Ярослав Зарин

(RavenTores)

Убийство в Хукерс-тауне

My sweetheart TimeLord

и паблику БМ

Глава 1

В Хукерс-тауне обычно не происходило ничего особенного, и всё же детектив Мэйнард Джонс отчаянно гордился своей работой. Он был убеждён, что отлично справляется. Он был способен разгадать преступление даже раньше, чем жертва успевала рассказать, что вообще произошло! А это не могло не означать, что у него отменная интуиция. Конечно, он мог бы податься в город покрупнее, чтобы попробовать свои силы в другом Департаменте и принести немало пользы обществу. Но зачем, если и здесь он был на хорошем счету?

Мэйнард Джонс был из тех людей, что предпочитают синицу в руках попыткам поймать журавля. Он знал городок насквозь и потому проникся обязанностью хранить его от всевозможных злодейств. И в последние двадцать лет службы у него это получалось недурно. По крайней мере, он точно знал, что именно Даг уносит из магазина Лу джин, не заплатив, а у Поппи никто не ворует несушек, просто она любит куриный бульон.

В тот день ничто не предвещало плохих новостей. Солнце светило как обычно в июне, зеленели поля, мимо которых Джонс ехал на работу, Мэгги продавала пончики в сахарной посыпке, а Лу торчала на перекрёстке с извечной сигаретой в зубах, почти не обращая внимания на открытую дверь своего магазинчика.

Прибыв в участок, Мэйнард расположился за столом, собираясь как всегда начать с пончика и кофе, когда раздался звонок.

— Да-а? — протянул Джонс лениво, рассматривая пончик, чтобы выбрать самую вкусную сторону.

— Детектив, тут… убийство, — проговорил офицер Джексон. Голос у него был странный, Джонсу не понравился сразу. — В общем… вам бы посмотреть на это.

— Убийство?.. — замер Мэйнард Джонс, и пончик сразу показался не таким сладким. Убийство означало — день ни за что не пройдёт так, как должен бы. — Что, Фред зарезал овцу, которую ему подарил папаша Дулитл?..

Но скромная надежда умерла сразу же, как Джексон ответил:

— Нет, ну… Вы угадали, вам нужно к Фреду на ферму. Сами увидите, — последнее он пробормотал совсем уж невнятно и отключился.

Джонс с сожалением отложил пончик, но всё-таки сделал глоток кофе. Очень уж не хотелось изменять своим привычкам. Однако долг звал, и он просто обязан был раскрыть это убийство, или что там вообще померещилось Джексону, уже до обеда. Оставалось, правда, ощущение, что офицер всего лишь решил так странно разыграть его. Разве в Хукерс-тауне вообще могло произойти убийство? Но в таком случае он не отделается только парой бутылок пива, ни за что!

* * *

Когда Мэйнард прибыл на поле Фреда Тейлора, солнце уже разгулялось вовсю и припекало так, что от дороги должен был бы идти пар. Джексон встретил детектива у изгороди, на которую предусмотрительно нацепил жёлтую ленту. Он показательно смотрел в сторону, да ещё и бледен был так, что наводило на мысль — успел уже попрощаться с завтраком.

— Вон… вон там, — указал он, переминаясь с ноги на ногу. Сплюнув и про себя поворчав, что Джексон оказался таким неженкой, Джонс прошёл мимо него и…

Ему пришлось запрокинуть голову вверх, приставив ладонь к глазам, потому что солнце било аккурат из-за странной конструкции, на которой — да, совершенно точно! — висело нагое девичье тело. Сощурившись, Мэйнард разобрал, что кто-то вкопал в податливую землю между ростков кукурузы внушительный и наверняка тяжёлый крест, а на него уже поместил девушку… в позе, слишком напоминающей образ Христа, который он каждый день видел на стене местной церквушки.

— Это… это что там у неё на голове? — пробормотал Джонс, чувствуя, как внезапно ладони становятся липкими от пота.

— Венок, наверное, терновый, — опустил взгляд офицер Джексон. — Отсюда плохо видно.

— Надо… значит, снять её оттуда, — Джонс сдался и отвёл глаза. — Ты уже осмотрелся тут?

— Там следы какой-то машины, — неопределённо махнул рукой Джексон. — Крест тяжёлый, наверное, его поднимали с помощью трактора… Или джипа.

— Или джипа… — повторил Джонс, чтобы запомнить. Джипы и пикапы в Хукерс-тауне были самым обычным делом. Да и тракторов тут набралось бы немало, всё-таки вокруг были сплошь фермы. У самого Джонса и то был пикап! — Чёрт возьми! А что Фред?..

* * *

Фред сидел перед ним, опустив голову и устроив крупные кисти рук на коленях, чуть отвернувшись от стола. Тяжёлые веки и набрякшие брови почти скрывали его маленькие и злые глаза. Джонс пробарабанил пальцами по столешнице и повторил вопрос:

— Хочешь сказать, что ты знать не знаешь и слышать не слышал, как кто-то среди ночи разъезжал по твоему полю, убивал девушку, вязал её на крест?

— Я пил вчера, — сипло ответил Фред. — Ты сам знаешь, пьяный я ни черта не слышу!

— А может, это ты её убил?! — возмутился Джонс. — А?!

— Да я первый раз эту патлатую вижу, — Фред чуть подался вперёд, к столешнице, и отодвинул от себя фотографии бледного девичьего лица. Терновый венец сплетался с волосами так искусно, что его не стали убирать, пока фотографировали жертву. Острые шипы изранили кожу так сильно, что на лбу была присохшая кровь. — Красивая была, я б такую запомнил.

Девушка действительно была красивая, но Мэйнард никогда прежде не видел её. Он привык доверять своей зрительной памяти, да и не сказать, что Хукерс-таун был таким уж большим городком. Может, приехала к родственникам погостить?..

— Ладно, — сдался он. — Пока мне нечего тебе предъявить.

А ведь это было бы так просто! Если бы Фред, перепив, убил эту красотку, дело можно было бы закрыть прямо сейчас.

* * *

— И крест… крест ещё этот, — думал вслух Джонс, рассматривая пробковую доску, на которой было подозрительно мало информации. Всего лишь несколько фотографий девушки в центре, фотография следа шин, выделявшегося среди ростков кукурузы, и… собственно, всё. — Кто же она такая?..

Кто она такая и за что её убили — вопросы, которые не давали ему покоя. Её не просто привязали на крест, но и пробили запястья и ступни длиннющими ржавыми гвоздями. На шее виднелся след от удушения, под рёбрами — рана, как будто кто-то ткнул… копьём? Будто бы девушка сыграла роль Христа, но неожиданно не воскресла.

— Я пробил по базе пропавших людей, — ворвался в кабинет внезапно слишком оживлённый Джексон. — У нас есть имя!

— Убийцы? — почти с надеждой спросил его Мэйнард, пусть само предположение было совершенно абсурдным.

— Жертвы, — Джексон качнул головой, чуть нахмурившись, его тёмная кожа неприятно диссонировала с почти белой у трупа на фото. — Это Вайнона Уиллер. Она из Коннектикута.

— И какого чёрта она тогда забыла в нашем городке?.. — Мэйнард Джонс не ждал, что офицер Джексон сумеет так запросто ответить на этот вопрос. Скорее, он просто воскликнул в сердцах. Джексон тем временем пришпилил к пробковой доске карточку с именем. Вайнона смотрела на них слепыми светлыми глазами.

— Я позвоню родственникам, — добавил Джексон и оставил Джонса наедине.

* * *

Ближе к четырём, когда Мэйнард решил отправиться на соседнюю с Фредовой ферму, чтобы спросить, не слышали ли там что-нибудь, позвонила Ханна. Она знала Джонса близко, так уж вышло, что они были соседями, потому обычно набирала его напрямую, а не обращалась в полицию как полагается.

— Мэйнард, — начала она мерзким тоном, не предвещавшим ничего хорошего, — ты там скажи, кто за это ответит?

— За что? — уточнил Джонс, мрачно глядя на пробковую доску. Ему не хотелось вникать в проблемы соседки. — Что там у тебя? У меня, знаешь ли, дело.

— Дело у него! У меня тоже полно дел, но какой-то утырок перегородил подъездную дорожку и я не могу вывести машину из гаража, — завелась Ханна с пол-оборота. — Кто у вас может мне помочь, если ты сам так занят?..

— Сейчас пришлю Джексона… — Мэйнард чуть нахмурился. В голове будто шевельнулось что-то. Щёлкнуло. Наверное, сработала его интуиция! — Погоди, а что там за машина?

— Да чёртов джип! — Ханна сплюнула.

— Я сам приеду! — тут же Мэйнарда охватило возбуждение, которого он прежде за собой не знал. Он чуял, чуял, что эта машина станет ключом к расследованию! Интуиция не могла соврать!

* * *

Джип оказался всего лишь небольшим кроссовером. Оглядев его, Мэйнард мысленно попытался представить, как с помощью такой машины можно поставить крест на поле. Пока воображение, ослабшее под палящим солнцем, давало сбой за сбоем, Джексон, выехавший с ним вместе, вытащил из кармана брюк рулетку и деловито измерил расстояние между колёс.

— И что там? — спросил Мэйнард.

— Ну, это определённо не та машина, — пожал Джексон плечами. — Та шире. Да и вряд ли на ней можно проехать по кукурузному полю, — он заглянул под днище. — Ничего нет.

— Шире, — почти разозлился Мэйнард. — Шире, значит! И ещё и по полю не проехать!

— Ой, простите, — помахала вдруг с той стороны дороги Мэнди Макгауэр, вероятно, вышедшая посмотреть, что вообще происходит. — Это мой кроссовер. Я буквально вчера купила, пригнала ночью!

— А зачем поставила тут? — Мэнди всегда нравилась Мэйнарду. Она была симпатичной и рыженькой, как лисичка, пусть и высокого роста, и довольно широкой в плечах. Кажется, в юности она занималась плаванием, или что-то вроде того, в любом случае это придало её фигуре особенный отпечаток, так что в свои сорок семь она выглядела вполне аппетитно.

— Со мной такое бывает, — улыбнулась Мэнди, пожимая плечами. — Я отгоню. Кстати, загляните вечерком, я угощу пирогом!

Тут уж подоспела и Ханна, но она тоже относилась к Мэнди хорошо, так что дело обошлось без скандала. Джонс, промокнув лоб платком, решил сначала отправиться всё-таки на ферму Дулитла, а не в участок. Так можно было бы отдохнуть от взгляда Вайноны, который отчего-то мерещился отовсюду.

* * *

Никто ничего не видел, никто ничего не знает.

Возвращаясь домой, Мэйнард снова вспомнил Фреда. А ведь тот на редкость противный человек! Если бы Джонса спросили, кто из Хукерс-тауне действительно способен на убийство, то… пожалуй, он указал бы именно на него. Ну, и на папашу Дулитла тоже, однако у того было железное алиби — он смотрел трансляцию бейсбола. Мало того, что все знали — он не способен подобное пропустить, но к тому же Леона Дулитл, его крупная и некрасивая жена, весь вечер приносила ему всё новое и новое пиво. Ящик пустых бутылок красноречиво подтверждал их показания.

А ещё их трактор был сломан вот уже второй месяц.

Мэйнард решил, что нужно всего лишь отдохнуть, а завтра получше надавить на Фреда. Заставить его сознаться. А ещё хорошая мысль — обыскать его дом. Наверняка Вайнона приехала к нему не голой, так что можно найти её шмотки. И обязательно посмотреть в свинарнике — Мэйнард слышал где-то, что такие вот чудовища в человечьем обличии, как Фред, именно там могут прятать как орудия убийства, так и прочие улики.

С этими мыслями он наконец успокоился. Разве не прекрасно, что он отлично справляется со своей работой и всегда знает, что делать дальше?..

* * *

На следующий день Джонс сначала отправился в участок. Утром он успел поздороваться и с Ханной, и с Мэнди, но не остановился, чтобы купить пончик, не стал махать Лу, как обычно торчавшей у входа в магазин. Всё-таки у него было дело, такое жуткое дело. В Хукерс-тауне прежде не случалось убийств. И уж конечно, никому бы в голову не пришло прибивать кого-то к кресту.

Однако когда он вошёл в участок, заранее представляя, сколько головной боли свалится на него сегодня, ему навстречу поднялись двое, совершенно точно не из их городка.

— Старший специальный агент Кейтлин Соммерберг, — представилась элегантная женщина на вид лет тридцати пяти. Её было не назвать красивой, но всё же в ней таилась необъяснимая притягательность, сексуальность, как раз такая, которая особенно нравилась Мэйнарду. Он мысленно облизнул губы, но тут его отвлекли:

— Специальный агент Майк Беддингфилд, — добавил второй, протянув руку.

— Детектив Джонс, — холодно отозвался Мэйнард, и тут его осенило: — Вы… что ли… из ФБР? Почему?.. Мы справимся с этим делом сами. Я уже практически раскрыл его.

— …А почему ваш городок называется шлюшьим[1]? — хмыкнула Кейтлин, прицепившись к так глупо вырвавшемуся вопросу. — Успела проехать его из конца в конец, но так и не заметила ни одной проститутки на улицах.

— Так, позвольте, дамочка! — вспылил тут же Мэйнард. Некоторые шутки он не переносил! Особенно когда кто-то намеренно путал незамысловатое название их городка со всякой мерзостью.

— О, прошу прощения, не подумала бы, что вы работаете на две ставки сразу, — усмехнулась Кейтлин и отвернулась от него, как будто бы вовсе потеряв интерес. — Судя по фотографиям, это не подражатель. Никто не знал про терновый венец. Но нужно взглянуть на тело… На экспертизу его надо отправить в наш центр, Майк.

— Да как вы… — Джонс обалдел от такого явного пренебрежения. — Да вы… Да как вы смеете.

Его дело отбирали, ничего не смущаясь.

— А, детектив, вы ещё здесь? — Кэйтлин глянула на него через плечо. — Как, говорите, ваше имя?

— Мэйнард Джонс, — повторил он зло. — И если вы намереваетесь пошутить и насчёт моего имени…

— Ну что вы, мы всё-таки профессионалы, — отмахнулась Кейтлин. — Это дело, как мы считаем, связано с другим, произошедшем в соседнем штате. Вы можете… помогать нам, но лучше — не мешайте нам работать.

— Не мешать? — Мэйнард опешил. — Да это я тут каждый закоулок знаю! Это вы мне тут помешаете! Я практически вычислил убийцу!

— Да? — на миг Кейтлин задержала на нём холодный оценивающий взгляд. — Думаю, будет интересно послушать ваши соображения.

Мэйнард хотел было вскипеть, но… внезапно осознал — да она просто с первой же минуты его захотела. Так просто! Вот почему отпустила тупую шутку про шлюх, вот почему!

Чуть приосанившись, чтобы утренний свет вычертил его не такую уж плохую фигуру, он предложил:

— За чашкой кофе, может быть? — и подмигнул.

— Идёт, — согласилась Кейтлин, чуть усмехнувшись. — Майк, разберись с телом, ты знаешь, на что обратить внимание.

* * *

Кейтлин мягко улыбалась, слушая его соображения и временами делая глоток кофе из простенького бумажного стаканчика — в кафешке Сэнди не водилось фарфоровых чашек. Мэйнард постарался разложить картину преступления, обрисовав и странности в поведении Фреда, и то, что у него нет никакого алиби. Казалось, он протягивает убийцу буквально на тарелочке, настолько чёткой и гладкой была нарисованная им схема.

И с каждым словом он видел во взгляде Кейтлин всё больше теплоты. Она, похоже, только носила маску сильной и независимой, а на самом деле, конечно, нуждалась в мужском тепле! Мэйнард протянул руку и накрыл её ладонь своей. Может, это его судьба?

— Это всё? — спросила невпопад Кейтлин. Её улыбка померкла.

— Ну… да? — недопонял Джонс. — Это всё.

— Детектив Смит, — высвободила она пальцы из-под его, — это — чушь. Повторюсь, не мешайте нашему расследованию. Совершенно ясно, что этот преступник вам не по зубам. Не вашего ранга.

И она поднялась, оставив Джонса хватать ртом воздух.

Оставив его оскорблённым, униженным, совершенно разбитым!

— Я — Джонс, — поправил он торопливо. — Послушайте… — попробовал он вернуть ту теплоту, которая, как он чувствовал всем нутром, всё-таки возникла между ними. — Постойте… Кейтлин…

Однако Кейтлин Соммерберг, старший специальный агент, ушла, оставив его наедине с двумя бумажными стаканчиками. Он мог сдаться прямо сейчас, но…

Мэйнард Джонс встал из-за стола. Нет уж, он сам раскроет это чёртово дело!

* * *

#Прокачка_БМ

Аркан II. Жрица (перевернутая).

Мэйнард Джонс представляет собой воплощение этого аркана. Он отвергает возможности, лишен дара предвидения, отличается поверхностными знаниями, довольно пассивен, однако его самомнению можно позавидовать. Он не способен четко судить о предметах и событиях, допускает предосуждение и односторонне рассматривает то, с чем сталкивается. И конечно, он не лишен физического желания близости.

Глава 2

Мэйнард всё ещё злился, не в силах выкинуть из головы, как эта невыносимая Соммерберг драматично прижала запястье ко лбу и выдала: «Не сделать слепки, не попытаться выяснить марку автомобиля по следам шин… Здесь что, совсем ничего не умеют?!» И ему оставалось только краснеть от ярости. Конечно, потом он сорвался на Джексоне, но это почти не помогло вернуть душевное равновесие. И только когда агенты ФБР отчалили заниматься каким-то там профайлом, или чёрт его знает, что это такое было, Джонс смог вздохнуть чуть свободнее.

Он украдкой взглянул на дверь и вытащил бумажный пакет с пончиком. Несмотря на то, что посыпка частично смазалась, когда он прятал пакет в стол, пончик всё ещё одуряюще пах и был прекрасным дополнением к холодному кофе. Однако стоило Мэйнарду сделать один укус, как зазвонил проклятый телефон.

— Да, — заглотил кусок, не прожевав, Джонс.

— Слушай, Мэйнард, — голос Лу звучал сипло, она слишком много курила, — как там у тебя продвигаются дела с этим убийством? Ходят слухи, что по городу шатаются агенты ФБР.

— А тебе есть что сказать по этому поводу? — насторожился Мэйнард. Первое правило хорошего детектива — опросить всех свидетелей. Лу постоянно торчит на улице, нельзя исключать, что она видела что-то полезное. Вот он, его шанс обскакать заезжих ФБРовцев. Всё-таки он сумеет одолеть это дело раньше! Он здесь свой, ему каждый поможет, а они чужаки, с которыми никто не пожелает иметь дела. — Лу?..

— А если так? — протянула Лу после долгой паузы, точно всё это время размышляла. — Ты поможешь мне с Дагом?

— Так вы же вроде разошлись полюбовно? — Джонс с сожалением посмотрел на пончик. С Лу всё-таки нужно было побеседовать лично, и уж точно она ничего не расскажет в комнате для допросов. Кофе откладывался на неопределённый срок.

— Он так и не вернул деньги, — Лу закурила с телефоном в руке, потому что Мэйнрад услышал характерный звук, как она затягивается и выпускает дым из уставших лёгких. — Так если ты это уладишь, я расскажу тебе кое-что полезное. По рукам?

— Знаешь, Лу, я сейчас приеду к тебе, — пообещал Мэйнард и сунул пончик обратно в пакет. — Приеду, мы поговорим и разберёмся во всём, в том числе с Дагом, идёт?

— Ну ладно, — и она повесила трубку. Джонс встал из-за стола и размял плечи. Что ж, долг зовёт, и он во что бы то ни стало обязан добиться успеха.

* * *

Лу встретила его на улице, дымя очередной сигаретой. Не успел он подойти, как она прижала длинный окурок к фонарному столбу и впечатала его в поверхность с такой силой, что несгоревшая табачная труха посыпалась струйкой. Мэйнард тысячу раз говорил Лу, что времена изменились и нельзя так откровенно курить в общественных местах. Лу обычно вытаскивала новую сигарету из пачки и демонстративно чиркала зажигалкой.

Редко такое случалось, чтобы она недокуривала до конца. И Джонс внутренне подобрался — должно быть, она действительно что-то знала, что-то важное.

— Зайдём? — кивнула она на магазин и прошла первой. У кассы никого не было, полки с товарами тоже никого не привлекли. В середине дня к Лу почти не заходили, домохозяйки тут бывали утром, а работающие — вечером.

Мэйнард лениво скользнул взглядом по товарам, пока Лу занимала своё место за стойкой, потом вытащил из кармана посмертную фотографию Вайноны Уиллер и положил её прямо перед Лу.

— Начнём с простого, — сказал он. — Видела эту девушку?..

— Нет, — Лу подвинула фотографию к нему, даже не попробовав рассмотреть. — Я вот слышала от Фреда, что ему кто-то половину кукурузного поля изъездил на джипе. А ты помнишь, где мой дом, Мэйнард?..

На память Джонс жаловался редко, особенно когда вопрос касался местных. В его воображении живо нарисовалась карта. Вот ферма Фреда, вот — папаши Дулитла… А вот скромный домишка Лу, окружённый зелёной лужайкой, где который год отказывались цвести розы.

— Согласись, если кто ночью и разъезжал по полю Фреда, сначала он должен был проехать мимо меня, — продолжала Лу, глядя в сторону.

Прямо за фермой Фреда начинался канал. Он не то чтобы был полноводный, но изрядно зарос кустарником, а главное — там точно не нашли никаких следов. Так что Лу говорила верно — если злоумышленник использовал машину, то сначала она должна была проехать мимо её окон.

— Не тяни, Лу, — поторопил Мэйнард.

— Так, в общем, Даг должен мне сотку, — внезапно переключилась она. — И, как ты понимаешь, это выгодный обмен, правда? Я всё тебе расскажу, всё, что видела и слышала той ночью. Но не раньше, чем этот мудак вернёт деньги.

Джонс отстранился и даже отвернулся от неё, мрачно взглянув на стеллажи. Погода, словно откликнувшись на его настроение, нахмурилась тоже. Солнце спряталось за тучу, ветер прогнал мимо стеклянной двери бумажный пакет с логотипом ближайшей забегаловки. В душе на миг возникло неприятное сосущее чувство.

— Слышишь, Лу, — вздохнул Мэйнард. — Но если ты расскажешь, что знаешь, ФБРовцам раньше, чем мне… Сделка отменяется, поняла?

Она только двусмысленно хмыкнула и даже не попрощалась с ним, когда он покинул магазин.

* * *

Даг Ирвин жил не в доме и не на ферме. Его фургон давно врос колёсами в землю, но он всё равно не желал менять его на что-то более презентабельное. Впрочем, ему было безразлично, потому что он почти не просыхал.

Иногда Мэйнард завидовал его отменному здоровью. Это ж надо столько пить, но не жаловаться ни на сердце, ни на печень. Даг даже не подхватывал простуды, хоть регулярно засыпал на улице в любое время года.

Когда Джонс подъехал к участку, где мусор и пустые бутылки устилали землю ровным покровом, Даг дремал на проржавевших ступеньках фургона, прислонившись щекой к облупившейся краске двери.

— Эй, Даг, — окликнул Мэйнард. — Слышишь?..

— Чо?.. — Даг открыл один глаз, отметил, что к нему обращается представитель полиции, и чуть встрепенулся. Ему не сразу удалось сесть ровно, но он всё же сумел сфокусироваться и даже кивнуть. — Слы… шу, — и икнул. Значит, изрядно набрался именно сегодня!

— Лу сказала, что ты не вернул ей деньги, — нахмурился Джонс. — Мы так не договаривались. Ты ведь не хочешь отправляться в камеру, а?

Даг мотнул головой, зашарил дрожащими пальцами по карманам видавшей виды куртки, но достал вовсе не деньги, а почти пустую сигаретную пачку. Выудив оттуда сигарету, он взглянул мутными глазами на Мэйнарда.

— Дружище, огоньку?..

У Джонса была при себе зажигалка — так, на всякий случай. Впрочем, он предчувствовал, что скоро будет носить с собой и пачку. Он сам курил лишь время от времени, когда настроение никак не улучшалось, но двое агентов, дышавших в затылок, не способствовали хорошему расположению духа.

Он помог Дагу подкурить сигарету и мрачно воззрился на него, буквально нависая над скорчившейся фигурой.

— Так что с деньгами?..

— У меня нет, — развёл руками Даг. — Пособие… — и усмехнулся. Джонс кивнул — ясно, что пособие он уже полностью проссал. Чего ещё можно было ждать от пьяницы?

Мэйнард сунул зажигалку в карман, и от неаккуратного движения оттуда выскользнула фотография и спланировала в грязь у ног Дага лицом вверх. Пустые глаза Вайноны смотрели прямо в нахмурившиеся небеса.

Даг, роняя пепел с сигареты себе на колени, наклонился вперёд и пробормотал:

— Красивая… видел такую…

— А, пьянь, дай сюда, — раздражённый Мэйнард резко дёрнулся, поднимая фото, и спина, конечно, дала о себе знать. За приступом боли он почти не услышал, как Даг плаксивым тоном пробормотал:

— Видел… М-м… видел…

Джонс осознал, что ему придётся вложиться в дело собственным заработком. Ждать, когда Даг найдёт для Лу деньги, он не мог.

— Вернёшь мне сотню, слышишь, — буркнул он, подавив желание пнуть Дага в грязный ботинок. — Я разберусь с Лу. Но если ты снова что-то у неё украдёшь, проклятый алкаш…

— Ш-ш-ш… — зашипел, размахивая руками, Даг. — Никогда не краду. Беру взаймы, да?..

Совершенно бесполезный! Отчего только распинают на крестах красивых и юных девушек, а не такую вот шваль?..

Мэйнард вернулся к машине, со злостью швырнул карточку на приборную панель, и порывом ветра её тут же прижало к лобовому стеклу. Теперь Вайнона Уиллер будто бы пялилась на него, смотрела прямо из-за черты, отделившей жизнь от смерти, и это ужасно раздражало.

* * *

Когда Мэйнард вернулся к магазину Лу, начался мелкий назойливый дождь. Позлорадствовав, что теперь никакие спецагенты не смогут снять треклятые слепки автомобильных шин, потому что всякие следы просто размокнут, он толкнул дребезжащую дверь и вошёл.

Лу подняла глаза от ценников, которые заполняла вручную, и хмыкнула вместо приветствия.

— А, Мэйнард, уже от Дага?..

Похоже, старая лиса с самого начала знала, что это бесполезное дело. Джонс, и без того порядочно разозлившийся, подошёл ближе и с хлопком уложил на стойку перед ней мятую банкноту.

— Говори, Лу, — потребовал он. — Что ты там такое видела?..

— Слышала, что вы никак не можете понять, какая там была машина, — Лу спрятала сотню в карман передника и принялась складывать подписанные ценники в пластиковую банку. Они неприятно шуршали, будто ползли насекомые, и размеренный голос Лу отчего-то только усиливал впечатление. — В ту ночь мне не спалось, и я допоздна смотрела ящик. У нас, знаешь ли, мало кто ездит по ночам. Молодёжь старается выбрать места поромантичнее, чем кукурузное поле Фреда, так что обычно тишина стоит такая… — она прикрыла глаза, словно уже сейчас собралась ею, этой проклятой тишиной, наслаждаться.

— Лу, — поторопил Мэйнард. — Это дело и так пьёт у меня все соки. Не тяни.

— Да ладно тебе, — махнула она рукой. — Я услышала шум, вот и пошла к окну. И как раз тогда мимо проехала машина.

— Какая? — Джонс почувствовал, что у него даже ноздри начали раздуваться, как у собаки, взявшей след. — Что там была за машина?!

Лу смотрела на него с торжеством в глазах. Казалось, она наслаждается личной минутой славы. Даже усмехнулась, и выражение лица стало таким хищным, что Мэйнард на секунду подумал — и сама Лу запросто могла кого-то убить. Да он попросту живёт в городе, где каждый может оказаться убийцей Вайноны Уиллер. Где кто-то уже оказался таким убийцей!..

— Это был болотного цвета «Патриот», — сказала она наконец. — Да, точно он.

Хвалёная память Джонса дала осечку. Болотного «Патриота» он не припоминал. Однако для этого есть полицейская база! А может, этот убийца и вовсе был здесь проездом? Мэйнард воспрял духом. Возможно, он вовсе не живёт в городке, полном убийц.

Возможно, уже сегодня он покажет результаты лучше, чем у грёбаной ФБРской суки.

* * *

В участок Мэйнрад вернулся под ливнем, и когда вошёл, с неудовольствием убедился, что его кабинет уже заняли агенты. Майк что-то там крепил на доске, а Кэйтлин — непростительно хороша эта женщина для стервы из ФБР — опиралась о стол и рассматривала получившуюся схему.

— А вот и вы, Смит, — бросила она через плечо, даже не взглянув в его сторону.

— Джонс, Мэйнард Джонс, — фыркнул он, тоже уставившись на пробковую доску.

— Да, я так и сказала, — хмыкнула Кэйтлин.

Мэйнард решил придержать информацию о машине и прошёл к своему столу. Устроившись за компьютером, который, надо сказать, недолюбливал, он ввёл пароль и вбил в поиск болотного цвета «Патриот» с регистрацией в их городке или где-то в окрестностях.

База оказалась пуста.

С одной стороны, это не могло не радовать — залётный убийца позволял немного расслабиться. Мэйнард не хотел думать, что мог ходить одними улицами с кем-то настолько извращённым. С другой же… С другой, получалось, что у него почти ничего не было. Он прислушался к диалогу агентов.

— Кстати, вот и ответ, — как раз развернулся к Кэйтлин Майк и потряс смартфоном для убедительности. — У нас есть машина.

«Лу, сучка, — обиделся Мэйнард. — Она, видать, поговорила с этим прохвостом раньше, чем со мной. Но решила заодно и нажиться!» Ста баксов было ужасно жаль.

— И что там? — чуть подалась вперёд Кэйтлин. Джонс тоже навострил уши. Однако ответ заставил его нахмуриться. Майк прочёл с экрана:

— «Шоткат», диски по семнадцать дюймов, резина «Гудрих»…

Мягко сказать, это был совсем не «Патриот».

— Нужно пробить по базе, хотя, как ты понимаешь, уже ясно, кто наш убийца. Вот только где же он прячется? — Кэйтлин на миг прижала ладонь ко лбу и замерла. — Мне кажется, что-то ускользает?..

Мэйнард едва не заскрипел зубами.

* * *

Ливень и не думал угомониться, и Мэйнард, направляясь домой, злился на всё вокруг — мокрую дорогу, мечущиеся по лобовому стеклу дворники, проклятую Кэйтлин, перепутавшую его фамилию снова, Лу, которая оказалась просто лицемеркой и обманщицей, жаль, что её не привлечь за дачу заведомо ложных показаний…

Он не доел свой пончик, и тот наверняка испортится за ночь.

Вывернув руль, Мэйнард едва вписался в поворот и вдруг вспомнил: «Кстати, загляните вечерком, я угощу пирогом!» Мэнди! Конечно, он должен просто позволить себе немного расслабиться, поужинав у соседки.

Пусть она приглашала пару дней назад, но ведь Мэнди — одинокая женщина. Разве она сумела съесть весь пирог за это время?

Припарковавшись на чужой подъездной дорожке, Мэйнард пробежал к крыльцу, закрывая голову руками, и постучал в стекло. Тут же зажёгся свет — ни один дом в Хукерс-тауне не встречал его так радушно, как домик Мэнди.

— А, детектив, — улыбнулась она, распахивая дверь, — скорее, скорее проходите. Такой ливень, вы наверняка замёрзли. У меня есть что вам предложить…

И единственное, о чём в тот момент пожалел Джонс, так только о том, что Мэнди не предложит ему ещё и секс. Всё же они были всего лишь соседями, и он даже ни разу не решился пригласить её на свидание.

Возможно, нужно было! Это решило бы проблему секса, разве нет?..

Усевшись за стол, Мэйнард наконец забыл о фотографии Вайноны, что так и осталась у него на приборной доске.

* * *

#Прокачка_БМ

Аркан Xll. Повешенный (перевёрнутая).

В главе есть и обман, и махинации, и лицемерие, и эгоизм, а также унижение окружающих и стремление к материальному. В общем, полный боекомплект. =)

Глава 3

#Прокачка_БМ

Аркан XI. Правосудие (Справедливость).

Мэйнард очень не хочет, хоть и должен, брать на себя ответственность, но ему придётся заплатить по счетам, и Кейтлин уже намекает на это. В то же время у Дага наступает момент отрезвления и он жаждет восстановить порядок. А ещё справедливость намекает, что нужно переговорить с судьёй…

* * *

Вечер с Мэнди прошёл приятно, и Мэйнард уснул в отличном расположении духа, предвкушая остатки пирога на завтрак — соседка приготовила ему целый судок с собой, и там было много вкусного! Однако проснулся он раньше, чем прозвучал привычный будильник — от телефонного звонка, всколыхнувшего в нём успокоившуюся было ярость.

— Вы что же, всё ещё в постели, Тейлор? — спросил удивительно приятный и в то же время невыносимый голос Кейтлин Соммерберг.

— Моя фамилия Джонс, а работа начинается с девяти утра, — сухо отозвался на это Мэйнард, судорожно сжав в кулаке одеяло. На часах было восемь, и он был уверен, что имеет право ещё на пятнадцать минут сна. — В чём дело?

— То есть вам спится спокойно, даже когда вы расследуете такое дело? М… Ясно, — она усмехнулась и продолжила: — Так вот, Тейлор. Если вы хотите принимать хоть какое-то участие, может, вам стоит подъехать? Координаты сбросила вам в СМС, — и, конечно, отключилась, не дав ему ни слова сказать в ответ.

В итоге Мэйнард десять минут ругался, вспоминая самые замысловатые выражения, и успел только лишь почистить зубы и наспех умыться. Он, не глядя, вбил координаты в навигатор в машине, а проезжая мимо заправки, взял себе стаканчик дрянного кофе. Не чтобы взбодриться — злость бодрила лучше любого кофеина, но чтобы хоть немного задушить пустоту в желудке и перестать думать о том, что он планировал провести утро в тишине и покое, отстранившись и от ФБР-овцев, и от убитой Вайноны.

Координаты привели его к небольшой рощице на окраине Хукерс-таун. По сути, это был хорошенько заросший овраг, на дне которого вечно стояла вода. Мерзкое место, где разводилась кусачая мошкара и по вечерам кричали лягушки.

Солнце начало припекать с самого утра, и Мэйнард, выйдя из машины, прищурился. Чуть поодаль он заметил автомобиль Кейтлин, но её саму видно не было. Нахмурившись и преисполнившись дурных предчувствий, Мэйнард шагнул с дороги в заросли. Ему совсем не хотелось, чтобы появился ещё один причудливый труп. Но разве Соммерберг не сказала бы сразу, что обнаружили второе тело?.. Довольно скоро послышались голоса, и, раздвинув ветви кустарника, Джонс обнаружил пару агентов, а также изрядно сонного Джексона, расхаживающего с рулеткой.

— А вот и вы, — отреагировала Кейтлин, не повернувшись к нему. Наверняка услышала, как он шёл через проклятые кусты. — Смотрите, что мы обнаружили.

В таком приглашении Джонс не нуждался. Он уже заметил, из-за чего они собрались здесь в столь ранний час. «„Шоткат“, диски по семнадцать дюймов, резина „Гудрих“…» — раздался в памяти голос Майка. Действительно, это был именно такой автомобиль. К тому же ужасающе знакомый, хоть и на редкость грязный. К переднему бамперу пристал подсохший кукурузный росток.

Мэйнард потёр лоб, пытаясь вспомнить, у кого из местных видел «Шоткат», но, как назло, ему не пришло в голову ни одного имени. Номерные знаки, впрочем, отсутствовали, будто бы кто-то пытался неумело отказаться от автомобиля, запутать следы. Ясное дело, что они в два счёта выяснят, кто же владелец, стоит только добраться до компьютера.

— Как вы его нашли? — хрипнул Джонс, внезапно понимая, что упустил кое-что важное. Неужели треклятая Лу солгала ему, чтобы рассказать ФБР другую версию истории?

