Вадим Смольский

(Letroz)

Стив и Форли: Повелитель Желаний

Посвящение:

Огромное спасибо всем, кто помогал писать первую часть!)

Последствия

Стив боязливо смотрел вверх. Серое осеннее небо было плотно укрыто тучами и выглядело откровенно скучным. То и дело то начинался, то заканчивался противный, холодный, мелкий дождь, который словно понимал, что такую погоду одинаково ненавидят абсолютно все, и жутко этого стеснялся, но ничего со своей дождливой сущностью поделать не мог.

Вокруг, насколько позволяли глаза, виднелись поля. Точнее то, что от них осталось после долгих лет запустения и пары месяцев присутствия тут братьев Гофт.

Сзади что-то негромко хлопнуло — это Форли закончил возиться с артефактом. Небеса, точнее, тучи вздрогнули. Послышался нарастающий свист, исходивший от небольших точек, падающих с неба. По мере их приближения к поверхности свист перешёл в рёв, а сами они значительно выросли в размере, превращаясь в нечто чёрное и продолговатое. Больше ждать было нельзя.

— Бежим! — крикнул Стив брату, но Форли, как это обычно с ним бывает, замешкался.

Не дожидаясь реакции мага, Стив схватил его за шкирку и потащил к небольшому бетонному сооружению, врытому в холм неподалёку. Впихнув брата внутрь, он драматично навалился на массивную дверь, хотя никакой нужды в этом не было — дверь была магической и закрывалась сама.

Земля снаружи заходила ходуном, но бункеру ничего не угрожало. Можно было выдохнуть и подумать над случившимся. Специально для этого здесь располагалась пара кресел, а специальный кристалл показывал всё происходящее снаружи.

* * *

Стив и Форли Гофты занимались продажей артефактов. Чаще всего старых и сломанных. Иными словами, подержанных. Каждый из артефактов нужно было проверить и, желательно, не один раз. Потом найти ему применение, а главное убедить покупателя, что эта дрянь ему нужна и он жить без неё не может.

Разумеется, все эти проверки, испытания и прочие тесты были опасными и периодически весьма разрушительными. После того, как братья превратили городскую гавань вместе со всем флотом, стоящим в ней, в серебро, им мягко намекнули, что стоит перенести испытательный полигон куда-то подальше. «Мягко» в данном случае означало, что их не повесили на месте, а ограничились множеством ругательств.

Потом была целая эпопея с ежевичным демоном по имени София[1], которая закончилась сражением с целой армией. Желая остановить могущественного демона Балаэля, Стив и Форли оказались в его мире и «чуть-чуть» переборщили — вместе с ним они уничтожили всю планету.

Их мать, а по совместительству ещё и могущественный архимаг Всемагической академии Фелисия Гофт, после этого порекомендовала сидеть тише воды, ниже травы и, как говорится, не отсвечивать.

Благо, было чем заняться — вместе с вторжением демонов в Речноземье (так скучно и банально назывался мир, где они жили) случился целый артефактный бум. Из-за буйства магии пробудилось такое множество различных магических предметов, что Стиву и Форли приходилось работать круглосуточно.

* * *

— Ну, как думаешь, найдём мы того, кто купит ЭТО? — кивая на творившееся снаружи, спросил Стив.

— Кому вообще может понадобиться скатерть-самобранка, увеличивающая предметы в несколько тысяч раз, позже бросающая их в тебя? — спросил Форли.

Да, творившееся снаружи безобразие было ничем иным, как падающими с неба продуктами. В данном случае — семечками. Горе-артефакт лежал здесь же, ничем внешне не выдавая своей опасной сути.

— Это хорошо я придумал, что попросил семечки. Представь, что было бы, если бы я заказал… Ну, не знаю, например, картошку или рыбу! — самодовольно сказал Стив.

Форли его энтузиазма не разделял, даже не смотря на такую мелочь, творившееся снаружи их убежища больше всего напоминало продуктовый конец света. Хорошо хоть для своего «полигона» они выбрали отдалённое и давным-давно заброшенное поле.

— Может, какому-нибудь очередному темнейшему властелину это предложить? — спросил он.

— Так себе идея. На нас же потом и посыпятся эти продукты. Да и много ты таких знаешь? Мама, пока была здесь, последнего загнала так глубоко в болота, что несчастный утонул.

— Это тот скелет с короной из фольги? — уточнил Стив. — Никогда бы не подумал, что он вообще может захлебнуться.

Речноземье слыло спокойным и тихим местом, где мало что происходило. Менялись местные корольки, иногда залётные драконы наводили шуму, да и всё. Такой покой был вполне заслужен — в прошлом этот мир вдоволь настрадался от демонов.

— Тогда в пустыню, пускай зальют там всё водой, — не унимался Стив. — Или сиропом. Только представь: сахарные дюны, присыпанные сухофруктами, оазисы с мороженным и шоколадной крошкой…

— Климатическое оружие, не иначе, — с улыбкой сказал Форли, но идея брата ему понравилась.

«Бомбардировка» продолжалась почти час. За это время окружающие поля превратились в нечто сюрреалистичное: огромные, чёрные, матовые скалы с отчётливым запахом подсолнечного масла. Оставалось только надеяться, что все семечки были жареными и не прорастут. Иначе эти подсолнухи всё Речноземье запомнит надолго.

Осмотрев разрушения, братья телепортировались в лавку. В отличие от полигона, здесь, на удивление, несмотря на близость моря, погода была замечательной. Золотая осень, многократно воспетая везде, где только можно. Их небольшой двухэтажный домик с кривоватой крышей, которую у Стива всё никак не доходили руки подлатать, купался в лучах утренней зари и вообще производил умиротворяющее впечатление дома, в который всегда приятно вернуться.

Город, окружавший его, назывался Маркой и был столицей одноимённого государства. Не то монархия, не то торговая республика, оно так и зависло в позднем средневековье, не желая определяться, чем же по сути является.

Стив и Форли были не отсюда, они родились и выросли в далёком и очень примечательном месте под названием «Перекрёсток». Это слово очень хорошо характеризовало суть этого места, где сошлись и смешались в удивительный коктейль множество эпох, культур и народов.

— Ну что, подкидываем монетку или ты сразу сдашься и сам встанешь за прилавок? — поинтересовался Стив, слывший любимчиком у госпожи Удачи.

— Предлагаю сегодня в качестве исключения посоревноваться в чём-нибудь ином, например, в магии, — хитро улыбаясь, предложил Форли.

Стив, не бывший в отличие от него магом, громко фыркнул.

— Ну, в таком случае ты победил, касса и место за ней твои. Поздравляю!

— Ладно, давай по полдня, — согласился на компромисс Форли. — Чур, моя первая половина!

Стив согласно кивнул, несмотря на то, что во второй половине дня покупателей было в несколько раз больше, и потопал к себе.

Его комната, по совместительству и кабинет, располагалась на втором этаже. Придержав ногой убегающий коврик (обрывок ковра-самолёта) на входе, Стив уселся за свой стол и задумался. По идее, нужно было сидеть и заполнять различные бумажки, в обилии требовавшиеся городским властям по любому поводу. Разумеется, заниматься этим он не хотел категорически.

— Что, подруга, как думаешь, могу я позволить себе немного побездельничать? — обратился Стив к небольшому портрету в рамке.

Он изображал темноволосую девушку с решительным и немного едким взглядом и красивыми чертами лица. Мало кто бы мог угадать, что это суккуб, а в прошлом ещё один из сильнейших демонов, Солифилесет, она же София собственной персоной.

То был подарок Форли ему на день рождения. Юный маг умел неплохо рисовать, а для брата так и вовсе сотворил целый шедевр. Правда, почему-то оживать портрет, в отличие от других, нарисованных магом, отказался. Особа, изображённая на нём и после смерти, отличалась вредностью.

— Да-да, сам знаю. Работа не волк — загрызёт и добавки попросит, — вздохнул Стив, взяв перо в руки.

Только он это сделал, как снизу раздался голос Форли:

— Стив, спустись, пожалуйста!

— И вот так всегда, — пожав плечами, мол, ну что поделать, со вздохом сказал Стивен и пошёл вниз. Портрет проводил его всё тем же едким взглядом.

* * *

Внизу их с братом ждал Сарруг. Библиотекарь в самой большой библиотеке во всей Вселенной, правая рука могущественнейшей из магов, по совместительству её же муж и их с Форли отец. Низкого роста, слегка полноватый, в побитой временем красной мантии, он на первый взгляд не производил абсолютно никакого впечатления. Тем не менее, за этой невзрачностью скрывается острый ум, недюжинный талант к магии и уникальная начитанность.

— О, привет! — радостно поздоровался Стив.

В отличие от отношений с матерью, которые с большущей натяжкой можно было назвать «прохладными», с Сарругом у него было полное взаимопонимание.

Правда, несмотря на обычно мягкий и спокойный нрав, сейчас библиотекарь выглядел разгневанным и даже злым. В руках он сжимал какой-то помятый листок.

— У вас почтовый ящик есть? — достаточно прохладно осведомился Сарруг.

Стив и Форли виновато переглянулись.

— Ну есть…

— Только мы им не пользуемся, — закончил за брата Форли. — В последнее время туда приходит только одна политическая агитация. Поэтому всё, что туда попадает, отправляется сразу в вулкан. Кому надо — вручит лично.

В Марке в последние несколько недель назревало что-то вроде революции. Братьям, полностью ушедшим в работу, было до этого мало дела. Стиву главное было, чтобы по вечерам работали трактиры, где можно поиграть в карты, а Форли вообще не так уж и часто показывался в городе, и то только за тем, чтобы сходить в местную библиотеку.

— Часом, не такая? — спросил Сарруг, протягивая листок, что держал в руке.

Это оказался плакат не лучшего качества, изображающий немолодого мужчину в военном френче вроде бы синего цвета, который громогласно заявлял:

«Свобода! Равенство! Братство!

Скажи „нет“ коронованному тирану и толстосумам, захватившим власть! Вступай в революционный фронт Фарсира! Вместе мы изменим мир!»

Человек, изображённый на плакате, показался Стиву смутно знакомым. Кажется, он его уже видел.

— Ты так думаешь? — с иронией спросил Сарруг, услышав это. — Я подскажу — именно он руководил битвой с демонами. А в Перекрестке он знаменит тем, что является непримиримым соперником вашей матери. Помимо этого, он ещё и возглавляет целую комиссию, расследующую случаи разрушения миров.

Библиотекарь свернул листок в трубочку и хорошенько ударил Стива по голове. Затем достал из мантии другой свиток и уже им добавил по голове второго сына.

— Беззаботные лентяи! — гневно сказал он. — Как вы его не заметили у себя под носом?

— Но… — попытался оправдаться Форли.

— Думаешь, это всё? Послушайте, — Сарруг щёлкнул пальцами и подкинул свиток в воздух.

Перед ними возник фантом, точь-в-точь выглядящий, как человек с плаката.

— Стивен Гофт и Форли Гофт, — преисполненный официоза, начал призрак. — В связи с обвинением в разрушении планеты вам надлежит в трехнедельный срок прибыть в Перекресток на заседание суда. В случае неявки за вами будет выслан отряд, и вы пребудете на заседание в кандалах. Председатель КРСУМ, Джониек ван Фарсир.

— Что такое «КРСУМ»? — уточнил Стив, когда фантом исчез.

— Комиссия, расследующая случаи уничтожения миров, — объяснил библиотекарь. — Заседание через пару часов. Если бы я чуть-чуть опоздал…

— Откуда ты вообще узнал и почему так поздно?

— Джониек мне сам рассказал. Где-то между очередными насмешками, ехидством и прочей желчью, — холодно ответил Сарруг. — Не улыбайся, это означает, что он настолько уверен в своих силах, что будете ли вы в кандалах или нет, ему уже не важно. Отправляемся.

В туже секунду Стив ощутил, как его тело распадается на множество мелких частичек. Ощущение было не из приятных: у тебя словно невыносимо чешется всё тело сразу, целиком, а почесать его нечем.

Рядом он, не столько видел, сколько чувствовал своего брата и отца, пребывавших в похожем состоянии. Их троих подхватил магический вихрь и понёс сквозь пространство и время. Вокруг пульсировали всеми цветами радуги потоки магии, словно кровеносная система, пронизывавшие всё мироздание. По одному из таких потоков, словно по реке, они неслись в центр системы — место, где пересеклись множество путей, эпох, культур и цивилизаций — в Перекресток.

Когда полет закончился, Стив согнувшись пополам закашлялся от нехватки воздуха. Форли выглядел чуть лучше, хотя тоже побледнел. Всё же бесконечный город и Речноземье располагались слишком далеко друг от друга, и подобные «путешествия», даже с помощью одного из самых опытных магов, были сопряжены с огромной опасностью. Малейшая ошибка, любая неточность могла закончится катастрофой.

Семейство Гофтов оказалось в каком-то коридоре, от которого просто воняло основным экспортным продуктом Перекрёстка — бюрократией, и недавно покрашенным полом. Сарруг как ни в чём не бывало стоял рядом, скрестив руки, дожидаясь пока его сыновья оклемаются.

— Что вообще происходит? — спросил Форли. — Я, конечно, понимаю, в чём нас обвиняют, но все же.

Сарруг, не отвечая, подвёл их к массивным деревянным дверям. Надпись гласила, что это зал номер восемь.

— Существует комиссия, расследующая факты уничтожения миров. Это давняя проблема. За последние два года было три крайне, кхм, вопиющих случая. Во-первых, колония Новая Надежда, невесть куда пропавшая. Во-вторых, Средноземье, случайно уничтоженное вашей матерью и, наконец, мир демонов.

— Это такая проблема? — удивился Стив. — Ну в смысле… этих же миров бесконечное множество, разве нет?

— Если у тебя возникнет хотя бы желание повторить эту глупость внутри — считай что мою часть наследства ты пожертвовал сиротам, — кивая на дверь, сказал как отрезал Сарруг.

Отец замолчал, когда к ним в сопровождении пары клерков подошёл мужчина в синем френче. Волосы Джониека как обычно непокорно топорщились кверху, хотя их хозяин прилагал немало усилий, чтобы держать их зачесанными назад. На морщинистом лице застыло выражение ехидного удивления.

— О, так нам не придётся отправлять солдат на вашу поимку! — воскликнул он, делая небольшой поклон. — Очень рад. Тогда скоро начнём. Думаю, пары минут вам хватит, чтобы обсудить вашу бессмысленную стратегию защиты.

Кивнув Сарругу, Джониек зашёл внутрь.

— Вот и ваша главная проблема, — провожая его взглядом, сказал отец. — В случае Новой Надежды мы даже не знаем, что произошло. Средноземье — знаем, но обвинить некого. А вот про вас он разузнал всё, что смог.

— Ты уверен?

— Скорее всего, это так. Вы дали ему большую фору. Не сомневайтесь — он ею воспользовался. Готовьтесь, что он будет знать, что произошло, лучше, чем вы сами.

— Есть какие-нибудь лазейки? — понимая, к чему все идёт, спросил Стив.

— Целых три: вы можете потребовать провести дополнительное расследование, если сумеете указать факт, который он не может подтвердить. Во-вторых, хоть вы и обвиняетесь вдвоём, всегда есть возможность признаться, что виноват только один. Ну и наконец, то, зачем Фелисия вообще ходит на все эти комиссии, — право поединка, — Сарруг скривился. — О последнем даже не думайте. Хотя, теоретически, вы можете в таком случае назвать своим защитником маму. Вряд ли Джониек пойдёт против неё. Ладно, вперед.

Но вместо того, чтобы просто войти, он остановился, глубоко вздохнул и тихо признался:

— Чувствую себя, как в театре: всё уже прописано в сценарии, финал давно известен, но номер отработать нужно.

— Может не всё так плохо? — постарался приободрить его Форли.

Вместо ответа Сарруг молча пропустил его с братом вовнутрь.

Помещение суда было совсем небольшим — едва ли здесь поместилось хотя бы человек двадцать. Большую часть занимал массивный судейский стол из красного дерева, за которым восседал Джониек с клерком. За ним возвышалась огромная фигура, целиком замотанная в плащ. Кто это и почему он здесь, было непонятно.

Для обвиняемых была отведена скамья в первом ряду. Помимо этого, на заседание пришла пара незнакомых магов: Сарруг, в сопровождении дряхлого старика и тройки каких-то мутных личностей бюрократической наружности.

Убедившись, что все заняли свои места, Джониек, занявший место с табличкой «председатель», начал заседание. Не успел он сказать и пару слов, двери распахнулись, и вошла Фелисия. Настроена архимаг была самым воинственным образом, в руках она сжимала свой посох с навершием в виде совы, на поясе висел небольшой меч. Не извиняясь, она молча заняла свободное место. Джониек смерил её недовольным взглядом, прокашлялся и принялся зачитывать обвинение.

Он действительно отлично подготовился: достаточно точно зная всё, вплоть до отдельных фраз и жестов. По мере чтения обвинений и подробностей, братья мрачнели все сильнее и сильнее. Стив вспомнил совет отца и, когда председатель дошёл до того момента, когда они втроём оказались по ту сторону портала, он поднял руку.

— Да? — сухо спросил Джониек.

— Я требую проведения дополнительного расследования всего, что произошло в демоническом мире. Насколько мне известно, мы единственные, кто там был. Соответственно, вы в своих обвинениях можете опираться только на догадки.

— Ваше требование отклонено, — бросив взгляд на Сарруга, ответил председатель с мерзкой ухмылкой и, обернувшись, сказал. — Везави, будьте добры, внесите, кхм, свидетеля.

Фигура в плаще ожила, выйдя вперёд и поставив на край стола большую стеклянную банку так, чтобы все видели. Внутри сидело небольшое рогато-волосатое существо с длинным носом — имп.

— Этот низший демон был призван мною незадолго после закрытия портала в Речноземье. Связанный договором, он не может врать и поэтому является идеальным свидетелем, — Джониек повернулся к банке. — Демон, ты был там? Видел братьев Гофт и все события?

— Именно так, хозяин, — радостно кивая, сообщил имп. — Они уничтожили наш мир и всех, кто не успел оттуда сбежать.

— Благодарю. Везави, уберите эту мерзость с моих глаз.

Помощник спрятал банку за пазуху и отошёл обратно.

— Итак, продолжим, — поправляя об стол стопку бумаг, провозгласил Джониек.

Выяснение всех остальных подробностей заняло ещё минут двадцать. Стив лихорадочно соображал: к чему всё шло, было очевидно. Закончив чтение, председатель замолчал, показывая, что готов выслушать возражения и уточнения, прежде чем выносить вердикт.

— Я хочу внести одно уточнение, — поднимаясь, сказал Стив, обменявшись взглядом с братом. — Всё произошедшее исключительно моя вина — именно я нашёл артефакт-пересмешник и придумал, как его использовать.

— Да? — немного удивлённо спросил Джониек. — А показания свидетеля и все факты, говорят об обратном. Сядьте и не отнимайте у меня времени!

— Нет. Я требую суда поединком, думаю, защитник у меня найдётся…

Договорить он не успел. К удивлению всех присутствовавших председатель прервал его резким жестом руки и постановил:

— Что ж, в таком случае, вам не потребуется защитник. Я, как обвинитель, имею право лично принять вызов. Дуэль состоится через три дня. Заседание окончено.

Демонстративно стукнув деревянным молотком, Джониек, в сопровождении своего помощника, вышел. Вид у него был как у шахматиста, заманившего противника в хитроумную ловушку. Уходя, он на секунду остановился возле Фелисии и легко, практически незаметно поклонился, чем привёл архимага в ещё большее бешенство.

Когда за Джониеком и Везави захлопнулась дверь, на Стива устремились хмурые взгляды его ближайших родственников.

— Всегда любил здешнюю судебную систему — ты или виновен, или будешь виновен, но посмертно, — неуклюже пошутил Стивен, стараясь разрядить обстановку.

Судя по лицам, остальным шутка не сильно понравилось.

* * *

— ИДИОТ! Кретин! — ассортимент ругательств матери начал повторяться, что не удивительно, так как крик стоял уже почти час. — Ты вообще понимаешь, что он собирается тебя убить?

Фелисия была в гневе. Вокруг неё тряслись стены и мебель, даже воздух дрожал, словно от жары. Хотя по сравнению с тем, что было изначально, это, можно сказать, дождик после шторма. Разрушениями от первоначальной вспышки гнева сейчас занимался Сарруг с бригадой магов.

— И что же ты собираешься делать? У тебя даже оружия нормального нет!

Мать плюхнулась в кресло за своим рабочим столом. Бумаги, уцелевшие до этого, полетели во все стороны. Их тихонько, как мышь, принялся поднимать Форли.

— Тебе-то какое дело? — мрачно, с вызовом спросил Стивен.

Фелисия аж икнула от очередной вспышки гнева. Где-то за окном что-то взорвалось.

— МНЕ? Ты мой сын, идиот! ИДИОТ!

— Это не помешало тебе меня…

Ещё один взрыв снаружи, на этот раз гораздо ближе, подсказал Стиву что лучше бы ему заткнуться.

— Это вызов! — с нескрываемым гневом, стараясь успокоится, начала объяснять архимаг. — Ты мой сын, предлагаешь мне смотреть как тебя зарубят? Или вмешаться, показав тем самым, что я выше закона? Джониек бросил мне перчатку в лицо! Опять!

— Он хороший боец? — поинтересовался Стив.

Странно, но этот вопрос поверг Фелисию в задумчивость.

— Не знаю, — буркнула она. — Ни разу не видела, чтобы он сражался лично. Даже при оружии не видела.

— Может, тогда не всё так плохо?

— Правда надеешься, что он с такой ловкостью все это повернул, чтобы дать себя зарубить? Вроде при рождении врач сказал, что с тобой всё в порядке, но похоже некоторые пороки развития он пропустил! — ещё одна вспышка гнева. — Ты подписал себе смертный приговор!

Она положила голову на стол и некоторое время тяжело дышала, а затем сказала:

— Идите отдыхайте — слуги должны были привести ваши комнаты в порядок. Завтра утром, горе-дуэлянт, начнём делать так, чтобы на твоей могиле хотя бы написали: «Умер, сражаясь достойно». Желательно с буквой «Д» и правильным порядком последующих букв.

Дуэль

Впервые за пять лет Стив был дома, но никаких положительных эмоций по этому поводу не испытывал. Здесь он был лишним. Всё это место было пропитано магией насквозь и словно отвергало его.

Хотя, внешне особняк родителей был самым обычным, разве что архитектурный стиль был слегка хаотичным, как и у всех зданий в Перекрёстке. Только излишне высокая ограда, скрывающая за собой не только дом, но ещё и довольно обширный сад, могла намекнуть человеку незнающему, что за ней живёт кто-то важный. Впрочем, в Перекрёстке архимага Фелисию Гофт знали все.

Полупрозрачная прислуга привычно кланялась, завидев его, но Стив не обращал на них никакого внимания. Он ещё в детстве уяснил, что они не более, чем магические куклы, со строго заданным шаблоном поведения и без какой-либо индивидуальности.

Его маленькая комната состоявшая по большей части из кровати, стола и окна над ним, за прошедшее время ничуть не изменилась: только чувство того, что это его дом, окончательно выветрилось, да плакаты на стене выцвели. Не без укола в сердце он увидел под одним из них изображавшим фокусника Джима ди Гриза, маленькую надпись: «С+Л = любовь навеки». Усмехнувшись, Стивен, за годы юности отработанным движением, плюхнулся на кровать и, упёршись взглядом в потолок, задумался.

Сколько времени прошло с тех пор, как он последний раз здесь отдыхал? — казалось, целая вечность прошла с тех пор, когда Стив собирал плакаты мошенников и писал на них глупые надписи. Поворот колеса судьбы и вот он снова здесь: лежит на ставшей ему чужой кровати, смотрит на свои вещи, брошенные им здесь пять лет назад, размышляя над тем, что его скоро зарубят.

От мрачных мыслей Стива отвлёк стук в окно. Первой мыслью было, что Форли решил вспомнить детство, когда их запирали в своих комнатах, а они по фасаду лазали к друг другу. Однако снаружи был не брат, а только небольшой прямоугольный объект, в котором не без труда можно было опознать колоду карт.

Когда Стив открыл окно, она, плюнув в него одной, улетела, по своим карточным делам.

Пиковая девятка, а на обратной стороне лицо, половина которого демонически хохотала, а другая спряталась под маской серьёзности.

— Быстро это они пронюхали, — сказал вслух Стив, разглядывая карту внимательнее. — А идти-то куда? Конспиролог хладнокровный!

Изображение девятки поплыло и сложилось в надпись: «В девять, бар „У Алунет“, Невидимый переулок 22». Посмотрев на часы, Стив ещё минут десять потоптался по комнате и отправился в путь.

* * *

Ночи в Перекрестке были особенными. В немногочисленные ясные дни на небе зажигались триллионы огней. Казалось, нет такой звезды, которой бы не было видно отсюда. И тем не менее, ещё ни один астроном не сумел опознать хотя бы одну знакомую. Перекресток бережно хранил свои секреты, главным из которых было его местоположение.

Стив вспомнил, как ему впервые объяснял строение города отец:

— Представь себе половину луковицы, пронзенную иголкой точно по центру, — говорил он. — Игла — это колонна Творцов: загадочное сооружение тех, кто создал Перекресток. Вокруг неё верхний город, разделенный надвое, с одной стороны наш — магический, а на противоположной закрытый ото всех сектор будущего. Следующий слой — средний ярус, там живёт основная масса жителей, просто огромный многорасовый город. Дальше, трущобы, место, куда естественным образом попадают все, кто не подходит для жизни в цивилизации. В трущобах идёт вечная война всех против всех.

— А почему мы просто не наведём там порядок? — спросил тогда Стив.

— Потому что трущобы необъятны, — усмехнувшись, ответил Сарруг. — По самым скромным прикидкам, там живёт в тысячу раз больше существ, чем в среднем и верхнем секторе вместе взятом. А территории трущоб простираются на сотни тысяч километров вокруг. Лишь бесконечная война и хаос удерживают тамошних от удара по нам. Хотя регулярно там находятся те, кто осмеливаются бросить нам вызов.

— А что находится за трущобами?

— Дикие земли. Перекресток бесконечен, по крайней мере, как нам кажется. Ещё никто и никогда не сумел найти его границы. Я слышал, что пара смельчаков из сектора будущего несколько лет двигалась в одном направлении на самом скоростном транспорте, но всё равно никакой «границы» найти не смогла.

* * *

Улицы бесконечного города встретили Стивена своей неизменной суматохой. Горделивые эльфы мерно ступающие по мостовой, мрачные и всегда пьяные дворфы, распихивающие всех на своё пути орки, торопливые и вечно куда-то опаздывающие люди, тифлинги жмущиеся по подворотням, и ещё сотни, если не тысячи различных существ смешавшихся в безумную кашу из лиц или морд.

К бару Стив, не рассчитав время, подошёл на минут двадцать раньше оговоренного. Его встретило аккуратное заведение, судя по стилю и наличию какой-никакой электроники, построенное выходцами из сектора будущего. Хотя он и происходил совершенно из другого времени, чужим Стив здесь себя не чувствовал. Подобные места существуют во все времена, меняется разве что антураж и названия напитков.

Внутри было пусто — ни посетителей, ни персонала. Удивлённо хмыкнув Стив сел перед барной стойкой.

— Что будешь пить, красавчик? — неожиданно раздался голос за его спиной.

Там стояла женщина из тех, кто никогда не стареет. Ей с равным успехом могло быть как тридцать, так и шестьдесят лет. Судя по всему, истина находилась где-то посередине. Хозяйка была облачена в слишком открытый розовый халат с высоким воротом, надёжно скрывавшим горло. Тёмные пышные волосы с элегантной седой прядью резко контрастировали с фиолетовыми тенями и такого же цвета глазами. Заканчивали картину золотые серьги, витиевато опускавшиеся до самых плеч. Подобная конструкция должна была прилично весить, но, кажется, женщина не испытывала по этому поводу ни малейших неудобств.

— Алунет Колли, — представилась она, заходя за барную стойку. — У такого красавчика, как ты, определённо должно быть соответствующее имя. Дайка угадаю, Ричард, не так ли?

— Стивен, можно просто Стив, — с улыбкой поправил её «не Ричард».

Алунет сделала неясный жест рукой.

— Как скажешь, красавчик. Так что пить будешь? — она залихватски подмигнула. — Сахарный прилив, взрыв на Луне, пианистка, хе-хе, проникновение? Есть и по банальнее: пиво, коньяк, лазарева настойка.

— Ничего, — покачал головой Стив. — Не пью, просто жду друга.

Женщина фыркнула, налила себе бокал вина и демонстративно опустошила.

— Странный поступок: идти в бар и не выпить, — заметила Алунет. — Стоит оно того? Держать всё в себе, превращая душу в канализацию для боли и злобы?

— Не знаю. По мне так это лучше, чем заниматься саморазрушением.

Алунет, кажется, пропустила остроту мимо ушей. Лишь глаза на секунду засветились искусственным розовым светом.

— Имплантаты, — объяснила она. — Как и большая часть моего тела.

Словно пелена спала с глаз Стива. Он заметил, что у Алунет кожа неестественно белая, отсутствуют прожилки, нет ни морщинок, ни родинок. Идеальные волосы, ногти, нос, уши. Либо редкая аномалия, либо, что куда вероятнее — всё это было искусственным.

Стиву вдруг стало не по себе от мысли, что пришлось ей пережить.

— Меня всего-то сожгли заживо, — внимательно наблюдая за его реакцией, медленно, едва-ли не по слогам, произнесла женщина.

— Сочувствую, — кое-как выдавил из себя Стивен.

Холодно зыркнув на него своими фиолетовыми глазами, Алунет пожала плечами:

— Жалость оставь при себе. Меня вполне устраивает мой путь саморазрушения — это, по крайней мере, весело.

В её словах не было злобы или обиды. Просто она таким образом показала характер. Алунет кивнула на дверь:

— Твой друг уже почти здесь. Сядьте куда-нибудь в угол, а то распугаете мне всех клиентов. Они не привыкли к… таким реликтам.

Стив последовал её совету и уселся в самый дальний угол. В бар тем временем зашёл большой, под два метра ростом, синекожий ящер. Одета рептилия была вызывающе: вся одежда в жёлто-красных тонах, с множеством металлических заклепок, ремней и различным символов. Над верхней губой болтались два тонких серых уса — признак солидного возраста и статуса. Стивен тайну этих усов знал: у рептилий, не важно сколь разумных, волосы не росли, поэтому он не смог сдержать улыбку глядя на них.

— Ты как обычно весьма неоригинален, — вместо приветствия сказал ему Стив. — Ты бы ещё горящую стрелу с письмом запустил.

— Я хотел по старой памяти снова похитить тебя, Стиви, но решил, что карты изящнее, — сказал ящер садясь на слишком маленький для него стул и демонстрируя знакомую колоду карт. — Выглядишь ужасно, кстати. Когда ты нас покинул, ты был в прекрасной форме, а сейчас небось даже в свою кольчугу не влезешь. Разбирайся бы я в людях чуть похуже, принял бы тебя за беременную самку.

Говорил он с явной хрипотой, как бывалый курильщик.

— Как рука, Лаоншар? — с ехидной улыбкой поинтересовался Стив.

— Представь себе, Стиви, отросла, как хвост у ящерицы, хе-кхе-хе, — ящер зашёлся в смехе. — И как я мог проиграть такому жалкому человечишке, как ты?

— Я просто очень хотел домой, а ты определённо поддавался.

Лаоншар был предводителем Сикарских рейдеров. Это были обычные наёмники из тех, кто может спасать мир и одновременно угонять в рабство людей — лишь бы платили деньги. Когда-то они угнали Стива в рабство и даже собирались продать, но он сумел доказать свою пользу, стал одним из них и заслужил свободу.

— Ладно, что было, то было, — поглаживая ус, сказал ящер. — Слышал, что ты решил стать дуэлянтом и бросил вызов Джониеку.

— Видел, как ты на него работал, — парировал Стив.

— Ты же знаешь, наше главное правило — кто платит, тому и служим, — пожал плечами Лаоншар. — Но с ним мы больше не работаем.

— Задерживает премиальные?

— Нет, платит столько, сколько другие никогда не предложат. Не в этом дело, Стиви, — ящер помрачнел. — Я стар, очень стар. Уже должен сидеть в своём болоте и давать наставления только вылупившимся, а я тут с мечом бегаю. Что-то не так с этим Джониеком, нутром чую. Лучше по старинке охраной поработаем или рабов погоняем — мёртвым деньги ни к чему.

— Думаю, остальные банды наёмников не разделили твою точку зрения.

— Мои рейдеры со мной согласились. Пошипели по углам, попыхтели, но ушли со мной, а остальные — пускай хоть сапоги ему вылизывают, мне плевать. Впрочем, я здесь не для того, чтобы делиться с тобой перспективами. Ты наше предприятие покинул, — Лаоншар достал трубку и раскурил её. — У тебя есть хитрый план, как убить этого поганца?

— Пока нет, — признался Стив.

— Мда, хреновая история, — ящер достал из кармана перстень и положил его на стол. — Кольцо мастерства, наденешь на рабочую руку. Божественным фехтовальщиком оно тебя не сделает, слишком дурная основа, но от глупых ошибок подстрахует.

— Может, ты и с мечом каким-нибудь подсобишь? Мой один демон расплавил.

— Чего нет, Стиви, того нет. Колечко я тебе тоже не за просто так даю.

— Хочешь превратить этот чудесный акт альтруизма в банальный обмен? — с усмешкой поинтересовался Стив.

Его прервала пара посетителей: человек, удивлённо озиравшийся по сторонам, судя по удивлению застывшем на лице, в Перекрёстке он был недавно, и нечто вроде металлического голема, с широкой надписью: «ПР7704» на груди. Некоторое время они смотрели на Лаоншара, пока перед ними не вклинилась Алунет и натянуто хохоча, отвела гостей в противоположный угол.

— Ненавижу будушников, смотрят на меня, словно я животное какое-то, — прошипел ящер. — А за колечко, скажем так — будешь должен. Жизнь, Стиви, сложная штука, никогда не знаешь, когда тебе пригодится пара лишних знакомых.

Ящер подмигнул и, дымя трубкой, побрёл на выход. Стив чуть выждал и тоже пошёл домой.

— Заходи ещё, красавчик, поболтаем! — донёсся до него весёлый голос Алунет.

Стив обернулся, посмотрел на хозяйку и подумал, что, возможно, это не такая уж и плохая идея.

* * *

Дома его сразу же остановил один из слуг и сказал, что его ждёт мама. Собравшись с остатками сил, Стив пошёл в кабинет архимамы.

На самом деле, сколько раз он здесь ни бывал, столько раз ему приходило в голову, что «кабинетом» это помещение можно назвать очень условно. Работала архимаг прямо в академии, здесь же скорее был музей. Опять же, весьма условно. Фелисия, при всех своих недостатках, гордыней не страдала, не требуя от окружающих по отношению к себе больше чем она заслуживала (тут-то и крылась загвоздка: ведь заслужила она столько, что большинство при встрече с архимагом должны были падать на месте и исходиться в судорогах восхищения). Поэтому кабинет Фелисии был музеем, скорее, для неё самой. Местом для ностальгии по хорошим денькам, которые приятно вспомнить и совсем не хочется повторить.

Особое место среди прочего занимала большая картина на всю стену. Огромное полотно изображало группу товарищей. В центре, впереди всех, разумеется, стояла сама ахримаг. Молодая, с другой причёской, без пары шрамов, но не менее самоуверенная, чем её постаревший вариант. Рядом можно было найти и Сарруга, как это ни странно, тоже молодого. Остальных Стив знал очень приблизительно — в лучшем случае имена или то, что они погибли. Все они, за исключением отца, остались где-то в её прошлой жизни.

Фелисия сидела за столом и грызла яблоко.

— Нафконец-фто! — одним движением разобравшись с фруктом, сказала она. — Смотрю, рейдеры тебя не забыли?

Стив проигнорировал это замечание.

— Я очень устал, что случилось? — скрестив на груди руки, поинтересовался он.

— Да вот, меч тебе нашла, — архимаг щелкнула пальцами, и на столе появился расписной футляр.

Внутри лежал короткий одноручный меч. То и дело по нему словно проходили волны.

— Ну, ты у нас вроде мастер по артефактам, покажи, на что способен, — тоном, не терпящим возражений, сказала Фелисия.

Стив открыл футляр и осторожно взял меч. Точнее, тот сам скользнул в руку, словно давно этого ждал. Рябь прекратилась. Он взвесил клинок и пару раз махнул. Странно, но меч был выкован словно под него.

— Ну? — теряя терпение, поинтересовалась мама.

— Меч подстраивается под владельца, вес, баланс и всё такое, — неуверенно ответил Стив.

— Правильно, — сказала Фелисия и сразу добавила. — И абсолютно не верно. Этот клинок выкован из чистой магии, он действительно подстраивается под тебя — будь уверен, уже завтра он будет выглядеть иначе, примерно, как меч, к которому ты привык. К тому же, он весьма неплох против всякой магической нечисти.

— И с чего такая щедрость? — возвращая меч в футляр, спросил Стив.

— Да вот, хочу сохранить чётное число сыновей. Такой лёгкий математический бзик, — ехидно сказала архимаг. — А ещё этот клинок мне когда-то подарил очень интересный… персонаж. Он мне здорово помог и, кажется, так был рад нашему разговору, что отдал бы вообще всё. Но у старика Неверуга был только клинок. Мне он ни к чему…

Стив, не слушая, ошеломлённо посмотрел на меч. Вот так встреча! Этот клинок он уже видел в воспоминаниях Софии, но выглядел тогда он совсем иначе.

— Кстати, я нашла тебе тренера, при жизни он был весьма хорош, — сообщила Фелисия. — Первое занятие завтра утром, поэтому советую отправиться отдыхать.

— При жизни? — уточнил он.

— Да, люди, знаешь ли, смертны. Особенно, если их обезглавить. Уверена, если ты попросишь, он сам тебе расскажет эту замечательную историю. Кажется, это как-то связано с его не в меру талантливым учеником.

Стив бережно взял футляр с мечом.

— Спасибо, архимама, — искренне поблагодарил он.

— Ты ведь знаешь, что я ненавижу это прозвище? — вскинув бровь, спросила Фелисия.

— Знаю.

— Иди отдыхай, — смерив его долгим взглядом, ответила архимаг.

Стив почти вышел, когда Фелисия добавила странную фразу:

— Поинтересуйся у тренера историей меча, уверена — он много интересного тебе расскажет.

