Роман Романович

Ученик шиноби 8. Возвращение

Пролог

Когда растёшь на историях о Колодце и он воспринимается чем-то далеким, а то и вовсе недостижимым, формируются соответствующие ожидания. Которые разбиваются, стоит столкнуться с реальностью.

Так первые ярусы оказываются не мистическим местом с сокровищами и демонами за каждым углом, а истоптанным этажом, поделенными территориями и низкооплачиваемой работой.

Те ярусы, которые пониже, более удивительны. Но как-то я не успел проникнуться их атмосферой. Нырки в пределах первых семи этажей воспринимались чем-то обычным. Местами опасным, но ничего такого. Сейчас же, стоило нам зайти в каменную кишку и отправиться вниз, ещё глубже, наслушавшись всех этих предостережений, я снова поймал себя на чувстве, что вот-вот столкнусь с чем-то опасным и непостижимым.

С этим чувством я и шёл по каменной кишке. Не сказать, что она сильно отличалась от других подобных переходов между ярусами. Прошли мы её за час где-то. За это время переход то расширялся до просторных пещер, то сужался до узких проходов, где может пройти только один человек и то боком. Хорошо, что я не боялся замкнутых пространств. А может, дело в камне адаптации, и моя психика даже к такому быстро привыкла.

Шли молча, и час — это достаточный срок, чтобы успеть напридумывать себе всякое о мертвых землях. Поэтому, когда впереди показался проход, я приготовился ко всему.

Люций первым вышел. Я вторым. Мария — замыкала.

О том, что это новый ярус, я скорее догадался. Исчез уклон, и мы вышли на ровную площадку. Узкая кишка сменилась широкой пещерой. Пропал затхлый воздух, и отчетливо повеяло прохладой. Пока ещё не холод, около пяти градусов.

Оглядевшись, понял, что да, это точно новый ярус, который простирается во все стороны.

Ярус — пещера. Самая заурядная. С обычным камнем, сталагмитами, трещинами и прочими прелестями подобных мест. Освещение здесь было тусклое, видел я от силы шагов на пятьдесят, но… Но, черт возьми, это что, и есть мертвые земли?

— Что это? — невольно спросил я, оглядевшись.

Мария обошла меня, окинула взглядом и рассмеялась.

— Можешь себе представить, — спросила она. — Что легендарная семерка, что перевернула весь наш мир, не добралась до этих мест? Колодец одарил их раньше. Поэтому следующим поколениям пришлось разбираться, в чем секрет нижних этажей. Когда-то считалось, что Колодец однообразен. Что внизу ждут очередные пещеры и не более. Но эта выдумка быстро развеялась, и ныряльщики узнали, что Колодец имеет сложную структуру, а не линейную.

— Что это значит? — спросил я, не впечатленный долгим вступлением.

— Это значит, что мертвые земли — такой же мир, как и наш. Проход к нему устроен по тому же принципу. Грубо говоря, мы сейчас на третьем ярусе. Нам надо подняться на поверхность, пройти там, а потом снова спуститься вниз. На минус четвертый ярус. Оттуда почти такой же переход к лавовым земля. И так далее. Уловил принцип?

— Запутанно как-то, — почесал я себе макушку.

— Да! — воскликнула Гроза. — В этом и проблема! Из-за запутанности многие ныряльщики до сих пор не понимают, куда нужно идти. Но тебе повезло найти лучшего проводника, — самодовольно заявила она.

Люций это вступление проигнорировал. Вперед ушёл и вглядывался в темноту.

Я же себя немного обманутым почувствовал. Будто ребенок, которому обещали веселье и отобрали конфетку в последний момент.

Глупое чувство. Я не ребенок, путешествие по Колодцу не веселье, а смертельно опасная затея. Но всё равно. Ещё пару минут я переваривал новый облом. Хотел было сказать себе, что радоваться надо, но нет. Нет причин для радости. На «мертвые земли» мы всё равно подойдем, просто придётся сделать большой крюк и пройти ещё несколько ярус.

Если выбирать между долгой, скучной прелюдией, после которой идет опасное испытание, то я выберу испытание по отдельности. Не знаю, есть ли те, кто получает удовольствие от хождения по каменным кишкам, но я среди них точно не числюсь.

* * *

Путь по этому ярусу занял около двух часов, и я успел расспросить Вологодскую о том, что это за место.

— Ничего особенного, — отвечала она. — Иногда здесь встречаются демоны разной силы, но больше лично мне ничего интересного не попадалось.

Звучало дико. В том смысле, что сначала люди как-то умудрились найти проход на этот ярус. Потом обыскали это место и нашли проход на следующий.

Я ведь не просто так время засекал. Два часа прогулки — это приличное расстояние. А значит, зона поисков, которую требовалось обыскать, чертовски большая.

— И что, здесь нет никаких других проходов? Одна дырка в камне, куда мы идем, и больше ничего?

— Почему? Здесь всякое есть. Но мы идем самым простым известным мне путем. Других подходящих маршрутов я не знаю.

— То есть здесь есть проходы куда-то в другие миры? — выделил я главное.

— Конкретно на этом ярусе — я не знаю. Говорю же, скучный он. Нормально я его не обследовала. А вот дальше — есть другие тропы. Но там тоже… своя специфика. Нам туда не надо.

— А что там?

— Меньше знаешь, крепче спишь, — рассмеялась Мария. — Хватит болтать. На этих этажах лучше не шуметь. Мертвые, знаете ли, любят тишину.

Я так и не понял, это она от меня отделалась так или серьезно сказала про тишину.

* * *

Двухчасовой переход до нового прохода. Потом ещё три часа по кишке, наверх, а не вниз. Сложный переход. Светящегося мха здесь не было, шли бы на ощупь, но Вологодские достали фонари и пользовались ими. Мне не выдали, шёл так.

Хуже всего был сквозняк. Я вроде и одет нормально и защитную пленку активировал, но всё равно продувало и морозило. Зато пахло свежо.

Как вышли, столкнулись с тем, что значительно похолодало. Не прям мороз-мороз, но уже холод чувствуется. Где-то минут десять-пятнадцать градусов.

— Устроим привал, — скомандовала Гроза. — Надо переодеться. Заодно объясню правила.

Люций занялся приготовлением обеда, а Мария достала комплект, сказала мне раздеваться и переодеваться. Ну… Не скажу, что она мне выдала что-то прям уникальное. Вместо обычного — термобелье, плотно облегающее тело. Сверху теплый слой из шерсти. Поверх — непродуваемый комплект. Ну и совсем сверху — куртки.

— Если бы ты умел регулировать температуру тела и мог создать замкнутую систему вокруг себя, это не пришлось бы надевать, — пояснила она. — Но чего не умеешь, того не умеешь.

— А как же энергетическая защита?

— Слишком слабо ты эту способность освоил, — отмахнулась Гроза.

— Моя мобильность снизится, — заметил я.

— Да, но не полностью. Сейчас проверим насколько. Обувайся, надевай очки, намордник, и вперед, прыгать…

Обувь была специальная, с шипами. По льду ходить, что ли, будем? Очки мощные, на пол-лица. С каким-то темным стеклом, через которое непонятно, как смотреть. Намордник — маска утепленная, против ветра, закрывающая остальную часть лица. Я себя разом почувствовал толстым и неповоротливым. Мобильность не только из-за лишнего веса снизится, но и потому что в этом банально неудобно двигаться.

— Давай-давай, — поторопила меня Мария. — Ты должен точно знать, на что рассчитывать.

Следующие полчаса она заставляла меня прыгать, точно рассчитывать приземление. Выдала новое грузило для цепи. С острым концом и шипами, видимо, чтобы цепляться удобно было. Тоже с ним потренировался, ничего такое. Удары шаром поотрабатывали. Но лезть в этом комплекте одежды в ближний бой мне вот совсем не хотелось.

Наконец от меня отстали.

Пообедали, собрали вещи, двинулись к следующей точке перехода. Ещё полтора часа, петляя между однотипными, черными сталагмитами. На этом ярусе совсем мало света было, гулял сквозняк. Я пока холода особо не чувствовал, но это, напялив всё, что велели. Пару часов подъёма наверх, и вот мы на первом ярусе относительно земель мертвых. Мария нас вывела, собственно, к самому Колодцу, но уже в другом мире.

Глава 1. Могильник, или Как Спартанец сначала расслабился, а потом снова напрягался

Зрелище — поразительное. Как-то я до этого момента не представлял, что в других мирах есть свои Колодцы.

Этот разительно отличался от того, что было у нас. Дикий, заброшенный, холодный.

Первое, что бросилось в глаза, — уклон. Не вертикальная дыра, а скорее горка. Со множеством выступов, наросшего льда, трещин. Угол был где-то под сорок пять. Подъем наверх уж точно не увеселительная прогулка. Второе, что бросилось в глаза, — это размеры. Этот Колодец был минимум в пару раз уже того, что у нас. Приглядевшись, увидел, что когда-то над спуском поработали разумные. Подо льдом угадывались разрушенные лестницы, переходы, остатки каких-то строений.

Там, наверху, сейчас был день или утро. Я увидел серо-серебристые облака, длинные и растянутые, но точно движущиеся куда-то по своим делам. Небо же было светло-синее. Если честно, то оттенков синего в открывшем пейзаже было как-то многовато. Голубой, синий, черный. Никаких других цветов, только смешение этих. Снега тоже не заметил, хотя ожидал его увидеть, учитывая холод.

— Спар, — тихо позвала Гроза. — Последний инструктаж.

Подошёл к Марии. Её муж стоял здесь же. Эти двое оделись не так тепло, как я, но тоже не стали пренебрегать зимней одеждой. Из-за чего выглядели сюрреалистично. В этих широких, черных очках, пухлых куртках и капюшонах с мехом.

Как-то не так я себе представлял походы с легендарными ныряльщиками. Справедливости ради скажу, что на этом ярусе холод ощущался куда сильнее. На минус двадцать где-то точно.

— Я не знаю почему, — начала говорить Гроза. — Но это единственно знакомый мне мир, где два Колодца. Если быть точной, то это единое образование. Что-то типа дуги, — она показала рукой, что имеет в виду. — Поэтому надо выбираться наверх, там сделать переход через город и добраться до следующего спуска. Логично предположить, что проще пройти под землей, но там, — указала она направление, — горный массив. Прохода мы так и не нашли. Поэтому придётся хлебнуть местных прелестей по полной. Запоминай правила этого яруса. Первое — способности используй только в крайнем случае. Мертвые сбегаются на энергию и чувствуют её, бывает, за километр. Второе — не поскальзывайся. Эти места коварны. Третье — с гравитацией аккуратнее. Прыгнешь, ветер сдует, потом не найдем. Если улетишь, пытайся зацепиться цепью. Может, Люций успеет поймать. Четвертое, самое главное, — не трогай мертвецов.

— Так… — выдохнул я. — А вопросы задавать можно?

— Конечно.

Под очками лица Марии не разглядеть, но голос был спокойным, без раздражения.

— Что значит — не поскальзывайся?

— То и значит. Там много льда. Лед скользкий. А ветры такие, что может сдуть с места. Поэтому держи нож под рукой, чтобы зацепиться в случае чего. Цепь также подойдет. Главное, не трогать мертвых.

— Не то чтобы мне хотелось трогать мертвецов, но почему это важно?

— Потому что есть несколько сценариев, — Мария, вот же чудо, на этот раз отвечала нормально, а не скрывала информацию. — Мертвецы будут либо активными, либо замершими, как статуи. Чаще всего они стоят и ничего не делают. Если применишь способности — это может их спровоцировать. Зависит от случайности, что за мертвые рядом, какую способность применишь, насколько сильный выплеск энергии произойдет. Также, если ты их коснешься, они гарантированно проснутся. Дальше сам можешь додумать, почему важно не поскальзываться.

— Чтобы не врезаться в мертвецов?

— Да. Помни про ветры. Они очень коварны.

— Хорошо.

Я пока не совсем понимал, что нас ждет наверху. Что значит, мертвецы стоят и ничего не делают? Это как вообще? В целом-то понятно, но, чувствую, реальность будет отличаться от ожиданий. В худшую сторону.

— Если всё же заденешь, — продолжила Гроза, — то беги. На нас не смотри. Постарайся выжить и перебраться на другую сторону. С направлением просто. Помни про дугу, — указала она на Колодец.

— А долго до другой стороны?

— Если бегом, то нет. Если пешком и аккуратно — как повезет. Дырку в земле ты не пропустишь, не бойся.

Обнадежила так обнадежила.

— Ещё вопросы?

— Вроде нет, — покачал я головой.

Мария молча прошла мимо меня и приблизилась к началу подъема наверх. Люций к ней подошёл и рядом встал.

— Чего ожидать? — услышал я вопрос.

Лица я не видел, ответа не услышал. Иногда эта их способность общаться без слов раздражает. Так-то я понял, что Мария какими-то своими способами то ли просчитывает опасности, то ли чувствует их. Но почему нормально не сказать? Эх, ладно, чего сокрушаться-то.

Меня подозвали ближе, сказали встать посередине между ними. Вологда создал шар, матовый, почти не светящийся. Мария сплела связку знаков — каких именно я не разобрался. Сплетала она их быстро, помогая себе распальцовками, образуя единую вязь, которая быстро исчезала, формируя вокруг нас защиту. Про распальцовки ящер мне тоже рассказывал. Один из методов, который помогает как запомнить знак, так и быстрее его воспроизвести. Я справедливо полагал, что Мария в этом плане на две головы выше меня, а значит, пользуясь распальцовками, задействовала не самые простые знаки.

Однако. Мне сказали, что способности никакие лучше не использовать, а сами — применяют их вовсю. Либо то, что сделала Мария, маскирует нас, либо опасная зона начнется наверху, а здесь можно расслабиться.

Вологодские стиснули меня с двух сторон, прижались, и мы полетели. Наверное, из-за шара. Это было не как у Такена, когда он создавал платформу из силовых полей, которую ощущаешь как твердую опору. Скорее это напоминало мои прыжки с обнуленной гравитацией.

— Это гравитационный шар? — спросил я.

— Слишком любопытный ты, — щелкнула меня Мария по маске.

Видимо, по носу хотела, но тот уже прикрыт. Перед тем как полететь, маски-намордники нацепили. Из-за чего голоса звучали приглушенно.

В общем, ответа я не получил, но по тому, что опоры не ощущал, и при этом не было такого, что меня что-то обхватывает и сжимает, сделал вывод, что это игры с гравитацией. Ещё один факт в копилку способностей Люция. Сомневаюсь, что шар способен только поднимать вверх. Скорее всего, он и придавить может. А то и вовсе задать любую силу гравитации, в любом направлении.

Летели не то чтобы быстро. Освещения было достаточно, я смог разглядеть в подробностях, что собой представляет спуск. Лично для меня подъем наверх не составил бы труда, но тем, у кого нет подходящих способностей, пришлось бы повозиться. Потому что прямая дорога отсутствовала. А лезть под таким углом по обледенелой горке со множеством трещин и с торчащими скалами — это надо и навыки иметь, и оборудование. Я уж молчу про ветер. Защита Грозы прикрывала нас от него, как и от холода, но по завываниям ветра хорошо слышно — дует тут прилично.

В конце пути уклон снизился, и Люций пошёл на посадку. До самого верха мы не добрались, оставалось ещё метров пятьдесят. Здесь не как у нас, спускайся, где хочешь, — удобный подъем был только в одном месте. Точнее, подняться можно и с другой стороны, но ногами не получится — придётся залетать. Так-то пролом тянулся на полкилометра точно. Мы же приземлились в конце горки. Пожалуй, здесь когда-то стояло здание. Сейчас остались одним лишь стены да руины. Виднелись то ли каменные блоки, то ли кирпичи. Из-за старости и наледи я не мог сказать, что здесь использовалось при строительстве.

Первым вперед пошёл Люций. Мария схватила меня за плечо и вперед толкнула. Шли медленно. Не крались, а просто осторожно, отчасти из-за того, что я опять почти вплотную держался к этой парочке. Так, чтобы держаться в пределах сохранившейся защиты Вологодской. Шар же Люция исчез.

Здесь, наверху, я ощутил холод в полной мере и поёжился, несмотря на всю одежду. Возможно, из-за страха. На меня накатило чувство, будто я иду туда, куда лучше не соваться. Что заставило окончательно собраться и приготовиться… ко всему.

Люций прошёл мимо руин, и мы оказались на свободном пространстве, откуда открывался вид на ближайшую часть города. Несколько секунд мне потребовалось на то, чтобы в полной мере осознать, что же я вижу. На первый взгляд, нас ждал самый обычный город. Мозг улавливал знакомые силуэты двух и трехэтажных зданий. Их ровные ряды. Черепичные крыши. Черные провалы окон и дверей. Кое-где вдали виднелись и силуэты высоких зданий.

Обычный город. На первый взгляд.

Это ощущение развеялось быстро, треснуло со звоном, лопнуло, придавливая и оглушая. Прошло несколько секунд, и я увидел совсем другое.

Синих оттенков на поверхности было куда больше, чем внизу. Это создавало непривычную глазу атмосферу абсолютного покоя. Который нарушался свистом и завываниями ветра. Я припомнил слова Грозы о том, что мертвые любят тишину, и даже почувствовал раздражение на ветер. Словно было неправильно, что он здесь шумит.

Встряхнувшись, сбросил наваждение и подумал, что плевать мне и на мертвых, и на ветер. Мы тут мимоходом. Пройдем спокойненько и никого тревожить не будем.

Помогло. Всего лишь на краткий миг.

Всё же я получил то, что хотел. Столкнулся с чем-то непонятным и необъяснимым. Это настолько выбивалось из привычного, что я даже не сразу заметил главный элемент открывшейся мне картины.

Мертвых.

Что представляешь, когда тебе говорят про мир мертвых? Ничего хорошего на самом деле. Но мне казалось, что мертвецы здесь разновидность монстров. Встречаются редко, иногда собираются в стаи, есть не везде.

Здесь же…

Они были повсюду.

Замерзшие, безмолвные, холодные. Без всяких сомнений, нас поджидала самая настоящая армия. Давным-давно мертвые солдаты и горожане с облезшей плотью и торчащими костями.

Но поразил не их вид и количество, а позы. Как будто когда-то давно здесь кипела жизнь, развернулась битва, и кто-то всё действо взял и заморозил. Разом.

Ближайшие мертвецы находились уже в десятке метров от нас, подробности я разглядел. Они нападали друг на друга, скалили облезлые рожи, бежали — были и те, кто стоял с занесенной ногой, игнорируя физику тела. Нельзя замереть, наклоненным вперед, стоя на кончике ступни, вытянув руки, собираясь вцепиться в противника напротив, который тянется так же неистово даже после смерти.

И это всего лишь один пример из многих. Чем больше я крутил головой, тем больше замечал похожих свидетельств развернувшейся и застывшей трагедии.

Куда ни брось взгляд — везде мертвецы. Были и те, кто просто стоял строем, перекрывая путь. Были те, кто дрались между собой. Были те, что виднелись в оконных проёмах и на крышах. Были те, что валялись, раскиданными, подобно настоящим трупам, словно в этом месте битва уже закончились. Были те, кто выделялся ростом или наличием брони.

Уверен, если я здесь задержусь на часик, то увижу всё многообразие мертвых, какое только возможно.

Выбравшись из руин, Люций остановился. Не удивлюсь, если он хотел дать мне время увидеть, осознать и адаптироваться. Ощущение, что это место не подходит для живых, никуда не ушло. Но прошла почти минута, и я выдохнул, расслабился. Разумеется, у меня были вопросы. Я даже повернулся к Грозе, но та приложила указательный палец к маске, показывая, что говорить нельзя.

Добившись от меня понимания, она показала рукой знак Вологде. Что он означает — я не понял. Запоздало сообразив, что к текущему моменту не изучил знаки этой парочки, для вот таких случаев, когда нельзя говорить.

Это было серьезное упущение. Причем не только мое. Тоже мне, великая ныряльщица. Не подумала о столь важном. Да я и сам хорош. Не подумал о том, что они почему-то решат здесь не шуметь и сохранять молчание. Боятся привести всю эту орду в движение. Я как представил, что нас в этом случае ждет, так похолодел внутри. То есть я и так холод чувствовал — на поверхности было все минус сорок, ещё и ветер гулял такой, что приходилось прикладывать усилие, чтобы остаться на месте. Но тут именно холодок ужаса и страха почувствовал. До этого я всегда понимал, как драться с противником. Даже когда на испытании появились гигантские колоссы. Но там просто размеры большие. Здесь же… Если прыгнуть вверх — сдует ветром и унесет черт знает куда. Уверен, даже за городом, если далеко унесет, тоже будут армии, то есть для меня ситуация легче не станет. А без прыжков, скрыться от орды — нет, не представляю, как возможно. Моих способностей не хватит. И это я ещё не знаю, что умеют мертвые.

А ведь меня предупреждали. Говорили, что здесь мертвецы, что это их мир и земли. Но в полной мере я только сейчас прочувствовал, с чем нам предстоит столкнуться.

Причем было совсем непонятно, как себя вести. Мертвые, вот они, совсем рядом, но замерли и не шевелятся.

Главное, их не трогать, напомнил я себе. Не трогать, не шуметь, способности не проявлять.

Если бы не ветер, это стало бы для меня легкой прогулкой. Проскочил бы на скорости, и пусть реагируют, сколько хотят. Если они не умеют летать, то плевать. Но здесь был сильный ветер, а значит, придётся соблюдать максимальную осторожность и идти пешком.

Мария активировала свой взгляд, её маска блеснула зеленью. Женщина вышла вперед, обошла мужа, осмотрелась. Следующий её знак я понял — следовать за ней, не отставать, держать строй. На этот раз она первой пошла вперед. Медленно и осторожно. Люций толкнул меня следом. Не то чтобы это обязательно было. Уж что-что, а отставать от Марии я не собирался ни за какие деньги.

Женщина выбирала путь так, чтобы мы проходили мимо застывших мертвецов, не касаясь их. Иногда приходилось чуть ли не протискиваться. В одном узком проходе я и вовсе согнулся вдвое, чтобы поднырнуть под руку мертвеца.

Меня мало что способно напугать. Но сейчас — я боялся. И ничуть этого не стеснялся. Жуткое место. Холодно, несмотря на всю одежду, стало уже через пару минут. Не так, что чувствуешь холод, его я ещё внизу ощутил. А так, что организм не справляется, холод проникает внутрь, ты замерзаешь. Задействовать круг я не рисковал. Да и дышать лишний раз тоже.

Неожиданно Гроза остановилась. Я чуть не врезался ей в спину. Засмотрелся на одного мертвого с широкой костью. Он был огромным, выделялся среди остальных. Но не суть. Место, где Мария замерла, обледенелое, скользкое. Ботинки хорошие выдали, они цеплялись за наледь, но всё равно нет-нет да и проскальзывали. То на то и вышло. Мы шли узкой улицей, впереди виднелся просвет, за углом я рассмотрел широкого мертвого, который будто специально там притаился и выглядывал, поджидая нас, Мария резко остановилась, нога соскользнула, и я чуть не боднул её головой.

Стоит сказать, что пусть стекла очков и были темными, но видел я через них отлично. А вот что там на лице у Марии промелькнуло, когда она обернулась, не разглядел. Но осуждение я и так почувствовал. Она поманила Люций, сняла маску и шепотом рассказала, в чем причина остановки. Нам двоим пришлось к ней наклониться, чтобы слышно было.

— Впереди глазастые. Это те, — глянула она на меня, — которые особо чувствительные и знаки видят. Придётся совсем всё заглушить. Нам ещё где-то двадцать минут идти, и предчувствие у меня нехорошее. Колодец просто так не пропустит.

В узкий проход между домов, где остановились, налетел особо сильный порыв ветра. Настолько, что меня сдвинуло на несколько сантиметров и ощутимо качнуло. Да и холод пробрал. Долго здесь не побегаешь. Грозе тоже холод не понравился. Быстро маску обратно натянула и жестами Люцию что-то показала. Ну а я расслабился. Побоялся, и хватит. Как-то разом отпустило. Понял, что дерьмо в ближайшие несколько минут обязательно случится. Какое — мне фантазии не хватит представить. Поэтому булки расслабить, подышать для успокоения, собраться и готовиться хорошенько пробежаться.

Прошли ещё несколько зданий. Часть дверей в домах — выбита. Какие-то сохранились. Окна — аналогично. Иногда в темных провалах я замечал фигуры мертвецов. Можно только гадать, сколько их здесь прячется. Тысячи и тысячи.

После тесных улиц, вышли на широкую площадь. Не удивлюсь, если это раньше было центральной площадью. Здесь же и особо красивые здания виднелись. Какая-нибудь городская администрация. В центре — замороженная статуя, очертаний и форм не разобрать. Но главное — площадь была буквально забита мертвыми. Они делились на парочки и нападали друг на друга. Все формы насилия и ненависти. Что за безумный кукольник это создал — не представляю. Дальше совсем уж тяжело идти было. Ветер трепал нас. Разве что Люций не шатался. Марию вот шатало. Меня — ещё сильнее. Мы метра три прошли, и дальше Гроза легла, ползком двинула. Прямо под мертвецами. Старательно избегая касаться их. Я — за ней. Метра четыре прополз, и такой ветер налетел, что потащил меня в сторону. А там — мертвые. У меня зазор всего ничего оставался. Всеми правдами и неправдами вцепился в камень, раскорячился. Люций за ногу схватил, придержал.

Мария этого не увидела, дальше поползла. Метров на шесть ушла и только после заметила, что мы отстали. Обернулась, что-то рукой показала, но я не понял. Выскажу ей всё про знаки потом.

Я уже собрался было ползти дальше, когда ветер утих, но Гроза снова знак показала. Этот понял. Означал он: а ну замерли, нахер!

Мы и замерли. Люций мне ногу сжал, придавил к земле. Я затих, не понимая, что происходит. И тут тень пронеслась. Свет от неба что-то большое загородило и над нами проскользнуло. А я не вижу ни черта. Уткнулся мордой в промёрзшую плитку, которую несколько слоев ледяной корки покрыло.

Люций за ногу подергал. Показал пальцем, что надо отползти, а потом в сторону глянуть. Отполз, глянул. Очень захотел вернуться обратно в крепость. Как-то разом весь пыл растерял.

На то самое здание, которое я главным обозначил, на крышу, сел… Костяная ящерица-дракон. Размером с половину этого немаленького здания. И мордой водит из стороны в сторону. Глаза сверкают недобрым, мертвым огнем светят. Я же говорил, что к ящерицам и всяким рептилиям у меня свои счёты? Пусть это была и костяная да с крыльями, но характерные особенности морды сразу узнал. Ни секунды не сомневался, что эта тварь лишь усилит ненависть к их виду.

Но не дракон стал причиной наших проблем. Мария дальше путь ползком продолжила. Юркая она, как змея. Между мертвецов уверенно скользила, выбирая путь. Люций меня подтолкнул, и я следом пополз. Даже успел нагнать женщину. А потом…

Откуда ни возьмись прилетела стрела. Самая обычная, не магическая, стрела. Прилетела с того направления, куда направлялись. Я как раз голову приподнял, чтобы разглядеть дальнейший путь и краем глаза заметил, как она по дуге пролетела и в мертвеца попала.

Почему-то я был уверен, что эта стрела принадлежит дроу. Более того, выпустила её та самая девка, хоть и не была раньше замечена в использовании лука. Озарение меня посетило, не иначе. Да и понимание того, что это переломный момент, после которого наш поход перестаёт быть легким, тоже пришло.

Стрела угодила в мертвеца. Того бросило на землю. Находился он метрах в пяти от меня, как раз рядом, чтобы разглядеть, как эта мерзкая тварь поднимается. Глаза у неё тоже засветились. Голубым. По шуршанию понял, что Люций сзади меня поднялся. Глянул на Грозу — та уже стояла. Первый свой удар она нанесла вовсе не по мертвым — а по дракону. Сверкнула яркая молния, протянулась от её рук к костяной твари. Я оглох, по коже, под одеждой, мурашки побежали. Дракона же снесло со здания, и он куда-то назад завалился, скрылся с глаз.

— Беги! — рявкнул Люций сзади меня. — Вперед, к проходу! Беги!

У моего старого друга, Гика, любителя древних книжек, в берлоге хранились костяшки домино, и как-то раз я наблюдал, как он их выстраивал, а потом обрушивал.

Сейчас я наблюдал тот же эффект, но уже в исполнении мертвых тварей, чьи глазницы разгорались алчным пламенем и ненавистью к живым. Люций что-то такое сделал, его сила пролетела в том направлении, откуда стрела пришла — мертвых на том пути разнесло, а здание, с крыши которого стреляли, взорвало.

Мария подпрыгнула высоко вверх и ещё несколько молний послала, в, казалось бы, хаотичном направлении.

Но это я просто плохо представлял, кто у нас здесь враг. О другом надо было думать. О спасении собственной шкуры. А эти двое как-то выберутся.

Вскочив, я сорвался с места. Мобильность и скорость — мои главные козыри. Прямо на ходу, с себя же я переместил неудобную куртку в кольцо. За ней — штаны верхние. Без одежды я не остался и, пока буду бежать, надеюсь, не замерзну. Очки и маску не рискнул убирать. Ветры здесь всё же коварные.

«Дай!» — ударил я средней по силе версией знака, цепляя сразу несколько мертвецов.

Не потому что это было необходимостью. Вологда проделал широкую просеку в нужную сторону. Просто хотел оценить, насколько мои силы эффективны против мертвых. Потому что, к гадалке не ходи, дальше придётся тяжко.

Мертвых откинуло, и я чуть выдохнул. Не так всё плохо. Думал я об этом на ходу. Дальше как-то не до размышлений стало.

По мертвым, как и сказал, словно волна прокатилась. Они ожили и разом бросились в нашу сторону. Сзади ещё что-то полыхнуло, Вологда развлекался. А ещё — светился. Я этого уже не видел, но сзади, за спины, что-то засверкало — броня его наверняка. Гроза же продолжала палить в случайных направлениях, и что-то я сомневался, что она это просто так делает.

Побежал я со всех ног. Раскрутил энергию внутри себя, гравитацию сразу не рискнул обнулять. Цепь тоже размотал и выпустил, приготовился цепляться.

Вологодские подарили мне несколько секунд, чтобы пробежать часть площади. Но этого было мало.

Проклиная открытое пространство, площадь и то, что здесь почти не за что было зацепиться, за миг до того, как меня захлестнула волна мертвых, я прыгнул вверх, узнав две вещи. Мертвецы тоже умеют прыгать и делают это хорошо — сразу штук десять подпрыгнули, пытаясь до меня дотянуться. И, дотянулись бы, но тут я проверил на себе вторую опасность — ветер. Который здесь и правда коварный. Стоило подлететь, как сразу порыв налетел и унес бы далеко-далеко, но я этот момент учёл и заранее цепь выбросил, цепляясь за единственную возвышенность — статую неизвестно кого.

Зацепился, и физика сделала своё дело. Цепь натянулась, меня понесло по дуге, я увернулся от прыгающих мертвых. В пиковой точке цепь сорвалась, а ветер прекратился, и полетел я… Куда-то. На самом деле почти в нужную сторону, а главное — с приличным ускорением.

Что сыграло против меня. Плащом-то я себя направил, хотел между зданий влететь на очередную улицу, но снова дунул ветер, и я врезался в окно. Пробив ледяную пленку, оказался внутри, впечатавшись в мертвеца.

Клянусь. Если выберусь, расспрошу Марию про каждый следующий шаг, всех вероятных врагов и методы борьбы с ними, а также язык жестов, чтобы понимать, что она там мужу говорит.

Влетел я так, что снес мертвого, он на пол упал, а я в стену врезался. В отличие от меня, тварь вскакивать не стала. Прямо из положения лежа бросилась ко мне, клацая зубами и помогая себе длинными когтями. Я оттолкнулся и вверх подлетел, снова обнуляя гравитацию. Тварь — за мной. С места прыгнула и рукой махнула, чуть когтями не задела. Но это ошибкой и стало. Летать она не умела и обратно рухнула. А я от потолка оттолкнулся, шар создал и на мертвого рухнул.

Полыхнуло, кости закрутило и разнесло. Сам удивился такой эффективности.

Но жаловаться не стал. Перекатился и собирался обратно в окно прыгнуть, но тут в комнату неспешно, медленно и пафосно… Вот не шучу, это правда так выглядело, зашла какая-то особая тварь. Мертвый с посохом. А на посохи у меня одна реакция. Если его на тебя наставили, жди чего-то убийственного.

Я всего на секунду не успел. Уже в прыжке создал знак Керд, щит и усилил энергетическую защиту вокруг тела. Вдарило по мне лучом так, что вынесло в окно и отправило в следующее здание. На этот раз я влетел не в окно, а впечатался между ними. Чертовы узкие улочки… Стукнувшись, отскочил и вниз полетел. Где уже собрались мертвые.

«Дар!» — ударил по ним широким конусом.

Мертвых раскидало, они кучу образовали, а я развернулся в падении, цепь выкинул вверх и плащом себе помог подлететь. А там и на крышу быстро забрался.

И, надо же было этому случиться, прямо в это же здание угодил Люций. В этом своём белом доспехе, что делало его фигуру крупнее и мощнее. Прилетел, пробил крышу и дальше ушёл.

Кажется, веселье только начиналось.

Хорошо ещё, что не в меня попал. В дальний от меня угол крыши вошёл, снес его. Отчего крыша частично осела, но не полностью. Я удержался, успел зацепиться за край и не скатился вниз. Снова налетел порыв ветра, разгоняя поднявшуюся пыль. Мертвецы с улицы прыгали вверх, цеплялись за стены и лезли. Это было хорошо слышно по усиливающемуся скрежету и цокоту.

— Ты как? — запрыгнул обратно Люций.

В этой броне его голос звучал звонко, громче, чем обычно и… героически, что ли?

— Ты беги-беги, — сказал он, не дождавшись ответа.

И прыгнул обратно, занося меч. Я проследил за ним и увидел, что он с такими же мечниками дерется. Они и ростом выделялись, и наличием оружия. Обычные мертвецы сторонились их и на расстояние держались. Марию тоже увидел. У неё свой поединок наметился. Мертвые её зелеными лучами давили, а она — молниями отстреливалась.

Кто бы мне сказал, это серьезный бой, или они так развлекаются?

Додумать эту мысль я не успел. На крышу запрыгнул первый мертвец.

«Дай!» — как запрыгнул, так и обратно улетел.

Ветер тоже успокоился, и я прыгнул дальше, готовый в любой момент цепь задействовать.

Так дальше и скакал по зданиям. Пару раз ветер уносил, и я болтался как воздушный змей. Мертвые за мной следовали. Сбились в стаю большую. Новые и новые твари подключались. Все улицы внизу заполонили, на здания запрыгивали. Хорошо, что не догадались засаду впереди устроить.

Только вот этого и не потребовалось. Я разогнался, быстро нашёл спуск во второй Колодец, но… Дома вокруг него были разрушены, а мертвые уже проснулись и поджидали меня. Снова никаких выступов, за которые можно зацепиться.

Да и плевать.

Сначала затормозив, я вернулся назад, отметил, что по крышам мертвые бегут и скоро догонят, повернулся и снова разогнал. Прыгнул с крыши. Прямо через толпу внизу.

Мне было нужно всего несколько секунд, чтобы не попасть под ветер.

Всего. Несколько. Гребаных. Секунд.

Ненавижу ветер. И стрелы.

Дроу была живее всех живых и под атаку Люция не попала. Прямо во время прыжка я почему-то только сейчас заметил, что вокруг необычно тихо. Грохот бушующей битвы был где-то сзади. И непостоянный шум, а всплески. Бух-бух-треск-бух. Словно соседи шумят. Сами мертвые не кричали, не шумели и не пыхтели. Только когда бежали, стук от столкновения с поверхностью слышался. Да ветер ещё зазывал. Но конкретно в ту секунду затишье случилось, и я расслышал свист стрелы, что неслась ко мне, рассекая воздух. Дернувшись, плащом закрутил себя и в сторону сместился, стрела мимо прокатилась. Чем ветер и воспользовался, подловив меня. Поток налетел прямо из Колодца, до которого всего ничего оставалось. Снизу, направленный вверх, мощный и резкий. Меня сдуло, я цепь выпустил, но зацепиться не успел. Всё слишком быстро произошло. Ну и полетел куда-то назад, вращаясь, чувствуя, как пробирает какой-то уж совсем нереальный холод.

Гравитацию я сразу вернул, чтобы не улететь далеко. Но ветер был настолько сильным, что не особо помогло. По дуге полетел куда-то назад. Говоря словами Марии, Колодец не хотел пропускать меня дальше. Хуже того, он решил поиздеваться.

Чтобы защититься от ветра, я рефлекторно плащом закрылся. Полностью. Что ограничило обзор. Да и когда вращаешься волчком, особо не разглядеть, что вокруг происходит.

Поэтому, как я врезался в дракона, не заметил.

Стукнулся обо что-то твердое и сложился, задницей внутрь заскочив. Надо же было угодить именно между костей, где не было плоти! Дракон-то мертвый! Внутри у него пусто, оказывается!

Своё положение я понял не сразу. Дернулся и почувствовал, что застрял. Ноги наружу торчат, меня пополам сложило, сдавило и куда-то вперед тащит.

По небу. Потому что внизу проносился город. Так что своё местоположение я сразу оценил.

В голове глупая мысль мелькнула. Что я эту историю ни за что пацанам не расскажу. Засмеют гады.

Монстр вираж заложил, благодаря чему я рассмотрел город мертвых внизу. И два Колодца увидел, и светящего Люция, и Марию во сполохах молний. Мертвые как-то не очень заметны были. Мелкие точки. Дракон разворот сделал, сжался, отчего меня ещё пуще пополам сложило, да сдавило с боков, и чем-то убийственным вниз дохнул.

Я задергался, испугавшись, что сейчас Гроза пальнет и пойду с драконом на вынужденную посадку.

Самостоятельно выбраться не получилось. Дракон вниз пошёл, резкий вираж заложил. Хорошо, что цепь не отпустил. Так и держал её крепко левой рукой. Закинув её куда-то наверх, зацепился черт знает как и потащил себя.

За кости цепляться очень легко, оказывается. Выскочил я, как пробка, и за драконом увязался. Снова болтаясь на цепи.

Этот момент Гроза и выбрала, чтобы дракона добить. Видимо, сочла риск уместным. Тварь молния прошли и… Он вниз падать начать. А высвободить цепь, которая зацепилась за кости, когда стремительно падаешь… Отпускать я не хотел, но вспомнил, как одежду прятал. Оп, и цепь в кольцо переместилась. А я просто полетел. Куда? Да кто бы мне сказал. Пролетел и площадь, и часть города. Снова гравитацию обнулил, на поток ветра нарвался и падать стал не вниз, а вбок. Там плащом себя направил да цепь снова вернул.

На этот раз приземлился на крышу, но та лед сплошной. Прокатился дальше, зацепиться не успел и вниз улетел. В следующие здание врезавшись.

Как-то не задался у меня день. Ох не задался.

Повезло ещё, что в пустой переулок упал.

Поднялся с трудом, чувствуя, как внутренности перемешались. Головой кручу, продышаться пытаюсь. В маске это не так легко. Ещё и очки запотели, видимость отвратительная. Прижавшись спиной к стене, через силу заставил себя дышать, восстановил дыхание кое-как. Оставаться на месте было опасно. А также холодно. Я прямо чувствовал, как разгоряченное тело пробирает мертвецкий холод. Но мне нужна была эта передышка. Чтобы продохнуть, дождаться, когда регенерация и восстановление сделают свою работу. Тяжелых ран я не получил, переломов тоже каким-то чудом не заработал, но отбил себе всё, что можно и нельзя.

Но длиться бесконечно это не могло. Время играло против меня.

Ещё до того, как я пришёл в себя, в переулок пожаловали новые твари. Начался второй раунд.

Глава 2. Пробежка, или Как Спартанец свой фирменный стиль до новых высот возвёл

Новый противник появился с шумом. Он явно бежал, набрал большую скорость и у входа в переулок резко затормозил, проскользил когтями по льду, остановился, на меня уставился. А как заметил, морду вверх задрал и… Я ничего не услышал, но выглядело это так, будто он сигнал подал.

Я же от стены отлепился и вверх прыгнул. Исходил из ранее увиденного, то есть из того, что рядовые мертвецы демонстрировали. Эта же тварь оказалась и быстрее, и проворнее, и куда опаснее.

Ей до меня метров десять было. Вмиг их пролетела, на стену прыгнула, оттолкнулась и на меня бросилась, лапой с когтями замахнувшись. У меня на такие заходы ответ один — дай!

Толчок врезался в мертвеца, но сработал куда менее эффективно. Я ожидал, что мертвого впечатает в землю внизу, но его лишь немного сбило. Дотянуться он до меня не успел, но зацепился за стену и снова прыгнул. И всё это произошло за пару секунд. Крайне быстрая тварь, больше напоминающая хищника, нежели человека.

Время я себе выиграл. На крышу залетел. В тот момент поняв, что надо набирать скорость и удирать.

Но сначала…

Когда тварь перемахнула на крышу, вместо того чтобы убегать, я закрутил шар, вложил в него Дай и… Выплеск энергии, куда более сильный, снес мертвого с крыши куда-то на улицу. Я же развернулся, разбежался и прыгнул, чтобы перескочить широкую улицу и добраться до следующего дома.

Ветра в данный момент не было, и я надеялся, что смогу долететь.

Только вот не учёл, что мертвецы не просто оживают и начинают двигаться… Нет, они пробуждаются, логика их поведения меняется, они действуют более разумно.

О чем Вологодские меня также не предупредили!

Поэтому, когда я на высоте трех этажей пролетал над улицей и увидел там полноценный отряд особых мертвых, с посохами, которые были готовы встречать меня, это стало полноценной неожиданностью.

«Керд!» — выдал я знак рефлекторно.

Плащом тоже себя в сторону дернул, но мертвые накрыли широкой волной, не получилось увернуться. И били не лучами, а чем-то взрывающимся. Я всем телом прочувствовал, как сила этих взрывов обволакивает меня, сжимает, подхватывает и кидает куда-то в сторону. Лопнул Керд, начала рваться защитная пленка вокруг тела, кожу обдало чем-то настолько холодным, что это обжигало, пробирая до самой души.

На излете, когда я перестал понимать, что происходит, меня ещё и ветер подхватил. Так и понёс куда-то. Продохнув, я гравитацию частично вернул и на крышу приземлился. Прокатился, чуть не споткнулся — приложили меня сильно, но удержался и дальше бросился. Надеясь, что верно угадал направление.

Весело второй раунд начался. Осталось дождаться, чтобы меня мертвые ящеры окружили, тогда полный набор будет.

* * *

К тому моменту, когда добрался до Колодца, где-то потеряв Люция и Грозу, я знал, что мертвецы делились на несколько видов. Самые обычные, рядовые солдаты мертвой армии, отлетали от слабого Дая. Если вдарить со всей силы, можно было проделать просеку и пройти вперед. Опасны эти мертвые толпой и прыжками. Меня пару раз успели зацепить. Дотягивались на излете, но защита выдержала. Хорошо, что зацепиться не успели. Быть мне трупом, окажись они чуть более ловкими и утащи вниз, к толпе.

Другое дело — бегуны. Те самые, что меня в переулке нашли и сигнал остальным подали. Эти уродцы реально пугали. Двигались они крайне быстро, ловко обходя мертвецов обычных. Шустро карабкались по любым стенам и имели острые когти. Самое отвратное — они не гнушались сбиваться в стаи.

Были и другие виды. Любители лупить из посохов и особо сильные мертвецы. Один так хотел меня поймать, что разбежался, запрыгнул на трехэтажный дом и пробил своим весом крышу, чуть меня за собой не утащив.

Ну и да. Чем больше проходило времени, тем меньше хаоса становилось в их рядах. Засады, слаженные действия — не полная разумность, но я чувствовал, что, если задержаться хотя бы на полчаса, мне точно конец, загонят и прикончат.

Как добрался до второго Колодца — не скажу. И ветром сносило. И обстреливали меня. И толпа мертвых следовала по пятам. Грохот крупной битвы прекратился, поэтому, где Вологодские, я понятия не имел. Драконы в небе тоже не летали. Другие какие-то неприятности не попадались. Неожиданно опыт забегов пригодился. По факту, я двигался по пересеченной местности городского типа, со сложным рельефом, где со мной в салки играла тысяча-другая мертвых. Иногда мешая друг другу. Что совсем уж меня путало. То строем за мной бегут и засады устраивают, облавы. А то собраться не могут и сталкиваются друг другом. Будто ими разные командиры управляют, между которыми нет слаженности.

Не исключаю, что так и было. Мария ведь палила в самом начале по кому-то. Быть может, специально «командиров» выносила. Если так, то спасибо ей. Одной рукой помогает, второй — проблемы на ровном месте создает.

Минут за пятнадцать до нужной дырки в земле добрался. Там разбежался и снова прыгнул. А что делать, ничего другого не остаётся.

На этот раз — долетел. Прямо в дырку ухнул. Мимо края проскочил, думал, там обрыв резкий. Но вместо обрыва — горка очередная. Ледяная. Метров на десять, а что там за ней, уже не видно. На эту горку я и упал. Сам Колодец под углом шёл, поэтому не проблема. Я здраво рассудил, что как-нибудь вниз скачусь, если здесь такой же рельеф, как и на первой горке.

Но за мной-то орда мертвых бежала. Останавливаться они не стали и разом за мной хлынули. Десятки, сотни.

Я ещё и о камень торчащий ногой зацепился, когда уже катился. Меня крутануло вокруг оси, разглядел, как мертвые следом прыгают. Что одновременно выглядело и фантастически, и ужасающе, и совсем не обнадеживающе.

Как-то я не подумал, что они так ломанутся. Точнее, я совсем не думал. Выложился так, что мыслей не осталось. На одних лишь инстинктах до цели пытался добраться. Только инстинкты хороши в тех местах, где всё знакомо. Я же, пусть и получил опыт общения с мертвыми, но его явно было маловато, чтобы просчитывать их логику.

А жаль. Мертвые-то ведь прыгают хорошо. Куда лучше обычных людей. Вот и попрыгали за мной следом. Я-то катился, вращался на льду. А тут раз, и начался самый натуральный дождь из мертвых. Буквально обсыпали меня. Несколько мертвецов прямо на меня рухнули. Уже на последних метрах первой части горки. И челюсти у них что надо. Моментально вцепились прямо в лицо, я и сообразить ничего не успел.

Жутко это, когда ты летишь в пропасть, тебя придавливает, и единственное, что спасает от мучительной смерти, — пленка энергии, удерживающая чужие зубы на расстоянии от кожи меньше чем в сантиметр.

Стоит ли говорить, что про ожидающий меня обрыв я моментально забыл?

«Дай!» — выдал я выплеск энергии во все стороны.

Мертвеца снесло. Тех, что на меня падали, тоже в сторону откинуло. Точнее, они вверх подлетели, столкнулись с другими мертвыми, и это обратно на меня полетело. Но тут норка кончилась, и я вниз отправился. Мертвецы — за мной. Их так много было, что вид на небо перекрыли.

Всё слишком быстро произошло. Ощутив, что оказался в свободном падении, я гравитацию снизил и плащом себя крутанул, чтобы увидеть — куда падаю то и как спасаться.

Сделал я это ровно за секунду до столкновения со следующей частью горки. Хорошо вошёл. Даже не отбил себе ничего. Дальше по льду полетел. Прямо на торчащие скалы. Так ещё и мертвецы догонять стали. Начали падать вокруг меня. А там и на меня бы рухнули.

Оттолкнувшись рукой, я резко перевернулся.

«Дай!» — ударил тараном перед собой.

Крайне вовремя. Не подвела чуйка. В последний момент от себя мертвых откинул. Но это как перекрыть воду из крана. На секунду — можно. Но дальше всё равно на тебя хлынет.

Выигранное время я использовал, чтобы гравитацию до конца обнулить да плащом себя в сторону выдернуть. Только вот летать я не умел. Тяга у плаща всего ничего. Особенно когда речь идет от долях мгновения, которые у тебя есть, чтобы выскочить из-под обвала.

Не успел. Нашлась особо ловкая тварь. А может, мне просто не повезло. Как-то умудрились меня достать. Одна тварь за ногу схватила, и мы сразу вниз полетели. Врезались в ледяной нарост, раскидало нас в стороны. Меня ещё и закрутило.

Мертвецов рядом полно было. Они уже сверху не падали, обсыпались все. Катились следом, до меня пытаясь добраться. Кто-то за ногу схватил, другой — за руку. Я вырвался, Даем ударил, просеку образовал. А дальше — раз, и новый короткий полёт. Снова себя плащом дернул, но на меня сверху обрушились, подбили. Так и вышло, что со всей дури врезался в ровную поверхность. Прямо на мертвых, которые раньше меня как-то успели упасть. А те, что за мной летели, — сверху посыпались. Метров так с пяти.

Без последствия я не отделался. Тело было напитано энергией под завязку, поэтому я не убился. Но как минимум серьезные ушиби заработал. А то и переломы. В тот момент в глазах потемнело, и я старался продохнуть, да чтобы темнота из глаз побыстрее ушла. Ещё и очки треснули. Хорошо, не разбились. Черт знает, как оно работает, почему ноги Шупы восстановились, а мой глаз нет, но проверять, вырастет ли последний оставшийся, если лишусь его, не хотелось.

Но думал я о другом. Как выбраться из-под груды тел. Вес, что давил сверху, нарастал буквально каждую секунду. Если вначале я ещё мог шевелиться, то через несколько секунд трепыханий почти лишился возможности двигаться. Ещё и эта куча вокруг меня копошилась, вяло двигалась и в себя приходила.

Как регенерация отработала, первым делом защиту обновил и усилил. Меня уже в нескольких местах грызть начали. С трудом развернувшись на бок, да и то скрючено вышло, создал Дай без спешки и вдарил.

Мертвецов подкинуло, но они обратно рухнули. Я совсем немного свободы получил. Уже собирался повторить, как сверху что-то особо тяжело прыгнуло и начало ко мне путь пробивать.

Увлекся этот крепыш-мертвец. Он мелких собратьев в сторону откидывал, провалился, так и до меня добрался. Зачем-то за ногу схватил и отшвырнул. Да так мощно, что в скалу меня впечатал, где-то вдали. Откуда эта скала здесь взялась, я увидел уже постфактум. Это был клык, торчащий из общей горки, что уходила далеко вниз.

Кажется, мертвец догадался, что сделал что-то не то. Остановился, ко мне повернулся и прыгнул. В этот же момент по мне лучами ударили — мертвые маги тоже сюда пожаловали. Защититься я не успел. Снесло прямо с ледяным клыком, по которому трещина от моего попадания прошла. Так и улетел снова куда-то вниз. Упал на очередную горку и покатился. Подскочил на горке, в воздухе оказался. За миг до этого гравитацию успел обнулить. Так и летел, вращаясь, до другого края. Этот Колодец куда уже, поэтому уперся в нависающий под углом потолок довольно быстро. Ещё до того, как оклемался.

Точнее, не уперся, а врезался и отскочил. Обратно полетел, но уже без такого ускорения. Подсобрался, выровнял полёт и увидел, что в меня снова целятся. Новые лучи росчерком пронеслись, чуть не врезавшись в меня. Я гравитацию вернул и вниз упал, разминувшись с атакой. Сразу же вернул и цепь выкинул, зацепился за потолок и к нему подлетел, когда натянулась. Там уже нормально сориентировался, оттолкнулся и вниз прыгнул, под небольшим ускорением. Не совсем медленно, но так, чтобы не убиться, если врежусь.

Потолок не был ровным. Бугристый, с наростами. Где-то плащом себя направлял, где-то цепь выкидывал, цеплялся и облетал препятствия. Мертвые наверху остались, толпа за мной перестала следовать. Хотя некоторые продолжали падать. Уже переломанными грудами.

Я собирался спуститься вниз, надеясь, что там тепло и безопасно будет. Хотя бы немного безопасно.

Но разве это приключение могло закончиться так легко?

Моя оплошность была в том, что к этому моменту я откровенно плохо соображал. Энергии потратил прилично, отбил всё тело, держался только за счёт общей крепости. Отчасти неудивительно, пусть и непростительно, что я забыл о другой своей противнице, которая могла поджидать здесь. Думал только о том, как бы передохнуть.

Но на этот раз отреагировать я успел. Слишком характерный вкус силы был в выпущенной стреле. Не обычной, а магической. Подарочек от знакомой дроу. Попыталась меня в полёте подбить. Я сгруппировался, руки перед собой выставил и Керд создал. Дроу в атаку вложилась. Несмотря на защиту, меня назад отбросило и в свод вбило. Что на пользу пошло. Ногами уперся, распрямился и выбросил себя вниз и вперед. А потом раз, и гравитацию обнулил, увернулся от второй стрелы, до первого яруса добрался.

Горка, через которую так лихо проскочил, метров на двести тянулась. Здесь пещера была, которая в стороны расходилась. Знакомые виды, но меня они не интересовали. Сверху я увидел, что чуть в стороне продолжение Колодца виднеется. Большой черный провал, ведущий вниз.

Я в сторону метнулся, от третьей стрелы увернулся и туда помчал. Прыгнул и вниз полетел. С приличным ускорением. Так до второго яруса и добрался. До новой пещеры. Где притормозил, на камень прыгнул и побежал.

А что эта дроу хотела? Что я, весь избитый, выложившийся, обессиленный и промерзший до основания, с ней дуэль устрою?

Если чему меня первое испытание и научило, так это трезво оценивать свои силы. А ещё вовремя отступать.

Также меня не раз предупреждали — дроу опасны и коварны. Та девка знает мои возможности. Возможно, она настолько глупа, что всерьез рассчитывала подбить меня стрелами, которые и раньше-то не сработали. Но… Возможно, за этим скрывается более хитрый план. Возможно, это не та дроу или она здесь не одна. Кинусь в ближний бой, а меня встретит десяток невидимок-мечников и пяток лучников. В этом случае мне точно не уйти. Также не стоит забывать про главного дроу, который, если пережил встречу с Вологодскими, меня точно уделает.

В общем, слишком непонятная ситуация, чтобы рисковать.

Личной ненависти у меня к ней тоже не было. Устроила подставу? Желает поквитаться? Смертельный враг? Да плевать. Придет время и сразимся с ней. Сейчас же я хотел забиться в какую-нибудь дыру, нормально восстановиться, восполнить силы, пожрать и, главное, согреться. А ещё переодеться в нормальную, удобную для боя одежду.

Как-то это неприлично, драться с девушкой в разодранных шерстяных штанах. Если честно, я сейчас скорее голый, чем одетый. И это отдельная проблема, которую надо решить.

* * *

Время я себе выиграл. Как на втором ярусе приземлился, на доступной скорости отбежал на пару сотен метров. А там нашёл место потемнее да быстро переоделся. Исцеляющие зелья принимать не надо было. Пока способностей хватало. А вот перекусить — да, уже пора. Одна из вещей, которую мы закупили у Паоля, — это так называемые кубики повышенной пищевой ценности. Утрамбованная смесь орехов и каких-то фруктов. Одной порции хватает, чтобы закинуть в рот. Чем-то напоминает конфеты, тоже сладкие, но, как утверждала Гроза, куда более питательные. Самое то, чтобы восполнить часть сил естественным образом.

Закончив с этим, провёл быструю проверку состояния организма. И так, пока переодевался, стало понятно, что я себе ничего не сломал, но на всякий случай потянулся, покрутился и убедился, что нигде не «стреляет».

Пока занимался этими делами, в голове у меня отсчитывало, сколько дроу понадобится времени, чтобы последовать за мной. Сможет ли она встать на след — отдельный вопрос. А вот то, что она уже раз продемонстрировала, что способна быстро перемещаться, — факт, который следовало учитывать.

Поэтому я снова сменил позицию, но на этот раз далеко уходить не стал. Забился в щель, затаился и принялся ждать.

Чувствовал я себя значительно лучше, а значит, помимо ожидания, настало время составить план действий.

Где одна дроу — там десяток. Полноценный отряд я не потяну. Раз так, надо будет убегать. Если девка одна, можно попробовать с ней разобраться. Также надо узнать, что там с Вологодскими. Как-то странно они пропали. В том, что живы, я почти не сомневался. Но как эти двое могли потеряться? Загадка. Не удивлюсь, если они спокойно сейчас сидят где-нибудь, кушают шоколадки и посмеиваются, обсуждая, как я тут один выкручиваться буду.

Но и хрен с ними. Есть два варианта. Я либо найду их, и мы продолжим путь. Либо не найду и останусь один. Сам вниз не пойду. Если земли мертвых настолько жесткие, то что уж ждать дальше. Там и земли дроу, и ситкары, и адские земли. Точно не мой вариант. Не на моем уровне развития. Да и без Вологодской дальнейший путь не имеет смысла. Поэтому, если не найду их в течение двух, максимум трех суток, вернусь обратно. Надеюсь, мертвые к этому времени затихнут. Опыт я получил, а значит, шансы вернуться обратно будут повыше.

С этим разобрался. Дроу, поиск Вологодских, продолжение пути или возвращение. Припасы у меня есть, за это бояться не стоит.

В засаде я просидел минут пятнадцать. Это не считая того времени, которое добирался сюда, переодевался и прятался. Успокоился, согрелся немного. На втором ярусе тоже минус чувствовал, градусов пять всего. В сравнении с тем, что наверху, считай, знойное лето.

Сидел бы и дальше, но тут сквозняк редкие снежинки поднял и… совсем немного, едва заметно, обозначил фигуру дроу. Одну. А там, настроившись и сосредоточившись, я её «увидел». Не глазами, а скорее почувствовал запах знакомой энергии. Сказался прошлый опыт и то, что её силу через себя пропускал. Спасибо тебе, адаптация. Не такая уж плохая способность. Хотя что-то убойное мне тоже не помешает.

Когда прятался, цепь отдельно оставил. Я ею на расстоянии управлять умею, и это отличный способ как внезапно атаковать, так и отвлечь врага. Единственное, чего я не мог сделать — поджечь цепь на большом расстоянии. Мой предел — десяток шагов.

Цепь я направил точно в цель. Дроу отпрыгнула, отбилась чем-то железным, но это же цепь. Что бы там Люций ни говорил, оружие отличное и коварное. Цепь дальше прошла и чиркнула противницу лезвием. А та… Взяла и убежала. Да так резко, что я и среагировать не успел. Как понял, что происходит, цепь вернул, сам из укрытия выбрался и метнулся в другую сторону, меняя позицию. Преследовать я её не собирался. Не тогда, когда неизвестно, в каком они здесь составе. Может, и зря. Но прошлый опыт говорил, что дроу ходят отрядами. Не хотелось бы нарваться.

В следующий час или около того, ровным счётом ничего не происходило. Я сидел в засаде, всматривался в однотипный пейзаж, успел изучить каждую неровность, находящуюся в пределах видимости. Заскучал, но зато отдохнул и часть сил восполнил. Уже начал подумывать, что всё, дроу ждать не стоит, но тут такое дело — иногда надо сидеть до победного, чтобы у противника раньше нервы сдали. Поэтому спешить я не собирался.

Но тут наконец Вологодские появились. Гроза нашла меня без всяких проблем. Я их заранее заметил, они шли, совсем не скрываясь. Не стал спешить выходить к ним. Мало ли, вдруг иллюзия.

— Выходи! — крикнула Мария. — Здесь уже никого нет!

«Кай», — создал я знак, скидывая наваждение.

Вологодские никак не изменились, и я рискнул к ним выйти. Они ведь всё равно меня видели, точно смотря в нужную сторону.

— Соскучился? — с какой-то усмешкой спросила Гроза.

Маску и очки она сняла, поэтому эмоции её разглядел.

— Очень, — честно ответил я, — сидел, скучал, вас ждал. Думал о всяком разном. К примеру, о том, что нужно к знакам, которые для общения, обучать, важную информацию сообщать, как-то оветственнее к делам относиться. Или беспечность и безалаберность — тоже часть моего обучения? — спросил я холодно.

— Высказался? — Мария перестала усмехаться и как-то поскучнела.

— Да я только начал.

— Ну так продолжай, — махнула она рукой.

— А есть смысл? — спросил я, прекрасно видя, что бы я сейчас ни сказал, это пройдет мимо.

— Ну, выплесни обидушку, легче на душе станет, — расплылась она в высокомерной улыбке.

Ясно с ней всё. Впрочем, это же Гроза. Разве стоит от неё чего-то другого ожидать? Нет. Я мысленно сделал переоценку своего положения. Вывод первый — Вологодские тоже могут косячить. Вывод второй — это не их проблемы, а тех, кто рядом с ним. Вывод третий, даже если я вижу намечающуюся проблему, не факт, что эти двое захотят пойти мне навстречу.

Это неправильно. Точнее, небезопасно, плевать на правильность. А мне как-то не нравится быть грушей для битья и рисковать почем зря. Особенно не нравится рисковать по недоработке и элементарной глупости. Как своей, так и чужой.

Поэтому ситуацию надо ломать.

— Что, великая ныряльщица не хочет признавать, что затупила? — расплылся я в высокомерной улыбке.

Скопировал её у лучшей в этом деле — у самой Грозы.

— Дерзость не входит в твоё обучение, — заметил внешне спокойно Люций.

У него тоже не помешает поучиться. Вот как он так, не меняясь внешне, внушает ужас одной лишь интонацией? Хотя нет, интонация тоже не поменялось. Всё дело в готовности убить меня на месте и абсолютной уверенности, что он может это сделать.

— В суть любого обучения заложено выживание, иначе какой прок жилы рвать? — задал я резонный вопрос. — А шансы на выживание повышает элементарная согласованность действий. Я уж молчу про брифинг и важные сведения о противнике.

— У, какой сердитый мальчишка, — подалась вперед Мария. — Чего не нравится? Жив? Жив. Время весело провёл? Весело. Не нравится что-то, так вперед, сам глаз ищи. А насчёт обучения — так ты сильно ошибаешься. Такен твой любимый вон закладывал, что часть учеников погибнет. Необходимые жертвы, чтобы дать возможность остальным закалиться и провести естественный отбор.

Она точно отбитая. Причем настолько, что отрицает элементарную логику.

— Многое не нравится, — ответил я, собираясь продолжить обострять. — Уговор-то обоюдный. С тебя обучение и новый глаз. С меня поход к Истоку. Или отказаться вдруг решила? Так сразу скажи. Меньше возвращаться придётся.

— Спар, — спросила Мария тихо, — а ты не думал, что слишком далеко забрался и здесь я могу сделать с тобой всё, что захочу?

— Так давай, вперед, — развеселился я. — Пытать будешь? Молниями бить? Очень хочу посмотреть, как это приблизит тебя к Истоку.

— Мария, — тихо позвал Люций, смотря на меня ничего не выражающим взглядом. — Чего ты добиваешься, Спар?

— Для начала было бы неплохо получить честный ответ, что это было. Я и сам об этом не подумал, но кто из нас крутые ныряльщики и главные в отряде, а кто сердитый мальчишка? — вернулся я подачку Грозе.

Ответный взгляд Люция мне не понравился. Так смотрят, когда человека трогать нельзя, но он слишком много себе позволяет и ему это обязательно припомнят. Что ж, запомним и будем готовиться.

Ответ же на озвученный вопрос я хотел получить, чтобы понять, готовы и способны ли Вологодские свою неправоту признать. Если признают, это будет моей маленькой победой и шагом к слому общей ситуации. Если же упрутся, придётся исходить из того, что с ними договориться в принципе невозможно. То, как смотрел на меня Люций, как раз говорило в пользу этого.

Не признание ошибок и готовность учитывать их в будущем, действовать и в моих интересах тоже, а гордыня и желание подавить меня.

— В данном походе тебе думать не надо, — сказала Мария. — Нужно делать, что говорят. Ситуация была опасная, но не настолько, чтобы психовать. И да, неизвестность для тебя благоприятно сыграла. Иначе кто знает, как бы Колодец подгадил. Ты и так… — тут она усмехнулась, — настоящий класс показал. И побегал, и полетал, и по горке скатился эпично. — чуть ли не причмокнула она, откровенно насмехаясь.

«Всё же решила съехать с темы», — сделал я вывод.

— Так значит, вы видели и никак не помогли, — сделал я вывод.

— Видела, конечно. Я за тобой, бестолочью, всё время присматривала. Теперь голова трещать сутки будет. А нас впереди дроу поджидают. У них на целый день больше времени на подготовку будет. Но ради тебя расстаралась.

Ещё один факт в копилку. Точнее, уточнение уже известного. Я для них не больше, чем полезная зверушка. Которую можно кинуть в мясорубку и посмотреть, что будет.

Говорить про то, что какие-то это сомнительные старания — просто смотреть и ничем не пытаться помочь, я не стал. Если честно, то выглядит такой заход как убогая попытка набить себе цену. Ну да ясно с ней всё. Что бы я ни сказал, Гроза вилять будет. Учтем на будущее.

— Чего же так задержались? — сменил я тему.

— Добычу собирали, раз уж столько мертвых набежало. На, держи. Раз уж ты так красиво в его задницу врезался, — улыбнулась она и вытащила из кольца кость дракона. — Отличная замена металла. Хватит и меч выточить, и звенья для цепи, и ножи. Если знаки внедрить, полноценный артефакт получится. Не самый лучший, который можно достать, но получше всего того, что у нас, на поверхности, в свободном доступе купить можно.

А вот это неожиданно. Она что, пытается… откупиться? Надеюсь, я удержал лицо.

— Так вы из-за добычи задержались?

— Пришлось повозиться, — неопределенно ответила она. — Кость бери. Это не подачка, а, считай, твоя доля. Раз уж ты так ловко дракона подбил, — в голос, звонко, рассмеялась она.

Отказываться не стал, забрал кость.

— Уходим ниже, — скомандовала Гроза. — Не хочу здесь мерзнуть.

Разговор она посчитала законченным. Что же, ладно. Кое-что я прояснил, а дальше видно будет. Ситуацию сломать не получилось, это да, но начало положено.

* * *

Этот Колодец уходил всего на два яруса вниз. Тот, где мы встретились, был последним. Возможно, где-то рядом есть ещё одна большая дырка, уходящая в землю, но я ничего такого не видел. Поэтому дальше шли по обычным спускам, каменным кишкам. На минус третий, а потом и минус четвертый ярус. Здесь, в отличие от поверхности, особенно на контрасте, было жарковато. Где-то плюс пятнадцать. Ещё не жара, но достаточно тепло, чтобы наконец-то почувствовать себя комфортно.

Люций нашёл место для остановки, по одному ему известным признакам. Гроза защиту из знаков создала и сразу медитировать уселась, Вологда — кашеварить взялся.

— Так что насчёт знаков? — спросил я.

— Они дальше не понадобятся, — сухо ответил он.

— А вдруг?

— Спар, а ты не думал, что никаких особых знаков нет, и мы просто с Марией хорошо друг друга понимаем?

— Это действительно так?

Мужчина не ответил и дальше доставать я его не стал.

Насколько же проще со своими парнями было ходить. Никаких заморочек, взаимопонимание, доверие. Здесь же мне и на секунду расслабиться нельзя.

* * *

Когда Мария вышла из медитации, сменив Люция, пообедали. Разобравшись с едой, она рассказала про мертвых. Просто взяла и заговорила, хотя я ничего не спрашивал. Рассказала про их разновидности и то, что могильник подобен театру, в котором каждый раз пытаются выстроить новую сцену. Мертвые, сколько их ни убивай, восстанавливаются и занимают новые места, чтобы дождаться следующих путников. Рассказала, что я ещё легко отделался. Мне не попались монстры, костяные демоны и личи — продвинутые мертвые маги, использующие не один вид примитивной атаки, а полноценно колдуя и ведя себя разумно.