— Просматривал фотографии со спутника, — совершенно серьёзно ответил спецагент Майк, и Мэйнард не понял, был ли это сарказм, или тот действительно провёл ночь, рассматривая Хукерс-таун в сети на каких-нибудь Google Maps.

— Согласно нашему профилю, убийца должен был оставить автомобиль поблизости, — соизволила добавить Кейтлин, что ничего не прояснило. — Но, насколько мне стало известно, вы тоже что-то слышали об автомобиле от местных жителей, да?.. Только почему-то не рассказали нам.

Мэйнард почувствовал, что жара сегодня просто нестерпимая. Горячий воздух буквально выжимал из него все соки. Нужно будет сменить рубашку, в кабинете, на счастье, как раз есть запасная…

— Не могу сказать, что информация оказалась полезной, — ответил он, не желая углубляться в подробности, но Кейтлин, очевидно, не могла оставить этого просто так.

— Ваша проблема, детектив, в том, что вы считаете местных жителей друзьями. А среди них есть преступник, убийца. И все они способны на ложь. Вы говорили с владелицей магазина, и она обманула вас. Если бы вы пригласили её в участок для дачи показаний, а не подумали, что с ней можно говорить, как со старой подружкой, она не стала бы лгать вам в лицо, потому что это карается законом, — Кейтлин хмыкнула. — Теперь же вы ничего не можете ей предъявить. Вы облажались.

— Не надо мне тут указывать на мои ошибки, — вспылил Джонс и развернулся, собираясь вернуться к своему пикапу. — Может, Лу и ошиблась, не разобрала, что там была за машина, но…

— Вы нисколько не продвинулись. Ни в чём. Но ведёте себя так, будто это мы мешаем расследованию, — добавила Кейтлин ему вслед. — И совершаете такие ошибки, которые доказывают ваше несоответствие должности.

— Хорошо, что это не вам решать, — пробормотал Джонс сквозь зубы, постаравшись, чтобы Соммерберг его не услышала.

Когда он сел за руль, мысли от жары сплавились в один неприятный комок. Он как будто бы мечтал поставить эту Кейтлин на место, немедленно притащив ей убийцу за шиворот, и в то же время хотел добиться с ней совершенно иных взаимоотношений. Понимания, а может… И чего-то большего.

Исподволь проросшее желание мешало ему размышлять трезво, но удивительно утешало. Стоило только представить, а точнее, не представить, а вспомнить, что за этой агрессией наверняка кроется сексуальная жажда, как сердце приятно ускоряло ход, а в паху слегка тяжелело. Наверное, Кейтлин так бросает ему вызов, чтобы он доказал ей, каким может быть…

Мэйнард прекрасно понимал, что агенты наверняка уже позаботились и скоро на месте появятся эксперты, которые едва ли не разберут машину по винтикам, чтобы добраться до возможных улик. Теперь ему нечего было делать рядом.

* * *

Возвращаясь в участок, он то отвлекался на мысли о Кейтлин, то пытался вспомнить, у кого видел машину. Однако когда вывернул на улицу, где на углу как всегда курила Лу, то резко затормозил прямо напротив её магазина и выглянул из окна.

— Значит, моего хорошего отношения ты, Лу, не ценишь, — бросил он, в сердцах ударив по рулю. Вернулась злость.

— Это что, угроза, что ли? — выпустила она дым. — Ты обещал мне разобраться с Дагом, да дело так и не сдвинулось с мёртвой точки. Что мне оставалось? Да, может, я воспользовалась тобой, но это разве не твоя работа — заставлять остальных следовать букве закона, а?..

— Ещё скажи, что ты не говорила с ФБР, — проворчал Мэйнард, и ему захотелось впечатать Лу в витрину, да так, чтобы посыпались осколки. Пришлось напоминать себе, что он справедливый представитель закона, оберегающий порядок, и такое поведение неприемлемо.

— Нет, — Лу бросила окурок на асфальт и тут же вытащила очередную сигарету. — Разве что когда заходил этот смазливый агентик, обмолвилась, что рассказала тебе всё, что только знаю. И потому не хочу говорить с ними. Ты разве не об этом меня просил?

— Чёртова тупица, — прорычал Мэйнард и резко стартовал с места, забыв, что хотел купить себе пончик с шоколадной начинкой на соседней улице.

* * *

Ближе к обеду в участок вошёл Даг. Он был на удивление трезвым, и Джонс, переговаривавшийся с Джексоном, внутренне подобрался, ожидая, что тот примется умолять, попросит денег в долг или хотя бы купить ему джина. Однако Даг не удостоил его взглядом. Он прошёлся туда-сюда, будто бы что-то искал, заглянул в коридор, куда выходили двери кабинета Джонса и допросной, а потом замер в центре. Он не выглядел растерянным, как бывало. Напротив, излучал непривычную уверенность. Даже как будто бы выбрал выстиранную одежду, чтобы явиться сюда, только куртка была всё та же.

— Хочу видеть агентов! — громко заявил он. — Поговорить прямо с ними, да.

— С чего это? — насторожился Мэйнард. — Их тут сейчас нет, — и это была чистая правда, потому что ФБР-овцы отправились в лабораторию в соседнем городе. В Хукерс-тауне не могли дать ответы на все вопросы по автомобилю, которые сочинила на ходу Кейтлин.

— Тогда я зайду, когда они будут, — решительно отвернулся от него Даг.

Джонсу это ох как не понравилось! Он схватил Ирвинга за плечо и дёрнул его к себе, вынуждая посмотреть в лицо.

— Если тебе есть что сказать по делу, так скажи мне, — негромко посоветовал он. Негромко, но угрожающе, чтобы Дага проняло. — Помнишь ещё, что это я заплатил за тебя, м?..

— При всём уважении, — стрельнул на него глазами Ирвинг, — но говорить я буду с ними. Потому что ты, Джонс, не стал меня слушать. А мне, представь, есть что сказать по этому делу!

Он вырвался и покинул участок, больше не оглядываясь. Откуда в нём только взялась эта смелость и самоуверенность!

— Может, задержать его за то, что он не содействует следствию? — почесал в затылке Джексон. Мэйнард пригвоздил его взглядом.

— Всерьёз считаешь, что у него есть ценная информация? — скептически протянул он. — У Дага? Да это ему приснилось спьяну. Он просто хочет показать свою значимость, чтобы потом ему купили выпивку. Но что он на самом деле, Джексон? Что? Только алкоголик, который не просыхает последние двадцать лет! Он спал возле своего фургона, откуда ему знать, что происходило с жертвой?

— Да, сэр, — выдохнул Джексон и поспешил ретироваться. Настроение Мэйнарда стало ещё хуже.

* * *

Возможно, потому, что ему было тяжело признать свою ошибку, или оттого, что он никак не мог успокоиться, Мэйнард далеко не сразу заглянул в базу, чтобы найти наконец владельца треклятого «Шотката». Однако когда открылась нужная информация, он откинулся на спинку кресла и с удивлением потёр лоб.

Минуту назад он злился, а теперь на него снизошло спокойствие. Всё-таки он в чём-то окажется впереди Кейтлин!

Как он вообще раньше не подумал о таком раскладе?! Нужно было сразу отцепиться от Фреда и пораскинуть мозгами, и он бы сам запросто сложил два и два. Конечно! Надо было с самого начала увидеть, насколько простое на самом деле убийство у них произошло. И не потребовалось бы никаких профилей, не нужно было бы вызывать ФБР!

— Джонатан Гудлак, — прочитал он вслух. — Конечно, отец Джонатан, — и криво усмехнулся.

Преподобный Ричард, пастырь их прихода, состарился и попросил прислать кого-то помоложе на помощь ещё полтора года назад. Старику было почти восемьдесят, и он действительно сильно сдал. Вот тогда в Хукерс-таун на том самом «Шоткате» прикатил чернокожий парень, Джонатан Гудлак, отец Джонатан, который, если уж говорить честно, сразу не понравился Мэйнарду.

Это был рослый детина лет тридцати, который постоянно назойливо улыбался и любил похлопывать всех по плечу, точно каждому был лучшим другом. Энергичный, он взялся приводить в порядок дела прихода — как он сам это называл, но Мэйнарду так не казалось. Он относился к новому священнику настороженно, даже спрашивал у отца Ричарда, не заметил ли тот чего подозрительного. И, как оказалось, не зря он беспокоился. Интуиция и в этом отношении сработала исправно!

«Шоткат» обличал Гудлака! Естественно, вкупе с другими неоспоримыми доказательствами. Например, взять крест. И эта поза Вайноны, пробитые гвоздями руки, в конце-то концов, это тоже о многом говорило! Только психопат-священник мог придумать подобную гадость!

Мэйнард поднялся из-за стола, полный решимости. Ему срочно требовался ордер на обыск. Судья Мур в это время обычно обедал в ресторанчике, и Джонс решил отправиться прямиком туда, чтобы переговорить в спокойной обстановке, а после завезти Мура на рабочее место и получить ордер из рук в руки.

От предвкушения и предчувствия, что уже сегодня история разрешится, он прищучит убийцу, даже закружилась голова. Отдельно радовало, что убийцей оказался человек со стороны, не свой, не местный, которого Мэйнард хорошо знал, не один из тех, с кем он мог пропустить по стаканчику, к кому он приходил на пикник или с кем перекидывался парой слов. О, он всегда знал, что в Хукерс-тауне живут честные люди!

Не сказав ни слова Джексону, Мэйнард покинул участок и даже превысил скорость, направляясь к нужному ресторану. Он очень спешил.

Глава 4

Отец Джонатан жил в домике неподалёку от церкви, одна стена у этого строения была общей с домом отца Ричарда. Мэйнард, уже вооружённый ордером на обыск, остановился на подъездной дорожке и вышел из машины, показательно громко хлопнув дверью. Было порядочно времени, и Гудлак наверняка уже дома, а не в церкви через дорогу, однако почему-то никак не отреагировал на появление гостя на пороге.

Потоптавшись у низенькой белой калитки, Мэйнард, отчего-то прежде убеждённый, что отец Джонатан либо кинется его встречать, либо попытается сбежать, почуяв, что его дни на свободе сочтены, вздохнул, почесал голову под шляпой и быстрым шагом направился к крыльцу.

Здесь ему не нравилось решительно всё! Белые стены домика, к которым были прислонены шпалеры для плетущихся роз, сладковатый запах распускающихся бутонов, красные кадки с неведомыми ему растениями на каждой из трёх ступеней крыльца, немного отстающая москитная сетка, закрывающая дверь… Даже маленькая садовая лопаточка, устроившаяся в пустом цветочном горшке! Как будто бы этот Гудлак смеялся над ним, маскируя свою кровожадную натуру за увлечением садоводством!

Он постучал, размышляя, не следует ли сразу позвонить и Джексону, чтобы тот приехал с экспертами, и когда дверь всё-таки открылась, был уже в настолько дурном расположении духа, что вспылил, пусть Гудлак ничего не успел ему сказать:

— Не нужно отпираться, святой отец, это совершенно точно были вы. Мы обнаружили вашу машину, так что…

— Нашли машину? — переспросил, сбивая его, отец Джонатан. — Я оставлял заявление об угоне, но мне так никто и не перезвонил. Так вы всё-таки нашли её? Я всегда верил, что в нашем городке полиции не плевать на нужды простых христиан…

— Что? — это шло вразрез с представлениями Мэйнарда, Гудлак играл не по сценарию. Джонс потянулся за платком и промокнул разом вспотевший лоб. — В смысле заявление?

— Проходите, на улице всё ещё слишком жарко, у меня есть домашний лимонад, — смиренный голос отца Джонатана, совершенно не подходивший человеку его роста и телосложения, раздражал невероятно, но стоило ему упомянуть лимонад, и Мэйнард ощутил, как хочется пить. — Пройдём в гостиную и разберёмся с этим недоразумением…

Мэйнард не назвал бы убийство недоразумением, но он был не прочь опуститься на диван. Всё-таки беседовать так было удобнее. Пока отец Джонатан ходил на кухню за лимонадом, не делая никаких попыток сбежать, Джонс озирался, будто бы хоть один убийца оставил бы орудие преступления вот так, на виду. Ничего подозрительного поблизости не оказалось, если, безусловно, вычесть тот факт, что Мэйнард готов был счесть подозрительным абсолютно всё.

Наконец перед ним на журнальном столике Гудлак поставил стеклянный кувшин, наполненный домашним лимонадом с яркими листочками мяты, и стакан со льдом. Он улыбнулся ослепляюще белозубо и предложил наливать столько, сколько хочется, не забыв похвастаться, что эта мята выросла на заднем дворе его маленького беленького домика. И пока Мэйнард слушал, как журчит напиток, пробираясь между ледяными кубиками, отец Джонатан продолжал говорить:

— Это случилось… полторы недели назад, пожалуй. Я, знаете ли, не любитель пользоваться автомобилем, потому оставлял свой «Шоткат» неподалёку, всё больше ходил пешком. У нас тут есть площадка… Да вы знаете, конечно. Я и не думал, что кто-то в Хукерс-тауне действительно способен угнать машину, — он вздохнул. — Это был мальчишка Робинсонов? Он хочет произвести впечатление на девушку, на Рози Уайтби, и, наверное, поэтому… Если что, не собираюсь выдвигать обвинений, просто верните мне автомобиль. Этого достаточно, не нужно ломать мальчишке жизнь, он поймёт, что такой поступок…

— Этот автомобиль — улика, — веско заявил Мэйнард, опустошив стакан почти наполовину. Он покачал головой. — Святой отец, ну что вы такое несёте, а? Вы ведь должны сторониться лжи, обязаны лучше всех прочих следовать заповедям. Как же так вышло, что мы с вами вынуждены разговаривать о подобных вещах? — отставив стакан в сторону, Джонс погрозил Гудлаку пальцем. — Где орудие убийства?.. Что у вас был за мотив?

— Что?..

Этот отец Джонатан был отличным актёром. Он так удивился услышанному, что если бы не весомая улика в виде «Шотката», Джонс на мгновение поверил бы.

Но он — не поверил. Не просто не поверил, но ещё и разозлился сильнее.

— Убийство, святой отец, я пришёл к вам из-за убийства! Это ваш автомобиль разъезжал по полю Фреда!.. Где вы были… — он назвал дату, а затем выудил из кармана многострадальную фотографию Вайноны. — Вам знакома эта девушка? У меня, дьявол вас раздери, ордер в кармане! Мне перевернуть здесь всё, или вы смиренно признаетесь сами?!

— Это… чудовищная ошибка, — покачал головой отец Джонатан. — Я не… я не способен на убийство, — он пытался не смотреть на фотографию, хотя там крупным планом было только мёртвое лицо. Джонс внезапно вспомнил, что некоторые убийцы боятся смотреть в остекленевшие глаза своих жертв, потому что у них запоздало просыпается чувство вины. Рассвирепев, он вынул несколько других снимков — с ранами, запёкшейся кровью, пробитыми гвоздями ладонями — и швырнул их на стол, чтобы они рассыпались веером перед Гудлаком. Повысив голос, он сказал:

— Что вы отворачиваетесь?! Что вы сделали с бедной девочкой и зачем? Решили, что одного Христа человечеству на кресте маловато, захотели добавить ещё одну мученицу к списку во искупление грехов? — Мэйнард был плох в религиозных темах, но кое-что всё-таки знал, ведь когда-то давно посещал воскресную школу. И теперь внутри него клокотали ярость и праведный гнев.

— Это… немыслимо, — голос отца Джонатана дрожал. — Вы просто… просто расист! Я не могу никого убить, особенно таким отвратительным способом. Надругаться над верой! Это ужасно! Я боюсь крови, я… — он поднялся и отступил. — Немедленно уходите, вы оскорбляете мой дом своим присутствием! Побойтесь бога!

Мэйнард хотел уже выкрикнуть, что это ему решать, когда уходить, что он, вообще-то, представитель закона и уж точно не преступнику его прогонять, а главное, что бояться божественного наказания следует тому, кто нарушил заповедь «Не убий!»… но внезапно в дверь постучал кто-то ещё.

— Войдите, — откликнулся неуверенным голосом отец Джонатан, и Джонсу стало ясно — он жаждет свидетелей, чтобы отвлечь его, чтобы действительно сбежать! Сейчас он сам себя обличит!

Однако когда в гостиную вошла сопровождаемая Майком Кейтлин Соммерберг, Мэйнард немного растерялся. С одной стороны, от агентов ФБР Гудлак уйти бы точно не смог, но с другой — получается, что они отбирали его лавры себе!

— Эй, я тут… беседую с подозреваемым, — возмутился он. — Какого чёрта вы тут делаете?

— Если отец Джонатан — подозреваемый, — смерила его взглядом Кейтлин, — отчего же вы беседуете с ним здесь, а не в допросной? Так у вас ведут дела, Смит?.. — и отвернулась.

— Я… — Мэйнард сжал кулаки. — Моё имя…

Но Кейтлин обратилась к Гудлаку, так что пришлось замолчать, до боли стиснув зубы.

— Отец Джонатан, — голос Кейтлин был мягок и участлив. — Мы вынуждены изъять ваш автомобиль как улику. Прошу простить за это неудобство. Вы наверняка слышали, что произошло убийство, — она бросила взгляд на фотографии на столике и чуть подняла бровь. — Насколько я знаю, вас не было в городе в ночь, когда это случилось?..

Отец Джонатан опасливо покосился на снимки и на мгновение закрыл широкими ладонями лицо. С шумом вздохнув, он попросил напомнить дату, и когда Кейтлин сделала это, повернулся к комоду, у которого стоял, и несколько томительных минут перебирал разложенные там бумаги. Наконец он протянул Соммерберг пару билетов.

— Вот, я был на игре, — пояснил он. — До того, как стал священником, был женат. Мы развелись… — он оборвал себя. — Лиз… она редко позволяет мне видеться с сыном. Так что обычно я не упускаю шанса. Вот, у меня и фотографии есть, — он потянулся за телефоном и виновато улыбнулся. — Я был плохим отцом ему, но стараюсь теперь понемногу навёрстывать…

Кейтлин благосклонно кивала, Майк с отсутствующим видом чертил пальцем по планшету, а Мэйнард наблюдал за этим и чувствовал себя не более чем забытым цветочным горшком, в который вставлена никому не нужная садовая лопатка. Они все не обращали на него внимания!

— У меня… ордер на обыск! — напомнил он о себе. Кейтлин посмотрела на него через плечо и чуть улыбнулась.

— Похвальное рвение, — сказала она таким нежно-воркующим тоном, что Джонс снова ощутил жажду. — Но, боюсь, он нам не требуется. Убийца старше, чем отец Джонатан.

— А… как же машина?!

— И у отца Джонатана есть весомое алиби. Его не было в городе, ему пришлось ехать автобусом, — продолжала Кейтлин, и вид у неё был такой, что Мэйнард не знал, то ли она так заигрывает, то ли просто смеётся над ним. — Мэйнард, вы разве не слышали? Отец Джонатан, покажите уже ему билеты, пусть последние сомнения останутся позади.

— Ага, я нашёл, — прозвучал голос Майка. Интонация у него была такая, что Джонс сразу ощутил неприятный холодок. Кажется, такое чувство называли: «Кто-то прошёл по твоей могиле», а может, он ошибался, никогда ведь особенно не увлекался приметами. Однако же приятным всё это было не назвать. — Вот запись за тот день, — продолжал Майк. — И тут прекрасно видно, как святой отец покупает билет, садится в автобус и уезжает.

— Что ж, — Кейтлин посмотрела на Мэйнарда с внезапной холодностью. — Этого мы и ожидали. Самоуверенный ублюдок — ой, простите, святой отец, — она сделала паузу, и Джонс уже собрался возмутиться, когда услышал: — Ублюдок просто играет с нами, разбрасывая улики и наводки, которые рассыпаются от одного взгляда и никуда не ведут. Он убеждён, что мы его упустим и на этот раз. Чего же мы не учитываем, Майк?.. Как нам его зацепить?

Они встретились взглядами, словно бы могли общаться телепатически. Мэйнард сплюнул и вышел на крыльцо, не попрощавшись и не извинившись. Воздух от жары казался густым и тяжёлым, воспоминание о лимонаде сделало ситуацию ещё хуже, и Джонс пообещал себе, что как только доберётся до дома, станет под прохладный душ и обо всём забудет не меньше чем на час.

Он спустился с крыльца, подавив желание толкнуть красный бок кадки. Всё же он был уверен, что Джонатан Гудлак замешан в этом! Совершенно точно замешан. Этот чёрный просто умело запутал след!.. И эти ФБРовцы! Они что-то не договаривают. Скрывают от него…

Джонс прошёл к собственному автомобилю, решив не дожидаться, когда агенты договорят с Гудлаком. Раз уж они сейчас подтвердили его алиби, нужны какие-то улики покрепче, чтобы снова связать его с делом Вайноны.

Можно было отправиться домой, но неведомое чувство заставило Мэйнарда выбрать участок. Может, то была смутная надежда, что когда он окажется за рабочим столом, на него снизойдёт озарение. Что взглянув на фотографии и несколько стикеров с фактами по делу на пробковой доске, он сумеет обнаружить взаимосвязь… Ну, например, вдруг убийца всё-таки Фред, а Гудлак его помощник… да хотя бы в деле веры! Один подучил второго, и они вместе выбрали несчастную Вайнону, чтобы превратить её в женскую версию Христа. Надо бы уточнить, как часто в последнее время Фред бывал на проповедях и о чём Гудлак говорил наивной пастве.

Когда в церкви полностью заправлял старина Ричард, такого в городке не случалось!

Проезжая мимо магазинчика Лу, Мэйнард увидел Дага. Тот лежал на тротуаре, а рядом с ним сияли осколки бутылки из-под джина. Видимо, когда он падал, она разбилась, лишив его возможности допивать лёжа, как он порой любил.

Джонс злорадно хмыкнул и, когда всё же вошёл в участок, бросил Джексону:

— Там Даг опять перебрал, разберись с ним. Нужно убрать его с улицы, всё-таки не дело это, что он спит в луже собственной мочи и дешёвого джина прямо на тротуаре, где могут пройти дети и женщины.

— Хорошо, сэр, — подскочил Джексон и выбежал прочь. Проводив его взглядом, Мэйнард прошёл в собственный кабинет и устроился там за столом. Очень не хватало кофе или хотя бы банки какой-нибудь там газированной воды, но он постарался сосредоточиться и без этого. Рассеянный взгляд скользнул по неаккуратно сложенным папкам, и Джонс нахмурился. Поверх стопки лежало что-то новенькое. Голубоватый оттенок пластикового конверта был ему совершенно точно не знаком.

Снова возникло то самое, связанное с несуществующей могилой чувство, и он поспешно открыл конверт, оказавшись лицом к лицу с пачкой документов. Пролистал её, взрыкнув от неудовольствия. Отбросил в сторону, а затем снова притянул к себе и вчитался.

Это оказались документы, объяснявшие, отчего на самом деле в Хукерс-таун приехали агенты ФБР. Он как-то упустил из виду, что они занялись этим убийством не потому, что хотели досадить лично ему.

— Да ну… это… это какой-то бред, — выдохнул он себе под нос, рассматривая чёрно-белые фотографии, на которых была очень похожая на Вайнону девица, подвешенная на крест ровно таким же способом. — Это подражатель. Ну конечно, никак не тот же самый убийца. Да это случилось двадцать лет назад!..

И всё же ему захотелось как можно скорее проверить, сколько жителей Хукерс-тауна из тех, что живут здесь и сейчас, двадцать лет назад летом оставались в городе, а кому пришло в голову попутешествовать, особенно задержаться в… — Джонс вгляделся в документ и прочёл вслух:

— Спринг-сити, штат Юта.

* * *

Я устал объяснять почему, но это аркан Звезда в перевёрнутом виде. Впрочем, разбитые надежды очевидны. =)

Глава 5

— Поедем на твоей машине, — улыбаясь, говорит Кейтлин, и Мэйнард хмыкает. Путешествие выдастся долгим, но уже то, что они собираются совершить его вместе, оставив в Хукерс-тауне Майка и Джексона, обнадёживает. Даже жаркий солнечный день не кажется теперь раздражающим, хотя обычно он терпеть такие не может.

…Пока они едут мимо полей Фреда, Кейтлин включает старый радиоприёмник и находит волну, где бесконечно крутится всякое кантри. Он никому не признался бы, что любит такую незамысловатую музыку, но Кейтлин угадывает сама и посматривает на него лукаво, усмехаясь и будто поддразнивая. Этот «я тебя раскусила» взгляд будоражит, и Мэйнард даже не пытается сосредоточиться на дороге. Впрочем, трасса пустынная, а держать руль прямо он может и не глядя вперёд постоянно.

Кейтлин откидывается на спинку сиденья, и Мэйнард вдруг понимает, что строгие костюмы, в которых он её видел прежде, сменились простой клетчатой рубашкой, под которой, похоже, только короткий топ, обтягивающий привлекательную грудь, а длинные ноги не скрывают брюки — Кэйтлин в шортах, столь легкомысленно и столь сексуально, что он невольно пытается вспомнить, как далеко до ближайшего мотеля.

Даже специальные агенты ФБР должны хоть когда-нибудь расслабляться. Но Мэйнарду нравится не сам этот факт, а то, что Кейтлин хочет расслабиться с ним рядом, может, с ним вместе.

…Он почти не помнит, зачем им нужно в Спринг-сити… Это ведь в Юте?.. Он рассеянно смотрит на навигатор, но тут Кейтлин расслабленно говорит:

— Думаешь, мы найдём то, что ищем?.. — на ней тёмные очки, солнце ужасно слепит, но Мэйнард угадывает, какой у неё взгляд. Так смотрит женщина, когда ей требуется поддержка. Когда ей нужно сильное мужское плечо. Кейтлин признала за ним право вести, отступила чуть назад, давая ему наконец раскрыться. Он знал, знал, что рано или поздно она поймёт.

— Конечно, — усмехается в ответ Мэйнард. — У меня чутьё. Оно меня не подводит.

Кейтлин смеётся, потому что ей нужно было услышать именно это, и вдруг её рука оказывается у него на колене. Эта поездка становится ещё приятнее, и жара, охватывающая тело, уже никак не зависит от солнца.

…Когда впереди показывается поворот с указателем, что до отеля «Голубки» всего две мили, Мэйнард с деланным равнодушием говорит:

— Наверное, стоит отдохнуть. И перекусить. Думаю, у них найдётся что-то подходящее. Сколько мы уже в пути?..

— Тоже чутьё? — улыбается Кейтлин, игнорируя вопрос о времени, а её ладонь сжимает его колено, сквозь плотную ткань джинсов пуская приятные искорки возбуждения. Да и к чёрту отслеживать минуты, когда им хорошо вместе! Мэйнард понимает, что давно никого не хотел так сильно. То есть у него бывали такие желания, честно сказать, даже нередко. Иногда он фантазировал о Мэнди, например. Но подобное ни в какое сравнение не идёт с тем, как сильно влияет на него Кейтлин.

Может, это и зовётся любовью?..

Мэйнард забыл, как это бывает, и теперь каждое мгновение заставляет его задерживать дыхание. Кажется, свет искрится и из памяти исчезают подробности их путешествия. Что им вообще понадобилось в Юте? Они кого-то разыскивают, расследуют вместе?..

Это не имеет никакого значения.

Вот наконец дорога выворачивает на просторную парковку, за которой выстроились однотипные одноэтажные домики. Типичный кэмпинг, где есть пара автоматов со снэками и газировкой. Впрочем, и Кейтлин, и самим Мэйнардом движет иной голод и иная жажда. Они оставляют машину в тени и подходят к стойке, получают ключ.

…Едва переступив порог, Кэйтлин сбрасывает рубашку в угол. Шорты красиво обтягивают её упругую задницу, и Мэйнард беззастенчиво пялится на неё, чувствуя, что именно этого Кейт и хочет. Да, он должен звать её так — Кейт. Просто и звучно, как если бы она… стала его женой.

Облизнув губы, Мэйнард прикрывает глаза, чтобы попробовать эту мысль, рассмотреть её со всех сторон. Воображение детально отрисовывает новый дом, обязательно с белыми стенами и кустами роз вокруг, сынишку лет четырёх и крошку-дочку, которой едва исполнилось два.

Дети играют в песочнице, раннее утро. Кейт стоит в лёгком белом халатике на крыльце и смотрит на них с мягкой улыбкой. Когда он подходит сзади и обнимает её, чуть сжимая грудь и чувствуя, насколько упругие у неё соски, она откидывает голову ему на плечо и смеётся.

— Снова, Мэйнард?..

…Мэйнард открывает глаза, и Кейтлин стоит перед ним, смотрит лукаво и приглашающе.

— Так ты поможешь раздеться?..

Он не успевает ответить «да» или кивнуть. Позади раздаётся звонок. Мэйнард чуть хмурится. Откуда звонок в номере?.. Они же в мотеле, не в доме, тут не бывает дверных звонков.

— Мэйна-а-ард, — тянет Кейтлин. — Не отвлекайся.

— Я… — но снова его прерывает звонок! Мэйнард начинает злиться. Он не хочет терять этот волшебный момент. Они должны сейчас принадлежать только друг другу. Они даже ничего не заказывали в номер. — Да кому тут что надо! — разворачивается он, чтобы послать дальней дорогой любого, кто сейчас пытается им помешать.

Позади оказывается стена.

— Детектив Сми-и-и-ит… — звучит голос Кейтлин. Но больше не лукавый, не заигрывающий. В нём звучат саркастичные нотки, пренебрежительные и неприятные.

— Я чёртов Джонс!

Всё разрушено до основания, Мэйнард сжимает кулаки. И просыпается.

* * *

Звонил не будильник. Это был его смартфон, который, к несчастью, выскользнул из руки и шлёпнулся на прикроватный коврик. Снова его разбудили раньше, чем следовало бы.

— Да, Джексон, — рявкнул в трубку Мэйнард, едва поймав телефон. — Что такое стряслось? Ещё один труп?

— Нет, но…

— А если нет, то какого драного дьявола ты звонишь мне в такую грёбаную рань?! — Мэйнард прибавляет про себя ещё пару ругательств, пока Джексон испуганно молчит. — Ну, так что такое случилось?..

— Вчера вы попросили меня… присмотреть за Дагом Ирвингом, сэр, — будто извиняясь, напомнил Джексон. — Когда я нашёл его… он… в общем, я решил, что стоит отвезти его в больницу… Он выглядел неважно.

— И что теперь? Нужно оплатить счёт? — у Мэйнарда кончилось терпение. Он бесконечно злился на Джексона, вырвавшего его из такого многообещающего сна. Он бы хотел посмотреть продолжение, но чем больше Джексон тянет, не в силах изложить сути проблемы, тем меньше остаётся времени и тем сильнее ярость, которая будит гораздо эффективнее кофе. — Какого чёрта ты занялся самодеятельностью? Всем известно, что у него непорядок со страховкой. Кто будет платить за его лечение?

— Сэр, Даг впал в кому. Мне… мне только что позвонили оттуда, сэр. Они пытаются разобраться, но совершенно ясно, что Дага отравили.

— Что?!

Мэйнард резко сел в постели. Пока Джексон пересказывал ему то же самое второй раз, в ушах нарастал перезвон. Дага — отравили. Алкоголика, который был совершенно безобиден. В их Хукерс-тауне. Джонсу разом стало нечем дышать, и он сглотнул.

А если бы он не послал вчера Джексона убрать Ирвинга с улицы, вероятно, того бы уже не было в живых!

Но кому нужно было так поступать с Дагом?.. Или он решил так экстравагантно покончить с собой?

Джонс промокнул разом вспотевший лоб, буркнул Джексону, что сам подъедет в больницу, и поднялся. Его шатало, даже мутило. Первое убийство не заставило его так сильно переживать, как эта простая новость — Дага пытались убрать. Ирвинг был как раз из тех алкоголиков, которые цепляются за жизнь всеми силами, потому что умеют получать удовольствие от простых вещей. От запойного пьянства и сна, где придётся.

А ещё мысль о попытке самоубийства следовало отбросить потому, что в висках ломило от разом вспомнившихся слов Дага.

«Хочу видеть агентов! Поговорить прямо с ними, да».

«При всём уважении, говорить я буду с ними. Потому что ты, Джонс, не стал меня слушать. А мне, представь, есть что сказать по этому делу!»

«Потому что ты, Джонс, не стал меня слушать!»

«Ты не стал меня слушать».

«Не стал слушать».

Тогда Мэйнард решил, что Даг просто хочет досадить ему, делая вид, что знает что-то особенное. Он подумал, Даг желает развести его на бесплатную выпивку, а если не его самого, так хотя бы кого-то из агентов ФБР. И потому он не обратил внимания на важного свидетеля по делу. Не расспросил его, не уломал рассказать.

А вот убийца — убийца следил за Дагом. Он был к нему даже чрезмерно внимателен. И знал его слабости.

Так вот что то было за стекло! Даг разбил бутылку, в которой был яд! Может, на осколках даже остались отпечатки убийцы? Нужно немедленно собрать каждый кусочек, отправить на экспертизу!

* * *

Мэйнард выбежал из дома, не вспомнив о кофе или завтраке. Он даже грёбаные хлопья не залил себе молоком, чтобы перехватить пару ложек. Было не до еды. От напряжённого ожидания желудок словно обратился в камень, висел внутри непомерно тяжёлый. От приятной атмосферы сна ни черта не осталось.

Он гнал с такой скоростью, что чуть не столкнулся с мусоровозом, и водитель того ударил по рулю, отчего раздался противный сигнал. Прежде Мэйнард выглянул бы из окна, чтобы сказать что-то этакое вслед, но сейчас он только поморщился.

Затормозив напротив того места, где Ирвинг лежал вчера, Джонс не нашёл никаких следов. Улица влажно поблёскивала, точно недавно прошёл дождь. Уже начавшее припекать солнце стремительно испаряло влагу, и в воздухе стоял непередаваемый запах чуть увлажнённого горячего асфальта.

— А, Мэйнард, — окликнула его Лу. — Тебе чего? Ты какой-то потерянный. Я пока не открылась, но для тебя сделаю исключение. Сигарет? Колы? Может, хочешь холодного кофе с утра?

Джонс зыркнул на неё подозрительно. С чего это у Лу сегодня такое хорошее настроение?

Не дождавшись ответа, Лу продолжила то, чем занималась до того, как его заметила. Она скрутила солнечно-жёлтый шланг и спрятала его, с усилием хлопнула дверцей под крыльцом магазина. Отряхнув ладони, она обернулась.

— Мэйнард, правда, что ты там стоишь так? — теперь уже в обычной манере заворчала она. — Что случилось?

— Даг Ирвинг в больнице, — отозвался наконец Джонс, не понимая до конца, стоит ли вообще разглашать такую информацию Лу. В конце концов ему совершенно точно придётся открыть дело о покушении на убийство. Не могла Лу оказаться убийцей?..

— Совсем допился, — сплюнула Лу, в лице её было только безразличие. Мэйнард так и не дождался никакого торжества или удовлетворения. — Мне приходится мыть грёбаный тротуар каждый день из-за него. Сегодня ещё и подметать пришлось!.. Будто ему больше негде напиться и расколотить бутылку.

— Лу, послушай, — царапнула Мэйнарда странная мысль. — Послушай, а что он пил вчера? Что он у тебя купил?

— Он ко мне не заходил даже, налакался где-то пораньше, — фыркнула она в ответ. — Вышла перекурить, а он уже лежит. Хорошо, что этот твой Джексон подскочил и уладил дело.

— А камера, что тут, над входом, у тебя работает, Лу? Мне нужны записи за вчерашний день, — Мэйнард почувствовал, что на верном пути. Вот-вот он ухватит убийцу за хвост. В желании убрать всех свидетелей тот слишком поторопился и совершил ошибку. Конечно, он взволнован, видимо, ему некуда бежать из Хукерс-тауна. Сегодня Джонс наконец посмотрит на него!..

— Камера? — она рассмеялась. — Эт не камера, это муляж. Чтобы детишкам не приходило в голову рисовать на витринах граффити.

— А… осколки? — кажется, голос изменил Джонсу. — Куда ты их дела?..