По пути в свою комнату Стивен заглянул к Форли.

Внешне их комнаты были практически одинаковыми, но только внешне. Когда ты маг, причём не из худших, настроить окружающее пространство под себя дело пары часов. Пара рун здесь, пара рун там и помещение четыре на три метра превращается в небольшой футбольный стадион.

За прошедшее время магия слегка ослабла, и теперь комната Форли напоминала своими размерами, скорее теннисный корт, что в отсутствие какой-либо мебели кроме кровати и прикроватного столика, делали помещение пугающе пустым.

Впрочем, магу на это было плевать — он лежал на своей кровати и увлечённо читал какую-то истрёпанную книжку.

— Когда-то я так любил эту сказку, что даже делал свои пометки на полях, — демонстрируя надписи корявым почерком сказал Форли.

Стив посмотрел на обложку.

— «Сказание о Войтоне». Дался тебе этот геройчик давно минувших дней?

— Ну… его жизнь как минимум небезинтересна. Даже в форме сказки. Величайший герой Перекрёстка и ещё с сотни миров до мамы, как-никак.

— Я и забыл, как ты носился с этой книжкой.

— А ты пытался вечно её украсть, — Форли продемонстрировал пару бережно вклеенных страниц — след давно минувших забав.

Стив вкратце пересказал новости. Маг с интересом внимательно осмотрел меч Неверуга, но ничего конкретного сказать о нём не сумел.

— Хм, это уже второй артефакт за его авторством, — заметил Форли. — Интересно, сколько таких мы ещё встретим?

— Всё ещё надеюсь увидеть пепельницу тысячи миров Неверуга, — усмехнулся в ответ Стив. — Ладно, мне завтра обещали какие-то тренировки. Пойду спать.

— Ты уж постарайся там, — сказал ему в след маг, на что Стивен только отмахнулся.

* * *

Утро встретило Стива прикосновением чего-то очень холодного к шее. Открыв глаза, он понял, что это меч, к счастью, призрачный, как и его владелец, что висел над кроватью.

Глядя на него, Стивен понял, с кого рисовали богов войны — высокий, суровый и очень мрачный. Дополняли картину борода и отвратительного вида шрам, деливший лицо на две неравные части. Выражение лица у призрака было разгневанное.

— Ты пропустил утреннюю тренировку, — сообщил он. — Значит, займешься ею вместо завтрака.

Стив, преисполненный безразличия к угрозам, упал обратно на подушку — призрак всё равно ничего не может ему сделать.

— Мне понимать это как отказ? — поинтересовался «тренер» с хитрой усмешкой.

Без предупреждения призрак рванул вперёд, проходя сквозь Стива. Тот ощутил могильный холод и отвратительный вкус болота во рту. Ощущения были совсем не из приятных.

— Каждый раз будет хуже, — появляясь из стены, сообщил призрак и повторил.

И не соврал: Стив повалился с кровати, синий от холода и кашляющий от омерзения.

— Хватит, я понял! — крикнул Стивен призраку, который целеноправленно шёл на третий заход.

— Жду тебя через десять минут на заднем дворе. Начнём с лёгкой тридцатиминутной пробежки, затем чуть-чуть разомнемся часа два и, если ты выживешь, перейдём к фехтованию, — самодовольно сообщил призрак и вышел из комнаты через пол.

* * *

Призрака звали Реан и в прошлом он был лучшим гладиатором в Перекрестке. В какой момент его путь пересёкся с Фелисией, призрак не стал распространяться, сказав лишь, что было ещё до того как ему пришлось сменить жизненную позицию.

Не смотря на утреннее происшествие, Стив всё равно пытался хитрить, скорее, из вредности. Так, во время пробежки он бежал медленнее, чем некоторые ходят. Реан тоже был не лыком шит: с усмешкой он пристроился сзади, подгоняя горе-бегуна вперед. Примерно тот же фокус призрак повторил и во время отжиманий, только зависнув над спиной.

Уже к обеду Стив чувствовал, что до боя с Джониеком просто не доживет. Заметив это, Реан погонял его ещё минут десять и отпустил на двухчасовой перерыв. Не в силах что-либо делать, Стивен отошёл в тень дерева и повалился прямо на землю. Там бы он и уснул, но к нему кто-то подошёл.

— Папа зовёт на обед, пойдёшь? — раздался голос Форли.

Стив что-то невнятно сказал. При большой фантазии это можно было интерпретировать как предложение принести ему сюда. Форли, слишком хорошо знавший своего брата, только фыркнул.

— Ты не понял, ты или идёшь сам, или я тебя телепортирую, — с некоторой долей садизма в голосе сообщил маг. — И телепортирую не обязательно на нашу кухню, или кухню вообще.

Бросив на брата взгляд полный гнева, Стивен поднялся и волоча ноги поплёлся в дом. Там, в столовой, его уже ждали тарелки и отец, читающий газету.

— Твой тренер сказал накормить тебя этим, — кивнул на содержимое тарелок Сарруг.

Опуская лишние подробности, можно сказать, что больше всего это походило на пережеванный полдник младенца на диете. Стив уныло поковырялся в этом и хотел было оставить, надеясь на более капитальный ужин, но отец как бы невзначай заметил:

— Кхм, ужин, кхм, ещё полезнее. Тренер очень подробно описал твою диету. Я бы сказал в мельчайших подробностях. А слуги, как я понимаю, уже вовсю, кхм, готовят. Хотя не уверен, как именно называется этот процесс в данном случае.

Понимая, что за этими «кхм» не скрывается ничего хорошего, Стив принялся есть. Он ощущал себя подростком, чью жизнь распланировали на годы вперёд.

— Ты узнал что-нибудь об этом Джониеке? — старясь разговором отвлечься от еды, спросил Стивен.

— Ничего кардинально нового или полезного. Знаю, что он был не то адмиралом, не то генералом на службе у какого-то диктатора в каком-то захолустье. Типичная история, если так подумать.

— Действительно ничего нового, — согласился Стив. — В смысле, у него это буквально на лице написано.

— Ну, кое-что изменилось. Его помощник, Везави, появился совсем недавно. А незадолго до этого Джониек нанимал какого-то мага.

— Телепортировал его к себе?

— Я тоже так подумал, но нет. За этим что-то скрывается. Понять бы, что именно.

— Как ситуация в совете?

Сарруг недовольно махнул рукой:

— Балансируем на самой грани гражданской войны. Сторонников Джониека сейчас столько же, сколько у вашей матери. Если бы речь шла про какое-то другое место, я бы сказал, что управление городом предоставлено самому себе, но в случае Перекрёстка это не актуально. Он и так живёт сам по себе, а мы ему нужны как пятая нога дельфину.

— А будущники?

— Что им до нашей возни? — отец пожал плечами. — К тому же мы не вмешиваемся в их дела, они — в наши, и всё такое.

— Получается если я зарублю Джониека — это сильно облегчит вам с мамой жизнь, — хитро спросил Стив, с облегчением убеждаясь, что содержимое тарелок закончилось.

К его удивлению, Сарруг не был настроен столь оптимистично:

— С этой историей что-то сильно не так. Джониек не из тех, кто бросает открытый вызов. К тому же у него всё идёт хорошо, зачем рисковать?

— Может, он просто слишком уверен в собственной победе? — предположил Стив. — Типично для злодея.

— Знаешь, иногда я понимаю, почему тебе так часто советуют сначала думать, а затем говорить, — резко ответил отец. — Неужели ты думаешь, что Фелисия позволит тебя зарубить?

— Ну-у-у…

— Нет, дубина! Однако её вмешательство приведёт к началу открытого конфликта. Это не нужно в первую очередь самому Джониеку — он хочет править всем Перекрёстком, а не оставшимся пепелищем.

Стив хотел что-то сказать, но неподалёку замаячил Реан, и он, не желая, чтобы призрак в своей неповторимой манере его поторопил, поплелся обратно на тренировку.

* * *

К концу дня Стивен был готов дать себя зарубить прямо на месте. В общем-то, Реан проделал это несколько сотен раз — он был превосходным фехтовальщиком и за всё время пропустил всего один удар. Правда, чтобы нанести его в настоящей битве, Стиву потребовалась бы запасная пара ног и вторая голова.

Тренировался Стивен с мечом Неверуга. Благодаря его магической природе, призрачный клинок Реана мог отражать удары, и бой, насколько это вообще возможно сражаясь с призраком, походил на настоящий.

Закончив избиение-тренировку, гладиатор согласился изучить клинок. К удивлению Стива, Реан смог его поднять и даже пару раз взмахнул.

— Любопытный артефакт, — заключил тренер. — Адаптируется под владельца.

— Интересно, зачем он Неверугу? — кисло заметил Стив.

— Повелителю демонов этот меч ни к чему, он бы сделал что-то под себя. Однако, клинок был, если так можно сказать, выкован, совсем не им, — призрак смотрел на меч и читал, словно книгу. — Демон, создавший его, сам же от него и пострадал, поэтому оставил аж два следа — как автор и как жертва. Интересно, кем был этот Солифилесет…

У Стива отвисла челюсть, а потом мозаика сошлась — вот почему Фелисия нашла для него этот клинок и так хотела, чтобы он узнал его историю. Нехотя, Стивен признался себе, что искренне благодарен матери за этот подарок. Возможно между ними и пролегла глубокая пропасть, но теперь там появился крохотный неустойчивый мостик.

Реан тем временем беззвучно удалился, показывая, что тренировка на сегодня окончена.

* * *

В таком же ритме прошли остальные дни. Стив практически беспрерывно тренировался: утром пробежка и гимнастика, днём физические упражнения, вечером фехтование. Форли постоянно мелькал где-то на фоне, хотя в процессе не участвовал; пару раз заглянул посмотреть Сарруг. На исходе третьего дня зашла Фелисия.

— Ну, как продвигается? — поинтересовалась архимаг у Реана.

— Его зарубит даже младенец. Меч и кольцо ему помогут, но общую картину за три дня исправить нельзя.

Призрак бросил взгляд на подопечного. Стив, тяжело дыша, стоял рядом. Артефакты и вправду сильно помогали ему — последняя тренировка действительно напоминала бой, а не избиение.

— Будем надеяться, что его противник не лучше, — со смесью надежды и глубочайшего сомнения, сказала архимаг. — Ты кхм придёшь посмотреть на бой?

— Если Джониек фехтует не лучше, чем твой сын, то это бессмысленное топтание песка, а если лучше, то смотреть будет не на что. Но я всё равно, может быть, загляну. Посмотрю на арену, вспомню прошлое.

— Буду рада тебя ещё раз увидеть, и спасибо за помощь, — искренне поблагодарила его Фелисия.

Реан коротко поклонился и исчез.

— Изначально я хотела, чтобы он в тебя вселился и провел бой. Но к его чести, Реан признался, что в таком случае не уйдёт, — сообщила сыну архимаг. — Видимо, придётся положиться на удачу. Бой завтра в полдень, отдохни как следует.

На этом её заряд материнской заботы иссяк, и неловко улыбнувшись Фелисия ушла. Следом кинув ободряющий взгляд, ушёл Сарруг. Остался только Форли, который загадочно улыбался и выжидающе топтался рядом.

Стив, не торопясь, снял кольцо, аккуратно положил меч в специальный футляр и только тогда повернулся к брату.

— И что же задумал мой братец? — спросил он.

— Ты слышал когда-нибудь про «верные» ножны? — начал из далека маг.

— Их тяжело найти, легко потерять и невозможно забыть? — усмехнувшись предположил Стив.

— Почти. Потерять их точно невозможно, только отречься. А ещё они всегда будут с тобой — ты сможешь призывать их по своему желанию.

— Ты же не хочешь сказать…

Стив договорить не успел, потому что Форли продемонстрировал ему, то что до сих пор прятал за спиной. В руке у него были ножны из зелёной, чуть переливающейся кожи. Стивену никогда не приходилось видеть столь роскошно выделанную вещь — а он много разных богатств повидал.

— Сколько же они стоят? — потрясённо разглядывая ножны, спросил он.

Форли понимающе усмехнулся:

— Много, но гораздо меньше чем кажется. Они целиком магические, как и твой клинок. Ну-ка попробуй!

Стив взял подарок. Ножны были чуть тёплыми на ощупь. Аккуратно он попытался вставить в них меч. Возможно ему это показалось, но артефакт чуть-чуть ему сопротивлялся, как собака, боязливо входящая в новую конуру. Форли, не притрагиваясь, внимательно осмотрел результат.

— Вроде всё в порядке. Я опасался, что из-за того, что оба предмета магические, что-то может пойти не так.

Неожиданно ножны пропали. Стив растерянно осмотрелся, чем вызвал у Форли смешок.

— Всё, ты их потерял! — смеясь развёл руками маг. — Упустил птицу счастья!

— Как обратно призвать? — спросил Стив и в ту же секунду обнаружил ножны у себя на поясе.

— Ну вот как-то так, — пожал плечами Форли и добавил, мрачнея, — постарайся, чтобы завтра мне не пришлось их возвращать продавцу.

* * *

Арена Перекрёстка была лишь тенью своего былого величия. Когда-то здесь собирались десятки тысяч глаз, желавших посмотреть на гладиаторские бои. Однако, постепенно публика утратила интерес к кровавым поединкам, а для выступлений артистов огромный амфитеатр подходил плохо.

В настоящем арена целиком и полностью принадлежала Всемагической Академии. Маги сохранили это место в первозданном виде, хоть и пользовались им редко: изредка здесь проводились занятия, ещё реже официальные дуэли.

Поэтому на поединок с Джониеком пришло посмотреть не так уж и много народу. В основном только заинтересованные. Разумеется, была здесь вся комиссия в полном составе, чуть поодаль расположилась «группа поддержки» в лице Сарруга, который и здесь читал; как всегда растрёпанного Форли; Реана, всё же заглянувшего на бой; и Фелисии, которая сидела с видом, намекающим, что нарушений правил она не потерпит. Джониек пришёл один, снял свой неизменный френч, оставшись в брюках и когда-то белой майке-безрукавке. В качестве оружия с собой он принёс видавшую виды саблю.

Такой внешний вид поразил Стива — меньше всего он ожидал увидеть перед собой уставшего, потрёпанного жизнью старика. Обычно Джониек производил совсем другое впечатление и на возраст как-то не обращалось внимание.

Правила были простыми: бой вёлся до «обезоруживания», что могло означать как смерть, так и менее летальный исход. Оружие выбирал бросивший вызов, остальное никак не оговаривалось. Во избежание вмешательства арена на время боя накрывалась магическим куполом.

Почувствовав спиной дрожание воздуха от магии, когда арену накрыли щитом, Стив на негнущихся ногах двинулся вперёд. Бедром он чувствовал свои новые ножны, а на пальце правой руки красовалось кольцо.

Джониек, небрежно держа свою саблю, словно какую-то палку, ждал его примерно по центру. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Наконец, старик слегка поклонился и поднял оружие, показывая, что вступление затянулось. Стив повторил его жест.

Нападать Стивен не собирался: ещё на тренировках он понял, что активная оборона в его случае работает лучше. Дождаться, пока противник совершит ошибку, и только тогда действовать.

Его оппонент, похоже, считал иначе: медленно разгоняясь, Джониек двинулся вперёд, а когда их разделяло, может быть, полтора-два метра, он неожиданно ускорился так, что Стив едва успел увести удар в сторону. Звон стали повис в воздухе.

Удары следовали один за другим. Джониек был просто повсюду, а его сабля мелькала узкой, смертоносной полоской света. Кольцо сильно нагрелось, раз за разом спасая Стиву жизнь. И всё равно он уступал. Удары Джониека хоть и не отличались мастерством, зато сполна компенсировались количеством. Кажется, Реан упоминал что-то такое:

— Не можешь зарубить парой точных движений? Тогда плюнь на все эти сложные финты, стойки спящих драконов и сосредоточься на сильных и быстрых ударах. Тупой, сосредоточенный напор подчас гораздо эффективнее любого мастерства.

В один момент Стиву удалось сделать финт и отскочить на пару метров в сторону. Он отдышался, пока противник демонстративно неторопливо приближался. Джониек был одной большой усмешкой: весь его вид говорил, что больше он затягивать не будет и сейчас всё закончится.

Стив трезво оценивал свои шансы: его противник даже не вспотел, а он сам едва ли не валится с ног, и ещё одну такую серию атак просто не выдержит. Вот если бы на его месте была первая владелица меча…

Вытирая рукой пот со лба, Стивен краем глаза заметил, что справа от него кто-то стоит. Курносая девушка, с тёмными, до плеч волосами и серыми глазами. В руке она держала такой же меч, как у него.

— Вот так, — сказала она и сделала витиеватое атакующее движение снизу вверх.

Кажется, София хотела добавить что-то ещё, но Стив невольно моргнул, и суккуб пропала. Движение, которая она показала, он уже видел: Реан демонстрировал что-то похожее. Перехватив меч поудобнее, Стивен изготовился к атаке.

Вся эта сцена заняла от силы секунд пять, но за это время Джониек сильно приблизился. По его позе и расположению ног Стив понял, что атака последует незамедлительно. Не давая противнику шансов, он сам атаковал первым.

Сначала неуклюже рубанул сверху, а затем повторил ранее виденное движение. Рубящий удар Джониек просто проигнорировал, уклонившись, а вот следующий от бедра наверх через желудок к сердцу пропустил.

Закончив удар, Стив отскочил назад. Его сердце бешено колотилось, но, когда он увидел результат своего приёма, оно и вовсе пропустило пару ударов.

Джониек стоял практически невредимый, окутанный каким-то тёмным дымом со всех сторон, и замерев в неестественной позе. Стив к своему удивлению понял, что тоже не в силах пошевелиться.

В это же время к ним со всех сторон устремилась странная дымка чёрного цвета, поглощавшая весь свет и быстро заполонившая всё собой. Она не давала не только двигаться, но и даже дышать. Не в силах стоять на ногах, Стивен упал. Непреодолимая сила схватила его за подбородок, словно желая оторвать ему голову. Джониек, как он видел краем глаза, пребывал в похожем положении.

— Ну как, поймал меня, адмирал без флота? — сказал насмешливый голос неясного происхождения. — А сейчас, финал!

Со всех сторон из дымки в Стива и Джониека полетели копья, сотканные из тьмы. В тот момент, когда они должны были их пронзить, яркий свет заполнил собой всё окружающее пространство. Стивена ослепило и отбросило в сторону. Из глаз хлынули слезы, зато он снова мог двигаться и к нему вернулось дыхание.

Прямо перед ним, в метре стоял ослепительно яркий силуэт.

— Господь? — удивлённо прошептал Стив щурясь.

Зрение частично вернулось, что позволило разглядеть, что фигура опирается на знакомый посох.

— Мама? — ещё более удивлённо спросил Стивен.

— Я, кажется, тебе уже говорила, что меня интересует чётное число сыновей, — откуда-то справа откликнулась Фелисия.

Проморгавшись, Стив понял, что перед ним стоит Форли. Маг явно был не в себе: лицо бордового цвета и перекошено от гнева, волосы топорщились в разные стороны, а на коже были видны абсолютно все сосуды. Архимаг подошла к сыну и грубо вырвала из рук свой посох, который был сильно оплавлен ближе к навершию.

— Говорила же — магию нужно тренировать, оттачивать, подчиняя разуму, — гневно сказала Фелисия. — Иначе это — покажется цветочками.

Стив, к которому полностью вернулось зрение, огляделся. Арена была уничтожена. С неба фиолетовым снегом падали остатки магического щита. Вдалеке Сарруг помогал членам комиссии выбраться из-под рухнувших трибун. Джониек тоже был здесь — стоял чуть в стороне, опираясь на свою саблю. На майке в тех местах, где прошёлся удар Стивена, проступила кровь — царапина, не более того.

Кольцо мастерства неожиданно слегка увеличилось в размерах и, соскочив с пальца, взмыло в воздух. Стив проводил взглядом его полёт и подумал, что где-то вдали его хладнокровный хозяин очень доволен этим фокусом.

— Благодарю за помощь, архимаг, — приближаясь сказал Джониек. — Если бы не вы, покушение удалось бы. Обещаю, что приложу все усилия, чтобы найти тех, кто осмелился это провернуть.

Он закинул саблю себе на плечо и, чуть прихрамывая, пошёл к руинам выхода. Никто ему и слова не сказал. Проходя мимо Стива, Джониек остановился:

— Прекрасный бой, юноша, признаю свое поражение, — играя усмешкой на морщинистом лице, сообщил старик.

Откланявшись, он размял спину и быстрым шагом направился к невесть откуда взявшемуся Везави. Перекинувшись с ним парой фраз, они быстро куда-то пошли.

— Что это такое было? — удивлённо спросил Стив у матери.

Та ничего не смогла ответить, но по её лицу было понятно, что она тоже в полной растерянности.

Проблем на метр с небольшим

Тяжело дыша, Рин просыпается. По ощущениям, будто и не ложилась вовсе, а бежала марафон. Виной всему кошмары, столь реалистичные, что каждый раз после них она словно заново оказывается в своём теле.

Вот и сейчас руки привычно ощупывают вверенный организм, начиная с коротких, кривоватых дворфийских ног к крепкой талии, небольшой груди (слишком уж небольшой, по мнению самой девушки), узких плеч. Лицо тоже не изменилось: всё такой же узкий подбородок, нос картошкой и маленькие уши. Если она найдёт в себе силы встать и доковылять до зеркала, то ещё увидит лазурного цвета глаза и рыжие волосы, обычно сложенные в небольшой узелок, за которым в меру удобно ухаживать и одновременно показывающий, что за волосами она как-никак, но следит.

За окном её спальни ещё было темно. Опять проснулась раньше времени и теперь будет весь день клевать носом и искать место, где бы поспать. Понимая, что уснуть вновь ей всё равно не удастся, Рин на полном автопилоте начинает одеваться на пробежку.

Дворф, занимающийся бегом, — нонсенс. Маг, делающий утреннюю зарядку, тоже. Рин сочетала в себе оба этих парадокса и тем гордилась. Правда это несколько меркло на фоне того, что во всей Всемагической академии она была единственным дворфом.

Многие настойчиво путают дворфов с гномами, считая, что одно просто перевод другого. На самом деле, общего между ними примерно столько же, сколько между катерами и катетерами. Гномы — относительно безобидные садовые вредители, ростом от силы сантиметров тридцать-тридцать пять. Дворфы же — коренастые и выше ростом. Вредителями не считались и мирно, но совсем не тихо, жили себе в горах. Сама Рин была ростом метр тридцать четыре и среди своего народа считалась бы весьма высокой, живи она среди них.

Всё, что было с дворфийкой до двенадцати лет, она помнила смутно, отрывками. И не особо стремилась узнать, ей вполне хватило объяснения, что давали ей все старшие маги: её нашла архимаг во время одного из своих путешествий.

С самой Фелисией Гофт Рин ни разу не встречалась. Оно и не удивительно: архимаг не вела никаких занятий, ограничиваясь руководством. Кроме того, ученикам запрещалось выходить за пределы академии. На тот случай, если после изнурительной, монотонной учёбы без выходных, вдруг находилось на это время.

Всемагическая академия — это удивительный город внутри другого удивительного города — Перекрёстка. «Удивительно» было хотя бы то, что в академии обучалось огромное множество магов, и это место ещё не было стёрто в порошок. Хотя различные эксцессы конечно случались.

По пути дворфийка как раз привычно срезала путь через ограду второго корпуса. Точнее, руин, что от него остались. Поговаривали, что его лет десять назад случайно уничтожил сын архимага, но это больше походило на глупую байку.

На стадионе Рин была одна. Физкультуру маги не любили патологически, считая это ненужной тратой сил. Впрочем, маги считали бесполезной тратой сил абсолютно всё, начиная с самих занятий магией. Для дворфийки же бег нужен больше для разрядки. Внутри неё словно жил маленький, но сильный вулкан, и если не спускать давление, то могло рвануть. В буквальном смысле.

Мало того, что Рин была дворфом-магом, она родилась архонтом. Дар и проклятье одновременно: она не просто пользовалась магией, та была ещё одним органом, как лёгкие например. Благодаря этому ей не стоило ни малейшего труда использовать даже сложнейшие заклинания. С другой стороны, жить в постоянном страхе уничтожить всё вокруг просто потому, что в неудачную неделю какой-то дурак кинет в тебя бумажкой, то ещё удовольствие.

Жизнь же вокруг даже не думала подстраиваться под её особенности. Одноклассники её не любили и считали ботаником. Преподаватели смотрели косо, потому что уже в свои девятнадцать Рин была во многом талантливее их. Только представьте, какое раздражение испытывали снобы, оттачивавшие свой дар столетиями, когда миниатюрная дворфийка из расы не имеющих способностей к магии делала то же самое не только лучше, но и с первого раза. Разумеется, это было поводом для постоянных насмешек и унижений. Никого, кроме дворфийки, похоже, не заботило, что они играли с огнём в куче сена, политого керосином.

Рин, почувствовав в воздухе отчетливый запах паленого камня, ускорилась, загоняя плохие мысли как можно дальше. Не хватало ещё, чтобы её отчитывали за разрушение стадиона.

Наконец вымотавшись до дрожи в коленках, она пошла обратно в общежитие, прямиком под душ. Несмотря на раннее утро, там уже кто-то плескался. Поэтому Рин быстро разделась и тихонько прокралась в дальний угол как можно дальше от посторонних.

Не то, чтобы она так уж стыдилась своего тела. Вопрос был в другом. Все знали, как выглядят голые эльфийки, достать соответствующие картинки не составляло никакого труда. Да и несколько представителей этой расы учились вместе с ней. В человеческих женщинах для любого старше тринадцати никакой загадки тоже не было. А вот Рин была дворфийкой, более того, единственной на всю академию. И если в детстве это было скорее поводом для насмешек, то потом интерес стал более плотским. Её же подобный интерес неимоверно раздражал. С ней пытались знакомиться и водить на свидания только потому, что она отличалась ростом.

Стоя под прохладным душем, Рин так погрузилась в свои мысли и расслабилась, что и не заметила, как шум воды в другой части душевой стих, и к ней, не особенно стесняясь своей наготы, вышла эльфийка. Причём длинноухая уже некоторое время стояла рядом и жадно рассматривала её.

Некоторые ошибочно считают эльфов образцом мудрости, величественности и иногда доброты. Последнее точно было бредом, а вот остальные мифы появлялись из-за общения с представителями этой бессмертной расы, проживших не менее пары тысячи лет и, так сказать, набегавшихся. А до этого срока эльфы слыли ярыми гедонистами с очень широкими взглядами как на жизнь, так и на выбор партнёра. Для них это было чем-то вроде соревнования. И эльфийки состязались гораздо активнее.

Эту длинноухую Рин знала — кажется, её звали не то Ламинель, не то Ламиноль. Для себя дворфийка называла её Ламинат, за плоское лицо. Рефлекторно она опустила взгляд и сразу поняла, почему все парни так сохли по эльфийкам. У Ламинель было идеальное тело, словно созданное для любви. Даже родинки располагались так, чтобы придать этим формам ещё больше сексуальности.

Всё портил взгляд хищника. Для эльфийки партнёры были добычей, ещё одной галочкой в их длинном списке. Это и разрушило всю атмосферу. Когда ты понимаешь, что эти бедра и высокие груди не более чем приманка, меньше всего думаешь о сексе. Скорее вспоминаешь богомолов.

Вспомнив совет подруги, Рин молча отвернулась и простояла под душем ещё минут десять. Ламинель ушла. Для эльфийки проявить настойчивость в таком вопросе просто недопустимо — это их все хотят, никак не наоборот.

Впрочем, этот никак не повлияло на то, что на первых двух занятиях главной темой для обсуждения в их классе стали события в душевой. Так уж сложилось, что в академии все всегда всё про всех знали, что удивительно, чаще всего даже без применения магии. И с каждой минутой эта история обрастала поистине шокирующими для неподготовленного мозга подробностями. В тот момент, когда дворфийка уже была готова взорваться и поставить на место говорунов, занятие неожиданно прервал старший библиотекарь Сарруг.

Этот забавный пухловатый старичок в старой робе Рин всегда нравился. Было в нём что-то тёплое, словно кто-то оживил плюшевого медведя и шутки ради поселил в библиотеке.

Перекинувшись парой фраз с преподавателем магической истории, он подошёл к Рин и тихо, чтобы остальные не слышали, попросил её пойти с ним к архимагу. В мыслях у дворфийки всё рухнуло. Похоже, Ламинель переборщила с хвастовством и теперь им влетит. На негнущихся ногах она шла за Сарругом, не обращая внимания на всё вокруг. К архимагу она дошла, едва сдерживая себя от истерики.

Кабинет величайшей из живущих магов представлял собой поле боя между наступающей бюрократией и отчаянно обороняющейся функциональностью. Меж редчайших артефактов и сложных магических приборов сновали, как живые, бумаги. Пара пушистых перьев подписывала некоторые из них, иногда добавляя для солидности штамп. Некоторые из документов отправлялись на стол архимага, другие прямиком в утробно чавкающую мусорку.

Фелисия ждала её, сидя за столом посреди всего этого хаоса, и от скуки чистя себе яблоко кинжалом, явно предназначенным для каких-то ритуалов. Только зайдя в кабинет, Рин не выдержала и воскликнула:

— Это всё неправда! Мы просто…

Архимаг остановила её жестом.

— Ты не архонт? Выходит, в бумагах ошибка? — удивлённо спросила Фелисия.

Рин аж поперхнулась от такого поворота.

— А-а-а, кхм… Архонт, да. Я думала, что вы вызвали меня по другому вопросу… — смущённо призналась Рин, садясь в отведённое ей кресло.

Фелисия обменялась с мужем взглядом и, явно подавив смешок, сказала:

— То, что происходит в душевых, дело тех, кто в этих душевых, — едва ли не по слогам сказала архимаг, загоняя дворфийку в краску. — Ты здесь не по этому. Скажи, тебя ведь учили контролировать свой дар? Психомассаж, аукеменеика, метод Келинса и так далее?

Рин кивнула, вот чего-чего, а по этим предметам у неё проблем не было никогда. К вопросу своей безопасности она подходила с большей ответственностью, чем все её знакомые.

— Отлично. Сколько ты у нас уже учишься? Почти восемь лет. Ещё два года учёбы и диплом бакалавра, а там и до магистра недалеко. Не хочешь пропустить пару ступеней? С успеваемостью, если верить оценкам, у тебя всё в порядке, так что это не станет особой проблемой.

— В каком смысле? — не поняла Рин.

— Мой сын — как и я, архонт. В своё время я пыталась научить его контролировать дар. Но как тебе хорошо известно — в одно ухо влетело, через другое вылетело. Слышала про «реконструкцию» городской арены? Его рук дело.

Дворфийка читала о чём-то таком. Кажется, произошло это месяц тому назад.

— В общем, Форли требуется кто-то вроде наставника, — продолжала Фелисия, — или в крайнем случае кто-то, кто сможет его вырубить, когда что-то пойдёт не так. Его брат Стив, конечно, не последний дуб в нашей семейной роще, но его, скорее, случайно сотрут в порошок, прежде чем он сумеет помочь.

Рин осторожно подняла руку, показывая, что у неё есть вопрос:

— А почему его не забрать сюда? Тут его обучат и всё такое.

Архимаг тяжело вздохнула. На секунду в ней проявилась мать, а не могущественнейший маг.

— Поздно. Птенцы расправили крылья и свинтили как можно дальше от родительского гнезда. У них своя лавка артефактов, а в неприятности они впутываются чаще, чем бывают тут. Ты их подстрахуешь. Три головы не две, а два мага — это два мага. Если согласна, считай себя с завтрашнего дня магистром магических наук. С правом на личный посох.

У Рин отвисла челюсть — если так, то она станет едва ли не самой молодой выпускницей.

— Но сразу скажу — вряд ли ты захочешь вернуться сюда потом. Поверь, уж я-то знаю о чём говорю. Поэтому решай: жизнь мага, спокойная и тихая, или постоянные приключения, которыми мои сыновья обеспечат тебя вдоволь.

— Я могу подумать?

— Не дольше пары мгновений, — отрезала Фелисия. — Верные решения всегда на поверхности, всё, что глубже — болото сомнений. Иначе говоря: если влезешь в это, то всю жизнь будешь жалеть. Вне зависимости от принятого решения.

Однако сомнения уже начали поглощать Рин. Соблазн сказать «да» был огромен. Но не в этом ли крылась ошибка? Жить в эпоху перемен — величайшее наказание, как говорил какой-то философ. Может быть, скучная жизнь мага лучше. Как только она задумалась об этом, ответ сам пришёл к ней.

— Я согласно, — путаясь от волнения в словах, дрожащим голосом ответила дворфийка.

Да, спокойная жизнь — это хорошо: семья, дом, работа. Но Рин часовой механизм у бомбы, где каждый удар курантов — шанс уничтожить всё вокруг. Не будет и не может быть спокойствия там, где она, а значит и нет смысла даже пытаться играть в нормальность.

Фелисия кивнула, и Сарруг передал девушке свиток с печатью архимага, на ходу быстро тараторя:

— Твой диплом, аттестат и право на посох. Три в одном, как кофе. С посохом решай сама, кто-то покупает, кто-то делает сам. Если будет время, желание и деньги — любой наш резчик по дереву тебе с радостью поможет. Не пугайся реакции: ты первый дворф-маг за последние триста лет, поэтому если мастер будет сомневаться, то дерево, наиболее близкое тебе — дуб. Хотя, как я слышал, раньше посохи делали и из металла.

Кажется, Сарруг хотел ещё что-то добавить, но Фелисия остановила его. Она заговорила шёпотом, словно опасаясь чего-то:

— В мире, куда ты отправляешься, а именно в крупнейшем городе под названием Марка, сейчас неспокойно… кхм, там революция. Подробности тебе расскажут мои сыновья, но держи ухо востро. И по возможности: сообщай нам, если произойдёт, что-то… интересное.

Рин кивнула отчётливо понимая, что это поручение ничуть не менее важно, нежели предыдущее и спросила:

— Когда мне отправляться?

— Сколько тебе нужно на сборы? Чем быстрее, тем больше шанс найти тот милый городок, где они живут, в целости, если это вообще уместно по отношению к этому захолустью. Поэтому крайний срок — завтрашнее утро.

Рин тяжело вздохнула, понимая, что с немногочисленными друзьями особо проститься не получится. Но что поделать.

— Если нет вопросов — то можешь идти, — сказала архимаг возвращаясь к чистке яблока. — Если не ошибаюсь, общественный портал до Речноземья будет открыт с десяти до двенадцати. Не опоздай.

* * *

Рин шла по академии, не веря в случившееся. Ещё вчера она ложилась спать с мыслью о том, что успеваемость в этом семестре могла быть намного лучше, сегодня за двадцать минут закончила своё обучение, а уже завтра отправится в путешествие.

Дворфийка сама не заметила, как оказалась рядом с общежитием. Будто назло ей, навстречу шёл преподаватель руноведения — напыщенный старый эльф, который презирал вообще всех вокруг, начиная с себя. А уж с Рин у него были отношения вообще за гранью ненависти.

— Ученица Рин Тарсворт, вы же не собираетесь прогулять мою лекцию? — загораживая ей путь, прошипел эльф. — Она всего через пятнадцать минут! До аудитории идти примерно столько же, и что-то не заметно чтобы вы торопились.

— Нет, я освобождена от занятий, — покрутив свиток так, чтобы он видел, ответила дворфийка.

— Что ещё за бред?! — возмущённо воскликнул эльф, без предупреждения выхватывая бумагу. — Быть не может! Я забираю это на проверку. Которая, уверен, подтвердит мои опасения. А теперь, марш на лекцию, живо!

У Рин внутри словно всё рухнуло. Ей дали подержаться за свою мечту, а теперь отбирали. Наглый эльф ещё что-то говорил, кажется насмехался, но она не слушала. Вулкан внутри готовился взорваться. Вопрос был в том, каким образом это произойдёт.

Вокруг собралось несколько студентов, в том числе и те, кто знал её достаточно, чтобы понимать, что ещё чуть-чуть, и бункер копать будет поздно. Кажется, её взяли за руку — это и послужило толчком.

С диким криком Рин подскочила к уходящему эльфу и хорошо отработанным движением заехала ему ногой в пах. Преподаватель согнулся пополам от боли и, стоная, упал. Свиток эльф рефлекторно сжимал в руке, словно в тисках. Недолго думая, дворфийка прицелилась и ударила каблуком. Послышался хруст, а затем полный боли крик.

Забрав свою мечту, Рин победоносно удалилась едва ли не под аплодисменты. Что будет дальше, её не заботило — птица расправила крылья и собиралась улетать.

* * *

Весь оставшийся день она потратила на сборы, прощание с друзьями и мысли о том, что же будет завтра. В академии посчитали её отъезд результатом произошедшего утром и днём. Похоже, эти две темы будут обсуждаться ещё очень долго.

От архимага дворфийке прилетела короткая записка, содержание которой сводилось к тому, что, если Рин того захочет, то в академии может освободиться место преподавателя рун.

Следом прилетела куда более длинная записка от Сарруга, который сообщал время и место отправления. Тут сюрпризов не было и быть не могло: завтра утром Рин проводят до зала телепортаций, и оттуда она в числе прочих торговцев и путешественников отправится в Речноземье.

Поэтому дворфийка с вечера собрала все вещи, и как только часы отбили одиннадцать, легла в кровать, желая уснуть. Увы, как это часто бывает, сон, видимо смущаясь переполнявших Рин эмоций, категорически отказывался приходить. Только под самое утро, когда до отправления оставалось не более трёх часов, на фоне противного дождя за окном, дворфийка, вымотавшись до крайней степени, сумела заснуть.

Разбудил Рин настойчивый стук в дверь. И луч полуденного солнца бивший сквозь штору. По раздавшемуся из-за двери голосу, дворфийка поняла, что стучал Сарруг:

— Опаздываем, — деликатно сообщил библиотекарь, хотя он никуда не опаздывал.

Рин, прямо в пижаме подскочила с кровати, впустила его в внутрь, и принялась истошно бегать по комнате. Библиотекарь терпеливо сказал:

— Успокойся: ты уже опоздала. Приведи себя в порядок, соберись, выпей, если надо чая. Жду тебя на стадионе. Кстати, там, куда мы направляемся, сейчас осень.

После того как он откланялся и ушёл, некоторое время Рин так же истошно носилась, имитируя сборы, пока, наконец, разум не победил панику. Умывшись и переодевшись, дворфийка с некоторым трудом подняла свой чемодан и отправилась привычным маршрутом на стадион.

