинившимися когтями. На тренировках у меня цепью получалось удерживать некоторых учеников, но колдун оказался слишком силен.

Проще всего было прыгнуть вверх, но он уже показал, что умеет стрелять, поэтому там я для него стану идеальной мишенью. Я сосредоточился на цепи, которая, продолжая пылать, принялась его оплетать.

Может, этого и хватило бы. Колдун потерял темп, занервничал и отбросил священное железо. Попытался отбросить. Пламя давало отличный обзор, я увидел страшные ожоги на ладони, которой он священный металл держал. То есть железо действовало куда лучше пламени. Колдун дернулся, но цепь уже оплела ему ноги, и он споткнулся.

Я позволил себе на секунду отвлечься, когда заметил движение сбоку. Это был Гатс. Живой и готовящийся нанести удар.

В этот момент колдун и сделал свой ход. Вокруг него вспыхнула темнота, всего лишь на краткий миг, а когда исчезла, цепь безвольно опала вниз. Я же ощутил в это мгновение потерю контроля над ней. И до того, как вернул… До того, как Гатс обрушил меч, каким-то чудом колдун успел отпрыгнуть назад. Да хорошо так, с сальто, метров на пять сразу. Ему следом порыв ветра полетел, сбил с ног, но уродец быстро оклемался и оказался на ногах.

Я притянул цепь к себе, напряженно думая, что делать дальше.

— Ты цел? — спросил я у Гатса, пока наш противник замер.

— Да. Но бьет больно. Не подставляйся, — рублеными фразами, тяжело дыша, ответил он.

Кажется, кому-то досталось куда сильнее, чем он говорит.

Мысли в моей голове носились с бешенной скоростью. Я видел не просто врага перед собой, а того, кто думает и готовит трюки конкретно против нас. Первая атака на Гатса была двойной. От веерной ему было проще закрыться мечом. От мощной — отпрыгнуть, но он этого не успел сделать из-за первой. Отличная комбинация. Моё грузило он собирался поймать голой рукой. Не будь это острое лезвие, у него бы получилось, и я потерял бы часть преимуществ. Но и так колдун оказался чертовски живучим.

Он не спешил, вёл себя осторожно и сейчас разглядывал нас. Внезапная атака не удалась, и он не видел смысла продолжать в том же темпе.

— Пора биться в полную силу, — сказал я.

— А мы что делали? — хмыкнул Гатс и двинулся в сторону.

Как и в прошлые разы, мы собирались напасть с разных сторон.

Чего колдун не собирался нам позволить. Он тоже сошёл с места, делая так, чтобы Гатс оказался между ним и мной.

Вот ещё. Нашёлся здесь умник.

Я сорвался с места и побежал по дуге, на ходу раскручивая цепь, которую притянул обратно. Гатс тоже ускорился.

Тут надо понимать, что Гатс — он как каменная лавина. Когда входит в раж, никто у него на пути встать не захочет.

Что и было продемонстрировано. Я ещё не нашёлся с вариантом, как ударить, а колдун отправился в далекий полёт. Прямо в лес. Врезался в ветки, проломил их, упал вниз и потерялся из виду где-то в кустах.

Гатс остановился, и я тоже. В лес идти не хотелось. Он густой, местами дикий, там никому из нас драться удобно не будет. Ещё и темнее, чем здесь, на открытом пространстве.

— Видишь его? — спросил парень.

— Нет. Ты зачем его туда закинул?

— Случайно вышло. Лучше мне за спину встань. Если сейчас опять стрелять начнет.

Дельная мысль. Я переместился, готовясь реагировать.

Колдун вышел из леса, но в стороне от нас. Чуть дальше от того места, куда залетел. Мы сначала треск ломаемых кустов услышали, а потом и фигуру приметили.

— Мне бы по нему один раз попасть, — сказал Гатс.

— А мне бы его хоть раз нормально цепью схватить.

— Значит, так и работаем.

На этот раз колдун поприветствовал нас черной дугой. Тонкой и узкой, едва заметной.

Я среагировал раньше, чем понял, что в нас летит. Пригнулся и припал к земле, пропуская над головой, одновременно с этим выбрасывая цепь вперед.

Если бы не те сотни раз, когда я уворачивался от летящих в меня чужих способностей, то не уверен, что успел бы среагировать.

Гатс тоже успел отбиться. Взмахнул мечом и сбил то, что летело в него. Колдун на этом не остановился и выпустил в нас град темных штырей. У меня был выбор, либо уворачиваться, либо продолжить атаковать той цепью. Происходило всё настолько быстро, что цепь проделала половину пути, когда колдун сделал второй ход. Я увернулся, оттолкнулся от земли и подпрыгнул, отмечая, как Гатс, отбив и эти снаряды, идет на сближение.

Главный удар был по-настоящему хорош. Но, пародируя меня, колдун отклонился так, что оказался параллелен земле и пропустил лезвие над собой, ещё и умудрившись атаковать из такого положения.

Я увидел, как на его ладони формируется черная клякса, и направил священное лезвие прямо туда. Успел раньше, чем тот атаковал. Гатс развернул меч для повторного удара, жгутом из тьмы колдун дернул себя параллельно земле в сторону, тут-то я его и подловил. Пробил и черную кляксу, и ладонь, прибив её к бедру.

Что Гатс, что колдун, двигались противоестественно. Меч изменил траекторию настолько быстро, игнорируя законы физики и здравый смысл, что глаз с трудом мог за этим уследить. Но и так Гатс опоздал. Меч врезался в землю, а колдун успел выскочить из-под удара и опуститься на землю.

Прибитую руку он снова отдернул, и что-то я не заметил, чтобы колдун истекал кровью. Когда вылетал, он дернул меня за собой, и я частично позволил себя увлечь, заодно пуская волну пламени.

Дальше началась игра в салки. Гатс пытался догнать колдуна. Я — захватить его цепью. Но в этот раз колдун не отпустил лезвие и двигался вместе с ним, смещаясь так, что не давал мне подобраться. В какой-то момент я не выдержал и дернул цепь обратно. Неожиданно это оказалось хорошим ходом. Видимо, колдун настолько привык, что я атакую и следую за ним, что банально не успел среагировать, когда его дернули к нам навстречу.

Гатс не сплоховал, и, пусть колдун продолжал уворачиваться, но сейчас ему не повезло, и рука отлетела в сторону. Ещё и воздушный удар следом обрушился сверху на колдуна, сбивая тому настрой. Моё лезвие, которое он всё же отпустил, описав дугу, зашло сзади и врезалось в шею этому уроду.

И, наконец-то, этого хватило, чтобы нанести серьезную рану. Колдун сразу потерял всю прыткость, и Гатсу хватило секунды, чтобы располовинить его на две части.

На землю упал черный прах, быстро растворившись.

Опять ушёл, сволочь?!

Глава 15. Возвращение, или Как Спартанец по лесу скакал

Подтянув цепь обратно, я огляделся. Колдун снова исчез, оставив множество не отвеченных вопросов.

— Цел? — спросил я Гатса, который отошёл от леса, ближе ко мне, припадая на ногу.

— Бывало и лучше, — хмуро ответил тот.

— А прямо сказать, ранен ты или нет, слабо? — спросил я раздраженно, поглядывая на лес.

— Идти смогу.

— А бежать?

— Тоже. Меня приложило по ноге, — пояснил он. — Ногу проморозило и свело. Не знаю, что это, — потер Гатс упомянутую ногу.

— Промерз, говоришь? Холод, пробирающий до костей?

— Типа того, — кивнул он. — Идем. Чем быстрее вернемся в крепость, тем лучше. Напасть могли и на других учеников.

— У остальных группы больше, им проще отбиться будет.

— А кто сказал, что колдуны будут нападать по одному? — парировал Гатс.

Возразить мне ему было нечего.

— Если их целая толпа приперлась, мне это совсем не нравится, — покачал я головой.

— А если один, то нравится? — на этот раз раздражением полыхнул Гатс. — Идем уже.

* * *

До крепости мы двигались короткими перебежками, выбирая открытые пространства, где на нас будет сложно внезапно напасть. То ли поэтому, то ли колдун сдох, то ли у него силы кончилось, но на нас больше никто не напал.

На последнем участке рискнули разделиться. Гатс вышел вперед, я разбежался, ослабил в ноль гравитацию и прыгнул. Парень же придал мне ускорение ветром. Так я и пролетел последний отрезок, перемахнул через мост и ворота, выпустил цепь и зацепился за стену.

— Стоять! — сразу крикнули мне, направив луч света от прожектора.

— Свои! — гаркнул я в ответ. — Спартанец я! На нас напали, поднимайте тревогу и мастера зовите!

— Не знаю, какой ты там Спартанец, но руки поднял и не шевелись!

— Не знаю, что ты там не знаешь, но внизу Гатс остался, он ранен, и его могут попытаться добить. Так что, мужики, шевелите булками…

Если первые слова я сказал громко, то последние куда тише. Ну и руки поднять не забыл. Не хватало мне ещё, чтобы кто-то особо нервный пальнул чем-то. Шайбой из парового оружия или способностью — без разницы. Приятного и в том, и в том мало.

Пока охрана крепости докладывала, пока искали Стропо, успел подумать, что никогда с этими мужиками не пересекался. Так-то в крепости много кто обитал. Вот взять ту же охрану. Мы их видели на стене регулярно. Ну как… Снизу смотреть не очень-то удобно, много не увидишь. Но иногда можно было бросить взгляд и заметить любопытных, кто наблюдал за нашими тренировками или тем, как ученики возвращаются с пробежки.

Сама стена широкая. Два человека свободно пройдут и не столкнутся. Плюс зубцы с двух сторон, закрывающие вид. Ну и высота играла против того, чтобы увидеть, чем здесь занимаются и сколько людей охраняют крепость. Поэтому то, как быстро меня заметили, это ночью-то, и оперативно среагировали, в какой-то степени радовало. Не хотелось бы, чтобы в крепость прокрались убийцы и вырезали всех, чтобы Такену нагадить. Получается, раз они прожектор на пару задействовать успели, то заранее вышли и приметили. Точно без способностей не обошлось.

Пока думал, Гатс к крепости подошёл. Ворота ему открывать не стали, но веревку сбросили. К этому моменту как раз Стропо прибежал.

— В какое вы дерьмо вляпались, что так рано вернулись?! — навис он над нами.

— На нас колдун напал, — ответил я. — Мы его раз убили, он растворился и исчез. Минут через пять снова появился, внезапно напал. Снова убили. На этом всё. Решили вернуться, чтобы доложить о внештатной ситуации. Встретились мы с ним на закате.

— Так… — протянул Стропо, шумно втянув воздух. — За мной. Раны есть?

— Гатсу ногу помяло.

— Опустило уже, — упрямо сказал парень, хотя я замечал, как он хромает весь путь.

— Это целительница скажет, — отрезал Стропо, который подошёл к лестнице, ведущей со стены, и двинулся вниз. — Гатс, дуй к Фионе, там тебя проверят. Спартанец, ты со мной. Расскажешь детали.

— Я тоже хочу присоединиться, — упрямо заявил Гатс.

— К чему? — бросил на него взгляд Стропо. — К докладу? Не переживай, утром напишешь всё в подробностях, по форме. А сейчас — марш к целительнице. Если скажет, что с тобой всё в порядке, то поучаствуешь в дальнейших действиях, — отрезал наставник. — Марш исполнять!

Когда спустились вниз и прошли где-то половину расстояния до главного здания, разделившись с Гатсом, прямо с неба прыгнул Такен в своей фирменной броне. Я аж вздрогнул от такого неожиданного появления. О того, что в крепость вернулись, расслабиться у меня не получилось. Потому что с другими учениками могло произойти что угодно, вот я и шагал напряженный, а тут Такен внезапно появился.

— Рассказывай, — потребовал Мастер.

Я и рассказал. Благо подробностей было не так много.

Уточнив, где это случилось, Такен схватил меня за плечо, и мы взмыли в воздух. Прямо так, когда он меня после финального испытания к родному пригороду доставил. Только на этот раз полёт был не настолько стремительным. С высоты, в темноте, было сложновато найти место боя, но ничего, справился. Не с первой попытки, но через пять минут мы уже стояли точно на том месте.

— Значит, думаешь, это был тот парень, с которым Роза сцепилась?

— Да, — сказал я, почувствовав неуверенность в своих словах. — Стопроцентной гарантии не дам. Я же не видел того парня в лицо. Но по описанию — вылитый он. Чуйка тоже говорит, что это так.

— Чуйка — это хорошо, — с серьезным видом сказал Такен. — У твоей матери она отличная.

Кхм… Как-то невовремя он это упомянул. Приятно услышать новый факт о маме, но как-то не до того сейчас.

— Заметили что? — рискнул я спросить.

— Нет. Идем в следующее место.

Его нашли быстрее. Отсюда-то было понятно, куда двигать. Ещё минут через десять я вернулся в крепость, не получив никаких распоряжений. Подумал, что Гатс уже закончил проверку у целителя, и не прогадал. Когда подошёл, он как раз вышел во двор.

— Я в норме, — коротко сказал он. — Было что?

— Смотались на место драки и всё. Такен сказал идти отдыхать.

— Наверное, не самое глупое решение, — задумался Гатс. — Наверняка поисками других учеников уже занимаются.

Парень оказался прав, но об этом мы узнали позже.

Первая группа вернулась где-то через час после нас. Нам двоим правильно было бы лечь спать да восстановить силы, но ни я, ни Гатс не нашли в себе готовности забить. Поэтому и стояли у окна нашей комнаты, позевывая и наблюдая, когда кто-то появится. Так и узнали о прибытии.

— Если они вернулись так быстро, значит, вышли сами, — сказал Гатс, когда мы с ним столкнулись в дверном проеме, а потом оба замерли, пропуская друг друга.

— Значит, у них на то были причины, — закончил я мысль.

С проходом мы разобрались. Гатс вышел первым, я за ним. Сбежали по лестнице и догнали наших у лекаря. Троих человек из четверых, кого мы видели из окна. Я их сразу узнал. Главным среди них Тич был. Группа, в которую и Калию определили.

— Где Калия? — потребовал ответа Гатс, когда мы ворвались внутрь.

Точнее, мы сначала просто вошли в приемную, где сидели парни. Я ещё не осознавал, кто передо мной и что это значит, когда Гатс подался вперед. Да как-то так, что сразу тесно в помещение стало. Будто вот-вот гроза полыхнет.

— Потерялась, — ответил Тич, хмурясь.

Я заметил, что он придерживает бок. На черной ткани следов крови видно не было, но этот бледный вид, грязь в светлых волосах. Да и остальные парни не лучше. У одного как минимум рука сломана.

— Что значит потерялась? — куда холоднее, чем от него можно было ожидать, спросил Гатс.

— Ты успокойся, здоровяк, — сказал ему Тич. — На нас напали. Ведьма, по всей видимости. Раскидала всех пятерых. Четвертый совсем плох, мы его тащили. С ним сейчас целительницы работают, — кивнул он на дверь. — Ведьму мы убили и двинулись в крепость, чтобы доложить о нападении. Смотрели по сторонам, но атаку всё равно проглядели. В лесу ночевали, там видимость совсем плохая. Ведьма, которая сдохла, снова напала. Чем-то темным нас всех накрыла, в стороны раскидала. Мы её и второй раз убили. Тогда и получив основные раны. Как оклемались, заметили, что Калии нет.

— И ты её бросил, — прошипел Гатс.

— И я проверил всё рядом с нами, заглянул под каждый куст, никого не найдя, — отчеканил Тич. — Сказал же, уймись. Такен уже отправился туда. Место я ему назвал.

Дверь открылась, и я увидел Ваську.

— Кому тут больше всего помощь нужна? — спросила она требовательно и заметила меня. — Спар? Ты ранен? — прищурилась девушка. — Нет, целый. Тогда в сторонку отойди. А ты, бугай, — указала она пальцем на Гатса, — кыш с дороги, а то я тебе такой понос наколдую, что месяц вспоминать будешь.

Честно, я не знал, как реагировать на эту угрозу. Ладно слова… Но тон… С какой наглостью, уверенностью в своих силах Васька это сказала, просто ух. Не ожидал он неё. Так она ещё и поперла на Гатса, который мешал ей пройти к Тичу и остальным. Приёмная здесь просторная, лавка напротив двери стоит, а парень прямо в центре встал, загораживая проход.

Хвала благоразумию, Гатс отошёл в сторону.

— Так, ты первым будешь, красавчик, — сказала она Тичу и заставила меня тем самым нахмуриться.

— Ауч! — выдал Тич, когда Васька приложила ему ладонь к боку.

— Два ребра сломаны, открытая рана. Это ты чем занимался? Бери пример со Спартанца. Его хоть как бей, не пробьешь.

— Да я и сам крепкий, — неуверенно ответил Тич, чем вызвал нервные смешки у парней рядом.

У меня и самого губа дернулась. Васька — это Васька. Она не просто так в нашей стае талисманом считалась, заставляя улыбаться против воли и разбивая любые хмурые тучи.

Вон, даже Гатса пробрало, взгляд отвёл, перестал давить всех своим присутствием. Тич, не знаю, специально или нет, идеальный ответ выдал, разрядив обстановку.

Васька прошлась по каждому пострадавшему и увела того, со сломанной рукой, в комнату.

— Расскажи, что случилось, — попросил Гатс уже обычным, спокойным тоном.

— Да основное я рассказал. Остановились ночевать, выставили дежурных. Спать ещё не легли, как на закате на нас напали.

— А при убийстве труп черным пеплом осыпался? — спросил я.

— Да… — глянул на меня Тич. — Откуда знаешь? На вас тоже напали?

— Только колдун, а не ведьма. Также с ним два раза бились, после чего он отступил.

— Отступил — в смысле сбежал или сдох? — уточнил Тич.

— В данном случае это одно и то же. Мы раньше вас вернулись. Где-то полтора часа назад. Такен успел проверить место драки.

— Остаётся вопрос почему, если мы ушли дальше, а нападение случилось в одно и то же время, вы пришли позже, — обвиняя, спросил Гатс.

— А ты ту часть, где мы тащили раненого на себе, вместо того чтобы скакать по горам, пропустил? Или время, потраченное на поиск Калии?!

Тич, которому явно стало лучше, вскочил и надвинулся на Гатса. Тот и на каплю не дернулся. Молча пободался взглядом, развернулся и вышел на улицу.

Я и сам волновался за Калию, но Гатс отреагировал как-то слишком бурно. Выйдя за ним, увидел недалеко от входа. Он стоял и пялился в ночное небо.

— Дружище, ты чего? — подошёл я. — Что за наезды на своих?

— С каких пор Тич тебе стал своим? — огрызнулся он.

— Закадычными друзьями мы не стали, — признал я. — Но и чужим он не является. Уверен, он сделал всё, чтобы найти Калию.

— Представь на месте Калию свою рыжую или юную целительницу.

— Ты не путай горячее с холодным. У Калии куда больше шансов постоять за себя… Но ты прав, — смутился я, вспомнив, что тот колдун в моем пригороде многих юных девушек похитил и в жертву принес. — Пойдем искать наставников. С этим надо что-то делать.

* * *

Что-то сделать прямо сразу не получилось.

Нам сообщили, что Такен лично занимается поисками. Это внушало надежду, которая не оправдалась.

До утра поисковые группы, а из крепости выехало несколько машин, собрали остальных учеников. Больше ни на кого не нападали, и они понятия не имели, что происходит.

Я опасался, что Гатс чудить начнет, но нет. Сел недалеко от ворот, положил перед собой меч и сидел, медитировал до самого утра. Лишь глаза приоткрывал, когда кого-нибудь привозили. На рассвете вернулся Такен. Один. Тут уже и меня пробрало. За это время я о многом успел подумать. Проанализировал бой, переговорил с Тичем, когда они с исцелением закончили и к нам пришли. Парень, кстати, тоже уходить отказался. К Гатсу не подходил, но тоже на ворота поглядывал. То на меня, то на ворота.

Если бы это не касалось Калии, а относилось к абстрактной ситуации, я бы обязательно углядел иронию. Джессика погибла на задании со мной. Калия… Тьфу ты, даже думать об этом не хотелось.

Но должен признать, что за Калию у меня получалось волноваться слабо. Я даже обвинить себя в этом успел. А потом понял, что после той её очередной выходки что-то между нами окончательно испортилось, и я перестал считать её другом. Отчего всё было несколько запутано сейчас.

Запутанно и тошно.

Я задавался вопросом, а что это за дружба такая, если не нашлось у меня ни желания, ни сил нормально разговорить Калию? Может, у неё были причины отталкивать меня.

То, что Такен явился один, спокойствия мне не добавило.

Большинство учеников нашего курса в это время отдыхали. Стоять-то им здесь, у ворот, смысла не было. Остались я, Гатс, разумеется, Тич, что несколько неожиданно. Пожалуй, впервые я подумал про него, что он не играет на публику. Помимо него, ещё Джиха осталась. Тоже удивила. Сказала, что за подругу волнуется и хочет узнать новости.

— Я её не нашёл, — сходу заявил Такен. — Следы есть, но они исчезают. Мы уже прочесываем горы, но можете присоединиться, если хотите.

— Конечно, хотим, — подался я вперед.

Гатс тоже быстро рядом оказался. Как и Тич.

— Если ты пойдешь, — сказал Такен подошедшей Джихе. — Оставайся рядом с парнями. Сейчас я вас заброшу на место, где шёл бой. Указаний давать не буду. Всеми стандартными способами поиск уже ведется. Остаются нестандартные и упование на удачу.

— Что это значит? — спросил Гатс.

— Это значит, что я вас туда заброшу и предоставлю самим себе, надеясь, что кому-то повезет. Остальные ученики к вам тоже скоро присоединятся. Держите сигнальные ракетницы, — выдал он нам две штуки. — Если что, сразу стреляйте.

Создав поле вокруг нас всех, он перебросил нашу группу в лес. После чего сразу отбыл.

— У кого-то есть идеи? — спросила Джиха, оглядев нас.

— Да, — ответил Тич. — Ты только брату не говори, но будем работать на живца.

— Живца?

— Тич имеет в виду, — сказал я, — что почему-то колдун напал на нас с Гатсом. Следовательно, если мы подставимся, это может повториться. Также ведьма утащила одну из двух девушек на всём курсе. Поэтому может попытаться схватить и тебя. Это если они ещё остаются здесь, — закончил я мысль, прикидывая расклады. — Предлагаю следующий вариант. Вы втроем прочесываете местность, как хотите, а я прыгаю по деревьям. Если что-то замечу, дам знать.

— Идем, — сказал Гатс и первым направился в гущу леса.

* * *

Весь лес я пробежал параллельно земле. Сейчас я куда лучше понимал, как работала моя способность. Раскрыв весь потенциал, сила облепляла меня, теперь задействуя ещё и одежду. Поэтому двигаться я мог полностью свободно, в любом направление.

Пока бежал, лес для меня превратился в ступеньки. Справа — стена из земли. Слева — небо. Прямо — торчащие деревья-прутья, от которых так удобно отталкиваться.

Слова Такена мне показались полным бредом.

Ученица пропала несколько часов назад. За это время с ней могли сделать что угодно. Утащить за десятки километров, принести в жертву. Мастер же забрасывает учеников на место похищения, где её меньше всего шансов найти и… Предлагаем им уповать на удачу.

Глупо, как ни крути.

Но я пробежался, успокоился и понял, что определенный смысл в этом есть. Такен ведь прямо сказал, что всеми доступными ему методами окрестности проверены. Если бы он мог её отыскать, а я уверен, что у Мастера и его людей, возможности очень обширные, уже бы Калию нашли. Раз не получилось, то и правда… Оставалось уповать на одну лишь удачу.

Поэтому я не сдавался. Принял ситуацию такой, какая есть, и продолжать скакать по лесу. Он на самом деле не такой уж и большой. За час весь обойти можно. А дальше вокруг горы. С одной стороны непроходимый участок, с другой — обычные холмы с редкими вкраплениями камней.

Я так и не понял, как это вышло. Будто попал в одну из книжек Гика. Ну, из тех, где главному герою везет и у него всё получается, просто потому что он герой. Но факт есть факт. Я навернул несколько кругов, пару раз заглядывал к нашим, видел хмурую рожу Гатса, который проверял каждый куст, возвращался к поискам. Сам не знаю, почему вышел из леса и спустился в ближайшее ущелье. В голове какие только мысли ни крутились. Солнце уже встало, колдуны прячутся во тьме, поэтому надо искать самые темные места. Ну бред же. Полный. Тем не менее я полез.

И что-то такое уловил. Не в самом темном месте. Просто в ущелье. Скорее даже небольшой щели, куда лучше не лезть, а то и застрять можно.

Уловил я холод. Едва заметный. Не так, как в зимнем лесу. И не так, как когда тебя ветер обдувает. Другой холод. Как тогда, когда я Розу обнимал и её холод перешёл ко мне.

Это ощущение было настолько микроскопическим, что если бы я не был напряжен и собран до предела, то не заметил бы ничего. А так остановился, с минуту постоял. До меня не сразу дошло, что я что-то нестандартное чувствую. Щель в камнях я первым делом оглядел, и там ничего не было. Света было достаточно, чтобы заметить тело. Просто щель и щель. В два моих роста. В середине пошире, по углам совсем узкая.

Как понял, что ощутил, вниз полез. Просто прыгнул, не подумав. Уже потом отругал себя, но что сделано, то сделано.

Внизу было ещё холоднее. Аномально холодно. Покрутившись, я нашёл что-то уж совсем нехорошее и темное.

В тот момент мне мозги всё же напрочь отшибло. В нормальном состоянии я бы так никогда не поступил. Но, видимо, удача, а может, судьба, провидение или ещё какая сила толкнула меня. Не исключаю, что и собственная дурость направила.

В общем, я нашёл самое черное место и засунул туда руку. Не чуть-чуть коснулся, а прямо по самое плечо сунул. Ухватив что-то, дернул. Там что-то начало сопротивляться. Молчу уж про то, что руку мгновенно отморозило. Я разозлился и дернул со всей дури.

То, что тащил, выскочило наружу. Меня ещё и назад откинуло. Споткнувшись, приложился о скалу сзади. Сверху же на меня «груз» свалился. Что-то черное и очень холодное. До меня не сразу дошло, что это и есть Калия. Просто укутанная в свою способность. То есть матово-черная.

Кое-как приподнявшись с ней, я выпустил цепь, направил её так, чтобы аккуратно обмотать девушку. Прыгнул наверх и быстренько её поднял. Чернота так никуда и не делать. Сама Калия признаков жизни не подавала. Подняв её на руки, оттащил в сторону. Почему-то не хотелось рядом с той щелью оставаться. Может, из-за холода, может, ещё почему.

Бережно уложив Калию на землю, я выстрелил в небо из ракетницы. Красный огонек улетел, сообщая наблюдателям, где мы.

Не прошло и минуты, как рядом приземлился Такен. Молча поднял Калию, создал поле вокруг нас, и мы взмыли в крепость.

Мне лишь оставалось надеяться, что успеем помочь девушке до того, как случится непоправимое.

* * *

Когда остальные вернулись в крепость, я тренировался. Методично орудовал цепью, выполняя обязательную норму. Это всё равно бы делать пришлось, а так хоть нервы успокою.

К Калии меня не пустили. Такен высадил возле здания, сам отнёс девушку к целительнице и на этом всё, собственно. К этому времени перваки, как я понял, уже сбежали на пробежку. Тьфу ты… В общем, первый курс отсутствовал, никто занятия не отменял. Не уверен, что они в курсе происходящего.

Возвращались все вместе. Если не считать того парня, который руку сломал, то за стену всех отправили. О чем я не знал, но догадался, когда никого из наших не обнаружил, а потом у того парня, который валялся у себя в постели, уточнил.

Гатс, Тич и Джиха сразу ко мне направились. Да и остальные тоже, только отстали немного.

— Жива, — сказал я Гатсу, ещё до того как он остановился передо мной. — В каком состоянии — не знаю.

— Как ты её нашёл? — спросил Тич.

— Не поверите, но этого я тоже не знаю. В смысле до конца не понял, что именно произошло.

— Второй курс! — внезапно беседу прервал крик Стропо. — А почему вы здесь столпились и ничем не заняты?! Построились! К легкой утренней пробежке приготовились! Пошли!

— Наставник… — шагнул Гатс вперед.

— Я разрешал говорить?! — гаркнул Стропо ещё громче. — Своей хмурой рожой ты Калии не поможешь! Ею уже занимаются! Поэтому бегом, занялся делом, ученик!

После этого возражений не последовало, и мы все побежали. Вначале у меня ещё была надежда, что пробежка короткой выйдет, но нет. В этот день мы пробежали тройную норму. Поговорить нам тоже не дали. Стропо, увидев, что болтаем, приказал подхватить камни, которых хватало вдоль нашей дороги. Тут уже не до разговоров стало.

Минут через десять заданного темпа все лишние мысли как-то сами собой ушли. Выжить бы, да легкие не выблевать. О таких мелочах, как содранная кожа на пальцах из-за камней, и вовсе молчу. Ну и про то, что сутки не спал, тоже.

Обратно в крепость мы вползали. И что тут сказать. Оно того стоило. Я думал лишь о том, как бы добраться до душа и смыть весь пот с грязью. Но позабыл об этом, стоило увидеть Калию. Она стояла во дворе и встречала нас. Рядом с ней Васька находилась, чуть в стороне, на небо глазела. Калия же стояла вполне нормально и рукой нам помахала, когда вбежала.