— Теперь их, пожалуй, стоит искать на свалке, — холодно пожала плечами Лу. — За минуту до того, как ты тут остановился, ребята забрали мусор. Они, знаешь ли, радуют пунктуальностью.

Мэйнард не попрощался с Лу, направившись к машине. Он был раздавлен, совершенно потерян, практически убит. Казалось, он держал в руках клубок, как у того… грека, как бы его ни звали, которому помогла выбраться из лабиринта красотка. Он держал в руке такой клубок, но когда присмотрелся, оказалось, что все нитки в нём гнилые и никуда, никуда, мать их, его не приведут.

* * *

В больнице ему не дали никаких прогнозов. Даг был крепким парнем, но яд чуть не убил его. И когда именно он очнётся, врачам было неизвестно.

Мэйнард пообещал как-то утрясти дело с оплатой лечения. Всё-таки Ирвинг оказался важным свидетелем, да ещё и в деле, за которым приглядывало ФБР. Тут можно было решить вопрос с финансированием. Заодно он вызвонил Джексона и приказал ему оставаться у палаты Дага на случай, если убийца явится завершить начатое.

Когда он вернулся в участок, его встретил холодный оценивающий взгляд Кейтлин, разительно отличавшийся от того, каким смотрела на него Кейт из сна.

— Детектив Смит, — сказала она таким тоном, точно он был школьником, который забыл дома тетрадь с эссе по английской литературе, а она не собиралась закрыть на это глаза. — Кажется, из-за вашего непрофессионализма дело под угрозой.

— Свидетель под охраной, — буркнул он, как будто так можно было защититься от её пренебрежения.

— Да, и не в силах ничего рассказать, — Кейтлин сложила руки на груди. — Я ведь вас просила не путаться под ногами. Даже самая бестолковая псина знает, когда сидеть на месте и не мешать!

Мэйнард готов был взорваться, и в то же время против его воли в голове тот же самый голос произносил с другими, куда более тёплыми интонациями: «Мэйнард, поможешь мне?» И вдруг этот голос сменился другим, но он никак не мог угадать обладателя, он словно услышал обрывок разговора, который память выплюнула ему, как выплёвывает радиоприёмник случайную волну: «…остановившись в Спринг-сити, я…»

Но с кем он тогда говорил? Джонс отвернулся от Кейтлин, прижал пальцы к виску, но в голове уже была звенящая тишина.

* * *

#Прокачка_БМ.

Это был аркан IV Влюбленные.

Глава 6

Кейтлин и Майк, конечно, не собирались задерживаться в участке, и какое-то время спустя Мэйнард наконец остался один. Наверное, следовало бы попытаться найти свидетелей — хотя бы подумать о том, кто мог видеть, с кем говорил Даг, когда вышел из участка, или проверить что-то там ещё, например, посмотреть, есть ли где работающие камеры наблюдения, но на него накатила апатия и усталость. Меланхоличным жестом Джонс вытащил документы ФБР и бездумно пролистал их. В прошлый раз он уделил большое внимание фотографиям — в самом деле, зачем вчитываться в отчёт, если сразу видно, в чём совпадение? Теперь же он действительно начал читать.

В скором времени он даже достал записную книжку и черкнул в ней первую пометку.

Дело выглядело интересным. Когда он ещё учился, изрядно «пролистывая» этапы карьеры и сразу представляя себя детективом, он очень любил читать материалы расследований и ставить себя на место других. Он буквально видел, как сам находит улику за уликой. Все эти мелочи, как они были захватывающи! Иногда его до основания потрясала мысль, что ведущий дело детектив или команда догадывались проверить что-то совершенно банальное — и тем самым находили ключ! Он не мог не мечтать, что сам когда-то окажется настолько же прозорливым, ведь разве может быть иначе?

Теперь он испытал похожее чувство. Забыв, что это дело двадцатилетней давности, он живо включился в него, внимательно изучая каждую улику, каждую мелочь, точно сам отыскал их.

Вот, например, свидетель, который и нашёл тело первой жертвы, утверждал, что видел подозрительного мужчину. Он не смог описать одежду или другие особенности внешности, но настаивал, что мужчина был ростом пять с половиной футов[2]. Безусловно, подобная точность вызывала сомнения.

Мэйнард гордился своими шестью футами[3], и потому описанный преступник показался ему… ну… мелковатым? Всё же у них в городе мужчины были покрупнее. Даже этот подозрительный отец Джонатан не особенно уступал Мэйнарду[4], уж точно не был ниже на полфута.

В общем, пусть свидетель и казался подозрительным, но Мэйнард всё же выписал себе рост предполагаемого убийцы, совсем не задумавшись о том, что тем самым признаёт — дела не просто похожи между собой, а в них замешан один и тот же человек. Прежде он так яростно отверг эту мысль, а теперь же не заметил, что она стала восприниматься как должное.

Впрочем, Мэйнард чувствовал себя слишком уязвлённым и расстроенным, чтобы отмечать подобную непоследовательность. Вместо того, он продолжал читать чужие бумаги, то и дело оставляя пометки на листе.

Убийца был умён и почти не подарил детективам зацепок. В то же время «почти» — это не «не оставил совсем», что явно наблюдалось в деле Вайноны. Мэйнард даже положил две фотографии с девушками на крестах рядом, чтобы… м… найти что-то новое? Разница между ними была не слишком существенная. Снимок двадцатилетней давности показывал пустое поле, где явно уже убрали урожай, даты подсказывали, что то была поздняя осень. Во всём остальном же…

Тут рассеянное внимание Мэйнарда вновь переключилось на попытки обосновать мотив. Для ФБР тот как будто бы был ясен. Это ведь так просто — представить, что действует серийник, у которого не всё в порядке с головой. Его мотив вычислять не приходится, он просто делает то, чего жаждет его внутренняя поломка. Джонс не особенно верил, что таких людей действительно можно как-то предсказать, втайне считая, что ФБР углубляется в психологию просто от нечего делать, а ловят они таких моральных ублюдков по счастливой случайности.

Мэйнард откинулся на спинку стула и разочарованно хмыкнул. Теперь он чётко сознавал, насколько запутался. Если действительно речь о серийнике — и то убийство двадцатилетней давности надо брать в расчёт, то его пометки что-то да значат! Они действительно могут помочь. Если же это подражатель, если это другой человек, то у него может кардинально отличаться мотив. Ну и рост, конечно.

Рост. Отчего Мэйнарду не давали покоя пять с половиной футов?..

Джонс недовольно постучал кончиком ручки по исписанному листу. Ужасно не хотелось признавать, что он только потратил последние несколько часов впустую.

Наверное, следовало немного успокоиться и… выпить кофе, пускай даже из автомата.

* * *

Остановившись в коридоре и мучительно выбирая подходящий тип бурды — Мэйнард хорошо помнил, что в этом автомате весь кофе был подозрительно одинаков на вкус, он совсем не заметил, что в участок вновь пришла Кейтлин. Поглощённая размышлениями, она пересекла холл, рассеянно кивнув полицейскому за стойкой, а затем двинулась к кабинету.

В руках у неё была тонкая папка, но Кейтлин не заглядывала в документы на ходу, как привык делать сам Джонс. Потому, уже собравшись открыть двери, она затормозила и окинула его оценивающим взглядом.

— А, детектив, — не улыбнувшись, она качнула головой. — Есть новости? Нашёлся хоть один свидетель того, кто именно дал Ирвингу отравленный алкоголь?..

— Ч-что? Нет, — Мэйнард, не глядя, ткнул в кнопку, и автомат с шипением принялся извергать в бумажный стаканчик кофе. — Я не… Пока не…

— Хотите сказать, что просто наслаждались кофе в участке вместо того, чтобы заняться работой? — Кейтлин фыркнула, словно хотела сказать: «Иного я и не ожидала». Мэйнард едва вспомнил, что должен забрать уже наполнившийся бумажный стаканчик.

Кофе жёг пальцы, и теперь его вовсе не хотелось пить.

Кейтлин вошла в кабинет первой и некоторое время рассматривала пробковую доску так, будто бы та — её личный враг. Мэйнард поставил злополучный стаканчик и почувствовал, что не может оставить её выпад без ответа. Он должен оправдаться, он действительно работал над расследованием, просто иначе!

— Я… читал документы, — отвлёк он Кейтлин от созерцания.

— Документы? — она оглянулась, точно на мгновение в ней проснулась надежда. — Появилось что-то новое? — стремительным шагом она приблизилась к его столу и разочарованно хмыкнула: — А, эти документы. И как, сильно помогают улики двадцатилетней давности? У вас что, одна извилина, Браун? Прекрасно, что вы наконец-то обратили внимание — мы с Майком приехали сюда не просто так! Но суть не в том, чтобы пытаться притянуть улики из одного дела в другое! О, что за наказание, что вы вообще понимаете в расследованиях?!

Мэйнард даже не попытался поправить её. Ему, конечно, хотелось сказать: «Дорогуша, какого чёрта ты орёшь на меня, если даже не можешь запомнить мою фамилию?», но он… посчитал это неуместным. Или неумным. Или то и другое сразу.

Кейтлин отступила от него и отвернулась.

— Если бы вы познакомились с материалом раньше, от этого был бы толк. Теперь мы буксуем на месте! Можно ли считать, что преступник начал деградировать, раз он взялся повторяться? Или это он выходит на новый уровень? Можно ли рассчитывать, что он оставил улики намеренно, или это случайность, которая позволит нам схватить его за хвост? Любая мелочь может оказаться важной! Майк даже взялся проверять, какие из телефонов, зарегистрированных на жителей вашего чёртового города, находились в ночь убийства в зоне трёх ближайших от поля, где нашли девушку, вышек! А вы… вы просто сидите в кабинете и пьёте чёртов кофе, к тому же испускающий такой отвратительный запах!

До конца рабочего дня оставалась ещё пара часов, но с Мэйнарда было достаточно. Буркнув в ответ нечто невразумительное, он подхватил куртку и выскочил из кабинета как ошпаренный.

Конечно, забыв про бумажный стаканчик на столе.

* * *

Он затормозил у собственного дома. Раздражённый настолько, что попадись ему под руку убийца, он бы задушил его собственными руками, Мэйнард вышел из машины и тяжело вздохнул.

В этот самый момент открылась дверь соседского дома и на крыльце появилась Мэнди. Яркий фартук подсказывал, что она наверняка готовила. Джонс мгновенно представил, как ест её пирог. У Мэнди получалось что-то невообразимое. Тесто словно таяло на языке, а затем приходил вкус начинки, раскрывался так полно, что оставалось закатить глаза от удовольствия.

— Мэйнард, — махнула она рукой, и от самого этого жеста у Джонса улучшилось настроение. — Слышала, что Даг Ирвинг допился до больницы?..

Джонс подошёл к ней ближе. В общем-то, ему не следовало обсуждать такие темы вот так, по-соседски, но сил не было больше терпеть.

— Я тебе так скажу, — понизил он голос, — с выпивкой Дагу следовало завязывать давненько. Но тут он, скорее, сглупил с тем, у кого эту самую бутылку взял. Его отравили, Мэнди.

— Да кому бы это могло понадобиться? — она улыбнулась и кивнула. — Зайдёшь в дом?

Мэйнард на самом деле ждал этого приглашения, потому, конечно, тут же направился за ней следом, продолжая рассуждать:

— Даг — упрямый осёл, если бы он рассказал, что хотел, сразу, то, может, ничего бы и не случилось. Он, видишь ли, сначала громогласно заявляет, что у него есть информация по делу, а потом идёт пить с убийцей! — Мэйнард глупо рассмеялся, хоть где-то по самому краешку сознания скользнула мысль — откуда-то же убийца узнал, что Даг собирался делать. Откуда?..

— Говоришь, его траванул тот же, кто повесил девчонку на крест? — Мэнди отвлекла его, мягко погладив по плечу. — Тяжело тебе приходится на работе.

— Ой, да! — Мэйнард выругался бы, но не хотел оскорблять слух Мэнди. Пока она ставила перед ним чашку и наливала чай, а затем отрезала свежий кусок пирога, он подбирал подходящие слова.

— Сдаётся мне, что ФБР зашло в тупик, а потому единственное развлечение, что у них осталось, это оскорблять меня, — пожаловался он наконец. — Эта… старший спецагент Кейтлин никак не может запомнить мою фамилию!

— Наверное, редкостная дурочка, — фыркнула Мэнди.

Мэйнард откусил пирог. Отчего-то внутри него шевельнулся протест. Уж что-что, но дурой он Кейтлин не назвал бы, но, с другой стороны, ему было особенно приятно, что Мэнди на его стороне. Потому он решил перевести тему:

— Так вот, Дага отравили, — вспомнил он. — И сейчас он ничего не может сказать, потому что в коме. Конечно, теперь мы должны тратить ресурсы ещё и на его охрану! Представь, какой же он человечишка, а! Он и так живёт на пособие, считай, тянет все соки из налогоплательщиков, а теперь на него ещё приходится тратиться нашему департаменту, да и из городского бюджета, как я понял, будут оплачивать ему лечение.

— Он в коме? — уточнила Мэнди, присаживаясь за столик так, точно собиралась вот-вот встать и вытащить из холодильника что-то ещё. Голос у неё при этом звучал как будто встревоженно.

Мэйнард про себя умилился — вот ведь какая сочувствующая женщина. Настоящий идеал! И готовит отлично, и выглядит хорошо, и может сострадать даже такой вше, как Даг Ирвинг.

— К сожалению, врачи даже не могут примерно определить, когда этот дурак придёт в себя, — вздохнул он. — А до тех пор нам придётся держать там охрану, потому что, ну, убийца наверняка захочет завершить начатое. Да… — он сделал глоток чая.

Мэнди задумалась, взгляд её устремился куда-то мимо Мэйнарда, но тот был рад такой передышке в разговоре. Он усиленно заработал челюстями, раздумывая, что бы такого ещё сказать, чтобы Мэнди снова его похвалила, оценила его старания.

К сожалению, в голове была только пустота.

— А пирог удался на славу, — отметил он, нарушая молчание. Мэнди перевела на него взгляд и улыбнулась.

— Могу дать тебе с собой, детектив, — она поправила волосы и добавила: — Ты же знаешь, мне для полиции ничего не жаль.

— А для ФБР? — усмехнулся он, решив, что это удачная шутка. — Вот мне интересно, насколько они правы…

— Правы? — заинтересовалась Мэнди.

— Ага, — Мэйнард откинулся на спинку стула и без всякой задней мысли договорил: — Они приехали сюда из-за дела двадцатилетней давности, представляешь? И на первый взгляд убийства ну очень похожи. Но меня кое-что смущает.

— Что такое? — Мэнди смотрела на него всё с той же улыбкой.

— Тогда подозреваемым был мужчина, но рост у него был всего пять с половиной футов! Как такой тщедушный человек вообще способен отправить на крест девушку, а?.. Да она же выше его ростом! У нас тут сплошь высокие парни. Где ж он такой может прятаться? — Мэйнард покачал головой. — Вот это отчего-то не даёт мне покоя.

— Вот это загадка, — покивала Мэнди. — Ещё чаю?..

Мэйнард, конечно, согласился. На миг в его памяти опять возник сон, вот только образ женщины в белом халате на обнажённое тело заменился, исказился и внезапно превратился в Мэнди.

Она, кажется, постарше Кейтлин, но уж одного-то ребёнка они бы успели…

Мэйнард потёр висок, в котором внезапно расцвела боль. Он слишком устал, нужно забыть хотя бы на этот вечер о расследовании.

* * *

#Прокачка_БМ.

Аркан 0 Шут/Дурак в перевернутом виде.

Пояснения по карте стали бы спойлерами, но, поверьте, она тут точно вписана).

Глава 7

Прежде по этому делу можно было проверять календарь. Между убийствами проходило ровно три спокойных года. Первые три преступления смогли увязать между собой, только когда произошло четвёртое. Кейтлин, собираясь в этот, мать его, Хукерс-таун, не пыталась найти в себе даже предчувствия успеха.

После двадцати лет размеренности убийца внезапно… ускорился? Выждал только два из положенных трёх лет. Те в отделе, кто ещё не растерял оптимизм, говорили, что ну теперь-то, теперь-то можно поймать этого козла за яйца. Подумать только, дело тянется так долго, сколько ресурсов истрачено впустую.

Всю дорогу в Хукерс-таун Кейтлин и Майк молчали. Они были удивительно единодушны в своих ощущениях — им чертовски не нравилось всё происходящее. Возможно, они на самом деле столкнулись с подражателем? Иначе почему два года, а не три, а главное, почему он повторяется?..

— Сраный художник, — заключила Кейтлин, когда они остановились на заправке выпить кофе и перекусить.

— Что? — оторвался от планшета Майк. Кейтлин положила перед ним пять фотографий мест преступлений. Если на мгновение представить, что это были не снимки, а картины, выходило жутковато, но интригующе. — А. Думаешь, им всё же движет не религиозный мотив?..

— У этого засранца точно нет никакого религиозного мотива, — покачала Кейтлин головой. — Он считает, что убийство сродни мазни красками по холсту. Ублюдочный творец.

— Не любишь искусство? — поддел её Майк, потянувшись за кофе.

— Искусство, — вздохнула Кейтлин. Честно говоря, она не то чтобы не любила искусство, но картины… словно не понимала. Конечно, ей нравились отдельные шедевры, но ей никак не удавалось уловить, почему рассыпающаяся на отдельные мазки хрень внезапно стоила несколько миллионов. А современная тенденция, когда за предметы искусства принялись выдавать совершеннейшую чушь, от неё и вовсе ускользала. Ей куда ближе была музыка, по крайней мере там всегда можно было понять, есть ли между звуками гармоничное созвучие или ничего подобного не наблюдается.

* * *

Больше всего в маленьких городках Кейтлин не любила две вещи: местных жителей, которые прекрасно знали друг друга и сначала долго молчали, а потом внезапно вываливали все свои затаённые прежде обиды, обвиняя соседей с такой горячностью, что каждого можно было бы упечь в тюрьму лет на пятьдесят, и, безусловно, местную полицию.

— Детектив Джонс, — холодно представился высокий и уже начавший набирать полноту полицейский. Его простое лицо не отягощала работа мысли, и у Кейтлин даже зубы заныли, когда она услышала: — Вы… что ли… из ФБР? Почему?.. Мы справимся с этим делом сами. Я уже практически раскрыл его.

— …А почему ваш городок называется шлюшьим? — хмыкнула Кейтлин в ответ, не в силах устоять перед таким соблазном. — Успела проехать его из конца в конец, но так и не заметила ни одной проститутки на улицах.

— Так, позвольте, дамочка! — предсказуемо вспылил детектив, дав повод для очередной подначки.

— О, прошу прощения, не подумала бы, что вы работаете на две ставки сразу, — усмехнулась Кейтлин и отвернулась, потеряв всякий интерес. Им нужно было заняться делом, а препираться с этим Джонсом хоть и было немного забавно, но не помогало схватить за хвост маньяка. — Судя по фотографиям, это не подражатель. Никто не знал про терновый венец. Но нужно взглянуть на тело… На экспертизу его надо отправить в наш центр, Майк.

— Да как вы… Да вы… Да как вы смеете?

Вот, вот почему она терпеть не могла полицию маленьких городков! Мысленно глубоко вдохнув, Кейтлин оглянулась через плечо:

— А, детектив, вы ещё здесь? Как, говорите, ваше имя?

— Мэйнард Джонс. И если вы намереваетесь пошутить и на счёт моего имени…

— Ну что вы, мы всё-таки профессионалы, — прервала его Кейтлин, мысленно поставив галочку, что у этого парня явно определённый заскок на счёт собственного имени. — Это дело, как мы считаем, связано с другим, произошедшим в соседнем штате. Вы можете… помогать нам, но лучше — не мешайте нам работать.

— Не мешать? Да это я тут каждый закоулок знаю! Это вы мне тут помешаете! Я практически вычислил убийцу! — упорство, с которым детектив настаивал на своём, следовало отметить. В общем-то, в истории ФБР бывали случаи, когда агентам везло и полиция приносила им убийцу на подносе. Редкие случаи, но ведь это не означало, что такого не может произойти и сейчас? Вдруг этому Мэйнарду действительно что-то известно?.. Внешность обманчива — и прочее, и прочее…

Но она совершенно зря согласилась на чашку кофе.

* * *

В деле что-то не складывалось.

Кейтлин чувствовала, что убийца рядом и наблюдает за расследованием. Прежде он оставлял ровно то количество ничего не значащих улик, которое помогало понять, что он — это он, но не давало ни малейшей возможности его прижать. Теперь же Кейтлин казалось, что преступник смеётся им в лицо и в курсе каждого их шага.

— Раньше он уезжал из города, Кейт, — покачал головой Майк, в очередной раз перекапывая архив. Пальцы его так и летали по планшету. — И агенты отрабатывали впустую. Он и сейчас уже куда-то…

— Нет. Он здесь, — возразила Кейтлин, не дав ему договорить.

Наваливалась тоска. Она терпеть не могла нерешаемые задачи.

* * *

Чёртов угнанный «Шоткат» был уловкой.

Кейтлин с самого начала подозревала, но когда стало ясно, что автомобиль принадлежит священнику, да ещё и чернокожему, у неё началась изжога. Убийца не просто разбросал хлебные крошки в нескольких направлениях, как делал прежде. Он был совершенно уверен в собственной безнаказанности и играл с ними так, будто это он тут был кошкой, а они — всего лишь мелкими крысками.

Кейтлин давно так не унижали. Или всё же преступник пытался унизить полицию?..

Мэйнард Джонс не казался Кейтлин особенно колоритной фигурой. Она видела немало таких крепких детективчиков из маленьких городков. Иногда она заигрывала с ними, иногда дразнила. Иногда она с ними даже спала, просто чтобы поставить точку в очередном деле. И ей не казалось, что убийце было бы весело играть именно с Джонсом. Или она ошибалась?

Мэйнард был как будто бы не способен к логическим выводам и очень забавно выходил из себя, когда кто-то путал его фамилию. Кейтлин решила, что будет звать его Смитом всякий раз, когда особенно раздражена, и Тейлором всегда, когда он вызывал у неё чувство, близкое к пренебрежительной гадливости. Наверное, так обращаться с человеком было дурно, но Кейтлин не могла иначе излить яд, накопившийся внутри. Этот проклятый маньяк неимоверно её бесил.

С ней он играл или с Джонсом? Или с ними обоими?

* * *

Нужно было оглядываться назад и увязывать всё между собой.

Шесть преступлений. Убийца всегда выбирал девушку, а затем вольно трактовал какой-то религиозный сюжет. Первое и последнее убийство — затасканное и хорошо узнаваемое распятие. Второе — чуть поинтереснее — жертвоприношение Авраама, третье — Мадонна в скалах, и хорошо, что он не добавил к мёртвой белокурой девице ещё и ангелочков…

Но отчего же он повторился?..

Кейтлин вытряхнула на ладонь пару таблеток обезболивающего и запила кофе. Головная боль то вздымалась волной, то внезапно затаивалась где-то на глубине. Майк, заметив, с каким равнодушием она мешает то и другое, только головой качнул.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал он сочувствующим тоном. — Может, сходишь проветриться?

— Нет, — Кейтлин только вздохнула. — Нет. Перед нами головоломка, пазл, а мы никак не можем собрать все кусочки.

— Чертовски раздражает, — отозвался Майк. — Но он прекрасно знает, как замести следы. В машине ничего, на теле ничего. Аккуратен до патологии.

— Обойти все дома в этом долбаном городке и выяснить, кому не помешало бы посетить психотерапевта из-за ОКР? — хмыкнула Кейт. — Сколько тут жителей, говоришь?

— Пара тысяч? — навскидку прикинул Майк. Кейтлин закрыла глаза, представляя себе этих людей. Фермеры, домохозяйки, простые американцы, которые давно уже не верят ни в какую американскую мечту, а просто живут себе в маленьком городке. Довольно уютном, если не останавливаешься в нём на пару-тройку дней, а выглядываешь из окна автомобиля, проносясь мимо. Возле каждого дома цветы, подстриженные лужайки, одна радиостанция, одна скучная местная газетёнка, существующая как будто бы на добровольные пожертвования. Церковь…

В эту картину не вписывался убийца. Не то чтобы он прежде выбирал города покрупнее, напротив, он всегда целился вот в такие скучно-пасторальные места, где не набиралось и пятнадцати тысяч жителей. Но всё же что-то было иначе.

— Майк, — Кейтлин встрепенулась. — Он живёт здесь.

— Что? — Майк поднял на неё взгляд. — В смысле?

— Он живёт здесь, прямо здесь, — Кейтлин поднялась. — Раньше он всегда останавливался в мотелях. А сейчас… Ты видел книгу постояльцев? Обратил внимание, когда оставлял подпись?..

— Никто не селился здесь уже три недели, — вспомнил Майк. — Действительно. А мотель тут один.

— Он живёт здесь, вот в чём разница, — Кейтлин прошлась по комнате. — Чёрт. С ним действительно что-то происходит, раз он решил совершить убийство там, где живёт. Насколько можно судить, прежде он старался выбрать соседний город.

— М… — Майк снова уткнулся в планшет и зачитал: — По первому убийству точно выяснили, что он приехал в Спринг-сити из Эфраима. Но в Эфраиме его след потерялся. А по второму…

Кейтлин сжала кулаки. Невозможно, чтобы преступник, находясь так близко, не выдал бы себя. Видимо, за двадцать лет в нём окрепло желание наконец-то показаться, дать всему миру знать, что вот, это он, он — тот уродец, который столько лет водит ФБР за нос. Показаться — но не сдаться. Он точно не собирается в тюрьму.

Майк продолжал зачитывать архив, а Кейтлин подошла к окну и посмотрела на засыпающую улочку Хукерс-тауна. Вполне вероятно, что убийца прямо сейчас следил за окнами мотеля, где они были вынуждены остановиться. Следил и надсмехался над ними.

* * *

Даг Ирвинг.

Кейтлин всё бы отдала, чтобы оказаться в участке в тот день, когда алкоголик пришёл, чтобы дать показания. Чёрт с ним, что он ненадёжный свидетель, пускай в суде его слова не стоили бы даже цента, но он точно что-то знал!

За годы работы Кейтлин научилась чувствовать, когда свидетель действительно знает ключевую деталь. Так было и сейчас. И вовсе не потому, что убийца поторопился убрать Ирвинга с дороги — нет, с этого мудака сталось бы пустить их по ещё одному ложному следу. Кейтлин поняла по иным признакам, как будто… учуяла, что Даг действительно представляет для убийцы серьёзную опасность. И что же? Этот туповатый Джонс просто упустил важного свидетеля!

Они с Майком отправились осмотреть Дагов фургон, но, кроме пустых бутылок, мусора, покрытых плесенью остатков и прежде бывшей не особенно съедобной бурды и — внезапно — стоявшей посреди начисто протёртой верхней крышки комода фотографии, где ещё совсем юный Даг улыбался в кадр, обнимая миловидную брюнетку, там ничего не нашлось.

Кейтлин вернулась в участок одна — только чтобы снова посмотреть на пробковую доску и подумать ещё. У кофейного автомата она заметила Мэйнарда, и раздражение сразу же всколыхнулось в груди.

— А, детектив. Есть новости? Нашёлся хоть один свидетель того, кто именно дал Ирвингу отравленный алкоголь?..

— Ч-что? Нет. Я не… Пока не… — начал мямлить Джонс.

— Хотите сказать, что просто наслаждались кофе в участке вместо того, чтобы заняться работой? — Кейтлин и не ждала чего-то другого, она прошла в кабинет и уставилась на доску, где было даже слишком мало фактов. Возможно, она просто устала от такой работы? Пора попроситься… в другой отдел? Что там есть интересное? Наркотики, может?..

— Я… читал документы, — отвлёк Джонс Кейтлин. Ей пришлось оглянуться.

— Документы? Появилось что-то новое? — стремительным шагом она приблизилась к его столу, но там ждало разочарование. — А, эти документы. И как, сильно помогают улики двадцатилетней давности? У вас что, одна извилина, Браун? — теперь она не просто раздражалась, чтобы назвать его Смит, и даже не испытывала гадливость, чтобы вспоминать про Тейлора. Она буквально готова была его разорвать! — Прекрасно, что вы наконец-то обратили внимание — мы с Майком приехали сюда не просто так! Но суть не в том, чтобы пытаться притянуть улики из одного дела в другое! О, что за наказание, что вы вообще понимаете в расследованиях?! — она отступила и отвернулась. В ней собралось слишком много слов, которые хотелось выпустить из себя: — Если бы вы познакомились с материалом раньше, от этого был бы толк. Теперь мы буксуем на месте! — вопросы вырвались, вывалились комом: — Можно ли считать, что преступник начал деградировать, раз он взялся повторяться? Или это он выходит на новый уровень? Можно ли рассчитывать, что он оставил улики намеренно, или это случайность, которая позволит нам схватить его за хвост? Любая мелочь может оказаться важной! Майк даже взялся проверять, какие из телефонов, зарегистрированных на жителей вашего чёртового города, находились в ночь убийства в зоне трёх ближайших от поля, где нашли девушку, вышек! — Она едва вспомнила про Джонса, а когда вспомнила, то гнев в ней вырос до астрономических величин: — А вы… вы просто сидите в кабинете и пьёте чёртов кофе, к тому же испускающий такой отвратительный запах!

Она не заметила, когда Джонс ушёл.

* * *

Часы посещений в больнице заканчивались в восемь вечера. У Кейтлин оставалось только двадцать минут, но она всё-таки решила подняться в палату к Ирвингу. Как будто бы умиротворённое лицо коматозника могло бы помочь ей успокоиться.

Она отпустила Джексона, который скучал у двери, выпить кофе и съесть бургер, а сама вошла и села на жёсткий стул для посетителей. Приборы попискивали, Даг Ирвинг лежал неподвижно и выглядел не очень-то хорошо.

Кейтлин глубоко вздохнула и отчего-то взяла его за бледную руку, будто бы это был её собственный дядюшка, дальний родственник, сдавшийся алкоголю и теперь готовившийся заплатить за это. Она, конечно, не заготовила никакой речи и не собиралась проливать слёзы по незнакомцу. Но…

Внезапно веки Дага дрогнули.

Кейтлин всмотрелась в его лицо, отмечая и редкие рыжеватые ресницы, и дряблость кожи, и мелкие следы-оспинки. Показалось? Но сухие губы разошлись, и Ирвинг чуть слышно простонал.

— Что? — Кейтлин наклонилась к нему. Она очень надеялась, что услышит не банальное: «Пить».

Губы шевельнулись, Даг выдохнул в воздух имя.

* * *

#Прокачка_БМ.

Аркан XIII. Смерть.

Конец старой ситуации и начало новой, перемены и прочее, и прочее.

Глава 8

Мэйнарду снились путаные и странные сны, отчего он открыл глаза раньше, чем прозвучал будильник. Размышляя, стоит ли пытаться доспать оставшуюся четверть часа, он смотрел в потолок, на котором солнечный луч играл с узорной тенью растущего у окна дерева. Казалось, тень убегает от света, и в тепле собственной постели Джонс увидел в этом аллюзию на его собственную борьбу. Отчего-то такая мысль утешала и даже давала сил на новый рывок. Он представил на миг, что призван самой вселенной обеспечивать баланс добра и зла в отдельно взятом городке… И внезапно на него снизошло озарение.

Мэйнард отлично понимал, что преступник явно с напряжением следит за ситуацией с Дагом, отчего им приходится тратить ресурсы на защиту несчастного алкоголика. Но если… если он убедит убийцу, что всё в порядке, заботиться тому не о чем, не сделает ли он какую-то роковую ошибку?..

Да, конечно, сделает!

Откуда взялась эта странная уверенность, Мэйнард не знал, но зато точно представил, как следует действовать. Он выбрался из постели, в отличном настроении принял душ и побрился, не забыл о завтраке: кофе и пара тостов с арахисовой пастой, а затем сел в машину… и отправился совсем не в участок.

Утро было ранним и свежим, сияние солнца как будто бы только поддерживало уверенность, что Мэйнард разгадал ход мыслей убийцы и теперь ровно на шаг впереди. Улицы были пустынны, и Джонс наслаждался каждым мгновением, всё сильнее наполняясь ощущением, что всё делает верно. У дома отца Ричарда он остановился, окинул взглядом цветущие розовые кусты и прошёл по извилистой садовой дорожке прямо к двери.

На стук ответили не сразу. Отец Ричард был стар, а в Хукерс-тауне прожил последние сорок лет своей жизни. Здесь его знал каждый, и отчего-то Джонс был уверен — в этом залог успеха, именно так он добьётся своего. И прищучит убийцу раньше, чем какие-то там агенты.

— А, Мэйнард, — открылась наконец дверь. Сухонький старик подслеповато щурился. Он был одет просто, вовсе не в облачение, а седые волосы так сияли на солнце, что обнимали его голову настоящим нимбом. — Давно не видел тебя в церкви, сынок. Неужели пришёл за наставлением?..

— За помощью, отец, — бодро ответил Джонс. — Вы наверняка слышали, что Даг Ирвинг попал в больницу?

— Старина Даг?.. — не похоже было, что отец Ричард в курсе последних новостей. Он только нахмурился. — Джонатан говорил мне, что в городе неспокойно, но больше я ничего не знаю. Подумать только, старина Даг. Я ведь ещё помню, как они с этой девушкой… как же её звали?

— Дага отравили, и сейчас он близок к смерти, — Мэйнард говорил громко не потому, что отец Ричард плохо слышал. И даже не потому, что по-прежнему был убеждён, будто именно отец Джонатан и есть убийца. Честно говоря, личность преступника теперь казалась Джонсу неясной и смазанной. Но он отчего-то был уверен, что если говорить вот так, во весь голос, то злодей обязательно узнает, а узнав — наконец-то начнёт совершать ошибки. Набрав полную грудь воздуха, Мэйнард добавил: — И я подумал, отец, что ему стоит получить отпущение грехов. Ведь сам он позвать вас уже не сможет.

— Отчего же — меня? — моргнул старик. — Мэйнард, я давно уже…

— Вы знаете его всю жизнь, а отец Джонатан и на службе его никогда не видел, — отрезал Джонс. — Кто же, как не вы, сумеет дать ему последнее утешение.

С этим старик спорить не стал, лишь пропустил Мэйнарда в дом и, пока тот пил домашний лимонад, собрался в больницу, переодевшись в чёрный костюм священника.

* * *

Где-то глубоко внутри Мэйнарда что-то царапало. Он как будто бы мог обосновать логику собственных действий и выводов… и в то же время подсознание нашёптывало, что Кейтлин разбила бы его рассуждения, не утруждаясь. Однако Джонса несло на крыльях озарения, потому он привёз отца Ричарда в больницу и поднялся с ним в палату к Дагу.

Джексон дремал на диванчике у двери, и если прежде Мэйнард не забыл бы его отчитать, то сегодня лишь поморщился и сказал:

— Сходи себе за кофе с пончиком.

— А… что… я… — Джексон неуверенно посмотрел на отца Ричарда. — Зачем тут святой отец?..

— Отпустить грехи умирающему, зачем же ещё? — хмыкнул Мэйнард. — Поверь, когда твоя беспутная душа решит покинуть тело, ты тоже подумаешь, что было бы неплохо повидаться со святым отцом.

Он не замечал в Джексоне прежде особенного религиозного рвения, но на его тираду тот странно моргнул и поспешил удалиться. Мэйнард отогнал неприятный холодок, будто он что-то упускает.

Они наконец вошли к Дагу, и Джонс убедился — тот всё так же недвижим, а его лицо всё такое же серое и лишено всякого выражения. Отец Ричард на миг прижал ладонь к груди. Его старческое мягкое сердце любило каждого в Хукерс-тауне, какими бы грешниками ни были люди вокруг. Мэйнард даже чуть отвернулся, потому что был не способен на подобное всепрощение.

Отец Ричард же зашептал молитву.

— Вряд ли он придёт в себя, — невпопад проговорил Джонс. — Потому на исповедь рассчитывать не стоит…

— И всё же оставь нас, сынок, — попросил отец Ричард. — Это таинство, и таковым оно и должно оставаться.