Сарруг ждал её, с неподдельным интересом осматривая футбольные ворота, словно видел их впервые и сомневался в их предназначении. Рядом был начерчена руна телепортации.

Телепортироваться самостоятельно Рин довелось впервые в жизни, поэтому Сарруг учтиво предложил свою помощь и отправился вместе с ней. Ощущение того, как тебя буквально разбирают на кусочки и этаким разумным роем пропускают сквозь сито реальности, запоминается на всю жизнь.

Они оказались на небольшой площади, густо заполненной людьми. Дома, окружающие это место, сразу же бросились в глаза Рин своей… обыкновенностью. Простые каменные и деревянные постройки небольшой высоты, без излишней вычурности, которую так любили в Перекрёстке. Даже подпиравший площадь храм казался маленьким и невзрачным по сравнению со своими побратимами из бесконечного города.

Вдалеке, катаясь по крышам оранжевым шаром, садилось солнце. Толпа, в центре которой Рин и Сарруг оказались, что-то бурно обсуждала, медленно расходясь, постепенно открывая вид на не самое приятное зрелище. Вдали, у подножья храма, чадил большой костёр с высоким и очень обгорелым деревянным столбом в центре.

К ним подошёл седовласый мужчина в синем кителе. От него сильно пахло дымом.

— Джониек, а я не знал, что вы тут палачом подрабатываете, — кивая на кострище, заметил Сарруг.

— Не палачом, а председателем сената Великой Марки, — поправил его мужчина. — Я изменю это место к лучшему!

— Путем сжигания людей на кострах?

Джониек рассмеялся.

— Вы защищаете того, кого я сжёг? Иронично. Там, — он указал на место казни, — я сжёг некроманта Калифинекса, которого уже десять лет безуспешно ищет весь Перекрёсток. И который неосторожно совершил на меня и вашего, Сарруг, сына, недавно покушение. Это ещё раз подтверждает, насколько вы, ваша супруга и прочие из академии некомпетентны даже в базовых вопросах. Мне удалось найти его по следу всего за месяц!

Сарруг дёрнулся то ли от оскорблений, то ли услышав что-то важное и быстро сменил тему:

— Что вы вообще здесь делаете?

— Как что? — наигранно удивился Джониек. — Правлю. Не беспокойтесь, мои обязанности в совете Всемагической академии или КРСУМ, мной не забыты.

— А король, что тут правил? Кажется, его звали Лодерик.

— Родерик Третий, — вновь поправил его Джониек.

— Тоже сожгли? — уточнил библиотекарь.

Рин в разговоре не участвовала, но видела, что Сарруг едва сдерживает распиравший его гнев. Видеть такого добряка, как он, в подобном настроении было для дворфийки крайне удивительно.

— Нет. Именно благодаря его неумелым и несвоевременным потугам остановить революцию я пришёл к власти, — самодовольно рассказал новоиспечённый правитель. — За эти «заслуги» он, вместе с семьёй и прочими прихлебателями, был просто повешен.

Наступила тяжёлая пауза. У Рин внутри всё сжалось от ужаса. Стоявший перед ней человек с такой лёгкостью обсуждал ужаснейшие вещи, словно говорил о погоде. И явно получал от их с Сарругом реакции удовольствие.

— Чем обязан, старший библиотекарь? — нехотя сменил тему Джониек.

— Одна из моих учениц опоздала на общественный портал, и я вызвался ей помочь, — немного сбившимся голосом объяснил Сарруг.

Председатель смерил дворфийку взглядом, а затем пожал плечами.

— Не смею задерживать, — сказал он и собирался уйти, но что-то вспомнил и остановился. — Кстати, я был бы благодарен, если бы вы, Сарруг, уняли чуть-чуть своих сыновей. Сначала арена в Перекрёстке, а вчера они зачем-то засыпали фасолью тут улицу Ремесленников. Надеюсь, ваша ученица здесь именно поэтому поводу. Или так, или… я найду свой способ воздействия на этих лодырей. Прощайте.

Джониек поклонился и ушёл в сопровождении массивной фигуры, замотанной в плащ. Рин непонимающе посмотрела на библиотекаря намекая на историю с фасолью.

— Это нормально для Стива и Форли, — успокоил её Сарруг. — Просто тебе нужно будет войти в их колею безумия. Иначе у них вообще ничего не получается. Запомни их дом — во-о-он по той улице, два раза на право. Извини, мне пора.

Не объясняя ничего больше, явно очень обеспокоенный произошедшими изменениями, он телепортировался.

* * *

Не считая Перекрёстка, это был второй в жизни Рин город, где она побывала. Ну или помнила, что побывала.

Поэтому дворфийка шла по Марке, разинув рот от изумления. Настоящая жизнь, а не тот убогий консервант, что был в академии! Неужели она теперь будет здесь жить?

Люди, настоящие живые люди, которые таращились на ней во все глаза, такие непривычные, незнакомые. Множество домов, улочек, дворов, вывесок. Столько нового!

Правда, уже через минут двадцать Рин догадалась, что стоит всё же смотреть не дома или людей, а на то куда идёшь. А уже через час она окончательно поняла, что заблудилась, так и не найдя никакой лавки. Поплутав по закоулкам, ноги привели дворфийку прямо к дверям таверны. Название она разглядеть не сумела, только герб — какой-то танцующий зверёк.

Посетителей было немного, похоже, что основная масса ещё работала. Рин огляделась в поисках того, кто ей поможет. Хмурый тавернщик желания с ним разговаривать не вызывал, а большинство других посетителей пребывали не в той кондиции. В углу резалась в карты странная парочка — молодой бойкий парень и пухлый дедулька, явно ежедневно проигрывавший битву с пьянством. Играла парочка так, скорее, для разминки, чувствовалось, что они просто ждут. Именно к ним и направилась Рин.

— Кхм, извините, пожалуйста, — привлекая их внимание, сказала дворфийка.

— Извиняю, — обыгрывая своего противника, ответил парень.

Он сгрёб карты и принялся их лихо тасовать.

— Я ищу Стивена и Форли Гофтов, — не видя на лицах собеседников никакого интереса к диалогу, продолжила Рин.

Парочка даже глазом не повела. Парень всё так же тасовал карты, дедуля приложился к фляжке, извлечённой из-под грязноватой рясы.

— Никогда о таких не слышал, — пожал плечами молодой игрок. — Но моя память может проясниться, если я, например, сыграю в карты.

— У меня с собой нет денег, — призналась Рин.

— Твоя сумка против моей памяти, — азартно улыбнулся парень. — Обещаю отдать тебе билет обратно домой и бельё.

Это была выгодная сделка: ничего, кроме белья и бумаг от архимага у неё и не было. Рин, придвинув к себе стул, села за стол.

— Во что играть будем? Дурак, покер, двадцать одно? — спросил молодой игрок.

— Последнее звучит как-то просто. Только напомните мне правила.

Дворфийка невинно похлопала глазами. Разумеется, правила она знала на зубок. Не существует такого студента, который бы не умел играть в карты. Так же, Рин знала, что в руках её соперника — магическая колода. Он может достать себе по желанию любую карту. Именно этим она и собиралась воспользоваться.

— Да нечего напоминать, правила очень простые: любая карта с цифрой столько же и стоит. Карта с картинкой — десять очков, туз — один или одиннадцать, на твоё усмотрение. Нужно собрать двадцать одно, соберешь больше — проиграла, меньше, чем я — аналогично. Поняла?

Рин покорно кивнула и, как будто нервничая, начала ковырять стол левой рукой, быстро рисуя направляющую руну. Магические символы не были её сильной стороной, но пару основных она знала наизусть.

Молодой игрок ещё раз демонстративно перетасовал колоду и начал сдавать. Тут был важный момент: необходимо было, чтобы именно дворфийке сдали первую карту. То, что у неё будет перебор — сомневаться не приходилось. Важно было, чтобы её соперник давал себе карты вторым.

Конечно был вариант, что шулер просто сдаст себе, например, десятку и туза, и победит. Но вряд ли он станет так наглеть.

Полетели карты. Первой пришла девятка. Себе парень сдал шестёрку — это Рин видела, словно карты были прозрачными. Следующая оказалась семёркой. Классический приём: шестнадцать слишком мало, разумеется, она попросит ещё одну — а там какая-нибудь десятка.

Себе шулер выдал вторую шестёрку. Следующая карта была не важна, он бы победил и так, но Рин чувствовала, что скорее всего, позёрства ради, это будет третья шестёрка.

— Ещё одну, — сказала дворфийка, делая вид, что нервничает.

Ей дали вторую семёрку. Итого: двадцать три. Весьма плохо, но только если второй игрок не наберет ещё больше.

— Можем закачивать? — с усмешкой спросил шулер.

Рин открыла карты. Её противник сочувственно зацокал.

— А ваши карты? — невинно поинтересовалась дворфийка.

Парень усмехнулся и демонстративно взял себе ещё одну карту. Не глядя, он открыл её, а затем остальные. Старик молча наблюдавший за игрой, поперхнулся содержимым своей фляжки.

— По-моему, это чудесно! — не глядя, сказал шулер. — Редкая комбинация.

— Да, впервые такую вижу, — согласилась Рин со злорадной усмешкой.

Парень, не понимая, опустил глаза и замер от удивления. Понять его было можно: наверное, он был первым игроком, видевшим карту в двенадцать пик.

— Странная у вас колода, но вы сами сказали: любая карта с цифрой столько же стоит, — напомнила с нескрываемой едкостью в голосе дворфийка.

Шулер глубоко вздохнул и швырнул в старика картами.

— Гевент, чтобы я ещё раз воспользовался вашей колодой! Лучше бы своей сыграл. Какой позор — попасться на таком тупом фокусе.

Старик что-то невнятно сказал, собрал карты и крабиком отполз в сторону. Парень остался, но выглядел мрачнее тучи.

— Напомни, что тебе от меня нужно было? — спросил он.

— Я ищу братьев Гофт.

— Зачем тебе эти несчастные? Артефакт хочешь продать?

— Это личное. По работе, — Рин встала, показывая, что готова идти. — Так, мы идём?

Шулер глубоко вздохнул, но остался сидеть.

— Садись, считай, ты уже пришла. Я — Стив, Форли сейчас в лавке.

* * *

Первой мыслью Рин было сильно ударить этого нахала за эту постановку. Хорошенько пнув горе-картежника, она вкратце пересказала зачем здесь. Стив, молча выслушав всё, только пожал плечами, хотя было видно, что он рад уменьшению ответственности, а затем рассказал почему они с братом засыпали улицу фасолью.

Оказалось, что это не было ошибкой. В городе пару дней тому назад завёлся странный монстр. Появлялся он только по ночам и был до смерти страшным. Пострадало уже несколько человек. Из-за их с братом подмоченной репутации, разумеется, подумали на них. Но единственный оставшийся вменяемым свидетель рассказал, что выглядит чудище, как вывернутая наизнанку трехглавая собака. Что было ещё страннее: никаких следов чудище после себя не оставляло.

— Только какое-то магическое «излучение», — закончил рассказывать Стивен. — Мы думаем, что это какой-то демон. У нас тут недавно войнушка с ними была. Может, остался кто.

— Так, а фасоль зачем? — уточнила дворфийка.

— Это мы по магическому следу пытались его призвать. Получилось… не очень.

Рин лихорадочно соображала. Если судить по описанию, то это вправду был демон. Очень-очень странный демон.

— Я так понимаю, ты ещё нигде не остановилась? — вежливо спросил Стив.

Рин покачала головой.

— Думала у вас, но не смогла найти дорогу.

— Пошли проведу, благодаря тебе мне тут лучше пока не появляться — засмеют. А койку найдём.

Стив на прощание обвёл таверну глазами и вышел. На улице уже царила ночь, слегка освещаемая фонарями. Погода стояла типично осенняя: было зябко и очень сыро, видимо из-за близости моря. Деревья уже сбросили листья, а холодный ветер намекал, что и зима не за горами.

— Так и кто ты? Ты из академии? — завёл разговор Стив.

— Меня зовут Рин Тарсворт. Академию я закончила… вчера. Это моё первое задание! — похвасталась дворфийка.

— Какие-то курсы? Не помню, чтобы там обучали кого-то кроме магов, — задумчиво сказал Стив и сам же ответил на свой вопрос, воскликнув. — Вот я дурак, по картам не понял. Да ты гном-маг?

Она насупилась. Стив, заметив это, задумчиво пошевелил челюстью и исправился:

— Ты дворфийка-маг? Я думал, у вас всех есть бороды. Типа не является половым признаком и всё такое. Ой!

Рин сильно его пнула и демонстративно замолчала. Очень вовремя: к ним, скрежеща и хлюпая, приближалось из-за угла какое-то существо. Оно хрипло не то дышало, не то стонало. Дворфийку к её удивлению охватила странная паника, монстра она только слышала, но тот уже внушал ей неподдельный ужас. Такой, что хотелось бежать без оглядки, и если бы не страх сковавший ноги, Рин так бы и поступила.

На стене заиграла тень. Вид у монстра был под стать звуковому сопровождению: какие-то неясные расплывчатые формы. Он словно был из очень гибкого пластилина.

Рин и Стив замерли от ужаса прямо посреди улицы. К несчастью, а может и нет, кроме них в поздний час тут никого не было.

Чудище неумолимо приближалось. Чем ближе он подходил, тем сильнее становился страх. Даже мозг Рин начинал неметь вместе с телом. Сама не до конца понимая, что делает, она инстинктивно обратилась к вулкану внутри. Всё, что угодно — лишь бы спастись. Больше всего сейчас дворфийка хотела, чтобы монстр просто отправился туда, откуда явился.

Яркая вспышка, и монстр исчез. А вот страх нет: лишь ослаб немного. Достаточно, чтобы они со Стивом, бросились со всех ног как можно дальше от этого места.

Очухалась парочка только у двухэтажного деревянного здания. На вывеске значилось: «Лавка Подержанных Артефактов», на двери висела табличка «ОТКРЫТО:)». Чуть ниже тем же почерком было дописано: «Превращаем золото в олово».

Вопреки надписи, дверь оказалась закрытой, когда Рин её дернула. Зато внутри почему-то зазвонил колокольчик.

— Вот лентяй, — доставая ключ, пожаловался Стив.

Оказавшись внутри, он зажёг небольшую лампу и, ловко лавируя между витринами, повёл дворфийку наверх. По пути Стивен спросил:

— Ну, теперь ты его видела, что делать будем?

— Спать, — зевая, сообщила Рин, сказывалась бессонная ночка, после которой и ужасный монстр не помеха для сна. — Завтра займёмся поисками. Вряд ли разумно соваться к монстру в его время. Где, говоришь, моя койка?

— Тебе, как дворфу, я бы предложил место в подвале… Ой! — Стив потёр ушибленное очередным пинком место. — Но есть комната наверху. Не пугайся, если тебе покажется что она давно заброшена — это чистая правда. Там за последние пять лет жила только одна крыса.

Рин с укором на него посмотрела, намекая, что о бывших так говорить не следует.

— Там действительно жил призрак!

— Да-да, называй как хочешь, главное отведи!

Комната оказалась почти вдвое больше её общажного закутка и, хоть и была заполнена пылью вперемешку с паутиной, показалась Рин настоящим дворцом. Стив ещё немного покрутился рядом, помогая обустроиться, а затем откланялся и ушёл.

Денёк и вправду выдался ещё тем. Рин как могла раскидала вещи, магией разогнала излишне докучливых пауков по углам и улеглась в кровать. Та, если учесть её рост, казалась поистине царской. Одна подушка была с неё размером. Дворфийка, сама того не заметив, провалилась в сон.

* * *

Когда Рин проснулась, за мутным от пыли окном уже было светло. Случившееся вчера казалось какой-то сказкой, которая по неизвестным причинам всё никак не заканчивалась.

Не до конца отдавая себе отчёт в том, что она делает, дворфийка нашла в вещах полотенце, мыло и уверенным шагом пошла искать душ. На втором этаже ничего такого не было, и Рин, чуть поколебавшись, спустилась вниз. Спросонья мысль о том, что душа нет в принципе, казалась ей дикой.

На первом этаже громко шумел коробками худощавый парень с растрёпанными тёмными волосами в неуместных, в холодную погоду, цветастых летних шортах.

— А, Стив, слушай, — не поворачиваясь, начал, по видимости, Форли. — Я почитал о той шкатулке с бесконечными леденцами, прикинул кое-что, и ты не поверишь! Действительно, примерно каждый десятый будет из резины, каждый сороковой из штукатурки, шестидесятый целиком из хрусталя! Но каждый тысячный — чистая медь! Ну и ещё по мелочам всяких ценных элементов. Мы же обогатимся! Нормальные леденцы продавать, остальные алхимикам! Кстати, мне показалось, или ты вчера кого-то привёл?

— Меня, — рефлекторно ответила Рин.

Форли тотчас удивлённо обернулся и застыл, раскрыв рот. Дворфийку наконец отпустил сон в достаточной мере, чтобы она не только сообразила, в чём, а точнее без чего, стоит перед ним, но и проследить направление взгляда мага. Её любимая тонкая шёлковая пижама скрывала интересные места лишь формально.

Прикрываясь руками, она с визгом умчалась наверх к себе. Кажется, по пути ей встретился Стив, на что Рин рефлекторно отреагировала пинком. Закрывшись в своей комнате, она отдышалась и сразу же оделась, ругая себя на чём свет стоял за расхлябанность.

В дверь деликатно постучали.

— Э-э-э, завтрак готов. Мы и на тебя накрыли, — раздался голос Стива. — Если обещаешь держать ноги при себе — выходи.

Рин, желудок которой тотчас вспомнил о голоде, ещё раз проверив на месте ли одежда, вышла.

— Прости, конечно, за вопрос, но что ты искала на первом этаже, в таком… отсутствии одежды? — поинтересовался Стив.

— Душевую.

— А-а-а! Мне нужно было предупредить: у нас тут менее цивилизованно, чем в Перекрестке. Мы ходим мыться в баню дальше по улице. Просто скажи, что ты от Стива и Форли, с тебя ничего не спросят.

Стивен пропустил её в небольшую комнату, большую часть которой занимал массивный стол, целиком занятый тарелками с едой. Пожалуй, её тут было даже слишком много для десятерых, не то что для троих.

— Наш домовой, Коста, эм-м, не знает, чем питаются г… дворфы, поэтому чуть-чуть перестарался, — пояснил Стив.

Форли уже завтракал. Заметив дворфийку, он смущённо отвел взгляд.

— Мог бы и предупредить о гостье, — буркнул он брату. — Мало ли я чем её оскорбил.

— Все в порядке, — чуть покраснев, ответила Рин, садясь и набирая себе полную тарелку какой-то снеди. — Я просто забылась. Бывает. Рин Тарствот, магистр Всемагической академии.

— Форли Гофт, — представился маг. — Так ты из академии? Я там когда-то учился!

— Недавно закончила. — Рин решила сразу рассказать, зачем она тут. — Я тоже архонт, и архимаг Фелисия… ваша мать… прислала меня, чтобы научить Форли контролировать свою силу.

Форли скептически на неё посмотрел, а затем обиженно заметил:

— У меня нет никаких проблем с контролем. Один раз — просто случайность.

Дворфийка ничего на это не ответила, сделав вид, что увлечена едой, а затем неожиданно кинула в Форли вилкой. Наверное, стоило объяснить словами, но результат превзошёл все ожидания. В тот момент когда столовый прибор должен был коснуться мага, в комнате словно взорвалась бомба: во все стороны полетела еда, Стива швырнуло в стену, а стол треснул пополам. Рин успела оградить себя от удара и отделалась тем, что её тарелка просто перестала существовать.

— Можно больше не надо? Никогда! — счищая с лица салат, спросил Стив. — По крайней мере, при мне, по крайней мере, за едой!

Форли, единственный, кто в этой ситуации остался полностью невредимым, смущённо осматривался:

— Никогда раньше такого не было. Стив, скажи: меня чуть не убил тогда Балаэль, но ничего такого не было. Но…

Его брат молча обвел глазами разгром, фыркнул и, взяв тарелку с чудом уцелевшей картошкой, удалился. Форли, почесал затылок:

— Пожалуй, я, наверное, э-э-э, согласен на обучение.

— Сначала давай приберёмся, — предложила Рин.

Пока они убирали разгром, дворфийка вкратце рассказала, что ждёт Форли. Про вулкан внутри и как его сдерживать. Маг кивал, соглашался, но потом признался, что никакого «вулкана» внутри не чувствует, хоть убей.

— Вообще ничего? Откуда ты тогда черпаешь силу? — переспросила Рин.

— Да отовсюду, — пожал плечами Форли. — Мне всегда говорили, что магия есть везде, нужно её только направить.

Рин задумалась, а затем предложила:

— Я могу попробовать провести что-то вроде массажа. Мне раньше в академии делали такой, прежде чем я сама не научилась контролю. Это может… прояснить ситуацию.

Форли явно смутился, но согласился. Закончив уборку, они поднялись к нему в комнату.

«Типичная мужская комната», — подумала Рин, глядя на хаос внутри.

Комната Форли представляла собой небольшое помещение, почти полностью заваленное содержимым местной библиотеки. При таком подходе места для нормальной мебели почти не оставалось: лишь небольшая кровать сиротливо забилась в угол. Роль другой мебели исполняли всё те же книги — на них лежали грязные тарелки, одежда, артефакты, какие-то нарисованные от руки эскизы, видимо принадлежавшие магу.

Хозяин бардака сделал неловкую попытку прибраться но, поняв, что это бесполезно, просто лёг на кровать. Рин размяла пальцы, вспоминая попутно суть процесса. Разумеется, никто и не думал её этому обучать на практике, а теория никуда не годилась. Впрочем, если дворфийка правильно понимала суть, то ничего сложного не было. Ведь существует же лечебная магия, с помощью которой восстанавливают внутренние органы. Тут было примерно то же самое.

Аккуратно, так, чтобы не превратить внутренности Форли в фарш, Рин провела над ним рукой. Ничего не почувствовав, она повторила процедуру, но уже медленнее и с закрытыми глазами. Это помогло: вначале дворфийка практически ничего не чувствовала, но через несколько попыток смогла даже видеть процесс.

Через тело Форли струились магические потоки. Словно реки они проходили сквозь него, опутывая с ног до головы, подобно кровеносной системе и сходились примерно в районе сердца. Точнее, должны были сходиться, если бы пути туда не были забиты чем-то тёмным и липким. Изучив субстанцию внимательнее, Рин догадалась, что это своеобразное олицетворение страхов, неуверенности и прочей лабуды, сбивавшей с толку.

Действуя по наитию, Рин постаралась счистить эту преграду. Промахнувшись три раза, она чуть переборщила и случайно коснулась самого сердца. Рин опасалась, что причинит какой-то вред или её отбросит магией, но вместо этого её собственная сила потянулась навстречу Форли.

Происходило что-то невероятное: тонкие нити магических сосудов, опоясывающие их, вдруг соединились, а за ними и разум. Рин не просто увидела множество событий, а ощутила, что Форли тогда чувствовал. Чистые эмоции и переживания. Словно ты смотришь на яркую картинку и ощущает цвета на вкус. Это было настолько потрясающим ощущением, что дворфийка замерла, боясь нарушить эту связь.

Единение закончилось само собой, аккуратно разделив их на две отдельные части. Они сидели друг напротив друга и потрясённо смотрели. До этого они были знакомы едва ли два часа, но после словно всю жизнь прожили вместе. Рядом кто-то вежливо покашлял.

У дверей стоял, скрестив руки, Стив.

— Кхе, закончили наконец. Вы почти час сидели друг напротив друга и светились, как лампочки, — сообщил он. — Отложите на потом ваш магический секс. Заходил Джониек и передал, что нашли труп. Смерть наступила в результате сильного испуга. И если мы к закату не найдём убийцу, то он вышвырнет нас из города.

— Мы то тут причём?! — возмутился Форли.

— Мы — не причём, а вот толпа, которая хочет нас сжечь, имеет свою точку зрения, — холодно сообщил Стив. — Идёмте уже.

— Эй, это не было никаким…

— Да-да, называй как хочешь, только идём, — насмешливо глядя ей в глаза ответил Стивен.

* * *

Начать поиски они решили с давнишнего места, где Рин и Стив наткнулись на монстра. Обычная непримечательная улица под громким названием «Свободная». Разумеется, никаких следов они не нашли ни там, ни в окружающих улочках.

— Опять фасоль, — поднимая что-то, неожиданно сообщил Стив. — Ежевичный демон был, теперь вот фасолевый. Ждём через полгода тыквенного.

Рин вертела в руках фасолину. Пока она смотрела на неё, в голове брезжила какая-то мысль, только выразить не могла. Первым догадался Форли:

— А мы ведь эту тварь пытались телепортировать. Оба раза получили фасоль. Может быть, это оттуда, где прячется монстр? Какой-нибудь амбар?

Кинулись выяснять. Через полчаса расспросов случайно проходивший мимо повар сообщил, что неподалёку, на самой окраине города, есть зернохранилище — в этом году заполненное фасолью.

Найти нужно здание, представлявшее из себя здоровенный деревянный сарай, труда не составило. Как и сломать замок на одной из боковых дверей. Внутри высились горы фасоли, было темно и очень сухо. Подсвечивая себе лампами, они разошлись в разные стороны.

Рин проходила мимо какого-то стола, когда споткнулась обо что-то металлическое. На секунду её захлестнул страх, как тогда на улице. Сковал, словно паук свою жертву, а затем её в спину боднуло и повалило что-то очень пушистое. Ей в ухо ткнулся мокрый нос, одновременно послышалось очень радостное сопение.

Странным образом страх полностью исчез. Ушёл, словно и не было его никогда. Рин ловко перевернулась и схватила небольшого пса. В собаках она разбиралась плохо, но что перед ней порода корги, знала. Пёс кажется был очень рад посетителю, настолько, что пришлось поставить его на землю.

Дворфийка осмотрела то место, где споткнулась, и нашла неуместно большую для такой собаки миску. Никакого корма в ней и следа не было.

— Сколько ты здесь сидишь, дружок? — глядя собаку, спросила вслух Рин.

Корги что-то тявкнул в ответ и демонстративно потянулся к миске. Дворфийка сосредоточилась и сотворила что-то вроде собачьего корма. Магией сыт не будешь, но идти искать животному еду времени не было.

Пока корги жадно ел, Рин осмотрелась. Судя по следам, собака жила здесь давно и вряд ли сама принесла сюда миску и настил для сна. Похоже, что её приютил один из работников, но почему-то очень давно здесь не показывался.

Думая над этим, дворфийка гладила собаку и неожиданно пальцем почувствовала небольшой шнурок. Завязанный узелком он держал крошечный амулет, кои в обилии продавались повсеместно. Корги прилично зарос, и «ошейник» снаружи виден не был.

Развязать шнурок удалось не с первого раза — завязывали очень давно и крайне надёжно. Когда же он поддался и скользнул в руку к Рин, та даже усмехнулась — настолько банальным всё оказалось. Решив подтвердить свои мысли, они с собакой двинулась в ту часть амбара, где шуршали братья.

Дворфийка просто шла, сжав амулет покрепче. Разумеется, Стив и Форли уже вовсю шныряли вместе, периодически смеясь, поэтому встретила она их двоих сразу. На секунду братья застыли, а затем их лица перекосило от ужаса.

— Страшно, да? — насмешливо спросила Рин.

Братья ничего не ответили, мелко задрожав. Дворфийка быстро подскочила к ним и коснулась руками, надеясь, что не вызовет разрыв сердца у обоих.

— Взрослые люди, искатели приключений! Вы что, в первый раз с магией ужаса сталкиваетесь? — поинтересовалась Рин, когда Гофтов немного отпустило.

— Но как? — нервно оглядываясь, спросил Форли.

— Страх и только страх. Это задачка для школьников. Обычный заговор ужаса — любой маг сделает такой. И вот ты видишь не маленькую забавную собачку, а страшного монстра прямиком из своих кошмаров, — объяснила Рин, подзывая корги.

Пёс примчался счастливый, сразу же обнюхал и пометил новых друзей.

— Кому-то явно поручили купить сторожевую собаку, и он решил пойти хитрым путём. Только не учёл, что касаться амулета или того, кто его носит, нужно ежедневно, иначе сам попадёшь под эффект. Готова поспорить — первый пострадавший работал здесь.

— А остальные? — спросил Стив и сам же ответил. — Разумеется, никто не вспомнил о собаке, бедное животное изголодалось и принялось выбираться наружу. Днём город сильно шумит, а вот ночью затихает. И следов этот мелкий много не оставит, а все ищут страшного монстра размером с карету, а не собаку, размером с кошку.

— И что будем делать с этим красавцем? — взяв корги на руки, спросила Рин, посмотрев на Стива.

— Никаких собак, демонов, драконов или чего-то такого в моей лавке! — категорично отрезал тот. — Хватит с меня и двух магов! Отдадим кому-нибудь, да тому же Гевенту — будет знать, как совать мне свои карты!

Фальшивая корона

Форли сидел за кассой, попивая чай и читая газету. Удивительно, но содержание этих семи листов бумаги было весьма интересным. Главной новостью оставались государственные преобразования в Марке, или как теперь правильно было говорить: «Великой Марке». Политика, много скучной политики, в которой он не разбирался и не желал разбираться.

Вторая и третья страницы целиком были посвящены грядущим выборам в Сенат Марки и кандидатам. Об этих людях Форли слышал, а точнее, читал впервые в жизни, хотя, судя по описанию, каждому необходимо было построить, как минимум, храм и неистово молиться, столь велики были свершения. Только об одном из них маг слышал ранее: председателе Джониеке, которого, почему-то, выбирать никто не собирался.

Четвертую страницу занимали кроссворд, сканворд и пара шахматных задач, плюс ответы к предыдущему номеру. Оставшиеся три страницы были посвящены всякой мелочёвке вроде объявлений, предсказаний и житейских советов. Откуда в городе, где ещё месяц назад о газетах слышать не слышали, нашлось столько желающих в неё попасть, для Форли оставалось загадкой.

Печатную прессу принёс в Речноземье, и в частности Марку, Джониек. Город за время его «председательствования», хоть оно и началось относительно недавно, преобразился до неузнаваемости.

Братья по этому поводу пребывали в растерянности. Они проморгали революцию, не заметив её у себя под носом, и теперь не знали, что делать. Рин, поселившаяся у них, посоветовала жить дальше и не заморачиваться. В чём-то она была права. С одной стороны, называть методы Джониека по удержанию власти хорошими, не получалось даже у полностью подчинённых ему газетчиков, которые предпочитали формулировку «необходимые». С другой же, нельзя было не признать, что они работали и ещё как!

Обычно сонная, инертная, вплоть до пассивности, сейчас Марка проста бурлила. Забурлила торговля с Перекрёстком. Строились новые кварталы, мастерские, мануфактуры. Форли слышал даже о чём-то, называвшемся «завод». Наладили уличное освещение, стандартизировали и упорядочили законы. От новой налоговой системы Стив, конечно, сначала хватался за голову, но затем понял, что ему больше не нужно заполнять по сотне разных бумажек, обивая бесконечные коридоры мэрии. Впервые за очень долгое время корабли Великого флота отправились исследовать моря и океана, уточняя карты, большинству из которых было несколько веков. Люди, ставшие равными вне зависимости от происхождения, подняли головы и заметили, что мир вокруг огромен и, по сути, никому не принадлежит.

Сильно изменился и быт, хотя перемены тут были куда менее заметны. Что-то привнёс новый правитель, что-то пришло из Перекрестка. Среди горожан так же оказалось не мало тех, кто нашёл, как проявить себя в «новой эпохе». Ощутимо возросло качество и разнообразие еды, в основном из-за торговли с Перекрёском. На полках магазинов появились товары, по качеству не уступавшие тем, которые шились на заказ всяким королевским особам. С неделю тому открыли вторую общеобразовательную школу. Присутствуя на той церемонии, Форли с удивлением для себя, осознал, что уже через пару лет его умение внятно и быстро писать, станет среди окружающих общепринятой нормой, а там и до чтения недалеко.

Даже их лавка, которую, по логике вещей, вообще не должны были коснуться какие-то перемены, ощутила на себе их влияние. Торговля шла как никогда раньше — их со Стивом лавка пользовалась неимоверной популярностью, особенно у туристов из Перекрёстка. Сам Джониек же после случая с очень страшным корги к ним и их лавке особенного интереса не проявлял, занимаясь своими делами: казнями, борьбой с политическими соперниками и всем таким.

От мыслей Форли отвлёк зазвонивший колокольчик. То вернулся Стив с внушительной коробкой в руках — для работы с артефактами постоянно требовалась неимоверная куча различных «расходников». Банальные свечи тратились быстрее, чем в средних размеров храме, а ещё чернила, бумага, ну и специфические ингредиенты, разумеется. В этот раз собирать, а затем тащить эту груду хлама выпало Стиву.

— Знаешь, я не уверен, что копыто козы нам пригодится, — заметил он, ставя коробку перед магом.

— А браслет ты уже забыл? Тот самый, что регенерирует потерянные части тела. Ну, по крайней мере, я так предполагаю.

Стивен аж чихнул.

— Ты хочешь из копыта регенерировать козу?! — недоумевая спросил он.

— А почему нет? Представь, что будет, если сработает!

— Блеющее копыто, может быть, даже с бородкой, — предположил Стив. — Ладно, но нафига нам спортивные штаны детского размера? Кого ты из них регенерировать собрался? Тутового шелкопряда?

— Это моё! — крикнула, сбегая вниз, Рин. — Мои уж совсем прохудились.

Забрав штаны, дворфийка гордо пошла к себе.

— Эй, а заплатить?! — возмущённо спросил Стив.

— Ты мне за то, что я позавчера полвечера тут изображала из себя продавца, заплатил? А за прошлую неделю? Нет. Вот и считай, что мы в расчёте, — крикнула Рин уже сверху.

Стив для вида поскрежетал зубами, но спорить не стал — дворфийка не знала, что штаны он выиграл в карты.

— Как там поживают алхимики? — с ехидством поинтересовался маг.

Различным гильдиям Марки, и в частности гильдии Алхимиков, досталось от нового правителя самое страшное: законы, регламентирующие их деятельность. Мерзкие старикашки, до того как по расписанию выпускавшие на улицы очередной опасный для окружающих газ, обнаружили, что теперь их наказывают даже за попытку сделать что-то такое, не говоря уже про результат.

— Знаешь, очень даже неплохо, как по мне, — злобно ответил Стивен. — У них теперь чистенько, пустенько, цены как на распродаже.

— О как!

— Угу, всё от того, что половину старого состава гильдии уже повесили, вторую пока нет. Те что остались, лебезили со мной так, будто я их самый важный покупатель в истории.

На секунду магу стало жаль алхимиков, а затем он вспомнил свой опыт посещения этих людей, и всю жалость как рукой сняло:

— А меня месяц назад назвали идиотом потому я, дескать, не знаю разницу между единорогом и аликорном! И цену заломили такую, будто продают не ингредиенты, а золото.

— Теперь не назовут и не заломят, — пожал плечами Стивен, которому судьба этих вредных старикашек была ещё более безразлична, чем брату.

Алхимики годами пользовались фавором городских властей, ставя ему и лавке многочисленные препоны. То, что теперь происходило, было, по мнению Стива, не более чем кармой, которая и без того изрядно задержалась.

— Что у нас сегодня по плану? — сменил тему разговора Форли.

— Ждём санитарную проверку, а потом свободны, — пожал плечами Стив. — На полигон вроде нет смысла отправляться. К тому же там до сих пор гниют семечки. Интересно, успеют до зимы или нам ещё весной эту вонь терпеть?

— Нет, — крикнул тонкий голосок сверху. — Послезавтра выпадет снег.

Стив вопросительно посмотрел на брата.

— Рин сдружилась с какой-то ведьмой из деревушки неподалёку. Та научила её, кхм, ворожить, — пояснил маг, с явным пренебрежением к слову «ворожба». — Теперь у нас затоплен подвал, зато есть прогноз погоды примерно на три столетия вперёд. Я, кстати, проверил, прогноз совпадает примерно на 50 процентов.

— То есть либо совпадает, либо нет?

— Угу.

— А я думал, это осенний паводок или что-то такое! — выразительно глядя на брата, сказал Стив. — Интересно, кто будет платить за ремонт?..

Он хотел ещё что-то добавить, но пожаловала та самая, первая и, видимо, последняя в их жизни санитарная проверка. Проверяющие из лавки выходили бледными и трясущимися. Причиной такого поведения стал их домовой Коста. Встречать проверку он явился лично, в лучшем костюме и шикарных новых лаптях. А коль это сан. проверка, решил для наглядности продемонстрировать, каким образом в лавке наводится чистота и порядок.

Наверное, самому мыть или зачаровать швабру с тряпкой для домового было слишком банально. Вместо этого Коста заколдовал всех домашних вредителей. Комиссию встретил отряд мышей, моющих полы, целая рота тараканов, ответственная за отсутствие мусора, и несчётное число мелких паучков, на чьей совести находилась уборка пыли. Как пояснил домовой, готовкой занималась одна талантливая крыса, а с остальным он, скромняга такой, справлялся сам.

Стив, предвидя нечто подобно, заранее стоял на выходе с мешочком звонких монет. В плане коррупции революция Джониека ничего коренным образом не изменила. Ну разве что расценки чуть-чуть упали из-за увеличения количества комиссий.

Выпроводив проверяющих, братья вздохнули было с облегчением и изготовились заняться всяким разным, но тут пожаловал первосвященник Гевент, трезвый и крайне встревоженный чем-то.

— Эээ, — нерешительно начал он. — Вы бы не могли мне помочь с небольшой проблемкой.

— Не можешь найти собутыльника? — язвительно спросил Стив.

Первосвященник на такую резкость не обиделся, напротив, как-то задумчиво погладил брюшко — одно из своих главных достояний, наряду с пухлыми щёчками и пропитым голосом.

— Нет, не в этом дело. Кажется, у меня в склепе, что за храмом, кто-то завёлся.

— Эти страшные, необразованные, заблудшие существа зовутся прихожанами, — сказал Стив, — полагаю они ожидают от тебя чего-то религиозного. Проповеди там.

— Да я серьёзно!

— Если серьёзно, то мы торговцы. С нежитью тебе к ведьмаку. Слышал тут один проезжал, Гетвольд из Намибии, кажется.

— Там дел на пять минут! — взмолился Гевент. — А вы тут всё равно не знаете, чем себя занять!

Стив фыркнул:

— Пятнадцать золотых, и пощади тебя твой бог, если там никого не окажется.

— Семь, и там точно кто-то есть, — мгновенно изменил настроение священник.