— Я заметил, что они и без этих мертвых разумнее себя стали вести.

— Это так. Но не совсем, — ответила она. — Среди них есть командиры. Их нужно выносить в первую очередь, а то действительно слаженность действий вырастет в разы. Среди командиров есть своя иерархия. Страшнее всего короли мертвых. Они способны объединить тысячи мертвецов, которые начнут действовать как единый организм. Но возле Колодцев я их никогда не встречала. Зато, если отойти подальше, можно нарваться.

— А что с дроу? Это же они нам подставу организовали?

— Ученица нашего врага, — кивнула Гроза. — Оставил её здесь, чтобы нам подгадали.

— Она одна была? Разве это разумно?

Эх, надо было её всё же добить. Зря перестраховывался.

— Выставлять ученицу против нас? Нет, — ответила Гроза. — Но старшие дроу относятся к младшим… Как Такен к вам.

— Я бы не сказал, что он относится к нам плохо.

— Но разве он вас не называет инструментами? — парировала она, и на это мне крыть было нечем. — Здесь старший дроу счёл разумным использовать ученицу, чтобы доставить нам неприятности, замедлить, заставить потратить силы. Не такой уж глупый ход. Будь уверен, когда придём к ним в мир — нас там встретят со всем радушием.

— Будем тяжелее, чем сейчас?

— Ещё как. Но впереди адские земли, ситкары и только потом — дроу.

— Что в этих местах ждет?

Мария окинула меня взглядом, улыбнулась лукаво и достала из кольца плитку шоколада. Развернула бумагу, сломала шоколадку пополам и мне кусок кинула. Я поймал и отказывать не стал. Деликатес так-то.

— Через адские земли нам где-то часов десять идти. Мимо лавовых потоков. Там главная сложность — температура. У тебя против неё защиты нет, но… Держи, — достала она из кольца артефакт-цепочку, — это усилитель защиты. Лучше всего сочетается с камнями-броней, как у моего мужа, — кивнула она на медитирующего Люция, — Усиливает какую-то особенность. В твоем случае наложится на защитную пленку и будет охлаждать.

— Меня на десять часов не хватит, — напомнил я, имея в виду, что столько защиту активной удерживать не смогу.

— Я в курсе, — кивнула она. — Прикрою тебя.

— Хорошо. Но как эти земли выглядят? В смысле, десять часов мы по чему идти будем? По другому миру? По очередному подземному миру?

— Ох, — вздохнула Мария, — сейчас мы на минус четвертом относительно мертвого мира. Следующий переход приведет нас на минус первый относительно огненного мира. Так себе местечко. Там выжженные равнины, своя специфическая живность и отдельные приключения. Но на поверхность подниматься не будем. Пройдем минус первым. Выглядит он как обычный ярус, только с лавой. Ну да сам увидишь.

— Спрашивать про то, как был обнаружен следующий проход в десяти часах от точки выхода в не самом простом месте, не стоит?

— Почему же, — улыбнулась Гроза. — Когда мы с Люцем добрались туда, точно знали, что этот проход существует. Не мы первые так далеко забрались. Как пришли… То просто обшарили всё вокруг. Я ориентировалась на потоки лавы, поведение монстров, другие всякие мелочи. В конечном счете нам просто повезло найти проход.

— Сколько это времени заняло?

— Три недели, — выдала она новую улыбку.

Три недели в месте, которое называется адом. Вот как выглядят нырки тех, кто хочет забраться дальше остальных и сталкивается с неизвестностью, а не ходит проверенными тропами.

— Как пройдем адские земли, — продолжила Мария. — Сделаем крюк по ярусам-перемычкам, подобным этому. Подойдем к миру ситкаров, но там на поверхность подниматься не надо. Для них ад на минус пятом, а переход — на минус третьем. Четвертый же почти такой же, как и у нас. Обычная пещера с летающими камнями.

— То есть встречи с ситкарами не ждать?

— Хочешь с ними встретиться? Можем и заглянуть на поверхность, если желаешь увидеть, как жила Тамара, — предложила Гроза.

— Как-нибудь обойдусь.

— Разумная осторожность, — согласилась она. — А что касается дроу — там самое веселое ждет. Прям самой интересно, что этот ублюдок приготовил.

А мне вот интересно не было. Совсем. Ни капли.

— Ладно, отдохнули и хватит, — сказала Мария. — Давай ты кое-что сделаешь. У тебя сегодня день подарков.

На её ладони появилось несколько драгоценных камней. Прозрачных и светящихся.

— Это что-то вроде валюты в мире волшебников. В них есть энергия, которую они используют. Поглощай и усваивай. Твоя задача найти их мир.

— Эм? — не понял я.

— Мы идем на двенадцатый ярус. Там множество выходов. Какой куда ведет — обычный ныряльщик просто так не угадает. Поэтому ты должен почувствовать направление.

— А если не смогу?

— Значит, мы потратили кучу времени впустую. Если не сможешь сделать даже эту малость, то и Исток не найдешь.

— Так это проверка на пригодность?

— Именно так. Может, я и была бы подобрее, не будь ты таким высокомерным засранцем, — подмигнула она мне. — Но уж сам виноват. Докажи свою полезность делом, если хочешь новый глаз.

На это мне даже как-то злиться лень было.

— Поглощай энергию из камней, — скомандовала она. — А потом знак учи. Будет хорошо, если молнию освоишь. У тебя сутки на тренировку, не трать время зря.

Глава 3. Адские земли, или Как Спартанец медленно коптился

Сутки отдыха означали, что отдыхать будут Вологодские, а я, если не считать коротких передышек, перерывов на обед и одного полноценного сна — тренироваться.

С некоторыми отступлениями и задушевными разговорами.

Люций всего полчаса на медитацию потратил, после чего молча ушёл. Мария же, прямо рядом с тем местом, где расположились, создала небольшой котлован. Выглядело это так, словно камень просто осыпался, образовав форму чана. Управилась она меньше чем за минуту и повернулась ко мне.

— Не задирай меня, — сказала Мария тихо, пока я пытался собрать знак. — Мне плевать на любые твои слова. И на тыканье, и на дешевые провокации, и на попытки вести свою игру, и на грубость, и на взгляд волчонка. Если хочешь дожить до старости, никогда при Люции не оскорбляй и не пытайся задеть. Он и за меньшее убивал. И обиды его не имеют срока давности.

Сказано это было абсолютно без злости, ненависти, затаенной агрессии или привычного высокомерия. Мария констатировала факт. И того, что ей плевать, и того, что Люций захочет меня приучить, рано или поздно. Это совпадало с моими ощущениями, поэтому я поверил сразу, что так и будет.

Отметив про себя, что Гроза прекрасно разглядела мои провокации и то, что за ними стояло. То, что сейчас она проявила… заботу. Предупредив об опасности.

Это говорило о том, что она хочет, чтобы я выжил после всей этой истории и похода к Истоку. Или говорило о том, что она хочет создать такую видимость.

Я коротко кивнул, и, удовлетворившись, Гроза вернулась к своему занятию, расщепляя камень и создавая яму. Сомневаюсь, что она понимала главное — сам факт отсутствия возможного доверия между нами перечеркивал любое налаживание отношений. Впрочем, чего это я. Для использования меня по-настоящему дружественные отношения не нужны. Хватит и деловых.

— Но и ты неправа, — решил я посмотреть её реакцию.

— Спар, Спар, — улыбнулась она и бросила на меня взгляд. — Разбаловал вас Такен. Я знаю много школ, где за малейший косой взгляд в сторону учителя тебя избили бы палками и бросили так в канаву. Не буду отрицать, что тебе надо было рассказать чуть больше… Чтобы тебе было комфортнее справляться с трудностями, — не преминула она поддеть меня, выделив слово «комфортнее». — Но извиняться не собираюсь. Лично меня устраивает, что ты сталкиваешься с трудностями. И Колодцу это нравится. Пока хорошо идем и, тьфу-тьфу, — поплевала она через плечо, — пусть так и продолжается.

— Зачем тогда предупредила? Насчёт мужа, — спросил я.

— Потому что ты мне нравишься, — она закончила с ямой, повернулась и посмотрела прямо. — Более того, я была бы рада, будь ты моим настоящим сыном. Но пойми меня правильно… — от её слов, признаю, я пусть и не вздрогнул, но внутри что-то шевельнулось. — Тебе ведь Такен наверняка рассказывал, что я всегда хотела родить, но так и не смогла подарить Люцию наследника. А он ведь последний в роду… — с грустью произнесла она, смотря в ту сторону, в которую ушёл мужчина. — Давно бы бросил меня и нашёл себе десяток девок, которые ему детей нарожают. Но не уходит. Странные у меня с ним отношения, болезненные, маниакальные. Поэтому и предупреждаю. Поэтому и говорю, что была бы рада, будь ты нашим сыном. Но я любому ребенку была бы рада, в этом плане твоё преимущество только в том, что ты неплохо подходишь на роль наследника. Сильный, с потенциалом, обучаемый, с твердым характером.

То, что шевельнулось внутри, приподняло голову, хмыкнуло и затихло. Да уж. Ничего приятного в словах Грозы не было. Только то, что я подходящая лошадка для закрытия её мечтаний.

— Это не ответ. Я не твой сын и не смогу им стать по понятным физическим причинам. Так зачем предупреждать?

— Как и сказала, наш союз обусловлен взаимной выгодой, но где-то на один процент… Считай, ты мне симпатичен, — подмигнула она. — Характер дурной, но так и я не самая приятная личность. А теперь возвращайся к знаку, хватит отлынивать.

Гроза бросила взгляд в сторону, и вскоре оттуда показался Люций. Он не говорил, зачем уходит, поэтому я несколько удивился, когда мужчина притащил огромный кусок льда. Который бросил в созданную яму. После чего его растопили, и получилась… ванна.

— Мой тебе совет, Спартанец, — своим обычным, не «откровенным» тоном сказала Мария. — Когда идешь в дальний поход, то во время безопасных остановок не пренебрегай личной гигиеной и помывкой. Если ты не понял, то это тебе ванна. Чего встал? Мойся.

— А вы? — немного растерялся я.

Как-то не ввязались откровенности, обмен угрозами, и вся непростота нашей ситуации с тем, что эти двое сделали мне ванну, чтобы искупался.

— А мы оба умеем регулировать потливость, — ответила женщина. — Поэтому не так испачкались. Ты же, без обид, воняешь. Если нужно что-то постирать, займись этим.

Сказав это, Гроза потеряла ко мне интерес и вернулась… Ну, неправильно говорить, что к костру, просто на свою лежанку, где и притихла. Открытого огня-то не было. Приготовили пищу и горелку убрали.

Зачем мылся, я так и не понял. Нет, это приятно, не спорю. Да и вещи застирнул, пусть и не так много грязных у меня было. А потом Люций сказал доставать меч, и понеслось. Я снова пропотел. Правда, в этот раз занимался в одних штанах, так что вещи не испортил. Как Люцию надоело со мной возиться, снова за знак пришлось браться. Там и Гроза очнулась. На этот раз она просто дремала, свернувшись клубком. Что выглядело несколько противоестественно. Эта женщина и клубком. Скажешь кому, не поверят.

— Мария, — спросил Люций, пока я знаком занимался, — а ты не хочешь проверить его на стихии?

— Нет, — резко ответила она.

— Стихии? — вскинулся я, почувствовав подвох.

— Предрасположенность, — коротко пояснил Люций.

— И? — не понял я. — К стихиям есть предрасположенность?

— Конечно, есть. — ответил Люций.

— Ерунда это всё, — не согласилась с ним Гроза. — Изначально у людей нет никаких предрасположенностей, потому что мы не магический вид. Нас меняют камни. Какой камень добудешь, такие силы и получишь.

— Но сейчас у него нет камня, — возразил Люций. — Я бы проверил. А то слишком долго мучается.

— Как проверить? — влез я с вопросом.

— Дать тебе другие знаки, связанным с другими стихиями, — пояснила Мария. — Слишком долго и муторно.

— И, конечно же, ты не идешь на принцип, — тихо заметил Люций, но я услышал.

Гроза посмотрела на него недобро, но ничего не сказала.

— Занимайся давай! — раздраженно бросила она мне. — Прояви побольше усердия!

Как будто я его и так мало проявляю.

Люций какое-то время помолчал, а потом снова разговор завёл. Если честно, это непривычно и подозрительно как-то. До этого он не показывал себя как любителя поболтать.

— Слушай, — обратился он к жене. — А Спар — твой личный ученик?

— К чему ты это? — спросила она и повернулась ко мне. — Спар — ты мой личный ученик?

— Не знаю, — ответил я.

Ответа я и правда не знал. Был ли я личным учеником Такена или учеником его школы? Скорее второе, чем первое. Потому что лично мной Мастер не так уж много занимался. Но был ли я учеником Марии? Да нет, пожалуй. На полставки если только.

— Вот видишь, он не знает. Какой-то половинчатый ученик, — ответила Гроза. — Так к чему вопрос?

— Да вот подумал, что Такен наверняка себе в любимчики этого Виктора возьмет…

— Почему это? — заинтересовался я.

— Потому что я знаю своего старого друга, — ответил Люций. — Во-первых, этот Гатс — лучший ученик на потоке, а значит, и среди всех учеников. Любому учителю приятно вкладываться в того, от кого отдачи больше. Во-вторых, он захочет создать нам противовес. Что тебя удивляет? — окинул Люций меня взглядом.

— Не могу понять, какие отношения вас связывают. Вроде старые друзья, но…

Но вели себя чуть ли не как враги.

— Сложные, — пожал плечами Люций.

— Мы для всего мира и Такена в частности — олицетворение хаоса. Поэтому тут я с мужем соглашусь. Такен вполне может захотеть создать нам противовес. Но и плевать. Чего это ты решил об этом поболтать?

— Подумал, что у тебя есть личный ученик. У Такена — тоже есть. А у меня — нету. Не канон.

— Канон? — переспросил я.

Кажется, сегодня день глупых переспрашиваний. Но очень уж разговор интересный. Вроде ни о чем, но кое-какие детали про эту троицу, в смысле Вологодских и Такена, узнать можно.

— А ты не в курсе, что ли? — с какой-то затаенной насмешкой посмотрел на меня Люций.

— В курсе чего? — напрягся я.

— Не слушай его, Спар. Как дети, — фыркнула Мария.

— И всё же? О чем я не в курсе?

— О том, что Такен очень любит книжки.

— Про это я в курсе. Но при чем здесь канон? И что это вообще такое?

— Канон в данном случае, — ответила Гроза. — Это что-то типа клишированного сюжета. Вот ты типичный клишированный персонаж.

— Клишированный?

Это слово мне тоже было незнакомо.

— Шаблонный. Не оригинальный, — пояснила женщина и, видя мой взгляд, уточнила. — Ну сам посмотри. Типичный герой, который постоянно встревает в неприятности, лезет вперед, рискует, и так далее, по списку.

— Стоит сказать, что ты типичный герой из вполне конкретной книжки, — усмехнулся по всю ширь Люций. — С дурацкой атакой ближнего боя вместо хорошей дистанционной. Глуповатый местами. За друзей — горой. Ну и да, постоянно приключения находишь.

— Если я герой, Такен — мудрый наставник? — подхватил я формат беседы. — А вы тогда безумные ученые… которые хотят уничтожить мир? Злодеи?

— А знаешь… — Мария переглянулась с мужем. — С твоей позиции мы выглядим действительно так. А со своей — мы вполне себе герои.

— Бред какой-то, — на этот раз фыркнул я.

— Согласна. Я сразу сказала, что бред. Но Такен ладно. Дорвался и играет в свои куклы, но ты-то Люций? Что за ерунда про личных учеников?

— Почему ерунда? Хочу воспитать кого-нибудь.

— Тамару воспитал.

— Тамару мы вместе воспитывали, это не то. Так что давай, забирай Спара. Такен заберет Виктора. А я… Мне надо кого-то найти с талантом мечника.

— Нет, по канону тебе девушка нужна, — не согласилась Мария. — Но, если ты найдешь какую-то юную пигалицу, долго она не проживет, это я тебе обещаю! — с угрозой произнесла она.

— Поэтому и говорю, нужен парень! — шутливо выставил перед собой ладони Люций. — Страшный, но талантливый!

Что-то такое Мария увидела на моем лице, от чего рассмеялась. А я вдруг понял, почему Люций её так любит. Точнее, почему он когда-то в неё влюбился. Сейчас, когда эта маска холодной стервы ушла, когда глаза блестели, а ещё покраснели, когда звонко смеялась — она выглядела совсем иначе.

Хороша, ничего не скажешь.

А ещё она мне Алисию неожиданно напомнила. Я уже и забывать стал, как та выглядела. Не по фото, а вживую. Тут же что-то схожее промелькнуло, и я загрузился. Опять зашевелилось что-то в груди, но уже по другому поводу.

— Чего приуныл? — Мария перестала смеяться, но веселье из глаз не ушло. — Неприятно чувствовать, что ты всего лишь игрушка в чужих руках? — не поняла она причин моего настроения. — Так не ты один. Этот Виктор тоже взял себе имя из книжки. И теперь вы разыгрываете пьесу для Такена, исполняя его детские фантазии.

— И то, что ты не хочешь дать ему попробовать другие стихии, вовсе не связано с этим, — заметил Такен.

Это была какая-то подколка, но я не понял её суть.

— Ещё бы! — фыркнула Гроза. — Если я дам Спару стихию ветра — Такен от радости кипятком писаться будет!

— Да вы психи, — резюмировал я.

— Давай знак учи, — посмеялась Гроза и виски себе помассировала.

Её хорошее настроение моментально улетучилось. Люций тоже притих, заметив состояние жены. Так и погрузились в тишину. Только я раз за разом пытался этот чертов знак воссоздать. И ведь запомнил структуру. Но нет, раз за разом он срывался и расползался. Что-то мешало, и я не мог понять, что именно.

* * *

Ответственно заявляю, что путешествие через адские земли вышло раз в десять приятнее, чем через могильник. Это при том, что находились мы среди огненных равнин куда дольше.

Замечу, что именно само путешествие. Этот же мир я приятным назвать не мог при всём желании.

Отдых закончился, Гроза пришла в себя, собрались и выдвинулись. Не такой уж долгий переход, и вот мы в адских землях. Что я почувствовал по возросшей температуре. У входа она в районе плюс тридцати была. А в самом аду начиналась с пятидесяти. Со слов Вологодских, в самых интересных местах и до ста градусов доходила. А кое-где — куда выше.

В общем. Здесь было жарко, светло и просторно.

На первый взгляд — самая обычная пещера. С тем отличием, что внизу бежали потоки лавы. Они как ручьи. Заполонили не всю округу, а нитками то сплетались, то разбегались.

Люций создал шар, который поднял нас в воздух. Пришлось потесниться и прижаться друг к друга, но я был готов потерпеть. Артефакт, что мне выдали, плюс защитная пленка неплохо справлялись с жаром. Поэтому… Весь путь я просто сидел. Когда энергия кончилась, а хватило меня где-то на час двадцать, то Гроза перестроила защиту вокруг нас, и дальше я сидел, восполнял силы. Потом снова на своих ресурсах двигался.

Летели молча. Любоваться видами быстро надоело. Здесь были и скалы, и лавовые озера, и щели, уходящие неизвестно насколько глубоко. Я ждал, что мы весь путь под землей проделаем, так оно и было, но кое-где виднелись просветы. Получается, местные первый ярус был дырявым. Может, и к лучшему, а то я слабо представляю, откуда здесь воздух для дыхания берется.

Видел и тварей различных. Духов, что быстро носились под нами. Огненных ящериц, будь они прокляты. Созданий побольше, не уступающих размером костяному дракону, купающихся в лаве. Но и на них всех любоваться надоело. Так что большую часть пути я провёл в медитации да размышлениях. Последние схватки показали, что мой большой резерв не такой уж большой. Я столкнулся с тем, что расширенный арсенал быстро тратил запасы. Гравитация, силовая пленка, шары и знаки. Это то, что тратило энергию только так. Ещё и регенерация с восстановлением, когда получаю ранения — это тоже энергию отнимали. Вот и выходило, что в интенсивном бою я могу рассчитывать минут на двадцать. Это на самом деле много. Когда поединок один на один, как в случае с дроу. А когда целая толпа мертвецов или затяжной бой? Уже не так много.

Почувствовал острую нехватку забегов. Никогда бы не подумал, что мне их будет не хватать. Но как способ оценить свои силы — это отличный вариант.

Сейчас же, после двух испытаний и расширения арсенала, я по-прежнему плохо чувствовал, чего стою. В бою ведь как. Себя надо знать с точностью до секунды. И не просто знать сухие цифры, а очень точно чувствовать это.

Чего достичь без многочисленных забегов, да и спаррингов с разными противниками мне не представлялось возможным. Какими бы крутыми Вологодские ни были, этот вопрос они мне не закрывали.

Пролетели с ними адские равнины. Которые ничем, кроме вечного жара и боли в глазе, не запомнились. Слишком ярко. Темные очки нужны. Но выданные треснули, а новые мне никто не дал. Старые Гроза забрала. Как приземлились, дальше ещё несколько переходов между ярусами сделали. Снова Мария большую остановку скомандовала.

— Есть какой-то смысл в суточных привалах? — спросил я.

— Тебя потренировать. Нам силы восстановить, — ответила женщина. — Или ты думаешь, что мы так просто идем, потому что дорога легкая?

Я не знал, что на это ответить. По правде, я даже оценить не мог, насколько путь тяжелый. Вот сколько Люций тратил сил на нашу транспортировку? А что он ещё использовал? То, что я ничего больше не заметил, не означало, что способности не применяются. Аналогично с Грозой. Она использовала длинные связки знаков, и я только гадать могу, сколько это сил жрет. Также глаза применяла, после чего у неё вроде как голова болит.

Кстати, важный момент. А что, если я глаз получу и тоже за него головной болью расплачиваться буду? Этот вопрос я вслух и озвучил.

— Не бойся, — успокоила она меня, — сами глаза, если нормально встали, головную боль не создают. А вот их совмещение с другими способностями — да.

— Ясно… — протянул я, задумавшись о перспективах.

Отдых, тренировка, отработка не получающегося знака. То, что он не получается, раздражало, сильнее бесила только необходимость тренироваться с мечом. Люций от своего не отступал. Не то чтобы я был сильно против. Мне требовалось научиться пропускать энергию через оружие, что я и пытался делать с переменным успехом. Но полюбить меч так и не смог.

Стоянка ничем не запомнилась. Вышли на следующий день после сытного завтрака. И наконец добрались до земель ситкаров.

Глава 4. Финальная тренировка, или Как Спар неприятности почувствовал

Гроза ранее говорила, что мы с ситкарами не столкнемся, но ошиблась.

Столкнулись. Не так, как я ожидал. Почему-то рассчитывал, что все, кто нам попадется, — враги. Да и не слышал я о ситкарах ничего хорошего, так-то.

Должен сказать, что местные пещеры, имею в виду проходные ярусы между мирами, ничем особо не отличались от того, что было у нас. Те же тонкие, каменные кишки. То же ощущение бесконечной породы над головой, которая, если дрогнет, размажет тебя и хорошо, если быстро. Тот же отвратный воздух, полумрак и сырость. Отличался только цвет камня, мох да степень освещения.

Выбрались наверх, на очередной промежуточный ярус и… Столкнулись с селением ситкаров. Те нас почти сразу заметили. Не то, чтобы бдили особо сильно, но их полных возможностей я не знаю, поэтому точно сказать не могу. Просто отметил, что их предстаивтели из селения вышли уже после того, как мы ближе подошли. Вологодские суеты не выказывали, я тоже не нервничал.

Скажу отдельно про селение. Оно было огорожено камнем. Забор невысокий, мне по шею. Внутри — пара десятков таких же примитивных, сложенных из камня домов. Не построенных каменных зданий, а именно сложенных. Из разного размера камней. Не уверен, что они раствор использовали. Ну, или что-то простое, типа глины. Дерева не заметил, но костром пахло. Как и едой, отхожим местом, потом и ещё непонятно чем. Услышал я и разговоры, и какой-то шум, и блеяние. Скотина?

Стоило нам остановиться возле входа, как ситкары всех мастей сбежались. Разве что стариков не увидел. Но мелкие дети — были. И что сказать, выглядели все они откровенно убого. У нас на улице беспризорники некоторые лучше живут. Одежда — самая примитивная и грубая. Чумазые, грязные, со спутанными волосами, совсем не похожие на Тамару.

Раздался окрик, на незнакомом мне языке. Ситкары мгновенно расступились и вперед вышел… Воин? Вот он был одет получше, да и выглядел прилично. На фоне остальных. На нашем же фоне, он так и оставался бедняком.

Мария тоже шагнула вперед. Заговорила на этом чужом языке. Ей ответили. Завязался разговор. А потом и до торговли дошло. Воин крикнул, молодые ситкары натащили всякого разного. Камни, металлы, коренья какие-то. Гроза внимательно всё осмотрела, отобрала что-то и рядом выложила… еду. Мешки с крупами. Пару рулонов ткани. Всё то, что у тех же клайдов купить можно без напряга.

Старший ситкар доволен остался, улыбнулся нам, показав крупные зубы и, собственно, на этом всё. Мы пошли дальше. На поверхность не поднимались. На этом ярусе нашли другой спуск вниз и опять в кишку нырнули.

— Что это было? — решил я удовлетворить любопытство.

— Кто-то из ситкаров решил устроиться и заработать. Не самая глупая идея. Как видишь, они сильные, но бедные. Не самое ужасное поселение, замечу, — ответила Гроза, спускаясь вниз.

Этот спуск был не самым удобным. Вместо плоских ступеней, пусть и природного происхождения — покатая, сыпучая поверхность. Сразу пыль поднялась, что настроения не добавило.

— Я имел в виду, откуда здесь поселение?

— Пришли. Ловят тех, кто мимо проходит. Торгуют. Поэтому, если идешь к ситкарам, всегда бери с собой провиант и ткани. Они их лучше всего берут. Меняют на свои драгоценности.

— Что-то ценное дали?

— Да не особо. В принципе, сделка выгодная. То, что я взяла, продать можно. Использовать в кузнечном деле. Но будь готов, что, если тебя сочтут слабым, попытаются отнять.

— У вас и здесь репутация есть, раз не тронули?

— Нет… Этих мы не знали. Просто ситкары отлично чувствуют уровень угрозы, — буднично ответила Мария. — Ненавижу эту кишку. Самая бесявая.

— Просто надо не болтать, а ногами шевелить, — заметил сзади идущий Люций.

— А много здесь народу ходит? Достаточно, чтобы поселение ставить? — всё же спросил я, несмотря на его недовольство.

— Без понятия, — ответила Гроза. — Сам видел. С одной стороны — дроу. С другой — адовы земли и мертвые. Но иногда сюда с двенадцатого забредают. Из других мест приходят. Не уверена, что все выходы и входы знаю в миры. Ладно, хватит болтать. Давайте побыстрее это место пройдем.

* * *

— Остановимся здесь, — на очередном ярусе сказала Гроза. — Дальше не пойдем, пока не начнешь чувствовать камни волшебников и не освоишь новый знак.

— Значит, мы здесь надолго, — вздохнул Люций и пошёл обустраивать лагерь.

— Мы ведь не прошли земли дроу. Думал, остановка будет перед землями волшебников, — сказал я.

— На перекрестке? Там не очень интересно, знаешь ли. Да и заглянуть всякое может. К тому же территория дроу — самая рисковая часть нашего плана. Они точно ловушку на нас подготовили. Поэтому, если ты не справишься, то смысл рисковать?

— Вернемся назад, если не получится?

— Да, — спокойно ответила Гроза, — впрочем, ты всегда можешь продолжить путь один.

Как и говорил, мастер мотивации.

* * *

Чем-то мне эта длинная остановка напоминала время с ящером. Распорядок мой делился на несколько частей. Час я тратил на освоение знака — почему-то Мария считала, что за день больше тратить на надо. Ещё пара часов — на отработку уже освоенных знаков в спарринге с Грозой. У нас, можно сказать, была символьная дуэль. Два часа уходило на выполнение нормы по малым камням. Ещё два — на тренировку с Люцием. Там я закрывал норму по редким камням. Кровь он мне пускал легко и без сожалений. Ну и последний час на поединки с Марией, в которых она учила этому своему подлому стилю. Который на раз вскрывал мою защиту и «отключал» ту или иную часть тела в зависимости от того, куда ткнет.

Остальное же время делилось между отдыхом, едой, сном и нестандартными занятиями. Мария выдала мне блокнот с карандашом и сказала зарисовать все известные знаки, с десяти ракурсов. А рисовальщик из меня тот ещё. Ещё были всякие упражнения на развитие умения делать сразу нескольких дел. К примеру, когда я дрался с Люцием на мечах, Гроза задавала вопросы и заставляла вести осмысленный диалог. А если тупил — кидала молнию. Чем Люций тут же пользовался, делая больно и неприятно, так сказать, для закрепления педагогического эффекта.

Как ни странно, именно молнии помогли мне освоить новый знак, будь он неладен.

Дело было так. Прошло восемь дней, я худо-бедно выучил форму и мог секунду удержать знак стабильным, но работать он отказывался.

— Отлично, — оценила женщина мой успех. — А теперь…

Без предупреждения она выпустила в меня очередную молнию. Которые уже совсем не удивляли. Всё же камень адаптации крутая штука. За восемь дней я так наловчился, ей, Грозе, надо было хорошо постараться, чтобы меня реально тряхнуло. Но сейчас суть была в другом.

Молнию я в себя принял и наполнился чужой энергией.

— Поймай ощущение молнии и создавай знак! — потребовала она.

И продолжила бить молниями. Тоже часть тренировки, к которой она регулярно прибегала, объясняя тем, что концентрацию я должен уметь держать в любом состоянии, даже если меня убивают и пытают. Поэтому сейчас для меня создавать знаки под разрядами — обычное дело.

Я сделал, что она просила. Подробнее объяснять не пришлось. Молния уже была внутри меня. Создав знак, я направил туда всю эту энергию и… С моей руки сорвался разряд. Не совсем молния, скорее вспышка, которая ещё и руку обожгла, но это, определенно, было прогрессом.

— Понял? — спросила Мария.

— Кое-что понял, — задумчиво ответил я.

— Тогда давай ещё раз.

Молнию кидать она не стала, выжидательно уставившись на меня. Я тоже ждал, когда меня разрядом приласкают.

— Ну? — поторопила она.

— А молния?

— Без неё давай. Это не обязательно.

— Но…

— Сам знак отвечает за то, чтобы конвертировать обычную энергию в электричество и молнию. Я лишь помогла тебе ощутить, как это происходит. Давай-давай, — помахала она рукой, подгоняя.

Какая нетерпеливая. Я мысленно вспомнил все ощущения, которые прошли через меня. Попробовал создать знак и повторить. Не получилось. Попробовал ещё. А потом ещё и ещё.

В тот же день у меня полноценно так и не получилось. Но знак начал хотя бы работать. Искрил, взрывался, во вспышку света превращался. Мария за день ещё несколько раз меня молниями «наполняла». В конечном счёте, переспав с этим опытом, на следующий день я смог создать полноценный знак.

В моей голове вся картина сложилась. Я разом несколько вещей понял. Первая — молнии отличаются от моей родной энергии. Ну да это и так было очевидно, просто сейчас я это на новом уровне осознал. Вторая — Мария не так глупа. Точнее, её жестокость нашла объяснение. Специально или нет, но каждый раз, когда она в меня молнии кидала, я учился работать с этой энергией. Пропускать через тело. Поэтому сейчас, создавая знак внутри себя, который превращал энергию в разряд, я свободно выводил его через руку и превращал в молнию.

— Наконец-то, — обрадовалась Мария, когда я кинул первую в камень. — Если потренируешься, сможешь молниями неплохо кидаться. Считай, новая способность. Но научиться ты должен другому. Для начала попробуй удержать молнию в руке, вот так, — создала она искрящийся разряд в руке.

Не как мяч держат — пальцы именно обхватывали разряд, не касаясь его. Я свой шар почти так же создавал, но там расстояние до кожи минимальное получается.

Ещё два дня тренировок, с тем же распорядком дня и я смог куда ловчее управляться с молниями. Если честно, мне это жуть как нравилось, чего я старался не показывать. Полноценная способность, позволяющая бить на расстоянии! Пусть и всего несколько метров, но всё же!

— Теперь самое главное, — сказала Мария, как справился с задачей. — Ты должен создать знак внутри шара, удержать его и превратить в шаровую молнию. Аккуратнее, а то, если рванет, мало не покажется.

Что сказать — ещё день тренировок. На этот раз проще получилось. Мне надо было всего лишь совместить то, что я и так умел. В итоге у меня над ладонью бешено вращался шар молний.

— Кидай в любой камень! — крикнула Гроза.

Я и кинул. Смотря на то, как шар улетает не совсем туда, куда надо, добирается до соседнего камня, вгрызается в него и разносит приличного размера булыжник, я подумал, что совсем не умею кидать.

— Как тебе, а?! — залихватски спросила Мария. — Выкуси! — крикнула она мужу. — На стихии проверь, на стихии! Будет молниями кидаться!

Люций на это головой покачал. В свободное время он книги читал, чему я быстро перестал удивляться. Вот и сейчас, облокотившись на камень, сидя на разложенном плаще, он читал в очках. На нас взгляд бросил, хмыкнул, головой покачал и вернулся к своему занятию.

* * *

Выход Гроза скомандовала в тот же день.

С камнями волшебников какой-никакой прогресс у меня случился. Проблема была в том, что их камни содержали слишком мало энергии, поэтому я не мог полностью изучить эту силу. Но того, что показал, Марии хватило.

Что касается знака молний… Я полностью разделял её восторг. Отметил про себя, что Гроза радуется моему успеху, как ребенок, и что это на неё не очень похоже. Ну да и ладно. Я и сам радовался. Потому что по убойности получившаяся техника вышла куда сильнее, чем отдельная молния или шар. К тому же она была способна отлететь от меня, а это уже оружие для дистанционного боя.

Только вот, услышав, что собираемся и выдвигаемся, я словно обухом по голове получил.

— А разве мне не нужно потренировать новую технику? — задал Марии вопрос.

— Нужно, — ответила она, быстро закидывая свои вещи в кольцо.

Они просто исчезали, когда она обращала на них внимание.

— Тогда почему уходим?

— Потому что в текущих условиях, чтобы полноценно применять эту технику, ты её отработать не сможешь. На это нужна неделя минимум, а мы и так задержались. Нужны разные противники и… А, короче, — взмахнула она руками, — если подумаешь и сам поймешь.

Если подумать, я и правда понимаю. Где-то наполовину. Потому что даже в таких условиях закрепление навыка имеет смысл. Сейчас я на него совсем в бою полагаться не могу. Слишком много внимания и концентрации уходит на то, чтобы создать шар. Да и то нет гарантий, что получится с первого раза, без осечек.

С другой стороны, возможно, поэтому Мария и не хочет ещё время тратить. Нужный навык я быстро не наработаю, тут, опять же, лучше всего забеги подойдут и разнообразные противники… Имею в виду, не наработаю до автоматизма, так, чтобы не раздумывая применять в бою. Получается, сейчас я не стану обращаться к новому умению, а вот если задержимся, то могу и рискнуть использовать. Что может плачевно закончиться.

В общем, подумав, решил, что логика в её словах есть. Не то чтобы железная, но спорить я не стал.

* * *

Когда подошли к узкому ущелью, я словил очень неприятное чувство дежавю. Неприятное тем, что очень уж похоже выглядело на то, когда шли штурмовать базу Легиона. Здания здесь не было. Но ощущения — точь-в-точь.

— Чего замер? — спросила меня Гроза.

Они и сами остановились.

— Там засада, — уверенно сказал я.

— Молодец, почувствовал. Вряд ли что-то заметил, так ведь?

— Да, чувство. Стойкое. Ничего хорошего там нет. Есть другой путь?

— Нет, — радостно ответила Гроза.

— Хм… — вышел вперед Люций. — Боюсь представить, что они нам тут подготовили.

— Раз даже Спара пробрало, то расстарались. Уважить их надо, — ответила ему жена.

Гроза из кольца начала доставать новые артефакты. Появился меч в ножнах вместе с поясом, который она тут же нацепила на себя. Следом — ястребиный шлем, с длинным клювом, прямо как у птицы. Новые кольца, по три штуки на каждую руку. Металлический нагрудник, на вид старый и потертый. В то же время Люций делал то же самое, доставал и облачался в артефакты.

И вот что-то от этих простых действий мне стало страшновато. Потому что на мертвом ярусе, они так не готовились. Они нигде так не готовились. А здесь — козыри достают.

— А мне что делать? — спросил я.

Разумеется, я спрашивал всякое разное про дроу и даже получал ответы. Тот главный дроу был мастером-призывателем. Умел призывать на поле бое демонов. В том числе особо сильных. Всяких разных существ ещё. Каких — заранее не было смысла гадать, потому что гад умел удивлять и подбирал «арсенал» под противников. Также он был мастером знаков, умел создавать ловушки, разбирался в ядах, как и все дроу, владел различными артефактами, был силен и быстр физически. Гроза сомневалась, что во второй раз он сможет привести с собой много воинов, но такая вероятность оставалась. Дроу жили племенами, и когда-то давно Вологодские вырезали всех его родичей. Они предположили, что дроу основал новую деревню или прибился к уже имеющейся. В обоих случаях большому количеству хорошо подготовленных соплеменников появиться было неоткуда. Разве что союзники придут. Что тоже возможно.

— От главного дроу держись подальше, — ответила мне Гроза. — Не мой уровень. Прихлопнет и не заметит. Если кто-то другой полезет, а скорее всего, так и будет, как минимум ученица захочет поквитаться, то действуй по ситуации. Если сможешь помочь, то вперед. Если нет, то лучше беги и прячься.

Как мило. Бежать и прятаться. Нет, сам факт этого меня не смущает. Если надо, то отступлю и спрячусь. Но если Вологодских прихлопнут, то обратно вернуться будет крайне проблематично. Сейчас я не способен сам пройти через адские земли. Это я ещё молчу про то, что останутся дроу, которые наверняка и меня убить захотят. То есть мне придётся не просто прятаться, а очень быстро удирать как можно дальше. К ситкарам, видимо. Где своих угроз хватает.

Удручающая перспектива. Впервые чувствую себя настолько беспомощным и загнанным в угол.

Но, видимо, такие ситуации идут довеском, когда путешествуешь с главными гопниками Колодца, которые накопили множество врагов. О чем меня, кстати, предупреждали.

Пока я думал о незавидных перспективах, Мария выпустила вперед концентрированную шаровую молнию. Та долетела до середины узкого перехода и взорвалась, расплескивая волной пламя и выжигая всё к чертям.

Битва началась с разведки.

* * *

Взорвав подозрительное место, Мария наблюдала, как исчезают оставленные знаки. Но где же главный виновник?

— Смотри, не ведется… — сказала она вслух.

Активировав глаза, Мария осмотрела каждый подозрительный участок, проникая сквозь толщу камня и вглядываясь во всё подозрительное. Конечно, глаза не панацея, но раньше их на дроу хватало с запасом. Либо этот период закончился, либо они сейчас накручивают сами себя и ушастый хрыч решил не продолжать поединок, оставив несколько сюрпризов.

Во что Гроза не верила. Слишком много сил он потратил. Дроу не любили адские земли, и тот факт, что он притащил с собой небольшой отряд, — говорил как минимум о серьезной ненависти, граничащей с фанатичным желанием поквитаться. Впрочем, это справедливо по отношению к любым дроу. Жутко мстительный народец.

Но что делать-то?

Люций словно почувствовал её сомнения и шагнул вперед.

— Я проверю, — предложил он.

— Нет, — возразила Мария.

— У тебя есть предложения получше? — спросил он удивленно. — Либо вперед, либо возвращаться. Но тогда мы и к Истоку пройти не сумеем. Проблема-то не решится. К тому же я крепче тебя. Выдержу.

Мария прикусила губу. Ей не нравилось происходящее. Те знаки, которые уничтожила — они были оставлены для отвлечения внимания. Чтобы успокоить и создать впечатление, что она перехитрила опытного дроу. А та, прошлая, встреча, пусть и изначально рассчитанная на победу, наверняка имела и второе дно. Узнать, какими актуальными силами они обладают. Чтобы отступить, составить новый план и встретить на своей территории. Ещё и другие племена привести. Уж объединяться для уничтожения врагов народ дроу умел. Да и то, что старый враг обзавёлся новыми силами или заключил с кем-то союз, также было очевидно. Иначе бы он не нашёл их на седьмом земном ярусе.

Всё это говорило о том, что ловушка с большой вероятностью куда сложнее и изощреннее, чем они могут себе представить.

Плохо, что Люций прав. Отступить не вариант. Нужно уничтожить угрозу раз и навсегда, чтобы потом ходить спокойно.

— Давай, — сказала она, — я прикрою.

Сплетя связку знаков, она создала два щита. Универсальный и специфический, конкретно против сил их врага. Люций тоже призвал броню, насытил тело энергией и отправился вперед.

Шаг, второй, третий…

Гроза активировала зрение по максимуму, получив более широкий угол обзора.

Как оно часто бывает, весь план пошёл псу под хвост, а ожидания были жестоко обмануты. Гроза ждала хитростей и подлостей. Мастерского исполнения ловушки. Она не ожидала грубой и примитивной атаки.

Стоило Люцию удалиться на пятьдесят шагов, как почти бесшумно, верхний слой камня с легким шорохом скользнул вниз. Каким-то камнем её мужа было не убить, да и скорости ему хватило бы, выскочить из любой ловушки, но Гроза не знала, что будет дальше. Да и целью могло быть — банально отвлечь.

Это и случилось. Мария потратила драгоценную секунду, выискивая дополнительную опасность. Но это был всего лишь камень. Который подточили столь тонко, что она не заметила этого. Люций призвал гравитационный шар, и падение замедлилось. Сам он вскинул меч, отражая атаку, которая прилетела откуда-то спереди, куда он направлялся.

Но Мария по-прежнему не видела там противника!

Следующим шагом дроу переиграли Грозу во второй раз. Ударили по самому слабому звену — Спару. За которого женщина не то чтобы беспокоилась. Конкретно в этот момент её внимание принадлежало всецело мужу. Потому что потерять его для неё означало лишиться всего, и ничто другое тогда не будет иметь смысла.

Спара схватили щупом, выдернули куда-то назад, в пещеру. Что там с ним происходит, женщина не рассмотрела, так и продолжая выискивать врагов с другой стороны.

Потому что чувствовала — следующая атака последует именно оттуда.

Так оно и случилось. Почти. Вверху что-то взорвалось, появился импульс энергии и ударил в гравитационный шар. Люций взмахнул мечом и просто испарил часть свода, который собирался упасть. Но этим он привёл в действо другую часть ловушки. Всё ущелье, перешеек между двумя пещерами, был мастерски подточен и пришёл в движение.

Именно в этот момент появились невидимки, которых Мария не разглядела. А раз так, то значит, дроу точно готовились. Их старшие научились создавать амулеты, скрывающие от её взора.

Удары посыпались со всех сторон. И спереди, и сзади. Били заговоренными стрелами, атаковали знаками. Мария принялась отбиваться, усилила защиту вокруг себя, снесла тех, кто подобрался слишком близко.

Ещё спустя удар сердца она поняла, что в ближний бой пошли совсем уж слабые дроу. Брать они собрались числом. А целью всего этого было задержать Вологодских, не дать выбраться из главной ловушки.

И когда Мария принялась биться всерьез, когда поднялась в воздух и выпустила молнии вокруг себя, сжигая врагов и вскрывая их щиты, когда Люций запылал яростью, уничтожая всех, кто оказался рядом… Тогда сработала финальная часть ловушки.

Между супругами появился демон. Возник из ниоткуда. И его уничтожили. Да и не получилось бы иначе, слишком много силы было выпущено.

В том-то и была цель. Демон взорвался и… Это был необычный взрыв. Яркий, пылающий, с какой-то необычайно разрушительной энергией, что разом выплеснулась. Марию снесло, откинуло в сторону, протащило по камням. Люция — тоже. Вологодских раскидало в разные стороны, муж пропал из поля зрения жены.

Их защиты пошли вразнос. Дроу получили несколько драгоценных секунд, и пещера всё же обрушилась, разлучая двух супругов.

Глава 5. Поединок, или Как Спартанец с дроу ближе познакомился

Когда меня резко выдернуло, перехватив жгутом вокруг живота, я только и успел, что резко выдохнуть, сложившись пополам. Когда упал задом на камень, завалился на бок и понесся дальше спиной вперед — в легких ещё меньше воздуха осталось. А когда швырнуло в пасть демону, которого я и разглядеть не успел, единственное, что подумал…

Да ять!

Опять у меня всё через задницу.

Зубы сомкнулись, плотно сжимая. Защита напряглась и прогнулась. В нескольких местах клыки вонзились в плоть, и я оказался надежно парализован.

Мало того, демон ещё куда-то рванул. Я это по тому, как меня трясло, понял.

Не успел я придумать, что делать — сжали меня не так уж сильно, главное, выбраться, а там всем покажу, как меня выплюнули. Обмазанного в слюни по всему телу. По камню покатился, а там знаком кто-то приложил. Не знаю каким. Не больно и никакого эффекта не почувствовал. Пока не вскочил и вдруг не понял, что движения скованы. Врага тоже видно не было. Кроме демона, что отошёл и спрятался за ближайшим сталагмитом.

Спрятался он мастерски, конечно. Сталагмит маленький, а демон — здоровый. Большую свинью напомнил. Что морда, что массивная задница по бокам сталагмита торчали.

Я огляделся, дернулся, и всё. Слюна демоническая — застыла. Я парень не слабый, силы во мне хватает. Напрягся, попытался проломить — но куда там. Как сталь держит.

«Дай! — направил я силу на себя, и ничего. — Дай!» — ударил я вокруг широким конусом.

И угадал. Девка та проявилась. Поняла, что заметил её, и скинула маскировку.

— Попа-лся! Чело-век! — жутко коверкая слова, с ужасным акцентом, скаля…

Скалиться-то она скалилась, но зубов не хватало. Сейчас вместо красивого лица, как в прошлый раз, она щеголяла шрамами в районе перекошенных губ.

— Так ты разумная! — удивился я. — А ещё что сказать можешь?

Сам не знаю, зачем ляпнул. У меня какой-то внутренний ступор случился. Из-за того, что я опять влип. Влип, в буквальном смысле, в нестандартные неприятности!

Если выберусь и вернусь, эту часть приключений тоже парням не расскажу.

Но шутки шутками, а ситуация была серьезнее некуда. Девка-то лук с плеча скинула, стрелу из колчана достала, натянула и выстрелила.

Оказалось, что её стрелы легко проходят затвердевшую слюну, мою защиту и пробивают вплоть. Попала она мне куда-то под грудь. Я сразу захрипел и забулькал. Неужто легкое порвала?

Девка подошла и стрелу резко выдернуло. И мясо сдирая, и рану расширяя. А дальше принялась на меня с удовольствием смотреть. Как хриплю, вдохнуть не могу, кровью захлебываюсь и бьюсь в судорогах, не в силах пошевелиться.

У меня от такого и ступор как-то разом прошёл.

— Человек, я знаю твой язык, — по слогам, медленно, наслаждаясь моей агонией, сказала она. — Из-за тебя, учитель наказать!

«Да сдохни ты в муках, гнида!» — подумал я.

Регенерация и восстановление не панацея. Я почувствовал во всех деталях, как срастаются ребра, как восстанавливается легкое, заживает мясо и кожа. Но кровь-то из легких никуда сразу не делась. Пока она там через мягкие ткани впитается, пока расщепится…

Собравшись кое-как, создал знак очищения внутри круга. Его я раскрутил заранее, как только Люций выдвинулся, чтобы в ловушку угодить.

Сообщив мне, что я виновник её проблем, дроу достала вторую стрелу и подстрелила мне ногу. Снова волна онемения накатила. Это помимо адской боли.

— Умирать. Долго умирать, — пообещала мне эта психопатка.

Гур в круг. Создать молнию внутри себя… Шар… В моей ладони закрутилась энергия, на что дроу глянула с насмешкой… Ещё, ещё, ещё… Влив дополнительные силы, я переместил Гур в шар и направил… Был соблазн приложить дроу, но ударил я по себе.

Ощущения были — незабываемые. Меня снесло прямо с затвердевшей слюной, приложило о камни и только после этого оковы стали рушиться.

Дроу отпрыгнула в сторону и, когда я поднялся, уже прицелилась. Выстрелила она раньше, чем я успел среагировать, но стрела угодила в цепь. Успел рукой прикрыться.

С боку, прыжками, заложив круг, на меня побежал демон. Дроу накинула на себя маскировку и скрылась из виду.

«Дай!» — послал ей вдогонку.

И — попал.

Маскировка с неё слетела, и она полетела, покатилась по камням.

Демон набрал скорость. Я создал шар. Влил в него усиленный знак против таких уродов. Со стрелой в ноге, с онемевшей конечностью, с мутью в глазе, я отработал на одном упрямстве и рефлексах. Плащом докрутил себя, увернулся от клыков, оказался сбоку твари и всадил туда вращающийся шар.

Полыхнуло, и крупную зверюгу откинуло в сторону с дырой в боку. Я же рухнул на землю. В глазе от боли совсем уж потемнело. Ещё и без знака очищения яд брал своё. За стрелу я схватился, напрягся и выдернул её, машинально убрав в кольцо.

А теперь… Бежать, бежать, бежать.

Я заметался, с обнуленной гравитацией, хромая, прыгая из стороны в сторону. Мимо просвистела стрела. Первая, вторая, третья…. Как увернулся, сам не знаю. Не иначе, девку от ненависти перекосило, мазать начала. Совсем она не хладнокровно себя ведет. Обиделась сильно, а эмоции — это враг в бою.

Кое-как убежал от неё. Отстала и затаилась гадина.

Одна пещера сменилась другой, а вместе с ней и общий пейзаж. Вместо открытого пространства — множество обломков камней, за которыми я тут же и спрятался. Многие обломки были выше меня, образовывали между собой лабиринт, в котором я и затерялся. Здесь демон так легко не пройдет, если он ещё жив.

Выиграл время, чтобы восстановиться. Яд переработал худо-бедно. Чем-то новым приложила, адаптация не особо помогла, чувствую, как мутит. В обморок не падаю, но осадочек остался.

Мне бы ещё минуты две, но противница не собиралась давать мне этого времени. Выследила.

И попытался пойти тем же путем, что и раньше, копьем меня проткнуть. Я стоял под каменным навесом, чтобы сверху заметно не было, прижимался к камню и ждал, когда слабость пройдет и раны закроются. На то, что меня потеряли и отстанут, не рассчитывал. Готовился к встрече.

Не самая умная дроу, если честно. Она уже пыталась меня копьем убить и ничего не вышло.

Сейчас же она под невидимостью шла. Я её не почувствовал. Видимо, за прошедшее время взятый «след» потерялся. Но это и не потребовалось. Как и сказал, здесь много обломков камней было, настоящий лабиринт. Была и маленькая щебенка. А я не дурак, спрятался в месте, куда крайне сложно незаметно подойти, даже если ты невидимка.

Наверное, она на мой вид купилась. Я не постеснялся, бравого героя из себя не строил, всячески изображая, что вот-вот отключусь.

Сработало, как ни странно. Она, когда шла, чуть камень заметила. Едва заметно, но я уловил. А дальше копьем проткнуть попыталась.

Это и стало её последней ошибкой. Слишком близко подошла.

Совсем недавно я рассуждал о том, что не буду использовать новую способность в бою, но… Раз уж выпала секунда на подготовку, рискнул.

Дернувшись в сторону, я увернулся от копья. То в камень ударило и отскочило. Я за древко схватился, сжал покрепче. Дроу дернула обратно, но выхватить не смогла. Сил не хватило. То, что она слабее меня, я ещё в прошлый раз заметил. Ей бы схватить оружие и отступить, но она продолжила тянуть.

Шар, Гур, и в неё врезалась шаровая молния. Хорошо попала, девка мгновенно отлетела назад.

Копье у меня в руках осталось. Что оно, что дроу мигом видимыми стали.

Я цепь выпустил и лезвие направил. То прямо в шею дроу вонзилось. Сверху. А я стою, отдыхаю, в себя прихожу. Как и сказал, регенерация не панацея. Может, она мне кровь из легких уже и вывела, но… Эту самую кровь быстро не восполнит. А мне её сегодня нормально так пустили. То демон прокусит, то стрелами истыкают. Я уже чувствую, что к пределу подобрался. Скорость исцеления раза в два упала.

А ведь бой всего ничего длился.

Так я и стоял какое-то время, тепленький, добивай не хочу. Если бы дроу пришла сюда не одна, быть может, и добили бы. Но никто нам не мешал.

Где-то минуту себе дал. Остатки яда переработались, раны окончательно закрылись, я более-менее нормально себя почувствовал. Решил, что раз так никто не появился, то уже и не придут. Подошёл к дроу. Копье перехватил. В грудь вбил. Провернул.

Черт знает, насколько эти твари живучие. Подумал, вынул и ещё пару раз копьем ткнул. Чтобы наверняка.

Я парень добрый, за мир во всем мире, но эту бешеную предпочту с гарантией упокоить.

Уже уходить собирался, но взгляд наткнулся на сумку. Да и колечки на пальцах видны, всякие артефакты, амулеты непонятные. Жадность, а точнее, здравый подход к распределению ценностей, победили, и я отправил добычу в кольцо. Потом Вологодским покажу, вдруг что полезное найдется.

Отвернувшись, огляделся, заложил крюк и обратно направился. Тем же путем не стал возвращаться. Мало ли, вдруг всё же кто-то поджидает.

Прокрутил в голове произошедшее. Выдернули меня дюже быстро. Я и заметить не успел. Перед этим видел, что Люций вперед ушёл и пещера рушиться начала. Припомнил, что, когда в пасти демона катался, там взрывы звучали. Унесло меня далеко, поэтому пока с дроу разбирался, ничего такого не слышал.

Где-то там Вологодские. Живые или мертвые. Надо бы выяснить, что с ними. Если ещё дерутся, то свалю. И так отхватил по полной, опять лезть в бой слишком опасно. До сих пор мутит от яда. Чем траванула только?

Я опасался, что на обычных солдат нарвусь. А то и на главного злодея. Шёл осторожно, тщательно прислушиваясь. Слишком тихо было. Даже когда приблизился. В плащ завернулся, крался аккуратно, в каждую тень вглядывался.

И — увидел.

Зависшую в воздухе, с руками-ногами растянутыми, с кровавыми подтеками, сбитым шлемом, выглядящую вовсе не как победительница, а как пленница Грозу. А перед ней во всей красе тот самый дроу.

Люция не видно, так что дело пахнет жареным. Меня не было минут десять. За это время Мария успела попасть в плен и не успела выбраться. Люций тоже к своей женушке любимой не пришёл. По всему выходит, что это не хитрый план, а… провал. И Вологодским сейчас конец. Без шуток всяких и полумер. Мария выгнулась дугой, от боли кричит, но как-то приглушенно. Я слишком далеко, чтобы расслышать всю полноту её боли. Полная жесть. Как это чудовище поймать успели?

А может, подождать немного да посмотреть, как её пытают?

Подумал и устыдился. Это Вологодские мудаки. Не хочу таким же становиться. Да и о том, что без них я здесь засряну, тоже забывать не стоит.

Помогать мне им не хотелось. Совсем. Но и кидать — тоже. Неправильно это. Поэтому я себе оправдание и нашёл. А дальше… У меня ведь все планы через известное место работают. Так что и пытаться не буду в таком состоянии что-то придумать. Каждая секунда против меня играет. Скоро заметят или Грозу убьют. Надо действовать.

Я и начал. Действовать.

Просто сорвался с места и побежал. Бесшумно двигаться я умею. Плащ отлично любые звуки скрывает.

Разогнался и прыгнул. Низко над землей полетел.

Дроу — почувствовал.

Развернулся моментально, когда мне метров пять оставалась. А я возьми и копье его ученицы из кольца вытащи. На скорости последние метры пролетел и с дроу рядом оказался. Он копье отбил, а я ему цепь в бок направил, поджигая. Вокруг него щит вспыхнул и лезвие в сторону отскочило.

И последний аргумент, который я успел применить, — шар. Тот тоже в защиту попал и разбился.

Ладно, не последний. Дроу меня за горло схватил и… разорвал гортань. В сравнении с этим пробитое легкое мелочью показалось.

В его глазах и презрение увидел, и брезгливость. Это он не понял, с кем связался. С пожирателем врагом, ё-маё!

Я-то рядом оказался, вперед завалился, прямо на него. На ногах устоял. Он мне пинок отвесил, и улететь мне далеко, но я цепь так направил, чтобы вокруг его щита обхватить. Ну и притянуть себя. Вышло так, что я ему на подошву налип.

Чего только не сделаешь, чтобы… втянуть всю энергию, разлитую вокруг него.

Шарахнуло меня так, что в голове, кажется, мозг в звезду превратился. В единственном глазу всё побелело, а я в оголенный нерв под напряжением превратился. Что дальше было — не запомнил.

Лежал, наверное. Умирал и искрил. Искрил и умирал.

Когда уже в себя пришёл, видеть смог, Гроза надо мной стояла, что-то делала. Я вдохнуть нормально смог. Гортань бы сама восстановиться не смогла, это я точно знаю. По крайней мере, не так быстро. Значит, она своей силой восстановила. А раз так, то… Скосив глаз, увидел дроу. Тело в одном месте, голова… Ну, где-то. Вне поля зрения.

Облегченно выдохнув, задышал спокойно. Каждым вдохом наслаждался. Но Мария ушла куда-то. Ещё слух вернулся, и я услышал странные звуки. Будто осыпается что-то. Мгновенно инстинкт самосохранения проснулся. Здесь могут быть другие дроу, ловушки, демоны и черт знает кто ещё. Не время расслабляться. Поднялся, огляделся. Увидел, что Гроза проделывает дыру прямо в скале. Медленно, небольшую, так, чтобы протиснуться. Прет туда, куда Люций уходил. Так их разъединило?

Гроза продвигалась слишком медленно. До той стороны минут за двадцать добралась. Я несколько раз очистку организма прогнать успел и даже перекус достал, чтобы растраченное восполнить.

Когда просвет в тоннеле появился, за Марией пошёл, молясь, чтобы ничего на голову не обрушилось. Вышел и… И увидел то, что никак не ожидал увидеть.

Мария, в слезах, с ужасом на лице, прижималась к груди мужа. Доспех его потрескался, сочился белым светом, да и выглядел блекло. Права рука была оторвана. Вместе с частью брони. Лицо — маска, залитая кровью. На груди пробоина, кожа видна, гноящаяся.

Увидел и обомлел, совершенно не зная, чем помочь и можно ли тут что-то либо сделать.

* * *

— Убью. Выпотрошу. Каждого ублюдочного дроу. Разрушу их селения. Сожгу дотла. Обрушу грозы. Медленно и мучительно. Уничтожу всех. Никому не дам уйти…

Отправившись в путешествие с Вологодскими, я много чего нового испытал. Не сказать — приятного. Был и опыт потери себя, превращения в дикаря. А вот теперь ещё добавилось состояние жути, ощущение себя маленькой песчинкой, которая ничего не стоит и не может. Потому что рядом сидит монстр по имени Мария Вологодская и, как заведенная, спятившая, бормочет, повторяя уже по пятому кругу, с какой жестокостью перебьет всех дроу.

— Мария, хватит… — тяжело дыша, попросил Люций. — Это того не стоит. Ты убила главного виновника…

— Нет, — резко ответила она. — Этого недостаточно.

Люция она спасла. Я половину не понял из того, что она делала. В ход пошёл с десяток неизвестных мне зелий, её способности, связки знаков. Люция чуть ли не заново пересобрали. Много сил ушло на то, чтобы вывести яд. Вся процедура где-то час заняла, и за это время я многое успел передумать.

В том числе то, что рискую оказаться рядом со спятившей Грозой. Не будь мои волосы и так белы, уверен, там бы прибавилось седых волос.

Я в жизни всякое повидал. Смерть Алисии видел. Всякие трагедии на улицах, которыми на самом деле наполнен пригород. Соратников терял. Но вот такого безумного отчаянья, какое было на лице Грозы, когда она мужа вытаскивала, никогда не видел. И надеялся, что сам подобного не испытываю и больше не вижу.

Слишком страшно.

Единственное, чем я помог — это вскипятил котелок воды. Гроза это могла бы и сама сделать за две секунды, но была настолько сосредоточена, что не рискнула отвлекаться.

И вот самый напряженный момент ушёл. Люций пришёл в себя. Я помог ему уйти в сторону, подальше от этого места. Подставил плечо, считай, тащил на себе мужчину. Мария возвела вокруг нас защиту из знаков и впервые попросила меня приготовить еду. Что и сделал. Но ещё до того, как пища была готова, она… отключилась. Вырубилась где-то на час. Люций оставался в сознании, и я его кормил с ложечке. Руки-то одной у него не было, а вторая… Ну, мужчина был настолько ослабевшим, что не мог осилить такое простое действие.

Честно. Я был готов его ещё сотню раз покормить, лишь бы Гроза не волновалась. Не потому что меня её чувства волновали… Хотя нет, в том числе и поэтому. Не должны люди так страдать, переживая за близких. Это просто неправильно. А вторая причина — боялся с ней наедине остаться.

Потому что, говоря, что она вела себя как безумная, я не лукавил. Когда очнулась, осмотрела мужа, у неё включился этот режим — убью всех дроу, особо жестоко.

И что с этим делать, я не знал. Идти войной на дроу совсем не хотелось. Но кто меня спрашивать будет?

* * *

Три дня мы провели, прячась на этом ярусе. Вологда скоро уснул, забылся тревожным сном. Мария рядом с ним всё время сидела. Бдела. Мне сказала далеко не отходить, за границу знаков — ни шагу. Проснулся мужчина часов через двенадцать. Рука к этому моменту отросла. Регенерация у него что надо. Теперь уже Мария спать легла и провалялась в отключке часов восемь. Проснулась, оглядела мужа и… Он снова спать лег. Я тоже спал, но как-то урывками. Не получалось до конца расслабиться. Всё казалось, что-нибудь нехорошее случится.

На третий день эта парочка полностью оклемалась, но куда-то идти не спешила. В следующий раз, после долго сна, когда очнулся, увидел, что их нет. Сказать, что удивился — ничего не сказать. Мария только записку оставила, что маскировка из знаков продолжает действовать, и чтобы я никуда без сильной нужды не уходил.

Их не было два дня. Когда вернулись… От некоторых людей, бывает, пахнет смертью. Особенно это чувствуется после хорошей драки со множеством убитых.

От Вологодских — смердело.

Внешне — ничего такого. Выглядели они свежо. Разве что Мария бледнее обычного.

— Соскучился? — спросила она обычным тоном.

— Сколько убили? — задал я встречный вопрос.

— Сотни, — окинула она меня внимательно взглядом. — Мораль хочешь прочитать?

— Нет, — качнул я головой. — Просто пытаюсь устаканить в голове мысль, что в этой жизни есть чудовища, способные убивать сотнями.

— Ещё скажи, что жалеешь дроу.

— Нет, не жалею. Мне плевать на них. Но для вас разве есть разница между дроу и людьми? Вопрос риторический, — поправился я, отметив недобрый взгляд.

Сейчас, когда от них так явственно пахло смертью, провоцировать совсем не хотелось.

* * *

На восстановление после отлучки у них ушло ещё два дня. Возобновились тренировки. Устроили разбор моего боя с ученицей-дроу. Про себя они, очевидно, ничего говорить не хотели. А я не хотел замять эту тему, поэтому всё же спросил.

— А что насчёт вас? Что это вообще было? Мне казалось, вы легко разделаетесь с любыми проблемами.

— Ты сильно заблуждаешься насчёт нас, — ответила Мария. — В магических делах, а способности и камни можно отнести к магии, люди — молодая, неопытная раса. Для дроу нормально изучать знаки с малых лет. Живут они дольше нашего. Той ученице лет тридцать было. Двадцать пять из которых она тренировалась. Её учителю — ещё больше. Так как мы, может быть, в разы их сильнее?

— Ну… — пожал я плечами, — как-то же я их ученицу победил.

— Случайно, — ответила Гроза. — Видимо, плохая ученица.

— Они живут дольше, но учатся медленнее, — вставил Люций. — К тому же слабы против голой физической силы.

— Не буду спорить, — ответила Гроза. — Убил и убил.

— Но это не ответ на вопрос.

— Какой из? — глянула она на меня. — Мы не самые сильные из тех, кого можно встретить в Колодце и других мирах. Среди людей — возможно. Хотя нельзя утверждать наверняка, потому что не все афишируют свою силу. К тому же это как карты. В зависимости от ситуации, есть удачные расклады, есть не очень. С кем-то нам легко справиться. С кем-то сложнее. Нельзя стать абсолютно сильным. По крайней мере, я не знаю такого способа.

— Я про другой вопрос. Вы всё же сильны. Но вас разъединили, Люция серьезно ранили и чуть не убили, а тебя поймали. Это при том, что вы уже раз прогнали того дроу и знали о ловушке.

Мария ответила далеко не сразу. Люция так вообще сидел с таким видом, будто меня здесь нет и никто вопросы не задает. Гроза же куда-то в сторону уставилась и тоже выглядела так, будто забыла про разговор.

Я же сидел и прикидывал, стоит ли надавить.

Честно — страшно было нарваться. Вот ни капли не стесняюсь себе в этом признаться. Вологодские реально жуткие.

— Знаешь, причина того, что попались, крайне глупа, — наконец отмерла она.

— Это как?

— Это значит, что мы слишком перемудрили. Дроу знатные хитрецы и подлецы. Коварство — это их кредо. Ожидая чего-то сложного, я не думала, что они ударят… Так примитивно. Камень обрушить захотят, взорвут проход, тебя умыкнут… А потом тот демон, который появился, взорвался и нас разметал. Были и другие демоны, против меня нацеленные. Предыдущий бой наш враг использовал, чтобы изучить, как мы изменились и чем сейчас владеем. После чего успел подготовиться, сволочь, — сказал она с ненавистью.

— Но разве можно… Пленить настолько сильную женщину? — я подбирал слова с трудом.

— Ты забыл теорию знаков? — усмехнулась она.

Ну да… Там сила бьется сложностью и мастерством. Было бы время подготовиться и сплести связку. Значит, у дроу оно было.

— Кстати, — улыбнулась Мария, — я забыла тебя поблагодарить. Этот твой способ… Нет, то, что ты не сбежал, хотя наверняка об этом думал… Может, даже хотел подождать и посмотреть, как меня пытаются… — сама она улыбалась, а вот Люций наградил меня очень внимательным взглядом, от которого по позвонку холодок побежал. — Но всё равно пошёл в самоубийственную атаку. Да как! С копьем его ученицы! Против мастера дроу! Он так удивился, что отвлекся! А как ты его защиту взломал! Это просто шедевр! Особая ирония, что он нас подловил на грубости атаки, а ты… Сделал то же самое! Ничего тупее я в жизни не видела! — рассмеялась женщина.

— Умеешь ты спасибо сказать, — ответил ей улыбкой.

Не обижаться же на это смеющееся чудовище.

— Это я глумилась, — усмехнулась Мария. — А спасибо… Вот, держи.

Она достала из кольца несколько предметов и положила передо мной.

— Нож мастера знаков. Никогда не затупится, защиту, подобную твоей, пробьет на раз и не заметит. Что покрепче — тоже возьмет.

Я взял нож, повернул в руке и с досадой подумал, что совсем не моё. Хват неудобный, слишком длинное и тонкое лезвие. Никогда бы не подумал, что эта штука — серьезный артефакт.