Тогда-то я и понял, что всё же волновался за девушку. Пусть она и тот ещё… фрукт, но что поделать. У каждого свои недостатки.

Глава 16. Последствия, или Как Спартанец про новый формат тренировок слушал

История, рассказанная Калией, была ещё удивительнее, чем её возвращение.

Естественно, весь курс облепил девушку и ждал подробностей. На этот раз наставники не сочли важным прервать разговор, поэтому Калия выдала историю. Замечание Гатса, что ей надо отдохнуть, девушка проигнорировала.

Рассказ был короток. Во время боя Калия почувствовала что-то, чего до конца не поняла. Решила, что сможет либо взять ведьму в плен, либо проследить, каким образом та воскресла. С её слов выходило, что с момента смерти какой-то сгусток холода выходил из тела, скрывался под землей и отклонялся в сторону. Вот на пути этого потока она и оказалась.

А дальше, как говорит, всё как в тумане.

— Меня каким-то образом засосало в темноту. Я на инстинктах себя чернотой окутала, чтобы не заметили. Наверное, только это меня и спасло. Что было дальше, смутно помню. Было очень холодно. Темно. Ничего не видно. Я с трудом могла пошевелиться. Мысли текли очень медленно. Странное такое ощущение… — Калия погрузилась в себя и вроде на нас смотрела, а на самом деле куда-то вдаль. — Словно ты есть, а словно нет. Мне показалось, что вечность прошла. Я и забывать стала, кто я такая. Мысли совсем остановились. А потом кто-то наглый схватил меня за грудь, — взгляд девушки стал осмысленным и уставился на меня. — Обшарил, ухватился покрепче и дергать начал. Так я и вывалилась обратно в мир. Но сразу это не поняла. Отключилась и очнулась уже здесь.

— То есть, — с придыханием и воодушевлением сказал Шупа, — Спартанец спас тебя, потрогав за…

Стоявший рядом с парнем Гон врезал тому локтем в бок, и Шупа заткнулся.

— Чудотворная лапища! — выкрикнул он из упрямства. — Спар! Если меня в тьму засосет, официально разрешаю лапать себя за грудь! Действуй смело! Я не люблю мерзнуть!

— Больше мне рассказать нечего, — посмотрела Калия на парня. — Остальное у Спартанца спрашивайте. Как он меня нашёл и как это сделал. Мне и самой интересно. Но давайте это сделаем в столовой. Не знаю, как вы, а я после целительницы жрать хочу, — закончила она грубовато.

— Нам бы в душ всем, — заметил Тич. — Потом и поесть можно. Ты сразу в столовку?

— Да, — кивнула девушка, протиснулась через толпу и отправилась есть.

Я бросил взгляд на Гатса. Тот тоже стоять не стал и двинулся к нашему зданию. Идет ещё такой, будто ничего и не случилось.

Надо бы с ним поговорить. А то как-то неловко вышло. Если ему нравится Калия, а что-то всё больше намеков на это, то слова про «облапал» прозвучали как-то не очень.

Ещё и с этим разбираться, тьфу ты.

* * *

По пути мне сотню вопросов задали. Калия, как бы хорошо её ни подлатали, выглядела бледновато. Прям реально серая. Может, постеснялись доставать вопросами. А меня вот не постеснялись. Поэтому и пришлось отдуваться, несколько раз пересказывая, как мне повезло найти девушку.

— То есть ты реально наобум действовал? — спросил Тич.

Он больше всего вопросов задавал. Не отпускала его эта тема.

— Ну… — почесал я макушку. — И да, и нет. Говорю же, летом я с чем-то подобным столкнулся. Вот и смог уловить ощущение холода. А дальше да, наобум. Словно меня что-то вело. Это сложно объяснить.

— Так-то да, — сказал Шупа, — Совать руку черт знает куда только дурак станет.

— Это спасло Калии жизнь, — резко ответил Тич.

— Воу! — выставил перед собой руки парень. — Чего сегодня все такие нервные?

— Это просто тебя давно не били как следует, — многозначительно сказал я.

— Ты круг сначала освой, — фыркнул Шупа.

Мы как раз до душевой дошли, и там разговоры на время стихли.

Когда в столовку пришли, я набрал еды, но вместо того, чтобы, как обычно, сесть неподалеку от Калии, направился к Стропо. Как-то не лежала у меня сейчас душа с девушкой общаться. Слишком всё запутанно становится. Сначала переговорю с Гатсом, а потом от этого буду отталкиваться. Про её спасение ей найдется, кому рассказать. Я ничего не утаивал.

План «побега» от неловкой встречи созрел сразу же, как я наставника увидел. Повезло, что он здесь. Перваки уже есть закончили, всего три человека с их курса миски доскребали. Залетные наверняка. Которые позже всех пришли.

— Можно? — спросил я у Стропо, который не спеша наворачивал кашу.

Тот посмотрел на меня недобро, но кивнул.

— Чего к своим не идешь? — спросил он.

— У меня вопрос назрел.

Но не тот, почему наставник здесь сидит. Это и так понятно. Наверняка сейчас Такен совещание собрал, ситуацию обсуждают. Скоро и нас вызывать начнут, чтобы детали узнать. Стропо же сюда послали за нами присматривать. А может, и конкретно за Калией. Потому что лично я бы в оба глядел за девушкой. Мало ли что там с ней в тьме случилось. Вдруг щупальца отрастут? Брр… Лучше не думать о таком.

— Другого времени для него нет? — спросил мужчина.

— А чего тянуть? Нет, если я очень мешаю… — сделал я вид, что готов уйти.

Стропо на это хмыкнул.

— Спрашивай уже, не тяни.

— На самом деле вопроса два.

— Ты хотя бы с одним справься.

— Постараюсь, — с серьезным видом кивнул я. — Первый — как стать сильнее? Второй — насколько сильны другие?

— Хм… Спар, ты что, пока по лесу прыгал, головой ударился? Что за тупые вопросы?

— Вовсе они не тупые, — я поерзал, закинул в рот кашу, прожевал и объяснил: — Просто в который раз я сталкиваюсь с тем, что моих сил не хватает ушатать далеко не самых опасных противников. В который раз без чужой помощи я мало что могу. Да, понятно, что вы на это скажете. Спар, какого хрена? — попытался я изобразить интонации Стропо. — Ты учишься всего второй год, а уже хочешь побеждать всех?! А ну упал и отжался, пока я тебе ногу в зад не запихал!

— Кхм… — закашлялся Стропо, подавившись кашей. — Я тебе и правда ноги в задницу запихаю, если будешь выражаться во время завтрака! Моего завтрака! К еде относись с уважением!

— Как скажете, — покладисто согласился я. — Но вопроса это не отменяет. Второй же вопрос из серии, чего ждать от обладателей редких камней, я более-менее понимаю. А чего ждать от обладателей легендарных? С кем я могу столкнуться за пределами крепости? Чем владеют те, кто держит города? Какой силой, что позволяет им править?

— Ты после летней практики вошёл во вкус и теперь город хочешь захватить? — с подозрением спросил Стропо.

— Если бы я знал, что с этим городом делать…

— Ладно, — Стропо закинул остатки каши в рот и отодвинул от себя тарелку. — Иди к своим. Я подумаю над твоими вопросами, позже разговор продолжим.

— Спасибо, наставник.

Я не особо ожидал, что получу ответы. Тем более в первом случае и так понятно, что делать. Нужно становиться сильнее. Способности не подходят, чтобы легко побеждать? Нужны новые способности и навыки их использования.

Тем не менее у этого разговора были далеко идущие последствия, о чем я узнал через пару дней.

* * *

Как и ожидалось, всех основных участников событий заставили писать подробные отчёты. Потом ещё и Такен нас собрал, прошёлся по основным пунктам, задал уточняющие вопросы и отпустил.

К каким он выводам пришёл, а главное, что нам теперь делать, необычно хмурый наставник не ответил.

— Есть мысли у кого? — спросил я у ребят.

У Гатса, Калии и Тича. Больше никого не было, кто участвовал в большом допросе.

— Кроме того, что мы вляпались в какое-то дерьмо? — спросил Тич. — Я у Колодца жил. Всякую чертовщину видел. Но чтобы враг воскресал и мог утянуть в какое-то пространство, нет, не слышал про такое.

— Просто очередная задача, которую нужно решить, — спокойно заметил Гатс.

— Да? — оглядел его Тич. — Вспомни эти слова, когда поведешь молодняк в разведку, и какую-нибудь девчонку попытаются умыкнуть. А у тебя сил не хватит предотвратить это.

Гатс заиграл, подвигал челюстью, желваки напряг, но ничего не сказал. На том разговор и закончился.

Этот разговор имею в виду закончился. Гатс вперед ушёл, Калия тоже как-то быстро убежала, и так вышло, что мы с Тичем одни остались. Не стояли на месте, вместе шли, но роли это большой не играло.

— Разговор есть, — сказал он и почти сразу продолжил: — Не считай это вмешательством в личные дела, Спар. Воспринимай как мысли вслух собрата ученика.

— Это что сейчас за попытка нагнать интригу? — откровенно растерялся я.

С Тичем мы до этого так не общались. Его тон, формулировка, то, что парень выглядел напряженным и сомневающимся — всё это ставило в ступор.

— Летом Такен отправил меня к Колодцу. Ну да эту часть истории ты знаешь. Ему пригодились связи с моими родичами. Скорее всего, они договорились на то, чтобы следующим летом забрать наш курс с глубины. Камни добывать будем и отрабатывать то, что Такен в нас вложил. Но это так, мысль на подумать, а сказать я другое хотел. Разумеется, летом я не удержался и постарался навести справки о тех, с кем учился, — хмыкнул парень. — Про наставников тоже, но и это не тема нашего разговора.

— Тич, а что тогда тема? — не удержался я. — Ты настолько издалека зашёл, что я теряюсь в догадках, что сказать хочешь.

Парень остановился, схватил меня за локоть и наклонился так, чтобы на ухо сказать.

— Без понятия, важная эта информация для тебя или нет, но одиннадцать лет назад, собрав команду, одна известная парочка легенд отправилась вниз. Мария Гроза и Люций Вологда. С тех пор их никто не видел. Факт смерти тоже не подтвержден. Куда направлялись — неизвестно.

Тич отстранился, увидел моё закаменевшее лицо и понял, что попал в цель.

— Мы с тобой не друзья, Спар, — сказал он медленно. — Но считай это предложением перевести намечающуюся вражду в ученическое соперничество. А дальше как ветер ляжет. Бывай. Больше мне ничего не известно, так что с вопросами можешь не приставать.

Вот же…

Тич ушёл вперед, так и оставив меня стоять на лестнице, где мы остановились. Со стороны коридора, откуда мы вышли, послышался шум — кто-то открыл дверь. Я отмер и поспешил вслед за парнем.

А мыслей-то сколько столь короткий разговор оставил.

Получается, Тич смог догадаться, кто мои родители. Ему для этого одной моей внешности хватило? Получается, что так. Наверняка он не знал, а сейчас получил подтверждение, заметив мою реакцию. Второй момент — мои родители, бросив меня, отправились в Колодец, где и пропали. Одиннадцать лет там ходить — это много или мало? Очевидно, что очень много. На рекорд пошли. Третий момент — летом мы отправляемся в Колодец. Ну да это не такая уж новость. Правда, в контексте слов Тича этот поход будет выглядеть совсем иначе.

Озадачил так озадачил. Поуспокоившись, увидел и четвертый смысл. Тич принес своеобразные извинения. Конфликт исчерпан? Надеюсь, что да. Одной головной болью меньше.

Мда… Вот так сходили на разведку.

* * *

Такен отсутствовал в крепости три дня. По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление, потому что его никто не видел, и на тренировки по кругам он не являлся.

А жаль, потому что я на волне раздражения на собственную слабость наконец-то смог сформировать стабильный шар. Который теперь сам начал втягивать всю энергию в себя, и не требовалось значительных усилий, чтобы удерживать его.

В связи с чем у меня другая проблема возникла. Остальные ученики с шаром давно справились и сейчас осваивали следующий этап — учились направлять энергию, куда надо. Стоит ли говорить, что у меня это не получилось? Я столько сил вбухал, чтобы собрать энергию в единую форму, и этот гребаный шар отплатил тем, что отказывался отдавать энергию обратно.

Поэтому да, меня расстраивало отсутствие Мастера.

Зато, когда Такен явился, сразу с собой много новостей принёс.

— Ученики, — обвёл он нас взглядом, когда мы построились.

Дело было в первой половине дня, на общей обычный тренировке. После пробежки, разумеется, когда вернулись. Перваки неподалеку от нас занимались. Разбились на пары и дрались. Мы бы тем же самым занялись, но тут появился Такен и поманил нас к себе.

— Вы знаете, что случилось несколько дней назад. Наша деятельность вызвала ответные меры. Ведьма и колдун напали на вас, что чуть не стоило жизни ученице, — сказал Мастер.

Одет он был в свой защитный костюм, в шлеме, так что лица его видно не было.

— Также они проявили необычные способности. О чем вы тоже знаете. В связи с этим ваша программа тренировок была изменена. В начале учебного года я думал предоставить больше свобод второму курсу, но, как оказалось, это не самый лучший подход. Так что готовьтесь, темп тренировок снова возрастет.

Да мы как бы и так не скучаем, — подумал я, но тут же себя одернул. Хотел же стать сильнее, вот и становись.

— Наставник Стропо, — повернулся Такен к мужчине. — Объясните ученикам изменения в программе.

— Кхм… — прокашлялся тот и шагнул вперед. — У вас снова начинаются соревнования. Раз в две недели будет проходить турнирный забег, по новым правилам. Это не значит, что в другие дни забегов не будет. В обычные дни — тренировочные. Раз в две недели — турнирный. Отличие в том, что без разницы, побеждаете ли вы на тренировочных, лишь турнирный определит лучшего из вас. Прямо как в жизни, — оглядел нас Стропо исподлобья. — Вы можете сколько угодно блистать на тренировках, но, выйдя на дело, облажаться, и это всё равно будет поражением. Обольщаться не стоит. Держать ровный темп куда проще, чем прыгнуть выше головы, поэтому выкладывайтесь каждый день.

Так, пока ничего нового. Я рискнул глянуть на других учеников. Все слушают внимательно. Ну да, ничего удивительного. Как у нас принято говорить, всего лишь очередная задача, которую нужно решить.

— Помимо забегов, у вас также каждый день будут соревнования по основным дисциплинам. Бой без оружия, бой на ножах, бой с личным оружием, бои с применением способностей, стрельба, лекции у Профа, бег. Обычные забеги тоже входят в этот список. По каждой дисциплине лучший ученик получает балл. Так за две недели у вас есть шансы набрать очки, которые потом можно потратить на турнирном забеге. Те будут проходить группа на группу, без ограничений. В зависимости от вашего рейтинга, то есть того, сколько очков набрали, вы получаете право собрать себе группу. Каждый ученик стоит по одному очку. Таким образом, лидеры получают преимущество в выборе. Отстающие и те, кто не наберет очков, будут распределяться мною, и не стоит рассчитывать, что я стану вам подыгрывать, — многообещающе улыбнулся Стропо. — Вопросы?

— Тех, кто участвовал первым, можно выбрать? — уточнил Тич.

— Да. Грубо говоря, ваши баллы — это возможности в жизни, которые вы можете потратить на сбор команды. Тот, кто впереди, всегда будет иметь преимущество.

— Но разве это справедливо? — рискнул задать Тич и этот вопрос. — Тех, кто в конце рейтинга, никто выбирать не будет.

— А что здесь несправедливого? — удивился Стропо. — Неудачников никто не хочет выбирать в команду. Им никто не предлагает выгодные заказы и работу. Единственное, на что они годны — либо прозябать, либо участвовать в сомнительных авантюрах. Среди вас вроде нет тех, кто хочет быть неудачником, поэтому я надеюсь на интенсивную борьбу, — усмехнулся наставник. — Скажу по секрету, что эти забеги — разминка. Настоящее веселье начнется после зимы, когда вы будете собирать команды из перваков и пытаться ими руководить, — усмешка превратилась в гаденькую улыбочку. — Ещё вопросы?

— Наставник, — вылез и я с вопросом. — Но то, что вы рассказали, больше относится к вопросу мотивации, а не обучения чему-то новому, что сделает нас сильнее.

Фактически Такен, который повернул голову в мою сторону и, уверен, под своим шлемом внимательно рассмотрел, и не говорил ранее, что учить будут чему-то прям новому. Он сказал, что темп вырастет. И формат соревнований как раз подходит для этого идеально.

Но и я не удержался от вопроса, пусть и не совсем уместного.

— Спартанец, — натурально закатил глаза Стропо.

Такен ему руку на плечо положил, прерывая. Стояли-то они рядом.

— Спар, ты как всегда, — если до этого Такен говорил серьезно, то сейчас отчетливо была слышна усмешка. — Запомни уже, что нет в мире ничего такого, что даст тебе возможность легко побеждать в любой схватке. Я понимаю, почему ты спрашиваешь. Про мотивацию, уверенность и поиск силы все помнят разговоры, не будут к ним возвращаться. Твой вопрос — следствие детского взгляда на мир. Живя на улицах, думаю, не сильно ошибусь, если скажу, что ты был уверен — вот найдешь редкий камень и станешь непобедимым! А уж если два камня, то совсем! Ну а если легендарный… — Такен замолчал, выдержал паузу и продолжил: — Скажу вам прямо. Легендарные камни не делают бессмертными. Я освоил несколько. И что? Думаете, в мире не осталось тех, кто может меня убить? При должной подготовке даже без камней можно разобраться с легендарщиком. К примеру, отправить его, убить спящим, взять в плен его семью, как-то иначе надавить и заставить делать то, что нужно. Логическую цепочку надо продолжать?

— Нет, наставник, — ответил я.

— Это вас всех касается, — обвёл Такен группу взглядом. — Не только наш Спартанец сохраняет детский взгляд на мир. Почти у каждого есть это вредное ожидание, что где-то прячется сила, которую освоил и… раз, — схватил рукой он воздух, — стал непобедимым. Нет такого. Зато есть качественное обучение, комбинирование способностей, командная работа, тыловая поддержка, разведка и множество других вещей. Часть из которых вы начали осваивать. Поэтому разберитесь для начала с тем, что дают.

Ну, справедливо.

Я и сам понимал, что глупый вопрос задал. Так что всё верно. Чувствую себя ребенком, который всё тянет свои шаловливые ручки, чтобы найти игру поубойнее.

— Ещё вопросы? — спросил Стропо, когда Мастер замолчал.

Спросил так, что сразу стало понятно, лучше со скалы сброситься, чем опять глупости спрашивать.

Дураков не нашлось, вопросов не последовало. По сказанному ранее всё было понятно, основные подводные камни сразу видны. Тот, кто на вершине рейтинга, получает возможность взять сильнейших. Следующий за ним автоматически попадет в неудобное положение. Ему придется выбирать из тех, кто есть. Первыми выйдут как раз сильнейшие. Третьей и четвертой группе придётся выбирать — либо снова взять тех, кто устал, либо набирать из остальных, более слабых.

Хах… А ведь интересно получается. С первыми забегами понятно, а вот дальше будет играть решающую роль верная оценка. Как тех, кто только выступил, так и тех, кто остался, и тех, кого выберет следующий «лидер». Да и не так однозначно преимущество того, кто выбирает первым. Потому что второй может подобрать состав конкретно против него. Наставник сказал, что забеги будут без ограничений. То есть с применением способностей, стрелкового оружия, пусть и не летального, сетей, дымовых шашек и прочих веселых штук. Это в первый год ученики заметно различались по силе. Сейчас тоже различаются. Вот только даже самый слабый мог неприятно удивить. Да и слабость эта относительна. Потому что «лучших» сразу во всём у нас не было. Кто-то дерется лучше, кто-то бегает шустрее, а кто-то так по арене маневрирует, что хрен заметишь и поймаешь.

Взять ту же Джиху. Она слабая в рукопашке, но способность у неё сильная. Выйдет против ней Гатс и… В рукопашном бою размажет. А вот если она ему золотой шар в ногу метнет, то при толике везения может вывести из строя нашего бугая. Секунд на пять. Смыться или дать другим атаковать Гатса.

Так что всё как в жизни. В которой приходится работать с имеющимися ресурсами. И в которой всегда есть те, у кого ресурсов больше.

Мда… Умом это понимаю. Что не помешало задать тупой вопрос про то, как стать сильнее.

Ну да ладно. Прослежу за этой своей новой заморочкой. А сейчас лучше подумать, как действовать. Тут либо вкалывать всю неделю, либо потом «глотать пыль» на соревнованиях. Я не питал иллюзий относительно других. Все у нас здесь азартные. Никто уступать не захочет.

Отдельная головная боль для меня. Потому что из-за того, что налег на создание шара, просел по другим дисциплинам. Как бы в аутсайдерах не оказаться. И где только время найти?

— Вопросов нет, хорошо, — сказал Такен. — Про изменение подхода услышали. Сами тренировки тоже претерпят изменения. Можешь порадоваться, Спар. Твои молитвы были услышаны, — от этих простых слов мои уши заалели. — Также Спар изъявил желание узнать, на что способны ныряльщики легендарного уровня. Я вам предоставлю такую возможность.

Мастер повернулся, и я увидел, что со стороны зданий к нам идет охрана с тележкой. На которой лежало оружие и особенно выделялись большие мечи.

— Кто хочет подраться со мной? — в голосе Такена проскользнули нотки веселья.

— Я!

Тич и Гатс шагнули из строя одновременно.

— Парни, полегче, — ответил Мастер, — Меня на всех хватит. Определитесь, кто первый.

— Давай ты, — как мне показалось, со скрипом уступил Тич.

На что Гатс даже и не подумал отказаться.

— Гатс, у меня для тебя новой оружие. — сказал Такен, когда тележку подвезли.

Оттуда он взял большой клинок и, будто тот ничего не весил, швырнул Гатсу.

Тот его перехватил на лету. И надо было видеть на лице парня удивление, чтобы понять — оружие не самое простое.

— Этот меч тяжелее твоего, — пояснил Такен, беря второй такой же меч. — Сразимся на твоем поле. Разойдитесь. Для таких поединков нужен простор, если не хотите остаться без головы. Я буду использовать голую физику, без способностей. Ты можешь использовать, что захочешь. Нападай, как будешь готов.

Опрометчиво бросаться в бой Гатс не стал. Покрутил меч, помахал им, разогрел мышцы и напал только после этого.

Я не уследил, что произошло. Раздался гул, и Гатс отлетел в сторону. Его меч выбило из рук, и, вращаясь, клинок врезался в землю, звеня от вибрации.

— Цел? — спросил Мастер у поднимающего Гатса. — Вот вам наглядная разница между тем, кто занимался пару лет, и тем, кто занимался пару десятилетий.

Гатс опыт учёл, и вторая стычка прошла куда зрелищнее. Если честно, я мало что понял. Два мечника замелькали с какой-то умопомрачительной скоростью. Их мечи носились, напрочь игнорируя здравый смысл. Гатс кружил, набрасывался на Такена, а тот, особо не напрягаясь и не сходя с места, отбивал атаки. Я не силен в бою на мечах, но знаю, что там постоянно двигаться надо. Такен жестко доминировал над Гатсом, сводя все его потуги на нет.

Закончилось всё тем, что Гатс опять оружие потерял. Хорошо, что этот дрын в землю снова вошёл. Попади в кого из учеников, зашибет насмерть ведь.

— Хватит, — сказал Такен. — Тич, давай ты.

Я бросил взгляд на парня и заметил, что наш пират, пусть и подрагивает от предвкушения, уже не так уверен.

Не то чтобы Такен никогда ни с кем на мечах не дрался. Было дело, и не раз. Как и полноценные уроки по этой теме. Собственно, поэтому наши главные мечники так и реагируют. Для них это как особое лакомство, получить от Мастера.

— Мне своим оружием драться? — спросил Тич.

— Можешь своим, — Такен отложил здоровый дрын и выбрал с тележки почти такую же саблю, как у Тича. — Нападай, как будешь готов.

В этот раз скорости были ещё выше.

Тут какое дело. Сами тушки я видел. А вот их кисти и оружие — уже едва различал, только когда они в какой-то точке замирали на доли мгновения.

Бой закончился закономерно. Тяжело дышащий Тич отпрыгнул назад и показал, что всё, бой закончен.

— На сегодня небольшой демонстрации хватит, — сказал Такен. — Позже ещё что-нибудь покажу. Наставник Стропо расскажет, что вам нужно делать. Если попадаются противники сильнее вас, то остаётся делать ставку на что-то одно и вкладывать в это силы. Ваша задача на ближайший месяц — найти такую точку приложения усилий и развить её. Об этом мы ещё с вами поговорим. Наставник, — кивнул он Стропо.

— Мастер, — кивнул тот в ответ. — Ну что, — это он уже нам. — Расскажу, кто и что из вас тренировать будет. Гатс, раз уж с тебя начали, будешь первым. Спартанец, ты тоже иди сюда.

Опять меня зовут. Чуть ли не каждый раз как опытный образец используют.

— Ты не хмурься, — заметил мою реакцию Стропо. — На этот раз я всего лишь объясню. Тебя там тоже цепь ждет. Иди бери.

Цепь оказалась самая обычная, а вот металлический наконечник был обит резиной. На ощупь мягкой.

— Такой штукой, — пояснил Стропо, когда я вернулся. — Убить сложнее. По глазам не целься. Во все остальные места можно. Слышишь? — глянул он на Гатса. — Вы все слушайте. Если хотите стать сильнее, нужно бить в полную силу, даже если это причинит боль другому ученику. Так у него будет больше мотивации защититься. Твоя задача, Спартанец, попасть по Гатсу. Его задача — отбиваться мечом. Действовать можете с любой скоростью. Главное, не поубивайте друг друга, а в остальном на ваше усмотрение. Пока что. Потом уточню задание. Можете начинать. Так… Кто там следующий? — окинул он взглядом других учеников.

Мне было любопытно, кому и что поручат, но вместо того, чтобы послушать, мы вдвоем отошли в сторону.

— Пока ничего нового, да? — спросил я.

— Не скажи. Этот меч куда тяжелее, — покачал головой Гатс.

— А мне нет.

— Тогда у тебя будут шансы меня достать, — усмехнулся Гатс.

— Готовься страдать, — сразу же завёлся я.

Это упражнение мы уже делали. Как и многие другие. В частности, я знал, что могу управлять только металлом, который считается цепью. Отдельным звеном — нет. Грузилом — тоже нет. Нужно минимум пять звеньев, чтобы способность заработала. Причем в этом случае она будет работать на минимум, из-за чего теряется смысл. Оптимально, когда цепь от двух метров. Тогда способность работает на полную. На вопрос, адресованный наставнику Графу, тот лишь пожал плечами и сказал, что сам бы хотел знать, почему камни даруют настолько странные способности.

Помимо этого, я знал скорость, с какой могу бить. Дальность, на которой получается эффективно работать цепью. Вес, который я могу поднять, и время, какое могу удерживать ту или иную цепь. Перечисленные пункты относились к тренируемым. Если в начале тренировок с тяжёлой цепью я её с трудом поднимал, то сейчас свободно орудовал. Только силы быстрее тратил и всё.

— Ты нападай, — Гатс перехватил поудобнее меч. — Посмотрим, насколько быстрее сможешь стать. А то медленный, как улитка.

Цепь взметнулась, закрутилась по спирали, врезалась в подставленный меч, но движения не остановила и просто соскользнула дальше, врезавшись Гатсу в грудь.

— Что это? — отряхнул он форму. — Комариный укус? Таким ударом ты меня и почесаться не заставишь.

— Говори, говори, — покивал я. — Главное, меч свой удержи.

На самом деле Гатс прав. Несложно достать цепью кого-либо. Что я сейчас и продемонстрировал. Но на любом маневре цепь теряла скорость, поэтому удар и вышел никаким, что отдельная моя головная боль. Суть этой тренировки для меня — научиться бить быстро и сильно, чтобы это имело смысл. Как жалом.

И да, в этом нет абсолютно ничего нового. Просто та область, которой я овладел, но на столь низком уровне, что пока толку нет. Замечу, что по прямой быстро и сильно бить я умею. Что бессмысленно против того же Гатса или любого с хорошей реакцией, кто успеет поставить блок.

В общем, поучиться есть чему.

Сосредоточившись, я принялся наносить один удар за другим. На самом деле тренировка-то отличная. В бою против колдуна мне и правда не хватало скорости. А ещё силы удара. Благо одно зависит от другого.

Вот и буду это тренировать. Посмотрим, к чему приведет.

Глава 17. Влияние, или Как Спартанец опять инстинктам поддался

Пушка стояла и слушала, что рассказывает Мастер Такен. Про испытание, его условия и то, что их ждет.

Скосив глаза, девушка посмотрела на те ямы, в которых им предстояло просидеть сутки. Да уж, не совсем этого она ожидала от обучения. Всё остальное: тяжелые тренировки, травмы, боль, кровь, постоянные драки и конкуренция, — укладывалось в ожидания. А вот это было чем-то неожиданным.