— Десять, и ты доплатишь, если никого нет.

Гевент задумался и согласился. По его выражению лица, Форли понял, что формулировка «ты доплатишь» его устраивает больше, чем конкретная сумма.

Оставив лавку на возмущённую дворфийку, только примерившую новые штаны, братья двинулись. Шли расслаблено, и опасений первосвященника по поводу того, что могло оказаться внутри, не разделяли.

Гевент вообще вёл себя странно — явно что-то не договаривал. Зная его болтливую натуру, Стив и Форли помалкивали, ожидая, что он сам всё расскажет. Это случилось, когда она вышли на храмовую площадь.

— Я чего переживаю-то, — начал издали первосвященник. — Председатель, как его там… Джониек, захоронил в склепе останки некроманта. Ну, того, что казнил тут.

Форли припомнил что случилось это с недели две назад или раньше. Джониек постоянно кого-нибудь вешал, сжигал и устраивал другие представления на потеху не в меру кровожадной публике.

Первосвященник завёл их за храм и указал на каменные ступени, ведущие вниз:

— Вот он — склеп. Раньше, по молодости, я тут вина хранил.

— А теперь? — рефлекторно спросил Форли, и сразу же понял, что теперь Гевент всё держит при себе.

Сам первосвященник с ними идти отказался наотрез, и вся помощь, поступившая от него, заключалась в вонючем факеле.

Склеп был большим, пыльным, сырым и банальным местом. К тому же узким, из-за чего идти приходилось медленно, периодически врезаясь друг в друга. Ряды серых саркофагов в стенных нишах сменялись такими же, и так раз за разом, поворот за поворотом. Первые метров тридцать Форли пытался читать имена, а потом бросил — они не говорили ему абсолютно ничего и вряд ли могли сказать что-то кому бы то ни было из ныне живущих.

Неожиданно Стив, шедший впереди, замер — впереди за поворотом кто-то разговаривал. Говорили, а точнее переругивались, двое:

— … Роскошный? Десять часов уже прошло, а мы как сидели здесь, так и сидим. Время не ждёт!

— Уверен, уже скоро вы сможете телепортировать. А время… теперь, когда в Перекрёстке думают, что вы…

— Да-да, сожжён. Поглумись ещё, кусок дыма, а потом вспомни, что ты лишь раб моих желаний. Жалкий джинн.

В голосе говорившего слышалось неподдельное презрение к своему собеседнику. Форли, до этого неудобно опершийся на один из саркофагов, чуть-чуть пошевелил рукой и задел рукой что-то металлическое. Раздался звон падающего металла и сразу же мертвая, тягучая тишина.

Из-за поворота к ним не вышел, а именно выплыл, пижон в шикарном фиолетовом костюме-тройке с излишне большой, даже клоунской, бабочкой. Тонкая полоска усов придавала лицу незнакомца хитрое выражение. Но сильнее всего запоминались глаза: бойкие, цепкие, снующие туда-сюда, они так же были фиолетового цвета, но вдобавок периодически переливались зелёным.

— Разве я забыл повесить на входе табличку «не беспокоить»? — надвигаясь на братьев, спросил он. — Тут интимное мероприятие!

— Дядя, ты некрофил что ли? — доставая меч поинтересовался Стив.

— Меня зовут Господин Роскошный, ничтожный, — пижон подмигнул. — А вот ваши имена уже никто не вспомнит!

Он расставил руки в сторону словно готовясь кого-то обнять. Стив приготовился отражать атаку, но вместо этого руки Роскошного резко удлинились, так что кисти оказались где-то у Форли за спиной. Послышался хлопок в ладоши, и мир вокруг завертелся.

* * *

Что-то тёмное и невероятно могущественное схватило братьев и понесло прочь от Речноземья. В отличие от нормальной телепортации, сейчас они словно продирались сквозь толстый слой земли, что причиняло невероятную боль.

Пытка продолжалась несколько минут, пока их с братом не вышвырнуло на пыльную мостовую.

— Как же я ненавижу телепортацию! — вставая, сказал тяжело дышащий Стив и присвистнул. — Мда, на рай совсем не похоже.

Форли шутку не оценил. Они стояли посреди пыльных серых руин города. Ветер гонял песок среди пустых улиц. Архитектура была смутно знакомой, удивительно похожей на Перекрёсток, но место выглядело давно заброшенным. Маг отступил на шаг, и под ногами что-то звякнуло. Наклонившись, Форли стряхнул песок с лежавшей на земле массивной железной таблички.

«ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В НОВУЮ НАДЕЖДУ — ЛУЧШУЮ ИЗ КОЛОНИЙ!»

Братья переглянулись — они оба знали эту историю. Колонию основали, когда Стив и Форли ещё были совсем детьми. Этот мир мало того, что был совершенно не заселён, так ещё и располагался очень близко к Перекрёстку. Просто невероятное чудо: планета «в двух шагах» от Перекрестка, с хорошим климатом, без коренного населения и вообще кого-либо способного оспорить право владения.

Очень быстро в Новую Надежду повалили все, кому в бесконечном городе было слишком тесно. Возглавил колонию давний соратник их матери по имени Наир. Город, что ни говори, процветал. Что было дальше, братья узнали, когда гостили в Перекрёстке — полтора года назад все порталы в Новую Надежду закрылись. Колония будто исчезла. Немногие выходцы оттуда никак не смогли это объяснить. Считалось, что мир уничтожен каким-то катаклизмом, но, судя по тому, что они с братом видели сейчас, причина была гораздо сложнее.

— Ты можешь нас вытащить отсюда? — поинтересовался Стив.

Форли осмотрелся — они стояли на площади, где оказывались все новоприбывшие. Здесь же, под слоем пыли, располагалась и площадка для телепортаций. К счастью, она была невредимой. Без неё телепортировать тоже можно было, но в случае с местом, где ты впервые, это могло быть сопряжено с немалым риском.

Ещё раз всё проверив, Форли попытался активировать портал. Никакой реакции. Хмыкнув, он взял брата за руку и попытался самостоятельно телепортировать обратно. И опять безрезультатно. Магия просто не откликнулась на его призыв. Хотя её вокруг было даже в избытке. Подтверждая это, Форли поднял целую песчаную бурю, но открыть портал так и не сумел. Не помогла и спешно начерченная руна.

Во время очередной попытки, маг почувствовал вдалеке что-то вроде золотистого сердца, которое неровно билось вдалеке. Какой-то артефакт.

— Ты ничего не чувствуешь? — спросил он у Стивена.

— Запахов нет, птиц и насекомых тоже, воздух абсолютно сухой, а на небе ни облачка, — поделился наблюдениями Стив. — Могу ошибаться, но я читал, что здесь должен быть обычный влажный климат, навроде нашего в Речноземье. Никак не пустыня.

Форли осмотрелся и согласился с братом. Коротко посоветовавшись, за неимением других вариантов, они решили идти к тому сердцебиению, что периодически чувствовал Форли.

— Хочешь ещё? — неожиданно поинтересовался Стив. — Сколько тут было народу? Я слышал о нескольких миллионах, но даже если меньше — где они?

Маг оглядевшись понял о чём он говорил: город был абсолютно пуст, ни живых обитателей, ни их тел нигде не было видно. Люди, его населявшие, казалось, бесследно исчезли. Так братья зашли по пути в какой-то бар. Стив перевалился через барную стойку и обнаружил там не только кассу, но и брошенные вещи бармена. Казалось, будто большая часть населения пропала в один миг.

На стене дома напротив бара братья обнаружили облупившуюся, неоднократно замазанную, а затем восстановленную надпись: «Предатель!».

Поиски артефакта привели их в административный центр города — туда, где располагался дворец губернатора. Здесь появились следы борьбы: баррикады на улицах, заколоченные двери, то тут, то там валялись ржавые мечи и доспехи. Тем не менее людей, или хотя бы их останков, видно не было.

— Чувствуешь? — спросил Стив, касаясь рукой брусчатки. — Там словно бьётся сердце.

Форли кивнул: неизвестный артефакт был всё ближе. Они с братом стали идти осторожнее, опасаясь нападения. Стивен коснулся рукой своего меча и вздрогнул.

— Пульсирует, как будто в такт, — сообщил он.

Они вышли на большую площадь перед дворцом губернатора. Как и многие здешние здания, дворец являл собой нагромождение из всевозможных архитектурных стилей. Словно его доверили строить какому-то безумцу. Тот постарался на славу: здание напоминало внушающую трепет помесь готического собора, военного форта, и музея.

Судя по всему, на площади была большая битва, о чём свидетельствовали не только обильные разрушения, но и огромное количество пустых доспехов и оружия. Если судить по отметинам, то сражались в том числе и магией. И всё равно ни одного человеческого тела.

Стены дворца, перед которым они остановились передохнуть, в нескольких местах были пробиты, а некогда крепкие двери сорваны с петель. Стив подошёл ко входу и развернулся, глядя на площадь.

— Знаешь, с кем бы тут не сражались, похоже, оно пришло отсюда, — нервно сглатывая, сообщил он.

Форли тем временем рассматривал что-то на крыше. Хмыкнув, он подозвал брата, указывая на что-то на самой верхушке одного из шпилей. Если хорошенько присмотреться, было видно, что воздух там словно закручивается в воронку.

— Портал. Не уверен, но похоже через него отсюда высасывают… — маг запнулся от ужаса. — Жизнь. Впервые такое вижу.

* * *

Медленно, готовясь к нападению, братья вошли через одну из пробоин в стене, внутрь дворца. Как только они переступили порог, невидимое сердце-артефакт замолчало.

Внутри дворец губернатора остался практически не тронутым. Только странные круглые отверстия, пронизывавшие здание, напоминали о том, что здесь что-то случилось. Многочисленные помещения, как остальной город, были абсолютно пусты: ни единого следа клерков, которых тут должно было быть в изобилии.

Туннель вывел их в большой зал. Стива и Форли встретила пыль и абсолютная тишина. Остатки расписных стёкол наполняли зал мягким, почти осязаемым светом. Раньше это было чем-то вроде круглого амфитеатра, где заседали власти, но вся мебель куда-то пропала. Остался лишь массивный трон из матово-чёрного дерева, точно по центру помещения. На нём восседала фигура.

Оставив брата позади, Форли подошёл практически в упор. Он не встречал раньше Наира, но знал, как тот выглядел. Именно он и сидел на троне, иссохший, в роскошном золочёном доспехе, с небольшим золотым обручем на голове, оперев голову на руку, словно выслушивал чей-то скучный доклад.

Стив тем временем смотрел по сторонам, пытаясь хоть что-то понять. Неожиданно его осенило, и он медленно посмотрел себе под ноги.

— Фо-о-рли-и-и, убирайся оттуда! — закричал он.

Пол был покрыт толстым слоем пыли, но помимо их совсем свежих следов, там был ещё один. Словно оставленный гигантской змеёй он тянулся от отверстия в стене к трону. Послышался противный скрежет костей. Неожиданно Наир поднял голову.

— Кто посмел меня беспокоить?! — его голос звучал отовсюду и был подобен громовому раскату. — Вечный Король не терпит нарушителей!

Его глаза вспыхнули красным огнём, когда он заметил братьев. Наир пришёл в движение. Часть, сидевшая на троне, оказался лишь приманкой. Это была лишь малая часть огромного чудовища из костей, вылезшего из углубления, которое скрывалось под троном. Сломя голову, Стив и Форли выбежали из дворца. Змееподобный монстр последовал за ними.

— Идеи? — наблюдая, как змей, оказавшийся соизмеримым по размерам с трёхэтажным домом, вылезает на свет, спросил Стив.

Форли затравленно огляделся в поисках решения. Сразу стало понятно назначение баррикад вокруг, а так же происходившее здесь. Магия не помогла тогда, и вряд ли поможет им, сообразил маг.

Сзади тем временем послышался звук стучащих друг об друга костей, с большой натяжкой это можно было назвать смехом. Тело монстра пришло в движение, кости волной перекатывались вперёд, формируя жуткого вида голову. С ужасающей точностью лицо повторяло оригинал, принадлежавший Наиру. Закончив трансформацию, змей склонился над ними. На секунду он замер, а затем его глаза потухли, и послышался голос:

— Маг, ско-оро тебе не пона-а-а-до-обится твоя сила. Я изба-авлю тебя от этой го-орести.

Его клокочущий голос вкупе с растягиванием слов просто гипнотизировали. Форли застыл от ужаса, но не Стив. Он подскочил к брату и, сильно тряхнув его, скомандовал:

— Создай пар, ну или дым, скрой нас от него! — кричал он.

— Не слуша-ай этого глу-упца. Прико-оснись ко мне, юноша. С-с-ста-ань частью меня-я-я!

Монстр опустился достаточно низко, чтобы Стив, подпрыгнув, нанёс ему колющий удар в голову. Монстр ужасно зарычал, глаза его вновь вспыхнули, и он попытался смести их хвостом. Если бы Стив не повалил собою брата на землю, наверное, так бы и вышло.

— Дым, Форли, быстрее! — напомнил Стивен.

Здесь не было воды или других веществ для настоящего пара, зато в обилии были песок вперемешку с пылью. Форли сконцентрировался, создавая вихрь. От испуга маг даже слегка переборщил, и у него вышел самый настоящий торнадо.

Укрытые пылевой завесой, они с братом едва ли не на ощупь побрели в сторону домов. Время поджимало — в отсутствие создателя, торнадо быстро утихал. Как назло дома вокруг дворца оказались наглухо заколочены. Применять магию было опасно — монстр вполне мог её почуять. К тому времени, когда Стив и Форли проверили пятый по счёту дом, пыль практически осела.

В тот момент, когда в песчаном тумане уже был виден силуэт змея, им, наконец повезло — одна из дверей хоть и была заколочена, но оказалась сломана. Не теряя ни минуты, братья рванули в укрытие. Форли хотел побежать наверх — дом был двухэтажным, но Стивен остановил его и кивнул на лестницу вниз, ведущую в подвал. Некоторое время братья сидели там, в полной тишине и темноте, стараясь даже дышать как можно тише.

— Если в городе никого нет, то у него есть способ найти нас, — нарушил тишину Форли.

— Я знаю какой: мы не видели по пути ничего съедобного, даже воды нет. Либо он нас найдёт, либо мы сами умрём, — сказал Стив. — Значит надо действовать и быстро, пока ещё есть силы.

— В городском архиве должно быть что-то о случившемся, — предложил Форли.

— «У нас завелось чудище, вот способ его убить, сами мы это не сделали, потому что нам лень», — грустно усмехнувшись заметил Стив. — Там мы узнаем и так очевидный факт — Наир всех предал.

Ответить Форли не успел: в подвал сквозь стену вплыл синеватый фантом.

— Я покажу вам путь в безопасное убежище, — сообщил он слабым голосом. — Там мой создатель и ещё пара выживших.

— Ага, очень удобно, а там снаружи как раз змеюка, — подозрительно смотря на призрака, заметил Стив.

— Наверху монстр, который сразу нас заметит, если мы выйдем на улицу, — согласился с братом Форли.

— Не заметит, — покачал головой фантом. — Он ищет, но его легко обмануть.

— Ты ему веришь? — глядя на мага, и тоном подчёркивая своё недоверие, спросил Стив.

— Если здесь всё-таки есть выжившие, лучше их найти, — сомневаясь ответил Форли. — В любом случае нам нужна информация.

Стив скептически посмотрел на него, но уступил:

— Ну, если ты уверен — пошли. Может, по пути придумаем, как справится с экс-губернатором.

* * *

Фантома создал маг по имени Орелл, и он же заложил в него некоторое количество знаний о произошедшем. Так призрак поведал, что всё случилось за пару дней. Городские власти куда-то исчезли вместе с большей частью населения, тогда же перестали работать порталы в другие миры, затем вообще любые виды телепортаций даже на небольшие расстояния. Начали увядать растения, пропали животные и насекомые.

Затем пришёл змей. Быстро сломив всех сопротивляющихся, он начал свою охоту на немногих выживших, укрывшихся в городе. Остальная же планета в считанные дни обратилась в безжизненную пустыню.

Призрак отвёл их к главному хранилищу местного банка и объяснил, как попасть внутрь. Увидев, куда они идут, Стив покачал головой и остался караулить наверху, возле входа. На массивной сейфовой двери были в обилии нанесены защитные руны. Форли, нехотя, уже заранее зная, что увидит внутри, проделал нужные операции.

Ещё идя по городу, они с братом поняли, что их проводник очень плохо понимает сколько времени прошло. Не в курсе фантом был и чем сейчас занимается его хозяин или есть ли другие выжившие.

Хоть маг и был готов, от содержимого сейфа Форли всё-таки вырвало. Кроме Орелла, там нашли свою погибель ещё трое. Умерли все от голода и обезвоживания. Создателя фантома смерть застала сидевшим на полу. Рядом с его ссохшимся телом валялся резной деревянный посох. Форли печально на него посмотрел, размышляя не взять ли, но решил не беспокоить мертвых. Затем, опасаясь, что змей найдёт это место, вновь запер хранилище.

Магический посох — это не оружие, а тонкий и чувствительный инструмент, служащий для концентрации и фокусировки магии. По сути что-то вроде лупы. Посох также был показателем статуса: только маг, прошедший учёбу и длительным кропотливым трудом доказавший, что он достоин, получал разрешение на такой.

Форли магическое образование так и не получил. Да и длительным кропотливым трудом, состоявшим чаще всего в унылом переписывании бесценных (в смысле ненужных) свитков, не занимался. Посох он не взял не только из почтения к мёртвым, сколько из-за боязни напортачить. После сеансов магического массажа с Рин, его дремавшие до того магические силы теперь вели себя совсем непредсказуемо. Незнакомый артефакт мог многократно усугубить положение.

Опасаясь, что проводник сломается, как это часто бывает в таких случаях с магическими фантомами, Форли пока не стал ему сообщать, что Орелл мёртв, а он — последний осколок его сознания.

— Твой хозяин расследовал, что здесь произошло? — спросил маг у фантома.

Тот ничего не понял.

— Хорошо. М-м, мне нужна информация, какая есть о том, что здесь случилось. Сможешь найти?

Фантом неуверенно кивнул и поплыл, приглашая Форли следовать за собой. Он отвёл его в одну из комнат, раньше бывшую кабинетом или чем-то таким. На одном из столов валялась газета. Кто-то целенаправленно выделил одну из статей:

«Маги разошлись во мнении с губернатором в вопросе перемещения частицы Творца.

В прошлом месяце городской совет уступил губернатору в вопросе того, где должна находиться, возможно, главная городская реликвия. Частица Творца будет извлечена из-под площади Надежды и отправлена на хранение в дворец губернатора.

По заверениям как губернатора, так и ряда независимых экспертов, с которыми мы связались, на торговлю перемещение артефакта никак не повлияет, однако оценить все побочные эффекты достаточно сложно.

Гильдия магов выразила по этому поводу официальный протест. Представитель по работе с общественностью, магистр Орелл указал, что губернатор Наир умышленно нагнетает угрозы и преувеличивает опасности, стремясь получить прямой контроль над могущественным артефактом, что, по словам магистра, позволит губернатору укрепить пошатнувшуюся после недавнего скандала популярность и сохранить свой пост.

Напомним: ранее губернатор был уличен в связях с опасным преступником, некромантом Калифинексом. В ходе независимого расследования, нашими коллегами Бернстайном и Вудвортом выяснилось, что губернатор, пользуясь своим положением, поставлял некроманту редкие, зачастую опасные артефакты и ингредиенты. Размах манипуляций губернатора до сих пор до конца не известен. Контроль над внешней торговлей временно взяла на себя гильдия магов.

На данный момент продолжается расследование. На сегодняшний день в связи с этим в отставку подали четверо членов городского совета, так или иначе уличённых в противоправных действиях. В случае, если из десяти членов совета хотя бы половина сложит полномочия, городская коллегия вправе лишить губернатора его должности и распустить городской совет для дальнейшего переформирования. Коллегия состоит из представителей гильдий магов, торговцев и судей. Согласно заявлениям представителей этих гильдий, именно это они и собираются осуществить.

Для справки: частица Творца — могущественный артефакт, переданный в наш мир ещё на заре колонизации. Его эффекты обширны — начиная от усиления магического потенциала и заканчивая возможностью использования для создания идеального климата. На момент написания статьи он находится под городской площадью, через которую осуществляются все контакты с другими мирами. Частица значительно упрощает создание и поддержания порталов, позволяя торговле процветать…»

Форли отложил газету. Впервые с их появления здесь ситуация начала проясняться. Так или иначе происходящее прямо связано с древним артефактом. По его спине пробежали мурашки — снаружи слышался шум. Маг совсем позабыл про Стива. Форли со всех ног поспешил ко входу в банк.

* * *

Картина, встретившая его там была откровенно жуткой. На ступеньках, ведущих в банк, оперев голову на ладонь, сидел Стив, перед ним, в метрах двадцати, слегка покачиваясь, находился змей. Они безмолвно смотрели друг на друга. Глаза змея не горели. Похоже, это было признаком «мирного режима».

Аккуратно, боясь нарушить этот хрупкий нейтралитет, Форли подошёл к брату:

— Что тут происходит?

— Играем в гляделки, — натянуто сообщил Стив. — Пока я побеждаю, но у него нет век…

— Прико-о-оснись ко мне, юно-оша, — проклокотал экс-губернатор. — Я подарю тебе встре-е-ечу с той, чей меч ты но-о-осишь.

— Нет, ты не можешь этого сделать — ответил змею Стив. — Опять лжёшь.

— Я Вечный Король, я не мо-огу лгать, мои сло-ова есть сама реальность.

— И так уже полчаса. Он появился сразу, как ты ушёл. Я даже опомниться не успел, благо не напал. Стоит, смотрит, говорит, — рассказал брату Стив. — Не уверен, но кажется он понимает, кто мы. В смысле Фелисия, старые товарищи, всё такое.

— Наир, вы нас слышите? — громко спросил Форли.

— Я Вечный Король, всё, что есть — это-о я, — ответил змей. — Я начало Конца, и его эпилог. Финал.

Стив пожал плечами, явно уже уставший от происходившего. Форли призадумался и крикнул:

— Калифинекс — это он с вами сделал… такое?

Змей неожиданно ожил и приблизил голову в упор к магу. Тот от неожиданности упал и стал на четвереньках отползать. Стив вскочил, доставая меч. Но нападения не последовало, вместо этого змей заговорил:

— Слуга смерти, обма-анувший хозяйку-у. Обма-анувший меня. Всех. Я его буду-ущее и финал.

Форли покачал головой, всё ещё не понимая.

— Нас сюда отправил некто Роскошный, вы знаете такого?

— Раб желаний, возомнивший себя их господином. Продавец иллюзий, надевший на меня корону, ничтожество.

Форли только хотел сказать, что ничего не понял, но по змею прошла волна и того сильно дёрнуло.

— Со смертью времени… и смерть умрёт, — в конвульсиях сообщил монстр. — Близится час…

Не договорив, он рухнул на землю и лопнул как мыльный пузырь. Во все стороны полилась отвратительная, вонючая жижа чёрного цвета. Во всем этом мерзкопахнущем потоке Форли разглядел золотистый осколок. Частица Творца билась словно сердце. Ведомый этой пульсацией, юный маг, не смотря на мерзкую вонь, пошёл к нему. Ощущения были куда хуже, чем идти по болоту. Мерзкая жижа, казалось, специально облепливает его со всех сторон, желая поглотить. К счастью, осколок сам к нему приблизился и прыгнул в руку.

Его разум сразу же захлестнула волна эмоций. Гнев, страх, ненависть, радость, боль. Последней было особенно много. Ужасающая сила просто уничтожала Форли изнутри. Неожиданно эта сила узнала его, и ненависть сменилась странной заботой. На Форли смотрели как на старого друга, появившегося после долгих лет разлуки. Мага словно взяли за руку, желая что-то показать.

* * *

Перед Наиром стоял новый знакомый братьев: Роскошный, точно в таком же наряде, как и в склепе. В руках он держал Частицу Творца.

— Что дальше, Господин Роскошный? — поинтересовался Наир. — Сегодня подал в отставку Вилсон, после того, как его дом опять изрисовали! Завтра меня лишат власти! Вы обещали мне корону, если я помогу!

Джинн ничего не ответил, просто смерил его презрительным взглядом. На секунду артефакт в его руках запульсировал, словно сердце, и в нём Наир увидел свое будущее. Ужасного костяного змея, запертого в мёртвом городе. Он развернулся, желая убежать, но тело уже не слушалось его.

— Куда же ты? — насмешливо поинтересовался Роскошный. — Ты хотел корону. Вот она.

Частица Творца вдруг изменила форму, превратившись небольшой золотистый обруч.

— Так надень же её, — властно приказал джинн. — Так желает наш повелитель, Калифинекс.

Было в его голосе что-то такое, чему нельзя было противостоять. Нечто лишающее разума. Дрожащими руками Наир принял корону и медленно опустил на голову. Внешне он оставался безразличным, как марионетка. Но Форли чувствовал, что внутри его переполняло отчаянье. Не этого Наир хотел, не к этому стремился. Маленькая ошибка, попытка играть с силами выше него, и некогда герой в одночасье стал злом.

— Не бойся за свою корону, теперь она навечно с тобой, — голос Роскошного шелестел как листья. — Очень скоро вы станете с ней одним целым. Ваше Величество.

Роскошный отошёл в сторону, желая оценить результат и недовольно цокнул языком.

— Сопротивляешься? Раньше надо было думать, с чем играешь, — сказал он. — Прими свою судьбу. Теперь ты Вечный Король. Подумать только, а ведь это важный исторический момент, как-никак.

Это явно не произвело нужного эффекта, поэтому джинн громко щёлкнул пальцами.

— Ладно, помогу тебе. А то вдруг местные убьют или сбегут отсюда. Калифенекс ох как не обрадуется этому. Впрочем, он никогда ничему не радуется.

Роскошный хищно осмотрелся, затем самодовольно улыбнулся:

— Но просто так помочь было бы не в моём стиле. Сделка, ваше Величество. Вы мне жизненные силы этого мира, а я вам всё остальное. Идёт? Конечно же да, ха-ха-ха.

Рассмеявшись, довольный своей шуткой джинн громко похлопал в ладоши. На этом воспоминания закончились. Последнее, что Форли ощутил — мерзкую магию, от которой и погибла большая часть населения. Их тела поглотил змей, и с новообретённой силой ему не составило труда выследить и уничтожить немногих оставшихся.

Выжившие после волны тёмной магии сумели объединиться. Небольшая кучка людей в стремительно умирающем мире. Они и дали тот самый бой, перед дворцом губернатора. Отчаянные и усталые, они дрались насмерть. Женщины, старики, дети, все кто мог.

Форли, ведомый Частицей Творца, стал частью той битвы. Он чувствовал её участников, словно сам там был. Решимость и страх, отвагу и чувство обречённости. Они проиграли и лишь четверым удалось скрыться, чтобы найти смерть от голода в банковском сейфе.

* * *

От увиденного кружилась голова. Тяжело смотреть воспоминания не только как наблюдатель, но и как участник. Такие фокусы с памятью до добра не доводят. Из ступора мага вывел Стив.

Брат просто дернул его за руку, оттаскивая в сторону. Форли не понимал, что происходит, похоже, пока он смотрел воспоминания, прошло прилично времени. Вокруг них стояло огромное множество силуэтов из той самой мерзкой жижи. Все вместе они тянулись к нему и вопили. В какофонии голосов слышались мольбы, смех, детский плач. Осколок, что Форли сжимал в руке, вдруг стал невыносимо тяжёлым и горячим. Не в силах удержать, маг выронил артефакт.

Частица скользнула в толпу силуэтов. Послышался шум костей. Туда, куда упал артефакт, образовывался новый костяной змей, поглощавший мутные силуэты вокруг, Форли хотел рвануть к нему, но его остановил Стив.

— Им надо помочь, это жители города! — не унимался маг, пытаясь вырваться.

— Нет, — ответил кто-то сзади.

Одинокая фигура, которая не вопила и не стонала. Её лишённую черт голову венчал золотистый обруч.

— Мы лишь тени, скоро мы снова станем Вечным Королём. Уходите, быстрее, пока… пока… змеей не верну-у-у-улся.

Его голос начал принимать знакомые очертания.

— Передайте матери… что я… что-о-о-о я-я-я-я… ВЕЧНЫЙ КОРОЛЬ! К-конец…

Змей вновь стал единым целым. Его глаза загорелись красным пламенем, а тело начало выгибаться, готовясь к нападению.

— Портал над дворцом! — крикнул Форли. — Это единственный путь.

* * *

То была сумасшедшая гонка наперегонки со смертью. Стив и Форли сломя голову бежали в центр города. Ни магия, ни оружие не причиняли змею никакого вреда. Он больше не вступал в разговоры, лишь сосредоточенной и неумолимо гнался за своими жертвами.

Братьев спасало лишь то, что монстр был весьма неповоротлив. Раз за разом не успевая отреагировать, он врезался своей тушей в здания, иногда даже застревая в них. Так, петляя и изворачиваясь по множеству переулков, они добрались до центра. Здесь уже хитрить было негде, только бежать так, что сердце колотилось, готовясь разорваться.

Вбегая во дворец, они, не задумываясь, повинуясь инстинкту и слепой удаче, почти мгновенно нашли путь наверх. Оттуда, по скользкой, раскалённо солнцем, шатающейся от ударов чудовища крыше и прямо в воронку.

Ощущения от попадания в портал были знакомыми. Их снова словно тащили сквозь землю. Вопрос был в том — «Куда?».

Игнорируя боль, Форли сконцентрировался. Он хотел совершить чрезвычайно опасный трюк. Телепортировать прямо отсюда. Ждать «конечной» он не хотел. Роскошный смог блокировать возможность телепортации из Новой Надежды, и ничто не мешало ему сделать так ещё раз.

Пунктом назначения он выбрал Перекресток — туда проще было попасть, чем в Речноземье, а значит и вероятность ошибиться была меньше. Мысленно он воспроизвёл формулу и тут же поторопил себя — у него осталось едва ли пара секунд. Больше не раздумывая, он применил заклинание.

* * *

Защищённые защитным полем, словно огромный метеорит, Стив и Форли врезались в родное поместье в Перекрестке. Магический взрыв, вызванный телепортацией, уничтожил здание чуть ли не под чистую, оставив только искорёженный фундамент и дымящиеся руины вокруг. К счастью этим разрушения и ограничились.

Сами виновники стояли, прижавшись к друг другу и дрожали. Где-то в стороне послышался кашель. Сквозь оседающую пыль проступил силуэт. Сначала деревянный стол, а затем его владелица, целая, но вся в пыли. Выражение лица матери была непередаваемым. Настолько, что Стиву и Форли как-то сразу захотелось обратно к змею.

— Не так я представляла ваш визит на чашечку чая, — в растерянности сказала архимаг. — Дорогой, он у нас остался?

Из кучи золы поднялся Сарруг.

— Только чёрный, дорогая.

* * *

Фелисия с перекошенным лицом ходила туда-сюда по своему кабинету в академии. Перед ней, спокойно сидел Джониек.

— Калифинекс жив! — повторила она. — Вы же сожгли его!

— Сжёг, — равнодушно согласился председатель. — У меня целый город свидетелей. Очевидно, что его воскресил Господин Роскошный.

— И где нам его теперь искать?

— А вы его искали, архимаг? — лукаво спросил Джониек. — Его нашёл мой подручный, думаю, он сделает это снова. Вы можете и дальше сидеть, перебирать бумаги.

Комната ощутимо вздрогнула несколько раз, затем Фелисия отдышалась и жестом показала, что больше не задерживает правителя Великой Марки. Джониек пожал плечами, откланялся и молча вышел.

— Мы тоже можем идти? — поинтересовался Форли.

Они с братом всё это время тихо сидели по углам.

— ИДТИ?! — голова Фелисии медленно повернулась к нему. — Нет, дорогие мои, вы наказаны: будете помогать мне восстанавливать дом.

— Я не буду! — сразу же упёрся Стив. — У меня лавка.

Архимаг задымилась от гнева. Где-то вдалеке что-то взорвалось. Стив, не дожидаясь дальнейшего, помахал брату ручкой и смылся прочь, твёрдо намереваясь вернуться в Речноземье.

Разрядить момент попытался Сарруг. Он достал из кармана красивое, свежее, зелёное яблоко.

— Дорогая, хочешь яблочко? — приторно любезно спросил бибилотекарь.

— Знаешь, куда его себе засунь?! — вспыхнула архимаг.

— Куда, дорогая? — всё так же любезно уточнил Сарруг.

Вдалеке что-то сильно загрохотало, стены затряслись, а затем всё закончилось. Архимаг куда как спокойнее ответила:

— В карман, я потом съем.

Проблемы с грызунами

Стив тяжело вздохнул и топнул ногой. Ему показалось, что этого мало, поэтому он ещё сильно мотнул головой, словно отгоняя муху. Закончил композицию ещё один крайне тяжёлый вздох. Несмотря на приложенные старания, те, кому были адресованы эти вербальные знаки, не обратили на них ни малейшего внимания.

Вся лавка была забита детьми. На самом деле их было всего семеро, но шумели эти семеро, каждый как за трех. А ещё бегали и смели трогать артефакты. Не выражая при этом желания или хотя бы теоретической возможности их купить.

Стив относился к детям с плохо скрываемым недовольством. Причиной тому, помимо очевидных раздражителей, служило то, что он ещё не забыл себя в их возрасте. И там, где другие видели бессмысленный шум, Стив наблюдал за глубоко порочной и несправедливой иерархией. Даже сюда эта стайка зашла лишь потому, что кто-то из «сильных» решил подшутить над другими.

И вот уже долгих полчаса Стив был вынужден стоять, выслушивать потоки отборного идиотизма, следя за тем, чтобы беззащитные артефакты не пострадали от беспокойных ручек, а сами ручки остались при их владельцах.

Нет, конечно, можно было прогнать эту свору. Так, наверное, бы на его месте поступил Форли — демонстративный щелчок пальцами, и заклинание выметает всех неугодных из магазина. Только потом в сторону магазина полетят, в лучшем случае, камни.

Тем временем что-то изменилось: главарь шайки, по совместительству самый старший из них, взял один из артефактов и самоуверенно направился к кассе. Это означало, что вместо издевательств над друг другом, детишки нашли себе новую цель — Стивена.

— Эээ, а чё это такое? — глупо лыбясь, спросил главарь.

Стив окинул его взглядом и понял, что перед ним стоит кто-то вроде него самого лет десять назад: тот же нахальный взгляд, те же манеры. Разве что этот парень был чуть повыше и одет в нечто, что называлось предсмертным хрипом местной молодёжной моды, которая в угоду эпохе менялась каждую неделю.

— Вы ж, магазин этих… артефактов, во! — не унимался главарь, — а это, гы, свисток, как, гы, для собак!

Он продемонстрировал Стиву свисток для птиц в форме птицы и с биркой, гласившей: «Птичий свисток».

— Это для птиц, свистни и поймёшь, почему он здесь, — улыбаясь во всё лицо, ответил Стив.

Вожак на секунду опешил, оглянулся на своих товарищей, которые злорадно наблюдали, периодически подначивая его, и что было мочи дунул. Раздался низкий, довольно неприятный звук. Разумеется, никаких птиц не появилось.

— И чё… ик, — неожиданно главарь вздрогнул и замолчал.

Но стоило ему снова открыть рот, как из него вместо слов доносилось теперь соловьиное пение, чириканье и множество других птичьих голосов.

— Поздравляю — на ближайшие два часа ты прекрасно понимаешь птиц, — Стив выхватил у него из рук артефакт. — Если желаешь ещё что-то потрогать, вон верёвка самоубийцы и мыло. Оно, правда, отравленное, но для других целей сгодится.

Под петушиные крики своего вожака, дети быстренько ретировались.

* * *

Из Перекрёстка Стив вернулся неделю тому назад. Один, без брата. Форли остался, чтобы помочь устранить разрушения, им же и причинённые.

Это было весьма необычно. С удивлением Стив понял, что без брата где-то неподалёку чувствует себя словно без руки. Рин, конечно, помогала, но это было совсем не то. Сегодня Форли должен был вернутся, и Стивен с неудовольствием отметил, что нетерпеливо ждёт этого.

Не успел он порадоваться освобождению лавки от малолетних захватчиков, как под перезвон колокольчиков в лавку вошёл Форли. Стив, не скрывая радости, бросился к нему.

Маг выглядел изрядно уставшим и потрёпанным. Похоже, родители его порядком загоняли.

— Ну как, отремонтировал семейное логовище? — улыбаясь во все зубы, спросил Стив.

— Не сыпь мне соль в глаза, — отмахнулся Форли и добавил недовольно: — Мама после твоего бегства села даже не на коня, а на дракона. Повезло тебе, ты скрылся до этого.

Стив по этому поводу особых душевных мук не испытывал. Он слишком долго был громоотводом для всей семьи.

— Ты ей рассказал о том, что с нами случилось?

— Разумеется. Ты же сбежал, — продолжал хмуриться Форли.

Маг глубоко вздохнул, отгоняя от себя мрачные мысли.

— Это их встревожило, мягко говоря. Даже не то, что мы там очутились. А то, из-за кого мы там оказались. Этот джин Роскошный и некромант, не на шутку их, хм, напугали, что-ли. Мне они, разумеется, ничего объяснять не стали.

— Про Наира…

— Не забыл, не волнуйся. Мама отреагировала очень странно. Словно знала, что это неизбежно случится. Во всяком случае, ни она, ни папа особенно по этому поводу меня не расспрашивали. По сравнению, опять же, с некромантом и джином. Только о них мы и говорили, если так подумать. Ну, это кроме тех разговоров, которые касались тебя.

Маг отодвинул брата плечом и поплёлся к себе, оставив Стива думать над тем, что, возможно, он поступил не самым красивым образом. Мысли эти мешали ему, как зубная боль и преследовали до самого вечера, пока в его голове не созрел план, как всё исправить.

* * *

— Тук-тук, я войду? — аккуратно постучался в дверь Стив.

Имея дело с дворфийкой, нужно было соблюдать все предосторожности, чтобы не нарваться на болезненный пинок. Из-за двери послышалось невнятное приглашение. Дворфийка, высунув язык от усердия, писала что-то на листке бумаги. Стив заметил, что Рин была левшой.

— Ну? — не прекращая писать, спросила она.

— Я хочу сделать брату подарок, — начал Стив издалека.

Рин на секунду оторвалась от письма, чтобы недовольно посмотреть на него:

— Хочешь извиниться за своё поведение? А от меня тебе что нужно? Разрешение? В устном виде подойдёт или написать? — она выхватила чистый лист бумаги и размашисто написала: «Одобряю, Рин».