— Себе оставишь или девчонке какой подаришь, — Мария легко прочитала мою реакцию. — Вот эти камни, — указала она. — Просто дорогие безделушки. Продашь у клайдов, хватит… Где-то на три-четыре хороших редких камня.

— Дорого, — удивился я.

— Мелочь, — отмахнулась Мария. — Вот это — указала она на какие-то комочки, — куда интереснее. Пять порций. За эти плоды любая женщина отдастся тебе во всех позах и выполнит любое желание. Десяток раз, или сколько ты там пожелаешь.

— А? — тупо посмотрел я на неё.

— Грубо говоря, эти штуки прибавляют красоты. А ещё они отличные антидоты. Красота — чисто наша, человеческая реакция, приятный бонус. Заварить в кипятке, дать остыть, съесть, а воду выпить. Горьковато, но дамы, поверь мне, оценят. И будут очень благодарны, — выделила она интонацией последнее слово.

Эти штуки я взял. Не то чтобы меня эффект впечатлил. Девчонкам своим подарю, пусть радуются.

— Последнее, — она достала из кольца пузырек с мутной жидкостью. — Драгоценность дроу. Расширяет потенциал к знакам. Пика не достигнешь, но небольшую прибавку получишь. Глядишь, пару дополнительных знаков освоишь. Да и в целом полегче станет.

— Спасибо, — сказал я.

— Пей. Уже готовое. Ядов нет.

— У меня добыча с ученицы осталась, — сказал я, забрав пузырек и выпив.

— Доставай, показывай…

Достал из кольца, что собрал. Мария вынула свой нож и поворошила награбленное. Руками трогать не стала.

— Пара стандартных амулетов. Работают только для дроу. Ерунда. Кинжал… Посредственность. Стрелы… На них яд, но уже испорченный… В общем, можешь всё выкинуть.

— Жаль, — искренне расстроился я.

— Ты свою награду получил, так что не унывай, — подбодрила она меня.

А я к ней присмотрелся. Мария выглядела слишком обычно для человека, который пару дней назад устроил дроу локальный геноцид.

Но, пожалуй, и другим вопросом стоит задаться. А можно ли её в принципе человеком считать?

Глава 6. Перекресток, или Как Спартанец новые подробности узнал

Финальный переход до Перекрестка был однообразен, уныл и ничем не запомнился, если не считать новой попытки со стороны Грозы, поговорить по душам.

На одном из привалов, усевшись на плащ и вытянув ноги, пока Люций занимался готовкой, Мария попросила:

— Расскажи об Алисии, — посмотрела она на меня.

— Мне казалось, что ты с ней не в ладах, — немного растерянно ответил я, не ожидая такого вопроса.

— У тебя ведь нет братьев и сестер? — она прекрасно знала ответ и продолжила: — Не хочу задеть. Просто ты, наверное, не понимаешь, как можно одновременно любить, защищать и заботиться, при этом — ненавидеть.

— Ты права. Не понимаю, — ответил я сухо.

— А скажи, Спар, что для тебя самое важное? — зашла она с другой стороны. — Ради чего ты рискуешь жизнью? Не из-за одного же пожелания Такена.

— Хочу стать сильнее, — подумав, что в этом нет секрета, ответил я.

— Сила — это инструмент. Пусть она и приятна сама по себе, — улыбнулась женщина. — Зачем тебе сила? Чтобы… — она не закончила, намекая, что я должен продолжить фразу.

— К чему эта попытка влезть мне в душу? — этот вопрос я воспринял в штыки.

— Любопытно, — пожала плечами Мария. — Или ты из тех, кто плывет по течению, без цели и смысла?

— Сомнительная провокация, — выдавил я из себя «вежливую» улыбку. — Впрочем… — мне пришла в голову интересная мысль. — Как насчёт равноценного обмена?

— Какого? — заинтересовалась Гроза.

— Я отвечу тебе, ты ответишь мне. Обменяемся рассказами.

— Почему бы и нет? — легко согласилась она. — Мой первый вопрос — зачем тебе сила?

— Защитить друзей, очевидно, — дал я ответ.

— Друзей… — эхом отозвалась она. — Ты не сказал — близких. Именно друзей. Красноречивый ответ. Не смотри на меня так, — улыбнулась она вполне нормально, без насмешки. — Я знаю твою историю, поэтому мне несложно понять, что внутри, — указала она пальцем куда-то мне на грудь. — Ты познал, что такое связь дружбы. Но семейные узы, да и любовные… У тебя есть девушка?

— Это уже второй вопрос, — постарался я сказать нейтрально, не выдавая чувств.

Нет, Мария меня не задела. Просто ощущение такое, будто палкой во внутренности тыкают и с любопытством смотрят, какая реакция будет.

— Хорошо, не буду спрашивать про девушку, — развеселилась она. — Про одну юную целительницу и рыжулю со странным, не девчачьим прозвищем. Ты смотри, Люций. Парню-то передалась эта твоя особенность. Управлять ею не умеет, но феромоны, когда рядом кто-то симпатичный появляется, выделяет.

— Так это правда? — удивился я, покосившись на Люция, который сделал вид «меня здесь нет, не понимаю, о чем ты, женщина, и вообще, я тебе девственником достался».

— Правда? — поймала меня на слове Мария. — Так Такен тебе что-то рассказал?

— Ну… — я понял, что спалился и подставил Мастера.

— Очень интересно, что же он тебе поверил, — взгляд Марии сделался как у медведицы, которая вот-вот тебя сожрет.

— Что сказал, то неважно. Захочешь, у него спросишь.

— Спрошу, конечно, — зафыркала она, пряча свой боевой настрой. — Дай угадаю. Там что-то было про то, что мой муж — невзрачный тип, но девки за ним бегали, а я их гоняла?

Люций закашлялся и отвернулся.

— Не помню. Давно это было, — ответил я так, что сразу стало понятно, Мария полностью угадала.

— Чего скрывать, так оно и было, — продолжила забавляться Гроза, бросая лукавые взгляды то на меня, то на мужа. — Хочешь, научу контролировать эту способность?

Вот бесит, когда она так спрашивает. Сразу хочется послать далеко-далеко. Но и согласиться тоже хочется. Немного. Или не немного. Кто откажется на девчонок благоприятно влиять? Да никто. Вот и мне не хотелось.

— Сам разберусь, — выдавил я из себя.

— Нравится мне твой характер сердитого волчонка, — снова засмеялась она. — Твой вопрос. Спрашивай.

— Зачем про Алисию спросила?

— Она же моя сестра, — удивилась она. — Ты так и не понял? Для родственников, особенно близких, это нормально. Любить и ненавидеть.

— Как это может быть нормальным? — я отказывался понимать этот бред.

— Легко, — вопрос женщине показался забавным. — Родственную связь нельзя разорвать. От неё можно сбежать, но, что бы ни происходило, вы всё равно останетесь людьми одной плоти и крови. С дружбой иначе. Дружбу можно прекратить. Отказаться от неё.

Опять внутри меня что-то шевельнулось. Гатс отказался от нашей дружбы. Да и я отказался. Про это говорит Гроза?

— Поняли, что вам не по пути, — продолжила она. — Поссорились, разочаровались друг в друге. Или ты просто осознал, что твой друг не тот, за кого ты его принимал. И — всё. Прекратили общаться, дружба закончилась. А кровная связь никогда не заканчивается. Более того, родственные узы могут дополняться дружественными. Или узами соратников. Это когда вы вместе рискуете, проливаете кровь… Тогда всё ещё сильнее. Если же говорить прямо и просто, то я любила и люблю свою сестру, несмотря ни на что. Поэтому хочу знать, как она жила… Последние годы своей жизни.

На последних словах веселость ушла из её голоса.

А передо мной опять встала та картина, как Гроза рыдала и дрожала от ужаса, боясь за мужа. Стоит признать, это чудовище любить умеет. Так, может, и Алисию любит, не врет?

Внезапно я понял, что ревную. Что считаю Алисию только своей. И не хочу делиться ею с Грозой. Какое-то странное, иррациональное чувство, вынырнувшее из глубин моего я. Сам удивился.

Мария словно почувствовала, что я в себя погрузился. Не стала спрашивать. Притихла, молча сидела, смотрела куда-то в сторону. Где ничего, кроме камня, не было.

— Она… — я решил, что не имею права хранить это только в себе, — Плохо помню. Воспоминания смутные. Вроде бы куда-то ехали долго. Потом остановились. Были другие дети… — я старался припомнить детали. — Нет, воспоминания того года расплываются, — покачал я головой. — Зато я потом восстановил картину событий. Алисия прибыла в пригород и быстро захватила там власть в квартале. Утихомирила всю шпану. Мелких взяла под своё крыло. Сколько помню, вокруг неё всегда много детей было. Меня волосы заставляла красить и линзы носить, — сказал я, чувствуя старую, тихую грусть. — При ней хорошо жилось. Она нас письму учила, чтению, математике, рассказывала про другие города и историю прошлого мира. Ух как ругалась, когда я дрался с кем-то. В угол ставила, но я сбегал, и тогда она ещё сильнее наказывала, — припомнил я с ностальгией. — А потом… Вы знаете. Нашёл её мертвой, — закончил я резко, вспомнив финал.

— Что с тобой после этого было?

— Да ничего, — отмахнулся я. — Что может быть с детьми, когда они остаются одни? Началась война банд. Резня каждый день на улицах. Кто-то из мелких сбежал в другие районы. Кто-то остался и погиб. Я бегал и скрывался. Потом с другими детьми объединился, собрал свою стаю. Проще стало. Дрался много. Получил свою улицу под контроль. Потом уже, когда у Такена учился, узнал, что новый босс, который на смену Алисии пришёл, сдал её соколам.

— Что ты с ним сделал? — спросила Мария без тени доброты.

— Убил, — посмотрел я на неё. — Этот вопрос закрыт.

— Хорошо, — расслабилась она.

— Ну а дальше… Я придумал себе сказочку про родителей и, когда услышал про испытание у Такена, отправился туда. Думал, стану сильнее, а там как-нибудь и родителей найду. Не знал, как оно всё закрутится. Да и моя это уже история. Не Алисии.

На этом разговор и закончился. Как-то пропало у нас двоих желание задавать вопросы. А Люций и так молчал.

* * *

Почти полтора года. Столько потребовалось мне личного времени, чтобы добраться до двенадцатого яруса. Место, куда добираются единицы ныряльщиков.

Фактически сюда можно было попасть куда быстрее. Но то одно, то другое… Столько всего случилось, что я чувствовал, что прожил небольшую жизнь. А ведь двенадцатый не был конечной точкой. Это всего лишь Перекресток.

Собственно, многомерный, со множеством отдельных пещер и скрывающихся проходов перекресток я и увидел. Не так, как когда две дороги встречаются. А такой, где сотни дорог пересеклись. Только вместо дорог — отдельные кишки, уходящие в неизвестность.

— Эти пещеры тянутся и тянутся, — сказала Мария, когда мы вышли из кишки.

Вышли на мост. Тот тянулся через пропасть, к площадке, на которую и перешли. Пропасть уходила вниз… Ну, далеко. Дна я не разглядел. Сверху тоже много свободного пространства. Другие входы я тоже сразу увидел. Они здесь были понатыканы не то чтобы густо, но с одного места я с десяток разглядел. Это при том, что с двух сторон открывался вид на другие, такие же большие пещеры. Где ждали свои проходы. Не знаю, как здесь работало освещение, ничего такого я не заметил, но было достаточно светло, чтобы разглядеть детали. А камень приятный такой, молочно-коричневых оттенков. На фоне него проходы выглядели как черные дыры.

— Главная сложность, как вернуться обратно, — добавила она. — Поэтому садись, медитируй и попробуй почувствовать, чем проход в родной мир отличается от остальных.

Я по-новому окинул взглядом окружающий пейзаж. Попытался запомнить ориентиры.

— Нет-нет-нет, — догадалась Гроза, что я делаю. — Перекресток нестабилен. Ты можешь зайти в другой мир всего на полчаса, вернуться, а обнаружить здесь совсем другую обстановку. Исчезнет этот мост, — кивнула она на тот, по которому мы перешли. — Нужный проход переместится совсем в другое место, изменится его форма.

— Как здесь проходила ты, я понимаю. Но как справляются другие? Это же бред. Невозможно вернуться.

— Оу, надо же, ты наконец-то осознал проблему этого места, — Мария сделала вид, что восхитилась моей догадливостью.

Издевается, стерва.

— А если серьезно?

— Интуиция способна помочь, но не гарантированно. Много кто берет камень интуиции. Если сюда добираются отрядом, то там точно есть ныряльщики с развитой чувствительностью. Ещё можно найти артефакты-компасы. Я слышала про такие. Также изменения на Перекрестке происходят не всегда. Ты можешь уйти на несколько месяцев, вернуться и увидеть то же самое. Но, если не подготовлен, с куда большей вероятностью потеряешься навсегда. Многие ныряльщики здесь пропали.

— Лучшие из лучших, получается?

— Раз пропали, лучшими их назвать не получится, но да. Сюда только элита добирается.

— Ты забыла добавить, — вставил Люций, — что также работает банальный перебор. Только приходится бегать по кишкам туда-сюда.

— Да. Ещё сами кишки почти не мешаются, на это тоже можно ориентироваться. Поэтому забираться надо не так далеко.

— Ну да, — кивнул Люций. — Сложно, но если повезет, то можно выбраться и так.

Я в который раз посмотрел на эти бесконечные пещеры и понял, что перебирать можно очень долго.

— Задачу понял? — спросила Мария. — Садись, настраивайся. Попытайся запомнить путь в родной мир.

— Так это же не в родной мир, — возразил я. — Фактически мы перейдем к дроу.

— Если найдешь путь покороче, я признаю, что ты великий ныряльщик, — задрала она нос. — Колодец — это не просто дыра. Это сложный лабиринт. Прими и смирись. В этом месте лучше всего направления чувствуются, так что давай. Попробуй уловить хоть что-то. Есть шанс, что в мире волшебников ты потеряешься. Поэтому умение не лишнее.

— В смысле? — напрягся я. — Что значит, потеряюсь?

Такая перспектива меня совсем не радовала.

— Что же, — вздохнула Мария, — Люций, обустроишь малый лагерь? А я пока введу нашего несмышлёныша в курс дел. Видишь ли, Спар… Мир волшебников сильно отличается от всего того, что ты видел. Я даже не уверена, что он настоящий.

— Это как?

— Для упрощения опишу основную суть. Волшебники различаются по силе. Как и те иллюзии, которые они могут создавать. Твой знак Кай справится с наваждением, пусть будет первого уровня. Со вторым уровнем тебе уже придётся повозиться. Выдать знак на пределе своих сил. Третий уровень — ты с ним ничего сделать не сможешь. А ведь есть и другие уровни… Волшебники внешне похожи на людей, и каждый из них владеет способностью создавать наваждение. Хорошо, что большинство создают наваждения лишь первого уровня. Но есть и другие умельцы. Которые конструируют целые реальности. Вот и получается, что это как матрешка… — увидев непонимание на моём лице, она уточнила: — Одно вложено в другое. Первый уровень наваждений входит во второй, второй — в третий. На практике это значит, что старшие волшебники создают целые иллюзорные города. Те, кто послабее, — дома в этом городе. Самые слабые — меняют реальность незначительно. К примеру, создают товар, которого на самом деле нет.

— Без обид, но звучит как полный бред, — я с трудом представлял, как это работает.

— Для нас, людей, так оно и есть. Запомни первое правило. В мире волшебником ничему нельзя верить. Ничему! Даже своим ощущениям! Наваждения второго уровня способны влиять на твои чувства. Ты будешь думать, что горишь, и прыгнешь в воду, а вместо воды окажется чан с кислотой.

— Так… — протянул я и потер виски. — А как выжить в этом месте?

— Держаться меня, не отставать. Наваждения высокого уровня стабильны, и даже я не могу их разрушить… Надолго. Видеть сквозь них могу. Если очень постараюсь. Но есть и те наваждения, которые мне не под силу. Поэтому, если нами заинтересуется кто-то из могущественных волшебников, то произойти может что угодно.

— Только не говори, что у вас и там врагов полно.

— У нас везде враги есть, — с нотками гордости ответила она. — Но кто-то прям сильно обиженный среди волшебников отсутствует. Вроде бы. Правда, они те ещё высокомерные снобы и всех, кто других рас, воспринимают как рабов. Поэтому тебя сто процентов попытаются украсть. Нас тоже, но обломаются и отстанут. Ты же легкая жертва. Поэтому будь особо бдителен. А то зайдешь в безобидную дверь и окажешься в рабстве.

— Милое местечко, — оценил я перспективы. — Так всё же, не считая того, что держаться тебя, как выжить в этом месте?

— А знак тебе на что? Будь готов использовать его постоянно. Видишь что подозрительное — применяй его на себя. Если это прямая угроза — кидай от себя, в цель. Волшебники не любят, когда их наваждения разрушают, поэтому, пока нет угрозы, веди себя скромнее. Ничего не покупай. Ничего не спрашивай. Держись рядом с нами. Еду местную не ешь. Лучше вообще ничего не делай, помня, что тебя гарантированно обманывают.

— И в этом мире где-то можно добыть глаза?

— О, это самая интересная часть, — воскликнула Мария, — Волшебники и сами страдают от того, как у них всё устроено. Общество у них расслоённое, есть свои кланы и аристократы. У тех, разумеется, полно секретов. Также есть школы и всякие испытания, которые помогают стать сильнее. Тебе нужно попасть в башню бога. Туда много желающих, открывается она часто.

— И что, зайду я туда, скажу привет, и мне выдадут новый глаз?

Пока говорили, Люций разложил вещи и разогрел, пожалуй, что компот. Вкус у него был травяной-ягодный. Когда спрашивал, что это такое, ответили, что страшная тайна и что это могут себе позволить лучшие из лучших. В общем, посмеялись надо мной, но ответа не дали.

Тут надо сказать, что Вологодские те ещё любители комфорта. Запасы шоколада и орехов у Марии были, кажется, неисчерпаемые. Её муж иногда мог принять глоток чего покрепче. Еду они готовили разнообразную. Всегда сытную. Но не было такого, чтобы что-то приелось. Я уже пару десятков круп попробовал, со специями разными. Отвары всякие тоже отличались. И кофе было, и чаи, и всякие завары.

Красиво живут, что тут скажешь.

Так вот. Люций закончил разогреть компот, и Мария рядом с ним уселась, кружку себе наполнила. Я тоже сел и свою долю взял. Если уж предлагают, то чего отказываться. Буду потом парням рассказывать, как крутые легендарщики живут.

— Нет, не выдадут, — дала ответ Мария, сделав пару глотков. — Парадокс в том, что конкретно на это испытание имеет право войти любой желающий. Были бы двери открыты, что случается… Где-то раз в месяц, по нашим меркам.

Неприятная новость. Не хотел бы я на месяц застрять там.

— В чем подвох? Что нужно сделать?

— Испытание представляет собой башню. Одни глаза находятся на самом верху. Вторые — внизу. По крайней мере, так было у меня.

— Глаза не глаз? Какие мне нужны?

— Хороший вопрос… — задумчиво ответила она. — Ты должен сам решить.

— Интуитивно? Подбросить монетку? Погадать на кофейных зернах?

— Да нет… — проигнорировала она мой сарказм. — Я не знаю, как тебе выбрать.

— Не знаешь или не хочешь говорить? — спросил я, помня, как Гроза относится к выдаче важной информации.

— Это непростое место, — ответила она. — Изменчивое. То, как я его проходила — тебе не поможет. Быть может, там и не будет верха или низа. С виду это башня, небольшая, но внутри пространство меняется, как хочет. Может ждать и жерло вулкана, и океан. Поэтому не держи в голове никаких ожиданий, будь готов подстраиваться под изменчивую обстановку.

Мария взяла паузу и ещё несколько глотков компота сделала, довольно прищурившись. Напиток обжигающим был, поэтому она аккуратно его втягивала, по чуть-чуть, издавая смешной звук.

— Один совет лишь дам, — продолжила она. — Кандидатов может быть как десяток, так и пара сотен. Возможно, количество зависит от того, насколько ценна и доступна награда. Видишь ли… Волшебники на самом деле трусливый народец. Разрушишь их наваждение, и мигом шелковые становятся. Это в первую очередь относится к просто люду. Но есть среди них и бойцы. Особенно среди аристократов. Поэтому, если видишь того, кто ведет себя уверенно, — знай, он не простой волшебник и у него точно есть, чем тебя удивить. Также ты можешь на таких волшебников ориентироваться, когда будешь принимать решения. Слабаки пойдут туда, где проще. Сильные бойцы — туда, где добыча выше.

Гроза снова замолчала, переключилась на компот, давая мне время обдумать сказанное.

— Получается, — я попытался уложить в голове всё сказанное. — Место каждый раз обновляется и местные как-то узнают о том, какие глаза выдают? Не понимаю. У них там где-то глазная мануфактура, что ли? А то и завод?

— Нет. Когда попадешь в этот мир, поймешь, почему мне так сложно отвечать на твои вопросы. Чужакам сложно узнать их секреты. Мне не так уж много известно. Большинство сведений — догадки. Знаю, что есть башня. Знаю, что в разные месяцы разное число кандидатов. Знаю, что глаза отличаются по функционалу и силе. Знаю, что большинство волшебников трусливы и, если видишь, что толпа побежала в одном направлении, а другое игнорируют — значит, они бегут к слабым, но более доступным глазам. В другом же направлении — другие. Сильнее. Но это не точно. Быть может, просто не очень востребованные.

— Серьезно? Тогда совет идти против толпы — просто отличный, — показал я большой палец.

Мария на это хмыкнула, ничуть не смутившись.

— Поэтому ты должен будешь сам решить, куда идти. Достоверных сведений, как тебе делать выбор, у меня нет, — развела она руками.

— Если будет, как с тем дроу, — заговорил Люций. — То у него опять через одно место всё пойдет.

— Ну, это не меня с ложечки кормили. Так что большой вопрос, у кого через какое место идет, — огрызнулся я.

— Туше, — засмеялась Мария. — Как он тебя, а? — ткнула она мужа кулачком в плечо.

— Ты на чьей стороне? — возмутился он.

— Конечно, на твоей, — улыбнулась она и погладила его коленку, — Но и за Спара переживаю тоже. Представь, он бесполезные глаза получит? Столько стараний, и ради чего? Обидится потом, губы надует. А людям что про нас расскажет? Что мы ему какой-то хлам подсунули! Так и бояться перестанут, забудут, как уважать!

— Ваши шуточки, конечно, отдельный вид искусства, — с нотками яда ответил я. — Но чего мне ждать в башне? А глаза? Они сильно отличаться могут? И почему всё же именно глаза, а не глаз? Меня и мой родной устраивает.

Мария перестала заигрывать с мужем, из-за чего он бросил на меня недовольный взгляд. Повернулась ко мне и уперлась кулаком в щёку. Сидела она в штанах, скрестив ноги. Так что локоть у неё в коленку упирался. Люций также сидел, рядом с ней. Ну а я напротив.

Оглядела меня женщина с каким-то странным любопытством.

— Глаза выдаются две штуки, — ответила она, — Твой родной глаз обретет новые свойства. Это больно, но ты выдержишь. Выбитый глаз — отрастет. По крайней мере, я на это надеюсь. Совсем уж бесполезных глазок, думаю, там нет. А вот проблемные — да, могут попасться. Ты знаешь, что за свои я расплачиваюсь головной болью. А ведь условия могут быть куда хуже.

— Так… — протянул я, чуя, что недооценил уровень подставы. — Что значит, надеешься? Что значит, проблемные? Что значит, условия куда хуже?! — добавил я эмоций в голос.

По правде говоря, это путешествие длилось так долго, что новости я воспринял не так ярко, как решил показать. Но всё равно — какого хрена, а?

— Спар, ну что ты как маленький, — посмотрела на меня Мария, наклонив голову. — Ты думаешь, я знаю ещё десяток мест, где можно восстановить глаз? Освой ты способность восстановления до потери, были бы варианты, а так… — развела она руками. — Ничего лучше у меня нет. Бери, что дают. Такен, пока мы отсутствовали, все свои связи напряг, чтобы узнать, есть ли альтернатива сделки с нами. И, как видишь, — хмыкнула она. — Мы с тобой здесь, а значит, способа получше не нашлось. Даже у твоего любимого мастера.

— Если честно, — сказал я, успокаиваясь, — то до сих пор не понимаю, как так. Есть же множество уникальных способностей.

— Эх, молодежь, — Мария отставила кружку и потянулась, отчего ткань на её груди натянулась и очертила довольно привлекательные формы. — Знаешь, в чем беда всех целителей? Это не боевая способность. Ныряльщики же в первую очередь берут то, что повысит их шансы в бою. А целительские камни отдают кому-то другому. Не всегда… Есть те, кто и себе оставляет. Подлечиться после драки тоже полезно. Но это обычно один камень. Представь себе типичного легендарщика. Основной упор — на убойную мощь и защиту. Целительская способность — как приятный бонус. Если же кому-то другому отдали, то он обычно вовсе не ныряльщик. Получил один камень и работает пожизненно на того, кто ему его дал. Какова вероятность, что этому человеку попадется ещё один камень, чтобы развить способности целителя? Небольшая. Фиона — типичный случай. Не ныряльщица. В неё вложились другие. Запороли развитие. Сама она, ничего, кроме примитивных сил, использовать не умеет.

— Вы так негативно к ней относитесь, но сколько раз она нас на ноги ставила — не счесть.

— А глаз вернуть — не может, — веско возразила Гроза. — Друга твоего вылечить — тоже не могла. Энергетику тебе поправить — и это вне её сил. Вот тебе и ответ, почему Такен ничего не нашёл. Он тоже боевик. Мир волшебников ему не очень интересен был. Это я зашла дальше всех.

— Ладно, понял. Все посредственности, а ты — легенда.

На это Люций фыркнул и наклонил голову, пряча улыбку.

— Но что там с испытанием?

— Бойся других волшебников. Будет кто лезть — вали всех. Если надо, убивай. Аристократов лучше вырубай. Глаза получают все, кто дойдет до конца. Но сила, скажем так, размазывается. Поэтому убивать там — норма. Ну, или мешать, чтобы другие не добрались. Некоторые специально у самого выхода встают, чтобы всех дошедших перебить.

— То есть меня будут пытаться убить? А мне щадить аристократов?

— Да. Если не хочешь мести за убитых, лучше действовать аккуратно. Но это так. По возможности. Если что, вали всех, не бойся. Испытание ограничено по времени. Если вырубишь кого, волшебник просто не успеет.

— И что с ним станет?

— Да ничего… — пожала плечами Мария, отвела взгляд и тише добавила: — Их всех выкинет, а в качестве платы заберет глаз. У других волшебников по две попытки. У тебя — всего одна.

Несколько секунд я тупо смотрел на неё, осмысливая сказанное.

Вот же, вот же… Подстава!

Глава 7. Земли волшебников, или Как Спартанец не переставал удивляться относительности бытия

На перекрестке мы задержались на три дня.

Помимо стандартных тренировок по исполнению контрактов с камнями, Мария заставляла меня отрабатывать знак снятия наваждения и медитировать. Последнее сводилось к следующему. Я садился возле разных проходов и пытался настраиваться на них. Возле «земного» прохода просидел дольше всего.

По сути, мне пришлось открывать новый способ ориентации в пространстве. Я обращался к обычным ощущениям — но они скорее путали, чем помогали. Надеялся на адаптацию, но эта способность вообще за другое отвечала. Чтобы она заработала, требовалось какое-то интенсивное воздействие на меня. Здесь ничего подобного не наблюдалось. За решением я обратился к прошлому опыту, когда прошёл испытание на этаже клайдов, впитал там много силы и начал «чувствовать» Колодец.

Свои мысли я и Грозе озвучил. Спросил, на что мне опираться.

— Ты правильно рассуждаешь, — сказала она. — Адаптация здесь способна помочь разве что косвенно, при условии, что ты уже развил чувствительность. Грубо говоря, попадая в ситуации, где умение чувствовать приравнивалось к выживанию, ты развивал нужные качества. Постоянные адаптивные качества, — уточнила она.

— Да, было такое на первом испытании.

Постоянно было. Не заметил противника — получил по щам. Оказался недостаточно ловок — попал под чужую атаку. Зачастую магического типа. Я всяких энергией через себя много пропустил, и длилось это около полугода. В первые месяцы не так «весело» было.

— К тому же немаловажный нюанс, Колодец, точнее, весь этот лабиринт между мирами, наполнен собственными энергиями. Которые сложно почувствовать, но они есть. Проще говоря, ты уже почти полтора года находишься в этой среде, адаптируясь к ней. Если это не поможет вернуть тебе способность чувствовать, — выделила она это слово интонацией. — То даже не знаю. Тогда ты бесполезен, — не преминула она пнуть меня. — Знак концентрации и медитации тебе в помощь, Спар.

Ну, хотя бы стало понятно общее направление.

Понятно, но не проще. Честно скажу, это было сложно.

Не физически, а скорее труднодоступно конкретно для меня. Что-то я чувствовал. Постоянно чувствовал. Целое море ощущений можно обнаружить, если задаться целью. Но выделить из этого то, что указывает на конкретное направление, — это задача была не из простых.

Но в итоге справился. Решение скрывалось в плоскости того, что у меня и правда чувствительность была наработана. Сейчас я воспринимал окружающий мир куда обширнее, чем на момент выхода из крепости. Поэтому и ощущений удалось обнаружить куда больше. А дальше я просто три дня набирался опыта, сравнивал различные проходы, как они ощущаются и чем отличаются. Заодно обнаружил, что при использовании знака концентрации и углубленной медитации восприятие расширяется ещё больше.

— А что ты хотел, — сказала Гроза, когда поделился наблюдением. — Восприятие — это такая же мышца, как и всё остальное. Оно тренируется. Поспрашивай у своего Такена, сколько он сам в жизни медитировал, пока не развил сверхвосприятие.

Вопрос был необязательным. Я припомнил, сколько в наших тренировках уделялось времени медитациям, и понял, что Мария права. Это отдельный, важный навык.

Когда заявил, что что-то получается, Мария мне экзамен устроила. Завязала глаза, Люций меня на плечо закинул и… Таскали они меня по разным местам, путали, кружили. Потом ставили где-нибудь и говорили — давай определяй, то или не то. Я должен был описывать все ощущения, которые исходили от «прохода». Поначалу ошибался, а потом как-то включился, и пошло. Нашёл, где наш проход.

Чем порадовал Марию. На радостях она мне и объяснила, в чем смысл этих ощущений.

— У каждого мира свой вкус, — сказала она. — Уже по одним ощущениям ты можешь представить, что там ждет. Холодно — низкая температура. Привкус смерти — мертвый мир. Ощущение пустоты — мир пустышка.

— А это что за миры?

— Ничего интересного в них нет. В лучшем случае найдется переход куда-то дальше. Там обычно почти нет природы и животных, проблемы с водой. Иногда встречаются признаки былых цивилизаций.

— Ясно… А с другими ощущениями?

— Сам подумай, — растеряла она педагогический пыл. — Ты освоил примитивный уровень. Тебе надо развивать свою чувствительность. Набираться опыта. Но знай. Просто так гулять по мирам не получится. Если зашёл, лучше провести там какое-то время. Исключения — миры пустышки. Но Колодец коварен. Ты можешь чувствовать пустоту, заглянуть внутрь и… натолкнуться на что-то очень неприятное. К примеру, на озеро живой, непонятной субстанции, которая погонится за тобой и попытается сожрать. — её аж передернуло.

— Ясно. Просто так в миры ходить не надо, — сделал я вывод.

— Да, лучше тщательно взвешивать решение. Быть может, ты когда-нибудь найдешь места, которые перевернут твою жизнь.

Этот разговор состоялся после экзамена. Но стоит отметить ещё один момент. Перекрёсток не был пустым. Если быть точным, то за эти три дня мы видели семь прошедших групп и четверо путников-одиночек. Каждый раз реакция была однозначна. Вологодские вскакивали и готовились к бою. Гости перекрестка делали так же. Но до драк ни разу не дошло. Расходились бортами.

Все ныряльщики были из неизвестных Вологодским миров, поэтому ничего про них они не рассказали. Что меня сильно удивило и наглядно показало, как на самом деле мало они знают. Нет, не так. Правильно сказать: как мало знают даже они. На улицах про это место не услышишь, вот уж точно. Да чего уж. Я и про другие расы узнал уже на учебе у Такена.

Также замечу, что ныряльщики выглядели и похоже, и по-разному. Одежда у всех походная. Один раз я видел металлические доспехи. Остальные предпочитали кожу и ткань. Внешность… Ну, только половина из них выглядела неотличимо от людей. Остальные же… Я видел людей-кошек. Разумных ящериц. И кого-то горбатого, уродливого.

Так что список баек, которые я теперь могу травить, вырос многократно.

Помимо этих событий ничего интересного не случилось. Колодец, как и до этого, одновременно совмещал необычность и однообразность.

Наконец Мария выдала мне камни волшебников.

— Это всё, что есть, — сказала она. — Впитывай, и давай уже узнаем, сможешь ли ты найти нужное место.

Невольно я сглотнул. Вспомнил весь проделанный путь. Будет очень обидно возвращаться назад. Я не был уверен, что Мария не сдержит своё слово. Хотелось верить, что, если облажаюсь, всё равно пойдем дальше. Но стоило подумать об этом, как я вспоминал, что ради мести она перебила сотни ни в чем не повинных дроу и… Как-то вся надежда улетучилась.

Если психанет, она не только обратно повернёт, но и меня одного здесь оставит.

Короче говоря, в тот момент я нешуточное волнение испытал. Настолько сильно, что ладони вспотели. Вытер руки о штаны, велел себе успокоиться и камни забрал. Энергию разом втянул. Глаза прикрыл, настроился… Задачка-то простая. Надо почувствовать «вкус» камней, а потом найти проход, похожий по ощущениям. И сделать это до того, как ощущения затрутся, потеряется острота.

И… что тут скажешь.

Я-то справился. Через три с половиной часа или около того. Проходов-то много. Как и пещер. Мария утверждала, что они вообще бесконечные. А я что-то чувствовал только вблизи. Иначе говоря, мне пришлось действовать методом перебора. А это долго. Энергия переработалась куда раньше.

Не буду рассказывать, что с каждой минутой степень моей паники нарастала. Сам не заметил, как накрутил себя. Одна неудача следовала за другой. Наконец я нашёл что-то похоже и радостно позвал Грозу.

— Это не то! — крикнула она.

Как обухом по голове приложила. Паника разом скакнула на новый уровень. Собрался, продолжил. Успокоил себя тем, что пообещал — буду пробовать, пока не найду.

Ещё одни похожие ощущения, и снова не то.

Я успел в себе засомневаться, пару раз накрутить себя по полной, забыть ощущения от камней, когда неожиданно Гроза дала добро.

Мне даже звать не пришлось. Стоило повернуться, как они уже рядом были.

— Понять не могу, — сказала она, — ты реально это место нашёл, или случайно повезло.

— Так это то? — уточнила она.

— Да. Идем. Земли волшебников нас уже заждались.

* * *

Чувствую себя сопливым юнцом. Сначала накрутил себя, все нервы на пустом месте истрепал. Вот чего волновался? Давно такого не испытывал. Если честно, то и не помню, чтобы так глупо волновался. Неужели близость цели так действует? Невольно коснулся повязки на лице, под которой отсутствовал глаз. С одним ходить я уже привык. Жить можно. Пусть и не совсем удобно, но этого уже не замечаешь. Однако врать не буду — глаз вернуть я хотел очень. Так что, пожалуй, в этом всё же причина.

Мне бы успокоиться. Но вместо этого моё воображение, пока шли по кишке, нарисовало всякого касательного дальнейших испытаний.

В основном — ужасного.

С Грозы станется скрыть от меня основное. Самое плохое. В сравнении с которым первое испытание покажется курортом. Так что поводы накручивать себя у меня были. Пусть это и оставалось нерациональным поведением.

По отношению к землям волшебников мы вышли на минус втором. Сам выход находился в неприметной, самой обычной пещере. Недалеко от местного Колодца.

И вот там… Я увидел золотые стены такой же, как и у нас, разве что поменьше, дыры, вдоль которой закручивалась величественная лестница.

— Как тебе? — посмотрела на меня Мария.

— Пора применить знак? — вздохнул я.

— Его всегда пора применять. Если ты подумал об этом, то уже попал в наваждение.

«Кай», — создал я внутри круга знак.

Картинка не то чтобы сильно изменилась. Просто исчез лоск, золотые стены превратились в самые обычные, лестница пропала. Сам же Колодец, его форма, остался таким же. Там, наверху, вдали, ещё купол виднелся. Он тоже никуда не исчез.

— А теперь как? — с интересом спросила Мария.

— Золото исчезло. И лестница. Как подниматься будем?

— По лестнице.

— Э-э? — протянул я растерянно.

— Это сложное наваждение. Пока ты его видишь, оно есть. Но волшебники не любят, когда к ним лезут незваные гости. Поэтому в лестнице есть обманки-провалы. А знаешь, что самое забавное? Если ты, будучи на лестнице, применишь знак, она исчезнет и ты полетишь вниз. Мастерская-ловушка. Кто-то из высших создавал.

— Иначе говоря, без вас я не поднимусь.

— Почему же. Зная этот секрет, что-нибудь придумаешь. С твоими-то способностями, добраться наверх не так уж сложно.

Ну да, если подумать, то это так. А если ещё подумать, сколько впереди подобных секретов? Если же совсем мудрость небывалую проявить, то и лекции вспомнить можно, на которым нам не уставали говорить — Колодец полон подобных мест, где легко пройти с подходящими способностями и почти невозможно, если ничего нет.

Гроза сказала идти за ней. Она впереди. Я вторым. Люций замыкал.

Обычный путь наверх. Вблизи так и вовсе очень красиво и изящно. Я такого никогда не видел. Лестница очень удобная, идти приятно. Стена — расписана узорами, всякими красивыми картинами. Даже дышится здесь легко, ветерок небольшой гуляет. С уменьшенной гравитацией вверх по лестнице подниматься не так уж сложно, поэтому я не особо устал. Знай себе, иди шаг в шаг за Грозой.

Поймал себя на противоречивом ощущении. Как будто это место слишком величественное для меня. Не привык я к такой роскоши, тем более на обычной лестнице. С другой стороны, умом я понимал, что это обман. Вся моя намедитированная чувствительность бунтовала, а мозг впал в ступор, не зная, на что здесь полагаться.

Так и шёл. Пытаясь привыкнуть к столь путающему месту.

Когда дошли, уперлись в барьер. Я всего ожидал, ещё какой красоты, но не того, что лестница приведет к золотой, гладкой пленке, которая отражала нас.

— Это что-то типа таможни, — пояснила Гроза. — Нашего языка они не знают, говорить можешь свободно. Сейчас самое время использовать знак.

Мария прошла через барьер и скрылась с глаз. Люций толкнул меня в плечо, чтобы не зевал. Знак я применил прямо на ходу. Барьер никуда не исчез. Разве что он был приятно золотым, а стал неприятно серым. Но я просто прошёл через него, и всё. С той стороны ждала Мария, а перед ней — отряд мужиков, с копьями, в кирасах. Все, как один, одноглазые.

Я на них уставился, и тут знак исчерпал себя, перестал работать. Картинка вернулась к исходному, и я увидел… В четыре раза больше солдат, все как на подбор красавцы. Стройные, белокурые, высокие и мускулистые, в сверкающих доспехах. В буквальном смысле. Стоят у ворот расписных, смотрят с достоинством и величием.

Ещё раз Кай задействовал. И снова — угрюмые, с щетиной, самые обычные мужики. Трое из пяти — толстяки. Два, наоборот, тощие. Вовсе не бойцы. И их не два десятка, а пятеро. Оружие держат так, что сразу понятно — оно декоративное.

Мария о чем-то с ними заговорила. Я и слова не понял. Только тон. Властный, резкий, приказной. Мужики смотрели недовольно, что-то отвечали. Вскоре расступились и пропустили нас.

— О чем они говорили? — спросил я Люция.

Марию побоялся отвлекать. Кто её знает. Может, она важным делом занята.

— Спрашивали про запрещённые товары и с какой целью прибыли. Мария их послала, — коротко объяснил мужчина. — Надо тебе тоже язык освоить.

— Было бы неплохо.

Только сколько времени это займет?

Когда вышли за ворота, знак перестал действовать, поэтому я увидел фальшивую картину золотого города, полного величия. Ближайшие дома стояли совсем рядом, пара улиц расходилась в стороны. Людей я не заметил. Как-то здесь тихо.

— Сами волшебники редко спускаются в Колодец, — Мария остановилась и повернулась к нам. — А язык — да, надо бы выучить. Ты встречал клайдов, дроу, ситкаров, волшебников… Кого ещё? Надо семь разных представителей. Тогда амулет заработает в полную мощь…

Она достала из кольца упомянутый амулет и передала мне.

— На шею надень. Полностью речь понимать не начнешь, сам не заговоришь. Но общий смысл уловишь.

— Что это?

— Универсальный переводчик Колодца. Можно добыть, если посетишь десяток разных миров и выучишь пару чужих языков. Потом вернешь. Не заслужил носить, Колодец не одобрит.

— Так, может, без него обойтись? — мне не хотелось усугублять своё положение.

— Нет, — коротко ответила Мария. — Идемте, у нас много дел. Люций, следи за пареньком. А то прям чувствую — захочет потеряться.

— Может, меня тогда веревкой к вам привязать? — хотел спросил я с вызовом, но как-то не получилось. Предложение-то дельное.

— Не поможет, — качнула головой Мария. — За мной. Не забывай про знак.

* * *

Совсем уж часто знак я не применял. Мне по-прежнему требовалось подготовка. Особенно чтобы выдать «чистую» версию, на пике. Поэтому какое-то время я шёл, наблюдая наваждения, как они есть. Применял знак и сравнивал две реальности.

Уже через пару минут я проникся словами, что в этом месте ничему нельзя верить.

Вот улица с красивыми домами, а вот — трущобы. Вот торговец в богатых одеждах предлагает свои товары, улыбается мне, а вот на меня недобро пялится жирдяй с тремя подбородками, без глаза. Он понимает, что я вышел из его наваждения, и зло скалится, машет в мою сторону грязным веером, потрепанным и рваным. Смотрю на его товары и тошнить начинает. Это не небольшое искажение. Это что-то гнилое и отвратное.

Выходим на широкую улицу, а она плиткой выложена красивой, каждая идеально подогнана, блестит и сверкает чистотой. Горожан много, прогуливаются неспешно. Женщины — одна другой краше. В шелковых одеяниях, фигуры — загляденье, глаз не оторвать. У некоторых так и вовсе ткани просвечивают, самые интересные места разглядеть можно. Мужчины от женщин не отстают. Каждый — эталонный красавец. Здания — ещё краше, чем до этого были. Высокие, окна стеклом блестят, много зелени. Где-то рядом птицы поют, создают ощущение уюта, будто в раю оказался.

А знак применил и аж споткнулся. Нет всей этой красоты. Самая обычная улица. Красотки куда-то исчезли. Обычные бабы идут. Глаз уже не цепляется, испуганно взгляд скользит, ни на чём задержаться не хочет. Дома серые, не такие высокие. Никто за ними не ухаживает. Вместо плитки — грязь, помои. А запах… Дерьмом несет, нечистотами. Вместо пения птиц — ругань, шум.

— Смотри, — Мария остановилась и кивнула, куда смотреть.

Там самые прекрасные на свете девушки к себе манили. Мне призывно улыбались. Предлагали зайти. Знак применил и вместо этого увидел яму. А по бокам от неё крепкие мужики, одноглазые, с дубинами. Смотрят внимательно и цепко.

— Рабовладельцы, — презрительно сказал Люций, останавливаясь справа от меня. — Взяли тебя на заметку. Теперь охотиться будут. Своих-то сложнее ловить, а чужаки сюда редко попадают.

— Почему здесь столько одноглазых?

— Потому что мало кто испытание проходит, — ответила Мария. — Если ты без глаза, значит — низший. Неумеха. Либо с голоду сдохнешь, либо в рабстве, либо на черновой работе всю оставшуюся жизнь пахать будешь.

— А если оба глаза потерял?

— Убьют. Камнями закидают. Даже если аристократ. Таких особо мучительно истязают. Мстят за все обиды, — пояснила Мария.

— Да это место полно очарования, — нервно сказал я.

— Ну, тут забавно, — хмыкнула Гроза, и мы пошли дальше.

* * *

Очень быстро у меня разболелась голова.

От фальшивых красот буквально тошнило. Этой красоты, если смотреть без знака, столько было, что перебор. Полный перебор. А уж когда понимаешь, что это фальшь, и что вместо красивой девушки может быть мерзкий толстяк, то… Это прямо травма на всю жизнь.

Уже через десять минут я мечтал покинуть это место поскорее и молился, чтобы меня отпустило. Чтобы, когда вернусь и на девушек смотреть буду, не вспоминать этих уродов.

Гроза провела нас к башне. Она, в отличие от других, под знаком свой вид не меняла и выглядела, по правде говоря, как-то обычно. Этажа в три. Обшарпанная. Без окон. Сложенная из широких блоков.

— Это то самое место? — догадался я.

— Именно. Ворота закрыты. Надо узнать, когда откроются…

Но вместо узнавания Мария отправилась в гостиницу. Так что следующая остановка у нас случилась там. Мне только и оставалось, что следом топать, да знак почаще применять, чтобы не затеряться. Мысль, что где-то здесь придётся ночевать, когда вблизи познакомился с местными реалиями, вызывала закономерные подозрения. Ляжешь в мягкую постель, а окажешься в хлеву.

Тем не менее меня никто не спрашивал. Утешать добровольцев тоже не нашлось. Гроза договорилась о номере. Одном на нас троих. С тремя кроватями. Что могло показаться забавным, но лишь дополнительно насторожило. Знаком я проверил. Номер был приукрашен, волшебники, кажется, без этого в принципе не могут. Но под слоем лоска скрывалась обычная, добротная комнату. Пусть и вместо мраморных полов — деревянные доски.

— Многие из них предпочитают жить в иллюзиях? — спросил я, когда зашли в номер.

Мария плюхнулась на кровать и развалилась, прямо в одежде, не снимая сапог.

— Это так просто, жить в злате, — ответила она, — но также это означает, что ты никто.

Что же. Прозвучало предельно лаконично.

— Что дальше? — спросил я.

— Ты с Люцием останешься здесь, а я прогуляюсь.

— Это небезопасно, — возразил мужчина.

— Для вас да, не очень. А со мной ничего не случится, не переживай. Скоро вернусь, — она поднялась и вышла из номера.

— Что? — посмотрел на меня Люций. — Я тоже не силен в знаках, — сказал он раздраженно. — Поэтому сидим здесь, и лучше вообще лишних движений не делать.

Да уж. Всегда мечтал именно о таких приключениях. Фальшивых и опасных.

Глава 8. Башня испытаний, или Как Спартанец забег начал

Мария вернулась минут через двадцать. Люций до этого лежал на кровати, закинув руки за голову, и делал вид, что спит. Дверь открылась, женщина вошла, я моргнул и в следующий миг Люций уже убрал меч в ножны, а на полу нашей комнаты валялось разрубленное тело, от которого разливалось пятно крови.

— Всё закончилось, — сказал он мне, когда я подскочил.

Я немного ошалело на него посмотрел. Мужчина без тени эмоций на лице завалился обратно на кровать и опять сделал вид, что спит.

Знак применять не пришлось. Иллюзия и сама распалась. Это была не Мария, а какой-то мужчина. Ничего нового в нашей комнате также не появилось. Я не успокоился и выдал ещё один знак, внимательно смотря и на Люция, и на себя, и на комнату, и на кровать.

Здесь ни в чем нельзя быть уверенным.

Тело пролежало до самого прихода Грозы, которая вернулась через пару часов.

— Развлекаетесь? — спросила она. — Всю комнату завоняли. Люций, мог бы и убрать.

— Куда я дену труп, чтобы не подставиться? — удивился он. — Не в кольцо же его прятать.

— Да хоть в окно выбросил бы! — возмутилась она.

Методы решения проблем у неё отличные, конечно.

Наклонившись над трупом, женщина его оглядела и задействовала свою способность расщепления. Вскоре никакого тела и крови не осталось. Испарились, превратились в пыль. Я весь этот процесс под знаком наблюдал, поэтому был почти уверен, что это настоящая Гроза.

Почти.

Начинаю ненавидеть волшебников и их дурацкий мир.

— Что там с башней? — спросил Люций. — Насколько мы здесь застряли?

— Хорошая новость в том, что месяц ждать не придётся. Плохая — мы здесь застряли на восемь дней. Будешь тренироваться, — сказала она мне. — Прямо сейчас и начнёшь. Повысим твои шансы на выживание…

* * *

Хотел бы я сказать, что восемь дней пролетели незаметно. На самом деле пролетели они крайней изматывающе для психики. Первый день мы «отдыхали». То есть сидели в номере, никуда не ходили, и тренировался я прямо там. А со следующего дня Мария сказала, что нужна практика и номера для этого маловато. Поэтому мы пошли гулять. Шатались по городу часами, чтобы я адаптировался к этому миру.

Какой фальши я только не видел. Обманывали буквально на каждом шагу. Ещё и с огоньком к этому делу подходили. Некоторые места могли меняться каждый час. И, пройдя по одной улице, возвращаясь, был шанс её не найти. Даже под знаком не найти. Без Марии я бы здесь заблудился моментально.

Быть может, и заблудился. С каждым днем моя уверенность с том, что Вологодские оригинальные, таяла. Но и сделать я с этим ничего не мог, поэтому оставалось тренироваться и готовиться к испытанию.

Мария, кстати, объяснила, в чем причина нападения. Этот город считался приблизительно тем же самым местом, что и город клайдов. То есть селение, которое возвели вокруг Колодца. Испытания, которые здесь появились, были так же тем, что Колодец привнес в жизнь этого мира. Настоящие, полноценные города волшебников, находились куда дальше от Колодца. Но интересно не это, а то, что сюда постоянно прибывали новые волшебники. Как раз чтобы пройти различные испытания. Со слов Грозы, их здесь хватает и регулярно появляются новые. Вот такая особенность местного Колодца. Те же, кто здесь живет постоянно, что-то вроде обслуги для приезжих. Живут за их счёт. Гостиницы, всякие развлечения, различные услуги. И вот здесь начинался самый важный для меня момент. Почему-то Колодец очень любил, когда сюда приходили чужаки, и только из-за этого внезапно мог усложнить испытание. Народ собирается, ждет одного, входит в башню, приходит чужак и… всё портит. А на испытании-то и умереть можно или глаза лишиться. Поэтому Грозу не удивило, что кто-то верно понял, зачем мы сюда пришли, и решил обезопасить себя.

Не буду говорить, насколько меня это вдохновило. Мало этих иллюзий, так ещё постоянно ожидать удара в спину — так себе удовольствие.

Поэтому обозначенного дня я ждал с нетерпением.

Нетерпение тоже разное бывает. Когда с дроу столкнулись, там другое было. Опасливое. Здесь же… Я был готов взять штурмом башню и вынести там всех, лишь бы побыстрее свалить отсюда.

Сам не знаю, почему такое отвращение сформировалось. Но что есть, то есть. Когда подошли к башне и столкнулись с толпой претендентов, я был, мягко говоря, на взводе и смотрел на всех как на врагов.

— Эй, Спар, — хлопнула меня по плечу Мария, когда стало понятно, что сразу в башню зайти не получится и придётся ждать. — Мы так и не закончили разговор.

— Какой? — дернул я плечом, стряхивая её руку.

Говорю же, на взводе был.

— Ради чего ты стараешься?

— Я же отвечал. Ради силы. А сила, чтобы защитить тех, кто мне дорог.

— Ты говорил, что пошёл к Такену, чтобы найти силу, а потом отыскать родителей… — припомнила Мария. — Этот смысл жизни после встречи с нами утратил значение?

Я покосился на неё, пытаясь понять, чего она добивается. Говорить здесь, в толпе, было неприятно. За прошедшие дни я научился держать знак пару минут в спокойном состоянии. Поэтому сейчас видел не прилизанную, украшенную картинку, а следующий слой реальности. Кандидатов всех мастей. С оружием, в броне и без брони, в рваных одеждах и дорогих нарядах, испуганных и самоуверенных, нищих и аристократов, мужчин и женщин, подростков и тех, кто нес на себе отметки прожитых лет. Человек триста собралось, не меньше. Всю площадь перед башней заняли.

Подошли мы далеко не последними. Стоило остановиться, как сзади мигом народ собрался. И ведь не держат дистанцию, лезут вперед, словно опоздать боятся.

— Да, утратил. Но я не в обиде, — ответил Грозе, для чего пришлось к ней податься.

Люций ко мне с другой стороны прижимался. Толпа нас увлекала и заставляла двигаться вперед.

— Дорогой… — попросила Мария.

Люций на несколько секунд призвал ярость, и народ мигом рассосался вокруг нас. Я аж облегченно выдохнул, а потом заметил внимательные взгляд тех, кто выглядел поувереннее и богаче. Ну вот и привлекли ко мне внимание, спасибочки.

— Спасибо, — сказала Мария. — После того случая, где Легион размазал вас, детишек, выпустил кишки рыжей девчонке, сломал хребет твоему другу, ты и решил, что хочешь стать сильнее, чтобы защитить их?

— Обязательно говорить об этом сейчас? — раздраженно спросил я.

На это Мария прильнула, обвила рукой мою шею и заставила наклониться. Она ниже меня где-то на голову, пришлось изогнуться, чтобы женщина мне могла прямо на ухо с жаром сказать, что хотела.

— Хорошо вспомни тот момент. Вспомни, каким слабым ты стал. Как легко демон тебя победил. Представь, что будет в следующую встречу. Вас просто разорвут. Будут играться, как захотят. Смерть. Вот что ждёт тех, кто доверится тебе. Кого ты поведешь в бой. Не обретешь силу, не сможешь защитить. Молись в этом случае, чтобы умереть раньше. Своя смерть не так страшит. Куда страшнее терять тех, кто дорог.

Я попытался отшатнуться, но куда там. Из этой стальной хватки не вырваться.

— Вспомни ту боль и отчаянье, — казалось, её слова проникают в саму душу. — А теперь посмотри на всех этих чужаков. Они будут соперничать с тобой. Попытаются убить, потому что ты им будешь мешать. Встанут у тебя на пути. И если ты сейчас проявишь хотя бы каплю слабости, тебе может не хватить силы, чтобы защитить друзей. Если не хочешь этого, иди туда, в башню, и докажи, что чего-то стоишь.

— Отвали, — грубо ответил я, — Сам разберусь.

Наконец, выбравшись из хватки, я оттолкнул Грозу и прыгнул вперед. Её слова накрутили меня совсем уж до высоких оборотов. Опять вылезла та дикарская часть меня, которая во всех видела лишь цели для уничтожения.

Финал речи Грозы совпал с тем, что ворота в башню открылись и поток кандидатов хлынул внутрь. Когда-то давно, когда пришёл на испытание Такена, Калия скакала по чужим головам, прокладывая себе путь. Сейчас я сделал то же самое. Пошёл по чужим головам, набирая скорость.

Так началось моё испытание.

* * *

— Чужак! Убейте его!

Это единственное, что я смог разобрать из общего гомона.

Прикончить меня попытались ещё до того, как я добрался до башни. Кидали вдогонку какие-то знаки, но не учли мою скорость. Ворота низкие, не особо выше обычного человека, пришлось пригнуться и вкрутиться в это небольшое пространство. Успел углядеть, как волшебник, чью голову я для опоры использовал, дернулся, на меня посмотрел и из-за этого споткнулся. Его тут же и затоптали.

С тех пор как мне достался камень гравитации, я куда лучше окружающее пространство стал ощущать. Смотря вниз, оказавшись по ту стороны ворот, ощутил — что сверху пусто. Оттолкнувшись от очередного волшебника, подпрыгнул, развернулся и огляделся.

Башня диаметра небольшого, внутри маленькая комнатка с трудом спрячется. Но внутри я оказался на просторе. Кандидаты вбегали, расходились потоками, замедлялись и останавливались, так же оглядываясь, как и я.

Продолжая удерживать знак Кай, я видел максимально доступную для меня реальность. Которая говорила, что мы попали на большой простор. Это было всё ещё помещение, не природа, но дальше детали я разглядеть не успел.

Почувствовав, что в меня что-то летит, выдернул себя плащом, ослабил гравитацию и ушёл вниз, плюхнувшись рядом с волшебниками.

Пока оглядывался, местные организовались и задались целью прикончить чужака. Сразу несколько кандидатов бросилось вдогонку. Кто с чем. Один с ножом, второй с дубинкой, третий так вообще с вилами. От ножа я увернулся и подножку поставил. Паренек с бледным лицом улетел да неудачно упал. На своё же оружие напоролся. Я здесь ни при чем, только упасть помог. Занялся тем, что с дубинкой, подался ему навстречу, подпрыгнул и ногой в голову встретил. Он как бежал, так и провернулся вокруг, головой о камень приложился, больше не встав. Третий, с вилами, так и не успел сообразить, с кем связался — я в сторону отпрыгнул, крутанулся, мимо себя пропустил и… Он сам споткнулся о того, что с дубинкой, полетел вперед, пытаясь удержать равновесие и на вилы какого-то другого неудачника насадил.

Я, если честно, от такой неуклюжести немного растерялся. Что не мешало мне продолжать двигаться, разорвать дистанцию и выскочить из надвигающейся толпы.

Толпа… Да уж. Волшебники продолжали вбегать. Делали они это отнюдь не молча. Шумели, кричали, ругались. Слышались и крики боли. Не одного того неудачника затоптать успели. Ворота-то узкие, а желающих много. Вот они и боролись между собой. А как сюда забегали, то тех, кто впереди был, толкали. Из-за чего пятно волшебников постоянно разрасталось.

Им бы чуть больше согласованности, тогда бы жертв было куда меньше. А так, те, кто сзади, толкали тех, кто впереди. Заставляя спотыкаться в том числе об уложенных мною. Бедлам страшный начался.

У меня знак слетел, мир мигнул, и я вообще черт знает что увидел. Монстра рядом с собой, воина в сверкающих доспехах и даже голую грудастую девчонку, что бежала с невинным видом.

Придурки. Эти волшебники точно придурки.

Я в сторону ушёл и отбежал от основной массы собравшихся, только после этого нормально оглядевшись. Выбежали мы на золотистую площадку. Надраенную настолько, что отражение под ногами видно. Площадка широкая и круглая. Те, кто забежал внутрь, и малой части не заняли от общей площади.

Вскоре ворота начали медленно закрываться. До того как все вошли. Ох, что началось… И без того хаотичное забегание превратилось в трагедию. В конце так и вовсе волшебники, пытаясь пролезть, друг на друга наползали — я даже подпрыгнул, чтобы оценить общий вид и посмотреть, чем всё закончится. Дверь закрылась и сразу троих располовинила. Я снова знак создал, но зрелище никак не изменилось.

В смысле исчезли всякие чудовища, грудастые девки и прекрасные рыцари. Появилась всё та же разношерстная толпа. А вот то, что стало с теми, кто не успел перебраться — оно осталось таким же.

— Как обычно, жадность губительна! — раздался насмешливый голос.

Я приземлился обратно, на ходу развернувшись. Увидел… Нечто. Это было человекоподобное существо, с желтой шарообразной головой, в подобии делового костюма.

Судя по тому, как заволновались и попятились волшебники, для них тоже неожиданностью стало появление этого существа. Которое, чем больше я к нему присматривался, тем меньше походило на человека. Гигантская пасть на полшара-головы с рядами острых зубов. Маленькие, черные глазки. Отсутствие ушей и скул. Да и подбородка как такового тоже. Говорю же, шар. Откуда у шара подбородок? Зато костюм нашёлся, который крепился к телу, оголенных частей, помимо головы, видно не было. На ступнях — блестящие ботинки. На маленьких ручках — черные перчатки.

И да, это существо заговорило на хорошо понятном мне языке. Какой-то трюк? Потому что, готов спорить, волшебники тоже его поняли. Гроза вроде упоминала, что это испытание Колодца, поэтому ничему не удивлюсь.

Я проверил, знак продолжал работать. Почти максимально доступного мне уровня. Понятно, что шар — наваждение, но получается, сильнее, чем я могу преодолеть.

Говорить шар не спешил. Привлек к себе внимание и дождался, когда волшебники заткнутся. Все боевые действия прекратились. Народ рассредоточился, поделился на группы. Мне тоже пришлось отойти, чтобы ни с кем рядом не стоять. Из-за чего я смотрел на бок шара, а не по центру.

Когда наступила полная тишина, это существо снова заговорило.

— К нам сегодня пожаловал агрессивный чужак! — сказал он или оно. — Ставки и сложность повышаются! Опасность будет нарастать, пока вы его не убьете! — обрадовал шар. — Да начнется испытание! — проорал он истошно и исчез.

Звездец.

За что?! Ну вот почему у меня ничего нормально пройти не может? Постоянно херня какая-то случается.

Толпа разом в мою сторону повернулась. Уставилась. Я уставился на них.

Сколько их здесь? Сотни две точно пробиться успели.

Уродский шар исчез, а в другой части площадки демоны появились. Это отвлекло часть волшебников. Демоны-то не молча явились. Ревом предупредили, что сейчас будут всех рвать на части.

Прорычались и к нам бросились. Часть волшебников попятилась. Не самое глупое решение. Тут ведь главное первым под клыки не попасть.

Но не все переключились на новую угрозу. Кто-то решил взяться за меня всерьез.

Первым бросился какой-то придурок, с тесаком. Дрянным и ржавым на вид. Размахнулся слишком широко — никакой воинской выучки у него не чувствовалось. Но тут меня Даем кто-то ударил или чем-то похожим. В бок. Да так ловко, что я отлетел и на полу растянулся. Из-за чего мужику с тесаком пришлось повернуть. Он ещё сильнее замахнулся и уже собирался ударить, когда я, обнулив гравитацию, себя плащом в сторону дернул. Тесак же совсем рядом угодил, но от твердой поверхности отскочил.

«Дай!» — ударил я в сторону набегающих противников.

Волшебник с тесаком-то не один был. Просто первый из толпы, что надвигалась на меня. Знак отлично сработал. Кто-то отлетел, врезался в тех, кто сзади. Образовалась давка, толкучка и куча-мала. Тот, что с тесаком, и вовсе пропал из виду, погребенный под остальными.

Но из-за этого у меня Кай слетел, и я в массовое наваждение окунулся. Демонов резко больше стало, да и выглядели они куда опаснее. У меня прямо на глазах один прыгнул в самую гущу и голову девке откусил. Кровища фонтаном полилась. С другой стороны крик раздался, грохот металла — воин в полной броне на меня побежал, молотом замахиваясь.

Достали…

Шар, Гай, Дай!

Новая техника превратилась в поток молний, что накрыла и воина в броне, и всех, кто стоял рядом. Нескольких кандидатов отшвырнуло, какие-то образы рассеялись, а кто-то и щитами вспыхнул.

Я заметался, сбивая прицел, выиграл несколько секунд, перепрыгнул то ли через наваждение, то ли через демона, отошёл на свободный участок, и… кто-то меня знаком подловил. Я мгновенно вспыхнул, подобно спичке. Защита отработала, как надо, но я испугался и энергию чужую в себя втянул. Как с дроу не тряхнуло. Легко пошла. Это обман был, а не настоящий огонь.

Нет, так дело не пойдёт.

Я продолжил убегать, понимая, что в толпе не выживу. Добрая треть волшебников за мной ломанулась. Что там происходит, я лишь смутно догадывался. Наваждения ведь и звуки искажали. По крикам боли, реву и шуму я понимал, что демоны себе на обед двойную порцию заработали, но что именно там происходит — а черт его знает. Тут бы самому выжить, а не оглядываться.

Передо мной возникали препятствия, появлялись ямы, прыгали откуда ни возьмись демоны, летели молнии, взрывались огненные шаги. И ничего из этого — настоящего. Стоило снова создать Кай, как вся эта мишура мигом развеялась.

Пока бегал, смог оценить весь доступный нам простор. Площадка замкнутая, пути ни вверх, ни назад не заметил. Мне даже показалось, что доступная площадь сократилась. Также отметил, что волшебники — те ещё слабаки в физическом плане. Угнаться за мной не смогли, мешали друг другу, на демонов тоже управы не нашлось. Нет, кто-то из них, скорее всего аристократы, отбивались. Несколько демонов убили. Но вот остальные… Это ведь по виду были обычные твари. Любой с моего курса уложили бы, не напрягаясь, а здесь… Толпа самых обычных… крестьян.

В общем, увиденное мне понравилось. Было бы куда хуже, пожалуй сюда две сотни хорошо подготовленных бойцов. А так — пусть догонят.

Я уже подумывал, что, если ничего не изменится, придётся валить всех, ну либо подождать, пока демоны разберутся, но тут пол дрогнул. По центру волна пара прошла, с шумом выскочила, невозможно пропустить. Ровной линией на всю ширину пробежала, и две стороны в движение пришли. Крениться стали, образовывая в центре щель, куда всех разом и потащило.

Я гравитацию мгновенно обнулил и вверх прыгнул. На момент расхождения пола как раз метрах в пяти от дыры находился. Как-то не хотелось первым вниз улететь и проверить, что там. А так, вверх, вдоль левой половины поднялся и заново оценил происходящее.

Волшебники-то разбежаться успели. Как и говорила Мария — трусливый народец. Большинство из них действовали по принципу — лишь бы первым съели не меня. Ничего не имею против этой «стратегии», но они даже не пытались организоваться и драться. Зачем только сюда пришли, спрашивается. Рассчитывали на что-то попроще, но я им все планы испортил? Да и плевать. Волшебники из-за паники по всей платформе разбежаться успели. Демонов, а их пять штук оставалось, просто исчезли, испарились дымкой. Мы снова одни оказались.

Волшебники заскользили, кто-то цепляться пытался, а потом скорость набрали и вниз ухнули. Я с гравитацией обнуленной успел насладиться этой картиной, отметить, что никто из них летать не умеет, и прикинуть, куда дальше двигаться.

По всему выходило — что вниз.

Платформы на части распадаться начали, кто зацепиться умудрился, всё равно упали. Но не страшно. Я успел увидеть, что там внизу. Падать всего ничего — метра четыре. Наверняка были те, кто убился или травму получил, но это их проблемы. Это совсем уж неудачником надо быть, потому что внизу ждал самый обычный песок. Так что главная опасность — что кто-то свалится на голову.

Пока в воздухе болтался, никто драться не лез — волшебники были заняты тем, как бы помягче приземлиться и не убиться. Перестройка арены меньше минуты заняла. Я тоже вниз спрыгнул. Как раз на песочек в стороне от всех приземлился. Платформы сверху, как и сказал, распались и осыпались, сами в песок превратившись. Из-за чего облака пыли образовались и на некоторое время мы все оказались… Да сложно сказать, где. На песке. Но уже как бы и не в башне, а в клубах пыли.

— Чужак! Здесь! — услышал я.

На самом деле кричали куда больше. Просто выданный мне переводчик только часть выхватывал. Но мне и обрывков хватало, чтобы определить — меня хотят убить. Вот новость то. Удивили так удивили.

Приземлился я чуть в стороне, поэтому не особо волновался. Главное знак держать активным, тогда врагам сложнее подловить будет.

К тому же трансформация арены не закончилась. Как платформы исчезли, как волшебники повставали, повылезали друг с друга, распределились и меня заметили, так песок под ногами в движение пришёл. Мигом обо мне забыли.

