Наемник. Наследственная изменчивость

Глава 1 Условно - досрочное освобождение

«В сказках всегда есть хорошие и плохие персонажи — в зависимости от того, за что они борются, на какой находятся стороне. При этом сами герои сказок могут быть как добрыми, так и злыми: „хороший и добрый“ Дедушка Мороз, „хороший, но злой“ Илья Муромец, „плохой, но добрый“ Карабас Барабас, „плохой и злой“ Змей Горыныч. Так сделано, чтобы дети не путались, и не думали, что „добрый“ сразу же значит „хороший“, а „злой“ автоматически обозначает „плохой“. Читая сказки, всегда имейте это в виду!».

Djonny. "Сказки Темного Леса".

- Признать Венедиктова Константина Михайловича виновным в совершении преступлений, предусмотренных статьями сто шестьдесят два часть три...

Дальше следовал долгий перечень моих заслуг перед обществом. Я прислонился к стене, и с безразличием оглядывал зал судебного заседания, конвоиров и судью в черной мантии.

Судья зачитывала приговор в абсолютной тишине, перечисляя статьи уголовного кодекса, в которых я обвинялся. Статей было много, почти все преступления - особо тяжкие, так что в приговоре сомнений не было. Пожизненное лишение свободы в исправительном учреждении особо строгого режима где-нибудь в заполярье. Одиночная камера два на два и редкие прогулки в позе "ласточки". Интересно, в заполярье есть белые медведи? Хотя нет, они же вроде только на полюсе. Это было ясно еще на прениях, и когда судья предоставила мне право на последнее слово, я с великим трудом сдержался, чтобы не выдать что-то типа “Ваша честь, прошу учесть - ебал я вас и вашу честь”. Остановило меня только то, что это была бы неправда. Мерзкая старуха очень напоминала мне ведьму, какими их рисовали в своих книгах братья - сказочники Гримм с дряблым, оплывшим лицом, седыми волосами и крючковатым носом. Не хватало только бородавки на самом его кончике, чтобы облик старухи обрел сказочную правдоподобность. Сейчас она приговорит меня к пожизненному - и со спокойной душой полетит на метле в свой домик в непролазной чаще леса, где будет поедать украденных в ближайшей деревне детей, запивая чаем из лягушачьих лапок. Или что там ведьмы еще делают? Инквизиции на нее нет. Клянусь богами Ледяного Севера, в жизни я не видел бабы более страшной. Я бы никогда не решился переспать с ней, даже если бы мне пообещали полную амнистию прямо в зале суда.

- … И приговаривается к пожизненному лишению свободы с отбыванием наказания в колонии особо строгого режима, - торжественно огласила приговор старуха.

Что и требовалось доказать. Я подошел к окошку, протянул руки конвоиру, который ловко защелкнул на запястьях браслеты. Прощай свобода. Жалел ли о содеянном? Ничуть. Тем более, чутье подсказывало: самое интересное еще впереди.

***

В автозаке трясло, нещадно подбрасывая на железной лавке. Маленькая клетушка, отгороженная от основного кузова, да три конвойных в черной форме ФСИН.

Эх, кабы я пошел на сделку со следствием, сдал подельников - может и получил бы лет пятнадцать. Но нет. Как только меня поймали, ушел в глухой отказ, надеясь, что улик по мою душу не найдут. Как бы не так. Едва меня взяли, тут же появились свидетели, которые смогли опознать. Вспыло где - то оружие с последнего грабежа. Ох, до чего же и громкое же вышло дело!

Подельников моих так и не нашли, пошел я паровозом. Убийства, что висели на банде, повесили на меня - и привет, пожизненное лишение свободы.

Адвокат настойчиво советовал подать апелляцию. Да вот только какой смысл? Сам виноват. Нет противника страшнее, чем союзник - имбецил. Именно так было про последнюю команду. До сих пор мне так и не удалось понять, где же Пауку удалось найти таких конченых людей. Даже решил было, что у Куратора есть особый список, в который он заносит таких вот животин.

Машину тряхнуло особенно сильно, отчего меня подбросило в кузове, с размаху приложив о железную стенку. А потом автозак резко остановился.

- Водить научись, черт... - начал, было, я свою тираду, как тут же один из конвоиров меня оборвал:

- А ну заткнись, блять!

Бронированная дверь автозака вздрогнула и вылетела, словно пробка из бутылки. Затем раздалось три сухих щелчка - и замешкавшиеся на секунду ФСИНовцы обмякли, заляпав стену красным. В кузов заскочил высокий тощий человек в балаклаве и с пистолетом в руке. Второй, коренастый и широкоплечий, стоял у входа.

- Быстрее, - прошипел он тому, что в кузове. - Торчим белым днём в центре города.

- Айн момент, - ответил его подельник и торопливо осмотрел карманы ФСИНовцев. - Ага, вот они.

Он вынул связку ключей, подбросил их, ловко поймал и принялся ковыряться в замке. Заскрипела, открываясь, дверь моей камеры. Щелкнул замок наручников.

Вдали завыли сирены полицейских машин, что стягивались к автозаку, остановленному моими спасителями. И мне казалось, что многие из полицейских едут сюда любопытства ради, чтобы посмотреть на выживших из ума людей, отважившихся напасть на конвой ФСИН. Не каждый день в Городе Мечты происходят подобные вещи.

- На выход, Константин Максимыч, - весело отрапортовал тощий. - Считайте, что за хорошее поведение вы были освобождены условно - досрочно.

- Не Максимыч...

Но мой спаситель не дал договорить. Попросту ухватил за шиворот и вытолкал из кузова автозака, где меня поймал коренастый.

- В машину. Да живее ты, блядь, хуле копошишься?

Меня буквально силой запихали в салон тонированной девятки. Следом втиснулся коренастый. Тощий запрыгнул на сиденье рядом с водителем.

- Гони, Филин, - пробасил коренастый водителю.

- Куда гнать? - оторопело спросил я.

Огромная, как лопата, ладонь, легла мне на голову и я замер, так и не договорив. Лапища была такой большой, что кабы мой собеседник сжал ее в кулак - башка треснула бы как яичная скорлупа.

- А вам, мсье Венедиктов, стоит отдохнуть.

В шею что - то кольнуло.

- С какого хуя... - возмутился было я. А следом окружающий мир померк.

***

Я пришел в себя, лежа на холодном сыром полу. Мир плыл перед глазами, вертясь в бешеной пляске. Я быстро зажмурился. Затем открыл глаза, поморгал. Вот, другое дело. Взору моему предстали толстые потолочные балки какой-то металлоконструкции. Такие ставят, когда собирают каркас ангаров для крепления крыши. А вот и сводчатый стеклянный потолок.

Сил моих едва хватило на то, чтобы попытаться пошевелиться. Безрезультатно. Трудно принять вертикальное положение, если ты стянут по рукам и ногам тонкими нейлоновыми шнурами. Если дергаться и всячески пытаться высвободиться из пут - тебя бьет электрический разряд. Не сильно, конечно, но достаточно для того, чтобы потерять всяческую волю к победе. Посему, оставив это заранее обреченное на неудачу занятие, я растянулся на холодном бетонном полу.

В голове вертелись вопросы. Что это за место? Кто похититель? Зачем я ему сдался?

Успокоимся и будем размышлять логически. Меня нагло выдернули при транспортировке. Значит, нужен я этим людям живым. Зачем? Вот тут чуточку сложнее. Перепутали? В автозаке меня почему-то назвали Максимовичем. С чего это, когда я Михайлович? Хм, вряд ли. Не верю я в то, что в один день в одном городе из суда перевозили двух осужденных на ПэЖэ Константинов. Скорее всего, чувак просто торопился. Вот и оговорился. Тогда возвращаемся к пункту первому: зачем меня освободили?

Так я и ходил по кругу этой логической цепочки, пока сзади не раздались гулкие шаги, эхом разлетающиеся по пустому ангару. Один из моих гостей склонился надо мной, позволяя, как следует, его рассмотреть. Худое скуластое лицо, светлые, ровно подстриженные волосы, длинный с горбинкой нос, высокий лоб, очки в красивой золоченой оправе. Почему-то лицо казалось жутко знакомым.

С ним двое. Скорее всего, те самые ребята, что вытащили меня сегодня из автозака. Один высокий и тощий, с коротко стриженными светлыми волосами, имел некое сходство с сидевшим в кресле джентльменом. Голубые глаза, узкие скулы, острый подбородок. Левое ухо украшает серьга - кольцо. Заметив мой взгляд, он растянул тонкие губы в усмешке от уха до уха.

Второй был полной его противоположностью. Короткая бычья шея, маленькая голова. Узкий лоб, явно намекающий на крайне скудное количество серого вещества внутри черепной коробки, глубоко посаженные глазки, небольшой сломанный нос, ломаные уши, прижатые к голове. Его лицо было украшено таким количеством шрамов, словно его пытался перекроить неумелый пластический хирург.

- Очнулись? - с улыбкой спросил человек в дорогом костюме, оторвав меня от созерцания этой странной парочки. - Прекрасно. Усадите нашего гостя, джентльмены. Долгая лёжка на холодном полу может сказаться целой кучей неприятных болезней.

Меня, подняли с пола и швырнули на раскладной стул. Развязывать естественно, никто не собирался. Человек в дорогом костюме все с той же милой улыбкой уселся напротив в мягкое кресло. "Джентльмены" тут же, принесли незнакомцу небольшой резной столик, на котором стояли ноутбук, бутылка виски, пара стаканов и коробка сигар.

Главный в этой троице уселся в кресло, пристально глядя на меня:

- Эх, до чего же занимательные вещи творятся сегодня в городе.

Он развернул столик ко мне, запуская поставленное на паузу видео.

На экране показался автозак, в котором меня перевозили. Рядом - несколько полицейских машин. Вокруг автозака суетились люди в форме.

- Громкое преступление произошло сегодня днем в центре города. Неизвестные напали на колонну полиции, перевозившую из зала суда особо опасного преступника Константина Венедиктова, признанного виновным в серии ограблений ювелирных магазинов. Преступникам удалось скрыться с места преступления. В данный момент ведутся оперативно-розыскные действия по их поимке.

Кадр сменился. Теперь на экране красовался мое фото.

- Всем, кто знает о местонахождении преступника, просим сообщить по телефону...

Сидевший напротив человек поставил видео на паузу и вновь развернул ноутбук экраном к себе. Вытащил из коробки сигару, чуть помял ее в руках, затем аккуратно отрезал кончик и закурил. Запрокинул голову, выпуская к потолку сизые колечки. По комнате поплыл аромат дорогого табака.

- Ищут пожарные, ищет милиция, - задумчиво протянул он. - Вы ведь знаете, кто я?

Я отрицательно покачал головой.

- Ну тогда, позвольте представиться. Меня зовут Михаил Токарев. Бизнесмен, ай ти разработчик, меценат…

- Который ворует из автозака осужденного к пожизненному заключению преступника, на котором доказанных преступлений больше, чем блох на бездомной собаке, - бесцеремонно прервал его я. - Нахуя я вам сдался?

- Вы по-своему особенный человек, Константин Михалыч, - протянул Токарев, открывая бутылку виски и наливая янтарную жидкость в стакан. - У вас есть дар. Вы ведь любите компьютерные игры?

Задавая этот вопрос, мой собеседник заранее приготовился услышать ответ “да”. Но вышла лажа. Я отрицательно покачал головой, чем вызвал легкое недоумение Токарева. Да только вот игры я и правда не любил, и дело было вот в чем. Моя мать ненавидела компьютерные игры так люто, что, в отличие от сверстников, у меня не было ни компьютера, ни планшета. А вместо телефона нового поколения я обходился доисторической кнопочной моделью прошитой так хитро, что на ней даже змейки не было. В общем, в то время, пока мои одноклассники качали орков и эльфов в различных ММОРПГ, я болтался на улицах родного гетто. Наверное, это и предопределило мою дальнейшую судьбу.

- Еще бы, - хохотнул тощий. - С подвигами его отца я бы…

- Заткнись, Гоблин, - не оборачиваясь, бросил Токарев, и тот послушно замолк.

- Подвиги? - удивленно переспросил я.

- Да. Ваш отец очень любил компьютерные игры. - Михаил Михайлович глотнул виски и с интересом уставился на меня. - Чемпион России в файтинг-дисциплине. Через пару дней после победы на турнире, паренек, который ни разу в жизни не дрался, люто избивает бандитов на Сельмаше. Отметелил так, что спецназовцы отдыхают… Но это все дела давно минувших дней, давайте я расскажу историю с самого начала.

В две тысячи девятом году году был запущен закрытый проект “Антитеррор”. Чемпионы города по киберспорту попали под эту программу...

Михаил Михайлович ненадолго замолчал, отпивая из стакана виски. Затем продолжил:

- Что происходило в рамках проекта - никто не знает. Но две сотни людей вдруг обрели способности, которыми владели в компьютерных играх.

Я сидел и слушал собеседника, раскрыв рот и думая о том, окончательно ли сошел этот мужик с ума, или это просто шутка такая.

- И тут началось самое интересное. Грянувший кризис прикрыл лабораторию, лишив проект финансирования. Оказавшись на улицах города, без денег и надежд на светлое будущее, чемпионы, долго думать не стали. Часть подалась в наемники, многие - в банды, или стали наемными убийцами. Ну, а две шутер-команды сколотили банду и решили вопрос с конкурентами так: просто явились на общегородской "сходняк" и положили разом всех лидеров ОПГ. А затем развернулись в городе, устроив грандиозный раздербан.

- Да и много чего ещё натворили, пока не попали в засаду и не были ликвидированы подразделениями ЦСН, - вклинился в разговор Гоблин. - Ох, и забавная приключилась история.

- Хуйня какая - то выходит, - пробормотал я. - Такие громкие дела в городе творились - и ни одного упоминания в средствах массовой информации?

- Вы думаете, граждане поверили бы историям о том, что люди обрели игровые способности, и теперь по городу бегают контр-террористы, ассасины и хитманы? - поправив очки, переспросил меня Токарев. - Да журналиста, озвучивавшего эту версию, скорее всего упекли бы в сумасшедший дом. Вы бы поверили в такое заявление, если бы услышали подобное в новостях? Или прочитав в газете?

Я отрицательно покачал головой. Токарев прав. Такое могло придти в голову только совсем уже выжившему из ума.

- Но это дела давно минувших дней и к настоящему времени они относятся мало, - продолжал Токарев. - А мы вернемся к дням настоящим. Есть подозрения, что умения отца передались вам. По наследству, так сказать.

Я откинулся на спинку стула и захохотал. Мой смех гулко разнесся по ангару, многократно усиливаясь и отражаясь от стен.

- Я? Супербоец? - сквозь смех, едва выговорил я. - Ой, бля…

- Разве не так? - Михаил Михайлович.

- Я вас разочарую, да только вот нет во мне никаких способностей. Я обычный человек, каких миллионы.

Мои слова имели успех, и Токарев и правда чуточку разочаровался.

- Что - ж, жаль, - пробормотал он. - Очень жаль. Мы провели такую масштабную акцию, и все зря. Что же, придется отправить вас обратно.

Эта информация меня чуточку разочаровала. Уж очень не хотелось мне возвращаться в бетонную клетку, где я увлекательно проведу ближайшие двадцать пять лет. Это при самом хорошем раскладе.

- Погодите, босс, - снова вклинился в разговор тощий. - Раз уж мы вытащили его, рискуя своими задницами белым днем да в центре города - может проверить его на деле?

- Неподалеку есть точки сбыта наркоты. Четыре человека кормят «хмурым» почти весь район. Устраним их – и никто плакать не будет.

«Что значит – устраним»? – хотел было спросить я.

- Вот информация по этим мразям, – Гоблин кинул на столик толстый конверт. – Недавно их задержала полиция по двести двадцать восьмой. Всех выпустили через два часа.

Я открыл конверт. Вытащил бумаги. Рапорты и протоколы из уголовных дел, фото…

- Значит так. Слушай и запоминай. Первый из этих «неуподоблюсь», говоря языком Грибных Эльфов, обитает в общаге. Вот здесь.

Палец Гоблина ткнул в карту.

- Идем я, ты и Филин. Ты как исполнитель, я прикрываю. Предупрежу тебя, если что-то пойдет не так. Филин на колесах. Он мастер вождения. Умудрился же увезти нас от полиции, когда вытаскивали тебя из автозака. Филин привезет нас на место, а затем вывезет из квадрата. Исполняем сегодня вечером. По возможности, чисто и аккуратно. Если что – подумают на каких-нибудь агрессивных ебанатиков, которые за чистые дворы. Их сейчас развелось - кирпичу упасть негде. А мы так гладенько отскочим. Уххх… Старое доброе ультранасилие.

Гоблин мечтательно закатил глаза.

Я покосился на нового знакомого с некоторым опасением:

- Что значит “исполняем”? - спросил я

- Это значит, что сегодня вечером ты заколешь указанную цель, - спокойно пояснил Гоблин.- И от того, как все пройдет, зависит твое дальнейшее будущее. Коли справишься - побудешь еще некоторое время на свободе.

- А если нет?

- А если нет - к дому, по анонимному вызову, приедет ЦСН. Тебя поймают прямо в этой ебучей общаге, а неизвестный но очень законопослушный гражданин станет богаче на двести пятьдесят тысяч. Уяснил?

- Да не хочу я никого убивать, - попытался было возмутиться я. - За каким хуем мне сдался мне этот барыга?

Гоблин шагнул вперед:

- Слушай меня очень внимательно, - прошипел он мне почти в лицо. - Тебе говорят - ты молча выполняешь. Без “что” да “зачем”. Скажут тебе наркоторговца ебнуть - зарежешь его без колебаний. Скажут украсть ящик с пожертвованиями в храме - сделаешь и это. Не задавая, блять, вопросов.

- А не то? - с вызовом спросил я.

- А не то я лично вывезу тебя в город и брошу рядом с первым же отделением мусарни. И придет тебе пиздец.

-Думаю, вы подружитесь, - подытожил Токарев, который до этого момента внимательно наблюдал за нашей перепалкой.

.

Глава 2 Первое задание

"Словно фиал, до краев наполненный жгучим огнем и отравленным дымом, Гоблин был переполнен самой черной ересью — от корней волос до потаенных глубин своей сумрачной, заблудшей души".

“Djonny. "Сказки Темного Леса".

Неброская серая толстовка, черные джинсы и кроссовки на липучках. Удобный прикид, в котором тебя мало кто запомнит. Да и скрыться через дворы при отходе, после совершения преступления будет проще простого.

Это шмотье подобрал мне Гоблин. Он же настаивал на ноже, но поколебавшись, я выбрал узкую и длинную крестовую отвертку. Работать ножом было бы неудобно. Один неправильный удар – и я изгваздаю в крови все вокруг. В том числе и себя. А вот в перепачканной бурыми пятнами одежде уходить через город к тачке будет проблематично. От тонкой дырки, оставленной в теле жертвы отверткой, крови будет минимум.

Это все было теорией. Но угрожать оружием при ограблении – это одно. убивать – совсем другое. А лишать кого-то жизни мне до этого момента не приходилось.

Филин высадил нас за пару кварталов от адреса, укрывшись во дворе рядом с длинной пятиэтажкой. Остаток пути мы прошли пешком, пересекая оживленные, несмотря на поздний вечер, улицы. За время пути до конечной точки, мы не проронили ни слова.

Гоблин тоже был спокоен. Его лицо было отрешенным, словно каменная маска, не выражавшая никаких эмоций. Хотя оно и понятно: не ему придется через некоторое время человека насмерть убивать. Поэтому, он спокойно и молча шел рядом, время от времени с интересом поглядывая на меня. Лишь у подъезда общежития он вытащил из мятой пачки сигарету и спросил:

- Готов?

- Нет! - рявкнул я.

Гоблин покосился на меня с некоторым удивлением:

- Как ювелирки грабить, да в девок молодых стрелять - так за милую душу. А как торговца хмурым устранить - так совесть включил? Так решительно не годится Хочешь, не хочешь - а барыгу этого тебе придется устранить. Причем, быстро. Считай, квест на время. Не справишься - пиздец тебе придет. Все понял?

Я кивнул. Возле нужного дома не горел ни один фонарь. Темнота и наброшенный на голову капюшон скрывали лицо подельника. Лишь тлеющий огонек сигареты ярко вспыхивал, когда парень затягивался.

- Держи, - он протянул мне черный прямоугольник. – Рация. Если что-то пойдет не так – дам тебе знать. И помни: у тебя на все про все десять минут. Потом приедет группа захвата и в этом беспокойном районе начнется балаган. Все понял?

Я молча кивнул.

- Ну вот и отлично. А теперь, пора делать дело.

Домофона на двери не было. Вернее, когда- то он был, да вот только кто - то решил присвоить его себе. Поэтому, вместо панели с кнопками, в железной двери зияла дыра, из которой сиротливо торчало несколько проводков. Но мне такая модернизация была лишь на руку. Я просто потянул на себя тяжелую железную дверь и вошел внутрь.