— Хочу подарить ему магический посох.

Дворфийка пожала плечами:

— От меня ты что хочешь?

— Ну, ты в этом всяко лучше разбираешься.

Рин одарила его насмешливым взглядом.

— Любой маг в этом разбирается лучше тебя. Тем не менее, это не значит, что он может такой сделать. Я, например, не могу.

— Ну, вдвоём мы что-нибудь придумаем!

Она отложила перо и вздохнула, Стив понял, что самое время поднажать.

— Ну пожалуйста, проси, чего хочешь!

— Чего хочу, ты мне не дашь. А всего остального не хочу, — пространно объяснила Рин и добавила, — Ты хоть представляешь, сколько это хлопот? Найти подходящий материал, найти мастера, который согласится сделать всё это вслепую. Ты уверен, что не хочешь подарить ему, эм-м, носки?

— Посох, — стоял на своём Стив.

Дворфийка покосилась на листок, закатила глаза и сдалась.

— Есть у меня один вариант. Не думаю, что это будет дешево и не думай, что ты так просто отделаешься. Но я кое у кого кое-что спрошу. А теперь выйди вон.

Стив, крайне довольный собой, поспешил выйти.

* * *

Потянулись дни. Дворфийка словно забыла о плане и разговаривать на тему посоха отказывалась наотрез. Форли всё так же ходил мрачнее тучи, и Стив медленно, но верно заражался этим негативом.

Спас всю ситуацию необычный гость, нагрянувший в лавку через несколько дней. Это явно был не местный, но и не очередной турист из Перекрёстка, а наоборот, из глубинки. Судя по одежде и окладистой бороде, не иначе как селянин.

Вначале он вручил Стиву письмо, а затем поинтересовался:

— Не вы ли тот самый Стивен Гофт, владелец этой лавки?

— Я, хотите что-то продать? — разглядывая письмо, ответил Стив.

Письмо предназначалось Рин и было подписано аккуратным, явно женским почерком.

— Нет, милсдарь. Тут в другом дело. Ходит слух, что вы со всякой нечистью людям помогаете. Помощь ваша и брата нужна.

Стив аж поперхнулся от удивления. К таким слухам о себе он был не готов.

— Ну не совсем, а что случилось?

— Грызуны у нас на хуторе просто озверели.

— Могу предложить отличный крысиный яд.

Селянин аж сплюнул от раздражения.

— Да каких мы только ядов не перепробовали. Не едят они его! Мясо едят, молоко пьют, сыры все сожрали, горилку выпили! А яды лежат не тронутые! Собака моя ими сдуру отравилась, а этим… тьфу!

Стив хмыкнул и хотел что-то спросить, но с лестницы спустилась дворфийка.

— О! Тебе почта, — сообщил он.

Рин, удивившись, взяла письмо и, отойдя в сторону, принялась читать. Селянин тем временем переминался с ноги на ногу, ожидая ответа.

— Не уверен, что это по нашей части, — сомневаясь, сказал Стив. — Да и брат мой вряд ли согласится.

— Он согласится, — вмешалась Рин. — Мы едем!

Настал черед Стива удивляться, но селянин от радости принялся так трясти ему руку, попутно обещая довезти, что это начисто лишило его возможности трезво мыслить.

* * *

Сборы в дорогу заняли от силы час, и то, большая часть времени ушла на то, чтобы убедить Форли отправиться с ними. Лавку на пару дней решено было закрыть — ничто так не повышает спрос, как отсутствие предложения.

Ехали в простой телеге. Стив расположился рядом с селянином, который оказался тамошним тем ещё болтуном и на радостях не умолкал, рассказывая про свою жизнь. Та была пресыщена подробностями вроде «хлобысь тудась энтого по роже» или «шмяк-кряк и здоров».

Рин, так и не раскрывшая, что именно было в письме, сидела чуть позади них, вся загадочная и таинственная. Форли демонстративно отсел едва ли не на самый краешек и сидел неподвижно, словно памятник упрямству.

В отличие от самого города, окрестности Марки уже ощутили приближающуюся зиму, поэтому дорога, в обычное время занимавшая пару часов, растянулась до самого вечера. В хутор с романтическим, но банальным названием «Любятово» компания добралась уже затемно.

Выглядела деревушка неказисто, но вполне ожидаемо: множество приземистых деревянных домиков, активно дымивших трубами. Таких мест по всему Речноземью были тысячи, если не больше. Дом старосты, возле которого селянин высадил компанию, от прочих отличался разве что наличием большой доски, для объявлений. Судя по отсутствию оных, популярностью письменная речь здесь не пользовалась.

Тут же у Стивена и закончилось мимолётное ощущение, будто он оказался в другом мире. Всё на той же доске объявлений, снизу на паре увесистых цепей висел небольшой ящик, вроде тех, что используют для сбора почты. На этом ящичке было две записки корявым почерком, первая гласила: «Жалобы кидать сюда!», ниже была стрелочка, наглядно указывающая, куда именно бросать. Вторая записка висела на бруске наглухо закрывавшим возможность бросить что-либо внутрь и заявляла: «В связи с увеличившимся количеством жалоб, право на жалобы было отменено!».

— Я, енто, сейчас по нашинским пройдусь, узнаю, чтоб заночевать было где, — сразу засуетился селянин. — Вроде у Старопоня была свободная комната, или у мадам Фатум…

— Нет необходимости, — остановилась его Рин. — Мы уже нашли, где остановиться. Завтра с утра маэстро Стивен займется вашей проблемой.

Селянин удивлённо на неё посмотрел, пожал плечами, но спорить не стал и ушёл к себе в хату.

— Так, сразу говорю, я человек не гордый, спать на земле или телепортировать обратно не буду, — как только он ушел, сказал Стив. — Пойду и напрошусь.

— Ты о чём? — не поняла Рин.

— Где ночевать-то будем?

— У Агни, конечно, — как нечто само собой разумеющееся ответила дворфийка. — Думаю, она нас скоро встретит.

— У Агни? — переспросили Стив и Форли вместе.

Рин достала и помахала письмом. Как выяснилось далее, именно здесь же жила та ведьма, с которой она недавно сдружилась и которая научила её ворожбе. И ей же дворфийка написала по поводу посоха.

Только вот самой Агни видно не было. А холодный ветер, вкупе с начавшимся снегопадом, только усиливался, постепенно превращая тройку в два ледяных столбика и одних снежный холмик. Неожиданно откуда-то сверху раздался звонкий смех.

Стив и Рин начали озираться по сторонам, а вот Форли, первым понявший, что сейчас будет, скрестил на груди руки и пробурчал:

— Дешёвые понты. Сейчас ещё и над головой пролетит.

Так и произошло, а затем рядом кто-то спрыгнул с небольшой высоты, и вот уже перед ними стоит девушка с метлой в руках.

Глядя на неё, Стив задумался над тем, что неужели профессия так определяет внешний вид. Агни в этом плане была самой стереотипной ведьмой, какую только можно было представить. Разве что высокий рост и излишняя худоба выбивались из общей картины. Все остальные атрибуты вроде латанного-перелатанного платья, связки трав и странного огонька в глазах были на месте. Из-за темноты и снега волосы ведьмы разглядеть не получалось, но Стив готов был поспорить, что они рыжие.

Обнявшись с Рин и перекинувшись с ней парой фраз, ведьма с усмешкой взглянула на братьев и пригласила идти за собой. Жила Анги на отшибе, прямиком рядом с кладбищем. Из обрывков, долетавших сквозь ветер разговоров, Стив понял, что она же за этим кладбищем и приглядывала. Ещё один плюсик в список «типичной ведьмы».

Форли неожиданно остановился и прислушался.

— Слышишь? — спросил маг. — Словно музыка играет. С кладбища.

Стив ничего не слышал, кроме завывания очень холодного ветра.

— Может кто из местных балуется, — ответил он и поторопился в дом.

Жилище у Агни был большим и, что главное, очень тёплым. Внутри все стены было увешаны различными травами. Всё пространство, что не занимали они, занимали тысячи разных баночек, скляночек и горшочков. Среди прочего валялись и парочка солидных медицинских книжек, скорее всего, из Перекрёстка.

Стив, ожидавший чего-то стереотипного, удивлённо глянул на Агни. Та как раз снимала с головы рыжий платок, волосы под которым оказались пепельно-серыми, можно сказать, седыми и короткими. Вопрос так и застыл у него во рту. Ведьма же оправила рукой растрёпавшиеся волосы и принялась распоряжаться:

— Спать будете на втором этаже. Там пыльно и много тараканов. Так вот я хочу, чтобы и пыль, и тараканы оставались на своих местах, а вы им не мешали.

— Ты просто не бывала у них в комнатах, поверь? им твои тараканы — до фонаря, — наябедничала Рин.

Стив уже собирался возразить, но тут из-за стены донёсся сухой, но властный голос:

— Агнесса, ты вернулась? Покажи гостей! Хочу знать, кто будет гостить в моём доме!

Ведьма пожала плечами и повела новоприбывших в крошечную комнатку, большую часть которой занимала небольшая кровать. На ней лежала, глядя в потолок, сухенькая старушонка. Если во всём остальном доме было жарко, то тут была настоящая баня — сказывалось печка, выходившая сюда одной из стен. Вдобавок комнату освещала лишь маленькая, почти выгоревшая свечка, что создавало очень тяжёлую атмосферу.

— Ясно, — стоило им войти, уверенно сказала старуха. — Возьми гномку и выйдите вон. С молодчиками поговорить хочу. И не вздумай подслушивать — все зубы повыпадут.

Агни молча поклонилась и, выталкивая ошарашенную Рин, быстро вышла. Когда за ними закрылась дверь, старушка сухенько рассмеялась.

— Двадцать лет уж со мной живёт, а до сих пор верит в мои пугалки.

Стив и Форли неуверенно переглянулись.

— Даа, интересно заплетаются нити судьбы. Оба вылитые мать. Словно камень неровно раскололи надвое, — продолжала говорить старуха.

Стив нервно на неё покосился — старуха даже не взглянула на них, всё так же смотря в потолок.

— Всё вижу, яхонтовый, да не глазами только. Нет их у меня. Нетуть. Народ тут раньше диковат был, силу мою не сразу признал. Не велика цена. Где одна дверка закроется — другая появится.

— Откуда вы нас знаете? — спросил Форли.

— Матушка ваша, Фелисия, по молодости ко мне заходила. По женской проблеме одной. Я ей, значится, помогла. Вот вы стоите предо мною — хорошо видать помогла.

Старушка рассмеялась, а затем без предисловий заявила:

— Ну, посмотрели и хватит. Выйди-ка, маг, отсель. К твоему брату дельце у меня, а у него ко мне. Ты с дамами побудь, не повредит. Да зубки-то береги, одни на всю жизнь такие белые они у тебя, хе-хе.

Побледневший Форли поспешил выйти.

— Знаю, что ищешь тут, — заявила Стивену старуха. — Помочь могу. Есть у меня палка, древняя, даже старше меня, хе-хе, брату твоему пригодится. Пыл усмирит, путь нужный укажет.

— Разумеется не за просто так, — понимающе предположил Стив.

— Не боись, цена не кусается. Не долго мне тут лежать осталось, поэтому и требовать много не буду, — старушка подтянула одеяло под ошарашенный взгляд своего гостя.

— Что? — наигранно удивилась она. — Выздовлю и дальше пойду. Ревмьматизмь, понимаешь, лежать в тепле и всё такое. Ну да не важно. Злато твоё мне ни к чему. Органы тоже. Меч у тебя интересный, да не мой. Глаза пудрит, да и мозги тоже. Суккубов терпеть не могу, инкубы — вот другое дело.

— Даже не знаю, что и предложить, — растерянно ответил Стивен.

— Предлагать не нужно, день не базарный, да и мы не на базаре. Просьба есть у меня. Доведётся тебе божка одного встретить, Демиургом кличут. Ты ему прямо скажи: Изельда должок просит вернуть. Он парень смышлёный, всё поймёт.

Стив напрягся, странное предложение от странной старухи, да ещё и боги. Всё это очень дурно пахло.

— Дурно пахнут, синеокий, трупы после бойни, — заявила старуха. — А это сделка. Согласен — посох твой, прямо сейчас заберёшь, нет… ну, заодно узнаешь, какого цвета твой братец изнутри.

Стив вздрогнул от такой неприкрытой угрозы. Однажды ему так угрожали, и сделка та ни к чему хорошему не привела.

— Да не дрожи ты, не демон я. Хочешь подойди, потрогай, пока не остыла. И вреда причинить тебе не могу, и Форли тоже. Да и если б могла — не стала бы. Сила угрожает брату твоему, магия, если понятно говорить. Он как той сосуд, крепкий вроде, но стеночки то-о-оненькие. Ну что, согласен?

Изельда подняла сухенькую ручку вверх. Стив, вздохнув, пожал её. Рука старухи и вправду оказалась очень холодной, лёгкой и слабой.

— Посох вон, у двери. А теперь кыш отсель, устала я от вас. И наверху моих тараканов не трожьте!

* * *

Ночь прошла беспокойно. Кровать Стиву досталась неудобная, на чердаке было душно, еще и тараканы оказались на редкость шумными и наглыми соседями. Заснуть удалось лишь к утру, поэтому, когда он проснулся, кровать Форли уже пустовала. Стив, коль представилась такая возможность, без опаски ещё раз оглядел полученный накануне артефакт.

Посох был необычным, иначе не скажешь. Древесина, из которой он был сделан, была очень странного, чёрного с отливом жёлтого, цвета. Вдобавок он ещё и пульсировал, будто живой. Самым интересным было навершие, представлявшее из себя переплетение чуть шевелившихся веток, скрывавшими что-то вроде небольшого мутного шара.

Решив вручить подарок чуть позже, Стив отправился вниз. Там во всю суетилась Агни. Завидев его, она встала подбоченившись.

— Ах, вот и наш герой-лежебока! Илья Перемуровец, собственной персоной! — язвительно сказала она. — Иди-ка ты во двор, там найдёшь поленницу, а рядом топор и пару чурбанов. Преврати это всё в дрова.

— А как же магия? — как-то инстинктивно попытался уклонится от работы Стив.

— Магия для лохов — топор для пацанов. Шагом марш рубить дрова! — последнее было сказано криком, от которого многочисленные скляночки зловеще затряслись, словно готовясь взорваться.

Выйдя из дома, Стив нос к носу столкнулся с Форли с коромыслом на плечах. Откуда-то из-за дома доносились крики Рин. Судя по их содержанию, дворфийке доверили накормить скотину, чему последняя не сильно обрадовалась.

Стив медленно, словно к дикому зверю подошёл к огромному чурбану, сбоку которого висел небольшой, местами ржавый топорик. Не то чтобы Стив никогда не рубил дрова, просто обычно этим занимался Форли. Маг просто заколдовывал топор, и тот сам делал всю работу, пока Форли занимался своими делами. Однажды это закончилось небольшими разрушениями, когда топор-трудоголик, закончив с запасом своих брёвен, принялся за соседские. Тех тоже оказалось немного, поэтому артефакт нарубил на дрова их сарай, затем небольшой фруктовый сад, потом деревянную часть дома. В общем остановили его только когда артефакт заканчивал издеваться над забором.

Вспотев насквозь и запыхавшись, Стив с горем пополам закончил рубить дрова. Странно, но, отложив топор, он почувствовал себя очень хорошо отдохнувшим, словно сбросившим с плеч тяжкий груз. Удивлённый такому эффекту и крайне довольный собой, Стивен вернулся к крыльцу дома, как раз вовремя, чтобы застать примечательную сценку.

На крыльце Агни что-то обсуждала с Рин, судя по скучающему выражению лиц и взгляды в небо, погоду. В это время по дороге рядом с её домом пробегала, весело гогоча, толпа детишек. Стоило им заметить пепельноволосую девушку, как они замерли, а затем с криками «Ведьма, ведьма!» разбежались как от огня.

— А тебя, я смотрю, не сильно жалуют местные? — несколько грубовато спросил Стив.

Агни только дернула плечом и сказала:

— Роды всех этих «цветов жизни» принимала я. А к кому, думаешь, идёт мужик, у которого разболелось сердце? Так что плевать мне, что они тут кричат.

Её голос и грусть в глазах, однако, говорили об обратном. Стив не стал в это лезть и, вспомнив о подарке, поспешил на чердак. Форли был тут же и как раз переодевался. Судя по всему, работа с коромыслом сухой не прошла.

— Я чувствую себя виноватым! — честно признался Стив с порога.

— За то, что не даёшь мне спокойно поменять штаны?

— За то, что оставил тебя там одного.

— Вряд ли, — пожал плечами маг. — Тут уж можешь не лукавить. Хуже всего, что ты не даёшь матери хотя бы шанса.

Стив пожал плечами, не собираясь дискутировать на эту тему, и достал из-под своей кровати посох.

— Ну, в любом случае, я хочу извиниться и вот…

Он вручил брату артефакт. Форли аккуратно взял посох и долго его разглядывал.

— Первый раз в жизни вижу что-то подобное, — признался он. — Это эльфийский дуб. По легендам в него переселяются души умерших эльфов. Обычно прикосновение к ветвям таких деревьев смертельно опасно — они терпеть не могут чужаков, особенно, если их срубить. Но это… словно кто-то целенаправленно вырастил этот посох таким. Откуда ты его достал?

Стив красноречиво посмотрел вниз.

— Надеюсь, это не была очередная сделка, о которой мы вскоре пожалеем? — уточнил Форли.

— Вроде новых суккубов прислать не должны, — улыбнувшись, ответил Стив.

Так, перешучиваясь, они спустились вниз и, перекусив, приступили к решению крысиной проблемы.

* * *

Ещё в тот момент, когда староста им рассказал о проблеме с крысами, Стив почувствовал, что что-то тут не так. Подозрение усугубилось, когда они узнали, что местным, оказывается, есть к кому обратиться за помощью. Агни на их вопрос о том, что тут происходило, лишь хитро улыбнулась и посоветовала поговорить с народом.

Именно так Стив и Форли и поступили. Дом за домом они обошли всю деревню. На это ушёл весь день. И совсем не из-за количества жителей.

Как выяснилось, селян волновала целая уйма проблем, помимо непосредственно крыс. У кого-то уже неделю болела нога — верный признак надвигающейся беды, по словам её владельца. У старушки выпал зуб, ну точь-в-точь, как у её бабушки по материнской линии сотню лет назад — не иначе как семейное проклятие. Осыпался веник — очевидно, где-то рядом прячется опасный демон, скорее всего, сам Балаэль, в крайнем случае, его заместитель. Затопило подвал — всё, вторжение водяных на подходе.

И так дом за домом. Кажется, не было в Любятово человека, с рождения не проклятого, в подвале у которого бы не прятался демон, водяной или на крайняк кикимора. Создавалось впечатление, что село находится на границе царства тьмы и ежедневно сдерживает натиск главных сил зла.

Впрочем, про крыс братья тоже много чего разузнали. Староста явно преувеличил их организованность: ни о какой систематичности и речи не шло, но пострадали от них абсолютно все. Чего раньше, по словам местных, никогда не случалось и вот опять произошло.

* * *

Обратно Стив и Форли вернулись очень поздно, полностью разбитые и измученные, в основном морально. Уже подходя к дому, Стив краем уха услышал какую-то мелодию. Судя по насторожившемуся Форли, он тоже что-то слышал. Звук доносился прямиком с кладбища. Переглянувшись, братья направились туда.

Ночь была светлой — всё небо было усеяно миллиардами звёзд. Вдобавок откуда-то с юга дул тёплый, совсем летний ветер, словно прощаясь на ближайшие несколько месяцев. Словно атмосфера была самой что ни на есть таинственной и волшебной.

Кладбищенские ворота оказались не заперты и, слабо скрипнув, впустили их внутрь. Музыка, а точнее скрипка, доносилась из возвышавшегося в тьме большого здания. Ещё днём Стив обратил внимание, что на кладбище стоит что-то вроде храма или склепа. Сквозь его двери струился мягкий голубоватый свет, а подойдя ближе стали различимы и множество странных голосов — словно их сдувал ветер.

Как можно тише они прокрались внутрь склепа. Происходившее внутри лучше всего описывалось как «вечеринка призраков». Их тут было несколько сотен. Все голубоватого оттенка, в одеждах разных эпох и каждый настроенный на свой лад. Кто-то общался, кто-то делал странные пассы руками. Был тут и скрипач — он самозабвенно играл в дальнем углу. Рядом висела пара призраков, внимательно слушающая его.

Неожиданно двери за ними скрипнули, в руку Стива впились ногти.

— Что вы здесь делаете?! — прошипела у них из-за спины Агни.

— Музыку услышали!

Не говоря ни слова, она выволокла их из склепа.

— Это последняя ночь осени. Их ночь, — пояснила ведьма, когда они отошли подальше от склепа. — Сегодня здесь собрались те, кого что-то держит в мире живых. И не думайте, что я позволю вам им мешать!

— Мы просто услышали музыку, — сказал Стив в оправдание.

— В любом случае вам здесь не место, — осталась непреклонной Агни.

Форли пожал плечами и устало пошёл обратно.

— Догоню, — сказал ему вслед Стив.

Агни вопросительно на него посмотрела:

— Ты говоришь, что призраки собрались здесь именно сегодня. Но музыку мы слышали и вчера! — заметил Стив.

Ведьма удивлённо посмотрела на него и, глубоко вздохнув, сказала:

— Ладно, завтра днём можете залезть и проверить. А теперь иди.

Стив сделал несколько шагов и понял, что идёт один.

— А ты? — оборачиваясь, спросил он, но позади уже никого не было, только шелестели кусты.

Агни он нашёл далеко за ними, на пригорке за кладбищем, что возвышался над всей деревней и открывал красивый вид на неё и округу. Заметив Стива, ведьма дернулась, видимо, желая прогнать, но передумала и просто спросила:

— Чего ещё?

— Ты что, собираешься провести здесь всю ночь? — удивлённо спросил Стивен.

— Не в первый и не в последний раз, — пожала плечами ведьма.

Стив неторопливо плюхнулся на землю рядом с ней. Удивительно, но несмотря на недавние заморозки и снег, здесь на холме словно до сих пор было лето. Даже трава только-только начинала высыхать, готовясь к зиме. Земля же и вовсе оказалась тёплой, словно где-то в глубине была огромная печь.

Но больше всего запоминалось небо: ясное, светлое, с тысячами звёзд, казалось можно протянуть руку и дотронуться до них. Стиву доводилось бывать в мирах, где помимо дневного светила было и ночное, и это зрелище запомнилось ему на всю жизнь. У Речноземья своей луны не было, но он был готов поклясться, что ни один мир не может похвастаться такой красотой, какую он видел сейчас.

— Волшебное место, — признался он.

— По легендам здесь под холмом спит дракон, — ухмыльнулась Агни.

Стив с сомнением посмотрел на неё — драконы в Речноземье? Скорее, он бы поверил, что внизу и вправду печь.

— На самом деле я просто на прошлой неделе посадила здесь пару драконьих корней. Если правильно их очистить, то они здорово греют землю. А по весне урожай будет.

— Хитро, — искренне признался Стив. — Давно ты…

— Ведьма? Всю жизнь. Бабушка, ну, то есть, Изельда, вырастила меня и научила всему, что знает.

— Я хотел спросить, давно ли ты за призраками следишь?..

— Аааа, — Агни махнула рукой, — да лет десять. Бабушка как-то с ними повздорила, так я ими и занялась. Они ничего такие, я раньше с ними там в склепе сидела, слушала, иногда им рассказывала.

— А почему перестала?

— Они… они как запись в дневнике. Такой отрывок из собственной жизни. Кто-то не успел чего-то достичь и теперь не может уйти. Кто-то ждёт свою вторую половинку. Тот же музыкант — другие призраки мне рассказывали, что он при жизни не доиграл коду. И эту коду кто-то высек на его надгробной плите. Вот теперь он и страдает, — ведьма осеклась, понимая, что ушла от темы. — В общем, общение с ними — весьма грустное и бесполезное занятие. Тем не менее, нужно следить, чтобы их никто не потревожил.

— И есть дураки?

Агни выразительно на него посмотрела, намекая, что парочка всё же нашлась.

— А, хе-хе, ну да, — засмеялся Стив, откидываясь на спину. — Мы с братом регулярно залазим куда-то не туда.

— Вроде как с тем суккубом?

— Рин и об этом тебе писала?

— Нет, — Агни загадочно улыбнулась, — я же ведьма, вуууу, — она зловеще помахала руками. — На самом деле местные шептались об этом. Мол, вторжение остановила демоница, пожертвовав собой.

— Ну как-то так и было, — желая сменить тему, сказал Стив.

— Скучаешь по ней? — спросила ведьма и сразу добавила, — об этом Рин писала.

Стив дотронулся рукой до видимых только ему ножен с мечом Солифелесет.

— Да, наверное, — не слишком уверено ответил он.

— «Наверное»? — ведьма усмехнулась.

— Не знаю как это описать, просто… мне её не хватает.

— В этом суть любой утраты. Важно не остановиться, а идти дальше, заполнить пробел чем-то новым. Не цепляться за иллюзию, не жить ею.

Ведьма сделала витиеватый жест рукой, словно с кем-то прощалась. Стив ничего не ответил, подумав про себя, что отпускать то он и не хочет.

* * *

Так, болтая о всякой чепухе, они просидели до самого рассвета. Этот холм похоже действительно был магическим, потому что, спустившись к дому, Стив встретил там бледного и не выспавшегося Форли, тогда как сам вообще не хотел спать.

— Ну что, новый день, новые приключения? — ехидно спросил Стив.

— Ах, затянули мы с этими крысами, — зевая, ответил маг.

Решить начали оттуда, где остановились — со склепа. Призраки исчезли, поэтому тут братьев встретили тишина и запустение.

Нашлось и место упокоения давнишнего музыканта. Как и говорила Агни — на гробу были высечены ноты. Форли внимательно их осмотрел, а затем почесал ухо и приложил его к саркофагу.

— Там что-то пищит! — отскакивая воскликнул он.

На вид всё было в порядке, но Стив, прислонившись ухом в том же месте так же, услышал какую-то возню.

— Интересно, а здесь есть подвал или нижний ярус? — вслух предположил Форли.

Поиски много времени не заняли — вниз вела лестница, спрятанная под неприметным лючком в углу. Похоже, что это место было чем-то вроде подвала. Тут было очень сыро, каменная кладка местами обвалилась и весьма неприятно пахло. Но главным был всепоглощающий шум от множества крыс. Их самих видно не было — вряд ли сырой подвал был им по душе. Но все стены были пронизаны, словно соты, множеством туннелей.

— Какая мерзость! — воскликнул Форли указывая на что-то на полу. — Я думал это легенды.

Примерно в центре подвала лежала странная композиция — с десяток мёртвых крыс, хвосты которых срослись. Крысиный король — знак чумы и несчастий. Стив, немедля и стараясь не дышать, поспешил наверх. Форли последовал его примеру.

— Это место стоит сжечь! — воскликнул маг, когда они вышли из склепа.

— Угу, и чумные крысы разбегутся по всей округе. Нет, тут нужно что-то иное, — не согласился Стив. — Откуда они вообще здесь взялись?

Форли хотел что-то ответить, а затем хлопнул себя по лбу и помчался обратно.

— Ты видел, когда похоронили скрипача? — крикнул он на ходу.

* * *

— …два месяца назад, — сказал Стив сидящей передней ним Агни. — Мы думаем, что крыс привлекла его музыка. Как в той сказке. И судя по тому, что мы видели в подвале, дело зашло уже очень далеко. Если ничего не сделать, болезни накроют всю округу.

— Я должна посоветоваться, — сказали ведьма и направилась в комнату Изельды.

Ждать её пришлось довольно долго. Вышла она удивлённая и со скрипкой в руках.

— Как-то так. Кто умеет пользоваться этим? — указав на скрипку, спросила ведьма.

Играть умела Рин, но человеческая скрипка оказалась для неё большой и неудобной: постоянно вываливалась из рук или соскальзывала, из-за чего сыграть что-то внятное никак не получалось. Пришлось на ходу обучать Форли.

Оставалось понять, что играть и где. В подвале склепа музицировать было опасно, да и подняться обратно по лестнице, не прерываясь, было невозможно. Пробная пара простеньких мелодий перед склепом ни к чему не привела. Так же, впрочем как и внутри.

— А что, если сыграть, то, что выбито тут? — кивая на надгробие музыканта, предложил Стив.

Это вызвало проблемы. Форли худо-бедно мог выдавливать из скрипки звуки, но ноты читать не умел. Их могла прочесть Рин, которая в свою очередь не могла их сыграть. Потребовалась пара часов, прежде чем маг сумел сыграть что-то по мотивам.

Стив, глядя на всё это, про себя думал, что призрак в саркофаге сейчас вне себя от ярости, если может видеть эти издевательства над музыкой.

Звук последнего аккорда, что сыграл Форли, долго словно висел в склепе, а потом на эту неумелую попытку ответили. И как ответили! Из саркофага вышагнул призрачный музыкант — с его скрипки срывались поистине божественные звуки.

Послышался писк и сквозь щели вылезла парочка любопытно шевеливших усами, жирнющих, чёрных крыс. Они явно оказались загипнотизированы игрой скрипки.

— Нужно их куда-то увести, утопить, например, — шепнул Агни Стив. — Не думаю, что эта композиция бесконечна.

— Есть один лесной пруд, в километре отсюда, но как нам его туда отвести? — кивая на призрака, спросила ведьма.

Стив помахал перед глазами музыканта рукой — никакой реакции. Форли хмыкнул, отошёл в сторону и сделал пару движений смычком, выдавив какое-то подобие того, что играл маэстро. Это сработало — призрак поднял голову и подлетел ближе, при этом не переставая играть.

* * *

То была странная, невероятно долгая и нервная процессия. Впереди шёл измученный и задёрганный Форли, из последних сил играя на скрипке. За ним двигался прозрачный дух музыканта, самозабвенно играющий божественные мелодии. Дальше двигалось полчище загипнотизированных крыс, тысячи их, разных цветов и размеров. За ними шли Рин со Стивом, проверяя чтобы из хвостатых любителей музыки никто не потерялся.

На берегу озера их ждала Агни с небольшой лодкой и парой трясущихся «добровольцев» на вёслах. Форли едва ли не запрыгнул в лодку, и та просто сорвалась с места, отплывая примерно в центр. Призрак парил рядом, не прекращая играть. Крысы, оказавшись на берегу, разом вздрогнули — сработали простые животные инстинкты, но всё же поплыли следом, на верную гибель.

Стив, издали глядя на это, всерьёз предполагал, что всё происходящее обрастёт целой вереницей вымыслов и легенд, а пруд на ближайшие пару лет станет самым мистическим местом в округе.

— Ентить меня в жлобло! — воскликнул местный староста, спешно откуда-то прибежавший, глядя на это.

Форли наконец отложил скрипку и, наверное, упал бы навзничь, если бы было куда падать. Призрак тоже остановился и огляделся с видом человека, который обнаружил себя в незнакомом месте.

— Позвольте спросить, где я? — обратился он к магу.

Тот растерялся, не зная, что делать. На выручку пришла Агни, крикнув с берега:

— Вы на концерте, выступили перед публикой, но ещё не доиграли коду, — сказала ведьма. — Не томите, маэстро!

Призрак поднёс палец к губам и согласно закивал.

— Да-да точно! Как я мог забыть! Простите, достопочтимые слушатели, просто голова жутко раскалывается со вчерашнего дня.

Он поклонился видимым только ему зрителям, поднял скрипку и заиграл. Это была тягучая и тоскливая мелодия, словно автор прощался со своими слушателями. Музыка была столь хороша, что пробила даже Стива.

Стряхнув рукой невесть откуда взявшуюся слезу, он краем глаза заметил знакомый силуэт. На секунду ему показалось что это Солифилесет, но наваждение спало, и на месте суккубы обнаружилась Агни, так же проникновенно слушавшая. На секунду она хитро на него посмотрела и повторила давнишний жест прощания.

Доиграв, призрак музыканта изящно поклонился и растаял в воздухе, наконец обретя долгожданный покой.

Сапоги (не)удачи

Рин сидела за столом и сквозь окно смотрела на падающий снег. Шёл второй месяц её пребывания в лавке. Правда, по ощущениям, прошло гораздо больше времени. Что ни говори, но братья Гофт из различных приключений и неприятностей просто не вылезали.

И, что самое удивительное — ей это нравилось. Это не Всемагическая академия, здесь не было скучных лекций, унылых преподавателей и постоянного стресса, а жизнь не шла по расписанию. Да, где-то позади остались друзья, но появились и новые. Слова архимага о том, что, пожив такой жизнью, она никогда больше не вернётся в академию, оказались пророческими.

С первого этажа тем временем доносились какие-то странные звуки вперемешку с хохотом. Быстренько доев кашу, Рин отправилась туда. Зрелище и вправду было забавным: перед Стивом и Форли неровным строем стояло зверьё, как на подбор. Тут были: кот в сапогах, обезьяна в юбке, мартышка в очках, жираф в балетной пачке и гиппопотам в кепке.

Причиной тому был артефакт, метко названный Стивом шкатулкой визуализации. Эффект был простым и забавным: ты называл какой-либо предмет, например, «конь в пальто», и шкатулка тебе его демонстрировала. По мнению Форли, это могло положить начало новому виду искусства.

— Форлитограф, не иначе — тогда же придумала название Рин.

Ей почему-то вспомнились рассказы о живых картинках из сектора будущего в Перекрёстке. Кажется, они как-то так и назывались.

— А вы всё балуетесь, — спустившись к ним и оглядев звериное царство, сказала Рин.

Форли щёлкнул пальцами, и все, кроме коня, растворились в воздухе. Недоумевая, юный маг повторил жест, но убрать коня не так и не сумел.

— Ничего, будет нагляднее для покупателя, — уверенно заявил Стив. — Кстати, а кто сейчас должен на кассе стоять?

— Конь в пальто! — едко ответил Форли.

Рин, пользуясь их спором, как можно незаметнее прошмыгнула к вешалке и, утеплившись, выскочила из лавки. Очередь была не её, но результат этих споров она заранее знала — стоять за кассой поручат именно ей. По самым-самым важным и неотложным причинам. У Форли это были различные эксперименты, разной степени ненужности. Стив же предлагал сыграть в карты или просто вспоминал какой-то давний должок, известный одному ему.

Город, ставший почти родным, встретил её комьями снега и холодным ветром. Это была первая на памяти дворфийки зима: в Перекрёстке всегда была одинаковая погода, примерно соответствующая ранней осени. Крайне редко бывали лёгкие заморозки или жара, и то было результатом чьей-нибудь неосторожности.

Рин захотелось прогуляться, но каких-то конкретных идей куда идти, к ней так и не пришло. Ноги сами несли её по стремительно меняющемуся городу. Марка преображалась с такой скоростью, что даже для Рин, пробывшей здесь два месяца, не составляло труда каждую неделю находить что-то новенькое. Точнее, хорошо знакомое, но в новом антураже.

Марка, как многие другие места, тесно контактировавшие с Перекрёстком, неумолимо перенимала стиль бесконечного города. Впитывала его вместе с товарами, переселенцами и технологиями. Вскоре, как серьёзно подозревала дворфийка, этот город станет отличаться от случайного квартала в бесконечном, исключительно сменой погоды. Увы, в культурной и экономической экспансии Перекрёстку равных не было.

Однако оставались и такие места, куда прогрессивное влияние загнивающего бесконечного города ещё не добралось. Так Рин наткнулась на чудесный в своей бессмысленности магазин «Лучшие рога от Клавдия», торговавший много чем, кроме рогов. Сам «Клавдий» оказался полноватой девушкой, полностью безразличной ко всему происходившему вокруг неё.

Таких местечек в Марке становилось все меньше и меньше. Рин буквально коллекционировала их, старательно запоминая каждое, ведь они могли исчезнуть в любой момент. Так сгинула гильдия алхимиков, превратившись из перекошенного сарая с вредными старикашками внутри, в солидное государственное учреждение. Разогнали местных шарлатанов-магов, открыв филиал Всемагический академии. Порядок пришёл и в порт, где всем заправляли чиновники, а не хаос и неразбериха. Даже первосвященнику Гевенту и тому досталось. Джониек, вопреки реальности, в своей прессе лепил из него солидную, значимую для общества фигуру. Поэтому первосвященнику теперь чаще приходилось сидеть на различных приёмах жуя салатик (согласно газетам он был ярым вегетарианцем), нежели в таверне с пивом.

На выходе из «Рогов Клавдия» дворфийку обступила толпа ребятишек. Те, похоже, приняли её за одну из своих подружек и куда-то собрались вести. Поняв, что обознались, они разом отскочили, как от огня. Рин не обижалась, прекрасно понимая, что она со своим ростом в метр тридцать три выглядит для них чем-то сказочным. В таких случаях она всегда вспоминала как впервые жизни, оказалась в зоопарке, вместе с остальным классом.

Ей тогда попался на глаза утконос, который показался ей странной тварью родом из какой-то ну совсем больной вселенной. Объяснение экскурсовода про суть зверька ещё больше убедили дворфийку в правильности своего вывода. Утконос был млекопитающим, но при этом откладывал яйца и, полностью игнорируя предыдущий факт, вскармливал детёнышей молоком. Кроме этого утконос ещё и имел ядовитые когти, которые вопреки логике располагались на задних лапах. Ну чем не монстр из иной, очень мрачной вселенной?

Думая об этом и машинально шагая по улочкам Марки, Рин учуяла кофе — напитка которого ей давно не хватало. Вот чему-чему, а такому влиянию Перекрёстка, дворфийка могла только порадоваться. Источником запаха оказалось явно недавно открывшееся заведение, чья безумно красивая вывеска гласила: «Вельвет». Аромат напомнил дворфийке, что в академии она пила кофе едва ли не литрами. Не в силах сдержать своё искушение, Рин решила зайти.

Внутри царила типичная атмосфера для нынешней Марки: вчерашние подневольные горожане, прямиком из средневековья наряженные кто во что горазд, сидели за аккуратными столиками, освещёнными масляными лампами, пили кофе из аккуратных фарфоровых чашек и с важным видом читали газеты, с которых Джониек неустанно напоминал, что происходящее именно его рук дело.

Свой заказ сделала и дворфийка, усевшись за барную стойку, под косой взгляд девушки-бармена. Кажется та пробормотала что-то вроде «хорошо хоть не корги» и подала ей не только кофе, но и свежий номер газеты.