Из-под песка небольшие, квадратные платформы показались. Несколько десятков. На них волшебники и поспешили забраться. А я ведь уже сказал, что физически они не так уж сильны, быстры и ловки, в массе своей. Платформ бы на всех хватило. Кому-то повезло сразу на них оказаться. А остальным… Из-за общей давки, несогласованности, желания помешать друг другу, с десяток волшебников забраться не успели. Улетели вместе с песком вниз, откуда вскоре крик боли раздался. Но как раздался — так же быстро и затих.

Я без проблем на платформе оказался. На отдельной. Их тут было больше, чем нужно. Стоял и смотрел, что дальше произойдет. Часть платформ вверх поднялась, в стороны разъехалась. Другая часть — наоборот, вниз ушла, но не до конца, а просто ниже уровня остановилась. Если общую картину оценить, то получать спираль из платформ, которая закручивалась.

Неужели это так обозначили пути наверх и вниз? Если так, то куда идти?

Что-то было не так. Платформы находились на таком расстоянии, что вроде бы и рядом, но на деле обычные волшебники в жизни не допрыгнут. Разве что с разбегу и вниз отправятся. Получается, внизу самые простые глаза и мне надо наверх?

— Чужак! — снова заметили меня.

Мастерству внезапных ударов они точно не обучены.

Я стоял, закутавшись в плащ, поэтому разглядеть меня не так уж просто. Но нашлись умельцы. Сразу внимание собравшихся в мою сторону направилось. Эти придурки были настолько любезны, что сообщили, что увидели меня и напасть собрались.

Место я занял не самое удачное. Пусть и с краю, но рядом со мной три платформы находилось. Откуда слаженный удар и прилетел.

Считай, это был первый раз, когда они ударили группой, и не чем-то примитивным, а используя мощь знаков. Как-то забыл я про то, что Гроза говорила — для них это искусство родное. Да и прошлый опыт они учли. В меня разом десяток всполохов непонятно чего полетел. Отчасти я увернулся, выдернув себя наверх. Но от двух атак — нет, не увернулся. Отвечали за них два неприятных типа, за которых глаз сразу зацепился. Аристократы, зуб даю. В дорогих одеждах, уверенные, они сплели что-то сложное и… Вокруг меня соткались сети, засветились и разом сжались, захлестнув.

Гравитация мигом вернулась, и я упал обратно на платформу. Но если они думали, что этого хватит, то сильно ошибались. Сети только пеленали, не пытаясь разрубить. Я на ноги упал, даже не ударился.

Дальше одновременно я сделал две вещи. Цепь соскочила с руки, проскользнула в ячейку сети, описала дугу и врезалась острием в аристократа, того, что слева стоял. Он ещё любезно вперед выскочил, а остальные волшебники, статусом попроще, расступились, не мешая господину «чужака бить». Поэтому видимость у меня отличная была. Вторая вещь, которую я сделал, — втянул энергию из сети. Сработало. Та мигом распалась, и я на свободе оказался.

Только вот волшебники на месте не стояли. Помимо толпы, что ждала расправы, аристократов против меня сейчас двое вышло. Я не знал, наваждение это или нет, но до того, как знак распался, отметил, что они похожи как братья. Лезвие в шею вонзилось тому, что слева. Ещё и петлю накинуло, чтобы наверняка. Сразу он не умер, руками за звенья схватился, пытался сопротивляться. Меня же, когда сеть втянул, приложил второй аристократ. Какой-то разновидностью Дая, только продвинутой. В один миг с платформы снесло, хорошо так приложив. А я-то цепь не отпускал. Как улетел вниз, так та натянулась и дернула первого аристократа за мной следом. Он тоже мигом вниз полетел. А братец его попытался схватить и удержать от падения. Успел. Схватить. Но не удержать. Его дернуло, он брата выпустил, но на краю оказался и… Я без знака был, под наваждением, поэтому увидел, как прекрасный рыцарь пинка аристократу отвесил, скинув его.

Всё это произошло секунды за две, не больше. Я под разогнанным кругом все с ускорением воспринимал. Волшебники медленными казались. Поэтому успел и заметить, что там произошло, и сгруппироваться, и плащом себя подправить.

Уже было думал, как выбираться и обратно взлетать, но тут увидел в клубах тумана каменный пол. Не стал мудрить, вниз приземлился, цепь выдернул и себе вернул. Аристократы тоже шмякнулись. Один точно труп, а вот второй…

Он оказался куда более волевой личностью, чем я ожидал. Упал неудачно, ногу как минимум подвернул, на одно колено припал. На брата взгляд бросил и тут же меня атаковал. Пальцы как-то странно сложил и огонь в мою сторону струей выпустил. Я увернулся и… Врезался во что-то твердое и невидимое. Рефлекторно это в себя втянул. Чертовы наваждения и знаки, опять они.

Метнувшись в сторону, Кай создал внутри себя, сбрасывая наваждение. Туман развеялся, я оказался среди каменных столбов. Тех, на которых платформы держались.

Нашлись здесь и тела тех, кто раньше упал. Подозрительно разорванные на части…

Дальше мне на какое-то время стало не до разглядываний просторов. Знаки одновременно и сверху полетели, и со спины — от того аристократа.

Чем только не били. И Даем приложить пытались, и молниями, и огненные шары кидали, и наваждения насылали, и даже путы попытались накинуть. Но как-то без души к делу подошли. Что-то я так проламывал, что-то в себя втягивал. В знаки волшебники вкладывали совсем безобидную, нейтральную энергию. Мне это как хороший завтрак. Никакого вреда, ещё и сил прибавляет.

Я круг заложил, пронесся мимо колонн и на того аристократа выскочил. Он меня из виду потерял. Никак иначе объяснить то, что волшебник в другую сторону смотрел, я не мог.

Медленный тип. На уровне нашего первого набора. Я на него набросился и схватил раньше, чем он что-либо сделал. Волшебник — как кукла. Совсем силы в мышцах у него не было. Одним движением шею ему свернул.

Сверху что-то кричали, пытались определить, куда я скрылся.

Откинул тело, направил цепь вверх и поймал незадачливого волшебника — лезвие его вокруг ноги захлестнуло. Дернул и с нулевой гравитацией меня навстречу ему кинуло. Плащом себя ускорил и наверх залетел. В меня попали чем-то, но сбить не смогли. Я гравитацию на место вернул и упал прямо перед теми, кто здесь собрался. Шар создал, энергии в него влил сколько, что тот до метрового размера вырос0 и… побежал.

Вперед побежал. Сыграла разница потенциалов. Единственное, на чем я сосредоточился, — это чтобы не упасть и стабильность шара удерживать. Врезался во всех, кто оказывался по пути и не успевал в сторону убраться. Волшебники все как один щуплые попадались. Их с подкруткой в стороны откидывало. А я с одной на другую платформу несся, прорубая просеку.

Не знаю, о чем там шарообразный думал, когда меня выделил и всех остальных натравил. Но он серьезно просчитался. Это место — родная стихия для меня! Забеги, родненькие! Это же они в чистом виде! Порви всех и останься на ногах! Что может быть проще для человека с моим опытом?

Я платформ пять пролетел, когда шар не выдержал и взорвался. Не из-за моей оплошности. Наконец-то достойный соперник появился. Какой-то знак применил, энергия вразнос пошла.

Наверное, он думал, что остановит меня. Не тут-то было. Я просто ниже наклонился и плечом вставшего у меня на пути вынес. Он с платформы и улетел вниз. Разрушение шара даже на пользу пошло. Я смог сосредоточиться и Кай новый создать. А то снова наваждения стали путать.

Умелый враг оказался на соседней платформе, в одиночестве. А я, получается, общую толпу насквозь прошёл.

Не успел я к нему прыгнуть, как гонг раздался. Платформы опять в движение пришли. Я только и смог, что этого лысого паренька разглядеть. У него в руке посох был, в полный рост. Сразу мне не понравился, взгляд слишком цепкий. Но наши платформы в стороны уехали, вверх поднялись. Я несколько секунд потратил на то, чтобы равновесие вернуть, а то при движении опора тряслась хорошенько.

Снова ситуация резко изменилась. Теперь уже не так тесно было. Да и сами платформы, что я не сразу заметил, уменьшились, разъединились. Если до этого на них по десять волшебников помещалось свободно, то сейчас — по два-три осталось.

Моргнул, и финальные изменения проявились. И ведь понимаю, что иллюзия, но знак не берет. Круг вращается, Кай внутри светится, а всё равно, что в реальности происходит, разглядеть не могу.

Как и сказал, платформы сильно дальше друг от друга разъехались. До лысого метров пятнадцать оказалось. Он связку знаков доплел и в меня метнул. Я чуть в сторону сместился и мимо её пропустил. Стрела в пустоту ушла. Дальше он притих, оглядываясь. Видимо, решил, что глупо пытаться достать на таком расстоянии. Всецело с ним согласен. Тут бы разобраться, что происходит.

Да и продохнуть не помешает. Я не то чтобы выложился, но разгорячиться успел. Десяток секунд оценить изменения не помешает.

Платформы до этого каменные были, а сейчас в землю превратились. Я ногой потыкал — мягкие. Вокруг платформ ещё то ли лианы, то ли корни появились. До самого низа уходили, в темноте терялись. Да и наверх тоже шли. Мы разом в корневую систему гигантского дерева попали. И снова это было мне знакомо. Я уже такое видел у нас на первых ярусах.

Сюрпризы на этом не закончились. Откуда ни возьмись туман повалил. Будто нам мало путаницы. А вместе с ним внизу замелькали хищные паучьи силуэты.

Монстры пожаловали на ужин.

Ну хоть не ящеры, уже хорошо.

Глава 9. Коридор испытаний, или Как Спартанец себе путь пробивал

Когда прозвучал следующий гонг и реальность снова изменилась, я оказался на цельной платформе, весь залитый кровью. Стиснув зубы, ждал, когда регенерация сделает своё дело, ожог на груди закроется, а рваная рана на ноге перестанет ныть. Туман развеялся, вокруг меня проявились десятки трупов.

Многих из них уделал я. Но остальных порвали демоны-монстры. Те самые пауки.

Бой вышел быстрый, жесткий и яростный. В какой-то момент я окончательно перестал соображать, что происходит, и выпустил дикаря наружу. Повезло, что заработала адаптация и моя уникальная способность. Впитав большое число чужих иллюзий и знаков, я стал чувствовать волшебников и их атаки. После чего началась совсем другая история.

Я уж думал, что всё. Дикарь отправился на покой. Но нет. Живее всех живых. Сейчас, стоя и оглядываясь вокруг, я почувствовал, как меня замутило от некоторых видов.

Враги ещё не закончились. Только нападать что-то не спешили. Заметил и лысого. Он стоял вдали и смотрел на меня. Остальные, кто рядом оказался, попятились и отошли на безопасное расстояние — платформа-то цельной стала для всех. Снова единая площадка.

С этим надо было что-то делать. Не с чужим страхом, а со словами шарообразного. Пока я жив, сложность будет нарастать. Значит, следующая часть испытания должна быть ещё опаснее, и пора бы уже определиться, в какую сторону двигать, чтобы побыстрее добраться до выхода.

Стоило об этом подумать, как марево вокруг нас развеялось и на стене образовались два черных провала, уходящих в неизвестность. Волшебники какое-то время стояли, оглядывались, а потом зашевелились. Моя адаптация работала на полную. Что-то в голове щёлкнуло, и я ощутил, как они формируют свои примитивные наваждения. Путают, смещают свои тела, прячутся. Две трети побежали в ту сторону, которая дальше от меня. Остальные остались стоять. Прошла ещё минута. Половина от оставшихся двинулась за ними следом. Лысый отмер и пошёл в противоположную сторону. Остальные двинулись за ним.

У всех них было важное отличие — они выглядели не как оборванцы, а как аристократы. Получается, неудачники и слабаки двинулись в одну сторону, а те, кто лучше подготовлен — в другую.

Что же, выбор очевиден. Да и с лысым поквитаться надо. С этой мыслью я двинулся за ним.

* * *

Стоило зайти в темный проход, как я оказался в другом месте. Просторной комнате. Оглядевшись, увидел и других участников. Каждый из них стоял на… Хм… Зашли мы в одно место, но каждый, получается, вышел из своей двери. Оттуда шли каменные мосты, тянувшиеся к центру помещения. Стоило мне появиться, волшебники, все, как один, повернулись в мою сторону.

Обернувшись, никакого пути назад не увидел.

Зато заметил, как начал рассыпаться мосток. Не у меня одного. У всех так. Всего нас здесь девять претендентов собралось. Знак я создал, да и чувствительность работала, поэтому был уверен, процентов на пятьдесят, что вижу для всех общую картину. Один из волшебников начал формировать знак, но его окликнул лысый и пригрозил посохом. Знак формировать перестали. Лысый посмотрел на меня и указал на стену. Ту, что стояла перед нами. Между мостками и ею было несколько метров разрыва. Сам же разрыв терялся в темноте, и непонятно, насколько далеко он уходит.

Картина была ясна. Нужно что-то сделать со стеной. Пробить? Так чего не пробили?

Я недоуменно уставился на лысого и кивнул на стену. Он пальцем показал на всех нас и снова — на стену. Остальные волшебники внимательно следили за нами. Некоторые из них нервничали. Не просто так. Мостки продолжали осыпаться. Треть времени мы уже потратили.

Догадавшись, чего от меня хотят, я кивнул и подошёл к краю.

Остальные тоже выстроились.

— По команде! — крикнул лысый, и талисман, вот же неожиданность, перевёл.

Остальные же слова не перевёл. Я по интонации догадался, когда удар надо наносить. Ударил Даем.

Стена разлетелась, открывая узкую площадку и тоннель за ней. Волшебники же дружно меня атаковали. Подлые ублюдки. Если бы я не чувствовал, как они знаки создают, мог бы и не успеть. А так быстрее их оказался. Вперед прыгнул и в щель залетел, в тоннеле оказался. Развернулся, приготовился встречать.

Давайте, ублюдки. Сейчас я вам покажу, чем спартанцы славятся.

Но прыгать они ко мне не стали. Что-то из знаков сложили, и в меня сгусток огня полетел. На расстоянии метра взорвался, меня взрывной волной и отбросило. Лицо руками защитил. Те болью обожгло, несмотря на защиту. Взрывом в воздух подняло и назад унесло. Упав на спину, подумал, что переоценил себя и недооценил аристократов местных. Следом, подтверждая это озарение, ещё серия взрывов накрыла, которая подхватила меня и через коридор протащила, вышвырнув в следующую комнату.

Прямо под ноги демону. Он наклонился, втянул ноздрями дым от моей тушки и недоуменно уставился, с подозрением фыркнув.

А мне не сказать, что хорошо. Волшебники просчитали меня. Напрямую тело не атаковали, заметив, что я поглощаю их знаки. Устроили серию взрывов рядом, что я мог блокировать только защитой. Но и это учли. Взрывы объемные, вынесли меня из коридора, освободив им проход. Хорошо ещё, что пол ровный и гладкий оказался, не зацепился ни за что, проскочил как по маслу.

Не знаю, что именно волшебники замышляли. То ли убить, то ли из тоннеля выгнать, чтобы самим перебраться. Не решил ещё демон, что со мной делать, как они следом вбежали.

Ну и выбрала эта тварь, между двумя обедами тех, кто нормально пах и признаки жизни подавал. Подался вперед и на меня наступил. Не раздавил, но дух мигом выдавил.

Как ни странно, это и спасло.

Волшебники-то за мной гнались. Знаки какие-то подготовили. Как вбежали, демона увидели — ещё бы его не увидеть, он в два моих роста, та ещё махина, и атаковали. А он — их. Прыгнул вперед и, судя по крику, кого-то грызть начал. Я же пытался заставить себя сделать вдох, через раздавленную грудную клетку. Рядом что-то заполыхало, взорвалось. Новый крик раздался. Ещё взрыв, и демона в сторону отбросило. Он в стену врезался, на лапы вскочил и обратно бежать. В него уже с нескольких сторон полетело. Я лишь малую часть краем глаза заметил, сосредоточенный на том, чтобы продохнуть.

Бой закончился в пользу волшебников. Демона они пленили, задавили и разорвали. Самих же их всего шестеро осталось. Лысый тоже выжил. Он первым в следующую комнату и вошёл. Бой занял минуты три. Не спешили эти ребятки. Мне как раз хватило, чтобы восстановиться. Я даже последнюю минуту просто лежал, ждал, чем схватка закончится.

Удивительная беспечность. Я, как в себя пришёл, был готов в любой момент среагировать, отбить атаку, броситься в бой. Но эти высокомерные волшебники, когда с демоном разобрались, на меня даже не посмотрели. Видимо, решили, что после взрывов и того, как на тебя наступил демон, выжить невозможно.

Не подумали, что это для них трюк невозможный. А мне — нормально. Часть урона защитная пленка на себя взяла. Другую часть — укрепление от круга. А то, что осталось — с этим регенерация и восстановление справились. Выглядел я, правда, скорее как труп, чем живой человек. Обгоревший и в крови. Может, это тоже свою роль сыграло. Но всё равно. Хромает их подготовка сильно.

Мало того, они ещё подарили мне возможность три минуты наблюдать за тем, как они с демоном бодаются. В бою три минуты — это очень долго. Теперь я куда лучше все их трюки понимаю.

Как остальные, вслед за лысым вперед двинули, я поднялся. Плечами повёл, встряхнулся, цепь выпустил и захлестнул шею ближайшего волшебника, дернул на себя. Ещё и воспламенил, чтобы точно ничего сделать не успел. Это шуму наделало, цепь звякнула, тело упало. Следующий от меня, то есть предпоследний волшебник в очереди на выход услышал и поворачиваться начал. Нет бы отпрыгнуть, в сторону уйти. Как будто на прогулке. Я рядом быстрее оказался, чем он повернулся, и шаром его приложил, сверху прыгнув. Шар в голову ударил, там и я навалился, на пол повалил. Когда шар взорвался, нож выхватил, нанёс серию ударов в живот. На этом его история закончилась.

Обернувшись, метнулся к тому, что с цепью. Он ещё трепыхался, но как-то вяло. И так раненым был. Его одежда кровью пропиталась, после общения с демоном. Слабая добыча. Добил его, чтоб наверняка.

Осталось четверо. Никто не вернулся, не попробовал атаковать. Вместо этого двое волшебников, которые ещё тут оставались, бросились бежать вперед. Столкнулись в узком проходе, но не упали и дальше пробежали. Я — за ними. Не хотелось бы здесь остаться.

Вбежал в следующую комнату, приготовился к драке, а там — темнота. Если вначале что-то ещё было видно, то через пару шагов — ничего. Совсем.

Моя история могла бы здесь и закончиться, но чуть впереди один из волшебников испугался этой темноты и создал свет. Свет осветил его тело, испуганное лицо. Прошла секунда, и на него опустилось что-то сверху. Что-то склизкое и хваткое. Раз — и волшебника утащило наверх. Раздался чавкающий звук, а следом — звук падения, чего-то не настолько тяжелого, как целое тело, и брызги. Кишки выпустили?

Как-то меня это не впечатлило. Может, потому, что я в режиме дикаря находился. Разумное сознание совсем уж не отключилось, но я был полностью настроен на бой, поэтому о всякой ерунде не переживал.

Темнота? Да плевать. Сколько я часов провёл, тренируясь обходиться без зрения? Много. Наверху демоны? Как полезут, так и буду реагировать.

Внезапно где-то рядом раздался новый вскрик, полный ужаса. И снова — звук падения ошметков и чего-то жидкого.

Выдохнув, я выровнял дыхание и постарался настроиться. Монстры атакуют всех подряд? Реагируют на свет? На звук? Или, может, на страх? Слишком уж испуганно тот волшебник кричал.

Не зная ответа, я… просто двинулся вперед. Шёл, спрятался в плащ, ровно дышал и пытался уловить, где выход.

В чью-то спину врезался. Руки сами сориентировались. Этого волшебника я не почувствовал, но удивился уже после. Когда на захват взял и придушил. Демоны сверху нам не мешали. Как закончил, отряхнулся и дальше пошёл. Черт знает, в нужную сторону или нет, но минут через десять показался свет. Направился к нему и в новом коридоре оказался.

С лысым мы вышли одновременно. Из двух разных коридоров. Увидели друг друга на расстоянии где-то двадцати шагов. Я было к бою приготовился, прикидывая, как его достать наконец-то, но тут с другой стороны появились… Оставшиеся участники. Те самые, которые в другом направлении ушли, не аристократы, а обычные волшебники. Вышли из своих коридоров и на нас бросились. Остервенело. Не только на меня, но и на лысого. Он, кажется, сильно удивился от такого пассажа. А я расслышал, как набегающие кричат: убить демонов!

Так они что, наваждение видят?

Как-то происходящее не походило на то, о чем рассказывала Мария. Хотя… Забег есть. Конкуренция есть. Разве что не вертикально поднимаемся, а горизонтально двигаемся. Единственное, что смущает, — уж как-то слишком легко участников выкашивают. Или это глюки, и все живы? Да не. Я сам лично шеи сворачивал. Или всё же обманулся?

Если честно, это смешно. Не свернутые шеи, а то, что эти придурки на нас побежали. Я довольно оскалился, почувствовал злорадство, когда отпрыгнул назад и основная толпа обрушилась на лысого. «Бедняки» какими-то знаками владели, но все их атаки были однотипны. Великих повелителей магии я не разглядел. Лысый отбивался куда изощреннее. Создавал лезвия из воздуха, которые пробивали насквозь. Кидал огненные шары. Лупил по головам самых шустрых посохом. Кидал всякие путы, которые сдавливали и ломали тела.

Донельзя заинтригованный происходящим, пользуясь мобильностью, я просто убегал. Ну и поток чужой ненависти пошёл в ту сторону, которую было проще достать.

Когда осталось штук пятнадцать волшебников, они дрогнули и попытались убежать. А мы — в каменной коробке стоим. Выходы-то исчезли. И даже под Каем не видно, как выбраться. Лысого тоже перемкнуло. Вначале он тушевался, а потом сам бросился в погоню. Каждого догнал. Жестокий паренек. На вид — молодой да ранний. Но нет же. Всех забил. В конце так по-простому действовал — посохом лупил. Ещё и кричал что-то. Я не понял что.

Чужому бою я отдал дань уважения. Во всех подробностях разглядел арсенал лысого. Физическая подготовка — на уровне конца первого курса. Способности — полноценный третий курс, всякое разное применял. Тактика — на отлично. Никто из его врагов не смог хотя бы один удар нанести.

В целом, логично. Зачем налегать на физическое развитие в мире, где так сразу не скажешь, что настоящее, а что фальшивое? Мышцы против такого не помогут.

Да, не повезло им… что я пришёл. Развитие у меня куда более комплексное.

Когда лысый нанёс последний добивающий удар, реальность снова дрогнула и начала разъезжаться.

Да что это такое?! Я уже собрался атаковать, а тут опять в разные стороны развели. Почему мне никак не дают убить этого типа? Что за подыгрывание?!

Раздражает.

Словно услышав, комната опять собираться начала. Мы оказались в разных углах. Появились две двери. Прозрачные. За ними поджидали враги, разные. Справа — воины с мечами наголо. Слева — жуткого вида демон, на вид хищный и опасный.

Мы переглянулись с лысым, и стало понятно, что дальше пройдет кто-то один. Он закрутил посох и выплеснул в меня связку знаков. Опять попытался взорвать пространство рядом. Я в сторону бросился и запетлял. Не он один изучал противника. Главное, под взрывную волну не попасть. Эта сволочь комбинировала атаки с наваждением. Видел я лысого в одном месте, а находился он в другом. Пришлось положиться на свои ощущения. Потому что вести полноценный бой и удерживать знак я в был не в состоянии. Часть атак тоже была иллюзорная, но я исправно от них уклонялся, демонстрируя чудеса акробатики и ловкости.

Ничего такого. Бывали у меня враги и посильнее, да побыстрее. А этому фанату блеска на черепушке явно не хватало опыта забегов. Просчитал я его куда быстрее, чем он меня. Узнал время создания знаков, любимые приемы. На какое расстояние расходится взрывная волна и как далеко надо отпрыгивать, чтобы защита выдержала.

А когда он выдал несколько явно коронных связок, чередуя с обычными атаками, и выдохся, сбавив темп, я бросился к нему напрямую, запустив по дуге цепь. Которую он увидел и… Целую секунду потратил на то, чтобы решить, от чего уворачиваться. Я ведь ещё и шар создал.

Шар, Гай, Дай.

Техника превратилась в молнию, протянулась от меня к нему и настигла цель. Он попытался отпрыгнуть, но тело явно «дало сбой». Так бывает, когда действовать нужно быстро, а подходящего рефлекса нет.

Его и молнией накрыло, разрушив защиту из знаков, которую он всё же выставил. И лезвие-грузило добралось. Он посохом попытался закрыться, но какой в этом смысл? Цепь вильнула и в плечо вошла. Вкручиваться стала. А это больно. Уж я-то знаю. Всякое на себе испытал.

Лысый мигом концентрацию потерял. Остальное — дело техники. Я темп не сбавлял и быстро рядом оказался. Он чем-то ударить попытался, но уже без огонька. В прямом смысле. Какая-то разновидность Дая, которую я проломил, и на него завалился.

Удар ножом, и всё, его история закончилась.

Я остался один в этом испытании.

Подгадав момент, раздался новый гонг. Единственное, что он мог означать — увеличение сложности. Так и вышло. Защитные пленки у дверей исчезли, стены разошлись, и я остался один против иллюзорного отряда солдат и демонов.

* * *

Люций смотрел на то, как толпа хлынула в башню. Их паренек, надо признать, вошёл стильно. По головам. Прямо в духе Марии. На которую мужчина покосился и задал вопрос.

— А твоё испытание сколько проходило?

— Пару часов, — ответила женщина, сверкая зеленью в глазах.

На полную она свой взгляд не задействовала, поэтому могла какое-то время поддерживать его без «платы».

— Ты ведь ему не все нюансы рассказала? — спросил мужчина.

Подробностей испытания своей жены Люций не знал. В то время, когда здесь побывала, они уже были знакомы, но ещё не встречались и тем более не были женаты. Тот период как раз сводился к тому, что Люций пытался ухаживать за «Бешеной стервой» в те редкие моменты, когда она возвращалась из Колодца с новой добычей.

— И да, и нет, — ответила женщина.

— М?..

— Я действительно не знаю, что там будет. Это ведь мир иллюзий. Здесь реальность перестраивается постоянно, по щелчку пальцев.

— Картинка разная, а нутро одно и то же, — недовольно сказал Люций, которому этот мир не нравился. — Так что там у тебя было? Что-то интересное?

— Бойня, — коротко ответила Мария и, подумав, пояснила: — Местные не просто так попытались убить Спара, лишь бы он не вошёл в башню. Из-за моего появления случилась бойня. Я вышла одна.

— А народу было также много?

— Нет. Куда меньше, — Мария посмотрела на то, как располовинило жадных неудачников закрывающимися воротами. — Я тогда была не особо сильнее Спара и куда хуже подготовлена. Камней — больше. А остальное — нет. Парнишка сейчас сильнее. Уверена, он справится.

— Значит, ждем пару часов и валим? — деловито спросил Люций.

— Ну… — протянула Мария.

— Что? — посмотрел на неё с подозрением мужчина, прищурившись.

— Народу много. Это при том, что многие узнали о чужаке. Значит, награда достойная. Может быть, он получит идеальные глаза. А если сложность испытания повысят, случится бойня, и он останется один… Мм… Мне прям завидно, что он получит. Ты знаешь, как меня бесит головная боль за использование глаз.

— Сначала он должен победить.

— Я в нем не сомневаюсь, — по-простому ответила Мария.

— Ещё скажи, что привязалась к мальчишке, — поддел её Люций.

Думал, что поддел, но укол прошёл мимо.

— Ничто человеческое мне не чуждо, — вздернула она нос. — Он был бы хорошим сыном, Люц.

— Ох… — вздохнул мужчина, почувствовав, что разговор сворачивает на болезненную для обоих тему. — Ты не ответила на вопрос. С чем будет связана задержка?

Миг сантиментов закончился, лицо Марии изменилось.

— А сам как думаешь? Местные аристократы потеряют детишек, в которых они вкладывались, с кем связали своё будущее. Что бы ты сделал, если бы твой наследник сдох из-за какого чужака?

— Убил бы его.

— Именно! — оскалилась Мария. — Поэтому, как только он выйдет, мы будем наблюдать следующую часть шоу.

— Ты не собираешься ему помогать? — догадался и удивился Люций.

— Видишь ли, мой дорогой муж… Глаза требуют активации, и лучше всего это происходит, когда испытываешь сильный стресс… Поэтому пойдем. Я здесь знаю место, где готовят настоящие, вкусные блюда. Тебе понравится.

— Но…

— Да расслабься. Оставим мальчишку одного и посмотрим, что с ним будет.

Люций вздохнул. Зная свою жену, он не удивится, если она и будет его вытаскивать, то уже со смертного одра. Ну и да, тому, что придётся с боем пробиваться через весь город, он тоже не удивится.

* * *

Спустя час Вологодские, пообедав, сидели на крыше дома, с видом на башню.

Наконец ворота открылись, и оттуда вышел, пошатываясь… Спар. Дымящийся, с подпалинами на одежде, от которой мало что осталось… Со следами ужасных ран, залитый кровью с ног до головы… С совершенно невменяемым и безумным взглядом… Двух глаз.

— Я же говорила, — победно усмехнулась Мария. — А теперь… Второй акт.

Люций дернулся, когда Спар упал вперед лицом, повалившись на землю, и затих. Мария придержала, и они вдвоем смотрели, как волшебники слетелись на тело, утаскивая Спара с площади.

Началась вторая часть испытания.

Глава 10. Одиночка, или Как волшебники со Спартанцем ближе познакомились

Последнее, что запомнил, — как тянусь к чему-то, острую боль в глазах, сильное жжение в пустой глазнице. Как повязку стянул и ничего не увидел, расплывалось всё. Как медленно шёл, с трудом ноги передвигая. Как кровь из тела выбегала и мутило. Боль, боль, боль… Враги, которые не кончались и ранили, рвали зубами, рубили.

Неудивительно, что после такого, очнувшись, я задергался. Столкнувшись с тем, что связан. Надежно, по рукам и ногам, шея тоже привязана была.

Ясность мысли ко мне не сразу вернулась. Слишком переход резким случился. От кровавого боя к положению пленника. Задергался ещё сильнее, но быстро выбился из сил и затих.

Замерев, попытался понять, что происходит. Глаза… Глаза видели! Оба глаза! Но в них бегали мушки, реальность расходилась кругами, всё текло и расплывалось. Не сразу до меня дошло, что глаза всего лишь слезятся. Я заморгал, пытаясь привести зрение в порядок и это даже удалось.

Первым, кого я увидел, был представительный мужчина в белом костюме, благородный и красивый. Только вот место, в котором мы находились, было совсем другим. Вовсе не благородным. Я обнаружил себя привязанным медицинской койке. Справа находился стол, а на нем всякие скальпели и прочие инструменты дожидались своего часа. Походили они вовсе не на то, чем людям помогают. Наоборот. Попахивало пыточными инструментами.

Из-за чего я в ступор впал. С трудом соображая, как мог оказаться в чей-то пыточной.

Но тут память полноценно заработала, и я вспомнил всё, что предшествовало попаданию сюда. Мир волшебников. Их гребаный фальшивый мир. Кровавый забег через башню. Получение глаз.

У меня, определенно, восстановился отсутствующий глаз. Я им видел. Значит, испытание я прошёл, а потом… Вспомнив о том, что этот мир полон обмана, создал внутри себя знак Кай. Лучше бы не создавал. Картинка принципиально не изменилась. Вместо лощеного джентльмена появился худощавый, высокий урод, с плешью на голове. Его взгляд сверлил меня с неподдельной ненавистью. Инструменты, идеально чистые, перестали так сверкать. Покрытые кровью и ржавчиной, не раз пускаемые в дело, они пугали куда больше.

— Ты будешь умирать долго. Убил сына господина. Заберем глаза, — сообщил мне этот тип.

Сказал он куда больше. Со злобой в голосе. Но понял я только это, уловив главное для меня.

Сейчас меня будут пытать. Забирать глаза. Убивать.

Но пытки и смерть не так впечатлили. В голове зашумело, забилась одна и та же мысль.

Глаза? Глаза?! Мои глаза заберут?!!

За одну секунду в голове пронеслось всё, через что я прошёл, чтобы добраться сюда. Отдал полтора года жизни. Прошёл через тяжелые испытания. В буквальном смысле пролил литры крови.

И теперь, когда я получил желаемое, они собираются это отобрать?!

Внезапно мир перестал расплываться и стал кристально ясным. Ушёл шум из головы. Мужчина передо мной заговорил в два раза медленнее. Только сейчас я заметил, что он не один. Ещё двое волшебников готовились к операции. Также возле дверей стояли охранники, скрытые наваждением. Одновременно я стал видеть и иллюзию, в которую меня погрузили, и то, что скрывается под ней.

Подвал, пятеро врагов, инструменты пытки, незавидная для меня участь.

В голове сам собой возник план спасения. Эти волшебники не ныряльщики. Они живут замкнуто, в Колодец не спускаются. Плохо представляют, на что я способен. Все свидетели моих способностей мертвы.

Незнание — смерти подобно.

Что я тут же и доказал. Круг вышел на пиковые обороты в три раза быстрее, чем до этого. Отметив этот факт, как и то, что мир замедлился ещё сильнее, я начал действовать.

Цепь, которая лежала в дальнем углу, брошенная, как и остальные мои вещи, поднялась в воздух и змеей метнулась к главному. Я был уверен, что это аристократ, а значит, он здесь самый опасный. У него была защита. Я видел марево знаков. Скрытых и замаскированных, они выделялись вложенной энергией. И направлены были против других знаков.

Лезвие вошло ему сзади в затылок, четко между позвонков. Умер он мгновенно. Другой конец цепи стеганул охранника слева. А следом — и того, что справа. Они начали реагировать, но не имели подходящего опыта. Это было видно по замешательству на лицах.

«Дай!» — ударил я «врачей».

Те реагировали ещё медленнее. Их кинуло на стену и вниз, они уже сползали, оглушенные. Цепь же продолжала борьбу с охранниками. Оплела, скользила вдоль тел, обхватывая шею и конечности. Их притянуло друг к другу, словно влюблённых.

Убедившись, что они не смогут кричать, я призвал пламя. То полыхнуло яркой вспышкой, перекрывая раздавшиеся хрипы.

Посмотрев на путы, я изучил их, подал энергию в руку и дернул. Ещё раз… Ещё. Скрепы не выдержали и правая рука оказалась свободна. Чтобы выбраться из остальных пут, хватило пяти секунд. Оказавшись на ногах, я только сейчас понял, что голый. Одежда лежала здесь же, но была настолько плохого вида, что я её проигнорировал. Главное — нашлось кольцо и камни. Лежали недалеко от цепи. Ещё тридцать секунд, и я полностью одет. Плаща волшебники тоже не заметили. Он ловко спрятался. Закутавшись в него, я тихо открыл дверь и вышел наружу.

Мир виделся четким и ясным. Если Вологодские не вытащили меня, значит, либо не сочли нужным, либо их что-то задержало. Искать их в чужом городе не представлялось разумным. Поэтому надо прорываться. Где я нахожусь, не знаю, сколько проработают глаза в таком режиме — тоже неизвестно. Поэтому действовать надо быстро, а если придётся, то и жестко.

* * *

Люций прикрывал рукой зевок, когда дверь особняка, за которым они наблюдали вот уже который час, вынесло и оттуда выскочил не кто иной, как Спар.

— Я же говорила, — довольно сказала Мария. — Паренек хорош.

Люций молча кивнул. Спар двигался иначе. Быстрее. Он и до этого шустрым был, но сейчас ещё скорости прибавил. Да и сами движения… Охрана подняла тревогу, парня попытались остановить. Разобрался он с охраной эффективно, быстро и кроваво.

— Когда выйдем к нему? — спросил Люций.

— Как сознание потеряет. А пока давай смотреть, что будет.

Ничего хорошего не было. Для его врагов. А сам парень нормально справлялся. Спар прокладывал себе путь, оставляя трупы, по принципу, хороший волшебник — мертвый волшебник. Охрана особняка действовала разрозненно и задержать его не смогла. А вот дальше… У ворот стояли кареты других пострадавших аристократов. Люций точно не знал, кто это, но предположил, что к стене этого особняка могли приехать и привезти с собой столько бойцов только они.

И Спартанец, перелетев забор, приземлился прямо посреди их сборища.

— Дело в том, — сказала Мария, — что в момент активации глаза выходят на пик. Чтобы они хорошо служили в дальнейшем, их, скажем так, надо как следует прогнать на высоких оборотах. Сложилась идеальная ситуация, чтобы Спар выложился на полную.

— Эти волшебники не кажутся мне кем-то серьезным.

— Это потому, что он пока не столкнулся со старшими волшебниками. А вот и они кстати.

У Люция никогда не было таланта к знакам. На этом поприще жена обскакала его, да и всех остальных людей-ныряльщиков, уйдя далеко вперед. Кое-что он знал. Что-то сам узнал в погружениях. Чему-то Мария научила. В частности, знаку Кай. Который мужчина отработал до совершенства и только за счёт него мог пробиваться за наваждение второго уровня. Остальное же на себя брало сверхвосприятие. Люций просто замечал несостыковки, логические ошибки, искажения. Поэтому мог заглянуть и за третий уровень. Точнее, не заглянуть, а понять, что его обманывают, и определить угрозу.

Мария рассказывала, что первый уровень наваждения могут использовать все без исключения волшебники. Для них это сродни дыханию. Как и базовые, самые простые знаки. Обычно бытового направления, потому что «боевая магия» — удел лишь избранных. Учеников школ, аристократов и тех, кто был связан с военным делом. Второй уровень, если брать простой люд, могли использовать самые талантливые. Или любой из аристократов. Третий уровень — это уже удел талантливых наследников старых семейств. Гроза призналась, что плохо понимает, как это работает.

Люций вспомнил этот расклад по той причине, что охрана использовала наваждения второго порядка. Которых Спар просто не замечал, укладывая одного волшебника за другим. Но когда в дело вступили старшие… Сам Люций даже не смог определить, где они находятся. Настолько запуталась реальность.

Исчез особняк, забор… И начался калейдоскоп.

— Муть какая, — заметил мужчина.

— Ага, — радостно сказала Мария, которую, кажется, происходящее забавляло.

Вместо особняка появилась равнина и целая армия, готовая к бою. Следом — каменные разломы и пламя, вырывающееся из трещин. На смену им пришла волна, монстры всех мастей, всевозможные атаки. Причем, самое смешное, эти наваждения соперничали друг с другом, скорее мешая, чем помогая. Неудивительно, что Спартанец этим пользовался и быстро проскочил опасное место, обошёл все ловушки и положил тех, кто встал у него на пути. А дальше запрыгнул на крышу и побежал.

— За ним! — азартно воскликнула Мария.

* * *

И снова забег закончился тем, что я очнулся совершенно в другом месте. Как отрубился — помнил смутно. Навалилась тяжесть, глаза словно в угли превратились и… Дальше в памяти провал.

Это пробуждение отличалось от предыдущего. Можно сказать, очнулся я в плохом состоянии, плохо соображая и обессиленный. Поэтому дергаться не стал, в драку не полез. Даже не испугался. Потому что не сразу вспомнил, где нахожусь. Захрипел, кто-то успокаивающе положил мне ладонь на грудь, приподнял голову и дал воды.

Одно это меня как-то успокоило. Раз поят — значит, всё хорошо.

Напившись, я какое-то время лежал, дышал и переходил из состояния плохо соображающего овоща, в существо мыслящее, задающееся вопросами. На глаза полагаться не стоило. Они снова плохо видели. Картинка двоилась, я видел что-то темное, но то ли это каменный свод, то ли потолок здания, то ли ночное небо — так сразу определить не смог.

— Плохо видишь? — спросила меня Мария.

Точно она. Голос знакомый. Или иллюзия? Я ведь в мире волшебников нахожусь. Или находился?

— Да, — ответил ей. — Мои глаза на месте? — вспомнил я, что было в предыдущее пробуждение, и забеспокоился.

А вдруг меня поймали и сейчас дурят наваждением? Чувствительность упала в ноль, энергия в круге была тяжелая и неповоротливая. Попытка создать знак отозвалась тяжестью.

— Глупый вопрос. Ты же что-то видишь, пусть и плохо, — пожурила она меня добродушно. — Не дергайся, это не наваждение. Мы покинули земли волшебников. Ты сбежал из плена, прорвался, сцепился с поисковыми отрядами, пока плутал и искал путь к Колодцу. А там вырубился, и мы тебя подобрали.

— Наблюдали? — догадался я.

— Да. Забавное зрелище было. Ты молодец.

Ясно. Нашли собачку для забав.

— Дай воды, — попросил её.

— Держи. Зрение скоро восстановится. Не вмешивались мы… — Мария легко считала мою реакцию, хотя я и постарался её не выдавать, — Чтобы ты прошёл через стресс. Так глаза активируются и лучше приживаются. Насколько вижу, всё прошло на отлично. Теперь нужен отдых, через сутки будешь как новенький.

— А поесть найдется? — спросил я, когда напился.

— Аппетит — это хорошо. Люций?

Чего она там мужа звала, я не понял. Как и того, кто именно мне тарелку в руки всучил. Точнее, сначала помог сесть, потом в одну руку тарелку походную всунул, во вторую — ложку. Дальше сам разобрался, дело-то нехитрое.

— Так что… — с прикрытыми глазами протянул я, — мы справились?

— Ты справился. Заслуженная победа, — голос Марии звучал необычайно тепло. — Расскажешь про испытание? Что там было?

Я рассказал про эту жесть. Последняя часть была особо жесткой. На меня десятки демонов всех мастей выпустили. А людей — всего один отряд почему-то, пусть и крупный. Почему — не знаю.

Рассказ много времени не занял. Пока говорил да на вопросы отвечал, свою порцию умял. А там и в сон потянуло. Только и успел тарелку с ложкой рядом поставить. Не заметил, как обратно упал и отрубился.

* * *

Следующее пробуждение, определенно, было самым нормальным, а оттого особо приятным.

Ничего не болело. Не жало. Не щемило. Не тянуло. Не пылало. Я чувствовал себя свежим, здоровым и полным сил. Сразу подниматься не стал, как проснулся, замер и прислушался. Тишина. Совсем звуков нет. Приоткрыл глаза и… увидел.

Нет, не что-то. Просто увидел. Один глаз прикрыл — вижу. Второй глаз прикрыл, а первый открыл — тоже вижу.

Тут-то меня и затопила радость. Я поднялся, подскочил зачем-то и… Запутавшись в ногах из-за затекших конечностей, навернулся. Кожу на ладонях о камень стесал.

— Спар, какого хрена, — возмутилась Мария. — Я спала между прочим!

— Прости… — смутился я. — А чего… происходит-то?

Падение как-то радости поубавило. Я и забеспокоиться успел, что с телом что-то не то. Но возмущение Грозы успокоило. Там и сам разглядел, что ничего такого не происходит. Находились мы в темной, небольшой пещерке. В Колодце, получается. Ну, или на каком-то там ярусе, у какого-то там мира. Насколько далеко меня унесли, я пока не знал.

Люций просто сидел. На меня со скучающим выражением посмотрел. Мария потянулась и дальше спать не легла.

— Нормально себя чувствуешь? — спросила она.

Я снова поднялся и подвигался. По ноге побежали колючие мурашки. Так и понял, что конечность всего лишь затекла. Мышцы спины забитые, шею чуть ломит. Ясно всё… Кто-то долго дрых в неудобной позе на камне. Я оценил вид своей лежанки и понял, что мне спальный мешок кинули и даже плащом накрыли, но вот, когда я выкатился оттуда и, кажется, лицом на земле поспал, никто поправлять не стал.

— Нормально, — покрутился я. — Размяться бы.

— Разминайся, — разрешила Гроза. — Раз пришёл в себя, через двадцать минут выходим. Засиделись мы здесь. Пора и возвращаться.

* * *

Собрались как-то быстро. Меня больше ни о чем не спрашивали. Я даже растерялся немного. Такой путь проделали, миссия выполнена, и… как-то это буднично произошло.

В моей голове не укладывалась мысль, что всё закончилось. Что я реально возвращаюсь обратно. Паранойя шептала, что обязательно должно что-то случиться. Колодец не даст выйти. Вологодские закинут в очередное испытание на десять лет, пока не выйду послушной машиной для уничтожения, или и вовсе просто кинут. Выйдем сейчас на перекрестке, а там — секретная дверь к Истоку, где меня принесут в жертву, и всё. Или что ситкары, дроу, мертвые устроят нам новую жесть и обязательно что-нибудь отнимут. В какой-то момент я отловил себя на мысли, что всерьез прикидываю, какую конечность потеряю и как потом буду добираться до очередного мира, чтобы получить особую ногу или руку.

Пришлось себя заставлять успокаиваться и возвращаться в «рабочую» колею. А то не дело это, думать об опасностях, вместо того чтобы крутить головой и выискивать реальные угрозы.

— Соберись, — Мария прошла мимо меня и щелкнула пальцем по носу. — Праздновать будешь, когда в крепость вернешься. А сейчас — самая опасная часть.

— Наш ждут новые неприятности? — спросил я с каким-то облегчением.

Когда точно знаешь об угрозе, куда легче.

— Не обязательно, — спокойно ответила Мария. — Просто, когда уже взял добычу, начинаешь думать о возвращении. О чем угодно, но не о главном, — рукой она обвела окружающий нас пейзаж. — Знал бы ты, сколько ныряльщиков сгинуло, расслабившись в последний момент.

— Понял. Расслабляться нельзя.

— Пару минут ты порадоваться можешь, — вставил Люций. — А потом да, соберись.

— Хорошо, — кивнул я. — А зеркало есть? — этот вопрос уже Марии задал.

— Найдется, — задумалась она и достала из кольца зеркало.

Как ни странно, это чудовище ещё и немного женщина, раз таскает с собой маленькое зеркало.

Глаза я рассмотрел. Зелень в них никуда не делась. Родной глаз ещё ярче стал. В новом темные и синие прожилки появились. Лицо в целом тоже преобразились. Шрамы, оставленные колдуном, никуда не делись, поэтому боковую часть лица рассекали тонкие полосы. Сам же глаз выглядел нормально.

— Да красивый, красивый, — рассмеялась Мария, смотря на то, как я кручусь. — Все девки твои будут!

— Шутки шутками, но я думал, что глаз необычный будет. Как у тебя, со способностями. А я ничего такого не чувствую.

— И хорошо, — кивнула она. — Сейчас твоя задача отдыхать. Никаких серьезных тренировок в ближайшую неделю, помимо контрактов с камнями. Поэтому расслабься. Будут тебе способности. Дай глазам время.

* * *

До перекрестка дошли без проблем. Там тоже Гроза не стала издеваться надо мной и проверять, сама выбрала путь. Переход через это место занял минут шесть. Дальше прошли мимо Колодца дроу, не поднимаясь к ним наверх. Никто на нас засады не устраивал, но я старался не расслабляться. Дроу и на седьмой ярус забраться могут, если приспичит.

На адских равнинах было повеселее. Пришлось делать остановку, когда к нам прицепилось нечто из лавы. Его попыталась достать Мария, но что-то пошло не так. Следом мечом ударил Люций. И снова что-то пошло не так. Вот и высадили меня, сказали подождать, а сами пошли валить эту тварь и увели её в сторону.

Думал, что вот сейчас-то точно гадость какая-то случится, но снова облом. Вологодские управились минуты за три, ещё и добычу какую-то взяли. Я даже поджариться не успел. Амулет хорошо отработал.

Территорию ситкаров проскочили также быстро. Увидели то поселение. Разрушенное. Тела успели завонять, трагедия случилась несколько дней назад. Вологодские ничего не сказали и молча прошли мимо. Я тоже не спрашивал. Говорили ведь, что у них жестокий мир.

Большую остановку сделали перед миром мертвых.

— Будем разбираться с твоими глазами, — сказала Мария. — Попробуй с ними заключить контракт, как с камнем.

— М-м? — удивился я, что так можно.

— Давай-давай. Это будет не контракт, а что-то типа инструкции по применению…

Сделал, что сказали.

Ощущения были необычные. Отчасти похоже на то, как контракт с камнями заключаешь. Меня словно потянуло куда-то, я в темноте себя ощутил. Не очутился, а именно ощутил. Погружения в другую реальность тоже не случилось. Мне просто открылось знание. Я словно особую связь с глазами установил, поняв о них кое-что важное.

Несколько долгих минут просидел, разбираясь. Как с глазами, так и с информацией как таковой. Ведь с ней тоже по-разному поступить можно.

Глаза я получил два. В смысле, два разных. Тот, что новый носил имя Глаз демона.

От названия в мурашки бросило. Какое-то не очень доброе имя, если честно. Но потом разобрался, что к чему, успокоился.

Оказалось, что мне доступно четыре уровня развития глаз. Которые откроются при соблюдении определенных условий. Хвала удаче, не самых сложных. В случае первого глаза всего-то нужно убивать демонов. Облегчению моему не было предела. Людей убивать не надо, злодейства творить не обязательно. Единственное, что смущало, — слабые демоны не прокатят. Если только в самом начале. Чтобы раскрыть всю мощь, придётся валить по-настоящему сильных, а значит, опасных тварей. И не одну, а десятками. Также, если я буду избегать драк с демонами, могу ослепнуть.

Проще говоря, мне выдали бочонок меда и пару раз туда плюнули. Но я не в обиде. Видеть двумя глазами — в миллион раз приятнее. Да и условия, если подумать, приемлемые. Убивать демонов я не против. То, что риск имеется, — так и оплата высокая. Как я понял, по мере развития глаз в момент их активации буду становиться сильнее. Как это выглядит на практике и какой прирост, а главное, к чему именно, мне ещё предстоит разбираться.

Со вторыми глазами было одновременно и проще, и… ироничнее. Уж не знаю, насколько это связано, но родной глаз теперь носил имя — глаз защитника. Весь свой потенциал он будет раскрывать, когда я кого-то защищаю.

Ирония же в том, что я получил идеальное усиление, если вспомнить, ради чего я к силе стремлюсь — защищать друзей.

Сопутствующий минус даже назвать таковым нельзя. Если брошу кого-то, как и в случае с демоническим глазом, ослепнуть могу. Но бросать я никого не собираюсь, поэтому не страшно.

— Что там? — поторопила меня Мария, которой надоело ждать.

— Разбираюсь. Это не так просто, — ответил я, по-прежнему сосредоточенный на связи с глазами.

Гроза недовольно засопела, но дальше торопить не стала, дала мне изучить остальные нюансы и обдумать ситуацию.

Получается, у меня теперь два новых глаза, с отдельным путем развития. Сила «защитника» будет подниматься вместе с «демоническим», раскрывая потенциал в момент, когда кого-то защищаю. Как я понял, если набью достаточно демонов, подниму глаза до четвертого уровня, то глаз защитника ещё выше подняться сможет. Не в повседневной жизни, а в момент защиты кого-то.

Очень, очень перспективный путь развития. Я прямо заинтригован.

А что касается Марии, как-то я не захотел рассказать ей все нюансы. На первый взгляд, это логично. Она куда опытнее, а значит, сможет дать дельный совет. На второй же взгляд, да и на третий — Вологодские слишком опасны, чтобы им всё как на духу выкладывать. Не настал ли тот момент, когда надо что-то утаить, оставить себе козырь?

В итоге так и сделал. Рассказал про демонический глаз, а про защитника умолчал.

— Неплохо, — сказала Мария, выслушав мой пересказ. — Со способностями разобрался?

— Нет, — покачал я головой.

— Тогда будем проверять на практике. Люций… — обратилась она к мужу.

— Опять я, — вздохнул он лениво, — прямо сейчас?

— А когда ещё? — удивилась она. — Мне же интересно!

Невысказанная вслух просьба Грозы привела к тому, что Люций задался целью меня избить. Под благовидным предлогом, в виде спарринга. В рукопашную он дрался не так хорошо, как с мечом, но его физические возможности превосходили мои на голову. На деле это означало, что мужчина может выписать мне оплеух столько, сколько потребуется.

Задумка получилась далеко не сразу. Когда я уже поплыл, а Люций начал раздражаться и всё меньше сдерживаться — в этот момент внутри меня что-то щёлкнуло. Глаза обдало жаром, мир стал четким, а движения Люция — понятыми и прогнозируемыми. Я тоже стал быстрее и, увернувшись, впечатал кулак ему в челюсть.

Мужчина пошатнула и на пару шагов отступил. Глянул на меня то ли довольно, то ли заинтересованно и начал бить куда серьезнее, на ходу нащупывая мой предел.

Тот обнаружился довольно скоро. Я стал быстрее и сильнее. Процентов на двадцать-тридцать. Читал движения противника, из-за чего действовал максимально эффективно. Собственно, на этом всё.

Ах да. В этом режиме я продержался с минуту, а потом глаза перестали «гореть», голову прострелило болью, и я резко просел в эффективности, отправившись в полёт от пропущенного удара.

— Неплохо, неплохо, — сказала Мария, наклонившись надо мной. — Боевые качества повысились, уже хорошо. А с остальным — разберемся.

Пришлось разбираться. В связи с чем задержались на месте на пару дней.

Я помнил, что глаза работали куда лучше, когда очнулся в плену. Гроза объяснила, что это из-за первого пробуждения-всплеска. Грубо говоря, мне выдали силу авансом, показали, как оно может быть, а потом выставили минимум, чтобы был стимул развиваться. Я не в обиде. Мне главное — что два глаза теперь. Остальное — приятный бонус.

Вскоре узнали, что изменения не только в физической силе. Знаки я стал сплетать чуть быстрее. Шар иначе увидел. Впервые разглядел не единую структуру, а набор нитей, которые сплетались и вращались.

— Подумай над тем, как изменить нити и увеличить их количество, — предложила Гроза, когда поделился с ней открытием.

Я кивнул, взял это на заметку и… Ничего не стал делать. Потому что, помимо плюсов, были и минусы. В первый раз я удерживал «взгляд демона» пятьдесят восемь секунд. Это мне Люций точную цифру назвал. Отходил я после этого около часа. То есть сама способность заблокировалась, и я себя плохо чувствовал. Тело будто не было готово к таким нагрузкам и новому уровню. Поэтому, как и сказала Гроза, пришлось тренироваться.

По истечении двух дней я чувствовал себя куда увереннее. Продолжительность выросла до двух минут на пике, без последующего отката. Перезарядка сократилась до получаса.

Я постепенно адаптировался.

Понятное дело, впереди меня ждало ещё множество тренировок, чтобы раскрыть весь потенциал. Но происходить это будет уже не здесь, а, надеюсь, в крепости.

По истечении двух дней Гроза скомандовала выход, и мы отправились дальше.

Глава 11. Возвращение, или Как Спартанец совсем не той встречи ожидал

Колодец — мастер обманывать ожидания.

За весь путь только в одном месте нам встретились демоны. На четвертом. До этого мы спокойно добрались до клайдов, отдохнули там пару дней, Вологодские провернули свои дела, я закупился всяким разным, и… Стоило подняться наверх, как уловил этот привкус демонов.

Нас ждали мелкие гады, которых я и раньше с легкостью бил, а сейчас уж тем более. В общем, Колодец надо мной поиздевался. Я искал демонов, чтобы развить глаз и посмотреть, как это работает, и никого до четвертого яруса не встретил. Мир мертвых мы прошли без проблем. Мертвецы, как и в прошлый раз, стояли замершие и не двигались. Мы их не касались, никто нам подставу не устраивал, костяные драконы не летали — демоны тоже не появились. Про седьмой ярус и сказать нечего. Быстро горы проскочили. У клайдов… Ну, понятно.

Как и сказал, первых демонов я ощутил на четвертом. Мелочёвку, которую я перебил. Слишком незначительную по силе, чтобы глаз получил прибавку.

Тут-то я и прочувствовал главную подставу с глазом. Мне ведь нельзя уходить, пока рядом есть живые демоны. А их здесь были десятки, и они прятались. Стоило мне разобраться с самыми ближайшими и подумать, что всё, как я чувствовал новое скопление, и приходилось уходить дальше, где эта схема повторялась. Слабые, однотипные демоны ничего не могли мне сделать. Я скакал, как блоха, между камнями и выносил их пачками… Для того чтобы засечь новую группу.

Продолжалось это около трёх часов. Вологодские, которые не пожелали в этом участвовать и остановились внизу, возле прохода успели заскучать.

Прекрасно их понимаю. Я и сам заскучал.

В итоге демоны кончились, и мы пошли дальше. Выбрались без каких-либо проблем. Я до последнего подвоха ожидал.

С того момента, как я осознал, что получил желаемое и пора возвращаться, у меня внутри тугая пружина закрутилась. Правы были Вологодские, говоря, что возвращение — одна из самых опасных частей похода. Мне приходилось прикладывать серьезные усилия, чтобы оставаться собранным и сохранять бдительность. Но даже так, понимая всю важность, я нет-нет да и начинал думать о друзьях, о дальнейшей жизни, о прошедшем времен и тех изменениях, с которыми столкнусь. Это было сильнее меня и само в голову лезло.

Первый раз пружина внутри серьезно распрямилась, когда адские земли прошли. Самый проблемный для меня участок. После него я уже имел шансы вернуться обратно, даже если Вологодские пропадут. Когда мертвые земли прошли, ещё легче стало. Считай, я расслабился. Но в этом и была проблема. Требовалось сохранить напряжение, но правильное.

Как пошутила Мария, прекрасно видя моё состояние, — опытный бык отличается от молодого отсутствием суеты.

Что сказать, она была абсолютно права. Я сам от себя не ожидал, что после испытаний, всех этих трудностей, моя психика подкинет такие проблемы.

Когда добрались до третьего яруса, а там и до Колодца, меня аж замутило. Настолько я извел себя переживаниями и попытками их контролировать.

— Лодки нет, — Гроза озвучила то, что мы и так видели.

— Так поднимемся? — уточнил Люций.

— Да, давай. Не хочу ждать. Да и мальчик наш совсем извелся, — подколола меня Мария.

Мне захотелось ей средний палец показать, но сдержался.

Замечу, что в этот раз, на пристани, народу не было. Прибыли мы в ночное время. Поэтому непонятно, на что рассчитывали Вологодские. Насколько знаю, лодка Хадсонов работает исключительно в дневное время. А вот то, что семейная пара впервые на моей памяти накинула капюшоны, перед этим сменив плащи — я отметил. Походило на то, что они не хотят, чтобы их заметили.

Пока я обдумывал эти наблюдения, Люций создал шар. Мы опять встали рядом, я посередине. Мария какие-то знаки ещё сплела. То ли защиту, то ли маскировку. Поднимались медленно, там надо три яруса преодолеть, путь минимум полчаса займет. Поэтому я решил прояснить один вопрос.

— У меня наверху один вопрос не улажен, — припомнил я брата Альбы.

— Что за вопрос? — спросила Мария без интереса.

— Надо кое-кого убить.

— Ого, Люций, ты посмотри, как наш мальчик возмужал.

— Я не мальчик и не ваш. Какой дальнейший план? У меня будет пара лишних часов разобраться с проблемой?

— А можно подробнее? Что за проблема? — уточнила Мария.

Скрывать мне было нечего. Рассказал про встречу. Гроза вопросы стала задавать, пришлось выдать всю историю. Которую я тоже не видел повода скрывать.

— То есть тебя взяла в разработку какая-то баба, но обломалась и погибла, и у неё есть злобный братец, который хочет отомстить и при этом он криминальный авторитет? — резюмировала она. — Да, такие вопросы надо решать. Чего сразу его не прикончил?

— Да это… — смутился я. — Не в себе тогда был.

Тот эпизод я успел обдумать несколько раз. И правда, самое рациональное поведение в той ситуации — убить этого Тайджо. Но, как и сказал, тогда я после первого испытания был. Мозги несколько иначе работали, не так, как обычно.

— Бывает, — спокойно ответила Мария. — Ладно. Люций, ты тогда посмотри машину, проверь, в порядке ли с неё всё, а я прогуляюсь со Спаром.

— Это небезопасно.

— Да ничего не случится, — отмахнулась она. — Я лезть не буду, пусть сам свои проблемы решает. Постою в сторонке… Чтобы в последний момент не споткнулся и шею себе не сломал, — рассмеялась она.

Люций никак не изменился внешне…. Точнее, так как стояли мы плотно друг к другу, я и не мог увидеть, что там у него с лицом. Но по наблюдениям прошлого — он никак внешне не изменился. Зато от него повеяло чем-то нехорошим, опасным.

— Ладно, — коротко сказал он. — Ты хоть знаешь, где этого человека искать?

— Да. Вычислил их базу в прошлый раз.

— А если его там нет? — спросил он тоном, подразумевающим, что задержки неприемлемы.

— Значит, проблему придётся отложить.

— Хорошо, — кивнул он.

Так и договорились.

* * *

Спустя минут двадцать, после того как поднялись, мы стояли с Грозой на крыше здания, которое напротив базы коршунов.

— Как это иронично, — сказала Гроза.

Я маскировался плащом и на фоне ночного неба был почти невидим, во всяком случае, я на это надеялся. Она тоже как-то маскировалась, и единственное, что я различал, — это смутный, темный силуэт. Но голос слышал отлично, как и интонации. Которыми Мария намекнула, что хочет поговорить.

Без мужа. А раз так, значит, будет провоцировать и допускает, что я сорвусь.

Интересно, интересно. Посмотрим, что скажет.

— Ради своих целей ты перебил кучу волшебников, а теперь собираешься устранить врага, который бросил тебе вызов, — продолжила она, не дождавшись реакции. — Кого-то мне это напоминает.

— Кого же? — решил я подыграть, поняв, куда она клонит.

— Любого разумного человека? — в её голосе послышались смешинки.

— Но ты ведь имеешь в виду кого-то конкретного.

— Просто это так забавно, что нас за те же самые поступки ты называешь чудовищами.

— Хочешь сказать, что я тоже чудовище?

— А разве это не так? — хмыкнула Мария.

— Отличий хватает, — меня этот разговор начал утомлять. — Во-первых, я убивал только тех волшебников, которые нападали на меня. Во-вторых, этот Тайджо тоже хотел меня убить. К тому же он совсем не добрый человек. Возможно, я тоже чудовище, раз готов убивать, но вы… О нет, Мария, ты куда большее чудовище. Без обид. Это просто факт.

— А если бы волшебники прикончили твою рыжую? Ты бы им мстил? А если бы Тайджо взял её и изнасиловал? Или не рыжую, а юную целительницу? Как бы ты поступил с ним и со всей его бандой? А если в этот момент тебе бы попалась на пути его дочь или другая сестра?

— Да-да-да, — отмахнулся я. — Не буду отрицать, что встать на путь мести очень легко. Возможно, через десяток лет я не буду от вас отличаться. Но, надеюсь, этого всё же не произойдет.

— Мы тебе так не нравимся? — с интересом спросила Мария.

— Смотря, что ты имеешь в виду. Как по мне — вы всего лишь несчастные неудачники.

Из-за маскировки я не видел лица Марии, но ощутил, что хожу по краю. Напряжение разлилось между нами, стало покалывать.

— Не пояснишь мысль? — спросила она ровным тоном. — С чего это мы — да ещё и несчастные неудачники?

— Так это же очевидно. Ты уверена, что хочешь говорить об этом здесь и сейчас? — кивнул я на базу Коршунов. — У меня, вообще-то, дела есть.

— Нет уж, раз начал, говори.

— Как знаешь… — пожал я плечами. — Поправь меня, если ошибаюсь, но что хорошего в вашей жизни есть? Детей у вас так и не появилось, хотя вы об этом так мечтали. Друзья? Близкие? Разве кто-то ждет вашего возвращения? Разве у вас хотя бы есть дом? Быть может, вы что-то создали? Или кто-то вам благодарен?

— Сказал тот, кто благодаря нам вернул глаз и стал сильнее.

— Я не говорил, что вы бесполезны. Я сказал, что вы несчастны. Одиноки. Разрушаете всё, что вокруг вас. А касательно своих целей, которых не смогли достичь, неудачливы. Ты ведь хотела откровенного разговора, Мария? Вот тебе откровенность. Я очень надеюсь, что не стану таким же, как и вы. Потому что в этом нет ничего хорошего.

— Юный, юный Спар… — может, она мастерски играет, но по голосу не чувствовалось, что я её как-то задел. — Как много ты не понимаешь. То, что у нас нет детей, — это не следствие нашей ошибки, а следствие фатума. Того, что нам неподвластно. То, что у нас не осталось родни, — это как раз прямое следствие недостатка силы на тот момент. И я просто напомню, что твой друг жив благодаря мне. Как и то, что мы выбили демона из городов, где он обосновался, когда вы, очень удачливые и счастливые, этого не смогли сделать.

— Это лишь означает, что с вами общаются не потому, что вы приятны, а потому, что полезны. Вот и всё. Ты мне многое про фатум можешь рассказать, Мария, я не сомневаюсь. Но с тем же Такеном отношения испортились исключительно благодаря чьему-то характеру.

— Какой колючий мальчишка, — зафыркала она. — Прямо гордость берет, какой ты злой стал. Я подожду несколько лет, Спар, а потом посмотрю на тебя. Искренне надеюсь, что со своей жизнью ты справишься куда лучше нас. А теперь вперед. Иди убивай этих людей, потому что они тебе мешают, — рассмеялась она.

Облегченно выдохнув, что этот разговор закончился без отрыва конечностей, я спрыгнул с крыши.

Не было уверенности, что поступил правильно. Это была очередная попытка изменить формат наших отношений, занять более удачную позицию. Но что-то сомневаюсь, что получилось. С этой Грозой ни в чем нельзя быть уверенным.

Ладно, мысли прочь. Нужно делом заняться.

* * *

Тайджо лежал мертвым.

Эту ночь он проводил на базе, спокойно спал, когда на них обрушилась смерть.

Мужчина сообразил, что происходит, когда охрану уже перебили и враг явился за ним. Бой был коротким и жестоким. Закончился он тем, что Тайджо оказался на полу, со сломанной шеей.

Враг уже ушёл, на базе царила в буквальном смысле мертвая тишина, когда мужчина, тоже мертвый, сделал резкий вдох и распрямился.

Со стоном и кряхтением он потянулся непослушными руками к шее, дернул и поставил голову на место. Обессиленно упав обратно.

«Смерть, — билась в голове Тайджо мысль. — Я снова прошёл через смерть».

Думал он об этом вовсе не с горечью. Один из легендарных камней, которые он добыл лично в Колодце, подарил ему возможность становиться каждый раз сильнее после смерти и воскрешения. Так что игра не закончилась, а только начиналась.

* * *

С проблемой я разобрался кардинальным образом. Перебил всех, кто был на базе, в конце прикончив Тайджо.

В прошлую нашу встречу я ощутил, что стал сильнее в сравнении с тем, что было на момент выхода из крепости. Сейчас же моя сила возросла ещё выше. Рядовые члены банды не смогли что-либо противопоставить обычному набору умений, а на их главаря я пошёл с активированными глазами.

— Ещё скажи, что тебе это не понравилось, — встретила меня Мария, на том же самом месте.

— Понравилось? — удивился я вопросу. — Если ты про то, как легко решилась проблема, то да, понравилось. Если ты про убийства, то нет, они не работают. Это просто… работа, — подобрал я подходящее слово.

Мария на это хмыкнула, на что я ей ответил.

— Такен нас хорошо учил. Что бы ты там ни думала, тяги к бессмысленным убийствам у нас нет.

— Ладно-ладно, — ответила она. — Хватит ворчать. Идем уже.

Когда вернулись, Люций закончил разбираться с грузовиком, который был оставлен на территории Хадсонов. Собственно, этот грузовик уже ждал нас двоих, заведенный, за воротами. Поэтому мы даже к самим Хадсанам не заглянули. Просто забрались в машину и отбыли.

