Вадим Смольский

(Letroz)

Загадка пропавшей статуи

Всем приключенцам!

Обычное приключение на два часа

Вышедшие в мае 39-го «Хроники раздора» не перевернули жанр ММОРПГ и не изменили мир виртигр с полным погружением до неузнаваемости. Зато они стали их иконой, образцом и самой популярной игрой всех времён. «Хроники» объединили игроков со всего света и дали им ощущение общего дела, чего не смог сделать ни один проект до этого.

Эта игра вобрала в себя самое лучшее, не только из своего жанра, но и из игропрома вообще. Но самое важное: она дала не просто ощущение свободы, а настоящий её концентрат.

Игроки здесь пишут не только свою историю, но и историю этого мира. Они кровь этой игры, они и есть «Хроники раздора»! Каждый здесь и актёр, и режиссёр, и сценарист. Выполняя даже самый рутинный квест, никогда не знаешь, чем всё обернётся. Станет ли это приключение противостоянием старого и нового, триллером, ужастиком, боевиком, а может, даже детективом… Важно то, что эта история будет, и вы её переживёте!

Из статьи «Мой первый год бардом», Максим Солоряков, игровой портал gamestop.ru

Последняя сгорбившаяся фигурка с очень заметными, даже несмотря на кучу бинтов, покрывающих всё тело и потрёпанную хламиду поверх этого, крысиными чертами, повизгивая, рухнула на пол, выронив посох, до боли напоминающий феноменально уродливую ветку. Все семь крысолюдов-жрецов были мертвы, однако для рейда это означало лишь плохие новости.

— Милые мои, начинается вторая фаза, прошу, надо довести дело до окончания, ладно? — прошептал в микрофон томный голос барда, которая возглавляла рейд. — У вас примерно минута, прежде чем вылезет босс.

Звали её Лукаша. В отличие от многих собратьев по классу, она вдохновляла союзников не столько игрой на музыкальном инструменте, в её случае — бубне, сколько экзотическим танцем, который совмещала с редкими усиливающими заклинаниями. Идеальное сочетание для роли поддержки, которая, благодаря очень специфической одежде Лукаши, непрерывно будоражила фантазию всех её сопартийцев мужского пола.

— Эй, Фалайз! — не без труда оторвав взгляд от лидера рейда, окликнул товарища и друга игрок под ником Тукан. — Наколдуй мне какой-нибудь магической еды — у меня бананы закончились.

Он не без доли самоиронии называл себя киберкрестоносцем, хотя официально являлся обычным паладином, выглядел простым рубахой-парнем в тяжёлом доспехе, с не менее тяжёлым мечом наперевес и вёл себя в полном соответствии с этим немного чудаковатым образом.

— Во-первых, у меня и так почти нет маны. Во-вторых, ты предлагаешь мне СЕЙЧАС перебирать кучу заклинаний ради этого?! — возразил ему игрок, выглядевший потрёпанным и слегка потерянным даже тогда, когда его никто не трепал и не терял.

Классом Фалайза являлся «дикий маг», что для многих других игроков в «Хроники раздора» было чёрной меткой, а для остальных знаком «Осторожно, неприятности!». Всё дело состояло в непредсказуемости, даже хаотичности тех заклинаний, что он колдовал. Они очень условно поддавались контролю и требовали огромных познаний механик игры. Иначе же, из посоха дикого мага с равной вероятностью могла вылететь огненная стрела, гигантский торт, живая табуретка, ослепляющая радуга или шар лечебного света.

— Ну так попроси у Фионы! — упорствовал Тукан. — У неё вон ещё полный рюкзак.

Стоявшая чуть в стороне от них жрица с очень яркой внешностью, которую украшали рыжие волосы и разноцветные глаза, словно только этого и дожидалась, сразу же взвившись:

— Когда мы были в городе, я тебе что говорила?

— Ты мне много чего наговорила. Про мою забывчивость и… — крестоносец запнулся, — и кажется, было что-то ещё!

— Я предложила тебе сходить и купить ещё бананов, примат с амнезией! — напомнила Фиона, потрясая миниатюрным кулачком.

Эти трое играли вместе уже некоторое время, пережили кучу приключений и вообще стали за достаточно короткий срок друзьями не разлей вода. «Хроники» многих объединяли. Споры у них случались регулярно и были лишь формой общения, не более того.

К сожалению, девять других участников рейда этого не знали и взирали на эту сцену не без изумления и с толикой опаски — не хватало ещё, чтобы перед финальным боссом партия развалилась из-за каких-то забытых бананов. Поэтому не было ничего удивительного в том, что им поспешили на помощь.

Первым успел персонаж, выглядящий как стереотипный воин степей, с соответствующими чертами лица, нарядом и оружием: лук да сабля полумесяцем. Звали его Тоорил. В подземелье он пришёл, разумеется, без своего коня, да и игра без редкой специальной аппаратуры не передавала таких тонкостей, однако даже просто глядя на него ощущался сильнейший запах лошадиного пота.

— Возьми пару моих зелий, паладин, для сопартийца не жалко, — прогундел Тоорил, простецки улыбаясь.

— Спасибо, но мне нельзя, — отказался Тукан, поморщившись, но, заметив общее недоумение всех, кроме друзей, поспешил оправдаться. — Я крестоносец, и у меня обед, в смысле обет — ни капли в рот и всё такое. Даже в пятницу после полудня, хех.

Ему не особо поверили, но всё же отстали, особенно после того, как Фиона всё же достала из своего рюкзака пакет булочек.

Несмотря на то, что сказанное Туканом звучало как полнейшая нелепица, это была практически чистая правда. Он умудрялся сочетать «профессию» воина света с тяжелейшей формой наркомании. Последняя предоставляла ему солидные боевые бонусы, но взамен начисто отсекала использование любой другой алхимии — это для крестоносца было равносильно смерти от передоза.

— К-кажется, начинается! — раздался тоненький голосок, принадлежавший ещё одной целительнице.

Звали её, вопреки миловидной внешности и классу, Щёлочь. Среди всех участников рейда она была самого низкого уровня, да и в целом вела себя не слишком умело, однако, пообщавшись с ней хотя бы пару секунд, устоять перед её несколько наивным обаянием не смог бы даже последний циник.

Весьма характерная для сражений с боссами арена, где они все собрались, и вправду принялась зловеще подрагивать. Это были серые, мрачные катакомбы глубоко под землей, теперь уже богато усеянные телами множества крысолюдов, которые здесь недавно завелись.

— Эй ты, одноглазая! Уйди с линии огня! — не сказал, а потребовал один из магов.

Это был немолодой эльф с традиционными для этой расы острыми чертами лица и длинными, мерзкими, будто бы они были мокрыми и жирными, белесыми волосами. Звали его Горац, хотя себя он, от явного недостатка скромности, именовал не иначе как «Горац фон Вольт». Кажется, его целью пребывания в рейде являлась не столько добыча или победа над монстрами, сколько процесс доведения всех и вся до белого каления. В остальное же время он был магом, весьма эффектно и при этом эффективно воздействующим на противников водой в различных агрегатных состояниях.

— Я сама решу, где мне стоять, сноб вислоухий! — мгновенно вспыхнула, как спичка, и вправду одноглазая эльфийка, чья кожа цветом напоминала уголь, да к тому же ещё и абсолютно лысая.

Клесирре, а никнейм у неё был именно такой, и без того не требовался повод для склоки, а с Горацом она начала собачиться буквально с первых же минут похода. Сама эльфийка себя называла «пираткой с островов Раздора» и в целом образу соответствовала как в плане одежды, так и стилем сражения, сочетая саблю с различными приёмами, а также широким ассортиментом хитрых приспособлений вроде миниатюрных бомб, дротиков или кинжалов.

— Можно вы будете ну хоть каплю полезны, хотя бы сейчас, на финальном боссе? — вмешалась в их перепалку ещё одна темнокожая эльфийка, но уже с закосом под «дроу».

Особа, скрывавшаяся под ником Матаркша, вообще непонятно что забыла в этом подземелье. Её высокомерие сочеталось с не менее высоким уровнем, что вкупе с весьма качественным и дорогим снаряжением ставило под большое сомнение экономическую целесообразность её участия. В одиночку она это подземелье, конечно же, не осилила бы, но и награда, к тому же поделенная на двенадцать, не окупала ни ремонт, ни расходники, не говоря уже про затраченное время.

Принадлежала она к довольно редкому классу чернокнижников. В отличие от прочих заклинателей он требовал большого умения играть и в частности понимать, что и когда надо делать. В ином же случае основное оружие данного класса — проклятия — вполне могли обернуться против него самого или его союзников.

— Да хорош трындеть! — воскликнул мужчина в очках-консервах, плотно закрывающих глаза, с причудливым украшением, состоящим из нескольких колец на лбу. — Дела делать надо уже!

Класс этого персонажа был понятен издали с первого же взгляда и без всяких объяснений. Сунрад одевался как стереотипный алхимик, вёл себя как стереотипный алхимик, да и играл как стереотипнейший алхимик, что придавало ему немалую долю забавной, но предсказуемой карикатурности.

Последних двух участников рейда, которые в склоках не участвовали и вообще держались в стороне, сами себе на уме, можно было крайне легко спутать, особенно в бою, когда эти две эльфийки, оборачивались изящными, но практически одинаковыми пантерами и принимались мельтешить по округе с невероятной скоростью. Звали их соответствующе: Рукороко и Курокоро. Или же наоборот. Ни одна из них нисколько не пыталась облегчить задачу с угадыванием кто есть кто. Приходилось каждый раз поднимать взгляд и смотреть на строку никнейма.

Вне боя их внешность заметно отличалась, но исключительно за счёт контрастности одежды: Курокоро одета была в бело-зелёное платье, а Рукороко, соответственно, в зелёно-белое. Впрочем, не будучи в зверином обличии, они не мельтешили, что несколько упрощало задачу по опознанию.

Именно такой состав рейда спустился в катакомбы близ города с плохо выговариваемым названием Амбваланг. Причиной экспедиции стало не столько крысолюды сами по себе, сколько то, что эти противные создания украли посреди бела дня из самого центра города статую его основателя — некоего Амбва. Персонаж этот никаким игроком не был, давным-давно умер и вообще какую-то значимость представлял только для людей, знакомых с историей мира «Хроник раздора». Тем не менее за его статую городские власти назначили солидную, особенно по меркам этой, считающейся низкоуровневой, локации награду. Это-то и свело двенадцать весьма разномастных персон вместе.

Пока, самым сложным в их почти полуторачасовом приключении являлся спуск в катакомбы. Те лишь недавно обнажились, когда возле Амбваланга в результате весьма плачевных событий появился гигантских размеров кратер. Этакий эпицентр магического ядерного взрыва с соответствующими опасностями вроде убивающего всё и вся излучения, мутантов и просто опасной живности.

И тем не менее пройдя этот участок, пробившись через кишевшие крысолюдами катакомбы, группа без потерь дошла до финального босса. Оный как раз помпезно являл себя игрокам.

Крысы-жрецы, чей ритуал игроки рейда силились сорвать, но волею скриптов потерпели неудачу, взывали за помощью к своему богу — некой четырёххвостой крысе. Тот ответил, но, как всякий мудрый бог, не желая подрывать веру в себя, явился на помощь не лично, а прислал свой аватар: гигантскую, антропоморфную, полупрозрачную, ещё и светящуюся токсичным зеленоватым светом четырёхрукую крысу. Вооружена та оказалась так, словно она опаздывала и в спешке схватила первое попавшееся оружие: копьё, молот, меч и магический посох.

— Это, мои дорогие, символизирует единство четырёх сущностей крысиного бога, — поделилась познаниями во внутриигровых историях Лукаша. — Остерегайтесь гигантского посоха — его заклинания вешают неприятный дебаф. Не попадайте под тычки копья — оно отравленное. Молот полностью разрушает вашу защиту, что может быть очень опасно! А меч…

Свой рассказ она сопровождала очень своеобразной, откровенной пантомимой, от которой мужчины не могли отвести взгляд, а женщины кривились.

— А меч, видимо, глубоко режет? — откровенно глумясь, уточнил Горац, испытывавший солидарность скорее с женской половиной рейда.

— Именно так, мой дорогой. Ты такой догадливый! Нам определённо стоит провести больше времени вместе! — бард принялась поправлять свой корсет, чем заставила вредного эльфа не только заткнуться, но и смущённо отвести взгляд.

— Ш-шилоклювка, — брезгливо глядя на неё, Матаркша буркнула ругательство в матфильтр, который не «запикивал», а заменял матершину на названия птиц.

Назревающую перепалку прервал своими рыком босс — так он обозначил, что закончил своё воплощение и готов умирать. Первым на него, как и положенно танку, с криком: «За плату мою материнскую!» бросился Тукан, за ним последовали остальные бойцы ближнего боя, после чего, немного выждав, подключились маги и жрецы.

Аватар крысиного бога несомненно был весьма грозным противником. Не только из-за размеров или силы. Он очень ловко и умело пользовался всем своим вооружением, комбинируя его на разный лад, а также непредсказуемо и быстро перемещаясь по полю боя. Последнее обстоятельство было особенно неудобно даже не для магов, к которым регулярно прибегал противник, а для Тукана. Ему то и дело приходилось, перечисляя разнообразные виды пернатых, носиться по полю боя. Не то чтобы его сильно беспокоили физические нагрузки в тяжеленном снаряжении, просто большинство тех, кого он бегал защищать, не вызывали ни малейшего желания им как-то помогать. Скорее наоборот.

— Нельзя как-то поживее убрать отсюда эту образину? — возмущалась Матракша, прижатая боссом к стене.

— Не загораживайте линию огня, нубы! — раздался издали полный возмущения вперемешку с высокомерием крик Гораца, который, почуяв, что его звание самого токсичного сопартийца вот-вот уйдёт другой, поднажал.

— Не ссорьтесь, а работайте сообща, так мы все получим больше удовольствия! — попыталась успокоить их Лукаша.

Примирить враждовавших ей, конечно же, не удалось, а вот сбить с толку и заставить думать о другом — сколько угодно.

— Интересно, она эти эвфемизмы на ходу придумывает или заранее заучила? — спросила сама у себя Фиона.

— У кого что на уме, тот о том и трындит, — пробегая мимо неё, весело ответила Клесирра.

— Ой, ай, простите, извините, я не специально! — случайно столкнувшись с одной из близняшек, принялась извиняться замешкавшаяся Щёлочь.

Всё бы ничего, друид на это даже не обратила внимания, но про свои обязанности целительница совершенно позабыла. Босс этого тоже не заметил, для такого ему откровенно не хватало мозгов, зато ощутил Тоорил, который как раз не очень удачно увернулся от удара молотом. Шипя какие-то невнятные ругательства, которые не мог разобрать ни игровой автопереводчик, ни тем более матфильтр, он принялся, не спуская глаз с босса, отступать, дабы не погибнуть. Увы, сзади как раз запутался в своих склянках, колбах и мешочках Сунрад, и неожиданное столкновение совсем не улучшило положение алхимика.

— Нет, нет, нет, НЕТ! — пытаясь удержать какую-то особо хрупкую и по видимости ценную пробирку, принялся приговаривать он, пятясь назад.

Опасный реагент Сунрад всё же, извернувшись и обозвав Тоорила унизительным словом «д-дятел», поймал. И в тот же момент поймал в голову сосульку внушительных размеров от Гораца, который не только не сделал ничего, чтобы предотвратить это, но ещё и возмущённо воскликнул:

— Смотри, куда идёшь, позёр!

Мгновенно покрасневший от злости алхимик хотел было что-то ответить, но мимо в очередной раз пробежал босс, а за ним целая толпа, возглавляемая Туканом, и потому ограничился злобным взглядом и не предвещающей ничего хорошего для высокомерного эльфа усмешкой.

Где-то поодаль, находился Фалайз, привычный держаться подальше от других игроков. Он неторопливо бросал в аватара крысиного бога самонаводящиеся сгустки тьмы. Те не то чтобы наносили много урона, но в отличие от многих других заклинаний дикого мага сами находили свою цель, никому не мешая и не задевая. В том, какая реакция последовала бы, задень Тоорила, Сунрада или кого-то ещё, он сам, Фалайз, уже вкусивший горький плод предрассудков, нисколько не сомневался, потому действовал по принципу «курочка по зёрнышку».

— Можно я тут постою? — едва вырвавшись из суматохи, застенчиво спросила Щёлочь.

— К-конечно, пожалуйста, — не привыкший, чтобы у него кто-то что-то спрашивал, особенно с таким отчаянием в голосе, растерянно ответил дикий маг.

Бой тем временем, невзирая на отдельные эксцессы, шёл к своему логическому завершению. Сколько бы раз кто-то не столкнулся, споткнулся и просто без причины сорвался на ком-то, рейд всё равно оказался ощутимо сильнее аватара крысиного короля.

Иронично, но главной надеждой для босса были не меткие и сильные удары, а то, что его противники передерутся между собой. Наверное, продлись бой чуть дольше, так бы оно и произошло, но не сложилось.

Очередной самонаводящийся шар Фалайза поставил точку в этом противостоянии и переключил всеобщее внимание на совершенно иную тему.

Не успел босс упасть и рассеяться пылью, как одна из стен растаяла, оказавшись очень хорошей иллюзией, обнажая сокровищницу крысолюдов. Та оказалась заполнена не то чтобы до краёв и совсем не золотом. Зато монстры затащили туда всё, что плохо лежало в окрестностях катакомб. Понятное дело, драгоценных металлов среди этой разномастной кучи добра оказалось совсем немного, и то, судя по всему, украденных из какого-то храма.

Однако всеобщее внимание привлекли не ценные инструменты или дорогие свёртки ткани, а довольно большая статуя властного мужчины, который, подбоченившись, взирал на грязный потолок. Размеры скульптуры были таковыми, что стояла она наискосок, иначе не помещалась. И вообще было совсем неочевидно, как тщедушные крысолюды её сюда затащили.

— Полагаю, что они действовали очень просто — тащили, а не думали, пролезет ли она в эти катакомбы, — ответила Фиона на этот вопрос, хотя никто и не спрашивал.

— Это он и есть? Это Амбв? — с нескрываемым восторгом в голосе уточнила Щёлочь, всё ещё находящаяся рядом с Фалайзом.

Они не очень-то спешили в сокровищницу. Дикий маг не рвался туда, потому что знал, что вопросом дележа добычи за него будет заниматься Фиона, которая не только отстоит права на часть троицы, но и так или иначе сделает всё по-своему. А вот на что рассчитывала целительница, оставалось неясно.

— Выглядит солидно, дорого, богато, значит, так оно есть, — вмешался в их разговор Тукан, тоже никуда не спешивший и с недовольством разглядывающий зазубрины на мече. — Как так получается-то: тварь призрачная, а зазубрины оставила?!

— Потому что ты, фехтовальщик от бога, им удары принимал, — проходя мимо, насмешливо бросила Матаракша.

— Но ведь его оружие тоже было призрачным… — кисло сообщил крестоносец уже сам себе.

Чернокнижница, как и большая часть остального рейда, уже ушла заявлять свои права на добычу. Там как раз случился неожиданный казус: все, кроме Фионы и отствующей Щёлочи, заявили претензии именно на статую Амбва, вообще не интересуясь всем остальным.

Разумеется, в такой-то компании это мгновенно переросло в склоку, постепенно переходящую в драку. Голосовой чат рейда моментально заполнился руганью, гамом и шумом.

— Тише-тише! Давайте по одному, я со всеми вами справлюсь, но не сразу! — мурлыкала в микрофон Лукаша, пытаясь успокоить рейд, но не слишком успешно.

— Я сразу говорил, что интересуюсь только статуей и ничем больше! — повысив голос, заявил Горац. — В гильдии меня заверили, что так оно и будет!

— Кто тебя заверил-то? — насмешливо уточнила Клесирра. — В заказе сказано, что делёж добычи по завершению!

— У меня особый контракт с Приключенцами! — упорствовал маг воды, однако доказывать свою позицию никак не стал, видно, полагая, что его самоуверенность сама по себе доказательство правоты. Кроме того Горац вдруг обнаружил, что его ноги намертво приморожены к полу. — Кто это сделал?! КТО?! — противно взвизгнул он и, найдя взглядом ухмыляющегося Сунрада, указал на него пальцем. — ТЫ! Убери свою химию с моих сапог! Ты хоть знаешь, сколько они стоят?!

— Давайте бросать кости, — не обращая внимания на перепалку, предложил Тоорил, демонстрируя пару простеньких игральных кубиков. — Так велит традиция!

— Да, бросим кости! — мгновенно поддержала Курокоро.

— Как и всегда! — вторила ей Рукороко.

— Кости? Ты берега попутал, конелюб? — взвилась Клесирра. — Такие вещи не твои костяшки решают, а представитель гильдии!

— Я поддерживаю. Пускай в гильдии Приключенцев решают, кому отдать статую, — стараясь демонстративно держаться в стороне от склоки, заявила Матаракша.

— Конечно, ведь её отдадут тебе! — заявил Горац презрительно. — Самый высокий уровень!

— И будут полностью правы…

— Может, мы всё остальное поделим тогда? — предложила Фиона, тоже начинавшая закипать от происходящего.

— Эта милашка говорит правильно, — начала Лукаша растерянно, — прежде чем перейти к самому приятному, надо сначала…

— Сначала мы решим, чья статуя! — почти в один голос возразили ей неожиданно обнаружившие себя любители статуй.

— И долго они так будут ругаться? — боязвило поинтересовалась Щёлочь.

Фалайз и Тукан растерянно переглянулись.

— Первый раз вижу такой ажиотаж, да ещё и из-за тяжеленной статуи, — заметил крестоносец. — Её же отсюда фиг достанешь!

— Вроде как городской управляющий Фопс назначил за неё дополнительное вознаграждение, — припомнил дикий маг и не слишком деликатно сменил тему. — А ты почему ни на что не претендуешь?

— Ну-у-у, — застенчиво протянула Щёлочь, упирая глазки в пол. Немного подумав, она начала рассказывать: — Мне вообще по уму надо идти качаться дальше. Меня ведь случайно взяли — им хила не хватало, да и пользы от меня немного, поэтому я и не лезу. Кстати, вы проходили квест в болоте? Он такой…

Говорить ей приходилось, несмотря на застенчивость и некоторую интимность этого разговора, на повышенных тонах. Иначе из-за непрекращающейся в чате ругани целительницу не было слышно. Впрочем, не только это смазывало впечатление от рассказа.

Фалайз слушал эту исповедь, заметно отдававшую чем-то механическим. Кажется, Щёлочь рассказывала её совсем не в первый раз, с очень понимающим видом. Когда Тукан, судя по ухмылке на его лице, собирался что-то пошутить, им троим в лицо ударил столб густого, очень едкого дыма, мгновенно окутавшего собой всё окружающее пространство. В сокровищнице сразу же началась давка, перетёкшая в драку всех со всеми, а чат заполнился криками, воплями и отборной матершиной, на фоне которой даже грохот бросаемых ящиков с добычей, шипение огня и треск молний практически не были слышны.

Остановилась драка только тогда, когда Матаракша подняла целый ураган, разогнавший дым. Дело было совсем не в том, что сражаться лицом к лицу собравшиеся стеснялись, а потому, что все они рефлекторно посмотрели в сторону статуи и обомлели от удивления, поняв, что та, за несколько десятков секунд пока царила неразбериха, исчезла. На её месте теперь лежали разбросанные ценности крысолюдов и пара деревянных скорлупок, как от дымовой шашки.

— Ой! — испуганно воскликнула Щёлочь из-за спины Фалайза, где попыталась спрятаться.

— Ну начинается… — простонал Тукан.

Глупые вопросы

— Почему когда происходит что-то, кхм, экстраординарное, поблизости всегда оказываетесь вы трое? — с раздражением и усталостью поинтересовалась Чиала.

Она была администратором гильдии Приключенцев Амбваланга. За этим внешне невзрачным официозом скрывалась должность регионального главы одной из самых могущественных гильдий в «Хрониках раздора», что значило очень и очень многое для любого игрока. Большая часть поручений в игре проходила именно через эту гильдию, выполняющую роль связующего звена между заказчиками и исполнителями. Оказаться в чёрном списке у Приключенцев означало не только отсечь себе огромный пласт доходов. Список этот являлся публичным, и очень многие гильдии и кланы, не особо вникая в ситуацию, также отказывались работать с проштрафившимися игроками.

— А почему вы спрашиваете это цитатой из древней книжки? — в тон ей ответила Фиона, на что Фалайз и Тукан нервно переглянулись.

Переходить дорогу Чиале было чревато не только из-за её положения, но и по иной причине: женщина, обычно прятавшаяся в соответствующем должности костюме, была титулованным чемпионом по рукопашному бою. Тем не менее Фиона не демонстрировала ни толики страха и, даже напротив, держалась крайне уверенно и смело. Она традиционно вела все переговоры от лица их группы, и этот случай исключением не стал.

Не успел невесть откуда взявшийся в катакомбах дым полностью рассеяться, а все челюсти подняться с пола, как в подземелье воцарилась перепалка и суматоха, не идущая ни в какое сравнение с теми словесными пикировками, что возникали до этого. На этот раз ругались вообще все, наперебой спеша обвинить друг друга в пропаже статуи.

Продолжалось это вплоть до прибытия представителя гильдии Приключенцев, собственно, Чиалы, с парой ботов, которая не мудрствуя лукаво, задержала весь рейд для разбирательства.

Их отвели в Амбваланг, в здание гильдии, изъяли всё снаряжение, включая одежду. На замену, дабы не превращать происходящее в сплошную пошлятину, выдали безликие серые робы. Наверное, их можно было бы назвать «арестанскими», не будь они такими невзрачными и убогими, что их не надел бы ни один уважающий себя преступник. После чего участников рейда развели и заперли по разным помещениям.

Конкретно Фалайза Тукана и Фиону поместили в комнату, где обычно обитали гильдейские боты. Те, будучи ребятами не склонными требовать себе много и тем более жаловаться, проживали в общем помещении до боли напоминающем своим внешним видом и убранством карцер.

— Вопросы здесь задаю я…

— Ещё одна баянистая цитата, — осмелев, с усмешкой заметил Тукан.

— Вы правда думаете, что это сделали мы? — с намёком уточнил Фалайз.

— Вот да, — поддержал друга крестоносец. — У нас нет этого, как его… рвения, вот!

— Мотива, — скривившись, поправила его Фиона. — Но да, с мотивом у нас туговато: мы и так на особом счету, зачем нам подставляться? Ради куска мрамора?

— Большого куска мрамора, — мрачно поправила их администратор. — И не мрамора, кстати.

История их попадания в позорный список воров добычи была давней и несколько противоречивой. Несмотря на это, гильдия Приключенцев такие вещи не забывала. К искреннему удивлению троицы, Чиала, ещё немного помучив их колючим взглядом своих голубых глаз, вдруг сказала:

— Поразительно, но против вас у меня действительно почти нет обвинений. Вы не претендуете на эту проклятую статую, как все остальные; двое из вас не находились рядом с ней в момент происшествия — это единственное, в чём согласны между собой другие; ваши классы совсем не подходят для такой кражи; в конце концов, логи ваших инвентарей показывают, что…

— Логи наших инвентарей?! — совсем не притворно изумилась Фиона.

— После того случая в Альмагее, когда вы украли часть рейдового лута, гильдия ввела в отношении вас не только финансовые санкции, — не стала отпираться администратор. — А чего вы хотели? Таковы наши правила. Вы их читали.

— Во-первых, я ничего не читала…

— Это не проблема гильдии.

— Во-вторых, — с нажимом продолжила Фиона, — что-то я не припомню, чтобы давала своё согласие на сбор каких-то логов инвентаря! Это вообще против игровых правил!

— Гильдия вводит подобные меры по своему усмотрению и никак их не комментирует, — ответила Чиала спокойно. — Официально мы ничего не собираем. Просто покупаем информацию. Откуда она, каким образом возникла, нарушает ли какие-то правила — не наша забота.

— Уберите это.

— Что убрать? — невинно похлопала глазками администратор.

— В таком случае, может, мы можем идти? — поинтересовался Тукан, демонстративно зевая. — Если ваш анальный зонд показал, что мы тут ни при чём, а?

— Ключевым условием, по которому девять других игроков согласились остаться, было то, что вы все не будете покидать здание гильдии вплоть до окончания расследования. — Подумав, Чиала добавила с хитрецой: — Мне бы хотелось этим воспользоваться.

— Ну, будем, видимо, ждать, — пожал плечами Фалайз, всегда плохо понимавший намёки, особенно такие туманные.

— Возможно, гильдия вознаградит нас за содействие? — уточнила Фиона, у которой с намёками никаких проблем никогда не было. — Например, забудет о некоторых прошлых инцидентах.

— Возможно, она даже вознаградит вас финансово, — не стала торговаться администратор и, устав от этого всего, высказалась начистоту. — Слушайте, моё положение аховое: вечер пятницы — и тут такое. Мне едва-едва удалось наскрести пару игроков, чтобы те проверили место происшествия. А ещё надо в течение четырёх часов опросить остальных.

— Почему четырёх? — уточнил Тукан подозрительно.

— Это был предельный срок, на который согласились остальные. — Чиала добавила с надрывом: — Вечер пятницы!

— И мы должны будем, эм, заняться расследованием? — уточнил дикий маг.

Перед ответом Чиала смерила его долгим пронзительным взглядом.

— Для начала просто нормально опросите их. Кто они, откуда, зачем здесь.

— Разве у вас нет этой информации? — удивилась Фиона.

— На кого-то есть, но… Вот, например, Щёлочь, — администратор достала какой-то лист и прочитала. — Последнее поручение гильдии в Амбваланге принимала ещё в июле. На дворе ноябрь.

— Странно, она вроде говорила, что в Амбваланге качается и вообще случайно попала в рейд, — припомнил Фалайз.

— Вот поэтому-то, пока я собираю по другим филиалам документы, бегаю в городскую администрацию за уточнениями и трясу иные заинтересованные организации, вы будете их опрашивать.

— Чур я иду к блудн… в смысле танцовщице! — мгновенно поднял руку Тукан. — А к этому напыщенному хмырю пускай идёт Фалайз!

— Эй! Почему это…

— Во-первых, вы оба сейчас подключите стрим, чтобы я могла видеть и слышать то, что видите и слышите вы, — подумав, перебила их Фиона. — Во-вторых, начнёте совсем не с них.

— Оба? Ты не идёшь? — искренне удивился дикий маг.

— Нет, — коротко ответила жрица, явно уже не только вошедшая в роль, но и что-то задумавшая.

* * *

— Фиона, эти вопросы, как бы помягче сказать… — не находя нужных слов, начал Фалайз, выслушав план.

— Дурацкие! — перебил его Тукан. — Даже по моим меркам! А это что-то да значит!

— Возможно, — не согласилась с ними жрица, тоном голоса показывая, что не собиралась спорить. — Ваша задача задавать их и слушать ответы, делая предельно важный вид. Такой, будто вы только ради этого и живёте. И минимум отсебятины. Всё.