В первую минуту Пушка ещё думала о странности задания. Ну подумаешь. Просидеть сутки в яме. А можно парочку дней? Главное, еду приносите и воду. И подушку желательно. Хоть отдохнуть можно будет. Об этом девушка и размышляла. О том, что испытание — отличная возможность расслабиться. Условия, конечно же, так себе, но что поделать. Их жилые блоки если и лучше, то не особо. Повезло ещё, что девушкам позволяли мыться в нормальном душе. Парням приходилось куда хуже.

Об этом Пушка думала в первую минуту, за которую Мастер как раз поведал, что их ждёт. А потом до девушки дошло.

Точнее… Как дошло!

Все свои индивидуальные занятия, а это по два часа в день, почти полностью девушка проводила на стрельбище, успев за прошедшие три месяца в полной мере оценить, какие шикарные возможности даёт редкий камень. В том забеге со Спартанцем, когда она ему в затылок зарядила шайбой, это был тот предел, на который она была способна. Все силы ушли на то, чтобы развернуть снаряд в обратную сторону. А так, если править траекторию не сильно, но хватило бы на корректировку. Чем скромнее вмешательство, тем меньше сил девушка тратила. Сейчас, спустя ещё месяц, её возможности выросли в два раза.

На самом деле Пушка научилась куда большему. Её зрение в момент выстрела как бы менялось. Девушка знала, куда снаряд попадет. Это было сложно объяснить. Да и не требовалось. Просто каждый день она ходила на стрельбище и палила, палила, палила… Иногда она считала, сколько школа тратит патронов только на неё одну, переводила это в деньги, после чего хотела убежать и спрятаться. Пушка за три месяца успела настрелять столько, что хватило бы лет на десять скромной жизни.

Об этом она вспомнила, оценив перспективу испытания. А когда к ней в яму назначили двух парней, которые на испытании не смогли достать камни, то и вовсе поняла, что дело плохо.

Слова Такена о том, что ученики могут делать что угодно и за это не последует никаких наказаний, эхом отозвались у неё в голове.

Плохо, очень плохо.

Пушка ведь не только стреляла в эти месяцы. Она ещё постоянно проверяла свои силы, сравнивая себя с другими учениками. Совсем уж отстающей не была. По стрельбе, если не применять способности — в первой десятке. Большое достижение для той, кто начал этому учиться совсем недавно. В остальных же дисциплинах она болталась наверху последней трети. И то ради этого ей приходилось рвать жилы.

Но такова правда жизни. Даже несмотря на камень усиления, ей было сложно тягаться с парнями. Особенно с теми, кто уже имел на момент поступления какую-никакую подготовку. Да и если уж на то пошло, остальные тоже выкладывались. Халтурить никому не давали.

Когда девушка услышала, что её отправляют в яму с двумя парнями, которые камни добыть не смогли, она сразу же подумала, что может лишиться… Да всего. Она и не знала, что страшнее. Потерять жизнь или редкий камень. Ведь именно он дал в полной мере осуществить мечту. Это в первые дни девушка раз двадцать прокляла тот момент, когда решила отправиться сюда. А потом ничего, втянулась. Тренировки давали столь редкое чувство, ради которого стоило идти на любые жертвы — ощущение собственной силы.

И сейчас это могли у неё отнять.

Первым вниз спрыгнул Двадцать седьмой. За ним — Пятьдесят девятый. Про них обоих Пушка не могла сказать ровным счётом ничего. Пересекались, знала их в лицо, дрались периодически, но и всё. Ничем не примечательные, они не особо отложились у неё в памяти.

Двадцать седьмой выглядел спокойным. Пушка припомнила, что тот быстро прогрессирует и находится где-то внизу первой трети. А вот Пятьдесят девятый выглядел, наоборот, взволнованным. Внизу было тесно, и перед троицей встал выбор. Либо прижаться друг к другу, либо к стене. Пушка выбрала последнее. Парням тоже пришлось, иначе это бы смотрелось странно.

— Вы же не будете делать глупости? — спросила Пушка.

Уж лучше сразу прояснить вопрос, чем ждать нападения.

— Ты о чем, рыжая? — спросил Пятьдесят девятый. — Думаешь, что мы на тебя набросимся, отберем камни и поимеем? План хороший, спорить не буду. Мордашка у тебя что надо, — подмигнул он. — Но такой хренью я никогда не занимался.

Как ни странно, его слова успокоили. Парень волновался, это было видно. А грубые слова — ну так глупо ожидать от того, кто жил на улицах, высоких манер.

Пушка перевела взгляд на второго парня, но тот остался безучастным. Прикрыл глаза и расслабился. В какой-то мере он и вовсе выглядел безмятежным.

— Эй! — ткнул его Пятьдесят девятый. — Ты чудить не будешь? Я запомнил тебя, тихоня. От таких всегда жди беды.

Парень тычок проигнорировал.

— Шизик, — буркнул Пятьдесят девятый и улыбнулся Пушке.

Вниз их отправили с утра. Нужно было продержаться сутки. В следующий часы Пушка успела с десяток раз заскучать, познакомиться с Пятьдесят девятым, попыталась растормошить Двадцать седьмого, снова заскучала, помедитировала на те знаки, который ей дал наставник по способностям, отстояла себе ноги, замерзла и проголодалась.

Страхи давно отпустили её. Пушка решила, что раз ничего не случилось в первые минуты, то уже и не случится.

Как же она ошибалась. Когда стемнело, не прошло и часа, как раздался первый вскрик.

— Что это? — спросила девушка.

Она уставилась наверх и не заметила, как её напарник по испытанию меняется.

— А ведь если подумать, ты и правда хорошенькая, — сказал Пятьдесят девятый.

— Что? — посмотрела на него Пушка.

— Хорошенькая… — растянул он губы в плотоядной улыбке. — И камни мне твои не помешают.

Пушка не узнала парня. Он словно под кайфом был. Взгляд напрочь безумный, даже в темноте видно, как лицо перекосило. В этот момент вскрик повторился. На этот раз кричал кто-то другой. Явно от боли.

Пятьдесят девятый выбросил руку вперед, схватил Пушку и стукнул её о стенку. Девчонка ответила, как та, что выросла на улицах. Полоснула ногтями по глазам. Парень отшатнулся, и Пушка, отбив его руку, припечатала со всей силы коленом в пах.

Это был последний её успех.

Неведомая сила подняла её в воздух и вжала в стенку колодца. Ещё до того, как она успела испугаться, перед глазами что-то мелькнуло, звякнуло, и Пушка упала вниз. Рядом раздался шорох, и она увидела, как Двадцать седьмого утягивает вверх обвившаяся вокруг горла цепь.

* * *

Такен себе всю голову сломал, пытаясь разобраться в происходящем.

То, что его школой заинтересовались ведьмы и те, кто за ними стоит, теперь было подтвержденным фактом. Такен допускал, что события в зимнем лесу и нападения на учеников могут быть не связаны, но считал, что вероятность этого крайне мала.

Никакие проверки не помогли обнаружить, есть ли среди учеников кто-то, связанный с этим. То, что ведьма и колдун появлялись снова после смерти, Такена не особо удивило. Заинтересовало, но камни разные способности дарили и всегда находилось что-нибудь новенькое. По крайней мере, мужчина знал, что есть способности наподобие телепортации, позволяющие перемещаться на расстояние. Так почему бы не быть ещё одной разновидности, срабатывающей во время смертельного ранения? А то, что ведьмы и колдуны хорошо умеют исцеляться, было также давно доказанным фактом.

Куда больше Такена заинтересовало исчезновение Калии. Случайность, что её новая способность смогла защитить. Будь иначе, и на одну ученицу стало бы меньше.

Помимо внушающих опасения физических способностей, враг был способен скрываться во тьме, перемещаться и координировать свои действия. За учениками, особенно за первым курсом, хорошо следили и… Такен подозревал, что в этом нет смысла. Если враг умеет общаться на расстоянии своими методами, то это меняло все расклады. Такую возможность Такен допускал в силу того, что «двойного агента» обнаружить не получилось. Это означало то, что у команды мастера нет подходящих средств. А раз нет для этого, то и общение противника между собой, возможно, проморгали.

Как ни крути, а ситуация складывалась паршивая. Получается, каждый день секреты школы утекают врагу.

На испытаниях с ямами Такен собирался устроить очередную проверку. Сам он находился неподалёку и наблюдал воочию за происходящим. Перед этим замаскировавшись всеми доступными способами. Его броня, которую он достал в Колодце, позволяла полностью стать невидимым. По-хорошему, мастеру не стоило здесь находиться. Если противник что-то заподозрит, то вряд ли раскроется. С другой стороны, не хотелось допустить того, чтобы он снова скрыл свои действия, если они будут. Вот и сидел мастер в засаде, надеясь на то, что его маскировки хватит.

Такен дождался ночи. Когда послышались первые крики, он не шелохнулся. Сосредоточился, изучая происходящее, сразу же уловил, что эмоциональное состояние некоторых учеников изменилось. Это было прямым подтверждением того, что колдун или ведьма находится где-то рядом и воздействует на людей. Такое мастер уже видел. Но не управляемое, а стихийное, на улицах пригородов.

Первый курс находился рядом. К ямам им было запрещено подходить, но они патрулировали окрестности. На тот случай, если ведьмы с колдуном решат поживиться учениками. Патрулировать им было приказано, соблюдая осторожность и режим маскировки.

Тем удивительнее было, когда, наплевав на все запреты, с цепью наперевес, прямо к ямам спикировал Спартанец. Он вылетел из ближайшего леса, рухнул на землю, огляделся и запустил цепь в одну из ям. Тут же выдернув оттуда ученика.

Удерживая его за шею, Спартанец явно собирался со всей дури приложить того о землю, но не успел. Внезапно парень завис в воздухе, отмахнулся рукой, и Спартанца снесло, откинув на десяток метров назад.

* * *

Я сидел между веток деревьев, закутавшись в накидку, и поглядывал издалека за ямами. Лично для меня год назад это испытание прошло «весело». Чуть два трупа там, внизу, не оставил.

Поэтому было несколько волнительно за рыжую, но… Я решил забить. На ситуацию повлиять нельзя, поэтому я предпочел спокойно сидеть, поглядывать по сторонам и жевать вяленое мясо, иногда прикладываясь к фляге с пусть уже и теплым, но всё же вкусным отваром.

Остальные ученики занимались патрулированием. Я же взял себе этот участок, с лесом, куда особо никто не стремился, и спокойненько себе отдыхал.

— Бездельничаешь? — раздался чужой голос чуть ли у меня не над ухом.

— Ты точно моей смерти желаешь, — прошипел я, чуть не свалившись с ветки.

Внизу стояла Калия. Её голос я сразу узнал. А то, как она ко мне подкралась, не заметил.

— Будь на моем месте ведьма, ты бы уже умер.

— Тогда мне повезло, что это ты.

— Мясом поделишься? — спросила безобидно Калия.

До меня запоздало дошло, что говорит она нормально. И смотрит нормально. В смысле, как совсем обычная девушка. А не та, кто смотрит взглядом перерезающего горло человека.

— Эм… — подвис я. — Поделюсь. Мне спуститься или ты залезешь?

— Давай я. Отсюда ничего не видно.

Оттолкнувшись от земли, она легко запрыгнула на высоту трёх метров.

— Держи, — достал я ей из кармана кусок мяса.

— Только не говори, что ты его прямо так держал.

— В бумагу завернул. А где бумагу взял — не спрашивай.

— Мм… Как заманчиво звучит, — взяла она мясо и попыталась откусить. — Сколько ему лет? Каменное же.

— Так это не ради сытости, а время убить. Сидеть здесь целые сутки скучно, знаешь ли.

— Догадываюсь.

— Что с тобой? — прямо спросил я.

— Что со мной? — захлопала Калия ресницами.

Я задумался, стоит ли говорить и дальше прямо. Её отношение ко мне сдвинулось в лучшую сторону — это хорошо или плохо? С Гатсом я так и не успел переговорить. Кажется, он тоже меня избегал. С момента пропажи Калии прошла неделя, и мне ни разу не представилось шанса поговорить с ним наедине.

Поэтому и с Калией я не знал, что делать.

А-а, как же бесит. Что-то я начинаю ненавидеть все эти замуты.

— Вот и мне интересно, что с тобой, — выбрал я путь прямоты. — То ненавидишь меня, то приходишь и нормально общаешься. Будь я параноиком, решил бы, что и правда замыслила убить.

— Брось, — улыбнулась она. — Я пришла сюда пять минут назад. Могла спокойно перерезать тебе горло, ты бы и не заметил.

— О, это на тебя больше похоже, — нервно поёжился я.

Почему-то милая улыбка в сочетании с этими словами пугала куда сильнее злобного взгляда.

— Да? — задумалась она. — Эх… Что поделать, нормальной девушки из меня не получилось. Какая-то перекособоченная психопатка.

— Эм… — завис я второй раз за разговор. — Кхм… Во-первых, ты не перекособоченная…

— Но психопатка? — горько усмехнулась она.

— Калия, у меня сейчас ощущение, что мой мозг чайной ложкой едят, сжалься, будь добра.

— Прости, — смутилась она.

Ну то есть по нормальному смутилась.

Я промолчал. Калия тоже не спешила продолжать разговор. Так и сидели, наблюдая, как темнеет… Точнее, я сидел на ветке, а она стояла рядом, покачиваясь в такт ветру. Идеальное чувство баланса у неё.

— Замяли, — сказал я, вспомнив, что на извинения надо бы что-то ответить.

— То есть ты готов общаться как раньше? — сразу же спросила она.

— Смотря, что ты имеешь в виду под раньше.

— Это без моей неадекватной агрессивности.

— Самокритично, — хмыкнул я, с опаской косясь на Калию.

Вдруг она с ума сошла и сейчас набросится?

— Сказала, как есть, — пожала она плечами. — Ты ведь знаешь, что я из семьи убийц. Но не знаешь, что нормального общения в моей жизни не было. Поэтому… вот как-то так, — развела она руками. — Подумала, что надо учиться не только драться, но и общаться. Поможешь мне в этом?

— Постараюсь… — медленно проговорил я, пытаясь судорожно понять, в чем именно нужна ей помощь.

— Спасибо. Знаешь, в чем ирония? Ну, кроме того, что ты меня снова спас.

— В чем же?

— Я пришла к Такену, попросив его защитить от матери. Надеялась, что моя жизнь не будет связана с убийствами по заказу. Но надо же было так случиться, что моя способность как нельзя лучше подходит для этого.

Калия выставила руку и покрыла её чернотой.

— Идеальная маскировка. Которая меня так бесила и которая спасла жизнь. Двойная ирония получается.

— А это нормально? — спросил я, видя, как маскировку куда-то потянуло.

Черные крупицы формировались и слетали, устремляясь… в сторону ям, где проходило испытание.

— Нет, — нахмурилась Калия. — Силы тратятся, не пойму…

— А попробуй усилить, — предложил я, откусив кусок мяса.

Мне было любопытно. Да и обсуждение способностей — безобидная тема.

Калия окуталась чернотой полностью. Поток частиц усилился. Настолько явно, что любопытство сменилось беспокойством.

— Холодно… — сказала девушка.

И тут картина сложилась в моей голове.

Подскочив, я присел, резко выпрямился и прыгнул между деревьев. Когда подлетал к концу леса, выпустил цепь, зацепился и дернул себя, добавляя ускорения. Вышло криво, я полетел, кувыркаясь, но главное — в нужную сторону. Когда приземлился, то и сам холод ощутил. Как и услышал крики людей в ямах.

Тогда я не знал, насколько прав. Не знал, что в яме с колдуном сидит Пушка. Ударил на одних инстинктах. Что-то внутри меня точно определило, где находится источник холода. Уже вытащив парня, мелькнула мысль, что за нарушение испытания мне ох как не поздоровится, но тут в меня прилетела ответка, и глупые мысли кончились.

Когда поднялся, увидел мелькнувший кокон. Он исчез, устремившись к крепости. Покряхтывая, утер кровь из носа.

Как и с Розой, от удара меня обдало смертельным холодом. Но что-то было не так. Он уходил куда быстрее, чем можно было ожидать. Прислушавшись к ощущениям, с удивлением обнаружил, что мой внутренний шар энергии, который я так долго создавал, с энтузиазмом пожирает холод.

Вот так сюрприз…

Пригнувшись, чтобы меня ученики снизу не заметили, я ползком вылез за пределы ям и потопал в сторону крепости. Кажется, всё уже разрешилось.

Калия выбежала из леса, и я помахал ей рукой.

Если не ошибаюсь, то у нас теперь есть отличный способ обнаруживать эту чертовщину. Нужно срочно доложить Такену.

Глава 18. Ночи холодные, или Как Спартанец удар поглощал

— Ты что учудил?! — с возмущением спросила Калия. — И кто так убегает?!

Так как я думал совсем о другом, то не сразу догнал суть второго вопроса.

— Мы там колдуна поймали. Бежим в крепость. Надо важную новость сообщить.

— Оставив пост? — нахмурилась Калия. — Надо хотя бы наших предупредить.

— По пути сделаем. В той стороне тоже наши есть.

— Так, а что случилось-то? Я ничего не видела.

— Быстрее ножками надо перебирать.

— Это сейчас шутка? — с подозрением спросила Калия.

— Шутка, шутка…

Я пересказал, что случилось.

Когда пришли в крепость, нас уже ждали. Встретила охрана и проводила в дальнюю часть замка. Где стоял Такен перед шаром, внутри которого угадывался силуэт того самого ученика, которого я выдернул.

— Молодцы, что пришли, — сказал он и поманил к себе. — Рассказывайте, что сподвигло вас нарушить приказы и вмешаться.

Первой слово взяла Калия. Как-никак, эта история началась с её способности. Эту часть она и поведала. Дальше я рассказал свою.

— Ты почувствовал холод и решил напасть на другого ученика? — уточнил Такен. — Не знаю, хвалить тебя или наказать. С одной стороны, откровенная халатность, импульсивность и необдуманность действий. С другой — победителей не судят.

— Это колдун? — спросил я.

— Он самый, — кивнул Такен.

Что в его шлеме было едва заметно.

— Можете осмотреть его. Он уже несколько раз попытался сдохнуть и сбежать, но сфера его держит. Калия, задействуй свою способность, проверим, сохранился ли эффект.

Эффект сохранился. Стоило девушке «спрятаться», как кусочки черноты полетели к шару и уперлись в его стенку.

Замечу, что во дворе мы стояли не одни. У самого шара никого не было, но в тени здания неподалеку стояла целительница. Да и охрана на стенах собралась.

— Очень интересно, — сказал Такен. — Спартанец, скажи, ты мне доверяешь?

К чему это он?

— В той мере, насколько это разумно, — нашёлся я с ответом.

— Это насколько же? — развеселился Мастер.

— Немного, — признался я.

— Позор… — протянул он. — Тебе, как ученику, и мне, как учителю. Хорошо для меня, что ты инструмент и обязан подчиняться. А инструменты что? Принято хорошо затачивать. Полезай в шар. Он пропустит тебя.

— Чего? — не догнал я. — К колдуну?

— Именно. Убей его. Ты же хотел становиться сильнее, вот и становись.

— Спартанец говорил, что не мог в одиночку справиться с колдуном, — заметила Калия. — Разумно ли его посылать на убой?

Неожиданно эти слова задели меня. Каким-то меня слабаком считают, раз такое говорят.

— Опасно, когда я и госпожа Фиона рядом? Ты, главное, не давай себе голову оторвать, а остальное решаемо, — сказал мне Такен. — Давай побыстрее, а то я сам тебя внутрь закину. Чтобы было удобнее…

Шар раздвинулся в стороны. Не то чтобы сильно, но теперь двое человек там поместятся свободно. Не знаю, слышал нас колдун или нет, но смотрел он недобро. Если так можно обозначить это холодное, абсолютно пустое выражение лица.

— Держи, — протянула Калия мне свой кинжал из священного железа.

— Это не нужно, — вмешался Такен. — Пусть идет со своим оружием.

Нахмурившись, я шагнул к шару, напомнив себе, что это всего лишь очередная задача, которую надо решить.

Здраво рассудив, что в замкнутом пространстве долго драться не получится, да и будь иначе, мне это невыгодно, я прыгнул внутрь, отпуская цепь.

Колдун среагировал почти мгновенно. Отмахнулся рукой, из которой выскочили когти. К чему-то такому я был готов. Цепь замелькала, накинулась на парня и обвила его. Он всё же успел меня ударить. Когти второй руки врезались мне в бок, и колдун, казалось, схватил меня за ребра, сжав. А может, и не показалось. Кости у меня точно затрещали.

Но это стало его ошибкой. Схватив меня, он потерял мобильность, и я вбил ему священное железо в глаз, перед этим обхватив за шею цепью и дернув от себя.

Тут бы ему и сдохнуть, но напоследок колдун решил взорваться холодной тьмой. Удар был настолько концентрированный, что меня откинуло назад, впечатало в стену шара и отправило в нокаут.

* * *

Когда очнулся, первым, кого увидел, был Такен. Сидел он в броне, но без шлема. Находились мы в палате. За окном было светло, и либо я больше суток провалялся, либо несколько часов до утра.

— Очнулся? — спросил Такен, хотя прекрасно видел, что я открыл глаза и смотрю по сторонам. — Молодец, справился с задачей.

— Это было так обязательно? — не удержался я от вопроса.

— Смотря что. Убивать колдуна именно тебе? Нет, конечно. Я его мог прикончить в любой момент и сам.

— Тогда…

— Давай я лучше расскажу ещё немного про твоих родителей, и тогда часть вопросов отпадет сама собой.

Я моргнул, не уверенный, что очередной разговор «по душам» мне сейчас по силам. В голове гудело, а взгляд то и дело плыл.

Благо мне повезло. До того как Такен вывалил очередные шокирующие подробности, дверь открылась, и внутрь вошла госпожа целительница. Бросив на Мастера колючий взгляд, она подошла ко мне, провела рукой, сама себе кивнула и после этого так же молча вышла обратно.

— В переводе это означает, что она сердится на меня, — подмигнул Такен. — И что с тобой всё в порядке. Будь иначе, Фиона бы меня выгнала, — усмехнулся Мастер.

— Чувствую я себя неважно.

— Ещё бы. Тебя ведь чуть не убили, — улыбнулся он во всю ширь.

— Вас это радует? — прищурился я.

— Определенно. Так что, будешь слушать про родителей? Не вижу энтузиазма.

— Слушать готов! — притворно бодро воскликнул я.

— Так лучше. История на самом деле короткая. Как ты знаешь, мы с твоими родителями успели отметиться в череде серьезных конфликтов и заслужить звание легенд. Которое даётся всем, кто сумел добыть легендарные камни и сделать что-то заметное. У каждого из нас на момент той истории было по три освоенных легендарных камня.

— Так много? — удивился я.

Благодаря изучению хроник я знал, что людей, у кого есть хотя бы один легендарный камень, можно по пальцам рук пересчитать. Ну ладно… Не всё так плохо. С сотню человек наберется, наверное. Может, и больше сейчас. Хроники ведь описывали старые события, а не новые.

Людей, собравших три камня, наверняка единицы. Поэтому я и удивился, узнав, что родители входят в их число.

— На тот момент это было да, много. Только история не об этом, а он другом камне. Легендарном. Ты знаешь про правило один к трем, но не знаешь, что, когда наша троица заполучила ещё один легендарный, его не получилось освоить. Он отказывался поглощаться нашими организмами. Феномен нас заинтересовал, мы начали его изучать. То был легендарный камень адаптации. Позволяющий адаптироваться к чему угодно.

— Так… — сказал я, когда Такен замолчал, выразительно поглядывая на меня.

— Собственно, вся история. Камень остался у твоих родителей. Это именно они его нашли. Мы благополучно завершили исследования, и на этом всё. Почти всё. Я бы и не вспомнил об этой истории, если бы один из моих учеников не проявил необычные свойства.

— Вы думаете…

— Ты сам рассказывал, что когда Розу накрыло холодом, вы с ней его разделили, и тогда эффект длился куда дольше. А на днях, когда ты спас Калию, шар внутри тебя пожрал этот холод. Сегодня же, когда колдун обрушил на тебя всю мощь, ты легко пережил атаку, которая уничтожила бы любого другого.

— Легко? — возмутился я.

— Всё познается в сравнении. С помощью купола я мог оценить силу удара. Поверь, это был мощный удар. Никто бы из других учеников не выжил. Разве что Калия, если успела бы применить свою способность.

— Стойте, — до меня медленно доходил смысл сказанного. — Получается, во мне есть какая-то способность, позволяющая адаптироваться… к чему угодно?

— Да. Поэтому ты так легко переносишь нагрузки. Самый выносливый ученик, — спокойно констатировал Такен. — Поэтому у тебя энергии куда больше. Либо это наследственность роль играет, либо твои родители что-то сделали с тобой в детстве.

— Но я не ощущаю, что обладаю силой легендарного камня.

— О нет, — махнул он рукой. — Речь не об этом. Они могли передать тебе часть сил без передачи всей силы камня. Боюсь, ребенка бы полная сила убила. Но то, что ты адаптируешься тем быстрее, чем дальше продвигаешься по пути развития, — теперь подтвержденный факт. Поэтому рекомендую чаще подставляться под удары других способностей. Поможет наработать защиту. Я внесу кое-какие изменения в твоё обучение.

— Кажется, я это уже слышал.

— Не понял, ты недоволен? — свёл брови Такен. — Или думаешь, что существуют какие-то волшебные тренировки? Нет, дружок, только методичный труд.

Встав, он попрощался и вышел.

Наверное, это круто, что я сын настолько выдающихся ныряльщиков, да? Если не считать того, что они меня бросили. Но если выбирать между типичной историей улице, когда родители бросают и при этом являются никем, и моей, то выбор однозначен.

Об этом я и думал, валяясь на кушетке. Собирался было встать и уйти, но затошнило, и решил ещё полежать.

Минут через двадцать ко мне Васька зашла. Не с пустыми руками — держала поднос с едой. Рот сразу слюной наполнился.

— Привет, — сказала она. — Мне разрешили за тобой поухаживать. Оклемался? — спросила она участливо, при этом сохраняя показательно строгий облик, будто её наставница стоит где-то рядом и внимательно бдит.

— Вроде бы. А это мне? — присел я на кушетке.

— Кому же ещё? — удивилась Васька. — Хочешь, покормлю с ложечки?

— Ну… А почему бы и нет?

— Лентяй, — засмеялась она, но смутилась, когда вышло слишком громко.

Бросив настороженный взгляд в сторону двери, Васька подалась вперед и куда тише спросила:

— А что эта за девушка с тобой приходила? Так волновалась за тебя.

— Я был в отключке, откуда мне знать?

— У тебя на курсе всего две девушки, — выставила Васька в мою сторону пальчик. — Не так сложно определить, кто именно беспокоился за тебя. Признавайся, украл ещё одно девичье сердце?

В этот момент, забрав поднос у Васьки и взяв тарелку с кашей, я попытался выиграть время, закинув в рот полную ложку, и чуть не подавился от вопроса.

— Васька, ты чего? — искренне удивился я, чувствуя, как хожу по очень тонкому льду.

— Да не переживай ты так. Пушка мне всё рассказала. Однолюбом тебя назвать сложно. Я не в обиде, — лучезарно улыбнулась она. — Хотя должна признать, что скучаю по летним денькам.

Сказав это, Васька залилась краской и опустила взгляд. Надо же было такому случиться, что именно в этот момент дверь открылась и зашла госпожа Фиона.

— Так-так-так, — сказала она тоном судьи, застукавшего виновных на месте преступления. — И чего это ты так раскраснелась, моя дорогая ученица?

Вскочив и вспыхнув ещё сильнее, Васька пискнула, обогнула целительницу и убежала.

— Смотри мне, — пригрозила целительна. — А то в следующий раз помещу в кому. Целебную. На месяцок, чтобы успокоился.

— А я чего? Хватит на меня наговаривать.

— Угу. Каков учитель, таков и ученик, — фыркнула женщина и вышла из кабинета.

— Кто бы говорил, — буркнул я себе под нос.

Что она, что Такен мастерски своими разговорами меня в ступор вгоняли. Тьфу на них.

* * *

Такен развалился на кровати, раскинув руки, когда в комнату вошла Фиона.

Она остановилась у двери и уставилась на мужчину, пока тот не приподнял голову.

— Ну? — спросила она.

— Что?

— Оно того стоило?

— Ты мне этот вопрос в миллионный раз задаешь, — откинулся Такен обратно.

Дело было поздно вечером, даже скорее ночью, и прославленный мастер, как бы банально это ни звучало, устал.

— Что поделать, я до сих пор не привыкла к твоим методам. Ты чуть не убил мальчишку. Если Мария с Люцией вернутся, так это они не оставят.

— Знаешь, если они вернутся, я тоже им выскажу, почему они бросили сына и скрыли его существование.

— Может потому, что не доверяли тебе? — хмыкнула женщина.

— Не наговаривай, — поморщился Такен. — Наши взгляды на решение проблем разошлись, но я всегда был готов им помочь.

— Закидывая их сына к колдуну в клетку?

— Но ведь сработало же! — возмутился Такен.

— Никогда не привыкну к твоим методам, — покачала Фиона головой, повторив слова.

— Тебе и не надо. У каждого из нас своя работа, — ответил Такен, разглядывая потолок.

— Где наша дочь? — внезапно спросила Фиона.

— Мм? — снова приподнял голову Такен. — Ты же знаешь.