Грея руки о тёплую, дымящуюся чашку, Рин пробежала глазами по первой странице новостей. И тяжело вздохнула. Стив и Форли в своей несколько детской наивности продолжали не замечать происходившего у них под носом — Джониек явно к чему-то готовился. Очевидно, к войне. Об этом ясно намекали многочисленные тренировочные лагеря, которые как грибы после дождя выросли по всей округе.

Такими темпами через пару лет все местные карты впору будет менять.

Рин плохо разбиралась в местной политике и истории, но весьма сомнительно, что окружавшие Марку соседи: королевства Кальман, Веровия и Нурон, чем-то разительно от неё отличаются. Точнее, отличались. Теперь-то они безнадёжно отстали.

Разумеется, она писала по этому поводу архимагу, но та ничего не могла поделать. Законы Перекрёстка никак не регламентировали захват других миров. Кроме того, у Джониека было огромное множество сторонников, в том числе и в Всемагической академии. Вступить с ним в конфликт означало бы начать гражданскую войну с весьма не очевидным исходом.

Поэтому всё, что дворфийке оставалось, это пить кофе, читать новости, коллекционировать старые карты, которые вскоре должны были утратить актуальность, и смотреть по сторонам. Тут внимание Рин привлёк весьма необычный субъект — высокий, лысый, крепкого вида мужчина, в модной кожаной куртке. Явно не местный, какой-то наёмник, он разительно отличался от остальных посетителей не только внешним видом или одеждой, но и манерами.

Меньше чем за минуту наблюдений, он успел подойти и заговорить с четырьмя разными девушками, с которыми явно до этого не был знаком. Каждой незнакомец отвешивал скабрезный комплимент и пару вопросов средней назойливости, чьё содержание дворфийке так и не удалось услышать.

Не миновал он своим внимание и саму Рин: подсев рядом незнакомец томно сказал:

— Привет, детка. Вижу, что, как и я, ты здесь не в своей лодке, не так ли?

— Я в кофейне, а не в лодке, — делая глоток ответила дворфийка и представилась. — Рин.

— Красивое имя, — усмехнулся наёмник и добавил играя лёгкой улыбкой. — Рокер, тот самый. Искатель приключений и лучший любовник Загадочного переулка. Нет, серьёзно — мне ещё никто не отказывал!

Рин аж поперхнулась от последнего заявления. Так к ней ещё не подкатывали. Строго говоря, за время учёбы в академии, нормальных предложений сходить на свидание она слышала едва ли штук пять, все остальные же больше напоминали мычание.

— И что вырвало тебя из постели и привело в этот холодный край? — спросила дворфийка.

— Твои глаза, милая. А ещё один артефактик, который нужно бы сбагрить, не отсвечивая, — загадочно улыбаясь, ответил Рокер и придвинулся ближе. — Ты случайно не знаешь где бы это можно было сделать?

— Вроде есть одно место, — пожав плечами, многозначительно ответила Рин.

Глаза Рокера алчно свернули.

— Люблю разгадывать загадки, — сообщил он. — Особенно женские.

Дворфийка нехотя призналась себе, что было в этой нарочитой грубости, лёгкой небритости и запахе дешёвого одеколона что-то чарующее и манящее. Впрочем, грубость явно была напускной, стоило чашке в её руке опустеть, как ей мгновенно заказали другую. Попробовав напиток, она ничуть не удивилась — Рокер заказал ей что-то алкогольное. Наивный, он совершал ту же ошибку что и другие, считая, что меньшая масса тела усиливает эффект от спиртного. Интересно каким бы стало его лицо узнай он, что на прошлой неделе она едва не перепила Гевента — заслуженного чемпиона в этом деле?

Тем временем Рокер продолжал осыпать её комплиментами, постепенно сокращая дистанцию. Он уже почти шептал ей в ухо. Его голос гипнотизировал, усыпляя внимание. Руки же Рокера вытворяли странные пасы вокруг дворфийки, то и дело как бы невзначай касаясь то уха, то щеки.

— Так ты не знаешь, сладкая, где я могу продать артефакт? — спросил мужчина, чуть меняя тон.

Рин отчётливо поняла, что не только не может не ответить на данный вопрос, но и считает жизненно необходимым сделать это как можно скорее. Дворфийка словно оказалсь в густом дурманящем тумане, в котором осталась только она и Рокер.

— В… лавке артефактов… Стива и Форли, — услышала Рин свой голос, который, кажется, уже ей не подчинялся.

— Чудесссно! Они-то мне и нужжжны! — странно растягивая слово сказал Рокер. — Отведёшь меня туда?

Он грубо повернул её голову к себе, заставляя посмотреть себе прямо в глаза. Что-то в нём неуловимо изменилось. Вроде и лицо тоже самое, но как будто другое, нечеловеческое, больше похожее на искусно сделанную, но всё равно неидеальную маску. Из-под которой на Рин смотрели зелёные глаза, со змеиным зрачком, в которых смешалась алчность и похоть.

* * *

Рин, шатаясь, словно кукла, шла по улицам города. За ней, шаг в шаг, двигался Рокер. Любой знакомый, хоть чуть-чуть знавший дворфийку, мгновенно бы поднял тревогу, глядя на них, но как назло улицы были полны только случайными прохожими, которые косились на неё, как на сумасшедшую.

Увидев, что до лавки остался едва-ли десяток метров, Рин попыталась вернуть контроль над телом. С тем же успехом она могла бы попробовать сдвинуть город. Узы гипноза или какой-то магии держали очень крепко. Дворфийка могла только смотреть, как неумолимо приближается лавка. Для Рокера её попытка не осталась незамеченной. Он мерзко поцокал языком и сказал:

— Не получится, гномка. Теперь-то ты понимаешь, хи-хи, почему мне никто не отказывает? — он провёл рукой по её телу. — Будь у меня время… ох, мы бы с тобой позабавились. Люблю дворфийские ножки. Жареными.

Он осклабился, демонстрируя полный рот отвратительных треугольных зубов грязно-жёлтого цвета.

— Пошли внутрь и не смей меня выдать, — сказал он, подталкивая её шлепком, за который, будь Рин в себе, испепелила бы его на месте.

Против воли она повиновалась. Рокер шёл следом, аккуратно доставая что-то из-за спины. Звякнул колокольчик, внутри показалась фигура, и дворфийка выругалась — за кассой был Форли. Умный, начитанный и при этом невероятно растерянный. Он заметил, что что-то не так, но застыл, как вкопанный. А наёмник вышел из-за спины Рин вперёд, поднимая странный г-образный предмет.

Дворфийка уже видела такие, разные видов и размеров, но с одной смертоносной сутью — это был пистолет. Была крохотная надежда что Форли знает, что это такое, но маг смотрел на дуло направленного в него оружия без какого-либо интереса.

— Подарок от Господина Роскошного! — ухмыльнувшись сказал Рокер, и тут раздался выстрел.

Мир вокруг словно взорвался. Рин упала словно марионетка, у которой отрезали держащие её нити. Куда-то вперёд повалился наёмник, но в ту же секунду подскочил и, выстрелив пару раз, ретировался через окно. Сзади послышался топот ног, им вторили сверху — это вниз спускался Стив. А посреди всего этого лежала загипнотизированная Рин. Наконец, её сознание начало куда-то падать, а мир заволокла тьма.

Когда она наконец пришла в себя, первое, что увидела, — немолодое лицо Джониека перед собой, гораздо ближе чем ей бы хотелось. Заметив, что дворфийка пришла в себя, председатель отстранился и отошёл в сторону, убрав что-то в карман быстрым движением. Хлопнула входная дверь, едва не срывая колокольчик, и в лавку вошёл человек огромного роста. Коротко стриженные волосы, безжизненные глаза и лицо с множеством шрамов достаточно говорили о его профессии.

Обычно скрытый под плащом помощник Джониека, Везави, предстал перед обитателями лавки в своём «истинном» обличии. Он был очень худ, но при этом высок. Всё свободное пространство тела, которое можно было использовать для крепления оружия, было использовано. Пистолеты, метательные кинжалы, пара коротких клинков и ещё множество орудий убийства, о способе использования которых Рин могла лишь догадываться. Человек-армия, не иначе.

— Ушёл, — коротко, без каких-либо интонаций сообщил Везави.

— Бывают и такие огорчения. Должен признать, вы умеете удивлять, — прокомментировал Джониек, глядя на братьев. — Я думал, он прибыл за мной.

Стив и Форли озадаченно переглянулись.

— Чем обязаны? — спросил Стив.

— Да вот, спасаю ваши жизни, — съязвил Джониек. — Моё новое хобби.

— Прошлое, заключавшееся в попытке убить меня, уже бросили? — нагло спросил Стив.

— Пока да. Ты же платишь налоги, — председатель огляделся и, обнаружив рядом табурет, сел на него.

Обитатели лавки замерли, не веря своим глазам. Джониек, сам того не понимая, сел на так называемый табурет правды — встать с него было невозможно до тех пор, пока не скажешь в слух правду.

— Есть какие-то мысли почему вас хотят убить? — поинтересовался председатель.

— Кхм, — откашлялась Рин. — Перед тем как напасть он сказал, что это подарок от некого роскошного господина.

Стив простонал и хлопнул себя по лбу.

— Господин Роскошный, джинн — мы как-то перешли ему дорогу. Похоже, он узнал, что мы выжили в Новой Надежде.

Джониек выразительно вскинул бровь, услышав об этом, но спрашивать не стал. Вместо этого он попытался подняться, разумеется, безуспешно.

— А, ну да, — он осмотрелся по сторонам. — Я и забыл, где оказался.

Это было правдой, незначительной, но всё же правдой, поэтому табурет отпустил его.

— Мда, — Джониек прошёлся вперёд-назад, словно раздумывая, а затем уверенно сказал, — Найдите его и приведите ко мне!

— С чего бы вдруг? — насупился Стив.

— Хотя бы потому, что этого требую я.

— И что нам за это будет? — скрестив на груди руки, продолжал стоять на своём Стив.

— Освобожу от налогов на месяц, — вздохнул Джониек.

— На три, и напишете о нас в своей газетёнке!

Председатель бросил на Стива злобный взгляд.

— Ладно. Но в таком случае, — он подошёл к своему помощнику. — Везави, присмотрите за ними, а по возможности помогите.

Слегка поклонившись, Джониек ушел. Стив закрыл магазин и поинтересовался:

— Ну, откуда начнём?

— Он наверняка телепортировался! — предположил Форли.

— Нет, — уверенно заявил Везави. — Пока моя пуля в нём, не сможет.

— Значит спрячется, — высказалась Рин.

— Ему пулю надо достать, проверим лекарей? — предложил Форли.

Его фраза вызвала ряд усмешек у всех остальных, и маг сконфужено спросил:

— Что не так?

— Вряд ли в Марке есть врач, хоть раз видевший огнестрельное ранение. Да и вообще понимающий, что это такое, — пояснила дворфийка. — Я думаю, стоит пройтись по городу, может заметим что-то.

Стив и Форли, кажется, хотели поспорить с такой методикой розыска, но замерли увидев, как Везави надевает свой плащ. Спорить с ним никто и не стал.

* * *

Бродить по городу в поисках кого-то, кто всеми силами не хочет, чтобы его нашли, не самое весёлое занятие. Вдвойне хуже, если город готовится к новогодним праздникам и просто бурлит. Такого столпотворения не видела не только Рин, но и братья.

Идти приходилось гуськом за Везави, который словно ледокол прокладывал путь сквозь толпу. Люди едва ли не разбегались перед ним, возможно опасаясь, что мрачный гигант просто растопчет их.

Рин то и дело замечала странно одетых людей в толпе. Они были словно игрушечные солдатики — поставь парочку рядом и вылитый полк линейной пехоты какого-нибудь величества.

— Где-то костюмированная ярмарка проходит? — указывая на них, спросила дворфийка у Стива.

Тот удивлённо посмотрел на загадочных субъектов и пожал плечами. Тогда Рин осторожно коснулась Везави, привлекая к себе внимание.

— Чего? — донеслось откуда-то сверху.

— Вы знаете, кто это? — поинтересовалась дворфийка, кивая на очередного «солдатика».

Помощник Джониека на секунду остановился, а затем быстро подскочил к нему и, схватив за шиворот, оттащил в закоулок, подальше от лишних глаз.

Сравнение с игрушечными солдатиками оказалось очень даже верным — это не было человеком. У существа перед ними была гладкая, словно глянцевая кожа, немигающие безжизненные глаза, а одежда являлась неотделимой частью тела, ни намёка на рот — лишь небольшая чёрточка, как будто сделанная карандашом. На свой захват существо никак не отреагировало, покорно стоя перед ними.

— Это… что это такое? — удивлённо спросил Стив.

Везави, не без удивления смотревший на их пленника, достал кинжал и, не сомневаясь, отрезал существу ухо. То сразу же рассыпалось пылью, как и остальной солдатик, когда гигант воткнул в него клинок.

— Джинская магия, — он выразительно сплюнул, выражая всё, что думает по этому поводу.

— Они тоже ищут Рокера! — догадалась Рин.

* * *

Проследить за перемещениями солдатиков проблем не вызвало. Собственно говоря, они могли идти за ними нога-в-ногу. Несмотря на это, ходили эти существа не бессмысленно, а по какой-то понятной лишь им системе, постепенно сужая круг поиска. Так улица за улицей, они вышли сначала в портовый район, а затем и в сам порт.

Тут уже было не так многолюдно, в основном только портовые работники и экипажи кораблей — спасибо за это холодному резкому ветру вперемешку с брызгами.

Марка издревле держала огромный торговый флот, поддерживающий контакты со всем Речноземьем. Недавно Стив и Форли слегка его проредили, но на общей картине это сказалось мало. А вот приход Джониека к власти изменил всё. Впервые в истории у города появился военный флот — пока только переделанные торговые суда, но судя по бесконечной работе сухих доков, новинки были не за горами. По слухам, они были целиком из металла и перемещались с помощью магии.

Сейчас в порту кипела работа — сотня кораблей разгружалась и загружалась, готовясь выйти в море как можно скорее, пока холода и зимние шторма не сделали это занятие слишком опасным. Матросы в тёплых одеждах загружали множество однотипных ящиков с клеймами торговых гильдий Перекрёстка.

Внимание компании привлёк первый пирс, в данный момент занятый одним-единственным барком. Вокруг корабля суетилось множество солдатиков. Команда судна обнаружилась неподалёку — одного взгляда на бедолаг было достаточно чтобы понять, что их загипнотизировали.

Неожиданно барк содрогнулся, внутри него что-то ярко вспыхнуло, словно внутри кто-то на мгновение включил фиолетового цвета фонарь по яркости сопоставимый с солнцем. В ту же секунду солдатики, сновавшие повсюду, принялись исчезать, куда-то телепортируясь. Проследить, куда именно они направлялись, не представлялось возможным, поэтому компания как можно скорее принялась обыскивать судно.

Ни в капитанской каюте, ни среди матросских лежанок, никаких следов Рокера не было. Трюм доверху был заполнен странными, небольшими, но очень плотно набитыми бочками. Проходя мимо одной из них, Рин сильно чихнула. В воздух поднялся знакомый запах, который она множество раз слышала в академии на уроках алхимии. Дворфийка наклонилась, осматривая бочки внимательнее. У одной отошла доска, и часть содержимого просыпалась. Это был серый, дымчатый песок. От удивления у неё глаза на лоб полезли.

— Порох?! — воскликнула дворфийка. — Откуда здесь в Речноземье порох?

В этом мире огнестрельное оружие она увидела впервые сегодня же — сначала у Рокера, потом у Везави — оба пришельцы.

Впрочем, две печати на бочках говорили сами за себя. Одна принадлежала гильдии алхимиков Марки, другая же изображала недавно принятый герб вооружённых сил. В самой дальней части трюма стояло что-то вроде телеги, накрытой брезентом. Дворфийка, уже понимая, что увидит, сдернула его. Под ним была никакая не телега, а расписное бронзовое орудие. Стив, у которого глаза на лоб полезли, присмотрелся к стволу, даже потрогав его.

— Не нашего отлива. Такие штуки делают г… дворфы в Перекрёстке.

— Именно, — согласилась Рин и повернулась к Везави. — Вы в курсе этого?

— Дела господина меня не касаются, — пожимая плечами, ответил гигант, хотя его вид орудия нисколько не смутил.

Рин и до этого отчётливо понимавшая к чему всё идёт, потрясённо воскликнула:

— Но это же… война! Так скоро?!

Дворфийка прекрасно понимала к чему всё идёт дело, но чтобы так скоро? Джониек не правил даже полгода!

— Наши соседи раз в десять больше Марки! — фыркнул Форли не знакомый с пороховой артиллерией.

— Если у него есть такие игрушки, это не важно. Война продлится до… — остудила его пыл Рин.

— Вас это не касается, — раздражённо прорычал Везави. — Рокер тут был, нужно найти его!

Спорить было бессмысленно, и компания двинулась дальше. Метр за метром они осматривали барк, оказавшийся доверху набитый артиллерией, снарядами к ней и порохом, пока не упёрлись в самую дальнюю комнату, находившуюся на корме прямо под капитанской каютой. Дверь в неё была сорвана с петель.

Это была очень тёмная, плохо пахнущая каюта, представлявшая собой закуток метр на полтора с одноместной кроватью, небольшим столом и кривоногой табуреткой. Внутри царил такой бардак, словно кто-то целенаправленно пытался расшвырять немногочисленную мебель. Тем не менее, посреди бардака неожиданно аккуратно стояли чистенькие кожаные сапоги. Форли поднял их, пощупал и скривился.

— Кожаные, кажется, когда-то это было драконом, — сообщил маг разглядывая их. — А ещё это очень сильный артефакт.

— Насколько сильный? — уточнил Стив.

— Из тех, что меняют реальность под себя, — Форли даже понюхал сапоги. — Что-то связанное с удачей.

— Дай-ка мне их! — решительно сказала Рин.

Получив сапоги, она сразу перевернула их и внимательно осмотрела подошву.

— Ага! Клеймо владельца, литеры Г и Р, а ниже какие-то руны, — она продемонстрировала подошву Форли.

Маг присмотрелся и почесал затылок.

— Похоже на язык джиннов, все, кроме этого, — он ткнул в самый уродливый из значков. — Эта штука полна магии, какая-то сильная руна.

Форли попытался её коснуться, но, ойкнув, отдернул палец.

— Не просто руна — проклятье!

— И что она делает?

Форли пару минут рассматривал артефакт со всех сторон, а затем заключил:

— Хитро. Артефакт работает, как и надо, но стоит снять, и всё обернётся против тебя.

— Это как? — не понял Стив.

— Ну смотри, — Форли взмахнул руками, желая выразить невыразимое. — Вот, надев их, ты сел за карточный стол. Выигрываешь, но ведь вокруг тебя люди проигрывают. Получается, что это артефакт оказывает влияние на них. Так вот, снимая их, ты сам оказываешься в «зоне поражения». Думаю, если долго их носить… быстрая смерть будет везением. Рин, этот наёмник был в них, когда встретился с тобой?

Дворфийка принялась судорожно вспоминать, но хоть убей обувь Рокера словно вылетела из головы.

— Наверное, нет. Сам посуди — ему бы повезло, будь они на нём.

Везави тем временем самым внимательнейшим образом обыскал каждый миллиметр каюты и выудил из небольшой щели между досок пола сильно сплющенную пулю. На её боку оставалась капля густой тёмно-бордовой крови.

— Мрачновато, — скривился Форли. — И как нам его теперь найти?

Рин знала как. Магия крови: по сути та же некромантия, только вид сбоку. Её проходили в академии, кратко, но всё равно более чем достаточно, чтобы навсегда проникнуться омерзением к этому виду магии. Нехотя дворфийка взяла пулю в руку.

Дворфийка закрыла глаза и внимательно «прислушалась». Кровь — сильнейший след. Оставь Рокер записку о том, куда направляется, и то было бы менее точно. Вязкие, липкие потоки показали ей, как раненный наёмник вбегает в каюту и судорожно закрывает за собой дверь, пытаясь начертить на ней какие-то знаки. Поздно — тут его уже ждут, разглядывая сапоги, на кровати сидит человек в фиолетовом костюме и наглой и немного снисходительной улыбкой.

— Срок вышел, — сообщил Роскошный. — Полагаю, убить ты их не сумел?

— Я всё исп… — начал Рокер, но закончить так и не успел.

В этот же момент его сильно швырнуло. Роскошный водил взглядом по каюте, а бесчувственное тело наёмника носило следом. Затем последовала та яркая вспышка света, которую компания видела снаружи, в которой и скрылся джинн унеся с собой Рокера.

Видение отпустило Рин — кровь закончилась. По её рукам стекала отвратительная чёрная жижа, липкая и плохо отмываемая. Пытаясь прийти в себя, дворфийка встряхнула головой, замечая потрясённые, и даже немного напуганные, взгляды Стива и Форли.

— Я знаю, куда нам, — косясь на них, сообщила дворфийка, поворачиваясь к Везави. — Мы можем телепортироваться?

Гигант кивнул, плотнее закутался в свой плащ и встал вплотную к ней. Стив простонал, но положил руку на плечо Рин. Форли же просто взял за ладонь.

* * *

С криком Рин рывком села. Она лежала на каком-то берегу. Рядом кто как валялись остальные. Похоже, телепортация прошла не слишком удачно. Только сапоги удачи невесть зачем переместившиеся вместе с ними аккуратно стояли чуть в стороне.

— Рин… тьфу! — отплёвывая песок, крикнул Стив. — Можно нас обратно будет телепортировать Форли?

Маг со стоном поднялся, материализуя свой посох. В стороне приходил в себя Везави, которого пошвыряло сильнее остальных.

Берег, на котором оказалась компания, был абсолютно пуст, без единого следа разумных существ. Перед ним располагалось небольшое, спокойное озерцо, а вокруг густой лес.

— Ну, и что дальше? — спросил Стив, пиная камень в воду.

Тот пролетел метра два и громко булькнув упал. Неожиданно вода забурлила и с силой выплюнула камень обратно, словно из пращи, едва не пришибив Стива.

— Вы что себе позволяете! — раздалось из озера. — Я что, похож на свалку?!

— Ээээ, простите, — извинилась Рин. — А вы кто?

— Море, — невозмутимо соврало озеро.

— Мы ищем одного человека, он тут только что был…

— А, вы про этого хама, который упал сюда, не поздоровался и ушёл к башне хозяина?

— Хозяина? — уточнил Форли.

— Великого и мудрого Демиурга, — провозгласило озеро. — Правда сейчас он отсутствует. Но я, как его лучшее творение, наглядно отражаю всё его величие и мудрость!

Рин заметила, что при упоминании этого имени Стив сильно забеспокоился, а услышав, что его нет, словно выдохнул.

— А куда пошёл гость?

— Не гость — наглец, подлый хам! — поправило её озеро. — К башне он пошёл, идите прямо — не промахнётесь.

Так и сделали. Уходя Рин интуитивно прихватила с собой сапоги-артефакт.

Растительность вокруг была странной, словно кто-то кусками брал её из разных мест и перетаскивал сюда. Лиственный лес сменялся болотный растениями, за ними шли лёгкий кустарник и папоротник из тундры, а затем сразу и без предупреждения джунгли с вкраплениями берёз и сосен.

Причём всё это не было каким-то хаотичным нагромождением разных биомов. Нет, всё было определённо неким образом организованно и спланировано. Поэтому компания спокойно шла словно по диковинному парку.

Наконец, они вышли к тыловой стороне невысокой, не выше четырёх этажей башни из странного, бежевого камня, по своей текстуре напоминавшего мрамор, с ровной, как будто специально срезанной крышей. Дверь внутрь оказалась сломанной.

Там компанию встретила только пыль, мусор, в основном листья, и запустение. На полу отчётливо были видны следы, шедшие к спиральной лестнице, ведущей наверх.

Второй этаж был чуть в лучшем состоянии — здесь хотя бы имелась мебель, хоть и сильно побитая временем. Повсюду были выгоревшие свечи, валялись книги, какие-то объедки. Похоже что тут кто-то периодически бывал, но не слишком часто. Однако внимание компании привлёк небольшой стул: на нём, неестественно сильно запрокинув голову, сидел человек в кожаной куртке. В его карманах как раз рылся типчик в фиолетовом костюме — Господин Роскошный собственной персоной. Заметив их, он вздрогнул:

— Так-так-так, незваные, но ожидаемые гости! — джинн осмотрел вошедших, особого внимания удостоилась Рин. — И сапожки мои принесли. Удачно, хе-хе. Убить их!

Он сильно хлопнул в ладоши и мгновенно исчез. Снаружи послышался какой-то рёв, словно падало что-то очень большое. Выглянув в окно, Рин успела заметить, как в лес неподалёку, упало что-то похожее на здоровенную коробку.

Везави тем временем осмотрел Рокера. Выругавшись, он приподнял его голову так, чтобы остальные видели. Несчастного как будто выжгли изнутри — вскипятили, как яйцо.

— Опоздали, — буркнул гигант.

Неожиданно он обернулся и посмотрел вниз, прямо в стену, словно она не была для него помехой. Ничего не говоря, Везави ринулся вниз, не переставая ругаться. Рин обменялась взглядами с братьями и отправилась следом. Те что-то на секунду замешкались и побежали туда же, легко обогнав дворфийку.

Внизу гремел бой, слышался звон мечей и отборная ругань. Это Везави сражался с невесть откуда взявшимися солдатиками Роскошного. Сражался гигант отменно: ни одно его движение, ни один шаг или взмах рукой не проходили даром, из-за чего происходящее напоминало странный, завораживающий и даже пугающий танец смерти. Ни у одного из «солдатиков» не было ни малейшего шанса против Везави — он превосходил их во всём, кроме количества, которым создания Роскошого и пытались давить.

Стив, доставая меч, с криком присоединился к битве, рядом с ним бежал Форли, явно ещё не определившийся, стоит ли ему идти в рукопашную или кидаться заклинаниями издали. Рин, чьи руки были заняты сапогами, подобных иллюзий не питала и осталась на лестнице, высматривая себе цель. И наконец нашла. Враги шли из окружающего башню леса и волей-неволей сбивались в плотные кучки. Сконцентрировавшись на одной из таких, дворфийка прошептала заклинание — простой огненный шар. Вспышка огня и десятка «солдатиков» как будто и не было. Тут бы порадоваться успеху, но на место погибших тотчас встало вдвое больше.

Глубокий вздох, ещё один огненный шар и очередной отряд «солдатиков» рассыпался. С неудолетворением оценивая результаты, Рин отметила для себя, что колдовать на уроке, и в реальном бою — это совершенно разные вещи, с совершенно разным результатом. Направляя очередную атаку, она и не заметила, как в гущу противников ворвался Везави. Было слишком поздно, и Рин сумела лишь частично отвести удар. Массивный огненный шар понёсся к гиганту и неожиданно словно проигнорировал того, обогнул его взорвавшись в куче врагов. Гигант на секунду отвлёкся, чтобы бросить на дворфийку недовольный взгляд, и сразу же вернулся к своему делу.

Пытаясь отдышаться Рин огляделась: пока Везави рубился где-то впереди, Стив и Форли прикрывали лестницу, не давая солдатикам подняться к дворфийке. Действовали они не так изящно, как гигант зато явно от всей души, получая от процесса бесконечное удовольствие. Стив рубил и колол, Форли жёг и замораживал. Рин даже послышалась, будто они перешучиваются.

Не смотря на эти успехи, битву в целом они проигрывали. Везави бился в полном окружении, а братья, нехотя, но шаг за шагом отступали, пока не оказались прижатыми к башне. Лестница оказалась открытой, и к Рин сразу же направились «солдатики» с определённо недобрыми намерениями.

Действуя по наитию, дворфийка пнула слишком близко подошедшего противника и быстро переобулась в сапоги. Не ощущая ничего необычного, Рин поднялась на ноги и как-то бессознательно бросила заклинание в сторону. Ей повезло, ведь в том месте на долю секунды оказалось больше всего врагов.

Усмехнувшись, дворфийка повернула голову и всего на миг заметила, в лесу недалеко от башни, стоит та самая здоровенная коробка. Полагаясь на силу артефакта, Рин побежала в её сторону.

«Солдатики» быстро поняли, что к чему, и всё внимание переключили на неё, но Рин даже не замечала, как уклоняется от них, что каждый её шаг следует самому оптимальному маршруту.

В паре десятком метров от башни, прикрытая деревьями, действительно стояла гигантская синяя коробка, как из-под игрушек, из которой появлялись «солдатики» непрерывным потоком. Прямо на ходу, не концентрируясь и не готовясь, Рин кинула в неё огненный шар, а затем споткнувшись зарылась носом в землю. Это уберегло дворфийку от волны смертельно опасного жара, последовавшего за уничтожением коробки.

Когда Рин подняла голову — всё уже закончилось. Коробка догорала, будто действительно была сделана из бумаги, а «солдатики» вместе с ней плавились, словно воск свечи. Поднимаясь и отряхиваясь, дворфийка хотела снять сапоги, но в последний момент остановилась, замерев на месте.

Руна-проклятье всё ещё действовала. Кто знает, что случится с Рин, сними та сапоги? Скорее всего артефакт, как говорил Форли, просто восстановит баланс и на дворфийку разом обрушатся все те несчастья, что она избегала последние несколько минут. И судя по проделанному пути их было очень много. С другой же стороны, каждая секунда, что Рин их носит, только ухудшает её положение.

Вздохнув, она рывком сдернула артефакт, отшвырнула и отбежала в сторону. Ничего не случилось: небо не упало со своей оси, лес не загорелся и прочее.

— Рин? Ты где? — раздался голос встревоженный Форли.

Через секунду появился и сам маг. Посмотрев на босые ноги дворфийки, а затем на артефакт, он цокнул языком и достал из кармана уменьшенные шлёпанцы.

— Дарю, — увеличивая их и вручая Рин, сказал Форли. — Всё в порядке?

Дворфийка не до конца уверенная в этом, пожала плечами, и благодарно кивнув, принялась надевать шлёпанцы.

— Это всё? — спросил подошедший Стивен.

Везави тем временем уже деловито осматривал остатки коробки.

— Нет, — буркнул он, заворачиваясь обратно в свои одежды. — Нужно идти, скоро их тут будет намного больше.

В этот раз телепортировал их взялся Форли, благодаря чему всё прошло гладко, и компания оказались в лавке в целости и без увечий. Везави ничего не говоря, сразу же ушёл, видимо докладываться Джониеку.

Убедившись, что гигант ушёл достаточно далеко, Стив кашлянул, привлекая к себе внимание:

— Ставлю десять к одному, что этот Роскошный на этом не успокоится.

— Предлагаешь нанести ответный удар? — обеспокоенно спросила Рин.

— Да! И чем быстрее, тем лучше. Кто знает, что будет в следующий раз? Танк? Самолёт? Или что там ещё у будущников есть?

— Я согласен, — поддержал его Форли. — Джинн, и этот некромант, как там его… не важно. Похоже, мы опять вляпались во что-то очень крупное.

— Ну, мне велели за вами приглядывать, поэтому я с вами, — пожала плечами Рин. — Ну ещё и потому, что без меня, вы сделаете не так всё, что можно сделать не так. С чего начнём?

— Нужно восстановить баланс вселенной, — усмехнулся Стив и громко свистнул. — Коста!

Домовой вышел из стены, такой же, как и всегда, волосато-бородатый и неимоверно важный. В неуместном костюме и лаптях.

— Нужно сжечь, — вручил Стив, указав ему на сапоги удачи. — А пепел куда-нибудь закопать: подальше и поглубже.

Коста осмотрел артефакт, что-то тихо прошипел и ушёл обратно в стену. Рин посмотрела ему вслед, а в голове у неё засел вопрос:

«Почему я их сняла, но меня не коснулось проклятье?»

Нехорошее предчувствие пробежало по её миниатюрному телу. Что-то надвигалось, и она станет первой его жертвой.

Самое желанное место во вселенной

Стив сидел за столом и нервно отбивал пальцами ритм. Перед ним дымил трубкой мрачный Лаоншар. Где-то позади раздавался громкий смех Алунет, которая задорно переругивалась с Рин и вгоняла в краску Форли. Капитан рейдеров был в растерянности. Только что он выслушал длинную историю про их недавние приключения, которая явно не пришлась ему по душе.

— По-хорошему, я должен прямо сейчас всех вас схватить и отвести к архимагу, — наконец произнёс он. — Вам, видно, мало Джониека, вы решили ещё и с джинном потягаться.

— С Господином Роскошным, — поправил его Стив. — И только потому, что он вряд ли остановится в своих попытках до нас добраться.

— Стиви, ты хоть понимаешь, насколько он могущественный джинн? Второй в их иерархии! — ящер фыркнул дымом. — Сильнее только сам Король — да он носа не показывает после того, как вашу мать повстречал.

— Слишком сильным он не выглядел, — пожал плечами Стив.

— Не выглядел?! — стол содрогнулся от удара мощной лапищей ящера. — Да он всемогущий! Как и любой из джиннов! Если не «Книга тысячи и одного ограничения», то они бы такого шороху навели.

Лаоншар раскурил затухшую трубку.

— Если ты забыл: слово «гений» и «джинн» означают одно и то же. Они все поголовно могущественные маги. Если эти двое архонты, — ящер кивнул на Форли и Рин, — то джинны — суперархонты. Чистая магия, подчинённая вредному и практически бессмертному сознанию. Да, ты не ослышался, вы можете сколько угодно убивать Роскошного. Он вернётся через год, может через два, а может и через три тысячи, но вернётся. Намного злее и сильнее. Ты можешь умереть, а он будет преследовать твоих потомков и через тысячу лет, пока не изведёт их всех. В этом вся суть этих тварей! Этого вы хотите себе?!

— Или так, или вздрагивать от каждого шороха, — развёл руками Стив.

Лаоншар смерил его тяжёлым взглядом и сдался.

— Ладно, дело ваше, укажу путь, — наёмник достал небольшую записную книжку и пролистав, вырвал одну из страниц. — Вот руна, чтобы попасть к нему в «казино», или как там это болото называется. Надеюсь, вы знаете, что делаете.

Стив забрал листок и благодарно кивнул.

— Проси всё, что хочешь.

— Вернитесь живыми — а там поговорим, — подмигнул Лаоншар. — Но учти: если тебя не будет три дня, я иду к вашей матери. Пускай она меня испепелит, но хоть узнает, где вы.

Он встал и пожал Стиву руку.

— Будьте осторожны, — напутственно сказал Лаоншар, прежде чем удалиться.

Проводив его взглядом, Стив направился к барной стойке, где Алунет отвешивала очередную скабрезность:

— А правда, что вы маги способны создавать такие большие, горячие штучки? — играя глазами, которые переливались всеми цветами радуги, и излишне сильно наклоняясь, томно спросила владелица заведения у Форли.

Маг к этому моменту был красный как раз и определённо рисковал заработать косоглазие.

— Ч-что вы и-имете в-виду? — заикаясь и пытаясь оторвать взгляд от слишком открытого халата, уточнил он.

— Я имею, — Алунет нарочно сделала паузу, — в виду огненные шары. Как у тебя с шарами, а?

Рин стоявшая рядом, неторопливо потягивала какой-то безалкогольный коктейль, и определённо наслаждалась этой сценкой. Когда Форли повернул в её сторону голову, взглядом прося помощи, дворфийка только невинно похлопала глазами, делая вид что не понимает чего он от неё хочет.

— А э-э-э, в-всё в п-порядке… — поняв что помощи не будет, выдавил из себя маг.

— Вам не страшно так вызывающе… себя вести? — осторожно поинтересовалась Рин, наблюдая как снаружи мимо бара проходит группа горных орков, у которых из одежды была только шерсть. — Район тут определённо не лучший.

— Милая, я таю в себе множество сюрпризов, — загадочно ответила Алунет и подняла левую руку, между пальцами которой бегали небольшие молнии. — Некоторые из них очень полезны в постели, а другие в подворотнях. К тому же у меня тут местный коп комнату снимает — за меня не бойся.

Заметив растерянный взгляд мага, который не мог понять, в чём заключается фокус с электричеством, женщина томно спросила:

— Что, тоже любишь небольшую стимуляцию током перед началом?

— Н-нет…

Мучения Форли продолжились бы, но в бар зашла пёстрая компания мужчин в военной форме, все явно из сектора будущего, и Алунет переключила своё внимание на них.

— Это хорошо, когда у мужчины всё в порядке с шарами! — хлопнула Форли по плечу Алунет напоследок, задорно подмигивая.

— Тебе, братец, неплохо было бы научиться общаться с дамами, — ехидно заметил Стив. — И выдержке.

Форли смерил его взглядом, наполненный, таким гневом, что под ним плавился лак на столешнице, но только не ухмылка Стивена. Поняв, что переборщил, он вручил магу изображение руны.

— ЭЙ! — заметив намерение Форли рисовать её прямо на полу, возмущённо крикнула Алунет. — А ну брысь со своими граффити на улицу! Нечего мне линолеум портить, вы хоть представляете сколько он стоит?!

* * *

— И какой у нас план? — поинтересовалась Рин, ожидая, КОГДА Форли закончит чертить.

Для этого они выбрали безлюдную подворотню прямо за баром, подальше от лишних глаз и линолеума Алунет.

— Будем делать то, что у нас лучшие всего получается, — ответил маг.

— Создавать хаос и абсурдную неразбериху на пустом месте? — ехидно уточнила дворфийка.

— Импровизировать, — одарив её хмурым взглядом, уточнил Стив. — Найдём лампу Роскошного…

— Ночной горшок ещё его найди, — рассмеялась Рин. — Нет у него лампы, готова зуб дать — он из свободных.

— Свободных? — не понял Форли, — Это вроде тех, кого никогда в лампу не садили?

— Да, таких мало осталось и, готова поспорить — Роскошный именно из таких.

— На месте разберёмся, — фыркнул Стив, вставая рядом с братом.

Отправлялись они не с пустыми руками. Форли с Рин наделали кучу амулетов, защищающих от всяких неприятностей. Дворфийка так и не успела обзавестись посохом или чем-то вроде этого, поэтому ходила с книгой заклинаний. Для маскировки, дворфийка зачаровала её так, чтобы книга выглядела как обычная дамская сумочка. На вопрос Стива о том, часто ли она видела девушек читающих свои сумки, Рин ответила болезненным пинком.

Речноземье они покидали с плохими предчувствиями. Джониек, практически не скрываясь, готовился к войне с соседями, которая вот-вот должна была начаться или даже уже началась. Надежды на то, что замкнутые, раздробленные феодальные государства-соседи Кальман, Веровия и Нурон выстоят, были минимальными. Колесо времени набирало свой ход меняя всё вокруг.