Когда уже за территорию пригорода выехали, на пустую дорогу, я расслабился. Как ни крути, а пригород — это повышенный источник опасности. Мало ли какие враги у Вологодских есть. Могли и засаду устроить. Они её и здесь, на дороге, устроить могут, но всё же здесь попроще. Не так много людей.

К тому же я всё ещё оставался под присмотром Вологодских. Это какая-никакая, но гарантия безопасности. Сейчас им точно нет смысла устраивать мне подлянку, после того как вернулись. Немного познакомившись с ними ближе, предположу, что Гроза доставит меня обратно целехоньким, чтобы… повыпендриваться. А что, вполне нормальное желание. Я бы тоже на её месте захотел утереть нос Такену. Если я по силе обогнал всех остальных учеников, то это будет отличным поводом, чтобы кое-кому возгордиться.

Но эти игры меня меньше всего волновали. Я думал над последним разговором. Пытался понять, чего Гроза добивается. Так ничего и не придумал. Слишком много вариантов. Если это какая-то попытка промыть мне мозги и завербовать, то хитрая и аккуратная.

Сейчас, анализируя всё произошедшее, я не чувствовал в себе желания отказаться от друзей и предать Такена, переметнуться к Вологодским. Значит, либо у них не получилось меня завербовать, либо игра идет куда тоньше.

Есть над чем голову поломать. Ну да у меня ещё две недели пути до крепости.

* * *

Грузовик остановился задолго до крепости. Замер посреди дороги по причине того, что Такен в броне преградил нам путь.

Как-то это не походило на радужную встречу. Уж что-что, а угрожающую позу, пусть Мастер и замер неподвижно, я определить мог.

Я первым вылез и к нему прыгнул. Лица опять не видно, бесит, но тут он всё же снял шлем и посмотрел на меня.

— Все живы? — спросил я первым делом.

— Да, — улыбнулся он. — Сам как?

— Помятый, побитый, живой, — улыбнулся и я во всю ширь.

— Чего это ты нас встречать вышел? — вылезла Мария из машины.

— Да вот, — когда он посмотрел на неё, взгляд его перестал быть добрым. — Обсудить надо кое-что.

— Даже так… — протянула она, и у меня мурашки по спине побежали. — Спар, иди к друзьям. Ты же по ним так соскучился.

— Да, иди, — коротко кивнул мне Такен.

Я подмигнул Такену, обогнул его и побежал к крепости. Сейчас день, все уже должны были вернуться с пробежки, а значит, находятся где-то внутри.

Если у Мастера какие-то терки с этими двумя — пусть сами разбираются. Не маленькие ведь.

* * *

— Ну? — спросила Мария, сложив руки на груди и проследив, как унесся Спар. — Что с нашей дочерью?

— Живее всех живых. Многому научилась, — ответил Такен, смотря то на Марию, то на Люция, который тоже выбрался из машины. — Вы что… — мужчина хотел выругаться, но сдержался и сдавленно прошипел: — Устроили?!

— Уточни, в каком месте мы что-то устроили, — невозмутимо, с нотками издевки, спросила Мария.

— А что, есть много вариантов?! — разозлился Такен. — Зачем вы напали на северян? Вы чем думали?!

— Ой, какие мы нежные и ранимые, — всплеснула руками Мария. — Тебя это не касается.

— Не касается?! Вы спровоцировали войну на севере. О которой все узнали и обвиняют в этом нас троих! Более того, кто-то целенаправленно распускает слухи, что мы новая шестерка и собираемся подмять власть под себя, объединить города и вернуть устройство прошлого мира!

Разумеется, Такен не собирался вести свою войну против могущественного демона в одиночку. Это было невозможно. Нельзя контролировать все города в мире. С охотниками на монстров он давно договор заключил. Борис Секира исправно снабжал его информацией обо всяких странностях. Но этого было мало. Нужны были если не союзы, то хотя бы налаженный обмен информацией с аристократами. И всё было хорошо до вспыхнувшей войны на севере.

Если конфликт на территории Херсов ещё можно было спустить на тормозах и выдать за то, что они действительно продались общему врагу… Что и так звучало с натяжкой… То выходка Вологодских закрыла этот путь и теперь Такена везде встречали в штыки, небезосновательно считая, что он с Вологодскими ведет свою игру.

Во что было куда проще поверить, чем в существование разумного демона.

То, что все планы посыпались, Легион получил возможность действовать куда более свободно, и тому причиной сумасбродные Вологодские, выводило Такена из себя.

В то же время напротив него закипала Мария.

— Не тебе мне рассказывать про смирение, Такен! Или ты на старости лет потерял весь пыл и хватку?! С каких это пор ты прощаешь врагов?! Или ты этого требуешь только от нас?! Они убили мою сестру! Я должна была забыть об этом? Ты-то смог забыть! А ведь она была тебе близка!

— Моё желание мести никуда не делось! — резко ответил Такен. — Но сейчас на кону нечто куда более важное, чем сведение счётов в бессмысленной войне!

— Бессмысленной… — прошипела Мария. — А знаешь, меня это достало. Будем драться. Один на один.

— Мари… — отмер Люций, который слушал нарастающий скандал молча.

— Нет! — рявкнула женщина. — Не лезь! Не надо меня сейчас защищать! Устроим обычный мордобой, Такен. Выясним, кто сильнее, и разом решим все споры! Останься здесь, Люций.

— Нет, — теперь и в его голосе прозвучала твердость.

— Тогда оставь свой меч здесь. Чтобы не было соблазна вмешаться и поединок прошёл честно, — надавила Мария. — Прошу.

Люцию сказанное очень не понравилось. Но и, как исправить ситуацию, он не придумал. Глянул на Такена, увидел злость и раздражение в его глазах. Достал и воткнул меч в землю.

— Постарайтесь не убить друг друга, — только и сказал он.

— Так тому и быть, — принял вызов Такен.

* * *

Ворота были закрыты, поэтому, не парясь, я перемахнул через стену. Охрана проводила меня подозрительными взглядами, но останавливать не стала. Пусть Такен и остановил нас заранее, но отсюда вполне можно было разглядеть происходящее. Я и сам обернулся. Глянул, чего они там. Оставили машину и отправились куда-то вдаль.

Драться будут? Хотелось бы посмотреть, но не просто же так они меня отослали. Разговор по душам намечается не для посторонних ушей.

В Такене я не сомневался. Пусть Вологодские и чудовища, но Мастер уж точно не умрет. Правда, если ему наваляют, это тоже проблем создаст. Но вот как наваляют, так и будем разбираться.

А пока… Уже в прыжке я увидел, что во дворе никого нет. Обедают? Или на лекциях сидят, а может, по комнатам разбрелись?

Проверить я решил со столовки и не прогадал.

До двери дойти не успел, как та открылась. Первым вышел Кузня со своими парнями. Меня увидели и замерли. Кузня меня взглядом окинул и нахмурился чего-то.

— Остальные там? — спросил его.

— Ага, — кивнул он, — Так живой, значит.

Я плечами пожал и улыбнулся. Настроение было хорошим настолько, что и Кузне рад улыбнуться.

— Ну, здорова тогда, что ли, — хмыкнул он и руку протянул.

Неожиданно немного, но я пожал. И другим парням тоже.

Пока здоровались, вышли и мои парни. Шупа что-то рассказывал Версу, Тим на выходе зевнул и куда-то вверх смотрел, Калия за ними следом шла.

Вышли и на меня уставились.

— Да ладно! — первым отмер Шупа. — Спар! Хватай его! — радостно крикнул он.

И побежал хватать. Вместе с Версом. Вдвоем они меня сграбастали и стали… Ну, пожалуй, что и обнимать. Хотя больше походило на попытку удушения.

— Живой! — трясли меня.

— С глазом!

— Исхудал!

— Совсем слабый стал, наверное! — кричал Шупа, хохоча.

— Живее всех живых! — смог ответить я. — Ну что вы тут? А? Совсем обленились без меня-то?!

— Да кто ленился-то! — возмутился Шупа. — Давай спарринг! Покажем, кто тут сопляк!

Где-то в этот момент внутри меня что-то надломилась. А может, та пружина, которая все эти месяцы натягивалась, распрямилась и развалилась наконец-то. Пожалуй, я был по-настоящему счастлив.

На крики и остальные вышли. Стропо откуда-то появился. Тоже обнял меня крепко. Тич что-то говорил, но на фоне общей радости и шума я плохо его расслышал.

А потом раз, и грохот прокатился, со стороны гор. Все разом отвлеклись, забеспокоились.

— Что это? — спросил вслух Шупа.

— Такен с Вологодскими общается, — ответил я. — Не парьтесь.

Последние мои слова проигнорировали. Народ зашумел, заволновался. Ну вот, весь момент Вологодские испортили. Что они такого натворили, что Такен на обострение пошёл? Не из-за меня же драка случилась.

Почувствовав что-то недоброе у себя за спиной, обернулся и увидел Гатса. Его мертвое лицо и такие же мертвые глаза.

— Гатс! — крикнула Калия. — Не надо!

Рядом он оказался дюже быстро. Кулак врезался мне в лицо, откидывая. Хорошо ударил, так, что зубы зашатались, а губы в мясо разбило. Полетел я по дуге и упал на спину.

Ну какая встреча без хорошей драки, да?

Подниматься я не спешил. Интересно было, что дальше произойдет. На локтях приподнялся и увидел, как мои парни Гатса удерживают. Калия на нем сзади повисла. А взгляд его — ко мне прикован. Безумный взгляд.

Мне не понравилось.

— Шупа! — крикнул я. — Не мешай Гатсу здороваться. Шупа! — повысил я голос, когда меня не расслышали.

— Спар? — повернулся тот, посмотрел на меня и что-то понял. — Будь осторожен.

Парни отступили.

— А ну прекратить! — рявкнул Стропо.

— Да не переживай, наставник, — улыбнулся я ему, что с окровавленными губами выглядело так себе. — Пусть скажет всё, что хочет.

Гатс не стал рваться, распрямился. Калия у него за спиной совсем потерялась. Я её взгляд поймал и кивнул. Она руки отпустила и соскользнула.

Прилетел новый грохот со стороны гор. На этот раз ещё и раскаты молний добавились. Гроза дерется, ясно.

Краем глаза успел заметить, как третий набор со своих блоков выполз на шум. Да и второй из здания на улицу высыпал.

Гатс тем временем, когда ему перестали мешать, кинулся на меня. Стоило ему с места сорваться, я руками оттолкнулся и встал, приготовившись. От первого удара я увернулся, второй едва коснулся подбородка, третий тоже в молоко ушёл, четвертый, ногой, в бедро угодил.

Я отступал, заставляя тех, кто сзади стоял, тоже отходить.

Про себя думал, чего Гатс так въелся? Пусть мы и перестали быть друзьями, но вроде поводов для такой ненависти не было.

Наконец он меня подловил. За горло схватил, поднял и швырнул в стену столовки. Я бы многое мог сделать, но позволил меня побить. Ещё до того, как упал, он рядом оказался и кулак в грудь впечатал. А вот это уже больно было.

— Это ведь ты… Ты?! — прокричал он мне в лицо. — Сказал им?!

Оскалившись, я даже усмехнуться смог.

— А ты умнее не стал, да? Кому им и что сказал-то?

— Этим тварям! — выдал он дрожащим от ненависти голосом.

Отпустив меня, Гатс отошёл на шаг и пояснил нормально.

— Вологодские напали на клан Северус. Мои родители убиты. Моя мать! — опять сорвался он. — Она никогда… Никогда не принимала участия в сражениях… Её тоже убили. Из-за тебя.

— Да? — удивился я, сразу поняв, в чем причина агрессии Такена. — Так получается, всех тех выблядков, которые Алисию убили, уничтожили? Ах сволочи! Мне никого не оставили! — возмутился я эгоистичностью Вологодских.

— Что? — отшатнулся Гатс. — Ты этому радуешься?! Сотни невинных жертв, начавшаяся война на севере, смерть моих родителей — радуют тебя?! — прошипел он, закипая.

У него за спиной стоял весь наш набор. Калия смотрела испуганно. Впервые вижу страх на её лице. Шупа и парни — сосредоточенно, встревоженно. Стропо — хмурился. Кузня — криво улыбался. Единственный, кто был спокоен — Тич. Или не спокоен, а предельно сосредоточен.

Пока я их разглядывал, нервы Гатса сдали, и он снова попытался меня ударить. На этот раз я грушу для битья изображать не стал. Увернулся и оттолкнул его. Что не так-то легко оказалось. Гатс стал крупнее и тяжелее. А я, наоборот, схуднул.

— Радует? Ты не представляешь насколько, — оскалился я. — Алисия тоже была невинна, и её твои ублюдочные родичи распотрошили, прибив к стене! Пытали перед смертью! Война на севере, невинные? Да мне плевать. Пусть хоть все сдохнут. Знаешь, чем занималась Алисия? — подался я вперед и сказал это Гатсу в лицо. — Защищала детей. При её жизни никто не умер от голода. А стоило её убить, как началась бойня. Я видел десятки смертей детей, которым нечего было есть, которым негде было ночевать, которым некого было защитить. Так что ты мне там про свой клан говоришь? Кучку богатых уродов размазали тонким слоем? Из-за меня? — рассмеялся я. — А может, из-за того что они ублюдки, убившие мирную женщину?

Гатс выслушал всё от и до. В его глазах, помимо ненависти, я видел нешуточную боль. Получается… Вологодские напали в ту отлучку, когда их месяц не было. Гатс узнал об этом, когда мы уже уехали, и те месяцы, что я отсутствовал… Жил с этой болью.

Да и плевать.

Состояние его изменилось резко, противоестественно. Эмоции исчезли, лицо затвердело. Повеяло отчетливым, жгучим желанием убить меня.

Сорвало резьбу у паренька.

Он вытянул руку в сторону, и меч, что находился на тренировочной площадке, пролетел над учениками и скользнул ему в руку. Замах был хороший. Прямо отличный.

Мои глаза вспыхнули огнем, мир снова стал четким и понятным, а движения Гатса очевидными. Я разглядел в деталях, и как он атакует, и как другие реагируют. Шутки-то кончились. Стропо нас своей силой приложил, но ни я, ни Гатс её даже не заметили. Тич крикнул всем разойтись и тоже свою силу применил. Бесполезно. Калия бросилась вперед, но Шупа её удержал, Верс помог.

Я сместился в сторону, меч прошёл в считанных сантиметрах и врезался в стену здания, пробивая её насквозь. Изнутри раздался вскрик кухарок, растянувшись для меня по времени.

Схватившись правой рукой за лезвие, я подпрыгнул и ударил ногой Гатсу в голову. Та дернулась, парень отшатнулся и вытащил лезвие из столовой. Ему требовалось пространство для маневра, чтобы развернуться. Но сзади — другие ученики, а впереди — стена.

Поэтому он попытался меня проткнуть. Будто у него шпага, а не шпала. Я подпрыгнул, встал ногами на лезвие, которое шло вперед, создал шар и, крутанувшись, с разворота впечатал Гатсу в голову. Шар взорвался, его откинуло, а я крутанул сальто назад, приземлившись на ноги.

Когда он встал, я уже был рядом. Вблизи его меч бесполезен, а значит, нельзя давать ему развернуться.

Ударил парня в корпус — его подбросило, он оказался на ногах, выпустив меч. Гатс не смутился, пошёл врукопашную. Хорошо знакомый стиль. Он не сильно продвинулся в рукопашной технике за прошедшее время. Я задвигался, уводя его руки в сторону. Стиль Грозы, как иронично. Он пытался меня достать, но не успевал. Я принялся обрабатывать его по корпусу, давить, сбивать настрой. Нанес десятки ударов по нему и последним отбросил от себя.

— Дайте нам пространство! — крикнул я.

Сейчас другие ученики воспринимались как досадная помеха. Я не хотел, чтобы кого-то задело. Но также я не хотел, чтобы они мешали Гатсу.

Нет уж. Я жаждал чистой победы. Хотел стереть с его лица высокомерие.

Ученики расступились. Стропо всех разогнал. Нам дали пространство. А я дал Гатсу время медленно подняться.

— Что-то ты совсем слабый стал, — бросил я ему. — Не занимался, что ли?

— Убью, — сказал он ровным, холодным тоном.

— Смотри, не надорвись, — ответил я ему с ухмылкой.

По изменившимся движениям я понял, что он задействовал силу круга. А до этого как-то совсем без огонька дрался. Посмотрим, чему он научился…

Гатс стал раза в два быстрее. Он опять меч притянул. Ударил широко, размашисто. Его оружие было окутано энергией. Таким ударом и крепостную стену разнести можно.

Я не стал мудрить и снова подпрыгнул. Он повернул оружие, резко изменил его траекторию и вверх повёл. Я руку выставил, под защитой, и меня вперед увлекло.

«Дай!» — направил я знак парню в голову.

Гатса мотнуло, атака мечом сбилась, и я сбоку спрыгнул. А теперь… Удар ногой, боковой в корпус. Парень защититься не успел, его подкинуло и согнуло в дугу. Споткнувшись, он завалился.

— Неудачник, — сплюнул я оставшуюся во рту кровь. — Покажешь ты мне хороший бой или нет?

— Вологодский ублюдок, — бросил он мне, поднимаясь. — Удавлю…

— Много громким слов, — поманил я его.

На этот раз он действовал иначе. Удары стали точнее, жестче. Он замахал мечом, пытаясь попасть в меня. Но я всегда оставался чуточку впереди.

Подгадав момент, я оказался рядом и принялся его обрабатывать. Гатс просто не успевал за мной. Меч ему мешал, и он отбросил железку. Начал ставить блоки и пытаться сам атаковать. Его движения читались так легко…

В череде ударов последний стал прямой в живот. Гатса откинуло, он харкнул в полете кровью и упал на спину, развалившись. Я подошёл к нему. Усилием воли перестал использовать глаза. Мир вернулся к прежней, размытой четкости.

— Знаешь, — присел я рядом. — Какая злая ирония… Скажи мне ты об участии твоего клана в смерти Алисии… Я бы взбесился бы, наверное. Был шокирован. Быть может, сломлен. Но прошло бы время, и я бы успокоился. Поговорил с тобой. Как друзья, понимаешь? Хотя откуда тебе это понять. Тогда бы, переварив эту новость, я ничего не стал говорить Грозе. Оставил бы месть для себя. Если бы кто-то из твоих близких был причастен, это стало бы проблемой, которую я не знаю, как решить. А если нет… Прошли бы годы, и я убил бы виновных точечно. Твоя мать бы не погибла. Все лишние смерти не случились бы. Поэтому не надо винить меня, дружок. Ты и сам внес вклад в это дерьмо своей тупостью.

Высказавшись, я похлопал Гатса по груди и поднялся. Именно в этот момент раздался властный голос Такена.

— Что вы здесь устроили?

Повернувшись, я увидел и Такена, и Вологодских. Люций выглядел ровно так же, как и до этого. Мария была… скажем так, слегка помятой. Такен же… Ну, его броня осталась целой, а о внутреннем состоянии я мог лишь догадываться.

Неужто он этих двоих победил? Ну, мужик, уважаю.

Так как он смотрел на меня, я развёл руками и улыбнулся, насколько мог. Мол, бывает, размялись немного, не серчай, наставник.

Сзади раздался шорох. Гатс поднимался. Поднял он и свой меч. «Если ударит в спину, придётся его убить…» — мелькнула мысль.

Но он прошёл мимо меня.

Я был уверен, что он едва слышно сказал — достало.

Внезапно от Гатса пошла черная, густая, неприятная энергия. Что будет в следующий миг, я понял и без всяких глаз.

Всё произошло молниеносно. Кажется, удивились все.

Вот мы стояли вдали друг от друга, а вот все участники конфликта сошлись в одной точке.

Гатс, преодолев десяток метров меньше чем за секунду, замер с занесенной рукой, в которой держал меч. Он не успел его опустить на голову Марии, которая неуверенно дернулась и не успевала увернуться. Замер и я, удерживая его руку. Пришлось её сломать, поэтому меч сейчас скорее держал я, чем сам парень. Замер и Люций, с мечом наголо, который торчал из моей груди и предназначался Гатсу. Замер и Такен, который тоже замер с мечом, никуда не успев.

Я посмотрел на Люция и не увидел в его глазах ровным счётом ничего. Вместо того чтобы выдернуть клинок из меня, он надавил и резко вогнал его в Гатса. Дотянулся совсем немного, но дотянулся же.

— Кха… — выплюнул я кровь прямо в него.

— Люций! — крикнул Такен.

Его меч замер у горла мужчины.

— Такен! — крикнула Мария нечеловеческим голосом. — Убери! Меч! От моего! Мужа!

Вот и вернулся в крепость. Вот и закатил на радостях пирушку.

Глава 12. По краю, или Как Спартанец на обострение пошёл

Такен, когда узнал, что натворили Вологодские, понял, что конфронтация неизбежна. Почему они так сделали, он прекрасно понимал и даже не осуждал. Сам бы так поступил, чего уж.

Просто такая позиция, когда Вологодские, которых связывали с Такеном, творят, что хотят, и отнюдь не мирно себя ведут, рушила все планы, а значит, было два варианта. Либо напрочь с ними рассориться, так, чтобы все узнали, либо… Как-то их приструнить.

Первый вариант был плох тем, что Гроза со своим набором способностей единственная, кто может эффективно сдерживать колдунов. Да и без этого Вологодские просто две мощные боевые единицы, ссориться с которыми и чревато, и банально невыгодно. Второй же вариант был плох тем, что попробуй найди на них управу.

Такен и искал. Проанализировал всё то, что видел. Постоянно думал над тем, что этому противопоставить. Отрабатывал новые трюки. Обменял кое-что из артефактов на новые игрушки, которые могли помочь.

И наконец этот день настал. Вологодские вернулись.

Почему-то Генри Хадсон не послал весточку, что они вышли из Колодца. Хотя что тут гадать. Такен был уверен, что Вологодские его лично попросили. Да так, что старый извозчик не рискнул ослушаться. Другие знакомые тоже не предупредили, а значит, Вологодские возвращались скрытно. Об их появлении Такен узнал за несколько часов, когда они проехали ближайший пригород.

Времени услать Гатса куда-нибудь подальше не было. Пришлось выходить и встречать лично, до того как они попадут в крепость.

Когда Спартанец вылез из машины, Такен внимательно его оглядел. Изменился ученик, сильно изменился. Глаз вернул, молодец. Но лицо другое. Жесткое, более взрослое. Значит, и правда провёл больше года во временной аномалии. Было интересно, как его Гроза натаскала, но этот вопрос пришлось отложить.

Короткий разговор привёл к тому, что Мария предложила поединок один на один. Повезло. Такен не особо верил, что Люций не вмешается. Если жене будет угрожать настоящая опасность, его ничто не остановит. И то, что он меч оставил — ничего не меняло. Да, главную игрушку оставил, но сколько у него запасных клинков в кольце?

— Здесь или отойдем? — спросил Такен.

— Отойдем, — кивнула Мария. — А то ещё дом твой разрушим. Нехорошо это. Кстати, ты тоже меч и броню убирай. Иначе у меня будет слишком большой соблазн их развоплотить.

— Не беспокойся за это, — ответил Такен.

— Как знаешь, я предупредила, — пожала плечами Мария.

И они пошли. Удалились метров на сто от крепости и начали.

Бой вышел быстрым, яростным и… фальшивым. В какой-то момент Такен догадался, что Гроза поддается. Чтобы «старый друг» победил, самоутвердился и успокоился. Это не значило, что было совсем уж легко. Поваляли они друг друга знатно. Что Гроза, что Такен, несколько раз пробивали собой скалы. Не говоря уж под попадание других атак.

Люций за всё время так ни разу и не вмешался. А значит, был уверен, что жене ничего не угрожает.

Такен по этому поводу ничего не сказал. Если читать между строк, со стороны Вологодских это было немое согласие «вести себя хорошо». Во что Такен верить не собирался, но… Ситуация слишком сложная и неоднозначная, чтобы вот так легко её разрулить.

— Перед тем как я вас впущу внутрь, — сказал Такен, — обещайте, что никого не убьете.

— Если на нас никто не нападет, то не убьем, — ответила Мария, а Люций кивнул.

Такен на это лишь вздохнул. Оговорка была вполне понятна. Если Такен сможет удержать в узде своего щенка, то и они его не тронут.

Мужчина в этот момент чувствовал, что ступает по очень тонкому льду. Каково же ему было, придя в крепость, увидеть там итоги мордобоя. Гатс валялся на земле. Спар стоял рядом с ним.

«Ну, не самый плохой расклад», — подумал Такен.

И в этот момент Гатс, которого вроде как избили, поднялся и запылал черным пламенем. Чего раньше за ним замечено не было.

Атаковал он очень быстро. Настолько, что Такен после поединка не успел среагировать. Не успела и Мария. Единственные, кто успел, — Спар и Люций.

Дальше ситуация окончательно вышла из-под контроля.

* * *

— Такен! — прорычала Мария. — Убери! Меч! От моего! Мужа!

— Не раньше, чем Люций уберет свой меч! Ну! — надавил Такен на горло Люция.

— Уйди, — ответил тот. — Он напал на мою жену. Живым он отсюда не уйдет.

Клинок Люция так и продолжал торчать в моей груди. Я видел, что ещё чуть-чуть и моё тело не остановит его. Разрубит Гатса прямо через меня.

Шар, Дай!

Техника закрутилась, врезалась Люцию в голову и откинула от меня. Из-за чего Люций выдернул меч и лезвие расширило рану ещё сильнее.

— Спар! — гнев в голосе Марии вышел на пару оборотов выше.

Чувствуя, как силы покидают тело, я подсобрался, создал ещё один шар и… С разворота вбил собравшемуся вырваться Гатсу. Парня крутануло, провернуло, и он врезался в землю. Удерживая шар, я надавил ещё сильнее, выводя Гатса из строя.

Когда распрямился, встретился с Люцием взглядом. А вот и мой приговор.

Не ожидал, что у меня получится его откинуть. Это всё глаза. Оба. Которые сейчас активировались, усиливая меня.

Рана в теле тоже закрылась куда быстрее, чем должна была. Я почувствовал себя сносно, приготовился к развитию конфликта. Такен замер между мной и Вологодскими, прикрывая. Другие ученики, весь первый курс, собрались вокруг нас, готовые вмешаться.

— Ах ты ублюдок! — выкрикнула Мария. — Ты на кого руку поднял, паршивец?!

— Так вышло, — ответил я невозмутимо. — Это… — пнул я ногой тушу Гатса. — Моя сучка для битья. Так что пошли нахрен от него.

— Ты защищаешь родича тех, кто убил Алисию?! — подалась Мария вперед, игнорируя Такена с мечом.

Тот собирался преградить ей путь, но Люций мгновенно среагировал и уже его меч уперся в Мастера. Чем Мария и воспользовалась, обойдя Такена и приблизившись ко мне. Глаза женщины светились яркой зеленью, по телу пробегали разряды, а волосы извивались, подобно змеям.

— Когда её убивали, он был ребенком.

— Что же… — резко вздернула она подборок. — Ты мне должен желание. Убей его сам или отойди и не мешай.

— Мария, хватит! — потребовал Такен.

— Мы обещали никого не убивать, если на нас не нападут! — рявкнула она в ответ. — Ты сам виноват, что не удержал на цепи своего щенка! А ты, — уставилась она на меня, — исполняй обещанное.

— Желание… — проговорил я недобро и сделал пару шагов от Гатса. — Ну, отошёл. Желание исполнено, сделка закрыта.

Подошёл я вплотную к Марии, перекрывая ей проход.

— Это так не работает, — сказала она холодно.

— Да, знаю. Поэтому предлагаю новую сделку. Уверен, вам хватит сил убить Гатса. Но после этого я задамся целью убить вас. Уверен, у вас и на меня сил хватит. Но тогда все ваши мечтания об Истоке пойдут прахом…

Мария в ответ на это почти без замаха собралась пощёчину мне влепить. Сработали рефлексы, и я перехватил её руку.

— Не все секреты глаз рассказал, да? — усмехнулась она. — Хорошо, Спар. Я преподам тебе урок реальной жизни. Где-то через двадцать-тридцать секунд твои глаза перестанут работать, и ты ослабнешь, — выдернула она свою руку из моей. — После чего я убью этого мальчишку, — кивнула Мария в сторону Гатса. — А когда ты дернешься и атакуешь нас, оторву тебе конечности. Ты от этого не умрешь и даже сможешь восстановиться через пару недель. Но до этого… Лежа в собственной крови, абсолютно бессильный… Ты увидишь, как я аннулирую нашу сделку. Убью твоего друга и буду в своем праве, потому что жив он исключительно благодаря мне. После этого я возьму в плен твоих подруг и, если ты заартачишься, прикончу и их. А если потребуется, перебью одного за другим всех твоих друзей…

— Знаешь, в чем второй секрет глаз? — спросил я. — В том, чтобы защитить тех, кого сочту нужным. А ты угрожаешь тому единственному, что мне дорого в жизни…

По её взгляду понял, что она собралась меня проучить и поставить на место.

Мария отшагнула назад, начав сплетать знаки. Я ускорился, создал шар и оказался чуточку быстрее. Способности камня в этом плане выигрывали у знаков. Но Гроза тоже владела силой камней. Шар взорвался раньше, чем коснулся её. Ожидая этого, я просто навалился на женщину. Разница в весе и скорость сделали своё дело. Мы оба рухнули.

Великая легендарщица была опрокинута на спину обычным толчком.

В тот же момент Люций вспыхнул яростью. Что он там делает, как ему противостоит Такен, я не видел, сосредоточенный на своей битве. Зато хорошо ощутил, как это убийственное намерение врезается в меня, пытается разорвать.

Но прошла долгая секунда, которой хватило сделать то, что у меня отлично получалось. Я разом вобрал в себя всю энергию, что окружала Грозу. Резко подавшись вперед, ударил лбом в лицо. И — пробил!

Где-то за спиной раздался звон мечей, одним лишь отголоском меня откинуло вперед, сдернуло с Марии. Развернувшись в воздухе, я приземлился на ноги. Тело переполняла энергия. Слишком много её вобрал.

Но, когда дернулся вперед, Мария уже стояла на ногах. Вместо того чтобы добить или атаковать меня, оказалась между Такеном и мужем. Клинки замерли в считанных сантиметрах от неё. Двое мужчин к этому моменту разнесли часть двора, стена обвалилась.

— Хватит, — пусть меня и потряхивало, но я услышал голос Марии. — Я повторяю условия договора, Такен. Держи щенка на привязи, и мы не будем его убивать. А теперь, если ты не хочешь идти на похороны, будь добр, проводи нас в наши комнаты и организуй ванну. Я, знаешь ли, устала с дороги.

И, наплевав на тот, что тут чуть бойня на случилась, Мария, игнорируя всех, ушла.

Люций убрал меч. Осмотрел всех. Задержался на мне взглядом. Молча пообещал убить особо жестоко и тоже ушёл.

— Приберитесь здесь, что ли, — сказал Такен и тоже собирался уйти.

— Мастер! — позвал я.

— Да? — оглянулся он, и в его голосе послышалась нервозность.

— А можно мы вечером столовую займем? Посидим с ребятами.

— Можно, Спар, можно. Только крепость не разнесите. Ей и так досталось…

* * *

Когда Шупа вышел во двор после завтрака, голова его была забита тем, что ещё придумать, чтобы их группа продолжала удерживать лидерские позиции по общему зачёту. Заметив Спара, парень не сразу понял, кого именно видит. Не ожидал, что тот вот так появится, без предупреждения, и не признал. Вроде то же лицо, но какое-то другое.

Не разобравшись в своих ощущениях, Шупа наконец понял, что Спар вернулся, и понеслось. Радость встречи была неподдельной, и это всё могло бы закончиться куда лучше, но… На эмоциях Шупа забыл про Гатса и про то, что случилось пару месяцев назад.

Надо признать, что это время Гатс потратил не зря. Он и до этого как-то прочно обосновался на позиции лучшего, а с тех пор словно одержимым стал. Поэтому, когда он бросился на Спара, а тот пропустил первые удары, Шупа не на шутку испугался. Испугался и разозлился, потому что как можно было испортить такой хороший момент! Для Шупы это было чуть ли не личным оскорблением.

Вместе с парнями и Калией он попытался удержать Гатса. Пока удержать… Шупа был готов и силу применить, но тут Спар попросил отойти в сторону.

И как-то неожиданно для себя Шупа понял, а с чего он взял, что Спар — проиграет? От того сквозило такой уверенностью, что Шупа скомандовал отпустить Гатса.

После чего они наблюдали, без всяких сомнений, отличный бой. Когда Гатс в разнос пошёл и меч в ход пустил, у Шупы внутри что-то сжалось, но быстро отпустило. Спар доминировал безоговорочно. Внезапно для себя Шупа понял, что они все теперь ему не соперники. Скорость и точность движений, хищные и мощные удары.

Отдельную пикантность добавлял грохот, доносящийся откуда-то со стороны гор.

Шупа разрывался между двумя этими событиями. Непонятно, что делать. То ли эти две машины разнимать, то ли идти на помощь Мастеру. Но разрывался парень так, совсем чуть-чуть, можно сказать, наплевательски. В Такене он не сомневался и просто отказывался верить, что с ним может что-то случиться. А Спар… Спар продемонстрировал такой уровень боя, что бояться за него было глупо.

Что и было доказано по итогу. А уж эти пафосные фразы, эмоциональные крики — любо-дорого посмотреть.

Только вот как-то не до шуток стало, когда Такен и Вологодские вернулись в крепость. Шупа сначала вжал голову в плечи, ожидая разноса, но вместо этого чертов безумный Гатс опять схватился за меч. Парень подумал, что сейчас тот рубанет Спара, но вместо этого… Шупа знал все приёмы Гатса. Досконально. Изучал, запоминал, а перед сном продумывал, что противопоставить. Но то, что Гатс демонстрировал в этот момент, было далеко за гранью прошлого уровня.

Мечника будто черным пламенем подожгли. Впрочем, почему будто. Шупа физически ощутил жажду крови, а дальше… Просто не успел разглядеть, как эти двое исчезли в одном месте, и появились в другом.

Перестановка на поле боя произошла слишком быстро.

Когда Шупа увидел, что Люций пробил и Спара, и Гатса, он сжал кулаки и приготовился драться. Плевать, что это сами Вологодские. Что-то они совсем оборзели.

Тон Грозы, когда она пообещала всех здесь поубивать и прикончить Шупу одним из первых, его ничуть не впечатлил. Парень, хоть и понимал, что это самоуверенно, был готов вписаться за своих против кого угодно.

И — вписался.

Когда Спар, которому, вообще-то, смертельный удар нанесли, добрался до Грозы и разбил ей лицо… Вот тогда-то и пришлось выступить на стороне Такена. Против Люция. Весь их курс дружно разрядил в него имеющиеся способности. А потом ещё раз. Что мечник просто проигнорировал, обменявшись за это время десятком ударов с Такеном, часть из которых была настолько сильной, что собравшихся учеников разметало в стороны.

Безумие закончилось так же быстро, как и началось. Шупа встал, отряхнулся, совершенно не понимая, куда это всё зайдет, и немного расслабился после слов Грозы. Которая замяла конфликт и явно собиралась остаться в крепости. Следов крови, которые Шупа отчётливо видел у неё на лице, уже не было.

— А можно мы вечером столовую займем? Посидим с ребятами, — спросил Спар вслед уходящему Такену.

Которому тоже кровь пустили. Как и Люцию. Что особо контрастировало с тем, как быстро закончилась схватка и даже никто не умер.

Если не считать Гатса. Тот валялся в снежной грязи, истекал кровью и смотрел безжизненным взглядом в небо.

— Может, ему кто поможет? — спросил Спар, когда Такен дал добро и ушёл. — Джиха? Не хотелось бы омрачать этот день ещё сильнее… — задумчиво добавил он.

— Ну ничего ты резкий! — выдал Шупа, первым подошёл и хлопнул Спара по плечу. — Где твоя рана? — обвинительно ткнул он в место, откуда совсем недавно торчал меч. — Только не говори, что ты освоил регенерацию!

— Регенерацию, защитную пленку, адаптацию, с десяток знаков и всякие новые трюки, — расплылся Спар в наглой улыбке. — А теперь… Я вас всех рад видеть, но мне, кажется, надо переодеться. Вечером гуляем, приходите все, кто захочет! Стол накрою!

— Ну дела, — покачал головой Шупа.

* * *

За последние два месяца Калия усвоила свой первый урок по отношениям — если в костер не подбрасывать дрова, то он быстро затухнет.

В обиде за это на Гатса она не была. Его можно было понять. Любого бы перемкнуло после потери… нормальной семьи. Самая Калия была не уверена, что сильно бы горевала, погибни её мать. Из-за отца бы да, расстроилась. Из-за сестры расстроилась совсем немного. Но было очевидно, что связь Гатса со своими родителями куда сильнее.

Поэтому Калия понимала.

Но между пониманием чужой боли и умением с этим что-то сделать, да и желанием тоже, лежит большая пропасть, как выяснилось. Великой любви не случилось с обеих сторон. Гатс замкнулся, погрузился в тренировки, общался со всеми исключительно по делу. Калия попыталась несколько раз пробиться через эту броню, но не преуспела и решила, что так будет лучше.

В этот самый обычный день, плотно поев, она вышла на улицу и увидела вернувшего Спара. Разумеется, с подачи Шупы, о том, что Вологодские засунули его во временную аномалию, знали все три курса. Что не помешало девушке растеряться, увидев обновленного Спартанца. Вырос на пару сантиметров, похудел, стал жилистым… Точнее, жестким. Очень-очень жестким. Это читалось и во взгляде, и в движениях. Даже сквозь общую радость от встречи.

Сама Калия радости не испытала. Та вспыхнула, пронеслась по телу и… была тут же вытеснена освоенной интуицией. Не сразу догадавшись, что происходит, Калия обернулась и увидела Гатса, поняв, что сейчас произойдет.

Не зря он считался лучшим учеником. Калия заступила ему дорогу, но Гатс мягко её обошёл и оказался рядом со Спаром. Тот ничего не смог сделать и отлетел назад. А дальше… Они вчетвером попытались сдержать Гатса, пока Спар валялся. Тич требовал успокоиться. Стропо тоже ругался рядом. Но никто из них не смог остановить зарождающуюся трагедию.

Что было дальше, Калия не поняла. Спар, которого избивали, оказалось, позволял с собой это делать и, когда Гатс выдвинул ему обвинения, перешёл в наступление. Мигом показав, насколько стал сильнее.

«Ну, сейчас начнётся», — подумала Калия.

И не ошиблась. Гатс пошёл в разнос. Решил убить. Пусть их отношения и закончились, но она слишком хорошо изучала парня. Если вначале, несмотря на всю боль и ненависть, он сдерживался, то сейчас, получив отпор, перестал.

Но и Спар, как оказалось, показал не все трюки. Апогеем стало, когда эти двое размылись в воздухе и… Глаза Калии распахнулись, когда до неё дошло, что Спар заступился за Гатса, прикрыл того, буквально, своим телом. Люций бил в сердце. Девушка не видела, успел он отвести оружие или нет. В любом случае рана была смертельной. Но при всём этом Спар умудрялся удерживать и Гатса, и его меч на одной руке. Второй — атаковал Люция и умудрился отбросить великого воина.

Ну и, как финал, он разбил лицо самой Вологодской. Той, которую сам Такен называл одной из сильнейших.

На этом фоне то, что чуть не разразилась настоящая бойня, как-то отошло на второй план. Конфликт был замят. Ученики собрались снова, три прославленных ныряльщика ушли. Джиха бросилась к Гатсу, Калия — вместе с ней.

Девушка заглянула в глаза парню и поняла, что тот полностью, тотально раздавлен.

— Это правда я виноват? — едва слышно прошептали его губы.

Джиха сделала вид, что не слышит, занявшись ранами. Шупа и парни увели Спара в жилой блок. Остальные тоже задерживаться не стали. Троица быстро осталась одна.

— Спар прикрыл тебя от смертельного удара, — сказала Калия, не зная, насколько это подходящие слова. — Хоть и сказал раньше, что ты ему больше не друг. Думаю, вы оба виноваты. В том, что упрямые бараны. Ты только не умирай, ладно? — попросила Калия. — Жизнь продолжается.

— Как же я теперь умру, — скривил губы Гатс. — Я ведь теперь чужая сучка для битья.

— Не надо было от тренировок отлынивать, — нервно пошутила Калия.

Только вот Гатс что-то совсем не смеялся, так и оставшись лежать.

* * *

Тамара, с легкой подачи Джихи некоторое время назад открыла для себя любовные романы. И, что называется, нырнула в них с головой. Ситкартка, которая никогда никаких развлечений не видела, и уж тем более увлекательно написанных, да ещё на интересную тему, про любовь, подсела, как на тяжелый наркотик. Которого в библиотеке крепости оказалось несколько полок, в дальнем углу.

Подсела она со всеми отсюда вытекающим, таким, как «почитать ещё часок и уснуть за два часа до подъема, забывшись». Также Тамара узнала, что и у её выносливости есть предел.

И вот вчера она добила последнюю в крепости книгу. Откуда в библиотеке любовные романы и кто их собрал, она этим вопросом не задавалась. Просто, отчаянно зевая после утренней пробежки, решила вздремнуть полчасика после завтрака. Справедливо считая, что Калия и Джиха поднимутся в комнату перед занятиями и разбудят её.

Кто же знал, что весь распорядок дня обрушится в связи с возвращением одного дерзкого Спартанца.

Калия действительно её разбудила. На полчаса позже. Когда пришла к себе в комнату и тихо сползла по двери, только сейчас вспомнив, что живет с «любительницей читать в коридоре».

— Эй! — позвала Калия, которая думала, что у неё будет минутка привести чувства в порядок и собраться с мыслями. — Там твой братик приехал! Сильный! Тебе наваляет!

— А-а? — подняла голову Тамара.

Щеку она отлежала, а волосы превратились в запутавшийся комок. Осознав, что ей только что сказали, в одних трусах и майке Тамара выскочила в коридор и с криком:

— Братик вернулся!

Унеслась куда-то вдаль.

Калия же нервно захихикала, таким нехитрым способом отпуская нервное напряжение.

Глава 13. Награда для героя или то, Как Спартанец подарки раздавал

Знаете, что такое любовь за десять секунд с приятным, но неловким окончанием?

Я не знал.

Теперь знаю.

Парни потащили меня в сторону жилища, но довести не успели. Пушка, которая уже была во дворе, пронеслась через разделяющее нас расстояние и напрыгнула на меня. Смачно так. Со всей силы. Чудом устоял.

— Вернулся! — выдохнула она.

Кхм… Выдохнула прямо в рот. Так что это было скорее «верну-у-а-ался», но кому какое дело? Раздался одобрительный свист, шепотки и ворчание Тима, что за такое и по шее от наставников получить можно.

Что рыжая проигнорировала. Схватив меня за руку и крикнув:

— Спар, пошли скорее, покажу что, — она потащила меня наверх.

Протащила в мою же комнату. Где без всяких лишних слов, но с таким выражением на лице, что, если я попробую возразить, она меня убьет, и плевать ей на любые наказания, рыжая… Ну…

Как и сказал, мы оба уложились в десять секунд, потому что её простая искренность, пыл и ненасытность мигом довели меня до пика. Рыжая выгнулась и сдавленно застонала.

Ни мне, ни ей этого не хватило. Думал ли я в тот момент головой? Нет. Совсем нет. То, что у нас двоих будут проблемы, как-то мимо пронеслось. Пушка мне вскружила голову, и я показал ей, насколько соскучился.

Что там происходило вокруг нас, я понятия не имел. В комнату никто не входил. Из парней. До самого финала.

Я ведь не просто так упомянул про неловкость в конце. Когда мы уже закончили и прижимались друг к другу, пытаясь отдышаться, дверь открылась и…

— Братик! — внутрь влетела Тамара.

Как влетела, так и остановилась, словно в стену врезалась. Я был к ней лицом, на мне сидела рыжая, без штанов, и, уверен, Тамаре интересный вид открылся, во многих смыслах. Она вспыхнула, развернулась и выскочила обратно.

Рыжая же тихо засмеялась.

* * *

— Ну-с, — протянул Такен, не зная, с чего начать, когда они в кабинет.

— Налей Люцию выпить, — попросила Мария. — А то ему теперь неловко просить.

— У меня дежавю, — сказал Такен. — Будьте добры, обрадуйте меня и скажите, что свалите из крепости.

— Да не, — отмахнулась Мария. — Как ты мог подумать такую глупость? Конечно, останемся. Ещё и преподавать будем.

— Что-то у тебя настроение подозрительно хорошее, — прищурился Такен, достав выпивку и присмотревшись к женщине. — После того как Спар тебя уделал.

— Это вышло красиво, — не смутилась Гроза. — Обманул меня, в атаку пошёл, был готов сдохнуть. Отличный ученик. Прямо как я в молодости. Такой же безбашенный. А что он в Колодце творил! У-у-у! — протянула Мария.

— А теперь повтори это Люцию на ушко, потому что твой гиперчувствительный муж уже задумал его убить, — покосился Такен на мужчину. — Как иначе, ведь его жене разбили личико.

— Люций, не дури, — попросила Мария. — Парень реально хорош. Не надо его убивать. Ни в скором времени, не после всех наших дел.

Люций отвернулся и уставился в окно. Выпивку он проигнорировал.

— Не сработало, — вздохнул Такен. — Что делает бессмысленным все наши договоренности. На самом деле есть два пути. Либо вы приносите мне самые страшные клятвы послушания и в том, что никого не убьете, без согласования, по крайней мере, как в крепости, так и за её пределами, либо валите на все четыре стороны.

— Какой ты грубый, Такен, — надула губки Мария, которую забавляла ситуация, и серьезной она её не считала. — Я, между прочим, полностью сдержала своё обещание! Натаскала мальчишку, сделала его сильнее и вернула глаз! Да какой! В потенциале, лучше, чем у меня!

— Это всё очень интересно, отдаю должное твоему мастерству, но я не шучу. Если честно, вы конкретно так задолбали. Слишком резкие, агрессивные и непредсказуемые.

— Я тоже рада тебя видеть, Такен! — улыбнулась Мария. — Нет, серьезно, рада.

— Да, я почувствовал, — криво улыбнулся мужчина одними губами.

— Эх… Ну почему вы все такие сложные? — вздохнула она. — Ладно, давай на пальцах. Мы можем выкрасть Спара из твоей песочницы, ещё и дочку забрать. — Мария не спрашивала, где та, потому что прекрасно разглядела, что дочурка дрыхнет у себя в комнате посреди дня по каким-то неведомым причинам. — А потом пустить паренька под нож и определить, в чем его уникальность. Проще говоря, взять процесс создания тех, кто чувствует Колодец, под контроль. Если уж эксперимент удался тридцать лет назад, то сейчас, с моим опытом и знаниями, я справлюсь куда лучше. Уловил перспективу? — подалась Мария вперед. — Нравится? Скажу прямо, Такен. У меня есть шансы получить управляемый результат и сделать столько попыток, сколько потребуется. Поэтому нам ты не особо-то и нужен. Заступишься за ученика? Так давай. Снова подеремся. Но теперь уже с жертвами. Второй вариант — дружить и сотрудничать. Заметь, это не мы напали на твоих детишек, а щенок напал на меня. Ты же знаешь Люция. Так чего возмущаешься? Не мог приструнить парня или, если он такой дурак, спрятать его подальше?

— Ну да, а то, что вы прибыли в крепость внезапно, случайность, — огрызнулся Такен, видя, что не всё так просто в словах Марии.

— Не понимаю, о чем ты. Мы спокойно ехали от города к городу. Заходили на каждый рынок, где Спар тратил деньги. В открытую. Спроси у него, если хочешь. То, что твоя разведка клювом щёлкала, не наша вина.

— Не надо играть со мной в эти игры и зубы заговаривать, — ответил Такен резко. — Я своё слово сказал, на каких условиях вы можете остаться здесь.

— Тогда мы в тупике, — Гроза развалилась в кресле.

— Где выход — знаете.

— Кажется, ты не понял. Отсюда я уйду только с Тамарой и Спартанцем. Сам он не захочет пойти, придётся увести силой. Так что давай, — покрутила женщина рукой, — Нападай. Так и быть, позволю тебе ударить первым.

— Не советую, — угрюмо заметил Люций и всё же потянулся к налитой выпивке.

Сделав пару глотков, он тоже развалился в кресле и вытянул ноги.

— Да вы в край обнаглели, — то ли возмутился, то ли восхитился Такен.

— Это не наглость, а всего-навсего понимание раскладов, — ответила Мария.

— Тем не менее, зная твоего мужа и то, что он не отступится, я не могу позволить вам здесь оставаться, — уже без былых эмоций ответил Такен.

— Понимаю, — покивала Мария. — В этот раз отступится. Да, Люц? — повернулась она к мужу и протянула: — Люци-и-й.

— Поговорим позже, — сухо ответил он.

— Как скажешь, — сдулась она. — Такен, предлагаю отложить нашу милую беседу. Мы устали. Хотим отдохнуть. Поговорить с дочерью…

Мария повернула голову, активировала глаза и посмотрела, где там Тамара, не проснулась ли.

То, что она там увидела, повергло её в шок.

Тамара стояла в комнате Спартанца. Тот же, со спущенными штанами, сидел под рыжей девкой. Тоже наполовину голой.

Первая мысль Грозы — этот мелкий паршивец потащил в койку сразу двоих. Вторая мысль — что не все отростки ему нужны для похода к Истоку.

— Мари? — занервничал Такен, да и Люций насторожился, когда она замерла с расширившимися глазами и открытым ртом.

В этот момент Тамара выскочила из комнаты и, поняв, что происходит, Гроза выдохнула.

— Вот кобель! — выдала она.

— Кто? — нахмурился Такен.

— Спартанец, мать его! Кобелина! Все вы мужики одинаковые! Всё, — поднялась она. — Я иду искать ванну, и не дай боги, кто-то её мне не предоставит. Психану.

— Чего это она? — спросил Такен у Люция, когда женщина выскочила во двор.

Тот обеспокоенно пожал плечами.

* * *

— Погоди, — остановил я Пушку, когда та собралась сбежать.

— Спар, неловко как-то, — смутилась та. — Нас и так не погладят за такое!

— Не беспокойся, не пропадем. У меня подарок для тебя. Смотреть будешь?

— Конечно! — сразу сменила она настрой.

— Так держи! — улыбнулся я.

И достал из кольца четыре подарка. Первый — артефактная пушка. Оружие, в смысле. Работающее на пару, но с применением артефактов. Стреляет дальше, не греется, точная, двойной запас боекомплекта. Но главное — выглядит прям круто, необычно и элитно.

По резкому вдоху, по маниакальному блеску в глазах, по жадно протянутым ручкам я понял, что рыжая как минимум рада. А как максимум — запрыгнет на меня ещё разок, прямо сейчас, не спрашивая чье-либо мнения.

Иначе говоря, подарок зашёл.

— А это, — повысил я голос, не надеясь, что меня услышат, и выдал следующий подарок: — Пространственное малое кольцо. Размер не самый большой, но и так большое подспорье. Ну а это — просто запас нижнего белья, указал я на толстый сверток. Тут и для души, и практичное.

— Спар, ты лучший! — полезла рыжая обниматься.

— Хватай и беги. А то перед парнями неудобно. Они коридор сторожат.

— Извращенцы, — фыркнула она.

Но спорить не стала, быстро прибралась за нами (прощай одеяло, его теперь придётся сжечь), забрала подарки и смылась.

— Смотрите, что он мне подарил! — донеслось довольное из коридора. — А чего так смотрите? Напридумывали себе всякого! Извращенцы!

Одеяло, которое не меняли с моего ухода, я затолкал под кровать ногой, тихо посмеиваясь, пока парни не зашли.

— Ну Спар! — вошёл в комнату Шупа.

— Для вас у меня тоже подарки есть.

— Надеюсь, не такие, — выделил последнее слово Шупа и заржал, вместе с Версом и Тимом.

* * *

Не став задерживаться в кабинете Такена, Люций отправился за женой.

— Что это было? — потребовал он ответа, догнав Марию уже в той комнате, где они остановились в прошлый раз.

— Наш ушлый парнишка рыжую завалил. А Тамара это увидела, — пояснила Гроза. — Я подумал, что он и её, того… Ну, ты понял.

— Э-э, — выдал глубокомысленно Люций. — Я про другое! — опомнился он.

— Люц, дорогой, — Мария подошла к нему и провела рукой по щеке. — Скажи, ты правда хочешь поссориться с Такеном? Которого можно назвать нашим последним другом, да и то с большой натяжкой, в первую очередь из-за нас самих? Я вот не хочу. Тем более, лучше варианта всё равно нет. Поэтому ответь. Правда хочешь? Так давай устроим бойню. Прямо сейчас он не ожидает удара, быстро всех накажем, прихватим Тамару, Спара вырубим и свалим.

— Щенок разбил тебе лицо! — выдал Люций гневно. — Пошёл против нас! Наплевал на всё, что мы для него сделали!

— Успокойся, — попросила Мария. — Ты видел его глаза? Он нас обманул. Ещё тогда, когда говорил, что получил. Думаю, его способность завязана на защиту тех, кто дорог. Понимаешь? Он не мог отступить. Иначе бы потерял зрение.

— Это его не оправдывает, — упрямо ответил Люций.

— Поэтому я и спрашиваю, насколько ты готов отказаться от своих попоек с Такеном, окончательно превратиться в одиночек и вступить на совсем уж темный путь, на котором у нас куда меньше шансов победить.

— Если потребуется, я готов, — проговорил Люций упрямо.

— Я не сомневаюсь, — мягко ответила Гроза. — Но этого и не требуется.

— Не понимаю тебя. Ты так легко оставишь это? Спустишь ему с рук?

— Да, — просто ответила Мария.

Люций наградил её настолько скептическим взглядом, что женщина рассмеялась.

— Да брось. Он же прямо как я в молодости. Помнится, после первого нашего знакомства ты назвал меня отбитой на голову стервой. После чего я разбила тебе лицо и сломала руку. А Такен, чтобы его дружок сильно не грустил, дотащил его… Мм… Дай припомнить… До борделя. Чтобы утопить в пойле и разврате печаль от того, что тебя побила девчонка.

— Ну… — смутился Люций. — Было дело. Но я всё равно считаю, что такое нельзя спускать с рук.

— А почему нет? — спросила Мария и заглянула мужу в глаза.

— Нет, я решительно не понимаю, что с тобой. Что за бред про схожесть с тобой? Что за милосердие?

— Это тот редкий случай, когда у меня нет скрытых мотивов. Просто тогда, когда тебя ранили… — опустила она взгляд. — Я по-настоящему испугалась. А Спар, между прочим, помогал тебя вытащить и жизни нам спас. Поэтому прости дурака. Не губить же такой талант.

Люц дернул подбородком, уже не чувствуя былой уверенности.

— Лучше объясни мне, почему молодой да глупый сразу выразил свою любовь подруге, а ты, когда мы наконец-то остались одни, медлишь?

Мария начала скидывать одежду, и Люцию ничего не осталось, кроме как отложить разговор.

* * *

Подарки я ещё долго раздавал. Не всем такие ценные. Пространственные кольца стоили как редкий камень. Закупил их у клайдов, через Паоля, как бы странно это ни звучало. Пришлось распродать всё то, что добыл в пути. Немножко жаба душила, но я был готов потратиться, чтобы своих парней усилить. Ну и не только парней. У Тима Кольцо было, поэтому подарки получили Верс и Шупа. Ещё одно кольцо я для Васьки оставил. Пусть она и не боевик, но её начали тренировать, и кто знает, куда это заведет. Пусть у девчонки козырь будет.

Чтобы Тим не расстраивался, я ему плащ подарил. Красивый, кожаный.

— Уж до чего руки дотянулись, — сказал ему, когда он недоуменно уставился на обновку. — А кольцо у тебя уже есть.

— Так и плащ у него есть, — усмехнулся Шупа. — Но этот стильный. Все девки теперь твои, Тим.

— Да иди ты, — отмахнулся парень и отошёл обновку мерить.

Парни тактично не спрашивали про мои приключения. Всем желающим разом расскажу, вечером. Сбегал помыться, привёл себя в порядок, одежду сменил. Надо бы униформу запросить. А то мои запасы одежды были куплены в других местах, не хотелось бы выделяться.

Пока мылся, вспомнил, что мне ещё пузырьки дроу достались. Числом пять штук. Каждый делает девушку прекраснее, что бы это ни значило.

Я не без оснований полагал, что за такие штуки и убить могут. Сами девушки. Свои же. Просто потому что. Понятное дело, два отойдут Пушке и Ваське. А с остальными как быть? Дальше с собой таскать? Один можно отдать Калии. Пусть у нас с ней мутные отношения, но своя же. Хотя, может, и не мутные. Я пока мылся, прокрутил в голове все события. Гатса она давила вполне себе качественно. Они ещё вместе? А черт знает. Надо заново все расклады узнавать. В общем, если один Калии отдать, то и Джихе надо. Потому что она тоже своя и не раз наши шкуры латала, жизни спасая. Только вот у них в комнате Тамара живет. Насколько ей интересно это зелье? Захочет красоты себе добавить? Не попытается ли оторвать мне голову, если не подарю?

Был вариант никому, кроме своих девчонок, не дарить, но, если они вдруг одновременно краше станут после моего возвращения, будет несложно сложить два и два. И тогда ко мне возникнут вопросы, а нет ли ещё такого же чудного средства. Блин, а насколько они красивее-то станут? Гроза так расписала, что я себе всякое представляю, но если эффект будет едва заметен, то и париться не надо.

А ведь в крепости есть ещё госпожа Фиона, которая исцеляла нас бесчисленное количество раз. Её бы тоже уважить надо. Но тогда выбирать придётся, либо ей, либо Тамаре.

Как же сложно с этими женщинами-то.

Так ничего и не решив, я с других подарков начал. Постучал в комнату девчонкам, мне открыли. Вся троица была в сборе. В смысле открыла Джиха, у неё за спиной виднелась Калия, а Тамара где-то внутри была.

— Спар… — Джиха расплылась в улыбке, которой я не ожидал. — Заходи. А то тут твоя сестренка неудобные вопросы задает…

— Эй! — раздалось возмущенное из комнаты.

Когда я внутрь вошёл, на самом деле вся троица была… красная. Джиха — едва-едва. Калия — щеки пылали. А Тамара — её залило до самых ушей.

— Чего это вы тут? — спросил я, а потом по взглядам понял, чего, и решил быстро сменить тему, — Я к вам с подарками. Принимать будете?

— Что за подарки? — понимающе улыбнулась Джиха.

— Давайте разбираться… Калия… Это тебе, — вытащил я из кольца кинжал. — Достался от крутого дроу. Вроде как должен вскрывать даже продвинутые защиты. Тот гад реально силен был, так что и оружие у него хорошее должно быть. Сам не проверял.

— Ого, — выдала Калия, взяв кинжал. — Удобный.

— Развлекайся, — улыбнулся я. — Теперь ты, Джиха… Долго думал, чего взять. Выбор у меня не то чтобы большой был. Вот… — выложил я два набора, надежно упакованных. — Здесь всякие лечебные травки. Они подписаны, разберешься. А здесь, — указал я. — Яды. С этим, думаю, тоже разберешься. Описания подробные.

— Оу, — протянула Джиха.

— А мне, мне? — запрыгала Тамара. — Или ты меня как ту, рыжую?

— Э-э? — выдал я растерянно.

— Оружие подаришь, белье, — невозмутимо ответила ситкартка.

Я по-новому посмотрел на неё. Она что, освоила тонкий юмор?

— Привыкай, — хихикнула Калия, что само по себе тоже новшеством было. — Твоя сестра — мастер унижения и подколок.

— Злой наговор, — возмутилась Тамара. — Кстати, а Гатс тебе… подарки дарил?

— Сейчас кто-то полетит в окно, — перестала улыбаться Калия, перехватив поудобнее кинжал.

— Девчата, а ну хватит ругаться. Тамара, я долго голову ломал, что тебе подарить… И понял, что лучший вариант… Вот. Царь-торт.

Прелесть кольца в том, что, в каком виде туда поместил груз, в том и достанешь. Если это свежий торт, здоровенный, с разными кремами и начинками, который стоил круглую сумму (правда, мне Вологодская добавила, узнав, что я ищу подарок для её дочери), то таким же свежим он и останется.

— О-о-о, — протянула Тамара.

— А тут вам всем, по мелочи, — достал я ещё несколько кульков. — Чай, немного кофе, конфеты и орехи.

Что тоже стоило не мало.

— Спар, да тебя выгодно отправлять из крепости, — пошутила Джиха.

— Ах да, главное чуть не забыл. Так…

Мне потребовалось сосредоточиться, чтобы достать из кольца нужные комплекты. Там тоже нижнее белье было, но главное — платья. Ну и набор «для девочек».

Про платья я придумал, когда представлял, как вернусь. Надо ведь проставиться, стол накрыть. А если девчонки в платьях придут, так это совсем красота. Сам бы я их никогда в жизни не выбрал. Банально, потому что не знал, где платья берут и как не прогадать с размерами. Опять Вологодская помогла. И про белье сказала, что Такен чурбан, который не понимает сложной женской натуры, поэтому надо брать, не прогадаю.

Потом уже подумал, что, если наши девчонки будут ходить в белье, которое им купил я… это будет греть мне душу, хе-хе-хе. Всем парням на зависть.

Как от такого отказаться? Никак.

Меня мгновенно оттеснили и принялись вскрывать обновки. От греха подальше я решил смыться. Пора Ваську найти, а то сколько уже здесь, а её до сих пор не видел.

* * *

Стоило дверь открыть, как меня схватили женские руки, затащили внутрь, обвили и притянули к себе.

Это Васька так сказала «привет».

— Живой, — оторвалась она от меня и потащила.

К себе в комнату. На ходу сказав, что Фиона уехала по делам три дня как, сегодня её точно не будет, и значит, в здании никого, кроме помощниц, нет, но им и так найдется, чем заняться. Поэтому главное не шуметь.

Ну а дальше… Дальше мне снова пришлось доказывать, как я соскучился.

Определенно, Джиха права. Ради таких возвращений и с Вологодскими прогуляться не проблема. Хех.

Глава 14. Пьянка, или Как Спартанец немножко любви и хаоса в размеренную жизнь внёс

От Васьки я вышел в таком хорошем настроении, что и представить сложно. С меня разом всё напряжение смыло. Все живы, здоровы, рады, что я вернулся. О чем ещё мечтать?

До ужина всего ничего осталось. Думал, парни на занятия уйдут, но оказалось, Стропо выдал на сегодня выходной.

Говорю же, как здесь не радоваться?

Нашёл парней, расспросил, что здесь случилось, пока меня не было. Узнал, как житье-бытье. Что несколько подпортило настроение, но не то чтобы сильно.

Оказывается, через неделю, после того как я уехал, пришла новость, что Вологодские напали на северян и разнесли их. Такен отправил туда отряд, вместе с Гатсом. Который от главы клана и узнал, что куча людей перебита и что его родителей убили.

Я как-то сразу в этот рассказ поверил и легко представил, что Вологодские могли так поступить. Достаточно было вспомнить дроу. Как на деле выглядели отношения Марии и сестры я не знал, но она говорила, что ненависть в родственных узах не мешает любви. Что мне до сих пор непонятно. Ну да и неважно это. Уверен, Мария могла напасть на северян, просто потому что ей так захотелось и те косой взгляд на неё бросили. Или Люций мог на них напасть, потому что кто-то не так посмотрел на его жену.

Остальная часть истории и напрягла, и озадачила. По возвращению Гатс напал на Тамару. Тут я подумал, что всё, конец ему. Как только Гроза об этом узнает, нашего мрачного мечника ничего не спасет. Но потом Шупа в красках рассказал продолжение истории.

Тамара уделала разъяренного Гатса.

— Ты бы видел, как это было, — хмыкнул он, сидя на своей кровати, поджав ноги и активно жестикулируя. — Он на неё пошёл, вмешался Такен, а тут бац, и девчонка его ударом ноги в голову уложила. В прыжке! Офигели все. Гатса в нокаут отправить одним ударом — это надо уметь.

— Как так? — не въехал я. — Тамара сильная, но не настолько же.

— Сказала, что мама и папа попросили её сдерживаться, — пожал плечами Шупа, — После того случая Такен взял её в оборот, и она уже больше не сдерживалась. Так что мы все на тренировках стали отхватывать. С виду милая девчонка, а бьет — будто кувалдой.

— Хм… — хмыкнул я, представив, как это могло быть.

— Ты дальше расскажи, что было, — лениво заметил Тим, который лежал на своей кровати, закинув руки за голову.

— Они опять подрались? — спросил я.

— Они стали каждый день драться. Под руководством Такена, — ответил Шупа. — Типа как личные ученики. Прямо об этом не говорилось, но им он больше всего внимания уделял.

— Ну, это справедливо, — заметил Верс. — Гатс реально силен. Мы, кстати, новые силы получили! — поделился парень.

— Да ладно! — воскликнул я. — Что за камни?

Тема свернула в другую сторону. Шупа получил способность взрывать то, на что падает взгляд. А также научился взрывать свои иллюзии и даже делать из них мины. Версу дали регенерацию. Здесь я поделился, что это крайне важная штука. Парни спросили про мои камни. Сказал, что вечером всем разом расскажу. Шупа кинул в меня носок за такую подлость, но тот не долетел. Тим получил управление ветром. У него и так была способность работать с воздухом и очищать его, а сейчас на новый уровень вышел. Сказал, что научился к текущему моменту ставить щиты из воздуха и кидать уплотненные кулаки. Ещё воздух вокруг делал его чуточку быстрее и маневреннее. Не так, как камень усиливал Верса, но тоже прибавка имелась. Осваивали они камни всего месяц, кстати.

Обмусолив эту тему, я попросил рассказать, что там с Гатсом и Тамарой.

— Да спелись они, — как-то слишком буднично ответил Шупа.

— Ага, спелись, — фыркнул Верс. — Она глумиться над ним стала. В поединках постоянно унижала и провоцировала. Шуточки откалывала. Первые совсем тупые выходили, но со временем ничего, научилась мастерски издеваться. За стол к нему садиться начала. Своим видом раздражала. До смешного доходило. Гатс пытается уйти, а она — за ним. Даже подрались в столовке, но прибежала кухарка и треснула Гатса половником по лбу, — расхохотался Верс. — Да ещё и обругала, что он за хрупкими девочками гоняется! Это Тамара-то, которая ударом камень крошит, хрупкая!

Я улыбнулся, представив могучую кухарку, половник и Гатса. А потом подумал чуть лучше и представил, что ведь все эти три месяца, что нас не было, он рядом с Тамарой постоянно находился, а та издевалась над ним… И это всё на фоне смерти родителей… От рук родителей Тамары.

— А у него крыша, случаем, не поехала? — спросил я, когда Верс отсмеялся.

Тот как-то сразу поник.

— Кто его знает, — ответил Шупа. — Как был замкнутым, так и остался.

— Плохо всё на самом деле, — покосился на меня Тим. — У них с Калией вроде как отношения затухли. Она с ним общается, но как-то не так уже. Сам он с утра до ночи тренируется. Тебя переплюнул в этом плане. Говорит со всеми по делу. Нападение на тебе — первый раз, когда он проявил эмоции. Поэтому, может, у него мозги уже того, спеклись. Ты бы сделал что.

— Я? — удивился я такому предложению.

— Думаю, у тебя получится, — уверенно кивнул Тим и обратно на подушку упал.

— С чего бы? — не оценил я такой заход.

— Пусть сам со своими проблемами разбирается, — вставил Шупа, но как-то без огонька, с сомнениями.

— Не дело это, — не согласился с ним Верс. — Он всё же свой.