Мэйнард многозначительно покивал и всё же вышел из палаты. Не став садиться на облюбованный прежде Джексоном диванчик, он бросил взгляд на окно в конце коридора. За ним трепетали в потоке ветра ветви деревьев, на листьях играл солнечный свет, и ощущение правильности вернулось. Джонс улыбнулся. У него хороший план, пусть не очевидный, но оттого даже лучше!

* * *

Когда отец Ричард вновь появился в коридоре, Джексон уже занял пост у двери. Мэйнард придержал старика за локоть и медленно повёл к лифту.

— И всё же, Мэйнард, — вздохнул тот, когда они остановились в ожидании, пока кабина окажется на нужном этаже, — что произошло? Джонатан не стал мне рассказывать, потому что у меня, по его мнению, слабое сердце. Но ты-то понимаешь, что мне важно… важно знать.

— Отец, — Джонс на миг замер. На самом деле стоило ли вот так просто рассказывать об убийстве? Да у них никогда не случалось ничего хуже воровства. И теперь огорошить старика, что среди его паствы затесался преступник?..

— Не тяни, — велел отец Ричард тоном, которым прежде, ещё на уроках в воскресной школе, заставлял Мэйнарда рассказывать заповеди. — Я слушаю.

— Случилось убийство, — решился Мэйнард. — Жертва — не из нашего города… Да и убийца, убийца, наверное, тоже. Тут ФБР. Он — тот ещё гад. Но я вам обещаю, что поймаю этого залётного ублюдка.

— Поверь мне, Мэйнард, живу я уже так долго, что знаю точно, — внезапно покачал головой отец Ричард. — Когда случается что-то такое, убийца — это всегда кто-то из своих. Паршивая овца в стаде, а может, и волк в овечьей шкуре. Жаль, что в последнее время люди не так часто приходят в церковь и не доверяют дурные помыслы священникам. Объясни я вовремя, как противостоять соблазнам дьявола, и этого бы не произошло…

Дверь лифта открылась, и старик первым шагнул в кабину, высоко подняв голову и держа спину удивительно прямо. Джонс сжал губы и мысленно поклялся ещё раз, что очистит Хукерс-таун от зла.

* * *

Уже высаживая отца Ричарда у его домика, Мэйнард глубоко вздохнул и задал вопрос:

— Понимаю, святой отец, что вы не можете говорить прямо. Но вы ведь слушали местных людей так долго и так давно. Есть ли среди них те, кто способен на убийство?

Отец Ричард опёрся на дверцу автомобиля и чуть наклонился, чтобы заглянуть ему в лицо. Снова солнечный луч запутался в белых как снег волосах, а ветер взметнул их, и на миг старик преобразился в ангела с печальной и доброй улыбкой.

— Мэйнард, на убийство способен каждый человек, — тихо ответил он. — Но для того должны совпасть определённые факторы. Чтобы тёмная часть натуры восторжествовала. Ты задаёшься неправильным вопросом, неверным. Подумай лучше, отчего могло произойти такое убийство.

— Да он просто распял её на кресте, проклятый ублюдок, — выдохнул Мэйнард. Он вспомнил худую фигурку, пустые глаза и качнул головой: — Это ведь не была какая-то семейная драма. Тут не замешана любовь или ревность. Он просто хладнокровный маньяк.

Отец Ричард покачал головой, отступил от машины.

— Что ж, когда исповедоваться приходили ко мне, среди людей не было никого, кто оказался бы настолько подвержен дьявольскому шёпоту, — сказал он. — И знаю, что и отец Джонатан не исповедовал никого с подобным складом ума. Потому, Мэйнард, не ищи заблудшую овцу среди тех, кто посещает дом господень.

* * *

В участок Мэйнард вернулся, глубоко задумавшись. По всему выходило, что ему следует заглянуть на ближайшую воскресную проповедь. Он не был в церкви лет десять и даже представить не мог, кто из жителей Хукерс-тауна продолжает приходить в дом Господень. Вполне вероятно, что он что-то упускает только из-за этого! Было бы неплохо сначала собрать список всех, кого не мог исповедовать отец Ричард, а затем проверить, кто из этих людей и вовсе не ходит в церковь! Кто-то наверняка вызовет подозрения, окажется преступником, которого Джонс ищет!

Когда он вошёл в кабинет, Кейтлин и Майк отсутствовали, а на пробковой доске не появилось ничего нового, кроме разве что стикера с восклицательным знаком под фотографией Дага Ирвинга. Джонс объяснил его себе очень просто — Даг стал тупиком, от него ничего не добиться. Вот и ФБР пометили его, как отсутствующее звено. Печально, конечно, осознавать, что они могли бы уже располагать большим количеством фактов, но и без того он знает, что делать! Наверняка никто из ФБР-овцев не сообразил, что можно переговорить с отцом Ричардом и получить столько мудрых советов.

Глядя на доску, Мэйнард набрал номер Джексона и скомандовал ему:

— Возвращайся в участок, здесь есть дела и поважнее.

— Но как же? — удивился тот. — Если преступник вернётся? Он может…

— Заткнись и слушай, — оборвал его Мэйнард, пока ещё не слишком раздражаясь. Он был даже рад немного пояснить свой чудесный план. — Когда убийца узнает, что к Дагу приходил священник, он не станет подниматься в палату с риском быть узнанным. Зачем, если и так ясно, что парню на днях придёт конец? Наблюдение вести не нужно, это пустая трата времени и средств, так что возвращайся в участок. Мне нужно, чтобы ты составил список всех, кто переехал в город в последние пару лет, ясно?..

— Вы же как будто делали что-то подобное, — промямлил Джексон, серьёзно поколебав спокойствие Джонса. — Когда искали автомобиль…

Всё так, Мэйнард действительно хотел сопоставить информацию. Вот только он сразу вспомнил про отца Джонатана, и как-то не попытался проверить иные варианты. Но не будешь же говорить о своей халатности подчинённому, верно?

— А теперь мне нужно, чтобы список висел на пробковой доске, понятно? — фыркнул Мэйнард, чтобы Джексон не пытался больше возразить. — Чтоб в течение получаса был на месте, — и сбросил вызов.

Было бы гораздо проще, если бы можно было отправиться на воскресную проповедь уже завтра.

Отступив к собственному столу, Мэйнард окинул взглядом документы, фотографии последнего и прошлых убийств. Отчего убийца совершает подобные поступки?.. Джонс не хотел признавать, что именно на этот вопрос пытались ответить в ФБР, составляя психологические портреты. Однако он всё же вытащил нужный лист из папки и пробежался взглядом по строчкам, мысленно примеряя написанное на тех людей, кого хорошо знал.

К сожалению, или его подводила память, или он просто не мог никого узнать. И всё же Мэйнард отказывался признавать, что зашёл в тупик. Он верил, что уже в ближайшее воскресенье будет знать, кто именно убил Вайнону Уиллер.

* * *

#Прокачка_БМ

И у нас выпадал Иерофант, он же жрец. Мудрый советчик в кадре.

Глава 9

Кейтлин видела, что Майк колеблется. Ей и самой не нравилась затея, но она была лишена такой роскоши — демонстрировать собственные сомнения открыто. Хоть один из них должен оставаться непреклонным, чтобы продолжалось движение. Это как блокировка дифференциалов, чтобы не забуксовать посреди трясины. Кейтлин вздохнула и повторила:

— Это наша единственная зацепка, нам нужно установить наблюдение.

— Зацепка, которая не очень подходит под профиль, — проворчал Майк, но тут же поднял руки вверх. — Молчу, ты босс. И нам всё равно ровным счётом нечего больше делать. Не ждать же, что этот как-его-там Джонс распутает дело за нас.

Кейтлин задумчиво кивнула. На Мэйнарда Джонса надеяться точно не приходилось. И иногда она даже ловила себя на ощущении, всего лишь лёгком неприятном покалывании, которое словно бы подсказывало — он буквально работает на преступника. По глупости или по собственному желанию — так ли важно? Мэйнард действительно был опасен, но она не понимала почему.

Кейтлин даже не отказала себе в том, чтобы досконально сверить профайл с Мэйнардом и подставить его на место каждого из произошедших убийств. Безусловно, было ясно, что он не подходил, но это в конечном счёте помогло ей расслабиться. Проклятое дело стало её личной головной болью. Ей казалось иногда, что мозг спазматически сжался, отчего и не получается найти ничего нового, не выходит рассмотреть что-то прямо под носом. И только поэтому, только из-за её неясных подозрений, из-за того, что она никак не могла чётко сформулировать, они сейчас сидели в мотеле, а не в участке, и не просили никакой помощи у полиции, хотя ещё пара зорких глаз точно не помешала бы.

— Хорошо, я готов, — вдруг окликнул её Майк. Он переоделся, а за спиной у него уже был рюкзак. — У меня есть несколько видеокамер, расставлю по периметру. Ну и я сделал нам термос с кофе, заказал сэндвичи, заберём внизу… Приятно проведём время в машине, как в старые добрые времена, — он чуть усмехнулся.

— В машине, — повторила она и взглянула на открытую на экране компьютера карту района, где проживал объект, за которым требовалось установить слежку. — Где же нам припарковаться, чтобы не вызвать подозрений?

Майк растерянно пожал плечами. Он прежде не вёл дела в городах вроде Хукерс-тауна.

— Да ладно тебе, встанем напротив дома…

— На соседской подъездной дорожке? Они же тут все друг друга знают, это чёртов мелкий городишка, Майк, так не получится, — Кейтлин приложила ладонь ко лбу. — О, я должна была подумать раньше. Чёрт.

— Серьёзно? Кейт, мы найдём, где припарковаться, — Майк легонько тронул её за плечо, что само по себе было дурным признаком. Она должна быть островком спокойствия и уверенности, а не тем, кого успокаивают и утешают. Неужели ему кажется, что всё настолько плохо и ей потребовалась дружеская поддержка?..

— Достаточно, — одёрнула она его. — Идём. Придётся разбираться на месте.

* * *

Улочка оказалась ещё хуже. Никаких тебе развесистых деревьев или живых изгородей. Стриженные газончики, декоративные беленькие заборчики, цветущие клумбы. И дом объекта, ничем не выделяющийся среди других. Аккуратные подъездные дорожки на один автомобиль — стоит встать на такую и придёт возмущаться владелец, которому как раз окажется позарез необходимо поставить машину и начать с ней нелепую возню.

Они проехали мимо дома дважды, прежде чем Кейтлин приметила поворот в переулок. Заканчивающийся тупиком, тот был примечателен тем, что к нему не выходило ни одного крыльца. Два участка, расположенные по обе стороны, фасадами домов смотрели на основную улицу. Майк остановил машину, бросил на Кейтлин вопросительный взгляд.

— Придётся поставить камеры и отслеживать через них, — вздохнула Кейтлин, оглашая очевидное. — Так что постарайся найти для них места получше.

— Обижаешь, — он вышел из машины и прогулочным шагом направился прочь. Рюкзак на плече казался слишком маленьким, чтобы вызывать подозрения. Да и сам Майк, одетый в разношенные джинсы и поношенную футболку, нисколько не напоминал агента ФБР. Кейтлин, оставшись одна, тут же залезла в бардачок и выудила пачку сигарет. Она не курила — обычно. И Майк тоже таким не баловался, но прямо сейчас ей срочно был нужен никотин — просто чтобы продолжать дышать.

Хукерс-таун начал давить на неё. Кейтлин терпеть не могла мелкие городки, наверное, потому, что сама выросла в одном из них. Круговая порука, тоска, скука, пустота — вот что они из себя представляют. Община, схожая с сектой, где все покрывают друг друга и при этом готовы в любой момент разорвать друг другу глотки. Такие местечки испускают ядовитый фон, из-за которого постепенно утрачиваешь желание жить и развиваться, просто влачишь существование, стараясь как можно меньше отличаться от других.

Тот, за кем они безуспешно гоняются все эти годы, всегда будет белой вороной в стае. Не потому ли он выбрал этот городок? Не для того ли, чтобы научиться вести себя, как остальные?.. Разве он что-то когда-нибудь делал просто так? Человеку с его психическими особенностями гораздо больше подходят мегаполисы, где каждый фрик способен найти себе место, где никому нет дела до соседей, пока они дают поспать или вырубают музыку, стоит только ударить в потолок. Нельзя сбрасывать со счетов, что у него был умысел остаться в Хукерс-тауне.

Ну, или он просто жаждал поиздеваться над ФБР.

Закрыв глаза, Кейтлин медленно выдохнула и потушила едва дошедшую до середины сигарету. Она открыла дверь и поставила ноги на асфальт, только чтобы услышать звук, с которым каблуки его коснулись, щелчком отправила бычок прямо в идеально подстриженную зелёную траву. Так она вернула себя в реальность. Так она заставила себя почувствовать, что способна на большее.

Она справится с делом и покинет этот идиотский Хукерс-таун.

* * *

Майк вернулся через полчаса, когда Кейтлин была уже спокойной и собранной, как полагается боссу. Программа повисела минут пять, но затем появилось изображение со всех восьми камер, что он установил.

На первый взгляд перед ними был самый обычный дом. Кейтлин с интересом рассматривала каждое из изображений, по очереди приближая экран. Конечно, она вовсе не ожидала увидеть что-то вопиющее — растяжку «Здесь живёт убийца» или баннер «Я вожу за нос ФБР двадцать лет подряд». Но ей хотелось обнаружить что-то, что отзовётся внутри, подскажет: «Смотри, ты была права».

— Да, совершенно непримечательный снаружи, — меланхолично заметил Майк, побарабанив пальцами по рулю. — Но знаешь…

— М?.. — Кейтлин скосила на него глаза. Майк прекрасно знал, что в их работе не бывает мелочей, потому наверняка что-то приметил.

— Помнишь, мы обсуждали, что он аккуратен до патологии? — Майк откинулся на спинку кресла и устремил взгляд в пространство. — То, как он устраняет улики, то, как он обращается с местами преступления… Невозможно предусмотреть всё, если ты не привык предусматривать всё в любой момент времени. Так вот. Кое-что меня там насторожило.

— Не тяни, — Кейт теперь смотрела только на него, вернув на экран все восемь картинок с камер. В любом случае вокруг дома было тихо.

— Там на заднем дворе бельевая верёвка. Ну, знаешь, мало кто пользуется бельевой верёвкой сейчас, потому я и обратил внимание. Там прищепки четырёх цветов. Каждого — ровно по восемь штук. А ещё они располагаются секторами, — Майк коротко взглянул на неё, в глазах его был вопрос.

— Что? — не поняла Кейт. — Что значит — секторами?

— Сначала висят восемь красных, потом — восемь оранжевых, дальше… — он не успел продолжить.

— Восемь жёлтых и восемь зелёных? — закончила за него Кейт. — Странно, — и поморщилась. Возможно, вне контекста ей это совсем не бросилось бы в глаза, но сейчас вызвало такое ощущение, будто кто-то рядом поскрёб ногтями по доске для мела.

— Ага, — с готовностью отозвался Майк. — Вот скажи, ну кому может прийти в голову такое? Кто будет следить, чтобы прищепки не перемешивались между собой? Это же… такая незначительная мелочь, — он склонил голову и лениво взглянул на экран. — И кстати, по-моему, дома никого не было, автомобиль не на подъездной дорожке, а в гараже пусто.

— Ты заглянул в гараж? — удивилась она. — Залезать в дом на основании одних лишь смутных подозрений чревато, ты понимаешь?..

— Да там окошко, — он ткнул в одну из камер. — Вот, тут видно. Объекта нет дома, отдохни, пока он не появится.

— У него точно ОКР, — пробормотала Кейтлин. Проклятые прищепки теперь не выходили у неё из головы. Значит, Даг дал им что-то стоящее?.. Или выдержать в таком мелком и невзрачном городке возможно, только если ты слегка поехавший?.. Может, тут у каждой второй хозяйки манера сушить бельё на заднем дворе и развешивать прищепки по цветам?..

— Раз его пока нет дома, пройдусь, — решила Кейтлин. — Только будь внимателен.

— Я не подведу, — отмахнулся Майк.

Она вышла из машины и медленно прошла до конца переулка. Здесь участок окружала живая изгородь, не слишком высокая — всего-то ей до плеча. Кейтлин могла рассмотреть в подробностях чужой задний двор. Впереди этот домик казался образцовым — ровный газон, два розовых куста, уже зацветающих, выкрашенное в белый крыльцо, на котором стояло кресло-качалка. Позади же… Кейтлин усмехнулась и немного расслабилась — позади ждал хаос. Закопчённый гриль, разбитая скамейка рядом, разросшиеся кусты, которым явно нужна была подрезка. Запал владельцев закончился на выстригании изгороди, и, похоже, они не слишком любили проводить время вместе, иначе отчего садовые качели в разгар жары были лишены и подушек, и тента.

Кейтлин развернулась и перешла на другую сторону, ненароком заглянув на следующий участок. Там росло несколько плодовых деревьев, никаких бельевых верёвок. Ни подчёркнутой аккуратности, ни небрежности. Как будто бы владельцев в принципе мало интересовало, что там творится сзади.

Ускорив шаг, Кейтлин наконец выбралась из переулка и направилась к дому объекта с интересом рассматривая каждый участок по пути. Люди лицемерно старались превратить фасады своих жилищ в картинки с открыток. И всё же даже на этом благостном фоне дом объекта слегка выделялся. Он был самую малость аккуратнее прочих. Хотя нельзя было исключать, что такое впечатление создавалось из-за контраста. Рядом стоящий дом скрывался за разросшимся кустарником, а крыльцо его давно следовало бы заново покрыть лаком. И газон у него был неподстрижен. Кейтлин мысленно оставила себе пометку, что нужно поинтересоваться, кто же это столь неаккуратен. Она прошла мимо и двинулась дальше по улице, намереваясь обогнуть квартал, поразмышлять и вернуться к Майку с другой стороны. Так она точно вызвала бы меньше подозрений у любителей не отлипать от окон в течение дня.

Мимо проехал пикап Мэйнарда Джонса.

Кейтлин хорошо запомнила его машину, потому что он постоянно ставил её так, чтобы остальным было непросто выехать с парковки. Она тут же повернулась, чтобы понять, что тут забыл детектив. Неужели он тоже узнал что-то от Дага? Но оказалось, что Джонс поставил машину на подъездной дорожке того самого домика с нестриженным газоном. Он коротко глянул на соседний участок, прошёл к крыльцу, открыл дверь и скрылся за ней. Как если бы прибыл к себе домой.

Кейтлин удивлённо моргнула и торопливо зашагала прочь. Так, значит, Джонс живёт совсем рядом с предполагаемым преступником?! Соседи в маленьких городках всегда значат так много. Если детектив хранит какие-то записи по делу, даже если он просто берёт из участка дела домой, соседям ничего не стоит пробраться в дом и всё вызнать.

Мэйнард по-настоящему опасен для их расследования.

Или он на самом деле в сговоре с преступником?

Кейтлин сжала кулаки. Она чувствовала, что нашла нечто очень и очень важное, и в то же время её одолевало бессилие. Нельзя просто так войти в чужой дом и воскликнуть, что всё знаешь. Сегодня преступники свободно уходят от правосудия, если недостаточно улик. Кейтлин не могла допустить такого. Ей нужны были чёткие доказательства, которые позволили бы запереть мерзавца.

…Когда она добралась до машины и опустилась в кресло, Майк покосился на неё и молча протянул термос с кофе. Кейтлин открутила крышку и сделала глоток. Восемь камер пока что показывали пасторальные картинки. Ни одна из них не давала подсказки.

— Никого ещё не было, — подтвердил Майк. — Пустота.

Кейтлин на миг прикрыла глаза. Пустота. Пустота внутреннего содержания маленьких городков…

Она не спешила делиться с Майком своими подозрениями. Сначала нужно было выстроить в голове чёткую схему.

* * *

#Прокачка_БМ

И у нас выпало Колесо фортуны.

С одной стороны, Кейтлин улыбнулась удача. С другой стороны… Фортуна — это всегда не так просто.

Глава 10

Джексон постарался и за два дня собрал список всех, кто переезжал в Хукерс-таун в последние пару лет. Джонс, просматривая результат работы, довольно улыбался. Да, конечно, Джексону пришлось нелегко. Посчитать банки энергетика и стаканчики из-под кофе, так он месячную зарплату оставил в мусоре, чтобы отобрать все эти данные. Но разве это того не стоило? В списке были и мужчины, и женщины, всего набралось двадцать два человека. Подумать только, ведь Мэйнарду казалось, что их вряд ли больше десяти.

В общем, с этим можно было работать, пусть Джексон и возненавидел его!

Воскресный день выдался пасмурным, пришли ветра и прогнали досаждающую жару, так что это был скорее плюс, чем минус. Мэйнард лучился самодовольством, выбирая в шкафу подходящую для церкви рубашку. Как назло, в последнее время он слегка располнел и предпочитал форму да растянутые футболки, так что вот уже третья рубашка ужасно сдавливала шею и неприятно подчёркивала начинающий появляться животик. Совсем не таким он хотел предстать в час своего триумфа.

Посмотрев на себя в зеркало ещё раз, Мэйнард вздохнул и… решил, что не стоит так стараться. В конце концов никто не запрещает явиться в церковь детективу полиции. Возможно, этот неприятный отец Джонатан оценит его желание приобщиться к слову божьему, и они наладят отношения. Список, предусмотрительно сохранённый на смартфон, Джонса вряд ли выдаст, никто не уличит его в том, что он проник в церковь вовсе не за просветлением.

Разрешив таким образом сомнения, Мэйнард натянул форму и вышел из дома. Он выехал заранее, чтобы можно было припарковаться поближе к зданию церкви, но всё равно едва втиснул пикап между двух других автомобилей. Похоже, что жители Хукерс-тауна намного активнее интересовались проповедями, чем он думал. Совсем рядом стоял приметный кроссовер, и Мэйнард удивлённо хмыкнул. Он даже не предполагал, что соседка Мэнди приезжает на воскресную проповедь.

Стоило ему покинуть автомобиль, как он услышал:

— Мэйнард, неужели решил стать добропорядочным христианином? — действительно Мэнди. Она стояла у живой изгороди, свежая, как весенний цветок, и лукаво улыбалась. — Или ты по делу? — добавила она с определённой ленцой. — Даже в выходные бережёшь наш покой?

— Захотел послушать отца Джонатана, — усмехнулся Мэйнард и, вдохновившись, добавил: — Это убийство, знаешь, не идёт у меня из головы, — он предложил Мэнди локоть, и та послушно оперлась на него. Всё-таки она была хороша, так хороша! Джонс внутренне расцвёл и продолжил: — Мне не приходилось прежде сталкиваться с чем-то подобным. Что может быть в голове человека, совершающего такие поступки?.. Я могу понять и представить, как можно убить кого-то в приступе ревности, от обиды или в ярости. Но это…

— Как ты интересно рассуждаешь, — расплылась в улыбке Мэнди. — Должно быть, этот преступник — действительно страшный человек, раз даже тебя потряс его поступок.

— Ну… — Мэйнард коротко взглянул на неё, вдруг сознавая, что не сможет проверять список и вычёркивать прихожан, если Мэнди продолжит висеть у него на руке. — Разве я отличаюсь от других жителей нашего города? В конце концов разве мы не простые обыватели? — он сам удивился, как глубокомысленно это прозвучало. Мэнди кивнула, улыбка её стала кокетливой.

— Никогда не считала тебя простым обывателем, Мэйнард, — сказала она нежно. — Ты особенный…

Эти слова согрели Мэйнарду сердце, и он мимоходом подумал, что и без того вспомнит каждого, кто будет на проповеди. Вовсе не нужно так уж внимательно сверяться со списком. В конце концов самое важное — кого там нет.

Они вошли в полумрак и выбрали скамью, сели рядом, точно настоящая семья. Мэйнард прежде собирался занять место подальше от священника и поближе к дверям, чтобы можно было не спеша проверить каждого, кто входил. Но Мэнди провела его буквально к первым скамьям, и он не нашёл в себе достаточно решительности, чтобы этому воспротивиться.

Отец Джонатан, приметив его, настороженно замер, но осознав, что Мэйнард ведёт себя как обычный прихожанин, расслабился, и речь его потекла спокойно и плавно. Он говорил о том, что в мире всё больше ненависти и неприятия, что люди равнодушны, и это равнодушие способно привести к смерти. Пусть он не называл имён, но в этом чудился укор каждому из тех, кто переступил порог церкви. Возможно, потому, что многие здесь знали Дага Ирвинга и совершенно не озаботились его проблемами.

Проникновенный голос усыплял, и Джонс уже через четверть часа едва вспомнил, зачем вообще явился. Вместо того он принялся украдкой разглядывать Мэнди. Собираясь в церковь, она не забыла о неброском, но крайне подходящем ей макияже, аккуратно уложила волосы, выбрала платье с высоким воротником, выгодно подчёркивающее её грудь, а далее свободно расходящееся вокруг тела.

Мэйнард вдруг вспомнил, что Мэнди — одна из немногих женщин, которая всегда уделяла макияжу достаточно внимания. Прочих соседок порой он видел непричёсанными и неухоженными, ведь у всех бывают плохие деньки. Но только не Мэнди. Мэнди во всём была другой. Словно в ней не могло оказаться никакого изъяна.

Джонс улыбнулся и позволил фантазиям унести его прочь от монотонного голоса отца Джонатана. Когда он закроет это убийство, когда отыщет преступника — непременно раньше, чем это сделает ФБР, тогда он придёт к Мэнди с предложением. В конце концов их дома рядом, можно даже объединить участки. Отчего бы не попробовать встречаться, жить вместе? И ему, и ей пора обзавестись семьёй. Пусть даже всё начнётся как будто бы случайно, без всякой серьёзности, но в конечном итоге они могли бы составить хорошую пару. Куда лучше, чем с той же Кейтлин, да?..

Он представил, как Мэнди говорит «Да» на вопрос отца Джонатана, как он надевает ей кольцо. Как она стоит в белом платье, опадающем красивыми складками к полу, улыбается, а на её волосах поблёскивает крохотная диадема с сеточкой фаты.

Смартфон завибрировал в кармане, и Джонс машинально вытянул его и взглянул на экран. Всего лишь сообщение о том, что пора пополнить счёт, ничего важного. Он едва не разозлился, что такой пустяк вырвал его из сладких грёз, однако тут же вспомнил про список. Внутренний голос намекнул, что у него появился достойный предлог, чтобы оставить Мэнди одну.

Та как раз чуть развернулась к нему, точно спрашивала, в чём дело, и Мэйнард, поспешно погасив экран, прошептал:

— Нужно срочно перезвонить.

Ему не хотелось подниматься, фантазии о возможном браке слишком манили, но он напомнил себе о долге и всё-таки встал.

Выбравшись со скамьи в проход, он прошёл до дверей, где тут же замер и открыл список. Оглядывая прихожан, внимательно слушающих отца Джонатана, он чувствовал себя очень странно. Будто бы Мэнди почуяла обман и разозлилась, но эта злость была не такой, как у прочих людей, а словно бы вырастала в огромную тёмную ярость. Вероятно, это из-за того, что он представил её своей женой. Разве он не опасался когда-то сделать предложение женщине своей мечты именно потому, что задумался вдруг, как та может разозлиться на него за сущую мелочь — флирт с кассиршей на заправке, часовую задержку после работы в баре?.. Да, всё дело в этом, не иначе.

Однако когда он сосредоточился, Мэнди оглянулась на него, и он зачем-то махнул ей смартфоном, будто хотел сказать, что всё ещё немного занят рабочими вопросами. Глупо было отчитываться перед соседкой, но он сделал именно так. Мэйнард удивлённо хмыкнул, но не нашёл подходящей причины для этого.

Неужели он влюбился или что там ещё бывает за чушь?..

Вновь уткнувшись в смартфон, он всё-таки нашёл в себе силы продолжать. И когда Мэнди опять повернулась, чтобы посмотреть на него, он никак не отреагировал, вычёркивая из списка тех, кто пришёл в церковь в этот воскресный день.

* * *

Набежавшие в воскресенье тучи уже к утру ветра разогнали дочиста, и небо снова засияло голубизной, а солнце опять начало припекать едва ли не с рассвета. Однако Джонс проснулся в отличном расположении духа, и предстоящая жара нисколько не испортила ему настроения. Он готовился к важному для себя дню.

В этот понедельник Мэйнард позавтракал дома и не забыл начисто побриться и привести в порядок форму.

Он вошёл в кабинет на полчаса раньше обычного. Даже не покупал себе кофе и пончик, а сразу направился в участок, преисполнившись чувства собственной значимости. Его шаг был твёрд и не менее твёрдой рукой он пришпилил к пробковой доске изрядно поредевший список. Да, там осталось пять человек, пятеро мужчин, что приехали в город в течение двух последних лет и не удосужились посетить церковь. Более того, они даже не были знакомы отцу Джонатану — Джонс проверил и это.

Трое из них были женаты, и Мэйнард знал, что это противоречит профайлу, составленному ФБР, но плевать на это хотел.

Он приготовил список подозреваемых и ждал, что это оценят по достоинству.

Кейтлин появилась позже. Она едва бросила на Мэйнарда взгляд и приблизилась к пробковой доске без всякого энтузиазма. Казалось, её снедают тревожные мысли. Джонс выжидал, как крокодилы выжидают зазевавшуюся на водопое антилопу. Он затаился и не отводил взгляда от предполагаемой жертвы его ума и потрясающего детективного таланта.

— Что это? — наконец спросила Кейтлин, так и не повернувшись к нему.

— Список подозреваемых. Я сузил круг, — гордо отозвался Мэйнард. — Поработал на выходных, — он представил, как Кейтлин сейчас развернётся к нему, её глаза засияют, а губы сложатся в улыбку. Пожалуй, прежде чем предлагать что-то Мэнди, он поддастся очарованию и согласится переспать с федеральным агентом. В конце концов они взрослые люди и могут позволить себе разумно подойти к вопросу секса…

— Очень интересно, — сухим тоном отозвалась Кейтлин, начисто разрушая его мечты. — И на каком основании составлен этот список?..

Мэйнарду, с одной стороны, хотелось блеснуть, объяснить каждую выкладку, обнажить цепь логических заключений, но, с другой стороны, он представил, что гораздо лучше будет рассказать об этом позже и не Кейтлин. Когда они возьмут мудака, он обязательно поделится всем этим с журналистами. Расскажет о том, как вышел на след и сумел опередить ФБР. Поймал убийцу, за которым они двадцать лет гонялись.

Да, не стоило говорить Кейтлин сейчас. Особенно после того, как она не поняла его гениальности с первого взгляда.

И он небрежно бросил одну только фразу:

— Их не было в церкви.

В кабинете воцарилась тишина. Глубокая и звонкая, она обнимала и Мэйнарда, и Кейтлин, загустевала, но при этом Джонс не ощущал неловкости. Он упивался моментом. Должно быть, сейчас Кейтлин сознаёт, насколько он на самом деле потрясающий человек. Должно быть…

— Признайтесь честно, Браун, — медленно повернулась к нему Кейтлин, складывая руки на груди, — вы клинический идиот?.. Может, вам доставляет удовольствие мешать расследованию?.. — она смотрела прямо на него, взгляд пригвождал его к месту, превращая из гениального детектива в незначительную букашку, пришпиленную булавкой. — Как вы пришли к этому идиотскому заключению? Зачем выделили этих — я уверена — абсолютно невиновных людей?.. Что нам даст этот список?..

— Невиновных людей не бывает, — возмутился Мэйнард. — Каждый хоть раз да преступал закон. Эти… эти люди…

— Поэтому вы открыли местный телефонный справочник и ткнули карандашом наугад, чтобы выбрать пять добровольцев? — Кейтлин прервала его и сорвала листок с доски. Она демонстративно скатала из него бумажный шарик и запустила через весь кабинет в мусорную корзину у двери. — Хватит уже. Вы отстранены.

Мэйнард нахмурился, не до конца её понимая.

— Отстранён?..

— Да, — подтвердила Кейтлин. — Нам, Браун, не нужна ваша помощь. Мы с Майком справимся самостоятельно. Это дело вам не по зубам.

— Вы не… вы не можете, — выдохнул Джонс, совершенно забыв о том, что Кейтлин снова исказила его фамилию. — Просто не имеете права.

Но, к сожалению, она имела, и он прекрасно это понимал.

Не обратив больше на него внимания, Кейтлин последний раз взглянула на доску и покинула кабинет, оставив его хватать воздух ртом, как выброшенная на берег рыбина. Солнечный понедельник померк, а жара снова принялась душить Мэйнарда, и противный липкий пот выступил так обильно, что впору было менять форменную рубашку.

* * *

#Прокачка_БМ

И у нас был перевёрнутый Маг.

Злоупотребление своим положением, эгоизм, тщеславие, неверная оценка ситуации, позор в комплекте.

Глава 11

Мэйнард никогда ещё не чувствовал себя так сильно униженным. Он словно вновь оказался в школе, и его отчитали перед всем классом за совершенно тупой и гнусный проступок, который он совершил по неосмотрительности. Глядя на себя в зеркало в туалете участка, Джонс снова и снова делал глубокие вдохи, чтобы успокоиться. Слова Кейтлин должны были его взбесить до невозможности, но вместо того он ощущал только неприятный липкий страх, беспокойство, точно… точно он перестал мыслить ясно. Чёртово убийство оказалось для него слишком серьёзным потрясением, и Кэйтлин права, он просто не способен распутать такое дело?

Вернувшись в кабинет, Мэйнард вырвал из своего блокнота листок со списком подозреваемых, но, недолго посмотрев на него, всё же сунул в карман. Пусть ФБР дало понять, что он ищет не в том месте, всё же это… это зачем-то могло бы понадобиться.

Он снова глубоко вздохнул, прикусил губу. Он шёл ложным путём, всё время шёл ложным путём. Отчего?..

Что бы там ни сказала ему Кэйтлин, Мэйнард всё же не собирался смиряться, не хотел сдаваться. Но только теперь ему требовалось что-то существенное, такое, на что она бы обязательно обратила внимание. Нечто, что она упустила.

Значит, ему предстояло начать всё с той точки, от которой, казалось бы, все они уже давно ушли.

* * *

Когда Мэйнард покинул участок, собиралась гроза. Едва он уселся за руль, как первые капли взбили пыль на обочине дороги. Когда же он подъехал к ферме Фреда, дождь лил стеной, будто издеваясь. Так и слышалось в его шуме: «Ты что, надеялся поискать здесь улики? Дурак!»

Остановив машину, Мэйнард долго созерцал поле, где прежде стоял крест. Он едва ли не погрузился в транс, представляя, как убийца приезжает сюда с девушкой, как устанавливает конструкцию…

Что он сделал сначала? Задушил Вайнону? А она не успела бы окоченеть к тому моменту, когда он должен был прибивать её к кресту?.. Значит, в машине она была ещё жива?.. Мэйнард потёр висок и снова мысленно промотал перед глазами картину: Вайнона в машине и наверняка обездвижена… Стоп, нет, на её теле не было ни следов от скотча, которым заклеивали бы рот, ни повреждений от прочных верёвок. Что там было про состав крови? Наверное, он чем-то её накачал, скрутил крест, выволок её из машины и задушил, закрепил…

Мэйнард, нахмурившись, всмотрелся в поле сквозь струи дождя. Дом Фреда стоял не так уж далеко. Если кто использовал тут шуруповёрт в ночи, это было бы слышно. Да много чего было бы слышно, убийца бы не управился и за час, раз уж у него был угнанный шоткат без прицепа, где можно было бы везти готовый крест… Да и такое уж точно кто-то бы увидел, не каждый день по улицам Хукерс-тауна возят кресты.

Так-так! А заготовки для креста?.. Они бы не поместились в «Шоткат».

Мэйнард не был уверен, что агенты не проверили все эти моменты. Он мог снова обманываться, но всё же решил, что с Фредом неплохо поговорить ещё разок.

Несмотря на то, что он подъехал едва ли не к самому дому, дождь всё равно издевательски промочил его до белья. Постучав, Мэйнард не услышал никакого ответа, только вода лилась с крыши, капли стучали о перевёрнутую колесом вверх проржавелую тачку.

— Эй, Тэйло-ор! Полиция! — заорал он. — Открывай, твою мать!