Марку они покинули ещё накануне, поселившись на ночь у Алунет. В родительский дом отправляться было опасно — Фелисия вряд ли бы отпустила их на столь опасное мероприятие. Впрочем, как выяснилось, отец с матерью куда-то запропастились, и в Перекрёстке их не было уже несколько недель.

Форли заканчивал последние штрихи, и Стив, чтобы успокоить себя, покрепче перехватил меч Солифилесет. Рукоять, словно подбадривая его, была чуть тёплой.

Телепортироваться Стиву категорически не нравилось, и этот раз исключением не стал. Особенно ему не понравилось, что пока они расщеплённым потоком неслись к казино, им показывали… рекламу! Перед ними возник Господин Роскошный ещё более расфуфыренный, чем обычно.

— Добро пожаловать в мой мир! — провозглашал он. — Если у вас есть деньги — то у меня есть для вас любые виды удовольствий! По сходным, хе-хе, ценам! Каждый найдёт здесь развлечение по душе… или для души, или за неё, хе-хе!

Компания очутились на широкой, мощёной огромными каменными плитами, дороге. Та пролегала по лесу, светлому и тихому, словно сошедшему с картины классиков. Зеленела трава, пели птички, бегали зверьки, выделялось лишь небо: серое, без какого-либо намёка на солнце, без которого, тем не менее, всё было очень ярко освещено. Оно и выдавало в этом всём сказочном великолепии фальшь: вокруг была лишь магия, которой придали форму леса, но не его суть.

Вокруг них двигался, беспрерывный поток самых различных существ, спешащих дальше. Богато одетые, со слугами и с неизменной тенью пренебрежения ко всему вокруг они шли к видневшейся за деревьями арке.

За ней блистал всеми мыслимыми и немыслимыми цветами огромный город-казино. А ещё дальше высился дворец с множеством изящных шпилей и башенок, словно из сказок. Самую высокую его башню украшал огромный красный кристалл.

Захваченные потоком посетителей, словно рекой, троица также двигалась ко входу. Его украшал странный рисунок огромного глаза, выложенного из драгоценных камней. Стив мог поклясться, что он живой и внимательно смотрит за каждым входящим. Помимо глаза в воротах, за входящими наблюдали «солдатики» — точь-в-точь, как те, с которыми пришлось сражаться недавно.

Предвидя, что любая магия, любой морок мгновенно вызовет подозрения, братья просто купили два цветастых халата в восточном стиле, и парики. На выдохе получились то ли два шаха, то ли два очень странных клоуна. Рин ограничилась тем, что распустила волосы и нанесла вызывающий макияж. Стив, наблюдавший за этим, успел только открыть рот, как схлопотал по коленке.

Кроме «солдатиков» были и другие слуги. Этих тоже было легко отличить от посетителей: все они, вне зависимости от пола, были одеты в фраки различных цветов. Взгляд их был отсутствующим и стеклянным, но всё же это явно были живые существа, а не сделанные из магии куклы. Только не похоже было, что это вольнонаёмные работники — рабов ни за какими, даже за самыми роскошными одеждами, не скрыть.

— Ну и куда? — шёпотом поинтересовался Форли, глядя на многообразие вывесок, когда они миновали арку.

Стив тоже растерялся — он ожидал совсем иного. Уж точно не огромный город, переполненный «людьми» и яркий до слепоты.

— Если мы не хотим вызвать подозрений, лучше где-нибудь остановиться — кивая на одну из многочисленных гостиниц впереди, подсказала Рин.

Стив кивнул, соглашаясь с ней и направился к ближайшей. Ему оставалось пара шагов до дверей, когда меч Солифилесет, скрытый ото всех кроме него, обжёг его бедро с такой силой, словно был раскалён докрасна.

— Понял-понял, туда не иду! — быстро отскакивая назад, сказал Стив и заметив непонимающие взгляды, добавил, — низкий рейтинг, ужасные отзывы, идём дальше.

Такая же сцена повторялась вновь и вновь, пока они не дошли до самой дальней и невзрачной гостиницы. Стив уже был готов, несмотря на всю абсурдность этого действия, поругаться с мечом, но сюда его «пустили».

Внутри всё было в бархате и золоте, откуда-то играла умиротворяющая музыка, а в центре холла журчал фонтан с вином. Правда, Рин, как краем глаза видел Стив, кривилась, глядя на это. Опять магия, а не настоящее убранство.

За стойкой стояла длинноволосая блондинка в голубом фраке, чертовски не подходящим ей ни по цвету, ни по фасону. Поначалу Стивен принял её за эльфийку из-за заострённых ушей и высоких скул. Но Рин тихо шепнула ему:

— Суккуб.

Это кое-что объясняло. Кроме того, гостиницей на отшибе никто особо не интересовался, предпочитая более близкие к местами развлечений места, поэтому кроме троицы и суккуба, тут никого не было.

— Мы бы хотели снять два номера, — подходя к стойке, сказал Стив. — Но сначала узнать бы цену.

— Вот, пожалуйста, — девушка, словно механизм, придвинула ему брошюру.

Та была магической и поэтому живой: буквы плясали в воздухе, мешая вчитаться, ещё сильнее скакали числа. Впрочем, этот набор цифр и значков ничего не говорил Стиву.

— Эээ, я не знаю таких денег, — честно признался он.

Девушка улыбнулась самой фальшивой улыбкой из тех, что видел Стивен на своём веку.

— Ничего страшного, просто приложите свои деньги к брошюре, и она покажет вам цену в них.

И вправду: стоило прикоснуться маркийским золотым к бумажке, как цены изменились на более привычные. Получалось весьма дёшево, особенно по сравнению с той ценой, что им заломила Алунет. Пока администратор что-то записывала, оформляя их, Стив поинтересовался:

— Имя Солифилесет вам что-нибудь говорит?

Форли где-то сзади аж поперхнулся.

— Простите, я ничего по этому поводу не могу сказать, — полностью механическим голосом произнесла девушка. — Все вопросы уточняйте у владельцев казино.

Но Стив увидел то, что нужно. Пускай у неё был пустой взгляд и голос, лишённый воли, но руки её потянулись к шее, к небольшому галстуку-бабочке. Потянулись, намереваясь сорвать его, но, только коснувшись, безвольно обвисли.

Не требуя большего, троица удалилась в номер. Тот ничего особенного из себя не представлял. Создавалось впечатление, что кто-то прилагал значительные усилия, чтобы все гостиничные номера выглядели как две капли воды похожими. Форли быстро начертил руну от подслушивания — теперь их разговор заменялся на невинное обсуждение всяких пустяков.

— Много народу, — сразу же заметила Рин. — Это хорошо, легче будет спрятаться.

— Ещё бы узнать, что искать, — заметил Стив.

— А зачем искать? — удивился Форли и указал на окно, где виднелся дворец вдали. — Там что-то очень сильное… словно звезда. Возможно, сердце этого мира или источник силы Роскошного.

— Да, — согласилась дворфийка. — А ещё здесь вообще нет ничего настоящего, кроме нас, всё это — магия. Значит, что джинн откуда-то её берёт.

— Порталы! — догадался Форли. — Мы видели один из них на Новой Надежде! Он высасывал жизнь из той несчастной колонии.

— Сколько же планет Роскошный превратил в безжизненную пустыню, чтобы создать всё это? — задался вопросом Стив.

Ответ, как минимум, ужасал. Форли же думал о другом.

— Это огромное место, с кучей посетителей, — заметил маг. — Вряд ли Роскошный управляет всем с помощью безвольных марионеток и своих солдатиков. Где-то должны быть его приближённые или кто-то, кому он не промыл мозги.

— А с ними можно договориться! — закончил за брата Стив.

Дворфийка пожала плечами и развела руками. Лучше плана у них всё равно не было. Условившись встретиться здесь через пару часов, они разошлись в разные стороны.

* * *

Три часа спустя, они встретились у входа в гостиницу. Братья, в отличие от Рин, изрядно измотались, потому что казино было поистине огромным.

Найти что-то в этом многообразии одинаково ярких зданий было просто не реально. Так Стив, едва сдерживая желание зайти внутрь, насчитал за время пути не меньше сотни баров и ресторанов на любой вкус. Форли же повезло попасть в огромное казино, больше напоминавшее бесконечный лабиринт. По его словам, обратно он повернул, когда наткнулся на табличку, что он сейчас в триста двадцатом игровом зале. Громко ругаясь и выбросив в урну наброски карты местности, маг вернулся в номер.

Рин повезло больше. Хотя бы потому, что она, пройдя три километра по огромному, роскошному парку, поняла, что это надолго. Возможно навсегда. Господин Роскошный явно баловался с расширением пространства. Поэтому любой малюсенький сквер, стоило в него зайти, превращался в необъятный лес на прохождение которого не хватило бы и нескольких жизней.

Вместо бесполезной ходьбы дворфийка решила ловить на живца. Наживка нашлась неподалёку — рядом с алкогольным фонтаном. Она логично предположила, что слуги не способны реагировать на что-то из ряда вон выходящее и нарисовала на одном перепившем бедняге пару рун из тех. Одна заставила того парить в пяти метрах над землёй, а другая сделала из него визуальное нечто, которое хотел потрогать любой, хоть мельком увидевший. Таким образом, минут через десять парк ломился от народа. Несчастные слуги пытались пройти через толпу к источнику проблемы, но толпа стояла сплошной стеной.

— А потом примчался мужичок, одетый как дирижёр — чёрный фрак, белая рубашка, взмахнул рукой, и всё закончилось. Только направился он не в дворец. Тут повсюду неприметные лестницы, ведущие куда-то вниз. Я так понимаю, всё, что сверху, это публичная часть, а внизу — их, — закончила рассказ Рин.

— Ну что ж, тогда туда и отправимся. Ещё бы замаскироваться как-то, — задумчиво сказал Форли.

Он обвёл улицу взглядом и упёрся в магазин одежды. Найти два (размеров Рин там, разумеется, не было) комплекта одежды, как у слуг, труда не составило, как и перекрасить её за ближайшим углом в нужные цвета. Сложнее оказалось убедить Стива нацепить галстук-бабочку. Тот испытывал нескрываемое предубеждение против любых видов, как он называл «ошейников» и одеть согласился исключительно ради общего блага.

В целом получилось не слишком похоже. Братья скорее напоминали студентов сбежавших с лекции попить пива, и теперь усердно скрывающихся от всевидящего ока преподавателей.

Вход в подземелье нашёлся буквально там же. Непримечательная лестница с серой металлической дверью. Пока Стив изображал, что умеет пользоваться отмычками, Форли с Рин стояли «на стрёме». Это было лишнее, потому что место так ловко спрятано, что никто не обратил на них ни малейшего внимания.

Внутри их встретили длинные пустые коридоры. Грязно-серые, лишённые какого-либо убранства, они были полной противоположностью яркости наверху. У первой же развилки они нашли висящей на стене достаточно подробную карту.

— Ну вот, а я так надеялся на серый мрачный лабиринт, — пошутил Стив, пока брат быстро зарисовывал карту. — Пропал в строителях дух авантюризма.

Но не всё так было радужно. Хоть карта и была подробной, но, во-первых, была двухмерной, хотя явно изображала многоуровневое помещение, а во-вторых, все подписи на ней были странными сокращениями. Такими как: «ЗАВ. ХЛД.», «БАЛТ. ОЛ.», «ШК. ВЛД.» «ХЕК. ДАЛЬН.», «ГЕН. СУБ. ПЕР. МЕД.», «СЛ.ЗАШ.», «ЗАВ.ПЕР.».

С трудом решили, что им к «ЗАВ.ПЕР.», который, если верить карте, был как раз неподалёку. По пути они оказались в большом открытом помещении с множеством столов. За каждым понуро сидела фигура в сером бесформенном балахоне и что-то писала. Лица клерков от постоянной работы в помещении приобрели пепельный цвет. Всё это происходило в практически абсолютной тишине, слышался только шорох бумаги. На каждом был такой же ошейник-галстук, как и на прочих слугах.

Страшная, но не шокирующая картина. Удивляло другое: всё свободное пространство стен было обклеено агитационными плакатами. На всех из них находился Роскошный, у которого на левой руке висела яркая красная цепь, тянущаяся к миниатюрному казино. Надпись на плакате гласила:

«Скованы одной цепью — связаны одной целью»

Зачем безвольным марионеткам подобная, практически издевательская мотивация, было не понятно.

— Может, здесь когда-то было по-другому? — предположила Рин. — Кто знает, сколько этому месту лет, возможно, когда-то работать здесь собиралась очередь длиннее, чем в само казино.

Плакаты и вправду не выглядели новыми. Ещё немного поразглядывав мрачное помещение, компания пошла дальше. Клерки проводили их лишенными разума глазами.

Опять потянулись унылые и абсолютно пустые коридоры. Иногда встречались двери без каких-либо обозначений, которые вели в такие же абсолютно пустые квадратные помещения. И нигде ни малейшего следа присутствия разумных существ.

До самой двери, обозначенной на карте как «ЗАВ. ПЕР.» кроме клерков в сером, они так никого и не встретили.

— «Заводчик Пернатых», — прочитал Стив. — Интересно, это имя или должность?

Ему пришлось замолкнуть — за дверью беседовали двое. Их голоса, хоть приглушённые дверью, было отлично слышно.

— …времена. Раньше мы были первыми среди всех здесь, а теперь остались только эти куклы, которые нас даже не слушаются, — послышалось ворчание.

— Ох, нарвёшься ты, знаешь же, что слышит! — отвечали ему.

— Думаешь ОН и так не знает? Всё это место катится в тартарары с тех пор, как появился тот половинчатый. Скольких забрали за последний месяц? Стивенсон, Сабатини, Форестер, Дефо — это только из нашего крыла. Думаешь, кто-то из них жаловался? Нет!

— Да, — согласился второй голос. — А ещё Ралек. Никогда бы не подумал, что заберут Ралека — он просто молился на НЕГО. Вспомни, до того, как надели ошейники, он же был мелким клерком, всего ничего по сравнению со слугами. А стал одним из нас. Нет, кто-кто, а Ралек был предан ЕМУ до мозга костей.

Послышался звон посуды. Слово опять взял первый:

— Знаешь, вот там снаружи куча этих кукол. Без воли, без мозгов — ЕГО рабы. «Скованные одной цепью», и всё такое. Но их к этому принудили, заковали силой, а мы?

— А мы ещё большие рабы. Ведь нам даже ошейник не нужен — сами бегаем за хозяином. Знаешь, как та сторожевая собака: у неё впервые в жизни сняли ошейник, а она всё равно забирается обратно в будку.

— Да, — согласился первый. — Сами себя заперли в клетке и отдали ключ Роскошному.

— Тс-с-с, дурак! Нельзя произносить ЕГО имя!

Голоса замолкли, послышалось шебуршание. Дальше ждать было бессмысленно. Рин заклинанием выбила дверь, и троица ворвалась внутрь с оружием наготове. В небольшой комнате, ошеломлённо подняв руки, сидели двое в фраках, один в чёрном, другой в синем. С некоторой натяжкой их можно было назвать похожими. Один чуть ниже, другой повыше, у обоих глубоко посаженые, цепкие глаза, а на лицах выражение беспринципных негодяев. Перед ними был накрыт небольшой стол.

— А вы кто? — удивлённо спросил «синий».

Его коллега тихо шикнул:

— Братья Гофт, идиот! Вспомни — нас о них предупреждали.

Они обменялись взглядами и синхронно сказали:

— Мы вам поможем! Что вы ищете?

— Способ достать Роскошного, — не сводя глаз с парочки, сообщил Стив.

Слуги разом вздрогнули. Тот, что в чёрном, встал.

— Лучше не произносить его имя. Я — Зрадил, это, — он указал на синего. — Модр. Присаживайтесь — мы всё объясним!

Он был сама любезность. Именно это и отталкивало.

— Спасибо, я постою, — отказался Стив, вызывающе покачивая мечом. — И вы оба тоже.

— Для начала расскажите — как снять эти ошейники? Да так, чтобы никто не узнал? — спросила Рин.

Слуги удивлённо переглянулись.

— Сзади есть узелок — руна, просто срежьте его, — облизнув губы, объяснил Зрадил.

— Отлично, теперь про Роскошного!

— Есть комната, тут, внизу — туда никого не пускают. Говорят, там его сердце или что-то в этом роде…

— Ничего такого не чувствую, — подозрительно заметил Форли.

Рин кивком поддержала его мнение и подозрительно уставилась на слуг.

— Это маскировка! — в отчаянии воскликнул Морд, — Сами подумайте, где лучше прятать самое дорогое тебе: на видном месте или в лабиринте? Просто спуститесь по лестнице — она здесь за углом, а потом прямо до упора.

Форли сверился со своей картой и нехотя кивнул, а затем вопросительно посмотрел на слуг.

— Просто оглуши, — пожал плечами Стив.

— Что? … — спросили слуги, но сразу же упали, оглушённые магией.

— Не верю я им, ну вот ни разу, — заметил маг. — Да и это место не похоже на лабиринт.

Рин пролистала свою «сумочку» заклинаний, и показала одно из них Форли:

— Невидимость, причём абсолютная, даже джинн не найдёт. Просто в случае опасности скроешь нас.

Закрыв за собой дверь, компания двинулась вперёд. Слуги не соврали — действительно за поворотом оказалась лестница вниз, ведущая к одинокой двери. За той простирался длинный, абсолютно пустой коридор и ещё одна дверь в конце.

— Ловушка, иначе и быть не может, — поделился опасениями Стив. — Что там за дверью?

— Ничего не чувствую, — сказала Рин. — Это очень-очень странно.

— Чуть что, я сделаю нас невидимыми, — напомнил Форли, перехватывая поудобнее посох.

Меч Солифилесет слегка завибрировал, когда они шагнули внутрь. Стив не сразу понял, что это предупреждение и не обратил на него внимания. Клинок суккуба был окутан странной фиолетовой дымкой, которая похоже ограничивала его силы.

— Назад… — только и успел сказать Стивен, когда дверь за ними громко захлопнулась, а из пола повалил густой фиолетовый дым.

Это был не какой-то скучный отравляющий газ. Это был сам Роскошный, явно не в хорошем настроении, судя по перекошенному лицу.

Форли почти успел. Его и брата плотно окутала невидимость, скрывая их от не до конца материализовавшегося джинна. А вот Рин не успела. Длинная рука впилась ей в плечо, прервав заклинание, и дёрнула дворфийку в центр комнаты прямо к Роскошному. Рядом, нервно озираясь, стояли Зрадил и Морд, словно их никто и не оглушал.

— Где они?! — рявкнул на дворфийку джинн.

— Телепортировались, — соврала та и, кажется, попыталась кинуть в Роскошного заклинанием.

— Ложь! — Роскошный щёлкнул пальцами, и Рин растворилась в воздухе.

Стив со всей силой вжал Форли в стену, с трудом удержал его от необдуманного поступка. Неожиданно, в первую очередь для самого Роскошного, дверь, через которую они вошли, открылась. Вошёл ещё один слуга, этот был в зелёном фраке. В отличии от других, его лицо было абсолютно спокойно и не выражало никаких лишних эмоций. Ни щенячей преданности, ни восхищения, только сосредоточенность на работе. Возможно это был самый приближенный из слуг Роскошного.

— Повелитель, — низко кланялась, начал он, — прибыл господин Калифинекс с парой слуг, желает вас видеть.

— Как не вовремя, — посетовал джинн.

— Будут указания? — осведомился слуга.

— Да. Обыщите каждый угол, найдите беглецов. Это братья Гофт. Дворфийку в кандалы и в темницу.

— Кандалы?

— Да, антимагические, — Роскошный обратил внимание на подхалимов, что жались к нему, что-то лопоча. — Этих двух к некроманту, ему всегда нужны подопытные. И ещё: он ничего не должен знать, отрежешь им языки.

Роскошный собирался исчезнуть, но Морд буквально повис на нём, говоря что-то невнятное. Смерив его презрительным взглядом, джинн громко щёлкнул пальцами. Слуга закричал в агонии, во все стороны повалил дым, послышался запах палёного мяса. Зрадил трясся чуть в стороне от ужаса, наблюдая, как его друг обращается в пепел. В отличии от него, слуга в зелёном смотрел на происходящее с видимой толикой удовольствия.

— Этого к некроманту и найди ещё одного, не важно, кого. Можешь взять и клерка, — напоследок скомандовал Роскошный.

Рядом со слугой в зелёном появились двое солдатиков. Они подхватили под руки Зрадила и, словно мешок, потащили прочь. За ними пристроились и братья.

* * *

Идти пришлось долго и медленно. Слуга в зелёном практически сразу ушёл в другом направлении, а вот «солдатики» продолжали куда-то тащить Зрадила. Самым жутким было наблюдать за тем, как он сходит с ума от страха. Проходя мимо кабинета, того самого где братья и повстречали Зрадила, несчастный из последних сил буквально выскользнул из лап стражи. Одним большим рывком он подскочил к двери и тщетно попытался её открыть.

Форли замер на месте, не зная, помогать или нет.

— Пошли, мы ему ничем не можем помочь, — поторопил его Стив.

— Можем, — ответил маг, уничтожая заклинанием солдатиков. — Он не заслужил, но я дам ему шанс.

Оставив несчастного в полной растерянности, они пошли к выходу. Там уже стояла стража: двое солдатиков надёжно перекрывали своими телами путь к спасению.

Пришлось быстро и решительно прорываться. Второго заклинания невидимость уже не выдержала, поэтому, выскочив наверх, они сразу же влились в самую гущу толпы. На улицу уже, непонятно каким образом при полном отсутствии солнца, опускался вечер.

Не сразу братья заметили, что на них направленно множество удивлённых взглядов. Причиной тому была одежда — сменить её они конечно же не сообразили, оставив халаты далеко позади.

— Нужно идти в гостиницу, — шепнул Стив.

— Там нас будут искать в первую очередь, — прошипел Форли.

— Та суккуб, освободим её, и она поможет нам! — сказал Стив. — Доверься мне! Клинок меня не просто так к ней привёл.

Маг нехотя согласился. Как можно быстрее, стараясь двигаться вместе с потоками посетителей, они поспешили в сторону гостиницы. Братьям повезло — хоть повсюду и сновали «солдатики» Роскошного, но им удалось добраться незамеченными.

В гостинице было всё так же тихо: ни солдатиков, ни посетителей, только суккуб. Стив, не особенно церемонясь, схватил девушку-администратора и, повернув её спиной к себе, осмотрел тыльную часть ошейника.

Суккуб предпринимая слабые попытки освободиться, механически повторяла раз за разом:

— Что вы делаете? Немедленно прекратите! При порче имущества казино на вас наложат финансовые санкции!

Стив громко выругался — никаких узелков не было. Галстук был сплошным, без каких-либо неровностей, узлов или рун.

— Чёрт, всё-таки обманул! Буду снимать хоть как, — сказал он брату.

Форли готовясь к непредвиденным последствиям материализовал свой посох. Стивен, тем временем, достал меч Солифилесет из ножен. Клинок тотчас пошёл рябью. Стив опасался, что поранит суккуба, но меч сам всё сделал. Изогнувшись, он подцепил ленту снизу и одним быстрым движением обрезал её. Что-то громко пшикнуло, и ткань просто растворилась в воздухе.

По суккубу прошла волна. Рукой она коснулась своей шеи и не найдя там ошейника, застыла. Выражения лица девушки медленно сменилось, почему-то на гнев. Впрочем практически сразу, она успокоилась и решительно заявила:

— Нужно уходить. И быстро!

Суккуб освободилась из захвата Стива и, жестом приказав следовать за ней, вывела братьев через заднюю дверь. Не успела компания отойти и на пару метров от гостиницы, как над той уже висело огромное фиолетовое облако, не предвещающее ничего хорошего.

— Кто ты? — спросил Форли. — И куда нас ведёшь?

— Раб, как и все здесь. В тюрьму, к вашей подруге, — коротко ответила суккуб.

В её голосе было что странное, как будто она боролась с переполнявшими эмоциями, едва сдерживая их.

— Откуда ты… — хотел спросить маг, но вопрос отпал сам собой.

С суккубом происходили решительные изменения — она стремительно теряла человеческий облик, превращаясь в демона. Кожа краснела, глаза лишились зрачков и стали монолитно тёмными, волосы превратились в рога, поменялась и одежда, подчёркивая весьма округлые формы и давая свободу кожаным крыльям. Стив, в отличии от Форли, Солифилесет в истинном обличии никогда не видел, поэтому для него преображение суккуба стало небольшим шоком. Не так он себе представлял демонов разврата, совсем не так.

— Боишься, смертный? — встретившись со Стивеном взглядами, поинтересовалась суккуб.

— И по страшнее видал, — скрестив руки на груди и стараясь скрыть свои эмоции ответил тот.

— Мы как-то странно идём, — оглядывая заметил Форли.

И вправду, перемещалась компания слишком уж быстро. Днём братья убедились, что город, просто огромен и можно идти много часов в одном направлении, так и не дойдя до края. Сейчас же, петляя по закоулкам, тут и там срезая улочки, они за минут десять вышли прямо к дворцу.

— Роскошный превратил город с лабиринт, но там есть проходы «для своих», — объяснила суккуб. — Вам туда: дворец — это центр его власти.

Они подошли к какой-то двери, ведущей, по видимости, в подвал.

— Найдите самую дальнюю камеру — её обитатель должен помочь вам, — указав на лестницу, сказал демон.

— Ты не с нами? — удивился Стив.

Суккуб усмехнулась, а затем неожиданно схватила Стива за плечо, поворачивая лицом к себе. Её глаза пылали ненавистью.

— Я помогла тебе человек, хотя ты, разрушитель моего дома, этого не заслужил. Лишь благодаря мечу моей госпожи ты ещё жив. Но знай — в следующий раз я тебя убью!

Прошипев это и оставив на плече Стива отметины от когтей, она растворилась в воздухе.

— А я и забыл какие обоятельные эти существа, — нервно вытирая пот со лба, заметил Стивен.

* * *

Дверь ведущая в темницу была заперта на массивный навесной замок. Стоило им его сбить, как вдалеке раздались взрывы и человеческие крики. Братья в ужасе обернулись, но это оказались всего лишь фейерверки.

Внутри было сыро и очень пыльно. Похоже бывали здесь очень редко. Длинным рядом располагалось множество одинаковых металлических дверей с узкими окошками.

— Здесь… что-то очень сильное, огромное скопление магии, — задыхаясь, словно оказавшись в очень душном помещении сообщил Форли.

Стивен ничего такого не чувствовавший только пожал плечами. Вдовём они принялись заглядывать в окошечки в поисках дворфийки. Увы, ни в одной из камер её не оказалось — все они пустовали.

Только в последней из них, той про которую говорила суккуб, что-то было. Судя по тяжелому дыханию Форли, здесь же располагалась причина его беспокойства. Стив заглянул камеру и, хмыкнув, принялся вскрывать её. Неожиданно, снаружи раздался голос:

— Кто здесь? — не дождавшись ответа, спрашивающий быстро начал спускаться вниз.

Послышался топот множества ног. Не медля, братья юркнули за дверь, осторожно и как можно тише, прикрыв её. Стив обнажил меч, готовясь к бою, Форли аккуратно смотрел в небольшую щёлочку.

Снаружи стоял слуга в зелёном фраке в сопровождении солдатиков.

— Обыщите тут всё! — скомандовал он двоим из них, а другим сказал: — Хватайте дворфийку и к Господину Роскошному. Кандалы не снимать!

К удивлению братьев, отчаянно сопротивлявшуюся Рин выволокли из одной из камер, которую они точно проверяли и которая казалась пустой. Закончив с этим, слуга в зелёном удалился, а «солдатики» тщательно осмотрели каждую камеру, кроме последней, где спрятались Стив и Форли.

Когда за последним их них закрылась дверь, кто-то вежливо кашлянул и ехидно сказал:

— А вы везучие, моя темница — единственное место, куда им запрещено входить под страхом смерти.

К дальней стене камеры, двумя красными, явно магическими цепями, был прикован мужчина. Примерно их ровесник, аккуратно подстриженный и выбритый, в очень странной одежде. Выглядел он истощённым и измученным, но тем не менее с большим интересом смотрел на своих гостей.

— Ты кто? — спросил Стив.

Узник странно усмехнулся и ответил:

— Смертные обычно зовут меня Демиургом.

Не самое желанное место

— Ты бог, выходит, что ли? — удивился Форли.

— Нет, — покачал головой Демиург. — Точнее, не совсем. Всеотец, Вселенная, Творец, Знание, Время или, проще говоря, бог — он один, всеобъемлющий и всемогущий, сколь и безразличный ко всему происходящему. И это не я, иначе как можно было бы заключить меня в цепи?

— И ты нам это вот так просто сообщаешь? — с подозрением спросил Стив. — А вдруг это полностью разрушило нашу картину мира?

— Что-то не похоже, — усмехнулся Демиург и пояснил. — Последние… несколько тысяч лет мой единственный собеседник — этот мерзкий джин Роскошный. Так что да, желание поговорить у меня «чуть-чуть» поднакопилось.

— Итак, — не давая братьям и слово вставить, продолжил он, — я, как и множество моих собратьев — полубог. Мои возможности весьма обширны, но при этом ограничены. Например, я не могу создать парадокс, вроде неразрушимой стены и молота, разрушающего всё. А вот Отец может.

— Как вы вообще здесь очутились? И почему остальные не спасли? — спросил Форли.

— Юноша, вам следует расширить представление о вселенной — она безгранична. В отличие от нас, полубогов. С тех пор, как я последний раз виделся с братьями, много воды утекло. Они, наверное, и знать не знают, что я тут в карты проигрался.

— Мы можем вас освободить, если вы поможете нам, — сам поражаясь своей наглости, заметил Форли.

— С кем? Ах, ну да — Роскошный, — Демиург, читавший его мысли как открытую книгу, довольно усмехнулся. — М-м-м, отомстить ему весьма заманчивое предложение. Я с вами!

Братья осмотрели цепи, сковывающие полубога. Похоже, они не только ограничивали его возможности, но и вытягивали из него магию.

— Именно. Написанному верить и всё такое, — подтвердил полубог. — Цепи эти так просто не снять. Но Роскошный оставил себе мой корабль, как я вижу по вашим воспоминаниям. Отнесите туда это.

Демиург подавился, словно его сейчас вытошнит, а затем выплюнул монотонно-алый шар размером не больше мелкого персика.

— Это кристалл на самой высокой башне? — спросил Форли, сам не зная, зачем.

Он уже видел этот кристалл однажды — в воспоминаниях Солифилесет.

— Да, он самый. Найдите способ туда попасть. Я знаю, что у Роскошного есть хранилище артефактов — возле него он вас едва не поймал. Уверен, там будет нечто, что поможет вам добраться до моего корабля.

— Там может быть и то, что поможет убить джина без посторонней помощи, — заметил Стив.

— Юноша, вы часто храните в носках острое ядовитое жало, способное вас убить одним касанием? — насмешливо спросил Демиург. — Вот и Роскошный не идиот — вряд ли вы найдёте там что-то опасное для него. В общем, я вам подсказал, больше ничем помочь не могу.

Форли пошёл на выход, а вот Стив задержался, немного посомневавшись, он сказал:

— Изельда шлёт привет и просит не забывать про долг.

— Сегодня ты жив, завтра — мертв, жизнь же продолжает идти, — загадочно ответил Демиург, и задумчиво добавил, — выходит пророчество начинает сбываться, хех.

— М?

— Не забивай свою головушку, глазастый, ступай по своим делам, пока цел — склонив голову набок, голосом Изельды ответил полубог.

* * *

Снаружи стояла уже глубокая ночь, хотя количество иллюминации было таким, что и ночь превращалась в день. Его обитатели похоже считали так же, поэтому и не думали отправляться спать.

Прежде чем вернуться в город, братья убедились, что попасть в сам дворец возможности нет, так как его двери были прочно запечатаны магией. Форли, ещё когда они шли сюда, отметил, что место это никак не охраняется, словно нарушители и без этого не смогут попасть, что было странно.

— Почему здесь, кроме нас, никого нет? — сказал он брату. — Это центр всего, неужели его не охраняют?

Стив пожал плечами:

— А кому надо лезть сюда? Гневить всемогущего джинна и всё такое.

Примерно следуя тому же маршруту, по которому пришли, братья попытались вернуться в город, но неожиданно упёрлись в невидимую стену.

— Всё, дальше не пройдём — конец локации, — почесав затылок от удивления, пошутил Стив.

— Это какой-то магический купол или что-то такое, — ощупывая преграду, заметил Форли. — Но мы же сюда как-то попали! Может есть лаз?

Братья расставив руки принялись ощупывать купол. Спустя пару минут, Стивену удалось найти искомое: небольшое, метра два в ширину и столько в высоту, «окно». Видимо именно через него, их и провела вовнутрь суккуб.

— Идеальная защита — простая и надёжная, как топор, — ощупывая лаз, оценил Форли.

— А дыра зачем? — удивился Стив.

— Возможно, чтобы воздух не застаивался, а может для слуг, — пожал плечами маг. — В любом случае найти его — та ещё задачка, сам посмотри.

Он обвёл округу рукой — на пару километров вокруг ни единой души. Стояла уже глубокая ночь, но город и не думал утихать, продолжая бурлить жизнь даже больше нежели днём. В отличие от них, братья провести бессонную ночь не были готовы. Форли откровенно начинал клевать носом, Стив держался чуть лучше, но было понятно, что это временно.

— Нужно передохнуть, — констатировал он. — Хотя бы пару часов.

— В гостинице опасно, — заметил маг.

— Да, там нас точно ждут. Третьего шанса не будет.

Форли посмотрел по сторонам. Справа от них было освещённое красными фонарями здание, стоящее чуть особняком от остальных. Стив словно читал его мысли:

— По крайней мере, это оригинально, — с ухмылкой согласился он.

Администратор борделя — молодой, замученного вида эльф и слова не сказал, когда они заказали комнату на двоих на десять часов. Форли, безуспешно стараясь игнорировать взгляды других посетителей, прошёл вместе с братом в номер, потрясавший как размером кровати, так и обилием различным резиновых изделий на стенах.

Игнорируя всё это, Форли начертил пару защитных рун — если их трюк раскусят, то они хотя бы узнают об этом немного заранее. Стив тем временем изучал роскошную двухместную кровать.

— На что только не пойдёшь ради спасения мира, — разуваясь, сказал он. — Чесс слово, лучше бы просто артефакты продавали. Чур, я справа!

Форли не был столь многословен и, сняв ботинки и пропотевший фрак, завалился в мягкую кровать. Сон настиг его быстрее, чем он коснулся подушки.

* * *

Снилась ему Рин. Маг видел, как её тащат по шикарно обставленным, но безликим коридорам замка. Ноги и руки дворфийки скованы тесными кандалами, блокирующими магию, а сил сопротивляться бездушным солдатикам нет. Видел Форли и большой зал с пыточным креслом в центре. Рин усадили именно на него и надёжно закрепили. И просто оставили мучиться от ожидания час за часом, даже без возможности пошевелиться.

Наконец тишина прерывается, входят, споря, Роскошный и кто-то очень худой, целиком замотанный в плащ. Гость очень возбуждён и размахивает руками во все стороны, джин же, скорее, мрачен. Кажется, ему происходящее не нравится.

— Одинокий архонт, а ты и вправду везуч, кусок дыма, хе-хе, — насмешливо говорит гость, приближаясь и осматривая Рин, словно скотину перед покупкой. — Мадам, позвольте представиться.

Незнакомец откидывает капюшон обнажая своё лицо. Когда-то оно принадлежало ровеснику Форли, может чуть старше на год-другой. Теперь же одна его половина словно была от хорошо полежавшей мумии: чёрная потрескавшаяся кожа, глаз целиком белый и маленький, словно готовящийся выпасть. Вторая половина была ещё хуже: вся в язвах и нарывах, словно её владелец умирал от сотни болезней разом. Вместе это выглядело как поле битвы между смертью и болезнью.

— Моё имя — Калифинекс, — представился двуликий и театрально закинул руку за голову, — Уверен ты слышала обо мне — ужасный некромант, враг всего живого и прочие бредни. Поверь, реальность… куда как хуже.

Он ещё раз её осмотрел и довольно ухмыльнулся.

— Уверен, ты думаешь, что же я с тобой сделаю? Всё просто: как видишь, я умираю. Ты же молода и полна магии, архонт — это тебе не кусок дыма, что зовёт себя «Господином», а сам даже над местными посетителями не властен. Знала бы ты, сколько у меня планов, дворфийка, ты бы сама мне всё отдала.

Некромант развёл руками.

— Но времени у меня нет. Вселенная не ждёт. Поэтому мы заключим с тобой сделку: ты отдашь мне всё, что у тебя есть, а я буду считать это вкладом всех дворфов в мои планы! Лады? — Калифинекс демонстративно выждал пару секунд, и наигранно заметил. — Лады! Я так и знал, что ты быстро согласишься.

На этом моменте сон прервался. Неожиданно волна невыносимой боли накрыла Форли, его тело словно сдавило огромным прессом, а сердце вырывали раскалёнными щипцами. Боль была столь сильной, что, кажется, он не только кричал, но и потерял сознание.

Над ним склонился с кувшином воды Стив.

— Кто забрал, что забрал? — как раз спрашивал он.

— А? — не понял Форли.

— Ты кричал: «Они забрали, они забрали у неё», — объяснил брат. — Пару минут это повторял без устали. Ты в порядке?

— Я-то да, а вот…

Стиву пояснять не пришлось. В ярости он разбил кувшин о стену.

— Пошли, нужно действовать.

— Какой у нас план? — осведомился Форли.

— Хаос, как можно больше хаоса! Рин в одиночку устроила свалку. Ну и сделаем нечто такое.

Форли покачал головой:

— Нужно отвлечь Роскошного, а не его слуг. Нужно…

Мысль, словно молния, поразила его. Одеваясь, он на ходу рассказал брату всё в общих чертах. Стив не просто слушал, но и на ходу дополнял. Начали с эльфа, одним движением освободив того от ошейника.

— Роскошный всем прибывающим транслирует рекламу, откуда? — спросили братья хором.

Эльф безумным глазами посмотрел на них, а затем, маня их за собой, выскочил наружу. Привлекая огромное количество ненужного внимания, они неслись по улицам. Бывший узник привёл их к небольшой башенке на отшибе. Рассыпаясь в благодарностях и трижды пожав каждому из них руку, эльф телепортировался.

Охраняли башню чисто символически: пара солдатиков, которые и в большем-то количестве угрозу представляли весьма условную. Заперев за собой дверь как можно надёжнее, Стив и Форли огляделись.