Подъезд не вызывал ничего, кроме отвращения и брезгливости. Грязный, с обшарпанными стенами, покрытыми народным творчеством типа «Ваня – черт» или «Оле-ола. Сосать Спартак Москва». Распахнутые люки вонючего мусоропровода. Лестничные площадки, покрытые слоем грязи. Резкий запах мочи. Мат, крики и ругань из блоков.

Я опустил голову, глядя на грязные полустертые ступеньки и шагая наверх.

- Эй, парень. На, водки выпей!

Дорогу мне преградил лысоватый мужик средних лет с красным носом и опухшим от беспробудного пьянства лицом. В руке его был зажат пластиковый стаканчик с прозрачной жидкостью.

Я отрицательно покачал головой.

- А сигарету дай! - уже требовательно попросил мужик.

Я быстро ухватил его за затылок.

- А пиздюлей тебе не дать? – тихо прошипел я ему в самое ухо.

Мужик как-то скис, приуныл, и видимо, курить ему расхотелось совсем.

Я оттолкнул собеседника с дороги, и быстро преодолев пару пролетов, выскочил на нужный этаж. Постучал в облезлую хлипкую фанерную дверь. Щелкнул открываемый замок и дверь приоткрылась. В узкую щель выглянула голова торгаша. И глядя на это ебло, я пришел в ужас.

Всклокоченные черные волосы обладатель оных не мыл, видимо, с самого рождения, лицо, помятое от употребления каких-то явно тяжелых веществ, рябое, отдутловатое, перекошенное, потерявшее четкие контуры и индивидуальные черты и ставшее чем - то навроде маски, какие обычно носят весь опустившийся на самое социальное дно сброд. Вывернутые губы расплылись в дикой ухмылке. Довершала сию эпическую картину свалявшаяся нечесаными лохмами, неухоженная черная борода, в которой застрял какой-то мусор. Остатки макарон или окурки – я не разобрал. По такой роже сложно определить возраст. С одинаковым успехом, ему могло быть как двадцать, так и сорок пять. Барыга уставился на меня, силясь рассмотреть маленькими, глубоко посаженными злыми глазами мое лицо, скрытое под капюшоном толстовки.

- Ты кто? – зло спросил он, показав два ряда черных зубов.

Меня аж передернуло. По поводу «неуподоблюсь», Гоблин был полностью прав. Из - за приоткрытой двери на меня пялилась редкость мерзостная личность.

- Чего надо?

Я застыл. А правда, что я ему сейчас скажу? Или так прямо и сказать: мол, мужик, пришел твой пиздец, сейчас я тебя насмерть убивать буду?

Молчание затянулось. Я пытался что-то сказать, но из горла вырвался бессвязный хрип и лепет. И торгаш расценил это по-своему:

- За порошком? – понизив голос до шепота, спросил он.

Я кивнул.

Враз растеряв злой настрой, мужик открыл дверь, пропуская меня в комнату. Я вошел, озираясь по сторонам.

Тахта да два кресла с протертой, ободранной засаленной обивкой. Ковер, прожженный во многих местах, покрытый грязной газетой стол, на котором стояла банка из-под шпрот, изображавшая пепельницу, да шкаф с оторванной дверцей. А еще, в логове этого орка, нестерпимо воняло потом, никогда не стиранной одеждой, и гниющими обьедками. Я опасливо встал поодаль от стены. Было очевидно, что именно в таких грязных вонючих трущобах зарождаются и мутируют смертельные вирусы, которые потом уничтожают города и страны. И если когда - нибудь в мире наступит апокалипсис, он зародится именно в такой убогой комнатенке и расползется потом по всему миру, уничтожая все живое. А такие вот вырожденцы, как хозяин этой хаты, мутируют, утратив все человеческое и превратившись в упырей. Хотя, про остатки человеческого я что - то погорячился. Передо мной скорее, стояло существо, чем представитель рода хомо - сапиенс

Хозяин заметался по комнате. Я же застыл как вкопанный. Ноги предательски подкашивались, руки тряслись, будто я был с сильного похмелья. В горле словно застрял огромный ледяной ком, который я, как не силился, так и не мог проглотить. А в голове панически билась только одна мысль:

«Ну и что, блядь, мне с ним делать?

- Совсем плохо, да? – с какой-то заботой поинтересовался торгаш, видимо, по-своему расценив мое состояние. – Ничего. Сейчас живо поставим тебя на ноги.

Он повернулся ко мне спиной, что-то колдуя у стола. Чиркнула зажигалка, а через секунду, в закопченой ложке забулькала, закипая, вода.

«Сейчас или никогда».

На ватных, подкашивающихся ногах, я шагнул вперед. Отвертка выскользнула из рукава, ложась в мокрую от пота ладонь. Я резко сорвал расстояние между мной и жертвой, зажал торгашу рот и нанес несколько ударов отверткой в спину.

Первый удар не удался. Острие ударилось во что-то твердое. Я резко выдернул отвертку, ткнул еще раз.

Длинный штырь угодил между ребер, утонув в мягкой плоти по самую рукоять. За вторым ударом последовал третий. Торгаш что-то промычал, дернулся и обмяк. Из разжатой руки, о столешницу звякнула ложка. По грязной столешнице растеклась лужица воды, с растворенным в ней грязно - серым порошком. Для надежности, я ткнул отверткой еще пару раз, целя в бок и поясницу жертвы. И только потом отпустил обмякшее тело. И тут начался форменный балаган. До того чудные вещи стали творится в грязной комнатке барыги, что я было решил: в этом логове даже воздух отравлен галлюциногенами, что набросили на мой хрупкий разум покрывало миражей. Или запоздалая совесть все-таки начала воздействовать на меня, отчего мой рассудок помутился.

"Система "Игры в жизнь" регистрирует нового персонажа”.

Комнатка словно растворилась перед глазами, уступая место какой то неведомой хуете. Пустая, ярко освещенное помещение, в которой на фоне ростовой полицейской линейки стоял... я, собственной персоной. В руках у меня была табличка с номером.

“Введите игровое имя персонажа” - высветилась надпись на зеркале комнаты.

Сказать, что я был удивлен такой метаморфозой, которая за долю секунды полностью изменила грязное вонючее логово в общежитии - это не сказать ничего. Вокруг меня творился какой - то феерический, сюрреалистичный пиздец, который я не мог объяснить. В голове мелькнула было мысль про перемещение во времени или пространстве, попадание в иномировую реальность, которые легли в сюжеты многих фантастических книг.

“Что за хуйня?”, - мелькнуло у меня в голове и на табличке словно по мановению волшебной палочки появилось это же самое. Впрочем, через долю секунды, надпись стала красной, моргнула и пропала.

“Имя занято. Введите внутриигровое имя персонажа”.

“Что за хуйня”?

“Имя занято. Введите внутриигровое имя персонажа”.

“Бля-я-я-я-ядь”.

“Имя занято. Введите внутриигровое имя персонажа”.

“Так, блять. Успокойся. Это всего - лишь галлюцинация, вызванная помешательством от страха. Валить надо отсюда. Глядишь и попустит”.

“Указанное имя слишком длинное. Введите внутриигровое имя персонажа”.

- Отьебись! - рявкнул я.

“Имя занято. Введите внутриигровое имя персонажа”.

Я замер, неподвижно глядя на табличку, и ожидая, когда меня хоть немножечко попустит. Хотелось бежать из этой “волшебной комнаты”, да вот только я совсем потерялся в пространстве. Галлюцинация была настолько реалистичной, что я боялся выбрать неправильную дорогу к отступлению, и ненароком выйти в окно. Остатков моего самообладания хватило лишь на то, чтобы пялиться на табличку, растянув губы в широкой, словно у дурака, ухмылке.

Система зарегистрировала долгое время отклика игрока. Калибровка системных настроек …

Калибровка завершена.

Применение автовыбора имени для персонажа.

Имя: Хэппи.

Ярко щелкнула вспышка фотоаппарата, и начались совсем уж необъяснимые вещи.

Загрузка интерфейса…

Загрузка завершена.

Имя: Хэппи.

Сбор информации об игроке…

Выбор класса:

Линчеватель

Ассасин

Разбойник

Понимая, что эта хуйня затягивается, я ткнул в первую попавшуюся строку.

Игроком выбран класс: Линчеватель.

Особенности класса:

Не зная страха. Вступив на тропу войны с преступностью, линчеватель не ведает ни страха, ни раскаяния.

Палач: При совершении казни, навыки используемые при выполнении задания, получают 20% бонус прироста за задание

Манифест: При объявлении манифеста, навыки манипулятора растут на 10% быстрее

Автономность: С первого уровня прокачка веток: “координатор”, “дознаватель”, “ищейка”, приносит 15% прирост к базовым параметрам прокачки.

На острие атаки: При выборе пути школы наемника, навык “стрелок” приносит 10% прирост к базовым параметрам прокачки.

Каратель: При выборе школы мстителя, навык “социопат” приносит 10% прирост к базовым параметрам прокачки.

Список игроков. Заблокировано. Достигните десятого уровня для разблокировки списка игроков.

Вам доступно одно очко умений. Вам доступно два умения на выбор: “Боец" или "Ищейка”

“Да отьебись ты уже, ебучий глюк!!!”.

Обработка запроса…

Автовыбор умения Системой….

Система присваивает игроку умение “боец”.

Получен пассивный навык “Владение холодным оружием”. Вы неплохо умеете обращаться с колющим, режущим и рубящим оружием”.

Я стоял, словно громом пораженный. В голове металась одна мысль:

“Бля-я-я-я-я... Это точно происходит со мной”?

Комната и не думала никуда пропадать. А события меж тем продолжали набирать обороты.

«Калибровка персонажа завершена. Обучающее подзадание «Скрытое убийство” выполнено. Вы доказали свою решимость. Навык «не зная страха» доступен.

Навык владения холодным оружием улучшен.

Навык владения холодным оружием улучшен.

Вы получили новый уровень. Вам доступно одно нераспределенное очко умений. У вас есть два навыка на выбор: Знаток анатомии, (активируемое умение) или “стрельба” (пассивное умение)».

«Что еще за знаток анатомии”?

Мысли мои все еще путались, и поэтому я не думая, дрожащей рукой ткнул в первое, что увидел.

«Выбрано новое умение: “Знаток анатомии”. Активируемое. Команда для активации по умолчанию - “Знаток анатомии”. Для того, чтобы сменить команду вызова активного умения, зайдите в настройки системы и выберите строку “Сменить команду”.

Описание: Для простоты и скорости устранения жертв, лучше всего поражать жизненно важные органы. Вы так долго упражнялись во владении холодным оружием, что безошибочно знаете, куда лучше ударить, чтобы покончить с жертвой быстрее всего».

«Получено задание: Серый порошок. Уничтожьте четырех торговцев наркотиками в указанном районе

Дополнительные задания:

- Никто из гражданских не должен пострадать;

- Сделать, не привлекая внимания полиции».

- Какого хуя ты там так долго возишься? – прорвался сквозь треск и помехи рации голос Гоблина, вмиг вышибая меня из интерфейса системы. - Время подходит к концу.

Системные сообщения померкли, медленно растворяясь перед глазами и уступая место грязной вонючей комнате, в которой я завалил наркоторговца. Мертвец лежал прямо у моих ног, да вот только теперь, глядя на него, я не чувствовал ни страха, ни раскаяния за содеянное. Цепкая совесть разжала когти, которыми она сжимала мою душу, краткая судорога на миг сковала мое тело, и я словно переменился. Внутри рождалось сильное чувство, будто я в кои - то веки совершил правильный поступок. Возможно, первый за всю свою жизнь. Тот, которым, возможно, не стоит гордиться, но и причин для стыда за него тоже нет. Помер и ладно. Никто плакать не станет. Зато многие потом скажут спасибо, что я избавил общагу от такого беспокойного соседа. А не исключен и тот факт, что я совершил акт гуманности, избавив вырожденца и наркомана, который торговал хмурым, от бесполезного существования на этой планете. А про пользу для общества и говорить не стоило. Она была очевидна. Я спокойно вытер жало отвертки об грязные, засаленные обноски, которые некогда были одеждой, и сделал шаг в сторону двери.

- Ш-ш-ш-ш, ш-ш-ш-ш… Прием. Ты чего там, блядь, затих? - вновь зашипела голосом Гоблина рация.

«Он прав. Пора валить»

Я вышел из комнаты, осторожно прикрыв за собой обшарпанную дверь, и зашагал по грязному коридору к лестничной клетке. Навстречу мне, хрипя и шатаясь, ковыляла фигура, сильно напоминавшая зомби из хоррор – сериалов про то, как феерический пиздец уже накрыл всю планету, и теперь, горстка выживших пытается выжить, отбиваясь от орд упырей и разыскивая пропитание. Шоркая ногами и пошатываясь, существо брело к комнате, из которой я вышел несколько секунд назад.

«А там сюрприз в виде жмурика. Вот шуму то будет».

Убрав отвертку в рукав и засунув руки в карманы толстовки, я быстро сбегал по лестнице вниз. Не было ни переживаний, ни угрызений совести. В голове лишь настойчиво вертелся простенький мотивчик какой-то песенки. Помер барыга - и ладно. Как говаривал Гоблин, никто плакать не станет. Так к чему были эти страхи, переживания? Все оказалось проще простого.

Глава 3. Уровень розыска

"Бенжамин Франклин как-то сказал, что демократия – пространство договоренности свободных вооруженных мужчин. Однако на практике свободные и вооруженные мужчины создают не только демократию, но и например блядство и бардак"

Василий Федорович. "Faciam lit mei mernineris"

- Ну и какого хуя так долго?

Темная фигура вынырнула из-за деревьев, едва за мной захлопнулась дверь общежития.

- Как все прошло? Ебнул его?

- Сходи, да проверь! - не останавливаясь, зло прошипел я. - Уебываем отсюда,

Оглянувшись по сторонам, Гоблин поспешил за мной.

Мы свернули во дворы, наискось пересекли пустую детскую площадку и вышли на оживленную улицу. Перешли на противоположную сторону дороги и двинулись вдоль сквера.

Мой взгляд скользнул по парку. Вот несколько коротко стриженных крепких парней стоят вокруг лавки, распивая пиво и смеясь. Мимо них проходит, виляя бедрами, девочка в короткой юбке. Один парень провожает ее взглядом и что-то кричит вслед. Не останавливаясь, девочка оборачивается и улыбается ему. Вот чуть дальше сидит, озираясь по сторонам, паренек. К нему кто-то подсаживается. Парень что-то ему. Тот кивает головой, встает и уходит прочь…

«Сканирование системы…”

Буквы перед глазами вспыхнули так неожиданно, что я свернул с дороги, едва не рухнув в аккуратно подстриженные кусты, которые окружали парк на манер живой изгороди.

“Сканирование завершено. Цель опознана. Вы обнаружили второго наркоторговца, фигурирующего в задании “Серый порошок”. Устраните цель».

Одиноко сидящий на лавочке парень в толстовке подсветился красным цветом. От неожиданности, я остановился протирая ладонями глаза. Да вот только галлюцинация и не думала пропадать. Сидевшего на лавочке человека по-прежнему окутывал красный силуэт. Шедший следом Гоблин врезался в мою спину.

- Чего встал?

- Ты тоже видишь ту хуйню? - спросил я, указывая на красного человека.

- Какую хуйню? - не понял Гоблин. - Ну сидит мужик на лавке, никого не трогает.

- Красный силуэт вокруг. И…

Я замолчал, подбирая нужные слова. Кабы мой собеседник не решил, что я выжил из ума. Но Гоблин с интересом смотрел на меня:

- Что “И”? - переспросил он.

- И вроде как буквы перед глазами. Мол, он второй из тех четырех наркоторговцев.

Гоблин замер, потрясенно глядя на меня, выпучив глаза и беззвучно плямкая губами.

- Е-е-е-е-бануться - гвозди гнутся, - с трудом протянул он - По ходу все получилось.

- Да что, блять, получилось? - потеряв терпение, рявкнул я.

- У тебя были глюки? Странные, такие, видения, типа комнаты дознавателя, или еще какая хуйня? - вопросом на вопрос ответил Гоблин.

- Были, - не стал отрицать я. - И странная хуйня была, и комната эта ваша ебучая.

- Значит, сработало, - задумчиво протянул мой собеседник. - Прав был Токарев, дар в тебе есть. Система тебя зарегистрировала. Посвятила в игроки, так сказать. Чудные дела порой творятся. Игроки проходили жесткий отбор, а тут навыки достались тебе. Эх, что творится - то, что творится…

Гоблин трагически покачал головой, словно недоумевая, как я удостоился получить настолько нужную вещь. И если он имел в виду эти галюны, то я был с ним категорически не согласен. Нахуй нужны такие приключения, когда тебя уносит дорогой каких-то чудных видений, порой в самый неподходящий момент?

- Что делать будем? - повторил я.

- Рванем домой отоспимся. А потом Токарев расскажет, что тебе придется делать, - ответил Гоблин.

- Да я не про то, - раздраженно ответил я, внутренне поражаясь безграничной тупости своего собеседника. - Что с этим делать будем?

Я указал на сидевшего на лавочке торговца.

- А нахуя он нам сдался? - удивился Гоблин.

- Эта ваша Система сообщила, что мужик - второй барыга. А у меня на них задание.

- Что за задание? - не понял Гоблин.

Я вздохнул.

“Так, успокойся. Пусть тебе в напарники достался не самый сообразительный индивид, пусть, если его распилить, можно будет установить его возраст по годовым кольцам, что с того? Придется работать с тем материалом, что есть”.

- “Серый порошок”. Убить четырех торговцев наркотиками, - медленно, растягивая слова принялся объяснять я.

- А, понял. Тогда валить его – и все дела, - просто и бесхитростно ответил Гоблин.

Челюсть моя немного отвисла. В своем ли уме мой компаньон?

- Здесь? - иронично уточнил я. - А свидетели?

- А что свидетели? Кто тебя опознает в этом полумраке?

Гоблин кивнул на ряд фонарей. Ближайший горел метрах в пяти от барыги. Пятно света не доставало до нужной мне лавки.

Нет, - отверг я этот план. - Так решительно не годится.

- А когда, чудак - человек? Едва узнают об убийстве барыги - как в районе появятся владельцы героина, которые будут чуточку обескуражены тем, что кто-то посмел заниматься убийствами торговцев на их территории. Барыги залягут на дно, и хуй ты потом кого сыщешь. Нет, это решительно самый подходящий случай.

Я лишь покачал головой. Очень хотелось сказать напарнику, что его план - говно, и участвовать в подобном я не желаю. Останавливало только одно: Гоблин прав, завтра этих барыг днем с огнем не сыщешь.

- Эх и вляпаемся, - прошипел я, поднимая с шеи и натягивая на лицо полумаску, на черной ткани которой был изображен оскаленный череп. Одернул пониже капюшон и свернул в парк.

Ни страха, ни мандража не было. Лишь холодный расчет: сделать все нужно быстро. Налететь, нанести два-три удара – и затеряться в глубине парка.

Видимо, торговец заметил наши с Гоблином манипуляции. А может, его чуйка сработала идеально – но парень встал с лавочки и направился вглубь парка.

Я прибавил шаг, стараясь его нагнать. Барыга обернулся, и, заметив быстро идущего за ним человека, бросился бежать.

- Ну, все. Теперь тебе точно пиздец! - прошипел я, тоже срываясь на бег.

В два прыжка я сорвал дистанцию, врезаясь барыге в спину, хватая его за толстовку и бросая на дорожку. Прямо под ноги двум идущим навстречу хорошеньким девочкам. Стройные, загорелые ноги, короткие юбки, милые мордашки. Они, весело хихикая, о чем-то переговаривались. Однако их веселье куда - то улетучилось, когда прямо под ноги им упало тело, пытающееся освободится от преследователя. А преследователь, то есть я, уселся на нем верхом, пытаясь не дать ему вырваться, и отвешивая хорошие пиздюлины по корпусу и голове, дабы цель перестала брыкаться.

Одна из девочек с визгом отпрыгнула в сторону. А вот вторая встала как вкопанная, с ужасом глядя на возившихся на тротуаре людей.

- Да проходи ты, чего встала? – грубо рявкнул я, силясь удержать вырывающегося торговца. Второй рукой я пытался вытащить из рукава отвертку.

Девочка что-то пролепетала, обходя нас по дуге. Поминутно оборачиваясь, подружки быстрым шагом двинулись к выходу из сквера.

Я с силой приложил вырывавшегося по затылку:

- Да не рыпайся ты, только мешаешь. Сейчас я быстро тебя заколю - и поеду домой пить чай. А ты брыкаешься. Мешаешь только. Больнее же будет.

Заслышав мой монолог, барыга заорал благим матом, рванувшись и пытаясь встать. И тут отвертка, запутавшаяся в рукаве толстовки, наконец-то легла в ладонь.