— Этот Горац с таким набором вопросов меня просто на клочки порвёт, — обеспокоенно заметил дикий маг, которому всё же выпало идти именно к высокомерному эльфу. — Запихает мне этот планшет и листик…

Им перед началом опросов выдали два деревянных планшета с гильдейскими шильдиками для солидности, пару листов бумаги, а также по карандашу. Учитывая, что они оставались в тех же робах, выглядело это всё максимально нелепо и наводило на мысли о назойливом общении на религиозные темы.

— Если ты не будешь реагировать — не порвёт. Задавай вопросы, всё. Игорь, это и к тебе относится.

— Ты ведь называешь меня по имени, потому что хочешь приободрить перед визитом к этой стерве, ведь так? — мрачно осведомился Тукан.

— Может и так. В любом случае, стримы я настроила, можете приступать. Записывайте что-то по желанию, но вид, что пишете, делайте. Лучше будет, если они не догадаются про стрим.

Глубоко вздохнув, Фалайз коротко стукнул кулаком в дверь и, не дождавшись приглашения, зашёл в помещение, где находился Горац. Его наверняка не без скандала поместили в небольшую пыльную кладовую. Морщась от соседства с швабрами и иным хозяйственным инвентарём, Горац, чья роба на удивление неплохо сочеталась с окружением, восседал, словно на троне, на перевернутом ведре и, нисколько не скрывая откровенное нарушение правил игры, лениво листал программу-браузер, читая какой-то форум.

— Ты? — удивлённо вскинул он бровь, заметив замершего на мгновение Фалайза.

— Здравствуйте, — зачем-то поздоровался дикий маг. — Мне поручили задать вам пару вопросов.

— И давно подозреваемые опрашивают подозреваемых?

— Я, эм, не подозреваемый.

— Фалайз, пожалуйста, меньше отсебятины, у нас мало времени, — раздался раздражённый голос Фионы, которая из-за особенностей работы чата говорила будто бы из-за спины, хотя сидела в холле гильдии.

— Кхм, так вот вопросы: в-ваше имя…

— Серьёзно? — фыркнул эльф.

— Ну-у, — растерялся дикий маг и, собрав остатки смелости, повторил, — эм, имя ваше, пожалуйста.

— Горац фон Вольт.

— Откуда вы?

— Хм, предположим, Вольгаст, — на мгновение задумавшись, ответил маг воды.

— Фалайз, уточни насчёт этого «предположим», — подсказала Фиона.

— Предположим?

— Часто и много путешествую, — коротко ответил Горац.

— Кгм, класс? — делая вид, что записал это, спросил дикий маг.

— Маг школы воды. Специализируюсь на льде.

— Род занятий? Ну, эм, в игре?

— Приключенец, — насмешливо сообщил Горац и, вздохнув, продемонстрировал Фалайзу окошко браузера. — Знаешь, что это?

— Реддит вроде.

— Да. Здесь есть мой блог о различных игровых вещах. В основном скульптуре и архитектуре.

— Вы поэтому интересовались статуей Амбва?

— Верно. Городской управляющий Амбваланга несколько раз отклонял мои прошения изучить статую поближе. В частности материал из которого она сделана, — неожиданно Горац начал целую лекцию. — Этот мрамор имеет очень необычный внешний вид и фактуру. Я полагаю, что это вовсе и не мрамор, а некая форма гипса, чрезвычайно на него похожая.

— Да? — притворно удивился, перебив его, дикий маг. — По мне не похоже на гипс.

— Кхм, — бросив на него гневный взгляд, прокашлялся Горац и продолжил с прежнего места, — учитывая, что статуя Амбва создана в релизные времена и информации практически не сохранилось, выяснить будет важным открытием для сообщества. Жаль, её создатель — скульптор Хучжун — уже не играет.

— Слышал, эту статую недавно разрушили, — с намёком заметил Фалайз.

— Разрушили её полную копию. До тех пор пока не сделают новую, на площади стоит оригинал. Я решил этим воспользоваться.

— Фалайз, я всё услышала, можешь идти, — коротко, явно сосредоточенная на разговоре, который вёл в это же время Тукан, сообщила Фиона.

Однако, прежде чем выйти, дикий маг решил задать вопрос, который пришёл на ум лично ему.

— Почему вы так спокойны? Весь рейд…

— Я спокоен, — демонстративно усаживаясь поудобнее, начал Горац, — потому что не виновен, к тому же знаю, кто это сделал и почему.

— И кто же?

— Матаракша. Она не та, за кого себя выдаёт. Когда вы найдёте у неё статую, то так или иначе скульптура достанется мне. А значит, — эльф вернулся к чтению браузера, — мне остаётся только смириться и ждать. Я жду.

* * *

Перекрестившись в неправильном порядке и пробормотав дежурное «она меня не съест», Тукан без стука вошёл в помещение, где находилась Матаракша. Комнату ей подобрали просторную, но почти пустую. Кроме стола, десятка стульев и небольшой трибуны здесь ничего и не было. Видимо тут, в гильдии Приключенцев, проводили какие-то очень редкие внутренние планёрки.

Стоило крестоносцу войти, как чернокнижница подхватилась с места, очевидно, приняв его за Чиалу или какого-то иного работника гильдии.

— Долго мне ещё… Ты?!

— Пришёл задать пару вопросов, — выдавив дежурную улыбку, сообщил Тукан.

— С чего это я должна отвечать на какие-то нелепые вопросы, да ещё и кому? Тебе, что ли?! — с вызовом бросила Матаракша.

— Тукан, скажи ей, что ты здесь по поручению гильдии, и если она не будет сотрудничать, то процесс расследования затянется, — подсказала Фиона. — Затем переходи к вопросам.

— Я здесь по делам гильдии, и если не буду сотрудничать, то… — всё перепутав, монотонно повторил Тукан.

— Чего?! — не поняла дроу и, скривившись, махнула рукой. — Ладно, может, если я отвечу, ты хотя бы уберёшься с глаз долой. Что за вопросы?

— Имя.

— Ты же в шутку это спрашиваешь, верно? — Тукан многозначительно развёл руками. — Ма-та-ра-кша, — по слогам продиктовала чернокнижница. — Не перепутай ничего, умник.

— У меня богатый опыт сбора анамнеза, — кисло ответил крестоносец, потрясая планшетом. — Место регистрации?

— Фисити, — заметив, что её не поняли, Матаракша пояснила. — Фридом-сити, Федерация свободных игроков. Гильдия «Независимые Торговцы». Гилдхолл расположен по адресу улица Свободы двадцать два, корпус «Г». Записал?

— Угу, — даже не пытаясь изобразить что-то такое, кивнул Тукан. — Класс?

— Задай ещё пару дурацких вопросов и узнаешь по своей крайне незавидной участи.

— Результат этого столкновения многих удивит.

— Сомневаюсь, — чернокнижница высокомерно усмехнулась.

— Тукан, пожалуйста… — раздался раздражённый голос Фионы.

— Хорошо-хорошо, без отсебятины, — пробурчал крестоносец себе под нос и нервно повторил, — попробуем ещё раз: класс?

— Маг школы тьмы. Специализация проклятья. Также торговец, — нехотя, словно делая огромное одолжение, рассказала Матаракша.

— Род занятий?

— Я же только что внятно, громко сказала: торговец. Тебе всё надо повторять дважды?

— В данном случае, да. — Тукан вздохнул и задал финальный вопрос: — Откуда столько интереса к скульптурам?

— Хочу снять мерки и сделать себе копию. Ностальгия. — В этот момент Тукан начал прислушиваться, что там Фиона говорила Фалайзу, что Матаракша восприняла по-своему. — Это когда…

— Я знаю, что такое ностальгия, — вернулся к ней крестоносец.

— Тукан, спроси у неё лучше, почему она решила идти за статуей в рейд, а не снять мерки в иное любое удобное время или сделать копию по скриншоту, — протараторила жрица подсказку.

— Зачем столько сложностей? — подумав немного, поинтересовался крестоносец. — Со статуей. Рейд и остальное?

— Затем, что это хорошая возможность получить к ней доступ. Этот унылый городишко несколько раз запрещал мне это.

— А скриншот?

В ответ дроу только фыркнула и вернулась на место, где сидела прежде. Поняв, что здесь ему больше нечего делать, Тукан собрался на выход, но, как оказалось, это ещё не всё.

— Вы уже проверили этого напыщенного лживого хмыря Гораца?

— Эм, возможно? — не получив никаких подсказок, туманно ответил крестоносец. — А что?

— А то, что он совсем не тот, за кого себя выдаёт. — Матаракша создала полупрозрачный магический гребень и принялась демонстративно расчесывать свои роскошные, чёрные как уголь волосы. — Кем он там назвался? А, даже не важно. Проверьте, это скорее всего неправда. От первого и до последнего слова.

— Скажи ей, что мы пока говорили только с, эм, — Фиона запнулась, размышляя, — Сунрадом.

— Мы пока опросили только того алхимика.

— А-а-а, понятно. Тогда советую опросить сразу и Клесирру. Много нового узнаете про этих двух.

* * *

Выйдя в коридор и обнаружив неподалёку Фалайза, Тукан решил повозмущаться:

— Слушай, эти вопросы…

— Эти вопросы нужны мне для того, чтобы когда мы узнаем больше об игроках, сверить их базовую реакцию. Где они говорят правду, где издеваются, а где врут, — объяснила нехотя Фиона.

— Я тебе и так скажу, где мне наврал Горац, — гордо заявил дикий маг. — Всё, что он сказал про статую, уж не знаю, правда или нет, но это, эм, лажа.

— Правда? — искренне удивилась жрица. — Мне показалось, что он просто много про неё знает.

— Не уверен. Мне он напомнил мои визиты в Эрмитаж. Там постоянно куча экскурсоводов, в том числе начинающих. Они все звучат одинаково: заучили какой-то текст и практически механически его повторяют. Если их перебить…

— Да, точно, ты же его перебил на середине!

— Ага, — с ещё большим самодовольством подтвердил Фалайз. — И что Горац сделал? — дикий маг щёлкнул пальцами, материализовав небольшую магическую искорку. — Начал повторять ровно с того же места. Он выучил этот текст, пока мы к нему шли!

— Или заранее, — подсказал Тукан. — Мне тоже рассказ этой д… дроу показался заученным. Особенно то, как она принялась меня сбивать с толку.

— Узнаем, когда вернётся Чиала, а пока шагом марш к Тоорилу и Рокоро… кхм, Куро… близняшкам, короче, сами решайте кто к какой.

— А разве не логично теперь пойти к этому Сунраду, ну, раз мы про него заговорили? — удивился крестоносец.

— Хм-м-м, нет. Пока нет. Мне интересно услышать, что скажут именно эти трое.

— Мне они показались, эм, ну, самыми невиновными, что ли? — заметил Фалайз. — Ну, кроме Щёлочи, конечно.

— Да, есть такое, — согласился с ним Тукан.

— Вот именно! Они и в сокровищнице были заодно. Заметьте, правда это или нет, но Горац и Матаракша смогли внятно объяснить, зачем им статуя. Это согласуется и с их образом.

— Хочешь сказать, что монголу не нужна статуя? — догадался крестоносец.

— Суть ты уловил, — подтвердила Фиона и поторопила их. — А теперь идите — у нас и так немного времени!

Углубляясь в паутину лжи

К удивлению Фалайза, эльфиек-близняшек, поместили в разные комнаты. По его мнению, это было лишено всякого смысла. Они являлись игроками, игравшими вместе и до рейда, а значит, способ связаться, например, для того чтобы версии звучали одинаково, у них имелся.

— Это я попросила их развести, — выслушав вполне обоснованный скепсис, призналась Фиона. — Может, это и не важно, а может, важно.

— Ну да, а нам больше работы, — кисло отметил Тукан.

— Не думаю, что в их случае это займёт какое-то время. Идите уже!

Курокоро, а Фалайз специально перепроверил, она ли это и к ней ли он должен был идти, заперли на время следствия в подвальном помещении, предназначение которого для дикого мага оказалось за гранью понимания. То ли это было очередное место для гильдейских ботов, то ли тюремная камера. Второе, с игровой точки зрения, не имело особого смысла.

В «Хрониках» держать других персонажей в заточении, конечно, было возможно: даже выйдя из игры, в следующий раз ты появлялся на том же самом месте. Однако это считалось аморальным среди простых игроков и не приветствовалось разработчиками. Стандартный срок рассмотрения заявки по поводу «застревания» в самом широком смысле составлял десять-двенадцать часов, после чего персонажа телепортировали на ближайшую точку возрождения. Впрочем, можно было не ждать и отправиться возродиться самостоятельно, но уже с потерей снаряжения.

Чаще всего заключение, как в данном случае, было формальностью, на которую соглашались обе стороны. Поэтому-то тюрьмы в чистом виде в «Хрониках раздора» почти не встречались, только как часть внутриигрового антуража. Гильдия Приключенцев не была исключением: судя по обилию пыли и паутины в этой тюремной камере давно уже никто не появлялся.

Друид смирно сидела на аккуратном, явно принесенном сюда откуда-то ещё табурете с отрешённым видом — верный признак того, что она свернула игру.

— Кхм-кхм, — демонстративно прокашлялся Фалайз, надеясь привлечь к себе внимание. — Мне поручили задать вам пару вопросов.

Ждать какой-то реакции пришлось довольно долго: дикий маг успел трижды повторить свою фразу, прежде чем Курокоро зашевелилась, обозначив, что вернулась в игру.

— Приветик! — дружелюбно кивнув, сказала она. — Мы с сестрой уже можем быть свободны?

— Эм, не совсем. Мне поручили задавать, эм, — Фалайз помялся и с нажимом продолжил, — м-м-м, тебе пару вопросов.

— А-а-а, ну конечно, давай.

Удивительно, но даже с таким отношением дикому магу всё равно не хотелось задавать глупые вопросы Фионы.

— Ник?

— Курокоро.

— Откуда ты?

— Ганза. Эм, Светлейшая, э-э-э… — друид запнулась, силясь вспомнить, как там официально именовалось данное государство игроков.

— Неважно, — пощадил её Фалайз, за что удостоился выразительного «кгхм» от Фионы. — Класс?

— Друидесса! — поправляя робу, которая ей отчаянно не шла, ответила Курокоро.

— Специализация?

— Ты, видно, не в курсе. У друидов нет специализаций. У нас школы. У меня и сестры школа Пантеры.

— Ага, спасибо, — делая вид, что что-то пишет, кивнул Фалайз.

— Спроси у неё, зачем ей статуя, — вмешалась жрица, прежде чем дикий маг задал следующий вопрос.

— Э-э-э, так зачем тебе эта статуя?

— На самом деле… незачем, — разведя руками, призналась друид. — Просто на нас с сестрой висит долг перед Ганзой, и нам поручили отправиться сюда, помочь с крысолюдами.

— Так при чём здесь статуя? Там же полно было и других вещей.

— Когда мы увидели, что она так нужна остальным, то решили, ну, знаешь, подзаработать. Достанется нам, продадим кому-то из рейда, нет — получим что-то другое. Деньги нам очень нужны.

— Теперь спроси, перед каким именно городом Ганзы у них долг, — вновь вмешалась Фиона.

Когда Фалайз слово в слово повторил этот вопрос, Курокоро ответила, ни секунды не раздумывая:

— Вольгаст.

— Ага, эм, — сверяясь со своим «внутренним» голосом, который предпочёл промолчать, сказал дикий маг, растерянно улыбнулся и отправился на выход.

— Надеюсь, нас скоро отпустят, да?

— Возможно, — уклончиво сказал Фалайз и вышел в коридор, где, чувствуя неладное, сразу же поинтересовался у Фионы, — почему я уточнял город?

— Потому что Тукан, который справился на две минуты быстрее, это зачем-то спросил. Как оказалось, не зря.

— Спросил, потому что полезный! Я полезный! — самодовольно заявил крестоносец.

— Тоорила опрашивай, полезный, — шикнула на него Фиона.

— И что, ответы были разными, да? — догадался дикий маг.

— Угу. У твоей это Вольгаст, у второй, эм, Даблин.

— Хм-м-м, очень странно.

— Ещё как! Перепутать два города в одной стране! — Согласилась жрица, а затем мрачно добавила: — На самом деле, это хуже, чем может показаться. Это означает, что они, зная, что им ничего не будет, кого-то покрывают.

— Или же, — подумав немного, возразил Фалайз, — они, украв статую, просчитали такой ход мыслей и, эм, сыграли на опережение. Что мы решим, что если они украли статую, то наводить на себя подозрения они не стали бы и всё такое.

— Ух сложно. Так или иначе они нас путают, а это плохо, — резюмировала Фиона, тяжело вдыхая. — Тут и вправду работы не на пять минут.

* * *

Тоорил, по оценке Тукана, из всех игроков, запертых на время расследования в гильдии, находился в наиболее комфортных для себя условиях — на складе при конюшне. Там он, расположившись на стоге сена, лежал, глядя в потолок, и одновременно, не опуская глаз, плёл из соломы фигурки. Не похоже было, что это какая-то осмысленная деятельность — просто способ себя занять. Тем не менее такая ловкость рук восхищала: делко не каждый в «Хрониках» смог бы лёжа и не глядя сплести из соломы коня.

— Меня послали задать пару вопросов, — сообщил крестоносец.

— Задавай, — окинув его безразличным взглядом, пожал плечами кочевник.

— Ник?

— Тоорил.

— Город? В смысле откуда ты?

— Из Неди. Там нет городов. Нам они не нужны.

Только здесь, при общении фактически один на один, отчётливо была заметна работа автопереводчика: губы кочевника двигались куда быстрее, чем появлялся звук.

В «Хрониках раздора» не было отдельных серверов. Всего один — общий для всех. Языковую разницу компенсировали за счёт самообучающейся нейросети-автопереводчика. За время своей работы она не только научилась почти без проблем переводить большинство языков, но и даже сохранять особенности речи того или иного человека.

Лучше всего у автопереводчика получалось работать, разумеется, с распространёнными языками вроде английского или русского. Но даже в случае с более редкими языками разница заметна была исключительно в скорости перевода: появлялся заметный лаг между движением губ и звуком.

— Эм, ну какие-то ориентиры должны же быть? — понимая, что такой ответ не устроит Фиону, уточнил Тукан.

— Спросите кереитов — там знают, кто я такой.

— Кгм, — выразительно хмыкнул крестоносец, ожидая помощи.

— Не знаю, спроси про какой-нибудь конкретный клан, стоянку или, э-э-э, тумен, — растерянно посоветовала Фиона. — Должно же у них быть хоть что-то, похожее на иерархию!

— Может, поконкретнее? Нам надо уточнить данные…

— У нас в Неди нет никаких данных, — упрямо повторил Тоорил. — Нам не нужны бумажки. Мы вольный народ.

— Ла-а-адно, — сдался крестоносец. — Род деятельности? Эм, кочевник?

— Наёмник.

— Почему заинтересовался статуей?

— Выглядит дорого, — снова пожал плечами кочевник.

По тону его голоса, даже искаженного автопереводчиком, Тукану показалось, что сказано это было с большой долей иронии и даже издевкой. Однако ничем иным Тоорил не выказал этого, продолжая ловко скручивать пучки соломы. Кажется, в этот раз он трудился над фигуркой человека. Судя по характерному положению ног — всаднику.

— Знаешь, что за она? — на всякий случай уточнил крестоносец.

— Другим нужна, значит, ценная, — вполне ожидаемо ответил кочевник и даже развил свою мысль. — Значит, заплатят за неё. Здешние или где-то ещё. Оружием или деньгами. Это знаю — мне достаточно.

— Ты встречал кого-нибудь из участников рейда раньше? — получив соответствующее распоряжение от Фионы, спросил Тукан.

Перед ответом Тоорил долго молчал.

— Алхимика. Но как и где — не могу вспомнить.

— Вспомнишь — дай знать.

— Обязательно.

— Опять нам указывают на этого Сунрада, — заметил, покинув склад, крестоносец. — Мне пойти к нему?

— Нет, собираемся возле стойки администратора — Чиала вернулась. Послушаем, что она нам принесла, — ответила Фиона. — Фалайз, это и тебя касается.

— Я тут подумал, — немного смущённо начал дикий маг.

— М-м-м? — вяло и без восторга поинтересовалась жрица.

— Ну, насчёт Щёлочи.

— А-а-а, и что же надумал? — интереса в голосе Фионы, судя по интонациям, не осталось вовсе.

— Ну-у-у-у, она же с нами была — её отпустить вообще-то надо, — уже заранее по реакции подруги понимая, каким будет ответ, закончил Фалайз.

— Не раньше остальных.

* * *

— Новости к этому часу такие, — сразу перешла к делу Чиала, когда все собрались. — Всё, чего я смогла добиться в мэрии, — узнать о том, что городской управляющий Фопс явится в течение часа.

Слушая её, Фалайз рефлекторно оглядывался. В гильдии он бывал частенько, но вот впервые видел её абсолютно пустой, даже без снующих по своим делам ботов. А уж представить, что такое могло случиться в пятницу, у него не получалось до сих пор.

Да и двухэтажный холл, где располагалась стойка администратора, без игроков выглядел тоскливо, даже несмотря на обилие и богатство убранства и со вкусом подобранных трофеев.

— Эм, он-то тут нафига? — скривился Тукан, предчувствуя неприятности.

— Фопс управляет городом и считает, что это происшествие его касается, — развела руками Чиала. — Сложно его в этом винить.

— Так себе аргумент, — фыркнул крестоносец. — Сюда-то он не управлять припрётся, а совать свой нос в чужие дела.

— Или чтобы поржать над тем, кому понадобилась тяжеленная статуя, — вклинился Фалайз.

— Так или иначе он скоро будет, — подытожила администратор. — К другим новостям: почти все опрошенные вами на данный момент соврали.

— Надо же, — нисколько не удивилась Фиона. — И кто же этот честный человек?

Ответ никого не удивил.

— Тоорил. Но исключительно потому, что в Неди тысячи игроков с этой всей чингисхановской темой и минимум бюрократии. Его просто невозможно отследить.

— «Чингисхановской темой»? — не понял сказанного Фалайз.

— Я тебе потом устрою экскурс в историю Монголии, — заверил его Тукан.

— Из того что не совпало: никакого долга у друидесс нет. По крайней мере, официального, — продолжила делиться новостями Чиала. — Гильдия «Независимые Торговцы», членом которой якобы является Матаракша, — организация-пустышка с всего одним официальным участником. Сами угадайте кем. Ну и, наконец, в городе Вольгаст ничего не знают про Гораца фон Вольта. Более того, никто в Ганзе не знает такого персонажа. Он не фигурирует в листах заданий, не числится в городских гильдиях, не владеет каким-то имуществом.

— Банковские счета? — по наитию предположил Фалайз.

— Не смогла проверить, — после небольшой заминки призналась администратор. — В любом случае, это не показатель, это ведь Ганза. У их банков куча филиалов повсюду. То, что у Гораца будет счёт именно в Вольгасте, не имеет значения.

— Так и откуда он? — не понял Тукан. — Не из ганзейских торгашей, ладно, но какие-то записи должны быть.

— Либо мне ещё не отписался знающий коллега, — ответила Чиала, предварительно сверившись с личными сообщениями, — либо Горац очень хорошо скрывает свои дела. Я давно не встречала игрока, о котором моя гильдия знает настолько мало.

— И он не похож на того, кто недавно вернулся в игру, — заметила Фиона.

— Не похож, — согласилась администратор.

— Так что, идём заново опрашивать? — с опаской поинтересовался Фалайз.

— Нет, — подумав немного, решила жрица. — Продолжаем как шли, но учитывая новые познания. Ты, — её палец указал на крестоносца, — пойдёшь к Щёлочи, а ты, — на этот раз указали на дикого мага, — к Клесирре.

— Почему это? — изумился дикий маг. — Давай к Щёлочи пойду я! Кажется, мы ещё в рейде наладили контакт…

— Вот именно поэтому категорически «нет», — твёрдо сказала Фиона. — Ты идёшь к Клесирре.

* * *

— Здорово! Пришёл задать тебе пару вопросов! — распахивая дверь, начал с места в карьер Тукан.

Целительницу поместили в небольшую, но очень хорошую алхимическую лабораторию. Иной игрок бы не удержался от соблазна поразглядывать все эти колбочки и прочие мензурки, но только не этот. Щёлочь демонстративно сидела как бы в стороне от оборудования, словно опасалась, что её любопытство будет стоить денег.

— К-конечно! — нервничая, подхватилась с места целительница, принявшись ходить туда-сюда. — Что там вообще происходит? Меня считают виновной?

Глядя на эти нервозные метания и откровенный страх, Тукану на мгновение захотелось сказать пару ласковых Фионе, но он сдержался и перешел к делу:

— Нет, просто хочу задать пару вопросов…

— А вы в самой сокровищнице смотрели? — перебила его Щёлочь. — Там же такой бардак! Может, статуя ещё там? Ещё превратили во что-то или…

— Гильдия сейчас проверяет это, — улыбаясь, ответил Тукан наобум, просто чтобы успокоить целительницу. — Вроде бы что-то нашли, но не статую. Разберёмся, а теперь, хм, — хмыкнув, он перешёл к вопросам, выпалив их все разом, — имя, город постоянного пребывания, класс и род деятельности?

— А можно не всё в кучу? — раздался раздражённый голос жрицы, которую крестоносец проигнорировал. — И без импровизаций! Что это ещё за «что-то нашли»?!

Целительница тем временем силилась ответить на все вопросы и одновременно не забыть, как они звучали:

— Щёлочь, Амва… Ам…

— Амбваланг, — подсказал Тукан, вздохнув. — Побудешь в нём ещё уровней десять — привыкнешь.

— Н-наверное, просто я довольно давно не играла и…

— Эм, давай сначала по списку, — попросил крестоносец.

— Э-э-э, класс — жрица. Род деятельности… — Щёлочь замолкла, пытаясь понять, кто же она. — Ну, хил.

— Это понятно, а в игре ты чем занимаешься?

— Качаюсь! Играю и…

— Ясно. Ты не интересовалась статуей, верно?

— Нет, да и зачем она мне? Я её не унесу!

— Логично, — согласился Тукан и выразительно замолк, ожидая уточняющих вопросов от Фионы.

Те последовали после небольшой паузы:

— Спроси у неё, как так вышло, что она три месяца не играла. Или где она была эти три месяца.

— Гильдия проверила твои поручения, — начал издали крестоносец, — и последний датируется, эм, очень давно, короче. Как так получилось?

— Я не играла, ну, — целительница была одним большим пучком смущения, пока это говорила, — по личным причинам.

— И как так вышло что она после такого перерыва сразу пошла в рейд? — продолжила давить Фиона.

— Ира, это уже перебор, — прошептал Тукан с раздражением.

— Что? — разумеется, не поняла его Щёлочь.

— Спрашивай, Игорь, — стояла на своём жрица.

— Кхм, и ты решила сразу пойти в рейд? — нехотя выдавил из себя крестоносец. — Не круто ли?

— Я уже говорила, так получилось случайно. Я появилась в центре, увидела, что собирается группа и что им не хватало как раз хила, и… пошла.

— Проверить мы это, разумеется, толком никак не можем. — раздался голос Чиалы, которая находилась рядом с Фионой, только не наблюдала за происходящим, а слушала, сходу перепроверяя информацию.

— Разве? — удивилась Фиона. — Я думала, обычно есть бот, который фиксирует состав участников.

— В этот раз было так же, — подтвердила администратор. — Но это, мягко говоря, не самый надёжный источник. Информацию ему передавал лидер рейда — Лукаша.

— Но всё же что в этих записях? — не сдалась жрица.

— Всё, как Щёлочь и сказала: сначала записался один игрок, затем выбыл, потом появилось уже её имя.

Тем временем Щёлочь настороженно наблюдала за тем, как Тукан стоял и слушал разговор. Сама она его, разумеется, не слышала. Щёлочь боязливо поинтересовалась:

— Эм, что-то не так? Ты стоишь такой… мрачный.

— Просто, хм, просто думаю, — улыбнувшись, ответил с намёком Тукан. — Думаю, что бы ещё спросить такого?

— Поинтересуйся для проформы, бывала ли она в других городах, — не сразу нашла что сказать Фиона.

— А ты до того как бросила играть путешествовала?

— Эм, — растерялась целительница, — нет.

— Ага! — торжествующе воскликнула жрица. — А вот во Фридом-сити есть отметка…

— Хотя подожди! — вдруг встрепенулась Щёлочь. — Была, ездила с караваном на север в Фисити. Там так красиво! Но не для моего уровня.

— Где-то уровня с пятидесятого уже можно и туда попробовать переехать, — приободрил её Тукан.

— Меня ведь скоро отпустят? — обеспокоенно спросила целительница.

— Конечно! — крестоносец простодушно улыбнулся. — Щас опросим всех, найдем виновного и по домам. Ну, кроме того кто это сделал. Ему предстоит множество очень скучных разговоров.

Щёлочь с беспокойством на него посмотрела, словно не очень веря, и вернулась на своё прежнее место.

Тукан же демонстративно спокойно вышел, закрыл двери в лабораторию и, отойдя на пару метров, гневно воскликнул:

— Это вот обязательно?! У нас куча подозрительных хмырей, но допрашивать мы будем невинную овечку?

— Мы будем, как ты выразился, допрашивать всех, кого я захочу, — спокойно возразила ему Фиона. — Пока она, с моей точки зрения, самая подозрительная!

— Не хочу тебя расстраивать, но пока у неё алиби лучше, чем у вас, — вмешалась в перепалку Чиала. — Стояла далеко, класс не подходит, грешков не имеет, история совпадает, отметка задания с караваном в Фисити существует.

— Хм-м-м, — раздражённо хмыкнула Фиона и вдруг выпалила, — «Фисити»!

— Что «Фисити»? — не поняла её администратор.

— Мы втроём были в том районе почти месяц. И ни разу не слышали, чтобы Фридом-сити так кто-то называл, — объяснила свои подозрения жрица, в голосе которой чувствовалась неуверенность. — Только сегодня игрок оттуда произнес это название. Откуда жрице двадцать девятого уровня…

— Она там была, — резонно заметила Чиала. — Вы нет, вот и всё. В любом случае, ты хочешь сказать, что она украла статую, потому что знает, как федераты называют свою столицу?

— Куда мне дальше идти-то? — подал голос Тукан. — И что-то Фалайза не слышно.

— Его не слышно, потому что Клесирры нет на месте, — раздался голос дикого мага. — И он ждёт, пока она вернётся. И кстати, тоже не одобряет эти допросы.

* * *

Клесирре отвели ни много, ни мало склад гильдии. Не самое лучшее место для содержания пленных, не будь он заставлен целиком различной мебелью, которая находилась в таком плачевном состоянии, что слово «рухлядь» для неё являлось похвалой.

Пират оккупировала себе непонятно откуда взявшуюся и зачем-то там находящуюся кровать, на которой и лежала в «бессознательном» состоянии, свесив ноги с края. Игрок, управляющий ею, отсутствовал на месте, причём довольно долго.