Тишина. Джонс повернул ручку двери, и оказалось, что никто и не собирался закрывать её на ключ. В общем-то, красть у Фреда всё равно было нечего, не сказать, что его попытки выращивать кукурузу приносили существенный доход. Однако в такой ливень Тэйлор должен был быть дома.

Испытав неприятное ощущение — страх смешался с возбуждением, и потому было непонятно, хочется ли идти вперёд или стоит вернуться в машину, Мэйнард всё же прошёл внутрь и даже скользнул ладонью по кобуре.

Про оружие он вспоминал редко и вовсе не был уверен в собственной меткости, но прямо сейчас ему захотелось проверить пистолет. За стенами дома шумел ливень, а внутри тишина стояла такая, что собственное дыхание и сердцебиение казались невообразимо громкими. Мэйнард мотнул головой, чтобы избавиться от неприятного ощущения, и двинулся дальше. Непрошенные мысли, что он упустил важного свидетеля и сейчас обнаружит ещё один труп, не прибавляли воодушевления.

Фреда он отыскал в захламлённой гостиной. Пьяно раскидавшись на диване, тот мирно спал. Красноречиво свидетельствовала о глубинах его падения початая бутылка скотча. Мэйнард зло выругался, а затем подошёл к окну. В любом случае будить Тэйлора пришлось бы долго, так почему бы… Почему бы что? Он сам не осознал до конца свою мысль, но, выглянув, сквозь струи дождя разобрал, что отсюда прекрасно виден тот самый участок поля.

Фред должен был что-то видеть, так?..

Джонс хотел уже вернуться к нему и хорошенько встряхнуть, но тут взгляд его зацепился за кучу досок и бруса, сваленную у стены постройки непонятного назначения, высившейся чуть в стороне от дома Фреда. Мэйнард мог бы поспорить на сотню баксов, что именно из такого бруса и был сделан крест.

Нет, он не стал тут же звонить Кейтлин и рассказывать ей, что он де нашёл важную улику. Ясно, что эта догадка никак не продвигала следствие вперёд. Да и вряд ли ФБР не свели два и два, к тому же посчитав Фреда абсолютно бесполезным.

Если тот был пьян…

Мэйнард оглянулся на тело на диване и решительным шагом приблизился к нему. У него появилась одна мысль, которую он совершенно упустил в прошлом.

— Тэйлор, твою мать, пьяная свинья! — он пнул носком ботинка ногу в резиновом шлёпанце, упавшую с дивана на пол.

— Чт… что? Д-джонс, чёрт тебя побери, — Фред вздрогнул и сел на диване, потирая лицо ладонями. — Какого хрена надо?

— С кем ты пил? — Мэйнард нависал над ним, и Фред съёжился, будто бы его собрались бить. Возможно, потому, что осознавал — в последнее время он напивается систематически, и это уже попахивает алкоголизмом.

— К-когда? — икнул он, осознав, что именно у него спрашивают. — Сегодня я вообще один. Что тебе надо, Джонс, что противозаконного я сделал? — он сложил руки на коленях, как примерный ученик воскресной школы. — Вон какой ливень, имею полное право…

— Заткнись, — прервал его Мэйнард, теряя терпение. Не хватало ещё полчаса выслушивать оправдания. — С кем ты пил в ту ночь, когда убили Вайнону?

— Какую, на хрен, Вайнону? — вскинулся Фред, но тут у него в голове окончательно прояснилось. — А, ту самую Вайнону? — спокойнее переспросил он и дождался кивка. — Да… это… — глаза его забегали, точно он не хотел говорить правду. Это крайне насторожило Мэйнарда. Он упустил что-то, ещё когда допрашивал впервые, так? А ФБР — они тоже это упустили?..

— Не тяни время, отвечай, — Мэйнард сложил руки на груди, чтобы не показать Фреду, насколько нервничает сам. Тот наморщил нос, поймал горлышко бутылки скотча и сделал глоток прежде, чем ответить:

— Так ко мне зашёл Даг, — он пожал плечами. — Он хороший парень, компанейский… Мы, это, никогда не ссорились, чтоб ты знал, — Фред нахмурился. — А что такое-то?.. — похоже, он испугался, что его могут обвинить в том, что случилось с Ирвингом.

Мэйнард осознал сразу две вещи. Он действительно упустил свидетеля, Дага Ирвинга, упустил намного раньше, чем осознал, что тот способен знать нечто важное. А во-вторых, Кейтлин была права на его счёт. Он абсолютный идиот, который только мешал расследованию.

Но как тогда реабилитироваться?.. Как тогда показать, что он не полный придурок? Как хотя бы себе вернуть толику самоуважения? Ответов не было.

— А что именно вы пили? — уточнил Джонс уже не таким уверенным тоном, как прежде. Вопрос вырвался, словно минуя его разум. Фред нахмурился, будто бы вспоминая, хотя было очевидно — наверняка какое-то пойло из его, Фредовых, запасов. Даг Ирвинг физически не был способен прийти куда-то со своим алкоголем, разве нет?

— Знаешь, вот ты сказал, Джонс, и теперь я понимаю, что в этом было что-то необычное, — заметил он и на этот раз не пытался схитрить. Его лицо будто изнутри осветилось удивлением, он даже не подумал бы обманывать насчёт таких мелочей.

— Что такого необычного? — поторопил его Мэйнард.

— Ну ты знаешь Дага, у него вечно дыра в кармане, если он добрёл ко мне, значит, даже у Лу не получилось выклянчить бутылку за так, — Фред огладил скотч, точно тот был кошкой. — Но тогда он пришёл весёлый и поставил на стол литровую джина. Сказал, что ему подарили. Весь светился.

— Дагу? Дагу Ирвингу кто-то подарил литр джина? — Мэйнард вытаращился на Фреда, и тот резко закивал. Хукерс-таун, конечно, был городком, полным добрых и щедрых людей, да только к Дагу относились пренебрежительно. Никто и ни за что не сделал бы ему подобный подарок. — И кто был такой щедрый?..

Фред пожал плечами и отвёл взгляд.

— Ну, знаешь, он не…

— С чего бы тебе потребовалось соврать прямо сейчас, прежде ведь ты даже не подумал об этом? — Мэйнард прищурился, окинул Фреда взглядом. — Ты точно знаешь, кто это был. Говори уже.

— Да это… Ну, он сказал, — Фред хмыкнул, точно слова Дага казались ему бредом, — в общем…

Мэйнард схватил его за грудки и встряхнул, выходя из себя. Он был уверен — вот зацепка, которая поможет ему если не опередить ФБР, то хотя бы оказаться с ними на равных.

— Кто это был?! — прохрипел он. Фред беспомощно взмахнул руками и залепетал:

— Угомонись, Джонс, ну что ты в самом деле. Эт… Этот же Даг, он был не в себе. Он сказал, что к нему на улице подошла Лесли Купер. Лесли Купер, представляешь? Она ж утонула, Лесли-то. Он из-за этого же спился. А тут… — Тэйлор вздохнул. — Я в призраков не верю, Джонс, а ты?..

Лесли Купер — единственная любовь Дага — действительно утонула много лет назад. Об этой истории весь Хукерс-таун болтал ещё два лета спустя. Сам Мэйнард неоднократно замечал бережно хранимую фотографию, где Даг был с Лесли, где они оба были пронзительно молоды и планировали светлое будущее, полное свершений. Печальная история.

Конечно, если бы Даг пришёл к нему и сказал, что Лесли Купер дала ему литр джина, Мэйнард, как и Фред, ни за что не поверил бы в этот бред. Но… Что-то в этом было.

— Он сказал, что Лесли дала ему бутылку и обещала прийти попозже, — добавил Фред. — Ну бредятина же? У него, думаю, уже тогда началась горячка…

— А где бутылка? — отчего-то уточнил Мэйнард.

— От джина-то? — Фред огляделся и ткнул пальцем в пыльный угол, где стояло кривое от времени кресло. — Да вон она. Пустая уже, мы тогда здорово посидели.

Мэйнард пошарил по карманам и нашёл пару перчаток, натянув их, он взял бутылку с величайшей осторожностью, как драгоценность, тайное сокровище или священный артефакт.

— Есть у тебя чистый пакет? — бросил он удивлённому Фреду. Тот подскочил и дёрганой походкой скрылся на кухне, откуда минуты через две явился с рулончиком пакетиков для сэндвичей.

Мэйнард упаковал улику, чтобы уберечь её от дождя. Сердце его билось чересчур быстро, так быстро, что хотелось проверить пульс и попросить таблетку, однако вместе с тем Джонс впервые с начала расследования был убеждён, что сделал нечто полезное. Нечто важное. Обнаружил что-то, что станет краеугольным камнем и, возможно, заставит Кейтлин иначе посмотреть на него.

— Ты, что ли, хочешь проверить, жива ли Лесли? — пробормотал Фред, с сомнением глядя на Мэйнарда. — Помню, что они с Дагом по юности чудили, их пару раз арестовывали. Хочешь проверить отпечатки в базе?

— Да, Фред, — легко солгал на этот счёт Мэйнард. — Хочу удостовериться, что Лесли жива. А то, видишь как, она же отправила Дага на больничную койку.

— Да-а-а? — протянул Фред, крайне удивлённый. — Так это она была?.. Вот это неожиданное воскрешение из мёртвых. Но ведь труп-то тогда нашли и опознали. Как же так?

— Не бери в голову, Фред, — хлопнул его по плечу Мэйнард. — Это рутинная проверка. Знаешь, сколько рутины приходится делать, когда работаешь детективом?..

Фред довольно закивал, точно всё об этом знал, и Джонс наконец попрощался с ним. Ливень стал реже, воздух пах свежестью, кукурузные ростки устремлялись к нахмурившемуся тёмному небу. Мэйнард чувствовал себя так, точно весь мир удерживал за одну едва заметную ниточку. Но всё-таки… всё-таки удерживал.

* * *

#Прокачка_БМ

И это была Луна.

Трудное время для Мэйнарда, беспокойство и нестабильность. Беспорядок, ошибки, опасения, скандал, потеря иллюзий, но всё же сработавшая интуиция.

Глава 12

Мэйнард потребовал проверить бутылку как можно быстрее и теперь рассматривал результаты, не понимая, удача это или пустышка. На стекле остались три вида отпечатков. Одни принадлежали Фреду, вторые — Дагу. И был ещё частичный, всего от одного пальца — но его не нашлось в полицейской базе.

Если бы Лесли Купер действительно ожила, если бы Даг получил эту бутылку именно от неё, то она бы отыскалась и по частичному отпечатку. Но тот, кто держал джин, отличался довольно крупными ладонями, как заключила экспертиза. Несомненно мужскими ладонями. И был как будто бы чист перед полицией.

Мэйнард осознал, что ему требуется пойти с этим к Кейтлин. Нужно попросить у неё, чтобы отпечаток проверили по базе ФБР. Возможно, это очередная пустышка, как всё то, что он приносил прежде. Джонс уже смирился с такой мыслью, смирился — но всё равно верил, что нашёл нечто стоящее.

Конечно, когда он вошёл в кабинет, Кейтлин там не оказалось. Набрать её номер и объяснить всё, что случилось, по телефону, Мэйнард не посмел. В конце концов там она может просто бросить трубку, повторив, что он отстранён, что они справятся сами. И даже если у него действительно есть зацепка, он не сможет доказать ей ровным счётом ничего. Но Мэйнард знал, где агенты остановились, а потому направился в мотель.

Снова Хукерс-таун обнимала жара, и Мэйнард, решивший пройтись пешком и успокоить мысли, слишком скоро вспотел. Папка с отчётом мешалась в руках, и он, наверное, выглядел особенно жалко со стороны — бежит оправдываться перед женщиной. Однако почему-то всё это нисколько его не трогало. Так было с ним всего несколько раз, во времена обучения, когда он был прав — единственный среди всех, и пока остальные сомневались, преподаватель вдруг давал ответ, выделял его и говорил: «Только Джонс тут не подкачал». Вероятно, ему и сейчас требовалось это услышать, как бы глупо и странно это ни было.

Он уже десять раз прокрутил в голове, как будет объяснять Кейтлин суть, однако когда уточнил на ресепшн, в каком номере остановились ФБР-овцы, скучающая девица, Мэгги Дик, качнула головой.

— Да их тут нет сейчас, детектив, они собрались сегодня рано и пока не возвращались. Вот уже три или четыре дня такое. Если и бывают здесь, то только ночью, к тому ж по очереди, — она пожала плечами. — Ничем не могу помочь.

Мэйнард кивнул и вышел из мотеля под палящее солнце. Такое поведение указывало только на одно — агенты установили за кем-то наблюдение. За кем?.. Они действительно в шаге от того, чтобы закрыть дело?

Джонс растерянно вытащил смартфон, зажав папку подмышкой, набрал номер Кейтлин, мысленно приготовившись перезвонить сразу, как только она бросит трубку.

— Старший специальный агент Кейтлин Соммерберг, — ответил ему усталый голос.

— Это детектив Мэйнард, — выдохнул Джонс. — У меня… у меня кое-что есть.

— Что? Снова список подозреваемых? Или, быть может, вы задержали кого-то по подозрению в убийстве? — в интонациях почти не было яда, точно она и для этого слишком устала.

— Отпечатки, — отозвался Мэйнард, растеряв все заготовленные слова. — Позвольте объяснить…

— Я подъеду, — решила вдруг Кейтлин. — В участке и объясните.

Что-то проговорил и Майк, но Мэйнард не разобрал, и связь почти сразу же прервалась.

Не понимая, удача ему улыбнулась или, напротив, всё стало куда хуже, он отправился обратно в участок. Залитые солнцем обманчиво тихие улицы Хукерс-тауна словно пытались убедить его, что тут не может проживать убийца, что он не проходил по широким тротуарам, не заглядывал к Лу, не мог даже останавливаться в мотеле. Но в памяти Мэйнарда всплывали фотографии Вайноны, пустые глаза, которым он вдруг захотел пообещать, что обязательно — обязательно! — поймает ублюдка, который это сделал.

Когда он добрался до участка, Кейтлин стояла на крыльце с сигаретой. Он никогда прежде не видел её курящей, но, проследив за тем, как она затягивается, осознал, насколько ей шла эта черта. Удивительно, как он раньше не предположил, что она может…

— Детектив, — заметила Кейтлин, прервав его размышления. — Так что у вас есть?..

— Понимаю, что вы меня отстранили и я не должен был лезть в это дело, но… — он захотел расслабить воротник рубашки и чудом удержал себя от этого. Сейчас в нём не осталось ничего от прежней самоуверенности. Он всего лишь желал представить ей — профессионалу — возможную зацепку. И втайне мечтал, что она не посмеётся над ним в ответ. — Я был на ферме Фреда и… Это моё упущение, мне следовало проверить это первым делом… Но…

Кейтлин подалась вперёд и забрала у него папку, видимо, решив не слушать его сбивчивых объяснений. Она открыла отчёт и, хмурясь, просмотрела всё, даже слишком внимательно.

— Полагаете, это убийца дал Дагу Ирвингу бутылку?.. — спросила она, но не похоже было, что сейчас добавит что-то язвительное. — И оставил собственный отпечаток?..

— Фреду Даг сказал, что бутылку ему вручила его давняя любовь, Лесли Купер, — пояснил Мэйнард и, сообразив, что Кейтлин не может понять всех хитросплетений этого, тут же добавил: — Только Лесли Купер утонула много лет назад, отчего Ирвинг и начал пить.

— Кто-то замаскировался под Лесли? — моргнула Кейтлин. — Ого! Вот это уже интересно.

Мэйнард понятия не имел, почему именно это показалось ей таким интересным, но согласно кивнул. И указал:

— Эксперты считают, что третий отпечаток принадлежит мужчине.

— Да, да, — Кейтлин заметно воодушевилась. — Идём.

Они вошли в участок, и в кабинете Кейтлин направила запрос в базу ФБР. Мэйнард, ожидавший, что ощутит ликование, понял, что, кроме сильного волнения, не может чувствовать вообще ничего. Он сел за собственный стол, и Кейтлин смерила его чуть насмешливым взглядом.

Запрос обрабатывался, и тишина между ними затянулась. Вместо того чтобы завести разговор, Кейтлин поднялась и вышла, а вернулась с двумя пластиковыми стаканчиками. Дрянной кофе из автомата показался Мэйнарду жестом примирения.

Он сделал глоток первым, и тут Кейтлин, уже усевшаяся к своему ноутбуку, тихо выругалась:

— Чёрт возьми, это оно, Джонс!

— Оно? — отставил он стаканчик, потому что пальцы внезапно задрожали. Она впервые назвала его правильно, и это вряд ли означало, что он в чём-то ошибся.

— Этот мудак только раз просчитался и оставил отпечатки, — пояснила Кейтлин и усмехнулась хищно. — И нам чертовски повезло сейчас, потому что этот неполный, но всё же совпадает с тем, что у нас есть. А значит, Даг Ирвинг не ошибается.

— Разве Даг… что-то сказал? Или Лесли Купер действительно жива? — простодушно удивился Мэйнард. Кейтлин же смерила его взглядом и хмыкнула:

— Когда я думала, что вы заодно с убийцей, я точно ошибалась. Он ни за что не стал бы открываться такому, как вы, не в обиду будет сказано. Мэйнард, — она была удивительно мягка к нему сейчас. — Я не могу допустить вас к информации по этому делу и не собираюсь больше ничего говорить. Однако вы действительно существенно помогли сейчас и потому можете ещё поработать с делом своими методами.

— Но… но почему? — Джонс не понял, успех это или очередное поражение. Кейтлин пристально смотрела на него.

— Вы в опасности, Мэйнард, — пояснила она наконец. — Если дать вам больше, чем у вас есть сейчас, я не поручусь, что вы не окажетесь в больнице или на кладбище.

Ему должно было стать страшно, но вместо того наконец обрушилось ощущение триумфа. Кейтлин не только восстановила его, но и подчеркнула, что он оказался чрезвычайно близок к разгадке. И пусть у неё эта разгадка, похоже, была практически в руках, он, видимо, тоже мог её увидеть. Нужно было только поразмышлять получше.

— И пожалуйста, никаких арестов в обход ФБР, — добавила Кейтлин поднимаясь. — Договорились?..

Мэйнард кивнул, и впервые его мозг заработал с такой интенсивностью. Вычленил важные моменты, связал их между собой. Кейтлин уже вышла из кабинета, а Джонс потянулся к рабочему блокноту и выписал одно под другим:

«ФБР считали, что я пособник убийцы».

«За кем-то установлено наблюдение».

«Я в опасности».

«Нельзя разглашать информацию».

Всё это вместе давало только одно — предполагаемый преступник находился чрезвычайно близко к нему. Так близко, что… Мэйнард мог ему проговориться случайно, по-соседски. Или тот сам мог проникнуть в его дом.

Это кто-то из его соседей!

Мэйнард промокнул вспотевший лоб платком и уставился на свои записи. Перелистнув страницу блокнота, он принялся набрасывать список соседей.

* * *

Проблема с серийником, которого они так долго не могли изловить, была в том, что разрозненные улики по каждому из дел невозможно было сопоставить. Убийца оставлял хлебные крошки, которые только на первый взгляд открывали цельную картину. В суд с этим пойти было невозможно — любой адвокат защиты начисто разгромил бы обвинение. Даже с уверенностью подтвердить личность не удалось бы. Но бутылка, которую отыскал Мэйнард, кое-что меняла в этой стройной структуре. Как и обстоятельства, при которых она была получена. Кейтлин не могла до конца поверить, что ей на руки наконец-то пришёл хоть какой-то козырь.

И пусть пока что для суда это было всё тем же пустым местом, косвенными уликами, она уже знала, что в шаге от того, чтобы вцепиться в глотку преступнику. На этот раз они его всё-таки настигнут.

Хотелось позвонить Майку и сообщить ему сразу же, но Кейтлин заставила себя сдержаться и размышлять здраво. Она снова и снова прокручивала в голове новую информацию, пока добиралась до места, и в итоге придержала новость прямо до того самого момента, пока не села в машину к изрядно скучавшему напарнику.

За несколько дней наблюдения они ничего нового не узнали. Скучная размеренная жизнь, на которую им пришлось любоваться, ничем не выбивалась из нормы.

Но теперь всё могло измениться!

— Что там хотел от тебя этот… Джонс? — коротко взглянул в её сторону Майк, когда она устроилась на сиденье.

— Не поверишь, но на этот раз он нам здорово помог, — улыбнулась Кейтлин, скользнув взглядом по экрану. — Помнишь, у нас были отпечатки?..

— Которые нельзя было привязать к делу, потому что никто не поручился бы, что это отпечатки именно преступника? — Майк брезгливо сморщился. — Этот говнюк…

— Тише, — Кейтлин хмыкнула. — Теперь мы можем привязать их к делу.

— Как? — Майк удивлённо оглянулся на неё.

— Джонс обнаружил такие же на бутылке, которую некто передал Дагу Ирвингу и тому владельцу фермы, Фреду Тэйлору, в ночь убийства, — Кейтлин заметила, что Майк не выглядит убеждённым. — Тут есть одна деталь, которая тебе понравится, как понравилась и мне. Тебе ведь тоже кажется, что с этим наблюдением мы выглядим идиотами, да?

— Не без того, — признался Майк, бросив взгляд на аккуратный задний двор предполагаемого преступника. Камеры бесстрастно следили за всем, что там происходило, вот только не происходило ровным счётом ничего.

— По словам Дага, бутылку ему отдала Лесли Купер, уверена, это она была на той самой фотографии, которую мы видели в его фургоне, — Кейтлин пристально посмотрела на Майка. — Понимаешь, Лесли Купер много лет мертва.

— А ещё она женщина, а пальчики на стекле мужские? — продолжил Майк и потёр лоб. — Ух, ты права, ещё как нравится!

— Нужно залезть в дом, — кивнула Кейтлин. — На судебный ордер у нас пока ничего не наскреблось, но… ты же понимаешь, что нам позарез нужно убедиться. Нужно получить ещё один образец отпечатков, а ещё желательно и ДНК.

— По расписанию у нашего ОКР-щика скоро будет поездка в магазин, — воодушевился Майк. — Без проблем, Кейт, я это сделаю. Возьму всё.

— Только убедись, что там нет камер наблюдения. Этот мудак всегда был чрезмерно предусмотрительным, — собралась с мыслями Кейтлин. — Теперь нам нельзя, слышишь, нельзя облажаться. У нас появился шанс упаковать этого говнюка. Мы не должны его упустить.

— А что Джонс? — Майк коротко взглянул на него. — Ты же знаешь, в этом деле он человек ненадёжный. Он знает, на кого мы нацелились?

— Конечно, нет, — Кейтлин покачала головой. — Нет, не знает. Я сказала, что он в опасности. Он должен… посидеть тихо.

Майк хмыкнул, но ничего не добавил. Кейтлин сжала зубы. К сожалению, ей оставалось только надеяться, что Джонс не разрушит то, что с таким трудом удалось построить. Думать об этом сейчас было категорически нельзя!

— Майк, — сказала она. — Ты же хорошо понимаешь, что такое ОКР?..

— М? Ну да, — отвлёкся он от собственного рюкзака, который как раз проверял, прежде чем отправиться в дом.

— Сначала сфотографируй то, что собираешься трогать, — добавила Кейтлин. — И прежде чем уйти из дома, проверь каждую чёртову деталь, чтобы всё оставалось точно так же, как было до твоего прихода. Понял?..

Майк посерьёзнел и кивнул. О, они не могли облажаться сейчас.

* * *

#Прокачка_БМ

У нас Колесница с набором из триумфа, преодоленных испытаний, контроля, усилий, ведущих к успеху, и сильного характера.

Глава 13

Поначалу Мэйнард собирался вернуться домой пораньше. Пройтись по округе, оценивая соседские дома свежим взглядом. Он даже представил, как задаст пару ничего не значащих вопросов, которые внезапно помогут прояснить дело, дадут неопровержимые доказательства и помогут ему действительно одержать уверенную победу в этом расследовании.

Но довольно скоро его осенило — наблюдение. Установлено наблюдение, и его непринуждённая прогулка заставит Кейтлин снова сомневаться на его счёт. Он только помешает, как мешал прежде. Выставит себя идиотом, всё испортит.

Он посмотрел на список всех, кто жил с ним поблизости, и даже виски заломило от напряжения. На первый взгляд никто из его добрых знакомых не походил на убийцу, не подходил под чёртов профайл. Но Джонс не стал торопиться, не принялся вычёркивать имена. Всмотревшись в них, он вдруг ощутил очень неприятное чувство, как будто засосало под ложечкой.

И опять взялся за карандаш, дополняя список.

Если бы он остановился в этот миг, наверняка бы счёл, что сошёл с ума. А потому он не пытался ни о чём думать, просто вытаскивал из памяти все чёртовы имена! Одно за другим, пока не оказалось, что все взяты на карандаш.

А закончив, взглянул на часы и подумал, что возвращаться домой не имеет смысла. Он… не готов приехать и остановиться на подъездной дорожке, выйти из машины и оказаться в холодном прицеле камер. Но даже более того — он не готов выйти из машины и осознать в полной мере, как близко к нему убийца.

Намеренно близко. Не из-за стечения обстоятельств, а потому что так ему было удобнее.

Мэйнард поднялся с места, сунув блокнот в карман брюк, взглянул на пробковую доску, куда никто из них не добавил новые сведенья, и покинул кабинет. Неподалёку от участка находился ресторанчик Пегги Вайс. Джонс не бывал там, наверное, последние полгода. И этот вечер показался ему вполне подходящим, чтобы освежить память.

Или забыться, поглощая, несомненно, питательную, но, конечно же, вредную пищу.

Он оставил машину на парковке и отправился в ресторанчик пешком. Встречая знакомых по пути, вяло улыбался на «Добрый вечер», кивал, но в голове у него разозлённой пчелой гудела одна-единственная мысль.

Он просто старался как можно дольше не замечать её.

* * *

Ресторанчик стоял на углу двух улиц, панорамные окна превращали его в подобие террариума, и вечером, когда на Хукерс-таун опускались сумерки, это впечатление становилось ещё сильнее.

Джонс помедлил, прежде чем пересечь проезжую часть и толкнуть дверь, задевая тем самым подвешенные в проёме колокольчики. «У Пегги» встретил его оживлённой болтовнёй десятка посетителей, ароматами кофе и жареного мяса. Джонс занял место у окна, и вскоре к нему подскочила девочка-подросток в фартуке официантки.

— Что пожелаете? — спросила она, забыв, что сначала должна бы выдать меню. Мэйнард пожал плечами и предположил:

— Может, фирменное?.. Или… как там? Блюдо дня?

— Картофель по-фермерски, запечённое с грибами мясо, — продиктовала сама себе девчонка, и теперь Мэйнард рассмотрел её бэйдж. Мэг. Его заказ забрала Мэг. — Добавить салат? Кофе?

— Звучит отлично, — кивнул он, и Мэг унеслась.

Пошарив по карманам, Мэйнард вдруг обнаружил уже изрядно помятую фотографию Вайноны. Это была не та, где Вайнона таращилась на мир слепым взглядом, а снимок, который они получили вместе со скупой информацией о мисс Уиллер. На этом фото она была жива, жизнерадостна и улыбалась очень тепло.

Разгладив фотографию ладонью, Мэйнард принялся рассматривать её, точно Вайнона могла бы заговорить и развеять все его сомнения. Он так этим увлёкся, что не заметил, как вернулась Мэг с подносом, где уже исходил паром его слишком сытный ужин.

— Ух, — фыркнула она, выставляя тарелки и скосив глаза на помятое фото. — Красивая. Западаете на молоденьких? — и усмехнулась так понимающе, что Джонс попытался прикинуть, исполнилось ли ей хотя бы семнадцать.

— Это жертва убийства, — покачал головой он. Отчего возникло желание что-то объяснять, он сам не понял. Мэг же ошеломлённо уставилась на него, а потом осторожно зажала пустой поднос подмышкой и подняла фотографию со стола. Она всмотрелась в лицо Вайноны, и губы её беззвучно шевельнулись.

— Жертва убийства? — чуть позднее повторила она вслух, будто не верила. — А убийцу поймали?..

Мэйнард услышал в её голосе невысказанную просьбу. Мэг, дитя Хукерс-тауна, где ничего страшного никогда не случалось, безмолвно умоляла его не разрушать её спокойный мирок, пообещать, что рядом нет хищников в образе людей, убедить, что она может спокойно гулять допоздна и не бояться возвращаться со смены в ресторанчике «У Пегги» за полночь.

Он глубоко вздохнул и улыбнулся:

— Не волнуйся. Преступник у нас в руках. Он ответит за свои поступки по закону.

Мэг подмигнула ему, мгновенно расслабляясь:

— За счёт заведения, детектив, — и убежала в сторону кухни. Мэйнард взглянул на политый соусом картофель по-фермерски, и его замутило от собственной лжи.

* * *

Специальный агент Майк Беддингфилд нравился Кейтлин не только талантами в сфере информационных технологий и тем, что понимает её настроение и смеётся над её шутками, но и особенной педантичностью в выполнении поручений. Потому, когда он покинул автомобиль, чтобы заполучить отпечатки пальцев, она почти не волновалась об успехе. Почти — это не помешало ей напомнить про ОКР, конечно.

Поначалу всё шло действительно гладко. Майк прежде всего выяснил, не смотрит ли кто из соседей на улицу, нет ли поблизости ещё кого-нибудь, кто мог бы впоследствии сообщить объекту о незапланированных визитёрах. Затем он быстро справился с замком и вошёл в дом.

Кейтлин представила, как он осматривается в прихожей, где наверняка так чисто, что хочется снять обувь. Они приблизительно прояснили для себя планировку дома, и Майку следовало пройти на кухню. Отыскать там отпечатки не должно было оказаться сложным делом. Даже любимая чашка способна предать, верно? Они даже не обсуждали, это казалось само собой разумеющимся.

Однако очень скоро Майк позвонил, и Кейт ответила, переводя смартфон на громкую связь.

— Что такое? — с недоумением уточнила она, мельком посмотрев на экран ноутбука, чтобы удостовериться — Майк вовсе не закончил со своей задачей.

— Когда я думал про ОКР, я не предполагал, что всё так запущено, — озабоченным тоном отозвался Майк, как будто мгновенно очутившись с ней рядом. — На кухне такая чистота, будто бы тут никто не готовит. Ни тебе тарелки в раковине, ни стакана, ни чашки. Шкафчики — и те сияют чистыми стёклами.

— Ты только за этим звонишь? — Кейт мимолётно подумала, что Майк, похоже, заразился чем-то от Мэйнарда, раз внезапно оказался не способен самостоятельно принять решение, но её напарник мгновенно добавил:

— Согласись, люди вряд ли ставят еду в холодильник, надевая перед этим перчатки, — он как-то странно усмехнулся. — А здесь мало того, что всё в одинаковых пластиковых контейнерах, ни на одном нет отпечатков совсем! Могу поискать ещё, но, похоже, тратить время на кухню всё же не стоило.

— Забавно, — заключила Кейтлин, прижав к виску три пальца, будто могла так задавить головную боль, как раз в этот самый момент решившую распуститься под кожей. Глубоко вздохнув, она представила себя на кухне. Это было сложно, потому что Кейт никогда не находила у себя желания готовить, но всё же…

Допустим, мытьё посуды действительно стоило бы выполнять в перчатках, этот процесс по-настоящему омерзителен, даже когда заключается в необходимости составить тарелки и чашки в посудомойку. Готовка тоже могла бы показаться делом грязным, так что и тут перчатки помогли бы. Но поставить контейнеры с едой в холодильник, выбрать режим стиральной машины, открыть холодильник, наконец просто налить воды из чайника… Там она наверняка оставила собственные «пальчики». Но вряд ли Майк об этом не подумал.

— А мусорное ведро? — озвучила она догадку. В мусоре могли оказаться упаковки чего-либо. Что-то такое, что сохранило бы отпечаток специально для них!

Майк на некоторое время затих, очевидно, проверяя, а потом заключил:

— Видимо, объект не терпит мусора в доме в принципе. Там тоже чисто.

— Ручки межкомнатных дверей? — продолжила Кейтлин. — Ванная? Проверь все флаконы и, пожалуйста, не наследи. Справишься? — она всерьёз предположила, что придётся отправляться на помощь, но Майк проворчал:

— Ручки, похоже, протирает… Сейчас загляну, что тут в ванной. Но, знаешь, я тебе сейчас пришлю одну фотографию, которая заставит тебя серьёзно задуматься, — и на этот раз тон его голоса оказался несколько игривым, будто бы он заготовил шутку.

— Неужели? — Кейтлин хмыкнула, немного расслабившись. — Что там обнаружилась? Коллекция странных предметов с тел жертв прямо на стеллаже в коридоре?.. Было бы слишком хорошо для нас, верно?

— Ничего такого, — засмеялся Майк. — Так, мелочь, но наводит на размышления.

Кейтлин взглянула на экран смартфона и едва не спросила его, зачем было фотографировать унитаз. А потом кивнула своим мыслям и откинулась на спинку сиденья.

— А что, — продолжила она беседовать с Майком, — это тоже могло бы послужить косвенным доказательством. Но, конечно, мы не сможем приложить такую фотографию к делу.

— Увы, — подтвердил Майк. — У меня в руках уже пятый флакон, и на нём ничего. Похоже, их все протёрли. Нужно быть совсем двинутым, чтобы так поступать. Мне стало немного страшно, Кейт.

— Ты не имеешь права уйти ни с чем, — заметила Кейтлин почти меланхолично. — Так что возьми себя в руки и ищи, будь последователен и, пожалуйста, не оставляй нигде следов от порошка.

— Ищу, ищу, — вздохнул Майк, не прокомментировав больше ни одного её слова.

Кейтлин снова задумалась, вспоминая саму себя. Где бы она сама могла оставить отпечатки?.. А если бы страдала ОКР?.. Что можно было бы забыть вытереть?.. Майк должен был сначала убедиться, что отпечаток действительно есть на поверхности, и только после этого использовать порошок, иначе он сам оставил бы слишком много следов!

Внезапно разволновавшись, Кейтлин напомнила:

— Ты же внимателен?

— Я никогда прежде не был настолько внимателен, — огрызнулся Майк. Похоже, она уже его достала.

— Окей, не отвлекайся на меня больше, — вздохнула она и прикрыла глаза. Обычно отпечатки на месте преступления остаются потому, что преступник взволнован тем, что совершил, ошибся, позабыл о какой-то детали… Найти их бывает сложно, особенно когда речь о таких убийцах, как их теперешний подозреваемый. Но неужели он ни капли не расслабляется дома? Как он живёт, с какой тщательностью выстраивает свою маску, чтобы ничего не оставить?

Кейтлин коротко вздохнула. Она беспокоилась о камерах, но даже представить не могла, что человек способен скрупулёзно вытереть свои отпечатки с каждого грёбаного флакона в ванной. Как это вообще возможно?..

Или… Объект ждал их?

Вот теперь по спине Кейтлин сбежали мурашки. Действительно, он мог ждать их, а тогда они вряд ли что-то отыщут. Она едва не сказала это вслух, но в этот самый момент Майк вновь ожил, разбивая затянувшееся молчание:

— Здесь планшет у постели.

— Планшет? — повторила Кейтлин, ещё не сознавая до конца, что это может означать для них.

— Да, — голос Майка внезапно показался ей чрезвычайно довольным. — Вот где точно есть отпечатки.

В этот самый момент Кейтлин вдруг заметила автомобиль — одну из камер они позже поместили в самом начале улицы, откуда чаще всего приезжал их объект. Ехал тот медленно, однако это значило, что у Майка едва осталось время, чтобы убраться из дома.

— Майк, забирай планшет с собой и уходи через заднюю дверь и соседний участок, — быстро проговорила она. — Объект возвращается.

— Чёрт, — Майк мгновенно отключился, и Кейтлин всмотрелась в изображения с камер, чтобы убедиться — он сумеет разминуться с объектом.