“Как там эта хуйня называлась? Шарящий в анатомии? Мастер анатомии? Патологоанатом? А, вспомнил. Знаток анатомии».

Секунда – и тело лежавшего на дорожке барыги засветилось точками, став похожим на анатомический атлас. Силуэты почек, печень, сонная артерия. Проглянуло сквозь ребра неистово колотящееся сердце.

- А теперь лежи смирно. Иначе будет больнее.

Два быстрых удара в область почек. Потом еще два – точно между ребрами, насквозь пробивая сердце. Тело подо мной задергалось – и резко утратило волю и силы к сопротивлению, распластавшись на аккуратно уложенной тротуарной плитке.

Быстро обшарив карманы толстовки убиенной мною жертвы, я вытащил несколько пакетиков с серым порошком, бросив их на спину трупа. Тяжело дыша встал, пряча отвертку.

"Навык владения холодным оружием улучшен. Цель ликвидирована. Вы совершили казнь, свершив правосудие на глазах обывателей. разблокирован классовый навык: “Палач”. Навык владения холодным оружием улучшен".

Народ словно испарился. Вот парк был полон подпившей молодежью – а теперь ни души вокруг. Оно и к лучшему.

- Пиздец..

Голос Гоблина за моей спиной раздался в наступившей тишине как удар колокола. Я обернулся.

Эта картина очень хорошо мне запомнилась. Ярко горящий фонарь у входа в парк, в круге света стоят несколько человек в темно - красной форме с автоматами. А рядом – две девочки. Те самые, под ноги которым упал несколько минут назад барыга. Они что-то быстро сбивчиво рассказывали полицейским, то и дело оборачиваясь, и указывая на меня.

Я застыл. Время словно замерло. Вот один из полицейских направляется ко мне, что-то на ходу говоря в рацию. Второй следует за ним.

«Это очень хуево», - отчего-то подумалось мне.

- Ноги. Во блядь попали.

Крик Гоблина вырвал меня из замешательства. Я бросился по дорожке.

«Вы совершили преступление при свидетелях, либо вас заметили сотрудники полиции. Вы получили третий уровень розыска. Оторвитесь от полиции и выйдите из зоны розыска, чтобы скинуть текущий статус розыска»

Системка появилась так внезапно, что я дернулся в сторону. Лоб встретился с чем – то металлическим, тревожно загудевшим, и я шлепнулся на задницу, потирая разбитый лоб.

- Что расселся? Отдохнуть решил?

Кто-то рывком поднял меня с земли, ставя на ноги.

- Валим.

И мы побежали.

Хуево думать, будто бег по ночному парку наперегонки с милицейским патрулем - занятие простое да крайне увлекательное. Нет, когда я убегал от ППСМ в четырнадцать лет - эмоции, конечно, были другими. Адреналин и злой кураж, захватывающий тебя, не дает остановиться. Только вот попадись я в руки полиции тогда - ничего страшного бы со мной не случилось. Максимум поколотили бы дубинками, да задержали до утра в камере административного задержания. Сейчас же на мне висел свежий труп, да пожизненное заключение по приговору Ленинского районного суда впридачу. И хуй знает, что в данном случае было бы хуже: жмур наркоторговца или приговор, вынесенный сегодня утром в административном здании на улице Космонавта Комарова. Так или иначе, меня ждет камера, сырость и огромное количество соседей. А возвращаться в общежитие по адресу Гагарина одиннадцать А я не собирался. Особенно теперь, когда свобода - вот она. И похуй, что потребует взамен Токарев. Я был готов на что угодно, только бы не попасться в лапы патруля и не отправиться на неопределенный срок в холодное заполярье. Поэтому, я побежал так, как не бегал еще никогда в жизни. А впереди маячила тощая спина Гоблина, который умудрился меня обогнать.

- А ну стоять! – раздался за спиной грозный окрик. - Стой, или нам придется открыть огонь.

«Да хуй там. Сейчас. Взял и остановился. А вот стрелять вы точно не будете. Во всяком случае - не здесь. Если не совсем выжили из ума. Тут же народу тьма».

За несколько секунд, мы пересекли парк, чуть не сбив неторопливо прогуливающуюся пару, и выскочили на улицу.

Здесь царило какое-то оживление. По тротуару спешили по своим делам люди, под светившейся, переливающейся всеми огнями неоновой вывеской круглосуточного магазина на углу, стояло несколько парней.

Завыли, быстро приближаясь, сирены полицейских машин. Оперативно приехали. Такое в Городе Мечты случается. Правда редко. В иные дни можно хоть целый день кричать: "караул!!! грабят - убивают" - и ни один из стражей правопорядка даже не почешется. А вот когда убьют - тогда пожалста. Впрочем, есть в этом городе районы, куда они не поедут даже после сообщения об убийстве. Не любят там людей в форме. И может статься, что вместо одного трупа на месте преступления окажется несколько.

Загорелся зеленый сигнал светофора, и народ ломанулся на другую сторону дороги. Перейдя на шаг, Гоблин торопливо юркнул в толпу пешеходов. Я рванул за ним. Идея затеряться в толпе была неплохой, но..

- Вон они! Стоять!

Едва заслышав крик, Гоблин с места рванул вперед, расталкивая с дороги людей. Нырнул в темную арку, скрываясь во дворе. Я поспешил следом за ним, стараясь не упустить его из виду. А Гоблин уже остановился у подъезда серой девятиэтажки и торопливо набирал номер первой попавшейся квартиры:

- Простите, я ваш сосед сверху. Ключи дома забыл, - запыхавшись, затараторил он в динамик. – Не могли бы вы…

-Пошел нахуй отсюда! - раздался в ответ грубый мужской голос. Было видно, что говоривший очень недоволен, что кто-то трезвонит в его квартиру среди ночи. – Весь подъезд обоссали. Вали пока цел, или я сейчас спущусь, и…

Что будет, когда мужик спустится, осталось в тайне, так как Гоблин уже сбросил звонок и набрал номер другой квартиры.

- Кого там носит среди ночи?

- Я ключи забыл. Откройте, пожалуйста, дверь.

В этот раз голос Гоблина звучал так жалобно, что я думал, у меня слезы на глаза навернутся.

Раздался писк и Гоблин дернул дверь в подъезд, влетая внутрь. Я последовал за ним. В арке уже топали тяжелые ботинки наших поимщиков. Дверь захлопнулась, а в следующую секунду кто-то рванул ее, пытаясь открыть. Запищали набираемые кнопки домофона.

- Откройте, полиция.

- М-а-а-а-альчик, тебе все неймется? - раздался протяжный голос мужика, которого умудрились разбудить второй раз за пять минут. - А ну живо пошел отсюда на хуй, пока я не спустился и не сломал тебе руки.

Услышав знакомый злой голос, Гоблин хохотнул.

Во дворе завыли полицейские сирены.

- Наверх.

Широкими скачками он бросился вверх по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

На лестничных клетках было темно, и я здорово боялся сломать себе шею, прыгая по ступеням.

- Только бы он был открыт, - бормотал Гоблин где – то в темноте.

- Кто?

- Путь на свободу.

Удача нам улыбнулась. Выход на крышу был открыт. У железной двери стоял открытый чемоданчик с инструментами. Громыхая по железным ступенькам, Гоблин взлетел наверх, проскочил захламленное пред лифтовое помещение, через узкий люк выбрался на крышу и исчез в темноте. Я полез за ним.

- Да живее ты.

Он ухватил меня за капюшон толстовки, рывком вытаскивая на длинную крышу, покрытую лесом радиомачт и паутиной проводов. Где-то вдалеке метались лучи фонариков. Рядом с входом суетился парнишка в форме кабельной компании, тихо матерясь и распутывая какие-то кабеля.

- Сейчас они прочешут подъезд. От подвала до крыши, – пытаясь восстановить дыхание, сбивчиво сипел Гоблин. – Путь у нас отсюда два: в тюрьму, или...

Он подошел к мачте, закрепленной у парапета, и подергал прикрепленный к ней черный оптоволоконный кабель, уходивший в темноту, к соседней пятиэтажке.

- Хорошо натянут. Только бы анкера выдержали.

- Выдержали что? – спросил я, пока еще не совсем понимая, что решил сотворить мой безумный друг.

- Прокатимся с ветерком, - ответил Гоблин, крепя что-то на черном кабеле. – Секунда – и мы уже на другом доме.

Отчего-то эта идея мне не понравилась. От слова совсем:

- У тебя совсем бак засвистел?

- Или по кабелю, или сразу вниз. Хватайся. Ты первый, я за тобой.

На кабеле уже висел спиральный зажим, какими обычно крепят оптический кабель к анкерам. Я ухватился за края косички, подходя к краю парапета. Ноги предательски тряслись, руки вцепились в металл так, что побелели костяшки. Грела меня только одна мысль: лучше улететь вниз с высоты и сразу разбиться насмерть, чем вернуться в тюрьму.

- Держись крепче и не смотри вниз.

Резкий толчок в спину – и в лицо ударил резкий порыв ветра.

- Встретимся на той стороне, - донеслось мне вслед.

Я полетел между домами по гудящему от натяжения тросу. За спиной раздался крик. Я обернулся. Паренек, что недавно распутывал кабеля, указывал на меня рукой и что-то кричал Гоблину. Ветер рвал разговор, донося до меня отдельные слова.

- Так не уходи далеко…. Может и еще одна авария будет, - донеслись до меня слова Гоблина.

Крыша пятиэтажки приближалась. И едва под моими ногами мелькнул черный рубероид, я отпустил косичку. Пробежал несколько шагов вперед, гася энергию полета. А трос уже гудел, перевозя Гоблина.

- Это круче тарзанки, - весело крикнул он, едва приземлился рядом. Торопливо сорвал оба зажима с кабеля, забирая их с собой. – К торцу. Там должна быть лестница.

«Он точно ебнутый», - мелькнуло у меня в голове.

Гоблин уже перемахнул через парапет и быстро спускался по пожарной лестнице. Заскрипели, болтаясь в гнездах, анкера. Лестница опасливо накренилась, грозясь вот-вот оторваться.

«Главное - не смотреть вниз! Не. Смотреть. Вниз!»

Лестница заходила ходуном. И мне казалось, что я вместе с ней вот-вот полечу и ебнусь наземь. Как средневековый пехотинец при осаде крепости, которому не повезло и защитникам стены удалось оттолкнуть его лестницу, перевернув ее и отправив в полет вместе со штурмовиком. Поэтому я старался спускаться как можно быстрее. И не думать о том, что будет, если анкера не выдержат и эта злоебучая конструкция все-таки оторвется.

- Везет нам сегодня, - лениво произнес Гоблин, едва мои ноги коснулись густой травы.

- П-п-п-п-очему? - с трудом произнес я. Зубы предательски стучали, ноги подкашивались. Руки ходили ходуном. Меня колотило от пережитых за вечер приключений.

- Здорово срезали, - Гоблин указал на подъезд и только теперь я понял, что мы стоим у той самой пятиэтажки, где нас ждал Филин. – А ты неплохо справился. Считай, тестовое задание выполнено. Скоро приступим к работе. А теперь пора убираться отсюда.

Гоблин хлопнул меня по плечу и направился к машине. В его голосе не было и тени страха. Словно он не съезжал пять минут назад с крыши на крышу, по хуй знает как закрепленному тросу, грозясь сорваться с многометровой высоты.

«Вы покинули зону розыска. Ваш уровень розыска снизился. Текущий уровень розыска - ноль. Навык “плут - ловкач” улучшен».

«Ну, охуенно! Человек в федеральном розыске, а уровень розыска – ноль».

Глава 4 Чертовски беспокойное утро

С ам Гоблин объяснил свой поступок так:

- Трусливые ничтожества! — обратился он к нам. — Ни у кого из вас не хватило бы ни твердости, ни силы духа для того, чтобы подобное совершить.

Вэтом он был абсолютно прав. Никто из нас, святая правда, не смог бы сделать и половины того, что замыслил и исполнил тогда брат Гоблин!

Djonny. "Сказки темного леса"

- Гладенько - то как все прошло.

Гоблин все еще был в восторге от того, как удачно сложился сегодняшний вечер. И меня удивляло его хладнокровие и выдержка. Лично меня сейчас бил мандраж. Не от того, что я меньше чем за час убил двух человек. А от того, что второе убийство произошло на глазах целой толпы человек. От того, что мы чудом ушли от полицейского патруля. Ну и путь отхода по крышам тоже оставил немало ярких эмоций и впечатлений. Не каждый день ты катаешься по натянутому оптическому тросу с дома на дом, грозясь вот - вот сорваться и статья мокрым пятном на асфальте.

Загорелся красный сигнал светофора, и Филин послушно притормозил, встав напротив пешеходного перехода и пропуская редких горожан, что бродили по улицам в столь поздний час.. По полосе встречного движения, игнорируя правила, пролетели полицейские машины. Одна, вторая, третья, черный микроавтобус со штурмовой группой… Машины одна за другой пролетели по пустой дороге и, не сбавляя скорости, поворачивали во дворы. К той самой злополучной девятиэтажке, с крыши которой мы недавно так эффектно бежали. И при виде такого количества полиции, у меня как-то недобро екнуло сердце. Гоблину же, судя по всему, было похуй.

- Иу-иу-иу-иу, - весело передразнил он вой полицейских сирен. – Всегда мечтал стать полицейским. Или пожарным. Включай мигалки – и гоняй по городу. И плевать тебе на всякие там правила.

- А почему не пошел в полицию? – спросил я.

- Потому что не взяли без службы в Вооруженных Силах.

- А в армию тебя психиатр не пропустил? – ехидно поддел его я. – Признал тебя невменяемым?

- Нет, - абсолютно спокойно ответил Гоблин. – Я прошел комиссию. Мне пришлось бежать с распределительного пункта. Ох, и забавная же тогда приключилась история…

При воспоминании о побеге, его голос наполнился такой неподдельной радостью, что я потрясенно замолчал. Чем больше нового я узнавал о своем знакомом, тем больше его боялся. Филин же вопросительно посмотрел на Гоблина, словно ожидая истории.

- Дело было так, - начал Гоблин свой рассказ. - Когда мне было девятнадцать, я понял, что учиться мне не надо. Шарагу бросил и предавался пьянству да приключениям. Хуевые истории в то время, надо сказать, случались очень часто. В один из таких дней меня, абсолютно невменяемого от похмелья, прямо возле дверей моей квартиры скрутил военный комиссар в сопровождении милицейского патруля. Под таким конвоем, как преступника какого - нибудь, меня доставили на распределительный пункт, откуда должны были призвать куда - нибудь в хуево - кукуево, охранять никому не нужную, но очень важную ебанину. Признаться честно, в те времена я в армию пойти хотел, поэтому прошел комиссию, и принялся спокойно ожидать дядьку, который заберет меня служить. Место там было хорошее. У стены военкомата стояли гаражи, забравшись на которые, можно было легко перемахнуть через стену и покинуть территорию призывного пункта. Что я частенько делал, время от времени выходя в город и затариваясь пивом и водочкой в ближайшем магазине. Поэтому, все эти дни я был такой пьяный, что мне плохо запомнились обстоятельства и подробности моего нахождения в военкомате. Только вот день шел за днем, деньги, что у меня с собой были, закончились а дядька все не появлялся. И на третий день, когда выпитое в военкомате пойло стало меня отпускать, я подумал: “какого хуя я тут сижу? Кому это, блять нужно? Мне или Армии?”.

Этот вопрос я задал военкому. Так и предупредил мол: не уйду в армию сегодня - сьебусь отсюда и ищите меня потом. Военком мне не поверил, и очень зря. Этим же вечером я перелез через забор военкомата и был таков. Такая вот история.

Гоблин сокрушенно вздохнул и покачал головой, словно бы сожалея, что ему так и не довелось отслужить. Филин же довольно заржал, до того веселой ему показалась эта история

Желтый сигнал светофора замигал, сменяясь зеленым – и наша машина поехала по улице ночного города. Я уставился в окно, рассматривая мигающие витрины магазинов и редких прохожих, неторопливо прогуливающихся по тротуару.

- И что дальше? - попытался было я вернуть разговор в предметное русло.

- Ты о чем - не понял Гоблин. - Про армию? Дальше мне пришлось из города бежать. Военком был такой злой, что пообещал найти меня и собственноручно заслать в такие ебеня, где волки срать боятся. Но не вышло. Спустя некоторое время, военком сменился, и историю ту все забыли. А потом я ненадолго в город вернулся. Аккурат в то время, когда провожали в армию моего хорошего товарища....

- Я не о том, - перебил я плавный рассказ напарника. - А про сегодняшние события. С ними что дальше?

- А, ты про это... Полицейские оцепят дом. Прошерстят его от подвалов до крыши. И нихуя не найдут. Только бедолагу – кабельщика, который, матерясь, пытается устранить неисправности. Он опишет двух парней в серых кофтах. Лица не рассмотрел, темно было, да и капюшоны закрывали. И привет - пока.

- Нас начнут искать.

- Ну, во - первых, - Гоблин начал загибать пальцы, - тебя и так ищет вся полиция этой страны. Во-вторых: проще будет найти в темной комнате черную кошку, чем нас в городе – миллионнике. Первого же ты вообще без свидетелей зажмурил, так?

Я кивнул.

- Вот. А второго… двое неизвестных в серых толстовках и масках. Черные джинсы… Короче ищут давно, но не могут найти парня какого-то, лет двадцати. Под такую ориентировку полгорода можно смело подписать. А был ли мальчик? Хуйня все это, короче, не парься.

Скажи мне, друг Гоблин, - задумчиво протянул я. – А вот ты с детства такой ебнутый, или какое-то событие твою жизнь так поменяло?

- С чего ты взял, что я ебнутый? - Гоблин обернулся ко мне, удивленно приподняв брови уставился на меня.

- Потому что ты неадекват, блять. Очевидно же.

- Хм, - Гоблин задумчиво почесал подбородок. - Филин, я неадекват? - обратился он к водителю. Тот невозмутимо кивнул, не отвлекаясь от дороги.

- Ну вот, - со сделанным разочарованием протянул Гоблин. – А я думал, мы друзья, Филин.

Он скрестил руки на груди и откинулся на спинку сиденья, уставившись на дорогу.

Машина свернула, въезжая через арку в двор-колодец и останавливаясь у высокой семнадцати этажной свечки

- Приехали, - пробурчал Гоблин, обернувшись ко мне. - Слезайте, ваша станция.

- Эй! – возмутился, было, я. – А ангар? Куда вы меня привезли?

– Не паникуй. Ангар уже догорает небось, чтобы огонь все улики уничтожил. С утра в новостях расскажут историю о том, как в тсаром заброшенном производственном здании вспыхнул пожар, и виной тому - замыкание неисправной проводки. Не все время нам жить в каких-то гаражах. Это твоя новая берлога, снятая на левого человека. Какое-то время поживешь здесь.

Гоблин вытащил из кармана ключи и бросил их мне

- Двадцать шестая квартира. Не перепутай.

Я растерянно кивнул, рассматривая ключи.

- Давай, вали уже, - раздраженно протянул Гоблин.

Я, молча, вышел из машины. Хлопнул дверью – и машина сорвалась с места, выезжая из двора и растворяясь в ночи, увозя моих новых друзей.

- Хуйня какая-то происходит, - пробормотал я и направился к дому.

***

Проснулся я от грохота, доносящегося с кухни. Кто-то без зазрения совести гремел посудой, абсолютно не думая о тех, кому он может помешать этим шумом. Этот шум мешал закрыть глаза и вновь провалиться в сон. Поэтому, после нескольких бесполезных попыток, я забросил эту идею. Открыл глаза и огляделся:

Обстановка была мне незнакома. Просторная комната, залитая солнечным светом. Окно было прямо напротив моей кровати, и пока я спал, кто - то раздвинул шторы, и теперь яркие солнечные лучи били мне прямо в лицо. Что-то бормотал висящий на стене телевизор, который я забыл вчера выключить. Стеклянный журнальный столик на колесиках, рядом с которым стояла пустая четырехгранная бутылка из-под текилы. На столе же расположились пустой стакан и тарелка с несколькими дольками засохшего лимона и грязным ножом.

«Кто я? Что я здесь забыл?»

Мне было дурно. Виной всему была бутылка текилы, которую я приговорил вчера вечером как лекарство от бессонницы. Этанол пришлось покупать в круглосуточном магазине из тех средств, что я нашел в конверте, лежавшем на столе кухни. Видимо, Токарев решил оставить мне какую - то сумму на первое время. Как водится, спиртное, купленное среди ночи втридорога, оказалось паленым. Поэтому с утра я мучался похмельем. Голову словно стянул стальной обруч, Во рту было сухо, словно в пустыне. К горлу подкатывала тошнота. Я облизал губы сухим шершавым языком, да вот только толку от этого было мало.

Кто-то опять зазвенел тарелками на кухне, и от этого грохота в голове словно взорвалась бомба, рассыпав перед глазами снопы разноцветных искр. Очень захотелось встать и с особой жестокостью забить источник шума ножкой от табуретки. После чего наконец-то урвать еще хотя бы пару часов сна.