— А, так вот что это за шум, — наконец ожила Клесирра и посмотрела на Фалайза, который как раз высказывал своё мнение по поводу предвзятого отношения к Щёлочи. — Что ты там бормочешь и чего тебе надо?

— Мне поручили задать вопросы.

— Тебе? — вскинула бровь над единственным глазом пират. — Хех, удивительное рядом.

Она неторопливо поднялась с кровати и встала не просто рядом с диким магом, а практически в упор, нарушая любые личные зоны. Тот попытался отступить назад, но и Клесирра сделала шаг вперёд. Этот «танец» продолжался до тех пор, пока Фалайз не вжался в стену рядом с входом. Лишь после этого пират, нахально улыбаясь, отступила.

— П-почему вас так смущает моё участие в расследовании? — уточнил дикий маг.

— Потому что меня — активного участника гильдии Приключенцев, правда не отсюда, из Аккуно — допрашивает какой-то желторотый нуб! — рассказала Клесирра с обидой. — Да ещё и вор лута к тому же! Это я тебя должна допрашивать!

— Похоже, гильдия считает иначе, — растерянно заметил Фалайз. — И, эм, это сложная история, и она в прошлом.

— Ха! Ты украл редкого маунта, которых на всю игру пару тысяч. И думаешь, что все прекратят такое обсуждать?!

— Надеюсь, что да.

— Как скажешь, — пират демонстративно подмигнула. — Так что за вопросы?

— Имя?

— О! Теперь всё встало на свои места, — явно потешаясь, сказала она. — Клесирра, конечно же.

— Город?

— Аккуно — это столица Четырёхречья.

— Класс?

— Яррр! — Осознав, что её не поняли, она объяснила: — Пиратка!

— Род деятельности? — стараясь держаться невозмутимо и не поддаваться на провокации, продолжил Фалайз.

— Пират, — издеваясь, повторила Клесирра. С улыбкой глядя на реакцию собеседника, добавила спустя пару мгновений: — Ну, напиши «приключенец».

— Почему интересовались статуей?

— Решила украсть ее на глазах у всего рейда, для чего использовала свои дымовые шашки, которые кидала всё это время, а статую утащила в своей…

Пока Фалайз, заливаясь краской, слушал богатое на подробности, но малоцензурное описание того, куда именно Клесирра дела многотонную статую, Чиала сообщила:

— Да, такой игрок в нашем отделении в Аккуно имеется, и она вправду не на последних ролях там. Те дымовые шашки, что мы нашли в сокровищнице, — тоже её, но это распространённая модель, и сказать, когда они использованы, сложно.

— Так я м-могу идти? — не столько у Фионы, сколько у Клесирры спросил разрешения Фалайз.

— Нет, — ответила за них обеих Чиала. — Спроси у неё, как она связана с гильдией Убийц.

— В-вы как-то связаны с гильдией Убийц?

— Я? С гильдией Убийц? — очень наигранно удивилась пират. — Никак. Может, выполняла пару поручений когда-то давно, не более того.

— Ложь, — констатировала очевидное Фиона. — Повтори вопрос про статую, но более уверенно.

— Так на самом деле, почему статуя?

— Я же тебе уже сказала, — Клесирра задорно подмигнула. — Повторить?

— Нет, только если нормальную версию. П-пожалуйста?

— Моя версия кажется мне нормальной, — фыркнула пират и снисходительно добавила: — я на неё не претендовала. Мой заказ состоял в ином: проверить, что там украли крысолюды. За подробностями обратитесь в гильдию Рудокопов Амбваланга.

— И что они искали? — задал вопрос от себя лично Фалайз.

— Руду какую-то, — ляпнула пират, пожимая плечами.

— Вот вам пример того, когда человек врёт, но при этом не пытается запутать расследование, а просто хочет себя выгородить во чтобы то ни стало, — подвела итог этого разговора Фиона.

Фалайз тем временем пулей вылетел со склада, закрыл двери и побыстрее пошёл прочь, словно опасаясь, что его станут преследовать.

— Ты уже проверила версию с рудой? — удивился дикий маг.

— Нет, зачем? — переспросила жрица иронично.

— В смысле…

— Я проверила, — подала голос Чиала. — Подтвердили и прислали мне целую статью, что именно за минерал был похищен. Мгновенно, словно только и ждали этого вопроса! Удивительно, да?

— Подстраховалась, — нисколько не удивляясь такому повороту, объяснила Фиона. — Но тем не менее пока это лучшее, что у нас есть.

— Да она же только и делала, что врала! — возмутился Тукан, который, судя по лёгкой хрипотце в голосе, только вернулся с перекура.

— Ага, и тем не менее мы точно про неё знаем гораздо больше, чем про остальных. Что явилась она сюда за статуей, что она как-то связана с Убийцами и что её поддерживает не последняя гильдия в этой игре.

— Про Щёлочь мы знаем больше! — возмутился Фалайз.

— Ой! — простонала жрица. — Иди лучше к Лукаше! Время послушать, чего такого наврёт она.

— Эй, я же застолбил визит к ней! — возмутился Тукан.

— Ты застолбил визит к алхимику.

— А вот и нет!

— А вот и шагом марш, не затягивай дело!

Завещание

— Что ты такое принимаешь? — не успел Тукан даже войти, спросил в лоб Сунрад.

Его поместили в самое удобное помещение из всех — комнату отдыха. Причём, судя по убранству, предназначенную совсем не для рядовых членов гильдии. Правда, алхимик это всё проигнорировал, не заинтересовавшись не только удобными креслами, длинным диваном, бильярдом, аквариумом, но и даже призывно лежащей коробкой сигар. Вместо этого он бессистемно мерил помещение шагами, не останавливаясь ни на секунду, даже для того чтобы задать вопрос, и непрерывно что-то бормотал себе под нос.

— Ничего не принимаю, кроме суровой реальности в скотских дозах, — попытался отшутиться крестоносец, серьёзно напрягшись, чтобы не посмотреть на ближайшую отражающую поверхность и проверить, видна ли его зависимость невооруженным глазом.

Побочным, видимым посторонним, эффектом наркотика, что он регулярно принимал в игре для улучшения характеристик персонажа, являлся внешний вид покойника, что проявлялся при «похмельи». Но как оказалось, Сунрад свои подозрения основывал совсем не на внешнем виде Тукана:

— Да брось п-пеликанить! От тебя же за несколько метров несёт каким-то лютым химлом. Что это?

— Эм, — растерялся крестоносец, которого впервые так допрашивали.

Обычно всё ограничивалось простым признанием в принятии чего-то, в детали же никто не углублялся. Тем не менее ответить честно Тукан не только не мог, но и не хотел.

— Вытяжка элессара и зелье силы, — подсказала ему приемлемый вариант Чиала.

— А-а-а, ну да ну да, — услышав это, протянул алхимик, которого, как показалось крестоносцу, ответ разочаровал. — Так чего припёрся? И зачем тебе эта папка?

— Хочу задать пару вопросов. От имени гильдии, — уточнил Тукан.

— Гы, ну если от имени гильдии — задавай.

— Имя?..

Тукану казалось, что хотя бы на время диалога это крайне раздражающее мельтешение прекратится, но не тут-то было. Алхимик не подумал не то что останавливаться, он даже замедляться не стал.

— Сунрад. Если остальные вопросы такие же дурацкие, то идите всей гильдией…

— Они ещё хуже, — раздражённо оборвал его крестоносец. — Но я их всё равно задам. Откуда ты?

— Из «Хроник раздора»! — с вызовом ответил Сунрад. — Или вот ещё вариант, получше: из Долины Нубов, как и все остальные в этой игре! Есть ещё один, но его не пропустит мат…

— Скажи ему, что для обитателя Долины Нубов у него подозрительно много деловой активности в Четырёхречье, — попросила Чиала.

— Голоса в моей голове, заметили, что ты из Четырёхречья.

— Твои голоса хорошо осведомлены, — не выразив особого удивления по поводу разоблачения, заметил Сунрад. — Это правда. Заключил в последнее время несколько выгодных контрактов.

— И поэтому ты здесь? Так интересуешься скульптурой? — с намёком уточнил Тукан.

— Пха! Сдалась мне эта статуя! Всё, что надо, я в том данже уже собрал. Вот!

Алхимик привычным движением направил руку в карман, но где-то на полпути осознал, что из одежды на нём только унылая серая роба. Что иронично, в его случае она смотрелась вполне неплохо и даже в каком-то смысле органично.

— Р-р-р, — что-то невнятно пробурчал Сунрад и раздражённо махнул рукой. — Проверьте мой шмот, там должен быть такой жёлтый порошок — это мочевина крысолюдов. Редкая вещь в этой части континента.

Фиону такое объяснение насмешило, и не на пустом месте. Оборудования для ощущения запахов в игре было далеко не у каждого игрока — не всем оно вообще требовалось. Ещё меньше людей пользовались им постоянно, за пределами лабораторий и прочих булочных. Причиной тому, как это ни странно, были запахи.

Мало приятного чувствовать на протяжении нескольких часов «ароматы» катакомб заселённых гигантскими человекообразными крысами. Тогда как практического смысла, за исключением более глубокого погружения в антураж, в этом было предельно мало — случаи, когда это могло бы пригодиться в бою, происходили настолько редко, что не превышали статистическую погрешность.

— Игрок, который унюхал наркотик с порога, носит у себя в кармане концентрированную крысиную мочу, — насмешливо пробормотала жрица и попросила: — всё же, Тукан, уточни, почему статуя.

— Да потому что эта одноглазая сука на неё позарилась! — воскликнул раздражённо алхимик, когда крестоносец задал ему вопрос. — Она не так проста, как кажется, уж поверьте моему нюху! Если ей нужна эта каменюка, там точно что-то ценное. П-пеликан какое ценное! А уж то, что она её спёрла…

— Откуда столько уверенности?

— Я запахи чую! — не без раздражения напомнил алхимик, не переставая измерять помещение шагами. — А тот дымище пах как её вонючие шашки, которые она кидала всё это время! Это сделала она!

— Кого-нибудь кроме Клесирры раньше встречал? — услышав просьбу сменить пластинку, спросил Тукан, у которого уже начинали болеть глаза, причём совсем не в игре.

— Хмыря этого, эльф который.

— Горац? — уточнил Тукан на всякий случай, учитывая количество длинноухих в рейде.

— Наверное. В прошлый раз другой ник был — это точно, — Сунрад на мгновение задумался из-за чего даже остановился. — Мутный он. По-моему, он у меня покупал ингредиенты с месяц тому назад.

— Что покупал?

— Да мелочь всякую… — на удивление, на перечисление «всякой мелочи» ушло какое-то время. — Ну и, конечно же, аммоний. Даже полный нуб соберёт из такого хорошую дымовую шашку. Проверьте, эти двое работают вместе.

Сказав это, алхимик продолжил бессистемно курсировать по комнате.

— Можешь уходить, Тукан, — зевая, сообщила Чиала. — Он уже тебе по ушам ездит. То, что он перечислил, может использоваться не только для создания дыма, а для много чего.

— Обязательно всё уточним, — безразлично пообещал крестоносец и быстро выскользнул наружу. — Как же он надоел мельтешить! Будто специально!

— Ещё как специально! — подтвердила Фиона. — Распылял наше внимание. Всей этой нервной ходьбой, разговорами про запахи, перечислением ингредиентов. Всё это мы ещё проверим, конечно, но актёр из него средненький — меры не знает.

— И где же он соврал? — уточнил Тукан.

— На удивление, почти нигде, — сообщила Чиала не без разочарования. — Но только потому, что рассказал предельно мало. Видно, понял, что какой-то информацией о нём мы всё же владеем.

— Зря ты сказал про голоса в голове, — с претензией заметила жрица.

— Ну, знаете ли! Я хирург, а не оперуполномоченный допросы вести! Как умею, так и веду.

— И часто ты своим пациентам про источник информации рассказываешь о голосах в голове? — едко осведомилась Чиала.

— Уже нет, его уволили! — ответила за Тукана Фиона.

— Вообще-то я сам ушёл!

— Тихо! — шикнула жрица, переключаясь. — У меня тут шоу! Почти что онлифанс, если им ещё кто-то пользуется.

* * *

К Лукаше Фалайз заходил со смесью любопытства, смущения и растерянности, сам до конца не зная чего ожидать, но заранее понимая: для него устроят целое представление.

Помещение, которое служило Чиале одновременно кабинетом и квартирой, не отдавало каким-то домашним уютом, но несмотря на это, очень многое говорило о своей хозяйке. Минимум убранства и мебели, всё строго по делу: изрядно помятый тренировочный манекен, перегруженная полка для наград, два шкафа, зеркало, рабочий стол со всем необходимым. Самым «говорящим» оказался один-единственный на всю комнату стул и тот плотно задвинутый под столешницу — гостям тут были не рады.

Насчёт представления дикий маг не ошибся. К его визиту подготовились, иначе представить, как Фалайзу удалось попасть точно на тот момент, когда Лукаша решила переодеться, было трудно, хотя он шел почти час. Сложнее оказалось только вообразить, во что же она собиралась переодеваться, имея одну робу. Тем не менее приподняв одежду непозволительно высоко, лидер рейда, стоя боком к двери, разглядывала себя в зеркале.

Цензура в «Хрониках» была вещью не навязчивой и опциональной. В игре хватало вещей, видеть которые был готов далеко не каждый, но это всё настраивалось. Поэтому, отключая цензуру обнажёнки, Фалайз и представить себе не мог, что однажды это используют против него.

— М-м-мне зайти попозже? — старательно отводя взгляд от манящих изгибов, поинтересовался дикий маг.

— Нет, это шоу для тебя, так что терпи! — едко сказала Фиона.

— Ух, как он будет страдать! — фыркнул Тукан. — Как монах в стриптиз-клубе!

— Нет, дорогой, ты пришёл в самое нужное время! — томно ответила бард.

Отвлёкшись от своего отражения, она вернула одежду на прежнее место, придав себе минимально цензурный вид. Особо приличнее не стало: даже будучи наряженной в серую мешковатую ткань, Лукаша каким-то неведомым образом умудрялась выглядеть максимально обворожительно. Но, по крайней мере, теперь Фалайз больше не видел того, чего видеть не должен был.

— Я тебя уже заждалась! Чего ты так долго?

— Эм, много д-дел, — до сих пор стоя у входа, ответил дикий маг.

— А-а-а, понимаю, — покачивая бёдрами, Лукаша подошла ближе, демонстративно поправила его робу и прошептала: — можешь расслабиться. Я не кусаюсь, — она игриво подмигнула, — только если ты сам не попросишь.

— Э-э-э, к-конечно…

— Фалайз, первое: мне бы хотелось видеть что-то кроме её торса. Лучше всего лицо, — вмешалась Фиона. — Во-вторых, насколько мне известно, у тебя есть девушка. Поэтому возьми себя в руки сам или в самое ближайшее время тебе их оторвут.

— В-ваш ник?! — вытянувшись по струнке и подняв глаза разве что не в потолок, выпалил дикий маг.

— Лукаша, — ответила лидер рейда, продолжая свой причудливый танец, замаскированный под заботу. — Неужели ты уже меня забыл?

— Род деятельности?!

— Очень заботливый бард, — практически облизывая Фалайзу ухо, сообщила Лукаша. — Ты всегда такой напряженный? Хочешь, я сделаю тебе массаж?

На этот раз уже сам дикий маг взял в себя в руки и отстранился.

— Не стоит, я, эм, на работе. Откуда вы?

— А где бы ты хотел меня видеть? — Лукаша, отойдя от Фалайза, спиной облокотилась на стол Чиалы. — Тут или, может быть, у стены?

— Эм, я про место регистрации.

— Эта бюрократия… — демонстративно скривилась бард. — Моя голова предназначена для другого. Понимаешь, о чём я?

Где-то в этот момент остатки смущения у Фалайза сменились раздражением. Все эти намёки хорошо работали по одиночке, сказанные с большим интервалом времени. Но когда их вываливали на тебя как из самосвала — очень быстро утомляли.

— Вы красиво пели в рейде, — демонстративно спокойно отметил дикий маг. — Зачем вам статуя?

— Хм, она такая большая, крепкая… — вдруг голос Лукаши дрогнул и разом растерял все игривые и томные интонации, видно, она сама поняла, что переборщила, — и очень интересная.

— Что вы имеете в виду?

— Игровой лор, — удержавшись от каких-либо эвфемизмов, сказала бард.

— Эм, интересуетесь историей мира?

— Да. Почему бы и нет?

Лукаша перестала делать вызывающие намёки, но вот вести себя соответствующе — отнюдь. Отойдя от стола, она сначала неторопливо прошлась, покачивая всем, чем могла покачивать, а затем подошла к трофеям Чиалы и, полусогнувшись, принялась их разглядывать в весьма откровенной для её наряда позе.

— Думаешь, один Фрайк собирал игровые легенды?

Упоминание этого без преуменьшения одиозного персонажа, который успел вместе со своим кланом побыть и всеобщим любимчиком, и презираемым негодяем, сбило дикого мага с толку сильнее, чем могла бы даже самая откровенная поза барда.

— Вы из Ордена? — упомянул клан Фрайка Фалайз.

— Что? — притворно возмутилась Лукаша. — Такого ты обо мне мнения, да?

— Эм…

— Фалайз, ты очень ускоришь дело, если перестанешь поддаваться хотя бы на треть её провокаций, — вмешалась Фиона. — Расспроси, эм, про Клесирру.

— Клесирра сказала мне, что не подавала заявку на статую — это правда?

— К ней ты зашёл в первую очередь? Ну у тебя и вкус! — бард томно вздохнула. — Это, конечно же, не правда. Она подала заявку на статую, как и все остальные, в тот момент, когда увидела её.

— Когда увидела? — уточнил Фалайз.

— Да, почти моментально.

— Не знаете, зачем ей она?

— Думаю, тут всё дело в завещании Жаска. Ты разве не за ним пошёл в рейд?

— Не реагируй! — резко вмешалась Фиона. — Сделай вид, что знаешь, что это. Скажи, что… не знаю…

— Скажи, что не веришь в эту сказку, — подсказала Чиала.

— Хм, вот как? — не поверила словам дикого мага бард. — Ну-ну.

— Так, а вы из-за завещания в рейде?

— Хм, врать не буду, это было бы интересно. Ты только представь! — Лукаша взбудораженно потёрла руки. — Неразгаданная со времён релиза игровая легенда!

Фалайз остался демонстративно невозмутим и продолжил опрос:

— Вы с кем-нибудь из рейда сталкивались раньше?

— Дай подумать, — Лукаша надула губки. — Горац — этого сложно забыть, Клесирра, конечно же, — её в Аккуно знают все, хм, и Тоорил.

— Тоорил? — непроизвольно удивился Фалайз.

— Тебя ввёл в заблуждение его облик? Не верь глазам своим, — сказала бард, нарочно потягиваясь так, чтобы подчеркнуть все свои многочисленные достоинства. — Ещё вопросы, сладкий?

Сказать что-нибудь толковое про остальных участников рейда его лидер так и не смогла, ограничившись выводами, сделанными, очевидно, на протяжении похода, а не на основе каких-то знаний. Не стал откровением также и рассказ, почему Лукаша была лидером рейда: её опыт в подобных мероприятиях легко, а главное быстро проверялся.

— Откуда узнали о заказе на статую? — спросил Фалайз.

— Из открытых источников, — лукаво улыбаясь, словно желая что-то невербально сообщить, ответила бард.

— Хватит, выходи, — скомандовала Фиона, устав от этого цирка.

* * *

— И что это за завещание такое? — сразу, не успели участники расследования собраться возле стойки администратора, спросил Тукан. — Полагаю, речь идёт не о бабушкиной двушке в центре, так?

К этому времени массивный дубовый стол, за которым в гильдии Приключенцев встречали игроков ищущих или уже нашедших приключения, претерпел значительные изменения. Оно и немудрено: фактически у него сменился владелец.

Будучи вотчиной Чиалы, это место представляло из себя образцовый пример спартанского минимализма. Если на нём что-то и находилось, то значит, работать без этого гильдия попросту не могла: пишущие принадлежности, бумага, печати, пустые бланки поручений, учётная книга.

Фиона тоже была человеком практичным, но по-иному. Она считала, что если на столе есть свободное место — это надо использовать. Более того, жрица полагала, что пустое место — признак того, что стол использовался недостаточно рационально.

Поэтому, вернувшаяся администратор, застала свой стол в процессе очень неприятных её глазу преобразований. А принесенные ею бумаги мгновенно оказались разостланы по свободной поверхности стола тонким слоем.

— Завещание Жаска — это старая городская легенда Амбваланга, что-то вроде карты капитана Флинта, — растерянно и в целом не очень уверенно рассказала Чиала и, заметив множество вопросов на лицах, поспешила объяснить. — Я никогда им не интересовалась. Уверена, что Фопс знает больше. Он был знаком с Жаском лично.

— Мы ни о чём таком не слышали, — переглянувшись с друзьями, отметил крестоносец.

— Я же и говорю: старая. Дело было ещё на релизе. Тогда пару месяцев все побегали и забили.

— Так или иначе, сказано это было совсем не случайно, — заметила Фиона, с претензией глядя на Фалайза. — Разговор с ней занял больше всего времени, а узнали мы меньше, чем от Щёлочи!

— В следующий раз, если так, иди к ней сама! — возразил дикий маг.

— А по-моему, ты справился на все сто, — вмешался Тукан с невозмутимым видом. — Зайди туда Фиона — она бы стояла у стола, скрестив руки, и отвечала на вопросы.

— И чем это плохо? — не поняла его Чиала.

— Полагаю, что её поведение — это не привычка, а представление для нас. Пускай лучше тратит силы на эти позы, чем на продумывание своих ответов.

— Он всегда такой? — с опаской кивая на крестоносца, поинтересовалась администратор.

— Да, — нехотя признала Фиона. — Тупица тупицей, но периодически выдаёт дельные идеи.

— Хм, опасно, — хмыкнула Чиала.

— А я такой. Опасный и непредсказуемый в своей тупизне!

— Так что, ждём Фопса? — вернул разговор в прежнее русло Фалайз.

— Нет, — категорично покачала головой Фиона. — Иди к Горацу.

— К Горацу?

— Не нравится? — ехидно уточнила жрица. — Попроси его томно шептать тебе на ухо, всё равно в той кладовке тесно.

* * *

— Снова ты, полагаю, с новыми, не менее глупыми, нежели в прошлый раз, вопросами? — с порога кисло осведомился Горац.

— Ну, как сказать глупыми, — усмехнулся Фалайз, чувствовавший себя куда увереннее чем в первый раз. — Является ли глупым вопрос о том, кто вы такой?

— Я же уже говорил, — поняв, что это надолго, эльф свернул страницу браузера и переключил всё своё внимание на дикого мага.

— Уверен, в этот раз вы скажете нечто, что хотя бы отдалённо похоже на правду.

— А разве моя прошлая версия не похожа на правду? — с усмешкой поинтересовался Горац.

— Гильдия проверила ваш рассказ и пока не нашла точек пересечения с реальностью.

— Хе, — не особо пытаясь скрыть свои эмоции на этот счёт, фыркнул Горац. — Я думал, это займёт у вас больше времени.

— Итак? — демонстративно поторопил его Фалайз.

— Горац фон Вольт, охотник за редкостями, — заново представился маг воды.

Не похоже, что он собирался продолжать искренне в чём-либо признаваться, поэтому Фалайзу пришлось заново повторять многие из заданных ранее вопросов:

— И откуда вы?

— Вы ведь проверили мою историю — вот и сообразите сами, — явно зная, насколько незначителен тот объём информации, что можно про него найти, с нескрываемой издевкой сказал Горац.

— Выходит, вы из ниоткуда? — не менее едко переспросил Фалайз.

— Мало ли на карте белых пятен? — Пожал плечами эльф и, пригладив свои волосы, поинтересовался: — В любом случае, разве это имеет какое-то отношение к украденной Матаракшей статуе?

— Никакого, — нехотя признал дикий маг.

— Фалайз, поменьше давай ему вешать тебе лапшу на уши и побольше конструктива, — вмешалась Фиона. — Что он тут забыл?

— Работаю по заказу, — уклончиво ответил Горац. — Скажем так: ищу для «покупателя» статую Амбва или хотя бы её часть.

— И зачем она вам?

— Мне?! Я же только что сказал, что мне она не нужна. Она или её часть нужна моему, кгм, «покупателю».

— А ему зачем?

— Я, как приличный исполнитель, не спрашивал, — маг воды неприятно усмехнулся. — Полагаю, из-за материала. Всё, что я сказал про него, — чистая правда.

— А этот блог и всё остальное?

Если в первый раз маг воды вёл себя пускай и высокомерно, но при этом отрешённо, с налётом усталости, то сейчас всё изменилось. Горац, конечно, не мог бегать по крошечной кладовке как Сунрад, но и жестикуляции и эмоций на лице стало заметно больше. Прибавилось, конечно же, и высокомерия.

— Согласись, охотиться за редкостями удобнее, когда ты о них знаешь чуть больше, чем ничего.

— Спроси про завещание, — подсказала Фиона.

— А этот ваш наниматель, он случайно не ищет завещание, эм, Жаска?

— Мистера Жаска? — Горац противно посмеялся. — Хе-хе-хе, не думаю, что мой наниматель верит в нубские сказки о картах сокровищ.

— Да? — сделал вид, что удивился, дикий маг.

— Думаю, ему куда интереснее уникальная статуя и материал, из которого она изготовлена, — сказав это, эльф сел с видом, словно просящим: «Ну давай, дай мне повод заново это всё проговорить».

— Но он бы обрадовался, получи его? — не стал ему подыгрывать Фалайз.

— В моём контракте ни слова не сказано про завещание мистера Жаска. Так что не знаю.

Прежде чем Фалайз успел услышать от Фионы следующий вопрос, Горац перешёл в своеобразное контрнаступление.

— В первый раз будучи здесь, ты даже словом не обмолвился про мистера Жаска. Значит, услышал позже от кого-то из этих лжецов. Кто это был? Матаракша?

— Скажи, что да, — явно решила «поиграть» Фиона.

— Она, — делая вид, что удивлён такой проницательностью, сказал Фалайз и как можно естественнее спросил, — как вы догадались?

— Потому что вот она здесь из-за завещания. Мне просто требовалось это обдумать. Простая охота за лёгкими деньгами для этой особы слишком мелко, — Горац стал говорить тише и куда медленнее, чем раньше, явно над чем-то походя размышляя. — Она учуяла добычу покрупнее, чем обычный контракт Приключенцев.

— Вы много знаете про Матаракшу, не так ли?

— Глупо было бы это отрицать.

— Не хотите поделиться с нами? Это ускорит процесс.

— Хе, хочу, но не могу при всём желании, — Горац разочарованно вздохнул. — Я действительно МНОГО про неё знаю. Но что из этого правда? Что, если сказанное мной, на поверку окажется дезинформацией? Это поставит под сомнение все мои откровенные признания до этого. Я не буду так рисковать.

— А он умён, — оценила сказанное Фиона.

— К сожалению, — добавила Чиала и попросила: — Фалайз, сообщи ему, что дымовая шашка, которую бросили в сокровищнице, была сделана на основе ртути и, эм, олова.

Дикий маг послушно перечислил ингредиенты, предварительно сделав вид, что делал это по бумажке:

— Что? Ну пускай, — пожал плечами Горац, кажется, вообще не поняв, к чему это ему рассказали.

— И последнее: встречали раньше Сунрада? — задал ещё один вопрос, подсказанный ему администратором, дикий маг.

— Первый раз встретил в этом рейде. Я бы запомнил, — вдруг эльф осклабился. — Но если тебе интересно, мне только что вспомнилось, с кем он пришёл на рейд.

— И с кем же?

— С Лукашей, только что не в обнимку. Я бы не придал этому значения, но… полагаю, сейчас важна любая мелочь, верно? Чем тратить время на мою персону, проверьте лучше это.

— В первый раз разговор с ним мне понравился больше, — с явным недовольством в голосе призналась Фиона, когда всё закончилось.

— Чего это? — удивился Фалайз.

— Он говорил то, что легко проверить. А сейчас то, что не проверяемо вообще!

— Могу сказать, что в алхимии он ничего не понимает, — вмешалась Чиала. — Шашка на основе ртути и олова? Чушь!

— Может, он понял, к чему мы это? — предположил дикий маг.

— Учитывая, что про алхимика мы заговорили позже, вряд ли, — Фиона вздохнула. — Так или иначе, думаю, Сунрад соврал нам. Он тоже кого-то выгораживает, но только кого?

— Себя, — предположил Тукан. — Разумная позиция, как по мне.

— Мне это не нравится. Совсем, — с явным беспокойством сообщила жрица. — Сунрад, Лукаша, эм, близняшки — они все кого-то защищают, подозреваю, что разных игроков. Это плохо. Считайте это паранойей, но, по-моему, ни один игрок кроме нас не оказался здесь случайно.

— Щёлочь, — выразительно напомнил дикий маг.

— Пока рано делать поспешные выводы, — кисло сказала Фиона. — Фалайз, Тукан, дуйте к близняшкам и узнайте, что они соврут на этот раз. Полагаю, показания изменились.

* * *

— Это Рукороко всё напутала! — делая обиженный вид, сообщила Курокоро. — Как она могла сказать такое? Нас же нанял Горац!

— Курокоро всё перепутала! — оскорбилась Рукороко. — Какой долг перед Вольгастом? Мы должны Горацу и отрабатываем долг!

— Присмотритесь к Матаракше, это очень странная особа! — хором заявили близняшки.

В остальном их показания никак не изменились и не дополнились, что ясно демонстрировало: друиды в происходящем играли не первые роли.

— Что ж, с кем бы они ни были заодно, он или она решили сделать свой ход, — мрачно констатировала итог разговора Фиона. — Интересно, что это в целом совпадает с позицией Гораца.

— Думаешь, они с ним заодно? — предположил Фалайз.

— Или так, или кто-то ещё решил навести нас на такие мысли.

— Мне опять идти к дроу? — мрачно осведомился крестоносец, сразу понявший, к чему идёт дело.

— Не опять, а снова!

— Не знаю, что хуже: перспектива разговора с этой высокомерной зазнобой или эта унылая присказка.

— Хуже не идти никуда, живее!

* * *

Матаракша встретила Тукана сидя на полу, судя по позе, в процессе медитации. И хотя вид она имела отстраненный, а её глаза были закрыты, на крестоносца чернокнижница отреагировала сразу же.

— Хм, нас ждали, — отметила Фиона не без удивления.

— Надеюсь, ты пришёл ко мне сказать, что я могу идти? — с вызовом демонстративно высокомерно бросила дроу, несмотря на предшествующую реакцию.

— Не совсем, — лукаво ответил Тукан. — Скорее сказать, что гильдия-пустышка нас мало впечатлила.

Воцарилось довольно продолжительное молчание. Крестоносец хотел было задать следующий вопрос, но чернокнижница вдруг вскочила с места и заявила:

— Горац!

— Что?

— Горац — это из-за него я здесь, — мрачно, с неприкрытой злобой повторила Матаркша. — Его отвратительная голова стоит кучу денег. Особенно будучи отделённой от тела.