— Парни… — позвал я. — А кто-то из вас попытался с ним поговорить?

— Как будто это так легко, — недовольно ответил Верс. — Выбей из него дурь. Кто, если не ты?

Да уж, нагрузили так нагрузили.

За оставшееся время я не то чтобы многое узнал. Калия так и оставалась в моем отряде. Хотя я теперь не уверен, что мне вернут командирскую должность, поэтому непонятно, насколько он «мой». Ну да ладно, разберусь. Как характер Калии изменился, я уже видел. Улыбается куда легче, и я без слов догадался, как это вышло. Ну кто устоит перед харизмой нашего отряда? Правильно, никто.

Тич так и остался капитаном. Со слов парней, его нехило так нагрузили дополнительными обязанностями. Согласование учебных планов, решение конфликтов в группах, работа с поставщиками, переговоры и всякие такое. Из-за чего он стал сдавать на тренировках, банально меньше тренируясь.

Ученики теперь соревновались не только между собой, но и как отряды. Шупа с гордостью заявил, что они лучшие.

— Это его заслуга, — Верс выставил обвинительно палец в сторону Шупы. — Постоянно нас достаёт. Надо сделать то, надо отработать это, пошлите второй круг тренировать.

— Ты чего ноешь?! — возмутился Шупа. — Ты видел, насколько Спар крутой вернулся?! И как мы будем выглядеть на его фоне?! Мало тренировались!

— Да он мутант какой-то, — буркнул Верс и рассмеялся, посмотрев на меня.

По остальному, ничего прям радикального не произошло. Несколько человек из нового набора не выдержали, и их отправили из крепости. Были и погибшие. Пара человек на втором курсе. Трое — на первом. Один из них получил звание главного неудачника. Бежал, поскользнулся, упал — и всё. Насмерть. Помочь ему уже не смогли.

— Да уж, — только и сказал я, покачав головой.

Нас тоже изначально в два раза больше было. А вон сколько осталось. Поэтому отсев на других курсах не удивил.

* * *

Пьянка… то есть дружественные посиделки, прошла как надо.

Во-первых, кухаркам сказали наготовить всякого вкусного, они и расстарались. Да я ещё выставил на стол всякие вкусные штуки, которых насобирал по пути. Поэтому голодным никто не ушёл. Во-вторых, пришли все, кроме Гатса. Так что компания получилась большая. В-третьих, заглянул Такен, парням выставил две пузатые бутылки с чем-то крепким, а девушкам — две бутылки хорошего вина. Цитирую: из личных запасов. Когда он ушёл, я ещё небольшой запас алкоголя добавил, озаботившись и этим вопросом.

В-четвертых, самое важное — девушки пришли в платьях. Надо было это видеть. Они задержались и явились вместе. Когда парни уже сидели за сдвинутыми столами. Как зашли, верхнюю одежду скинули и… разом приковали к себе всё внимание, в гробовой тишине, что возникла.

Платья-то я выбирал что надо. Чтобы и красиво было, и места правильные подчеркивались.

Калия пришла в белом — это я так прикололся над этой любительницей черного. Тамара — в серебристом, что приятно сочеталось с её волосами. Джиха — в зеленом, с узором. Рыжая — в красном. И выглядело это… Просто… мм…. Васька — в розовом. Тоже угадал. Просто лапочка в нем.

Как предстали перед нами, так парни дружно и замерли. Половина рты пооткрывала. Разве что слюну не пустила. Абсолютно правильная реакция, между прочим. Девушки остались довольны. Ну а уж когда Джиха сказала, кого за это надо благодарить, парни на меня с таким уважением и одобрением посмотрели, что я прям проникся и чуть скупую слезу от умиления не пустил.

Ну а дальше… А что могло быть дальше. Пили, ели. Меня засыпали вопросами. Я, заранее определившись, что стоит рассказывать, а что нет, выдавал историю порциями. Не обошлось и без смешных моментов. Тех самых, где меня то демон сожрать пытается и, как собака с палкой, носится, то как на опасного дроу иду в рукопашную, чтобы его фирменным приёмом уложить.

Шупа на этих моментах так ржал, что два раза со стула свалился.

Были и сомнения, что всё так могло быть, и шуточки, и почти абсолютная тишина, когда я особо опасные моменты рассказывал. Столько выдал, что горло саднило. Благо было чем его смочить.

А уж когда рыжая и Васька переместились ко мне на колени… Что совсем неудобно, но приятно, черт возьми. То совсем хорошо стало. Руки-то заняты, придерживал девушек, чтобы не попадали. Пришлось им меня кормить. Хе-хе. Под завистливые взгляды парней. Не все, кстати, молча завидовали. Шупа Джиху обхаживал, комплименты ей отвешивал. Под мрачным взглядом Гона. Гуч вокруг Калии крутился. Чем её бесил, кажется. А может, и нет, потому что пару раз он удачно шутил, и она улыбалась. Вокруг Тамары так и вовсе сразу двое парней круги нарезали. Кузнечик, вот неожиданность, и Артур.

Я это отмечал, но никак не реагировал. Всё же три месяца прошло. Надо было разобраться, что тут происходит, а потом уже выводы делать.

* * *

Когда я вошёл в комнату Гатса, не закрытую, кстати, тот сидел перед окном, на полу, со скрещенными ногами.

— Эй, унылая задница, — позвал я его. — Я тебе тут торта принёс и всякого разного. А то ты какой-то слабенький стал, кушать больше надо, — не удержался от подколки.

Гатс никак не прореагировал, и я, немного пошатываясь от алкогольного опьянения, пошёл к себе, спать.

* * *

Спустя тринадцать минут внутренней борьбы Гатс, размышляя о перипетиях судьбы, смотрел в окно и ел ненавистный торт.

Когда в этот момент дверь открылась и вошла Калия, Гатс был готов со стыда провалиться под землю. Когда же она, отчётливо пошатываясь, проковыляла к нему, почему-то хихикая, споткнулась в конце, Гатс едва успел податься вперед, чтобы подхватить её. Из-за чего рука, в которой держал вилку, вспыхнула болью. Руку ему Спар сломал неведомо как, но сделал это мастерски, без осложнений. Но всё равно, пусть парня и подлечили, травма никуда не делась, поэтому и отдало болью. Чего ни Гатс, ни Калия не заметили.

— Ты дурак… — изрекла она и захихикала. — А я никогда не целовалась… Надо исправить… — заявила она с полной уверенностью.

И полезла целоваться.

Если бы прямо сейчас на крепость напал Легион, в комнату ворвалась Вологодская или на Землю упал метеорит, Гатс бы удивился меньше.

Поцелуй получился неловким, скомканным и слишком быстрым.

— Что это вы здесь творите?! — с возмущением и также хихикая, в комнату, дверь которой Калия не удосужилась закрыть, ввалилась Джиха. — А ну руки убрал! — наехала она на Гатса. — Нельзя пользоваться девушкой в таком состоянии!

— А сама-то! — возмутилась Калия.

Но момент был испорчен, её пьяное сознание переключилось на другое, и она пошла выяснять отношения с подругой. Пока шла, качаясь, забыла, что хотела, и, поддерживая друг друга, они вместе с Джихой скрылись в коридоре.

Гатс же перевёл взгляд на торт. Но тот не подсказал, что это такое было и как теперь жить.

* * *

Утро для меня началось тогда, когда все уже давно встали и позавтракать успели. Кажется, мой организм на радостях настолько расслабился, что решил выспаться за все те дни, проведенные вдали от любимой кровати.

Парни отнеслись к этому с понимаем, и никто меня будить не стал.

Собственно, жизнь продолжалась. В крепости имею в виду. Шупа повёл группу на тренировки по камням, закрывать норму. Потом у них в планах было почитать, чтобы закрыть хвосты по лекциям. Так что день отдыха не такой уж день отдыха.

Помывшись, отправился на поздний завтрак, надеясь, что в столовке не откажут. Не отказали. Стоило усесться с подносом на стол, как появился Такен. Подошёл, улыбаясь, и рядом сел.

— Ну что, повеселились? — спросил он с усмешкой.

— Самую малость, — вяло улыбнулся я.

Настроение было крайне ленивым. Я бы даже сказал, что чувствовал себя опустошенным. В хорошем смысле.

— Это хорошо, — покивал он. — Иногда надо расслабиться и отпустить тормоза. Ругать не буду. Хотя ты и нарушил кое-какие правила. Надеюсь, не решил, что теперь особенный?

— Всё нормально, Мастер, — ответил я, хмыкнув.

В переводе это означало, ты вчера девок валял, но больше так не делай, не надо разлагать атмосферу в коллективе.

А я не дурак, чтобы борзеть и дальше.

— Я бы тебе дал побольше отдохнуть, — сказал Такен. — Но времени нет. Рассказывай, чему научился.

— Да всякому разному… Только это… Уверены, что здесь говорить хотите?

Судя по взгляду, а Такен на этот раз пришёл без брони и шлема, он посыл оценил. Не знаю, насколько точно. Лично я про глаза Грозы говорил. Зуб даю, она сможет «увидеть», что я здесь рассказываю.

А в моих приключениях были как общие вещи, так и личные. Которые не очень красиво сообщать.

Если честно, то, что я вчера против Вологодских выступил — не очень правильно. Они реально для меня многое сделали. Да даже та помощь с платьями. Это ведь ерунда. Но Гроза помогла. Денег выделила, когда мне не хватило. Про остальное молчу. Глаза, сила, знания, поход аж до Перекрестка и земель волшебников. Это дорогого стоит. Очень дорогого. До этого я как-то не задумывался над этим моментом, а сейчас неуютно себя чувствую.

Мысль, что выдам секреты Вологодских, усилило это ощущение дискомфорта.

О как. Получается, вербовка всё же случилась. Я иначе к ним стал относиться, раз в принципе беспокоюсь о наших с ними отношениях. Это тоже следует тщательно обдумать.

— Не оставлю же я тебя без завтрака, — ответил Такен. — Ешь, а там видно будет. Расскажи пока основное. Как тебе в целом путешествие?

— Ну… — задумался я. — Почувствовал себя маленькой девочкой, которую двое дядь внешности мерзкой с намерениями дурными в темный лес отвели.

Такен удивленно на меня посмотрел.

— Жестко было? — спросил он понимающе.

— Суть метафоры в том, что я на фоне Вологодских — мелочь. Как и на фоне их врагов.

— Сколько для тебя времени прошло?

— Почти полтора года, — вздохнул я.

— Повзрослел, — хмыкнул он. — Давай в общих чертах, чего было, чему научился.

В общих рассказал. По самым верхам прошёлся.

— Целый год на острове — это прям ух, — сочувствовал Такен в некоторых моментах.

Есть я закончил раньше, чем рассказ подошёл к концу. Да и что это за рассказ был. Так, основные моменты. Которыми Такен не удовлетворился. на посуду и на выход отправился. Я поднялся, поднос отнёс и вышел вслед за ним. Он силовое поле прямо у входа создал, ну мы и взмыли из крепости, приземлившись где-то далеко-далеко.

Крутая способность. Адовы земли с ней на раз получится пройти.

— Что за секретность? — спросил Такен, когда всполохи силовых полей угасли.

Хорошо, что он не в глубь гор рванул, а наоборот, куда-то на лесную полянку, на юг. Здесь было теплее, снега лежало совсем немного и не дуло.

— Уверен, Гроза сможет увидеть, о чем говорим.

— Как? — заинтересовался Такен.

— Её глаза. Она же видит сквозь предметы.

— Мария была на другом конце крепости, у себя в спальне, общалась с Тамарой, когда я пришёл.

— Мастер… — вздохнул я. — При активации моих глаз всего лишь первого уровня, и да, у них есть ранги и ступени развития, зрение расширяется где-то на двести градусов, и вижу я мельчайшие детали. Разом. По губам я не учился читать, но, думаю, быстро этот трюк освою. А уж что может Гроза — боюсь себе представить. Твердая материя для неё уж точно не преграда.

— Допустим, — согласился он. — Предосторожность не помешает. Только что ты хотел такое рассказать?

— Разговор затянется. Если вы хотите подробности, — вздохнул я.

Оглядевшись, выбрал поваленное дерево, уж не знаю, специально ли Такен именно рядом с ним приземлился, запрыгнул на него и сел.

И начал свой рассказ. На этот раз куда обстоятельнее, с деталями, выводами и «личной» информацией.

Такен выслушал молча всю историю. Я ничего не скрывал. И про дроу упомянул, и про то, что они вдвоем уходили мстить.

Наверняка Такен какой-то свой, возможно, ироничный, смысл вкладывал, говоря, что я повзрослел. Скорее всего, просто отметил, что я внешне изменился.

Только вот, я и сам себя отловил на мысли, что иначе смотрю на происходящее. Когда только пришёл в крепость, три года общего времени назад, по сути, был никем. Друзья остались где-то там, далеко, в другом пригороде. Я же заявился одиночкой. Попав под полный контроль Такена. Сейчас же ситуация совсем другая. Я стал сильнее, а значит, моя позиция совсем другая. У меня появились новые друзья, которых я хотел защитить. В крепость пришли Пушка и Васька, мои девчонки. Именно мои. Пусть Такен выкусит. Их я ему не отдам.

Ну просто не отдам, и всё. Если потребуется, выкуплю, верну в двойном размере всё то, что он вложил в них.

Помимо этого, сложилась непростая ситуация, которая неизвестно, куда свернет. С одной стороны, есть Такен, для которого мы инструменты, о чем он неоднократно заявлял. И если три года назад я был согласен играть роль бездумного солдатика в чужой игре, то сейчас — уже нет. С другой — есть Вологодские. У которых своя игра, свои цели и способы их достижения.

Если выбирать между ними, то я ставлю на Такена. Поэтому ему сейчас откровенно и выложил, что происходило в путешествии. Банально потому что он адекватнее. Вологодские — чудовища. Которых нельзя контролировать. Которые в один миг могут отнять всё, что мне дорого. Они сильны, полезны, многому научили и хорошо так в меня вложились. Я им сильно благодарен. Но доверия к ним нет совсем. Между нами по-прежнему слишком большая разница, а они, чего уж, высокомерные ублюдки, которые будут с тобой считаться, только если ты можешь дать отпор и если полезен. Перестал быть полезен — пустят в утиль и глазом не моргнут.

С третьей стороны этой ситуации были мои слабости — то есть мои друзья. Я не боялся, что со мной что-то сделают. Но Гроза… Я верил, что, если потребуется, она принудит меня делать, что нужно, взяв в плен тех, кто мне дорог. С этим тоже надо было что-то решать.

Ну и последнее, четвертое, — рано или поздно вся эта история закончится. Погибать я не спешил, поэтому впервые задумался, а что дальше? Победили Легион или нет. Остались жить в своем мире или сбежали в другой. Что дальше? А не знаю. Но одно понятно точно. Когда-то мне придётся начать свою игру. Не знаю, как это будет, но сейчас, рассказывая детали Такену, я хотел сбалансировать сложившуюся систему. Уравновесить Такеном Вологодских в моей жизни. А там видно будет, что и как.

— Вербовали тебя? — спросил он в конце рассказа.

— Кроме как вкладываясь в меня — нет. Ничего такого не заметил. Даже как-то странно.

— Иногда выгода — лучшая приманка. Не ожидал, что ты так резко выступишь против них вчера. Особенно странно это выглядит в контексте твоего рассказа. Я не заметил поводов для конфликта. — Такен посмотрел на меня оценивающе.

— Ну а чего они, — по-простому ответил я, но Мастер изогнул бровь.

Как будто у меня есть простой ответ. Я и сам до конца не знал, почему сделал так, как сделал. Но сформулировать попытался.

— Понимаете… Причина в дроу.

— М-м?

— Для Вологодских нормально пойти и уничтожить сотни живых существ, непричастных к конфликту. Почему так? Думаю, причина в безнаказанности. Они могут это сделать. Никто, кто для них является авторитетом, не осудит. Потому что нет таких людей, чье мнение их по-настоящему волнует и способно остановить, — уточнил я. — Если бы они убили Гатса, это стало бы переломным моментом. Потому что вам, Мастер, — решил я сказать прямо. — Либо пришлось бы их убить на месте, либо… Заткнуться и проглотить то, что вашего ученика грохнули прямо в крепости, у всех на глазах. Что бы после этого было? Ничего хорошего. Только новые смерти и разочарование.

— Думаю, ты слишком упрощенно понимаешь их психологию, но в целом да, есть такое, — сказал он, обдумав мои слова. — Нам всем очень повезло, что обошлось без смертей.

— Пока что, — посмотрел я на синее и хмурое небо. — Их нельзя контролировать. Кстати, а что с Гатсом-то? Он неожиданно стал сильнее. Еле догнал придурка. Новая способность какая-то? Парни сказали, что сами не в курсе.

— Я тоже не в курсе. Он что-то новое показал, — ответил задумчиво Такен.

Я удивленно хмыкнул.

— Будто демон, — поделился я впечатлениями, — у меня ведь глаз демонический. Я это теперь хорошо чувствую. Он очень на демона в этом состоянии походил. Как и Вологодские. Вы тоже, но куда меньше.

— Да-а? — протянул Такен заинтересованно. — Нужно с ним поговорить. Гадать нет смысла.

— Это уже по вашей части, — развёл я руками.

— Ладно… — Такен встряхнулся и потянулся. — Хватит болтать. Давай разомнемся. Покажи, чему научился. Только старика сильно не бей… — усмехнулся Мастер.

— Я постараюсь, — ответил ему серьезно.

И спрыгнул с дерева.

Глава 15. Новый день, или Как Спартанец экзамен у сестренки сдавал

Гатс вошёл в кабинет к Такену, не предвкушая ничего хорошего. Вызвал тот его после обеда, на следующий день по возвращении Спартанца.

Парню потребовалось много усилий, чтобы сдержаться. Такен в кабинете был не один.

— Мне обязательно здесь находиться? — сухо спросил он.

— Ты проходи, — совсем не радостно сказал Такен. — Надо прояснить один вопрос, и да, твоё присутствие обязательно.

— Нечего прояснять, — мрачно ответил Гатс.

Который был уверен, что разговор сведется к «Ну вы не поубивайте друг друга, ладно?».

— Ты послушай сначала, — сказала Такен. — И, может, сядешь?

— Постою.

Гатс встал так, чтобы не видеть Вологодских. Те сидели на стульях. Третий, свободный, стоял рядом и был предназначен ему, но парень его проигнорировал.

Демоны внутри шептали: убей, убей, убей.

— Как знаешь, — ответил Такен, — проблема следующая… Как ты можешь догадаться, про возникшую проблему никто не забыл, и я задал нашим гостям, — кивнул он на Вологодских, — несколько вопросов. В ходе чего выяснилось, что…

— Что мы не убивали твою мать и не трогали гражданских, — перебила Гроза. — О нашем появлении узнали заранее. Мы перебили гвардию и всех, кто пошёл на нас с оружием. Твоя мать и гражданские к этому моменту спрятались в убежище. Ты ведь знаешь, что под основным кварталом спрятано? — спросила Мария, но ответа не дождалась. — Надежный бункер, который мы не трогали. Твоего отца убила я. Когда он напал на меня. У него был шанс уйти. Конкретно его мы не собирались убивать. Но Мясник всегда был с характером, — добавила женщина.

Гатс все эти слова проигнорировал. Ему было абсолютно плевать, что скажут «эти».

— Хм… — оглядела Мария его внимательно. — Твой щенок, Такен, кажется, оглох.

— Мария, попрошу не оскорблять моего ученика, — хмуро заметил Такен. — Гатс… Понимаю всю твою предубежденность, но прислушайся к этим словам.

— Вы хотите, чтобы я поверил им? — выделил он последнее слово, выражая всё своё презрение.

— Мальчик, — с издевкой сказала Мария. — Неужели тебя не обучили элементарной логике? Зачем нам врать? Такен, нет, серьезно, ты мог бы и получше их учить. Не только же кулаками махать. Понимаю, что думать — это очень сложно, но иногда полезно.

— Мария, я же попросил, — осуждающе посмотрел на неё Такен.

— В этот раз я оскорбляла не его, а прошлась по твоей системе подготовки, с очевидными проблемами, — парировала она. — Или твой щенок что, думает, будто нам есть дело до его чувств? Или, того хуже, что мы к нему в друзья набиваемся? Я не понимаю, в чем смысл нас здесь всех собирать. Он такой напряженный, что того и гляди лопнет.

— Ты права. Звать вас было лишним, — сказал Такен.

— Тогда мы пойдем, — встала Мария.

Люций поднялся за ней. Вскоре Гатс остался наедине с Такеном.

— И вы им верите? — спросил парень.

— Если ты спрашиваешь, доверяю ли я им на сто процентов, то нет. Если ты спрашиваешь, насколько Мария может говорить правду в данном вопросе, я действительно не вижу причин врать.

— То, что она конченая, недостаточная причина?

— В тебе говорит ненависть, и это можно понять. Но скажи, в чем тогда её мотивация?

— Даже не знаю, — с сарказмом протянул Гатс. — Если не они убили мою мать, то встаёт вопрос кто. Этот вопрос автоматически переводит моё внимание и ненависть в другую сторону. Конфликт снижается. Плюс вам кость, чтобы тоже успокоились.

— Звучит разумно, — кивнул Такен. — Но зачем тогда Мария тебя провоцировала? Зачем прямо сказала, что убила отца? Не очень-то снижает уровень конфликта.

— Я не знаю, что в голове этого чудовища.

— И всё же, всё же… — покачал головой Такен задумчиво. — У Марии хватит высокомерия и гордыни на весь Колодец. Поэтому она не воспринимает тебя… как что-то значимое. А следовательно, не будет плести сложные схемы. К тому же пусть она и не самый приятный человек, но никогда не была замечена во вранье. Скорее она убьет тебя, когда подставишься, чем будет что-то выдумывать.

— Это всё ваши рассуждения, — отгородился Гатс.

— Да, и они более ценны, потому что я не воспринимаю ситуацию через призму ненависти.

— Ненависть не мешает мне рассуждать. Сами говорили про мотивацию. Зачем Класии врать?

— Ну, даже не знаю, — с иронией произнес Такен. — Она же любящая тётушка, которая желает тебе исключительно добра и не могла желать устроить нам проблемы. Как устроить, спросишь ты? Прям такая загадка, сразу и не скажешь… Быть может, накрутив тебя и отослав обратно? Вот и готова бомба замедленного действия, которая рано или поздно обязательно рванет.

— Допустим, — нехотя согласился Гатс. — Она мне действительно не любящая тётушка, а совсем наоборот. Но что с того? Вологодские не убивали мою мать, она жива, и это от меня скрыли? Логичнее было отправить меня к матери. С последующей вербовкой.

Чем больше проходило времени с момента ухода Вологодских, тем лучше Гатс соображал. Неприятные вопросы стали помещаться в его голове. Пусть и не до конца.

— Хороший вопрос, — сказала Такен и замолчал на какое-то время. — Давай по порядку и по фактам. Факт первый — Вологодские напали на северян. Факт второй — Класия, глава клана, утверждает, что они сделали это подло и убивали всех подряд, в том числе гражданских и обоих твоих родителей. Факт третий — Мария утверждает, что били они только по военным и тем, кто на них нападал. Гражданские были заранее спрятаны в безопасном месте. Факт четвертый — Мария утверждает, что покарала Класию и та бы от силы прожила неделю. С тобой же она встретилась спустя две недели и пока что до меня не доходили слухи о её смерти. Что можно списать на информационную блокаду… — по мере того как Такен вслух раскладывал для себя картину, ему всё больше и больше не нравилось происходящее. — Факт пятый — Гроза сказала, что основу клана они уничтожили. Бойцов осталось не так много, чтобы клан уцелел и их должны были добить соседи. Этого не произошло. Клан до сих пор цел и, насколько знаю, отлично отбивается.

— Вологодские могли неверно оценить, какой ущерб нанесли, — парировал Гатс. — Класия действительно выглядела плохо, но её могли спасти лекари, артефакты или какие-то неучтенные способности. Часть военных сил находится вне пределов города и пригорода, кто-то был на задании, кто-то в Колодце. Если нападение произошло только на город, то уничтожили они не основу, а малую часть. Северус куда сильнее, чем ей могло показаться.

— Да… — протянул Такен. — Загадка. Скажи, у Класии могла быть причина избавиться от твоей матери? Прости за вопрос, понимаю, он болезнен…

— Вы сами себе слышите? — резко ответил Гатс. — Вам отрывают конечности, силу клана подрывают, чем порождают множество проблем. И, вместо того чтобы заняться своим здоровьем, подготовкой клана к нападениям врагов, наведением порядка… Вы отдаёте приказ удавить по-тихому безобидную женщину, которая потеряла мужа? И, главное, делаете это незаметно для остальных? При том что, если мама находилась в убежище, это видели десятки человек. Их тоже убить? С какой целью?

— Это бы я и хотел понять… — глянул Такен в сторону окна. — Давай так. Ты пока ничего не будешь с этим делать. К Вологодским тоже не лезь, — мужчина посмотрел на перебинтованную руку Гатса. — Если нападешь на них, не уверен, что и в этот раз тебя получится защитить. А от твоей смерти кому хорошо будет? Никому. Поэтому закуси удила, игнорируй их и продолжай заниматься. Я пока напрягу связи и попробую узнать, что там происходит. Не нравится мне всё это. Совсем не нравится. А дальше… Скорее всего, отправлю тебя снова к родичам, но уже не в открытую. Попробуете собрать информацию.

— А вы не думали, — пока Такен размышлял, Гатс занимался тем же, но под другим углом, — что план Марии в том, чтобы натравить вас и меня на остатки клана Северус? Выставить всё так, словно мою маму убили свои же… — не закончил парень мысль, но и так было понятно.

— О, поверь. Мария предпочтёт сделать работу своими руками, а не усложнять, — отмахнулся Такен. — Не думай пока над этим. Слишком мало информации.

— Хорошо, — кивнул Гатс, поднимаясь. — Постараюсь не думать, игнорировать и дождаться результатов… прояснения ситуации.

— Отлично. Рад, что ты благоразумен, — кивнул Такен.

Гатс уже собирался уйти, но Такен, словно невзначай, бросил вдогонку вопрос:

— А ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Что? — повернулся Гатс.

У него как-то из-за этого разговора выветрилось из головы, что он вчера спалился.

— Это старая история, — нехотя ответил парень под взглядом Мастера.

— Если не хочешь, не рассказывай. Но тогда я не смогу полностью раскрыть твой потенциал. Это ведь какая-то родовая способность? Её нужно тренировать?

— Не всё так просто, — вздохнул Гатс. — Я расскажу… В детстве отец провёл надо мной эксперимент, и теперь, когда задаюсь целью кого-то убить, я становлюсь сильнее…

* * *

Со следующего дня, с утра, я полностью включился в тренировочной процесс.

Который начался с пробежки. Как же без неё.

— Братик! — прокричала Тамара утром. — Давай на перегонки!

Ну кто бы сомневался.

Опасная женщина растёт, между прочим. Торт я ей большой подарил. Ещё торты на общий стол выставил. Так она и свой съела, уж не знаю, поделилась с соседками или нет, так ещё и по два куска от остальных урвала.

— Давай-давай, — ответил я, зевая и стоически игнорируя смешки других.

Пусть смеются сколько хотят. Уж чего-чего, а когда первое испытание проходил, там практики в беге хватало с избытком. И не так, когда бежишь вдумчиво, в одном ритме, контролируешь дыхание, а так, что несешься, надеясь выжить да продержаться ещё несколько часов.

Поймал взгляд Стропо, тот кивнул, дал разрешение на соревнование.

За что наставника стоит уважать, так это за то, что он с нами туда-сюда до сих пор бегает. Нам-то нянька уже не нужна. Собственно, нянькой он больше и не выступал. Просто бегал, указания давал, советы какие-то, за тренировочным процессом следил.

Тамара первая за ворота скользнула. Во дворе также два младших курса выстроились. Толпень большая. На самом деле неприятно и раздражает. Слишком много внимания в мою сторону. Да и просто тесновато. Если ещё четвертый набор появится в следующем году, то даже не знаю, как здесь все поместимся.

Ситкартка унеслась, я и заметить не успел. Взялся догонять. Помнил по прошлому разу, насколько легко она бегает. Ничего не изменилось. Если только в лучшую сторону, но так сразу я сказать не смог. Догнал её быстро и… Пробежал мимо, шлепнув по заднице. А нечего шуточки двусмысленные выдавать! Тамара подпрыгнула, взвизгнула, а я вперед умчал, разогнавшись.

— Убью! — прокричала она следом.

Я этого не видел, но легко представил, как она прямо на бегу подпрыгнула и попробовала меня ногой достать. Я в сторону вильнул и увернулся. Гравитацию немного облегчил. Совсем её убирать нельзя, тогда бежать не смогу. Но вот процентов на двадцать-тридцать снизить — самое то. Двигаюсь быстрее, меньше устаю, а сцепление остаётся.

Убежать у меня далеко не получилось. Так мы и двигались дальше. Я уворачивался, а это неутомимое создание пыталось меня прибить. До финишной точки добежали, опередив остальных минут на пять. Если бы не дурачились, пришли бы ещё раньше.

Дальше бегать я не стал, развернулся и приготовился встречать. Не знаю кто и зачем её этому научил, но Тамара выдала «пируэт». Ногу вперед выставила и, как стрела, полетела.

Жуть как пафосно и глупо.

Я в сторону ушёл, и вся эта красота мимо пронеслась. Тамара на землю прыгнула, развернулась и снова в атаку бросилась. Я запомнил слова парней про то, что она блок Гатса пробивала и скрывала свою силу. Поэтому воспринимал её максимально серьезно. И да, тоже блок выставил.

Интересно же, сильнее я Гатса или нет. Понятно, что теперь сильнее, но блин… Короче, мне интересно было, и я рискнул.

Удар вышел… мощным. Реально мощным. Она ещё как-то хитро крутанулась и ногой мне в голову звезданула. Повезло, что я максимум защиты выставил — и пленку, и укрепление от круга. Так, на всякий случай. Риск ведь должен быть умеренным, да и не хотелось мне, чтобы прибежавшие застали меня валяющимся в нокауте.

— А ты, мелкая, зря времени не теряла, — хмыкнул я, выдержав удар.

Голову-то она достала, но нокаутом и не пахло. Если потренироваться, то без напряга смогу держать этот удар.

— Это было в половину моей силы, — пафосно изрекла она, вздернув нос.

Ну то есть прям показушно-пафосно. Не так, как иногда случаются красивые моменты в жизни каждого из нас, а специально. Да и удары её аналогичные. Что за ерунда?

— А что это ты так дерешься? — спросил я подозрительно.

— Как? — смутилась и покраснела она.

— Пафосно и неэффективно, — припечатал я.

— Сейчас я тебе покажу, кто из нас неэффективен, младший!

— А ты, типа, старшая? Тогда я бросаю тебе вызов, — подхватил я её тон.

И зря.

Тамара как-то разом изменилась. До этого она игралась, о чем я не догадался. Зато на контрасте оценил. Расслабилась, эмоции с лица ушли, взгляд потяжелел. Да и чувство опасности напряглось.

— Младших, если они проигрывают, наказывают за дерзость. Не пожалей, братик.

Она не шутила. Я это понял по тому, что мои способности отключились. Вес вернулся, защита пропала. С козырей зашла, значит.

Следующий её удар был выполнен выше всяких похвал… Сказал бы я, не отправься в полёт. Самое обидное, она его повторила, а я даже не заметил. Описав дугу, врезался в землю, покатился. От следующего удара отскочил в последний момент.

Пожалуй, раз она такая серьезная, я тоже не буду играться.

Круг вышел на пик, энергия побежала по телу. Это Тамара не блокировала, уже хорошо.

«Дай!» Знак ударил в неё, тоже сработав.

Почти безрезультатно. Тамара отмахнулась от него, как от досадливой мухи. Но я успел вскочить, а это уже много.

Следующий удар тоже принял на блок и опять полетел. Да как же она так лупит-то.

— Какой ты старший! — с обидой и вызовом крикнула Тамара.

Мне тоже обидно, так-то. Чего это она на меня разозлилась?

Ещё два удара, и два полёта. Причем я понял, что она меня щадит. А также, что всё, дальше так легко не будет. Одного круга против неё явно недостаточно.

Глаза обожгло болью. Я как-то легко вошёл в это состояние. Как и до этого, мир окрасился множеством деталей. Я разом увидел и пот у Тамары на лице, и логику её движений, и то, как ярко блестит снег вокруг.

— Чего рычишь? — перехватил я ногу у своей головы.

Так как била она в прыжке, банально не доставая, то оказалась полностью в моей власти. И решила выйти из него красиво. Ещё не коснувшись земли, она крутанулась и попыталась ударить второй ногой. Отклонившись, я пропустил удар мимо и откинул её в сторону.

Это было легко. Тамара ушла в перекат, выпрыгнула и развернулась, с ходу атакуя. Внезапно заработал второй глаз. Я пока не до конца разобрался, как он в принципе работает, и не ожидал такого. Ответ пришёл, когда я уже начал двигаться.

Мне просто не хотелось сильно бить девушку. А на прошлом уровне мягко бы я с ней справиться не смог. Получив дополнительное ускорение, я перехватил одну руку, вторую, скрутил, повалил и прижал к земле.

— Признаёшь, что я старший? — потребовал я ответа.

— Ещё чего! — прорычала она.

Ещё и на ситкарском что-то добавила. Медальон я Грозе вернул, поэтому ничего не понял.

Надавив, я довёл её до того, что её чуть-чуть — и будет перелом.

— Сдавайся, — сказал ей и куда мягче добавил: — У меня есть ещё один торт.

— Сдаюсь… — прохрипела она, но не сразу.

— А главным признаешь? — уточнил я, чувствуя, что она меня обдурить хочет. — Ну! — пришлось надавить ещё сильнее.

Тамара поняла, что я не шучу и реально ей сейчас руку сломаю.

— Признаю! Отпусти!

Отпустив девушку, я отошёл назад и сразу деактивировал глаза. Не хватало мне ещё перегруз в начале дня словить. Сейчас слабость никак показывать нельзя.

— Братик! — внезапно Тамара вскочила и, вместо того чтобы обижаться, бросилась обниматься. — Наконец-то ты стал старшим! Я так рада! Так рада! — защебетало это чудо.

Побегали, блин. Пошутил, называется.

Глава 16. Выступление, или Как Спартанец себя с другими сравнивал

Управились мы за минуту, так что до подхода остальных учеников ещё оставалось время на болтовню.

— Так что за стиль у тебя такой дурацкий?

— Тебе не нравится? — сдулась Тамара. — Красивый!

— В том-то и дело. Красивый, но какой-то слишком размашистый.

— Так я же меньше тебя, вот и приходится крутиться, чтобы таких лбов доставать, — ответила она на полном серьезе, но я заподозрил, что кто-то издевается.

Дальше я этот момент обсуждать не стал. Тамара и правда «мелкая». Сколько в ней росту? Где-то метр шестьдесят. Для сравнения — у меня сто восемьдесят пять. У Гатс — ещё на два-три сантиметра больше. При этом Тамара обманчиво худая. Если продолжать сравнение, то моя высохшая и схуднувшая рука, как две её. Про Гатса молчу. Пусть я и шутил, что он без кормежки ослабел, но за прошедшие месяцы он ещё больше в плечах раздался. Если раньше мы с ним по габаритам были равны, то сейчас я заметно уступаю.

Что, как нам доказала Тамара, ничего не значит. Потому что удары у неё реально мощные.

— Ладно… — протянул я. — А что там со старшими? Это какие-то правила ситкаров?

— Старшие сильнее младших, — пояснила она. — Сражаются с другими старшими.

— Кхм… А другие обязанности и привилегии у них есть? — я заподозрил, что Тамара утаивает значимую часть нюансов в отношениях между ситкарами.

— Младшие должны уважать старших, — нехотя ответила девушка, вильнув взглядом. — Слушаться их. Исполнять любые прихоти.

Тут она «стрельнула глазками» и отчётливо запылала щеками.

— У кого-то похабные мыслишки, да? — рассмеялся я.

Ясненько. Вот и оружие против её шуточек. Буду смущать это юное создание.

— То есть ты должна мне подчиняться во всем, — заключил я главное. — А я — защищать тебя, если придёт кто-то сильный. Меня это устраивает. А что там насчёт сексуальных связей в стае? — не удержался я от провокационных вопросов.

— Старшие имеют право овладеть, кем угодно, — краснота её лица достигла запредельных величин.

Что на фоне пепельно-серебристых волос смотрелось особо мило.

— Но я же твой «"братик», — выделил я это слово и добавил сомнений.

— Так не по родителям же, а по крови, — пожала она плечами.

На этот раз посмотрев на меня заинтересованно.

Я аж чуть не закашлялся, потому что эти шуточки куда-то не туда зашли.

— А сколько тебе лет? — спросил я зачем-то.

— Тридцать один, — ответило это «юное» создание.

О как. Эти игры в «братика» я воспринимал не иначе, как тонкий стеб. Думаю, не сильно ошибусь, если Тамара с первых же минут просекла ситуацию и решила «проверить меня на вшивость». А заодно поглумиться. Последний момент подтверждало то, что она заработала себе репутацию главной язвы нашей крепости. Поэтому всё в рамках характера. Добавим к этому заморочки ситкаров, трудности перевода и получим отношения «Старший-младший», а не брат-сестра. Какие мы родственники, если даже принадлежим к разным видам.

В общем, как сестру я её не воспринимал. А вот как младшую… Боевую подругу… Это да. Пожалуй, Тамара может занять именно это место.

При этом то, что она «дочь» Вологодских, меня ничуть не смущало. Наоборот, какая-то часть меня отметила, что это отличный способ расширить влияние на них. Не ожидал от себя, что настолько цинично посмотрю на общение с девушкой. Ещё один пункт, который следует обдумать.

В любом случае переводить наш формат отношений в более близкий я не собирался. Ну его. Тамара, конечно, симпатяжка, но ни за что. Не хватало мне ещё проблем с Вологодскими. Да и так у меня две девушки в крепости есть. Обзавестись третьей — я не настолько дурак, чтобы проверить, насколько печально это закончится для всех сторон.

Черт… А ведь Мария ещё говорила, что я перенял способность Люция и генерирую феромоны, причем делаю это бесконтрольно… Учитывая это, как-то мне происходящее перестало казаться смешным. Потому что, если говорить прямо, я, как молодой парень, вполне себе реагировал на девушку. Уже умом себя ограничивая и не желая создавать дополнительные проблемы. Но что, если моя симпатия — повод способности заработать на полную? И прямо сейчас я каким-то тайным способом обрабатываю ситкартку?

Мать моя женщина. А если она на меня охоту откроет? Всё это смущение говорит о том, что её мысли, после того как застала меня с рыжей, пошли в конкретном направлении. До чего она там дофантазируется, и как будет удовлетворять любопытство со своей ситкарской психологией — большой вопрос, влекущий за собой последствия.

Девушка, уловив, что я ушёл в себя и загрузился, тоже в сторону отошла, отвернувшись и принципиально на меня не смотря.

Вот так проблема. Прилетало совсем не оттуда, откуда я ждал. Смотря на то, как остальные ученики вышли на финишную прямую, я вдруг осознал, что уже встрял или встряну в самое ближайшее время, и с этим надо что-то делать.

* * *

Появление других учеников я воспринял с облегчением. Как оказалось, полтора года в Колодце действительно меня изменили. Пока непонятно, в какую сторону. Но главная проблема — до этого я рассматривал все свои изменения в плане силы и навыков, но не того, что на привычные вещи будут смотреть совсем под другим углом.

Это было непривычно и странно. А главное, я понял, что ещё много таких моментов за собой отловлю, поэтому здесь и сейчас нет смысла заморачиваться. Лучше подождать несколько дней, а потом уже обдумать всё разом. Поэтому и говорю, что появление учеников воспринял с облегчением. Это была привычная и хорошая знакомая часть жизни.

Стандартная разминка, с тем отличием, что за прошедшие три месяца крайний набор подтянул кондиции. На них меньше кричали, они уже не так тупили, да и в целом выглядели как-то более собранно. У остальных — ничего нового. Разминка ведь. Там сложно придумать что-то необычное.

Сегодня был укороченный формат. Обошлось без коротких поединков. Я понимал, что меня не только лично Такен проверит, но и через других учеников прогонят, да и через все дисциплины. Но ожидания немного не совпали с реальностью.

После отработки программы, большая часть учеников свалила обратно в крепость. Стропо, моя пятерка, в том числе Калия, а также Гатс, Тич, Пушка и Тамара остались здесь. Почему именно такой состав я смутно догадывался. Гатс — сильнейший на курсе, как оценивать-то без него. Пушка тоже к моей группе причислена. Вроде как. Потому что с моим возвращением и Калией нас снова пятеро, так что тут не совсем понятно. Тич — он наш капитан, ему такие вещи, пожалуй, надо знать в обязательном порядке. А Тамара… Да кто её знает. Может, и как представительница Вологодских, и просто как сильная ученица, и как та, которую ещё попробуй прогони.

— Думаю, вы все… Или почти все, — Спропо оглядел нас. — Хотите узнать на практике, чему научился наш Спар. Такен… — посмотрел он на меня. — Сказал замерить все твои изменения. Начнем с поединков… Гатс… Раз уж назвали сучкой для битья, то тебе первому представляется возможность побить Спартанца.

Гатс хмуро покосился на Стропо, но ничего не сказал.

— Начинаете без каких-либо усилений. Чистая рукопашка. Задача — уложить противника на лопатки. Постарайтесь не жестить… Впрочем, Спар, у тебя же регенерация появилась?

— Регенерация плюс восстановление. Совмещенные камни. Освоены где-то на сорок процентов. — ответил я, не видя смысла скрывать важную информацию от своих.

Способности определяют тактику. Если человек не сможет исцелиться, то смертельные удары уже под запретом. А если сможет — то уже есть варианты и для общей победы можно пренебречь подстраховкой. Да и банально меньше переживать, если такой боец полезет в самое пекло.

— Кучеряво живешь, — присвистнул Стропо. — Высшее качество?

— Ага.

— Что за высшее качество? — заинтересовался Шупа.

— Это значит, что способности работают быстрее и могут больше. У тебя камень среднего качества, что тоже очень хорошо. — пояснил наставник.

— И тут обскакал, — возмутился Шупа тихо.

— Так… — повысил голос Стропо и с каким-то подозрением покосился на Гатса. — Слышал? Можешь лупить Спара как вздумается. Тебе приятно, ему полезно, нам весело. Без способностей! Тамара, ограничь обоих.

Мои способности Тамара заблокировала только после обмена кивками и переглядываниями. Показалось? Или она так разрешения спросила?

С людской точки зрения все эти младший-старший не больше, чем ролевые игры. Могут как исполняться, так и нет. А для ситкартки? Вдруг это нечто большее?

— Рука-то не болит? — спросил я Гатса, когда мы встали друг напротив друга.

— На тебя хватит, — ответил он.

— Ну, если ты так уверен в своих силах, — улыбнулся я.

Руку я ему сломал аккуратно, при поддержке целителей и соответствующих медитацией, он вполне мог восстановиться к этому времени. Пусть и прошло двое суток.

— Начали! — скомандовал Стропо.

И мы начали.

Признаюсь, было непривычно.

Непривычно, неловко, медленно, неудобно. За время путешествия с Вологодскими мои драки были всегда на пике возможностей. Причем в этом всём рукопашных боев было ничтожно мало. Пожалуй, только тренировки с самими Вологодскими, но это другое. Во-первых, там тоже со всеми доступными возможностями проходило. Во-вторых, когда у тебя два противника на три головы выше тебя, как ни крути, это быстро приедается. Ну и в-третьих, сколько там этих тренировок было? Большую часть времени я провёл в испытаниях.

Поэтому неудивительно, что я с первых же секунд почувствовал, насколько просел в чистой рукопашке. Гатс мне без всяких обиняков кулаком в нос пробил, обойдя защиту. А когда голова дернулась, и я «потерялся», поймал, на землю повалил и не поленился кулаком в грудь добавить.

— Что это было, Спар? — недоуменно спросил Стропо, когда Гатс отошёл от меня.

— Заржавел, наставник, — поднялся я и улыбнулся беспечно. — Можно ещё разок? А лучше пару… десятков раз.

— Кхм… — осмотрел он меня. — Не тренировался?

— Да как-то конкретно в таком формате практики, считай, и не было. Гроза меня своему стилю учить начала, но он на других принципах строится. Да и что там этой учебы было… Люций пытался привить любовь к мечу… Ну, вы легко догадаетесь, что из этого вышло.

— Удивительно. — хмыкнул Стропо. — Такая слабость при такой силе. Гатс, раз он просит, побей его ещё. Тебе это приятно, знаю.

— Как вы тонко чувствуете нас, наставник, — без тени улыбки ответил Гатс.

Это сейчас шуточка была в его исполнении? Не всё так плохо, значит.

— Давай, — махнул я ему рукой. — Нападай.

Второй раз получилось лучше. В третий — ещё лучше. А на десятый раз — совсем неплохо.

— Одно можно сказать точно, — вынес вердикт Стропо. — В выносливости ты значительно вырос и быстро адаптируешься.

Всего мы сделали десяток кругов и последний раз дрались на равных. Стропо сам прекратил бой. Никто из нас друг друга положить не смог.

— А можно с другими? — спросил я. — А то заскучали. Да и Гатс запыхался.

— Скорее горы перевернутся, чем ты меня загоняешь, — ответил он раздраженно.

Как иначе, ведь по голове я ему нормально надавал, а регенерации у него нет. Да и эффект от первой победы быстро на нет сошёл. Я прогрессировал буквально на глазах, адаптируясь и подстраиваясь.

Меня прогнали через всех остальных учеников, что здесь собрались, по той же схеме. Только вместо десяти поединков, по три.

Стропо был прав. Выносливости у меня на всех хватило. Не сказать, что я как-то особо запыхался. А нагрузка-то приличная. Также Стропо прав, что я адаптируюсь быстро. Но он намекал на навык от камня, а причина ещё в другом. В первом испытании я научился быстро подмечать особенности противников. Там как было. Либо быстро учишься, либо умираешь. Поэтому только за счёт этого опыта я быстро вернулся в строй и начал держаться на уровне. Но у меня ведь были ещё глаза. Я их не активировал, но они какое-то усиление и в фоновом режиме давали. Пусть и не так ярко, как при активации, но с каждым поединком я лучше «читал» движения соперников. Физические кондиции у меня были на высоте, поэтому в конце я стал укладывать всех подряд.

— Давай снова с Гатсом, — скомандовал Стропо.

Вышли и… Теперь я его уложил уверенно.

— Да ты, блин, мутант… — проворчал он, поднимаясь.

— А сам-то. Демон, — парировал я и он замер, подозрительно на меня посмотрев.

— Спар, — окликнул меня Тич. — А ты не мог бы подробно объяснить, что это сейчас было? Если не секрет, — уточнил он.

Тем самым тоном, которым давал понять, что секреты от своей команды могут и жизни стоить. Наш дипломат совсем дипломатом стал. А как рукопашник подсдулся, это да.

Рассказал. Ничего утаивать не стал. Перед всем коллективом, может, и поостерегся бы, а в тесной компании — открыл душу. Тем более тут и другая сторона есть. Сколько бы мы ни учились, Колодцу всегда есть, чем удивить. Вон Шупа до сих пор не знал, что камни бывают разного качества. Я тоже не знал, пока Вологодские не рассказали. А то, что за счёт разного опыта, набора сил, подготовки можно выдать неожиданный результат… Это-то умом каждому понятно. Только вот на практике интеллектуальные конструкции бесполезны. Куда эффективнее своими глазами увидеть, как кто-то за короткий промежуток времени перестраивается и начинает драться на совершенно ином уровне.

Также, не стоит забывать, что в первую очередь смотрят на яркие эффекты. Молнии, что кидает Гроза, — это понятно. А её глаза, что они скрывают — кому это понятно? Ну светятся и светятся. Также и у меня. Адаптация никак себя не показывает. Бонус от глаз — аналогично. Опыт тоже штука эфемерная. Вот и получается, что ничего на виду нет, а скрытые процессы тихо проходят, раз, и всё. Не умел драться и проигрывать, а через час уже дерется на уровне лучших.

Стропо, пока я делился мыслями, за счёт чего так быстро адаптируюсь, делал пометки в блокнот. Готовит для Такена подробный отчёт? Было бы интересно глянуть, к каким выводам они придут. Вдруг там есть то, чего я не заметил?

Остальные же реагировали, кто как. Тамара — зевала. Ей, кажется, вообще скучно было. Разве что в самом начале недовольно смотрела, когда я проигрывал, а потом ничего, снова нацепила маску «мой братик самый крутой, всех вас уложит, салаги».

Рыжая… Ну, она бросала на меня довольно приятные взгляды, при этом старалась не палиться. Тем самым палясь ещё сильнее. Её валять, кстати, было неудобнее всего. Обучили её на отлично для второго курса, но, блин… Прав Такен в своих запретах. Совсем иначе воспринимаешь девушку, когда, да простят меня леди, побывал в ней. Для боя и опасных ситуаций совсем неподходящее отношение.

А вот Шупа — он больше всех возмущался. Что-то ворчал, даже обзывался. Словечко «мутант» ему понравилось.

— Давайте теперь с кругом, — сказал Стропо, закончив записывать. — Не забыл, как им пользоваться? — спросил он у меня. — Нет? Хорошо. Гатс, пока только первый круг. Следующий заход — второй круг против глаз. Финал — со способностями и всем доступным. Начинайте.

По итогу меня прогнали через всё озвученное. И, что сказать… На первом круге выяснилось, что Гатс делает прибавку в силе и скорости куда выше, чем я. Не на порядок, но процентов на пятьдесят точно.

Обидно, если честно.

Если делать итоговый подсчёт, то в голой силе и скорости, без кругов, я был чуть выше Гатса. Достаточно, чтобы после пройденных боев доминировать над ним вчистую. Видимо, причина в жизненной силе или витальности, которой я наполнился в первом испытании. То есть моё тело сейчас было на пике физических возможностей. Даже при том, что я сейчас меньше Гатса по габаритам. Ну и да, то, что он способен своим мечом без способности махать — показатель того, насколько парень силен. А значит, и показатель моей силы.

Задействовал первый круг на полную, и мои возможности, условно, выросли на сто процентов. А у Гатса — на все сто пятьдесят. Так он и стал сильнее. Из-за чего мне пришлось куда тяжелее и к концу пяти схваток я уверенное лидерство взять не смог. Держался, повалять у него меня легко не получилось, но… Признаю, конкретно на уровне первого круга он меня значительно превзошёл.

Что в целом справедливо, потому что он три месяца пахал, а я полтора года этому почти не уделял внимания.

С остальными учениками была совсем другая картина. Наибольшая прибавки в силе была… у Шупы. Тут я удивился, если честно. По ощущениям, где-то на сто тридцать процентов он прибавлял. Не такой уж большой разрыв в сравнении с Гатсом. Который, на минуточку, потомственный аристократ. У остальных же прибавка варьировалась в районе девяноста-ста процентов.

По остальным направлениям тоже интересно.

Как и сказал Стропо, следующий заход был демонический глаз против второго круга Гатса. Ну да результат мне был уже известен. В этом состоянии я сильнее Гатса. Насколько конкретно — сложно сказать. Но доминировал я без особых проблем. С остальными учениками проверили, ради галочки. Никто из них сопротивления какого-либо оказать не смог. Так что тут скорее Стропо дал им возможность на своей шкуре почувствовать, насколько я меняюсь. Когда на дело пойдем, это важно знать.

Самое интересное случилось на поединках со способностями. Здесь моё превосходство дало о себе знать. Оно и до этого себя показало, но… Все собравшиеся, разве что кроме Тамары, освоили новые способности. Пусть и не в полной мере поглотили камни. Я же изучал знаки. Проще говоря, мой арсенал значительно вырос. Я уж молчу про то, что могу поглощать любые «магические» атаки. Гатсу, пожалуй, было обиднее всего. Его способность облегчать вес оружия в рукопашном бою не имела смысла. Умение пускать молнии — я над этим только посмеялся. Ветер — его я даже не замечал. Легендарная способность обращаться в туман… Ну, Стропо сразу попросил её не применять. От греха подальше. А то прошлый владелец плохо кончил, когда я его… проглотил. Получается, все способности Гатса против меня не имели смысла. В то время как мои новые трюки — работали. Шар отлично брал Гатса, особенно усиленный. Шар, превращенный в молнию — тоже. Гатс даже отлетел метров на семь. Дай — тоже отлично себя показал.

Интереснее всего получилось с Калией. Которая отлично овладела силовыми полями. Она и клетку вокруг меня создала, и просто силовое поле, чтобы подхватить и зашвырнуть подальше…

Как создала, так и обломалась.

Потому что силовое поле — это не что иное, как энергия, которой придали форму. Отличный для меня способ восполнить запас энергии.

— Однако, — покачал головой Стропо, что-то записывая в блокнот.

С остальными та же самая картина вышла. У моих парней пока только редкие способности были, ещё и не все до конца развитые. У Тича — его влияние на организм… Оно просто не работало из-за защиты вокруг моего тела, регенерации и циркуляции энергии.

Когда Стропо нас отпустил, меня вопросами забросали. Всякими разными. Которые в основном Шупа задавал, конечно. Ну а я в ответ спрашивал. Меня больше всего второй круг интересовал и чего там интересного есть. Парни отвечали, что мне лучше Такен расскажет. Пришлось отстать и согласиться подождать тренировки с Мастером.

* * *

Перед походом в столовку Кузня задержался по самой банальной причине — отправился в туалет. Сделав свои дела, он прошёл через коридор пятого этажа, пробежался по ступенькам, перепрыгивая через несколько и, когда уже вышел на улицу, резко остановился, чуть не навернувшись.

Остановился он по той простой причине, что ему на плечо легла рука. Да так крепко, что тело, верхнюю часть, надежно зафиксировало в пространстве.

Покосившись, Кузня увидел самого Люция Вологду и откровенно так струхнул.

— Ты вчера клеился к моей дочери, — сказал мужчина голосом палача.

— Я-я… — начал запинаться Кузня, который самым натуральным образом почувствовал дыхание смерти.

— Больше так делать не буду, — подсказал правильный ответ Люций.

— Я больше так делать не буду, — послушно повторил Кузня, сглотнув.

— А если вдруг решу продолжить использовать Тамару, чтобы свести счёты с обидчиком, то предпочту удавиться самостоятельно, чтобы избежать более страшной участи, — дополнил ответ Люций.

— Д-да, — проблеял Кузня. — Я всё понял… Я не использовал… Просто…

— Забудь, — прервал его поток мыслей Люций. — Просто забудь про неё.

Отпустив парня, Люций молча отправился по своим делам.

Когда Кузня, бледный, вошёл в столовку и поймал взгляд Артура, на котором также не было лица, он понял, что не одному ему досталось.

* * *

— И что это было? — с усмешкой спросила Мария, когда Люций вернулся.

Обе сцены с отпугиваем «ухажеров» она прекрасно разглядела.

— Развлекаюсь, — ответил Люций. — Не одной же тебе издеваться над окружающими.

— Какой ты строгий папочка, — улыбнулась она. — А ведь Тамара уже взрослая для…

— Для чего? — насупился Люций.

— Для того чтобы мы наконец признали, что рано или поздно у неё появится любовный интерес, отношения и секс.

— Кхм… — закашлялся Люций. — Пусть только попробуют.

— Люц, ты слишком старый и забыл, каково это, быть подростком. Если её накроют чувства, ни тебя, ни меня она спрашивать не будет. А если влезешь — возненавидит.

— Значит, влезу так, чтобы не заметила.

— Ну-ну, — усмехнулась Мария.

Которая увидела куда больше в этот день и задумалась над тем, что если скрестить две генетические линии, то может получиться очень интересный результат. Новый род, способный чувствовать Колодец. Но об этом она мужу не собиралась говорить.

Глава 17. Второй круг, или Как Спартанца про желания спрашивали

Если в прошлый раз, когда всей группой вернулись из Колодца, чувствовался организационный завал и будто всем не до нас, то сейчас — наоборот. Меня очень быстро взяли в оборот.

Наставники прогнали по всем дисциплинам. Где-то я себя хуже показывал, где-то лучше. Вернулась Фиона и провела полное моё обследование. Сказав, что мне не помешает набрать килограмм десять, и что пропишет мне диету. Лично для меня это означало получение дополнительной порции каждый раз, как появляюсь в столовой, и выдачу всяких перекусов, которые в кольце таскал. Также меня проверил Проф — на то, насколько я помню его материал. Проверил и Граф — замерил использование каждого знака. Проверил и Такен — экзамен на круг я ему сдал. Опасался за оружие, но, видимо, тренировки с Люцием помогли.

Всё это заняло с неделю, в которую меня использовали в хвост и гриву. Я успел подраться со всем курсом, причем вторым тоже. Поучаствовал в забегах, в разных форматах. В общем, активно входил в колею и вспоминал, каково это, учиться здесь. Заодно проверяя свои способности на разных уровнях и условиях. Нарабатывал то, чего мне так не хватало, — статистику.

Неожиданностью для меня стало то, что из крепости за эту неделю несколько групп ушли. Как наших, так и из второго набора. Также кто-то возвращался. Парни рассказали, что задания теперь чаще. Есть на уничтожение кого-то, есть на передачу посланий или переговоры. Меня это пока не касалось, поэтому я не стал забивать себе голову, но на заметку взял.

Итогом измерений стало то, что Такен позвал к себе. Когда зашёл, там сидела Вологодская.

— Садись, — кивнул Такен на стул. — Ну, что сказать. Ты стал куда сильнее, Спар. Мы с Марией обсуждали, что с тобой делать дальше, и решили спросить твоего собственного мнения.

— А какие есть варианты? — спросил я.

— Варианты есть… — как-то неопределенно ответил Такен, переглянувшись с Марией. — Во-первых, давай проясним, хочешь ли ты у неё дальше учиться?

— Какой-то странный вопрос, — не повёлся я. — Учиться чему и на каких условиях?

— Смотрите, какой привередливый, — фыркнула женщина.

— К тому же, — проигнорировал я её, — думаю, в нашем случае правильно задать сначала другой вопрос — учиться для решения какой задачи?

Мне никто не смог нормально объяснить, чем именно сейчас шиноби занимаются, к какой цели идут. С колдунами вопрос как-то затих. Вроде они где-то мелькали, но серьезных стычек не происходило.

— Моя цель — защищать мир, — ответил Такен. — Если говорить предметно, то основной наш враг — Легион. Это значит, что мы продолжаем искать силу против него. А цель Марии — путешествие к Колодцу, — кивнул он на женщину.

— Что подразумевает необходимость подготовить отряд. Ты сам видел, с чем придётся столкнуться. Путь до Истока ещё сложнее и опаснее.

— Так, и? — спросил я. — Как ваши цели пересекаются? Ну, или что именно вы от меня хотите?

— А сам чего хочешь? — спросил Такен.

— Прожить долгую и счастливую жизнь.

— Это вряд ли, — рассмеялась Мария. — С твоим-то умением влипать в неприятности и методами их решения.

Шутки шутками, но кажется, они сами не определились, что со мной делать.

— Давай я обрисую ситуацию. — сказал Такен. — Насколько опасен Легион, ты знаешь. После той стычки, он затаился, и, чем занимается, нам неизвестно. Проходили слухи, что он отправлял отдельных своих последователей в пригороды, но так ли это, сказать нельзя. Он научился отлично маскироваться среди людей. Возможно, настолько хорошо, что прямо сейчас, спокойно, захватывает города, а мы этого и не знаем. Мир-то большой, надежно следить получается только за теми местами, где у меня есть связи. То есть за малой частью городов и пригородов всего нашего мира. Отсюда следует логичный вывод. Нам нужно обзавестись средством, которое позволит, во-первых, найти Легион, во-вторых, добраться до его основы.

— Не забудь уточнить, — вставила Мария. — Что, если он способен переносить свою основу, делать запасные копии, то победить его, считай, не получится. Если только не создать подобие вируса, который распространится по всей системе, и уничтожить его, как он ни размножайся. Что в теории возможно, потому что он поддерживает связь со всеми своими телами.

— Да, верно, — кивнул Такен. — Получается, перед нами стоит ряд задач. Научиться находить колдунов, несмотря на их маскировку и то, что они всё меньше отличаются от людей. Как-то проникнуть в их измерение и нанести смертельный удар. На тот случай, если он позаботился и об этом, нужно подходящее оружие-вирус.

— А какие задачи из этого решены? — спросил я.

— Никакие, — с каким-то нездоровым весельем ответила Мария.

— Не совсем так, — возразил Такен. — Ты сможешь найти колдунов, даже если они маскируются, — посмотрел он на женщину.

— Да, смогу, — не стала она отрицать. — Для чего мне нужно всего лишь оказаться… хм… В каждой точке этого мира, одновременно. Во всех городах, пригородах, базах, глухих местах, под водой, на других материках… Смешной ты, Такен.

— Нам нужно найти всего одну особь. Если он един, то…

— То слишком много но. Это мы думаем, что он един. Если Легион настолько разумен и способен развиваться в любом направлении, он уже должен был научиться отсекать тела о основы. Поэтому, как только мы объявим охоту, он сразу перестроится и… всё. Конец охоте. Возможно, он так уже и сделал. Я бы на его месте в океан свалила. Там точно никто не найдет. Или того проще. На другой материк. Насколько знаю, у американцев со способностями проблемы, в силу географии и недоступности Колодца. Ему там никто не сможет оказать сопротивление.

— Как он туда доберется? — спросил Такен.

— Создаст летающего монстра. Он же создавал уже тварей, — пожала плечами Мария.

— Иначе говоря, нам всем конец и врага победить невозможно, — резюмировал я.

— Именно так! — согласилась Мария.

— Возможно так, — недовольно заметил Такен. — Поэтому нам надо исходить из того, что шанс победить всё же имеется. Иначе тогда и правда проще сложить голову. Но я бы предпочёл побороться.

— Да понятно, — отмахнулась Мария. — В общем, Спар. Направления ты услышал. Стратегия Такена — выдавать ученикам камни в надежде, что какая-то из способностей вдруг сработает. Но это ущербная стратегия, потому что надо ещё позаботиться о боевой мощи и выживаемости. Камни требуют значительного времени, вот и получается, что надо как-то сбалансировать развитие. Что усложняет задачу. К примеру, та девчонка, которая проваливалась в измерение Легиона, осваивает силовые поля и учится совмещать две способности в надежде, что это даст какую-то синергию. Надежда пока не оправдалась.

— А твоя стратегия сводится к тому, чтобы посетить Исток, вдруг там что-то подходящее выдадут, — с сарказмом заметил Такен.

— Ага, — по-простому кивнула она. — Оба пути ущербны, потому что демон развивается быстро, а мы медленно. Группа для похода не готова, ты, Спар, сам теперь можешь оценить почему. Замечу, что если вести толпу, то сложнее будет в несколько раз. Мы с Люцием не сможем прикрыть всех. Поэтому каждый участник, в идеале, сам должен быть полноценной боевой единицей. То есть полным легендарщиком… Что займет уйму времени. Как ни крути, а везде клин.

— Что тогда делать? — спросил я.

Взгляды Марии и Такена скрестились на мне с каким-то недобрым блеском.

— Задержать демона и надеяться, что получится выиграть время, — ответил Такен.

— А чтобы задержать, натравить Легион на… тебя, — дополнила Гроза.

— Эм… — не понял я.

— Ты уже впустил в себя колдуна, и тот чуть не взял тело под контроль, — ответила женщина и уточнила мысль: — А что, если ты научишься его поглощать, впитаешь силу, сможешь взять её под контроль и… что-нибудь сделаешь? — покрутила она рукой.

— Что-нибудь сделаю, — рассмеялся я нервно. — Напомню, в прошлый раз Легион уделал меня подчистую, и, впустив его, я превратился в энергетического инвалида. С чего вы взяли, что в этот раз будет иначе?

— Ни с чего, — ответила Мария. — Поэтому придётся рискнуть. Мне этот план самой не нравится и, чтобы снизить риски, надо подумать, как тебя подготовить…

— Да вы шутите… — не поверил я.

А потом присмотрелся к ним и понял, что нет, не шутят.

* * *

Остальная часть разговора свелась к деталям, как именно эти двое… кхм… приличных слов в этот раз у меня не нашлось… собираются меня тренировать. Гроза напирала на то, что гонять меня по стандартной программе нет смысла. Я и так на пике физической формы, поэтому делать что-то сверх меры контракта по камням — пустая трата времени. Также Гроза хотела продолжить учить меня знакам, развивать чувствительность, в связи с чем следующим выдать редкий камень интуиции и набор малых, направленных на развитие органов чувств. Такен же хотел начать учить второму кругу, на что Гроза возражала, что это займет слишком много времени.

Они прямо при мне спорить начали. Кажется, забыв, что в начале спрашивали про мои желания. Когда по второму кругу пошли, я вылез с вопросом.

— А открытие второму круга способствует развитию и укреплению энергетики?

— Конечно, — ответил Такен.

— Тогда я предпочту в первую очередь заняться им. Чем крепче стану, тем меньше шансов, что надорвусь.

— Аргумент, — согласилась Гроза. — Тогда я подумаю, какие знаки лучше подойдут…

Как будто она до этого не думала.

— Что насчёт остальных? — спросила Мария. — Надо уже начинать готовить команду к Истоку. Спар, как думаешь, кто подойдет? Нужны сильные, адекватные, готовые довериться нам. Поэтому твоя персональная сучка не подходит.

Черт, кажется, с моей легкой подачи у Гатса новое прозвище появилось.

— Моя сучка, — возразил я. — Лучший ученик. Дури в нем немеряно. Поход выдержит.

— Ну да, ну да, — покивала Мария. — А его главное желание будет получить силу, чтобы убить нас. Оно мне надо, Спар? Так рисковать?

— Проблемы бы не было, не напади вы на северян и не убей его родителей.

— Ну, мать я его не убивала… — задумалась Мария.

Я посмотрел на Такена, и тот пояснил, почему Гатс о другом кричал. Так и узнал, что, оказывается, вокруг этого какие-то непонятки крутятся.

— Вот весело будет нам всем, если Легион с северянами сделку заключил, — сказал я вслух.

— Да, такое возможно, — согласился Такен. — И тогда это кое-чей провал.

На Марию он коситься не стал, но и так было понятно, в чей огород плевок.

— Хорошо, — сказала она. — Давай прямо сейчас туда сгоняем и всех разнесем. Заодно Спара потренируем. Проверим, воспримет ли его глаз колдунов как демонов.

— Нет уж. Действовать будем осторожно, — возразил Такен.

Между ними опять спор завязался, и на этом конструктивная часть беседы закончилась. Вскоре меня отпустили, а на следующий день состоялась первая тренировка по кругу с Такеном.

* * *

— Ну как тебе? — спросила Гроза, когда Спар вышел за дверь.

— Что как? — хмуро ответил Такен, поглядывая на неё исподлобья.

— Мальчишка. Разговор.

— Он изменился. Начал свою игру или подумывает об этом, — не стал юлить мужчина, делая вид, что не понимает, о чем речь. — Тебя это забавляет?

— Нет, это другое чувство. Наслаждение от хорошо проделанной работы. Я обещала натаскать щенка — я натаскала. Теперь это злой волчонок. Который в легкую уделал твоего щенка.

— У нас что, какое-то соревнование? — прищурился Такен, откинувшись в кресле и поглядывая на Марию.

— Нет. Пока нет. Но мне Люц как-то предложил устроить соревнование. Каждый из нас, ты тоже, возьмет себе ученика, и посмотрим, у кого получится лучше.

— Ты согласилась? — заинтересовался Такен и мысленно чертыхнулся, подумав, что такую реакцию показывать было нельзя.