Воспоминания пробивались, словно сквозь плотные клочья черного тумана. Я и какой - то парень, Гоблин кажется, едем к общаге. Я поднимаюсь по лестнице наверх. Удары отверткой. Обмякшее тело. Резкая спонтанная атака в парке. Бег, катание по тросу с дома на дом...

- Подъем!

Кто-то заорал от двери. И в этом крике было столько садистского веселья, от издевательств над болеющим человеком… от этого крика, словно прямиком проникшего в мозг, я беспокойно заворочался.

Гоблин ворвался в комнату как ураган, держа в руке кружку с горячим чаем:

- Ну и бардак на кухне, - резюмировал он, усевшись в кресло. А затем его взгляд упал на стоявшую на полу пустую бутылку:

- Это правильно, - протянул он, и в его голосе я четко расслышал нотки понимания. – Первый раз тяжело уснуть, не усыпив страх. Или заставить совесть расцепить холодные острые когти, которые рвут на части твою душу, пытаясь призвать к раскаянию. Крайне хуевое чувство, к слову. Зачастую, именно оно и губит на корню все то, что ты тщательно пытаешься спрятать внутри себя. Причины у всех разные. А вот снотворное одно.

С этими словами, Гоблин кивнул на пустую бутылку.

- Синий дух, что сидит на дне бутыли, прекрасно притупляет страх и убивает совесть. Такое вот универсальное лекарство.

- Чего тебе надо? – прохрипел я, с трудом разлепив пересохшие губы. – Пришел провести сеанс бесплатного психоанализа? Как ты вообще сюда попал?

- Оставил себе дубликат ключей, - просто ответил Гоблин, отпивая из кружки чай. – А ответ на второй вопрос прост: нас ждет босс и работа.

- Какая еще нахуй работа? – не понял я. Больше всего мне хотелось провалиться в сон, чтобы проспать это тягостное состояние.

- Скажем так: ты прошел испытательный срок. Пора устраиваться.

- Прямо официально устраиваться? – ехидно поинтересовался я, садясь на кровати и протирая глаза. – С трудовой книжкой, отпуском, медицинской страховкой и прочими плюшками?

- Хм.

Гоблин остановился посреди комнаты, отпивая из кружки чай:

- Идея хорошая. Особенно, насчет медицинской страховки. Нужно хорошенько ее обдумать. А теперь подъем! - гаркнул он, и от этого крика лицо мое перекосилось от головной боли. - Шмотье переодень.

Он бросил на кровать пакет. Я порылся в нем, вытаскивая на свет божий новую толстовку с биркой магазина, джинсы, пару синих кроссовок.

- Старое сложишь в этот пакет.

Гоблин вышел из комнаты. Я же с трудом встал с кровати и принялся переодеваться.

***

По пути от подъезда Гоблин ловко зашвырнул пакет с моей вчерашней одеждой в мусорный бак. На мой логичный вопрос: а нахуя, собственно, он так сделал, Гоблин ответил односложно:

- Палево.

Я лишь пожал плечами, подходя к машине, и обессилено падая на заднее сиденье.

Филин уже был за рулем. Он сидел, расслабленно откинувшись на спинку сиденья и барабаня пальцами по рулю. И едва мы уселись, он плавно тронулся с места, вывозя нас из двора моей новой съемной квартиры на ту самую работу.

- Куда едем? – поинтересовался я. Беседа давалась мне с трудом. И виной тому была нещадно болевшая голова и с трудом ворочавшийся язык.

- Увидишь, - не оборачиваясь, ответил Гоблин. – Клевое место. Тебе понравится.

Филин вывернул на знакомую дорогу, и мы оказались прямо напротив того парка, в котором благодаря мне вчера произошло смертоубийство. Загорелся красный сигнал светофора – и машина послушно затормозила у перехода, как раз напротив входа в приснопамятный парк.

Парк был пуст. Лишь в отдалении виднелась лента, оцепившая место преступления. Возле ленты деловито сновали несколько полицейских. Мертвеца уже увезла труповозка, следственная группа тоже уехала восвояси. И сейчас лучшие умы сыска ломают головы, как бы изловить преступника и засадить его в клетку как жирафу. От этой мысли мне вновь стало слегка не по себе, а в желудке заворочался противный ледяной ком страха.

- Первый раз всегда страшно, - Гоблин словно прочел мои мысли. - Все время, кажется, что кто-то сможет тебя опознать. Что на месте преступления осталось полно следов, которые вот-вот приведут к двери твоего дома следаков и группу захвата. Такое бывает со всеми. Даже если ты тщательно все спланировал, кажется, что ты допустил просчет и план полетит в ебеня, а тебя вот-вот возьмут за жопу. Что уж говорить о спонтанной акции типа вчерашней? Телевизор, поди, поэтому гонял? Выискивал новости про себя?

Я, молча, кивнул.

- А их не было. В мире ничего не поменялось от того, что ты прибил этого несчастного барыгу. Не нарушилось вселенское равновесие, и небо не рухнуло на землю. Более того, кроме соседей да немногих друзей, если таковые у торгашей были, никто и не заметил, что двух людей застегнули в черные пластиковые мешки и отвезли в морг. Ну и следственной группы, которую дернули на вызов посреди ночи.

Щелкнула зажигалка. Гоблин опустил стекло и затянулся, выпуская на улицу струю сизого дыма. Филин с неодобрением покосился на товарища, но промолчал.

Загорелся зеленый свет, и машина двинулась с места, увозя нас от сквера, обтянутого лентой участка и полицейских.

- Это чувство страха, паранойя – хорошие качества. Когда они в меру, - продолжил Гоблин. – Но сейчас это пустые переживания. На тебя ничего нет. Свидетели не опознают. Шмотье, в котором ты вчера засветился, через пару часов уедет на городскую свалку. Палево в виде отвертки я еще с утра сбросил в коллектор. Все. На тебя ничего нет. Все сделано чисто. Пройдет день, потом второй, и ты сам это поймешь: всем похуй на то, что ты сотворил вчера в парке.

Гоблин обернулся, пристально глядя на меня:

- И паника со временем проходит. Но ты! – он ткнул в меня пальцем, - уже другой человек. Взгляд на мир меняется. И на многие вещи ты смотришь куда проще.

Приехали, философ, - буркнул Филин, останавливая машину напротив какого – то бара с деревянной дверью и табличкой на рунике.

- Ты умеешь говорить? – изумленно воззрился я на Филина.

- Умею, - нехотя ответил он. – Просто не люблю.

На этом он, посчитав беседу исчерпанной, заглушил двигатель и вышел из машины.

- «Вальхалла», - с трудом разобрал я название. – Не рановато нам в чертоги Одина?

- Не ссы, - успокоил меня Гоблин, выходя из машины и выбрасывая в урну недокуренную сигарету. – Идем.

Глава 5. Новая работа

Гоблин не обманул. Бар был хорош. Оформление в стиле чертогов Одина, описанных в многочисленных легендах Скандинавии, приятно радовало глаз. Широкие столы, с задвинутыми под них лавками, резные балки, с которых на цепях висели фонарики в виде лампадок. Украшенный рунами очаг в центре зала, стены, увешанные топорами, мечами и щитами. Барная стойка с выполненным в виде Мьёльнира устройством для розлива пива.

- Стильненько, - подвел я итог, осматривая зал

- Гладсхейм — то пятый, там золотом пышно Вальхалла блещет. Там Хрофт собирает воинов храбрых, убитых в бою, - нараспев процитировал Гоблин строфу из «Старшей Эдды». – Привет, девочки.

Он галантно поклонился двум официанткам, сидевшим за первым к входу столом. И едва лишь завидев его, лица барышень озарили веселые улыбки.

- Привет, Гоблин, - в один голос ответили они.

- Босс здесь?

Обе отрицательно покачали головами.

- О - о - очень хорошо. Когда он приедет, сообщите ему, что мы ждем в ВИП - зале.

- Гоблин? – удивленно переспросил я.

- Чего? – он остановился и уставился на меня.

- У тебя вообще имя есть?

- Ну да. Как и у всех. Мама с папой при рождении дали.

ВИП - зал был разбит на небольшие каморки, отгороженные друг от друга стилизованными бревенчатыми стенками. Гоблин прошел в дальний угол.

- Тогда какого хера все зовут тебя Гоблин? – не отставал я.

Филин заулыбался, словно предчувствуя интересную беседу, скрестил руки на груди и с интересом уставился на товарища. Мол, отвечай.

- За внешнюю схожесть и склонность к «недоброму» чувству юмора, - немного помолчав, ответил Гоблин.

Расспросы пришлось прекратить, так как возле стола, словно из воздуха появилась официантка.

«Интересно, их специально отбирают под стилистику бара»?

Девочка словно сошла с картины Васильева. Высокая, с большими голубыми глазами и маленьким курносым носиком. Слегка пухлые губки. Лишь волосы не развевались как на картине, изображавшей дочь ледяного Севера, а были стянуты за спиной в две тугие косы.

- Мне как всегда, - обратился к валькирии Гоблин. – А этому чахлику похмельного вида чай. Есть такой, что поставит его на ноги, и уберет сей грустный вид с мерзкой рожи?

Девочка кивнула:

- Для таких дорогих гостей - найдем. Филин. Тебе тоже как всегда?

Филин кивнул. Очевидно, свой лимит беседы он исчерпал еще с утра на стоянке. И весь день снова будет молчать. Впрочем, официантка, видимо, привыкла к такому, записала что-то в блокнотик и выскользнула из зала.

- Итак, - вновь прицепился я к Гоблину. – «Недоброе” чувство юмора – это как вчера, когда ты нас едва не угробил?

- Ну не угробил же, - пожал плечами мой собеседник. – Нет. Это была необходимость. Мое чувство юмора сильно отличается от того поступка.

- Это как?

- Это когда в результате моих проделок смешно отчего – то только мне. Остальным плакать хочется. Вот тебе простой пример: я двенадцать лет попалась мне на свалке у стройки бочка с карбидом. Донельзя довольный своей находкой, я едва докатил ее до ближайшего двора. Очень уж хотелось мне смастерить ракету.

Гоблин замолчал. И хотя я уже догадался, чем закончился опыт юного Циолковского, из вежливости все же спросил:

- И что?

- Ебнуло так, что бочка улетела на уровень второго этажа и разворотила чей-то балкон. Вот тебе пример "недоброго" чувства юмора.

Филин захохотал.

- Это его любимая история, - Гоблин кивнул головой в сторону сидевшего рядом водителя. – Одна из многих. А замыслил и исполнил я немоло: ткнул себе острием циркуля в глаз, чтобы напугать учительницу черчения и сорвать урок, бежал из военкомата, накормил друзей кошачьим мясом, выдав его за крольчатину, и отрубил на спор кончик большого пальца тесаком для разделки мяса.

В доказательство, Гоблин показал мне приплюснутый, словно по нему ударили кувалдой, большой палец правой руки. Кончик пальца и вправду отсутствовал.

- А спорили на что? – потрясенно спросил я.

- На интерес, - спокойно ответил Гоблин.

Я замолчал. Интересно, как человек с такими ярко выраженными талантами и склонностью к идиотским, самоубийственным поступкам, смог дожить до своих вполне взрослых лет? Не попал за решетку, к примеру? Не лег в могилу. Или не оказался в дурдоме?

- То есть, - решил на всякий случай уточнить я, - при всех твоих талантах из военкомата тебе пришлось бежать?

- Ага, - спокойно подтвердил Гоблин. - Я абсолютно здоров и годен к строевой. Просто у меня болезнь Урбаха – Витте.

- Чего-о-о-?

- Медицинский термин. Означает, что больной не ведает страха. Даже не знает, что это такое. В мире зарегистрировано всего триста людей с подобной болезнью. И Гоблин – один из них.

Знакомый голос заставил меня вздрогнуть. Я обернулся. У стола стоял мой давний знакомый, Михаил Михайлович Токарев, в своем неизменном стиле: строгий черный костюм и туфли, ценой как внешний долг какой-нибудь африканской страны третьего мира.

- Рад видеть вас, джентльмены, - поприветствовал нас Токарев. – Филин.

Филин, молча, пересел рядом со мной. Токарев же занял место напротив.

- Простите, что встречу пришлось назначить в этом заведении, - он развел руками, словно извиняясь. – В офисе «Интегро» новейшая система безопасности, которая не пропустит вас ни при каких обстоятельствах.

- "Интегро"? – переспросил я. – Самая крупная ай ти корпорация в стране?

- Она самая, - кивнул головой Михаил. – Я - ее учредитель.

К столу подошла официантка, с водруженными на поднос кружкой темного пива, глиняным чайником и парой чашек.

- Ваш кофе, Михаил Михайлович, – проворковала она, ставя перед Токаревым чашечку.

- Спасибо, Машенька. И скажи, что третий зал забронирован.

Официантка кивнула и исчезла.

- Итак, Константин, - Михаил Михайлович достал из кармана сигару. – Вам интересно, зачем я вытащил вас из тюрьмы?

Было ли мне интересно? Да этот вопрос интересовал меня с тех самых пор, как я очнулся на холодном полу ангара, связанный по рукам и ногам. Дальнейшие события двойного убийства с последующим отходом через дворы и крыши с места преступления, отодвинули этот интерес на второй план. Но сейчас теплившийся уголек любопытства начал разгораться с новой силой.

Я кивнул, наливая горячий чай. Михаил Михайлович вытащил из кармана сигару, помял ее в руках:

- Видите ли… Компания «Интегро» специализируется на разработке игрового ПО и виртуальной реальности. Не так давно в тестовом режиме были запущены виртуальные капсулы полного погружения. И разработкой заинтересовались силовики.

Я кивнул. Полное погружение – идеальный полигон для отработки маневров. Особенно хорошо эта система подойдет для отработки действий штурмовых групп. Так что неудивительно, что силовики решили прибрать такую разработку и использовать ее в своих целях.

- Контакт сулит семизначную сумму за поставку капсул, установку и обслуживание. А после получения контракта, мне предложили продать фирму. По бросовой цене.

- Продавать компанию вы не хотите, а покупатель настаивает? – полюбопытствовал я.

В Городе Мечты подобная покупка - тактика стандартная. Некие люди предлагают купить контору по-хорошему, не то у предпринимателя, его семьи и родных могут появиться большие неприятности. Способов воздействия тысячи, и арсенал этих способов зависит от возможностей и наглости покупателя.

- Именно так, - подтвердил Токарев.

- А я как верный цепной пес должен перебить покупателей, иначе вам придется вернуть меня туда, откуда вы меня забрали?

- Башковитый, - резюмировал Гоблин.

- Возвращать вас в тюрьму, конечно, не хочется, - протянул Михаил Михайлович. - Вы экземпляр редкий, очень ценный… но, в целом, вы угадали.

- Интересно, каким это образом мне удастся убивать тех, на кого укажет ваш перст судьбы? - поинтересовался я, отпивая чай.

- Ну получилось же у вас с наркоторговцами, - спокойно пожал плечами Прохоров.

«Хотя, с другой стороны - это прямая работа по профилю. Чем такие вот покупатели лучше наркоторговцев, к примеру?»

Готов ли был я убивать? Да. И причин тому было несколько. Во - первых, очень не хотелось мне возвращаться в тюрьму. А таких людей как Прохоров кидать не стоит. Допустим, сбегу я из города, дальше что делать? Если уж ай-ти разработчику, бизнесмену и меценату удалось организовать нападение на конвой, то найти меня в другом городе - пара пустяков. Предложит за мою голову денег - и привет. Подкараулит какой - нибудь отморозок типа Гоблина ночью у подьезда - и удавит. А возможно, что сам Гоблин и подкараулит. И придет мне пиздец. А второе...

Вторым аргументом "за" было то самое чувство, что я испытал, когда убил первого наркоторговца. Чувство эйфории и ощущения правильности своего поступка. Словно жизнь в том грязном вонючем логове разделилась на "до" и "после". И т, что было "до" этого убийства - было всего лишь подготовкой. Подготовкой к исполнению кровавой и благородной цели. Уж не знаю, были ли это мои мысли, или дух той самой Игры нашептывал мне все это на ухо - мне это былт без разницы.

- И кто хочет «купить» вашу компанию?

- Синдикат.

Токарев произнес это название так просто, словно назвал третьесортную банду, отбирающую у школьников деньги на завтрак. Ну, подумаешь, Синдикат. Я же с такой классификацией был категорически не согласен.

Синдикату принадлежала половина легального, не совсем легального и совсем нелегального бизнеса. Это был не просто криминалитет: сплошь урки и «блатные». Скорее, огромный хитрый механизм, в котором у каждого была своя доля. Прокуратура, судьи, полиция, бандиты… Удивительно, что они вообще предложили купить компанию Михаила Михайловича. Вариантов отбора чужой собственности у этих людей была масса. Например, Михаил просто подарил бы компанию, а потом пропал бы при загадочных обстоятельствах. Или угодил бы под следствие за дела давно минувших дней. А потом обвинения были бы сняты.

Отчего - то мне вспомнилось громкое дело, когда ряд боевиков, которые, предположительно, входили в Синдикат, судили за карательную акцию тех, кто, так или иначе, перешел Синдикату дорогу. Обвинение строилось на показаниях свидетелей да записях с камер. А потом начались доподлинные чудеса. Один из свидетелей просто пропал, когда направлялся в суд давать показания. Растворился в воздухе, будто его черти украли. Просто вышел из дома – и в суд не явился. До сих пор доподлинно неизвестно, похитили ли свидетеля люди Синдиката, или человек вдруг одумался и решил свалить из города. А возможно, что и из страны. Записи украли прямо из хранилища вещественных доказательств. Дело развалилось, боевики вышли на свободу…. Хорошая попытка, жаль не удалась.

- При всем моем уважении, вам проще продать компанию, - осторожно начал я.

- Я не для того создавал «Интегро», чтобы я продал ее рейдерам, - раздраженно ответил Токарев. - Они просто загубят ее на корню. Выжмут все, и продадут по частям.

"Получено задание: Синдикат. Установите и ликвидируйте шестерых лидеров Синдиката".

Стоп! Я на такое не подписывался! Как отменить это ебучее задание???

- Гоблин, что с ним? - раздался где - то на краю сознания обеспокоенный голос Токарева.

- Все нормально, босс, - беспечно ответил мой товарищ. - Скорее всего, он ушел в Интерфейс. С ним такое случается с тех пор, как он убил наркоторговца.

- И никакого развития технологий, одна сплошная деградация, - прошептал я, уставившись в чашку с чаем.

- Не вижу ничего сложного в истреблении какой - то банды, - пожал плечами Гоблин. – Небезызвестная группировка Чемпионов уничтожила все банды города быстро и почти без следов.

- Да. А на освободившуюся землю как раз и пришел Синдикат, - огрызнулся я. – Да и как можно ликвидировать того, кого никто в глаза не видел? Синдикат учел ошибки предшественников, которых знала каждая собака в городе. Синдикат – безликая банда.

- Выясним – и перебьем поодиночке.

- Про перебьем поодиночке - это вряд ли, - осторожно начал я.

- Это еще почему? – удивился Гоблин.

- Я еще не совсем разобрался во всех тонкостях этих ваших суперспособностей. В общем, сообщения вылетают сами собой. Одни подсказывают, кого надо валить, навроде как тогда, когда Система указала мне на барыгу в парке. А другие показывают, что на выбор можно прокачать.

- И? - спросил Гоблин.

- Ну в общем, пока мне было предложено только холодное оружие. И какое - то улучшение под него. Навроде органы подсвечиваются, как рентгеном. В общем - видишь, куда бить стоит, чтоб наверняка. Только вот вряд ли кто-то из глав Синдиката подпустит меня к себе для того, чтобы я вот так просто затыкал его отверткой, - закончил я историю.

- Вот почему с тобой все не так как с остальными? - взорвался Гоблин. – Вот же ебучий случай. Отверткой затыкать…

- Тихо ты! - рявкнул Михаил Михайлович. – Ты говоришь, у тебя идет прокачка уровней. Как? Типа получения опыта за убитого противника?

- Я пока еще не совсем понял, как это все работает, - ответил я. – Скорее, от использования оружия, Улучшаешь навык владения – повышаешь уровень.

- Так - так - так, - Михаил Михайлович забарабанил пальцами по столу. – И на каком уровне откроется умение стрельбы?

- Сие тайна великая есть. И когда появится, и появится ли она вообще.

- Значит, прокачка, - задумчиво протянул Токарев. – Гоблин, вы же убили не всех наркоторговцев?

- Не вариант, босс, - быстро отмел эту идею Гоблин. – Там сейчас полно полицейских. И, скорее всего, хозяева героина, которые ищут тех, кто посягнул на торговцев их порошком. И вот от них могут быть большие проблемы. Есть другой план.

- Ну-ка? – живо заинтересовался Токарев.