— А статуя тут при чём? — отметил пробел в логике Тукан.

— Ему нужна статуя, значит, она нужна мне.

— Не проще было бы убить его во время рейда?

— И что это даст? — чернокнижница смерила собеседника предельно презрительным взглядом. — Моё задание состоит совсем не в рядовом убийстве и прочей поножовщине. Смысл совсем не в этом.

— И в чём же? — стойко пережив презрение, уточнил крестоносец.

— Лишить его всего: денег, положения, связей. По крайней мере, именно так гласит мой контракт, — сказав это, Матаракша сразу предупредила: — отвечать, как именно я собиралась это сделать, не стану.

— Видимо, не путём отделения его, как было сказано, мерзкой головы от тела?

— Отвратительной, — поправила его чернокнижница. — Я сказала отвратительной. За этот приятный бонус или трофей мои наниматели изрядно доплатят.

— Будут проводить долгие зимние вечера у камина, наслаждаясь головой Гораца на стене? — предположил Тукан, к раздражению Фионы, которой это отступление от темы сильно не нравилось.

— Понятия не имею, но осуждать не собираюсь.

— Если ты закончил демонстрировать отсутствие у тебя чувства юмора, спроси насчёт её связи с гильдией Убийц, — вклинилась, не скрывая нетерпения, Чиала.

— Я её непревзойдённый конкурент! — высокомерно бросила дроу. — Фрилансер особых услуг, если угодно.

— А что она скажет насчёт завещания Жаска? — спросила Чиала.

Ответ на этот вопрос оказался совсем не таким, каким его представлял Тукан и «голоса в голове». Матаракша вдруг без всякого на то смысла ушла от ответа, да ещё и с изящностью, если так можно сказать, слона в посудной лавке.

— Без комментариев.

— Эм, не уверен… — растерялся крестоносец.

— Мне плевать, — оборвала его на середине фразы чернокнижница. — Я рассказала всё, что знаю. Что-то ещё?

— Кроме Гораца из рейда кого-то уже встречали? — нехотя сменил тему Тукан.

— Одного назойливого паладина. И Сунрада с Клесиррой.

— А поподробнее? — припоминая, что уже это слышал, попытался узнать больше Тукан.

— Эти двое знакомы.

— В прошлый раз…

— И что? — перебила Матаракша, принявшись вновь располагаться на своём коврике для медитации. — По-твоему, мне следует сказать что-то иное?

— Возможно, следует как-то дополнить свой рассказ или внести в него ясность.

— А может, вы вместо этого сложите всё, что вам про них известно, и обратитесь в гильдию Убийц за объяснением, что тут забыли эти двое?

— А как же «я ничего не знаю про гильдию Убийц»? — напомнил крестоносец.

В ответ раздался хлопок ладонью по лбу — так оценила эти слова Фиона.

— Память как у склерозной золотой рыбки, — пробормотала Чиала.

Матаракша же ограничилась удвоенной порцией высокомерия:

— Нет, я сказала, что являюсь её конкурентом. Конкурентов надо знать.

— А про других есть что сказать? Лукаша, Тоорил? — при упоминании кочевника дроу заметно напряглась. — Что-то не так?

— Этот, хм, варвар, как там его, а, не суть — его вы уже опрашивали? — мрачно поинтересовалась Матаракша.

— Да, — абсолютно рефлекторно ответил Тукан.

— Ты идиот! — не удержалась Фиона. — Хватит отсебятины! Надо было… а-а-а, забей. Упустили! Попробуем с самим Тоорилом.

— В чём дело-то? — не понял происходящего Фалайз.

— Они знают друг друга, — сообщила Чиала. — Но, судя по вот этому цирку, действуют не сообща. И очень боятся, что один сдаст другого.

Чернокнижница и вправду, видно, услышав от крестоносца что хотела, заметно расслабилась, снова погружаясь в медитацию.

— Щёлочь, — вдруг, к большому удивлению Тукана, сообщила Матаракша, приоткрывая глаза. — Думаю, она тоже мой конкурент.

Мистер Жаск

В гильдии Приключенцев как раз началось оживление, когда Тукан вышел от Матаракши, так и не добившись от неё какой-нибудь конкретики касаемо обвинений в адрес Щёлочи. К середине второго часа расследования явился городской управляющий Фопс. Этот с виду невзрачный клерк руководил Амбвалангом, причём уже очень долгое время, едва ли не с самого релиза «Хроник Раздора». О том, насколько успешно он это делал, говорил тот факт, что город вполне сносно пережил несколько весьма смутных периодов своей истории и даже одну оккупацию.

Сам Фопс, долговязый мужчина с неугомонными руками неопределённого возраста в неизменно аккуратном деловом костюме, особого впечатления не производил. Скорее где-то на уровне инстинктов отталкивал, не в последнюю очередь из-за вечного высокомерия, в котором он ничуть не уступал ни Горацу, ни Матаракше.

— Пуаро, Гастингс и-и-и, эм, Джепп.

Подходя к стойке администратора, вместо приветствия перечислил Фопс, поочередно посмотрев на Фиону, Фалайза и Тукана. А вот с Чиалой вышла заминка:

— Мисс…

— Даже не думай, — фыркнула та, выразительно скрестив руки на груди.

— Мисс администратор, — мгновенно нашёлся Фопс. — Ну-с-с, что же за происшествие заставило вас думать, что меня стоит выдёргивать в игру в этот чудесный вечер пятницы?

— Ты сам навязался, — мрачно напомнила Чиала. — И твою любимую статую украли!

— Разве? — сделал вид, что не понимает о чём речь, городской управляющий. — А мне и не доложили…

— Украли ещё раз, — голосом высказывая явное нетерпение, добавила Фиона. — На этот раз на глазах целого рейда.

— Я бы не сказал, что прям на глазах, — вмешался Тукан. — Дыма было много.

— Так или иначе статуи нет, — бросая мрачные взгляды на крестоносца, повторила администратор.

— Нам было бы неплохо узнать, в чём же её ценность? — вмешался Фалайз. — Городской управляющий Мо… кгхм, Фопс.

— У статуи, стоящей в центре нашего города, аккурат там, где возрождаются игроки после смерти? — наигранно переспросил Фопс. — Сугубо эстетическая, ага!

— Всё дело в этой самой точке возрождения, — сообщила Чиала. — Очень дорогая штука, между прочим, как я понимаю.

— Всего-то?! — удивился Тукан. — Ну, в смысле…

— Нет, конечно! Некоторое время назад точно такую же статую разрушили. А сейчас украли уже оригинальную, — пустился в объяснения Фопс. — Вернее, ещё одну копию, но уже слепленную непосредственно с оригинала. Полноразмерную, улучшенную копию, если желаете знать. Оригинал уродлив и в высоту сантиметров сорок. К тому же я даже не уверен, не уничтожил ли его тогда мистер Жаск.

Слушая это, Фалайз незаметно для всех потупился. Рассказ напрямую его касался, так как разрушение статуи было именно на совести дикого мага. Конечно, можно было списать всё на обстоятельства, необходимость спасения мира, но Фалайз всё равно чувствовал свою вину. Не в последнюю очередь потому, что сумел уйти от ответственности.

— И вот об этом типе — Жаске, поподробнее, — прищёлкнув пальцами, когда услышала знакомое имя, попросила Фиона. — Как связан он, статуя и некое завещание?

— Сколько вопросов, — городской управляющий усмехнулся. — Ну давайте начнём с мистера Жаска. Был такой игрок. Являлся основателем и некоторое время единоличным лидером гильдии Убийц.

— В Амбваланге? — уточнил Фалайз.

— Нет. Вообще. Тогда ещё Убийцы были единой организацией, а не как сейчас. В этом-то и суть: мистер Жаск был без преувеличения могущественным игроком. Перейти ему дорогу означало сильно испортить себе жизнь в «Хрониках» вплоть до невозможности играть.

— Дайте-ка угадаю: он всем надоел? — предположила Фиона.

— Не совсем. Мистер Жаск переоценил свои возможности. Вернее, страх, который они вызывали. Оказалось, что кучу игроков можно пугать ровно до того момента, пока они не поймут, что их в тысячу раз больше, чем обидчиков, — не скрывая весьма ироничного отношения к этим событиям, рассказал Фопс и добавил с не меньшим сарказмом: — а ещё у него вдруг начался конфликт со всем вам хорошо известным Фрайком, и его на тот момент только появившимся Орденом. Не буду описывать весь разразившийся тогда скандал, перечислю итоги. Против мистера Жаска восстали все «Хроники», играть он уже не смог. Гильдию Убийц же разгромили и уничтожили.

— И в какой момент появляется статуя и завещание? — не поняла жрица.

— Мистеру Жаску очень хотелось как-то увековечить память о себе. Воздвигнуть в центре города на месте точки возрождения статую себя показалось ему хорошей затеей.

— Но это же статуя основателя города, некоего Амбва, — припомнил Фалайз.

— Хе-хе, если вы поищете скриншоты оригинальной статуэтки, вы поразитесь, насколько она мало похожа на свою большую версию и сколько сходств у статуи и мистера Жаска.

Пока городской управляющий это говорил, он, кажется, успел перетрогать все бумаги на стойке администратора без исключения. Причём Фопс их не читал, а просто брал в руки, держал пару секунд и клал обратно без какой-либо видимой цели.

— Так или иначе из-за скандала статуя у города есть, вернее была, а мистера Жаска нет. Я тогда постарался замять информацию о том, кто именно её создал и зачем. А потом, когда всё улеглось, заказал полноразмерную копию копии.

После небольшой паузы, явно ещё раз прокрутив у себя в уме всё сказанное, Фиона спросила:

— И при чём здесь завещание?

— Именно из-за него и пришлось заказывать копию! — с негодованием заявил Фопс, которому под давлением тяжелого взгляда Чиалы пришлось отойти от стола. — Я не знаю, в какой момент появилась эта легенда, скорее всего, от самого мистера Жаска, который решил таким образом поиздеваться, — он тяжело вздохнул. — Суть сказочки для нубов сводится вот к чему: в статуе есть, эм, ну, тайник. Не смотрите на меня так, я ничего толком не знаю! Думаю, там какая-то карта, указывающая на кучу денег, снаряжения и всего такого. Если читали «Остров Сокровищ», то понимаете суть.

— Город искал это «завещание»? — осведомилась Чиала.

— Не один раз заказывал полный осмотр статуи. Внешний и с помощью магии. Не нашли никаких тайников. Только если он внутри как-то замаскирован, для чего статую требуется разбить, — Фопс развёл руками. — Я решил, что подыгрывать мести мистера Жаска мне не хочется. Напомню, что статую по итогу заменили на копию, в которой точно никакого клада нет.

— Получается, что когда недавно кто-то разрушил копию копии, на место вернули просто копию, верно? — подытожил Фалайз.

— Да, именно так и было. Игрокам же надо где-то возрождаться?

— И все сразу вспомнили про эту легенду с завещанием?

Казалось, что ответ очевиден, но городской администратор лишь пожал плечами.

— Да не сказал бы. По-моему, наоборот — про неё уже окончтальено забыли. Сколько статуя простояла? Месяц, получается? Ни одного официального запроса на осмотр город не получал. Случаев вандализма тоже замечено не было.

— А вот несколько подозреваемых утверждают, что им в доступе отказали, — напомнила Фиона.

— Ну да, мне же так легко запретить среди бела дня подойти и пощупать огромную каменюку в центре города, пф! — Фопс выразительно фыркнул. — Специально для этого её даже никто не охраняет! Повторюсь: осматривать со стороны её бесполезно. Тайник, если он существует, внутри.

— Странно, что все так захотели её заполучить. По-моему, это какой-то сложный путь к завещанию, — прикинул Фалайз.

— Вы ошибаетесь, считая, что информацией о тайнике владеют все кому не попадя, — со скепсисом отметил городской управляющий. — До сегодняшнего дня это знал только я, несколько «старичков», которые до сих пор играют с релиза, да пара ботов, проводивших осмотр.

— Ботов? — удивилась Фиона.

— Кого ты ещё заставишь прощупывать статую миллиметр за миллиметром несколько часов подряд? — притворно изумился Фопс. — К тому же эти ребята не из разговорчивых. Особенно, если их убить.

— Узнаю методы городской администрации! — не удержался от сарказма Тукан. — У меня в городе почти также решают проблему с ямами: нет человека — нет проблем с ямами.

— Ты почти ежедневно устраиваешь геноциды отедльно взятых видов, — возмутился городской управляющий. — Чем я хуже? Тем, что убил пару ботов, отсекая даже малейшую вероятность распространения информации?

— Они же на вас работали! — саркастично заметил крестоносец.

— Вот именно! Жизнь отдали за идею!

— Так или иначе теперь мы примерно понимаем мотив большинства собравшихся, — прервала их Чиала. — Осталось понять, почему они решили действовать сейчас, а не раньше или позже.

— Ну почему не позже — это легко, — заметил Фопс.

— Удиви, — бровь администратора взлетела вверх.

— Узнав о том, что планируется рейд, те, кто знали о завещании, решили, что из этого рейда статуя уже не вернётся, — поделился соображениями городской управляющий. — То есть «потом» не было бы.

— Разумно, — согласилась Фиона. — Но неужели их так обеспокоил рейд? Звучит как-то сомнительно.

— Почему это? — не понял Фалайз.

— Ну смотри, если кто-то отслеживал состояние статуи, то он знал, что с ней уже что-то случилось — её копию разрушили, — это заявление жрице пришлось объяснять. — Из-за этого «оригинал» покинул запасники и оказался в центре города, считай, на виду у всех, в свободном доступе. Но никакой реакции не последовало. Значит, до самой статуи или завещания никому дела нет.

— Хочешь сказать… — дикий маг прервался, формулируя мысль, — всё потому, что возвращать статую собрался кто-то конкретный? Про кого остальные знали достаточно, чтобы понять, что он охотится за завещанием?

— Или кто-то прямо заявил, что он идёт за этим кладом, — дополнила его ответ Фиона.

— Кто-то нарушил некий статус-кво, — поддержала вывод Чиала. — И тут мы подходим к вопросу, что же связывает этих игроков.

— Гильдия убийц! — почти что хором заявили Тукан и Фиона.

— Звучит интересно, но разве её не разгромили? — напомнил Фалайз, выразительно глядя на Фопса.

Городской управляющий, закончив делиться своими познаниями, неторопливо отошёл в сторону, где уже некоторое время осматривал, а вернее ощупывал предметы интерьера гильдии Приключенцев. На вопрос он отреагировал тем, что развёл руками. Наверное, Фопс хотел этим что-то сказать, но куда лучше у него получилось уронить какой-то уродливый щит, который почти полминуты гремя катался по холлу.

— Ну, она возродилась, конечно, — возвращая трофей на место, ответил городской управляющий. — Несколько в ином виде.

— Что изменилось? — уточнила Фиона.

— Исчезло единоначалие. Насколько я знаю. Теперь каждым филиалом, их вроде бы четыре, управляет свой туз, который может действовать по своему усмотрению. Об остальных тузах он знает только то, что они есть.

— «Туз» как в картах? — удивился Тукан.

— Да, они те ещё картёжники, — с усмешкой сказал Фопс. — Остальное у них также: у каждого отделения есть своя масть, тузу подчиняются короли, им дамы и далее, вплоть до совсем мелких сошек, — он демонстративно зевнул. — Скука смертная, как по мне. Могли бы хоть мафию спародировать, а не это…

— Мафией они при Жаске были, — напомнила Чиала.

— Мистере Жаске… — городской управляющий с претензией посмотрел на администратора. — Да и не сказал бы, чтобы они были такой уж мафией. Та скорее про конспирацию, своячество и всё такое. А эти обнаглели настолько, что вообще не скрывались.

— Ты сейчас описываешь именно мафию, просто разжиревшую, — хмуро заметила администратор.

— Так что, у нас тут получается восемь членов гильдии Убийц собралось? — заметил Фалайз.

— Почему восемь? — не поняла его Фиона.

— Да как-то не тянет хил двадцать девятого уровня на убийцу, знаешь ли, — разъяснил за друга Тукан.

— Не думаю, что у вас тут собрались такие уж важные шишки вроде тузов, — кисло заметил Фопс. — Приметные они, знаете ли. А вот послать кого-нибудь ниже себя рангом — это может быть. Как и банальная внутренняя грызня, — последнее заявление, судя по лицам собравшихся, потребовало разъяснений. — Ну, полагаю, тот, кто найдёт завещание, не говоря уже про само сокровище, сильно улучшит свои позиции в иерархии.

— Мне это не нравится! — потрясая своими заметками, сказала Фиона. — У нас осталось два часа, а мы до сих пор толком не знаем кто есть кто.

— Я, если вам нужно моё мнение, вообще не понимаю, зачем вы пытаетесь установить их личности, — вмешался городской управляющий. — Начните с другого конца: кто где был, кто мог это сделать…

— Кто где был? — едко уточнила Чиала, явно разочарованная в Фопсе. — Они все врут, и стоял дым! Кто мог это сделать? Кто угодно!

— Почему же, заклинания…

— Любые заклинания наносятся на свиток заранее. В нужный момент свиток рвётся, и заклинание применяется. После свиток выбрасывается или сжигается, — холодно отрезала администратор. — Кстати, в сокровищнице никаких свитков не нашли, хотя осмотр ещё идёт.

— А в инвентарях? — уточнил городской управляющий.

— У всех в рейде!

— Мда…

— А вообще там, в сокровищнице, что-нибудь нашли? — поинтересовался Фалайз.

— Дымовые шашки, разбившуюся точку возрождения, — пожала плечами Чиала. — А, ну и пепел. Полагаю, это дым осел.

— А может, кто-то спалил свиток с заклинанием? — предположил Фопс.

— Нет, только если целую кипу свитков — там много пепла. Целая гора.

Последнее навело Фиону, судя по её лицу, на какую-то догадку. Правда, посвящать остальных она в неё не стала, а вместо этого спросила:

— Чиала, у тебя есть духи?

— Эм, ну, есть флакончик, — призналась она, словно в чём-то постыдном. — Я сама запахи не чувствую, но ботов иногда надо очаровывать…

— Ты не против его пожертвовать для расследования?

Вместо ответа жрице перед носом поставили небольшой цветной флакон, заполненный где-то на две трети. А уже в следующее мгновение его целиком вылили на голову Тукана.

— ЭЙ! — едва успев прикрыть глаза, возмутился крестоносец.

— Шагом марш к Сунраду, — не попросила, а приказала Фиона, с удовлетворением глядя на Фопса, который демонстративно прикрыл нос платочком. — У меня есть к нему пара вопросов. И по алхимии тоже.

* * *

Алхимик всё так же мерил шагами комнату отдыха, кажется, отполировав отдельные тропы до блеска. Тем не менее вошедшего крестоносца он встретил, замерев на месте и осматривая его взглядом полным подозрений.

— От тебя больше не несёт химлом, — наконец самоуверенно заявил Сунрад.

— Мда? — как можно невозмутимее сказал Тукан.

— Думаешь, вымыл бошку, так отсутствие запаха поможет? — фыркнул алхимик. — Опытный глаз всё равно не проведёшь.

— «Отсутствие запаха» — любопытное название для духов, ха! — раздался довольный донельзя голос Фионы. — Он умён, но явно не так, как ему кажется, — жрица вздохнула и сменила тему. — Ладно, к делу: спроси, знает ли он вещество, способное растворить статую до состояния пепла.

— Мы нашли в сокровищнице пепел… — начал Тукан, пытаясь переформулировать фразу так, чтобы она выглядела как его вопрос.

— И? — прервал крестоносца Сунрад.

— Ты неслучайно не знаешь, откуда он мог взяться? Может, это дым осел?

— Ха! Хы-хы-хы, — мерзко рассмеялся алхимик. — Когда оседает дым, остаётся не пепел, а гарь на стенах. Передай своим голосам в голове, что они ни фига не понимают в алхимии!

— Тогда откуда взялся пепел? Могли ли, предположим, растворить статую?

— Предположим, могли, — Сунрад остановил беготню и подбоченился. — Ты на что это намекаешь, а? Есть что мне предъявить — говори прямо. У вас моя снаряга — недостаточно?!

— Никаких предъяв, — успокоил его крестоносец. — Просто консультируюсь.

— Хм, консультируешься? — алхимик призадумался. — Кислот в игре много. Таких, чтоб растворить ту каменюку аж до пепла? Хм, тоже есть. Люто дорогие, стоят, как половина этого города.

— Знаешь, как они выглядят?

— Ни разу не видел, но могу предположить: небольшой флакон с очень толстыми стенками. Внутри бесцветная жижа.

Когда Сунрад говорил об алхимии, то сразу не только переставал бегать туда-сюда, но и, кажется, даже забывал кого отыгрывал, делаясь сосредоточенным и деловитым.

— Пустышка, — оценила сказанное Чиала. — Мы бы уже нашли этот флакон. Или в сокровищнице, или…

— А без флакона никак? — поинтересовался Тукан.

— Ну, носи химло, разъедающее мрамор, в кармане, удачи! — осклабился алхимик и вдруг осёкся. — Хотя с помощью магии… но я бы не стал так рисковать.

— Так, я отойду на пару минут, — вдруг сообщил Фопс. — Мне надо дать городской страже несколько указаний.

— О чём это он? — не понял Фалайз.

— Кажется, я знаю, но потом, — ответила Фиона. — Давай дуй к Тукану, и как договаривались. Только умоляю: без самодеятельности.

Для алхимика решили устроить целое представление не только по части запахов. Давно ожидая соответствующей команды, дикий маг вошёл в комнату отдыха и с деловитым видом передал крестоносцу пару листов, демонстративно исписанных сверху донизу, да ещё и с двух сторон, а затем, никак не комментируя произошедшее, вышел.

— Что это за бумажки? — мрачно, явно нервничая, уточнил Сунрад.

— Подбиваем показания свидетелей, — Тукан выразительно усмехнулся. — Не хочешь рассказать, почему на рейд ты явился вместе с Лукашей? По-моему, в прошлый раз ты говорил, что не знаешь никого, кроме Клесирры и Гораца.

Это был чистейший блеф, и, наверное, будь алхимик чуть умнее или терпеливее, он это бы несомненно понял, однако отреагировал экспрессивно, вообще не думая:

— Кто нас сдал?

— А сам как думаешь?

— Клессирра! — раздражённо прошипел Сунрад, краснея и теряя самообладание. — Сука! Сука!! Сука!!! Решила всё же открыть кто есть кто, да? Дура!

— Пока он не начал громить мою любимую комнату в этом здании, спроси его, к какой ветви гильдии Убийц они втроём относятся, — вмешалась Чиала.

— Или пока не ушёл в получасовой мут из-за мата, — добавила Фиона, вспомнив, что в «Хрониках» систематических испытателей матфильтра лишали дара речи.

Конечно, ничто не мешало в таком случае переключиться на любую другую программу для связи, пускай такое и не одобрялось разработчиками. Но это были трудности на ровном: всё необходимое для связи игра предоставляла, позволяя как разговаривать тет-а-тет, так и на небольших и средних дистанциях.

— Давай ты успокоишься и расскажешь мне и моим голосам в голове свою версию того, кто вы и что здесь делаете, — миролюбиво предложил Тукан.

— Это наши внутренние разборки, ясно?! — прежде чем начать, с вызовом бросил алхимик.

— Не претендуем.

— Эта сука…

— Клесирра? — уточнил на всякий случай Тукан.

— Да. Она узнала про статую Жаска и решила найти её. Ну тут гением быть не надо, значит, про завещание вспомнила.

— Попроси, прежде чем он продолжит, уточнить, откуда они такие вообще прибыли, — попросила Фиона.

В пылу эмоций, в частности гнева, алхимик даже не обратил внимания на этот вопрос, ответив быстро и не думая:

— Из Аккуно, тут я вам не врал.

— А масть?

— Какая нахрен разница? — не понял смысла вопроса Сунрад. — Мы втроем из червей… стой, — судя по смятению на лице алхимика, до него начало доходить, чем вызван этот вопрос, — ты же не хочешь сказать, что…

— Давай-ка вернёмся к твоей истории, — прервал его Тукан, смутно почувствовавший, что сейчас начнут допрашивать уже его.

— Мда? — алхимик хитро усмехнулся. — Ну ладно. Эта сука у нас за старшую — не туз, конечно, но и не валет, — по интонации голоса чувствовалось, что это он про себя. — Так вот, мозгов у неё меньше, чем у тупой безголовой курицы! Половина Аккуно знает, кто она и откуда! А за пару дней до рейда эта тупая сука вообще давай п-пеликанить повсюду о завещании Жаска. Типа она его уже почти нашла!

— А ты с Лукашей тут при чём?

— Ну не помогаем ей, знаешь ли! — Сунрад скривился и помахал рукой, будто его душат. — И так по горло сыты! Найди она завещание — не в тузы, так в короли выйдет! Оно нам надо, чтоб эта дура всем верховодила?!

— И поэтому вы отправились в рейд?

— Ну представляешь, да? — скривился алхимик. — Лукаша часто рейды водит — легко в лидеры прошла. Эта сука нас увидела — поморщилась, но ничего не сказала. Значит, поняла всё. Дошло же как-то! Видно, решила, что всё равно нас обойдет. Теперь подставить задумала, хех, дура как есть! Думала, молчать стану? Да щас!!!

— Так, судя по потоку оскорблений, тут мы узнали всё, что могли, — вздохнула Фиона. — Идём…

— Тукан, подожди, спроси его про завещание Жаска, — вмешалась Чиала. — И про Рудокопов тоже.

— Что это за завещание хоть такое? — спросил в лоб Тукан.

К этому моменту Сунрад уже так был на эмоциях, что ничуть не скрывая ляпнул правду:

— Да чтоб я знал! Сокровища какие-то, наверное! Главное, чтобы Клесирре они не достались!

— А с рудокопами её что связывает?

— Почём мне знать? Руда!

— Ладно, на этом у меня всё, — кивнул крестоносец, собираясь на выход.

— Стой! Так что, тут ещё убийцы есть? Кроме нас троих?

Тукан замер, ожидая инструкций.

— М-м-м, скажи, что мы его обманули, — предложила Фиона. — Может, он от злости ещё чего ляпнет.

— Понятия не имею. Мы и с Клесиррой не говорили.

— Что?! Так эта… — Сунрад, всё осознав, аж побелел, а затем, потеряв дар речи, рухнул на одно из кресел.

Спустя какое-то время раздался его тихий, подавленный голос:

— Так она нас не сдавала, выходит.

— Упс, — даже не пытаясь принять виноватый вид, сказал Тукан. — Но спасибо: ты второй, кто говорил с нами откровенно.

— А кто первый-то? — очень вяло удивился алхимик. — Жрица эта — Фиалка? А нет, она же с тобой… так кто?

— Щёлочь.

— Пх-х-хх-х-х, — давясь от смеха, Сунрад только что не сполз на пол. — Серьёзно? ВЫ СЕРЬЁЗНО? Похоже я отупел, раз попался на ловушку таких ИДИОТОВ!!!

— Не хочешь…

— Вот вам, тупицам, подсказка от опытного члена гильдии Убийц: никогда не верьте нубски выглядящим персонажам. Те подставят или по незнанию, или потому что это грёбанный твинк!

* * *

— Кажется, дело сдвинулось с мёртвой точки! — радостно отметил Фалайз, когда допрос Сунрада завершился.

— Да? — мрачно осведомилась Фиона. — И с чего такой вывод?

— Ну, осталось пятеро…

— Пятеро?!

— Ты опять про Щёлочь? Ну, пускай шестеро…

— Нет, не про неё. Я хочу понять, почему ты в принципе вычеркнул этих троих?

— Мы же узнали про них, — судя по голосу, в котором стало сильно меньше радости, дикий маг и сам понял свою ошибку.

— Мы узнали кто они и только. И то, никто не мешал им наврать и в этом. Что от этого у Сунрада стало меньше мотивов и возможностей украсть статую? Ну, или уничтожить её!

— Так что, это не конец? — уныло уточнил Фалайз.

— Неа. Это в лучшем случае середина…

— Не хочу тебя расстраивать, но по оставшемуся у нас времени — это совсем не середина, — холодно сообщила Чиала. — Уже через полтора часа эти девятеро выпорхнут отсюда, и мы их больше не найдём.

— Щёлочь не выпорхнет! — возмутился Фалайз. — Она нам помочь может, между прочим.

— Мы утопающие самостоятельные и самодостаточные, — отказалась Фиона, кривя лицо. — Сами себе поможем как-нибудь. — Подумав, она добавила: — Меня смущает это завещание. Неужели оно ещё актуально? Год спустя-то!

— Что ты имеешь в виду? — серьёзно удивившись, спросила Чиала.

— Любой зарытый клад можно найти или узнав где он зарыт, или случайно! — поделилась соображениями жрица. — Если завещание и вправду какая-то карта, ведущая к сокровищам, — его уже нашли!

— Может, они верят в лучшее? — предположил Тукан. — Ну, или просто очень наивные…

— А может, — Фиона выдержала небольшую паузу, — знают, что завещание — не карта. Ключ…

— Любую дверь можно открыть и без ключа, — напомнил Фалайз.

— Хорошо, не ключ. Что-то, без чего до сокровища не добраться просто физически, — упрямо повторила жрица. — Я уверена, кто-то из собравшихся должен это знать точно.

Тупик лжи

— Напомни, зачем мне идти к ней? — мрачно осведомился Фалайз, стоя перед дверьми склада. — Нам же только что о ней всё выложили. Думаешь, Сунрад соврал?

— Нет, или по крайней мере не совсем нет, — не стала спорить Фиона. — Но он обронил, что это Клесирра начала хвастаться. Если мы узнаем где, возможно, получим ключик к остальным. Поймём, кто и откуда сюда прибыл.

— А просто опять притвориться, что мы и так всё знаем, нет?

— Лучше всего, если мы не будем притворяться.

— Э-э-э…

— Фалайз, если ты не хочешь идти, так и скажи, — попросила жрица.

— Не хочу, — мгновенно признался дикий маг.

— А надо! И поживее!

Клесирра опять отсутствовала, правда, на этот раз вернулась в игру очень быстро. В этот раз она вела себя куда менее уверенно и на Фалайза смотрела с откровенным беспокойством.

— Давай прежде всего проверим, держит ли она контакт с Сунрадом, — поставила задачу Фиона. — Спроси, знакомы ли они. И про Лукашу не забудь.

— Сунрада и Лукашу вы впервые встретили в рейде? — не слишком старательно изображая, что это просто праздный интерес, поинтересовался дикий маг.

— Да, — коротко ответила пират.

— Мы знаем, что это неправда, — тактично отметил Фалайз.

— «Вы»? — фыркнула Клесирра.

— Те, эм, люди, что ведут расследование, — пояснил дикий маг.

— И что же эти люди знают? — уточнила пират брезгливо.

— Ну, например, то что вы из гильдии Убийц…

— Чушь! — перебила его Клесирра. — Я приключенец!