— Ты неисправим, — рассмеялась Мария. — Нет, не согласилась. У Люция нет ученика мечника. Это ведь его стихия. Спар — наш с тобой общий ученик, как его делить? Для чистоты эксперимента надо кого-то другого взять. А отдай мне девчонку, целительницу, а?

— Ты про кого? — напрягся Такен.

— Про Ваську. Что за мода у девок Спара на дурацкие имена, а? Я её натаскаю куда лучше, чем Фиона. Девчонка умная, не испорченная. Воспитаю лучшую целительницу современности, круче меня. Как тебе план?

— Спар тебе голову откусит, если к его девушке сунешься, — расплылся в улыбке Такен.

Сам про себя думая, как далеко простираются интриги Марии. Та, справедливости ради, никогда не была замечена в любви к ним. Но та, кто живет почти сотню лет, изучила Колодец лучше, чем кто-либо, по определению не может быть глупой.

Со Спаром, надо отдать должное, она сыграла красиво. Никаких грубых манипуляций. Наоборот, многое дала парню. А ещё дала возможность повзрослеть и провести полтора года вне влияния Такена.

Мужчина помнил, как было с его сыном, Паолем. В юности — идеальный, послушный ученик, впитывающий наставления отца, как губка. А стоило вырасти, как появились свои интересы, а вместе с ними и конфликты. Как итог — расхождение путей.

Теперь же Мария намекает, что не прочь забрать девушку Спара. Мягкое и совсем не воинственное создание. Которому промыть мозги куда проще. Но и прямо так сразу отказывать Такен тоже не стал. Если Мария сдержит слово, то… То это пойдет на пользу всем землянам.

— Договорюсь с ним как-нибудь, — отмахнулась женщина. — Но это так, просто мысли вслух. Такен, а давай с тобой всё же махнем к северянам?

— С ума сошла? — возмутился тот. — Уже махнула! Последствия ещё много лет разгребать!

— А мы тихо. Никого убивать не будем. Глянем одним глазком, что там у них и как. А то слишком подозрительно. Я маскировку организую, никто не заметит. Ты нас с Люцем быстро доставишь. За час туда-обратно управимся.

— Хм… — оценил мужчина вариант. — Я подумаю. Точно не сегодня.

— Хорошо. У нас же бесконечное количество времени и спешить никуда не надо, — поддела Гроза и отправилась на выход.

* * *

На момент тренировки с Такеном я уже знал, что весь наш набор сдал экзамен и перешёл к освоению второго круга. Также я знал, что кое-кто из второго набора уже почти освоил первый круг. Там тоже свои таланты нашлись.

Но вот что я упустил из виду — наши помогали вторым в освоении этого мастерства, и сегодня была сдвоенная тренировка. Ещё я наивно полагал, что Такен займется мной лично. Но вместо этого он поступил куда изощреннее.

— Ну-с, — протянул я. — С чего начнем?

Обязанность ввести меня в курс дела Такен свалил на Гатса. Не, а что. Лучший ученик, вот пусть и объясняет. Надо ли говорить, что рожа у Гатса сделалась кислая-кислая?

— Чего так на меня смотришь? — спросил я через семь секунд молчания. — Влюбился? Без обид, но у тебя нет шансов.

— Как же ты бесишь, — поделился со мной Гатс сокровенным.

— Знаешь, ты тоже не подарок. Так что давай упростим друг другу жизнь. Ты мне расскажешь, что к чему, а я не буду ездить тебе по нервам… И… — глянул я в сторону, — не позову на помощь Тамару.

— Без девчонки справиться не можешь? — дернул он губой, но по глазам я увидел, что ему самому ответ не понравился.

Слишком много вариантов, как я могу уколоть в ответ. Но оно мне надо?

— Второй круг, — напомнил я.

Гатс вздохнул, посмотрел на небо и начал рассказывать.

— Закручиваешь энергию посильнее, направляешь вверх, чуть ниже солнечного сплетения, создаёшь там второй круг. Всё, — ответил он, угрюмо смотря на меня.

Я тоже на небо посмотрел. Вздохнул ещё более горестно, чем он парой секунд ранее.

Время подумать над проблемой наших отношений после возвращения у меня нашлось. Из-за чего испытал новое, странное чувство. Когда приходится возвращаться к чему-то старому, уже давно неактуальному. Это для Гатса эмоции были свежи, а для меня — давно остыли. Я не воспринимал его как друга. Меня не парил факт прекращения этой дружбы. Да даже его обиды меня не волновали. То есть волновали… Как рабочая задача. А вот ответных эмоций уже не вызывали.

По правде говоря, весь этот конфликт тяготил меня. Не хотелось тратить на него время, пустое это. Есть множество куда более важных дел. Но и полностью забить тоже не вариант.

Моя первоочередная цель сейчас — набирать силу. Пусть я и сказал Грозе, что считаю их пару несчастными неудачниками, но это не значит, что я отрицал силу как таковую. Мне она нужна для решения определенных задач. А пример Вологодских — это лишь урок, что не всё сводится к голой силе, что нужно сохранять отношения с людьми, и что бывает, если превращаешься в чудовище без тормозов.

Таким, как они, я становиться не хотел. Поэтому и воспринимал ситуацию с Гатсом как рабочую задачу, которую всё же надо решить, а не забивать на неё. Либо так, либо полностью удалить его из коллектива. Для себя решил, что, если Гатс перейдет определенную черту и станет угрозой для моих друзей — я убью его. Пока же он обижается на меня, но при этом остаётся полезным для коллектива — мне плевать на его угрюмую рожу.

К тому же его желание поквитаться с Вологодскими — это ещё один элемент игры, которая закрутилась. Пусть и маленький, но противовес этим чудовищам.

В итоге я пришёл к выводу, что коллектив, в первую очередь Гатса, нужно привести к такому состоянию, чтобы мы все смогли действовать с максимальной отдачей. Соперничество — это очень хорошо. Как и желание доминировать. А вот ненависть и чрезмерное напряжение — перебор. Поэтому я собирался Гатса как-то так расслабить, повернуть в другую сторону, чтобы он и в коллектив влился обратно, что снимет общее напряжение, и сам как-то адекватнее стал.

Как это сделать — та ещё головоломка. Одно понятно, нужно поменьше унижений, тщательно отмеренная доза провокаций, ну и по голове ему настучать ещё пару раз. Говорят, это помогает.

В контексте этих своих мыслей я ему и ответил.

— Очень смешно, — сказал я сухо на его скупой ответ. — Давай тогда сократим время, скажу Такену, что ты у нас маленькая обиженная девочка, и попрошу кого-то другого объяснить.

— Между обидой и ненавистью есть большая разница, — холодно ответил он.

— Да-да, ты меня ненавидишь за то, что я натравил Вологодских на твоих родичей, которые всего лишь пытали и жестоко убили невинную женщину, которая заменила мне мать. Ах да, эта женщина ещё спасла меня от этих самых Вологодских, но это значения не имеет. Так, ироничный факт. Такова жизнь, что поделать, — развёл я руками. — Короче, ты рассказывать будешь?

Думал, сейчас врежет. Не врезал. Сдержался. Не знаю, хорошо или нет. Надо будет дальше приглядеться.

Эх, мне бы ещё парочку таких вечеров, когда подпаиваешь девчонок, а потом пьяная Калия, насмотревшись, как Джиха целуется с Шупой, вваливается в комнату к Гатсу… Чес слово, случайно вышло! Народ, расслабив закрученные булки, решил выпустить пар, а то, что я двух девчонок тискал, повернуло чьи-то мысли в конкретном направлении.

Ещё бы пару раз повторить — и всё. Гатс бы точно успокоился.

— Ты должен раскрутить круг и создать волчок. Торнадо, если тебе так понятнее, — заговорил Гатс, роняя слова так, будто каждое весит тонну. — Чем больше энергии, тем сложнее это сделать. Если возникнут сложности, я покажу упражнения для развития контроля, — было видно, что он меньше всего мне хочет что-то показывать. — Как закрутишь волчок, ты должен преломить поток и закрутить его в другую сторону. После чего поймать этот вихрь в нужной точке и начать его уплотнять. Уплотнить настолько, чтобы получить точку. Потом тем же образом насыщать и расширять эту точку до круга. Дальше по известной тебе схеме, вырастить круг, который будет крутиться в другую сторону. Это важно, — Гатс был настолько добр, что отметил этот момент. — В дальнейшем, при наличии двух кругов получится создавать резонанс. Это особая техника, но про неё сам Такен расскажет.

— Ты освоил резонанс?

— Нет.

— А второй круг создал?

— Создал точку. Это сложно, — Гатс словно оправдывался, говоря это.

— Получается, ты за три месяца создал всего точку… — оценил я перспективы. — А если я управлюсь быстрее, то быть тебе опозоренным до конца веков…

Гатс в ответ посмотрел так, будто придёт сегодня ночью и придушит во сне.

Пусть приходит. Спать чутко я умею очень хорошо.

* * *

Всю тренировку я пробовал, что он рассказал. Гатс воспользовался тем, что я погрузился в себя, и свалил. Возиться дольше необходимого ему со мной явно не хотелось.

Задача оказалась не такой простой, как звучала.

Энергию-то закрутить получилось, с этим проблем не возникло. Но что-то не получилась. Ни стабилизировать волчок, ни преломить его. Минут через двадцать подошёл Такен, спросил, как дела. Рассказал ему, что не получается.

— Давай, попробуй, — сказал он, положив руку мне на грудь, для чего ему пришлось присесть на корточки.

Попробовал.

— Тебе надо крутить его раз в двадцать быстрее. А это так, курам на смех.

— Ясно… Мне сосредоточиться именно на скорости?

— Скорость и точность исполнения. Пусть это и похоже на вихрь, но он должен быть идеально ровным. В виде конуса. Где основа — это круг. А кончик — точка преломления. Давай, пробуй. На этом этапе ничего сложного и нужен только контроль. Потренируйся пока сам, а на следующей тренировки скорректируем программу. Попроси у Гатса также атлас и пояснения к нему.

— Что за атлас? — заинтересовался я.

— Трактат из другого мира, об энергосистеме и том, какие конфигурации существуют и для чего используются. Полистай, посмотри, что приглянется, потом обсудим.

Подмигнув, Такен свалил. Сегодня он без брони был, в меховой куртке, с накинутым на голову капюшоном. Погодка что-то совсем разыгралась, минус двадцать на дворе точно было.

Скорее бы весна.

* * *

Когда уже общая тренировка подходила к концу, а я так и продолжал работать во внутреннем пространстве, медитируя, меня отвлекли, постучав пальцем по лбу.

— Есть кто дома? — раздался насмешливый голос Грозы.

Открыв глаза, недоуменно и растерянно на неё посмотрел. Не из-за её появления, а скорее из-за того, что пришлось отвлечься и распределить энергию по телу. Что, между прочим, сложный процесс.

— Чего надо? — спросил я не особо-то вежливо.

— Фу, какой грубый, — надула она губки. — Нам надо многое измерить и заняться обучением всерьез.

— Да-да-да, очередные пафосные слова, что до этого было не всерьёз. Тамара в этом плане на вас похожа. Тоже любит пафос.

— Как будто ты не любишь, — парировала она.

— Ладно, — вздохнул я. — Если серьезно, что измерять-то будем? — посмотрел я на других учеников, которые уже начали расходиться. — И у меня дальше занятия…

— Которые отменены. Такен дал мне приоритет. Могу использовать тебя, когда захочу.

— Ты хотела сказать — обучать, когда захочу?

— Да-да, оговорилась, — расплылась она в улыбке.

— Так что делать будем?

— Для начала — упражнения на контроль, чтобы измерить твой уровень. Потом замер силы всех техник и знаков. Потом упражнения на контроль, для его развития.

— Опять замеры, — вздохнул я. — Начнем тогда, что ли.

И мы начали.

* * *

Калия вышла из душа, вечером, и была на все сто процентов уверена, что в коридоре никого нет. Но когда она уже подошла к двери и потянулась к ручке, то подпрыгнула и отскочила.

— Тише ты, — сказала Мария Вологодская, приложив палец к губам и шикнув. — Ты ведь Калия, да?

— Что нужно? — нахмурилась девушка, пожалев, что отказалась от привычки таскать с собой в душ нож.

Впрочем, в следующую секунду эта мысль показалась ей идиотской. Против этого монстра в теле молодой женщины, никакие ножи не помогут.

— А пошли ко мне в ученицы, а? — предложила Мария, улыбнувшись заговорщицки. — Воспитаю из тебя настоящую шиноби!

— Чего-о? — опешила Калия.

— В ученицы говорю, пошли ко мне. Научу. Сильной сделаю. Секреты открою. Тайны передам. А то два альфача-придурка есть, а нормальной девчонки, которая их за пояс заткнет, — нет. Непорядок.

— Да вы с ума сошли, — попятилась Калия, прикидывая, что добежать до окна и выпрыгнуть не успеет.

— Ну чего ты, — пошла за ней Мария. — Я не обижу! Куда ты! Стой!

Не выдержав, Калия всё же убежала.

Выскочившие на шум парни, которые уже успели помыться, увидели презабавное зрелище — испуганную Калию в розовом халате. Который ей подарил Спар. О чем они не знали, потому что девушка не палилась. Калия, осознав, что великий секрет раскрыт, а её репутация грозной девушки рушится прямо на глазах, обматерила любопытных и убежала к себе в комнату.

Такен, когда на следующий день узнал о случившемся, долго-долго ржал, но никому не объяснил почему.

Глава 18. Атлас, или Как Спартанец задумал отношения в коллективе наладить

Гатс смотрел на рожу Спара и старался ничего не чувствовать.

— Что, в этот раз тоже будем тормозить? — зевнул Спар.

Дело было вечером, уже после занятий, когда Спар попросил показать ему атлас и рассказать, что там к чему. Попросил с подачи Такена. И если Спара ещё можно было игнорировать, то Мастера уже нет.

— Идем, — ответил Гатс.

За последние месяцы парень испытал столько различных чувств, что кому-то хватило бы на целую жизнь. Утопая в отчаянии, боли и гневе, теряя себя, Гатс ухватился за протянутую соломинку.

Самое отвратительное в этом было то, что парень понимал — Такен им манипулирует. Но делает это так, что и придраться не к чему. С точки зрения парня, логичнее всего было избавиться от проблемного ученика. Если сравнивать его боевой потенциал и Вологодских, то выбор очевиден. А насчет того, что последуют проблемы в коллективе… Сначала Гатс думал, что ничего такого не случится, и все только облегченно выдохнут. Потом, когда успокоился, пришёл к выводу, что нет. Другие напрягутся, если Гатса сольют грубо. Но в том-то и дело, что избавиться можно сотней разных способов. Достаточно послать на опасное задание, а там никто и слова не скажет. Наоборот, многие порадуются.

Но вместо того, чтобы выгнать, убить или изолировать ученика, Такен начал учить. Уделять внимания куда больше, чем остальным. Разве что Тич в этом мог посоперничать. Но он капитан, и отдельная программа занятий для него обязательна.

Как-то так и вышло, что в момент полного отчаяния Гатс схватился за эту возможность, как утопающий. Ему предложили конкретную сделку. Тренироваться, становиться сильнее, помогать в общем деле, а там видно будет. В его положении о лучшем предложении и мечтать нельзя. Шли дни, Гатс сосредоточился на задаче, и по чуть-чуть внутренняя пружина не то чтобы распрямлялась, а скорее остывала, переставала быть раскаленной.

Некоторые методы Такена, типа манеры ставить врагов месте и тем самым заставлять что-то переосмысливать, Гатс воспринял… смиренно. Как ещё одну тренировку на контроль. Тамара его бесила. Можно сказать, он её ненавидел. Та отвечала тем же, и Гатс видел, когда Такен не смотрит, в её взгляде читается отчетливое желание убить. При этом она тренировалась, была отличным соперником и той планкой, которую Гатсу требовалось покорить. Потому что, если он с Тамарой разобраться не может, то с её «родителями» и подавно не справится.

Жизнь была бы куда проще, если бы не внутренние демоны. Когда те просыпались, вырывались из пут, то шептали: разве это правильно, соглашаться на сделку? Разве ты не предаешь своих родителей? Разве бы твой отец хотел, чтобы ты прогнулся под врагов?

Никто об этом не знал, но каждый день Гатс прикладывал титанические усилия, чтобы не сойти с ума.

Злая ирония заключалась в том, что в этом был виноват… отец. Гатс не помнил этого эпизода. Отец раскрыл тайну, когда Гатс решил покинуть дом. О том, как в детстве провёл эксперимент над собственным сыном. Дал ему силу легендарного камня, особым способом. Каким — не рассказывал. Ну да мало ли секретов Колодец таил. Благодаря клановому обучению, Гатс знал, что не все камни «положительные». Некоторые с неприятными условиями и особенностями. Но это было неважно. Главное, что Гатс узнал — эта способность, когда он желает кого-то убить, делает его сильнее. Но в то же время забирает контроль.

Проще говоря, все те жесткие тренировки, которым подвергал его отец, вся та эмоциональная холодность, которую в нем взращивали, все те драки, в которые он влипал — у всего этого было простое объяснение. Отец пытался компенсировать проклятую силу.

И — получалось.

Когда Гатс покинул дом, он уже был хорошо подготовлен, чтобы держать себя в узде. Единственная осечка — с Корентайном. Когда его разум взяли под контроль. Тогда учеников спасло только то, что Гатс внутри себя продолжал бороться и не желал их убить по-настоящему. Чего ему это всё стоило — об этом он никогда и никому не говорил.

И вот, случилось это. Родителей убили. С этого момента Гатс постоянно ощущал желание убить. Демоны стали куда сильнее. Сдерживать себя было в разы сложнее. А ещё Тамара, которая постоянно провоцировала…

В какой-то момент Гатс понял, что либо пересмотрит своё отношение к ней, либо сорвется. Это было несложно. Она ведь ни в чем не виновата и вообще из другого мира. А то, что убить хочет, так Гатс сам спровоцировал.

Если бы ещё не этот шепот, говорящий, что, отказываясь от мести, он предают свою семью…

Всё это привело к тому, что Гатс тотально погрузился в тренировки. Просто боялся сорваться. Отношения с Калией заглохли. Какой девушке нужен вечно занятый, мрачный, эмоциональный инвалид? Никакой. Гатс это понимал. И, учитывая, насколько он себя сам проблемным считал, отдалиться от неё, чтобы защитить, показалось парню хорошей идеей.

А потом всё разом превратилось в какое-то безумие. Почему? Да из-за Спара!

Стоило этому придурку явиться в крепость, как Гатс сорвался. Полез драться. И — отхватил. Что привело его в полное неистовство. Долго подавляемые демоны рвались наружу.

А потом появились Вологодские. Демоны полностью захватили тело. Гатс в один момент стал в несколько раз сильнее… Чтобы в итоге узнать, этого всё равно мало. Пусть Гатс и увидел, что Гроза оказалось не таким уж всесильным существом. Не успела среагировать. Гатс заметил на её лице страх за краткий миг до того, как зарубил её мечом. Но в этот краткий миг её муж начал действовать, а Спар успел перехватить руку и заслонить своим телом.

Заслонить. Его. Гатса. Собой. От смертельного удара.

Того, кто предал их дружбу.

Когда Гатс осознал, что произошло, он испытал такой сумбур чувств, что просто не смог его осмыслить. Ни в тот день, ни в следующие.

Но разве Спар мог на этом остановиться? Этот чертов придурок не умел останавливаться. Выступил в открытую против Вологодских. Откинул Люция. Ранил Марию. То, что самого Гатса уложили в землю, чтобы не мешался, назвали сучкой для битья и унизили — как-то прошло мимо.

Когда эти события закончились, когда его латала Джиха, а Калия сидела рядом, встревоженная, до Гатса медленно начало доходить, что он сделал. Сорвался. Показал свою силу. Напал на Вологодских. Чуть не спровоцировал массовую бойню. То, что никто не погиб, было самым настоящим чудом.

Спустя какое-то время, когда уже стемнело, сидя в одиночестве, думая о том, что он всё только разрушает, в то время как Спар, наоборот, объединяет… Справедливо решив, что, если бы Гатс так вернулся в крепость, никто бы не встречал и не радовался… Парень дождался того, что ему принесли торт, а потом ввалилась пьяная Калия и случился их первый поцелуй! Не благодаря тому, что Гатс что-то сделал! А благодаря тому, что Спар устроил пьянку!

Это был финишный добивающий, который окончательно разбил Гатса, и он перестал понимал и кто он сам, и какое место в жизни занимает, и к чему ему стремиться, и что вообще происходит.

Так что тем утром, когда Такен, прибегнув к своему любимому методу урегулирования конфликтов, сказал обучить Спара, Гатс совершенно не понимал, как реагировать на этого высокомерного придурка.

Смесь из зависти, ненависти, сомнений, шепотков демонов про предательство, порождали в душе Гатса хаос, который он мог только придавить, но не разобраться с ним окончательно. В связи с чем каждое мгновение общения со Спаром означало для него новый виток внутренней борьбы. Чего Спар, конечно же, не понимал.

Пока шли до лектория, где лежал атлас, Гатс так и не придумал, что с этим делать.

— Так, значит, ты решил просрать свою жизнь? — внезапно спросил Спар, когда они поднимались по лестнице.

— Тебя волнует моя жизнь? — холодно ответил Гатс.

По-другому ответить он просто не мог.

— Волнует, — дал неожиданный ответ Спар. — Ровно в той мере, в какой нужно, чтобы наш коллектив нормально функционировал. А то знаешь ли… Ты пропустил мой крутой рассказ об эпичных приключениях в Колодце. Так бы знал, что там всякое дерьмо поджидает. В больших количествах.

— Какое это отношение имеет к вопросу? — зачем-то спросил Гатс.

Разговор ему был неприятен и, непонятно, к чему вёл.

— Ты как камушек в сапоге, — ответил Спар. — Раз наступишь — не страшно. Но если долго идти, то нога отвалится. Не будь камушком, Гатс. А то как придурок, ей-богу. И Калии голову морочишь. Ты либо туда, либо сюда.

— Как у тебя всё легко получается.

— Легко? — Спар покосился на него.

Лестницу они прошли, надо было подняться всего на второй этаж, и остановились возле в двери лектория.

— Ну да, легко, — хмыкнул он чему-то своему, смотря предельно серьезно. — Знаешь, Вологодские те ещё чудовища, и мне понятно, почему ты хочешь их убить. В вопросах мести мы с тобой удивительно похожи. Просто… Ты не думал, что для того, чтобы отомстить, не надо быть угрюмым и замкнутым болваном?

— Ты как был дураком, так им и остался, — Гатс начал раздражаться. — Те, кто дорог, — всегда первая цель. Или думаешь, Вологодские пощадят Калию? Как пощадили мою мать?

— Гроза не убивала её.

— И ты тоже поверил в этот бред, — скривился Гатс.

— Пфф, — Спару надоело стоять в аудитории, и он вошёл внутрь. — Где тут атлас? Гроза из тех, кто прямо скажет, кого убила, чтобы поглумиться и спровоцировать тебя. Это ведь так просто. Пара слов, и всё, тебя перемкнет, сам полезешь. А Такен не всесилен. Как и Вологодские, кстати. Да и слишком ты мелкая сошка, чтобы ради тебя напрягаться. Со-су-нок, — нагло усмехнулся Спар.

— Раньше ты мне больше нравился, — ответил такой же «демонической» улыбкой Гатс. — А сейчас совсем каким-то мудаком стал.

— Какие мы нежные, — развеселился Спар. — Повторю, а то вдруг не дошло. Последние месяцы вы тут без меня развлекались, и проблема так и не решилась с тобой. Только хуже стало. А раз так, то сама и не решится. Поэтому ты уж определись, за какую команду играешь. Можно на тебя положиться или нет.

На эмоциях Гатс чуть не брякнул, что не Спару говорить о доверии. Но как ошпарило. Вспомнил, как Спар его, не друга, прикрыл собой. Да, потом выяснилось, что у него есть регенерация и смертельный удар не такой уж смертельный, но это ничего не меняло. Люций ведь и убить мог. Наплевав на любую регенерацию.

Да и убил, почти. Чтобы достать Гатса, проткнул Спара мечом посильнее.

— Ну так что, — Спару надоело ждать, — где атлас-то? Я учиться хочу. По книжкам соскучился. Не знаю, рассказывали тебе про мои приключения, или ты даже этого не смог узнать, но меня на год в испытание заперли. Ох и жесть там была… Ни мягкой кроватки, ни упругих сисек. Только ящеры злые… — взгрустнул Спар. — Ненавижу ящеров, — добавил он крайней мрачно.

* * *

Атлас мне понравился. Да и с Гатсом поговорили. Сам факт того, что поговорили, уже мне показался хорошим знаком. Я не силен в психологии, что надо бы исправить, но, думается мне, если он выговорится, это пойдет на пользу.

А то, если крышечка долго закрыта, того и гляди, закипит да взорвётся.

Но ладно, хрен с ним, с Гатсом. Он в списке моих приоритетов занимал далеко не первое место. Атлас был куда интереснее. Гатс достал толстенный талмуд, положил на стол и развернул.

— Никогда таких книг не видел, — удивился я размерам.

— Это настоящее сокровище, — с серьёзным видом, без тени иронии, ответил Гатс.

Только вот мой пыл поугас, когда я пригляделся к первым страницам. Если коротко — ни черта непонятно. Знакомых букв нет. Незнакомые — да, есть. Рисунки какие-то. Я перелистнул несколько страниц. Были как изображения людей, так и какие-то хитросплетения.

— Э-э… — выдал я. — Давай пропустим ту часть, где ворчим друг на друга, и ты расскажешь, что к чему? А то как-то непонятно.

— Я здесь тоже не всё понимаю, — предупредил Гатс нормальным тоном. — Такен знает язык и переводит разделы, если есть какой-то конкретный вопрос. Тебе с ним в любом случае придётся консультироваться… Если в общих чертах, то… — Гатс набрал в грудь воздуха и принялся рассказывать, как на лекции: — Для нас есть три основных способа использовать энергию. Способности, дарованные камнями. Способности круга. Знаки. На втором круге, как ты можешь догадаться, появляются новые техники. Резонанс — одна из них. Ускорение, укрепление, усиление, выплеск — это и на первом было доступно.

— А что ещё доступно? — заинтересовался я.

— Пока второй круг не освоишь — ничего.

— Такен же как-то должен был вас вдохновить, не?

— Не всё так просто… — покачал головой Гатс и перевернул несколько страниц. — Вот, смотри. Техника, которая похожа на твой шар. С кучей разновидностей. Таких как превращение шара в торнадо, которое оказывает либо внешнее воздействие, либо внутреннее. Всякие удары на расстоянии. Силовые щиты. В теории, даже полёт можно освоить.

— Как-то не впечатляет, если честно, — я искренне ожидал услышать рассказ про крутые техники.

— Вспомни, как Такен гору разносил. Вот тебе и мотивация, — пожал плечами Гатс.

— Допустим… Так, а с атласом что? Зачем все эти рисунки?

— Всё просто и… сложно. — Гатс снова в легкие воздуха набрал. — Ты выбираешь, каким путем хочешь идти. На что будешь ставить акцент. Для укрепления тела одна система каналов нужна. Для дистанционных атак — другая. Для полётов — третья. Какие-то направления переплетаются между собой, и тогда это называется стиль. Регенерация, укрепление тела, усиление ударов — вот и готов боец ближнего боя. Скорость, работа с оружием — мечник. Что конкретно тебе подойдет — это у Такена спрашивай. Да и сам подумай.

— А ты себе что выбрал?

— Мечник-силовик. Это же очевидно, — с толикой раздражения ответил Гатс.

— Хм… А есть вариант, чтобы стать самым крутым и всех с одного удара укладывать?

— Да. Называется мастер третьего круга. Вот, смотри, — Гатс открыл самое начало атласа, — это простой пример энергоузла. Видишь? Десяток переплетенных линий. Здесь, — он провёл пальцем вдоль букв, — описаны точные характеристики. Пропускная способность, отдача энергии, ёмкость. А вот здесь, — он перелистнул в самый конец — Сложный энергоузел.

Я присмотрелся и понял, что легко не будет.

— Здесь уже не десяток нитей, а вся тысяча. Тысяча! Тончайших нитей! — с пылом сказал Гатс. — Для понимания, у меня сейчас не хватает чувствительности и контроля, чтобы создавать нити хотя бы в одну десятую настолько же качественные.

— Это просто ты слабачок, — пошутил я.

— Сколько ты провёл во временной аномалии? — резко спросил Гатс.

— Почти полтора года длились мои приключения, — не стал я скрывать то, о чем знали все на нашем потоке.

— То есть у тебя была фора в один год и два месяца, — резюмировал Гатс. — Ты стал сильнее меня, я это готов признать. Но долго ли продлится твоё лидерство? — в его глазах появилось высокомерие.

— Ты так себя по ночам утешаешь? — рассмеялся я.

— Я превзойду тебя, — пообещал он без тени улыбки. — Почаще оглядывайся, Спар.

Я посмотрел на него и ничего не сказал. Это мне и нужно было от него. Соперничество. Главное, чтобы в убийства не переросло.

* * *

Такен, вместе с Вологодскими, завис прямо над городом клана Северус.

О том, чем это может обернуться, он старался не думать. Гроза обещала скрыть их от чужих глаз, и приходилось ей верить. Сам Такен мог скрыть себя, но не других людей. Люций в маскировке был ещё хуже, поэтому на него рассчитывать не приходилось.

— Так-так-так, — пробормотала Мария, когда они зависли в нужной точке.

Её глаза засветились яркой зеленью.

— Ничего не понимаю, — сказала она спустя минуту.

— А можно поподробнее? — спросил Такен.

Несмотря на риск, отправиться и посмотреть глазами Марии, идея ему понравилась. Это сразу решало множество вопросов. Только что-то тон женщины не обещал ничего хорошего.

— Никаких следов колдунов, — нехотя ответила Гроза. — Вижу Класию. Засела в бункере. Ноги и руки не восстановила. Насколько вижу, энергетика у неё также уничтожена. Но это невозможно!

— Что именно? — спросил Такен.

— Оставаться живой в её состоянии.

— Ты могла ошибиться, — заметил мужчина.

— Не могла, — упрямо ответила Мария. — В этом вопросе — нет.

— Хорошо, — не стал спорить Такен. — Что-то другое подозрительное видишь?

— Нет… — сказала она спустя ещё пару минут. — Никаких следов сети Легиона. Никаких колдунов и захваченных тел. Ничего такого.

— Стену они восстановили, — заметил Люций. — Охрана тоже появилась. Приглядись к ним. Видишь что?

— Нет, — повторила Мария. — Да, они как-то быстро силы восстановили. Но я ничего не вижу. Предлагаю разнести здесь всё. Очень уж подозрительно.

— Нет уж! — возразил Такен. — Хватит необдуманных действий!

— Очень даже обдуманные и подтвержденные древним правилом — нет человека, нет проблемы.

— Мария, нет. У нас уговор. Ты не будешь устраивать бойню без согласования.

— Какой ты зануда. Помяни мои слова, твоя мягкость — большая ошибка.

— Возвращаемся, — сказал Такен.

— Нет, — возразила Мария. — Давай ближайшие земли осмотрим и их соседей.

Следующие пару часов Такен послушно перемещал их группу из одной точки в другую. Они ничего не нашли. В итоге Мария, когда у неё разболелась голова, сдалась.

* * *

Класия резко проснулась, почувствовав, как забилось сердце, а спину покрыл холодный пот. Усилием воли она заставила себя задышать ровно.

Приоткрыла глаза, внимательно осмотрела свою маленькую комнату, но никого не увидела.

Тишина. Вокруг стояла звенящая тишина, не единого звука.

— Дрисс! — позвала она. — Дрисс!

На всякий случай в это время дежурило двое слуг. Чтобы быть в любое время к услугам госпожи. А всё благодаря Вологодской и разумной предосторожности.

— Да, госпожа, — дверь отворилась, и в комнату вошёл темнокожий слуга, говорящий с легким французским акцентом, несмотря на то что своей родины никогда не видел.

— Принеси воды, — раздраженно потребовала Класия.

Своё состояние, когда не можешь сама удовлетворить элементарные потребности, она ненавидела. Ещё больше она ненавидела ответственную за это Грозу. Оставить без рук и ног, медленно подыхать… «Надо же, какая изобретательность, — зло подумала Класия, — Ничего, я тебе это припомню».

Несмотря на все жизненные испытания и трагедии, которых в жизни выпало немало, женщина всегда спала крепко, поэтому факт внезапного пробуждения говорил… о чем-то. Как минимум о какой-то серьезной опасности, которая находилась где-то рядом. Но в комнате никого не было. Слуги живы, и Дрисс быстро подал воды. Класия отпила, с помощью мужчины опустилась обратно в кровать и прикрыла глаза, медленно задышав.

Если никто не поднимает тревогу и не спешит её убивать, значит, угроза не такая простая, и у Класии в голове крутился только один вариант.

По её душу пожаловала сама Гроза. Вернулась из Колодца, добралась до Такена, узнала новости и побежала проверять, почему это её старая соперница до сих пор коптит небо. Легко просчитываемый шаг. О котором Класия позаботилась заранее.

Легион в этом плане был крайне удобен. А их союз — эффективен. Люди Класии, самые обычные, следили за Колодцем. Когда Вологодские появились — передали информацию колдуну, который находился за пределами трех городов, чтобы случайно не попасться на глаза. А дальше… Сообщение было доставлено мгновенно, и, чтобы выиграть время, Класия предложила Легиону спрятаться. Скрыть все свои следы пребывания на севере, убрать набранную армию и затаиться. Занимаясь делами в других местах. На что тот согласился.

С момента битвы с Вологодскими прошло почти четыре месяца, потраченных не просто так. Класия собрала всю доступную информацию о своих врагах. Возле Колодца были те, кто специализировался на торговле информацией. В частности, обладал способностями, позволяющими «считать» чужие умения, силу камней и не только. Очень полезно, когда враждуешь с кем-то серьезным. Так Класия узнала, что Вологодская овладела новыми знаками, её резерв вырос в несколько раз с последней встречи, и была получена новая способность, связанная с омоложением, предположительно, более высокого уровня, чем дают легендарные камни.

Отвалить за эту информацию пришлось немало. А потом натравить на преступную группировку, которая занималась этими делами, Легион, чтобы он захватил столь полезные тела, а заодно все их информационные архивы.

К этой ночи всё было готово. Проходила минута, вторая, третья, никто не нападал, и, улыбнувшись, Класия снова уснула. Её план работал.

Глава 19. Задание, или Как Спартанец к делу готовился

Вологодская была настолько любезна, что составила для меня персональную программу тренировок. С её точки зрения, я, во-первых, должен наработать практический опыт в различных ситуациях (спарринги с применением способности и забеги), налегать на отработку знаков, чтобы закрепить заложенный фундамент и активно заняться развитием энергосистемы, в том числе через открытие второго круга, попутно развивая свой шар.

Об этом она мне сообщила лично, перехватив после завтрака. Говорить во дворе не стала и увела в одну из аудиторий, где выдала график занятий.

— Как видишь, от коллектива ты сильно отрываться не будешь, но и общая программа уже не для тебя.

— Мне что, правда уже не нужна физическая нагрузка? — припомнил я её слова, сказанные у Такена в кабинете.

— Твоё тело — на пике. Если ты совсем ничего делать не будешь, то, конечно же, со временем деградируешь, и то далеко не сразу. Сопутствующих нагрузок хватит, чтобы поддерживать форму, — развела она руками. — Так смысл тратить время впустую, если тебе это ничего не даст?

— Логично, — ответил я с сомнением.

Которые относились к тому — как же это так, не нагружать себя постоянно. Я к этому настолько привык в крепости, что изменение формата казалось кощунственным.

— Впрочем, контракты по камням никто не отменял, — добавила Гроза. — Тебе в любом случае придётся как-то себя нагружать. Чего хватит с избытком.

— Хм… — припомнил я первые тесты и поединки с Гатсом, где мы дрались без кругов и других способностей. — Что-то пик моей формы не такой уж высокий.

— Это ты к чему?

— Я не сильнее того же Гатса. Который не проходил испытание.

— А, ты про это… — вздохнула Гроза, которая сидела напротив меня в блузке и походила на обычную женщину. — По правде говоря, Виктор довольно силен. Физически, имею в виду. Тут и наследственность хорошая, и дури в нем много, и то, что он свой гигантский меч использует — тоже сказалось. Он, считай, тоже почти на пике. Дальше вы оба, если и прибавите в голой силе, то за счёт взросления и набора мышечной массы.

— Куда развиваться ещё есть?

— Есть, есть, но это само придёт. Давай лучше к другому пункту перейдем. Я тут изучила атлас…

— Весь? — перебил я.

— Да, а что такого? — улыбнулась она самодовольно.

— Твоя гениальность не знает границ, — подколол я.

— Вот-вот, — покивала Гроза.

Кажется, она не поняла, что это подколка. Или поняла, но решила подколоть в ответ.

— Там много вариантов, но, думаю, для тебя самый идеальный, учитывая все цели и задачи, а также твои особенности и навыки — это мобильный боец ближней и средней дистанции, с уклоном в чувствительность и сенсорные способности.

— Звучит приемлемо.

— А ты думал, что я могу предложить неприемлемый вариант? — удивилась она. — Зачем? Мне выгодно, чтобы ты раскрыл весь свой потенциал.

Да-да, конечно.

— К тому же самое приятное в этом то, что часть упражнений на чувствительность связана с тем, что тебя будут как следует избивать разными способностями.

— А ты, случаем, не ящерица?

— Ящерица? — перед этим расплывшись в довольной улыбке, Гроза сбилась с мысли.

— Больно ощущения схожие. Тех гадов я тоже не люблю.

— Какой сердитый волчонок, — умилилась она. — Дай за щёчку потреплю.

Она и правда потянулась ко мне, но я отодвинулся, и Мария рассмеялась.

— Чего ты дуешься? Я давно подметила, что, когда тебя бьешь, ты быстрее обучаешься.

— Не перестаю удивляться твоим педагогическим талантам, — ответил я прохладно. — Ладно, шутки шутками, но когда начинаем?

— Сразу, как с миссии вернешься, — огорошила меня Гроза.

— Что за миссия? — удивился я, искренне думая, что никто меня из крепости в ближайшие дни отправлять не собирается.

— У Такена спросишь. Не моя идея.

— Ну, хоть намекнуть можешь?

— А ты можешь не сносить мои щиты, чтобы сломать нос? — не меняя лица, спросила она, чем вызвала ступор, а потом и смущение.

— Прости, — сказал я, и правда чувствуя вину.

Очень-очень небольшую вину. Прямо микроскопическую.

— Но и выбора у меня не было. Так что без обид, — добавил я.

— Да какие обиды. Мне всего лишь пришлось как следует постараться, чтобы отговорить Люция убить тебя. Если честно, я не до конца уверена, что получилось, поэтому ты развивайся активнее. Тогда шансов выжить больше будет, — сказала она без тени иронии.

— Какая забота, — заметил я. — Так что за задание?

— Непонятная история с севером, — нехотя ответила она. — Мы с Такеном слетали к ним. Я лично посмотрела. Ничего не увидела. Но так быть не может! — искренне возмутилась женщина. — Зуб даю, дело нечисто, и эти твари спелись с колдунами!

— Если честно, звучит как чья-то гордыня, — со скепсисом сказал я.

— Я бы с тобой поспорила, — холодно заметила она. — Но кое-кто не держит слово. В отличие от меня.

— Моя совесть атрофировалась задолго до того, как меня прикончили на первом испытании, — парировал я. — Признаю, был неправ… по отношению к своему слову. И от исполнения желания не отказываюсь. Но оно не должно идти во вред кому-либо из моих друзей и всех тех, кто находится в крепости и связан с Такеном.

— На удивление грамотная формулировка. Но что с неё толку? — скривила губы Мария. — Так дела не делаются, Спар. Ты либо держишь слово, либо нет. Или что, на улицах не учат, какая судьба ждет тех, кто обманывает?

— Разная, — пожал я плечами. — Так, значит, Такен отправит меня искать колдунов?

— Не только тебя. Северянина и твою команду. Или кого-то другого. Это к нему вопросы. Сами по себе будете, на территории врага. Ты там это… Если что, мочи всех северян, не стесняйся. Глядишь, я забуду о твоем вероломном предательстве.

Несмотря на её серьезный тон я чувствовал, что она просто издевается.

— А знаешь… Давай так. Если ты добудешь доказательства, что я права, то прощу, — внезапно решила она. — По рукам?

— Выдавать желаемое за действительное не буду.

— Я и не прошу об этом. Хочу, чтобы ты землю носом рыл и в лепешку расшибся, но докопался до истины. Согласен?

— По рукам, — кивнул я, подумав.

— Ну так и иди, тренируйся, — махнула она рукой. — Мне ещё по другим ученикам расчёты делать…

Я уже у двери был, когда меня окликнули.

— Эй, Спартанец… — позвала она отнюдь не вежливо.

— Чего? — глянул я хмуро.

— Ученицу хочу. Вот приглядываю себе кого. Половина баб в этой крепости — твои. Что думаешь?

— Думаю насчёт половины своих баб? Или того, чтобы кто-то из них к тебе в ученицы пошёл?

— Да, в ученицы, — покрутила Гроза рукой.

— Ну… — задумался я. — Обидишь кого из них или сгубишь… Точно тебя грохну. В Колодец уйду, сам до Истока доберусь, силу там найду, вернусь и размажу тонким слоем. Вот тебе моё слово. Сама думай, сдержу или нет.

— Какой грозный, — умилилась она. — Каким местом слушаешь? Я что сказала — что в ученицы возьму. Ваську твою, к примеру. Чего она с Фионой достигнет? Ничего. Посредственностью останется. А со мной — силу наберет. Да такую, что с ней все в этом мире считаться будут. Убийцу из неё не воспитаю, не переживай. А вот ту, кто всем нужна — целительницу экстра-класса, легко. Девка талантливая. Даже если ты сдохнешь, после обучения у меня не пропадет. А если выживешь, так женой хорошей станет. Детей талантливых нарожает. Как тебе такое предложение? Ты ей можешь жизнь лучше предложить?

— Кхе… — закашлялся я на словах про жену и детей, но быстро спохватился. — Знаю я твои методы.

— Эффективные? Жестко её обучать нет смысла. Другая нагрузка нужна. Ин-те-лек-ту-аль-ная, — по слогам произнесла она. — У тебя мозг маленький, поэтому надо бить почаще, чтобы обучался. А с ней — другое.

— Ну спасибо, — усмехнулся я. — Сама у неё спрашивай. Но я предупредил. Не дай Колодец с ней что случится. Разбираться, кто виноват, а кто нет, не буду.

— Как с вами всеми сложно… — закатила глаза Мария. — Всё, иди. Настроение испортил.

Пока она ещё что-нибудь не спросила, я вышел за дверь.

* * *

Гроза не обманула, и в тот же день нас собрал Тич. Нас, в смысле мою пятерку, включая Калию. Гатс также был.

— Так-с, — протянул Тич. — Спар, ты ещё не в курсе, наверное, но теперь инструктажи я провожу.

— Да в курсе, — отмахнулся я. — Ты же капитан. Понятно всё. Только загореть бы тебе, отдохнуть, — поддел я парня.

Тот вяло улыбнулся. У Тича за эти месяцы поубавилось лоска, зато синяки под глазами появились. Он вообще спит?

— Начнем, — сказал Тич. — С географии. Гатс, рассчитываю на тебя. Дополняй, если знаешь что.

Начал он издалека. Прям совсем издалека. Сначала я не понял, а потом до меня дошло. Рассказ был направлен на меня, чтобы восполнить пробелы. Общую географию мы проходили, но текущих экономическо-политических раскладов по северу я не знал.

— Здесь показаны регионы влияния, — пояснил он, когда показал общую карту с отмеченными крупными территориями. — Позже тебе надо будет наверстать и разобраться, кто где находится. Сейчас нас интересует северный регион. Самая значимая сила, которая там была, — Тич бросил взгляд на Гатса. — Это клан Северус. Помимо них, там есть ещё с десяток тех, кто называет себя кланами. Если ты помнишь, то в кланы входят разные семейства и группировки. Которые объединяют экономические, политические и военные силы.

— Тич, я не настолько забыл, чему нас учили, — заметил я.

— Хорошо, — кивнул он. — Вот основные города. Столица клана Северус здесь, — указал он указкой. — Мы вот здесь. — указка скользнула в сторону юга-востока. — Как вы все знаете, некоторое время назад Вологодские напали на северян. Проблема в том, что информация, полученная от главы клана Северус через Гатса отличается от того, что рассказала Мария Вологодская. Гатс, — посмотрел Тич на парня. — Я в курсе, что у тебя своё мнение. Только так дела не делаются. Вопрос придётся прояснить.

— Я молчу, — ответил Гатс. — Но мне интересно, что именно Такен хочет от нас? Север — большой. Проверить его весь не представляется возможным. Как и посетить основные пригороды так, чтобы нас не заметили. А если заметят — убьют. Меня, если поймают, казнят.

— Испугался? — спросил Шупа, который развалился на стуле, закинув руки за голову.

— Мне-то чего бояться, — посмотрел на него Гатс. — Это у тебя способность к восстановлению. Умирать будешь много раз.

— Заканчивайте балаган, — устало сказал Тич. — Спар, можешь им по голове настучать, если не по делу болтать будут?

— Легко, — оскалился я.

— И с этими дураками мне идти на дело, — горестно вздохнула Калия.

— Эй, — возмутился Тим. — Не говори за всех.

— Дураками и занудой, — заржал Шупа.

И тут Тич что-то такое сделал, что я себя неуютно почувствовал. Воздействие? Парням тоже как-то веселиться перехотелось. Скуксились и притихли.

— Спар, на нас теперь и планирование операций. Всё по-взрослому. Сами придумали, сами исполнили, — сказал Тич.

— Сами влипли, — тихо пробурчал Шупа, перестав раскачиваться на стуле.

— Для начала определим точку высадки, — предложил Тич. — Цели, пути, транспорт, точки встречи и прочее. У кого-то есть предложения? — обвёл он нас взглядом.

И в этот момент без стука дверь открылась. Я повернул голову, глянул, кто там и… не то чтобы замер, но как минимум озадачился.

— Привет, — в помещение вошла не кто иная, как Роза, дочка Такена и Фионы. — Не помешаю? — улыбнулась она, не глядя на меня и смотря на Тича.

— У нас здесь совещание, — нахмурился он, оценивая гостью.

А та, надо сказать, выглядела специфически. Как охотница на монстров. В теплой куртке с мехом, сейчас расстегнутой. Под ней виднелся кожаный нагрудник поверх вязаной кофты. Красного цвета. Где она такой цвет нашла, прям загадка. Но, помню, в первую нашу встречу она тоже красный цвет любила.

— Я как раз по вашему вопросу, — не меняя улыбки, ответила Роза. — Меня Такен прислал. Только что в крепость прибыла, сказал, что вы как раз план действий составляете. С вами пойду. Легенду охотников обеспечу, в остальном помогу.

Повисла тишина. Наши приглядывались к Розе, наверняка прикидывая, что это за внезапное появление. Я же едва заметно ей улыбнулся, точно зная, что она заметит. Пусть и не смотрит на меня принципиально.

«Привет, Спар, — раздалось у меня в голову. — Конечно, замечу. Ты так громко думаешь».

«Ого, — подумал я. — Кто-то освоил новые трюки».

Сам факт чужих мыслей у меня в голове ничуть не удивил. После ящера — ничего нового.

«Ящера? — со стороны Розы прилетела заинтересованность. — И чем тебе мой свитер не нравится?»

— Это неожиданно, — Тичу потребовалось шесть секунд, чтобы подумать и отмереть. — Такен ничего не говорил мне о тебе.

— Вы же знаете его, — развела она руками. — Мне тоже он ничего не говорил. Нашёл, приземлился рядом и сказал, что забирает. Как будто у меня других дел нет, кроме как с вами возиться, — отзеркалила она недовольно.

— Погодите… — отмер и Шупа, сказав это таким тоном, будто разгадал загадку века. — Так ты же та девчонка, которая с охотниками приезжала в крепость в прошлом году?

— Поразительная память, — фыркнула Роза. — Так что, вы меня разглядывать и дальше будете, или возьмемся за составление плана? Как я поняла, нужно добраться туда, где нас не ждут, и найти… непонятно что.

— Вроде того, — ответил Тич. — Садись, что ли…

— Нет, вы погодите… — не стал сдаваться Шупа. — Ты же ещё тогда со Спаром дралась! Приглянулся он тебе!

— А это ваш местный клоун? — невинно спросила Роза.

И — зря. Потому что Шупа тут же расплылся в похабной улыбке и выдал.

— Так это получается, что, дочка Такена запала на нашего Спара… И тут успел, черт беловолосый.

— Идиот, — посмотрела на него Калия. — О том, чья это дочка, надо было молчать.

— Как и о том, что ей достался камень подчинения разума от Корентайна, — закатил глаза Тим.

Роза, которая до этого демонстрировала уверенность, как-то разом растерялась.

— Но… Откуда вы узнали? — спросила она.

— Так ты это… — шмыгнул носом Шупа и вперед подался, не вставая со стула. — На Такена-то похожа. Да и на Фиону, если приглядеться…

— А кому, как не дочке, отдать столь ценный камень, — закончил мысль Тим. — Так что, Тич, берем её. Ценный кадр. Ты только это…

— Гатса нашего не трогай, — подхватил Шупа. — А то у него психологическая травма на этот камень.

— Идиоты, — повторил Тич, хлопнув себя по лицу. — А вы не думали, что оба эти секрета надо было сохранить в тайне? Я с вами ещё поговорю на тему секретности, — зловеще пообещал он.

— Так тут все свои, — не смутился Шупа. — А в том, что из неё конспиратор хреновой, кто же виноват. Способность-то освоила? Что можешь? — наехал он на Розу. — А то засунули по блату…

Последнее он зря сказал. Ой зря. Вон как опасно Роза прищурилась.

— Можем провести тренировку и тогда посмотрим, кто чего стоит, — предложила она холодно.

— А это идея, — неожиданно согласился Тич. — Нам надо знать, на что ты способна. Идем на площадку. Спар, раз это твоя подруга, то давай, экзаменуй её.

Я даже закашлялся от такой наглости. Вот от кого не ожидал подставы, так от него. Тоже мне, дипломат малолетний.

* * *

Откладывать долго не стали. Сразу и отправились на улицу.

По пути задал вопрос, который меня давно беспокоил.

«Роза, а чего тебя в крепости не обучают? Почему вдали от родителей с охотниками бегаешь?»

Это ведь логично, если подумать, держать дочку рядом.

«Потому что, — тут же в голове раздался голос, — папочка меня слишком любит, чтобы тренировать жестко, а мама слишком иначе смотрит на то, как мне надо жить. Охотники — компромисс. Чтобы я реальную жизнь посмотрела и закалилась».

«Хм… Что-то в этом есть…»

В это время двор был почти пуст, если не считать нескольких учеников, которые занимались самостоятельно. Либо просто что-то отрабатывают, либо контракт с камнями выполняют. Хотя они ещё в Колодец не ходили, но ведь могут быть и потомственные.

Я бы много чего ещё спросил у Розы, но идти всего ничего. Хорошо, что снег чистят и нет сугробов. Третий набор, те, кто провинился, каждое утро всю площадь убирали. Зима какая-то щедрая на снег вышла.

— Ну, давай, что ли, — сказал я, выйдя в круг, который образовался между нашей компанией.

Роза предусмотрительно скинула верхнюю одежду в комнате и вышла уже готовая. Я по-новому её прикид оценил. Ну так… Ничего особенного. Эффективно. Рабочая одежда. Сапоги — теплые и надежные, немало видавшие. Штаны — утепленные, отчего кажутся пушистыми, но хитро сшитые и не порвутся, если резко присесть. Свитер — спорное решение, как и нагрудник, но это мы здесь в крепости живем и имеем возможность регулярно в тепло заходить. Охотники же, насколько знаю, днями могут на «свежем воздухе» пропадать.

— Обычная драка? — спросила она.

— Да как хочешь.

— Уверен? — засомневалась она.

— Если ты победишь нашего Спартанца, то я очень удивлюсь, — не поленился поддеть её Шупа.

Точно нарывается. И на кого. На дочку Такена. Псих.

Хотя я на фоне него псих куда больший. Потому что за шуточки головы не отрывают. А вот за соблазнение — ещё как. Но не жалею, определенно, не жалею…

— Как знаешь… — сказала Роза.

Нахмурилась так, что складка между бровей пролегла, зыркнула на меня и… Ну, что-то в меня полетело. Мурашки по коже побежали.

— Это что такое? — не понял я.

— Она его атаковала? — Шупа тоже не понял.

— Э-э… — выдала Роза. — Ты должен был отлететь.

— Да-а? — удивился я.

Шупа хрюкнул и с трудом подавил смешок.

«Я и правда могу применять любой уровень силы?» — спросила она мысленно.

На что я коротко кивнул.

Расплывшись в улыбке, будто конфетку получила, Роза зарядила куда сильнее. Меня даже приподняло и откинуло на пару шагов. Не швырнуло, а так, подбросило слегка. На ноги упал.

— Это сила легендарного камня? — засомневался я вслух. — Ты её полностью освоила?

Засомневался и присмотрелся к области груди, где обычно ныряльщики камни держали. А там взгляд и за саму грудь зацепился. Которая точно размер прибавила с последней нашей встречи.

«Эй!» — возмутилась девушка, прочитав мои мысли.

«У тебя и правда грудь выросла», — возмутился и я.

В общем, грудь у Розы стала побольше. Хотя в этом и одежда может быть виновата…

«Не одежда…» — прозвучало в голове с непонятной интонацией.

«Я из-за тебя мысль закончить не могу!» — снова возмутился я.

Оказывается, это утомляет, когда тебя в твоей же голове перебивают.

А подумать я хотел то, что между грудей виднелся характерный бугорок. У нас всех такой же был. Плотный мешочек, болтающийся на надежной завязке. Иногда его убирали в другое место, чтобы не мешался. Кто-то постоянно в кармане или ещё где носил. Тут каждый сам решал, но самый распространенный вариант — на груди. Считалось, что это даёт прибавку к скорости освоения.

Раз камни она носит, то и легендарный там может быть.

— Освоила почти полностью, — ответила девушка вслух. — Но, если так хочешь, побью тебя по-старинке.

И она пошла бить. Демонстрируя, в общем-то, отличные навыки рукопашки. Как и силу со скоростью. На уровне лучших учеников второго курса где-то. Но до Тамары — как до луны.

«Что за Тамара?» — на этот раз голос прозвучал ревниво.

Роза попыталась отпинать меня, но что-то у неё пошло не так. То я блок выставлю, то в сторону уйду. Из-за чего её потуги выглядели… Отнюдь не соответствующе гонору.

«Нет у меня гонора! И ты от ответа не уходи! Новую девку себе нашёл?»

«Тамара — это дочка Вологодских. Не в курсе, что ли? Она из другого мира. Считай, сестра моя».

«Это как?»

Роза аж остановилась и перестала… позориться.

— Потом расскажу, — подмигнул ей. — Парни, давайте вы. Шупа, раз такой резвый, пусть тебя девушка поваляет. Тем более, восстановление у тебя освоено. Можешь с ним не сдерживаться, — шепнул я Розе так, что все услышали.

— Ну ты и предатель, Спар! — воскликнул Шупа.

— Предатель? — сделал я вид, что оскорблен до самой души. — Тебя красивая девушка бить будет! Это мечта любого парня!

— Ты уверен, что это именно мечта? — с откровенным скепсисом посмотрел на меня Шупа.

— Идиоты, точно идиоты… — закатила глаза Роза.

Да уж. У нас не подготовка к миссии, а балаган какой-то.

* * *

План мы в итоге составили. Роза тоже себя показала. Первое, смазанное, впечатление быстро исправилось. Если против меня её способность плохо работала, что неудивительно… Ведь против меня почти все способности плохо работали… То против остальных — Роза показала себя куда эффективнее. Шупу она валяла в буквальном смысле, со вкусом и смаком, в итоге закинув его на десяток метров.

Очень приличный результат. Я не ожидал, что мой друг обладает такими летательными качествами.

Ещё лучше девушка себя проявила, когда вытащила из кольца меч. Фехтовала она мастерки. Проверять это вышел Тич. Не скажу, что он проиграл… Но и не победил. Что само по себе много. А уж когда Роза показала технику круга и создала росчерк энергии… Что выглядело блекло, парни дружно прониклись и сказали, что крута… Короче, вопрос, пригодится ли нам такая боевая единица, закрылся. А там ведь ещё и способности разума были. Роза поделилась тем, что умеет. Читать мысли, что прямо сразу продемонстрировала, поставив нас всех в неловкое положение. Делать внушения, что тоже продемонстрировала, и Шупа выдал себе пощечину. А также владела психокинетическими приёмами. То есть через силу мысли могла передать кинетическую энергию объекту и придавить его, сжать, отправить в полёт. Причем могла она это всё на дистанции в пятьдесят метров. Слабой боевой единицей её при всем желании не назовешь.

Наличие способности читать мысли значительно упрощало задачу. Нам нужно было обнаружить на севере подозрительную деятельность. В первую очередь, отыскать следы колдунов, а то и их самих. Так как проверка клана Гатса ни к чему не привела, логично было предположить, что колдуны как-то научились скрываться. Для чего и нужен более тесный контакт, посмотреть в живую. Но и сразу лезть в «дом» Гаста — идея опрометчивая. Поэтому решили зайти с другой стороны. У клана Северус были враги. Самые сильные из них, что подтвердил сам Гатс, — клан Рагнар. Мне это название ничего не сказало, но Тич пошутил, что ещё одни любители древних имен.

Город, который держали Рагнарцы, был соседним Северусу. Три часа езды, если быть точным. Вот туда мы и направимся. Исходя из того, что после нападения Вологодских клан Рагнар первые, кто должен был атаковать северян, чтобы добить. И, по слухам, стычки были. Которые непонятно к чему привели.

Так что сначала туда. Если ничего не найдем, сунемся на родные земли Гатса.

Глава 20. Прогулка по лесу, или Как Спартанцу прерваться пришлось

Выдвинулись на следующий день. Роза оставшееся время провела с матерью. Я об этом узнал, когда заходил к Ваське, предупредить, что на несколько дней отлучусь. С Вологодскими гостью нашу тоже видел. Общались они если не тепло, то нормально точно. Как знакомые люди. Что странно, потому что они вроде бы не должны быть знакомы. По времени как-то не стыкуется. Если и видели дочку Такена, то совсем мелкой.

Интересно, Такен дочку в крепость привёл только ради миссии или чтобы ещё и Вологодских проверить? Я не был уверен, есть ли у них защита от взлома разума. Тим и Шупа в этом плане реально дураки. Не надо было говорить вслух про эти способности и поднимать тему. Не исключено, что Мария следила за нами и теперь знает, чего опасаться.

Ну да, если на то пошло, то отчасти это вина Такена. Никого не предупредил, воспитательную работу не провёл. Тим и Шупа ведь не знают, на что способна Гроза. Да и не уверен, что в полной мере понимают всю сложность сложившейся ситуации. Надо бы самому с ними поговорить, но лучше сделать это вне крепости.

Сам я с Розой тоже успел наговориться. Не напрямую. Что забавно — она меня избегала вживую, но смогла дотянуться из своей комнаты, когда уже спать ложился. Часа два с ней так прообщались. Рассказывали про житие-бытие друг друга. Мне пришлось рассказывать, как с Вологодскими ходил.

«Так ты меня теперь старше, получается?»

Это так странно, когда у тебя в голове чужой смех появляется. Поначалу немного на мозги давило, но я быстро привык и адаптировался. Что Роза тоже отметила.

«Получается, так. А сколько тебе лет-то?»

«Сейчас — двадцать».

«Так и мне где-то столько же. Точно не знаю».

«Как так?»

Выдал и эту часть истории. Про поиск родителей, разочарование и то, как меня в детстве на эксперименты продали.

«А я думала, это у меня родители проблемные», — без капли тактичности посмеялась она.

На что я совсем чуть-чуть облегченно выдохнул. Не знал, как Роза отреагирует. Всё же не самые лицеприятные вещи рассказал. Быть сыном бедняков, которые тебя за пару монет на убой продали.

Ну да ладно. Про свою жизнь Роза тоже рассказала. Что ничего особо интересного там не было. Ходила с охотниками. Училась. Монстров убивала. Вкусила, что это такое, кормиться дорогой. Спишь где попало. Ешь что придётся. Время на тренировки и развитие почти не остаётся.

«Так давай к нам, в крепость», — предложил я.

«Посмотрим, может, и перееду», — ответила она неопределенно.

Разговор закончили, когда парни дрыхли уже вовсю. Но мне не напряжно. Я быстрее, чем они, высыпаюсь. Всё же полезный мне камень достался. В некоторых вопросах.

* * *

Говоря про то, что вышли на следующий день, имел в виду, что вышли ночью. Точнее, вылетели. Такен забросил нашу группу в лес, недалеко от нужного пригорода. Пожелал удачи и свалил.

— Идем, что ли, — сказал Шупа.

Он остался командиром нашей группы. Против чего я ничего не имел. Банально, потому что полтора года как одиночка провёл. А он три месяца — как командир. Соперничать с друзьями я считал зашкваром, Шупа тоже вёл себя адекватно… Имею в виду сейчас, группу он построил без тени юмора, и мы двинули через темный лес. Поэтому и причин для конфликта не было. Что там с Гатсом, как ему в нашем коллективе, без понятия. Он выбрал свою излюбленную тактику — морда кирпичом и поменьше слов. Меч ему придётся перед входом в пригород отдать. Кольца-то у него своего нет, поэтому клинок понесет Шупа. Слишком характерная деталь, её легко заметить.

Местечко, где высадились, ничем не примечательно. Дикий, заброшенный лес. Полный снега. Идти то ещё удовольствие. Другим… Я-то гравитацию в ноль убрал и спокойно по настилу шёл, не проваливался. Другим мучиться приходилось и колею пробивать. Хорошо ещё, что, благодаря кольцам пространства, не надо было тащить весь лишний груз.

Ничего не говоря, отправился на разведку и прошвырнулся по округе. Тишина, если не считать звуков ночного леса.

Все роли были заранее согласны, порядок действий определен. К раннему утру требовалось быть уже в пригороде. Там заселиться в гостиницу. Выставить себя, как охотников. Что, между прочим, не мог сделать любой желающий. Для этого требовался специальный жетон. Который был у Розы. Если без жетона охотиться, то с господами охотниками конфликт выйдет. А если с чужого тела снять — конфликт случится сто процентов и обязательно кровавым. Насколько я знал, этот «рынок» надежно поделен и охотники не любили, когда у них хлеб отнимали.

Высадились мы посреди ночи. Где-то в два часа. До пригорода — около трёх часов пути. Я вернулся к своим и дальше так пошёл, постаравшись настроиться на лес и его опасности.

Но, несмотря на все предосторожности, никто из нас опасность так и не заметил.

Гатс шёл впереди, проламывал снег, когда прямо из сугроба выскочила тварь. Я чуть в стороне находился, на ветке дерева, метрах в двадцати. Среагировать не успел.

А вот Роза — успела. Она второй шла. Прыгнула, мечом своим взмахнула, и две твари, а вторая следом выскочила, на землю разрубленные упали.

— Испугался, здоровяк? — поддела его Роза. — Не бойся, я рядом. Защищу тебя от страшных монстров.

Гатс, который даже меч схватить не успел, с ответом не нашёлся.

— Что это было? — спросил Шупа. — И здесь могут быть другие, варежки свои прикройте и бдительной не теряйте, — добавил он, оглядываясь.

— Расслабьтесь, — сказала Роза. — Это подснежники. Зимой впадают в спячку. Спят под снегом, если не потревожить. А если потревожить, сразу вся группа просыпается. Здесь только две особи…

— Это точно, или могут быть исключения? — спросил Шупа.

— Всегда могут быть исключения, — ответила Роза.

— Тогда собрались. Спар, давай ты вперед, как самый крепкий.

— Нашёл повод на меня работу свалить, — спрыгнул я вниз, вернув гравитацию.

Ещё и цепь выпустил, вскрывал снег впереди. Так дальше и пошли. Я цепью орудовал, проверял сугробы, а отряд за мной двигался.

* * *

Легион смотрел глазами Посланника и контролировал через своих слуг происходящий ритуал. Посланниками он решил называть особенные тела, которые отправлял контролировать важные задания.

Сегодняшнее дело было, безусловно, важным. Стоял он здесь не один. Слева от него находилась фигура воина, закованного в броню. Справа — стояла Класия. Та, кто стала верной помощницей в новом жизненном этапе. Впереди также находился десяток обычных слуг-проводников. Таких люди Такена и он сам называли колдунами. Они стояли вокруг пентаграммы, в центре которой лежал массивное демон, а по бокам… Жертвенные чаши, где уже располагались убитые люди.

— Получилось? — спросила Класия, когда ритуал подошёл к концу, и фигура демона закончила трансформацию.

— Конечно, — сказал Легион устами посланника.

— Отлично, просто отлично, — довольно ответила женщина.

Посланник покосился на неё, изучая лицо. Легион же подумал о том, что эксперимент полностью удался. Когда только познакомился с этой женщиной и оценил перспективы сотрудничества, он задался вопросом, сможет ли контролировать и тайно влиять на столь могущественную представительницу рода людского. Пусть она и проиграла в битве с их общими врагами, но всё равно занимала верхнюю позицию в человеческой иерархии.

Легион ограничился минимальным влиянием. Усиление доверия, снижение отвращения к его демонической сути и жертвоприношениям, стимуляция удовольствия от сотрудничества… Ничего сложного, когда у тебя есть полный доступ к телу. Волю и личность Легион не подавлял. Практика показала, что, когда сотрудничество «добровольное», это даёт куда больше результата.

К сожалению, пусть эта задумка и проект с демонами были удачными, дела у Легиона шли не так ладно, как ему бы хотелось. Класия предлагала создать несколько гнезд в удаленных местах. От этого пришлось отказаться. Также она была не прочь захватить несколько влиятельных семейств. В этом направлении тоже приходилось действовать осторожно. Изучив основы экономики и того, как устроено человеческое общество, осознав, что люди постоянно имеют дело с ограничениями, Легион провёл параллели и понял, что в этом плане они не так уж сильно отличаются.

Само его существование требовало энергетических затрат. Этот ресурс, энергия, не бралась из ниоткуда. Чтобы её получить, лучше всего подходили человеческие страдания. Легион давно уже отработал ритуалы Псов и добился максимальной отдачи. Но этот подход имел ряд слабых мест. Во-первых, если убить человека, выжать досуха, то с ним уже потом ничего нельзя сделать. Во-вторых, массовые убийства привлекали слишком много внимания, а Легион уже понял, что нужно держаться в тени. В-третьих, добытая таким способом энергия делала его более безумным и кровожадным. Легиону же больше нравилось мыслить логически и разумно, а не превращаться в монстра. Это банально опасно.

Поэтому куда больше Легиону нравилось собирать «дань». Людские города и пригороды были наполнены страданиями всех мастей, и без принуждения. Люди каждый день умирали, мучились от болезней, ненавидели. Пусть каждый человек и давал приток энергии меньше, чем в случае пыток и убийств, но он давал его на протяжении большого количества времени. Особенно хорошо получалось, если стимулировать человеческие коллективы на умеренную агрессию.

Только вот сам этот подход закрывал возможность создать гнездо в глухом месте, где враги не найдут. Чем питать его? Нечем. Нужно человеческое общество, как кормовая база. Улететь в дальние города тоже показалось неэффективным. Чем больше расстояние, тем выше затраты на перемещение и контроль. Остался вариант полностью переселиться куда-то вдаль от Такена, но Легион с этим вариантом не спешил. Та сделка, которую он заключил с Класией, ещё не исчерпала себя.