- Есть один не совсем благополучный район. Наркоманы, гопники, синее движение,… в общем, криминальный район. Копы туда носу не кажут, добропорядочные люди стараются после заката на улицы не выходить. Жирная локация для прокачки этого рачка.

- Мончегория? – поинтересовался Михаил Михайлович.

- Она самая, - кивнул головой Гоблин.

- Когда?

- Сегодня.

- Сегодня? – удивленно переспросил Токарев. – В обычный рабочий день?

- На окраинах Сельмаша всегда можно найти приключения, - отмахнулся Гоблин. – Будь то обычный день, выходной или праздник.

- Что вам для этого нужно? – уточнил Михаил Михайлович.

- Думаю, с Мишей мы смогли бы быстро осуществить задуманное, - просто ответил Гоблин, и при упоминании этого имени, улыбка его расплылась от уха до уха.

«Получено задание: уличная преступность. Найти и нейтрализовать банду преступников в указанном районе.

Дополнительные задания:

- Никто из преступников не должен быть ликвидирован;

- Не нанести серьезных повреждений имуществу граждан;

- Вы не должны быть нокаутированы в драке»;

Интерфейс появился как всегда внезапно, выдавай очередное задание. Интересно, как игра выдает задания? И что значит «никто не должен пострадать»?

- Если на этом все – я откланиваюсь.

Токарев встал, отодвигая чашку с кофе, к которой за время беседы он даже не притронулся. Не спеша вышел из зала.

- Как работают твои способности? – поинтересовался у меня Гоблин. – Ну, в смысле, какой – то опыт начисляют за убитых, или как?

- Скорее – чем чаще пользуешься оружием и повышаешь навык владения – тем быстрее растет уровень, - ответил я. – Ну, еще система выдает задания, только вот не ебу я, что обламывается за их прохождения. Пока задание только одно и то недоделанным висит. Ну и второе вот дали.

- На торговцев? – уточнил Гоблин. – Ну, ничего, и до них доберемся. А новое? Что за задание?

Я вкратце пересказал полученный системой квест.

- Не убивать…

Судя по голосу, такое условие чуточку расстроило Гоблина.

- Ладно, - разочарованно протянул он. – Есть у меня одна идея.

Штора заколыхалась и в зал, с трудом протиснувшись в дверной косяк, вошел здоровяк. Тот самый, что вместе с Гоблином вытаскивал меня из автозака ФСИН

- А вот и Миша, - радостно поприветствовал его Гоблин.

- И тебе не хворать, Гоблин, - ответил тот, садясь в кресло, в котором еще недавно сидел Токарев. Кресло жалобно скрипнуло

- А теперь слушайте внимательно.

Гоблин отставил в сторону пустую пивную кружку:

Сегодня вечером нам нужно найти на Сельмаше уютный двор, полный гостеприимных местных жителей, спровоцировать их на конфликт и навешать им пиздюлей по самое не хочу. Ты провоцируешь, Миша раздает.

- Чего это я провоцирую? – возмутился я.

- Я страха не чувствую, - пояснил Гоблин. – Значит, эти шакалы на меня не поведутся. До Миши вообще никто доебываться не станет. Ты на ебло его посмотри. Стал бы до такого доебываться с глупыми вопросами?

Гоблин кивнул в сторону развалившегося в кресле Миши. Заметив мой взгляд, Миша усмехнулся. И от этого оскала мне стало совсем жутко. Я поспешно отвел взгляд.

- Нет.

- То-то и оно. Остаешься ты.

Гоблин ткнул длинным тощим пальцем в мою сторону.

- А ну как вы не успеете, и я огребу пиздюлей? – слабо сопротивлялся я.

- Все пройдет ровно, - Гоблин похлопал меня по плечу. - Если все поняли – пора валить отсюда.

Гоблин встал и направился к выходу. Остальные потянулись за ним.

Глава 6 Ловля на живца

"И по барам и притонам будем быдло вычислять

Будет много сучьей крови - а нам на это наплевать"

ЯйцЫ Фаберже. "Финки".

Лежавший на столике мобильник запищал, вырывая меня из цепких лап забытья. Не сна, а именно забытья – черного ничто, в которое я провалился. Я нашарил телефон, выключил будильник и сел на кровати, потирая руками лицо и прогоняя остатки сна.

Темнота скрадывала предметы в комнате, оставляя лишь едва различимые силуэты. Пришлось нащупать лежавший на столике пульт и включить телевизор, чтобы появился хоть какой-то источник освещения. Дождался, пока на экране начнут кривляться участники какого-то ток-шоу. Встал с дивана, одел валявшиеся рядом на полу спортивные штаны, и, зевая, направился на кухню. Щелкнул кнопкой электрочайника. Гоблин и компания должны были приехать через полчаса, так что времени подумать было полно.

Итак, что мы имеем? Токарев хочет ликвидировать банду, которая положила глаз на его компанию. Лидеров этой банды не знает никто. А кто и знает – просто так мне не расскажет.

Чайник закипел. Я налил в кружку кипятка, бросил туда пакетик чая.

Есть известные бойцы банды. Хотя бы те, которые привлекались за преступления против конкурентов. Знают ли они кого-то из лидеров? Точно нет. Скорее всего, получили поручение через посредника. А возможно, что и принадлежат одной из “Семей” Синдиката. Люди, связанные узами клятвы, которые и рта раскрывать не станут. Скорее, сядут в тюрьму за все содеянное бандой.

Зайдем с другой стороны. Есть рейдерские фирмы, которые скупают чужую собственность. Зарегистрированы эти фирмы хуй пойми на кого, и цепочка от этих «директоров» теряется. Тоже бородатый вариант.

Я отхлебнул чай.

И как их искать? Методично истреблять всех, кто принадлежит к криминальному миру в надежде, что рано или поздно убью нужную цель? В Городе Мечты, где каждый второй занимается нелегальным промыслом, это может занять пару лет. Если работать без выходных и праздников. Да и не будут представитель криминалитета сидеть, сложа руки. Как только пойдет по городу недобрая слава, что кто-то забил отверткой два десятка всякой шушеры те, кто поменьше залягут на дно. А кто покрупнее – найдут и накажут. И похуй им будет, что я в федеральном розыске. Меня особо не ищут, пока за голову денег не предложили. А вот пообещай миллион – ходить мне по этой земле сорок восемь часов. М-да, веселая перспектива.

Зазвонил телефон:

- Выползай из своей берлоги, - услышал я, едва только взял трубку.

Я отставил кружку с недопитым чаем, бросил телефон на стол, накинул толстовку и вышел из квартиры.

***

Район, выбранный Гоблином для «прокачки» и вправду, был неблагоприятным. Табличка на въезде словно проложила незримую черту между двумя мирами. Те, кто знал городские порядки, даже днем старался не пересекать эту черту без нужды. Даже я, выросший на окраинах Автозавода, соваться в глубины этого района опасался.

Но в этот раз, несмотря на позднее время, нам пришлось изрядно помесить кроссовками грязь, гуляя по дворам. На улице не было ни души. Дворы встречали нас пустыми бутылками, разбросанными вокруг сломанных лавочек, смятыми и перевернутыми урнами, рассыпанным мусором. А вот местные, словно чувствуя городскую охоту, попрятались по домам. Мы проходили по дворам час. И я уже было думал, что ничего сегодня не выйдет. Но Гоблин упрямо петлял между серыми многоэтажными домами, словно его черти носили. Будто чуял, что добыча где-то рядом.

И, наконец, удача нам улыбнулась. В квадратном дворе – колодце, зажатом девятиэтажками, мы нашли добычу.

- Ага, есть, - прошептал Гоблин, выглядывая из арки и рассматривая двор и компанию.

Семь или восемь человек оккупировали уличный столик, за которым обычно играют в шахматы или домино. Они пили пиво, переговаривались, громко смеялись. Еще двое качались на качелях детской площадки. На весь двор, усиливаясь многократным эхом, играло что-то из шансона.

Местные выглядели весьма колоритно. В спортивных штанах и олимпийках одной известной фирмы. Коротко стриженые головы украшали кепки – восьмиклинки. Складывалось такое ощущение, будто они прошли сквозь время, выпав в реалии наших дней из начала двухтысячных.

Я осмотрелся. От выхода из арки вдоль подъезда протянулись разросшиеся кусты и ряд деревьев. Зеленая зона. Если прошмыгнуть под ее прикрытием – можно сделать вид, что вышел из подъезда. Двор освещался одним фонарем, стоявшим рядом с подъездом. Это тоже плюс. Ну…

Гоблин спрятался в арке:

- Давай, - хлопнул он меня по плечу. - Ни пуха.

- К черту, - стиснув зубы, ответил я. – И тебя, и твой план.

- Не ссы, - успокоил меня Гоблин. – Все сработает как надо.

Я, молча, вышел из подворотни. Прошел до ближайшего подъезда и вынырнул во двор. Спрятав руки в карманы и опустив голову, я быстро прошел по дорожке мимо компании, то и дело затравленно оглядываясь на сидевших за столиком «пацанов». Незнакомцы замолчали, уставившись на меня, цепко оглядывая добычу. Я вошел в круг света единственного фонаря. Нога запнулась о камень, и я полетел на асфальт. Из кармана толстовки выпал ворох разномастных купюр.

По моему скромному мнению, на такую провокацию могли клюнуть только совсем безмозглые долбоебы. Ибо люди с таким количеством наличности ночью по дворам Сельмаша не ходят. А если и ходят – то имеют в карманах еще что-нибудь помимо денег. Например, ствол или шекер. Но тут все сработало как надо.

Один из сидевших за столиком встал, быстрым шагом прошел через двор, сокращая дистанцию. И пока я торопливо собирал с асфальта деньги, навис надо мной.

- Аккуратнее надо, - добродушно просипел он, помогая мне встать.

- С-с-спасибо, - проблеял я, поднимаясь с асфальта и отряхиваясь.

- А ты откуда сам, пацан? Местный? – продолжал допытываться новый знакомый.

- Н-н-н-нет. В гостях был у приятеля.

- А-а-а-а, - протянул гопник. - В гостях – это хорошо. А на пиво пацанам немного денег не подкинешь?

- Нет денег, - вжав голову в плечи, проблеял я.

Изображать страх было уже не нужно. Я по-настоящему, всерьез, начал опасаться этой толпы. И с каждой секундой этот страх силился и креп.

- Нет денег, - разочарованно протянул гопник. – Вы слышали? – обратился он к приятелям. – Нет денет.

Толпа неодобрительно зашумела, вставая со своих мест и обступая меня кольцом. Я невольно попятился от них, но главарь, который первый ко мне подошел, схватил меня за руку:

- Стой, блядь! - прошипел он. - А это что?

Он резко дернул меня за руку. В сжатом кулаке виднелся ворох разноцветных купюр.

- Богатенький Буратино, - присвистнул кто-то из толпы.

- Денег нет, говоришь? Да, блядь? Ты пацанов наебать решил? На пиво им зажал?

Сердце бешено стучало в груди. В ушах шумело.

- Этот убыток нам денег на пиво зажал, - крикнул главный, обращаясь к остальным.

- Да хули ты с ним базаришь, Гвоздь? Отмудохать его – и все дела.

Из толпы шагнул невысокий крепыш в спортивном костюме.

«Цели опознаны. Данные цели представляют угрозу обществу. Нейтрализуйте их», - оповестила система, и силуэты гопоты подсветились красным цветом.

«Пора».

- Миша! Эти пидоры драться лезут!

Я хотел сказать оговоренную фразу как можно увереннее, но от страха голос сорвался на низкий писк.

Ответом мне послужила тишина. Ни Гоблина, ни Миши.

- Пидоры? – зло протянул крепыш, хватая меня за толстовку и замахиваясь для удара. – Щя я тебе объясню, кто из нас пидор.

«Мне пиздец»!

Песня «Финки» заставила всех замереть. Крепыш, уже готовый ударить меня, обернулся и застыл, глядя на появившихся во дворе новых лиц спектакля.

Первым шел Миша. Молча и неотвратимо, как ледокол "Арктика" сквозь льды океана, уверенной походкой он приближался к толпе гопников. Вторым, пританцовывая от играющей в плеере песни, шел веселый Гоблин.

Миша ворвался в толпу гопоты, снося все на своем пути и раздавая налево и направо такие пиздюли, что мне на долю секунды стало чуточку жаль местных. Удары были такой силы, что после полученных оных мало кто смог подняться с земли.

- Какого хуя…

Крепыш смотрел на приближающегося Мишу как завороженный. Наверное, так лягушка смотрит на ужа. Понимая, что змея вот-вот съест ее, но не в силах убежать.

Я рванулся в сторону, сбрасывая руку противника, а в следующую секунду мощный пиздюль, посланный Мишей, отшвырнул моего оппонента в сторону. И я постиг смысл сказанной Системой фразы «Не нанести серьезных повреждений имуществу граждан». Крепыша так приложило о стоявшую у тротуара машину, что на дверце осталась охуительного размера вмятина. На секунду, перед глазами возникло задание. Строчка дополнительного задания мигнула, а затем ее безжалостно перечеркнула красная линия.

Один из гопников, еще не познакомившийся с Мишей и его кулаками, видимо решил, что сопротивление тщетно. Со всех ног он бросился бежать к арке, но его остановил Гоблин. Точнее его рука, мощным шлагбаумом сбившая гопника на землю. Ребро ладони ударило четко в кадык, роняя противника.

Один из противников, тот самый лидер, что первым подошел ко мне, шатаясь, поднялся, стирая кровь с разбитого лица. И встретился со мной и отверткой. К моему удивлению, он даже не пытался сопротивляться. Просто стоял и покорно терпел получаемые пиздюлины.

Убить я не боялся. В жизненно важные органы я не бил, а кровью они не истекут: узкое жало практически не выпускало кровь наружу. Больно, унизительно, но не смертельно.

Драка гопников и Миши закончилась за какую-то минуту. Толчком я сбил последнего с ног. А лежавшие на земле фигуры перестали светиться красным.

«Задание уличная преступность выполнено. Владение холодным оружием улучшено. Вы выполнили два из трех дополнительных заданий. Владение холодным оружием улучшено. Владение холодным оружием улучшено».

Уровня не дали. Несмотря на то, что я неплохо поучаствовал в добивании гопоты, да еще сейчас за выполненное задание бонусом добавили.

- Денег хотел?

Гоблин сидел рядом с поверженным Гвоздем.

– Денег? Вот они. На!

Он ударил Гвоздя по лицу толстой пачкой купюр. Перепуганный и ошалевший от пиздюлей, Гвоздь попытался закрыться рукой. Но вышло это до того нелепо, что я не удержался от улыбки.

- Они нарисованные, ебанатик!

Гоблин подбросил купюры в воздух, и они посыпались на землю в свете фонаря. Ух, до чего красивое вышло зрелище!

- Слушайте сюда, убытки, недочеловеки и прочий ебучий сброд, - возвысив голос, обратился я к лежавшей на асфальте толпе. – Только что вы попытались совершить преступление, предусмотренное частью два статьи сто шестьдесят два. То есть, грабеж. Кабы тут были мусора – было бы вам худо. Но мы - не мусора, так что вам повезло. Но!

Я наставительно поднял указательный палец:

- Но если вы, уебки, будете еще здесь отираться и мешать жить людям района – мы вернемся, и всех вас поубиваем нахуй. Всем вам придет пиздец. Понятно?

Почему я начал эту речь – не знаю. Но голос мой прозвучал так грозно, что противники окончательно потеряли волю к победе и даже не помышляли о мести. Они что-то промычали и согласно закивали головами.

«Вы выполнили скрытое задание: Манифест. Уровень преступности в районе снижен. Навык "Манипулятор" улучшен. Вы получили новый уровень. Вам доступно одно нераспределенное очко умений. Вы получили два умения на выбор: "Дознаватель" или "Боевая стойка».

«Дознаватель».

- Что ты там подвис?

Голос Гоблина вырвал меня из Системных настроек.

- Не то.

- Вот еб твою мать! - Гоблин в сердцах сплюнул на асфальт. – Ладно. Валим отсюда.

- Вы кто такие? Что за беспредел? - Гвоздь попытался встать с асфальта, утирая разбитое в кровь лицо. - Малой узнает – и вам пиздец.

Я остановился. Развернулся. Заметив повышенное внимание к своей персоне, Гвоздь попытался было спастись бегством, но я в два прыжка настиг его, сбивая на землю:

- Что за Малой? – рявкнул я прямо ему в лицо. – Живо говори, блядь!

- Ну…

- Хули ну? – я схватил его за кофту и сильно встряхнул. – Что за Малой? Как выглядит? Где живет? Живо отвечай, животное!

Гвоздь не отвечал. Лишь затравленно озирался по сторонам, ища поддержки у своей стаи. Но тщетно. Друзья не спешили ему на помощь, памятуя о Мишиных кулаках.

- Ах ты еб твою мать! – зашипел я. – Если ты сейчас не скажешь что за Малой и где его искать – я позову Мишу. Помнишь, как он тебе ебнул? Так вот это он вполсилы бил. Миша. Ми-и-и-ша.

Не надо Мишу! – поспешно ответил Гвоздь, и голос его сорвался на писк. – Малой за старшего на Сельмаше. Живет на Юности. Четырнадцатый дом. На Хонду работал по поджогу тачек. Высокий. Худой, но жилистый. Без передних зубов. Руки синими партаками забиты еще.

Гвоздь скулил. И тараторил без умолку. Он был так напуган, что, казалось, вот-вот расплачется.

- "Камри" у него черная. ВОР номер. Она одна такая на Сельмаше.

«Навык "Дознаватель" улучшен. Получено новое задание: «поджоги». Найдите и уничтожьте бандита по прозвищу Малой.

Дополнительные задания:

- Имуществу жителей не должен был нанесен ущерб;

- Допросить Малого перед убийством;

- Убийство должно быть совершено без свидетелей".

- Есть, - едва слышно прошептал я. – Валим отсюда.

чение.

Глава 7. Допрос на очистных

Микрорайон «Юность» на окраине Сельмаша смотрелся, мягко говоря, комично. Раньше на месте новостроек стояли, тесно прижавшись друг к другу, двухэтажные дома рабочих Автозавода. Со временем, местность вокруг бараков была застроена девятиэтажными панельными домами. А деревянные, облупившиеся хибары, просевшие под гнетом времен, так и остались бельмом на глазу Сельмаша. С приходом автоматизации потребность в рабочей силе на Автозаводе сильно поубавилась, множество рабочих сократили. И Сельмаш захватил дух пьянства, наркомании и насилия. Центром движения стали, как водится, пресловутые двухэтажки рабочих, взрастившие не одну смену ребят, которым с детства была одна дорога: в знаменитый «Мурепалом».

Так бы и осыпался этот аварийный сектор под гнетом времен, если бы земля не приглянулась одному из городских застройщиков. Скупив за бесценок квартиры местных аборигенов, он снес ветхие двухэтажки, расчистил землю, и за считанные месяцы на рабочей окраине выросли, сверкая на свету, новые семнадцатиэтажные «свечки», разбавив колорит серости и унылости района. Впрочем, пьянство, блядство и наркомания никуда не делись. В связи с таким раскладом мало кто отважился переезжать в новостройки, убоявшись такого соседства. Проданные по бросовым ценам квартиры стали дешевым арендным жильем для студентов.

В одной из таких «свечек» и обитал, по полученной мною сегодня информации, некто Малой.

Проскочить сквозь квартал в компании Миши оказалось плевым делом. Никому и в голову не пришло прыгнуть на такого лося поперек себя шире. Те, кого мы встречали во дворах, делали вид, что не замечали нас, либо сразу теряли к нам интерес, едва завидев коренастую фигуру Миши. Десять минут быстрой ходьбы – и вот перед нами высятся одинаковые семнадцатиэтажки.

- Дом четырнадцать, - пробормотал Гоблин, озираясь по сторонам. – Ага, вот он.

Мы сделали несколько шагов по направлению к нужному дому.

- Стой!

Я дернул Гоблина за рукав толстовки, останавливая его практически перед кругом света, отбрасываемого фонарем у подъезда.

- Чего там? – Гоблин недоуменно уставился на меня.

В ответ, я молча указал на висевшую на углу дома камеру наблюдения:

- В подъезд соваться без понту.

- Что делать будем? – пробасил Миша, глядя на Гоблина.

- Есть у меня одна идея, - протянул он, осматривая ряд припаркованных напротив окон автомобилей. – Ага, вот она.

Гоблин подошел к черной «Тойоте», стоявшей в тени под деревьями.

- Черная «Камри», говоришь? – пробормотал он, поднимая с земли булыжник. – С номером «ВОР»?

Камень разнес боковое стекло со стороны водителя. Гоблин наполовину скрылся в салоне, оживленно там ковыряясь. Мои опасения не оправдались. Сигнализация не завыла на весь двор. Очевидно, у владельца была сигнализация с обратной связью.