— Я знаю, что она провинилась, разозлила тебя, и ты отправил её учиться, но куда именно, так и не сказал.

— К охотникам.

— К этим мужланам? — настала очередь Фионы возмущаться.

— Именно, — твердо ответил Такен, прекрасно зная, что женщина думает об охотниках. — К этим неотесанным, грубым мужикам, которые ходят между городов и убивают монстров. Как по мне, отличная компания, чтобы из чьей-то головки выбили дурь.

— Когда я её увижу? — голос Фионы похолодел.

— Скоро, — Такен приподнялся на локтях и с интересом глянул на женщину, на что та фыркнула и откинула с плеча волосы назад. — Я пригласил охотников, чтобы обменяться опытом. Её отряд прибудет через пару недель.

— Мог и раньше сказать.

— Хотел сделать сюрприз.

— Да неужели.

Фиона отошла от двери и приблизилась к окну.

— Что с колдуном? Ты узнал, что он хотел?

— Что хотел — не узнал. А если быть точным, то не хотел узнавать то, что узнал.

— С каких пор ты так витиевато говоришь? — обернулась Фиона.

— Ты уверена, что хочешь знать, что он мне сказал? — ответил вопросом на вопрос мужчина.

Такен считал себя хорошим человеком, у которого руки по локоть в крови. Где-то в глубине души он хотел бы прожить жизнь иначе, но та каждый раз ставила в такие ситуации, когда по-другому не получалось. Впрочем, мужчина был достаточно честен сам с собой, чтобы признаваться — иногда он приносил жертвы слишком легко.

Поимку колдуна он посчитал большой удачей. Доставив его в крепость, попытался разговорить. Пытки не помогли. Быстро выяснилось, что колдун не чувствует боли.

— Да, — сказала Фиона, подумав.

— Единственное, что ответил мне колдун, — вздохнул Такен, — мы вас изучаем. И знаешь, это прозвучало чертовски зловеще. Меня пробрало.

— Даже так? — задумалась женщина. — Мы и вас?

— Это прямая цитата, — Такен откинулся обратно и снова уставился на потолок. — Кажется, я нашёл то, что искал. Новую угрозу.

Фиона подошла к кровати и села с краю.

— Ночи теперь холодные, — сказала она тихо.

В отличие от Спартанца, Такен хорошо понимал женские намеки.

Глава 19. Разговор, или Как Спартанец непонятки прояснял

Долго держать меня в палате не стали. Отпустили наутро. Колдуна я поймал, когда стемнело. Потом ещё до крепости добирались. Какое-то время я в отрубе валялся. Так что Васька ко мне в середине ночи с едой заглядывала, получается. Пару часиков поспал ещё, и всё, целительница явилась, проверила меня и отпустила, сказав, чтобы я сутки не нагружал себя.

Получить выходной было… необычно. Во многих смысла. Я тупо не знал, чем себя занять.

Когда вышел из здания, увидел пустой двор. Скоро ученики должны вернуться. И чем мне заниматься? Пойти поесть? А почему бы и нет.

То ли я время неправильно определил, то ли то, когда второй курс двинет обратно, но не успел дойти, как показались наши. Первым ко мне Гатс направился. Увидел, ускорился и обогнул толпу. Сначала его взгляд напряженным был, но, когда я не удержался и смачно зевнул, парень заметно расслабился.

Его так зевки успокаивают? Надо брать на вооружение.

— Всё в порядке? — спросил он.

— Ага, — кивнул я. — Если не считать того, что Такен забросил меня к колдуну в энергетический шар, и я чуть не сдох, то да, всё в порядке. Как и у Калии, — уточнил я, отслеживая реакции Гатса. — Её никуда не забрасывали. Опять мне отдуваться пришлось.

— Хорошо… — сказал он непонятно к чему. — Ты на завтрак? Тогда там и расскажешь.

— Ага, — кивнул я и махнул рукой остальным.

— Халтурщик! — крикнул мне Шупа. — Как спалось в мягкой кроватке, Спар?

— Отлично! — в тон ответил ему. — Ещё и на девушку красивую дали посмотреть!

Сказал я это, перед этим убедившись, что никого из наставников рядом нет. А то мало ли.

Шупа что-то там выругался, но я не расслышал. Никто поболтать не остановился. Лица у всех невыспавшиеся, помятые. Ну да, они-то всю ночь дежурили, пока я отдыхал. Если так подумать, то мне ещё повезло.

К моменту, когда ученики добрались до столовой, я успел разделаться со своей порцией и не спеша цедил компот. От вопросов мне отвертеться не удалось. Да я и не планировал. Умолчал про родителей, свою способность к адаптации и сказал, что чувствую «холод тьмы». Калия пришла с остальными, и по их вопросам я понял, что она успела свою часть истории рассказать.

— Получается, — заметил Тим. — Что вы теперь с Калией главные ищейки колдунов, — указал он в мою сторону ложкой. — Будете вместе работать?

Вроде ничего такого не спросил, ни в его тоне, ни во взгляде я подколки не заметил, но на мне тут же десяток глаз скрестился.

— Не думаю, что что-то изменится, — собрался я и дал ответ. — А что, завидуешь мне? — с прищуром спросил у Тимофея.

Тот покосился в сторону Калии, оценил, что она находится дальше вытянутой руки, и, улыбнувшись во всю ширь, покраснев при этом, выдал:

— А что, Калия, когда нормально улыбнётся, девчонка хоть куда.

— Какой ты смелый стал, Тим, — участливо, с ласковой улыбкой, заметила Джиха.

Которая рядом с Калией сидела, кстати. Как-то я этот момент пропустил, а сейчас понял, что девушки подружились между собой.

— У-у-у… — зашумели парни, увидев, как Тим замешкался, раскраснелся ещё сильнее и уткнулся в тарелку.

Я скосил глаза на Гатса, но тот сидел с невозмутимым лицом. Как обычно.

* * *

Свой выходной я решил потратить в библиотеке. Когда ещё представится возможность целый день провести за книгами. Которые не то чтобы мне нравились, но узнавать детали прошлого, какие личности успели отметиться в новой истории — это было увлекательно.

Особенно когда я наталкивался на детали о своей семьей. В частности, мне удалось узнать, каким городом управляли Вологодские. Правление закончилось в связи со смертью основной части семейства и невозможности удержать город.

Конфликт вышел с северным альянсом, куда входил клан Белого сокола и который на данный момент распался. Их герба в книгах я не нашёл, стопроцентной гарантии, что это те, кто мне нужен, нету. Но на заметочку взял. Гатс тоже с севера. Был соблазн спросить у него, но как-нибудь потом. Сначала нужно было прояснить дела насущные. До тайн прошлого ещё успею добраться.

В этот же день я решил прояснить непонятки. Библиотека у нас просторная, и я выбрал окно, выходящее на тренировочную площадку. Обычно последним, кто уходил с тренировки, был я. Сегодня же эту роль на себя взял Гатс, который махал два часа тяжеленным мечом. Я знал, что он далеко не всегда применяет свою способность облегчать вес. Неудивительно, что он один из сильнейших в плане голой физической силы. По нему когда бьешь, словно камень ударяешь. Настолько крепкие мышцы.

Когда Гатс завершал последнюю отработку, я быстренько положил книги на место, подбежал к окну, открыл его и прыгнул.

Как же мне нравятся эти моменты, когда чувствуешь свободу полёта. А уж то, что можно срезать путь — отдельное удовольствие.

Когда приземлился, Гатс уже поставил меч на стойку. Та находилась под навесом, вместе со всем остальным оружием, которое мы использовали. Утерев пот со лба, Гатс глянул на меня. Занимался он всегда в одних штанах. На тренировках с наставниками — в костюме шиноби. Как и все мы. А на индивидуальных занятиях, какая бы погода ни стояла, снимал ботинки и кофту. Ну да от того, с каким усердием он махал своим дрыном, тело разогревалось так, что захочешь, не замерзнешь.

— Попался! — воскликнул я.

— Мы играли в догонялки? — невозмутимо спросил Гатс.

— У меня сложилось впечатление, что да. Поговорить надо, — добавил я серьезности.

— Ну? — приподнял он бровь, посмотрел на меня и потянулся за кофтой, но надевать её не стал. Обычно он в таком виде прямо до душа шёл.

— Что у тебя с Калией?

Я себе голову сломал, думая, как лучше подступиться к разговору. Очевидно, Гатс не тот человек, который легко будет говорить о своих чувствах. А я не мастак слова сплетать, чтобы обойти острые углы. Но, как ни думал, ничего лучше прямого вопроса не изобрел.

— А что с ней? — нахмурился он.

— Она тебе нравится?

— Почему спрашиваешь? — наклонил он голову чуть в бок.

— Потому что мутный ты, сам ничего не говоришь, — пожал я плечами. — Когда она пропала, ты сильнее всех волновался. Был готов размазать Тича. Я тебя таким никогда не видел. Наша холодная леди запала тебе в душу?

— Повторю вопрос, почему спрашиваешь?

— Может, потому что ты мой друг?

— Поэтому ты как банный лист? — поморщился он и вздохнул. — Спар, если тебе самому нравится Калия, ничего не имею против. Или тебе в принципе нужно моё разрешение, одобрение, или ради чего ты затеял этот разговор? — бросил он пренебрежительно и собрался пройти мимо меня, но я перехватил его за руку.

— Я не говорил, что Калия нравится мне как девушка. И сюда пришёл не делить её.

— Тогда чего тебе надо?

Когда взгляд Гатса тяжелеет, это внушает. Может, зря я этот разговор затеял?

— Мне кажется, ты ведешь себя как придурок.

— Так не лезь ко мне, — скинул он мою руку.

— Эй, — возмутился я и схватил его за плечо, когда он отвернулся.

По уму, так делать не надо было. Но это по уму. Который у меня в тот момент отшибло.

Гатс среагировал жестко. Поддался, развернулся и ударил меня ладонью в грудь. С применением круга. Ударил не в полную силу, но и этого хватило, чтобы меня отбросило. Рухнув, я кувыркнулся назад и снова оказался на ногах.

— Чертов слабак, — сплюнул я.

— Это я слабак? — в глазах парня появились отблески безумия. — Тебе повезло, что меч не в руках.

— А руками ничего сделать не можешь?

— Сам напросился, — хрустнул он шеей.

Гатс подскочил, ударил, я заблокировал его руку, пнул ногой в бедро, он её перехватил, закружил меня и швырнул. Когда я приземлился, он уже был рядом и собирался пнуть меня. Видимо, рассчитывал, что я уберу гравитацию и отправлюсь в полёт. Но от его удара меня лишь подбросило вверх и позволило снова оказаться на ногах. Теперь уже нападал я.

Мы сшиблись, пошёл обмен ударами. Хотел бы я сказать, что это был красивый бой, но нет. Самое что ни на есть мясо.

Пусть все демоны мне будут свидетелями, я всего лишь хотел поговорить, прояснить ситуацию, чтобы мой друг не накручивал себя и не отдалялся. Но этот высокомерный баран уже надумал себе черт знает что. В тот момент меня взбесило всё. Его упертость, высокомерный взгляд, самоуверенность. Он смотрел на меня свысока. Ну как же. Он ведь обогнал меня в учебе. В тот момент уступить для меня означало расписаться в том, что я лузер.

На эмоциях вперед вышла та часть меня, за которую я прозвище и получил. Напрочь отбитый парень, любящий подраться.

Я видел оскал Гатса, его перекошенное лицо, бешеный взгляд. И это только распаляло меня. Каждый его удар отдавался болью в теле. Я упивался этой болью и стремился ужалить в ответ.

При всем этом я видел по тому, как он бьет, — Гатс щадит меня. Не вкладывает полную силу. Это стало последней каплей. Что-то внутри меня переключилось, и я ускорился. Перестал чувствовать боль. Сосредоточился.

Кулак Гатса летел мне в голову. Он собирался вырубить меня или отправить в полёт. И это всё ещё не было дракой всерьез. Удар совпал с моим ускорением. Чужой кулак скользнул по моей скуле, сдирая кожу. Я поднырнул и пробил в живот. Гатса откинуло назад, метра на два от меня. Стойку он удержал, приземлился на ноги, но не тут-то было.

На этом ударе я не остановился. О чем речь, если этот упрямый баран продолжает стоять на ногах. Следующие несколько ударов Гатс слил, потеряв темп. Я пробил его в ногу, пару раз в корпус, один раз достал челюсть. Подтверждая своё упрямство, он не собирался сдаваться. Ещё и собраться смог. Теперь, помимо высокомерного торжества, я увидел в его глазах серьезность.

Увидел и сразу же ощутил. Он задействовал круг на полную. Не как на тренировках, для разовых ударов, а наполнил энергией всё тело. Сразу стал быстрее, резче, легко увернулся от моих атак и теперь уже я отлетел.

Если кто-то думал, что мы на этом остановимся, то нет.

Это было только начало.

* * *

Такен выглянул в окно и увидел, как дерутся двое его учеников. Не в шутку, не как на тренировках, а всерьез.

Выглянул мужчина не случайно. Один из редких камней подарил ему чувство интуиции, позволяющей ощущать, когда вокруг что-то происходит. Опасность ли намечается или просто что-то интересное.

— Вас словно судьба свела, — покачал он головой, наблюдая.

На горизонте показался Стропо. Ну как показался. Выглянул из-за угла и притормозил. Наверняка обдумывал, как будет наказывать двух боевых петухов, которых наконец-то прорвало.

О намечающемся конфликте Такен знал. Даже о том, что в этот раз причиной послужила девушка. Это, помимо того, что дерущиеся — просто два барана. Мастер бы посмеялся, узнай, что Спартанец про себя назвал Гатса точно так же, не подозревая, что и сам относится к баранам.

Такен поймал взгляд Стропо и покачал головой. Пусть сами разбираются. Рано или поздно их конфликт приобретёт куда более серьезную форму, а сейчас… Обоим не помешает выплеснуть эмоции и проверить себя в настоящей драке.

Тем более… Такен присмотрелся и отметил, что Спартанец самую малость вышел за свой предел. Этого хватило, чтобы Гатс начал драться серьезно.

— Хороши, — покивал Такен. — Не хватает изящества, но оно сейчас и не нужно.

То, что он говорит сам с собой, его ничуть не смущало. Момент-то подходящий. Навевает множество воспоминаний о том, как он со своими друзьями вот так вот дрался, решая накопленные вопросы.

В какой-то момент показалось, что бой вот-вот закончится. Слишком уж жестко они начали друг друга бить. Но оба оказались воистину упертыми, не желая уступать. Про себя Такен думал о том, что с организмом Спартанца, определенно, что-то не так. Что же сделали такого родители? Мастер и сам применял их общие наработки на учениках, опаивая на первом курсе специальным составом, повышающим возможности тела. Что и позволяло всем переносить настолько тяжелые тренировки. Но Спартанец в этом деле обскакал всех, что и демонстрировал сейчас.

За прошедшие месяцы он сильно отстал от Гатса, а сейчас ничего, дрался как минимум на равных.

Бой закончился в чем-то красиво. Окровавленные, обессиленные, никто из них не уступил друг другу. Такен бросил взгляд на часы и отметил, что дрались они чуть меньше пяти минут. Достаточно долго для такого темпа, чтобы измотало обоих.

— Настало время и поговорить, — сказал Такен, наблюдая за парнями.

* * *

Гатс выпил мою злость до дна. А я — его.

Если бы силы не закончились, то, может, и продолжили бы. Но в какой-то момент я обнаружил, что Гатс стоит в паре метров от меня, пошатываясь.

То, что бой закончился, я понял, когда попытался шагнул вперед и не смог. Понял, что либо не шевелюсь, либо при попытке сдвинуться тупо упаду вниз лицом. Что будет означать поражение в нашем споре.

Кстати, о чем мы спорили-то? Мысли в голове, по которой не помню сколько раз прилетало, ворочались с трудом. Ах да, Калия… Опять из-за девчонок проблемы.

Пошатываясь и сверля друг друга взглядом, мы так с минуту простояли, а может, и больше. Говорю же, соображал я с трудом. Как сил подсобрал, вспомнил, что у меня есть полезная способность и облегчил гравитацию. Зря… Что-то внутри жалобно запищало, возмущаясь, что я обращаюсь к силам.

Ничего, потерпит.

Доковыляв до Гатса, я хотел по-дружески положить ему руку на плечо… Ну, чтобы сказать что-то проникновенное. Но не вышло. Руку-то я закинул, и в этот момент силы нас покинули, и мы завалились на землю.

— Хорошо-то как… — выдал я сакральное через пару минут созерцания неба.

Причем смотрел я через две щелочки — синяки под глазами уже заплывали и, судя по ощущениям, скоро вообще видеть не смогу.

Рядом раздался многозначительный хмык. Я счёл это добрым знаком.

— Не будь ты… — проговорил я медленно, прощупывая языком зубы. Справа нашёл пробоину. Черт… Сколько берег, и вот те на, потерял парочку всё же. Буду теперь с дырками ходить, — упертым бараном, — разобравшись с зубами, я вспомнил, что хотел сказать, — услышал бы, что я не претендую на Калию. Она норм девчонка, но и… — в голове зашумело, и я потерял мысль. Пришлось с другой продолжать: — Короче, если она тебе нравится, не надо на меня волком смотреть.

— А ты не думал, что у неё есть на этот счёт своё мнение? — едва слышно спросил Гатс.

— Ты ещё скажи, что она в меня влюблена, — нашёл я в себе силы на сарказм.

Тут до меня дошло, как этот разговор может выглядеть для Гатса. Если она и правда ему нравится… Если он убежден, что я нравлюсь ей… То мой приход — это как подачка. Мол, мне девка не нужна, забирай себе.

— Не… — протянул я, наклонив голову и покосившись на Гатса, — ты реально так думаешь?

— Отвали, а, — бросил он беззлобно.

Я решил считать это признанием в смущении.

— Понятия не имею, что там у Калии на уме. Я к ней никогда не подкатывал, чтоб ты знал.

— Ага, случайно, выходит, — фыркнул Гатс.

Или забулькал, я плохо расслышал.

— В смысле? — возмутился я. — Когда это я к ней подкатывал?

От резкости слов губы заболели особенно сильно.

— Постоянно? — спросил он.

— Чего? — опешил я, наплевав на боль. — Гатс, я, кажется, тебя по голове слишком сильно ударил. Когда ты это придумать успел?

— Это всем очевидно.

— Кроме меня, — настала моя очередь фыркать, но из-за разбитых губ и крови вышел булькающий звук. — Надеюсь, ты меня услышишь. Я в настолько тупых ситуациях ещё не бывал. Не крутые шиноби мы, а какие-то малолетки с недотрахом, — в сердцах выдал я. — Но что-то я упустил главное.

— О чем ты? — вяло спросил Гатс.

Кажется, он тоже едва держался, чтобы не отключиться.

— Ты не смог меня победить, — сказал я. — А значит, если поднажму, скоро уделаю тебя.

— Мечтай, — разозлился он.

— А вот возьму и помечтаю. И поднажму. Ты тоже поднажми. Только не на тренировки. Цветы Калии подари, что ли.

— Я тебя ночью придушу, — пообещал он.

— Кто же тебя доставать будет?

Небо что-то загородило и, с трудом сфокусировав взгляд, я разглядел наставника Стропо.

— Наболтались, голубки? — спросил он ласково. — Какая хорошая тренировка у вас вышла. А после тренировки что? Правильно. После тренировки к целителю нельзя ходить. Поэтому полежите здесь, подумайте над своим поведением. Ещё лучше пару дней отдохните. Вы же устали, да? — его улыбка становилась всё шире и шире. Хотя я не был уверен, что мне это не чудится. — Пусть другие вас обгоняют, пока раны зализываете. Но что это я. Разве можно позволить ученикам отдыхать? — Стропо сделал вид, что задумался. — Пусть отдых будет с пользой! Как вам идея вычистить нужники? Как раз там поднакопилось…

Он ещё говорил и говорил, но звук исчез, и я наконец-то отключился.

* * *

Очнулся я там же, где и дрались. Гатс рядом сидел. Быстрее меня оклемался. Я было подумал, что это очко в его пользу, но потом вспомнил, что у меня, вообще-то, выходной, нагрузки были запрещены и… И на этой мысли я застонал, потому что нагрузка вышла такой, какой я давно не испытывал.

Целительница мне точно голову оторвет.

— Стропо ушёл? — спросил я Гатса, чувствуя, как болит всё лицо.

— Угум, — промычал он.

Я рассмотрел его и улыбнулся. Точнее, попытался улыбнуться. Корка на губах треснула, отозвавшись болью.

— Будем драить нужники три дня, — сказал Гатс медленно. — Встать сможешь?

— Наверное.

— Тогда идем. Сегодня у нас отдых.

Да неужели.

Наверх, до своей комнаты и душа, мы кое-как доковыляли. Признаю, Гатс выглядел посвежее, чем я. Меня же то и дело мутило. Отмывался я через силу и только после этого смог оценить масштабы трагедии. Добрую половину тела покрывали синяки.

— У тебя больше, — сказал Гатс.

У нас в душевой даже зеркало имелось. Чтобы бриться удобно было. Чем мы занимались каждую неделю. Не у всех растительность на лице росла, но у некоторых так и лезла. У того же Гатса за неделю черная щетина проступала. У меня, как и на голове, щетина лезла белая, что делало из меня пугало. То ли молодой, то ли старик.

Ну да не суть. По пути в душ нас встретили другие парни. Они как раз собирались идти на следующее занятие. Вопросы дружно проигнорировали. Уверен, вечером нас допросят, но то будет вечером. Сейчас же мы оба завалились отдыхать.

— Гатс, а у тебя были девушки? — спросил я, смотря в потолок.

— Нет, — дал он на удивление честный ответ. — В этом вопросе ты меня обскакал.

— Это мне летом повезло. А так меня девушки ставят в ступор постоянно, если честно. Что с Калией думаешь делать?

В тот момент мне казалось, что раз уж какой-никакой диалог наладился, надо развивать тему.

— А у меня есть варианты? — с нотками сарказма пробормотал-промычал он. Губы я ему в хлам разбил. Как и он мне.

— Не знаю. Слова Мастера про запрет на отношения звучал убедительно.

— О чем и речь. На самом деле Калия не только мне нравится. Как и на Джиху заглядываются. Гон не зря волнуется.

— Чего? — я хотел было приподнять голову, но быстро передумал. — Погоди, вы это обсуждали без меня?

— Да как-то так вышло, — смутился Гатс. — Ты всё время тратишь на тренировки и ходишь слишком серьезный. К тому же у тебя единственного в крепости две девчонки есть. Парни завидуют.

— Если завидуют, то ладно, успокоил.

Смешно получается. Я-то думал, это Гатс нелюдимый. А получается — я тоже. Есть над чем подумать.

На этом наша болтовня как-то сама собой закончилась. Я быстро задремал, а проснулся под самый вечер, когда парни с ужина завалились. На их вопросы, что я, что Гатс ответили в грубой форме. Что никого не успокоило, и парни начали строить догадки.

— Только не говорите, — с искренним испугом выдал Шума. — Что вы того… это… жесткий этот… между собой… Спарринг устроили, — договорил он и мерзко захихикал.

На это я отвернулся к стенке и снова отключился, пообещав себе, как восстановлюсь, побить Шупу. Проснулся за пару часов до рассвета, чувствуя себя… Ну так, жить можно. В чем-то хуже, в чем-то лучше, чем вчера. Если бы дали ещё денек отлежаться, уверен, завтра бы вернулся в норму.

Но Стропо не шутил про нужники. О чем рано утром напомнил нам.

Наказание мы «вычерпали до дна».

Пожалуй, умолчу про запахи, про боль в теле, про стертые ладони и мозоли, которые заработали, черпая и таская ведра. Про шуточки остальных над нами тоже промолчу. Злые они.

На самом деле обиднее было другое. Три дня — это три дня. Мы не смогли заработать очков, и, когда освободились как раз к забегу, оба остались в аутсайдерах. Ладно я, это был уже второй турнирный забег, который я сливаю. Гатс же первый выиграл, между прочим. А теперь вот слил, что не добавило ему настроения.

Всё же у нас не милые создания учатся, а очень даже хищные. Воспользовавшись слабостью прошлого лидера, другие парни буквально раскатали Гатса. Мне куда меньше досталось. Что тоже было обидно. Не уважают, значит. Но ничего, я обязательно наверстаю.

Глава 20. Обещанные изменения, или Как Спартанец комки обнаружил

После драки с Гатсом никакого существенного прорыва я не сделал. Через три дня наказания нас осмотрела целительница и только головой покачала.

Прояснить ситуацию она не сочла нужным. Да я и не особо стремился узнать её мнение. Сам видел, что к третьему дню травмы куда-то запропастились, и я почувствовал, как меня переполняют силы. Жаль, что это было чисто психологическим проявлением. В первый же день, когда вернулись к тренировкам, я до обидного легко слил половину схваток. Как и Гатс, кстати. На лекциях у Профа тоже не блистали. Нам с Гатсом доступ в библиотеку закрыли, поэтому там мы тоже отстали.

В общем, возвращение в строй прошло со скрипом двух заржавевших тел.

Не только по этой причине. Кое-какие изменения в мои тренировки внесли. В тот раз, когда меня к колдуну в шар засунули, Такен заметил одну из недоработок. О чем и сообщил мне Стропо на общей тренировке.

Как обычно, он начал с распределения учеников между собой.

Далеко не всегда я мог понять его логику. Иногда ученики чередовались, чтобы не привыкать друг к другу. Иногда наоборот, кто-то мог между собой драться пару дней подряд, отрабатывая одну и ту же задачу.

— Гатс и Верс, отрабатывайте силы, — раздавал указания Стропо.

С Гатсом понятно, он будет бить ветром, ну и мечом махать. Верс же будет отрабатывать свой телекинез, перехватывая меч или одежду Гатса. С момента нашей первой демонстрации новых сил прошло достаточно времени, чтобы у всей группы способности окрепли и превратились во что-то опасное. Верс, бывало, выхватывал меч у Гатса. А это что-то да значит.

— Гон и Артур, как обычно, — продолжал Стропо.

Гону досталась способность укреплять локально участки тела. Как выяснилось, они при этом ещё и тяжелели. Удар его «стальным» кулаком был воистину страшен. Будь парень побыстрее, стал бы реально опасным противником, а так ему банально не хватало скорости.

Артур, он же Тридцать Шестой, из семьи ныряльщиков, любитель шестов, с которым я когда-то конфликтовал, а сейчас ничего, нормально общаемся. У него способность чем-то похожа на мою. Он управлял своим оружием. И я вам так скажу. Когда Артур закручивал свой шест, а потом метал его, и тот, вращаясь, летел, куда надо, после чего возвращался к парню — это выглядело крайне опасно. К тому же парень умел укреплять своё оружие, поэтому деревянная «палка», когда ему было нужно, не уступала по крепости металлу. Он как-то раз удар Гатса остановил. Слабоватый удар, но всё же.

— Калия и Тимур.

Тимур, Тридцать седьмой, тот парень, который когда-то первым в беге победил. Уличный мальчишка, который смог тогда всех удивить. Ему досталась в чем-то крайне полезная способность, но бессмысленная в плане боевой мощи. Редкий камень интуиции. Так что в их случае с Калией выйдет бой двух ловкачей. В смысле одна ловкая, а другой хорошо чувствует, куда его бить собираются.

Стропо и по остальным прошёлся. Дошла очередь и до меня.

— Тич и Шупа против Спартанца.

— А чего двое на одного? — возмутился я.

В этом году Стропо жестил не так сильно, поэтому, быстро это прочухав, мы стали позволять себе куда больше. Главное не лениться, а говорить можно почти что угодно.

— А это, чтобы ты тупить перестал. Мастер Такен выказал неудовольствие, что ты, когда цепью орудуешь, замираешь, как баран.

— Кхм…

— Тич, разрешаю бить его разрядом в полную силу, — добавил Стропо. — Но твоя задача всё же отбивать удары цепью. Вручную Спартанца пинать будет Шупа. Иллюзии можешь использовать.

— А если Спар сосредоточится на одном противнике? — уточнил Тич.

Имел он в виду, конечно же, Шупу. Если задача Тича отбиваться, то и нападать мне на него нет смысла.

— Тогда разрешаю пинать его. Две секунды бездействия — и можешь напомнить о себе.

Я переглянулся с парнями. Стропо, пояснив задачу, перешёл к другим ученикам, давая и им уточнения.

— Нравится мне это задание, — сказал Шупа.

— Это хорошо для Спартанца, а не для нас, — качнул головой Тич.

Каким бы показушником он ни был, но стоит отдать должное, Тич всегда упорно занимался, с полной самоотдачей. Сейчас он тоже оценил, что это в первую очередь тренировка для меня, а не для них.

— Как будто это долго продлится, — фыркнул Шупа. — А так, хотя бы удовольствие получить успеем.

— С каких пор ты стал таким жестоким? — посмотрел я на него.

— Наверное, после той сотни раз, когда ты обещал меня побить. Правда, с исполнением обещаний у тебя туговато…

Замечу, что обмен колкостями — такая же норма, как и удары по лицу каждый день. Меня это давно не задевало. Быстро уяснил, что эмоции чаще мешают, чем помогают. Лучше делом ответить, чем распаляться. Можно и словом ответить… Надо же тренироваться в колкостях. Иногда это помогает вывести противника из себя.