Когда автомобиль остановился на подъездной дорожке, Майк как раз перемахнул через живую изгородь соседнего участка. Он буквально оказался в гостях у детектива Мэйнарда, вдруг осознала Кейт. И когда объект вставил ключ в замочную скважину, Майк сумел улизнуть и направился прочь, никем как будто бы незамеченный. Но Кейтлин увидела, что он всё же прокололся.

Объект на крыльце вынул ключ и огляделся. Хищное выражение, которое заметила Кейтлин, заставило её нахмуриться. Майк уходил слишком поспешно. Он просто не успел бы запереть входную дверь. И теперь их предполагаемый убийца знал, что в его доме кто-то был, потому что человек, который не забывает вытереть отпечатки с ручек межкомнатных дверей, не способен забыть запереть дверь входную.

* * *

#Прокачка_БМ

У нас перевернутое Солнце: успех, но с небольшим привкусом огорчения.

Глава 14

Мэйнард не раз замечал, что плотный обед положительно сказывается не только на его настроении, но и на способности подмечать взаимосвязи, без чего, конечно, невозможно раскрывать преступления. Картофель по-фермерски и мясо с грибами, пусть и приправленные угрызениями совести, заставили его опять вытащить многострадальный блокнот и просмотреть вынесенные в список имена.

Можно было сколько угодно отворачиваться от очевидного, но, допивая последний глоток лимонада с мятой, который ему предложила официантка, когда он покончил с кофе, Мэйнард всё же признал: лишь один человек из его соседей действительно соотносился с профайлом.

Нужно было, безусловно, сделать мысленное усилие, чтобы рассмотреть нюансы, но… Тут Мэйнард вспомнил про Шерлока Холмса. Когда он ещё учился, над ним часто посмеивались за любовь к этому произведению, а некоторые преподаватели прямо указывали, что работа с настоящими преступниками ничего общего с фантазиями Конан Дойля не имеет, однако… Джонс не собирался вычёркивать из памяти эти книги.

Конан Дойль устами Шерлока Холмса, как хорошо запомнил Мэйнард, говорил: «Отбросьте все невозможное, и то, что останется, будет ответом, каким бы невероятным он ни казался». Листок блокнота содержал этот самый невероятный ответ. Невероятный — но удивительным образом вписывающийся в картину.

Джонс словно стоял перед пазлом, в который достаточно было вложить один центральный элемент, чтобы наконец набор цветных пятен и линий приобрёл смысл.

Он мельком взглянул на круглые часы над входом, отставил стакан с горкой льда и прилипшими к нему мятными листиками, кивнул официантке Мэг и вышел на улицу. Пока он двигался к участку, где на парковке ждала его машина, картина выстраивалась всё полнее и приобретала объём.

Мэйнард снова испытал стыд, рассердился на себя, а затем почувствовал себя глупым, ничтожным и обречённым. Однако к тому моменту, когда сел за руль, все эти сменяющие друг друга эмоции отступили на задний план.

— Преступник фактически у нас в руках, Мэг, — пробормотал он. — У нас даже свидетель есть…

Мэйнард бросил задумчивый взгляд на смартфон, потому что жгучее желание немедленно узнать, как там себя чувствует Даг Ирвинг, на мгновение затопило его целиком. Но тут же схлынуло. Нет, не нужно, не стоит сейчас беспокоиться о таком.

Он поедет домой и не будет предпринимать никаких действий, пока не получит от Кейтлин какие-либо указания. Он достаточно — он чертовски сильно — помешал расследованию. И теперь нужно… нужно переждать.

К своему дому он подъехал уже в сумерках, а припарковав автомобиль на привычном месте, рассеянно бросил взгляд на соседний участок. И замер, совершенно забыв о том, что собирался не лезть на рожон.

В соседнем доме свет был включён и на первом, и на втором этаже. Маленький коттедж сиял, как на Рождество, но шторы при этом были плотно завешены. Мэйнард не мог вспомнить случая, когда бы такое происходило прежде. Исключением были только шторы в спальне второго этажа, которые, казалось, и вовсе не поднимались.

В соседнем доме явно происходило нечто… необычное.

И Мэйнард, забыв обо всём, потерявшись, точно был привлечённым голосом сирены моряком, пересёк стриженую лужайку, поднялся на крыльцо и постучал.

* * *

Кейтлин отослала Майка в лабораторию, а сама осталась наблюдать за домом. Объект заметно изменил поведение и, может быть, даже догадался о том, что по периметру расставлены камеры — иначе как было объяснить, что окна одно за другим оказались завешены шторами. Однако Кейт не могла позволить себе сорваться с места и организовать арест.

К сожалению, прямо сейчас у них не было оснований! Чёртовых оснований!

Они просто показались бы параноиками, возможно, ещё и стали бы объектом шуток, а преступник улизнул бы, как в прошлом делал это не раз. Кейтлин была уверена, что все эти… трансформации, дурацкий образ покойной Лесли Купер и прочее, всё это вместе — лишь ещё одна сцена в пьесе, ещё одна роль и маска, созданные специально для того, чтобы ФБР снова осталось не у дел.

Она вытащила пачку сигарет и закурила как раз в тот момент, когда у соседнего дома, часть подъездной дорожки которого попадала в обзор одной из камер, затормозила машина. Очень знакомая. И конечно, через мгновение появился и её владелец.

Кейтлин затянулась, продолжая смотреть.

Мэйнард Джонс остановился, рассеянно глядя на соседский коттедж. По очертаниям его фигуры, по тому, как он созерцал открывшийся вид, Кейтлин, даже не видя его лица, поняла, что кое-что упустила: не только ей стало ясно, что в доме происходит нечто странное. Джонс жил здесь, бок о бок с объектом, продолжительное время, и этот вечер наверняка отличался от любого другого.

— Нет-нет-нет, не ходи туда, нет, — забормотала она, и пепел с сигареты упал прямиком на клавиатуру ноутбука. — Нет, Джонс, твою мать!

Но Мэйнард Джонс её не слышал. Медленным шагом он пересёк лужайку и постучал в дверь. Догадывался ли он, к кому сейчас решил постучаться? Понимал ли в полной мере, что именно делает?..

Кейтлин понадеялась, что он не получит ответа. В конце концов, объект чрезвычайно занят и вряд ли мечтает о гостях. А может, даже лучше, если Мэйнарду откроют… но вовсе не по-дружески, не по-соседски, и они, в свою очередь, обретут основания для ареста. Она несколько мгновений надеялась непонятно на что, а потом дверь открылась и объект впустил Мэйнарда внутрь.

Смеркалось, темнота обволакивала освещённый изнутри, как товар на витрине в ночном магазине, дом. Кейтлин придавило к сиденью бессилием, она даже была не в силах набрать Майку и рассказать о том, что случилось.

Она ошиблась? Мэйнард всё же сотрудничает с убийцей? Пришёл предупредить?

Или в нём опять проснулось тупое геройство, и теперь он всё испортит?.. Этот вариант казался вероятнее, но не был лучше.

Впрочем, всё уже было испорчено, с самого начала. К делу невозможно так просто пристроить в качестве улики планшет, который они самовольно забрали у преступника. Пусть даже они трижды подтвердят свои подозрения, но перед судом они бессильны. Кейтлин выбросила прогоревшую до фильтра сигарету и с отвращением взглянула на себя в зеркало.

Это чёртово дело. Отвратительное дело, с самого начала глубоко внутри она чувствовала, что это подстава, провал. И всё равно взялась, как будто бы оно было ей по зубам. Чёртова самонадеянность.

Чем она отличается от Мэйнарда? Только лишь значком?

Кейтлин прикрыла на мгновение глаза, ей нужно было взбодриться, собраться, только это никак не получалось. В голове была звенящая пустота. Не приходило ни одного решения, совсем ничего. Никогда прежде она не ощущала себя настольно бесполезной.

* * *

Прождать ему пришлось совсем недолго.

— Добрый вечер, Мэйнард, — раздался знакомый голос, и бархатистые нотки в нём подействовали ровно так же, как обычно, вызвав приятные мурашки.

Вот только исчезли они слишком быстро. Джонс смотрел на того, кто открыл ему дверь, новыми глазами. Теперь множество мелких деталей перестали очаровывать загадочностью, манить видимым совершенством. Во всей своей совокупности они давали чертовски верный и абсолютно ужасающий ответ.

Мэйнард не подал вида, улыбнулся, даже усмехнулся:

— Да, добрый, наверное… — ему нужно было срочно найти подходящий повод, объяснить, какого чёрта он забыл на этом крыльце. И слова вырвались сами собой: — Меня, слышишь, отстранили. Чёртово тупое ФБР!

…Это имя он поначалу внёс в блокнот с большим сомнением. У него даже рука дрогнула, когда он выписывал фамилию. Впрочем, вряд ли и то, и другое настоящие.

Вряд ли тут что-то было настоящим хоть когда-нибудь. Он всё это время смотрел на фальшивое лицо, говорил с чужой маской, уверенный, что обрёл прекрасного собеседника, такого чуткого и понимающего.

— Отстранили? — фальшью было это наигранное удивление. Мэйнард был готов биться об заклад, что сейчас перед ним старательно выстроенный образ, на который он ловился, точно рыба на блесну. Теперь-то он видел, теперь-то он прозрел. Ему никогда не доверяли, не сочувствовали, не принимали всерьёз, лишь использовали как источник информации, один из многих, да?

Его препарировали и анализировали с той же тщательностью, с которой Вайнона была приколочена к чёртовому кресту.

— Ага, — рассеянно кивнул он, опёрся плечом о косяк, не торопясь уходить, не спеша напрашиваться на ужин. Он постарался выглядеть максимально естественно, совершенно обычно. Как сосед, который заглянул после работы, потому что у него выдался дерьмовый день. — Представляешь себе? Сказали, что я в этом деле ничего не смыслю. У тебя не найдётся чего-то выпить? Хотел отпраздновать свой временный отпуск, — и тут он словно спохватился, будто бы только в этот момент заметил, что вечер чем-то отличается от остальных: — Или, может, я не вовремя? Такое ощущение, что у тебя тоже что-то случилось?..

— Да что у меня может случиться? — игриво отмахнулись от него. Такой знакомый жест, такая мучительно приятная полуулыбка. — Если бы не ты, от скуки вовсе можно было бы умереть.

— Мне кажется, ты куда-то собираешься? — Мэйнард краем глаза заметил уголок чёрной дорожной сумки. И конечно, его взгляд тут же отследили. Однако в чужом лице, прежде казавшемся ему привлекательным, не мелькнуло ничего странного. И улыбка не изменилась.

— А, видишь ли, хочется прокатиться… Тут неподалёку есть кемпинг, можно остановиться, отдохнуть от забот, насладиться природой.

Кемпинг, значит?.. То есть ФБРовцы что-то сделали не так и преступник сорвался с крючка. Мэйнард ощутил себя совершенно беспомощным. Он не мог остановить происходящее, он ничего не мог сделать!

— Хм… послушай, — он потянул с головы шляпу, неловко смял её в руках. Сердце билось неровно, Мэйнард ни в чём не был уверен. Но всё же нельзя было не рискнуть. — Давно хотел пригласить на свидание, понимаешь?.. Ну… мы живём рядом и, кажется, симпатизируем друг другу, нет?..

Он призвал на помощь всё своё воображение, он вспомнил церковь в воскресенье, он…

— Послушай, Мэнди, — продолжал он, внезапно вдохновившись, пусть и не получил никакого ответа, — я давно смотрю на тебя и любуюсь. Немногие женщины умеют быть такими… Ты прекрасная хозяйка, всегда замечательно выглядишь, и даже сейчас, пусть у тебя выбилась прядка волос, кажется, что только из салона красоты вышла. Может, я тебе не подхожу, верно? Что с меня, старого холостяка, взять? Но всё-таки, возможно, у нас что-то получилось бы, а?.. Ты говоришь, что едешь в кемпинг, а у меня ведь тоже вынужденные выходные. Поехали вместе?

— Вместе? — Мэнди Макгауэр смотрела на него, чуть прищурившись. Она действительно выглядела немного растрёпаннее обычного, однако макияж её был всё так же идеален, а одежда прекрасно подобрана. В её доме, несмотря на поспешные сборы, сохранялся порядок. Возможно, поставь она сумки немного в сторону — и он бы даже не заметил их. — Вместе? — повторила Мэнди. — А что, Мэйнард, ты давно мне нравишься, ты видный мужчина, хоть и простак во многом.

Она улыбнулась опять, но Мэйнард не обманулся, он видел, что глаза её холодные и расчётливые. А главное, он понимал, он чётко считывал, что на самом деле Мэнди уже сейчас размышляет, как и когда его убить. Вот только здесь это делать она точно не будет.

Что она ещё поняла? В чём ошиблись ФБР-овцы? На чём она их поймала?..

Пять с половиной футов, вдруг вспомнил Мэйнард, чёртовы пять с половиной футов. Он всегда считал, что для женщины это высокий рост, а для мужчины — недостаточный. Он смотрел в идеально накрашенное лицо Мэнди, которое совсем недавно так его притягивало, и понимал, что эти пять с половиной футов — не так мало, когда ты уже знаешь, на что способен человек подобного роста.

— И сколько тебе нужно, чтобы собраться? — уточнила Мэнди, приблизившись и коснувшись его лица прохладными пальцами. Мэйнард вздрогнул, но тут же улыбнулся. Он поймал чужую руку за запястье и, пусть для этого пришлось приложить немалые усилия, поцеловал кончики пальцев.

— Немного, — сказал он чуть тише. — Фактически и десяти минут хватит.

Что ему было складывать в сумку, если он чувствовал, что это — последняя поездка в его жизни?.. Да и зубную щётку брать не стоило, верно?

«Он у нас в руках, Мэг», — пронеслось в голове. Мэйнард решил вдруг, что его убийство не должно оказаться идеальным, нет. Он заставит оставить столько улик, что ФБР, которые наверняка сообразят пуститься в погоню, сумеют поймать Мэнди. Разберутся во всём.

Он не солгал маленькой официантке. В Хукерс-тауне будет всё так же спокойно!

— Я тут подумала, что будет лучше, если мы поедем на твоей машине, — добавила Мэнди.

— Отличная мысль, — кивнул он, соглашаясь больше с собой, чем с ней. — Так и сделаем.

#Прокачка_БМ

У нас перевернутая Сила: разрушительная сила, преступление, бессилие, провал, обман и прочее.

Глава 15

Кейтлин усилием воли заставила себя оставаться на месте. Не то чтобы она надеялась на здравый смысл провинциального детектива Мэйнарда Джонса, но всё же предчувствие говорило ей, что дёргаться всё равно не имеет смысла. Она должна была присутствовать незримым наблюдателем, чтобы трезво оценить ситуацию и разобраться в ней до конца.

Некоторое время Джонс говорил с объектом, опираясь плечом о косяк, как будто бы его не хотели впускать в дом. Казалось, это обычная соседская беседа в конце тяжёлого рабочего дня. Ничего из ряда вон, в маленьких городках люди в принципе общались намного теснее, чем привыкла Кейтлин. Однако она не знала, всегда ли Мэйнард и Мэнди разговаривали вот так задушевно, изменилось ли хоть что-то в их поведении, а картинка без звука не давала полного представления о теме их разговора.

Впрочем, неужели Джонс настолько недалёкий, чтобы, сотрудничая с преступником, открыть это перед камерами? Он ведь не может не понимать, что за ними наблюдают, верно?..

Внезапно Мэйнард неловким жестом стянул с головы шляпу и принялся комкать её в руках. Ну, точно школьник-переросток, который пришёл признаться своей пассии. Кейт нахмурилась, просчитывая подобный вариант. Тот, кого они не могли изловить так долго, родился мужчиной. А судя по красноречивой фотографии, что ей сбросил Майк, мужчиной и оставался даже сейчас, несмотря на прекрасный фасад. Спрятаться под маской Мэнди-как-её-там было близко к гениальному. Однако своих привычек при этом убийца фактически не изменил. Невозможно, поменяв внешность, убрать ОКР в коробочку, верно?

Как не получилось с миловидным личиком, спрятанным под тонной косметики, заполучить новые отпечатки и иную форму ладоней.

Мэйнард Джонс вполне мог всерьёз интересоваться соседкой средних лет, которая так тщательно следит за собой и за домом. Прекрасная бы вышла жена, если бы не убивала молодых девушек, подвешивая их на кресты или располагая в яслях в позе мадонны. И хорошо ещё, что не добавляя к ним младенцев.

Насколько велика вероятность, что Мэйнард не осознал, за кем именно ФБР установила слежку? Возможно ли, что сейчас он на самом деле решил заняться личным фронтом, забыв о расследовании? Разве она не говорила ему, что больше не станет привлекать его к делу? Вероятно ли, что её слова об опасности подтолкнули Джонса к тому, чтобы сделать первый шаг к женщине, которая ему нравилась? В конце концов, разве из него не выплёскивалось это дурацкое желание завести отношения? От липких взглядов Кейтлин всерьёз устала.

Неотрывно следя за экраном, она даже вздрогнула, когда услышала входящий звонок. Мелодия сразу же подсказала, кто это, так что ответила она, не глядя и сразу же переводя телефон в режим громкой связи.

— В чём дело, Майк?

— Я смог войти, — отозвался тот, сразу же переходя к сути. — Очень интересная информация, знаешь. Я тут уже кое-что уточнил и навёл нужные справки. В планшете схема приёма гормональных препаратов для перехода… Ну, ты понимаешь.

— То есть он не просто так решил загримироваться, но ещё и собирается всерьёз стать женщиной? Неожиданно, — прокомментировала Кейтлин, мгновенно ухватив суть. — Возможно, у него есть психологические проблемы с самовосприятием, а… Впрочем, я не хочу лезть в это, пусть потом психологи разбираются. Ещё что-то столь же любопытное?

— О, тебе понравится. У объекта запись на плановую маммопластику в Майами, — Майк хмыкнул. — Доктор Эри Крау ждёт пациентку уже в следующем месяце.

— Ничего не говорит это имя, — Кейтлин потёрла наливающийся болью висок. — Никогда не интересовалась ничем подобным. Меня устраивает мой размер. А вот то, что в следующем месяце, наводит на размышления, похоже, кое-кто решил, что сбросит нас с хвоста за это время.

— Как скучно, Кейт, — рассмеялся Майк. — Довольна своим размером? Эри Крау сейчас самый востребованный пластический хирург во Флориде. Объект, похоже, падок на рекламу, вот и выбрал его. А в остальном ты, конечно, права.

— Скорее, объект оценил качество работы, — сухо поправила Кейт. — ОКР бы не позволил ему выбрать кого-то, не столь же кропотливого. Всё же это не клининговый сервис, а работа с его собственным телом. Прямо скажем, этот самый Эри Крау мог бы использовать такое в рекламе…

Тем временем Мэйнард всё так же торчал на крыльце. Внезапно он чуть переступил, и камера наконец уловила объект. Мэнди-не-Мэнди приблизилась и коснулась лица Джонса, а тот улыбнулся. Однако даже отсюда Кейт видела, что он чересчур напряжён для пылкого любовника. Несмотря на то, что Мэйнард поцеловал кончики пальцев, как будто бы тронут согласием до глубины души, Кейтлин всё же признала — он играет.

Решился на рискованный шаг, осознав, что объект пытается уйти? Тут уж и самый глупый детектив сложил бы два и два, если бы знал, что следят за его соседями, и обнаружил бы, что один из них спешно собирает вещи.

— Что ты за чёртов дурак? — выругалась Кейтлин, разобравшись в действиях Мэйнарда и совершенно забыв, что ещё не отключила телефон. Майк тут же оживился:

— Это ты мне, или у тебя там что-то происходит? Я что-то сделал не так? Работа продолжается, если что.

— Что-то происходит, — подтвердила Кейт, усилием воли успокаиваясь. — Знаешь, разбирайся дальше с этим планшетом и уж постарайся обнаружить что-то такое, чтобы это сошло за улику в суде. А мне… мне придётся продолжить наблюдение.

— Эй, что-то это странно звучит, что там ещё случилось? — Майк наверняка сообразил, что ситуация резко изменилась. Кейт нехотя созналась:

— Объект уезжает, — и потянулась за сигаретой. В пачке это была последняя, но, кажется, в бардачке она видела ещё пару пачек. Можно продержаться.

— Значит, я должен быть там, с тобой, — всполошился Майк. — Планшет у нас и никуда не денется. Его даже можно передать местным специалистам, они что-то да нароют. Мы напарники, Кейт, в конце концов!

— Я справлюсь, — не чувствуя никакой уверенности сказала она. Но голос тем не менее звучал вполне убедительно. — К тому же мне поможет детектив Джонс.

— Да что ты говоришь?! — Майк вспылил. — Кейт, пожалуйста, никакой неосмотрительности, может, вызвать подмогу? Эй, ну?

— Нет, мы не можем пока предъявить ему хоть что-то, — оборвала его Кейт. — Менять пол, знаешь ли, не преступление. У нас ничего нет, пока нет, — она глубоко вздохнула. — Но всё сложится хорошо, слышишь? Успокойся и работай, это приказ.

Она отключилась прежде, чем Майк нашёл, как ей возразить, и откинулась на спинку водительского кресла, меланхолично глядя на то, как Мэнди-не-Мэнди сгружает сумки в машину Мэйнарда. С одной стороны, это успокаивало — объект так и не понял, что за домом установлено видеонаблюдение и прямо сейчас за его действиями следят. С другой — любому было бы очевидно, что детективу Джонсу вынесен приговор. Мэнди-не-Мэнди просчитал, что его автомобиль тут же вычислят, и выбрал тот, на который в данной ситуации не сразу падёт подозрение.

Кейт лишь надеялась, что и самому Мэйнарду это столь же очевидно. Что он понимает, к чему всё идёт.

— Ты же всё-таки не настолько туп, как я подозревала? — пробормотала Кейт, обнаружив, что тревожится за Джонса так, будто бы они на самом деле друзья. — Ты ведь оценил риск?..

* * *

Мэйнарду прежде не приходилось так близко общаться с убийцами. Он не знал, что делать и как себя вести, но надеялся, что сообразит по ходу дела. Пока что они мило переговаривались, и если бы не до головной боли доводящая мысль о том, что Мэнди вовсе не женщина, это можно было счесть за прорыв в личных отношениях.

Они собрались очень быстро. Мэйнард, прежде чем сесть в машину, огляделся, точно пытаясь вычислить, где же находятся камеры, но ничего такого не заметил. Однако он предпочёл доверять ФБР, доверять лично Кейтлин. Наверняка она сообразит, что происходит и… направится следом, да?..

Мэйнард замечал, какие странные взгляды кидает на него Мэнди, и в какой-то миг осознал до боли логичное: она, точнее, он, убийца, составлял в голове план нового преступления. Только на этот раз жертвой будет сам Джонс. Интересно, думала ли о чём-то подобном Вайнона, когда садилась в машину? И почему она согласилась поехать с Мэнди?..

— Будет лучше, если ты сядешь за руль, — предложил он. Мэнди коротко взглянула на него. Мэйнард терялся, как её… его воспринимать. И не мог отделаться от мысли, что и сейчас видит привлекательную женщину, а не мужчину в женской одежде. — Я ведь не знаю дороги.

— Конечно, — согласилась Мэнди, что-то обдумав. — Я поведу. Как раз отдохнёшь от своих ФБР-овцев, — взгляд её был настороженно-сосредоточенным, но Мэйнард глупо усмехнулся и закивал:

— Точно, достали — сил нет. Я столько раз говорил, что искать убийцу среди местных — дело бесполезное. Наверняка этот залётный красавчик уже куда-то смылся, верно? — он сел в машину, и Мэнди устроилась на водительском сиденье, тут же вставляя ключ.

— Да-да, верно, — пробормотала она, и Джонс промотал в голове всю свою фразу, пытаясь понять, не было ли в ней чего-то, что заставило бы Мэнди его заподозрить. С другой стороны, его собирались убрать в любом случае, глупо было бы надеяться, что это не так.

У Джонса вспотели ладони. Да, Кейтлин предупреждала, что ему грозит опасность. Какого же чёрта он сел в машину с убийцей?! Это противоречит всяким доводам рассудка!

Он вытащил смартфон и уставился на экран, пытаясь осознать, что собирается с ним делать. Позвать на помощь? Какая глупость!

— М? Кому-то звонишь? — непринуждённо уточнила Мэнди, прожигая его подозрительным взглядом.

— Напротив! — хмыкнул он, надеясь, что получилось естественно. — Отключаю его. Раз уж меня отстранили, то нечего и звонить, верно?.. Хочу отдохнуть так, чтобы никто не беспокоил.

Мэнди как раз отвлеклась на поворот, и Мэйнард включил диктофон, а смартфон сунул в карман. Откинувшись на спинку сиденья, он заметил, постаравшись придать голосу расслабленную и даже удовлетворённую интонацию:

— Так гораздо лучше. Если точно знаешь, что никто не станет звонить.

Мэнди хрипло рассмеялась и вдавила педаль газа в пол. Она почти превысила скорость, но — только почти, будто балансировала на грани. И Джонс с ужасом осознал почему — он ездил очень аккуратно, чтобы не допускать нарушений, потому что представлял полицию. И было бы слишком странно, если бы дорожная камера зафиксировала превышение скорости. Его действительно собирались убить, да ещё, похоже, представить это… как несчастный случай?

Мэнди не собиралась, не собирался сотворить из него картину, как из Вайноны, а всего лишь решил уничтожить препятствие, которое вмешалось в его идеально распланированную жизнь.

Даже дыхание на мгновение перехватило.

Как это будет? Когда это случится?.. Что он успеет почувствовать и осознать?

И почему прямо сейчас он думает, что не защитит себя, почему вдруг смерть представляется ему чем-то неизбежным?..

Зачем он включил диктофон?..

Кашлянув, Джонс скосил глаза на Мэнди и спросил:

— А что, вот, допустим, я сделаю тебе предложение… Ты хочешь детей? — Мэнди заметно нахмурилась, как будто бы эта тема сбивала её с мыслей. Или — действительно сбивала?.. Мэйнард продолжал: — Мне всегда хотелось детей, мальчика и девочку. Но, конечно, достаточно и одного. Но всё же чтобы это был свой ребёнок, понимаешь? Не какой-то там приёмный.

— А если такого не случится, то что же? — буркнула Мэнди слишком нервно.

— Ну, наверное, я буду разочарован, — пожал плечами Мэйнард. — Сильно разочарован, но это, безусловно, не твоя вина. Это… мои собственные проблемы. Но лучше никакого, чем чужой. Или ты из приёмных детей, потому так остро реагируешь? Ты вообще любишь детей?..

Разговор явно не нравился Мэнди. Возможно, мешал выстраивать идеальное убийство, а может, сама тема была болезненной. В конце концов, что Мэйнард мог понимать в мужчинах, которые одеваются в женское и наносят макияж? Но интонации Мэнди, да и сами жесты сильно изменились.

— Не люблю детей, — раздалось в ответ.

— О, ну вот, — Мэйнард развёл руками. — Ладно, это правда не тема для ссоры. Прости, я думал, что все женщины любят детей.

— Не все, — фыркнула Мэнди, резко сворачивая с основной дороги. Никакой таблички кемпинга тут не было, и Джонс нашёл нужным уточнить:

— Разве не должно быть указателя? Мы правильно свернули?..

— Я знаю, куда еду, — Мэнди зло глянула на него. — С чего ты вообще заговорил о детях?

— Ну, кажется, мы пытаемся перейти на новый этап отношений? — Мэйнард понадеялся, что сыграл достаточно убедительно. — Думаешь, я не способен удовлетворить тебя в постели?

— Новый этап, да, конечно. А насчёт постели… Тут и проверим? — голос Мэнди был далёк от того воркующего тона, которым она обычно разговаривала с Джонсом. Не было больше никаких ласкающих интонаций, от которых кровь бурлила в жилах. И взгляд не предвещал ничего хорошего.

Но Мэйнард сделал вид, что ничего такого не заметил. Рядом с ним сидела его смерть, и он должен был сделать только одно: позволить ФБР поймать эту смерть за руку. Даже если с ним самим всё будет кончено.

«А ребёнок — не такая плохая идея всё же, — подумал он. — Жаль, что прежде ни с кем не вышло. Ничего после меня не осталось».

Машина остановилась в тени деревьев.

* * *

#Прокачка_БМ

У нас перевёрнутая Императрица.

Не буду шутить, что она перевернулась и оказалась Императором. В комплекте ссоры и разногласия, конфликты между мужчиной и женщиной. Затруднения в принятии решений, угасание чувств и утрата силы. И незащищённость… и много чего ещё).

Глава 16

Имя первой девушки глубоко врезалось в память Мэйнарда — Ариана. Вместе с родителями она приехала из Флориды и оказалась самой яркой в школе. За ней многие пытались приударить, но Ариана отказывалась от свиданий, как будто была полностью сосредоточена на учёбе. Мэйнард выбрал тогда позицию выжидания — а на деле просто трусил получить отказ, как все остальные. Своей машины у него на тот момент не было, он работал не потому, что хотел больше карманных денег, а чтобы помочь матери-алкоголичке сводить концы с концами после того, как отец их наконец бросил. Ариана была для него девушкой из другого мира, почти инопланетянкой.

Однажды, когда он убирал столы в конце смены, Ариана вошла в забегаловку, но ничего не заказала, просто уселась в углу за самый загаженный столик. Мэйнард поспешил подойти, чтобы собрать картонные упаковки, обёртки от бургеров, пластиковые стаканчики на поднос и унести прочь, прежде чем администратор заметит и выскажется по поводу его нерасторопности. Но едва он подошёл, как она сказала:

— Вижу, как ты целыми днями смотришь на меня, но на свидание не позвал ни разу, почему?..

Джонс замялся, опустил взгляд, но всё же признался ей со всей честностью и прямотой, на которую способен шестнадцатилетний подросток:

— Ты ведь всё равно не станешь встречаться с таким, как я.

— А какой ты?.. — она смотрела на него из-под разноцветной чёлки — учителя в школе каждый день начинали с недовольного ворчания по поводу её слишком вызывающего внешнего вида, и Мэйнард внутренне замирал от восторга: Ариана только нахально улыбалась ярко накрашенными губами в ответ.

— Слишком обычный? — предположил он. Ему не приходило в голову даже представить их вместе.

— М, да?.. — она поднялась и вдруг опустила ему на плечо ладонь. — Ну что же, слишком обычный Мэйнард Джонс, я жду тебя на парковке. Идёт?..

— Идёт, — опешил он, внезапно понимая, что она помнит его имя.

Ариана действительно ждала его, а когда он сел в машину, вырулила с парковки, увозя его куда-то за пределы городских огней. Мэйнард не знал, о чём говорить, лишь промямлил что-то о том, как Ариана нравится ему. В ответ она фыркнула и прибавила газу.

Машина остановилась под деревьями, там, где от трассы отходила небольшая дорога. Октябрьская ночь была тёплой, воздух пах пряно и как-то запретно, а Ариана, откинувшись на спинку водительского сиденья, сказала:

— Знаешь, почему мы покинули Флориду?.. Я залетела. Пришлось делать аборт, и родители решили, что меня нужно увезти подальше от пересудов, — Ариана усмехнулась и полезла в бардачок. — Так что наденешь его, — и выудила шуршащий запаянный квадратик презерватива, — без разговоров.

Мэйнард думал, что она позволит себя только поцеловать. У него не было никакого опыта, а все представления о сексе он почерпнул из пары кассет с порно и нескольких засмотренных до заломов на страницах журналов. Но Ариана оказалась настроена куда решительнее, и это возбудило его до предела.

Он выполнял всё, что она говорила, касался так, как она приказывала, разве что кончил быстрее, чем ей хотелось. Однако, посмеявшись, она объяснила, что ещё он может сделать, чтобы ей было так же хорошо.

После она закурила и ленивым тоном рассказала, что ей нравится секс, но она не доверяет не девственникам. Не желает быть в чьём-то списке, а любит составлять списки сама. Мэйнарда это устраивало, и они начали встречаться дважды в неделю. В конце декабря, под самое Рождество, родители Арианы сообразили, что происходит, и снова увезли её…

После у Мэйнарда были другие женщины. С кем-то получалось удачно, с кем-то — не очень. Кто-то динамил его, кого-то он бросал. Но Ариану забыть он так и не смог. И ему всегда втайне хотелось, чтобы женщина взяла над ним контроль, как в тот раз, руководила им, позволила бы получить удовольствие. Точно знала бы, что ему нужно и чего хочет она сама.

Он никому и никогда не признался бы в том, что этого жаждет.

* * *

Машина остановилась в тени деревьев. Звука трассы здесь почти не было слышно.

Мэйнард замер, как замирают животные в надежде, что хищник пройдёт мимо и не заметит их. Даже всё тело налилось непонятной тяжестью. Страх это был или осознание неизбежности?..

Мэнди, сощурившись, посмотрела на него, вдруг поймала за подбородок и поцеловала.

Для Джонса это оказалось невероятной встряской. Он думал, что убийца оставил свою игру, что они перешли к финальному акту, но тогда поцелуй не вписывался в картину. А если это не так, тогда он должен был… ответить?

Несмотря на то, что он прекрасно понимал теперь — Мэнди не такая, как ему представлялось, это решительное действие заставило его испытать что-то, крайне схожее с возбуждением. От самого себя Мэйнарду в ту же секунду стало тошно, и потому поцелуй всё же вышел неловким и смазанным, как будто бы Джонс занимался этим впервые.

— Для пылкого влюблённого ты как-то чересчур скован, Мэйнард, — заметила холодным тоном Мэнди. — Что такое?..

Мысли превратились в вязкую кашу, Мэйнард не понимал, что ему делать и говорить. На ум пришло только неуклюжее:

— Знаешь, привык… к комфорту, — он выдохнул, и в тот же момент Мэнди оседлала его колени. Совсем как когда-то это сделала Ариана. Резкое и решительное движение, от которого в прошлом у него мурашки сбежали по позвоночнику, словно электрический ток.

Сегодня они тоже появились — это желание оттолкнуть оказалось настолько сильным, что Джонс едва заставил себя не шевелиться вовсе, обратиться статуей.

Ирония судьбы, верно? Красивая женщина на его коленях, жаждущая и страстная, — на самом деле убийца и вряд ли желает сделать ему приятно.

— Ты так меня достал, Мэйнард, — вдруг проговорила Мэнди, и тяжёлые и крупные ладони сомкнулись на его шее. Он беспомощно всплеснул руками, но в нём внезапно словно не осталось никаких сил вообще!

Он ждал, что это произойдёт, с того самого момента, как они остановились. Вот только не как ждут, чтобы освободиться и вовремя среагировать. Не как те, кто желает выжить любой ценой. В нём что-то мгновенно сломалось, он стал мягким и покорным, и пальцы сдавливали шею всё сильнее.

— Ужасно меня достал! — в изменившемся разом голосе звучали стальные ноты. — Такого тупорогого детектива я не встречал за всю свою жизнь, а знаешь, приходится сталкиваться со всякими, когда следишь за тем, как расследуют убийства, которые совершаешь.

Мэйнард всё же вцепился Мэнди-не-Мэнди в руки, но его усилий было недостаточно, чтобы освободиться.

— Ты даже не стараешься, — услышал он. — Вайнона расцарапала мне руки, когда осознала, что в напиток что-то подмешано. Хотела глаза выцарапать тоже. Хорошо, что снотворное действует быстро. Или ты не хочешь жить, Мэйнард?.. Может, давно догадался и решил вот так вот совершить суицид? Твоя никчёмная жизнь в конец тебя заебала?

Джонс не понимал собственного тела, в котором то возникали ощущения, похожие на возбуждение, то свинцовой тяжестью разливался страх. Одно ему было ясно — прямо сейчас ему уже не хватает воздуха, а скоро он и вовсе задохнётся. И никакого желания сопротивляться.

Перед глазами потемнело, но он слышал, что убийца говорит что-то ещё, кажется, сравнивает его не только с Вайноной. Звуки распадались, не собираясь в слова, имена, даты, города — что всё это было?

Мэйнард ничего не мог понять, он будто бы падал в глубокую яму, задыхаясь, бесконечно задыхаясь.

* * *

Кейтлин пришлось дважды превысить скорость, чтобы пристроиться за машиной Мэйнарда на подходящем для слежки расстоянии. Она отбросила все посторонние мысли и сосредоточилась только на том, что преследует преступника, обязана во что бы то ни стало успеть предотвратить новое убийство.