- Удобно, - пробормотал Гоблин. – Возможно, получится все провернуть тихо. Спрячьтесь нахуй, чего встали посреди дороги? – шикнул он на нас.

- Ты хули, творишь? – прошипел я.

Гоблин не ответил, вновь скрывшись в салоне машины.

Запищала открываемая подъездная дверь. В свет фонаря выскочил мужик в некогда белой растянутой майке, трениках и сланцах. В правой руке, мужик сжимал бейсбольную биту.

- Ты че тут блядь трешься? – прошепелявил он, завидев копавшегося в машине Гоблина. – Охуел, что ли? Знаешь, чья эта машина?

«Цель опознана».

Гоблин вылез из машины, спокойно уставившись на быстро подходившего к нему Малого:

- Твоя? – вопросом на вопрос ответил он. – А ты чьих будешь?

- Щя узнаешь, сука! – грозно пообещал Малой, подходя почти вплотную к Гоблину и замахиваясь битой.

Миша вынырнул из темноты, перехватывая занесенную с битой руку и ударив Малого кулаком в лицо. Хрустнул нос, брызнула кровь, на асфальт розовыми кусочками полетели обломки зубов. И если бы Миша не держал добычу за руку – Малой от такого удара улетел бы вглубь двора.

- Добивай! - крикнул, обернувшись ко мне Гоблин.

Но я покачал головой:

- Система хочет, чтобы мы его допросили.

- Чего, блять? – озадаченно переспросил Гоблин. – Допросили? Да по кой хуй он нам сдался?

- Да какого… - начал было Малой, но Миша вновь угостил его пиздюлем, отчего желание задавать вопросы у Малого враз отпало.

Я развел руками: мол, знаю не больше твоего.

- Ладно, - вздохнул Гоблин. – Хуй с ним. Миша. Забираем его с собой.

Здоровяк кивнул. Малой взвизгнул и попытался вырваться, но Миша так ударил его кулаком по голове, что ноги бандита разъехались и Малой обмяк. Бита выскользнула из руки и ударилась об асфальт. Миша ловко перехватил жертву.

- Подсоби.

Я подхватил Малого с другой стороны, и мы быстро потащили его от новостроек.

***

В отличие от Гоблина, Филин вопросов "что" "как" и "нахуя" задавать не стал. Единственное, что он сделал, заметив прибавление в нашей маленькой компании – это вопросительно посмотрел на Гоблина: мол, куда ехать?

- Знаешь где очистные на Сельмаше?

Филин, молча, кивнул, выезжая из дворов.

Очнувшийся Малой, заслышав про очистные, начал было возмущаться:

- Какие очистные? Вы что, охуели? Вы знаете, кто я? Я..

- Миша, - спокойно оборвал Гоблин речь бандита, которая, по его мнению, должна была вселить в наши сердца ужас.

Миша кивнул и ткнул Малого кулаком в бок. Малой ойкнул и, поняв, что понт не сработал, замолчал.

- Будешь говорить, когда скажут. Ты меня понял? – вкрадчиво начал я.

Малой кивнул.

- Тебя сдали гопники с Сельмаша, - продолжил я беседу. – За поджог тачек. Чьи тачки были?

- Какие тачки? Мужики, вы чего?

- Ты что, дурной?

Гоблин обернулся, в упор, посмотрев на трясущегося от страха бандита своими маленькими злыми глазами.

– Тачки, блять, которые ты сжигал.

Малой отпрянул назад, вжавшись в спинку сиденья. И было видно, что бандит боится тощего Гоблина куда больше, чем здоровяка Мишу.

- Откуда я знаю? Хонда заказывал поджоги – я сжигал. Хонде вопросы не задают. Делают что просит.

Голос Малого дрожал от страха, срываясь на низкие ноты.

- Зачем это Хонде было надо, тоже не знаешь?

- Два бизнесмена выставили свои кандидатуры на тендер, в котором участвовал человек, с которым Хонда работает. Нужно было предупредить его, что это неправильно.

Малого била мелкая дрожь. По лицу градом катился пот. Он затравленно озирался, глядя то на меня, то на Мишу.

- Мужики, вам что нужно? Денег? Назовите сумму, я отдам. Сколько надо?

- Денег? – я задумчиво почесал подбородок. – Нет, деньги нам без интереса. А вот информация – очень даже нужна.

Городской пейзаж за окном сменился частным сектором. Серые многоэтажки заменили огороженные глухими высокими заборами частные дома. Колеса зашелестели по щебню разбитой грунтовки. Где-то в отдалении лаяли собаки.

Филин свернул на едва заметную ухабистую, залитую грязью дорожку. Проехал несколько десятков метров и остановился, выключив двигатель.

- Вот и приехали, - сказал Гоблин. – Миша, вытаскивай клиента.

- Мужики, да вы чего? Я все расскажу, мужики.

- Будешь упираться – он тебя еще раз ударит, - пообещал Гоблин.

Я вышел из машины. Вонь нечистот ударила в нос. Она была такая сильная, что у меня заслезились глаза. Чтобы хоть как – то ее заглушить, я натянул на лицо полумаску.

- Жуткое место, - протянул Гоблин. - И очень хуевая смерть – утонуть в дерьме… бесславный конец.

Малой затрясся как осиновый лист:

- Мужики. Вы чего, мужики? – блеял он. – Не надо, мужики.

Гоблин остановился у одного из отстойников – бетонного колодца, вкопанного в землю. Треть верхнего кольца торчала над заросшей травой землей.

- Очистные заброшены, - продолжил Гоблин, заглядывая внутрь. – Но это не останавливает коммунальщиков. Они все равно свозят сюда дерьмо с частного сектора. А частный сектор на Сельмаше очень большой…

Слова Гоблина гулким эхом разнесся по округе, отражаясь от бетонных стеной и многократно усиливаясь.

- Хонда, - спросил я. – Кто это такой?

Малой сглотнул, пытаясь проглотить вставший в горле ком:

- Алексей Куйбышев. Я сидел с ним. На зоне скорешились. Как я откинулся – ни денег, ни работы. А тут он меня нашел, денег предложил. Сперва мелочь всякую. Потом вот машины…

- А Хонда этот сам чьих будет? – вклинился в разговор Гоблин.

- Он на Лешу Большого работает.

Малой упал на колени:

- Пощадите, мужики. Я же ничего страшного не сделал. Пощадите.

По лицу бандита катились крупные слезы. Он ползал по грязи на коленях, хватая Мишу и Гоблина за штанины:

- Что за Леша Большой? – с интересом спросил я.

- Большаков Алексей. Бандит с Северо – Запада. Он заказал сжечь тачки.

Малой взвыл в голос. Бессвязно что-то бормотал, просил его не убивать и обещая нам любые ништяки. От страшного бандита, который вышел из подъезда и угрожал Гоблину, не осталось ничего. Лишь человечек, трясущийся за свою жизнь и не вызывающий ничего кроме презрения и неприязни.

«Информация собрана. Навык "Дознаватель". улучшен».

Получено задание: «Хонда свое отъездил». Найдите и уничтожьте бандита Алексея Куйбышева по кличке «Хонда»

Дополнительные задания:

- Никто из гражданских не должен пострадать»;

В полумраке возле бетонного кольца виднелись силуэты двух людей. Коренастого Миши и тощего Гоблина. Рядом, завывая и причитая, ползал на коленях третий. Я шагнул вперед. Отвертка выскользнула из рукава.

«Знаток анатомии».

С удивлением я обнаружил, что на Мишу и Гоблина действие умения не распространяется. А вот фигура Малого стала похожа на анатомический атлас.

Два точных удара тонким жалом между ребер оборвали вой и мольбы о пощаде. Я подхватил мертвеца за шиворот, переваливая его через край бетонного кольца. Миша шагнул, было, мне на помощь, но я остановил его:

- Я сам.

Тело мертвеца полетело в черную пасть колодца. Раздался всплеск.

«Навык обращения с холодным оружием улучшен».

Вы выполнили задание: поджоги. "Навык обращения с холодным оружием улучшен".

Вы выполнили все дополнительные задания. Навык обращения с холодным оружием улучшен на два пункта. Навык "Дознание" улучшен на два пункта. Навык "Чистильщик" улучшен. Вы выполнили скрытое задание: нет тела - нет дела. Избавьтесь от трупа так, чтобы его не обнаружили. Навык "Чистильщик" улучшен". Вы получили новый уровень. Вам доступно одно нераспределенное очко умений. Вам доступно два умения на выбор: Стрелок или Боевая стойка».

«Стрелок!»

«Выбрано умение "стрелок" (пассивное). Разблокирован навык "Беглая стрельба".

- Есть! – даже не пытаясь скрыть радость, крикнул я. – Стрелок! Я получил этот ебаный навык.

- Ну наконец-то, блядь, - отозвался из темноты Гоблин. И в его голосе звучало плохо скрываемое облегчение. - Как же долго мы к этому шли.

Глава 8. Охота на Хонду

— Мораль Подонка и мораль обычного человека противопоставляются друг другу не зря, — начал Кримсон. — Общечеловеческая мораль — сторож либо убийца. Она не дает человеку взять потребное надёжнее любой охраны, строже всяких замков. Там, где существуют простые решения, она заставляет искать необоснованно сложных, а в бою и вовсе лютует, побуждая жертвовать собой. Мораль же Подонка в дружбе с его нуждами и наперекор здоровью и счастью не попрёт.

Djonny. "Сказки Темного Леса".

Я ввалился в квартиру, захлопнул дверь. Едва передвигая ноги, дополз до кухни, плюхнулся на стул и включил чайник. Посмотрел на экран мобильника, лежавшего на столе. Три часа ночи.

За два с половиной часа блужданий по Мончегории и прилегавшей к ней "Юности", я вымотался так, словно сутки подряд работал на благо общества. Например, без перерыва разгружал вагоны. Ноги гудели от пройденных километров, а руки все еще едва заметно тряслись от столкновения с Гвоздем и его бандой. Что и не говори, а сегодняшняя прогулка меня вымотала.

Чайник выключился, и я плеснул в кружку кипятка. Распаковал пакетик с чаем. И едва не бросил обертку от пакетика в кружку. Лишь в самую последнюю секунду обратил внимание на то, что не так.

Кто такой Хонда? И как действовать дальше? Есть большая вероятность, что Большой или тот же самый Хонда – это не хуй с горы, которого вот так запросто можно вывести за город и утопить в колодце с говном.

Я помассировал виски, отгоняя подкатывающую головную боль. Голову словно стянуло тугим обручем. Я зарычал, нашарил в кармане блистер с обезболивающим, выщелкнул таблетку и торопливо бросил ее в рот, запивая чаем. Боль постепенно начала утихать. Не утихать – прятаться, пока действие таблетки не закончится.

Я отставил кружку с недопитым чаем и, едва передвигая ноги, добрел до дивана. Сил хватило только на то, чтобы упасть на не заправленную постель. Едва лицо коснулось подушки, я провалился в бездонную черную яму без сновидений.

***

В этот раз я всеми силами старался не обращать внимания на грохот посуды и тяжелые шаги по квартире. И урвать хотя бы пару часов беспокойного сна.

- Почему у тебя такой срач?

- Иди нахуй, - не открывая глаз, прохрипел я.

По заведенной привычке, Гоблин приперся с утра и без приглашения.

- И тебе доброе утро, - хохотнул мой новый приятель, прихлебывая чай. И клянусь Темными Богами Холодного Севера – пил он громче лося на водопое.

- Сто лет назад Александр Белл изобрел телефон. Приличные люди звонят перед тем, как придти. И спрашивают, удобно ли это хозяину дома. Понимаешь, к чему я клоню, ебучий ты неандерталец?

- Ты не хозяин, - спокойно ответил Гоблин. – Ты живешь здесь по доверенности. Ты вообще живешь по доверенности, бесправное ты существо.

- А если бы я был не один? – не унимался я.

- Ты явно переоцениваешь себя, - возмутился Гоблин. – Кто тебе даст, с таким – то еблом? Если только ты возьмешь себя в руки.

Я открыл глаза как раз в тот момент, как Гоблин сделал в воздухе характерное движение кулаком, наглядно демонстрируя, что он имел в виду под словосочетанием «взять себя в руки».

- Хотя… если ты будешь угрожать жертве ножом. Или шантажировать ее – у тебя есть все шансы.

- Есть проститутки, - недовольно пробурчал я, садясь на диване. Босые ноги шлепнули по грязному полу.

- Есть, - кивнул Головой Гоблин. – Но в твоем случае это тоже антивариант.

- Такой ты мудила, - сонно пробормотал я, сев на диване и протирая глаза. – Чего приперся?

- Известно чего, - Гоблин посмотрел в полупустую кружку. – Пора ехать на работу. И почему в твоем доме не чай, а какая – то хуета? Как только ты сам пьешь эти вторяки?

- Ты сам привозил продукты, - напомнил ему я. – Что привез – то и пью. Не нравится – не пей.

Гоблин торопливо сделал глоток, допивая чай.

- Ладно. Собирайся.

- Такое ощущение, будто я не наемный убийца, а офисный клерк. Работаешь от рассвета до заката, работаешь…

- Кстати да.

Гоблин бросил на столик рядом с диваном плотный конверт:

- Благодарность от босса. За наркоторговцев и Малого.

Я радостно потер руки. Сон резко испарился. Ничто так не бодрит с утра, как деньги. Жадно схватив конверт, я открыл его, посмотрел внутрь:

- Годно, - одобрительно подытожил я. – Хотя я думал…

- Думать – это не твое, - резко и зло оборвал меня Гоблин. – Кабы в твоей голове было хоть некое подобие мозга – ты бы не связался с долбоебами, которые подвели тебя под ПэЖэ. А все потому, что между ушей у тебя не мозг, а ганглий. Нервный узел, как у тараканов, отвечающий за примитивные инстинкты…

Дослушивать проповедь я не стал. Встал с дивана и пошлепал в ванную. И единственное, что я смог разобрать – так это заглушаемые шумом воды слова:

- … Думал он, блять. Мрак! Ужас! Кошмар!

***

- Куйбышев, он же Хонда. Тысяча девятьсот девяносто пятого года рождения. В две тысячи шестнадцатом попал в поле зрения полиции. Сел. Мотал срок вместе с Малым в колонии строгого режима номер двадцать пять, более известной как четвертак, долгих восемь лет за непреднамеренное убийство. Откинулся по отбытию срока. В тюрьме прослыл злостным нарушителем режима. Живет на Буревестника Революции двадцать пять, числится начальником службы безопасности в сети заправок Алексея Большакова, также известного как Леша Большой. Слывет великим добродетелем. В частности – взял шефство над детским домом, в котором вырос. Катается черной «Камри». Да что у них за тяга такая к черным «Тойотам» - то? А, ладно. Продолжим. Летом пересаживается на японский байк, за что и получил прозвище.

Не успели мы сесть в машину, как Гоблин уже начал диктовать вводные по новой цели.

- Ты вообще спишь хоть когда–нибудь? – поинтересовался я. – Когда ты успел столько нарыть?

- Эдисон спал два часа в сутки. Тесла – два часа пятнадцать минут. И это, - тут Гоблин наставительно поднял указательный палец, - это были великие люди. А ты так всю жизнь проспишь, ебаный ты сурок.

Филин колесил по центру города, пытаясь проехать к Площади Буревестника Революции. Народу на дороге было много, водить умели далеко не все, отчего на шестиполосном шоссе то и дело появлялись пробки. На улице стояла жара, окна машин были открыты, водители сигналили и переругивались.

- Ебаные мосты, - выругался Гоблин. – Вот какого хуя всех несет в верхнюю часть города? Там что, деньги сегодня раздают? Вот пидор! Ебашь его, Филин.

Последнее высказывание относилось к водиле на черной «Мазде», который пытался подрезать Филина, и пролезть на освободившееся место. Прямо перед нами. Филин на эти манипуляции не обращал ровным счетом никакого внимания и водятела не пропускал. Впрочем, совет Гоблина он также проигнорировал.

Пробку на мосту мы отстояли под ругательства Гоблина. Тот покрывал чернейшей бранью всех, кто купил права, кто насосал права, и прочих индивидов, которые, по мнению Гоблина, входили в пресловутые 95%. Информацию я улавливал скорее тезисно, ибо то и дело проваливался в сон. Единственное что я усвоил, так это то, что виновников ДТП, по мнению моего товарища, стоило расстреливать на месте без суда и следствия специальной командой. Впрочем, я в дискуссию с ним не вступал, а Филин, судя по его невозмутимой роже, давно к словоблудию Гоблина привык. Посему, ругаться Гоблину быстро надоело. Он включил магнитолу и в верхнюю часть города мы въехали под бессмертную песню FPG «Хана», которая орала из динамиков так, что у меня аж уши закладывало.

Улица Буревестник Революции начиналась от площади с одноименным названием и шла аж до Проспекта имени Белинского. Длинная улица, застроенная элитным жильем для обеспеченных людей. Чтоб купить тут квартирку размерами чуть больше СИЗО, мне пришлось бы продать почку.

Во двор Филин сворачивать не стал, высадив нас у станции метро в полукилометре от нужного адреса. Остальной путь мы с Гоблином, как видится, протопали пешком.

Тяга к максимальной безопасности была оправдана. Палить тачку, на которой мы позже поедем убивать Хонду, возможно даже в этом самом дворе – верх глупости. Так же, как и во дворе нам лучше не отсвечивать. Спалит какая-нибудь бдительная бабка – и пиши, пропало. Заскочив в ближайший магазин и купив пару бейсболок, мы вошли во двор.

Двадцать пятый дом, расположенный в исторической части города, был одним из четырех братьев – близнецов. Однотипных домов, выстроившихся в ряд вдоль дороги. С другой стороны двор нужного нам дома упирался в Дом Лингвиста – пятиэтажку таких охуительных размеров, что тянулась она целый квартал.

Припекало солнце, на лавочках двора сидели, что – то оживленно обсуждая, пенсионерки, на детской площадке играли детишки. Чуть в отдалении, у песочницы сидели две молодых мамы с колясками, укачивая малышей. Обычный двор. А вот ни машины ни мотоцикла у подъезда не было.

- Клиент отбыл на работу, - подытожил Гоблин.

- А поехать сразу на работу был не вариант? – накинулся я на него.

- Ты что, дурной? - голос Гоблина прозвучал скорее утвердительно, нежели вопросительно. – Он начальник охраны сети заправок. Хер знает, куда его понесло с утра. Подождем здесь.

В целях конспирации,из двора решено было свалить. Въезд во двор все равно был один – через Тихий переулок. Так мы околачивались вокруг проулка почти весь день.

Сперва, мы устроились в сквере Изобретателей, где Гоблин купил карты в ларьке и предложил сыграть в козла «на интерес». Играл этот жулик знатно, и к трем часам дня в моих карманах даже мелочи не звенело. Потом мы бесцельно шатались по округе. Солнце близилось к закату, наш клиент все не появлялся, и к вечеру эта слежка мне успела так изрядно настопиздеть, что я готов был пешком отправиться по городу в поисках этого несчастного Хонды, чтобы застрелить того на месте.

Удача улыбнулась нам, когда мы сидели на летней террасе сетевой забегаловки, в который по счету раз за день решив перекусить. Я поедал бургер, запивая его чаем, когда в Тихий переулок свернул спортбайк. Заметивший этот маневр Гоблин напрягся и ткнул меня кулаком в бок, отчего я едва не пролил горячий чай себе на штаны.

- Скорее всего, наш клиент прибыл, - сообщил он, торопливо дожевывая кусок курицы и бросая кость в картонное ведерко. – Погнали.

Байк затормозил у двадцать пятого дома. Управлял им невысокий коренастый крепыш в черной куртке со спортивной сумкой через плечо.

"Цель опознана».

“Специализация “Ищейка” улучшен”.

Поставив мотоцикл, Хонда вразвалочку направился к подъезду, по пути перебросившись парой слов с сидевшими на лавочке пенсионерками. Те прервали свое обсуждение, и наперебой что-то живо стали рассказывать Хонде. Мужчина остановился, внимательно слушая женщин, кивая и что – то говоря в ответ. Пенсионерки заулыбались. И в этот момент, даже, несмотря на опознание цели системой, я засомневался: а наш ли это клиент? Уж очень он не походил на бандита, оттрубившего «за забором» восемь лет. Да еще за убийство. Но Гоблина было не провести:

- Ты смотри, как маскируется под добренького. Вот хитрый хуй!

- Что дальше делаем? – спросил я у него. – Валим здесь, при целой толпе свидетелей?

- Гоблин удивленно посмотрел на меня:

- Нет, сегодня ты меня поражаешь? Здесь? Сейчас? Совсем теремок на солнце перегрелся? Тут же дети.

- Тогда..

- Проследим несколько дней, - оборвал меня Гоблин. – Любой человек живет по распорядку. Ну, или некому подобию распорядка. Ест, спит, дрочит – все примерно в одно и то же время. Выясним распорядок этого животного – и убьем его в удобном для нас месте. А сейчас – по домам.