Также замечу то, что Тич освоил удары током куда лучше. Он теперь это делал не только оружием, но и через любой металл. Иначе бы совсем плохо было, если бы напрямую бить мог. Впрочем, разница небольшая, потому что он специально вставил в костюм металлические плашки. Незаметные, скрытые, но их хорошо чувствуешь, когда касаешься.

Удар тока чувствуешь, в смысле.

Только у этого была и обратная сторона. Сила умения Тича росла, но и ученики постепенно адаптировались к ней. В чем у меня было большое преимущество. Я на это не обращал внимания, но после рассказала Такена про адаптацию заметил. Я и правда лучше адаптировался… к чему угодно. В том числе к ударам тока.

Работало это не только как пассивная способность. Если расслабить мышцы и разум, то особого ущерба ток не наносил. Если же напряженным поймать, то неприятно будет. Также играло роль то, насколько долго касание длится. Пару секунд я легко держал, третью и четвертую уже не очень. На пятой совсем хреново становилось.

К способности Шупы адаптироваться, к сожалению, не получилось. Его безобидные на вид иллюзии со временем обрели материальность. Они легко разрушались, но его излюбленный прием — иллюзия, брошенная в голову или глаз. Поверьте, это сбивает концентрацию, как не готовься. Тем более он всегда подгадывал самый удобный момент.

— Начинай, Спар, — приглашающе махнул Тич левой рукой, а правой крутанул саблю.

Я и начал. Выбросил цепь и выставил блок, принимая удар Шупы. Тот решил оторваться по полной и щадить меня не собирался. За что я был ему благодарен. Хватало ума вспомнить все бои и то, что я замирал, концентрируясь на чем-то одном. Либо движение, либо работа способностью. У меня хватало и совмещенных наработок, когда я двигался и атаковал цепью, но эти навыки относились к обычному бою, без способности. Она же требовала повышенной концентрации, вот я и замирал, превращаясь в идеальную мишень.

Следующие полчаса я отхватывал. То от Тича разряд получу или и вовсе обидный пинок под зад, то от Шупы. Ну не получалось у меня так сходу делать два дела одновременно. Особенно против двух противников, которые хорошо меня знали.

Это бесило.

И что-то уже второй раз я наблюдаю, что раздражение и унижения выступают для меня отличным мотиватором к развитию. Удары разрядами меня настолько достали, что я интуитивно начал их направлять в шар энергии внизу живота. Несколько попыток — и, как ни странно, это сработало. Настолько, что недоуменное лицо Тича стало мне наградой. Всё же я от его атак вздрагивал, чем пользовался Шупа, выписывая мне очередную оплеуху.

В некотором роде жаль, что эта часть тренировки быстро закончилась. Стропо назначил новые роли. Теперь я вместе с Джихой, которая научилась создавать несколько, пусть и мелких, золотых снарядов и управлять ими, атаковал Тича, задача которого была отбиваться.

Наглядная демонстрация, что не только моё развитие узкоспециализированно, но и у других тех же проблемы — Тич мог пустить разряд по цепи, а вот Джиху так достать не мог. Да и дальнобойных атак у него не было. Как и разрушительных. Против крупных тварей ему нечего выставить. Разве что разряды, но неизвестно, как они на конкретных монстрах сработают. Не говоря уж про демонов.

Такие проблемы почти у всех были. Но меня оно не сильно утешало. Какая разница, что все ученики слабы, если тебя сожрет демон?

* * *

В этот день утро началось как обычно, с пробежки. С общей. Вместе с первым курсом бежали наперегонки. У них, как и у нас, за победы давали очки, которые можно было обменять на преференции. Типа похода в нормальный душ. Хо-хо-хо. Как вспомню, так вздрогну. За победу в любой дисциплине над нами им дополнительные баллы начислялись. Это уже месяц как в практику ввели. Один раз нас смогли обогнать. Ох и лютовал потом Стропо.

Так вот… Пробежались мы, размялись на природе под пробирающим, ледяным ветром, обратно в крепость вернулись, уже на завтрак и тренировку со способностями. Потом душ, лекция у Профа и… Снова пробежка. Что стало неожиданностью для всех. Стропо бежал вместе с нами. Наставники вообще всегда бегали. Что достойно уважения, конечно же, но речь не об этом. На этот раз целью был не бег, а посещение одного места. Мы его раньше видели. Обычная, в общем-то, скала, метров на пятьдесят в высоту.

— Это ваше новое задание, — сказал Стропо, указывая на вершину. — Нужно забраться туда всем отрядом. Есть все шансы, что летом вы отправитесь в колодец. Если Мастер не передумает, но на это рассчитывать не стоит. Поэтому вам нужно поднажать, чтобы быть готовым ко всем опасностям. Да и в принципе быть готовыми… — оглядел он нас. — Те, кто не видел Колодец, задумывались, что там вас ждёт? Сейчас я говорю про конкретное препятствие, которое понятно по самому названию. Колодец — это бесконечное количество вертикальных стен. Не всё так плохо. Там полно мест, где можно ходить на своих двоих. Но также полно участков, где придётся забираться наверх или спускаться вниз. Теперь понятно, почему я вас сюда привёл? Наверх вы должны забраться до конца лета. Спартанец, Кузнечик, Гатс, Калия, Джиха и Димон — вам в этом вопросе повезло больше, чем другим. Ваши способности упрощают этот вопрос…

Со мной понятно, я могу прыгать, куда захочу и спускаться так же. Гатс тоже. Калия умеет гасить импульсы, поэтому для неё как прыгнуть с высоты, так и запрыгнуть обратно не проблема. Это не так удобно, как в моем случае, но девушка не раз демонстрировала, что способна скакать по любым препятствиям. Джиха — тут я не сразу понял, но потом дошло. Её способность позволяла создать подножку. Небольшое, но подспорье.

Кузнечик… Двадцать девятый, тот парень, чьего брата убил Гатс и с которым они упорно друг друга не замечали. Может, Кузнечик и хотел бы как-то отомстить, но Гатс — это Гатс. Машина для убийства. Про имя, которое выбрал парень, молчу. Захотелось ему Кузнечиком назваться, его право. Сам выбрал, между прочим. Способность у него позволяет бегать по любым поверхностям. Хоть вертикальным, хоть наклонным. У него ноги как магниты. Работает не так, как у меня. Гравитация на него действует, при движении задействуется всё тело. То есть вертикально бегать ему довольно трудно. Я наблюдал его мучения, когда наставники давали задание забраться на крышу здания. Парню требуется шагать определенным образом, чтобы не свалиться. Скорее даже скользить по стене, чем идти или тем более бежать.

С Димоном, который так и назвался, не Дмитрий, а именно Димон, дела обстоят куда интереснее. Его способность позволяла копировать чужие.

Звучит воистину круто, если бы не ряд ограничений. Парень обычный, с улиц, силу камня раскрыл не так, как некоторые из нас. Без договоров и дополнительных тренировок. Такие люди, кстати, вычислялись по этим самым тренировкам на раз. Его способность копировала только силы редких камней. Того же Такена он скопировать не мог. Как сам признался, пробовал, не получилось. Копировались они не в полной мере и на короткое время, минут на пять. Но грех жаловаться. Камень он освоил наполовину, и уже на целых пять минут мог получить пусть и урезанную, но всё же любую способность редкого камня.

К примеру, копируя мою первую способность, он начинал высоко прыгать. Не полёт, как в моем случае, а длинные прыжки, но и это приятно.

— Но это не значит, что вам их разрешат применять на экзамене, — закончил мысль Стропо. — Будете тренироваться, как и все. Заодно тела укрепите. Особенно пальцы.

— Сегодня начнем? — озвучил общие сомнения Тич.

Я смотрел на скалу и не понимал, как на неё лезть. От слова совсем. Полный ступор.

— Нет. Убьетесь, — покачал головой Стропо. — Идите за мной. Покажу участок для маленьких. Следующий месяц там проведете. Будете нарабатывать мышцы и навыки.

Участок для маленьких выглядел обнадеживающе. Я привык к разным высотам, прыгнуть с крыши пятого этажа для меня так же нормально, как и спуститься по ступенькам.

Что и сыграло со мною злую шутку. Показанный участок был высотой метров восемь-десять от силы. Ничего страшного на первый взгляд. Это пока я не попытался залезть. Напомню, что зима вступила в свои права. Мало того что ветер холодный, так ещё и камень ледяной и скользкий. Пальцы отморозил моментально.

— Если научитесь в этих условиях, в Колодце будет куда проще, — сказал нам Стропо. — Приступайте. Сначала сами, потом дам советы. Не бойтесь. Кто навернётся с высоты, я поймаю.

Это он про самый верх, что ли? А если с середины маршрута упасть, не поймает? По себе знаю, что упасть на холодную землю и с пары метров крайне неприятно.

— Кто первым заберется наверх, получит очко, — подбодрил нас Стропо.

Что поделать, пришлось лезть.

Калия первой среагировала. Оттолкнулась от земли и в один миг наверху оказалась. Зависла там на пару секунд да вниз прыгнула.

Стропо встретил её очень выразительным и недобрым взглядом.

— Обойдешься, — сказал он. — Кто первым залезет без способностей.

Калия пожала плечами и сохранила равнодушный вид. Ушлая какая.

* * *

Штурм вершин стал не единственной новинкой этой зимы. На следующий день, после пробежки, когда свернули в сторону котлована, где занимались с Такеном, по прибытии увидели кое-что новое.

Прямо в камне кто-то заботливый выдолбил место под навес и загрузил туда несколько десятков бревен. Каждое длиной в пару метров. Ещё два десятка бревен были вбиты в камень.

Такен нас уже дожидался, когда подошли.

— Урок начнем с повторения, — сказал он. — Рассаживайтесь, начинайте, как обычно, я к вам подойду.

У нас почти все тренировки начинались с медитации по укреплению точки-шара-круга. Кто до чего добрался. Я послушно сел, поджав ноги. Сейчас на мне утепленный костюм шиноби и сапоги. На них вполне комфортно сидеть. Учитывая условия. Могло бы быть и хуже.

Постепенно Такен прошёлся по всем ученикам. По традиции добравшись до меня в конце.

— Рассказывай, — сказал он мягко.

Я и рассказал. Не прямо в открытую, с искажениями, но уверен, Такен понял, о чем речь. К примеру, я говорил, что вчера пробовал поглощать молнии и это получилось. Про адаптацию не упомянул, то наставник наверняка списал именно на это моё качество.

— Так… — протянул он после рассказа. — Вставай. Проверим на деле.

Площадка, где мы занимались, позволяла свободно разместиться всем ученикам, чтобы не мешать друг другу. При этом ещё оставалось место под навес, вбитые в землю столбы и место, где провести отдельные спарринги.

— Пробуй меня ударить, черпая силы из шара, — сказал Такен.

Шар я честно до сих пор пытался ужать. Это в то время, когда треть курса уже круг начала формировать.

— Не получается.

— Тогда придумай способ, чтобы получилось. Забудь про мои наставления. Возможно, у тебя свой путь.

— Например? — со скепсисом представил.

— Включай фантазию. Шар растекается, пульсирует, перемещается, пускает волну — давай сам подумай. Как ты молнию поглотил?

— Представил, что она проходит через моё тело и поглощается шаром.

— Из этого вывод, что твой шар готов переварить что угодно. Что делает его лишь сильнее. Опасный путь, потому что так ты круг не сформируешь. Поэтому ищи новый подход. Давай побыстрее, — поторопил он меня.

Как будто это так легко.

— Ладно, помогу один раз, — сказал Такен. — Но только один раз! Толкай силы из шара обратно в тело что есть мочи!

Он положил руку мне на живот, что было несколько странно, но эта мысль как мелькнула, так и исчезла. Надо было пользоваться возможностью.

— Представь, как шар усиливает твоё тело… — голос Такена изменился, доносился словно издалека.

Вслед за голосом, вместо того чтобы что-то там представлять, я провалился вниманием внутрь шара, оказавшись в пространстве, собранном из энергий. Здесь и молнии гуляли, которые больно меня ужалили, когда я их по неосторожности коснулся.

Некоторое время мне потребовалось, чтобы научиться ориентироваться в этом «ощущении-пространстве». Какая-то часть меня осознавала, что я по-прежнему стою на холодной земле, напротив наставник, трогающий меня за низ живота. Другая же часть буквально находилась внутри шара энергии.

И я видел, насколько он несовершенен. В нем хватало полостей и сгустков энергии. Это как комочки в каше. Мерзкая хрень, с которой лучше не сталкиваться.

Эти комки мне настолько не понравились, что я попробовал их размазать. Получилось. Я бы сказал, к удивлению, но в тот момент я не удивлялся. Вообще не думал. Действовал интуитивно и попытался навести порядок в шаре. А то что это за дела, у всех нормальные круги получаются, а у меня перекособоченная ерунда какая-то.

У меня получилось штук пять комков распрямить, когда меня выкинуло из шара обратно в реальный мир. Проморгавшись, увидел, что Такена передо мной нет, хотя секунду назад был. Оглядевшись, заметил, что ученики встают и разминаются. Обычно так все делают, после того как медитативная часть закончилась.

— Спартанец! — позвал меня Такен. — Очнулся наконец-то.

— Очнулся? А сколько времени прошло?

— Около сорока минут, — обрадовал Мастер. — Это не совсем то, чего я ожидал. Что с тобой произошло?

Я поделился теми ощущениями, которые испытал. Под внимательным взглядом остальных учеников.

— Отлично! Можешь, когда хочешь! Попробуй навести порядок в шаре и продолжай его сжимать. Глядишь, и до круга доберешься.

— Остальные с таким не сталкивались.

— Учитывая, что это искусство люди впервые изучают массового… Если про вашу группу так можно сказать, но опустим условности… То нет ничего удивительного в том, что мы сталкиваемся с чем-то новеньким. Потом обсудим с тобой успехи. Идемте, покажу кое-что.

Такен отошёл от меня и направился к столбам. Ученики расступилась перед ним настолько синхронно, что в некотором роде это смотрелось красиво.

— Наверняка вы успели подумать, зачем здесь столбы. Отвечаю — это теперь ваша новая практика.

Такен прошёлся до навеса, взял оттуда меч — оказалось, там и оружие лежало под тентом, вернулся к бревнам и…

Выглядело это как небрежный удар мечом, почти без замаха. Так от мухи отмахиваются, не веря, что попадут.

Тем не менее бревно разлетелось в мелкие щепки.

— Я задействовал силу первого кольца, пропустил её через оружие и направил через кончик лезвия. Самые внимательные могли заметить, что я едва черкнул по бревну. Также зрелищно вы нескоро сможете повторить, но усиливать удары оружием, надеюсь, до лета научитесь. Принцип тот же самый, что и с усилением обычных ударов, но в десяток раз сложнее, потому что энергию надо выпустить вовне.

Хм.

Хм…

Хм!

Это что получается. Если я научусь так же, то смогу стегать цепью и взрывать противников?

— Мастер Такен! — подал я голос. — А демона убить таким ударом получится?

— Смотря какого, — ответил он. — Если слабого, с материальным телом, то да. Как минимум сильно ранить. Начиная со второго круга, при использовании святых знаков… Это я сейчас немного вперед забежал, но да, бывают и такие. С их помощью можно делать удары особенными.

Такен отставил меч, и тот засветился белым светом.

— Единственный, кто из вас так умеет, пусть и в урезанной форме, — Гатс. Я же вас в следующем году собираюсь обучить полной форме этого искусства. Относительно полной… То, что сам знаю, — поправился Такен. — А сейчас вы должны заложить основы, потому что если и обычный удар исполнить не сможете, то за знаки вам браться точно не стоит. Поэтому, Спартанец, — посмотрел он на меня, — приложи ещё чуть больше усилий, если не хочешь и дальше играть за отстающих.

Я заскрипел зубами. Приложи больше усилий. Я бы и рад, но где взять дополнительные часы в сутках?

Глава 21. Совместные тренировки, или Как Спартанец знакомую повстречал

Следующее утро для меня началось с залёта.

Да какого. Всем залетам залет.

После успеха с шаром нетрудно догадаться, чем я решил заняться перед сном. Подумал, что выделю на это часик, не убудет.

Выделил.

В себя я пришёл вовсе не в постели, а на свежем воздухе. В одежде, что примечательно, лежа на земле. Поднявшись, увидел спины других учеников. Услышал и голос Стропо, что-то им рассказывающего.

В голове шумело, но подняться я смог. Молча поковылял в конец ряда, но тут все обернулись ко мне.

— Надо же, кто очнулся! — воскликнул Стропо притворно бодрым голосом. — Не хочешь ли объясниться, Спартанец?!

— Эм… — выдал я многозначительно. — А долго я был в отключке?

Подул ветерок, сообщая, что у меня полподбородка в слюне. Жуть…

— Да как тебе сказать, — ответил Стропо. — Успел пропустить тренировку и завтрак. Хорошо хоть, к встрече гостей проснулся. Сладко спалось?

— Я не спал, — попытался я оправдаться, чувствуя десятки заинтересованных взглядов, полных насмешки. — А кто меня одел?

— Это ты потом выяснишь. Встань в строй, — скомандовал Стропо. — Мне без разницы, что ты там делал, но это залет, боец. Отработаешь.

Только бы не нужники, только бы не нужники…

Так, стоп. Это я сколько в отключке провёл? По ощущениям, как и планировал, не больше часа. Хотя я много чего успел сделать. Где-то одну десятую от того, что наметил.

Я настолько погрузился в свои мысли, что пропустил, что говорил наставник. А зря. Он ведь упоминал каких-то гостей. Когда через открытые ворота въехала платформа, это стало для меня сюрпризом. Я и заметил-то их случайно. Прикинул, что за пару недель максимум управлюсь с шаром, посмотрел, что вокруг происходит, вот и заметил необычную компанию.

Прибыли они на паровой машине. Сзади двигатель, который испускал красноватые клубы дыма. По бокам сиденья. Не очень удобное средство для передвижения, на первый взгляд. Закрытого пространства не была, семеро человек сидели с краев. Один по центру, за рулем. Восемь, получается.

И оружия у них на небольшую армию хватит. В специальных креплениях я приметил паровые пушки. Как для стрельбы, так и для метания сетей. Заметил два арбалета, а один мужчина был и вовсе с луком. Который держал тоже в отдельном пазу. Держит так оружие, чтобы было удобно выхватывать? Помимо этого, были и копья, и пара мечей торчала рукоятями вверх.

Но ладно оружие. Сами гости необычные. Я несколько секунд, пока они останавливались и спрыгивали, тупил, осмысливая увиденное. Одеты эти люди в плащи. Не типичные, а сшитые «грубыми стежками» из разных кусков. Зрелище специфическое. Будто бомжей каких-то увидел. Но даже на улицах знают, кто так одевается.

Охотники.

Плащи у них, как и вся одежда, пошита из тех монстров, которых они убили. Если отряд сильный, то и заказы им достаются необычные, а значит, убогий с виду плащ может выдержать и удар какой-нибудь способностью. Так ли это, я не знал. Слухи есть слухи, им особой веры нет. С другой стороны, причин ходить в лохмотьях я не вижу. Только если одежда и правда обладает защитными свойствами.

Вперед отряда вышел крупный мужчина с густой бородой, часть которой была заплетена в косички и увязана металлическими кольцами. На голове волосы, наоборот, короткие. Он скинул капюшон с меховой подкладкой, так что разглядеть я его смог в деталях. Встречать его вышел сам Такен. Которого я умудрился не заметить до самого последнего момента. Они о чем-то там переговорили и отправились с этим мужчиной в сторону здания, где жил Мастер. Остальные же семеро участников остались во дворе. К ним подошли Стропо вместе с Бородой и тоже о чем-то заговорили.

Я хотел было спросить у соседей, что происходит, но прикусил язык. С наставников станется услышать болтовню, а за мной и так залет.

То, что случилось дальше, и вовсе выбило все лишние мысли из головы.

Остальные гости тоже откинули капюшоны, и взгляд зацепился за светлые волосы. Вроде ничего такого, просто эти волосы были длинные и явно женские. Приглядевшись, я и вовсе выпал в осадок.

Потому что в крепость прибыла не кто иная, как Роза.

От же…

* * *

— Решил вздремнуть? — спросила меня Калия, когда мы направились в столовую.

— Это я так медитировал, — ответил мрачно.

— Оно того стоило?

— Стоило, стоило! — вклинился между нами Шупа. — Ты бы видела, как мы его будили. Даже в окно вывесили и обещали скинуть, но он напрочь нас игнорировал.

— Серьезно? — посмотрел я на парня с недоверием. — Вместо того чтобы забеспокоиться, вы меня хотели в окно скинуть?

— Ты же Спартанец, — удивился парень. — Когда по голове получаешь, сразу в себя приходишь.

— Он шутит, — вмешался Гон. — Никто тебя скинуть не собирался. Мы и целительницу позвали. Маленькая которая. Она сказала, что ты полностью здоров. К этому времени и наставник пришёл, заявил, что не видит уважительной причины для отлынивания от тренировки.

— Поэтому сегодня мы бегали с тобой, дружище, — похлопал меня по плечу Шупа. — Улавливаешь? Ты нам должен. Вот тебе мой совет: либо просыпайся вовремя, либо жри поменьше, а то весишь как два слона.

— Может, у тебя руки слабые?

— Скажи это синякам, которые я регулярно оставляю на тебе.

— Прозвучало пошло, — неожиданно выдала Калия.

— Эй, подруга, ты чего… — растерялся Шупа.

Мы все растерялись. Калия и юмор — это ещё более далекие вещи, чем Калия и улыбки. А уж Калия и пошлый юмор…

— Кто вас знает. Девушек трогать нельзя, живете в тесном мужском коллективе, моетесь вместе…

— Стоп-стоп-стоп! — возмутился Шупа. — По твоей логике, у вас доступа к парням тоже нет и живете вы с Джихой…

В один момент Калия поставила подножку Шупе, Гон выписал ему подзатыльник укрепленной рукой, а Джиха, которая вроде бы в стороне шла и в беседе не участвовала, ловко метнула небольшое золотое ядро ему в спину.

Что-то одно парня бы не сломило, но сразу три удара отправили на землю. Стропо, идущий впереди, обернулся на нас и уставился недобрым взглядом, и я на всякий случай сделал непонимающий вид. Ну упал человек, с кем не бывает….

Идти тут было совсем ничего. Собственно, Шупа упал как раз, когда мы уже подходили. Гости зашли первыми, наш отряд вторыми, а первачки следом потянулись. Болтовня меня немного отвлекла, но мысли крутились вокруг Розы. Что она здесь делает? А среди охотников как оказалась? Очередная миссия, или она к ним подалась? Как-то я слабо представляю дочку Такена среди этой братии. Охотники уважаемые люди, не спорю. Но их путь — это скитание, поездки от одного города к другому, постоянный риск, шастанье по лесам и оврагам, самым темным местам.

У других учеников такого ажиотажа гости не вызвали. Ну охотники и охотники. Я спросил, о чем Стропо говорил, за что получил порцию смешков на тему внимательности. После этого мне всё же ответили. Ничего особо интересного не говорил наставник. Прибудут охотники, проведем пару совместных тренировок, может, в горы сходим, собственно, всё.

* * *

Такен провёл гостя к себе в кабинет, пропустив того первым.

— Выпить хочешь, Борис? — спросил он.

— Не называй меня так, — поморщился бородатый мужчина.

— Верхнюю одежду можешь здесь оставить, — указал Такен на крючки возле входа. — Не ожидал тебя увидеть. Думал, ты удалился от мирской жизни.

— Так и было, — командир охотников прошёлся по кабинету, оглядел полки с книгами, заглянул через плечо в бар, который открыл Такен. Что-что, а смущение этот человек не испытывал, изучая обстановку. — Но до меня дошли неприятные слухи, сподвигнувшие нарушить моё уединение.

Для своего отряда, да и для почти всех охотников, Борис носил другое имя. Людей, которые знали о том, что он и есть тот самый Борис Секира, член легендарной семерки, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Такен был один из них и когда-то даже помог главе охотников обставить дело так, чтобы уйти со сцены.

Сейчас Борису было за восемьдесят лет, но выглядел он как тридцатилетний. Такен знал и эту часть истории. Как Секира нашёл легендарный камень долгой жизни, но не смог полностью освоить его силу… На самом деле история там была довольно мрачной, в ходе которой погиб сын Бориса и почти весь отряд, с которым он спустился в Колодец. Собственно, когда израненный Секира выбирался обратно, Такен его по чистой случайности и встретил.

С тех пор много воды утекло. Несмотря на то, что Борис продлил свою жизнь неизвестно насколько, это имело свою цену. Сказались ошибки развития. Это ведь был второй легендарный камень, который он достал. Без качественной основы это лишило его части и без того по нынешним меркам невыдающихся сил. Это и то, что Секира не просто так удалился на покой, а в силу разочарования и усталости от жизни, и удивило Такена, когда тот объявился в крепости лично.

— Тебе водку? — спросил Такен.

— Издеваешься? — возмутился Секира. — Налей сока или легкого вина, если есть. Столько лет с момента падения цивилизации прошло, а хорошее вино так делать и не научились. Но у тебя, уверен, есть запасы.

— Есть, — вздохнул Такен, закрыл дверь бара и прошёл к другому шкафу, где хранились запасы иного толка. — Раньше ты любил выпить.

— То было раньше. Алкоголь ни к чему хорошему не ведет, — наставительно сказал Секира.

Такен на это хмыкнул. Возраст старика давал ему право ворчать и читать мораль.

— Так что за слухи, которые заставили такую рухлядь поднять задницу с насиженного места? — спросил Такен, когда вино было разлито, и они с гостем уселись в кресла.

— Эта рухлядь ещё способна тебе оказать сопротивление. Смахнемся меч против секиры, а? Посмотрим, кто из нас древний старик, — с вызовом ответил Борис.

— Ты когда последний раз тренировался-то? — с прищуром спросил Такен.

— Каждый день, последние пять лет.

На это Такен уважительно кивнул. Борис утратил часть способностей, дарованных камнями, но своим излюбленным оружием он владел виртуозно.

— Тогда, может, и смахнемся. Но на вопрос-то ответишь? А то заинтриговал и молчишь.

— Монстров стало меньше, — выдал Борис.

— Меньше? — переспросил Такен. — Пояснишь?

Нет, о том, что монстров стало меньше, услышать от тайного главы охотников, который наверняка держал руку на пульсе и имел сводку как минимум по половине материка, — это интересно. Такен был даже способен сделать на основе этого кое-какие выводы. Но сейчас его интересовало, что скажет сам Борис.

— Так раньше бывало, — продолжил тот. — Монстров то больше, то меньше. Естественные природные циклы. Пожалуй, я не совсем точно выразился. Их не стало меньше. Уменьшилась добыча охотников. Ты же знаешь, каждый сдает отчёты о проделанной работе, и четыре месяца назад, сначала редко, а потом всё чаще, стали поступать одни и те же доклады. Кто-то убивает монстров вместо охотников.

— Но обеспокоился ты не потому, что гильдия несет убытки?

— Потери не настолько велики, чтобы нам пришлось затянуть пояса. Дело в другом. Убивают только тех монстров, в которых попадаются камни.

Такен поерзал в кресле, сделал глоток вина и задумался. Борис говорить не спешил, давая собеседнику обдумать сказанное.

Среди обывателей об этом не говорилось, но охотники жили не только за счёт наград, получаемых от людей. Та обычно была не настолько внушительной, чтобы чувствовать себя свободно. Большую часть жизни охотников занимали путешествия, оплаты за заказы едва хватало, чтобы сводить концы с концами между дорогой из одного города в другой. В лучшие годы охотников было две-три сотни. Путешествовали они обычно группами. Когда дело доходило до серьезных заказов, часто посылали весточку своим и дожидались подкрепления.

Вот и выходило, что если разделить оплату на всю группу или несколько групп, закупить на них припасы и расходники на месяц, то повезет, если что-то останется. Поэтому охотников хоть и уважали, но считали бедным сословием. Что было не совсем правдой. Во-первых, охотники знали толк в том, как разделать добычу. Шкуры, когти, органы — не все твари могли обогатить охотников, но те, что были щедры, хорошенько пополняли доходы. Но и это не главное.

Самое ценное — это камни. В телах некоторых монстров можно было добыть малые камни усиления. Правда, и твари такие куда опаснее, обычно со способностями. Те, которые оставляли редкие камни — с ними ещё сложнее. Куда чаще такие встречались в Колодце, но и на поверхности попадались.

Разумеется, об этом «секрете» монстров знали не только охотники, но и все, кто всерьез интересовался вопросом. Из-за чего охотники постоянно конкурировали с другими группировками. Что в целом работало на них. Как ни крути, а охотники проходили серьезное обучение. В то время как большинство других желающих поохотиться были авантюристами и любителями. Серьезные же группировки предпочитали охоту в Колодце. Там выше шансы добыть что-то интересное. В общем, конкуренция существовала, но терпимая, в ходе которой охотники держали первенство.

— Мы проверяли, — продолжил Борис, когда Такен посмотрел на него. — Никто не берет заказы на этих монстров. Никто не хвалится победой. Те, кто мог бы такое потянуть, вроде как ни при чем. Каждый раз одна и та же история. Монстров уничтожают с особой жестокостью. Следы скрыть не пытаются.

— Есть мысли, что это значит?