— Знаем, что Сунрад и Лукаша…

— Это они сказали, что я из Убийц? Пф! — пират, кажется, имей такую возможность, набросилась бы на дикого мага с кулаками — так сильно она разозлилась от этих слов. — И вы им поверили?! ИМ?!!

— Надо отдать ей должное — стоит до конца, — мрачно оценила Фиона. — Скажи, что сотрудничать с нами, если она невиновна, в её интересах.

— Ты предлагаешь мне оговорить себя? — мрачно осведомилась Клесирра в ответ на такое предложение. — Да иди-ка ты знаешь куда!

Она демонстративно плюхнулась на пол, после чего её лицо сделалось неестественно отсутствующим.

— Вот и поговорили, — прокомментировал произошедшее Фалайз.

Некоторое время покрутившись рядом и убедившись, что никакого возвращения с холодной головой не произойдёт, он вышел со склада.

— Мда уж, — растерянно сказала Фиона. — Без её признания будет сложнее всё это распутать.

— И что дальше? — деловито спросил Тукан.

Ответила жрица совсем не сразу. Сначала она долго шуршала бумагой, затем задумчиво «хмыкала», явно обращаясь к памяти.

— Ты к Тоорилу, Фалайз к Матаракше, а я к Лукаше — хочу лично с ней поговорить без всех этих закидонов, — наконец решила Фиона. — Чиала вас проконтролирует.

* * *

— И что мне ему говорить? Тоже притвориться, что мы всё знаем? — поинтересовался крестоносец, пока шёл.

— Нет, — подумав, отказалась администратор. — У него алиби хорошее — будет как с Клесиррой или ещё хуже. Давай издали: что знает про завещание, откуда, что его связывает с Матаракшей. Только без перегибов!

Ко второму визиту Тукана Тоорил уже связал целый конный эскадрон и переключился на изготовления различных зверей. Уже была готова какая-то птица: то ли гусь, то ли журавль; некое четырёхногое создание, которое с равной вероятностью могло оказаться и волком, и львом; а также весьма странная на вид рыба. Словом, чувствовалось, что в вопросах непарнокопытных и езды на них кочевник был куда более подкован.

— У меня тоже есть конь, — похвастался крестоносец. — Демонический. Разочарославом зову.

Тоорил лукаво посмотрел на Тукана и, немного подумав, хитро спросил:

— Слышал, он может ответить на любой вопрос. Удобно?

И хотя чувствовалось, что кочевник и так знал ответ, крестоносец всё равно кисло ответил:

— Угу, может. Раз в год и если живым будет. А он помирает от каждого чиха.

— Так что, новые вопросы? — поинтересовался Тоорил, криво усмехнувшись и снова украдкой глянув на гостя.

— Именно! — старательно показывая уверенность в себе, ответил Тукан и демонстративно сверился с планшетом. — Что знаешь про Жаска?

— Был такой игрок. Негодяй и подлец. — Вдруг кочевник спросил: — Можно мне вернуть моё снаряжение? Там ничего такого нет.

— Э-э-э, зачем? — растерялся крестоносец.

— Починить хочу, — спокойно объяснил Тоорил. — Скучно. Хотя бы сапоги, подлатать надо.

— Нет, — категорично ответила Чиала, а за ней и Тукан.

Впервые за всё это время на лице кочевника проступила хоть какая-то эмоция, отличная от равнодушия — лёгкая обида. Впрочем, отреагировал он всё равно спокойно:

— Жаль.

— А что знаешь про завещание Жаска?

— Клад. Вроде бы. Не интересовался.

— Откуда это знаешь?

— Степь большая — не помню, кто мне рассказал, — помолчав немного, уклонился от ответа Тоорил. В его взгляде в этот момент читался немой укор, мол, он идёт навстречу, а ему даже не дали подлатать сапоги.

— В прошлый раз ты говорил что встречал Сунрада, не вспомнил как и где? Может, в Аккуно?

— Никогда не был так далеко на юге. Там мне не рады — там нет степи. Дело было на севере.

Чувствуя, что у него уже заканчиваются вопросы, а знает он не сильно больше, чем до начала разговора, Тукан продолжил:

— Что скажешь про Матаракшу? Её ты раньше не встречал?

Прежде чем ответить, кочевник украдкой посмотрел на крестоносца, явно пытаясь понять, что стояло за этим вопросом.

— Я бы не стал с ней сталкиваться, — так ничего и не высмотрев, уклончиво ответил он. — Ни с ней, ни с её помощницей.

— Почему? И, эм, помощницей?

И вновь последовал весьма размытый ответ:

— Не стоит идти против ветра, особенно в бурю.

Поняв, что на этом всё, Тукан засобирался на выход. Уже в самых дверях он остановился и, хотя соответствующих инструкций не поступало, заметил:

— Расследованию бы очень помогла искренность.

— А мне? — неожиданно поинтересовался Тоорил с заметной иронией, приподняв голову.

— Ну-у-у, быстрей бы отправился восвояси. В степь.

Внешне кочевник остался невозмутим, словно бы и не слышал этой фразы, но вдруг, когда крестоносец решил было окончательгно уйти, сказал:

— В степи не скроешься от ветра. Он собьет тебя с лошади, повалит на землю, прижмёт, задушит и обглодает добела твои кости. Я знаю своё место. И потому до сих пор свободен.

Говорил это Тоорил спокойно, даже расслабленно ни на мгновение не отрывая взгляда от свитых фигурок, словно рассказывал какую-то байку у костра.

— Эм…

— Он сказал нам достаточно, — успокоила Тукана Чиала. — Спроси напоследок любимую карточную масть и можешь идти.

— Играешь в карты?

— Что ещё остаётся в степи? — не поведя глазом ответил Тоорил. — Многие верят, что они имеют сакральную силу. Могут предсказать твою судьбу. Даже изменить её.

— И как они изменили твою?

— Я выбрал сторону сильных, — пожал плечами плечами кочевник. — Лучше с копьём, чем на копье.

* * *

Фалайз застал Матаракшу в процессе длительных, явно очень нервных раздумий. Это было ясно и по растерянному выражению её лица, и по тому как она резко подхватилась с места, стоило дверям скрипнуть. Правда, затем все эти эмоции оказались смыты удивлением, похоже, она ожидала Тукана.

— Ты?!

— Я тоже помогаю расследованию, — мгновенно сообразив что к чему, сообщил дикий маг.

— И как оно продвигается? — не успел Фалайз и рта раскрыть, не то что придумать какую-то ложь, как Матаракша всё поняла сама. — Видно, не очень. Хм…

Она задумчиво потёрла подбородок, затем беспокойство на её лице проступило отчетливей.

— Горац оказался крепким орешком?

— Фалайз, ответь ей, что они все те ещё фрукты, — не без иронии посоветовалаа Чиала.

— Хе, ну я-то говорю вам только правду, — не оскорбилась, но и не стала соглашаться с такой оценкой дроу.

— Похоже, вы делаете это очень дозированно, — заметил спокойно дикий маг.

— Это мудро, — не стала спорить Матаракша. — Правда может быть опасна. Никто не гарантирует, что статую украли не вы втроем. Если я буду предельно откровенна, вы используете это против меня.

— Кгхм, — выразительно хмыкнул Фалайз, намекая, что не знает, что ему говорить дальше.

— Спроси… — Чиала, которая разрывалась между тремя трансляциями, задумалась. — Спроси у неё, не знает ли она, как здесь оказался Горац.

— Вы сказали моему предшественнику, что пошли в рейд из-за Гораца, так? Что вы ещё про него можете сказать? Может, предысторию этого всего?

— Твои вопросы умнее, чем у того тупого паладина, — на мгновение улыбнувшись, оценила Матаракша. — Горац достаточно известная фигура в Фисити и юго-западных окрестностях. И вдруг он бросает все свои дела и мчится сюда. В это захолустье. Это меня заинтересовало.

— Он узнал о завещании Жаска? — предположил Фалайз.

— Не думаю, — после недолгих размышлений уклончиво ответила чернокнижница.

— Так он здесь не из-за него?

— Я не говорила такого, — недовольно возразила чернокнижница. — Полагаю, ему известно про завещание мистера Жаска уже довольно давно.

— Тогда что же его спровоцировало участвовать в рейде?

— Боюсь, это тот вопрос, на который я не могу тебе ответить.

— Дай ей немного правды, Фалайз, — посоветовала Чиала. — Скажи, что незадолго до того, как всё это началось, Клесирра собралась за завещанием.

Такая новость сильно озадачила чернокнижницу. Настолько, что почти минуту она молчала, размышляя над чем-то, никак не реагируя на дикого мага и его вопросы.

— Не думаю, что они знакомы или когда-то работали вместе, — наконец не слишком уверенно заявила Матаракша. — Но возможно…

Она оборвала себя на полуслове, над чем-то задумавшись. Делиться этими мыслями Матаракша, конечно же, не стала.

— Туманно и многозначительно, — прокомментировала это заявление администратор. — Так, что тут осталось, хм, Щёлочь и близняшки.

Про друидов Матаракша либо ничего не знала, либо не хотела даже показывать, что что-то знает, поэтому ответила предельно коротко:

— Первый раз их вижу.

Тогда как про жрицу рассказ получился куда длиннее, богаче на детали и собственные измышления чернокнижницы:

— Мне кажется странным её участие в этом рейде. Слишком низкий уровень. Из-за какого нелепого совпадения она здесь оказалась?

— Был недобор и взяли первого попавшегося, — рассказал Фалайз. — Ничего странного.

— Совпадения. Совпадения мне тоже кажутся странными. Я думаю, вы уже заметили, что в этом рейде очень мало случайных игроков.

— Например, вы и Тоорил, — проявил самодеятельность дикий маг, слышавший краем уха разговор, проходивший параллельно. — Он вас здорово боится.

— Разумный подход, — Матаракша недобро улыбнулась. — Вы считаете, что мы заодно, потому что знакомы? — Она не дала времени на ответ и продолжила: — Вы вправе так думать. Скажу следующее: пускай у нас много общего, но нас привели сюда разные дороги. По ним же мы и уйдём, когда это всё завершится. Мне с ними нечего делить.

— Ними? — уточнил Фалайз.

В ответ чернокнижница устроила ему целую лекцию:

— Я же только сказала: эта Щёлочь здесь неспроста. Она не с Горацем — тот не стал бы так подставляться. Будь она с Клесиррой или тем пустоголовым алхимиком, вы бы уже это знали от них самих, а значит, не стали бы спрашивать. Кто остался? Я! Но я не приводила. Значит, Тоорил. Это он её привёл. Не знаю зачем. И не хочу.

— А нас троих вы уже списали со счетов?

— Если бы она была с вами, то, полагаю, пришла бы меня допрашивать. Или, во всяком случае, не удостоилась такого внимания. По вашим вопросам очень просто понять, кто вас интересует и в какой степени. Между прочим.

— Последнее, — начал дикий маг без указаний со стороны, — вы бы хотели получить завещание Жаска?

Лицо дроу исказила недобрая усмешка:

— Я не настолько наивная и самонадеянная.

— В смысле? — не понял ответа Фалайз как ни старался.

— Ты вроде сообразительный парень, поймёшь. Ну, а если нет, — Машатаракша пожала плечами, а её улыбка стала шире, — то, значит, я переоценила твои способности к простейшим умозаключениям.

* * *

Выражение разочарования и даже обиды, которое проявилось на лице Лукаши, когда она поняла, что на очередной допрос к ней пришёл не Фалайз или на худой конец Тукан, а Фиона, было сравнимо с нелепостью позы, которую она приняла, приготовившись опять морочить голову. Бард расположилась в единственном кресле так, словно ожидала визита гинеколога, причём не реального, а из порнофильмов.

— Кхем, — подавилась смешком Фиона, очень довольная тем, как всё вышло.

Лукаша же тем временем села в кресле нормально и поправила робу, при этом беспрерывно бросая в сторону вошедшей недовольные и даже обиженные взгляды.

— Чем-то могу помочь тебе, дорогая? — хмуро поинтересовалась рейд-лидер. — Ты не совсем в моём вкусе, но мы можем договориться.

— О да, можем! Поможешь мне своей головой, — вспомнив одну из фразочек Лукаши и подражая ей, ответила Фиона. — Если сможешь извлечь из неё, кто в каком порядке записался на рейд.

Бард недовольно надула губки, явно очень оскорблённая, но сдержалась и, подумав, начала перечислять:

— Первой записалась эта дура…

— Клесирра?

В ответ Лукаша ничего не сказала, лишь выразительно скривилась и продолжила вспоминать:

— Затем Сунрад, затем уже я.

— Точно?

— Если ты не веришь мне, можешь подумать логически: запишись впереди меня на рейд Горац или Матаракша, они бы стали его лидерами.

— Почему? — вполне серьёзно уточнила Фиона, плохо представлявшая, как этот процесс происходит.

До сих пор ей, как, впрочем, и Фалайзу с Туканом, в рейдах представлялось участвовать исключительно на правах рядовых игроков — уровнем ещё не вышли, да и играли не настолько долго, чтобы компенсировать его игровым опытом.

— Если подано несколько заявок на статус лидера, то гильдейский бот обычно выбирает того, кто дольше играет, у кого выше уровень и больше всего опыта, — бард пошло улыбнулась, — если ты понимаешь, о чём я.

— И что, получается, запишись Горац раньше, игра выбрала бы его?

— Возможно, — похоже, в этом конкретном случае Лукаша сильно сомневалась. — Мне повезло, что ни Горац, ни его эта Матаракша не подавали заявки на лидеров.

— «Его»?! — не сумела скрыть удивления жрица.

— Когда Матаракша записывалась, сразу спросила насчёт Гораца.

— И ты ответила?

— Я не нашла причин, почему мне не следовало это говорить, — уклончиво заявила бард.

— Кто потом записался? — приняв сказанное к сведению, вернулась к прежней теме Фиона. — После вас?

Лукаша так и не распознала словесную ловушку и нисколько не стесняясь подтвердила, что на рейд она явилась именно с Сунрадом:

— После нас? Ну, кажется, Горац и записался. Потом были эти друидки, вы втроём, Матаракша и последним Тоорил.

— Угу… — и вправду всё это записывая, кивнула Фиона.

— А, стой! — вдруг воскликнула Лукаша. — Последней же, получается, была эта жрица — Щёлочь. Пришлось же её брать — один не смог.

— Ну да, логично, — деловито согласилась жрица, переходя к самой важной, по её мнению, части беседы. — А ты не помнишь, кто записался до неё? Ну, этот предыдущий хил?

— Хм, я с ним только переписывалась, — бард скривилась, напрягая память. — Шаман примерно сорокового уровня, Бельтергейзер его, кажется, звали. Записался, получается, где-то в одно время с тобой.

— Он писал тебе, почему не смог?

— Какие-то дела, — Лукаша пожала плечами. — Сообщил мне об этом минут за двадцать до начала.

— И сразу появилась Щёлочь? — догадалась Фиона, но ответ её всё равно удивил.

— Она раньше появилась, — неожиданно заявила бард. — Как мы начали собираться на площади, она и пришла. Хотела тоже записаться, но мест-то уже не было. Я так её и нашла — у меня уже была её заявка.

Договорив, Лукаша странно улыбнулась, внимательно наблюдая за Фионой. Та, в свою очередь, не стала скрывать, что её этот рассказ запутал.

— Так, давай-ка по порядку, — чувствуя, что что-то упускает, сказала жрица, вглядываясь в свои записи. — Крысолюды крадут статую. Амбваланг подаёт заявку в гильдию Приключенцев с целью её вернуть. Когда начинает формироваться рейд?

— На следующий день, получается. Украли четвёртого числа, а мы с Сунрадом записались пятого. После Кле…

— Ага, — перебила жрица, — тогда же начали записываться остальные?

— Ну да, примерно в течение дня-двух. Решили, что пойдём вечером в пятницу, то есть девятого ноября.

— Щёлочь записалась какого?

— Ну-у-у, в день рейда, я только что проверила, — после небольшой паузы ответила Лукаша. — Позже всех. Но эту заявку я одобрила, только когда узнала об отказе.

— Логично, — растерянно согласилась Фиона и, довольно ухмыльнувшись, сказала: — спасибо, твоя голова и вправду чудо как хороша!

Лукаша отреагировала на издевательство лицом, кислым настолько, будто она только что съела целый ящик лимонов, и ей сообщили, что это лишь начало.

— Мы можем проверить её слова насчёт очередности? — спросила жрица, когда вышла в коридор и отошла на пару метров, избегая подслушивания.

— В целом, — ответила Чиала после небольших раздумий, — очередность точно совпадает.

— А дата подачи заявки на участие?

— Это есть только у того, кто занимался формированием группы.

— То есть у Лукаши? — мрачно уточнила Фиона.

— Ну да.

Круто развернувшись, жрица вернулась в кабинет и, не заходя, попросила:

— Ты можешь скинуть логи формирования рейда в личку администратору гильдии?

— Эм, конечно, — немного растерявшись, подтвердила Лукаша.

— Отправь, пожалуйста, — попросила Фиона, потирая руки в предвкушении.

— Это ничего не даст, — заметила Чиала скептично. — Если я правильно всё понимаю, это будет куча строк, отредактировать которые перед отправкой займёт пару секунд. Бот мне соврать не может, а эта особа — сколько угодно.

Примерно так оно и вышло. Когда Фиона пришла к остальным, на традиционное уже место обсуждения к стойке администратора, та предъявила ей скриншот из своих личных сообщений. Лукаша послушно прислала логи, но сделала это текстом.

— Так или иначе с этой Щёлочью всё равно не всё так просто! — не сдалась и не отчаялась жрица. — Она нам соврала!

— Допустила небольшую неточность, — едко поправил её Фалайз.

— Эта невинная овечка мне сразу странной показалась! — упорствовала Фиона.

— Тебе не кажется, что на неё спихивают вину? — пустился спорить дикий маг. — Я бы тоже на их месте всё валил на неё…

— Даже не начинай, — устало попросила Фиона.

— Что не начинать?

— Ты сейчас занимаешься откровенным вредительством — пытаешься её оправдывать, — пояснила жрица с раздражением. — Может, ты сразу за неё и вину на себя возьмёшь?

— А что не так-то? — встал на сторону друга Тукан. — Ну перепутала она обстоятельства того как записалась в рейд, и?

— Показания других тебя не смущают?

— От этих хмырей? Не особо, — не думая, ответил крестоносец. — Странно, что они на нас не валят.

— Опасаются, что вы будете предвзяты, — предположила Чиала. — Так бы они, конечно, все хором давили на ваше мутное прошлое.

— Думаешь, про него знает кто-то кроме Клесирры?

— И Тоорила, — вспомнив недавний разговор, добавил Тукан.

— Два часа спустя? — иронично уточнила администратор. — Скорее всего, все присутствующие, их коллеги по гильдии Убийц, родные, друзья друзей и случайные прохожие тоже.

— Матаракша нам только что не прямым текстом сказала, что Щёлочь тоже из Убийц, — напомнила Фиона. — Из того же отделения, что и Тоорил, если судить по её словам.

— Вот только, если я правильно понял его эти фразочки, то они из одного отделения, — с большим сомнением в голосе сказал Тукан. — Просто она стоит выше него, и он её боится. И Щёлочь якобы с ней!

— Но-о-о-о… — в голосе Фионы чувствовалась озадаченность, — Матаракша же сказала, что они пришли разными дорогами.

— Это может означать что угодно, — резонно заметил Фалайз.

— Например, что её сюда прислали, а он явился сам. Или наоборот, — добавила Чиала. — По тому как они говорят о друг друге, мне кажется версия одной масти более правдоподобной, — прежде чем кто-то успел вставить очевидное замечание, она добавила, — просто в отличие от Клесирры и Сунрада они не враждуют. Правда, при чём здесь Щёлочь и кто её сюда привёл я не понимаю.

— Может быть, у копий… в смысле пик порядки более строгие? — предположил Тукан.

— Но они же всё равно сдали Щёлочь! — продолжила спорить Фиона. — Странные порядки…

— Если она новичок… — опять начал защищать жрицу Фалайз, за что удостоился выразительного стона.

Наверняка бы этот спор перешёл на более высокие тона, если бы в это же время не вернулся Фопс. Причём к стойке администратора он подходил с таким видом, будто нес не какую-то грязную бутылку, а Святой Грааль, Крест Господень и статую Будды одновременно.

— Нашёл на помойке! — похвастался он, показывая бутылку.

— Поздравляю! Ещё пара таких, и приятный вечер в компании плодово-выгодного в кармане! — язвительно сказал Тукан.

— Судя по описанию, это тот сосуд, в котором на рейд принесли кислоту, — хмуро пояснил свою находку городской управляющий.

— Или просто кто-то выкинул… — продолжил относиться к находке со скепсисом крестоносец, но его прервали.

— Дорогущее, зачарованное стекло? — теперь язвил уже Фопс. — Да продай я эту бутылку — месяц буду каждый вечер проводить с твоим «плодово-выгодным» и останется на закуску!

— Что-нибудь ещё вы о ней знаете? — деловито поинтересовалась Фиона.

— Нет, кто бы её ни принёс, он постарался подтереть за собой все следы, — недовольно рассказал городской управляющий. — То есть буквально: на ней сейчас отпечатки бота, который её нашёл, и мои.

— Может, тот, кто её сделал… — начал Фалайз неуверенно, но и это предположение оказалось пустышкой.

— «Стеклодувня Матрека», город Гамбек, Ганза, — демонстрируя клеймо на донышке, рассказал Фопс. — Выпускают данную продукцию сериями по сто-двести штук на заказ. Продают оптом, посредникам. Дальше отследить у меня не вышло — коммерческая тайна.

— В любом случае, похоже, статуи у вас больше нет, — заметила Фиона, разглядывая флакон.

— Как по мне, это неплохой повод вам постараться найти этого мерзавца.

— Хм, — жрица отставила флакон, не спуская с него взгляда своих разноцветных глаз, и вдруг сказала: — а может, это и не так уж плохо. — Заметив непонимание, она объяснила: — То, что статую уничтожили в смысле. Теперь у нас есть мотив.

— А до этого у нас его не было? — удивился Тукан. — Они же все сюда явились за статуей. Ну, или за завещанием.

— Да, и поэтому такой мотив нам не очень подходит. Но у кого из этих девяти была мотивация не заполучить статую, а уничтожить её?

— Так может это был, ну, жест отчаяния? — предположил крестоносец. — Кто-то понял, что статуя уходит и…

— Но статую-то ещё не поделили, когда её уничтожили! — вмешалась Чиала.

— Значит, у кого-то сдали нервы, и он бросил дымовые шашки, а затем разлил кислоту, — продолжил отстаивать свою точку зрения Тукан.

— А с чего мы решили, что кто-то бросил дымовые шашки? — вдруг уточнил Фалайз и, заметив кучу удивленных взглядов, принялся объяснять: — Я, конечно, плохо знаю физику и химию да и…

— Ближе к делу, — попросила жрица.

— Но разве кислоты не могут дать дым, ну, эм, когда плавят что-то? — растерянно закончил дикий маг. — Мы же теперь знаем, что от статуи остался пепел… — продолжая говорить, он заметил что жрица, слушая его, кривится всё сильнее и сильнее, что заставило Фалайза прерваться и уточнить, — что-то не так? Я не прав?

— Сама не знаю, — Фиона помассировала висок, словно у неё очень болела голова. — Давайте продолжим допросы. Может, нам кто-нибудь ещё чего интересного сболтнёт. Кстати, Чиала, попроси, пожалуйста, собрать тот пепел и принести его сюда, хорошо?

Администратор несколько удивилась такой просьбе, но не стала задавать вопросы. Просто пожав плечами, она отошла в сторону, чтобы связаться со своими помощниками, которые ещё находились в сокровищнице.

Место преступления

— Возможно, раз уж ты так часто сюда ходишь, стоит предоставить мне более комфортабельные условия содержания? — с усмешкой поинтересовался Горац, когда к нему в кладовку в очередной раз нагрянул Фалайз.

— По-моему, из свободных комнат у нас сейчас только та, где держали нас, — зачем-то ответил дикий маг, пожимая плечами, — какой-то карцер.

— Тогда я, пожалуй, откажусь. — Маг воды демонстративно привстал, поправляя ведро, на котором сидел. — Полагаю, что статую вы до сих пор не нашли? Ну, раз уж ты снова здесь.

— Фалайз, пускай он выскажется, — сказала Фиона без всякого интереса.

— У вас есть идеи, где она? — спросил дикий маг.

— Я уже говорил и буду говорить — Матаракша.

— Вас всех проверили, в том числе инвентарь, а в сокровищнице…

— Знаешь, почему мы здесь на четыре часа? — прервал Фалайза Горац.

— Насколько я знаю…

— Значит, не знаешь, — заключил эльф, не став дослушивать. — Три часа тридцать минут действует лучшее заклинание иллюзии из существующих. Оно полностью изменяет внешний вид объекта, в том числе его вес. Это я сообщил администратору гильдии. И мне же принадлежит идея остаться здесь на четыре часа. Теперь яснее?

— А рассеять его можно? — заинтересовалась Фиона.

— Какое ж это лучшее заклинание, если его можно рассеять? — насмешливо переспросил Горац. — Нет, конечно, его действие можно прервать — уроном, как и всегда. Только вот…

Замолкнув на середине фразы, маг воды демонстративно неторопливо поднял руку и, вырвав торчавшую из рукава робы нитку, бросил её к ногам дикого мага.

— А если статую уничтожили? — после небольшой паузы спросил Фалайз.

— Уничтожили? — похоже, искренне удивился такому предположению Горац. — Чем же?

— Эм, кислотой, — не думая, ляпнул дикий маг.

Повисла долгая пауза. Причём Горац не столько думал над сказанным, сколько буравил Фалайза взглядом, словно пытаясь прочесть его мысли или хотя бы откуда они такие взялись. Наконец, на его лице появилась едкая усмешка, и он сказал:

— Кислотой, наверное, можно.

Горац в очередной раз поправил ведро и развернул окошко браузера, кажется, утратив интерес к этому разговору. На все последующие вопросы, которые задавал Фалайз, он отвечал как можно короче из без всякого интереса.

— Знаете, почему Матаракша за вами охотится?

— Не знаю.

— Что вас связывает с Кукоро… Рукоро… кхм, друидессами-близняшками?

— Ничего.

— Они сказали, что вы наняли их.

— Они соврали.

— Откуда вы узнали о рейде?

— Из новостей.

— Ведёте какие-то дела с гильдией Убийц?

— Нет.

— Когда-нибудь бывали в Четырёхречье?

— Да.

— Когда?

— Месяца три назад. Выполнял заказ.

— Почему об этом…

— Не знаю.

— Что можете сказать про Тоорила?

— Ничего.

И только на вопросе, касающемся Щёлочи, Горац несколько оживился:

— Мне кажется её участие в этом рейде странным.

— Почему?

Ответом послужил едкий и немного насмешливый взгляд. Больше маг воды ничего не сказал, сосредоточившись на чтении. Или сделав вид, что сосредоточился.

— Как-то он резко изменился после вопроса про кислоту, — озадаченно заметил Фалайз, покинув кладовку. — Неужели, эм, понял, что мы на верном пути?

Тоном дикий маг постарался показать, что сам в это нисколько не верил. Впрочем, никаких объяснений и не потребовалось.

— По-моему… — растерянно начала Фиона, но сбилась. — По-моему… Чиала, попроси кого-нибудь из своих, которые сейчас в сокровищнице, включить мне стрим, и подмени меня. Хочу внимательнее осмотреть это место.

— А куда нам идти-то? — поинтересовалась администратор.

— А? — кажется, жрица уже была мыслями в катакомбах. — Ну-у-у, сходите пока к Щёлочи, пускай наврёт вам ещё чего-нибудь.

В этот момент, Фалайз, так и стоявший неподалеку от кладовки, услышал причину, по которой к каждому подозреваемому следовало приставить по боту. Там велся разговор с кем-то ещё на весьма повышенных тонах. Горац спешил кому-то отчитаться:

— Вы были правы насчёт статуи. Но завещание… — Где-то в этот момент его перебил собеседник, из-за чего маг воды долгое время молча слушал. — Да-да, конечно, останусь. Нужно всё проверить и убедиться, что… — После очередной реплики собеседника, голос Гораца стал дрожать: — Б-боюсь, это очень б-большая жертва. Этот персонаж… — Его вновь перебили, похоже, на этот раз довольно резко. — Нет, конечно! Только вам! Сделаю всё в лучшем виде!

На этом разговор либо завершился, либо перешёл в текстовую фазу. Фалайз же осторожно, стараясь не шуметь, отошёл подальше от кладовки.

— А находись там бот…

— Был бы там бот, — перебила его Чиала, — он бы молчал и переписывался. Да и нет у меня столько ботов, чтобы и сокровищницу прочёсывать, и здесь на каждом углу их ставить!

* * *

— Не понимаю я Фиону, — с неодобрением заметил Тукан, когда целительница отключилась от их канала, дабы не мешать. — Сама раскрутила эту тему с допросами, вышла на кислоту, а теперь… — он запнулся, не зная как охарактеризовать поведение подруги. — Какой-то неправильный Пуаро нам достался. Он делает неверные логические выводы!

— Недостаточно детективные? — насмешливо уточнил Фалайз.

— А я её понимаю. — заступилась Чиала. — Чем больше мы с ними говорим, тем хаотичнее всё становится. Они все без исключения подкидывают нам всё новые и новые факты, каждый раз!

— Разве это не хорошо? — удивился дикий маг.

— Ну, по-моему, Фиона считает, что не особо.

— По-моему, тоже, — вмешался в разговор Фопс.

Городской управляющий до сих пор оставался в гильдии. Правда, в расследовании участия не принимал, предпочитая роль зрителя и иногда комментатора.

— Вы не с того начали! — продолжил он свою мысль. — Надо понять кто, зачем и как это сделал! А вы слушаете их враньё по десятому кругу!

— Только мы в игре, кхм, уважаемый городской управляющий, — едва удержавшись от ругательства, ответил крестоносец. — Здесь каждый может что угодно. Ну, конечно, если бабло есть.

— Значит, стоило бы выяснить, у кого столько золота…

— У нас нет на это времени, — прервала их администратор. — Тукан, ты скоро там дойдёшь?

— Да-да, уже стучусь, — нервно ответил крестоносец, стоявший перед дверью в лабораторию.

Вошёл он, правда, без стука, заменив вежливость и хорошие манеры добродушной улыбкой. Щёлочь всё также демонстративно сидела в стороне от оборудования и как в прошлый раз на визит к себе отреагировала тем, что нервно вскочила с места. Только в этот раз она ещё и бросилась к Тукану едва ли не с объятиями, причитая:

— Всё в порядке? Всё в порядке?! М-меня в чём-то обвиняют?

Руками целительница хваталась за его робу, словно боялась, что её сейчас куда-то потащат, причём сразу сквозь пол.

— В излишней милоте, если только, — стараясь успокоить её тоном своего голоса, сказал крестоносец, отстраняясь.

Поняв, что этого недостаточно, он взял пару лабораторных стульев и, сев на один, жестом пригласил целительницу присоединиться. Это сработало, но с оговорками: Щёлочь перестала нервно бегать туда-сюда и теперь просто нервно вибрировала, сидя на одном месте.