— Надо бы испытать, — сказала Класия.

Легион хотел было уже возразить, но тут к нему поступил сигнал. Ещё одна задумка, которая почти ничего не стоила и отнимала минимум энергии. Захватить монстров, что обитают в окрестностях пригородов, пометить их минимумом своей силы и тем самым создать сеть шпионов.

Сигнал пришёл из леса, где людей быть не должно. Особи погибли не от клыков других монстров, а от меча. Что говорило о появлении в глухом месте подготовленных людей.

— Можно и испытать. К твоим врагам направляется отряд, — поделился информацией Легион.

Попутно он отправил в то место колдуна. Перемещение тела отняло порцию дефицитной энергии, но Легион счёл затрату разумной. Отправленный колдун был особенным. С продвинутыми способностями к сенсорике. На приличном расстоянии, на котором мало шансов его засечь, он разглядел человеческий отряд.

— Что за отряд? — заинтересовалась Класия.

Которая точно знала, что рано или поздно к ним кто-то заглянет. Местные враги, кто-то любопытный, люди Такена. Без разницы. Таких наглецов в любом случае требовалось брать в оборот.

— Похожи на охотников, — сказал демон. — Сейчас…

Колдун пробежался по оставленному следу, и вскоре они узнали, что группа появилась в лесу из «ниоткуда».

— Такен, это точно Такен, — сказала Класия, услышав это. — Пора укоротить ему его длинный нос.

Легион был согласен.

* * *

Этот пригород ничем не отличался от тех, которые я уже видел. Зашли мы со стороны заброшенки. Сейчас, в конце зимы, она выглядела особо угнетающе, не давая забыть, сколько люди потеряли с приходом Колодца. Многоэтажные дома с пустыми окнами стояли подобно мертвецам.

Разумеется, на заброшенке дороги никто не чистил, и нам пришлось пробираться через залежи снега. Сразу к людям выходить не стали. Свернули к одному из домов и внутрь зашли. Там нашли участок посуше, где не было угрозы, что здание нам на голову упадет, да встали лагерем.

— Роза, ты же была в этом пригороде? — спросил Шупа.

— Да. Караваны начинают прибывать после десяти в это время года. Сейчас пять утра… — она завернула рукав и глянула на часы. — Пять часов здесь ждем.

— Продрогнем, — поёжился Верс. — Может, заварить что?

— Завари, только аккуратно, — разрешил Шупа и пристроился возле окна. — Спар, чувствуешь что?

— Пригород как пригород. Ничего напряженного, — ответил я.

В прошлый раз, когда на колдунов пошли, там сразу гнетущее чувство появилось. Здесь же тихо. Пока что. Потому что мы ещё с краю, надо по городу пройтись да другие районы посмотреть.

Тем временем Верс достал из кольца горелку, треногу, пристроил на неё котелок, залил водой.

— Кольца — это вещь, — сказал он.

— Богато живете, — заметила Роза, которая сразу пристроилась у огня и руки греть начала. Калия с другой от неё стороны занялась тем же самым. — Если почти у каждого есть кольца. Такен выдал?

— Спар, — кивнул на меня Шупа. — С прогулки своей вернулся, да не с пустыми руками. А что, охотники не так кучеряво живут?

— Если бы, — дернула головой Роза, хмыкнув.

— Всё так плохо? — спросил Верс, помешивая варево.

Сразу ягодами и травами запахло.

— Смотря с чем сравнивать. Платят — мало. Постоянный риск для жизни. Камни из монстров выпадают редко. В сравнении с охотниками вы живете райской жизнью.

— Да уж, — усмехнулся Верс.

— Сидеть в крепости, под надзором наставников, получать камни, спать в тепле — это райская жизнь, — резко ответила Роза.

— На первом потоке нас было почти пятьдесят. Сейчас меньше тридцати. Половина погибла, — замер Шупа нейтрально. — Половину камней мы в Колодце добыли сами. Так что не думай, что у нас легкая жизнь.

— Хочешь поспорить, кому тяжелее живется? — вздернула бровь Роза.

Тон у неё был как у человека, которому скучно сидеть пять часов, и он не прочь потрепаться за пустой болтовней.

— Не… Морока, — сдулся Шупа.

Роза тоже настаивать не стала. Вскоре Верс разлил по кружкам напиток и спрятал горелку с котелком. Жить стало чуточку веселее. Сидели мы здесь по одной причине — чтобы не привлекать лишнего внимания. Промокшие, замерзшие и уставшие, приехавшие в определенное время — мы надеялись сойти за стандартный отряд охотников. Они тоже не любили ночью путешествовать. Только если на дело выезжали. Поэтому и выйти к людям должны не раньше десяти. Чтобы как раз совпало с ожиданиями местных.

Такен нас забросил так далеко по причине того, что его способность быстро перемещаться на большие расстояния основа на энергетических полях. Которые очень легко заметить на расстоянии. Лишний риск для нас.

Также мы рассматривали вариант отработать основательнее, прийти в соседний пригород, как охотники, там найти караван и обеспечить себе надежную легенду, когда приедем сюда. Но это бы заняло куда больше времени. Так как пригород Рагнарцев не наша конечная цель, решили не усложнять. По идее, этот клан не должен специально отслеживать учеников Такена и проблем не должно возникнуть. Но вот если они перешли на сторону врага, тогда да, нужно ждать неприятностей.

Гатс подтвердил, что Рагнар и Северус сотрудничать и объединяться ни в коем случае не будут. С Такеном у них тоже конфликта не было. Поэтому их возможная агрессия — отличное доказательство, что дело нечисто. А это нам и нужно проверить.

Поэтому ждем. Дальше по плану заселиться в гостиницу, отогреться, прогуляться по городу, пополнить запасы, которые нам не нужны, но которые будут работать на легенду, поспрашивать про работу. Ночью же мы с Калией тоже прошвырнемся, подойдем поближе к стене города. Может, и за неё переберемся, если совсем ничего интересно не обнаружим.

* * *

В гостиницу заселились без проблем. Находилась она на отшибе, держал её старый охотник.

— Роза, девочка! — воскликнул хозяин, когда мы вошли.

— Сан Саныч, а вы всё работаете, — расплылась она в улыбке. — Не ожидала вас за прилавком увидеть.

— Так а что мне ещё делать? — развёл он руками. — Ходить — ноги болят. Вот и сижу здесь. Заселяться будете? Команда у тебя новая, — покосился он на нас.

— Я на старшего охотника сдала, — с гордостью заявила Роза и продемонстрировала жетон. — Теперь сама отряды вожу. Говорят, у вас здесь война случилась. Под это дело всегда работа появляется.

— Какая ты шустрая. Не молода для старшей-то? — по-доброму усмехнулся старик. — А война да, была. Короткая. По заказам пока глухо, но вы подождите, вдруг что появится.

Надо признать, что идея замаскироваться под охотников — отличная. Можно про всякое разное интересное расспрашивать.

Роза заплатила за постой. Никаких тебе изысков. Две комнаты. Одна для девушек, на две койки. Вторая на остальных, с двухъярусными кроватями. Я, когда в номер вошёл, понял, насколько хорошо в крепости живем.

— Охотники всегда так останавливаются? — спросил Шупа вслух.

— Молодые, которые не сделали себе имя — думаю, да, — ответил ему Тим.

Удобства общие, внизу дома. Мебели — самый минимум. Как и свободного пространства. Нас пятеро, придётся потесниться.

— Ну что, Гатс? — хлопнул Шупа по плечу парня, когда мы раскидали вещи да разобрали койки. — С чего начнем поиски?

* * *

Оставшийся день занимались тем, чем и планировала. Калия ходила с постоянно активированной способностью. Полностью она чернотой не покрывалась, ограничивалась кистью. Я тоже обратился ко всем доступным чувства и ходил под знаком концентрации. Гатс с нами просто так ходил. Шупа с парнями и Розой собирали слухи. Шупа языком болтал, а Роза — мысли читала.

Вечером собрались, поделились тем, кто что узнал.

— Получается, — начал подводить итог Шупа. — Местные клановые услышали про проблемы в соседнем городе, собрали отряд и отправились проверять, что да как. А потом всё резко стихло, так? Но так не бывает, — потер он подбородок.

— Те, кого смотрела, ничего не знают, кроме слухов, — пожала плечами Роза. — А если верить слухам, то люди одновременно утверждают, что клан Северус полностью захватил Рагнарцев, и что те захватили и добили северян. Единственное, в чем сходится народ, что аристократы что-то там такое устроили, но заявлений пока не делали. И не надо так взглядом сверлить, — покосилась она на Гатса. — Твои мысли — та ещё хрень, если честно. Предатель, убийца, прикончи всех… Вам не стремно с ним ходить? — посмотрела она на нас.

— Эм… — замер Шупа, с подозрением посмотрев на Гатса. — Это сейчас неудачная шутка была?

— Не шутка, — ответил Гатс за девушку.

— Тогда я выражу общее мнение, если попрошу тебя… объясниться, — осторожно попросил Шупа.

— Обойдемся без этого, — Гатс посмотрел на Розу как на личного врага и предательницу.

При этом покраснев. Насколько помню, его так только Калия смущала.

— А мне тоже интересно, — заметил Верс. — Нам с тобой в одной комнате спать. Без обид.

— Или ты правда поехавший и шуточки — вовсе не шуточки? — спросил Шупа.

— Чего прицепились к нему? — зыркнула Калия.

— Пусть сам рассказывает, — пожала плечами Роза. — Не мне с ним ночевать. Главное, чтобы в спину не ударил.

— Ну, он парень мрачный, — заметил я. — Вот и мысли у него мрачные. Но что, прям реально убить нас всех хочет? — не поверил я.

— Да там такой бред… — махнула рукой Роза.

«Он реально псих и говорит сам с собой постоянно», — добавила она мысленно.

Что-то это совсем перестало походить на шутку.

— Это не мои мысли, — стушевался и сдался Гатс под нашим общим взором.

— В твоей голове кто-то живет? — елейно спросил Шупа.

— Можно сказать и так, — кивнул Гатс, чем сделал ситуацию ещё запутаннее.

— Гатс, — вставил рассудительно Тим. — Тебе не кажется, что в данном вопросе скупые объяснения играют против тебя?

— Это одна из родовых способностей, — нехотя ответил Гатс. — Для упрощения скажу, что во мне живёт злобный демон, который делает меня сильнее, когда я хочу кого-то убить.

— Нас, например? — вроде шутливо, но что-то без улыбки, спросил Шупа.

— Нет. Не так, — мотнул головой Гатс, — всё сложнее.

— Поясни, пока мы чего не придумали, — попросил Тим.

— А что тут пояснять? — разозлился Гатс. — Демон толкает меня на сильные эмоции, подтачивает мой дух. Чем выше жажда крови, тем мне сложнее себя контролировать. Вот и весь рассказ. А находясь здесь и пытаясь доказать, что Вологодские, убившие моих родителей, врут, естественно, моя жажда убийства растет! — последнее он выкрикнул.

— Зачем вы его сюда взяли… — шепнула Роза.

Я покосился на неё и головой покачал. Зря она так влезла, вывалив чужой секрет.

— Теперь понятно, почему ты как демон пахнешь, — сказал я, чтобы разбавить напряжение и дать Гатсу время собраться.

— Вообще-то, — едко заметил он, — это была метафора.

— Да-а? — не поверил я ему. — Но это не отменяет того, что, когда на Вологодских напал, пах как демон.

— Он на них напал? — удивилась Роза. — И остался жив?

— Кажется, кому-то пора идти к себе в комнату, — прохладно заметила Калия.

— Ты так мило его защищаешь, — мгновенно среагировала девушка, улыбнувшись так, что сразу понятно стало — она многие интересные мысли Калии может выдать.

Черт… Да с таким талантом она долго не проживет.

Уловив эту мысль, Роза бросила осторожный взгляд на меня и смутилась.

— Короче, — взял я слово. — Ты нас реально убивать будешь?

— До этого же не убил, — успокоился Гатс. — Я держу под контролем эту способность. Просто не бесите меня. Сверх меры.

— Полная хрень какая-то, — покачал головой Шупа. — Я-то думал, ты просто странный, так ты ещё псих с демоном внутри и… Необходимостью в самоконтроле? Ну, это теперь хотя бы объясняет твою вечно угрюмую рожу…

Шупа выдал эту речь, посмотрел на нас, а потом словно спохватился, что он командир так-то.

— Ладно, — сказал он резко, меняя тон. — Девочки — к себе спать. Мальчики — разбежались по койкам. Наши бегунки набираются сил для ночной вылазки. Остальные скучают. Гатс — ну ты там это, успокоительное не забудь принять.

— Придурок, — буркнул Гатс и отошёл к своей койке.

* * *

Девушки ушли, мы остались. Если Гатс думал, что на этом вопросы закончатся, то зря.

Нас хватило минуты на три, тактично его ни о чем не спрашивать.

— Так это демон или не демон? — спросил как бы невзначай Верс.

— Сказали же тебе, — ответил Шупа, — родовая способность. Получается, это у всех северян есть?

— Заткнитесь, — пробурчал Гатс с соседней койки.

— Мне вот другое интересно. Насколько Гатс сильнее становится? — спросил Тим через ещё минуту молчания.

Сам факт того, что спокойный Тим вопрос задал, говорило о степени нашего любопытства.

— Главное, что Спар сильнее, — хохотнул Шупа. — Есть кому нас защитить.

— Гатс, если решить их побить, то предупреди, я в туалет отойду, — сказал я.

— Вот давно уже понял, что ты предатель! — Шупа обвинительно выставил палец в мою сторону. — То с Розой подставишь, то с Гатсом. Кстати, у тебя с ней что-то было? Было же? Точно было, по морде хитрой вижу. Когда успел только?

— Гатс, а давай вместе этого дурака побьем? Он перед Розой своими мыслями похабными десяток раз спалился наверняка. Не зря он ей не понравился.

— Так девка она ладная, — не смутился Шупа.

— А как же Джиха? — пошёл я в атаку.

— Ой, отвали. Почему тебе можно иметь три девушки, а мне нет?

— Почему это три? — возмутился я. — У меня с Розой ничего не было, — нагло соврал этим сплетникам.

— Но двух других не отрицаешь.

— А что там с Джихой? — заинтересовался Верс.

— Целовался с ней, — сдал я парня. — Напились оба и давай языками лобызаться!

— Ну ты гад! — протянул Шупа. — Ещё и подглядывал!

— И не только вас я видел, но кого ещё — не скажу, — заржал я, представляя, как сейчас смутился Гатс.

Он-то к стене отвернулся, поэтому лица не видно. Но точно знаю — мечник покраснел до кончиков ушей. Собственно, горящие уши его и выдали.

— Да ладно, — Верс посмотрел на меня неверяще. — Это либо Калия, либо Тамара. Больше никого нет. Остальные девчонки твои. В то, что Тамара с кем-то целовалась, не верю. На следующий день Вологодские точно бы наглеца прибили. Получается…

Троица парней синхронно повернулась в сторону Гатса. А я подумал, что дурак и недооценил их смекалку. Гатс не растерялся, показал им средний палец, так и не повернувшись.

Глыба.

— Вот это страсти кипят у нас в коллективе, — осуждающе покачал головой Тим.

— И не говори, — с нотками зависти согласился Верс.

— Так, может, это… Хотя нет. Командиру нельзя такое предлагать. Так что копите силу мужскую и дальше, — хохотнул Шупа и завалился на кровать.

— Это ты про что? — не въехал Верс.

— Это он про тайный поход в бордель, — пояснил я. — Но Шупа прав. У нас тут серьёзное дело.

На этом болтовня и закончилась. А где-то через час у меня в голове раздалось.

«Ты всегда такой тугодум или так и не догадаешься зайти ко мне?»

«Куда идти?» — среагировал я, и не рассчитывая, что Роза захочет пообщаться наедине.

«Наверх, дальняя комната. Здесь пусто, я вскрыла замок».

«Да, ты полна талантов», — хмыкнул я мысленно.

— Парни, я по ветру, не скучайте, — махнул я рукой и быстро выскочил, под ленивые взгляды троицы.

Гатс так и лежал, отвернувшись к стенке.

* * *

— Не думал, что позовешь… — сказал я, когда Роза открыла дверь и втянула меня внутрь.

— Ничего личного, — фыркнула она, начав толкать меня в глубь комнаты. — Я впервые с момента нашей встречи вырвалась на свободу. Бродя с охотниками, под присмотром папочки, отношения, знаешь ли, не заведешь.

— Прозвучало так, будто ты меня использовать хочешь, — усмехнулся я, притянув девушку к себе.

— Думаю… — сказала она и отвлеклась на поцелуй. — Ты в накладе не останешься…

А я что. Я не против. Готов пойти на такие жертвы.

Стоило это подумать, как получил кулачком под ребра, но пыл юной особы это не остановило. Как и мой.

Только вот… Когда уже были наполовину раздеты, Роза внезапно дернулась, оторвалась от меня и посмотрела куда-то вниз.

— Местные аристократы пожаловали, — удивленно сказала она. — По нашу душу.

— О как. Драться будем?

— Да пока непонятно, — нахмурилась она.

— Не могли на полчаса позже явиться, — горестно вздохнул я.

— Ты хотел отделаться получасом? А говорил, выносливый.

— Ну-ну, что за обвинения, — возмутился я.

Роза, улыбнувшись, начала одеваться

— Идем, — бросила она мне. — За нами уже послали.

Глава 21. Ловушка, или Как Спартанец ненависть испытал

Заскочил к парням в комнату, предупредил их, чтобы готовились.

— Розу прикрой, — бросил мне Шупа, вскочив с кровати. — И не убивай сразу всех!

Это он мне уже вдогонку крикнул, шутник недоделанный.

К лестнице мы подошли как раз в тот момент, когда служка поднимался за нами.

— Госпожа Роза, — сказал юнец лет десяти. — Вас господа из города ожидают.

— Скажи им, что через пять минут будем, — ответила девушка.

— Хорошо.

Мальчишка убежал, а мы остались в коридоре.

— Чего ждем? — спросил я.

— А как бы мы сами так сразу узнали об их приходе? — спросила Роза. — К тому же я хочу посмотреть, о чем думать будут…

— Аргумент, — согласился я.

И остался стоять в коридоре. Самое смешное, что это второй этаж, а общий зал, где нас, скорее всего, ждут, находится совсем рядом. Как-то глупо так просто стоять. Лучше бы в комнате остались.

— Так скажи им, чтоб поторапливались! — услышал я чужой голос.

Говорю же, рядом всё.

— Какие нетерпеливые, — сказала Роза. — Их бесит, что сам глава отправил разбираться с какими-то охотниками.

— Прям разбираться? Будет драка?

— Нет. Они хотят дать нам задание. О котором ничего не знают… Точно не скажу. Мысли хаотичны. Ладно, идем, не будем тянуть.

Мальчишка уже забежал на лестницу, когда мы вышли.

— Господа гневаются, — шепнул он нам.

— Не переживай, — потрепала Роза его по голове и прошла мимо.

Я — за ней.

Эта гостиница не особо отличалась от того, которые я видел в своей жизни. На первом этаже находилась стойка, где принимали гостей. Несколько диванов, где можно было посидеть. И небольшая столовая с баром, где можно перекусить и выпить.

Господа Рагнарцы… А это были именно они, что сразу видно по опознавательной символике на их одежде… Числом в пару голов, сидели на диване, поглядывая на окружающую их действительность так, будто оказались в хлеву, попав туда сразу из королевских покоев.

Может, так и было. Никогда не видел, как живут аристократы, но справедливо полагал, что богато.

Ещё отряд охраны числом в пять человек я ощутил на улице, сразу за входом. Не похоже, что они собираются нападать прямо сейчас, но, если что, точно вмешаются.

— Вы звали, господа? — спросила Роза, остановившись напротив двух мужчин.

Один был похож на типичного аристократа, как его себе представляешь. Ухоженный, с чистыми волосами, в дорогой одежде, с красивым лицом и тренированной фигурой. Второй походил на него только дорогой одеждой. Лицо плешивое, в оспинах, зубы желтые, правая бровная дуга кривая — то ли ломали, то ли в детстве роняли часто. Выглядел он мерзко и отталкивающе, а уж как нагло смотрел — сразу по морде захотелось ему съездить.

— Эй, девка, зови своего старшего! — раздраженно махнул рукой плешивый.

— Я не девка, а Роза. Старшая охотница, — показала она жетон. — Какие-то проблемы?

— Ты?! Старшая охотница?! — опешил плешивый и расхохотался. — Куда мир катится?! Я понимаю, когда красивые девки подмахивают, чтобы теплое место получить! Но в охотницы податься! Монстров рубить! Каким местом думала?!

Я так сразу и не понял, чего в его словах больше. Удивления, оскорблений или очень сомнительной заботы о судьбе незнакомой девушки.

— Вы сюда нас позвали, чтобы оскорблять? — холодно спросила Роза.

— Ты и правда охотница? — спросил второй, «красивый», окинув девушку взглядом.

— Вы не знаете правил охотников? За использование чужого жетона найдут где угодно.

— Это знаем… — задумался мужчина. — Без обид, но это и правда удивительно. Обычно охотники выглядят несколько иначе. Да и этот, второй, — кивнул он на меня, — пусть и выглядит угрожающе, тоже сопляк.

— Так что поделать, — присела Роза на диван напротив, — жизнь охотника опасна. Старички дохнут как мухи. Приходится молодым брать бремя на себя.

— Да уж… — хмыкнул «красивый», выдав профессиональную, вежливую улыбку.

— Не занималась бы ты глупостями, — ощерился плешивый. — Хочешь, твою жизнь устрою? Куколка ты что надо.

— А хочешь руки отрублю? — так же мило ответила Роза.

— Хах! — рассмеялся плешивый. — А яйца у тебя есть! Или мозгов нет! Аристократу на его землях угрожать!

— Хватит, — сказал второй. — Если вы охотники, то у нас есть работенка для вас. Надо монстра одного поймать. Сегодня новости о нем пришли.

— Что за монстр? — спросила Роза.

— Сами не знаем. В двух часах от пригорода видели. Близко. Как бы не пришёл к нам.

— Если нет точного описания, то цена выше.

— Если ты улыбаться почаще будешь, я тебе лично пару монет сверху накину, — подмигнул плешивый.

«Может, приложить его чем?» — подумалось мне.

— Хотя бы сила монстра известна? — спросила Роза у второго, проигнорировав придурка.

— Он напал на торговцев, но охрана постреляла и отогнала тварь. Значит, не такой уж сильный. Нам сейчас не с руки самим гоняться за ним, но и жертвы лишние не нужны. Вы как раз вовремя подвернулись, — улыбнулся этот скользкий тип.

Улыбочка-то фальшивая.

— Деньги вперед и с утра выйдем, — ответила Роза.

— Э, нет, — покачал пальцем этот тип. — Правила мы знаем. Плата остаётся у посредника, — кивнул он в сторону стойки. — Как доказательства принесете, так своё получите.

— Сойдет, — ответила Роза, поджав губы.

— И лучше бы выйти прямо сейчас, — добавил мужчина.

— Ночью? — удивилась девушка. — Против неизвестной твари? И что мы там делать будем? Блуждать в трех соснах? Мы не самоубийцы. След поутру возьмем.

— А за двойную плату?

— Зачем деньги мертвецам? — пожала она плечами. — Я пусть и молодая, но не идиотка. Идиоты в нашей профессии долго не живут.

— Хорошо, — нехотя согласился мужчина. — Тогда наши люди отвезут вас за час до рассвета. Так устроит? Два часа ехать, как раз посветлу на место прибудете. А то нехорошо получится, если кого из торгашей сожрут.

— Сойдет, — кивнула Роза, подумав. — В четыре утра будем готовы. Договор?

— Договор.

— Надо подписать, — сказала девушка. — И мне нужны подробности.

* * *

Вскоре, когда вопросы были улажены, подробности получены, наша группа собралась в комнате «для мальчиков». Из-за чего там совсем уж тесно стало.

— Врали они только так, — говорила Роза. — Задание получили от главы, без особых объяснений, как я поняла. Тот им сказал найти конкретно нас и уговорить отправиться ловить монстра. Про которого они ничего не слышали. То есть про пострадавших торговцев — выдумка.

— Когда это мы спалиться успели, — задумался Шупа.

— Да полно времени было, — сказала Калия. — Мы весь день здесь.

— Другое спрашивать надо, — возразил я. — Почему нами заинтересовался аж целый глава клана Рагнар и собрался вывести за пределы города, чтобы подставить. Думаю, понятно, что это не настоящая работа, а именно попытка завести нас в ловушку.

— Это север, мы чужаки. Любить нас здесь никто не обязан, — хмуро заметил Гатс.

— Во-первых, мы представились как охотники, — ответила ему Роза. — Будь претензии именно к охотникам, Сан Саныч бы предупредил. Я уже бывала в этом городе и в прошлый раз никаких проблем не возникло. Во-вторых, будь к нам претензии как к чужакам, они бы послали отряд стражи и просто нас схватили, а не пытались уговорить выйти за территорию пригорода. Остаётся не так много вариантов, почему за нас взялись.

Гатс на эту логику ничего не возразил. Задумался, в себя ушёл.

— Думаешь, охота именно на учеников Такена? — спросил Верс у девушки.

— Это логично, — пожала плечами та. — До этого я почти три года путешествовала с охотниками и ничего такого не было. А тут отправилась с вами на задание, и вот уже подстава от аристократов. Причем с нами хотят разобраться аккуратно, не привлекая внимания. У Рагнарцев нет конфликта с Такеном, поэтому… Сами делайте выводы.

Повисла тишина. Каждый задумался над сложившейся ситуацией.

Лично я думал о том, что это не точное доказательство, а лишь версия. Теоретически, могли существовать какие угодно причины, чтобы привлечь нас к делу.

— Так, — отмер Шупа. — Ты в их мыслях прочитала, что это подстава?

— Нет, — качнула головой Роза. — Но точно видела, что это приказ от главы. Уговорить нас любой ценой. В противном случае отступить, дождаться подкрепления и захватить силой.

— Вот как, — покивал Шупа. — Значит, это в любом случае конфликт. Ну да, тогда вариант, что нас заманивают в ловушку, самый вероятный.

— Гатс, что скажешь? — спросил я, глянув на парня.

— Ничего, — ответил тот.

— Не, так дело не пойдет, — возразил я. — Если я выскажусь, ты решишь, что я Вологодская подстилка и играю на их стороне. Если Шупа — решишь, что он за меня вписался. Калия промолчит, потому что слишком тактичная и не хочет портить и без того ваши запутанные отношения. Розе же в целом плевать на эту возню, она уже свою позицию высказала.

— Не в бровь, а в глаз, — хмыкнула дочка Такена.

Калия бросила на меня сердитый взгляд. Верс хмыкнул. Шупа улыбнулся. Сам Гатс желваками заиграл.

— Поэтому, Гатс, давай сам, — сказал я. — Выноси вердикт. В конце концов, это тебе надо прояснить, кто твою мать убил и что на твоих землях происходит. А наша компания, в великодушие своём, не прочь тебе в этом помочь. Ну и заодно колдунам ублюдочным навалять.

Прозвучало несколько цинично, но сойдет. А то смотрю на этого придурка, и всё у него на лице написано. Он в штыки воспринимает всё, что идет вразрез с «Гроза убила мою мать, я должен ей жестоко отомстить».

— Я не верю, что рагнарцы заключили союз с Северус, — ответил он, медленно роняя слова. — Это какая-то их игра. Возможно, они приняли нас за кого-то другого.

— Принимается, — сказал я, почувствовав, что ничего лучше Гатс не родит. — До выхода у нас несколько часов. Надо решить, что делать. Вариант первый — захватываем главу Рагнаров в плен.

— Ты идиот? — глянул на меня Гатс. — Он полноценный легендарщик. Не настолько ты силен, чтобы выступать против него. Я уж молчу про охрану.

— Хорошо… — нехотя я согласился. — Тогда…

— А одним глазком ты можешь глянуть на главу? — спросил Шупа. — Если он отдавал приказ, то является наиболее очевидной куклой колдунов.

— Как ты собираешься его искать? — снова Гатс не стал молчать. — Или думаешь, что сможешь отыскать за стеной одного человека, случайно, минут за десять, пока тебя не спалили? Конечно же, — добавил он с сарказмом, — у сильного клана нет своих сенсоров и они никогда не задумывались, что к ним может кто-то проникнуть. К тому же, — сказал он нехотя, — Такен с Вологодскими уже проверили верхушку рагнарцев.

Это сейчас Гатс признал, что Гроза может что-то сделать и не обмануть? Прогресс, однако. Так-то ему не помешает уважать своего врага и трезво их силы оценивать.

— Слушай, Гатс… — протянул я, когда мне в голову мысль пришла. — А ты не думал, что если Гроза не соврала и действительно не убивала твою мать, то… В том случае, если глава клана продалась колдунам… Что, как я понял, в её положении, с оторванными конечностями, будучи разгромленной и при смерти, не такая уж глупая идея… — подбирал я слова осторожно. — Получается, Мария тем самым породила этот невыгодный нам союз. Проще говоря, конкретно так налажала. Что выставляет её в дурном свете и даёт Такену рычаг давления.

— Ты хочешь сказать, что Вологодской нужно было убить всех? — посмотрел Гатс на меня исподлобья.

— Ну не тупи, а, — отмахнулся я от его претензий. — Хочу сказать, что игра несколько сложнее, чем всем нам представляется, — обвёл я взглядом собравшихся, задержавшись на Розе, думая о том, насколько ей можно доверять.

Что она в моих мыслях, конечно же, прочитала и криво улыбнулась.

— Вологодские — невообразимо сильны и жестоки. Я ведь не все свои приключения рассказал. Только самые яркие и забавные моменты. Но, поверьте, к этой парочке надо относиться максимально серьезно. В частности, исходить из того, что Гроза может подслушать разговор на расстоянии, — посмотрел я на Тима и Шупу. — И узнать, что у Розы есть сила камня разума. Которую Такен выдернул в крепость, совершенно случайно, вскоре после возвращения Вологодских.

— Кхм… — прокашлялся Шупа. — А как-то заранее об этом предупредить нельзя было? Получается, нас и сейчас слушать могут?

— Я никого не чувствую, — вставила Роза. — Но вы всё равно Спара послушайте, он дело говорит. Кому-то надо прикусить язык.

«Отец просил тебя присмотреться к Вологодским?» — задал я вопрос мысленно, не смотря на девушку.

«Да, но я тебе об этом не говорила. И вообще, что ты тут за интригу плетешь? Против моего отца игру затеял?» — в её тоне послышалась ирония и насмешка.

— Получается, мы помешали Такену проверить Вологодских, — напрягся Тим.

Да и остальные на прошлые события под другим углом посмотрели.

— Вполне возможно, — ответил я. — Поэтому в крепости думайте, что говорите. Некоторые вещи лучше оставить при себе. Но это я так. Отвлекся. Гатс, если ты вдруг не догнал, то сейчас идет борьба, между нашим Мастером и Вологодскими. Последние настолько сильны, что прими как факт, от них можно избавиться только в том случае, если сами решат уйти. Чего не случится, потому что в их интересах оставаться с нами. Для тебя это означает, что если мы найдем доказательства союза колдунов и севера, то тем самым ты сможешь нагадить Грозе и выставить её в дурном свете. Мелочь, а приятно. К тому же… Уж прости, что скажу прямо. Но сдается мне, что погибнуть в бою — это не то же самое, что от рук своих же…

— Спар, хватит, — вмешалась Роза. — У него опять это убей, убей.

Ещё бы. Ведь я ему сейчас намекнул, что его мать убили свои же. А как это произошло — тут фантазия разгуляться может. Как ни крути, а смерть в бою — это куда почетнее, чем быть удавленной по-тихому. Ещё и своими. Тут легко представить ужас матери Гатса, её последние минуты и то, что с ней могли сделать.

Неудивительно, что Гатс опять контроль терять стал. Я уже приготовился реагировать, но Калия протиснулась между кроватей, забралась прямо в сапогах на койку Гатса, залезла ему за спину и… обняла. Обхватив и руками, и ногами.

С этого, кажется, удивились все. Гатс в первую очередь. Но хотя бы жаждой смерти от него фонить перестало.

— Чего уставились? — спросила Калия у нас. — Считайте, что я личный утешитель для нашего крепыша. И погладить могу, — погладила она его по руке. — И придушить.

Это выглядело настолько неожиданно и забавно, что я засмеялся.

— Калия, нащупай у него там кнопку здравого смысла, — попросил я.

— Опять балаган какой-то, — вздохнул Шупа, будто это не он главный источник балагана. — Что делать-то будем?

— Так это ты командир, — припомнил я ему все те случаи, когда парни на меня ответственность скидывали.

— Ну, если Гатс не предложит чего, — покосился Шупа на парня, который замер, и, кажется, дышал через раз под надежным присмотром Калии. — Остаётся принять приглашение и узнать, что там за монстр такой, да какую ловушку подготовили.

— Лезем в самое пекло, — без энтузиазма заключил Тим.

— Как насчёт захватить машину, которая нас повезет? — предложил я. — Нас настроили на двухчасовую поездку. Значит, как отъедем на полчаса от города, берем в плен охрану и допрашиваем.

— Зачем брать в плен, если я и так их секреты узнаю, — напомнила Роза.

— Тогда по ситуации, — улыбнулся я.

* * *

Все наши романтические планы с Розой пришлось отложить. Возможно, насовсем. Оставшуюся ночь, а до выхода не так много времени оставалось, посвятили обсуждению плана на все возможные случаи. Начиная от самых безобидных, заканчивая тем, что против нас выступят все силы Легиона и двух кланов.

Впрочем, в последнем случае нам конец. Разве что получится удрать. Калия хорошо освоила силовые поля, сможет нас подхватить и выдернуть. Но не так, как Такен. За минуту в крепости не окажемся. А вот в километре от места событий — да. Не уверен, что это поможет против Легиона, но хотя бы от клановцев сбежим.

Когда закончили, до выхода не так много времени оставалось. О том, чтобы прогуляться в город, речи уже не шло. За нами сто процентов наблюдали. Что Роза подтвердила, заметив своими способностями несколько наблюдателей. Оставшиеся пару часов потратили на сон и отдых. Я спокойно уснул, без проблем. Уж этот навык, быстро засыпать в любых условиях и так же быстро просыпаться, отработал до совершенства на первом испытании.

Сложившаяся ситуация немного напрягала, но не так, чтобы всерьез нервничать. Я хорошо помнил, чем в прошлый раз битва против демона закончилась. Но и мы на месте не стояли, стали сильнее. В пекло нам лезть не обязательно. Здания штурмовать тоже. Риск есть, но куда же без него. С другой стороны, и спасать нас некому. Такен с Вологодскими не приглядывает. Связаться с ними тоже нет способа. Нам дали десять дней на задание, после чего надо прибыть в точку эвакуации. До этого — сами по себе.

Но ничего, прорвёмся. Зря я, что ли, силу набирал. Пора взять у демона реванш.

* * *

Грузовик, который за нами пригнали, мелко вибрировал, двигаясь по наезженной дороге.

Отправили с нами всего двоих бойцов, если про них так можно сказать. Водитель и стрелок с примитивной винтовкой.

Стоило глянуть на этих двоих, так сразу понятно — их не жалко, если что. Своим же и не жалко. Про нас-то что спрашивать. Благодаря Розе мы точно знали, куда нас собираются отвезти. На заброшенную ферму. Для меня слово ферма подразумевало, что это место, где нет густого леса. Так себе догадка, но кое на что она влияет. В лесу проще скрыться и маневрировать. К сожалению, зачем нас туда везут — сопровождающие не знали. Роза лишь руками развела, молча пояснив, что те не в курсе. Как и подумал, левые исполнители, которым поручили простое задание по доставке. Не уверен, что у них хотя бы одна редкая способность на двоих имеется.

Я, как уселся, глаза полуприкрыл, сосредоточился на ощущениях. Напасть-то в любой момент могли. Сомнительно, что в пяти минутах от города, но всё же. Бдительность не лишняя.

И — не зря я так готовился.

Истекло полчаса. Шупа подал мне знак на захват машины. Зная конечную точку, ехать дальше с этими мужиками не было смысла.

Я потянулся к защелке на задней двери — сопровождающих отделяла закрытая перегородка, поэтому напрямую на них, не ломая машину, нельзя было дотятнуться.

В этот момент я и ощутил опасность, на которую и успел, и не успел среагировать одновременно. Изначально я собирался прямо на выходе выскочить, добраться до кабины и выкинуть водителя. Для чего разогнал круг и ускорил внутреннее восприятие времени. Уже был готовым, но чертова защелкала заела, и я потерял драгоценную секунду, не успев выбраться и предотвратить нападение.

Совершенно бесшумно с правого борта в нас врезалось что-то тяжелое. Раздался глухой удар, машину подбросило, я впечатался в стенку машины, чудом никого не задев.

Но это было лишь начало. Машину закрутило, подняло в воздух, бросило на землю. Кувыркаясь, она несколько раз прокрутилась и затихла.

В тот момент я не думал о том, пострадали наши или нет. Это не имело значения. Потому что они гарантированно пострадают, если останутся запертыми в машине, когда противник способен так легко подбрасывать грузовики.

Разогнал круг до максимума, призвал шар и вынес покорёженную дверь. Сразу же выскочив наружу. На этот раз вовремя.

Нас скинули с возвышенности и отбросили в пологий овраг. По склону прямо сейчас на нас неслась здоровенная махина, выставив укрепленную башку вперед. Глаз демона «зашевелился», дал знать, что это демоническая тварь. Размерами крупнее, чем наш грузовик.

Это я уже оценивал на ходу, набирая скорость. С облегченной гравитацией я несся демону навстречу, не проваливаясь в снег.

А вот тварь — проваливалась. Но ноги у неё мощные, длинные, как у кошки — бежал демон легко, несмотря на габариты. Морду свою чугунную наклонил и задавить меня попытался. Я в последний момент плащом себя выдернул, в бок отскочил и тут же обратно скакнул, впечатывая раскрученный шар демону куда-то в шею.

Дай!

Демона тряхнуло, он споткнулся, впечатался мордой в землю. Пропахал борозду, остановившись в считанных метрах от грузовика. Уперся в силовое поле, которая Калия создала.

Она рядом с выходом сидела, напротив меня, не удивительно, что первой выскочила и среагировала.

— Спар! — крикнула девушка.

— Помоги остальным!

Демона я не убил. Он продолжал шевелиться и попытался встать. Эту короткую заминку я использовал, для того чтобы оценить обстановку. Чувства обострились до предела, но рядом с нами я больше никого не увидел.

Когда тварь почти встала, я новый шар создал.

А ну лежать!

Усилив знаком против демона, я вбил шар в ему бок. Но на этот раз демон подсборался, резко отпрыгнул в сторону и дал деру. С этим я пока ничего делать не стал. Пусть бежит. Сейчас важно разобраться, что происходит. Это тот самый монстр или сюрприз от Легиона. Также надо понять, что с остальными. Гнаться за шустрой тварью, оставляя группу без прикрытия, не зная, в каком они состоянии — я не хотел.

Продолжая контролировать обстановку, оценил, что там с группой. Калия бровь себе рассадила, да и синяк на пол-лица заработала. Вторым Шупа выбрался, с винтовкой на изготовку. За ним парни и Роза. Все помятые, но живые и без серьезных травм.

— Охрану нашу добейте, — сказал им.

Допрашивать их смысла нет, уже известно, что они ничего не знают. Оставлять в живых тоже не вариант — ещё пальнут в спину. Вязать — что-то сомневаюсь, что у нас много времени, до того как основное шоу начнется. Не повезло мужикам.

Повернувшись, уставился на демона. Тот заложил круг и уже набирал скорость, чтобы снова нас протаранить.

— Калия, подкинь, — попросил я.

Мы с ней этот прием не отрабатывали, но я был уверен — она догадается, что нужно сделать.

Разбежавшись, я подпрыгнул, меня подхватило силовым полем и швырнуло вперед. Подправив полёт плащом, я полетел прямо на демона.

Этот недомерок напоминал бронированную ящерицу, только лапы длинные, кошачьи. Остальное же — плоская морда, чешуя, шипы, хвост — пусть и не прямо как у ящеров, но всё равно. Достаточно для личной неприязни.

Пока летел, успел оценить и габариты в полной мере, и строение демона, и его скорость.

Когда оставались последние метры, выпустил цепь, направил и вбил в правый глаз. Цепь хорошо вошла, зацепилась основательно. Я же себя вверх выбросил и, когда цепь натянулась, резко вниз ушёл. Вбивая раскрученный до предела шар в хребтину.

Демона моментально выгнуло дугой, кажется, он даже подскочил. Снова его лапы подвели. Разъехались в стороны, и дальше он на брюхе проехал. А я давил, давил шаром… В конце Дай применил и устроил ему мощный выплеск энергии, добивая хребтину. Демона повело, он на склоне набок заваливаться стал. Спрыгнул, приземлился рядом со своими.

Дальше они сами разобрались с демоном. Роза в два прыжка возле брюха оказалась, мечом взмахнула и разрубила живот. Защитные пластины её не смутили. Калия энергетическими полями зафиксировала тварь, чтобы не дергалась. Гатс, который уже вернул себе меч, прямо у меня на глазах похрустел шеей, подошёл к демону, замахнулся и одним мощным ударом отрубил ему голову.

Всё, отбегался уродец. Даже глаза активировать не пришлось.

Я остановился, оценивая, что будет дальше.

А дальше Калия окуталась чернотой и принялась… рассыпаться.

Ублюдочные колдуны.

— Роза! — крикнул я. — Уходи!

Демон от Легиона не может сдохнуть так легко.

Девушка, надо отдать ей должное, среагировала моментально, отпрыгнув в сторону. Делать она это умела, пролетела метров десять. Гатс тоже не растерялся. Превратился в туман и оказался рядом с остальными. Калия перестала сдерживать тварь и прикрыла группу силовым полем.

И — вовремя.

Демон взорвался жижей, накрывая всю округу.

Дай! — сбил я гадость, летящую в меня.

Опять я в эту ловушку не попадусь.

Пока следующие враги не появились, я создал внутри себя знак молний, для накачки электрического потенциала. И не зря.

Демон собираться воедино начал.

Закрутив шар, я превратил его в шаровую молнию, а когда туша наполовину сформировалась, швырнул технику. Шупа подгадал момент и атаковал вместе со мной, создав несколько взрывающихся иллюзий — тоже шары, но меньше, чем у меня.

Бабахнуло, полыхнуло и обожжённые ошметки разметало по новой.

Ошметки, которые превратились в пепел.

Попытка физического уничтожения, попытка пленения, и вот, подготовка поля битвы, для телепортации своих тел, пронеслось в моей голове.

Не прошло и секунды, как пожаловали сами колдуны. На этот раз я отчетливо разглядел, как пепел собирается в облака, там появляется что-то черное, откуда выскакивают тела.

Глаза засверкали у меня в тот же момент, когда рядом появился первый враг. Перехватив руку с когтями, второй я пробил ему грудь, ударил прямо в центр, где находилось естество демона.

Сейчас, с этими глазами, я ощущал его отчётливо, сквозь пепельную плоть.

— Ну что, демонёнок доморощенный, — прорычал я ему в лицо. — Захватить меня хотел? Так давай ещё разок попробуем….

Вырвав чужое сердце, я оттолкнул пустое тело. Теперь посмотрим, насколько идея Вологодской жрать демонов удачная.

* * *

Легион, наблюдавший за схваткой, испытал неподдельный страх.

Он уже сталкивался с этими людьми. И очень заинтересовался, когда понял, кто ему попался. Цель, которую он себе поставил, была проста — захватить тела, а если не получится, уничтожить, тем самым ослабив главного врага.

Что не представлялось сложной задачей. В прошлый раз эти люди показали себя слабаками, поэтому Легион не ожидал, что возникнут проблемы. Что не мешало ему сохранять осторожность и ожидать, что появится Мария Гроза или Такен.

Только вот что-то пошло не так.

Особенного демона, на которого было затрачено столько сил, энергии и людских ресурсов, уничтожили меньше чем за минуту. Оставленные закладки также не сработали. Люди грамотно защитились от пленения, демонстрируя новые способности.

Озадаченный, Легион в ответ отправил подкрепление, но беловолосый парень…

Настоящий ужас прошиб демона, когда он увидел такие же пылающие зеленью глаза, как у той женщины.

Той, которая почти уничтожила Легиона.

И вот появился ещё один такой же опасный враг. Который в этот момент вырвал сердце-основу из тела колдуна одним движением руки, показывая совсем другие, нежели в прошлый раз, возможности.

Легион осознал, что должен уничтожить эту группу любой ценой. Не думая о последствиях, ведомый страхом, он выпустил на поле боя лучшего своего воина.

* * *

Сгусток черного месива в руке ощущался, как что-то отвратное. Я оглянулся, увидел, что Роза шинкует колдунов, что остальные держат оборону и отбиваются, что ситуация не выходит из-под контроля, и сосредоточился на добыче.

Сразу всё втягивать в себя я не рискнул. Нерационально и опасно.

По капле, накачав энергоканалы собственной энергией для защиты, я принялся перетаскивать чужую сущность в круг. Всего лишь капля мгновенно породила хаос. Но я закрутил вихрь, поместил сущность демона в центр, и та, совсем по чуть-чуть, принялась перерабатываться.

Отлично, я могу контролировать этот процесс.

Ещё капля… Ещё….

За обстановкой вокруг я не переставал следить, поэтому, когда колдуны перестали возвращаться, напрягся.

А потом резко наклонился, упал назад, пролетел над самым снегом, уходя от чудовищных размеров меча.

Это было настолько внезапно, что я подумал, будто Гатс меня убить пытается.

Но нет. Это был колдун, ударивший со спины. Тяжелый, массивный, закованный в броню, проваливающийся в снег, он двинулся за мной грузным шагом. На голове у него шлем был, лица не видно. Что-то новое.

И да, меч. Такой же широкий и массивный, как у Гатса.

Я отпрыгнул к своим, заново оценивая ситуацию. Что этот Легион ещё приготовил? Часть внимания уходила на мерзость у меня в руке, которую я так и усваивал по капле, поэтому даже с активированными глазами не сразу заметил, что с Гатсом что-то не то.

Он замер, его меч опустился, парень ошарашенно смотрел на приближающегося гиганта.

— Гатс… — обеспокоенно позвала Калия. — Гатс…

— Это меч моего отца… — эхом отозвался он.

Гигант, словно услышав, остановился. Воткнул меч в землю и медленно снял шлем, откинул его в сторону.

— Сын… — позвал он. — Почему ты нас предал? Почему ты с ними заодно?

Нужно быть напрочь больным на голову, чтобы поверить, что колдун перед нами живой. Осунувшееся, с трупными пятнами на лице, с блеклыми глазами, это тело было давно мертво и находилось под контролем Легиона.

О как. Получается, Гроза не ошиблась. Северяне действительно продались или были захвачены Легионом.

— Отец… — отозвался Гатс. — Тебя убили….

— Смерть не имеет значения, — ответил колдун. — Переходи на нашу сторону, сын, — сказал он, протягивая руку и словно приглашая.

Весь наш состав замер. Ситуация приняла неожиданный оборот.

— Ты ведь уже не отец… — с болью, которую сложно было осознать, ответил Гатс… — Ты ведь Легион… Захватил его тело…

Впервые за всю историю нашего общения я увидел, как по щекам парня бегут слезы. Мы как-то разом от него отшатнулись. Только Калия осталась.

— Гатс… Гатс… — звала она.

Но парень не слышал.

Внезапно слезы перестали течь из его глаз. Лицо утратило эмоции.

— Я убью тебя. Выпотрошу…

Сказал он это просто, но в конце от него шибануло такой силой, что Калию откинуло в сторону. В прошлый раз, когда он хотел убить Вологодских, удар был бледной тенью того, что он сейчас показал.

— Уничтожу! — прорычал он, покрывая чернотой.

Та вспыхнула и разом в тело впиталась. Я увидел, как на лице Гатса черные узоры появляются. А вот как он сошёл с места, не заметил.

Слишком быстро. Раз, и он рядом с отцом. Тот успел схватить меч и поставить блок, но это не особо помогло. Гиганта откинуло в сторону, и он пропахал борозду на десяток метров.

— Сейчас колдуны попрут, — сказал я остальным. — Дайте мне минуту. Надо сделать кое-что… — показал я истекающее черной кровью сердце Легиона.

— Что за гадость? — с отвращением и страхом вскрикнула Роза.

— Для нашей компашки это норма, — нервно заметил Шупа.

Под звуки сталкивающихся мечей и взрывов я сосредоточился на чужой энергии и принялся гнать по несколько капель за раз. Давай, адаптация, учись переваривать это дерьмо.

Легион не заставил себя ждать. Наслал на нас новых миньонов. Меня окружил отряд, началось сражение. Я не смотрел. Слушал вполуха, но решил, что сейчас важнее разобраться с этой гадостью и не убиться.

— Быстрее! — крикнула Роза.

— Да, Спар, поторопись! — вторил Шупа.

Рядом стреляли, гудели силовые поля, взрывались иллюзии.

Я поднажал, и… это стало ошибкой. Которую я осознал не сразу.

Чужая сила перерабатывалась, круг раскручивался быстрее и быстрее. Энергии во мне столько прибавилось, что, кажется, я начал светиться.

Чувствуя, что надо торопиться, ускорил поток и пропустил, как вместе с энергией в меня стали просачиваться чужие эмоции. Ненависть, жажда крови.

Когда я закончил, мир предстал совершенно иным. А колдуны… Что они. Пыль под моими ногами.

— Дальше я сам, — бросил я в воздух.

Оказавшись рядом с Розой, прошёл мимо и пробил на вылет очередного колдуна, вырывая то, через что Легион управлял телами. Сжав кулак, уничтожил сердце.

— Я и сама могла справи… — Роза заткнулась, когда я посмотрел на неё.

Послушная девка. Не буду убивать.

Отряд перестроился, выпустил меня вперед. А Легион и рад. Натравил на меня сразу пару десятков миньонов.

Пыль… Всего лишь пыль…

Увернулся, вбил руку в тело, разорвал сердце. Кинул Дай в набегающую толпу, расчистил пространство. Подпрыгнул, ударил с двух ног особо прытких ублюдков. Ещё Дай, чтобы не активничали. Перехватил чужую руку, оторвал и швырнул в другого колдуна.

Веселье только начиналось.

* * *

Роза, смотря на поле боя, не понимала, что происходит.

То, что они по полной влипли, её не удивило. Но… Сначала этот безумец, который внезапно перестал быть собой и набросился на своего мертвого отца. Что за страсти здесь кипели? То, как они дрались, выходило за все границы возможного.

Этот безумный Гатс демонстрировал уровень Такена, а не должен был. Подобно лавине он обрушивался на мертвого гиганта. Который тоже оказался особенным. Они сталкивались, как две скалы, иногда исчезая из поля зрения, так быстро двигались.

Но и это не всё!

Спар попросил прикрыть, чтобы поглотить какую-то мерзкую гадость. Что за чертовщина?! Какого хрена происходит?!

Остальные подчинились, и Розе пришлось принять происходящее как данность. Но когда Спар закончил… Он уже не был собой. Одного взгляда хватило, чтобы испуганно замереть, почувствовав, как сердце дало сбой.

Смерть прошла совсем рядом, и угроза исходила вовсе не от врагов.

Отойдя к остальным, мелко дрожа, Роза выдохнула. Колдуны сосредоточились на Спаре и… Ничего хорошего им не светило. Двигаясь за гранью понимая, парень буквально рвал их на части. При этом рыча, хохоча как безумный и упиваясь насилием.

Надо же было такому случиться, что эти два демона закончили одновременно.

Роза увидела, как Гатс разрубил меч противника, после чего… казнил того. Девушка не поняла, что он там сделал, но чужое тело сгорело в черном пламени.

И вот эти двое увидели друг друга. Гатс направился к Спару.

Роза взмолилась, чтобы они снова стали нормальными. Не тут-то было.

Гатс выставил вперед меч. Покрытый черными татуировками, терзаемый адскими языками пламени, на человека он не походил.

— На колени, падаль, — сказал он, подавляя окружающий мир одним своим присутствием и жаждой убийства.

— Ты смеешь мне указывать, ничтожество? — ответил ему Спар, который также светился злой силой.

Роза сглотнула. Даже в самые мрачные дни она не была так напугана.

— Что за звиздец… — выдохнул рядом Шупа.

Эпилог

Враги закончились как-то быстро. Я не успел утолить жажду битвы. От энергии, силы и ярости мышцы затвердели. Я стремился порвать колдунов, но Легион испугался и спрятался, перестал впустую сливать свою армию.

Трус. Падаль.

Ничего, доберусь до тебя ещё, теперь никуда не денется.

И, кажется, кое-кто решил мне бросить вызов.

Гатс надвигался молчаливой тенью, закинув меч на плечо, и смотрел он так высокомерно, что у меня мурашки по коже побежали.

От предвкушения.

— На колени, — сказал он, выставив свой потрепанный меч с зазубринами.

— Ты смеешь мне указывать, ничтожество?

Что он о себе возомнил…

— Прекратите! — прокричала сзади Калия.

Ещё одна, кто смеет указывать.

Гатс, пригнувшись, скинул меч с плеча и обрушил его на меня. Быстрый.

Я ушёл в сторону, оказался рядом с ним и вбил шар этому выскочке в бок. Его должно было откинуть, но вместо этого, техника увязла в черном покрове, что сформировался в месте удара.

Гатс навалился, толкнул меня плечом и откинул. Тут же развернул меч и обрушил сбоку. Я прошёл вдоль лезвия, снова оказался рядом и ударил снизу вверх, кулаком в подбородок. Гатс отшатнулся, выпустил меч, поставил блок, отбил следующие удары, и… Я крутанул сальто назад, когда меч, который остался валяться на земле, прыгнул парню в руку, чуть не разрубив меня. В этот же момент он ударил ветром и откинул меня во время прыжка.

— Ты на кого руку поднял, безродный? — прозвучал его голос.

Я приземлился на ноги, разом оценивая всю его позу, готовность продолжить бой и вероятные линии атак.

— А ты зубки отрастил, выкидыш клановый? — оскалился я.

Убью.

Между нами возникло силовое поле, досадная помеха. Гатс пробил его мечом и на меня двинул. Я назад отпрыгнул, выгадывая момент. Быстро двигается. Куда быстрее, чем в прошлый раз. А уж как демонами смердит.

— Остановитесь, придурки! — крикнул Шупа.

Его тоже убью.

— У нас тут миссия важная, идиоты! — продолжал орать он.

«Вот же шумные», — с раздражением подумал я, плавно уходя от атак.

Меч Гатса чернотой покрылся. Махал он им без устали, отгоняя меня дальше и дальше. А разогнавшись, он и прыгать начал, направляя себя ветром.

Бесит.

Шар, молния, дай!

С моей руки сорвался росчерк молнии и угодил в оружие. Гатса тряхнуло, он сбился на секунду, и мне этого хватило, чтобы снова рядом оказаться. На этот раз я шаром ударил ему в руку, которая меч держала, а цепь направил в ноги, чтобы запутать.

Парень резко отскочил, откинул себя ветром, и стоило ему коснуться земли, как с выдохом ударил мечом. Лезвие пронеслось над снегом, я чудом увернулся и пролетел над ним. Чем Гатс и воспользовался, снова ветром атаковав и откинув меня.

Но зря он рассчитывал, что сможет сбить меня и воспользоваться этим. Я плащом падение выровнял и снова на ногах оказался. Лезвие же, которое вильнуло и ему в лицо нацелилось, он свободной рукой перехватил. Я воспламенил его, но черный покров вокруг кисти надежно защитил парня.

— Спар, ты своих друзей предать собрался?! — прокричал Шупа вновь. — Как рыжей в глаза смотреть будешь?! Что Ваське скажешь?! Или их тоже убьешь?!

Чего?

Я покосился на Шупу, и это мне чуть жизни не стоило. От самого меча увернулся, но выплеск, что пришёл следом за лезвием, врезался в грудь и отбросил. Полетел я далеко и упал жестко.

Шупа, мудак. Кто же так делает?!

Сейчас прибью Гатса и разберусь с этим крикуном

«И при чем здесь рыжая с Васькой?» — подумал я, поднимаясь.

А потом в голове что-то щёлкнуло. Да и внутри тоже. Васька, Пушка, друзья… Что я делаю?

Черт… Крутанувшись, до конца я увернуться не смог. Меч вскрыл мою защиту, и вложенной силы было столько, что меня снова отшвырнуло.

Упав, я припал на колено, отсчитывая, сколько понадобится регенерации времени зарастить рану на ноге. Мир сфокусировался на одном лишь Гатсе.

И в этот момент меня затопила абсолютная жажда крови.

Пора убивать.

* * *

Легион, наблюдавший за боем, пришёл к одному простому выводу — все его заготовки не сработали.

Отозвав колдунов, чтобы не терять впустую тела, наблюдая издалека, демон задумался, что делать дальше. Ситуация пугала его ещё больше, но первая волна страха прошла, и он взял мыслительные процессы под контроль. Первым делом отправив к Класии посланника, чтобы привлечь её людей. Сберечь свои силы, когда можно использовать других, показалось разумной идеей.

Надо было только задержать противников.

Легион уже придумал, как сделать это половчее, но тут случилось неожиданное. Люди, двое из них, начали драться друг с другом. Не то чтобы это удивило демона, люди постоянно стремились убивать себе подобных, но обычно, когда объединялись против кого-то, они действовали сообща.

Сейчас же… Это было нелогично.

Легион бросил все ресурсы на поиск ответа, почему так происходит.

И нашёл. Частица его силы ощущалась в одном из бойцов. Того захватили эмоции. Легион даже понял, как это произошло. Так как его сила была основана на человеческой ненависти и страданиях, этот человек поглотил большую порцию чужих эмоций и потерял над собой контроль.

Когда же Легион обнаружил, что может усилить поток этих эмоций через образовавшуюся связь, его страх сменило предвкушение. Это было что-то новое в игре против людей. Стравливать их друг с другом.

* * *

— Что-то не сработало… — напряженно сказал Шупа, смотря на то, как замедлившийся было Спар снова в разнос пошёл.

— Ты его чуть не убил! — возмутилась Роза.

— Да ё-моё, — выругался парень, продолжая анализировать ситуацию и искать пути выхода.

Происходило то, с чем их отряд уже сталкивался. Только на этот раз вместе с Гатсом контроль потерял ещё и Спар.

От колдунов удалось отбиться без проблем и тяжелых ранений. Мелкие царапины были не в счёт. Этому стоило радоваться, но что-то пошло сильно не так. Спар уступал Гатсу, тот его теснил, и Шупа попытался докричаться до друга, но вместо этого, как и заметила Роза, чуть не убил, когда он отвлекся.

После чего почти сразу же Спар продемонстрировал новую грань, выбил меч Гатса у того из рук, и эти двое схлестнулись в рукопашке. Не как на тренировках. А на смерть. И бились они с такой скоростью, что Шупа просто не успевал разглядеть детали.

— Тим, Верс, — сказал Шупа. — На вас контроль обстановки. Калия, ты замри и готовься. Вперед не лезь. Можешь попытаться докричаться до Гатса, но близко не подходи. Усекла? — бросил он взгляд на девушку, оценивая, не собирается ли та кинуться разнимать двух этих мутантов. — Если у кого-то есть идеи, как их остановить, самое время поделиться.

— Если сейчас вмешаться и отвлечь, — ответила Калия, напряженно смотря за боем, — то один убьет другого.

— Это да, — кивнул Шупа. — Поэтому — жди. Как наступит переломный момент, наваливаемся на того, кто победит. Не даем прикончить проигравшего.

— А с вами весело! — нервно, совсем без смеха, выдала Роза, которая так же напряженно следила за боем. — А, к черту!

Приняв для себя решение, она достала из кольца артефакт-маяк.

— Что это? — спросили Шума.

— Наше спасение…

Роза сосредоточилась, артефакт требовал направить в него тонким потоком энергию и…

За несколько секунд до этого Легиону пришла мысль, что надо уничтожить часть группы, которая осталась без двух сильных бойцов. Для чего он выпустил ещё несколько колдунов на расстояние.

— Щит! — крикнул Верс, заметив нападение.

Но Калия, которая отвечала за щиты, была слишком сосредоточена на дерущихся и среагировать не успела. В группу прилетело несколько черных шаров, они взорвались, раскидывая отряд в стороны. Розу подхватило и швырнуло, спину обожгло болью, артефакт выскочил из рук и улетел в снег.

— Строй! Держать строй, мать вашу! — кричал Шупа.

Роза часто заморгала, пытаясь прогнать рябь из глаз. Поднявшись, шатаясь, она увидела, что прямо на них бежит волна колдунов.

— Да чтоб вас… — прохрипела девушка.

Благодаря своей силе, Роза хорошо ощущала окружающее пространство. Нащупав грузовик, она сосредоточилась и метнула его в набегающую толпу, задев несколько нерасторопных колдунов. Остальным хватило реакции увернуться.

— Гатс! — истошно закричала Калия рядом. — Помоги!

Роза про себя отметила, что девушке помощь совсем не нужна. Та создала силовое поле, в которое влипли первые колдуны. Оставила там отверстие, и Шупа сверху закинул иллюзии, которые тут же взорвались, разнося головы колдунов в пыль.

Но Гатс всё равно пришёл на помощь. Легион выставил против них добрую сотню уродцев, и парень врезался в эту толпу, проделав в них просеку. Врезался не по своей воле, а пропустив удар от Спара и отправившись в полёт. Сам Спар тут же появился где-то рядом. Роза было испугалось, что сейчас он их и положит здесь, но нет, беловолосый парень переключился на колдунов.

— Дистанцию! — кричал Шупа, — Держать дистанцию!

Речь шла вовсе не о колдунах, а о Гатсе, который пустил в ход меч. Когда он его себе вернуть успел, Роза не уследила.

Рядом стреляли Тим и Верс. Шупа создавал иллюзии и взрывал тех, кто добирался до них. Роза тоже включилась в процесс. Когда колдунов было слишком много, откидывала их психокинетическими импульсами. Остальных рубила артефактной катаной. Раскрутив внутри себя первый круг, девушка вполне поспевала за происходящим.

Бой мог бы превратиться в трагедию, но колдуны как-то быстро пошли на убыль. Роза отметила, что Спар продолжает выносить всех, до кого дотягивается. Он появлялся то в одном месте, то в другом, и там, где проходил, оставались разорванные тела.

Гатс тоже сдаваться не собирался. Действовал парень даже эффективнее, чем Спар. Один удар мечом — и десяток колдунов разрубает на части.

Воспользовавшись передышкой, Роза обратилась к силе и попыталась найти артефакт-маяк. Это стало ошибкой. Легион успел подготовить следующую атаку.

— Сверху! — крикнул Тим.

Роза дернулась, и единственное, что успела разглядеть, как сверху падают десятки черных шаров метрового размера. В следующую секунду грянул взрыв. Снесло силовое поле, что выставила Калия. Накрало всю группу. Роза ощутила, как её резко бросило вниз, тут же что-то обхватило вокруг талии, дернуло в сторону, приложило о холодную землю ещё раз и снова в воздух дернуло.

— Гатс! — снова прокричала Калия.

На этот раз по-настоящему испуганно.

Под ускорением Роза с трудом поспевала за меняющейся обстановкой. Черные шары сначала взорвались и тут же превратились неведомым образом в щупальца, которые и схватили их. Девушка задергалась, но вырваться не получалось. Катана тоже оказалась неизвестно где. Попытавшись разорвать щупальца силой разума, она добилась успеха — локального. Те рвались, но тут же собирались, подобно мазуту.

Спар же так и продолжал косить колдунов. Те собирались из пепла, нападая на него снова и снова.

А вот Гатс — он услышал крик Калии и в этот раз пришёл на помощь сознательно.

Роза только и успела увидеть, как он пронесся, махнул мечом, и черные молнии врезались в настолько же темные щупальца, выжигая их. Из-за чего пойманные упали вниз. Не видя, что это была лишь часть атаки. Когда Роза распрямилась, то услышала, как что-то рассекает воздух, и дернулась, рефлекторно создавая щит перед собой.

Отчасти помогло.

В отряд угодили сотни мелких и не очень стрел. Роза отбила часть того, что летело в неё. Несколько стрел пробили всю защиту и добрались до тела, причиняя обжигающую боль. Калия справилась куда лучше — прикрыла остальной отряд. Только вот её саму выбрали основной целью. Потому что силовое поле напротив девушки было полностью уничтожено.

Но её успел прикрыть Гатс.

Роза замерла, уставившись на пробитого и окровавленного парня. Сейчас он совсем не походил на себя, утыканный стрелами.

Вокруг снова появились колдуны, прямо из ниоткуда, собираясь добить потрепанный отряд. Но тут появился Спар. Пронесся мимо, изничтожая демонов.

— Калия! — прокричал он на ходу. — Готовься!

Роза не поняла, к чему готовиться. Но скоро и так понятно стало.

Спар — он выглядел ненормально. Если раньше парень светился белым, то сейчас — черным. Вся его фигура была скрыта под языками черного пламени. Единственное, что оставалось хорошо видно — зеленые, яркие глаза.

Что он там собирается делать, Роза узнала постфактум. Внезапно весь этот черный покров исчез, втянулся в парня, и тот перед собой создал воистину гигантский шар, который начал бешено вращаться, заодно стягивая весь пепел с округи.

В следующее мгновение произошло сразу несколько вещей. Спар сжал шар и вбил его в землю. Тот схлопнулся и превратился в здоровенную, темную кляксу. Куда Спар и прыгнул. Калия, которая до этого подхватила Гатса, скинула здоровяка на руки Версу и метнулась следом в кляксу, исчезнув там.

Захрипев, прорычав, Гатс оттолкнул чужую руку и, весь утыканный стрелами, с нечеловеческим лицом, прыгнул следом, тоже исчезнув.

Клякся вспыхнула и испарилась.

Роза и трое парней остались одни.

Content

Роман Романович
Ученик шиноби 8. Возвращение

Пролог

Глава 1. Могильник, или Как Спартанец сначала расслабился, а потом снова напрягался

Глава 2. Пробежка, или Как Спартанец свой фирменный стиль до новых высот возвёл

Глава 3. Адские земли, или Как Спартанец медленно коптился

Глава 4. Финальная тренировка, или Как Спар неприятности почувствовал

Глава 5. Поединок, или Как Спартанец с дроу ближе познакомился

Глава 6. Перекресток, или Как Спартанец новые подробности узнал

Глава 7. Земли волшебников, или Как Спартанец не переставал удивляться относительности бытия

Глава 8. Башня испытаний, или Как Спартанец забег начал

Глава 9. Коридор испытаний, или Как Спартанец себе путь пробивал

Глава 10. Одиночка, или Как волшебники со Спартанцем ближе познакомились

Глава 11. Возвращение, или Как Спартанец совсем не той встречи ожидал

Глава 12. По краю, или Как Спартанец на обострение пошёл

Глава 13. Награда для героя или то, Как Спартанец подарки раздавал

Глава 14. Пьянка, или Как Спартанец немножко любви и хаоса в размеренную жизнь внёс

Глава 15. Новый день, или Как Спартанец экзамен у сестренки сдавал

Глава 16. Выступление, или Как Спартанец себя с другими сравнивал

Глава 17. Второй круг, или Как Спартанца про желания спрашивали

Глава 18. Атлас, или Как Спартанец задумал отношения в коллективе наладить

Глава 19. Задание, или Как Спартанец к делу готовился

Глава 20. Прогулка по лесу, или Как Спартанцу прерваться пришлось

Глава 21. Ловушка, или Как Спартанец ненависть испытал

Эпилог