— Кроме того, что кто-то целенаправленно охотится на камни и действует эффективно? Нет. Если не считать одного случая, когда две группы охотников столкнулись со странным человеком.

— Ты на старости лет полюбил многозначительные паузы? — приподнял бровь Такен.

На это Борис показушно покряхтел, отпил вина и рассказал нормально.

— Эти группы специально собрались ради сильного монстра. Когда пришли, там уже был какой-то подросток в лохмотьях. Он в одиночку разделал тварь, а потом и на охотников напал. Убить они его смогли. Самое удивительное, что не успели они вернуться в пригород, как этот парень на них снова напал. Смотрю, ты не удивлен.

— Мы уже сталкивались с подобным, — не стал отрицать Такен, — Это был колдун. Мы их так называем.

— Про них я слышал, но так и не понял, что это за новая напасть?

Такен прикинул, какой частью информации стоит поделиться. Разговор обещал выйти серьезным.

* * *

Никто совместных учений прямо с ходу устраивать не стал. Нас после обеда отправили заниматься к Профу. Потом были индивидуальные занятия. И только после этого, под самый вечер, второй курс встретился с охотниками.

— Наши дорогие гости, — взял слово Стропо. — Не поверили мне на слово, что вы крутые шиноби. Их несложно понять. Трудно поверить в то, что такие хлюпики могут быть крутыми, — выдал он свою фирменную, кривоватую и обещающую страдания ухмылку. — Поэтому мы договорились на учебные поединки. Ключевое слово — учебные. Обращайтесь с нашими гостями нежно.

На это стоящий рядом со Стропо мужчина хмыкнул, поглядывая на нас с любопытством. Не тот, что с Такеном ушёл. Бородатый отсутствовал. Этот тоже бородатый, но бородка у него короткая, лишь подбородок закрывает и всё. По тому, как он держался и вёл себя, походило, что это командир отряда. Но кто тогда тот, длиннобородый?

А, ладно, это неважно.

— По возможности, — уточнил Стропо, заметив реакцию гостя.

— Раз уж это всего лишь ученики, то, чтобы было по-честному, пусть моя ученица выступит, — сказал мужчина, кивнув на Розу.

Ученица, значит.

Наша группа стояла в форме. В смысле в костюме «крутых шиноби», с масками на лице. Поэтому я не был уверен, что она меня узнала. Видела наверняка в столовке, а здесь могла и пропустить. В мою сторону она не смотрела, да и в целом выглядела скучающей.

— Пусть будет ученица, — согласился Стропо. — А сам не хочешь проверить себя? Хотя будет обидно проиграть всего лишь ученикам.

Смотря на этих двоих, у меня сложилось впечатление, что они знакомы и в их отношениях хватает соперничества. А может, и ошибаюсь, и сейчас перед нами разыгрывают сценку, создавая шоу. Скучно им, вот и развлекаются.

— Может, и проверю, — легко согласился мужчина. — Но меня больше ваши забеги заинтересовали. Думаю, охотники в них куда лучше себя показать могут. Всё же мы не воины в классическом смысле.

— И до забегов доберемся, — кивнул Стропо. — Мне выбрать шиноби или как?

— Ученица? — посмотрел мужчина на Розу.

— Я всего лишь начинающая охотница, мало что знаю, — опустила она взгляд. — Можно мне выбрать кому-нибудь попроще? Например, вон того парня.

Да-да-да. Указала она именно на меня. На кого же ещё.

— Отличный выбор, — расплылся в улыбке Стропо. — Это наш слабейший ученик. Умеешь ты заглянуть в суть, девочка.

Роза на «девочку» едва заметно поморщилась, что Стропо либо проигнорировал, либо не заметил, развеселившись. Интересно, а он в курсе, что мы с ней знакомы? Не факт. О практике я докладывал лично Такену. Потом некоторые моменты мы разбирали на занятиях, но не припомню, чтобы я Розу упоминал. Получается, Стропо может и не быть в курсе. Иначе бы у него другая реакция была.

Об этом я думал, слушая булькающие звуки других учеников. Те самые, которые бывают, когда люди пытаются сдержать смех.

Ну да, как же не поглумиться над бедным Спартанцем, которого назвали слабейшим, ещё и против девчонки-охотницы собираются выставить. Уделаю её, и надо мной посмеются. Мол, она сама сказала, что начинающая. Если же она уделает меня, то и вовсе этот позор мне никогда не смыть. Я уж молчу про то, что госпожа Фиона наверняка наблюдает. А если не смотрит, то потом узнает подробности. Обижать дочь целительницы? Ищите дураков. Я ещё жить хочу. Полноценно.

Роза, блин. Опять от тебя проблемы.

— Расступись! — скомандовал Стропо. — Бой со способностями, без? — спросил он у командира охотников.

— Давай без. Роза неплохо умеет драться. Вот и посмотрим, что они покажут.

— Спартанец, слышал? Без способностей.

— Спартанец? — заинтересовался охотник, да и остальные члены его группы глянули на меня с интересом. — Откуда у него такое прозвище?

— На второй год они сами выбирают имена, — пояснил Стропо. — Спар, откуда прозвище, поделишься?

— На улицах так прозвали.

— За что? — спросил охотник.

— За кроткий нрав и пацифизм.

Охотник несколько секунд смотрел на меня, а потом хохотнул.

— Сейчас посмотрим, что у тебя за кроткий нрав. Роза, покажи, что умеешь.

Девушка вышла в круг, я встал напротив неё.

Понятно, что она задумала. Либо так поздороваться хочет, либо оценить, насколько сильнее стала, либо и то, и то. Почему бы и не совместить, да?

Начала она показушно. Крутанулась, подпрыгнула и попыталась зарядить мне ногой по лицу. Я сначала отбил удар и откинул её в сторону, не сходя с места, а потом уже подумал, что кто-то как страдал ерундой, так и продолжает…

Роза, подарив мне хищную улыбку, встала и сменила тактику. Переключившись на выверенные, скупые движения.

По правде говоря, в первую минуту я не понял, что происходит. Роза стала чуть техничнее, но при этом слабее и медленнее. С любым учеником я бы маневрировал, а здесь легко отбивался. Не скажу, что было прям совсем легко, но те удары, что проходили, я переносил легко.

Поняла это и Роза. А потом и до меня дошло, что происходит. Не она стала медленнее и слабее, а я быстрее и крепче. Вторая минута прошла куда веселее. Она явно задействовала силу круга. Как-никак, именно от неё я узнал, что существует это искусство. Значит, Такен обучил дочурку. Но то ли летом она ещё не полностью это искусство освоила, то ли ещё что, но сейчас Роза показала куда больше, чем до этого.

И скорость прибавилась, и удары сильнее стали.

В какой-то момент она настолько разогналась, что от бокового удара ногой, принятого на блок, меня в сторону метра на два протащило.

На этом успехи Розы закончились. У чего две причины были. Во-первых, она как была девушкой, так и осталась. Кхм… В том смысле, что во мне тупо больше массы, а это, как ни крути, играет роль. Во-вторых, моя продолжительная медитация что-то да дала. Я не сразу заметил, только где-то в середине боя, что шар внутри разогрелся и питает всё тело. Поэтому я особо и не напрягался с Розой. Если проводить шкалу, где десять — тот наш бой с Гатсом, а пятерка — обычная тренировка с учениками, то бой с Розой — как раз на четыре-пять баллов. Нагрузка есть, но тренировочная, а не боевая.

В какой-то момент это и до Розы дошло. То, что ей меня не пробить. Она отступила, поклонилась и вернулась к охотникам, тяжело дыша.

— Твой самый слабый ученик крепкий, — сказал охотник Стропо. — Остальные такие же?

— У каждого свои особенности, — пожал он плечами. — Кто-то ещё подраться хочет? — посмотрел наставник на других охотников.

— Мы же сюда пришли обменяться опытом, — задумчиво сказал мужчина. — Может, дальше тогда проведешь обычную вашу тренировку? А мои люди присоединятся.

— Э, нет, — покачал головой Стропо. — Если так хочешь, тогда предлагаю провести полный учебный день с нами. Такен добро дал, если что. Подъем с рассветом. Согласен? А так, одно занятие не даст понимания, как у нас здесь всё устроено.

Странно, не ожидал я, что Такен разрешит светить секреты. Или вместо секретов будут одни лишь нагрузки?

— Почему бы и нет, — кивнул охотник. — Тогда на сегодня для приветствия хватит. Найдется, где нас разместить?

— Конечно. Я провожу.

— Не боишься учеников оставлять одних?

— Это же второй курс, — как что-то обычное ответил Стропо. — Они уже самостоятельные. Ну, почти.

Мужчины обменялись понимающими улыбками и отчалили. Роза всё же бросила на меня взгляд и за ними увязалась. Как и остальные охотники.

— Мне показалось, — подошла ко мне Калия, когда наш строй распался. — Или эта девчонка использовала силу круга?

— Кто же знает, — пожал я плечами, стараясь не выдать себя.

— А меня вот другое интересует, — нарисовался Шупа. — Почему эта красавица выбрала именно Спартанца? На нём что, медом намазано? В чем секрет, Спар, а?

— Тебе же Стропо объяснил, — ответил я. — Надо быть слабейшим учеником.

— Это верное замечание, но сомневаюсь, что девушек привлекают слабаки, — задумался Шупа.

— Кстати, насчёт слабаков, — улыбнулся я. — Подраться не хочешь?

— Опять тебя бить? — хмыкнул он.

— Да-да, бить меня, — закивал я. — Идем.

Оттащив Шупу в сторону, я собрался проверить работу шара. Пусть это и не кольцо, но какое-то усиление появилось, и надо закрепить результат.

Заодно выполнив обещание намять кое-кому бока.

Глава 22. Про колодец, или Как Спартанец молодых в горы водил

Когда мне сказали, что охотники прибыли обменяться опытом, я почему-то решил, что обмениваться они будут с нашим курсом.

Это было заблуждением.

Всего они в крепости задержались на неделю. В первый день прошли через «наши» тренировки. Это было несколько забавно. В целом, охотники то люди подготовленные, выносливые, но чувствовалось, что уступают нам. С перваками да, легко соперничали. Второй же курс делал их по всем дисциплинам. Забеги они нам слили.

Это с одной стороны воодушевило и дало понять, чего мы стоим относительно других людей. А с другой— сильно загордиться не получалось. Это ведь мы чуть ли не каждый день через забеги проходим. Привыкли к ним. Успели навыки наработать. А они первый раз участвовали. Причем достойно выступили, но чего-то им не хватило для победы.

На второй день командир охотников читал лекции. Да и всю оставшуюся неделю тоже. Только вот читал он их в основном для первого курса. Как выяснилось, это был уже знакомый нам материал. Мы ведь тоже всяких монстров изучали и особенности их устранения. Не так глубоко, охотники много всяких тонкостей рассказывали, но всё же.

Были в эти дни и совместные походы. Наш курс послали контролировать дальний периметр. Я подумывал, что снова колдуны нападут, но нет, вылазка прошла без происшествий.

Собственно, вот и все дела.

С Розой я нормально поговорить не смог. Она делала вид, что мы незнакомы. Общались, но, когда рядом другие ученики были, за рамки обычного диалога не выходили. Я и не против. Если сравнивать всех девушек, которые у меня были, Роза вызывала меньше всего чувств. Может потому, что мы не так много времени как парень с девушкой провели. А может, я злопамятный, хе-хе.

Так что вёл я себя скромно. В отличие от других парней. Половина курса словно с цепи сорвалась. Всё пытались то разговор завести, то обсудить что. Шуточек на эту тему много было. Про меня тоже шутили, что я какой-то робкий для главного «бабника» крепости.

Ну да, ну да… Знали бы они правду, что между нами всё уже было, так бы не говорили.

На восьмой день охотники свалили, а мы вернулись к обычному режиму. Лично я балансировал, как мог. Пытался научиться не пропадать в работе с шаром, но получалось это от случая к случаю. Один раз очнулся утром, когда меня под ледяной душ поставили. Другой раз — в середине ночи, но в полностью разбитом состоянии. Нельзя было сказать, что каждый раз внутренняя работа много сил отнимает. Тогда ночью да, я потом весь день себя разбитым чувствовал и завалил тренировки. А иногда, наоборот, приток сил чувствовал и отыгрывался за прошлые «слабости».

Эти изменения и то, как я шар перестроил, в лидеры меня обратно не вывели. Но с конца списка я день за днем начал подниматься наверх, всё лучше понимая, как использовать энергию шара. Работы впереди ещё было не счесть. Попытки сжать шар до точки приводили к появлению новых комков-сгустков, которые затрудняли дальнейшую работу и мешали использовать энергию. Но и не сжимать было нельзя, потому что это всего лишь один из первых шагов. Со слов Такена, да и других учеников, выходило, что при формировании точки всё становится куда интереснее. Что будет на уровне круга, всем очень хотелось поскорее узнать.

Вот я и балансировал между желанием прорываться вперед, потребностью спать и отдыхать, нежеланием снова отключиться от реальности на долгие часы, новыми комками и их разглаживанием. Единственное, что радовало в этом всём — то, что я сдвинулся с мертвой точки, и было понятно, что нужно делать.

Когда декабрь подходил к концу, у нас изменились лекции с Профом. Он отменил самостоятельную подготовку с докладами и вернулся к теме, которой мы вскользь касались.

— Займемся Колодцем, — обрадовал нас старенький наставник. — Такен сказал подготовить вас к летнему походу. Постарайтесь взять из лекций как можно больше. Любая крупица знаний может спасти вам жизнь. Тич, — посмотрел он на ученика, — ты рос рядом с Колодцем и лучше других понимаешь, что это такое. До какого яруса спускался?

— До третьего, наставник. Мои родичи владеют единственной паровой лодкой, способной спускаться вплоть до базы третьего яруса. Из крепости мне было запрещено выходить, так что многого своими глазами я не видел.

— Но что-то видел, — посмотрел Проф поверх очков. — Скажи, все ли команды возвращаются обратно?

— Не все. Это любой знает. В зависимости от яруса и цели, которую перед собой ставит отряд, всегда есть шанс погибнуть.

— Правильно, шанс есть всегда. Даже у отлично подготовленных отрядов. Чтобы было понятнее, начнем с описания первых ярусов и того, чем там занимаются люди.

Я ожидал, что Проф спросит, что мы помним, но, видимо, сегодня был тот особый день, когда он не стал этого делать, сразу включив проектор и показав фото.

Первое фото — вид с края. В смысле кто-то подошёл к краю Колодца и сфотографировал открывающийся вид. На другой стороне виднелись здания. По тому, насколько они маленькие и плохо различимые, становилось понятно, что дырка-то в земле ого-го.

Следующий слайд показывал сразу несколько кадров. Большие ворота и охрану, лестницу с нескольких ракурсов.

— Как вы наверняка помните, первый ярус — это всего лишь колодец, — последнее слово он сказал обычным тоном. — Каменные стены и ничего больше. Если не считать аномальных ветров, способных содрать с человека кожу или утащить его и сбросить вниз. Угроза давно изученная, решение вы видите на фото. Предприимчивые люди продолбили проходы прямо в камне до второго яруса. Если не ошибаюсь, сейчас таких тоннелей семь штук и каждый берет оплату за проход. Дело прибыльное, как понимаете, — Проф редко усмехался, но это был тот случай. — Поэтому ворота держат сильные ныряльщики. Позже мы с вами заучим список всех значимых группировок, актуальных полгода назад. Будьте готовы к тому, что информация устареет. Общество ныряльщиком так устроено, что часто группировки держатся на личности кого-то одного, с уникальной силой, позволяющей ему править. Если этот кто-то погибает, то и группировка рассыпается.

А Такен тоже относится к таким личностям, на которых всё держится?

— Число ступеней на лестницах в районе тысячи. Можете представить, какой глубины только первый Ярус. Начинающим ныряльщикам этот путь приходится проделывать регулярно. Вверх-вниз, вверх-вниз, — показал Проф рукой характерный жест. — Представьте, что вам нужно ещё и груз тащить, или вы получили ранение и поймете, что доконать могут и обычные ступени.

Проф улыбнулся, показывая, что шутит. А я вот как шутку это не воспринял. Если подумать, то расстояние и правда может стать серьезной проблемой.

Особенно учитывая, что второй ярус нам не особо интересен, и, скорее всего, пойдем мы куда ниже. Один лишь спуск может занять неделю-другую. А подъем и того больше.

— Тем, кто первый раз в Колодец отправится, нужно в любом случае проделать весь путь пешком. Тич, ты ведь спускался?

— Да. На лодку меня не сразу пустили. Только когда убедились, что Колодец принял меня, — ответил парень, встав.

— Вы не ослышались. Колодец может как принять, так и не принять новых ныряльщиков. С чем это связано, до сих пор никто точно не знает, но, если исходить из того, что казусы, — выделил он это слово, — с новыми поколениями случаются всё реже, можно утверждать, что люди постепенно адаптируются к той силе Колодца, которая убивает, — закончил мысль Проф. — Второй ярус куда интереснее. Он уже полон горизонтальных переходов, но от вертикальных совсем отделаться не получится.

Проф защёлкал пультом, показывая, что нас ждёт. Не забывал он и пояснять картинки.

Второй ярус — это сплошные катакомбы или кротовые норы, как их называют. Когда услышал первый раз, то представил небольшие земляные тоннели и непроглядную тьму. На деле это выглядело совсем иначе. Проф показал, что те семь спусков ведут к семи базам. Пусть и небольшим, но всё же укрепленным крепостям, где разместились таверны, гостиницы, магазины и склады. И вот эти базы спокойно помещались в «небольших тоннелях», которые я себе навоображал.

— Наличие этих баз как подспорье, так и источник проблем, — пояснял Проф. — Там вы можете отдохнуть, продать добычу, получить помощь. Иногда встречаются целители, что совсем хорошо. Но за всё нужно платить, поэтому новички на комфортный поход рассчитывать не могут. Проще всего вступить в сильную группировку. Они обычно заботятся о своих членах. Вам повезло, потому что вы уже вступили, — снова старик одарил нас ухмылкой. — Сегодня остановимся на основных силах поверхности и первого яруса.

Это была первая, вступительная лекция. На следующих занятиях мы разбирали, как устроена жизнь в трех городах. Вокруг колодца за последние пятьдесят лет выросло три настоящих города. Почему они не считаются одним, от меня как-то ускользало.

Основные кланы, группировки, действующие законы. На каждом ярусе действовали свои правила. Второй и третий были поделены на участки. Ближайшие к крепостям зоны. Новичкам, если они хотели что-то найти, требовалось уходить на несколько дневных переходов. И то, со слов наставника, стоит быть готовым к тому, что добычу отберут. Он нам свод правил озвучил на следующих лекциях, которые регулируют жизнь ныряльщиков.

Чем глубже, тем больше опасностей, но тем и добыча ценнее. Это общий принцип, на который наслаивалось то, что все самые хлебные места контролировались кланами. На вопрос, а почему кланы кланами называются, Проф посмеялся и ответил, что это обусловлено любовью к пафосу, и, по факту, большинство кланов ничем не отличаются от временных бандитских группировок. Тех же, кто смог создать полноценные структуры, с хорошим снабжением, специалистами, выстроенной вертикалью, пополнением рядов, качественным обучением, по пальцам пересчитать можно. И эти ребята держат ключевые точки, собирая дань с тех, кто поменьше.

Лично я для себя на этих лекциях сделал вывод, что на первых трех этажах ловить нечего. Люди месяцами там ходят, собирая всякую мелочевку в надежде добыть камень. Так себе перспектива. Уверен, Такен для нас подготовил что-то поинтереснее, чем блуждание по катакомбам второго яруса.

* * *

Про остальные тренировки особо и рассказывать нечего. Каждое утро бегали, разминались и либо шли на занятие к Такену, либо отправлялись к скале и там взбирались наверх. С тем или иным успехом. Возвращение в крепость, полчаса на душ, смена одежды и ещё сорок минут на завтрак. Перваки к этому моменту успевали закончить есть, поэтому утром мы с ними только на пробежке пересекались. За исключением редких дней, когда наставники устраивали что-то общее. Остальная часть дня делилась между двумя часами личной подготовки, в которую входила как работа с камнями, так и… Да что угодно. Ученик был вправе хоть лечь и лежать, если ему так хотелось. Цена у этого — последующее отставание. Я наглядный пример того, как можно скакать по рейтингу успеваемости. Остальные не исключение. Дошло до того, что мы все достигли какого-то предела, той высоты, где любая мелочь дарит преимущество и позволяет вырваться вперед. Будь то новый прием, общий настрой, продвижение в использовании круга или ещё что. Вот и выходило, что в личное время народ либо спарринговал, либо способности тренировал, либо за книгами сидел. Бывало и отдыхали. Иногда такой тупняк нападал, что ничего не хотелось. Пару часов сна днем как нельзя лучше мозги прочищали. Я пару раз попробовал, мне понравилось.

Остальное время, помимо обеда и ужина, делилось между спаррингами, стрельбой, тактической подготовкой, фехтованием и забегами.

Из новенького — первакам разрешили вызывать нас на «дуэль» по любой дисциплине. Ну разве кроме теоретической подготовки.

И надо сказать, «молодые» этим пользовались. Лично меня удивила Пушка. Которая через день вызывала нас на дуэль по стрельбе. Эта дисциплина делилась на две части. Первая — стрельба как таковая. Занимаешь позицию, целишься, стреляешь из того, что выдали. Либо огнестрельного оружия, либо парового, которое выдавали куда чаще, где-то в трех из четырех случаев. Вторая часть относилась к тактической стрельбе. Проходила она на площадке для забегов. Там выдавали защитные шлемы, паровые пушки малой мощности и выпускали стрелков друг против друга. Либо с применением способностей, либо без. Команда на команду или один на один.

Пушка выбирала один на один. Первый раз она слила.

Тут надо сказать, что я, Гатс и Тич по стрельбе отставали. Не сильно, но плелись во второй половине рейтинга. Не припомню, чтобы кто-то из нас заработал хотя бы одно очко. Калия с оружием обращалась получше, но тоже не блистала. За первенство боролись Шупа, Гон, Верс и ещё несколько человек. Как в плане меткости, так и в тактике.

Если попытаться описать, насколько отличались наши умения, то… Возьмем для примера Гатса. Когда он брал в руки свой меч-лопату, то превращался в настоящую машину разрушения. Или взять меня, когда я дрался цепью. Или Калию, которая брала в руки кинжалы. Тича, который орудовал саблей. Можно с уверенностью сказать, что в перечисленных областях каждый из нас талантлив. Талантлив и хорошо обучен. Что касается стрельбы — мы хорошо обучены, но не талантливы. За других не скажу, а про себя… Ну не чувствовал я, как надо обращаться с оружием. Оно вечно пыталось стрельнуть куда-то не туда и ощущалось как неродное. Возможно, со временем это изменится, но здесь и сейчас мы не блистали.

Конкретно это не сильно меня расстраивало. Как и сказали в начале года наставники, лучшим во всем быть не получится. Это слишком затратно. Поэтому я делал ставку на использование способностей в бою. Спарринги и забеги — вот, где я хотел лидерства. Гатс и Тич делали ставку на фехтование. Калия — ножевой бой и способности. Каждый фокусировался на чем-то одном, а на остальные дисциплины либо «забивал», либо ставил их дополнительными.

Наставники, кстати, это понимали, поэтому не особо нас дрючили. Точнее, они дрючили яро тех, кто претендовал на лидерство. Если я затуплю со стрельбой, то получу замечание и всё. Если Шупа затупит, то его разнесут в пух и прах. Это не значит, что можно халтурить и расслабиться, но кое-какие вольности имелись.

Так вот. Первый раз Пушка вышла против Шупы и… Проявила себя настолько достойно, что удивила всех. Слила забег, но то, как она двигалась, укрывалась, стреляла — сразу чувствовалось, что у девушки талант. Что меня обрадовало. Я понимал, что её тяга к оружию вовсе не означает, что у неё что-то в этом вопросе получится. А тут увидел наглядный пример, что, как наберется опыта и навыки поставит, появится новая звезда. То есть это вопрос времени. Про то, что она каждый день на полигон стрелять ходит и тратит на это всё личное время, заодно тренируя способность, я знал.

Уже потом, ко второму забегу, а случилось это через пару дней, когда Пушка вышла против Гона, Шупа рассказал то, что успел разузнать про неё. Её и правда выделяли как талант. К концу декабря она успела стать в стрельбе одной из лучших. Со всеми отсюда вытекающими. Дополнительными часами занятий, советами от наставников и прочим. Ошибки первого раза она учла и во втором своем забеге уделала Гона.

Над парнем потом весь следующий день шутили. Пока Пушка снова не вызвала нас на дуэль. В третий раз Стропо выставил Гатса. На это было больно смотреть. Потому что Гатса разнесли как младенца.

Можно было бы списать на то, что девушке помогает способность, но нет. Забеги были без них. Чуть позже и с ними начались, но это отдельная история.

В тот момент, видя победу над другом, я впервые задумался о том, что, может, и не зря Пушка в ученики к Такену подалась.

* * *

Перед тем как мы отправились на большое дело, отдельного упоминания стоит поход с перваками в горы, на охоту.

Весь наш первый курс разделили на группы по двое. Перваков — по пятеро. Из крепости отправляли по три группы раз в три дня. Задача перед нами стояла следующая. Уйти от крепости в горы на расстояние четырех дневных переходов, добравшись до указанного квадрата. Там провести два дня, потом вернуться. В этот раз было без целенаправленной охоты на монстров. Их тупо не было в таком количестве в горах.

Это я так подумал. Ошибся сильно. Думал, раз про монстров ничего не говорят, то и не стоит ждать чего-то.

Н-да. Ошибся я в том, что на вершинах, а поднялись мы где-то метров на семьсот выше крепости, расплодились мелкие духи льда. Их так называли. Опасность у них средняя. Один на один даже обычный человек, если у него есть крепкая дубина, справится. Отряд так и вовсе перемелет стаю. В общем, ничего опасного я в них не увидел.

Но то я.

Мне в компанию поставили Джиху. Которая сильно изменилась с того года. Перестала быть забитой девочкой и превратилась в серьезного бойца, на которого можно положиться.

Наставник перед отправкой сказал, что мы должны присматривать за первым курсом, но не быть им няньками. Сохранить дух испытания, через которое сами проходили. Иначе говоря, если перваков будут жрать, то можно им помочь, но не сразу. Дать помучиться перед этим, чтобы серьезность прочувствовали.

Поэтому мне, который мог буквально взлететь в небо и уйти от любой угрозы, духи не показались опасными. А первакам, которые отучились всего полгода и ещё не настолько закалились, виделись серьезным вызовом. Помимо других неприятностей, которые нас поджидали.

Во-первых, количество пропитания выдали минимальное. Так, чтобы есть два раза в день, и то не набивая животы. Поэтому на первый курс легла задача по добыче еды и воды. Это зимой-то. Зима — это уже во-вторых. Сугробы, суровые ветра, туманы, ледяные бури. Да-да, мы и в бурю попали.

Выдали нам Первого, Девятую, Двадцать седьмого, Тридцать третьего и Семьдесят седьмого. С последними двумя забавное совпадение. Сокращённо их называли Тройка и Семерка. Не только мы, но и наставники. С Третьим и Седьмым путаницы не было.

Двоих я помнил по первому дню и «знакомству», когда мы их метелили. Первый как показался мне неуверенным парнем, таким и остался. Девятая — как была крепкой девчонкой, так и стала ещё крепче. Она мне больше всего в походе понравилась. Делала, что надо, молча и без нытья. Надо месить сугробы, прокладывая дорогу, — сделает. Надо распотрошить добычу — сделает. Остальные парни на фоне неё как-то похуже смотрелись.

По молчаливому соглашению мы с Джихой чуть на расстоянии от них двигались. Я часто вперед уходил. Ну как… Прыгал, осматривался сверху, если замечал что, подавал знак Джихе. Первакам ничего не говорил. Что им не особо понравилось. Точнее, Двадцать седьмому не понравилось. Тот самоуверенный и нагловатый оказался. Успел достать меня. Апогеем этого стал момент, когда мы в бурю угодили. Мы с Джихой, пока перваки в сугроб закапывались… Уставшие, напуганные, помятые… стояли рядом и ничего не делали.

— Может, поможете?! — не выдержал парень.

Откинув порцию снега, он уставился на меня с вызовом. Почему-от именно на меня. Хотя бычить на Джиху было бы как-то странновато, пожалуй.

Я его вопрос проигнорировал. И так понятно. Хотели бы помочь, помогли бы. В тот момент эта его выходка меня не впечатлила. О другом думал. О том, что наставники те ещё злодеи. Было видно, что перваки мерзнут. Я же, да и Джиха наверняка, чувствовали себя комфортно. Наши костюмы крутых шиноби отлично удерживали тепло, не промокали, даже если весь день по сугробам шастать. Поэтому меня и не особо впечатлило то, что буря усиливается.

В отличие от этого парня. Его слой снега покрывал. Лицо — красно-синее, губы фиолетовые. А уж что там с руками, которыми он снег откидывал и трамбовал, и вовсе думать не хочется. Очевидно, что промерзли до состояния ледышек.

Не знаю, чем бы закончился этот бунт, но тут Девятая внезапно резко развернулась, подошла к парню и влепила ему смачную оплеуху, отправив в сугроб.