Она была крайне внимательна, хоть ночь вовсе ей не помогала, однако всё равно пропустила тот момент, когда автомобиль впереди исчез. Резко развернувшись, презрев всякие правила, отчего сразу несколько водителей нажали на гудки, Кейтлин, сильно замедлилась и поехала в обратном направлении, пристально всматриваясь в обочины. Наконец она заметила ничем не примечательный поворот. Ну конечно, преступник свернул с основной трассы!

Хочет разделаться с Джонсом как можно скорее.

Кейтлин свернула туда же, и довольно скоро свет фар выхватил припаркованную машину. В ней впереди находилось двое. Если бы Кейт не знала точно, кто именно там, наверняка проехала бы мимо. Как многие другие водители, как большая часть полицейских.

Уединённое узкое шоссе вряд ли использовалось часто, так что все закрыли бы глаза на нарушение общественного порядка. Подумаешь, парочке вздумалось заняться сексом! Может, ищут острых впечатлений, а может, изменяют кому-то и выбрали местечко, где не будет лишних глаз и острых языков. А возможно, и вовсе подростки, впервые решившие познать эту сторону жизни.

Кто угодно отвёл бы глаза, не стал бы вмешиваться в чужую личную жизнь. Такой удачный ход! Кейтлин обязательно оценила бы, если бы волнение в ней не переходило все мыслимые и немыслимые границы.

Она не стала глушить мотор, выхватила пистолет и вышла из салона. Она не собиралась окликать или делать предупредительный выстрел. Ей нужно было убедиться, увидеть своими глазами, что Мэнди-не-Мэнди прямо сейчас пытается убить Мэйнарда Джонса. Нужно было хотя бы попытаться спасти ему жизнь! Потому она рванулась к припаркованной машине, забыв обо всём.

И тут дверь со стороны водителя открылась, вёрткая тень скользнула прямиком в подходящие к самой дороге заросли. Кейт бросилась следом и окунулась в ночную мглу, как будто макнулась в чернила. Резкий перепад освещения ослепил её, дезориентировал. Только треск где-то впереди подсказывал, что преступник удаляется.

Заросли оказались густыми и колючими, Кейтлин, попытавшись бежать следом, производила столько шума, что скоро перестала понимать, где может находиться убийца. Возможно, он даже затаился за деревом в шаге от неё, она всё равно не смогла бы отыскать его в чёртовой тьме среди всех этих ветвей.

В душе всколыхнулась отчаянная ярость. Кейт не собиралась упускать его просто так, не могла дать шанс сбежать. Как далеко они от города? Куда тот может направиться? Бросится к трассе, чтобы попробовать остановить кого-то, расскажет слезливую историю, чтобы сердобольный дальнобойщик взял в салон и увёз прочь от Хукерс-тауна женщину, которую только что пытались изнасиловать в лесу?..

Кейтлин замерла, осматриваясь. Внезапно глухое и ровное бормотание брошенного на шоссе позади автомобиля изменилось, как будто кто-то вдавил педаль газа.

Кейтлин от неожиданности оступилась и тут же подвернула ногу на лесной подстилке и съехала в овражек. В одежду немедленно вцепились какие-то колючки, и когда она рванулась вверх, в голове осталась только одна мысль: она сама, сама дала убийце возможность сбежать. Такую промашку ей совершенно точно не простят.

А всё потому, что она думала не о деле, а о Мэйнарде Джонсе, будто бы его жизнь оказалась внезапно важнее, чем те жизни, которые убийца уже отнял.

Кейт взбешённо рванула вверх по склону, не обращая внимания на хлещущие по щекам ветви.

* * *

Мир зажёгся светом.

Свет пробился под чёрно-алые круги от недостатка кислорода, разлился под веками, и от этого будто бы стало возможно дышать. Хватка на шее мгновенно ослабла, и Мэйнард инстинктивно схватился за неё сам, закашлявшись. Тот, кто сидел у него на коленях, скользнул в сторону, кажется, попытался завести двигатель или, может, сбежать. Заметался, потому что всё пошло не по плану.

Автомобиль Мэйнарда давно нуждался во внимании мастера, потому он только чихнул, но не завёлся. И Джонс осознал, что не кашляет больше, а смеётся.

Смех рождался в нём глубоко внутри, пробивался к горлу с бульканьем и хрипами. Смех выражал его торжество, олицетворял его жажду жизни, только что приглушённую настолько, будто её не было вовсе.

Смеясь, Джонс сумел наконец разобраться, что дверь с водительской стороны открыта, рядом никого нет.

Позади его автомобиля стоял другой, свет фар заливал всё пространство впереди, пронизывал салон машины Мэйнарда, безжалостно впивался в него самого. По бокам же стояли тёмные заросли, и Джонс наконец понял, что остался на этом участке дороги один.

* * *

#Прокачка_БМ

Суд: капля сексуальности и немного наград, удачные возможности — не для всех персонажей. Преображение, изменение ситуации, перемены, решения, достижения, решительность, решимость и прочее.

Глава 17

Кейтлин никогда не любила леса и терпеть не могла туризм с пешеходными переходами, рюкзаком за плечами и романтичной для прочих белибердой. Дикая природа с той же яростью ненавидела её в ответ. Кейт была просто не приспособлена к подобному, под деревьями она теряла часть самой себя, утрачивала уверенность, потому, конечно, и не заметила никакого оврага.

…С ней такое случалось и прежде.

Последний раз как раз перед выпуском, когда сокурсники уломали её отправиться с палатками на берег озера. Днём всё было даже не плохо, она рискнула искупаться вместе со всеми, отдыхала, сидя на пледе в тени и глядя на то, как воодушевлённые приятели расставляют сеть, надеясь поймать рыбу. Ночью Кейт, подзуживаемая остальными, вышла посмотреть, как луна отражается в озёрной воде. Мир, казалось, тонул в темноте и спокойствии, от тонкого месяца света было всего ничего. Она направилась к воде вроде бы той самой тропинкой, что и прежде, но споткнулась о ствол поваленного дерева и едва не сломала руку. Запястье вот точно сильно повредила, даже диплом пришлось получать забинтованной.

Незабываемые воспоминания, погружаться в которые Кейтлин не хотела.

Нет, она просто была городским человеком, которому приятно наблюдать за природой издали, а лучше всего — с помощью прекрасно снятых документальных фильмов. Она не выносила, когда природа пробиралась на городские улицы, как тот самый ядовитый плющ, постоянно выраставший в их собственном саду, пока родители, наконец, не плюнули и не убрались из мелкого городка прочь.

…Когда у неё всё же получилось взобраться по довольно крутому склону, она едва не потеряла фонарик, а на одежду предпочитала не смотреть. Изодранные колючками руки саднило, в правой ноге поселилась тупая ноющая боль, и весь мир стал в один миг невероятно отвратительным.

Пока Кейт карабкалась, вспоминая все известные ругательства, она услышала и как завёлся второй автомобиль, и как раздался характерный удар, сопровождаемый звоном стекла. Ей казалось, что она возится бесконечно долго, и никакие доводы разума не в силах были разуверить её в этом.

Наконец подъём кончился, и она рванула через заросли, едва не взвыв от боли в пострадавшей ноге. Выскочив на дорогу, она поняла, что оказалась чуть в стороне от аварии и с трудом различила лицо Мэйнарда, показавшееся слишком бледным. Однако не было похоже, что Джонс хоть сколько-нибудь пострадал от столкновения. Зад пикапа встретился с дверью её машины, но и на это Кейтлин прямо сейчас было совершенно наплевать.

Бежать у неё получалось с трудом, она явно потянула связки или подвернула лодыжку. В общем, с ногой было что-то не так, Кейт предпочитала не ломать над этим голову, тем более, что была не особенно сильна в травмах такого рода.

Всё её внимание на миг затмило совершенно другое. На водительском кресле, зажатый с одной стороны раскрывшейся воздушной подушкой, с другой — искорёженной дверцей, сидел преступник, спрятавшийся под личиной домохозяйки Мэнди. Сидел?.. Нет, потеряв сознание, он лежал лицом на этой самой подушке.

Присмотревшись, Кейт определила, что преступник дышит и его жизни будто бы ничто не угрожает, только тогда она оглянулась на протаранивший её машину пикап. Мэйнард всё ещё сидел внутри.

Оглянувшись на него, Кейт поняла, что не может справиться с охватившим её вихрем разрозненных эмоций. Да, это Джонс, наконец, остановил преступника, и это она сама облажалась, оставив машину с заведённым двигателем. И в то же время именно чёртов детектив был причиной создавшейся ситуации!

Она не могла не злиться на него. И злиться на него тоже не могла.

— Джонс, твою мать! — рявкнула она в темноту.

* * *

Мэйнард едва пришёл в себя, когда краем глаза заметил, а может, скорее внутренним чутьём определил — позади его машины метнулась тень. Кто-то выскочил из зарослей почти бесшумно, его шаги утонули в монотонном звуке работающего двигателя. И секунды не прошло, как звук резко изменился — кто-то вдавил педаль газа в пол. Джонс не осознал ещё, что делает, а тело уже действовало само по себе. Оно само перескочило за руль, рука повернула ключ зажигания, и автомобиль на этот раз откликнулся без проблем. А после — Мэйнард резко сдал назад.

Тот, кто намеревался уехать на другой машине, как раз разворачивался, но в этом месте шоссе было недостаточно широким, чтобы можно было сделать это лихо и просто, как в приключенческих фильмах с погонями. Потому Мэйнард врезался задом собственного пикапа прямиком в водительскую дверцу, вдавив её внутрь. Хлопок открывающейся подушки безопасности дополнился звоном разбитого стекла. По инерции Мэйнард протащил второй автомобиль пару метров, едва не вынудив его опрокинуться, и только потом ударил по тормозам.

В этот момент его снова охватило бессилие, паника и тревога. Они словно ждали в тени и навалились разом, вжав его невероятным весом прямо в кресло. Он не был уверен, что действовал здраво. Возможно, его поступок — лишь чудовищная ошибка. Нужно было выйти из машины и проверить, кто же там был за рулём, потому что если не преступник… то преступником станет он сам. Вот только никак не получилось нажать на ручку двери, чтобы открыть её.

Джонс мотнул головой, словно отгоняя наваждение, но овладевшие им эмоции были сильнее, только ладони вспотели от усилия да начало тошнить. Тут из зарослей впереди, кое-как освещаемых фарами автомобиля Мэйнарда, выскочил кто-то ещё. Прихрамывая, рванулся к повреждённой машине, даже не взглянув, что там с Джонсом. Мэйнард перевёл взгляд на зеркало заднего вида, но ничего не разобрал. То ли резкий контраст между освещёнными и тёмными участками сыграл с ним злую шутку, то ли от паники он временно вовсе не мог оценить ситуацию. Освежающий свет фар второй машины, что словно подарил ему воздух и саму возможность дышать, теперь был направлен в сторону и нисколько ему не помогал.

— Джонс, твою мать, ты так и будешь там сидеть? — раздался разозлённый окрик Кейтлин, и только это привело его в чувство.

Мэйнард с трудом выбрался из салона и приблизился к пострадавшему автомобилю. Рыжая макушка Мэнди смутно виднелась через потрескавшееся лобовое стекло, Кейт уже куда-то звонила. Дверь со стороны водителя была смята так сильно, что явно не предполагала восстановления. С другой стороны, разве Джонс не сделал ровно то, что было нужно?

Он остановил преступника.

Чёрт возьми, он сумел вырубить маньяка, которого ФБР искало двадцать лет. Того самого, что собирался задушить его и выбросить где-нибудь в лесу.

В этот момент он ощутил жар. Возможно, «ощутил» было не совсем верным выбором слова, скорее, он осознал, что грудь что-то обжигает. Сунув руку в карман рубашки, он вытащил смартфон и понял, что там всё ещё идёт запись. Большим пальцем он нажал «Стоп» как раз в тот момент, когда Кейтлин взглянула на него.

— Неплохая работа, — сказала она сухо, хоть вид у неё был раздражённый и злой. — Только как теперь связать всё это дело вместе? Хватит ли нам доказательств?..

Она будто бы говорила сама с собой. Мэйнард смотрел на неё и всё никак не мог собрать воедино самого себя, что уж говорить о каком-то там деле.

— У меня есть чистосердечное признание, — опять уставившись на смартфон, отозвался Джонс наконец. — Возможно, там и всякой чуши немало, я… что-то не могу вспомнить, о чём мы говорили после того, как я включил диктофон. Но там есть… и что надо.

— Диктофон? — Кейтлин приблизилась и с недоверием покачала головой. Внезапно её словно окатило осознанием, иначе как было объяснить, что она сорвалась и начала кричать на него: — Какого чёрта, Джонс?! Зачем было ехать с… преступником куда-то, никого не предупредив?! Разве я не просила не вмешиваться больше?! Хорошо, что я успела вовремя, что в итоге всё обернулось… относительно удачно, но это всего лишь счастливый случай, и не более того!

— Ну… я знал, что за домом наблюдают. Мне показалось, что нужно действовать, потому что иначе преступник ушёл бы, — Мэйнард понял, что не может больше называть Мэнди так, как привык, а ещё, что мысли у него путаются, да и шею нестерпимо саднит. Он испытывал столько всего одновременно, что готов был потерять сознание от избытка впечатлений. Не осознавая, что делает, он потёр особенно ноющее место, и Кейт, внимательно его рассматривающая, тут же ухватила его за локоть и подтащила туда, где от фар было достаточно светло.

— Так он тебя чуть не придушил, — присвистнула она. — Что ж, это хоть что-то. Не сможем посадить за Вайнону и остальных, так сядет за нападение на полицейского. И всё же это было безрассудно, если не сказать глупо. Если бы я не успела…

— Но ты ведь успела, Кейт, — вырвалось у Мэйнарда. И она не успела возмутиться тем, что он стал обращаться к ней так фамильярно, как донёсся отдалённый вой сирен. Ещё пара минут, и к ним подрулили и скорая, и полиция.

* * *

Тихая ночь в очередной раз огласилась громкими звуками. Сирены полиции и скорой разорвали тишину в клочья, и Кейтлин на мгновение подумала, что они разбудят даже Мэнди. Но преступник остался недвижим.

Когда оба автомобиля затормозили рядом, Майк выскочил первым и оказался рядом с ней и Мэйнардом в одно мгновение. Кейтлин, всё ещё подбиравшая подходящие слова, чтобы высказать Джонсу сразу всё, что думает, по одному его взгляду поняла — её ждёт ещё одна ссора. Однако при детективе Майк ничего не сказал, только недобро сощурился.

— Что произошло? — отрывисто бросил он, очевидно, едва сдержавшись. Кейтлин равнодушно кивнула на автомобиль, рядом с которым как раз остановились медики.

— Наш объект в отключке. Мы совершенно точно можем предъявить обвинения в попытке убийства, — вздохнула она, неожиданно для себя расслабляясь. — А ещё детектив Джонс сказал, что у него есть ценная диктофонная запись. Нужно её проверить.

Мэйнард моргнул и протянул смартфон Майку.

— Там нет пароля, — добавил он заторможенно. Кейт спохватилась, поймала за локоть одного из медиков и указала на Джонса.

— Позаботьтесь о детективе, сначала его пытались придушить, а потом он оказался… в эпицентре автомобильной аварии. Наверняка ему требуется ваше внимание.

Мэйнарда тут же отвели к автомобилю скорой. Майк нырнул в темноту, а потом опять появился рядом с ней, но уже без смартфона. Вид у него был всё такой же угрожающий. Кейт видела, как он даёт какие-то инструкции медикам, но не постаралась в них вникнуть.

Наконец временно Кейтлин и Майк оказались в стороне и будто бы совершенно одни. Люди занимались своими делами, а их суета словно огибала по кругу, как вода обходит приросший ко дну ручья камень.

— Может, объяснишь мне теперь, что указать в рапорте? — напустился Майк на неё, пусть и говорил громким шёпотом. — Как это понимать? Никогда ещё не сталкивался с тем, чтобы ты повела себя настолько… О, в высшей степени некомпетентно?!

В первую секунду Кейт даже хотелось объясниться, найти подоплёку для каждого своего решения, включая и то, почему она оставила машину в доступе преступника, не подумав даже заглушить мотор.

Вместо того с губ сорвалось одно лишь слово.

— Отвали.

Кейтлин зашарила по карманам, вытащила пачку, но та оказалась пуста. Она чертыхнулась, и в этот момент Майк протянул ей запечатанную. Он терпеливо ждал, пока Кейт оборвёт плёнку и фольгу, выудит сигарету, а потом предложил зажигалку прикурить. Когда ночь начала пахнуть не лесом, а горьковатым дымом, отчего природа словно отодвинулась на пару-тройку метров, Кейтлин соизволила добавить:

— Да, мне некогда было раздумывать. И если бы не Мэйнард, чёрт его дери, Джонс, всё кончилось бы куда хуже. Пиши в рапорте что хочешь.

Майк опустил ладонь ей на плечо, внимательно заглянул в глаза. Он не был её врагом, запоздало подумала Кейтлин и переступила с ноги на ногу. От в момент взорвавшейся боли она поморщилась.

— Эй, да ты сама ранена? — тут же спохватился Майк и обернулся, чтобы позвать кого-нибудь. Для Кейтлин это было то же самое, что вовлечь их снова в бессмысленную суету. Она перехватила его запястье.

— Так, немного ногу потянула, пустяки, — покачала она головой. — Не зови их, переживу. Пусть займутся этим… Мэнди. Ты ведь предупредил, что это преступник?.. Надеюсь, он не придёт в себя внезапно, очень уж бойким оказался.

— Да, да, конечно, — Майк озабоченно качнул головой, всё ещё заглядывая ей в лицо. — Кейт, тебе нужен отпуск, слышишь?.. Мы, чёрт возьми, кажется, закроем это дело.

Кейтлин не ощущала никакой радости, только опустошение. Она затянулась ещё и выпустила в ночное небо сизый клуб дыма.

* * *

#Прокачка_БМ

Умеренность, перевернутая.

Ссоры, неумение договориться, недовольство друг другом.

Глава 18

Утренний свет заливает комнату, безжалостно прогоняя обрывки снов. Мэйнард потягивается в постели, лениво сознавая, что, кажется, проспал и, может быть, спал бы гораздо дольше, если бы… Если бы не этот манящий запах, «чарующий аромат свежесмолотого кофе», как говорилось в какой-то там рекламе. Мэйнард садится, спустив босые ноги на пол, и ощущает не привычную холодность ламината, а мягкую пушистость ковра.

Ковёр чистый, снежно-белый, напоминающий отдалённо шкуру животного. Один из тех экотоваров, при производстве которых природе наносится вред куда больший, чем если сдирать шкуры прямиком с овец. Мэйнард не приверженец экологичного стиля жизни, честно говоря, он вообще не задумывался о таких вещах, но ковёр кажется ему уместным, подходящим, внезапно украшающим его холостяцкое жилище.

Холостяцкое?..

Мэйнард подцепляет синий халат, небрежно брошенный на спинке кровати, и выбирается из комнаты. По дому плывут ароматы завтрака, и в памяти сразу рисуются тосты с джемом, кофе и сливки, арахисовая паста, блинчики, политые кленовым сиропом. Сразу столько вкусного, как будто кому-то есть дело до его предпочтений.

Или есть?..

Мэйнард ускоряет шаг, потому что, кроме аппетитных картинок, память не рисует больше ничего. Мельком он замечает на стене фотографии. Он не помнит, что такие тут были, и, может, стоило бы остановиться и рассмотреть, но ноги сами несут его прямиком к кухне.

Там он никого и ничего не находит.

Стол девственно пуст, кофейник исчез. Мэйнард недоумённо хмурится и вдруг вспоминает, что у него есть терраса, выходящая на задний двор. Соседи вокруг давно приспособились завтракать и обедать на таких террасах, сидеть перед грилем, ожидая, когда подрумянятся котлетки и сосиски, весело проводить время вместе. Мэйнард забыл про террасу вовсе, оставив её ветшать. Он даже кресла там не поставил, потому что у него не было приятелей, которых он приглашал бы на пиво. Так уж вышло, что он не приглашал гостей, его дом оставался ракушкой рака-отшельника, наполняющейся пылью и хламом, а не смехом друзей или… Мэйнард обрывает мысль, потому что она не соотносится с его настроением, неожиданно приподнятым.

Прямо сейчас он идёт на террасу, и стеклянная дверь оказывается не запылённой, как обычно, а сияющей на солнце. Как будто бы её совсем недавно вымыли дочиста. Да что там! Не только её одну.

Мэйнард замирает, опасаясь надавить ручку и рассмотреть, что прячется за непрозрачным, лишь пропускающим свет стеклом, матовость которого разбивает мир на неровные цветные пятна. Он оглядывает комнату, подмечая, что в ней больше нет ничего лишнего. Его дом стал аккуратным, чистым, изменилась обивка мебели, на пол улеглись коврики, на стенах появились эстетично вписывающиеся в интерьер картины. Слишком легко закрыть глаза и представить, как к нему приходят соседи, как они вместе пьют чай с яблочным пирогом в гостиной.

Мэйнард хмурится, но в то же время в нём пробуждается почти детское любопытство, не позволяющее погрузиться в неприятные размышления. С одной стороны, ему немного страшно — вся прошлая жизнь словно куда-то пропала, подменилась чем-то другим. С другой — он не помнит ничего, совсем ничего, и это его совершенно не беспокоит.

Наконец он нажимает на ручку и распахивает дверь. На террасе стоит элегантный набор садовой мебели из бело-серого ротанга. Столик со стеклянной столешницей уставлен тарелками, и тут тосты с ярким коралловым джемом, тут оладьи, облитые карамелью и кленовым сиропом, кофейник со свежим кофе, что так божественно пахнет, изящный кувшинчик со сливками, в сияющих боках которого отражается он сам. Он видит и жареный бекон, и свежий белый хлеб, с мякотью, напоминающей облако, и хрустящей корочкой. Ему отчаянно хочется есть, но совсем нет желания понимать, отчего где-то глубоко внутри словно звенит тревожный звоночек.

Мэйнард поправляет халат, усаживается к столу в чрезвычайно удобное кресло и тянет руку к ближайшему тосту. Рот наполняется слюной… и в этот самый момент он слышит:

— Дорогой, решил начать завтрак без меня?..

Голос чарующий и нежный. Мэйнард всегда считал, что так будет говорить та самая женщина, которую он назовёт женой. Та самая, с которой он будет стоять у алтаря, которой наденет кольцо. Однако тревожный звоночек внутри будто становится громче, Мэйнард осторожно опускает ладонь и выдерживает несколько секунд, прежде чем обернуться.

И не успевает, потому что горячие ладони закрывают ему глаза.

— Так проголодался, да?.. — шепчет тот же голос над ухом. Горячее дыхание касается ушной раковины и вызывает мурашки. — Это потому, что ночь была бурной?..

Мэйнард живо представляет, какой могла быть бурная ночь, но сконфужен, потому что память, открывая прелести чужого тела, упрямо прячет лицо. Он точно не может подцепить его и вытащить на свет, как ребёнок, потративший в автомате последнюю монету и жаждущий за оставшиеся пятнадцать секунд безжалостной игры вытащить хотя бы самую уродливую игрушку, хоть что-то.

— Да… — хрипло отвечает Мэйнард, потому что ответа от него будто бы требуют.

— Какой ты у меня, — раздаётся смех.

Ладони ускользают, кто-то проходит мимо Мэйнарда, пока он рассеянно смотрит на собственный халат, надетый на голое тело. Память не подсказывает, было ли на нём бельё, когда он проснулся. Он даже не может вспомнить, как привык спать, удобно ему в боксёрах или он хочет фланелевую пижаму в полоску или каких-нибудь слоников. Не помнит он и этого халата, и на миг ему кажется, что тот как-то давит в плечах, а швы слишком уж врезаются в кожу.

Наконец он поднимает голову, услышав, как отодвинулось от стола кресло напротив. Он встречается взглядом с Мэнди Макгауэр. Светлое, лавандового оттенка платье уютно закрывает фартук с узором из ярких ромбов, рыжие волосы свободно лежат на плечах, сияя так, точно сами являются источником света. Подкрашенные губы улыбаются живо и маняще.

— Мэнди Макгауэр, — повторяет Мэйнард вслед за своими мыслями. Сердце отчего-то бьётся натужно, тревожный звоночек обращается криком полицейских сирен.

— Макгауэр? — смеётся Мэнди. — Эй, что это с тобой? Мэнди Джонс, помнишь? Мы поженились в прошлом году. Ты что, до сих пор не можешь поверить?..

Но звук сирены занимает собой всё вокруг, он настойчивый, способный сломать реальность. Он перемалывает и завтрак, и террасу, и самого Мэйнарда. Только Мэнди внезапно остаётся стоять посреди расползающейся клочьями тьмы.

— Мэйнард? — спрашивает она недоумевающе. — Мэйнард, что происходит? Мэйнард, эй!

В следующую секунду он видит Мэнди не в платье, и волосы не сияют, они собраны в развалившийся хвост. А она сама — на переднем сиденье чужой машины, лицом в руль, дышит слабо и явно в отключке.

* * *

Наконец Мэйнард с трудом открыл глаза. Веки точно залило свинцом, горло отчаянно болело, будто у него началась ангина, и в целом он не желал бы ещё хоть когда-нибудь проснуться вот так. Впрочем, оказаться снова в сбивчивом сне он тоже не хотел, пусть тот и начался столь приятно.

До утра было ещё далеко, похоже, он отключился прямиком в полицейской машине, а сирена, которая вызвала его из сна, принадлежала отъезжающей скорой. Джонс проводил её взглядом и тут же растёр ладонями лицо, пытаясь взбодриться.

В стекло постучали, Мэйнард опустил его и столкнулся взглядом с Кейтлин. Уставшая и встревоженная, она выглядела всё равно в десятки раз лучше Мэнди из сна. По крайней мере в том, что она женщина, Мэйнард не сомневался ни на мгновение.

— Ты теперь не детектив, а пострадавший, слышишь? — сказала она. — Тебя отвезут домой, а с утра займёмся бумажками. Мне придётся расспросить обо всём, что случилось.

Мэйнард поймал себя на мысли, что желал услышать от неё совершенно другое. Да разве он сам не понимает, сколько ещё нужно сделать, чтобы наконец засадить Мэнди?! Зачем об этом напоминать?

Мэнди?.. Это ведь не Мэнди, это кто-то другой… Он не знал имени, он ничего не знал, дурак, которого обводили вокруг пальца! А Кейтлин даже посочувствовать отказывается.

— Ладно, — отрывисто бросил он, не чувствуя в себе сил для выяснения отношений. — Но могла бы и спасибо сказать.

Кейтлин немедленно нахмурилась. Её лицо, мгновение назад казавшееся холодным и отстранённым, вдруг переменилось. За секунду в нём промелькнуло столько эмоций, что Мэйнарду почудилось, будто оно треснуло и рассыпалось, обнажив что-то глубоко личное, на что он и смотреть-то не имел права.

— Ты… — выдохнула Кейт. — Упрямый и тупоголовый эгоист, Джонс! Из-за тебя дело столько раз оказывалось под угрозой, что удивительно, как в конце концов у тебя получилось действительно вырубить преступника. С тебя сдалось бы перепутать педали и умчаться в ночь, оставив разгребать нам всё дерьмо.

— Ты… ты же сказала, что неплохая работа, — опешил Мэйнард. Это ведь ему не приснилось? Признаться честно, после слишком яркого сна, в котором завтрак был настолько настоящим, он уже не был до конца уверен в том, что происходило в реальности, а что было порождено его воображением.

— Да, чёрт побери, я всего лишь хотела поддержать тебя, — Кейтлин в сердцах пнула колесо автомобиля. — Твою мать, Джонс, тебя чуть не убили. Ты столько раз облажался за это дело, что впору отдать значок и не позорить собой имя полиции, — она коротко взмахнула рукой. — Езжай домой. Завтра — в участок.

И отступила в темноту, оставив его опустошённым. Через мгновение за руль опустился смутно знакомый парень-патрульный, машина завелась и понесла их обоих обратно в Хукерс-таун.

* * *

Кейтлин устала до чёртиков, но понимала, что не сможет уснуть. Когда они наконец выдвинулись обратно в город, она потребовала от Майка остановиться у ближайшей заправки с кофейным автоматом и выбрала самую крепкую бурду из предложенных. Давясь горячим и горьким напитком, в котором от кофе было только название, она упрямо всматривалась в ночь.

Майк молчал, справедливо рассудив, что может нарваться на грубость, если нарушит ход её мыслей. Кейтлин была благодарна ему за это — чувство шевелилось где-то на краю сознания, отстранённое и одинокое, всё остальное пространство занимали досада и ярость вперемешку. Но нужно было собраться с мыслями.

Медики не сказали о состоянии преступника ничего определённого. Кстати, Кейтлин никак не могла решить, как его называть. Нужно было организовать обыск дома — и надеяться, что там будет что-нибудь полезнее планшета. Хм… планшет…

— Интересно, получится ли представить информацию с планшета так, точно мы обнаружили её уже после того, как взяли эту самую Мэнди?.. — она коротко взглянула на Майка.

— Чёрт его знает, — пожал тот плечами. — Нужно побеседовать с прокурором. Вообще заманчивая мысль, информации там действительно много.

— А кто в ней копался, кроме тебя? — тут же переспросила Кейтлин.

— Никто, — Майк выдохнул, — никто. Оформим его так, будто изъяли при обыске. Я на себя это возьму, Кейт. Всё же это моя вина…

— Брось, — она не хотела сейчас выслушивать его терзания. Бумажный стаканчик опустел, и Кейт поставила его на колено, хотя хотелось смять и выбросить прямо в окно. В груди крепла ноющая пустота, точно лёгкие желали никотина. — Этот Джонс… Какого чёрта?..

Она даже не могла объяснить, чем была недовольна. Может, просто собой, своими эмоциями, собственными ошибками?..

Майк благоразумно смолчал, ничего не добавив. Машина наконец свернула с трассы на городские улочки, и вскоре показалось здание участка. Однако Майк вдруг словно передумал и развернулся. Через пару минут машина остановилась у их отеля.

— Знаешь что, — сказал он резко, — тебе надо поспать. Обыск лучше устроить с утра, не в темноте же там бродить! Сама понимаешь, искусственное освещение вовсе не то, что надо. И нет необходимости спешить теперь, верно? Он в больнице.

— Придёт в себя и попробует сбежать, — уныло возразила Кейт.

— Нет, нет, ничего такого не случится, — пообещал Майк таким тоном, точно он способен был заглянуть в будущее. — Успокойся, прими снотворное. Спи. Ах, да! Займись ногой! Пока ты покупала эту бурду в автомате, я взял тебе мазь и эластичный бинт.

Кейтлин заглянула на заднее сиденье и заметила бумажный пакет. Действительно, нужно было позаботиться о себе, отстраниться. Может, даже наполнить узкую ванну в отеле водой, щедро добавив пены.

— Хорошо, — сдалась она. — Я отдохну, как ты и сказал.

Выходя из машины, она чуть не забыла пакет с мазью и бинтом, но Майк, высунувшись из салоны, бросил его прямо ей в руки. Покачал головой, не сказав больше ни слова, и тут же отъехал решать неотложные дела. На него можно было положиться.

Кейтлин добралась до номера, как в бреду, закрыла дверь за собой и прислонилась к ней спиной. Запрокинув лицо, она сдержала слёзы жалости к себе. Разве в ней не должно было прямо сейчас расцветать кипучее торжество? Отчего же она чувствовала себя раздавленной?..

Отклеившись от двери, Кейтлин, сбросила одежду и обувь и в одном белье отправилась в ванную. Завтра Мэйнард Джонс должен увидеть перед собой старшего специального агента, а не размазню.

* * *

#Прокачка_БМ

Отшельник, перевернутый.

Бегство от реальности, пустое упрямство, нежелание корректировать свое поведение в зависимости от обстоятельств, поставленная цель достигнута и прочее.

Глава 19

Мэйнард далеко не сразу попал домой. Сначала медики зафиксировали повреждения — налившиеся темнотой следы от пальцев выглядели по-настоящему жутко, затем он написал рапорт о случившемся, а только после этого сонный Джексон довёз его домой.

Дом не-Мэнди Макгауэр пялился на него тёмными окнами, уже не напоминая рождественскую игрушку. Напротив, теперь в ночном сумраке он рисовался зловещим и странным. Мэйнард мимолётно задумался, позволят ли ему участвовать в обыске. Он теперь — потерпевший… Что это значило на самом деле?

В памяти всплыло уставшее лицо Кейтлин. Мэйнард не мог злиться на неё, он ощущал только опустошение и глубокое разочарование. Казалось бы, дело раскрыто и следует радоваться этому, но он не замечал в себе ничего подобного. Образ не-Мэнди преследовал его, точно желал поиздеваться лишний раз.

Когда Джонс принял душ и собрался в постель, часы показывали половину четвёртого утра. Сон навалился на него удушающим одеялом, лишённый всяких видений и картин. Выбраться из него оказалось очень сложно, Мэйнард силился сбросить его несколько минут, пока наконец не сообразил, что его потревожил телефонный звонок.

Дотянувшись до почти севшего смартфона, Джонс отстранённо отметил, что уже восемь утра. Номер, высветившийся на экране, не был в его списке контактов. И сам этот момент заставил его напрячься.

— Детектив Джонс слушает, — рявкнул он в трубку, чтобы тот, кто там был на другом конце, и не подумал, что он ещё в постели.

— Старина Мэйнард, — раздался голос прокурора, Ричарда Дарси, — слышал, что у тебя неприятности.

— В смысле? — Джонс совершенно точно знал, что записывал телефон Дарси, а значит, тот звонил ему с одноразового, который не получилось бы отследить. — Почему неприятности? Ночью мы взяли…

— Мэнди Макгауэр? — Дарси усмехнулся. — К ней, кстати, приехал адвокат, может, ты слышал про такого? Кристофер Милстоун. Тебе, конечно, скоро сообщат дополнительно, но сегодня предварительное слушанье, ты уж держись там. Судья Гэрриет не особенно любит дела об изнасилованиях.

— Что?.. — Мэйнард уставился на смартфон так, точно тот только что укусил его за ухо.

— Ты вроде большой мальчик, сообразишь, — и Дарси отключился.

Мэйнард не особенно приятельствовал с Дарси, но несколько раз оказывал ему услуги. Ничего противозаконного, так, мелочи, которые не стоили бы внимания. Однако, похоже, этого было достаточно, чтобы у Ричарда возникло желание предупредить его. Вот только о чём?

Мэйнард отбросил одеяло и отправился умываться, словно можно было смыть с себя неприятное ощущение и липкую тревожность. Изнасилование? Что за изнасилование? Каким образом вдруг оно появилось в деле? И как касается его самого?

Ни горячая вода, ни пахнущая ментолом зубная паста, ни бритьё, конечно, не помогли избавиться от муторного беспокойства, а желудок и вовсе скрутило узлом, да так, что Мэйнард не сумел даже впихнуть в себя кофе.

Не-Мэнди пытался его задушить, это убийца, много лет водивший ФБР за нос. Кто вообще способен принять его за жертву? Невозможно, чтобы за одну ночь что-то так сильно изменилось, и преступником вдруг оказался сам Джонс!

Мэйнард был настолько ошарашен новостями, что не мог даже сообразить, как это всё получилось. Каким образом мир успел встать с ног на голову? Он спрятал под воротником рубашки непривлекательные следы от широких ладоней не-Мэнди и вызвал такси.

Проезжая по улицам Хукерс-тауна, он всё время выискивал взглядом какие-нибудь тайные знаки, что подсказали бы — всё в порядке, он просто попался на глупый розыгрыш. Или, быть может, он просто желал в очередной раз убедиться, что яркая картинка станет очередным сновидением.

Что было реальным, а что таковым не являлось? Мэйнард не нашёл взглядом автомобиля, в котором обычно приезжала Кейтлин, и не понял, хорошо это или плохо. Может, в этой реальности она ещё не добралась до участка, а может, машине требовался ремонт, потому что вчерашний вечер Джонсу не приснился.