— Мы тут поговорили с Лукашей… — начал крестоносец издалека, но прервался.

Щёлочь в этот момент посмотрела на него так, будто ей сейчас оглашали смертный приговор с немедленным приведением в исполнение.

— Ты ничего не перепутала касаемо обстоятельств своего, эм, э-э-э, того, как ты здесь оказалась?

— Записалась в р-рейд, м-мне сказали, что нет м-мест, а з-затем связались е-ещё и сказали, ч-что места п-появились, — растерянно вспомнила Щёлочь. Видно, поняв ошибку, она вскочила на ноги и затараторила: — Я сказала в прошлый раз что-то другое? Н-наверное, напутала или испугалась, или…

— Сядь, пожалуйста, — терпеливо попросил Тукан, которому хватило метаний Сунрада. — Тебя никто ни в чём не обвиняет. Просто, хм, сверяем показания.

— А… ну-у-у, ладно. — Целительница не без труда вернулась на место и вдруг очень испуганно прошептала: — Наверное, мне надо кое в чём сознаться.

— М? — заинтересовался крестоносец, приглашая её продолжить.

— Н-наверное, такие вещи не стоит говорить, и меня накажут, — продолжила шептать Щёлочь со смесью страха и растерянности.

— Какие? — Не понял крестоносец и попытался её приободрить: — Поверь, за правду тебя никто наказывать не станет.

— Дело в том, что я вам соврала, — совсем тихо, только что не одними губами сказала целительница.

— Ну, если ты собираешься исправиться — никаких проблем! — показывая, что лично он не видит в этом что-то постыдное, сообщил, широко улыбаясь, Тукан.

— Насчёт того каравана…

— «Каравана»? — искренне удивился крестоносец.

Ему вторили Чиала и Фалайз, которые тоже ожидали признания в чём-то ином.

— Да-а, тот караван… — Щёлочь опять запнулась. — Я не знаю… понимаете, если я скажу, меня накажут! Очень сильно накажут!

— Мы не будем…

— Не вы! — перебила его целительница. — Они!

— Кто «они»?

— Гильдия Убийц, — сказала Щёлочь и испуганно зажала себе рот, словно ожидая, что возмездие последует незамедлительно.

— Чего?! — теперь уже Тукан едва не вскочил с места. — Ты-то каким боком к ней?

— Тогда, в караване, был один из её… эм, убийц. Ему п-понравилось, как я играю, и он дал мне такую…

— Игральную карту? — предположил крестоносец.

— Да! Сказал пойти с ней в одно место в Фисити… и там меня приняли в гильдию. Сказали никому не рассказывать и ждать заданий.

— И ты выполняла задания?

— Получается, что нет… я же не играла и… — Щёлочь запнулась. Она напряглась так, словно ей было тяжело физически, и сказала: — Это моё первое задание.

— Это? — уточнил Тукан. — В смысле сейчас?

— Д-да. Поэтому я и не хотела говорить… — целительница опять принялась тараторить, только в этот раз не вставая с места. — Получается, что я здесь оказалась не случайно, а значит, статую украла либо я, либо кто-то с моей помощью, и тогда я виновата, и вы спихнёте всё на меня!

— Ох, ты и не представляешь, насколько мало для нас значит твоё членство в гильдии Убийц, — с нескрываемой иронией заметил крестоносец.

— П-правда?

— Да, поверь, это нам не важно. Так получилось. Наверное, в любой другой ситуации было бы, но не сейчас. А что за задание-то было?

— Сходить в этот рейд! — отчиталась целительница. — В послании было сказано, что я должна ждать указаний, кому-то помочь… но никто о моей помощи не просил! Может, это такая проверка?

— Может быть…

— Спроси у неё, какой масти была карта, которую ей дали, — попросила Чиала.

— А, эм, двойка с таким перевёрнутым сердечком, — растерянно ответила Щёлочь после довольно продолжительной паузы.

— Пики, — заключил Тукан, не особо удивляясь. — Кажется, некоторые вещи встают на свои места.

— Правда?

— Угу, и ты нам в этом очень помогла.

Крестоносец встал, собираясь уходить, но неожиданно целительница бросилась к нему и всё же обняла. При этом она пустилась в слёзы, пытаясь невнятно то ли ещё что-то рассказать, то ли оправдаться.

— Всё хорошо, — похлопав её по спине, отстранился Тукан. — Посиди тут ещё немного, и тебя отпустят.

— Х-хорошо, — утирая слёзы, кивнула Щёлочь, возвращаясь на своё место с таким видом, будто теперь от её усидчивости зависело будущее не только одного персонажа, но и всего мира.

— Кстати, — уже в самых дверях вспомнил крестоносец о ещё парочке вопросов, — слышала про такого Жаска? Или о его завещании?

— Мистера Жаска? — рефлекторно переспросила целительница. — В-вроде был такой… а про завещание я ничего не знаю!

— А может, в гильдии упоминали что-то такое? Ну, знаешь, «клад Жаска» и всё в таком роде?

— М-м-м, не помню, — подумав, ответила Щёлочь, — вроде бы нет, мне ничего не говорили про Жаска или его завещание.

— Вот и ладненько, — Тукан ещё раз улыбнулся и вышел.

* * *

После двух часов болтологии и целой кучи вранья, возможность снова оказаться в серых темных катакомбах, пускай всего лишь виртуально, показалась Фионе почти что раем. Помогал ей в этом «путешествии» игрок, которого звали Джоджолином.

— Эм, ну как, теперь нормально видно? — поинтересовался он деловито.

Первая попытка запустить стрим с его стороны закончилась плачевно: мало того, что качество оказалось такое, будто это снимали на камеру телефона с экрана другого телефона, который в свою очередь снимал монитор, так ещё и длилась она секунд сорок, после чего упал не только стрим, но и интернет у стримера.

— Прости, у нас тут такое постоянно, во время дождей заливает подстанцию и… — начал объяснять причины поломки Джоджолин, который, судя по объяснениям, жил где-то в Океании.

— Ничего страшного, — успокоила его Фиона. — Осмотрись, пожалуйста, в сокровищнице.

В целом та претерпела со времён рейда довольно существенные изменения. Дело состояло не только в исчезновении огромной статуи, занимавшей значительную часть пространства. По указанию Чиалы проверке подверглись и все предметы, находившиеся здесь. Конечно, многочисленные трофеи, добытые крысолюдами, перепроверить до единого не представлялось возможным, особенно на наличие качественной иллюзии, но все их так или иначе переместили с места на место. Точнее, перемещали. Судя по увиденному, этим занималось аж трое игроков, по лицам которых однозначно можно было понять, насколько сильно им нравилось это увлекательное поручение. Материться без единого слова умел далеко не каждый и не всегда.

— Ага, спасибо, — поблагодарила жрица, так и не увидев ничего интересного. — Вы, кажется, там какой-то пепел собираете?

— Да! — Джоджолин направил свой взгляд так, чтобы были заметны несколько ботов, которые старательно подметали пол.

Рядом стояли два ведра с тем самым пеплом. Судя по тому, где находились «уборщики» — уже снаружи сокровищницы — их труд уже близился к завершению.

— А теперь место, где стояла статуя.

Фионе продемонстрировали чистенькие, потрескавшиеся в тех местах, где на них опиралась статуя, каменные плиты. Дав ей немного времени, Джоджолин, кажется, понявший ход мыслей, решил проявить инициативу:

— Смотри, а вот царапины — это след, как её сюда затаскивали, — он сместил камеру на соседние плиты.

Кроме упомянутых следов и нескольких вмятин неясного происхождения они мало чем отличались от тех, где стояла статуя.

— Интересно, — задумчиво прокомментировала Фиона и попросила: — теперь покажи, что вы там собираете.

Однако у Джоджолина оказались и другие находки:

— Смотри, тут ещё кое-что есть! Нашли буквально перед тем, как ты подключилась.

На экране появился деревянный прямоугольник размерами с половину ладони. Точнее его сильно обгоревшие остатки. Это был некий накладной шильдик. К сожалению, его лицевая сторона пострадала наиболее сильно, и понять, что именно там было изображено или написано, не представлялось возможным.

— Здесь высечена какая-то буква, — сообщил игрок, демонстративно проводя пальцем по деревяшке. — Похоже на «Т».

— Хм, «Т», — задумчиво повторила Фиона, не зная что на этот счёт думать. — Можешь прислать в гильдию?

— Да, отправлю с ботом.

— Спасибо. А теперь всё же покажи тот пепел.

Спустя несколько десятков шагов жрице продемонстрировали те самые вёдра. Заполнены они оказались чуть выше середины, хотя она всё же уточнила на всякий случай насчёт веса:

— Не знаю, — растерянно признался Джоджолин и принялся их взвешивать в руках. — Ну, по килограмма полтора, наверное, будет. Мне пойти искать весы?

— Необязательно. А что это за куча, там, в стороне? — заметив нечто интересное, спросила Фиона.

— Это? А, это всякий мусор… — Жрице продемонстрировали целую гору песка вперемешку с какой-то грязью. — Я заставил ботов выбирать пепел отдельно. Получается не идеально и медленно, но так же правильнее?

— О да, — подтвердила Фиона. — Покажи-ка мне этот мусор поближе, если можно.

Джоджолин набрал в ладони целую пригоршню песка и поднёс к лицу так близко, что, наверное, уткнулся в него носом. Сам песок оказался очень мелким, практически однородным и к тому же белым. Последнее выдавало его однозначно инородное происхождение — как не дроби камни катакомб, цвет они имели совершенно другой.

— А где-то за пределами сокровищницы и арены с боссом есть этот песок? — поинтересовалась Фиона.

— Не видел, — озадаченный этим вопросом, ответил Джоджолин. — Сейчас пройдусь…

— Не важно, потом, — остановила его жрица. — Теперь пепел, тоже крупным планом.

Пока Фиона разглядывала серую массу с редкими вкраплениями всё того же песка, Джоджолин услужливо сообщил:

— Кто-то спалил тут целую кучу бумаги.

— Думаешь? — хитро поинтересовалась жрица.

— Угу. Частенько костры на пляже развожу, бумажный пепел от обычного отличу. Тут сожгли целую книгу или даже несколько.

— А вы не нашли каких-нибудь обрывков бумаги? — спросила Фиона. — Знаешь, обычно же что-то остаётся.

— Пока нет, но я посмотрю повнимательнее. Кстати, — Джоджлин прервался, — вот ещё что…

В камеру продемонстрировали стеклянный шар размером с крупное яблоко, как для гаданий. Только в отличие от тех, что использовали гадалки, этот был абсолютно прозрачным, да ещё и треснувшим.

— Не знаю, что это такое, лежало недалеко от входа.

— Это, видимо, сломанная точка возрождения, — совсем не удивившись, сообщила Фиона. — Пришли её с ботом, думаю, Чиале или Фопсу она ещё пригодится.

— Хорошо! — Вдруг Джоджолин запнулся и очень беспокойно поинтересовался: — Это п-правда важно? Просто меня сюда послали, эм…

— Заниматься какой-то фигнёй? — догадалась Фиона.

— Ну да. У меня долг перед гильдией и… кхм, они не первый раз мне поручают что-то утомительно-нудно-ненужное.

— Я тебе скажу так: пока то, что ты мне тут показал, самое важное во всём этом расследовании.

— Да? — судя по голосу Джоджолин сильно приободрился от такой похвалы.

— Конечно, — Фиона собиралась отключиться от стрима, но вдруг замерла, на мгновение осененная догадкой. — Ты можешь мне помочь ещё кое в чём? Но это будет совсем нудно и утомительно.

— Если это важно, я готов!

— Это очень важно. Соберите весь этот песок и взвесьте его.

— Эм, конечно! Только где мне взять весы…

— По-моему, там в сокровищнице были ящики с какими-то слитками, так? Обычно на таких проставляют вес изделия, — подсказала Фиона и добавила, — и тебе не обязательно взвешивать каждое ведро. Просто узнай, сколько весит наполненное этим песком до краёв.

— О! Это идея! — воскликнул Джоджолин. — Спасибо!

— Это тебе спасибо.

Отключившись, жрица косо посмотрела на возбужденно обсуждавших что-то связанное со Щёлочью Фалайза и Тукана, и, избегая их, направилась к Фопсу. Отведя городского управляющего чуть в сторону, она сказала:

— У меня есть для вас задание.

— Да ну? — фыркнул Фопс. — Для меня? У тебя? Ничего не перепутала?

— Вы можете покинуть гильдию, я нет. Ещё вопросы? У нас же куча времени в запасе!

— Не, давай. Чего надо найти?

— Игрока, который не смог попасть в рейд. Или свидетелей, или…

— Я понял, — остановил её городской управляющий. — Настрою ботов, но результат будет…

— Главное, чтобы он был. Это, эм, — жрица помялась и нехотя сообщила, — это не сильно важно, но нужно для понимания картины в целом.

— Хочешь понять, как собрался рейд?

— Как это ни странно, это-то я уже примерно поняла. В общих чертах. Кстати, вы точно не знаете, как выглядело завещание этого Жаска?

— Неа, — Фопс развёл руками. — Он статую где-то там у себя делал. Точнее, ему кто-то делал.

— Жаль.

Больше ничего не говоря, Фиона вернулась к стойке администратора и привлекла внимание друзей, чтобы рассказать про найденный шильдик.

— Т — это Тоорил! — мгновенно свёл одно с другим Тукан.

— Не думаю, — покачала головой жрица, размышляя. — Это что-то другое, может быть, метка клана?

Зашуршала бумага — это Чиала быстро и умело проверяла данные игроков из рейда. Не прошло и минуты, как она резюмировала:

— Единственное, что подходит из упомянутого, — клан Клесирры. Он называется «Таверна героев».

Ответ Фионе не очень понравился, что она не стала скрывать.

— Это не то. Я где-то видела шильдики именно с буквой «Т». Она ещё такая витьеватая, золотистого цвета. Но не могу вспомнить где, совсем недавно видела! Может, даже сегодня.

— Клеймо мастера? — предположил Фалайз.

— В виде шильдика? — усомнилась Чиала.

Раздался вздох — это Фиона, отчаявшись вот так сходу разгадать хотя бы эту загадку, решила идти дальше.

— О, новые указания? — насторожился Тукан. — К кому лежит мой путь на этот раз?

— Ты к Матаракше, выяснять, что такое завещание Жаска. Фалайз — извиняться перед Клесиррой, может, она уже остыла. Если так — узнавать где и когда она проболталась про завещание, и что она о нём знает.

— Разве мы уже не прошли этот этап? — удивился дикий маг.

— Мы его ещё даже не начинали! — возразила ему жрица и повернулась к администратору. — Подскажи мне какой-нибудь сайт, где можно было бы посмотреть список всех заклинаний в игре.

— М-м-м, таких много. И они почти все не очень удобны. Тебя что-то конкретное интересует?

— Что-то высокоуровневое, — начила загибать пальцы Фиона. — Чтобы можно было нанести на свиток, без спецэффектов, способное уничтожить целую статую…

— «Аннигиляция», — перебила Чиала, догадавшаяся, к чему этот разговор. — Если это не оно, то я даже не знаю, что ещё подходит под такое описание.

Приближаясь к правде

— Ну что, теперь ты видишь, что она невиновна? — закончив рассказывать перипетии прошедшего разговора Тукана с Щёлочью, не без надежды и триумфа в голосе поинтересовался Фалайз.

— Да-а-а, — протянула Фиона задумчиво, пропустившая этот разговор, но внимательно выслушавшая его пересказ. — Думаю, что статую похищать она не хотела.

Поговорить они решили из-за того, что Клесирра, к которой отправился Фалайз, отсутствовала в игре.

— Ты думаешь, что её все же похитили? — насторожился дикий маг.

— Нет, после осмотра сокровищницы я уверена, что её уничтожили.

— Тогда, получается, эм… — Фалайз запнулся, — получается, что ты всё ещё подозреваешь Щёлочь!

— Я подозреваю вообще всех, — попыталась урезонить его жрица. — Вон Горац странные разговоры ведёт, а?

Однако возмущение совсем не прекратилось:

— А что насчет разговора? Думаешь…

— Думаю, Горац достаточно умный, чтобы не палиться так явно.

— Но он же, эм, спалился!

— Нет, мы услышали нечто, что можно воспринять определённым образом. Я предполагаю, — раздался вздох, — что время покажет, кто тут преступник. Это тебя устроит?

— Нет, не устроит!

— Ничего не могу поделать. — На фоне раздалось озадаченное «ой», похоже, Фиона, сказав это, развела руками и случайно ударила сидевшую рядом Чиалу. — Сиди жди, пока Клесирра не вернётся.

— Не думаю, что это произойдёт…

Дикий маг покосился на пирата, которая всё так же, как и в прошлый раз, сидела с отрешённым видом. Он уже кричал, махал руками и даже с огромной осторожностью тряс — всё без толку.

— Хм, — задумалась Фиона.

— Может, мне оставить у неё записку и пойти чем-нибудь полезным заняться? — предложил Фалайз.

— Полезным? Ну-у-у… хорошо, — в голосе жрицы чувствовалось сильнейшее сомнение. — Сходи пока к близняшкам, а то они как-то у нас за бортом оказались. Устрой им морально-волевой штурм. А Клесирре оставь записку, что-то вроде: «Мы знаем, что ты невиновна, надо поговорить».

— А она невиновна? — удивился дикий маг.

— Есть у меня такое подозрение.

— А Щёлочь, значит…

— Ой, всё! У меня Матаракша ожила! — перебила его Фиона.

У Тукана на экране и вправду было оживление, но вот беда — его не оказалось в игре. Крестоносец, заметив, что чернокнижница отсутствовала, сам ушёл покурить и, разумеется, разминулся с ней.

— Прошу прощения, мне было всё равно… в смысле у меня был перекур, — не слишком заботясь о том, чтобы извинение звучало сколько-нибудь искренним, сказал Тукан.

К этому времени на его внешности отчетливо проявилось то, что посторонний мог легко принять за болезненную усталость: бледность, круги под глазами, мутный взгляд. На деле же на крестоносца попросту прекратила действовать доза наркотика, принятая ещё до рейда, и таким незатейливым образом игра намекала, что пора принимать новую. Впрочем, никаких штрафов, кроме бесконечных, подчас назойливых вопросов о внешнем виде в контексте общения с игроками, абстинентный синдром в данном случае не имел.

— С тобой всё в порядке? — осведомилась Матаракша. — Выглядишь особенно отвратительно.

— Острый недостаток трёх «с» в организме, — Тукан нехотя начал загибать пальцы. — Сна, спирта и, э-э-э, не придумал третий.

— Сообразительности, — закатив глаза от неудачной шутки, добавила чернокнижница, скрестив руки на груди.

— А неплохо!

— Мне пофиг. Я могу идти?

— Эм… — крестоносец растерянно почесал затылок, ожидая поддержки. — Не думаю.

— Мда? То есть статую вы до сих пор не нашли?

— Скажи, что статую-то мы нашли, но в текущем состоянии она никому не нужна, — подсказала Фиона.

— А можно попроще?! — шёпотом попросил крестоносец. — На третий час у меня мозг уже поплыл.

— Ох, ну да, только сейчас он поплыл! — жрица цокнула языком. — Скажи, что статую уничтожили.

— Статую уничтожили.

— Вот как?! — изумилась дроу. Она начала задумчиво прохаживаться туда-сюда и бормотать. — Неужели у Гораца сдали нервы или… в любом случае, это многое упрощает.

При этом нельзя было сказать, что такой исход её нервировал или тем более пугал. Скорее, она выглядела довольной. Как человек, который долго и безрезультатно решал сложное уравнение, а затем понял, что ответ написан прямо в условиях задачи, а показывать решение не требовалось.

— Эм, — опять начал Тукан, но на этот раз первой ему ответила не Фиона.

— Не проще было бы мне сразу говорить с тем, кто тебе подсказывает вопросы и ответы? — прервав свои размышления, закатила глаза Матаракша.

— Не знаю. Наверное, проще, — крестоносец ухмыльнулся. — Но «попроще» — это вообще не про нашу группу.

— Оно и видно, — едко согласилась чернокнижница. — Так чего надо?

— Внешний вид завещания Жаска, — напомнила вопрос Фиона.

— П-понятия не имею. Никогда не интересовалась. И вам не стоило бы.

Хотя Матаракша бросила это с обычной смесью пренебрежения и высокомерия, по слегка дрогнувшему тону её голоса не сложно было заметить, что говорила она отнюдь не искренне.

— Скажи ей, — начала задумчиво жрица, — скажи, что завещание уцелело, и мы должны знать, что ищем.

— УЦЕЛЕЛО?! — на этот раз Матаракша выглядела не только удивленной, но и испуганной. — КАК?! Это точно?

— Да, — соврал Тукан.

Прозвучало это не слишком убедительно, но чернокнижнице хватило и такого. Она, что-то тихо говоря сама себе, принялась ходить туда-сюда по комнате, занявшись анализом произошедшего. Конечно же, посторонним оглашать его результаты ей даже не пришло в голову.

— …если он и вправду собирается вернуться, то… — донёсся до крестоносца кусочек размышлений.

Вдруг Матаракша остановилась и, одним движением подскочив к Тукану, схватила его за воротник и потребовала:

— Мне нужны гарантии!

— К-какого рода? — на мгновение оторопев, сумел удержать себя в руках крестоносец.

— Что всё сказанное останется только между мной и тем, кто там сейчас задаёт вопросы! Никаких стримов, записей, ничего такого! — пуча глаза, продолжила дроу. — Эта информация никогда! НИКОГДА!!! Никогда не должна покинуть эти, — она обвела рукой комнату, — стены.

— А то что? — фыркнул Тукан. — Будете страшно мстить?

— Что, не боишься моей мести? — Матаракша недобро оскалилась. — Пф! Впрочем, пускай, это и вправду сущие пустяки на фоне того, что могут устроить друзья мистера Жаска вроде Гораца. И лучше даже не думай над тем, что будут с тобой делать те, кто взаправду охотится за его сокровищами! Так что, будут гарантии или это всё пшик?

— Скажи, что я уже иду, — ответила Фиона.

* * *

Подкинув завалявшуюся в кармане медную монетку, Фалайз задумчиво посмотрел на решку, пытаясь вспомнить, кого из близняшек он отнёс к этой стороне парой секунд ранее. Так и не найдя в памяти нужную информацию, дикий маг ещё раз подкинул монету примерно с тем же исходом и, вздохнув, пошёл к Рукороко.

Та, явно от скуки обернувшись пантерой, сидела в отведённой камере-жилище. Поэтому нет ничего удивительного в том, что появление на пороге дикого мага было воспринято ею с небывалым энтузиазмом.

— Привет! Какие-то новости? — вернув себе облик вечно беззаботной эльфийки, спросила друид. — Как продвигается расследование?

— Новостей много, — не желая врать, напропалую уклончиво ответил Фалайз. — Но расследование ещё продолжается.

Он демонстративно сверился со своим планшетом. Если ранее этим жестом дикий маг имитировал наличие неких записей и определённой доли самостоятельности, скрывая наличие закулисного дирижёра, руководившего почти всеми опросами, то сейчас данный жест являлся всего лишь попыткой потянуть время. Фалайз не знал, что спрашивать и тем более как. Фиона не оставила ему каких-то инструкций, а Чиала отлучилась. Пришлось импровизировать:

— Ты не знаешь, почему твои показания с сестрой расходятся?

— Она вечно всё путает! — не слишком достоверно возмутилась друид.

— Вы же играете вместе, наверняка держите связь, — заметил дикий маг, стараясь показать, что не ставил это в упрёк, а просто находил странным.

— Держим, — не стала отрицать очевидного Рукороко. — Но на вопросы мы отвечаем не синхронно!

— Ну да, — вспоминая прошлый их разговор, демонстративно согласился Фалайз. — Так что вас связывает с Горацом?

— Мы отрабатываем долг перед ним! — не думая, сказала друид.

— В прошлый раз ты ответила другое, — заметил дикий маг, кинув короткий взгляд в планшет.

Так это или нет он не помнил и соответствующих записей не имел, но в любом случае, даже такого беспочвенного заявления вполне хватило.

— Ой, наверное, я что-то перепутала, — потупилась Рукороко.

— Так и как выглядит твой рассказ? — делая вид, что собирался записывать, спросил Фалайз.

— Эм, у нас долги перед Горацом, — неуверенно, словно школьница, заучивающая стишок, начала друид. — И мы их отрабатываем.

— Хм, Горац ничего подобного не знает, — сообщил, продолжая давить, дикий маг. — Он вообще вас не знает, если ему верить. Может, у вас есть какие-то документы?

— Н-не-ет, — продолжая терять уверенность прямо на глазах, заявила Рукороко. — Это личный долг…

— А при каких обстоятельствах вы ему задолжали? И вообще, что вы знаете про этого игрока? Может, ты в курсе, почему он нам врёт насчёт вас?

Где-то на этом моменте друид окончательно «посыпалась». Чувствовалось, что некий запас информации у неё есть, но вот фантазии как-то это развернуть определённо не хватало. Как и актёрского мастерства на правдоподобную ложь.

— Горац интересуется, ну, гм, скульптурой и ведёт несколько блогов. Мы провалили одно его поручение и-и-и вот так задолжали денег! И он предложил нам отработать, пойдя с ним в рейд!

— Почему же он сам об этом не сказал нам? — продолжил давление Фалайз. — Он заявил, что впервые вас видит.

— Наверное, он не хотел афишировать…

— Афишировать, что вы втроем состоите в гильдии Убийц? — закончил за неё дикий маг, продолжая пристально наблюдать за реакцией.

— Не-е-ет, он не состоит, в смысле мы не состоим в гильдии Убийц! — возразила друид. — Мы простые игроки! А он из Союза и, видно…

— А Горац состоит? — перебив, уточнил Фалайз.

— Э-э-э, нет, — растерянно ответила Рукороко. — В смысле я не знаю. В смысле он же из Союза, там же нету гильдии Убийц, наверное, да?

Наверное, скажи она «Да, мы состоим в гильдии Убийц» у неё получилось бы менее правдоподобное признание, нежели в этом случае. Каким-то открытием это для дикого мага не стало. После того как половина рейда оказалась так или иначе связана с гильдией Убийц, его могло удивить разве что внезапное признание в том же Тукана или Фионы. А то, что Горац и эти двое тоже не случайные приключенцы с улицы, вообще не удивляло.

Окинув взглядом Рукороко и поняв, что дальше давить смысла нет, Фалайз натянуто улыбнулся и засобирался на выход:

— Ну, здесь я закончил.

Друид проводила его обеспокоенным взглядом, но ничего не сказала. Скорее всего потому, что в это время активно общалась с сестрой на тему синхронности ответов. Стараясь не дать им много времени, дикий маг поспешил к Курокоро.

Как и ожидалось, та уже не скучала, как её сестра, а прохаживалась по камере-комнате. Такой вид Фалайзу, в жизни пребывающему в статусе студента, был очень хорошо знаком — он точно так же заучивал шпоры за считанные минуты до экзамена. И именно из своего жизненного опыта дикий маг хорошо знал приём, как можно было такую подготовку испортить:

— Привет, как дела? Скучаешь?

— Э-э-э, — растерянно протянула Курокоро, явно не готовая к таким вопросам. — Да-а-а не-е-ет.

— Странно, а твоя сестра скучала, когда я к ней зашёл. Музыку слушаешь или читаешь что-нибудь? — демонстративно не спеша переходить к делу, продолжил спрашивать Фалайз.

— Можно и так сказать…

— И что читаешь? Книжку?

В ответ дикого мага удостоили взглядом, буквально умоляющим перейти наконец к делу.

— Эм, не совсем.

— А-а-а. Понимаю тебя, — Фалайз покивал, а затем глянул на планшет и, к ужасу Курокоро, убрал его за спину. — С момента твоего прошлого рассказа есть что добавить?

— В смысле? — уточнила друид.

Ей отчаянно не хватало конкретики в вопросах. Сестра дала ей «свои ответы», но вот на вольную программу этой информации определённо не хватало.

— Ну, что-то касательно вашего с сестрой алиби. Детали, подробности?

— Всё так же, — не без проблем нашлась Курокоро. — Всё, как я сказала в прошлый раз.

— Жаль, — Фалайз демонстративно вздохнул. — Вы нас изрядно путаете.

С ней, как и с Рукороко, он чувствовал себя куда увереннее, чем с другими подозреваемыми, если не считать Щёлочи. Не только потому, что они вели себя относительно дружелюбно или между ними тремя отсутствовал большой разрыв в уровнях. Исключительно интуитивно дикий маг понимал, что близняшки в этой истории — практически посторонние лица, не играющие никакой значимой роли в произошедших в катакомбах событиях. Что они простые игроки, которым волею случая выпало попасть в историю, и теперь сестры в ней заперты, вынужденные отыгрывать до конца чужой спектакль. Судя по тому, как мало Курокоро и Рукороко интересовались Фиона и Чиала, они уже свой вывод сделали и закрыли эту тему.

Фалайз же собирался закрыть последние белые пятна и выяснить, кого покрывали близняшки. Просто чтобы отсечь на будущее неприятные неожиданности. Кои, впрочем, похоже, не планировались.

— Мы не специально! — попыталась оправдаться друид. — Просто… просто так получается!

— Это вас Матаракша надоумила, да?

— Что?! — неподдельно изумилась Курокоро. — Нет!

— Разве вы втроем не работаете на гильдию Убийц?

Когда друид услышала это обвинение, её переполнили обида и возмущение:

— Я знаю, что Рукороко ты говорил другое! Про Гораца и…

— Да, меня интересует сам принцип, — перебил дикий маг. — Почему одни ваши показания расходятся, а другие нет.

— Мы можем что-то перепутать, но не такое!

— То есть вы обе работаете именно на Гораца?

— Да! — рефлекторно ответила Курокоро и сразу поспешила ответить. — Нет! В смысле…

— Ты запуталась, — констатировал Фалайз. — Может, вместо попыток придумать неправду, ты просто скажешь мне правду? Кто вы такие и что здесь делаете?

— Мы наёмники из Ганзы, отрабатываем долг перед… — упрямо и без всякого смысла повторила Курокоро.

— Ладно, — дикий маг вздохнул и собрался уходить.

На самом деле он не собирался, рассчитывая продолжить выводить близняшек на чистоту, но тут неожиданно вмешалась Чиала, которая, как оказалось, уже некоторое время наблюдала за происходящим:

— Хватит. Тут и так уже всё понятно. Больше чем есть они тебе не скажут, даже если мы обвиним их в пропаже статуи и пригрозим всеми карами.

— Думаешь? — тихо осведомился Фалайз.

— Ты же уже узнал, что они с Горацем. Очевидно, это его подчинённые. И выдавать его они не собираются. Так что сворачивайся.

— Что? — не поняла, о чём идёт речь Курокоро.

— Уже ничего, — дикий маг засобирался на выход, на этот раз взаправду. — Вопросы закончились. Спасибо за помощь.

Друид проводила его кислым взглядом, в котором чувствовалось сильное беспокойство.