— Эй! — возмутился Тройка.

Подумав, девушка ответила:

— Это наше испытание, а не их. Хватит вести себя как тряпки.

Первый на это улыбнулся. Тогда я подумал, что он не такой уж хлюпик, каким кажется. Мало ли, вдруг у него рожая такая, неуверенная, а сам он парень с характером. По крайней мере, не ноет, уже хорошо.

На этой истории бунт и закончился. Девятая быстро навела порядок. Как по мне, ей бы говорить научиться. А то пока с ответом подумала, ещё и тихо сказала — две трети воспитательного эффекта в никуда ушло.

Ту ночь перваки пережили. А на четвертый день на них стая духов выскочила. Мы с Джихой лениво убивали тех, кто на нас нападал. При этом внимательно следя за первым курсом. Не хотелось бы, чтобы кто-то из них подох. Поэтому и балансировали, как могли, держа дистанцию и бдя.

Обошлось без смертей. А вот Двадцать седьмой умудрился заполучить неглубокую рану. У духов были очень острые ледяные зубки. Так что для перваков путь обратно сильно осложнился. Где-то парня и на носилках несли. Где-то он сам хромал, бросая угрюмые взгляды на окружающую реальность.

Хорошо прогулялись. Но в гробу я такие прогулки видел. По факту, десять потерянных дней. Да я бы за это время ещё сильнее шар утрамбовал! Тот у меня уже в два раза меньше стал. Эх…

Удивительно, но факт, из первого курса никто за время этого испытания не погиб. Ранения были, как и обморожения. Парочка переломов ещё. Бесчисленное количество ушибов. Но без смертей. Из-за чего у меня, да и не только у меня, сложилось впечатление, что со вторым курсом как-то помягче обращаются. Или они сильнее нас? Да не, бред. Просто мы первопроходцы, собирающие все шишки и расплачивающиеся за это кровью.

Через пару дней завершения походов нас собрал Такен и объявил, что скоро мы отправимся на серьезное дело.

Кто же знал, что обычная с виду миссия настолько крепко закрутится.

Глава 23. Подготовка, или Как Спартанец на большое дело отправился

С заданием Такен объявился в начале февраля. Самое суровое время в горах. Я думал, ко всему привык, но нет. Холод есть холод, и он любого был способен доконать. Особенно когда Стропо приказывал снять верхнюю одежду и бежать так. Закалки ради. А то в Колодце всякое встречается, в том числе холодные зоны.

Но то обычные суровые будни в крепости. Такен же разрушил эту тихую гавань рутины.

Началось всё скромно. Нас собрали в лектории, где Мастер поставил задачу.

— Засиделись вы в крепости, — сказал он, когда мы расселись и наступила абсолютная тишина. — Пора вам отправиться на дело. На этот раз участвовать будут все. Также вы сами будете планировать операцию. Как спланируете, так она и пройдет…

Забегая вперед, скажу, что он нас обманул. Но обо всём по порядку.

— Вводная такая. Из известной нам точки в назначенный час выйдет паровой грузовик. Возможно, с конвоем. Охранять его будет хорошо вооруженный отряд. От десяти до тридцати подготовленных бойцов, с оружием. Нужно перехватить грузовик в глухой местности, ликвидировать свидетелей, захватить ценного пассажира и груз, который он будет перевозить. Вводная закончена. Можете начинать.

— Что начинать? — спросил Тич, перед этим бросив взгляд на остальных, кто рядом с ним сидел.

— Планировать! — удивился Такен недогадливости.

— А вопросы задавать можно? — уточнил Тич.

— Конечно. Более того, правильно заданные вопросы — часть вашего задания.

— Хорошо, — кивнул парень. — Тогда первый вопрос. Кому принадлежит караван?

— Это не совсем караван. О владельцах пока не будем, — ответил Такен. — Вы можете спрашивать, что угодно, но я отвечу либо то, что знаю, либо то, что сочту нужным.

Это не было для нас чем-то новым. Как-никак, думать, анализировать и задавать вопросы мы уже умели. В следующий час выяснили то, что необходимо для составления плана. Какая это будет местность, что за машины, какие там рядом есть города и торговые пути, в какой день будет акция, что за вооружение у противника…

Вопросов с нашей стороны было много. Жаль, что далеко не на всё Такен ответил. Будет ли огнестрел? Скорее всего. Гранаты и тяжелое вооружение? Вполне возможно. Люди со способностями? Сто процентов.

Какие-то детали нам дали, но не так много, как хотелось бы. Что ж, мы с этим смирились и приступили к планированию акции. Чем-то это походило на забеги, но масштабнее. На этой миссии против нас выступит противник с неизвестными силами. Что само по себе делало задание чрезвычайно рискованным. Я знал, что летом мало кто столкнулся с обладателями сил. А так, чтобы драться насмерть — никто про такое не рассказывал. Может, поэтому, а может, в силу общего пессимизма я не обольщался и нет-нет да и думал, что с задания могут вернуться не все.

Что раздражало. Это раздражение копилось, направлялось в сторону Такена и подталкивало задаваться совсем другими вопросами. Кто те люди, которых нам надо убить? Почему наставник даёт задание, которое выглядит как откровенный грабеж? До этого все миссии имели оправдание — мы сражаемся против плохих людей. А то и вовсе против нелюдей, чистого зла. Здесь же сложилось впечатление, что Такен тупо хочет подзаработать.

На этой мысли я не остановился и решил, что это очередная проверка. А потом, уже в конце обсуждения, рискнул задать вопрос.

— Мастер, а наше задание — грабеж обыкновенный?

— А есть необыкновенный? — спросил Такен. — Может, есть необыкновенные убийства? Предательства?

— Причины разные бывают… — сказал я неуверенно.

— Да неужели, — посмотрел на меня серьезно Такен. — Приведи пример.

— Убийство колдунов.

— Что убийство колдунов?

— Это не то же самое, что убийство людей.

— Ты так уверен, что колдуны и ведьмы — нелюди? — посмотрел на меня Такен исподлобья.

— Я видел гору трупов молодых девушек, которую после себя оставил всего лишь один начинающий колдун. Так что да, он нелюдь, и я не вижу ничего такого в том, чтобы убить его.

— Эх, молодость, — покачал головой Такен. — Запомните. Убийство есть убийство. Без разницы кого. Человек такая скотина, что найдет оправдание чему угодно. Это не плохо. Я бы сказал, что помогает упростить жизнь и не терзать себя чувством вины. Но также это верный путь превратиться в палача, который будет убивать направо и налево, потому что это легкое решение проблемы.

— Но наставник, — вмешался я, когда он взял паузу, — вы не ответили на вопрос. Это задание — обычный грабеж?

— Так и ты не ответил, бывает ли грабеж необычным? Оправданным, достойным, быть может, священным?

Я нахмурился, пытаясь разобраться. Это сейчас урок или попытка уйти от ответа под видом замысловатого урока?

Такен, кажется, прекрасно уловил смысл моего взгляда. Посмотрел на учеников, подумал и дал ответ.

— Это задание — лишь отчасти грабеж. О чем я сказал сразу. Ваша цель — захватить все ценности, которые будут перевозить в основном грузовике. Но добыча станет приятным бонусом к главной задаче — захвату важного человека. Остальное вас не касается.

Последнее было сказано с намеком, что права слова инструментам не давали. Ну, или только что забрали это право.

Когда обсуждение задания было закончено, и мы вышли из здания, спросил у наших, что они об этом думают.

— Дело как дело, — ответил Шупа и потянулся. — Прогуляемся, от крепости отдохнем. Надоели однообразные пейзажи.

— От тебя я другого и не ожидал, — ответил ему и перевёл взгляд на Калию.

Та сразу не ответила. Шупа свалил, с нами лишь Гатс задержался, остальные дальше на занятия пошли.

— Рано или поздно это должно было случиться, — сказал Гатс. — Если тебя что-то беспокоит, то думать надо было, когда принимал все предложения Мастера.

— Значит, если он предложит тебе поработать мясником, ты не откажешься?

— Мне это не понравится. Но не думаю, что Такен будет это предлагать. Если потребуется, он отдаст приказ. Таков уговор, — пожал Гатс плечами.

— А ты? — перевёл я взгляд на Калию.

— Мне это тоже не нравится. Хочется верить, что у Мастера есть высшая цель и до обычной резни он не опустится.

— Ясно всё с вами. Идемте, — махнул я рукой.

Что сам думаю по этому поводу, я сказать так сразу не смог. На моих руках уже крови много, и не скажу, что меня это хоть раз обеспокоило. Такова жизнь. Это не значит, что я хотел бы увеличить число крови в своей жизни. Наоборот. Чем меньше, тем лучше. Но об этом и сам Мастер говорил. Что всегда надо стремиться к мирному решению и прибегать к насилию только в крайнем случае. Видимо, эта операция и была тем крайним случаем.

Впрочем, беспокоился я зря. В следующие дни многое прояснилось.

Во-первых, что касаемо забегания вперед и слов Такена, что мы сами будет план составлять. Это оказалось наполовину правдой. Мы сами составили, предложили, а потом нас закидали вопросами наставники на следующем разборе. Что привело к полному переделыванию плана.

Во-вторых, устным обсуждением подготовка не ограничилась. Следующие пять дней мы отрабатывали штурм грузовика. Для чего самую настоящую паровую машину загнали прямо в крепость. Туда забирались охранники, в разном количестве, в зависимости от того, что говорил Стропо и Такен, после чего мы штурмовали машину. К финалу грузовик разве что на свалку буксировать можно было. Оторвались мы по полной. Гатс так и вовсе загорелся идеей, сможет ли прорубить мечом броню машины. Ему дали разрешение на проверку.

Смог. Не прошли для него мимо тренировки на брёвнах. Мне эта наука пока никак не давалась. Я с переменным успехом тело усиливал за счёт мини-шара, а уж пропускать энергию через оружие — это пока для меня заоблачные высоты.

Про Мастера я зря плохо думал. За пару дней до миссии мы покинули крепость. Куда ехали — без понятия, конечную точку нам не называли. Все два дня провели внутри закрытого кузова. Редкие остановки, чтобы справить нужду, не в счёт.

В какой-то момент нас высадили — так и поняли, что прибыли на место. Почти… Захватив оружие, припасы и всё то, что нам требовалось для миссии, устроили двухчасовой марш-бросок через лес, к соседней дороге, по которой и должна была проехать нужная нам машина. Дальше нас оставили одних. С этого момента мы вверялись сами себе. Подготовка засады, грамотное нападение — как подготовимся, в таких условиях работать и будем.

Мне в некоторой степени повезло. Как самого мобильного участника группы, меня отправили на разведку. Точного времени, когда поедет конвой, известно не было.

Зато перед тем, как оставить нас одних, Такен наконец-то рассказал, в чем суть миссии. В машине будет не кто иной, как один из иерархов Псов Господних. Уже на этой части мои сомнения куда-то улетучились, и я замотивировался как следует. Только вот на этом подробности не заканчивались. Такен рассказал, что сейчас в церкви Псов происходят изменения, и она набирает силу. Что само по себе плохо. Не только для нас, их врагов, но и для некоторых членов этой секты, которым не нравятся изменения. Вот один из иерархов и решил выйти на связь с Такеном и продаться ему. Помощь с исчезновением, обеспечение сытной жизни до конца дней в обмен на все секреты.

Это мою мотивацию повысило и вовсе до небес. В конце же Такен дополнил, что этот иерарх собирается вывезти с собой казну одной из крупных церквей. Драгоценности, камни, ценные архивы. На этом моя мысль скакнула с «грабить и убивать — это плохо» к «грабить и убивать Псов очень даже хорошо, особенно если в награду дадут парочку камней».

Справедливости ради скажу, что устыдился этой мысли. На долгую секунду или две.

Перед тем как отпустить нас, Такен сказал, что ждать стоит чего угодно. На этом всё. Мастер отбыл, оставив нас одних.

Наш отряд разделился на несколько групп. Ударная была основной — именно эти ребята будут брать штурмом грузовик. Ещё две группы берут на себя сопровождающие машины. Мы исходили из того, что их будет две. Если больше, тогда оставшиеся группы должны взять их на себя. Если пойдет по плану, то они просидят в засаде, готовые поддержать или прикрыть отступление. Также у нас была отдельная группа стрелков. Их задача отработать по бойцам со способностями в первую очередь. Потом уже по всем остальным.

Мне же отводилась особая роль. Я вроде и разведчик, и к ударному отряду приписан, и к группе поддержки. Всё из-за моей мобильности. Я быстрее других мог оказаться в любой точке поля боя. В любой — это сверху тоже. Что давало тактическое преимущество.

В главной группе были Верс, который своим телекинезом мог обезоружить противника, уж на это его сил хватит. Гатс, с его мечом и ветром, он был способен обеспечить наибольший урон. Калия, с её способностью передавать поглощенный импульс. Тич в первую очередь с его электричеством. Ускорение оружия хорошо в ближнем бою, а вот способность ударить разрядом по металлической машине могла оказаться полезной. Артур — парень с шестом, тоже серьезный боец, который, как мы надеялись, точным броском выведет часть противников.

Роли были распределены заранее, позиции заняты и оборудованы. Оставалось лишь дождаться цели и выполнить поставленную задачу.

* * *

Пока сидел в засаде, а для этого я забрался на самое высокое дерево, откуда был отличный вид на дорогу, подумал о том, что через год, возможно, второй курс окажется на нашем месте.

Точнее, у них и так скоро миссии начнутся, но не такие серьезные, как сейчас. Как-никак, мы тогда работали против обычных людей. Если не считать редких случаев, типа столкновения с ведьмой. Сейчас… Я подумал, ещё раз подумал, попытался сравнить, но так и не пришёл к единому выводу, опаснее это задание, чем обычно, или нет. Мы ведь уже нападали на конвои. Но там не было никого со способностями, а подготовка охраны оставляла желать лучшего.

Решив для себя, что скоро узнаю, насколько это опасное дело, вернулся к начальной мысли. Что если второй курс займет наше место, то мы сделаем то же самое.

Займем чье-то место.

К примеру тех, кто установил контакт с предателем-епископом, разведал всё и обеспечил нам вводные данные. Как по мне, эта работа куда сложнее. Создать ситуацию — это не то же самое, что кулаками махать. Тут мозги нужны, понимание ситуации и подвешенный язык.

Конвой я приметил во второй половине дня. Ещё не вечер, но близко. Прождал его часов пять. У наших было время подготовиться.

Цель я заметил в бинокль. Вгляделся, отметил, что машина сопровождения одна, а не две, спрятал бинокль в сумку, оттолкнулся и прыгнул вниз.

Так как я был не в легком костюме, а в зимней, ещё и с маскировочной накидкой, плюс сумка с биноклем и флягой, то на полноценное обнуление рассчитывать не приходилось. Повезло ещё, что способность раскрылась, и я мог распространять её на одежду. Пусть и не полностью убирая вес, но в той степени, что позволяло мне…

Оттолкнувшись, я полетел вперед и вниз, выбросил цепь, зацепился за заранее примеченную ветку, вернул часть гравитации, за счёт чего ускорился. Цепь я как тарзанку использовал, чтобы разогнаться и улететь ещё дальше. В момент натяжения, уже с другой стороны от дерева, отцепил цепь и полетел дальше над верхушками деревьев. В этом деле главное вовремя среагировать, выбрать открытый участок, где упадешь вниз, зацепишься и полетишь дальше.

Мне хватило пяти минут, чтобы добраться до наших, сообщить о появление конвои и занять позицию. Расположена она была в окопе, накрытом ветками, припорошенными снегом. Я сверху осмотрелся — следов нашего пребывания не видно. Спасибо погоде. Последний час падал мелкий снег, скрывший улики.

— Ну что, Спартанец, готов? — спросил меня Гон.

— Как обычно, — ответил ему, посматривая на Джиху.

В этом окопе они сидели вдвоем. Ну, пока я не пришёл. Джихе отводился первый удар. Именно она должна создать с помощью своей способности шипы, которые пробьют колеса и заставят грузовик остановиться.

Гон же сидел с паровой пушкой. Он в команде стрелков. Его способность защитная, пусть и полезная, но в основной отряд он не вошёл. Между прочим, его способность и для стрельбы очень подходит. Если его заметят и стрельнут, когда высунется, то, защитив голову, может и пережить выстрел. Меня здесь тоже оружие дожидалось. Цепь — это хорошо, но лучше я сначала расстреляю запас дротиков.

— Что? — спросила девушка, заметив мой взгляд. — Я нормально. Справлюсь.

— Вот и хорошо, — кивнул я.

Комплект одежды брата с сестрой, да и всего отряда, отличался от того, во что был одет я. Маскировочные накидки у всех одинаковые. А вот под ними — броня той или иной толщины. У Гатса самая крепкая. Он парень мощный, несколько дополнительных килограмм выдержит. У Калии, наоборот, облегченный вариант. Ей лишний вес мешает в применении сил.

Тканевая же часть защиты была настоящим шедевром. В чем в чем, а в этом Такен нас не обделил. От огня защитит, удар ножом сдержит. Смотря какой и кого, конечно, но и так, от слабых опасностей наша одежда оберегает. Если действовать грамотно и не подставляться, то сработаем чисто.

— Едут, — сказал Гон, который, пристав, смотрел, что там на дороге.

Услышав это, Джиха поднялась, хрустнула пальцами и тоже выглянула. Перед этим они оба шлемы надели. Не маски, как на занятиях, а полноценные шлемы. Гон тоже, несмотря на защиту.

Через десяток секунд до нас донесся шум моторов. В глухом лесу, зимой, он был слышен особенно хорошо. Ещё через десяток секунд добавился звук скрипа, короткого визга и торможения.

— Сработало, — сказала Джиха, садясь обратно и перехватывая свою пушку.

Теперь настала моя очередь выглянуть. Приподнявшись, оценил перспективу.

Грузовая машина была массивной. Это не совсем обычный грузовик, которых хватает на складах и в караванах. Скорее укрепленная фура военного характера. Мощная кабина, наверняка толстые лобовые стекла, которые не так просто пробить. Внутри два человека видны. Сколько внутри скрывается — неизвестно. Грузовик сошёл с дороги и чуть не врезался в дерево. Это для нас хорошая новость. Дальше они в любом случае не поедут.

Вторая машина, которая уехала вперед, не сразу среагировала и сейчас разворачивалась, была куда меньше размером. Двое бойцов сидели впереди, ещё трое сзади и… Здесь уже начинались плохие новости. К багажнику, на платформу, была приделана большая паровая пушка, стреляющая металлическими штырями по десять сантиметров и с палец толщиной. Убойная мощность тоже впечатляющая. Главный недостаток — паровой жидкости жрет много, поэтому баллон подключают в самых экстренных случаях, когда боя не избежать.

Пока из наших никто не показался, все сидели в засаде и ждали развития события.

Отмашкой к началу боя может послужить попытка задействовать тяжелое оружие или выход наружу тех, кто находится внутри грузовика. Пока ни того, ни другого не случилось, вот и ждут крутые шиноби.

События развивались по хорошему для нас сценарию. Был риск, что среди вражеских бойцов найдутся те, кто способен почувствовать людей на расстоянии. Но, судя по их поведению, ничем таким они не владели и не были до конца уверены, что авария не случайна. В первую минуту бойцы в первой машине, пока сдавали назад, были готовы подключить баллон с газом и своими пушками по сторонам водили. Но не подключали. Ждали отмашки или нападения. Из грузовика в этот момент никто не выходил. Даже водитель остался на месте.

Когда планировали операцию, рассматривали вариант ударить внезапно. Это сразу бы вывело из строя тех, кто в легковой машине. А дальше начались бы проблемы. В идеале, если кузов откроют. Так как там сидит человек, в этом заинтересованный, был вариант, что он сыграет на нашей стороне, тем самым сильно упростив задачу. А то штурмовать грузовик, когда внутри тот, кого нельзя убить, — тот ещё гемморой.

Сначала на землю выпрыгнули бойцы из первой машины. Осмотрели колеса, обошли грузовик, поглазели по сторонам и даже к лесу сходили — один сходил, второй его прикрывал, если быть точным.

Парни на вид они серьезные. У каждого меховой плащ с эмблемой Псов. Под ними видны нагрудники. Из оружия — далеко не самые дешевые паровые пушки с улучшенными малыми баллонами. Это которые держатся почти сутки при распечатывании. Поэтому и вооружились они сразу, как только случилась нештатная ситуация. Не считая тяжелого оружия, конечно.

Через пару минут, когда они не обнаружили никаких следов, наружу вылез водитель и пошёл смотреть, что там с колесами. А с ними всё плохо было. Джиха три из восьми вывела. Мы долго обсуждали, как поступить. Три колеса — слишком подозрительно. Но без одного подобные машины вполне способны ехать. Пусть и не весь маршрут, но от нас уберутся подальше, и тогда совсем другая история начнется.

Те, кто внутри находился, наблюдали за происходящим через смотровые окошки. Слишком узкие, чтобы мы ими воспользоваться смогли. Да и переговаривался вражеский отряд свободно. Я со своей позиции ничего не слышал, но тот же Гатс, который сидит куда ближе, уверен, прекрасно разбирает, о чем они болтают.

События завертелись, когда отряд в грузовике рискнул выйти наружу. Трое успели выбраться, когда Гатс выскочил на поверхность. Я сам этот момент чуть не проморгал. Парень действовал дюже быстро, подкинув себя ветром вверх.

В тот же момент оружие из рук ближайших к нему противников дернуло в сторону. Оно было закреплено на ремни, полностью лишить вооружения у Верса не получилось, но и выиграть несколько секунд в данном случае имело критическую значимость.

Как следом за Гатсом выскакивают остальные, я видел уже краем глаза. Рядом со мной первым выстрелил Гон. Как и говорил, с оружием он обращался куда лучше. Я разрядил всю обойму в того бойца, которого выбрал заранее целью. Перестрелка длилась всего ничего. Секунд десять от силы. Половина моих выстрелов ушла в пустоту, зато другая попала, куда надо. Пса срезало и бросило в снег. После этого я откинул пушку и тоже выскочил.

Наш маленький отряд находился с другой стороны от основного места действий. Пока Гатс, да и остальные в его группе привлекали внимание, моё появление могли пропустить. На что я и рассчитывал, выскочив наружу и метнувшись по дереву наверх, а оттуда широким прыжком скакнул на верх грузовика.

В этот короткий отрезок времени, пока летел, успел оценить обстановку.

От обстрела погибли не все. Те, кто в первой машине остались, слегли. Никого живого я не заметил, все тела лежали. Водителя и двух бойцов из первой машины, которые изучали колеса, тоже зачистили. Их тела никаких признаков жизни не подавали.

А вот та троица… Точнее, уже четверка, что выбралась из грузовика, имела какую-то защиту против стрелкового оружия. Защититься они успели, но вот ответить — нет.

Гатс добрался до них раньше. Наверняка это был второй или третий удар, но именно он пробил защиту. Так совпало, что в момент моего приземления на крышу меч прошёл сквозь купол и врезался в людей. Брызнула кровь, двух ближайших к парню бойцов снесло и разрубленные тела полетели в сторону.

Не успел я что-либо предпринять, как двух оставшихся сняли стрелки.

Дверь закрыть не дали. Ударная группа окружила выход, я встал сверху, чтобы поддержать их. Калия внутрь закинула дымовую шашку, и из грузового отсека повалил густой дым.

А дальше события понеслись вовсе не так, как мы ожидали.

Темная тень метнулась наружу настолько быстро, что никто не успел среагировать. Находясь сверху, я успел разглядеть лишь смутное движение, как Гатс дернулся, его меч отбили в сторону, и парень оказался в плену у какого-то мужика.

Не в захвате, а именно в плену. Мужик положил руку на голову Гатсу, и тот, вместо того чтобы скинуть её, обмяк и замер.

Я было собирался атаковать этого типа цепью, но меня опередили.

Откуда ни возьмись появился Такен.

Глава 24. Бой или Как враг все планы спутал

Такен наблюдал за тем, как действует его первый набор шиноби. Оставлять их одних он не собирался.

Когда на связь вышел один из пальцев ордена Псов, предложив в обмен на помощь ценную информацию, разумеется, Такен заподозрил в этом подвох. Как иначе. Слишком много странного происходило в последнее время.

Тем не менее от возможности отказываться было нельзя. Очень уж Такен хотел узнать о наработках Псов касательно колдунов. Да и сам факт того, что один из пальцев, высший чин ордена, собирается их предать и поторговать секретами, говорил о многом.

Договор был заключен следующий. Палец передает время, в которое отбудет из церкви. Такен устраивает засаду и инсценирует «убийство». Предатель не обольщался и понимал, что за такое Корентайн будет его искать и не успокоится, пока не отомстит. Для чего и была нужна операция, чтобы запутать следы.

Сложностей в плане хватало. Ученики этого не знали, но, помимо них, было ещё две группы, контролирующие другие дороги. Также имелись и шпионы, которые следили за ситуацией и подтвердили, что всё идет по плану.

Но всё равно Такен до последнего ожидал подвоха.

На то было несколько причин. Во-первых, он ни за что бы в жизни не стал доверять никому из Псов, тем более высшему иерарху. Во-вторых, несколько месяцев назад в ордене начались перестановки. Особенно выделялся случай воспламенения одного из священников, прямо во время проповеди. С одной стороны, это событие объясняло, почему палец так засуетился. Опасается, что станет следующим? В то, что это событие имеет под собой религиозно-мистическое объяснение Такен тоже не верил. Кто-то устроил жестокое шоу, преследуя свои цели. Очевидно, что это был сам Корентайн. Который совсем недавно вернулся из Колодца. Что пытался скрыть, но Такен об этом узнал. Также было и в-третьих. Колдуны и ведьмы. Неизвестная сила, которая могла сделать свой ход в этой истории. Как играя за себя, так и на стороне Псов.

Всё это приводило к простому выводу. Во время захвата цели может произойти что угодно. Внутри окажется сам Корентайн, десяток колдунов или страшный демон.

Вариант отправить на столь опасное дело кого-то другого Такен рассматривал, но недолго. Ему нужны были сильные люди, способные решать любые поставленные задачи. Взрастить таких было непросто, это имело свою цену. Не сталкиваясь с реальными опасностями, они не смогут заматереть. Но и лишний риск был ни к чему. Поэтому Такен сам лично контролировал ситуацию, скрываясь и присматривая за учениками.

Операция началась идеально. Псы были в своём репертуаре. Им не хватало выучки. Сами вылезли, сами подставились. Ученики отработали без погрешностей. Хватило стрелкового оружия, чтобы уничтожить почти все цели. Защитная способность, которой прикрылась часть отряда, была уничтожена Гатсом.

А дальше события понеслись по худшему из сценариев.

Когда появился сам Корентайн, Такен не удивился.

С этого момента операция выходила за рамки возможностей учеников, поэтому Мастер среагировал мгновенно. До того, как успело случиться непоправимое, Такен оказался рядом с Корентайном и взмахнул мечом.

Бил он по руке, собираясь ту отрубить. Очень уж не понравилось то, как Корентайн действовал. Почему схватил парня за голову? Почему не ударил насмерть?

Меч врезался в защиту. Корентайна окружило силовое поле. Способность от редкого камня, дарующая возможность отразить почти любой удар несколько раз. Об этой способности Такен знал, поэтому не остановился и нанёс ещё череду ударов. Действовал он настолько быстро, что Корентайн не успел среагировать. Хватило трех взмахов, чтобы его рука отделилась, после чего предводитель Псов получил оплеуху и отлетел в лес.

Такен отправил его туда, где не было учеников.

Корентайна протащило по земле, но приземлился он аккуратно, на ноги. Такен отметил, как следом за ним улетела и отрубленная рука. Ту с телом связали красные нити. Вернувшись, конечность прилипла обратно, и Корентайн взмахнул рукой, проверяя её подвижность.

— Явился, значит, — сказал он Такену, который неспешно подходил, анализируя увиденное. — Только вот опоздал.

Пропустив слова мимо ушей, Такен ускорился и атаковал мечом, наотмашь, собираясь разрубить противника. Это противостояние давно пора было закончить, и, раз подвернулся удобный случай, почему бы и нет.

Только вот Корентайн, проявляя недюжинную прыть, смог перехватить лезвие голой рукой.

— Не ожидал? — усмехнулся он. — А ты ещё обернись, посмотри, что я с твоим учеником сделал. Полное подчинение.

Как раз в этот момент сзади раздался гулкий удар, скрежет металла и звуки битвы.

— Они сами разберутся, — ответил Такен. — А ты, будь добр, умри.

* * *

Появление Такена было сродни схождению богов с небес. Настолько всё быстро произошло, что осознал я эти события постфактум.

Вот неизвестный мужик схватил Гатса, и тот обмяк. Вот появляется Такен. Я лишь смутный силуэт знакомой брони и разглядел, как рука, которой противник держал Гатса за голову, отделилась от тела, а сам тип отлетел в сторону леса. Такен последовал за ним. Как и рука. Гатс же остался на месте.

Прошла секунда, Калия бросилась к Гатсу, проверить, что с ним и, если тот пострадал, увести с линии огня — внутри грузовика ещё могли остаться бойцы.

Только вот… До того как девушка подошла к парню, тот вытянул руку, притянул меч и ударил.

Калию.

Для меня это событие растянулось на целую вечность.