Он вошёл в участок, не в силах разобраться в собственных размышлениях и предположениях, а там почву окончательно выбили из-под ног.

— А, Джонс, нам, похоже, нужно бы тебя арестовать, дружище, — лениво сообщил ему Френсис Даггер. В прошлом они никогда не ладили, но и не были врагами. Просто существовали на смежных территориях, не особенно злорадствуя по поводу промашек друг друга. Но теперь, очевидно, что-то изменилось. Вид у Даггера был странный. — Давай-ка ты останешься в участке, пока не явится эта из ФБР. Дело странное, и я, пожалуй, даже не знаю, что тут сказать.

— Да что такое? — нахмурился Джонс, стараясь выглядеть уверенным. Ему всё больше казалось, что он вовсе не проснулся утром, а всё ещё пребывает глубоко во сне. Он не мог отделить своё собственное желание, чтобы эта реальность расползлась на клочки, от ощущения, что так оно и будет уже через мгновение. — Что такое случилось? — повторил он, и против его воли в голосе скользнули нотки беспомощности.

— Вчера ночью по вашей с ФБР указке мы с ребятами отправили Мэнди Макгауэр в больницу, — напомнил Даггер скучающим тоном. — При ней дежурят полицейские, как полагается, и сама она в наручниках, потому что, судя по твоему рапорту, она покушалась на твою жизнь. Парень из ФБР подтвердил этот момент, — Даггер стоял напротив него, сложив руки на груди. Весь его вид говорил, что он посмеивается над ситуацией и вовсе не склонен воспринимать Мэйнарда всерьёз. Что он в принципе не воспринимает всерьёз всё это чёртово дело. — А когда Мэнди пришла в себя, то сразу вызвала адвоката. Понятно, что никто из нас не стал бы препятствовать ей, всё же у неё есть права. Теперь получается, что история была совершенно другой, да? — Даггер хмыкнул. Мэйнард нахмурился, не понимая, к чему тот ведёт. Помолчав ещё немного, тот всё же расщедрился и добавил: — Мэнди сказала, что ты усадил её в свою машину под предлогом совместного отдыха. Рассказывал ей, что тебя, дескать, отстранили от расследования и ты хочешь развеяться. А потом, стоило вам свернуть с трассы, попытался изнасиловать. А ФБР тебя, значит, покрывает.

— Что?.. — Мэйнард промокнул мгновенно вспотевший лоб нашедшейся в кармане видавшей виды салфеткой. — Изнасиловать?.. — нарисованная Мэнди картина никак не хотела укладываться у него в голове.

Он всегда видел себя поборником справедливости, всегда был тем, кто встаёт на защиту невинных, тем, кто призван оберегать покой простых граждан. Никто и никогда не смел объявлять его агрессором, преступником, ставить его на другую сторону. От этого пересыхало в горле, трудно было дышать. Он не мог и представить, что когда-нибудь окажется в подобном положении.

Мэйнард опустился на первый попавшийся стул и посмотрел на Даггера умоляюще:

— Ты это выдумал, да? Вместе с Дарси? — вспомнил он некстати утренний звонок. Реальность вывернулась наизнанку? Может, это всё-таки очередной тупой сон?.. Джонс едва подавил желание ущипнуть себя.

— Что? Отчего ты вдруг вспомнил о Дарси? Нет, конечно, это никакой не розыгрыш. — Даггер тут же сунул ему под нос документы. — Будь добр, просмотри, распишись. В общем, ты знаешь, что делать. Мы же не первый год знакомы, Джонс, не усложняй нам работу. Очень не хочется надевать на тебя наручники. Да и… — тут Даггер понизил голос, — все тут прекрасно понимают, что эта Мэнди сама всегда тебя хотела, всегда к тебе липла. Так что не переживай, ничего страшного. Дела против тебя она всё равно не состряпает. Договоритесь полюбовно, да?..

И он отошёл, оставив Мэйнарда абсолютно разбитым. Внезапно яркой вспышкой перед глазами Джонса появилась Мэнди из его сна, в том самом лавандовом платье и разноцветном фартуке.

«Ты меня не поймаешь», — шепнула она и послала ему воздушный поцелуй.

Джонс готов был признать это за галлюцинацию, как будто это было лучше, чем игра его воображения. Мэнди-не-Мэнди, как оказалось, способна преподносить сюрпризы.

«Кристофер Милстоун», — вбил в поисковую строку Мэйнард, уткнувшись в смартфон. Улыбчивое лицо было ему совершенно незнакомо. «Ни одного проигранного дела», — гласила следующая строчка.

Впору было задуматься, откуда у Мэнди Макгауэр деньги на такого адвоката. Вот только у Джонса совершенно не было сил ломать над подобным голову. Отчаяние, всколыхнувшееся внутри, почти мгновенно заполнило его до краёв, точно он был чайником, который забыли в раковине под открытым краном.

* * *

Утро у Кейтлин не задалось: ей недвусмысленно намекнули, что если не будет убедительных доказательств, Мэнди может оказаться на свободе. Пока Кейт спала, как посоветовал Майк, Макгауэр не только пришла в себя — или правильно говорить пришёл? — но и созвонилась с адвокатом. И вместе они состряпали байку о попытке домогательства и самозащите!

Свежий ветерок, солнечный свет, воспрявшая после ночной прохлады зелень — всё вокруг будто сговорилось бесить Кейтлин. Не зря, ох, не зря она не чувствовала ночью никакого удовлетворения. Нужно было ещё тогда понять, как именно Мэнди-не-Мэнди попытается вывернуться из этой ситуации. И ведь Кейт прекрасно понимала, чего она добивается. Ей достаточно выбраться из-под присмотра полиции, и больше о ней никто не услышит.

Чёрт! Они ведь до сих пор не знают, кто эта Макгауэр такая, откуда она! Кейтлин понадеялась, что успели хотя бы отпечатки пальцев снять, прежде чем адвокат успел встать на её защиту и устроить переполох.

Кейт направлялась в участок, ещё не представляя, выдвинули ли уже обвинения против Мэйнарда. Разговаривать с ним ей не особенно хотелось — слишком уж жива была в памяти вчерашняя вспышка, однако теперь приходилось признать, что придётся потратить все силы на то, чтобы уберечь его от бури. Она прекрасно понимала, что обычное поведение Джонса всегда балансировало на грани домогательств, а значит, у Мэнди наверняка найдётся немало свидетелей, которые запросто подтвердят, что детектив не раз и не два явно проявлял свой интерес. Дело выглядело отвратительно, и оставалось надеяться, что Майк тоже что-то раскопал. Иначе у них действительно не оставалось шансов!

Она надеялась, что войдёт в кабинет и увидит там исключительно напарника, но не успела пройти холл, как столкнулась нос к носу с Мэйнардом. Видок у него был неважный.

— А, агент Соммерберг, — вздохнул он. — Я… не понимаю, что происходит, — в руках у него были какие-то бумаги.

— Обвинения? — уточнила она и потёрла виски, где сразу же взвилась головная боль. — Вы ничего никому не пытались объяснить?..

— Я не понимаю, — повторил Джонс, напомнив ей крупного щенка сенбернара на отколовшейся льдине, которую сносит течением. Она, похоже, была единственной, кто сумел бы помочь ему. — Я ни с кем не говорил.

— Разберёмся, — бросила она жёстко, даже не подумав тратить силы на то, чтобы утешать его. — Где Майк?..

Мэйнард указал в сторону кабинета, и когда Кейт зашагала туда, двинулся следом, точно был к ней привязан. Майк, уткнувшийся в экран ноутбука, никак не отреагировал на приветствие, вместо того кивнув в сторону красноречиво раскрытой папки на столе. Кейтлин немедленно взяла ту в руки.

— Дэймон О’Нил, — прочла она. — Хм… Родился в городе Прово, штат Юта. Окончил Университет Бригама Янга… — она подняла на Майка глаза. — Ты уверен, что это тот, кто нам нужен?

— Абсолютно, — Майк потянулся. — А, детектив Джонс, я вас не заметил. Когда Дэймона-Мэнди привезли в больницу в бессознательном состоянии, я навёл справки. Дэймон в возрасте восемнадцати лет неудачно ломал ногу, и внутри остался титановый штырь. У Мэнди Макгауэр точно такой же. Совпадают и данные от стоматологов, — он потёр покрасневшие глаза. — В общем, мы наконец-то нашли его, Кейт.

— Адвокат, — уронила Кейтлин. — Ты ничего не слышал про адвоката?.. — Майк нахмурился и чуть наклонил голову. Кейтлин посмотрела на растерянного Джонса. — Мэнди Макгауэр вызвала адвоката, и её вот-вот признают жертвой несостоявшегося изнасилования. И не будет никаких причин удерживать её в больнице.

— В этой папке всё, что тебе нужно, чтобы предотвратить подобное, — сказал Майк и тут же поднялся. — На всякий случай я добавлю ещё кое-что, — он зарылся в засыпавшие его стол распечатки.

Кейтлин полистала документы, взглянула на часы на запястье — предварительное слушанье, которое адвокат сумел организовать так скоро, должно было начаться через сорок минут. Коротко смерив Мэйнарда Джонса взглядом, Кейт сказала:

— Значит, едем в суд.

* * *

#Прокачка_БМ

Дьявол, перевёрнутый.

Преступление, происки врагов, нехватка сил, катастрофа, опустошение, сильное расстройство, провал планов и намерений.

Глава 20

Адвокат Мэнди с первого взгляда показался Мэйнарду очень неприятным человеком, а уж судья Гэрриет всегда вызывал у него мурашки. Желчный седовласый старик, казалось, врос в мантию и умел только кривить лицо. Когда они с Кейтлин вошли в скромный маленький зал, где рассматривались подобные дела, Мэйнарду изменили последние силы. Едва разрешили сесть, он рухнул на место и словно отключился.

В ушах так зазвенело, что он почти не сознавал, о чём идёт речь. Кристофер Милстоун говорил убедительно — это считывалось из всей его позы. Он был многословен, лучился уверенностью в себе, и судья всматривался в него с придирчивой цепкостью. Того и гляди чуть улыбнётся и кивнёт! Мэйнард, сколько ни вслушивался, не мог понять ни слова, звуки превращались в единый поток, в смешанный гул, где не получалось вычленить смысла. В висках распустилась головная боль, сердце билось с болью, слишком часто, и Джонс то и дело терялся в череде ощущений, смаргивал и опять пытался сосредоточиться.

— …и бедная женщина, которая живёт в одиночестве, конечно, не могла противостоять… Как вы понимаете, теперь детектив Джонс… чтобы скрыть собственные грехи… возмутительное обвинение…

«Возмутительное обвинение» — слова врезались в память, словно выпав из общего контекста. Мэйнард мотнул головой, но они всё звучали и звучали, не желая оставлять его. «Возмутительное обвинение». Вот, значит, как судья Гэрриет будет думать о том, что они собрали с таким трудом. Все улики, все доказательства — лишь пыль, пока перед Мэнди — или как там его? Дэймоном? — стоит столь мощный, столь непробиваемый щит. Кристофер Милстоун.

Мэйнард мимоходом подумал, что уж этому человеку не приходится печалиться — его имя и фамилию никто не исковеркает и никогда не ошибётся, ни произнося, ни записывая.

В этот момент адвокат сел и неприязненно покосился в сторону Кейтлин. Джонс, поймав его взгляд, ощутил себя виноватым. Неизвестно, в чём именно, просто груз невысказанной и неопределённой вины упал на плечи и вдавил в кресло ещё сильнее. Он даже попытался сгорбиться, вжаться, чтобы стать меньше.

Судья Гэрриет что-то резко сказал, и Мэйнард запоздало подумал, что тоже мог бы привлечь адвоката. Вот только его знакомства в этой сфере были не слишком уж впечатляюще. Явно все те, кто согласился бы помочь, оказались бы не такими юркими, не настолько самоуверенными, в общем — и близко не такими, как Милстоун.

В этот момент Кейтлин поднялась.

— Для начала хочу объяснить, отчего любые обвинения в сторону детектива Джонса не могут иметь под собой оснований, — она подошла к судье.

Мэйнард залюбовался её статью. Внезапно ему представилось, что Кейтлин одета не в деловой брючный костюм, который, безусловно, был ей к лицу, но в рыцарские доспехи. Нет, в его представлении она не была кем-то вроде Жанны Д’Арк. Эта история всегда оставляла у него неприятный привкус — всё-таки шизофреничка с мечом не казалась ему привлекательной. Кейтлин же была… как будто бы… как король Артур, только в женском теле. И то, как она сейчас раскладывала перед судьёй документы, было сродни вытаскиванию меча из камня. Вот-вот раздастся громоподобный звук — и всё вокруг признает, что только в руках Кейтлин и сосредоточилась истина.

Мэйнард сглотнул, испытав внезапно прилив возбуждения, щедро замешанного на восхищении и самую каплю — на страхе. И тут же осознал, что снова пропускает всю суть. Кейтлин говорила тихо и спокойно, излагала факты отнюдь не так пафосно и красуясь, как Милстоун. Её голос звучал сухо и отстранённо. Однако лица судьи и самого Кристофера стремительно менялись.

— Потому, — добавила Кейтлин, — я сомневаюсь в состоятельности выдвинутых встречных обвинений. К тому же у нас есть диктофонная запись, где Дэймон О’Нил признаётся в совершённых преступлениях.

Мэйнард моргнул, вспомнив, что сам сделал эту запись!

Его мир, кажется, начинал вставать на место, но он всё ещё терялся в нём. Казалось, он мог опереться исключительно на Кейтлин. На сильную, властную, величественную и смелую Кейтлин, которая сейчас вернулась на место и села рядом с ним.

* * *

Им пришлось подождать почти полтора часа. Судья Гэрриет на редкость подробно изучал факты, прежде чем вынести решение, что всегда раздражало. Всё это время Мэйнард просидел в коридорчике на жёстком диване, рассматривая картонный стаканчик с кофе. Солнечный свет проливался из высокого окна, забранного узорчатой решёткой, и Джонс то и дело ловил себя на мысли, что погружается в этот свет и тонет в нём.

Кейтлин не была с ним рядом, она отходила, с кем-то созванивалась, кого-то убеждала. Несколько раз, похоже, отлучалась, чтобы покурить. И всё равно Мэйнард чувствовал себя под её крылом, под надёжной защитой, и это своеобразно исцеляло его.

«Отчего мне снилась Мэнди, если на самом деле женщина моей мечты — вот здесь?» — задал себе вопрос Мэйнард, когда Кейтлин в очередной раз пересекла коридор, на миг заслонив ему солнце.

Ответа не нашлось, появилось только глупое и странное чувство, названия которому он дать не мог.

Но наконец их снова пригласили в зал.

* * *

Уже позднее Мэйнард вспоминал, как смотрел на него Кристофер Милстоун. Возможно, то было его первое поражение, но Кейтлин, хмыкнув, бросила ему вслед, что стоит сначала знакомиться с клиентом получше, а только потом соглашаться представлять его интересы в суде.

Приподнятое настроение Соммеберг постепенно передалось и самому Мэйнарду, всё ещё отвлечённо плавающему в собственных раздёрганных мыслях. Он начал улыбаться раньше, чем осознал, что Кейтлин действительно сказала нечто смешное.

— Эй-эй, Браун, — фыркнула она, едва ли не помахав ладонью у него перед носом.

— Джонс, — поправил он машинально и наконец-то пришёл в чувство. — А, это… такая шутка?

Кейтлин рассмеялась и покачала головой, внезапно оказавшись спокойной, расслабленной и очень… простой и близкой.

— Мэйнард, — голос её зазвучал мягко, — тебе бы отдохнуть, честное слово. Понимаю, что потрясение за потрясением, но теперь беспокоиться не о чем. Дэймона переведут, тебя вызовут для дачи показаний… В целом дальше дело пойдёт без проблем, — она выдохнула.

Джонс понял, что они вдвоём стоят на широком бетонном крыльце здания суда. На парковке ждала машина, но ни он, ни Кейтлин будто бы никуда не торопились.

— А что дальше? — спросил он, только-только начиная осознавать, что угроза миновала. Никто не обвинит его в сексуальных домогательствах! В попытке изнасилования! Более того, он всё же окажется свидетелем со стороны обвинения.

— Дальше?.. — Кейтлин смерила его взглядом. — Забавно, но когда ты не пытаешься корчить из себя мачо, с тобой даже приятно иметь дело. Майк сейчас продолжает работу, но наша помощь ему не нужна. А тебе так и вообще стоит напиться, — она усмехнулась.

Мэйнард чуть сощурился, не понимая, на что она намекает, но потом расслабился и, заложив руки за спину, качнулся с пяток на носки и обратно.

— Я буду… нескромным, — начал он, — но тут неподалёку есть бар… «Паб Пита». Может, посидим?.. — и весь его энтузиазм внезапно разбился о воспоминание — когда она согласилась выпить с ним кофе, кончилось всё совершенно не так, как он представлял.

Но эта Кейтлин была совсем не такой, как та, что тогда обозвала Хукерс-таун шлюшьим. Она снова улыбнулась с мягкостью и кивнула.

— Пойдём, пропустим по стаканчику.

* * *

«Паб Пита» был стилизован под маленький ирландский бар, в нём было много тёмного дерева и глубокой зелени. Сам Пит приехал в Хукерс-таун давно, лет этак пятнадцать назад, но всё ещё считал, что душа его осталась где-то за океаном. Может, поэтому ему удалось так здорово передать атмосферу. Казалось, что и само освещение было немного меланхолично-английским, и даже в воздухе будто бы ощущалась соль, а не пыль, как во всём их городке в эту пору.

Мэйнард кивнул Питу и предложил Кейтлин занять один из диванчиков в углу как раз под картиной, изображающей сражение с белым китом. Джонсу был знаком сюжет — напившись, Пит любил пересказывать, как его впечатлил «Моби Дик», но сам Мэйнард никогда не читал Мелвилла и не смотрел ни одну из экранизаций. Кейтлин тем временем, скользнув взглядом по морскому сюжету, заметила:

— «Моби Дик», надо же, — но ничего кроме не добавила.

Устроившись рядом с ней, Мэйнард пробежал взглядом ламинированный лист меню и, когда подскочила официантка, Ленни, быстро сделал заказ на двоих. Кейтлин откинулась на спинку диванчика и глубоко вздохнула.

— Что ж, наше сражение почти окончено…

* * *

Позже Кейтлин так и не смогла отследить момент, когда именно её потянуло за собой то самое странное настроение, из-за которого Майк любил над ней подшучивать. Может, это случилось, когда она выложила перед судьёй с неприятным лицом документы, доказывающие, что бедная одинокая женщина Мэнди на самом деле расчётливый мужчина, которого подозревают в совершении целого ряда убийств?.. Или это случилось позже, когда она втолкнула в ладони Мэйнарду бумажный стаканчик с гадким на вкус кофе, и он замер среди солнечного света, сжимая его как ребёнок?..

Или всё покатилось в этом направлении ровно в тот момент, когда Мэйнард сказал:

— Преследовать какого-то преступника двадцать лет… это почти то же самое, что делал Ахав, нет?..

Кейтлин любила литературные аллегории, честное слово. Просто в последние дни она совершенно забыла о том, как можно смотреть на дело, с которым работаешь. Рассмеявшись, она живо начала рассказывать о возможных параллелях, заодно добавив, что ей вовсе не хотелось бы закончить с делом так, как тот самый Ахав.

И в лице Мэйнарда она прочла, что он… ничего не знает о финале. Он слушал её с живым и жадным любопытством.

Да, вероятно, это её и привлекло.

…Уже в номере мотеля, когда Мэйнард расстёгивал её рубашку, она отстранённо подумала, что никогда не могла устоять, если мужчина признавал её ум. Если он смотрел на неё вот так — с восхищением и осознанием, что она сильнее и умнее.

Мэйнард, как оказалось, умел смотреть правильно.

* * *

У Кейтлин было красивое тело. А ещё она умела командовать. Мэйнард с радостью отдался её голосу, делал, как она приказывала, и наслаждение кипучими мурашками спускалось по спине.

Давно уже у него не было настолько жаркого и страстного секса. Они начали прямо у двери номера, едва не забыв оставить табличку «Не беспокоить», продолжили на сером и жёстком ковре и только после этого перешли наконец на постель, где Кейтлин оседлала его и сжала бёдрами.

Она была хороша, так хороша, что Мэйнард в промежутках между стонами, сравнил её с валькириями, отчего возбудился ещё сильнее. Его живое воображение рисовало её с мечом в руках — снова, и он готов был покоряться ей.

— Ты неплох, — смеялась она позже, когда они уже лежали рядом на пахнущих пыльной лавандой простынях.

Ему хотелось поцеловать её и прошептать очевидную глупость. Он подумал, что раз уж они пока не закончили работу над делом, раз уж он теперь — один из свидетелей, значит, они смогут видеться и дальше. Значит, у них может что-то получиться…

Но когда он сформулировал хотя бы одну фразу из этого вороха размышлений, Кейт поднялась с постели, набросив простыню на обнажённое тело, и вышла на балкон. Сквозь стекло Мэйнард увидел огонёк сигареты. Успокаивающе красная точка — последнее, что он увидел, прежде чем посторгазменная нега утянула его в сон.

* * *

Кейтлин затушила сигарету и вошла в номер. Мэйнард спал, раскинувшись на постели, и она быстро оделась, даже не добравшись в душ. Этот номер они сняли на двоих до утра, но она не собиралась оставаться здесь так долго. Утолив внезапно вспыхнувший голод, она теряла интерес столь же быстро, как его обретала.

Майк звал её за это самкой богомола.

Пора было перевернуть страницу. Все проблемы решились — и дальше Майк соберёт документы и передаст обвинению. У них крепкие доказательства, и ей даже не особенно хочется знать, что именно подтолкнуло Дэймона О’Нила к попытке сменить пол.

Она вспомнила отчёт об обыске — гормональные препараты он просто не пил, у него накопилась коробка с ними. И при этом каким-то образом умудрялся обманывать врача, что должен был помочь ему совершить переход…

«Должно быть, он просто желал замаскироваться и остаться в Хукерс-тауне», — меланхолично пожала плечами Кейтлин, снова оглянувшись на мирно спящего Мэйнарда. Ей было совершенно непонятно это желание. Унылый городишко подходил только таким лишённым амбиций людям, как Джонс.

Выходя из номера, она прикрыла дверь с особенной мягкостью. Не нужно было тревожить сны раньше времени.

— До встречи, детектив Джонс, — с иронией прошептала она и двинулась по коридору прочь. Её собственный номер был этажом ниже.

* * *

#Прокачка_БМ

Император.

Сила, власть, величие, смелость. Способность справиться со всеми проблемами. Принятие на себя ответственности за что-либо или кого-либо. Успех как естественное следствие начальственного положения. Освобождение от угрозы или опасности.

Глава 21

Последняя карта — перевёрнутая Башня.

Непредвиденное крушение, полный провал, разрушение, личные потери и прочее.

* * *

Жизнь в Хукерс-тауне вошла в обычный ритм, утихли слухи и пересуды, страшное убийство забылось, и если кто и вспоминал о нём, так только Даг Ирвинг. Когда он вышел из больницы, ФБРовцы предоставили ему новый костюм и даже отвезли за свой счёт на заседание суда. Он ведь был важным свидетелем. Пусть это нисколько не повлияло на его образ жизни и не привело его к трезвости, всё же стало значимым событием, которое он не желал вычёркивать из памяти.

Мэйнард Джонс, в отличие от Дага, вспоминать дело Дэймона О’Нила не любил. Слишком уж тяжело оно ему далось. И пусть ему тоже пришлось несколько раз мотаться в суд, он вовсе не радовался этому.

В душе у него осталось только опустошение. Каждое утро он, выходя на крыльцо, видел слепо уставившийся на него пустой дом. Прошло совсем немного времени, чтобы на него легла печать запустения. В нём даже вряд ли прибрались после обысков.

Мэйнард смотрел на него недолго, резко отворачиваясь всякий раз, когда память услужливо вырисовывала, как Мэнди открывала дверь и звала его попробовать пирога.

* * *

Кофе в этом мотеле был дешёвым и по вкусу отдавал кислятиной, но Кейт меланхолично делала глоток за глотком. Изящный кофейный сервиз никак не вязался с тем, какую бурду налили им в чашки. Впрочем, возможно, это было намеренно. Несмотря на то, что в буклете на мелованной бумаге значилось: завтрак можно заказать с шести утра — персонал явно был не в восторге, когда они с Майком попросили о нём в половину седьмого.

Майк сидел напротив и разглядывал её покрасневшими глазами. В руках он держал вилку с насаженным на острые зубцы и истекающим кленовым сиропом куском панкейка. Кейтлин от еды отказалась. Вероятно, не зря.

— …оформил перевод преступника и закончил с бумажной работой. Здесь нам делать больше нечего, можно уезжать. Или ты хочешь задержаться ненадолго? — уточнил он. Нетрудно было догадаться, что имеется в виду.

Кейтлин ценила Майка как напарника за эту трепетную любовь к оформлению бумаг, улик и прочего. Он никогда не упускал ни единой детали, а главное — умел не затягивать с этой неприятной рутиной. И ей даже нравилось то, что он с таким вниманием относился к её маленьким хобби, пусть даже и любил поострить на её счёт. Но сейчас это было лишним.

— Зачем? — Кейт пожала плечами в ответ, поймав его взгляд. — Если выехать сейчас, на дороге будет пусто, до жары успеем добраться в более приятное местечко.

— Хм, — Майк смерил её взглядом и вгрызся зубами в панкейк. Тщательно пережевав, он заметил: — Мне казалось, у тебя были дела с местным детективом, — он не продолжил, но в глазах его читалось: «Или ты уже откусила ему голову?»

— С Мэйнардом я закончила, — Кейтлин, проигнорировав двусмысленное кивание Майка, сделала ещё один глоток и всё же отодвинула чашку, где осталось не меньше половины. — Какая всё-таки гадость.

— Мэйнард? Этот кофе? Хукерс-таун или Дэймон? — перечислил Майк и рассмеялся. Всё же он не был достаточно деликатным, чтобы совсем не коснуться этой темы: — Да ладно, поверить не могу, что ты всё-таки это сделала. И как он в постели?..

Кейтлин пожала плечами и выложила на стол пачку сигарет, заканчивая тем самым разговор. Майк проследил её взгляд, понятливо вздохнул и сунул ту в карман пиджака. Улыбка стекла с его лица так же быстро, как появилась. Он съел ещё кусок панкейка и отодвинул от себя тарелку, оставив остальное недоеденным. Кленовый сироп стылой лужицей растёкся по безукоризненно белой тарелке. Подождав ещё немного, Кейт всё же заговорила:

— Джонс слишком наивный, этакий парень-жвачка, стоит только коснуться, и окажется, что он пристал к твоей подошве и планирует ваше совместное будущее, — она покачала головой, всем видом демонстрируя, что это совершенно ей не нравится. — Не стоит давать ему и шанса поверить, что возможно какое-то продолжение. Мне всего лишь нужно было расслабиться после дела. Хукерс-таун же… — она брезгливо дёрнула плечами, — я просто хочу в нормальный город, который нельзя за один день проехать из конца в конец. Маленькие городки меня утомляют, прямой путь к депрессии, знаешь ли. А кофе… кофе — просто гадость.

— То есть детектив всё же тут на две ставки сразу, — вспомнил он о том, как Кейтлин препиралась с Джонсом в первый же день. — Так это в его честь назван городок, верно?

Кейтлин криво усмехнулась, Майк поднялся из-за стола и подал ей руку. Им не впервой было уезжать вот так — в конце концов у них было немало раскрытых дел.

* * *

Мэйнард проснулся в гостиничной постели и сразу ощутил холод. Сквозь приоткрытую балконную дверь пробирался ветер, принося свежесть. Солнце явно ещё не поднялось достаточно высоко, чтобы начать привычно поджаривать улочки Хукерс-тауна. Мэйнард прислушался, надеясь расслышать шум воды в душе, но вместо того его обнимала тишина, только подчёркиваемая отдалёнными голосами, доносящимися с улицы.

Когда он сел на постели, то не обнаружил никаких следов Кейт. Его надежды, согревавшие всю ночь напролёт, сразу разлетелись на осколки, и всё же поначалу он попытался отвернуться от реальности.

Нет, Кейт не могла уйти не попрощавшись. Они увидятся, объяснятся. В конце концов разве ФБР уже закончило с делом? Он, конечно, понимал, что судить Дэймона О’Нила будут не в Хукерс-тауне, но ему казалось, что только бумажной работы ещё на неделю, не меньше.

Неприятное послевкусие, как зловещий голосок, засело внутри. Чтобы избавиться от него, Джонс отправился в ванную и плеснул холодной водой в себе в лицо. Он поднял взгляд и встретился со своим отражением в круглом тусклом зеркале. Там он выглядел помятым и словно постаревшим на несколько лет. Казалось бы, ночь прошла чудесно, но, видимо, его тело умело принимать поражение гораздо честнее разума.

Злясь на себя, злясь и на Кейт тоже, Мэйнард спустился в холл и обратился к девчонке за стойкой ресепшен. На бэйдже у неё было замысловатое «Каролина», таких имён в городке он прежде не встречал, и это почему-то напомнило ему, что он начал терять хватку. Разве раньше он позволял себе такую небрежность? Он всегда знал каждую девчонку в этом отеле!

Каролина тряхнула головой, отчего лёгкие короткие прядки встали торчком, и пожала плечами на его вопрос. Она растерянно взглянула на круглые часы, висящие у неё за спиной. Восемь часов и десять минут.

— Те, из ФБР? — она пожала плечами. — Час, как рассчитались и уехали, хотя и могли оставаться тут до двенадцати.

Мэйнард нахмурился и отправился прочь. Как оказалось, его номер был оплачен вперёд. Кейт не оставила ни визитки, ни номера на салфетке, точно вычеркнула его из памяти в тот самый миг, как закрыла за собой дверь.

* * *

Пока Джонс добирался до дома в тот день, в голову лезли печальные мысли. Он вспоминал, как отказался от работы в городе куда крупнее Хукерс-тауна, как самодовольно считал, что его интуиция и понимание людской натуры способны защитить местных от любого преступного зла. Как смешно и печально теперь было напоминать себе, что он действительно считал, что знает каждого здесь насквозь.

Двадцать лет службы — и всё для того, чтобы узнать, — он ничего не стоит как детектив. Не увидел преступника у себя под носом. Пил чай с ним и сетовал на упрямых агентов ФБР!

Он не только не распознал зло у себя под носом, он даже не смог понять, с женщиной общается или с мужчиной…

Мэйнард вошёл к себе, громко хлопнув дверью, будто это она была виновата. Взгляд его зацепил пыль на стеллаже, куртку с грязным рукавом на вешалке. А на кухне — он точно помнил — прямо у раковины осталась пара чашек с кофейными разводами. Его дом выглядел неуютным и пустым, в нём даже воздух застоялся.

Джонс качнул головой и вместо того, чтобы поехать в участок, сменив рубашку на свежую, как собирался сначала, распахнул все окна и даже дверь на террасу, а потом, и вовсе разозлившись, принялся сбрасывать накопившийся там мусор в плотные полиэтиленовые мешки, такие же чёрные, как те, куда пакуют трупы…

* * *

О том, сколько присудили серийному убийце Деймону О’Нилу, который на заседаниях суда вовсе не выглядел женщиной, живо говорили в новостях, но Хукерс-таун эта волна почти не коснулась. Возможно, из всех только лишь Мэйнард вчитывался в опубликованные материалы дела, всё ещё силясь то ли найти самого себя между печатных строк, то ли отыскать ответ, отчего именно его это дело так зацепило, распотрошило, бросило разворошённым и опустевшим.

Дэймон в статьях вёл себя вызывающе и расписывал концептуальность своих убийств так, точно рассказывал о произведениях искусства. «Последняя, Вайнона, — говорил он, — на самом деле заставила меня почувствовать острые угрызения совести. Я был виноват — перед собой, конечно, перед собственным гением. Первая была незавершённой. Не стоило её такой оставлять. Вайнона дала мне силы воплотить задуманное в совершенстве. Если бы вы могли почувствовать то же самое! В ней всё было идеально, понимаете? Цвет глаз, завитки волос, форма тела! С ней я сумел выразить идею во всей полноте».

Мэйнард так и не понял, в чём заключалась идея, но взгляд сам собой зацепился за «цвет глаз», и он вспомнил фотографии с мёртвым лицом, что сейчас пылились в архиве. Он был рад, что Дэймону присудили смертную казнь, а судебный приговор огласили в штате, где таковая допускалась.

Однако он не поехал смотреть, как преступник получает смертельную инъекцию. С момента завершения дела, когда СМИ замолчали, он лишь продолжал падать, падать и падать, и не видел никакого конца у чёрной пропасти, куда случайно попал.

* * *

…В Хукерс-таун пришло очередное жаркое лето, и детектив Мэйнард Джонс, забыв о своих прямых обязанностях, заехал в «Паб Пита». Он заказал большой бокал пива и сел в тёмном углу, неприязненно покосившись на сценку, где белый кит одерживал победу над глупыми людьми.

Жара была неимоверная, последний дождь прошёл уже с неделю назад, потому в воздухе клубилась пыль, но в пабе об этом не помнилось, кондиционеры справлялись с духотой, навевая мысли о холодных океанских волнах, обрушивающихся на клыками торчащие скалы.

Холодное пиво горчило на языке, и хотелось немедленно добавить к нему чипсы, но Мэйнард цедил его потихоньку, уставившись в одну точку. Голос Кейтлин ворвался в его мысли так ясно, будто бы на самом деле звучал прямо сейчас: «Измаил, от лица которого мы погружаемся в историю „Моби Дика“, это всего лишь глас из пустыни, — она усмехнулась. — И он повествует о том, как должно сражаться с судьбой и как ей проигрывать тоже».

Белый кит, бороздящий холодные, седые от пены волны, доказывал, что спорить с судьбой бесполезно.

Литературные аллюзии были для Джонса слишком сложны, Мэйнард отбрасывал их, не стремясь вместить собственную жизнь в канву какого-нибудь текста, не подбирая для себя книжной роли — если, конечно, исключить образ Шерлока Холмса, которым он грезил ещё в студенчестве. Но прямо сейчас, когда пиво холодно прокатывалось по пищеводу, замирая осколком льда в желудке, он осознал — уже тогда, в тот самый вечер, Кейтлин предупредила его. Заведомо дала подсказку, чтобы он не обманывался в ожиданиях.

Собственное сражение с Моби Диком он проиграл полностью, как и Ахав.

— Эй, Мэйнард, — Пит подошёл к нему и, недолго думая, уселся напротив. — Что с тобой?..

Джонс поднял взгляд от оседающей в бокале пены и усмехнулся. В сущности, нужно было всего лишь отмахнуться и сказать, что достала рутина на работе. Никто и никогда на самом деле не желал погружаться в болото его угнетающих мыслей. Но вместо того Мэйнард произнёс вовсе не то, что надо было, и совсем не то, что хотел:

— А помнишь, к нам приезжали ФБР, да?

— Из-за той мёртвой красотки? — подхватил Пит, ничуть не удивившись, что Джонс заглянул так далеко в прошлое. Всё же громких событий в Хукерс-тауне было немного.

— Да-да, — подтвердил Мэйнард, и прежде чем Пит начал причитать, что никогда не принял бы Мэнди за убийцу, добавил: — Там ещё была красотка старший агент?.. — образ Кейтлин напротив полностью растаял, забылись её голос, слова. Всё вмиг стало проще.

— Ну… — Пит почесал затылок, не спеша соглашаться. Мэйнард хмыкнул и откинулся на спинку диванчика.

— Знаешь, а мы ведь с ней переспали…

И пиво показалось уже не таким горьким.

Сноски

1

Хукерс-таун — буквально who cares town (никому не нужный городок, Зажопинск, иными словами), но омонимичен с hookers town — городок шлюх.

2

1,68 м

3

1,83 м

4

его рост 5,9 фута, то есть 1,8 м

Content

Ярослав Зарин
(RavenTores)
Убийство в Хукерс-тауне

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Сноски