***

- По распорядку, говоришь? – хитро прищурившись, спросил я Гоблина.

На дворе стоял четвертый день слежки за нашей жертвой. Мы сидели на террасе летнего кафе неподалеку от порядком заебавшего нас дома на Восстании, и пытались подытожить результаты нашей слежки.

Эти четыре дня показали, что Гоблин был в корне неправ. Единственное, что Хонда делал по распорядку – это выезжал с утра из дома. Домой он мог вернуться как в два часа дня, так и глубоко за полночь. Заправки, которые были в ведении начальника охраны, тоже были разные изо дня в день. Еще цель посещала фитнес - центр на Буревестника Революции. Но время посещения тоже было случайным, известным одному только Хонде.

Гоблин лишь пожал плечами, поедая курицу и запивая ее холодным пивом:

- Валить где будем? – спросил он с набитым ртом.

- Во дворе с утра, где же еще.

- Продолжай, - мигом заинтересовался моим планом Гоблин.

- Рядом с подъездом есть вход в каморку дворников, - начал излагать я план, придуманный мной на ходу три минуты назад. – В этой каморке раньше был бак домового мусоропровода. Когда мусоропровод заварили, помещение, скорее всего, приспособили для хранения хозяйственного инвентаря. Метел, граблей, лопат и прочей поебени. Амбарный замок, который дверь запирает, хлипкий, пальцем открыть можно. Я спрячусь там, дождусь, пока цель выйдет, и завалю его со спины. Надеюсь, рации ты еще не выкинул?

Гоблин чуть замешкался, а потом на его лице проступило нечто вроде понимания:

- Я останусь во дворе, по рации скажу, когда тот выйдет, и свалю.

- Именно.

Я с важным видом кивнул головой.

- А план хорош, - задумчиво протянул Гоблин. – Все-таки иногда в твоем чугунке кроме ветра зарождаются дельные мысли. Все. Пора по домам.

Дорога была пуста, и Филин быстро довез меня до ставшего мне родным двора. Всю дорогу мы молчали, погруженные в свои мысли. О чем думал Гоблин мне неведомо, а вот я был всецело поглощен обдумыванием завтрашнего убийства.

Отчего – то мне вспомнился один момент из слежки. Когда Хонда чуточку изменил свой хаотичный маршрут…

- Ну и где его черти носят?

Гоблин нетерпеливо ерзал на сиденье, уставившись на дверь подъезда. На часах было восемь утра, а Хонда все еще не торопился выходить из дома. Гоблин нервничал, курил одну сигарету за другой, и крыл жертву таким отборным матом, что даже Филин после часа ожидания попросил его заткнуться. Гоблин замолчал, но вместо ругательств начал ерзать на сидение и горестно вздыхать.

Хонда вышел из дома, когда на часах уже было девять утра. Хлопнула подъездная дверь, наш новый знакомый не спеша пересек двор. Пискнула сигнализация, и Хонда уселся в машину.

- С какого хуя? – удивленно спросил Гоблин, заметив этот маневр.

- У нас спрашиваешь? – не понял я.

- Вопрос был риторический. Просто не люблю, когда что-то меняется.

«Камри» выехала со двора и поехала по Белинского в сторону центра.

- И куда его хер понес? – удивленно спросил Гоблин. – Все чудесатее и чудесатее.

Тот самый хер, обозначенный Гоблином, принес Хонду, а заодно с ним и нас, к торговому центру «Квадрат», в котором Хонда проторчал час. Вышел он оттуда с огромными, доверху забитыми пакетами.

- На пикник что ли собрался? Что за хуйня сегодня творится?

- Да тихо ты, - осадил я Гоблина. – Скоро все узнаем.

Хонда, и правда, поехал к выезду из города.

- Ох, и повезло, - Гоблин довольно потер руки. – Есть шанс, что он уедет в лес – и хуй оттуда вернется. Вечером вывезли мальчика в лес. Бизнес остался, а мальчик исчез. Ух, и повезло.

Но мечтам Гоблина, как водится, сбыться было не суждено. Вместо леса, Хонда приехал к серому ветхому трехэтажному зданию, обнесенному ржавым забором на окраине проспекта Ильича. Старый охранник распахнул заскрипевшие ржавые ворота – и машина въехала на территорию.

- Что это? Детский сад? – протянул я, рассматривая территорию, которая едва просматривалась сквозь ряд старых деревьев, растущих у забора

Старая детская площадка: обнесенная деревянным с облупившейся краской коробом песочница, в которой играли дети, покосившиеся деревянные машинки, выцветшая беседка.

- Дом – интернат номер два, - мрачно ответил Гоблин. – Хонда здесь вырос.

Хонда тем временем вылез из машины и, вытащив из багажника пакеты, пошел к входу. Завидев его, дети, радостно гомоня, бросились навстречу. Окружили Хонду, что-то весело ему рассказывая. Хонда остановился, слушая детей и что-то с ним обсуждая…

Эта картина счастливых детей, их радостные улыбки при виде бандита, искреннее веселье, что он приехал, стояла у меня перед глазами. Нет, я не сомневался, что Хонду необходимо убить. Не было ни угрызений совести, ни вопросов как, что и почему. Система блокировала все сомнения. Но все-таки…

Ворочаясь в кровати без сна в тот вечер, я так и не понял, почему Хонда ездил в тот детский дом. Возможно, в нем и осталось что-то от человека. А возможно, он чувствовал, что кармический пиздюль за его дела уже запущен, и теперь пытался сделать как можно больше хороших поступков.

- Приехали, - голос Гоблина вырвал меня из воспоминаний.

Я кивнул, и молча вышел из машины.

- Завтра утром ты должен быть бодр, свеж и весел, - напомнил мне напарник. – Если мы все проебем…

Он не договорил, погрозив мне пальцем.

Я вновь кивнул, хлопнул дверью и пошел к подъезду.

Глава 9. Расстрел

Выспаться мне так и не удалось. Я долго ворочался в кровати и лишь ближе к утру смог урвать пару часов сна. Подремать удалось и в машине, пока Филин не высадил нас в Тихом переулке, припарковавшись в неприметном дворике. Квартал мы в молчании прошли пешком.

Двор был пуст. Дворники обычно убирали территорию часов в пять, а собачники еще не вышли на утреннюю прогулку. Рабочие, которых еще не разбудил будильник, дремали, досыпая, просидевшие всю ночь в интернете школьники и студенты. Во дворе лишь насвистывали, спрятавшись в листве деревьев, утренние птицы.

Каморку и вправду вскрыть было несложно. Мне даже не пришлось вскрывать замок. Достаточно было лишь вырвать хлипкую петлю. Я забрался внутрь и прикрыл дверь, оставшись в полумраке.

В каморке пахло плесенью и грязной одеждой. В углу стоял ворох метел, лопат и прочего сельскохозяйственного инструмента, который использовали дворники. На вбитых в стену крючках висели грязно - оранжевые жилеты с названием управляющей компании, которая обслуживала дом. Один из таких жилетов, с наполовину оторванными карманами, грязный и истрепанный, который, по-видимому, никогда не стирали, я нацепил на себя. Чтобы люди, если таковые с утра окажутся во дворе или на балконах в зоне видимости подъезда, запомнили парня в оранжевой робе дворника. Или слесаря. А больше они не запомнят ничего. В едва державшемся кармане робы я нашел грязный ком. Нитяные рабочие перчатки, на которых было больше дыр, чем материи. Я надел их, потер ладони, чтобы вековая грязь хоть чуточку осыпалась. Перчатки я одел не потому, что боялся оставить на пистолете отпечатки. Вовсе нет. Я не хотел оставить на руках пороховых ожогов. И перчатки должны были меня от них защитить. Достал из кармана пистолет, взвел его, приводя в боевое положение, и уселся на стоявший в центре каморки колченогий стул. Положил на колени пистолет и принялся терпеливо ждать.

- Он вышел, - сквозь треск помех прохрипел из рации голос Гоблина.

Пора

Я встал, на ходу натягивая на лицо полумаску, открыл дверь каморки и вышел во двор.

Хонда стоял боком к выходу из каморки в трех метрах от меня. Он остановился у мусорного бака, открывая крышку. И возможно все бы прошло более гладко, но…

Дверь, так нагло вскрытая мной полчаса назад, мерзко скрипнула. И мне показалось, что этот звук разлетелся по двору как удар грома. Хонда обернулся на звук, занеся мешок с мусором над открытым баком.

В его глазах не было страха. Скорее всего, он понимал на кого работает и что рано или поздно кто-нибудь придет и ебнет его. Скорее, было удивление от столь наглого хода убийцы. Мешок упал на асфальт, и Хонда потянулся за пояс. Где, по-видимому, был пистолет.

Проверять я не хотел, и в следующую секунду во дворе загремели выстрелы.

Первая пуля ушла вверх, пробив плечо Хонды и развернув цель. Остальные пули легли в правый бок.

Время словно замедлилось. Вот Хонда как-то нелепо взмахнул руками и начал заваливаться на асфальт. Прямо на пешеходную дорожку.

Бах! Бах! Бах!

Кто-то истошно завизжал. А потом завыла сирена скорой помощи, которая, по хуевому стечению обстоятельств, стояла у соседнего дома. Видимо, она подъехала, пока я сидел в засаде.

- Гоблин! Сука, - процедил я, бросаясь вперед, в один прыжок, оказавшись рядом с жертвой. Хонда был еще жив. Он что-то бормотал, на губах пузырями лопалась кровавая пена. Он лежал на асфальте, под ним быстро растекалась огромная красная лужа. Стараясь не наступить в кровь, я подошел в упор, навел пистолет, чтобы сделать контрольный выстрел. Но пистолет лишь сухо щелкнул. Затвор заклинило в крайнем заднем положении. Я выпустил весь магазин, и теперь добивать цель было нечем.

«Внимание! Вы совершили преступление на глазах у свидетелей. Уровень розыска повышен. Текущий уровень розыска: два. Покиньте зону совершения преступления, чтобы снизить уровень розыска».

Оповещения о выполнении задания не было…

Я бросился бежать, оттолкнув с дороги стоявшего на моем пути собачника, который решил выгулять с утра своего четвероногого питомца. Он отлетел в сторону, упав на асфальт. А я уже заворачивал за угол дома, переходя на быстрый шаг и на ходу сдирая перчатки и жилетку, и пряча пистолет в карман толстовки.

Филин подхватил меня уже на дороге. Очевидно, Гоблин успел предупредить его о том, что события могут пойти не по плану. А может быть, молчаливый водитель услышал выстрелы. Я плюхнулся на заднее сиденье, на ходу снимая с себя одежду, в которой был и, вытаскивая из пакета заранее припасенные запасные шмотки. Гоблина в машине не было. По общей договоренности, он должен был уйти с места преступления своим ходом.

« Вы покинули зону совершения преступления. Уровень розыска снижен. Текущий уровень розыска: ноль»

“Способность Плут - Ловкач” улучшена.

А что там с квестом?

Только сейчас я понял, что табличка «Выполнено» так и не появилась. Хонда был жив. Интерфейс висел перед глазами, но на папке с уголовным делом Хонды не стоял штамп «ликвидирован». Квест не был выполнен. Что за хуйня?

По встречной полосе уже летели, истошно воя сиренами, полицейские машины, заворачивающие во двор на Восстания. Туда, где несколько минут назад я пытался убить Хонду.

- Тормози Филин! - крикнул я, пытаясь обуть новые кроссовки. – Разворачивайся! Едем обратно!

Филин послушно ударил по тормозам, отчего я резко дернулся вперед, ударившись о подголовник водительского кресла. Сзади раздался визг тормозов и истошное гудение автомобиля, который едва в нас не въехал. Сам Филин обернулся, и вопросительно уставился на меня.

- Хонда по ходу не помер.

Филин резко развернулся. Двойная сплошная, которую он пересек, абсолютно его не смутила.

Раздался вой полицейских сирен, и Филин прижался к обочине, пропуская несколько несущихся по трассе полицейских машин.

Со стороны Тихого переулка же выезжала, включив мигалки, "скорая помощь".

- Вот он!

Я указал в сторону «Газели» с красным крестом на боку. Филин послушно перестроился, направившись вслед за «Скорой». Я же лихорадочно пытался придумать, как же теперь добраться до живучего, как таракан, Хонды. И впервые я пожалел, что рядом нет Гоблина. Потому что именно он планировал все акции. И теперь мне в голову не приходило абсолютно ничего.

«Выполнено».

Внезапно появившийся интерфейс и печать на деле с Хондой подтвердили то, что задание выполнено. Видимо, Хонда все – таки помер в машине, несмотря на все старания врачей.

«Навык «Стрелок» улучшен»

- Да еб твою мать! – я с облегчением откинулся на спинку сиденья. – Валим, Филин, дело сделано.

Меня била сильная дрожь. И страх был отнюдь не потому, что несколько минут назад я бежал, едва не попавшись в руки полиции. Трясло меня потому, что наш продуманный план едва не полетел в ебеня, ведь добивать Хонду в больнице было бы куда сложнее. Страх медленно уходил, уступая место какой-то пустоте и равнодушию. Тело сковывала нечеловеческая усталость...

Машину подрезала черная «Газель». Дверь открылась, и моему взору предстал штурмовой отряд СОБРа во всеоружии, быстро выгружающийся из машины.

- Руки в гору! Из машины, блядь! Живо!

Нашу «бричку» окружили люди в черном камуфляже. На лицах – вязаные маски – балаклавы. Бежать было некуда.

Кто-то рванул ручку двери, вытаскивая меня и укладывая мордой на асфальт. Тяжелый «берц» пару раз ткнул в ребра, отчего я скорчился на асфальте. Заведенные за спину руки крепко стянул нейлоновый шнур.

- Чисто! – крикнул кто-то.

Меня схватили и потащили к черной «Газели».

«Пиздец. Приплыли», - отчего – то подумалось мне за те недолгие секунды, пока меня не втолкнули в черное нутро машины, а за мной не захлопнулась дверь.

***

Чья – то рука толкнула меня в плечо. Я вздрогнул и сонный морок развеялся.

Машина стояла на поляне, заросшей по краям густым кустарником и редкими деревьями. Сквозь густую листву далеко впереди проглядывалась голубая лента реки и мост, соединяющий две части города. Там, на другом берегу реки, на высоком холме виднелись красные кирпичные стены кремля.

Гоблин уже сидел, шевеля суковатой веткой костерок, разведенный в центре поляны. Костер чадил, вверх поднимался столб черного дыма.

- Как все прошло? – спросил он, едва я вышел из машины.

- Н-н-н-нормально, - прохрипел я. Во рту было сухо, очень хотелось пить.

Гоблин кивнул:

- Филин, номера.

Молчаливый шофер кивнул и, доставая из багажника набор ключей и две планки.

- Те, с которыми мы ездили, я скрутил ночью на Северо – Западе, - пояснил мне Гоблин. – Не хватало еще засветить номера. Теперь если номера и спалили – хуй они куда приведут.

Хорошая идея. Иногда мне казалось, что Гоблин всегда предусматривает каждую мелочь.

Я, молча, достал из машины пакет с вещами и направился к кострищу, на ходу вытаскивая шмотье и выбрасывая ее в огонь. Робкие язычки лизнули синтетическую ткань.

Сквозь густые кусты виднелась едва заметная, поросшая травой тропинка, круто спускающаяся к плитам бетонки. Осторожно ступая, чтобы кубарем не улететь по склону, я прошел к скользким замшелым плитам бетонки, сел на самом краю, глядя на блестящую водную гладь. Потом осмотрелся.

По длинному мосту ехали ряды машин, казавшиеся отсюда маленькими точками. На далеком песчаном пляже загорали люди. На том берегу косил траву на холме у кремля маленький, как муравей, косарь в оранжевой жилетке. Порывы ветра доносил до меня визг работающего триммера.

Я достал из кармана разряженный пистолет. Повертел его в руках. Стоило бы от него избавиться. Лучи солнца тускло блеснули на черном вороненом стволе. А дальше все произошло так быстро, что я сам охуел. Быстрыми заученными движениями, словно на автомате я вытащил магазин, плавно спустил курок с боевого взвода, отделил от рамки затвор, разобрал рукоять, вытащил боевую пружину… меньше чем за минуту, на плите у моих ног лежало два десятка деталей. Зачем я его разобрал? Хер его знает. Я взял одну из частей и, широко размахнувшись, бросил ее в воду. Бульк! Гладь реки поглотила деталь, только круги по воде пошли. А потом в реку полетело и остальное.

На склоне затрещали сухие ветки. Зашелестели кусты, в воду со свистом полетели пластинки номеров. А потом со склона раздался недовольный голос:

- Хули сидеть, на воду пялиться? Поехали отсюда.

На черном пятне кострища тлел ворох прогоревшего тряпья. Гоблин в последний раз пошевелил его палкой. Остатки одежды вспыхнули, переливаясь разноцветными язычками пламени. Поток теплого воздуха поднял вверх поток красной тлеющей сажи, унося угасающие угольки в сторону.

- Пора сваливать, - Гоблин отбросил обгоревшую палку, заливая остатки костра водой из пятилитровой бутыли.

Я в последний раз взглянул на мокрое черное кострище и пошел к машине.

Глава 10. Синдикат

"Знаешь ли... миром правят не законы, которые на бумаге.

Миром правят люди. Одни следуют законам, другие - нет"

Мартин Аратои. "Аржо. Новобранец".

- Сегодня утром у своего дома был убит Алексей Куйбышев. Убийца поджидал его у подъезда и открыл огонь, когда Алексей остановился у мусорного бака, чтобы выбросить мусор.

Кадры сменились, показывая знакомый двор и лужу крови у мусорного бака.

- Алексей скончался от полученных ран в машине скорой помощи. Убитый работал начальником службы безопасности сети заправок «Русойл». Убийце удалось скрыться с места преступления. В городе объявлен план - перехват.

Далее шло описание немногочисленных очевидцев.

Я зевнул и щелкнул пультом, выключив телевизор. Это крутили сегодня по региональным новостям весь день. За это время это событие успело мне изрядно надоесть.

Хонда работал на Большакова. Кто такой этот Большаков? Зачем ему работать с бандитом Хондой? Посмотрим, что есть про Алешу в Этих Ваших Интернетах.

Я включил ноутбук, подсоединил USB модем. Симку для него я купил на площади у вокзала. Ну, как купил… Пустые симки раздавала бесплатно девочка – промоутер. Денег на ней не было, но и регистрировать ее на свое имя было не нужно. Положи на сим – карту денег, меняй тариф – и пользуйся на здоровье. Модем и ноут «немного б/у», как выразился продавец, я купил там же в ларьке. Про «немного б/у» я бы поспорил. Ноутбук был разьебан в щепки, включался через раз и вообще выглядел так, словно его переехал каток. Но ушлый барыга уверял меня, что эта модель еще меня переживет. А вот это было уже отдаленно похоже на правду. С моим – то образом жизни.

Информации было мало, да и была она крайне скудной. Родился в тысяча девятьсот восемьдесят девятом в нашем славном городе, поступил в Академию Лобачевского. Правда, доучиться ему не довелось. В две тысячи пятом году Алешка получил срок за вымогательство и ближайшие пять лет провел на полном государственном обеспечении. Вышел по отбытию срока. В две тысячи одиннадцатом вновь попал в поле зрения правоохранительных органов. И опять по нескольким эпизодам, связанным с вымогательством. И вот об этих эпизодах я был наслышан.

В конце нулевых пришла эра оптоволоконного интернета. И буквально за несколько лет, крыши городских многоэтажек обросли сетью кабелей, уходящих от крыши к крыше. С этими кабелями в дома пришел и широкополосный интернет.

Многие интернет – провайдеры для таких работ нанимали подрядные фирмы. Фирмы часто были однодневными, работников и подрядные бригады по документам не проводили, укрываясь, таким образом, от налогов. И, как следствие, старались этих работников на деньги «кинуть». Долги подрядчиков росли, терпение у людей, которые стремились забрать свои деньги, было не безграничным, и тут на сцене появлялся Большаков. За некий процент от суммы, он и его друзья выбивали из подрядчиков долг. А когда подрядчики пытались залупаться, мол права не имеете, Большой сотоварищи быстро напоминали, что фирмы налогов не платят. Следовательно, он, Большаков, и директор фирмы, в соседних камерах сидеть будут. После таких аргументов, сопровождаемых угрозами расправы, деньги, которых якобы не было, находились в течение суток. Так и жил Большой, не зная проблем, до поры до времени. Пока сдуру не пришел требовать долг в одну конторку родом с дальнего севера. Однако с этой компании у него вышел облом, и Алешка сел во второй раз. Дальше его след на криминальном поприще терялся.