Я видел, как напрягается тело Гатса. Как он перетекает в стойку, подходящую для удара. Как вокруг меча появляются завихрения, и он заносит клинок, чтобы обрушить на Калию.

Гатс собирался ударить насмерть. Показать один из сильнейших своих ударов.

Реагировал я с запозданием. Цепь метнулась наперерез, но я понимал, что не успеваю. Гатс бил наотмашь, боковым ударом. Лезвие врезалось Калии в бок, та успела выставить руку и…

И ничего не случилось. Меч внезапно остановился. Скользнув вдоль него, Калия ударила открытой ладонью Гатса в грудь. Того отбросило прямо на грузовик, да с такой силой, что металл промяло.

Меч он при этом не выпустил.

Да и не было видно, что его вывели из строя.

Я было собирался заблокировать ему руку цепью, но тут в проходе показался боец с пушкой. Цепь дернулась, сменила траекторию и обхватила Пса за горло.

В тот момент я сильно затупил. Не смог в полной мере осознать, что Гатс переметнулся и его надо воспринимать как противника. Глаза видели, что он собирался убить Калию, а до мозга не дошло. Поэтому и ударил того, кого изначально воспринимал врагом.

Я было подтянул Пса наверх, но тут ему в брюхо прилетело несколько металлических болтов. Защититься он от них либо не мог, либо не успел.

Гатс тем временем отлепился от машины и, вместо того чтобы продолжить миссию, снова бросился на Калию.

Верс перехватил его меч телекинезом. Дернул, замедлил на секунду и позволил Артуру ударить шестом по ноге. Удар даже достиг цели. Что лишь привело Гатса в бешенство.

Я отпустил Пса, высвободил цепь и метнул её в Гатса. В голове мелькнула мысль, что на него напало какое-то помешательство, но дальше он действовал слишком уж грамотно. Смог высвободить меч, увернулся от цепи, с помощью ветра ускорил себя и врезался плечом в Артура.

Тут бы парню и пришёл конец. Гатс собирался добить его мечом.

Первым на помощь пришёл Тич. Зашёл за спину и успел коснуться саблей, пустив разряд. Гатса выгнуло, он зарычал, но не отключился, а отмахнулся. Не отпрыгни Тич, его бы снесло мечом. А так он проскользнул над головой вовремя упавшего на землю парня.

Калия зашла с другой стороны и, подпрыгнув, ударил Гатса двумя ногами в бок, отчего его снова откинуло, давая нам несколько секунд.

Я прыгнул к нему, крикнул на ходу.

— Тич!

Тич понял, что я от него хочу.

Спрыгнув с крыши, я приземлился рядом с Гатсом и наконец-то достал его цепью. Тич подскочил ко мне и коснулся, пуская разряд. Мне пришлось отпустить цепь, чтобы не забрать часть вложенной силы. Сосредоточившись, я задался целью полностью оплести и связать Гатса.

Думаете, того это остановило? Куда там.

Зарычав, как дикий зверь, Гатс вперил бешеный взгляд в нас двоих. Взмахнув мечом, он перерубил цепь и бросился на нас, замахиваясь…

* * *

Шупа наблюдал за полем боя через прицел. Он один из немногих, кто получил усиленную винтовку с хорошим прицелом и мог работать точечно.

На нем было двое убитых. Один спорный — в него кто-то ещё выстрелил с другой позиции. Чей снаряд оказался смертельным, неизвестно, но это было и не особо важно.

Чтобы не потеряться в ответственный момент, Шупа перед выходом из крепости заучил порядок действий. По пути его повторял, обновляя в памяти. Когда всё завертелось, парень отмечал у себя в голове по пунктам. Засечь конвой и дождаться отмашки Спартанца — выполнено. Остановить конвой и не спалиться — выполнено. Дождаться, когда противник подставится, получить отмашку от Гатса и перестрелять всех — выполнено. Взять штурмом фуру… План полетел к черту.

Когда именно всё пошло не так, Шупа проморгал. Только что операция разворачивалась образцово грамотно, а в следующую секунду какой-то опасный мужик схватил Гатса. Сразу же отлетая в сторону леса. События происходили настолько быстро, что эмоции по этому поводу не успевали возникнуть.

Перед Шупой стояла задача стрелять и не мазать, поддерживать основную группу огнем. Что он и продолжил делать, как в момент этого короткого столкновения, так и после.

Когда Гатс атаковал Калию — это стало полной неожиданностью. Что не помешало Шупе навести ствол на противника, которого Спартанец поймал цепью. Выдохнув и плавно нажав на спусковой крючок, парень метко послал в пойманного череду металлических стрел. После чего присел, спрятался в укрытии, отсоединил опустевшую кассету с боеприпасом и вставил новую.

— Какого хрена, — выдал напарник, сидящий рядом и продолжающий наблюдать за полем боя.

Не обратив на него внимания, Шупа распрямился и стал выискивать следующую цель. Нападение Гатса не оказалось случайностью. Как он не разрубил Калию, и почему та продолжает бегать, для парня осталось загадкой.

Он успел увидеть, как Спартанец с Тичем чудом увернулись от меча разъяренного Гатса. Впервые с момента начала заварушки Шупа почувствовал эмоцию — страх.

И пугал его именно Гатс. Настолько безумным он парня до этого ещё никогда не видел. Если его не смогут остановить, то есть все шансы лечь всему отряду от своего же. Почему так вышло, Шупа не задавался вопросом. Принимал действительность как данность. Отметил, что с той стороны, куда ушёл Такен с тем мужиком, ничего не доносится. Это могло означать что угодно, но какая разница, если прямо в этот момент из грузовика один за другим выпрыгнули ещё три бойца, наводя оружие на шиноби.

Выдохнув и задержав дыхание, Шупа снова плавно нажал на спусковой крючок. Это оружие было куда лучше стандартного, но и оно имело разнос. Расстояние до противника всего ничего — около сорока метров. Но и этого было достаточно для парового оружия, чтобы промазать.

Что и случилось. Снаряды летели, куда надо, но в последний момент вильнули и ушли в землю.

Способность защитного типа, работает против физических объектов, определил Шупа. Так он решил, потому что Верс клювом не щёлкал и отвёл оружие троицы в сторону, не дав выстрелить.

Не теряя времени, Шупа сместил пушку и выстрелил по следующему противнику, но тот тоже оказался прикрыт силовым полем. Ещё и со способностью. Из тела выскочила тень, оформившись в двойника и побежав прямо на позицию парня.

Это было наименьшей из проблем Шупы. Третий пёс повёл рукой, и дерево, под которым скрывались стрелки, пошло трещинами и взорвалось. Щепки разили если и хуже снарядов, то не сильно. Шупа ощутил, как его кольнуло болью сразу в нескольких местах. Рядом болезненно вскрикнули напарники. На несколько секунд Шупа потерял противника из поля зрения. Зато услышал взрыв. В ход пошли гранаты. Их им тоже выдали, с наказом использовать в крайнем случае.

Но что это, если не крайний случай?

Когда Шупа снова взглянул на происходящее, Калия лежала на земле, Артур сошёлся в рукопашную с Псом, а Спартанец отхватывал от Гатса.

* * *

— А ты, будь добр, умри, — сказал Такен, ударив мечом.

Растягивать поединок он не собирался. Возможности своего давнего кровника он знал и сейчас задействовал одну из заготовок. Удар артефактным мечом, с усилением второго круга.

Таким ударом было возможно развалить крепостную стену, не то что убить человека. Тем удивительнее, что Корентайн смог перехватить меч за лезвие.

— Не ожидал? — выдохнул он, подавшись вперед. — Это только начало!

Как и в случае с Гатсом, мужчина положил ладонь на шлем Такена. Тот замер. Не от того, что с ним что-то сделали, а наоборот, ровным счётом ничего не почувствовав. Да и чувство опасности молчало.

— Полное подчинение! — проговорил Корентайн.

Сказано это было с таким пафосом, что Такен едва удержал смешок. В отличие от Корентайна. Тому выдержки не хватило, и он расхохотался. Не от комичности, а от триумфа.

— Наконец-то! — говорил командор Псов. — Я смог поработить самого Такена, Демона ночи, убийцу моего отца! Ну что, папочка?! Ты видишь?! Видишь?! — посмотрел Корентайн на небеса. — Я сделал то, чего не смог ты!

Под шлемом брови Такена ползли вверх от удивления. Он всякого ожидал. Но не настолько экспрессивной речи.

— Ты меня можешь слышать и понимать, — обратился Корентайн к нему. — Но отныне будешь выполнять все мои приказы. Отдай свой меч.

На секунду Такен заволновался. Всего на секунду. Мало ли, вдруг его и правда поработили. Ничего подозрительного мужчина не ощутил. Ни желания отдать оружие, ни движения тела против воли. Заминка длилась две секунды. За которые Такен успел оценить ситуацию и протянул меч.

Корентайн, который внимательно за ним наблюдал, забрал легендарный артефакт и довольно оскалился.

— Знал бы ты, сколько времени и сил отняла подготовка. Мой отец смог отыскать место, где находился легендарный камень разума, но сам пробиться туда не смог. Я превзошёл его! Превзошёл! А ты, великий Такен, не смог этого предотвратить! Разум одного твоего ученика я уже захватил. Как закончу с тобой, подчиню остальных. После этого наведаюсь в крепость. Понимаешь ли… — Корентайн заговорил куда тише: — Эта способность дарует такие возможности… К примеру, я подчинил несколько твоих людей и узнал многие секреты. Сделал так, что ты пришёл сюда. Разве не прекрасно? — расплылся он в улыбке. — Ах да, разрешаю тебе говорить.

— Ты ведь в курсе, что ведешь себя как классический злодей? — моментально среагировал Такен. — Тебе остаётся разболтать свой дальнейший план, а потом дать мне спастись самым нелепым образом.

— Против этого нет защиты, — покачал головой Корентайн. — По случаю твоего порабощения я, пожалуй, раскурю сигару. Как знал, что пригодится.

Этот мужчина и правда достал сигару из внутреннего кармана. Потом вынул и зажигалку. Чиркнул пару раз, поджег и раскурил сигару, выдохнув дым в сторону Такена. Тому на это было плевать. Он даже запаха не почувствовал. Шлем защищал и от таких мелочей.

Почему новая сила Корентайна не подействовала, Такен уже определил. Дело как раз в шлеме. Тот тоже был легендарным артефактом. С подобными силами мастер пока не сталкивался, поэтому и не знал о защите разума.

Сам факт наличия этой способности не оставлял выбора. Корентайна нужно было уничтожить любой ценой.

— И ты меня злодеем называешь? — продолжил говорить Корентайн. — Ты, убийца моего отца?

— Мы оба знаем, что твой отец был тем ещё садистом и мудаком.

— Это так, — кивнул Корентайн. — Но у тебя нет права оскорблять его. За эти слова я убью кого-нибудь из твоих учеников, а ещё лучше прикажу это сделать тебе. Идем, посмотрим на них. Прикажешь остановиться, сложить оружие и всем собраться в одном месте. Тебя-то они послушают, — хохотнул Корентайн, искренне наслаждаясь ситуаций.

Смех исчез, когда меч выскочил из его руки, оказался у Такена, и тот, закрутив оружие, обрушил град ударов.

Его целью было найти брешь в обороне и убить врага как можно скорее.

Одна из причин, почему раньше Такен не разбирался со своим противников, банальна. В этом бою был шанс погибнуть, а риск того не стоил. У Корентайна, помимо набора из способностей редкого уровня, имелись также две неприятные в своём сочетании силы. Первая позволяла ему блокировать чужие способности, вплоть до легендарного уровня. Насколько было известно Такену — где-то на минуту легендарные и от пяти минут редкие. Вторая же способность позволяла создать взрывную волну вокруг себя. Настолько мощную и объёмную, что Такен всерьез опасался, что броня может и не выдержать.

Вот и выходила крайне опасная связка — убрать способность защититься и нанести ультимативный удар. При этом самому не пострадать.

Корентайн знал, что Такен в курсе его способностей, и воспользовался этим, чтобы отпугнуть его. Обнулил защиту своего врага, и тот сразу же рывком ушёл в сторону, разрывая дистанцию.

— Что же ты бежишь, — прошипел Корентайн, прикидывающий, что делать дальше.

Он не понимал, почему его способность контроля разума не сработала. Сам факт того, что он, как дурак, распинался перед, казалось бы, побежденным врагом, приводила Корентайна в неистовство. Эмоции толкали ответить здесь и сейчас, и командир видел отличный способ, как это сделать — загубив начинание Такена.

Для чего достаточно накрыть взрывом всех его учеников.

Не успел Корентайн сделать и пары шагов, как его смяло, что-то ударило в живот и отбросило назад с такой силой, что ближайший деревья превратились в труху, отправившись в полёт вместе с ним.

Этот бой только начинался, и Такен прекрасно видел, как может поступить его противник.

* * *

Гатс и по нам ударил так, чтобы убить. Я прыгнул назад, кувыркнулся и схлопотал вдогонку порыв ветра. Как спасся Тич, не видел. В тот момент, когда Гатс-демон обрушил на нас меч, было не до разглядываний. У меня сердце в пятки ушло от промелькнувшей рядом смерти.

Зато это помогло собраться. Организм снова перешёл в то состояние, когда мы с Гатсом дрались, только ещё более сильное.

Время замедлилось, я куда ярче увидел мир и почувствовал, как тело наполняет энергия.

Когда вскочил, увидел, как Артур метнул шест, лишившись оружия — Гатс перерубил палку, никакое усиление не помогло. В этот момент ещё и боевики из грузовика повыскакивали. Их оружие дернулось, послышались выстрелы, и оставалось надеяться, что наши с ними разберутся.

Потому что Гатс на месте стоять не стал. На него налетела Калия. Выгадала момента и ударила его в ногу, с применением силы. Нога подвернулась и Гатс следом получил по голове. Я заранее знал, что будет дальше. Это парня не остановит.

Так и вышло. Он отмахнулся, Калия приняла удар на жесткий блок и успела махнуть кинжалом, пустив парню кровь. Это его не убьет, но, надеюсь, ослабит.

Когда-нибудь.

Эта чертова машина, вместо того чтобы успокоиться и замедлиться, набросился на девушку. На что я смотрел, сорвавшись с места. Потянувшись к цепи, перетащил её на шею парня и захлестнул, удушая. Чуть рефлекторно не активировал пламя. Гатса надо вырубить чисто, желательно без травм и уж тем более не убивая.

Не успел я добраться до него, как рядом что-то взорвалось. Судя по звуку, в Псов полетела граната. Где-то в лесу почти сразу же тоже взрыв прогремел, но совсем другой. Что-то там происходило, но разбираться с этим не было времени.

Гатс умудрился оттолкнуть Калию и закрутил вокруг себя меч. Тич, который собирался было напасть на него со спины, поспешно отпрыгнул. Артур так и вовсе даже не пытался подойти, оставшись без посоха. Как же я его понимал. Последнее, чего мне хотелось, — это приближаться к Гатсу.

Когда он занёс меч вверх, тот дернуло. Не знай Гатс, на что способен Верс, может, и сработало бы. А так меч был удержан в руках, пусть и с замедлением, но ударив по Калии. Та успела отпрыгнуть, кувыркнулась назад, но и эти трюки Гатс прекрасно знал.

Сейчас разница между нами была в том, что он демонстрировал куда больше, чем на тренировках, стремясь убить.

Разогнавшись, я сжал цепь ещё сильнее, думая, когда же этот демон задыхаться начнет. Тот, словно не замечая, пер напролом, преследуя Калию.

Мне нужна всего секунда. Секунда…

Внезапно Гатс запнулся и повалился на землю. Я заметил золотой шип, что торчал из земли. Джиха постаралась, молодец. Калия дернулась было к парню, но тот, раненый, среагировал слишком быстро.

Короткий взмах, порыв ветра, и в Калию второй раз врезался меч. На этот раз девушку снесло и отбросило в сторону. Она замерла, упав в снег.

— Сука! — проорал я и, прыгнув, пролетел последние метры, упав на загривок парню.

Получилось его завалить. Мы упали, я взял его в захват и принялся душить.

Эта же буйная сволочь, мыча от гнева, смогла подняться и рухнуть назад, на спину, приложив меня о землю. В этот момент его меч наконец-то отлетел в сторону, и я понадеялся, что Верс закинет его так далеко, как только сможет.

Когда к нам подбежал Тич, Гатс встретил его ударом ноги и смог отбросить. Откуда не возьмись появился Гон. Его тоже встретил удар, но был принят на защиту и прошёл в пустую. Навалившись сверху, Гон принялся бить Гатса, но через секунду был откинут в сторону порывом ветра. Настолько сильным, что парня подняло в воздух, крутануло и вдарил о землю.

— Да успокойся ты, придурок! — прохрипел я, продолжая удерживать захват. Ещё и ногами обхватил, чтобы точно не сбежал.

Гатс на это как-то умудрился податься вперед, а потом дернуть башкой и разбить мне нос затылком.

— Придурок! — в сердцах прорычал я.

Тич и Гон, объединившись, навалились вместе. Гатс попытался снова исполнить трюк с ногой, но ту схватили и не дали себя откинуть. Порыв ветра тоже не сработал, уйдя в сторону.

Мы почти его задавили.

Гатс перестал отчаянно сопротивляться, поплыл и ослаб. Оставалось совсем чуть-чуть, чтобы вырубить его, но, как назло, со стороны леса сначала раздался гул, а следом пришла взрывная волна такой силы, что снесла и Тича, и Гона. Меня в месте с Гатсом тоже протащило и швырнуло о землю. Мир закружился, и, когда перестал, я отказался в паре метров от парня.

Но ладно это. Мой взгляд зацепился сначала за тело Калии, которое также протащило по земле и откинуло на спину. Девушка не подавала признаков жизни, и это напугало меня до чертиков.

Поднявшись, мой взгляд скользнул дальше, я искал, нет ли ещё пострадавших и спешит ли кто на помощь Калии.

Такие были. Джиха выбрала из укрытия и, как я понял, почти добежала до девушки, когда нас всех накрыло взрывной волной. Сейчас Джиха поднималась и трясла головой.

Взгляд пошёл дальше и зацепился за перевернувшийся грузовик. Из того продолжал валить дым. С момента начала драки прошло всего ничего, от силы пара минут, а то и меньше. Прямо на моих глазах из дыма, окровавленный, держа в руках какой-то кейс, вынырнул не кто иной, как знакомый мне колдун.

Наши глаза встретились, и на этот раз он выглядел чуть живее, чем в прошлый. Я было подумал, что он махнул мне рукой, но нет. Это был совсем другой жест. Нацелившись, он выставил палец с длинным когтем в мою сторону и начал перед ним формировать черную кляксу.

Осознав, что если отряд сейчас накроет холодной тьмой, то не все это переживут, я бросился вперед.

* * *

Такен с досадой поморщился, когда очередной удар был отбит. Корентайн готовился основательно, это стоило признать.

Помимо подбора способностей, которые сводили на нет умения Такена, он ещё и артефактом обзавёлся. Минимум половина ударов проходила впустую. Оставшаяся половина блокировалась либо способностью создавать силовое поле вокруг себя, либо исправлялась регенерацией, если получалось нанести удар.

Достать Корентайна получилось три раза. Первый удар пришёлся снова по руке, отрубив тому кисть. Как и до этого, та сразу притянулась обратно, и рана моментально закрылась. Второй был куда удачнее — Такен рубанул по лицу. Надеялся задеть мозг и вывести противника из строя. С этим обычная регенерация справиться не могла. Но в данном случае было что-то необычное. Корентайн продолжил драться как ни в чем не бывало. Третий раз Такен разрубил ему спину. Тот же эффект.

При этом Корентайн на месте не стоял. Он создавал лучи света и лупил ими по Такену. Попасть не мог, но проблем доставлял, ограничивая передвижения мастера.

А ему и так приходилось просчитывать каждое движение. Корентайн хотел поймать его в захват своих способностей и постоянно двигался в сторону учеников. Такен ему в этом мешал. Это было сродни игре в шахматы.

В какой-то момент Корентайн не выдержал. Такен собирался отрубить ему голову, перестав убегать, но тот среагировал раньше. Его замысел был понятен. Либо уничтожить Такена, либо его броню и взять под контроль.

В последний момент Такен выпрыгнул вверх, зависнув в небе. Оттуда и наблюдал, как взрыв расползается, накрывая лес.

Это была существенная ошибка Корентайна. Тот уже много сил потратил и сейчас выложился ещё больше. Такен же берег запас. В битве такого уровня, когда способности перекрывали друг друга, часто проигрывал тот, у кого заканчивался запас энергии. Поэтому мастер и не использовал ультимативные способности, такие, как применение третьего круга.

Волна уничтожения распухла, зависла на несколько секунд в пиковой точке и медленно свернулась обратно. Когда полностью исчезла, оказалось, что Корентайн вовсе не там, где должен был находиться. Доказав, что можно свободно передвигаться под взрывом, он добрался до границы того и вынырнул в последний момент, бросившись в сторону других учеников.

— Пора с этим заканчивать. — сказал Такен сам себе.

До этого он экономил силы, и пришло время задействовать их на полную катушку.

Эпилог

В момент, когда колдун выпустил в нас шар тьмы, а я прыгнул ему навстречу, время замедлилось совсем уж до предела, и этот краткий миг растянулся на целую вечность.

Я бы сильно приукрасил, скажи, что поступил так обдумано.

Сказалось волнение за Калию. Я не был уверен, что она до сих пор жива. А если так, то это потеря ещё одного члена отряда, на том задании, в котором участвую я. И если Джессика была мне безразлична, то Калия — друг, пусть и не совсем типичный.

Безумие Гатса, неизвестность, что будет с ним и удастся ли привести парня в чувство. Пропущенные удары и гул в голове. Недавний взрыв в лесу, который нас всех разметал. Миссия, которая была под угрозой. Потому что из задымленного грузовика больше никто не выходил, кроме тех трех бойцов и колдуна. Маловероятно, что наша цель там вообще присутствует, а если она всё же здесь, то лежит в мёртвом виде.

Также я не понимал, откуда колдун взялся. Был с самого начала внутри или незаметно проник внутрь, когда завертелось. Как бы там ни было, ничего, кроме глухой ненависти, его появление у меня не вызвало.

Ну а то, что он держал в руке какой-то чемодан, и там наверняка было что-то ценное — это как финальный аккорд в песне то ли ярости, то ли глупости, что сыграла внутри меня.

Я любой ценой не хотел допустить новых жертв. Не хотел позволить этому уроду ударить по нашим, хорошо зная, насколько его атаки опасны и что у других защиты может и не хватить. Не хотел я ему позволить свалить с чем-то ценным, да и в принципе свалить.

О том, что сам могу сдохнуть, приняв удар на себя, я как-то не подумал.

В тот момент я просто сиганул вперед, собираясь прикрыть других. И если бы не ускорившееся восприятие и время, растянувшееся до неприличных значений, я бы не успел осознать всё то, что промелькнуло у меня в голове.

За миг до столкновения я сгруппировался и полностью расслабился.

Сначала принял удар на руки. Темная энергия выплеснулась, прошла по пальцам, рукам, и после этого основной заряд ударил в грудь, раскрывая вложенную мощь на полную.

На какие-то доли мгновения я оказался в полной темноте. Провалился в неё, ушёл с головой, захлебываясь и задыхаясь от нестерпимого холода. Ошеломление, паника, страх… Самое удивительное, что я не зажмурился от всего того, что на меня нахлынуло, и увидел…

Увидел бескрайнее пространство тьмы. Вокруг стояли десятки силуэтов. Они заметили меня, стали поворачиваться и направлять руки. Сдвинулись с места, их когти росли, двигались ко мне, чтобы вцепиться и разорвать…

В следующий миг шар энергии внутри меня с жадностью набросился на тьму и принялся её терзать. Окружающий черный мир пошёл трещинами, фигуры колдунов и ведьм стали отдаляться, и они уже не успевали дотянуться до меня.

Меня закружило, завертело, и я снова оказался в мире людей, стоя на коленях прямо перед колдуном, который взирал на меня, наклонив голову, будто я любопытное насекомое.

Шар поглотил силу вражеского удара, но этой силы было столько, что меня буквально распирало от токсичной энергии. Чувствуя, что ещё немного, и последствия мне не понравятся, я отвёл руку назад.

Гатс разрубил мою цепь, и основной кусок я направил на то, чтобы связать его. Сейчас же я притянул обрубок с грузилом-лезвием. Самым обычным, ведь против демонов я драться не планировал. Этот кусок цепи пролетел над холодной землей, и я пустил всю обретенную силу на то, чтобы усилить удар.

— Сюда иди! — выкрикнул я, хрипя от напряжения.

Сила как вошла, так и пошла обратно. Из живота, через грудь, в руку, а оттуда через кисть в цепь. Я впервые сделал то, чему Такен учил других учеников последний месяц. Усилил оружие.

Цепь врезалась колдуну в живот. Это произошло настолько быстро, что он и среагировать не успел. Пробив кожу, она устремилась наверх, вдоль позвоночника и остановилась, только добравшись до головы. Брызнула кровь, но мне этого показалось мало, и я активировал пламя. Заряд энергии был настолько мощным, что верхнюю часть тела колдуна разорвало и из него вырвался столб пламени.

И, как назло, именно в этот момент где-то рядом в лесу раздался второй взрыв, на этот раз куда мощнее. Он был совсем другого типа, но от него также разошлась взрывная волна, поднимая деревья и швыряя их в разные стороны.

Такое бревно пролетело мимо меня, разминувшись на считанные сантиметры. Лицо обдало порывом ветра, меня бросило на землю и протащило, в который уже раз.

Когда всё закончилось, я попытался подняться, но рука не послушалась, и я завалился обратно.

Лежал на земле, и до меня с трудом доходило, что конечность я не чувствую, и ощущение такое, будто тело рассыпается на дымящиеся от напряжения куски.

Такова жизнь… шиноби.

* * *

Такен стоял и смотрел на отрубленную руку и ногу.

Не свою, что радовало. А вот отсутствие остального тела — уже нет, не радовало.

Корентайн, по всей видимости, смог уйти. Как бы он в свой план и новую способность ни верил, но пути отступления подготовил.

Всю его защиту Такен смог обойти. Почти… Ещё один припасенный козырь сыграл злую шутку. Корентайн использовал способность отражения редкого уровня. Её силы не хватило, чтобы отбить удар полностью, но и то, что получилось, помогло ему выжить. Отраженная часть удара разошлась в стороны, разнося лес ещё сильнее. А то, что не отразилось, порубило его тело на части.

В этот момент он и исчез.

Про восстановление конечностей Такен тоже успел догадаться. Это была не регенерация, а именно восстановление к изначальному состоянию. Способность редкого уровня, обычно имеет небольшое количество срабатываний. На пятый раз Корентайна уже не хватило. Потери он забрать с собой то ли не смог, то ли не успел.

На то, что скончается от полученных ран, тоже рассчитывать не приходилось. Уж на своей базе ему помощь окажут.

Такен огляделся, прислушался к ощущениям и тому, что происходит у учеников.

Ничего хорошего там не происходило.

Постояв пару секунд и проверяя, точно ли свалил Корентайн, а не воспользовался каким другим трюком, Такен отправился к ученикам.

Впереди их ничего хорошего не ждало. Очень уж неприятную способность заполучил их враг. Надо срочно отзывать всех агентов, искать Корентайна и убивать его. А потом устраивать проверки, пытаясь вычислить тех, на чей разум он успел повлиять.

Спустить на тормозах уже не получится.

Война началась.

Nota bene

Опубликовано Telegram-каналом «Цокольный этаж», на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

https://author.today/work/202671

Content

Роман Романович
Ученик шиноби 3. Второй год

Пролог

Глава 1. Встреча учеников, или Как Спартанец о планах думал

Глава 2. Испытание, или Как Спартанец увидел то, чего не ждал увидеть

Глава 3. Испытание, или Как Спартанец нервничал

Глава 4. Демон, или Как Спартанец по лесу бегал

Глава 5. Бой, или Как Спартанец по лесу петлял

Глава 6. Возвращение в крепость, или Как Спартанца спалили

Глава 7. Первый день, или Как Спартанец приветствия новеньким выписывал

Глава 8. Искусство боя

Глава 9. Круги, или Как Спартанец получил от ворот поворот

Глава 10. Повышенные нагрузки, или Как Спартанец кое-что в библиотеке нашёл

Глава 11. Забеги, или Как Спартанец по голове получил

Глава 12. Смыслы, или О том, как Спартанец о себе кое-что новенькое узнал

Глава 13. Разведка, или Как Спартанец вопросы задавал

Глава 14. Встреча в лесу, или Как Спартанец незнакомого узнал

Глава 15. Возвращение, или Как Спартанец по лесу скакал

Глава 16. Последствия, или Как Спартанец про новый формат тренировок слушал

Глава 17. Влияние, или Как Спартанец опять инстинктам поддался

Глава 18. Ночи холодные, или Как Спартанец удар поглощал

Глава 19. Разговор, или Как Спартанец непонятки прояснял

Глава 20. Обещанные изменения, или Как Спартанец комки обнаружил

Глава 21. Совместные тренировки, или Как Спартанец знакомую повстречал

Глава 22. Про колодец, или Как Спартанец молодых в горы водил

Глава 23. Подготовка, или Как Спартанец на большое дело отправился

Глава 24. Бой или Как враг все планы спутал

Эпилог

Nota bene