— Не говори ему, что мы так глупо прокололись, ну, Горацу в смысле, — попросила Курокоро. — Пожалуйста.

— По-твоему, я бегаю к нему отчитываться, что ли? — подмигнул ей Фалайз, показывая планшет без единой записи.

* * *

Возвращаясь обратно к стойке администратора, дикий маг услышал какой-то шум, который при ближайшем рассмотрении исходил со склада. «Кто-то» очень настойчиво стучал в дверь не только кулаками, но ещё и ногами.

— Эй там! — каким-то образом услышав шаги, крикнула Клесирра. — Вы хотели поговорить? Ну и?

— Эм, что мне делать? — осторожно поинтересовался Фалайз.

— Фиона пока занята, но… — в голосе Чиалы чувствовалась неуверенность. — Ладно, давай поговорим.

Не успел дикий маг толком войти, как ему в лицо прилетел умело выставленный кулак. От неожиданности Фалайз сразу же повалился на пол, где получил ещё пару весьма чувствительных пинков. Впрочем, добивать его или пытаться сбежать пират не стала.

— Никогда не смей меня больше в чём-то обвинять, тьфу, — прошипела она, сплёвывая.

— Вы не думаете, что бить меня, — плохой способ доказать свою невиновность? — обиженно заметил Фалайз, опасливо поднимаясь на ноги.

— Я ничего доказывать не собираюсь! — фыркнула Клесирра и, демонстративно вскинув кулак, отошла. — Что значит эта ваша записка? О чём вы хотели поговорить? Или я могу идти?

— Кому она рассказала о своих планах на рейд и когда? — напомнила вопрос Чиала. — С датами…

— С чего ты взял, что это я проболталась? — притворно удивилась Клесирра. — Разве это мой ник стоит первым в списке рейда?

— Никто не говорит, что вы проболтались, — очень осторожно возразил Фалайз. — Вопрос: кому вы рассказали о своих планах?

— Это мне о них рассказали! — вдруг выпалила пират с явным недовольством. — Если бы я знала, каким геморроем мне встанет этот рейд, то…

— И кто же рассказал про рейд?

— Один знакомый торгаш, Лензор, показал мне эту новость, что крысы спёрли статую. И бросил так ещё невзначай: «Это ж та статуя, где то завещание», — Клесирра скривилась. — Тьфу! Вернусь, я ему скажу, что в этой статуе было! И даже покажу!

— Так это Лензор знал о ваших планах? — уточнил Фалайз.

— Да, но это не важно, — пират прошлась по складу. — Чепушило он тот ещё, но надёжный. Да и меня давно знает. Языком трепаться бы не стал, это точно. Там крутилось ещё несколько торгашей, судя по одежде из Союза — приколи, куда эти краснопузые доползли, а? Ну и зацепились с ними… — помолчав, она нехотя сказала, — может, я сболтнула лишнего при них.

— Ага! — не без удовлетворения воскликнула Чиала.

Такая реакция объяснялась очень просто: Союз, он же Союз Свободных Советских Территорий, являлся одной из тех стран на карте «Хроник раздора», где не было филиалов гильдии Приключенцев. Если Горац оттуда, то это очень многое объясняло, касаемо белых пятен в его прошлом.

— Да, вы сболтнули лишнего, — согласился Фалайз и, не получив ответа, собрался уходить.

Однако Клесирра, которая, судя по сильно изменившемуся лицу, начала осознавать, что тут происходило. Она преградила ему путь, заставив отвечать уже на её вопросы:

— Так, и что с того? К чему это?

— Скажи ей, — не без интереса бросила Чиала.

— Мы полагаем, что некоторые игроки в рейде узнали о вашем участии именно от этих торговцев.

— Чо, думаешь Сунрад и его ш-шило…

— Не он, — не став дослушивать это наверняка богатое на детали описание Лукаши, перебил Фалайз. — Например, Горац. Он из Союза.

Кажется, новость о том, что высокомерный эльф оказался в этом рейде совсем не случайно, стало для пирата большим открытием. Во всяком случае, она, не скрывая удивления, спросила:

— Ему-то чего до статуи?

— То же самое, что и вам — завещание.

— Откуда ему про него знать-то? — продолжала недоумевать Клесирра, всё ещё не замечая очевидного.

— Он, похоже, из гильдии Убийц и вообще много знает про эту статую. А следом за ним явились ещё…

— Фалайз, давай без таких подробностей, — попросила Чиала.

— Так сколько игроков? — уточнила пират.

— Пятеро или шестеро, — посчитав эту информацию не критичной, сообщил дикий маг.

Только после этих слов до Клесирры дошло, что же произошло. Похоже, до этого она считала свою болтливость в целом плохим явлением, но не катастрофичным. Осознав же, что большая часть рейда здесь из-за её промашки, пират резко изменилась в лице. Да и в целом стала выглядеть хуже, чем недавно избитый ею же Фалайз.

— Вот как вышло, — буркнула пират. — Срубила лёгких деньжат, б-баклан…

— И последнее, случайно вспомнилось: как выглядит шильдик вашего клана?

После небольшой заминки дикому магу показали скриншот герба «Таверны героев». Тот представлял из себя геральдический щит с изображением пивной кружки. Никаких надписей или букв на нём не было.

* * *

Тем временем у стойки администратора разворачивалась небольшая драма. Фиона вернулась от Матаракши с видом человека, который только что познал все мировые тайны разом и даже разгадал загадку числа 42. Вот только делиться с остальными своими новообретенными познаниями она наотрез отказалась…

Незначительные детали

— Я правильно понимаю, что ты узнала нечто важное и теперь отказываешься это рассказывать? — поинтересовался Фопс с явным недовольством.

Все вновь собрались возле стойки администратора. Судя по часам и тому, что за окном стало совсем темно, расследование так или иначе близилось к финалу. Однако хоть какая-то уверенность из всех собравшихся читалась лишь на лице Фионы, которая только что вернулась после разговора с Матаракшей.

Тукан перестал понимать что-то ещё час назад. Фалайз и Чиала попытались разобраться в имеющихся показаниях и получили роковой вывих мозга. А Фопс просто продолжал пребывать в статусе наблюдателя, даже не пытаясь задействовать голову или её содержимое.

— Абсолютно правильно, — кивнула жрица, лучаясь уверенностью и жаждой действий.

— Это имеет какой-то смысл? — недобро уточнил дикий маг. — В плане, если мы узнаем, то можем как-то помешать или…

— Это имеет смысл, но не в этом смысле, — улыбаясь, пространно заявила Фиона и не без возмущения добавила, — это мой детективный моментик! Ну, знаете, когда в конце все подозреваемые собираются вместе, и детектив долго им объясняет, как же он пришёл к выводу.

— Мы правда собираемся это делать? — кисло спросил Тукан. — Можно я просто пойду, эм, куда угодно заниматься, м-м-м, чем угодно?

— Без этого никак! — заверила его жрица и добавила абсолютно серьёзно: — Мы же должны поймать уничтожителя статуи? Вот он на сборище себя и раскроет.

— Разве мы не собирались выйти на него путём расспросов? — не поняла Чиала, показывая заметки.

— Боюсь, идя этим путём, мы сможем его обвинить ровно в той же мере, что и остальных. Все их истории содержат в себе множество противоречий, недомолвок и просто лжи. Нет, в данном случае нас выручит ситуация, в которой преступник сам проявит себя.

— И проявит он себя, увидев, какая ты умная? — язвительно поинтересовался Фопс. — Или просто чтобы не заснуть от скуки?

— Нет, он проявит себя для того, чтобы уничтожить завещание. — Дав остальным обдумать это заявление, Фиона добавила: — Я уверена, что ради этого преступник не только готов сидеть здесь четыре часа, но даже пожертвует своим персонажем. Слишком высокие ставки.

— Кхе-кхе, — Чиала ничего не говоря развернула присланный ей скриншот, на котором было два не полных ведра пепла на фоне целой кучи песка.

— По-моему, он своего достиг, нет? — глядя на картинки, заметил Фалайз.

— Это знаем мы, но не он. В той суете и дыму ему было сложно оценить результат своей работы. Кроме уничтожения статуи, разумеется.

— И такой вывод основан на?.. — показывая, что сильно сомневается в этой версии, поинтересовался Фопс.

— На том, что здесь до сих пор весь рейд в полном составе. — Поняв, что до городского управляющего всё равно не дошло, жрица добавила: — Если кто-то пошёл в этот рейд с целью уничтожить статую и завещание, то, сделав это и точно зная, что у него всё получилось, он бы вышел из игры.

— Это ничего не даст, — сообщила Чиала. — В таких случаях…

Кажется, она собиралась подробно объяснить, как в «Хрониках» ловили любителей напакостить и выйти из игры, но Фиона не дала ей такой возможности, уверенно заявив:

— Преступник, знай он, что у него всё получилось, не стал бы здесь сидеть четыре часа! Он остался только потому, что хочет удостовериться, что его работа выполнена до конца!

— Или пытается уйти от ответственности, — принялся рассуждать Фалайз. — Например, если он уверен, что его вину невозможно доказать.

— В любом случае, — тоном голоса показывая, что лично она в такой вариант не верила, нехотя согласилась Фиона, — мы сможем его подловить на этих сомнениях. Верьте мне, пожалуйста! — Последнее было произнесено с некоторым надрывом, что в целом несколько сбавило накал сомнений у присутствующих.

— Кстати, — после небольшой паузы снова подала голос Чиала, — Джоджолин написал, цитирую: «Примерно сто двадцать семь килограмм». Это он к чему?

— Полагаю, — Фиона выразительно посмотрела на Фопса, — он хочет сказать, что статуя весила одну тонну двести семьдесят килограмм, верно?

— Неа, — нахально заявил городской управляющий. — Ошиблась на тридцатку! Незачёт. — Он встряхнул головой. — Ладно, как ты это узнала? Загуглила?

— Наверное, стоило, но нет. По песку, — туманно ответила жрица.

— Кислота оставляет, эм, десять процентов? — предположил Фалайз.

— Близко, но нет, кислота здесь ни при чём.

В ответ Фопс выразительно потряс ранее найденным флаконом.

— Думаю, если что-то долго искать на помойке… — Фиона не стала договаривать, а лишь развела руками. — Я точно знаю, что статую уничтожили не кислотой, а заклинанием. И эти десять процентов оставшейся массы это доказывают.

— «Аннигиляция», — вспомнила их разговор Чиала. — Она столько оставляет, да?

— Я загуглила, что делает эта «Аннигиляция», — похвасталась жрица. — Опуская технические подробности, это заклинание уничтожает цельный объект. Колонну, статую, стену. Но тут важно — уничтожается однородный объект. Применив «аннигиляцию» к кирпичной стене, ты или уничтожишь одинарный кирпич, или раствор, что их скрепляет, но не целую стену.

— Статуя же отлита! — припомнил свой первый визит к Горацу Фалайз. — Из какого-то подобия гипса!

— Именно. Это одновременно облегчило и усложнило преступнику задачу. Облегчило, потому что статую удалось быстро уничтожить всего одним заклинанием. Усложнило, потому что завещание уцелело — оно не является частью статуи.

— Так что, собираем народ? — с надеждой спросил Тукан.

— Не угадал. Ещё надо три вещи. — Фиона начала загибать пальцы. — Мне надо поговорить с Лукашей. Вам, — она ткнула в Фопса, — найти игроков, которые отказались идти в рейд. И…

— «Игроков»? — удивился городской управляющий. — Ты же сказала мне искать только этого… на «Б» ник.

— Я ошиблась, — призналась жрица. — Он не один такой. Их больше. Найдите мне любого, кто сознается.

— Сознается в чём?

— Конечно же в том, что у него выкупили место в рейде, — ответила Фиона и повернулась к Чиале, — а ещё мне нужен тот шильдик, что нашли в сокровищнице.

Администратор недовольно скривилась, сверилась с чем-то, видимо, с личными сообщениями и нехотя сказала:

— Он застрял где-то по пути. Может, нарвался на крысолюдов.

— Без шильдика ничего не выйдет! — категорично заявила жрица.

Долго уговаривать не пришлось. Кажется, Чиала и сама была рада ненадолго сменить обстановку.

— Хорошо, я схожу проверю, — сказала она, демонстративно раздражённо, хотя уже потирала кулаки в предвкушении. — Но затем ты всё нам расскажешь!

— Разумеется, — не стала спорить Фиона. — Только найдите мне его.

— Мне всё равно не нравятся эти тайны! — продолжил спорить дальше Фопс, не спешивший уходить ловить игроков. — Я даже не знаю, кто это, но происходящее мне категорически не нравится!

— Я сижу в этой игре, если считать с рейдом, седьмой час подряд, — возразила не без негодования жрица. — А могла бы провести это время с мужем или заниматься детьми!

— У тебя нет детей, — напомнил Тукан.

— За такое время могли бы уже появиться!

Больше возражений не поступало.

* * *

Дальнейшее происходило очень сумбурно и скучно. Фопс удалился вместе с ботами искать нужных игроков. Чиала ушла в катакомбы. Фиона же после недолгого общения с Лукашей засела за изучение каких-то логов.

Если Тукану было в целом пофиг, и он вообще разговаривал с неким обладателем уникально хриплого голоса вне игры, то вот Фалайз очень и очень быстро заскучал.

Сначала он попробовал померить гильдию Приключенцев шагами. Быстро выяснилось, что за всё время, проведённое здесь ранее, ему уже известны все параметры этого здания. Затем дикий маг прошёлся мимо многочисленных, но тоже быстро наскучивших трофеев. Наконец, не выдержав, он вернулся к жрице и некоторое время наблюдал за тем, что она делала.

— Зачем ты читаешь логи рейда? — спросил растерянно Фалайз и добавил с возмущением. — Ещё и не нашего!

— Затем, что… — с умным видом начала Фиона, но потом усмехнулась, — на самом деле, это почти ничего не значит. Так, дополняю общую картину, пока жду Чиалу.

— Но зачем тебе логи чужих рейдов?

— Как, по-твоему, какое соотношение классов в этой игре? — вместо прямого ответа поинтересовалась с намёком жрица. — Ну, стандартных: дд, хил, танки.

— Эм, ну-у-у, дамагеров больше всего, — поделился соображениями Фалайз, не понимая к чему это. — Хилов мало, а…

— А танков совсем немного, — закончила за него Фиона. — Примерно четыре-пять процентов, если верить статистике. А я не думаю, что ей стоит верить — на деле их ещё меньше.

— И почему это важно?

— Ты не задавался вопросом, как в этом рейде оказались мы втроём? Если не считать Щёлочь, у нас самые низкие уровни. Даже близняшки и те выше на десять пунктов. Конечно, по меркам Амбваланга мы прокаченные персонажи, но вот в остальном мире даже на среднячков пока не тянем.

— Ты думаешь, это из-за… — Фалайз прервался и посмотрел на отсутствующего Тукана, — него?!

— Его и меня, — подтвердила Фиона. — В рейде на двенадцать игроков нужден один танк, два хила и какая-нибудь поддержка вроде барда. То есть вместе с Лукашей мы закрыли три из четырех необходимых слотов. По сути, после этого ей осталось найти только дд и второго хила.

— И ты по логам хочешь это проверить? — попробовал угадать дикий маг.

— Неа, она их отредактировала, — Фиона неодобрительно вздохнула. — Поэтому-то я попросила у неё логи трёх предыдущих рейдов. Во-первых, они ею не редактировались, и это ещё как заметно. Во-вторых, по ним видно, что позициями танков она никогда не торговала. Брала первого, максимум второго кандидата…

— «Торговала»? — перебил Фалайз. — Хочешь сказать, что…

— Смотри, — жрица демонстративно развернула присланное сообщение с множеством записей. — Вот логи её прошлого рейда. Она собирала его в Аккуно, две недели тому назад. За сорок минут — сто тридцать семь заявок. Из необходимых десяти.

— Ух ты! — удивился такому числу дикий маг.

— Понимаешь, к чему я? — Фиона развернула те логи, что Лукаша прислала ранее.

— Наш рейд она собирала два дня и получила… — Фалайз запнулся и выпучил глаза, — пятнадцать заявок?! Да быть не может!

В ответ жрица закивала, с одобрением воспринимая реакцию друга.

— Ага. То-то и оно. Конечно, она выставила высокие требования, но даже так минимум сотню-другую заявок Лукаша бы получила. Но их нет. Так что ей скрывать? Два варианта: либо она сговорилась с каждым участником нашего визита к крысолюдам, либо продала им всем места. Всем, кроме нас, потому что мы идеально вписались в состав.

— Неужели в гильдии Убийц не нашлось ни одного танка или хила?

— Согласись, не самые соответствующие этой организации роли, — подумав, пожала плечами Фиона.

— То есть наше участие — случайность?

— Да, — подтвердила Фиона. — Мы единственные, кто оказался в этом рейде случайно.

— А Щёлочь?

— Всему своё время, давай…

Что именно давать жрица не успела сообщить. Вернулся Фопс, причём не один. Правда, шедшего с ним лучника, довольно приличного по меркам Амбваланга уровня, звали совсем не Бельтергейзер, а Хампидог, да и на шамана он не был похож.

— Кого это вы нам нашли, уважаемый городской управляющий? — весело спросила Фиона.

— Свидетеля, — коротко ответил Фопс и жестом показал лучнику, что стоит начать говорить.

— Я-я, записывался в рейд в эти катакомбы к-к… — немного испуганно начал Хампидог.

— К Лукаше, — подсказала жрица. — Когда это было?

— Эм, седьмого числа вроде. Но мне через пару часов написала эта Лукаша, что у меня хотят купить место, и предложила стандартную схему…

Он запнулся, поняв, что сболтнул лишнего, и боязливо покосился на Фопса. Тот нехотя, закатив глаза и скрестив руки, сказал:

— За продажу мест в общественных рейдах, наказание несёт только рейд-лидер.

— А что за стандартная схема? — поинтересовался Фалайз.

— Эм-м-м, — протянул лучник, продолжая страдать косоглазием в сторону городского управляющего. — Ну, обычное дело…

— Ох… — тяжело вздохнул Фопс. — Он ливнул с рейда за деньги, отдав своё место кому-то, кому это было нужнее.

— Но вот он здесь и говорит, — подал голос Тукан, незаметно для всех вернувшийся в игру.

— Там же, кажется, что-то случилось? В рейде в смысле, — объяснил своё поведение Хампидог. — Вот решил рассказать. Все логи я уже скинул!

После этого он ещё демонстративно покосился на Фопса, правда, в этот раз куда смелее, словно чего-то ждал. Городской управляющий в ответ отмахнулся и тихо буркнул:

— Иди. Город с тобой рассчитается позже.

Хампидог спешно покинул гильдию, словно боялся, что мнение касаемо законности его действий может резко измениться, и его начнут бить.

— Рассказал он нам это за деньги, но тем не менее не врал, судя по логам, — объяснил такое поведение городской управляющий. — А вот с этим, как его там…

— Бельтергейзер, — подсказала Фиона.

— Ага, с ним всё сложнее. Он сбежал. С боем прорывался через стражу.

— Шаман-хил, кхе, с боем прорвался через стражу? — давясь смехом, уточнил Тукан. — У меня столько вопросов…

Впрочем, задавать он их стал, ограничившись смешками и предельно кислым лицом Фопса.

— Видно, решил, что золото дороже, — заметил Фалайз. Задумавшись, он спросил: — Я понимаю, почему Лукаше платили за место в рейде, но почему она просто не отклоняла заявки тех, кто не хотел платить?

— Речь идёт про несколько сотен заявок, а возможно, и больше— напомнила Фиона. — Это же не частный рейд. Уверена, всех, кого она могла отклонить по формальным причинам без скандала, она отклонила и так. А вот остальным выплатила компенсацию, чтобы не возмущались. — Подумав немного, жрица добавила: — Неплохой заработок, наверное. Ты занимаешь место в рейде, а у тебя его выкупают. Времени не потратил, а деньги получил. Полагаю, этот трюк она проворачивает не в первый и не в последний раз. Точно так же, как Горац, например, не впервые платит за место в рейде.

— Именно поэтому такие выкрутасы и вне закона. Во всяком случае, здесь, в Амбваланге, — заметил Фопс с крайним неодобрением. — Вместо того чтобы собрать рейд и в тот же день отправиться, начинают затягивать процесс, ведь так выше шанс, что найдётся кто-то, у кого много денег.

— Откуда она берёт деньги на «компенсацию»? — хмуро спросил крестоносец. — Не по доброте же душевной она им доплачивает.

— Конечно нет. Деньги идут от тех, кому место в рейде нужнее. Кто больше предложит — тот и идёт. Большая часть уходит на компенсацию тем, кому отказываешь, а разница, пускай и небольшая, в карман.

— Странно, что мы с таким не сталкивались, — заметил Фалайз растерянно. — Почти каждую неделю куда-нибудь ходим! Ни разу денег не предложили!

Вместо ответа Фиона вздохнула и выразительно посмотрела на Тукана. Тот прекрасно понял, к чему это, и, осклабившись, потребовал:

— Нет, скажи это вслух! Так не пойдёт.

— Не скажу! — категорично отказалась жрица и ко всеобщему удивлению встала из-за стойки. — Пойду лучше пройдусь. Сообщите, если Чиала вернётся.

— Куда это ты? — удивился Фалайз, следуя за ней.

— Не поверишь, — хитро усмехнулась Фиона, — в библиотеку. Э-э-э, она здесь есть?

Дикий маг в ответ покачал головой. В «Хрониках раздора» библиотеки, как впрочем и книги, являлись частью антуража, нежели какой-то необходимостью. Доступ к интернету, в котором можно было найти любую информацию, имелся у всех под рукой.

— Ну, на самом деле, к Щёлочи, — призналась Фиона. — Хочу извиниться перед ней. — Заметив вполне предсказуемую реакцию, она притворно удивилась: — Что?! Ты мне не веришь?

— Не то чтобы… — стараясь не обидеть подругу, начал дикий маг, — но да, не верю.

— Можешь поприсутствовать, — жрица загадочно подмигнула зелёным глазом. — Так будет даже лучше.

* * *

Щёлочь на двойной визит отреагировала, по меркам Фалайза, странно. Он вполне мог понять страх, но вот недоверие, появившееся на её лице, когда в лабораторию зашла Фиона, для него осталось неясным. Да и в целом целительница вела себя куда как сдержаннее и отстранённее, нежели во время предшествующих разговоров.

— Что-то случилось? — спросила она, смотря то на одного гостя, то на другого.

— Огромное недопонимание, — ответила Фиона, виновато улыбаясь, после чего сделала паузу и не без нажима продолжила: — я была очень предвзята к тебе. Ну, сама понимаешь: низкий уровень, эта история с гильдией Убийц, да и остальные подозреваемые на тебя постоянно кивали — кто в таких условиях не ошибется, да?

Жрица нервно хихикнула. Щёлочь тоже натянуто улыбнулась, но, как показалось Фалайзу, скорее из вежливости. Не похоже, что целительница понимала, что тут происходило.

— Т-так вы нашли, эм, п-преступника?

— Нет, — отрицательно покачала головой Фиона. — Боюсь, это невозможно. Уничтожив статую, он хорошо и умело замёл свои следы.

— Статую уничтожили? — продолжила ничего не понимать Щёлочь.

— Расщепили очень сильным заклинанием.

— Это ведь плохо? Мы ведь за ней шли…

— Да, получается, рейд был впустую, — сообщил Фалайз, растерянно. Он отчётливо понимал, что что-то происходит, но не мог сообразить, что именно.

— Но есть и хорошая новость, — вдруг изменив тон голоса, сказала Фиона. — В статуе был тайник, а в нём, м-м-м, ну что-то вроде клада.

— Это то завещание, м… кгхм, Жаска, да? — кашлянув, уточнила Щёлочь.

— Похоже, тебе известно не меньше моего, — с улыбкой отметила жрица. — Да, речь про завещание Жаска. Оно уцелело, мы его нашли и скоро будем определять, кому оно достанется. Ну, знаешь, с помощью костей и всё такое. — Она кивнула на дикого мага. — Моя группа тоже будет участвовать, но моё место я отдам тебе в качестве извинений.

— Д-да зачем?! — смутилась целительница. — Не стоит! Не надо мне это с-сокровище!

— Понимаешь, если бы не мои подозрения, то тебя бы отпустили ещё в самом начале. Как нас троих, например. Так что забирай, — настояла Фиона и демонстративно пожала плечами. — Да и не думаю, что эта книга стоит так уж много.

На словах «книга» глаза Щёлочи удивлённо расширились, но как-то иначе она своего удивления не высказала, вместо этого бросившись благодарить за такой подарок:

— Спасибо, спасибо, спасибо!!!

Расчувствовавшись, Щёлочь, со слезами на глазах по нескольку раз обняла и Фиону, и Фалайза. У последнего от этого осталось смешанное послевкусие — он прекрасно понимал, что это какая-то игра и в конечном счёте обман.

— Зачем ты так с ней? Ты же нам сказала, что завещание уничтожено! — прямо в лоб гневно спросил дикий маг, когда они вдвоём покинули лабораторию.

— Тише-тише, — успокоила его жрица. — Поверь, она свою награду получит.

— Но она даже не знает, что за завещание такое!

— Как и ты, как и я час назад, — продолжила рассказывать Фиона. — Важно то, что она теперь думает, что оно уцелело. Это заставит преступника нервничать и искать способ закончить начатое.

— Как это?! Ты же рассказала об этом только Щёлочи! — Фалайз выразительно развёл руками, показывая недоумение.

— Помнишь, что сказал Тоорил?

— Что Щёлочь, эм, пришла с Матаракшей?

— Угу. А та в свою очередь уверена, что наоборот.

— А ты? — понимая, куда дует ветер, поинтересовался дикий маг.

— А я думаю, что они оба правы в том, что она здесь не сама по себе, но ошибаются с «патроном», — загадочно ответила Фиона и махнула рукой. — Идём, пока Чиала не вернулась, мне надо найти ещё кое-что.

На этот раз их путь лежал к Клесирре, вернее на склад, где та волею случая временно обитала. Сама пират опять отсутствовала, но жрице она была и не нужна.

Оставив Фалайза сторожить вход, Фиона направилась в ту часть местного бардака, где лежали коробки с канцелярскими принадлежностями, вроде бланков, чернил и прочих бюрократических расходников. Вернулась жрица с самым что ни на есть хитрым видом и какой-то явно не пустой коробкой как из под обуви.

— В ней, эм, книга? — подумав, спросил дикий маг.

— Самая желанная книга такого рода! — поправила его Фиона. — Точнее, станет ею. Пока не хватает пары деталей. — Она махнула рукой, приглашая за собой. — Пошли обратно в холл. Чиала уже вернулась.

Как оказалось на подходе к стойке администратора, не у одного Фалайза заканчивалось терпение. А у некоторые также подходила к концу и тактичность.

— Мы ждём объяснений! — потребовал Фопс, бросив на стол обгоревшую деревяшку с вырезанной, едва различимой буквой «Т». — Сейчас!

Рядом с ним стояли Чиала и Тукан, которые, судя по лицам, в целом были солидарны с городским управляющим. Фиона задумчиво повертела шильдик в руках и уклончиво поинтересовалась, кивнув на него:

— Вы уже поняли, что это такое?

— Знак гильдии, — раздражённо ответил городской управляющий, демонстрируя, что не собирался играть в угадайку.

— Нет.

Сказав это, жрица засунула руку в коробку и извлекла деревянный прямоугольник с витиеватой золотистой буквой «Т» на лицевой стороне.

— Узнаёте? — она особо выразительно посмотрела на Чиалу.

Та в полной растерянности вернулась за стойку администратора и, покопавшись, извлекла продолговатую увесистую книгу, предназначенную для ведения учёта финансовых операций. С задней стороны обложки красовался точно такой же шильдик, как принесла Фиона, только слегка потёртый.

— Транскрипшн! — воскликнул Фопс, ударяя себя по лбу. — Как я забыл об этом скряге! Он же всему Амбвалангу делает канцелярские принадлежности! С самого релиза!

— Мы все это не заметили, хотя это, в общем-то, было на поверхности, — успокоила его жрица. — Мы же почти с самого начала знали, что Жаск писал своё завещание где-то в этом районе. — Она оглядела собравшихся и уточнила: — Ну что, вы ещё не поняли сами, что же это такое?

— Учётная книга? — развела руками Чиала, демонстрируя полное непонимание ситуации. — Он спрятал карту в бухгалтерии?!

— Хе-хе, — вяло рассмеялась Фиона, отрицательно качая головой. — Очень далеко. Это же на поверхности!

— Можно ты уже перейдёшь к делу? — начиная злиться, попросил Фопс.

Поняв, что ей не выкрутиться, Фиона предупредила, прежде чем начать свой рассказ, что же за разговор произошёл между ней и Матаракшей:

— С меня взяли слово, что всё сказанное останется только между нами.

— Гильдия ей уже дала гарантии, — раздражённо напомнила Чиала.

— Она их не оценила… — сообщила жрица кисло.

Разгадка

Разговор Фионы и Матаракши начался с того, что они обе дождались, пока Тукан выйдет и закроет за собой дверь. После чего жрица показала проштампованный бланк, где заявлялось, что гильдия Приключенцев не будет пользоваться полученной информацией в ходе этого разговора, кроме как для расследования.

— Мда, этот листик меня, конечно, защитит, ага, — кисло отметила дроу, но бланк все же забрала.

— Так что вы хотели рассказать? — терпеливо и вежливо спросила жрица.

Перед ответом Матаракша минуты две молча ходила по комнате, бросая настороженные взгляды и, похоже, в целом сильно сомневаясь, стоит ли ей что-то говорить.

— Завещание точно уцелело? — наконец уточнила Матаракша мрачно.

— Несомненно, — с каменным лицом соврала жрица. — Так зачем вы здесь? Чтобы уничтожить его?

— Чтобы оно не досталось Горацу или кому-либо ещё из этих скользких прохиндеев. — бросила чернокнижница с нескрываемым презрением. — Хотя они не оценят оказанную мною услугу.

— Услугу? — удивилась Фиона.

— «Завещание» правильнее называть проклятием.

— А если бы оно досталось вам? Поддались бы проклятию? — с иронией уточнила жрица.

— Скорее всего, уничтожила бы, — не слишком уверенно сказала Матаракша после раздумий. — Мистер Жаск оставил завещание, чтобы все передрались за эти деньги. В мои планы не входит доставлять ему такого удовольствия.

— Деньги? — уточнила Фиона. — Так всё же речь идёт о кладе?

— Нет, конечно. — Дроу вздохнула. — Не в прямом смысле.

— Так и…

— В реале я по образованию бухгалтер, и в «Хрониках» занималась именно бухгалтерией, — нехотя начала рассказывать Матаракша. — По крайней мере, в те времена, когда мистер Жаск ещё играл.

Судя по её выражению лица, сама она считала этот период не только прошедшим, но и невероятно скучным. Фиона же, услышав это, лишь усмехнулась, чувствуя родственную душу, — она сама работала в бухгалтерии.