Внутри было пыльно, темно и сыро. Морща носы, братья быстро нашли источник рекламы. Точно по центру, на аккуратном деревянном столике стояло на специальной подставке старомодное дамское зеркальце в серебряной оправе. Если присмотреться, то было видно, что внутри мелькает силуэт Роскошного.

— И как это работает? — поинтересовался Стив.

Форли почесал шею и хотел дотронутся до артефакта. Из зеркальца раздался сварливый голос:

— Руками не трогать! Здесь вам не тут!

— Эээ, а вы кто? — удивлённо спросил маг.

— Что, много вариантов? — осведомилось зеркало. — Ежедневно общаетесь с зеркалами?

— Нет…

— Разумеется нет, примат! Нас таких ровно тысячу отлили дворфы. Штучный продукт, хэндмейд, как говорится.

— И как тебя сюда занесло? — спросил Стив.

— Я проиграло в карты.

— Зеркало, играющее в карты, это сильно, — заметил Форли.

— Частично облысевший бесхвостый примат, рассуждающий о зеркалах, это ещё сильнее, — парировал артефакт. — Бананчик хочешь?

По зеркалу пошла рябь и вместо отражения появилось изображение фрукта.

— Нам бы изменить рекламу, что ты транслируешь, — сменил тему маг.

— Что-то вы не очень похожи на моего работодателя, — хихикнуло зеркальце. — Ну, знаете, он такой весь из себя джинн, а не примат.

Стив начинал грозно сопеть и Форли понял, что нужно ускориться.

— А мы тебя освободим, — предложил он. — Или разобьём.

— Вы бы себя сначала отсюда освободили, — фыркнуло зеркало и мечтательно добавило, — на море хочу… отдохнуть… позагорать, отразить пару красивых девчонок.

— Как ты себе это представляешь? Ты нам здесь нужно, — заметил Стив решивший не встревать в разговоры о том, зачем зеркалу загар.

— Вот этот примат, что повыше, с палкой — пускай даст магическую клятву. Она сама себя исполнит и бегать не нужно. Уверен, он знает о чём я: с кровушкой и всем таким.

Магическая клятва, да ещё и скрепленная кровью, действительно исполняла сама себя вне зависимости от желания поклявшегося. Только и власть над ним давала не малую.

— Что, примат, испугался? Кинуть меня хотите? — насмешливо поинтересовалось зеркало.

Форли решительно потянулся к мечу Стива, но артефакт его остановил:

— Э, нет, оставь эту железку демонам, что её выковали. Просто коснись моей поверхности — я само возьму свою долю.

— Клянусь, что магическое зеркало…

— Зелиаф, моё имя — Зелиаф, — подсказал артефакт.

— … по имени Зелиаф, попадёт на самый роскошный пляж, как только мы победим Роскошного.

— Много слов, но и так сойдёт, — проворчало зеркало и неожиданно рявкнуло. — А теперь кровь!

Форли нехотя ткнул пальцем в зеркало и сразу же скорчился от боли — артефакт жадно пил кровь словно заправский вампир. К концу процедуры его кисть побелела.

— Ну, что вы там хотели показать честному люду? Я, кстати, ещё и во сны могу проникать, а какие я делаю навязчивые виденья…

* * *

Через минут двадцать каждый спящий и новоприбывший мог лицезреть новую рекламу. Стив, в помятом костюме со следами пота и самой гаденькой улыбок из всех, неимоверно кривляясь, провозглашал:

— Посетители Господина Роскошного. Довожу до вашего сведения о проходящей прямо сейчас игре. Все вы видели слуг, у каждого из них висит на шее ошейник. Снимите его так, чтобы носитель не пострадал и принесите к воротам замка. Каждый получит золота столько, сколько он весит… умноженное на количество собранных ошейников! Соберёте десять — получите в десять раз больше, сотню — в сотню!

— Но это не всё! Другие слуги, одетые на манер солдат, вооружены и могут постоять за себя. Уничтожьте одного такого, и он зачтётся вам как половина ошейника. Не волнуйтесь о подсчёте в данном случае — мы сами всё узнаем.

— И наконец специальный приз достанется тем, кто отыщет среди моих слуг особенных — одетых в цветные фраки. Свяжите и приведите таких к зданию на южной окраине города, что сейчас появится перед вашими глазами. Будьте осторожны, ведь они владеют магией и могут за себя постоять!

— Расскажите о игре всем вокруг и получите в зачёт по ошейнику за каждого, кто впервые узнает о нашей игре!

Тут Стив театрально подмигнул.

— Помните — другим выгодно, если вы отступите и не будете участвовать. Не слушайте их, если они будут убеждать вас отказаться от игры: возможно, они просто устраняют опасного оппонента.

Он угрожающе поднял палец.

— И никаких драк между собой за ошейники! Любой, решивший насильно завладеть ими, сразу же дисквалифицируется! Удачи, и да победят сильнейшие!

* * *

Город погрузился в хаос буквально за первый час «игр». Братья с постепенно уходящим удовольствием наблюдали за этим с помощью всё того же зеркала. Конечно, стоило сразу же идти в хранилище, но они решили перестраховаться и сначала раздобыть того, кто точно знал, что их ждёт по пути.

Первого «спецприза» привели почти мгновенно. Несчастный в фиолетовом фраке оказался смотрителем животных и знать ничего не знал. За следующий час им привели: главного пекаря, старшего механика, бухгалтера, юриста, сомелье, специалиста по пенчекрякам, рудокопа, пилота, и тренера по аэробике.

Выслушав последнего, Стив не выдержал и достал меч.

— Так, очень важные птицы, выбирайте — или вы отведёте меня в хранилище артефактов или я уточню задание, и вас отнесут во дворец очень маленькими кусочками. Толпа любит кровь.

Слуги затряслись и наперебой принялись уговаривать взять именно его.

— А ну, щас! Тихо! — рявкнул Стив. — Опять обманете. Кто готов поклясться на крови, что отведёт меня в хранилище артефактов, избегая любых неприятностей?

Слуги замолкли, зная, что это такое. Желающих явно не было.

— Итак, кусочками до замка или с нами до хранилища? — угрожающе взмахнул мечом Стивен.

Разумеется, Стив блефовал. При всей его ненависти к этим подхалимам просто убить их за то, что они боялись Роскошного больше, чем его, он не мог. К счастью, не все из них это поняли:

— Я-я согласен! — поднимаясь, сказал один из них в лазурном фраке.

Остальные одарили его презрительным взглядом, но больше никто не поднялся. Стив подозвал брата, отойдя в сторонку.

— Их нужно освободить, как только мы попадём в хранилище, — шепнул он Форли. — Что-то мне подсказывает, что скоро тут всё скатится в тартарары.

Маг кивнул и, пока лазурный приносил клятву, быстро начертил руну. Если он не ошибся, то она должна была их освободить примерно через час. Оставалось надеяться, что слугам хватит ума бежать из казино, а не выслуживаться перед хозяином.

Тем временем, город стремительно погружался в хаос. Кто-то гонялся за немногочисленными солдатиками, которые не успевали появляться из своих «коробок», кто-то занимался грабежами. В паре мест полыхали пожары не предвещавшие ничего хорошего. Солдаты и слуги Роскошного исправить ситуацию не могли, а джин по каким-то причинам не вмешивался. Кажется, «игра» просто переросла в погромы.

Надёжно заперев за собой дверь, братья направились в знакомый лабиринт. Если судить по изрисованным стенам и кучам мусора, то посетители казино добрались уже и сюда. Офис клерков, который они видели в первый раз, был разгромлен, а его обитателей, разумеется, и след простыл. Тем не менее до коридора в хранилище никто, почему-то, не добрался.

Слуга нехотя пояснил, что джинн приказал ему установить тут кучу телепортирующих ловушек оставив лишь небольшой безопасный маршрут, по которому братья и прошли. Дверь в хранилище была надёжно заперта, не только сложными механизмами, но и магией. Пока Форли безуспешно возился с ней, Стив задумчиво смотрел на стену рядом.

— Не поддаётся, — сдался маг. — Нужен ключ.

— Неа, — не согласился Стив, указывая на стену, — лучше долбани сюда чем помощнее.

Форли удивлённо посмотрел на брата, постучал по стене, а затем коснулся её концом посоха и шепнул заклинание. От взрыва заложило уши, а весь коридор заволокло пылью. На месте значительного куска стены зияла дыра размером примерно с человека.

Отпустив слугу восвояси, Форли хорошенько продул помещение, избавляясь от густого пылевого тумана и зажёг свет. Внутри братьев ждало разочарование.

Когда они «планировали» эту операцию, воображение рисовало им хранилище, как нечто вроде музея, в крайнем случае без подписей, но в открытых витринах. Здесь же их встретили длинные, тоскливые складские стеллажи, заполненные отличающимися только по размеру коробками без каких-либо опознавательных знаков.

Однако Стив решительно куда-то направился.

— Эээ, куда идём? — спросил Форли.

— Предлагаешь стоять и думать над тем, что всё пропало и мы ничего не найдём? — насмешливо спросил Стивен. — Пошли, нам как обычно повезёт.

Маг кивнул, соглашаясь, и щелчком пальцев вскрыл ближайшую коробку. Внутри на специальной подставке находилась корона из бумаги в линеечку, словно только из тетрадного листа. Стив с интересом поднял её, повертел в руках и даже водрузил на голову. Секунду стояла напряжённая тишина, будто сейчас запоют ангелы, разверзнется земля, выпуская адские легионы, а затем произошло ровным счётом ничего. Пожав плечами и оставив непонятный артефакт в покое они пошли дальше. Корона проводила братьев едва заметным золотым отблеском.

— Мда, такое ощущение, что Роскошный наш большой фанат и собирал здесь наш товар, — вскрыв следующую коробку, заключил Стив.

В ней оказался ржавый до дыр чайник. В следующем лежал одинокий сапог, за ним притаился набор вилок с перекрученными вместе зубцами. Таким же ломом было заполнено большинство ящиков, а множество из них и вовсе оказывались пустыми.

— Не так я себе представлял сокровищницу джина, — сказал Стив, вертя в руках тусклый гадальный шар.

Форли взял его и, заметив, что он разряжен, наполнил магией. Шар принялся по кругу показывать одну и ту же сценку:

— …это моя коллекция, повелитель! — в сердцах воскликнул Роскошный.

Калифинекс обернулся и смерил его злобным взглядом:

— Мне нужна сила! Выбирай: или я возьму её из этого хлама или у тебя и твоих слуг! — некромант взвесил в руке тот самый гадальный шар и с силой швырнул его в джина.

Форли отложил артефакт и осмотрелся. Его внимание привлек огромный тубус, словно припрятанный среди коробок. Внутри оказался побитый временем ковёр. Братья хотели было развернуть его на полу и осмотреть, но ковёр остался висеть в воздухе.

— О! — воскликнул Стив. — Ковёр-самолёт, надеюсь нормальный, а не как мой.

«Ковер-самолёт» лежал на входе в его кабинет, летать не умел и единственное, чем отличался от заурядного — это полной устойчивостью к грызунам и пожарам.

— Стань ближе, я нас телепортирую ко входу в город, — сказал Форли и, посмотрев на брата, добавил, — Ты же умеешь управлять этой штукой?

* * *

О своём решении сделать пилотом Стива, Форли пожалел уже через пару секунд, когда они сначала взмыли вверх на пару сотен метров, а затем камнем повалились вниз. Кое-как стабилизировав методом ругани свой полёт, братья осмотрелись.

Город под ними пылал теперь уже настоящим огнём. Если глаза не врали, то в данный момент у Роскошного оставался один очаг сопротивления: дворец, укрытый от бушующей толпы магическим куполом. Последнее было временно: судя по тому, как он вспыхивал и мерцал, толпа пытавшаяся его пробить, близилась к успеху.

Проблема заключалась в том, что братьям как раз нужно внутрь, а ждать пока купол будет уничтожен времени не было. Значит, надо будет спускаться и искать лаз, что неизбежно привлечёт ненужное внимание. Но, похоже, другого варианта у Стива и Форли, и не было.

Спустившись по спирали, братья оказались недалеко от того места, где по памяти находился проход внутрь. Совсем недалеко, в нескольких десятках метров от них, бушевала толпа, скандируя что-то про мошенника и обманщика. Кто-то кидал в магический щит мусор, кто-то палил заклинаниями или использовал оружие. С другой стороны, их уже ждали криво построенные солдатики под командованием слуги в зелёном. Странно, но самого Господина Роскошного видно не было.

Максимально незаметно Стив и Форли бочком вошли внутрь и сразу же вскочили обратно на ковёр-самолёт. Увы, как они не стараясь их манёвр не остался незамеченным как для осаждающих, так и для защитников. Первые ринулись в проём, а вторые, растерялись, не зная, то ли ловить братьев, то ли толпу сдерживать. Зелёный угрожающе махал руками, но он был далеко внизу, а братья не обращая внимания на него, напротив, устремились вверх — к самой высокой из башен замка.

Только в этот момент они заметили, что вверху собрались странные фиолетовые тучи, периодически вспыхивавшие беззвучным громом. Стив, увидев, куда летит, растерялся, а вот Форли сразу понял, что это такое. Подтверждая догадку мага, туча сложились в гигантское, пылающее гневом лицо.

— Вы ответите за всё это! — громоподобно прорычал Роскошный.

Вокруг заплясали молнии. Форли, рискуя свалиться, вскинул руки, поднимая посох и пытаясь защититься. По магическому дереву забегали искры, его навершие быстро зашевелилось, а затем раскрылось, словно цветок. С кончика посоха ударил яркий красный луч. Туча вспыхнула, загорелась и начала опадать, словно состояла из фиолетового, очень вонючего, пуха.

Запахло палёным — хоть джин их и не достал, ему удалось подпалить сам ковёр.

— Ну что, командор, мы терпим крушение, — сообщил Форли, безрезультатно пытаясь сбить магическое пламя. — Дотянем?

Стив ничего не ответил, сконцентрировавшись на управлении. До вершины дворца они долетели на последнем издыхании, когда от ковра осталась едва ли треть. Стоило им спрыгнуть с него, как огонь завершил начатое, оставив от артефакта горстку пыли.

* * *

Корабль-кристалл Демиурга вблизи оказался не таким уж и большим. Едва ли в него влезло бы больше пары человек, да и те впритирку. Кроме того никакого намёка на вход и видно не было ни с одной из сторон кристалла.

Форли, действуя скорее интуитивно, достал шар, врученный ему полубогом, и сразу же заметил небольшую, словно мелом очерченную, арку на одной из граней.

— Он внутри больше, чем снаружи! — воскликнул Стив, заходя внутрь.

Огромные внутренности корабля вторили ему эхом. Повсюду в полном беспорядке располагались массивные зелёные колбы со смутно знакомыми силуэтами внутри. Братья подошли к одной из них, желая поближе рассмотреть существо внутри.

— Да, моё лучшее творение — вам известны, как демоны, — появляясь из неоткуда и разминаясь, заявил Демиург.

— Мы их уничтожили, — признался Стив.

— Я в курсе, а судя по твоему мечу ещё и ограбили. Не важно, это пройдённый этап. Сколько всего нужно будет сделать!

— Сначала…

— Да-да, я помню. Помогу с джином. Но только с ним, иначе история будет неинтересной!

— История? — не понял Стив.

— Не важно, — отмахнулся полубог и садистски ухмыльнулся. — Идёмте. Пора кое-кому отомстить.

Внизу тем временем произошли изменения: купол, защищавший дворец, окончательно пал, и внизу вовсю гремел бой между безумной толпой и солдатиками, которыми командовал слуга в зелёном.

— Ну и заварили вы кашу, — заметил Демиург и как ни в чём не бывало пошёл дальше.

— Мы не хотим им помочь? — спросил Стив.

— Помогайте — это же ваших рук дело. Я тут только ради мести, — пожал плечами полубог, спускаясь.

Стив же остановился, смотря вниз. По его лицу пробегали волны мучительных сомнений. Наконец он вскинул глаза и быстро пошагал вслед за полубогом.

Вплоть до самого Роскошного они никого не встретили, бесчисленные коридора замка оказались абсолютно пусты. Самого джинна компания нашла в большом зале, тот самом который во сне видел Форли. Сейчас в его центре, будто медитируя, висел Роскошный, нижняя половина его тела ещё слегка колебалась, словно дым на ветру. Неодалёку, возле пыточного кресла, лежала и не шевелилась Рин.

— А вот и вы! Знатный кавардак! — заявил, не глядя на вошедших, джинн. — Думаете, это поможет? Моя репутация, конечно, пострадает, но я вечен. Вы же из праха вышли и в прах обратитесь.

Голос его был странно спокоен и лишён эмоций. Джинн резко выпрямился и замер, заметив Демиурга.

— Что, не ожидал, дымок? — едко спросил тот. — Время платить по счетам!

Джинн, кажется, даже вздрогнул от испуга. Полубог сделал несколько движений телом и руками, вроде как атакующих. Ничего не произошло. Он повторил процесс несколько раз с тем же результатом. Роскошный, первым понявший, что к чему, наблюдал за этим с усмешкой.

— Ой-ой-ой. Божок за пару тысяч лет растерял все силы! — демонстративно хлопая в ладоши, сказал джинн подходя ближе.

Неожиданно он схватил Демиурга, как куклу, и впечатал в стену так, что та покрылась трещинами.

— Где же твоя язвительность, божок? Давай, назови меня дымком! — прорычал Роскошный раздуваясь от гнева, и швырнул полубога в противоположную стену. — Где твои братья-полубоги? Ах, ты же их предал! Ах-ха-ха, ничего у тебя не осталось и ты сгниёшь у меня в цепях!

Несмотря на неравенство, Демиург предпринял отчаянную попытку подняться и ударить кулаком Роскошного. Тот лишь расхохотался и, прокрутив полубога в воздухе, словно лепесток, хорошенько впечатал того в пол.

Форли, наблюдавший за этим избиением, не заметил, что Стив, в отличие от него, не терял времени и оттащил в сторону выхода Рин.

— Она жива, но ей срочно нужна помощь, — сообщил он.

Камень исцеления, который Стив приложил ко лбу дворфийки, на секунду вспыхнул зелёным, а затем рассыпался трухой до последней капли отдав дворфийке свою магию. Форли осторожно коснулся лба Рин. Он хотел почувствовать её силу, хоть на секунду прикоснуться, но ничего не было. Магия, что соединила их однажды, исчезла, словно и не было.

— Не исчезла, её забрали! — в гневе, поправил сам себя маг и обратился к брату. — Сможешь вытащить её отсюда?

Странное чувство безраздельной силы захлестнуло Форли, подхватило, словно бумажный кораблик и понесло куда-то.

— А ты справишься один? — кинув взгляд на избиение Демиурга, спросил Стив, но умолк, посмотрев на брата.

— Вернись целым. — аккуратно поднимая Рин, сказал он.

Последнее желание

Роскошный почувствовал, что что-то изменилось. Отвлекшись от вбивания едва живого полубога в пол, он посмотрел на Форли.

— Ах, точно, ты же архонт! — прошипел джинн. — Думаешь, магия поможет тебе? Ему не очень помогла!

Он швырнул к ногам мага полумертвого Демиурга. Несмотря на всё пережитое, тот не выглядел, как человек, которого били или тем более словно гвоздь вбивали в пол: не было ни крови, ни видимых увечий. Однако Форли чувствовал, что полубог на грани жизни и смерти, если эти два понятия вообще были к нему применимы.

— Просто сдайся — ты станешь лучшим из моих рабов, — холодным как лёд голосом предложил джинн.

— Не будет больше рабов! — гневно ответил Форли.

Магия, что переполняла его, проснулась. Он уже не был человеком с огромным магическим потенциалом, а магией, которой навязали немного мяса в нагрузку. Форли чувствовал, что он словно нарисованный на бумаге человечек, который познал трехмёрное пространство.

Роскошный перед ним фыркнул и словно сбросил кожу — исчез костюм, фальшивая улыбка, какая-либо человекообразность. Остались только полные ярости глаза в центре фиолетовой магической бури. Форли заметил, что и Демиург принял истинное обличье. У ног мага лежал огромный, сильно израненный лис, сияющий очень знакомо: так светилась частица Творца, которую он видел у Наира.

У ворот замка тем временем разворачивалась битва. Обезумевшая толпа, которую он обманом поднял на восстание, теперь шла на смерть. Там же маг чувствовал и брата, тщетно пытающегося выбраться наружу.

Роскошный потерял терпение и атаковал первым. Не было лучей, вспышек, каких-то заклинаний. Только чистейшая ярость и гнев, воплощённые магией. Форли кое-как увернулся от этой атаки и сам попробовал сделать нечто похожее.

Лицо джинна расплылось в довольной ухмылке — атака Форли не просто не возымела успеха, но ещё и обратилась против него самого, став частью Роскошного. Хохоча, джинн принялся увеличиваться в размерах заполняя собой всё окружающее пространство.

— Не хочешь быть рабом, так стань частью меня! — проревел Господин Роскошный.

Форли, неожиданно для себя оказался мелкой букашкой на фоне безразмерного джинна, который становился больше с каждой секундой. Наконец он заполнил собой всё пространство зала, вытеснив даже воздух…

* * *

Стараясь не оглядываться на звуки боя позади, Стив без проблем, по пустым коридорам и лестницам, спустился вниз к входу. Стоя и пытаясь отдышаться перед массивными дверьми, Стивен слышал снаружи шум битвы. Он глубоко вздохнул, посильнее прижал к себе дворфийку и неуверенно сделал шаг вперёд.

Он знал, что увидит: всю дорогу Стив готовился к этому, но всё равно оказался не готов. Вся площадь перед дворцом была усеяна телами. Кто-то истово молился богам перед смертью, кто-то кричал от боли, большая часть была уже мертва. В лицо ему ударил отвратительный смрад, вперемешку с гарью. Небо над головой стало красным от горящего города-казино.

В самом дворце, на верхних его этажах тоже что-то происходило. Но разглядывать что именно у Стивена не было времени. Впереди, между тел, выискивая и методично добивая раненых, сновали «солдатики».

Рин едва не выпала у Стива из рук, а к глазам подступили слёзы. В горле словно образовался огромный комок, не дававший нормально дышать. Не в силах стоять, Стив упал на колени. Отчаянье, до этого загнанное в глубину души, вырвалось — они все погибли по его вине. Своей шуткой он убил тысячи.

Меч Солифилесет обжёг его бедро как никогда раньше. Инстинктивно, желая уберечься от боли, свободной рукой Стив достал его из ножен. Это спасло ему жизнь.

Клинок принял на себя удар заклинания — то вернулся слуга в некогда зелёном, а теперь скорее багряном фраке. Не говоря ни слова, он швырял заклинание за заклинанием в Стива. Тот, лишь чудом, одной рукой держа полумёртвую Рин, а другой, трясущийся, с мечом, сумел их отразить в сторону.

Его противник подошёл ближе, усмехнулся и тихо произнеся заклинание, кинул в Стивена чем-то особенно мощным. Шарообразный сгусток лиловой материи, неторопливо поплыл к Стиву. Он выставил меч, собираясь его проткнуть, уже заранее зная, что ничего не получится.

— Прости подруга, — тихо прошептал Стив, обращаясь к Рин, — но похоже, это конец.

Шар коснулся артефакта, повисел, словно раздумывая, как именно его прикончить, а затем лопнул подобно мыльному пузырю. Стивену в лицо ударила волна жара. Желая уберечься, он прижал к себе Рин, выронил меч и заслонился рукой, спасая глаза. Неожиданно всё прекратилось, а рядом кто-то удивлённо хмыкнул.

— Вечно тебя нельзя оставить ни на минуту одного, — произнёс рядом знакомый голос.

Стив удивлённо поднял голову. Рядом с ним стояла курносая девушка с тёмными волосами до плеч, в элегантном, чуточку старомодном платье. В руках Солифилесет держала свой меч, с интересом рассматривая, во что он превратился под влиянием Стива.

— Ты дурно на него влияешь, дрожайший муж, — заключила суккуб, а затем повернулась к слуге в зелёном, — а ты, — София вскинула в его сторону меч, — вызываешь у него жажду крови.

Слуга Роскошного, до того стоявший в изумлении, пришёл в себя. Он попятился, а затем принялся неистово швыряться в Солифилесет заклинаниями. Та лишь усмехнулась над его попытками и медленно двинулась на него.

— Я магия, дурак, — напоследок сказала она испуганному слуге. — Твоя собственная.

Один взмах всё закончил. Солдатики Роскошного, лишившись внимания обоих хозяев, все как один, замерли, а затем рассыпались прахом. София вернулась к Стиву, всё так же стоявшему на коленях в полном изумлении.

— Не переживай о мёртвых. Подумай лучше, — суккуб кивнула на Рин, — о живых.

Солифилесет демонстративно уронила меч, который, упав, разбился, словно стеклянный.

— И хватит иллюзий: меч дал тебе то, что ты хотел — меня. Теперь пришло время отпустить и жить дальше. Это — моё последнее желание.

Подобно своему мечу, София рассыпалась стеклянной пылью.

* * *

Форли сначала не понял, что происходит — он оказался прямо в густом, очень неприятном облаке. Роскошный полностью обволакивал его со всех сторон, лишая кислорода. Это было вдвойне плохо: джинн не просто душил мага, но и впитывал в себя.

По началу Форли пытался разрезать врага, рассечь и развеять. Но получалось так себе — это было сродни попыткам резать ножом собственную тень. Джинн же всё наступал и наступал, неумолимо впитывая его силу.

Тогда маг сменил тактику: больше он не пытался разрезать облако-Роскошного, вместо этого принявшись уменьшаться в размерах, уплотнятся и концентрироваться, пока не собрал все силы в небольшой шар. Джинн воспринял это как знак близкой победы и ринулся вперёд.

В момент, когда облако ярости должно было полностью поглотить и уничтожить его, Форли выплеснул всю свою силу разом, став по яркости и размерам как тысяча солнц. Роскошного просто смяло, разорвало на тысячу кусков и, если бы не крик, полный боли и отчаяния, архонт полностью и навсегда бы его уничтожил.

Битва закончилась, и вместе с этим успокоилась и реальность. Форли снова был человеком с чем-то вроде вулкана внутри. От дворца не осталось ничего, как и от всего остального города. Они были частью Роскошного, творением его магии и ушли вместе с ней в небытие. Всех, кто ещё на этот момент не успел его покинуть, Форли особо не раздумывая отправил в Перекрёсток — там им уж точно помогут.

Мир вокруг поблек и выцвел став абсолютно серым. Кроме самого Форли, цвет сохранил только джин. Они вдвоем находились на небольшой, не больше пары метров, площадке друг перед другом. Сверху на них взирали звёзды.

Роскошный, пребывавший снова в человеческом обличии, потрескался, как краска на солнце, и было видно, что внутри нет ничего. От него осталась только пустая оболочка. Его руки, прежде свободные и бойкие, были закованы в уродливые чёрные цепи, будто сделанные из гнили. То были, как понял Форли, узы некроманта Калифинекса.

— Сдаюсь, всё расскажу, только пощади! — сказал Роскошный, падая на колени.

Голос его потерял ещё больше, чем хозяин — ни интонаций, ни эмоций. Словно ветер дул в незакрытое окно.

— Я пощажу, даже освобожу от оков. Но поклянись, что всей твоей прошлой жизни придёт конец. Ты никогда больше не станешь Господином Роскошным, — Форли аккуратно коснулся цепей, собираясь их разбить. — Исправишь всё зло что причинил! И, разумеется, расскажешь мне всё, что знаешь.

— Я исполню твоё желание! Клянусь всеми богами!

* * *

На удивление знал Роскошный не так уж и много — Калифинекс не доверял ему. Ему нужна была сила джина, его влияние и богатство, но не сам Господин Роскошный.

Они познакомились почти двадцать лет назад. Молодой некромант, ещё полностью живой, скитался в поисках знаний. Джинн согласился помочь ему в этом, но только за огромную цену. Он хотел видеть наглого юношу своим слугой. Но у Калифинекса по этому поводу были свои планы.

Вместо себя некромант предложил Роскошному показать, как сделать безвольным рабом любого, просто надев на несчастного ошейник. Джинн, на тот момент с трудом управлявшийся с огромной армией рабочих, согласился, считая это величайшей удачей. И крупно просчитался.

Некромант сделал так, что ошейники подчинялись не только Роскошному, но и ему. Когда же рабами стала большая часть слуг, Калифинекс и рассказал об этой «маленькой» детали джинну. В одночасье хозяин превратился в раба.

Некромант и Роскошный заключили договор: покорность слуг в обмен на покорность джинна. Калифинекс требовал различных услуг: сначала только знаний, редких книг, но затем и артефактов, точнее их силу. В этом им помогал Наир, польстившийся на сладкие увещевания Роскошного. Он доставал для Калифинекса редкие ингредиенты из Перекрёстка. Когда же правитель Новой Надежды стал не нужен, в «благодарность» некромант приказал превратить Наира в монстра — в Вечного Короля. Даже сам джинн не знал, что это за создание и откуда Калифинекс достал информацию о том, как его создать.

В этот момент Господин Роскошный сообразил, что нужно разорвать договор, связывающий их, иначе его постигнет участь ничем не лучше. Он даже нашёл способ, как это сделать. Но Калифинекс раскусил его, оставив мрачное предупреждение — незадолго до назначенного дня ровно половина слуг Роскошного мгновенно погибла, рассыпавшись могильным прахом. Это был очень ясный сигнал, и с планами по освобождению пришлось повременить.

Но и у некроманта были проблемы — за ним по пятам шли, словно соревнуясь, маги во главе с Фелисией и Джониеком. Они отставали от него всего на пару шагов, и эта гонка вытягивала из Калифинекса все силы. Тогда-то и родился план — публично умереть. И затем без лишнего внимания, с запасом времени, продолжить начатое.

Тут ему на руку сыграл Джониек: сначала с дуэлью, подставившись, а затем покорно пройдя по длинному пути в поисках некроманта и сразу же, показательно казнив свою добычу. Фелисия, при всех её недостатках, скорее заковала бы некроманта в цепи, а затем долго и показательно судила, упрятав в конце куда-нибудь подальше.

На этом этапе-то дороги некроманта и джинна, пересеклись с братьями Гофт. Вести о том, что их замысел раскрыт, быстро дошли до Калифинекса. Тот был в неописуемой ярости, но так и не узнал, что именно Роскошный всё провалил, не сумев убить важных свидетелей.

Как бы то ни было, накануне некромант объявился вновь. Скорее всего, он хотел забрать силы у джина, который стал ему не нужен, но, увидев пленницу с даром архонта, изменил решение. Роскошный получил ещё немного времени. В процессе ритуала некромант нечаянно обмолвился, что теперь он на полпути к колонне Творцов, той самой, что высится в центре Перекрёстка.

* * *

Джониек стоял возле большой палатки обильно увешанной флагами. Чуть вдали, на поле, слегка присыпанном снегом, готовилось начаться сражение. Король Кальмана, объединившись с союзниками из Веровии и Нурона, решил дать ему генеральный бой, для чего собрал цвет рыцарства со всего Речноземья.

Разведчики насчитали больше пяти тысяч конных воинов и примерно столько же пехоты. Последних Джониек в расчёт даже не брал — перед ним было классическое средневековое феодальное войско, в котором пехоте отводится роль охраны обоза.

В его собственной армии было примерно двести кирасиров, двадцать две пушки и чуть меньше шести тысяч человек. Командовали на поле, руководствуясь разработанным им планом, опытные наемники. Они же и тренировали эту армию, поэтому хорошо изучили её слабые и сильные стороны.

На самом деле количество солдат практически не играло никакой роли. Джониек умышленно оставил едва ли не половину своей армии в Марке, стремясь выманить противников из их крепостей. Вести бесконечные осады зимой он не собирался, а вот решить всё в одном бою — запросто.

Тем не менее, несмотря на явное численное превосходство, прибыв на место, король Кальмана засомневался. Ум монарха чувствовал ловушку, но не мог понять, в чём она заключалась. Дабы не спугнуть «зверя», Джониек распорядился не вести огонь из ружей и пушек до того момента, пока конница противника не ринется в атаку.

Наконец, прогудел рог, и противник двинулся вперёд. Джониек недооценил короля — тот додумался не строить войска одним большим клином или «свиньёй», а разделить на три примерно равные части. Две обходили его армию с флангов, а одна с королём во главе собиралась смять центр.

Будь у Джониека обычное средневековое войско, ему можно было бы вывешивать белый флаг. На самом же деле всё было с точностью наоборот.

Армии монарха противостояла классическая терция. Построение, при котором войска строятся в каре: в центре тяжело бронированные пикинеры, а по флангам стрелки. При необходимости стрелки без проблем могли сменить расположение, укрываясь от атак конницы, а тяжёлая пехота хоть и не отличалась мобильностью, но, благодаря выучке и муштре, без проблем перестраивалась в считанные секунды в направлении удара кавалерии.

Орудия стояли чуть в стороне от всех, до поры укрытые кустарником. При атаке противника обслуга пушек могла рассчитывать только на свою удачу в стрельбе и скорость бега. Но сегодня орудийные расчёты вернулись с боя в полном составе.

Четверть атакующих сложили пули и ядра; большая часть остальных, бросая оружие и штандарты, разбежались, попортив штаны. До шестиметровых пик добралась только центральная группа во главе с королём и там же нашла свою погибель. Когда пал рыцарь в самых роскошных доспехах, окружённый множеством знамён, Джониек сложил свою подзорную трубу, через которую наблюдал за битвой.

Битва была разгромно выиграна. Сейчас в дело должна была вступить его собственная кавалерия, целью которой были беглецы. Пехоте предстояло захватить обоз. За этим наблюдать смысла не было.

Рядом его ждал верный Везави с традиционной бутылкой вина наперевес. Джониек принял небольшой бокал и слегка отхлебнул в честь победы.

— Мышиная возня, — прокомментировал правитель Марки. — Нужно искать некроманта, а приходится возиться с этими ничтожествами.

— Он затаился и ждёт, — ответил Везави.

Слуга знал, что его господину не требовался собеседник, но нужен был тот, кто будет произносить вслух определённые фразы.

— Если бы. Он собирает армию: орки, мертвецы, дикие драконы. Стандартный набор «зла». Ты проверил, братья Гофт добрались до джинна?

— Да, господин.

— Что ж, тогда Роскошного я бы из его активов вычеркнул, учитывая их феноменальную удачу и напористость.

— Возможно, если джинн победит, это принесёт нам выгоду.

— Нет, — покачал головой Джониек. — Я мог десяток раз их убить за всё время, что здесь правлю. Они нужны мне, чтобы победить некроманта. Но, победив его, они и их мать неизбежно примутся за меня. Сложно нынче стремиться к власти, не то, что раньше, да?

Везави не знал, что тут говорить, поэтому промолчал.

— Остаётся только риск. Позволим нашим врагам столкнуться лбами, выясняя, кто из них меньшее зло. А сами достигнем цели — колонны Творцов. Ещё бы найти раньше других ключ к ней.

Джониек замолк и криво усмехнулся, а затем самодовольно сказал:

— Ну, по крайней мере, в отличие от этих напыщенных идиотов, я-то знаю, что ключ где-то здесь. В этом мире, в месте, что какой-то лиричный кретин назвал Долиной Драконов.

* * *

Домой Стив и Форли вернулись только через неделю после своей «победы». Никакого настроения радоваться произошедшему у них не было. На мир словно опустилась тьма.

Ощущение какой-то мрачной обречённости было повсюду. На лицах родителей, когда те вернулись в Перекрёсток, неся ужасные новости об ордах нежити, разоряющих целые миры. На лице Джониека, который спокойным, методичным голосом зачитывал названия планет, открыто поднявших флаг некроманта Калифинекса. То была ещё не война — лишь первые грозовые раскаты предвещающие её скорое начало. Даже в Марке, которой и дела быть не должно до всех этих дрязг, было как-то серо и тоскливо.

По некой инерции, братья продолжали продавать артефакты, день за днём, ожидая что дверь вот-вот распахнётся и им объявят о том, что война началась. И дверь распахнулась, но совсем по другому поводу.

В лавку вошла особа ростом под метр с кепкой, рыжеволосая, опиравшаяся на небольшую трость, вызывающую у неё явные неудобства. Дворфийка огляделась по сторонам, осматривая полупустые прилавки, заляпанные грязью и пылью. Место продавца пустовало, вызывая острое желание покричать. Но её опередили, послышалась возня и раздражённый голос Стива возвестил:

— Выбирайте пока, я сейчас подойду!

— Я уже всё выбрала, — недовольно стуча тростью по полу ответила гостья.

Стив с недовольным лицом выглянул из подсобки. От глаз дворфийки не укрылся бутерброд, который был быстренько спрятан за спину.

— Вот как оно всё обернулось, — как только парень застыл ошарашенный её появлением, сказала гостья. — Меня не было месяц, а вы превратили лавку в свинарник! Хрю-хрю, да?

— Рин? — не веря своим глазам сказал Стив. — Ты же лежала в больнице! Врачи сказали…

— Стараниями вашей матери я снова на ногах, — прервала его дворфийка. — Подойди-ка.

Стив смутно догадываясь что сейчас произойдёт, нехотя приблизился к рассерженной Рин. Та не подвела его ожидания — один удар, пришёлся по коленке, как всегда, в самое больное место, второй, в полсилы, был выполнен тростью.

— Это, за то что забились тут как в раковине, в полном унынии, и сидите ждёте невесть чего! — прокомментировала Рин.

Сверху послышались шаги — Форли спускался на шум. Дворфийка, подождала пока маг спустится, и хорошенько пнула и его, не давая опомниться.

— Это за то, что даже записки не написали мне!

— Мы не знали! Честно! — принялся оправдываться Стив и лишь чудом увернулся от брошенной в него трости. — Ты лежала… без… как… не важно…

— Олухи! — воскликнула Рин. — Даже злиться, глядя на ваши рожи, у меня не получается!

Братья наконец ринулись к ней, желая обнять, но дворфийка рыкнула на них и сказал:

— Сдурели что ли? Тряпки в руки и бегом приводить вашу подержанную лавку артефактов в порядок!

Примечания

1

См. 1-ю часть, «Лавка подержанных артефактов».

Content

Вадим Смольский
(Letroz)
Стив и Форли: Повелитель Желаний

Последствия

Дуэль

Проблем на метр с небольшим

Фальшивая корона

Проблемы с грызунами

Сапоги (не)удачи

Самое желанное место во вселенной

Не самое желанное место

Последнее желание

Примечания