— Для мистера Жаска я «вела» те его счета, которые он никогда не афишировал. Когда разразился конфликт с Фрайком и весь этот скандал, он, предчувствуя беду, начал выводить оттуда огромные суммы. Гигантские даже по современным меркам.

— Эти счета записаны на Жаска? — предположила жрица.

— Нет, ни в коем случае, — покачала головой дроу. — Нельзя оформлять на своего персонажа или твинков. Даже на чужих твинков не стоит, это всё слишком легко отслеживается. Конечно, мы использовали и это, но лишь в качестве защиты от совсем идиотов.

— «Мы»? — уточнила Фиона. — Вы и Жаск?

— Не только. На него работала целая команда. Бухгалтерия, финансы, инвестиции, банкиры. Много кто. За очень нескромное вознаграждение, если хочешь знать.

— И где эти деньги в итоге?

— Пущены в оборот, конечно, — пожала плечами Матаракша, самодовольно улыбаясь. — Несколько месяцев по указанию мистера Жаска мы их инвестировали во всё, что только можно в «Хрониках». Мастерские, торговые лавки, магазины, кузницы, банки, конюшни, поля, мельницы, замки… да половина Ганзы построена на эти деньги! И это только то, что знаю я!

— Довольно рискованный способ сохранить большую сумму, — заметила Фиона.

— Это единственный способ, — фыркнула дроу. — Останься они на счету, каком угодно, их бы нашли. Не важно, сколько переводов мы сделаем, это всё прослеживается. Было бы желание. А оно, поверь мне, было много у кого. Единственный способ — потратить деньги и надеяться что часть из них вернётся в виде дивидендов, выплат и прочих вознаграждений.

— Но ведь счета, на которые они вернутся…

— Принадлежат тем игрокам, что получили их от мистера Жаска. Вернее, от кого-то из целой цепочки посредников.

— Неужели кто-то шёл на такие мутные схемы? — удивилась жрица.

— «Мутные»?! Ха! — фыркнула Матаракша. — Да кредиты Ганзы более «мутные», чем эти инвестиции! А ганзейские банки по праву считаются лучшими и надежнейшими в игре! С самой прозрачной кредитной системой. Мистер Жаск предлагал наилучшие условия: никаких тебе процентов, требований, контроля, участия в управлении — ничего. Знай себе оформи отдельный счёт с совместным доступом и переводи туда небольшую долю от прибыли! Или не переводи вовсе — тебя никто не контролирует!

— Ладно, зачем это делалось, я понимаю: чтобы желающие отобрать у Жаска его деньги не смогли это сделать, ведь им придётся разбираться с целой кучей абсолютно посторонних игроков, — подытожила Фиона. — Но что, если они и вправду не захотят их возвращать?

— Для этого-то и нужно завещание. Имея его на руках, можно доказать право владения этими деньгами быстрее, чем успеешь щелкнуть пальцами. Игроки «Хроник» к этому очень трепетно относятся — нам это сыграло на руку, — Матаракша осклабилась. — Ну что, мне всё ещё надо рассказывать, как выглядит завещание мистера Жаска, или ты сама поняла?

К этому моменту Фиона и вправду уже догадалась, что же из себя представляло «завещание». Она пришла к этой разгадке просто методом исключения, постепенно выкинув все варианты, кроме нескольких. Пепел же, найденный вместе с остатками статуи, почти не оставлял никаких сомнений, последние из которых рассеяла чернокнижница.

— Это гроссбух, — ответила жрица без раздумий. — Учётная книга финансовых операций.

— Да, причём самый обычный, купленный здесь, в Амбваланге, — чернокнижница рассмеялась, явно считая этот факт особо забавным. — Завещание самого мистера Жаска, хах, самая простая учётная книга из имеющихся! Ха!

— И имея завещание на руках… — начала жрица, желая уточнить полученную информацию на предмет наличия различных подводных камней. — Там есть всё необходимое?

— Думаю, да. Ссылки на копии договоров и в каких архивах их искать, чеки операций, сертификаты, история переводов. Всё необходимое, чтобы получить доступ к деньгам мистера Жаска, — закончила за неё чернокнижница. — Ну, к большей их части, из тех что «отбились». Конечно, процедура займёт какое-то время, особенно, если ты не мистер Жаск, но это того стоит — гарантированное попадание в сотню самых богатых игроков «Хроник».

— Зачем же он тогда пустил этот слух, что завещание вообще существует?

— Отчаялся и не думал, что вернется в игру? — пожав плечами, предположила Матаракша, а затем добавила с ухмылкой. — Или рассчитывал, что тот, кто всё же уничтожит его статую, получит лишь разочарование. На тот момент можно было вернуть едва ли сотые доли сотых долей от всех вложений. — Она призадумалась. — По моим расчётам завещание должно было выйти «в ноль», самое раннее, три месяца назад.

— А вы можете использовать эти деньги? Без завещания? Ведь вы же его создали.

— На мистера Жаска работало несколько бухгалтеров. Между собой мы никогда не общались и не были знакомы. А работу над книгой он вообще заканчивал самостоятельно. Поэтому, хм, я могла бы попробовать, но без полного завещания — это пустая трата времени.

— А ему самому, Жаску, оно надо?

— Нет, — уверенно и без раздумий ответила дроу. — Ну, конечно, если он не идиот. В чём его заподозрить сложно. Всё завещание, скорее всего, есть у него в электронном виде.

— Хм, спасибо, — обдумывая полученную информацию, поблагодарила Фиона. Походя она поинтересовалась: — Вы понимаете, что по итогам этого разговора я могу обвинить вас в похищении или уничтожении статуи? Только на основании этого признания.

— Понимаю, — у Матаракши на лице не дрогнул ни единый мускул. — И понимала, когда его начинала. Но похоже, мы с тобой обе знаем, что виновного нет в этой комнате, не так ли?

Жрица кивнула, собираясь на выход. Сделав пару шагов, она вдруг остановилась и, подумав, спросила:

— Почему «мистер»?

— «Мистер»? — не поняла чернокнижница.

— Вы же были знакомы с Жаском лично, так? — Получив кивок, Фиона продолжила. — Откуда столько уважения? Почему даже спустя такое время вы называете его мистером Жаском?

— Нет, я говорю мистер Жаск, — невозмутимо повторила Матаракша, не понимая о чём идёт речь. — Так правильно произносится его ник.

— Ник? — озадаченно переспросила Фиона.

— Мистер Жаск, — вновь повторила дроу без какой-либо иронии или издевки. — Этот ник почему-то очень многие произносят неправильно.

— А-а-а… — протянула жрица, совсем перестав понимать, что происходит, и тут её осенило. — А на каком языке вы говорите со мной?

— Хинду.

— Английский знаете? — уточнила Фиона и, получив кивок, попросила. — Можете написать мне его ник? Только в кавычках, чтобы игра не перевела.

— Давай карандаш и листик.

Получив необходимое, Матаракша размашисто написала на листике ответ.

— Хе, — прочитав, усмехнулась жрица, а затем рассеялась в полный голос. — Ха-ха-ха!

— На твоём языке это значит что-то смешное? — удивилась такой реакции Матаракша.

— Хе-хе, нет, на русском это звучит как мистер Жаск и всё, хе-хе, — ответила жрица. — Я смеюсь, потому что эта запись едва ли не важнее нашего разговора.

Дроу смерила её удивлённым взглядом и покрутила пальцем у виска.

* * *

— Так и что за прикол с его ником? — поинтересовался Тукан, когда рассказ закончился. — Что тебя так рассмешило?

Фиона достала из кармана тот самый листок, но прежде чем предоставить его на всеобщее обозрение, перевела взгляд на Фопса и спросила:

— На каком языке с нами говорите вы?

— Английский, — бросил городской управляющий.

— Вот ваш ответ, — кивнув, отдала остальным листок жрица.

На нём не слишком аккуратно было написано всего одно слово: «Mrgjesk». Разумеется, это потребовало объяснений:

— Вы не задумывались, откуда столько уважения к этому персонажу? В первую очередь от тех, кто был с ним знаком? — поинтересовалась с намёком жрица. — Почему некоторые игроки из нашего рейда повально называют его мистером? И не только они!

— Потому что… — Фалайз осёкся. — Потому что игра нам переводит первые две буквы?

— Переводит и расшифровывает! — с триумфом добавила Фиона. — Его ник не Жаск! И даже не мистер Жаск. Он… — понимая, что произносить не имеет смысла, она потрясла листиком.

— Но нас никто даже не поправил! — возмутился дикий маг.

— Вообще-то я вас поправил, — кисло напомнил Фопс. — Но вы даже внимания не обратили. Да и какая разница?

— Потому что для нас это прозвучало так, будто вы обращаетесь к Жаску с уважением! — объяснила жрица.

— Делать мне больше нечего! — фыркнул городской управляющий. — Но ладно, я на английском говорю. А эта Матаракша, что она тебе сказала?

— Хинду, — напомнила Фиона.

— Ну, и что там это звучит так же?

— Не думаю, но я сильно сомневаюсь, что в игре есть, эм, хиндийско-русский переводчик. Скорее всего, как и всегда, вначале идёт перевод на английский, а оттуда на целевой язык. И где-то здесь появляется «мистер».

— Это и вправду забавно, — Тукан хмыкнул, — но нам-то с этого что?

— А то, что в этом рейде всего трое игроков его называют мистером Жаском. Остальные, как и мы, просто Жаском, очевидно, потому что с ним никогда не сталкивались. — Фиона начала загибать пальцы. — Матаракша была с ним знакома и правильно произносит ник. Горац, хм, думаю, тоже был знаком или видел его настоящий ник. И наконец…

— Щёлочь, — вспомнил Тукан. — Она тоже сказала мистер! Я ещё удивился, но потом она вроде говорила иначе.

— Потому что услышала, как его ник произносишь ты, и сделала вывод.

— А она не могла оговориться? — всё ещё сомневаясь, предположил Фалайз.

— Могла бы, — с некоторым коварством согласилась жрица. — Но ведь при ней Жаска мистером никто и не называл. Она умнее нас всех, и поэтому раскрыть её можно только…

Не договаривая, Фиона направилась к ближайшей лампе, открыла её и, сунув внутрь краешек гроссбуха, взятого со склада гильдии, подожгла его. Дождавшись, пока книгу охватит пламя, она бросила её на пол, подождала пару мгновений, после чего затоптала пламя ногой.

— Только хитростью, — закончила жрица, прикрепляя ранее найденный в сокровищнице шильдик. — Всё. Теперь можно собирать народ!

* * *

Для оглашения результатов расследования решили использовать ту же комнату, где находилась Матаракша. Во всём здании гильдии Приключенцев лучшего помещения для этих целей было не найти. Конечно, на всех собравшихся сидячих мест не хватило, но хотя бы удалось усадить девятерых подозреваемых.

Фиона мгновенно оккупировала трибуну. Фалайз и Чиала, державшая в руках коробку с завещанием, не найдя себе место получше, встали рядом. Тукан демонстративно загородил собой двери. Фопс же занял место в углу, откуда открывался наилучший вид на собравшихся.

Возможно, именно из-за его присутствия все эти игроки, столько времени запертые наедине со своей скукой и кучей претензий, которые некому было высказать, не начали первым делом выяснять отношения, а, мрачно поглядывая на городского управляющего, молча расселись по местам. Лишь Клесирра и Сунрад не сумели поделить свои стулья и некоторое время толкались плечами.

Тем не менее атмосфера стояла невероятно напряжённая, и не только потому, что комната оказалась битком набита. Чувствовалось, что не хватало лишь маленькой искорки, чтобы ситуация, подобная той, что случилась в сокровищнице, снова повторилась.

— Первое, что хочу сказать, — начала своё выступление Фиона, когда игроки расселись, — что всё это расследование не заняло бы и часа, будь вы со мной или моими помощниками искренними с самого начала. Вместо этого мы почти три часа выясняли, кто из вас кто.

В ответ на эту претензию на лицах большинства собравшихся не дрогнул ни единый мускул, а Горац так и вовсе звучно притопнул ногой. Только Щёлочь виновато опустила глазки в пол, да и то скорее для вида, ненадолго.

Жрице такое поведение собравшихся было только на руку:

— В таком случае, я так понимаю, никто из вас не будет против ещё немного потянуть время, послушав некоторые детали?

Конечно же, на деле оказалось иначе, но прежде чем кто-то успел раскрыть рот, вмешался Фопс, категорично заявивший:

— Мы и вправду не откажем в удовольствии уважаемой Фионе рассказать, как она пришла к своим выводам.

— Прежде будут благодарности. Народ должен знать своих героев и тех из них, кто до последнего держал свои никому не нужные тайны при себе, — едко продолжила жрица. — Вот, например, Клесирра…

Пират нахмурилась, как грозовая туча.

— Она до последнего отказывалась признавать, что проболталась о планах участвовать в этом рейде. В этом не было никакого смысла, но Клесирра упорно держала это при себе! — Фиона сделала небольшую паузу и переключилась на игрока, который в этот момент ухмылялся во весь рот. — Или вот Сунрад. Он нас изрядно попутал из-за соперничества и желания подгадить конкурентке. Конечно, его трюки не идут ни в какое сравнение с тем, что наделала его подруга, — жрица посмотрела на барда. — Лукаша не только покрывала своего «больше чем просто коллегу» и организовывала этот рейд, но и ещё продавала места в нём. Вы все это прекрасно знали, ведь именно так здесь оказались, но ничего не сказали.

На этот раз виновато потупилась не одна только Щёлочь, но ещё и сама Лукаша. И то исключительно потому, что сидевший рядом Сунрад за пару мгновений побагровел до состояния перезревшего помидора. Похоже, его в долю включить «забыли». И даже не стали предупреждать о махинациях, когда случилось происшествие.

— Так это из-за тебя здесь собралась эта кодла? — прошипел алхимик и выпалил во весь голос. — ДУРА!

Кажется, он собирался её ещё и ударить, но сдержался в присутствии посторонних. Бард же, чей голос откровенно подрагивал от нахлынувших эмоций, попыталась оправдаться:

— Я не думала…

— Ты никогда не думаешь! НИКОГДА! Хоть бы раз твоя голова…

— Тише-тише, — остановила их Фиона. — Вы ещё успеете выяснить отношения. Да и не вы одни здесь так «преуспели». — На этот раз её внимания удостоился маг воды. — Горац фон Вольт с самого начала знал, м-м-м, да почти всю ключевую информацию! Всё то, что мне пришлось собирать по крупицам эти три часа, допрашивая вас всех, он мог сказать в первые полчаса! Но вместо этого Горац приказал своим помощницам с непроизносимыми никами, — жрица посмотрела на близняшек, — мешать и путать нас. Чем они очень ответственно и занимались эти три часа!

— И кстати, так никого и не сдали, — вмешался Фалайз, вспомнив просьбу Курокоро.

За это друид, сидевшая бледная, но внешне спокойная, слегка ему кивнула.

— О да, огромное им за это «спасибо», пф! — фыркнула Фиона и, переведя дыхание, продолжила. — Ну и наконец Матаракша, которая знала почти всё о завещании, и её коллега Тоорил. — Особого внимания удостоился кочевник. — Ваш образ простака из степей — это, конечно, красиво, оригинально и даёт почти идеальное алиби, но расследование в моём лице куда больше бы впечатлила простая искренность. Неужели информация о том, что вас послала гильдия Убийц из-за того, что Горац отправился за завещанием, была такой уж ценной?

Кочевник в ответ лишь пожал плечами, загадочно улыбнувшись. Зато кто возмутился, так это чернокнижница:

— Меня не посылала сюда гильдия!

— Я этого и не говорила, — ответила Фиона. — Речь шла именно про Тоорила. Вы здесь действительно сами по себе. Хотя оба состоите в одном отделении гильдии Убийц. Вот где секретная информация! — Жрица вздохнула, переводя дыхание. — Именно в таком порядке…

— А про неё! — выкрикнул Горац, указывая на Щёлочь. — Про неё ты ничего не хочешь рассказать? Про этого твинка! Кто он, зачем здесь и…

Перед тем как ответить, Фиона некоторое время, слегка склонив голову набок, смотрела на Щёлочь, которая аж сжалась от пристального внимания.

— Дело в том, что мне почти нечего про неё сказать. Она, как и вы все, оказалась здесь не случайно. Как и вы, она не была с нами до конца искренней. Ну, как понятно по моему рассказу, в данном случае это не что-то оригинальное, — сделав паузу для того чтобы убедиться, что иных возражений не поступит, жрица вернулась к прежней теме. — Именно в таком порядке, вы попали в этот рейд. С одной общей целью — найти завещание Жаска по тем или иным причинам. По этому поводу у меня осталось лишь одно белое пятно, — она повернулась к магу воды. — Горац, какое вы отношение имели к Жаску и его статуе?

— Он скульптор, неужели не ясно? — вмешалась Матаракша. — Он её создал!

— Это правда? — удивился Фопс, почёсывая щёку.

— Нет, — бросил, глядя с презрением на чернокнижницу, маг воды. — Я участвовал в сборе материалов и оформлял оригинальный постамент. Больше никаких общих дел с мистером Жаском у меня не было!

— Зато были знакомы с тем игроком, который непосредственно создавал статую, — рассказала Фиона. — Я подзабыла его ник, не напомните? Вы его называли ещё во время первого допроса.

— Хучжун.

— Думаю, не ошибусь, если скажу, что вы здесь именно с его благословения, да? И недавно с ним говорили?

Эльф в ответ на это заявление демонстративно постучал пальцами по столешнице:

— Этот фарс начинает надоедать. Мы все знаем, кто именно…

— Нет, не знаем, — прервала его Фиона. — Не надо делать удивленные лица, многие из вас в курсе, что я через своих помощников даже не пыталась узнать, кто и где находился в момент той толкучки в сокровищнице. Это просто бессмысленно, особенно с учётом всеобщей лжи и склок, — жрица посмотрела в сторону городского управляющего, перевела дыхание и продолжила. — Вместо этого я выяснила, что же именно произошло со статуей. Не буду таить: её уничтожили. Первой версией была кислота…

— Кхе! — самодовольно кашлянул Сунрад, отвлёкшись от гневных переглядываний и перешёптываний с Лукашей.

— Чушь! — выкрикнул Горац. — Нелепица! Такое мог предположить только форменный д-дятел!

— Версия действительно оказалась не самой жизнеспособной, хотя на свалке отыскался подходящий сосуд, — согласилась Фиона. — Полагаю, что это чистое совпадение. Для того чтобы растворить полутора тонную статую, надо чуть больше, чем один флакон даже самой сильной кислоты. К тому же не осталось никаких следов или нерастворившихся кусков. Нет, статую уничтожили самым простым, пускай и дорогим способом — с помощью свитка с заклинанием «Аннигиляция»… — теперь уже маг воды самодовольно усмехнулся. — Фокус в том… впрочем, думаю, вы все и так знаете, в чём именно. Преступник точно понимал, как работает заклинание, и поэтому хотел сжечь завещание — вы скоро убедитесь в том, что ему это почти удалось. Удалось бы больше, не подними Матаракша ветер. Он спутал все планы: не только затушил завещание, но и откинул его в сторону, засыпав тканью.

Договорив, Фиона жестом пригласила к трибуне Чиалу, которая в свою очередь показала сначала коробку, а затем и её содержимое — обгоревшую учётную книгу.

— Завещание, дамы и господа, — объявила жрица. — Пострадали первые три страницы, но для того, кто захочет им воспользоваться, это не станет такой уж большой проблемой. Собственно, это мы сейчас и решим…

— Откуда нам знать, что ты не отсканировала завещание себе? — вмешалась Клесирра.

— Завещание всё это время находилось в моих руках, — подала голос Чиала. — Гильдия на него не претендует.

— Как и город, — поддержал её Фопс.

Сомнения собравшихся это не развеяло, но жажда наживы быстро отвлекла большинство игроков от прочих мыслей.

— И как мы будем делить эту книжку? — поинтересовался Сунрад. — Неужели поровну?

— Требую дележки по вкладу! — вмешалась Матаракша.

— Ага, конечно! — Горац был одним большим негодованием. — Давайте ещё конкурс талантов устроим! — его рука указала на Лукашу. — Вот она нам такое может показать, кхе!

— Вы все, идя в этот рейд, подписали с гильдией соглашение, — перебивая начавшийся гомон, произнесла Чиала. — В соглашении указан равный раздел добычи. Это означает, что если несколько игроков претендует на один предмет, который нельзя разделить…

Администратор прервалась, словно ожидая, что сейчас кто-то откажется. Такого, разумеется, не произошло.

— То необходимо бросить кости, — подвела итог Чиала таким холодным голосом, что смелости возразить ей ни у кого не нашлось. — Фопс, не подержите, пока я исполняю формальности?

Передав подошедшему городскому управляющему коробку, администратор продемонстрировала специальный кубок с вырезанными на нём рунами, защищающими от магии, и символами гильдии Приключенцев; три самых простых шестигранных игральных кубика, а также простенький деревянный квадрат достаточного размера, чтобы это всё накрыть — то ли подстаканник, то ли просто какая-то дощечка.

— Может, кто-то сомневается и хочет осмотреть кости или кубок? — прежде чем начать, осведомилась Чиала.

С ней спорить никто не решил, как и заявлять о её предвзятости, хотя наверняка много кто хотел. А вот желающие поспорить с Фионой нашлись.

— Ты, детка, видно забыла сказать, кто же уничтожил статую, — подала голос Лукаша, заметно нервничая. — Зачем давать ему ещё один шанс?

— Дело в том, — жестом попридержав администратора, ответила жрица, — что выяснить, кто же это сделал, не представляется возможным. Каждый из вас, вернее даже сказать «нас», мог принести с собой свитки с необходимыми заклинаниями. Дальнейшее — вопрос сноровки. Нет, ну если конечно кто-то хочет сознаться, то вперёд, — Фиона выдержала небольшую, но абсолютно бессмысленную паузу и продолжила. — Как видим, преступник молчит. Что ж, его право.

— Законный победитель может делать с завещанием что угодно, — добавила Чиала. — Захочет уничтожить — его выбор.

Больше вопросов или замечаний не было, поэтому администратор приступила. Сама процедура была предельно тривиальной: игроку вручался кубок, кости и дощечка; он совмещал; тряс сколько было душе угодно; и показывался результат, который оглашала Чиала.

В итоге, спустя пять минут, лучший результат выбросили те, кто пошёл в рейд не совсем по своей воле — Лукаша и Курокоро. Обе они выбросили шестнадцать.

Сунрад, заранее присудив себе победу, не скрываясь, улыбался, предчувствуя скорый триумф и богатство. Глядя на это, бард тихо уточнила:

— Какая моя доля?

— Твоя доля? — не удержался алхимик. — После этого косяка? Ха! Я ещё подумаю над этим. Посмотрю, как ты будешь извиняться…

— Я отказываюсь! — вдруг выкрикнула Лукаша, показывая оторопевшему Сунраду средний палец. — Вот моя доля. Доволен, козёл вонючий?!

После чего её персонаж замер, а спустя некоторое время растворился в воздухе. Лукаша, сделав прощальный подарок своему уже бывшему другу, вышла из «Хроник». Впрочем, всё внимание в этот момент было устремлено в другое место.

— Да, лучшая часть её тела — не голова, — счастливо лыбясь и только что не пританцовывая, сказал Горац и демонстративно неторопливо направился за своим призом. — Впрочем, не мне жаловаться…

— Можно я кое-что скажу? — вдруг раздался твёрдый, властный, немного грубоватый женский голос. — Давно хочу!

Несколько секунд все собравшиеся удивлённо переглядывались, не в силах понять, кто же именно говорит — настолько тон голоса отличался от прежнего, пока Фиона не указала на Щёлочь.

— Давно уже жду, — с усмешкой сообщила ей жрица.

Тоорил, сидевший ближе всего к целительнице и соображавший быстрее прочих, попытался её схватить, но потерпел неудачу:

— Иллюзия! — прошипел кочевник удивлённо.

— Мистер Жаск передаёт привет! — крикнула Щёлочь.

Одновременно с этим она, уже настоящая, появилась рядом с Фопсом, без всякого труда выхватила коробку, оторвала у себя клок волос, что сразу превратился в магический свиток и разорвала его умелым, отработанным тысячу раз движением, после чего подпалила учётную книгу. Яркое магическое пламя сделало своё дело так быстро, что от «завещания» остался лишь пепел ещё до того, как целительницу всей гурьбой повалили на пол. Лишь Матаракша стояла в стороне и не без ехидства наблюдала за всей этой сценой.

— Вот вам сокровище! ПЕПЕЛ! Ха-ха-ха! — смеялась Щёлочь в полный голос, поняв, что ей уже нечего терять.

— Дамы и господа, преступник, — объявила Фиона невозмутимо.

— Очень вовремя ты это сказала! — набросился на неё Горац, пылая гневом. — Она уничтожила завещание!

Подскочив к жрице, маг воды в гневе начал её трясти и, наверное, затряс бы до смерти, если бы не вмешался крестоносец.

— Мужик, остынь. Твоё завещание уничтожили ещё три часа назад, — оттягивая Гораца в сторону, прогудел Тукан.

— ЧТО?! — раздался хор из множества голосов, от которого вздрогнули стены.

Из всех присутствующих Фиона решила ответить на вопрос именно Щёлочи, которую к этому моменту плотно прижимал к полу, не давая пошевелиться, Тоорил. Жрица даже подошла поближе.

— Видишь ли, у тебя всё получилось. Ещё тогда, в сокровищнице. Ветер и вправду спутал твои планы, но в ином смысле: он не дал тебе ливнуть сразу, вынудив остаться и проверять, не уцелело ли завещание или его часть.

— Значит, ты впустую потратила время! — презрительно прошипела целительница.

— Почему впустую? — притворно удивилась жрица. — Гильдия поставила мне задачу — найти преступника. По-моему, я справилась: после твоего представления уже ни у кого нет никаких сомнений.

— Мне-то что с этого? Объявите в розыск? — фыркнула Щёлочь. — Удачи! Думаете, это мой основной перс? Ха! Да у меня таких десяток!

— Не сомневаюсь. И всё же твои дела не очень, — Фиона без всякого сочуствия поцокала языком. — Обрадуется ли Жаск тому, что вокруг его имени снова раскрутился скандал? Что тема с его завещанием вновь всплыла в публичном поле? Это ведь многократно усложнит получением им денег. Полагаю, тебе заплатили за тихую, незаметную операцию, а не за вот это.

— Деньги любят тишину, — многозначительно и злорадно произнесла стоявшая поодаль Матаракша.

— Вы все пожалеете об этом! — прошипела Щёлочь и вышла из игры.

— Она права, — нехотя согласился Горац, мрачный и как никогда прежде серьёзный. — Если Жаск собирается вернуться в игру… — он прервался, хотя всем и так было понятно, что имелось в виду. — У Приключенцев есть ещё вопросы к моей персоне или моим помощницам?

Чиала, переглянувшись в Фопсом, отрицательно покачала головой. Маг воды, кивнув близняшкам, неведомым образом удержавшись от оскорблений, отправился на выход. За ним, тоже ничего не говоря, последовали и остальные. Задержалась только Матаракша и то для того, чтобы не то похвалить, не то предупредить Фиону:

— Ты красиво сыграла, — чернокнижница искренне улыбнулась. — Но я на твоём месте поменяла бы ник и покинула Амбваланг. У мистера Жаска хорошая память.

— Своё завещание он предпочел не запомнить, а записать, — натянуто усмехнувшись, напомнила жрица.

Матаракша в ответ тоже усмехнулась краем рта, кивнула присутствующим и ушла. Фалайз растерянно огляделся, пытаясь переварить и как-то осмыслить всё случившееся. У него накопилось огромное количество вопросов, но стоило лишь посмотреть в сторону человека, который мог на них ответить, как Фиона категорично заявила:

— Нет. Даже не начинай. С меня на сегодня хватит.

— Н-но у меня столько вопросов! — возмутился дикий маг. — Где она прятала свитки? Почему Жаск доверил такое поручение наёмнику? Как она уничтожила статую, если стояла рядом со мной?

— Тс-с-с, — остановила его мягко жрица. — Уверена, если ты отдохнёшь, соберешься с мыслями и прокрутишь в голове эти три часа, то сам ответишь на все вопросы. И множество других тоже.

— У меня есть вопрос, на который ты не сможешь ответить, — коварно улыбаясь, вмешался Тукан. — Кто будет таскать весь наш лут из сокровищницы, учитывая, что я откажусь здесь и уже сейчас?

— Наш лут? — растерянно переспросила жрица.

— По-моему, остальные сокровища крысолюдов, ну, знаешь, те кучи ВСЕГО, больше никого не интересуют, — отметил крестоносец невозмутимо. — Ну, во всяком случае желающих я что-то не вижу.

— Двадцать четыре часа, — подала голос Чиала.

Администратор не теряла времени даром, а уже подметала пол от пепла.

— Если за это время никто не заявит права — он ваш.

— Надеюсь, вы помните, что оптовая торговля в моём городе требует лицензии, — вмешался Фопс, который уже куда-то ушёл, но всё ещё оставался на связи. — Также необходимо лицензировать торговлю конкретными видами товара, заплатить транспортный налог, налог на прибыль…

— Сколько?! — перебила его Фиона, злясь.

— Сколько чего? — невинно уточнил городской управляющий.

— Сколько вы дадите за весь тот лут, — сказав это, жрица сразу же добавила, хорошо зная, с кем имела дело. — С самовывозом.

— Тысяч… сто.

Услышав сумму, Фиона, вздохнув, развернулась и вернулась к столу.

— Что ж, — сказала она, усаживаясь поудобнее, — пускай муж меня убьет, но я выясню, сколько этот лут стоит на самом деле!

— Ладно-ладно! — испугался городской управляющий. — Двести тысяч! Это хорошая цена!

— Послезавтра, когда истекут эти двадцать четыре часа, мы ещё вернёмся к этому вопросу, — пообещала жрица.

В ответ раздалось характерное «бульк» — это Фопс спешно покинул голосовой чат, пока с него не потребовали ещё больше денег.

— Так вот как Щёлочь говорила, будто бы оставаясь рядом! — хлопнул себя по лбу Фалайз. — Голосовой чат рейда!

— Ладно, я, пожалуй, пойду, — выйдя в коридор гильдии, принялась прощаться Фиона. — Хватит с меня на сегодня «Хроник».

— Как обычно завтра после шести? — уточнил Фалайз растерянно.

— Как и всегда, — поддакнул Тукан, улыбаясь.

* * *

Завещание Жаска, а так же обложка книги — https://drive.google.com/file/d/1gFaMv1pdnTHKaqGhasUn5I_RI3wfY3Si/view?usp=share_link

Все арты — https://drive.google.com/drive/folders/1cn5XZZ-ebzXdlPbePiaFYTWa83NuVi4P?usp=share_link

Content

Вадим Смольский
(Letroz)
Загадка пропавшей статуи

Обычное приключение на два часа

Глупые вопросы

Углубляясь в паутину лжи

Завещание

Мистер Жаск

Тупик лжи

Место преступления

Приближаясь к правде

Незначительные детали

Разгадка