Я устало вышел на балкон, усевшись на стул и уставившись в вечернее небо. На город опускались сумерки. В окнах стоящих вокруг многоэтажек, зажигалось множество огней. Сейчас, в этих уютных квартирах кто-то пришёл с работы уставший и счастливый сидит на диване перед телевизором, кто-то ужинает в кругу семьи, кто-то ссорится, кто-то мирится. Кто-то пьет, или собирается спать. Думает о том, как бы дотянуть до зарплаты. Как заеб мудак - начальник. Как и куда вырваться в отпуск. Все эти люди так заебаны своими проблемами, что им абсолютно похуй, кто живет по соседству. Особо опасный преступник, объявленный в федеральный розыск, наркоторговец, серийный убийца. Они абсолютно перестали обращать внимание на людей вокруг. Только кажется, что в городе ты всех на виду. На самом деле, всё с точностью до наоборот: в каменных джунглях, среди многоэтажных домов, затеряться проще простого

“Хонда говорил - я делал. Эти люди перешли дорогу боссу Хонды. Поджог машин был как предупреждение” - Всплыли у меня в голове слова ныне покойного Малого. И от этого воспоминания, меня прошиб холодный пот, Я бросился с балкона в квартиру и снова прильнул к экрану ноутбука. Что там по поджогам?

Я открыл новую вкладку с поисковиком. И зверь - машина, которая, по словам барыги, “еще меня должна пережить”, зависла. И долгую минуту, мне пришлось любоваться надписью “браузер не отвечает” и колечком загрузки.

- Чтоб тебя ебли, а мне деньги платили! - выругался я, ударив кулаком по столу. Ругательство было адресовано барыге, который впарил мне этот кусок говна, но ноут, очевидно приняв угрозу на свой счет, моментально отвис, прогрузив все десять вкладок, которые я успел открыть, истерично тыкая мышкой в попытке открыть новую вкладку.

- Да ебаный ты по голове!

Я матерился, быстро стараясь закрыть открытые вкладки, пока от их переизбытка сверхскоростная машина не повисла снова. Или, не дай боги, не взорвалась. Ага, вот. Можно искать.

Ближайший поджог машин был 5 лет назад. BMW 5 серии сгорел прямо на стоянке торгового центра, прямо под камерой. И при всём при этом Малой не сел? Вторую машину подожгли с куда меньшим размахом. Машина сгорела ночью во дворе частного дома. Ладно, посмотрим, что общего у терпил.

Общий знаменатель вывелся сразу: оба потерпевших были владельцами строительных фирм, которые участвовали в тендере за старые элеваторы мукомольного завода. Точнее, за кусок земли в верхней части города с видом на реку. Прекрасное место, чтобы построить новый микрорайон. Оба предпринимателя сняли заявку с тендера после того, как их машины сгорели. Заявление о поджоге подавать, естественно, никто не стал. И по итогу, мукомолка досталась строительной компании, которая… тада-а-а-ам!! Была зарегистрирована за полгода до начала торгов за лакомый участок.

“Способность “Дознаватель” улучшена. Открыт навык “Аналитика”. Пассивный. Получено задание: “Один из шести”. Вы выяснили кто один из шести боссов Синдиката. Алексей Большаков. Уничтожьте бандита

Дополнительные задания:

Никто из гражданских не должен пострадать;

Медицина тут бессильна: Большаков должен умереть моментально, либо в течение двух минут после нанесения ранений;

Казнь: убийство должно произойти при свидетелях;

Почерк. У каждого линчевателя есть свой почерк: игральные карты, карты Таро, стрелы. Оставьте свой след на месте убийства.

Вот это на тебе, блять, заява! Преступления с моим участием и так на грани фола, а здесь ещё след оставь. Ладно. Разберемся с этим позже. Интерфейс уже создал папку с личным делом Большакова и штампом “приговорен”. Отлично! Первый есть, осталось пять. Теперь со спокойной совестью, можно ложиться спать.

Меня разбудил солнечный свет, проникающий в комнату через открытое окно. Свет пробивался сквозь плотно сжатые веки, вытаскивая меня из темного омута глубокого сна. Я сильно зажмурился, затем открыл глаза и… едва не вскочил от неожиданности на кровати. Сказать, что я охуел это не сказать ничего.

Напротив кровати в кресле сидел Гоблин. В этот раз он пробрался в квартиру абсолютно бесшумно, и теперь развалился в кресле, попивая чай и наблюдая, как я сплю. Заметив мою реакцию, он улыбнулся своей фирменной улыбкой уха до уха:

- Хватит торчать дома. Сидишь, блять, в четырёх стенах. Так вся жизнь пройдёт.

- Может быть, потому что в федеральном розыске? - резонно ответил я, сев на кровати и помотав головой, отгоняя остатки сна. - За каким хуем приперся?

- Нужно думать, что делать дальше - пожал плечами Гоблин, отставив кружку с недопитым чаем на стол. - И как искать Синдикат.

- Допустим, одного я вчера вычислил, - не без гордости заявил я

Гоблин, удивленно подняв брови, уставился на меня.

- Заинтриговал. Жду подробностей.

Я в двух словах пересказал Гоблину результат вчерашнего мозгового штурма

- Ведь всё-таки у тебя есть что-то в теремке, - Гоблин постучал себя пальцем по лбу. - И хотя половину из этого тебе предоставил этот твой интерфейс, результат приятно меня радует.

- Чем же? - спросил я, зевая и вставая с дивана.

- Наличием некоего количество серого вещества в твоей башке. Я думал, там совсем пусто.

- С чего ты сделал такие выводы?

- Потому что читал все твои все, что нарыли про тебя нужные люди. Адекватный человек ни в жизнь не стал бы связываться с подобными долбоебами!

Спорить я не стал. Гоблин в чём ты был прав. Умный человек никогда бы не связался с откровенными отморозками.

-Итак, первый лидер известен, - Гоблин забарабанил пальцами по столу. - Не кажется ли тебе что это всё очень просто?

Я лишь пожал плечами:

- Стоит решать проблемы по мере их поступления. Уберем этого дядю, а дальше решим, что и как.

- Твоя правда, - согласился Гоблин. - Поехали, прокатимся. Посмотрим, где обитает Лёша Большой

***

- Охуенно, - резюмировал я.

Адрес Лёши Большого я вытащил из этих ваших интернетов. И уже когда я смотрел адрес, в моей голове шевельнулась мысль: что-то тут не так. Но спросонья, я абсолютно не придал этому никакого значения. И только когда мы проехали по грунтовой дороге, с растущим по обочине густым кустарником редколесьем, я понял, в такой блудняк мы вписались.

Съезд с проспекта Героев выводил к старой промзоне на берегу реки. Еще на заре времен эту промзону выкупила какая-то строительная компания. Они расчистили землю, снесли склады и собирались построить здесь эко поселок. Коттеджи, река, лес - и всё это почти в центре города. На другой стороне реки прямо из окна. Один дом построить всё-таки удалось. А вот дальше не ёбнул кризис, и фирма, быстро признав себя банкротом, благополучно съебалась. Дом был продан по бросовой цене. А участки остальные участки оказались попросту нахуй никому не нужны. Видимо, Лёша Большой выкупил или отжал остальные участки и дом. И теперь мы стояли напротив двухэтажного дома обнесенного глухим высоким забором из красного кирпича из-за которого виднелась сколько четырехскатную черепичная крыша. И конца - края этому забору было не видать. Заслышав шум подъезжающей машины, за забором хриплый залаяли собаки. А еще к дому был только один подъезд по этой ёбаной грунтовой лесной дороге.

- ЖК “Царьград”. Ломоносова дом один, - пробормотал я, разглядывая особняк. - Охуенно живут безработные. Богато.

- Твоя правда, - согласился Гоблин. - Зато, место какое удобное. Пристрелить его из кустов, когда будет выезжать - и все дела.

- Не выйдет, тира покачал я головой. - Нужно казнить этого пидораса. То есть, сделать это на глазах гражданских.

- Это кто такое сказал? - вернулся ко мне Гоблин.

- Система, - пожал плечами я.

- Да ебись ты провались! - Гоблин враз растерял всю былую веселость. - Поехали отсюда. Нехуй стоять, еблом торговать. Появится еще хозяин дома - и начнутся вопросы, какого хуя нам здесь надо. И вряд ли он поверит в то, что мы приехали грибы собирать. Потому что на грибников мы нихуя не похожи!

Филин кивнул, полностью соглашаюсь с точкой зрения Гоблина.

- Останови здесь, - Гоблин кивнул на ближайшую забегаловку, оказавшуюся на пути.

Филин послушно затормозил неподалеку от открытой летней площадки какого-то сетевого фаст-фуда.

- Пошли, пожрем. Заодно подумаем, что дальше делать будем, - буркнул Гоблин, выходя из машины. - Забейте стол. Я пока закажу что-нибудь.

С этими словами, Гоблин царственным жестом, будто показывая свои владения, обвел рукой летнюю площадку. Которая была абсолютно пуста, если не считать нескольких девочек - студенток, Сидевших за дальним от входа столиком, у входа в зал кафе. Заметив Гоблина, они о чем - то зашушукались, весело хихикая. Гоблин же не обратил на них ровным счетом никакого внимания. Просто прошел к входу и скрылся за дверью.

Мы уселись за липкий от пролитого пива, исцарапанный стол. Филин тут же скрестил руки на груди и молча, уставился сквозь стеклянную дверь на то, как Гоблин, активно жестикулируя, что - то втолковывает улыбающейся девочке, стоявшей за кассой. От этих объяснений, улыбка кассирши все больше сползала с ее милого личика. Филин от этой картины наоборот, все больше приходил в благодушное расположение. Я же осмотрел улицу.

Вдоль широкого шоссе тянулись девятиэтажные дома, Первые этажи которых занимались, пестрели вывесками магазинов. К тротуару стояли плотно припаркованные друг другу машины. На углу квартала блестела крыша автобусной остановки, на которой толпился ожидающий своих маршруток народ. К остановке одна за другой подъезжали машины общественного транспорта, забирая, высаживая людей. Это мне решительно не понравилось. Толпа людей в середине дня, что же будет с утра правильно, хуева туча народу. Плюс ещё машины, утренние зеваки…. единственное, что мне пришлось по нраву так это то, что в конце квартала был светофор, на котором можно было бы всё провернуть, если очень сильно повезет, и Большой поедет именно в эту сторону, если светофор загорится в нужное время. В общем - факторов немного иначе... Иначе пиздец.

Мимо прошли, переговариваясь, две девочки лет двадцати и мой взгляд мигом переключился с обзора окрестностей на созерцание соблазнительных форм, скрытых под обтягивающей тканью мини - юбок.

- Какие идеи? - рядом со мной на лавку шлепнулся Гоблин, поставив на стол целый поднос еды. - Да оторвись ты от баб, а то у тебя уже слюна побежала.

Я с великой неохотой оторвался от созерцания прекрасного и уставился на Гоблина:

- Видишь тот светофор на перекрестке? Вот на него вся надежда.

Гоблин уставился в ту сторону, куда я указывал.

Он достал из кармана телефон, положив его на стол и открывая карту города:

- Вот тут за кустами я видел полянку, - он ткнул пальцем в часть экрана, где на карте был светло - зеленый участок неподалеку от того самого ЖК "Царьград" - Полянка небольшая, кусты чахлые. Так что дорога просматривается как на ладони. Можно еще, конечно, залезть на дерево. Филин, ты как по деревьям лазаешь?

- Пофел нафой, - с набитым ртом промычал Филин.

- Понял. Значит, не очень. Ладно. Спрячешься на полянке. Как только Большой проедет этот участок дороги - маякнешь по рации нам. Чтобы мы были готовы выдвигаться следом.

- Мы? - удивленно переспросил я.

- Не брошу же я тебя одного, - успокоил меня Гоблин. - А теперь не перебивай меня. Просто, блять, заткнись и слушай. Мы будем ждать его здесь.

Гоблин ткнул пальцем в выезд на проспект Героев.

- Дальше нагоним его по проспекту - и завалим. Лучше всего тут. Если он поедет в эту сторону.

Палец Гоблина указал в тот самый перекресток, про который я говорил ему несколько минут назад.

- На перекрестке можно свернуть с Героев в промзону. Там территория бывшего сталелитейного завода, - неожиданно подал голос Филин. Все это время он сидел с невозмутимым видом, уплетая бургер, и с интересом следил за нашим советом.

- Хм...

Гоблин положил на поднос один из сэндвичей, который только что собирался сожрать.

- Сквозанем по промзоне. Затеряться там - нехуй делать.

- Годный план, - после секундного раздумья одобрил я.

- Еще бы. Кто тут голова? Уверен, что ты бы такое хуй придумал.

В этом я был полностью согласен с Гоблином. До сих пор, его планы, несмотря на внешнюю абсурдность, работали безупречно.

- Только для такого дела машина не решительно не годится, - продолжил размышлять вслух Голова.

- Предлагаешь бежать пешком? - тут же саркастично поддел я приятеля.

Нет, - покачал головой Гоблин. - Нужен легкий быстрый и маневренный транспорт, на котором можно будет проскочить по дворам и промзоне.

- Самокат? Или велосипед? - поинтересовался я, стараясь сделать выражение лица как можно серьёзнее.

- Мотоцикл, - неожиданно ответил Филин. - Спортбайк.

Гоблин внимательно посмотрел на меня:

- Видишь? Своим долбоебизмом, ты заебал даже нашего молчуна. До того ты тупой.

С этими словами Гоблин постучал костяшками пальцев по деревянной столешнице.

- Да, мотоцикл идеально подойдет.

Гоблин ткнул пальцем в проспект Героев в паре кварталов выше

- Здесь раньше был спуск к северным воротам завода. На территории которого сейчас промзона. За промзоной - гаражи. Самое удобное место, чтобы сквозануть от мусоров, если они появятся на горизонте.

С этими словами, Гоблин встал из-за стола:

- Все, хорош жрать. Поехали, посмотрим промзону. В какую сторону по ней лучше всего будет уебывать, в случае чего.

***

Проспект Героев - широкая улица, берущая свое начало от Торгового Центра “Москва” и упирающаяся площадь Героев. Рядом с площадью красовался недавно построенный Дворец Спорта.

При съезде с проспекта Героев в месте которое указал на карте Гоблин, вниз уходила небольшая узкая улочка с неким подобием дороги. Правда, со стороны показалось бы, что эту самую дорогу неоднократно бомбили: Филин постоянно петлял, пытаясь объехать ямы. Впрочем, удавалось это ему далеко не всегда. Иногда машину подбрасывало на ямах так, что у меня были все шансы пробить головой крышу. Или оставить в ней охуительную вмятину. Дома по бокам улочки были под стать дороге: двухэтажные деревянные постройки, возведенные, казалось, еще при царе. Серые, кособокие, просевшие под гнетом времен, с облупившейся штукатуркой, кривые в доску. Дорога упиралась в ворота, бывшие когда - то северной проходной. Точнее, теперь ворота отсутствовали. Просто дыра, зияющая в заборе из осыпающихся от старости бетонных плит.

За забором начиналась огромная промзона: Рассыпающиеся ветхие здания старых заводских цехов, переоборудованные в разнокалиберные металлоприемки, станции СТО, и прочее, без чего не может существовать ни один город. Дорога тут была ничуть не лучше той, по которой мы спускались вниз: вся разбитая, местами засыпанная битым кирпичом, чтоб скрыть глубокие ямы. В местах, где кирпича не хватило, красовались никогда не высыхающие глубокие лужи с вонючей грязной водой. Где - то на дне этих луж скрывались ловушки, в виде открытых коллекторных колодцев, вода из которых и служила источником постоянного пополнения ям. Дополняли картину красномордые опухшие от беспробудного пьянства, хмурые оборванцы стаями обитавшие рядом с приемками металла и озирающиеся по сторонам. Промзону делила пополам заросшая бурьяном ,проржавевшая узкоколейка, тянущаяся от крупной металлобазы к полуразрушенному порту, огороженному ржавым забором. За узкоколейкой виднелись крыши гаражных боксов.

Этот вид серости, разрухи и безысходности, отчего - то привел Гоблина в состояние безудержного веселья:

-Охуенно!

Он аж взвыл, и в его голосе было столько нескрываемой радости что я, было, подумал, что он вконец ебанулся:

- Чего ты так обрадовался? - спросил я, глядя, как Филин осторожно пытается объехать одну из луж, перегородившую всю дорогу. Объехать лужу не удалось, и одно из колес машины мгновенно скрылось в мутной вонючей воде. Машина забуксовала, и я, было, испугался, что придется вылезать из тачки и выталкивать ее из этого болота, под насмешки завсегдатаев, которые пялились на тонированную черную точку Филина с нескрываемым злобой. Но Филин слегка нажал на газ и благополучно преодолел водную преграду, не утопив нас в грязи.

- Здесь проще всего будет затеряться балда. Гаражи, за ними старый жилой фонд заброшенных двухэтажек. Их уже давно выселили и разграбили. Бросить там мотоцикл, сжечь шмотки, перебраться через овраг - и давай до свидания. Выскочим аккурат у станции метро "Ленинская" - а там нас заберет Филин. Идеально блять

Если мы сможем проехать здесь на мотоцикле, - саркастично ответил я. - Здесь скорее подойдет КамАЗ или трактор. Но никак не мотоцикл.

- За рулем буду я, - Гоблин гордо ткнул себя в грудь большим пальцем.

- Этого я боюсь больше всего, - едва слышно пробормотал я.

- Ты много болтаешь, - насупился Гоблин. - Я с двенадцати лет вожу мотоцикл. Со мной тебе бояться нечего.

Филин, тем временем, осторожно проехал полуразрушенный временем деревянный настил переезда - и пейзаж сменился. Вдоль узкого проезда потянулись длинные ряды гаражей, с едва различимыми номерными знаками. Какие-то гаражи были открыты. Из них слышались мелодии шансона и ругань, которые, обычно, служат началом конфликта. Как правило, такие конфликты заканчиваются крайне хуево: смертоубийством, или нанесением оппоненту тяжких телесных повреждений по принципу: ударил тем, что под руку подвернулось, а там вышло, как вышло. Возле некоторых открытых гаражей тусовались стайки гоповатого вида молодежи, лениво пьющих пиво и время от времени исподлобья зыркающих на тачку.

Такие гаражи специализируются, как правило, на скоростном разборе машин за одну ночь. Потому как с утра такие машины обычно объявляют в угон. И не находят. Поэтому, за ночь в гараже от тачки остаются только рога и копыта. Которые пилятся на части, и сдаются в местные металлоприемки. А из металлоприемок тихо вывозятся в ту же ночь. И с утра, приехавшие по адресу мусора, не найдут нихуя ни в гаражах, ни в приемках.

- Хорош, - Гоблин хлопнул Филина по плечу. - Полюбовались и хватит. Сваливаем отсюда.

Филин, молча, скосил глаза в сторону Гоблина: мол, куда едем.

- В "Вальхаллу", - ответил тот. - Солнце близится к закату, а пожрать нам так и не удалось.

***

Одним из главных отличий Вальхаллы от сотен других тематических кабаков и пабов, было ощущение абсолютного погружения в атмосферу эпохи викингов. Даже названия блюд в меню, которое принесла Валькирия, пестрели сложно произносимыми словами из мифов и легенд стран Ледяного Севера. Гоблин быстро появился перечислять официантке названия блюд, выговаривая которые можно было легко сломать язык

Я откинулся на спинку дивана, уставившись на покрытый рунами круглый щит, висевший на стене и слушая фолк - музыку.

- Как все оформим? - спросил я Гоблина, едва Валькирия, покачивая бедрами, удалилась из зала.

- Проследим за Большим пару дней. Куда он обычно мотается. Потом купим на каком-нибудь сайте не совсем уебаный мотоцикл. Проведем Большого до удобной точки и того, - Гоблин провел себе по горлу кончиком большого пальца. - Все просто. А теперь отьебись от меня. Дай пожрать спокойно.

Ели мы молча. И лишь когда большая деревянная тарелка блюда, название которого я так и не запомнил ввиду его непроизносимости, показала дно, Гоблин довольно откинулся на спинку дивана:

- Уф, - довольно пробормотал он. - Теперь, другое дело.

Стоило отдать ему должное. При своей худобе, жрал Гоблин как не в себя, обгоняя в этом процессе нас с Филином вместе взятых.

- Куда в тебя столько влезает? - спросил я, глядя на Гоблина, довольно развалившегося на диване.

- Сюда, - тот похлопал себя по животу. - Смотри, какие красавицы пришли.

Гоблин кивнул в сторону входа в зал, куда вошли две миленькие девушки, севшие за ближайший от входа стол. Рядом с ними уже суетилась Валькирия. И что - то в одной из них, показалось мне смутно знакомым.

- Где-то я одну из них уже видел, - задумчиво пробормотал я.

- Видел, - саркастически ответил Гоблин. - Ладно, погнали отсюда. Нас ждут великие дела.

Он встал с дивана, подсунул под поднос несколько купюр и направился к выходу. У выхода, он приобнял Валькирию, и махнул рукой бармену. Я же, чувствуя на спине чей - то пристальный взгляд, остановился. Обернулся. И…

Воспоминания нахлынули скопом. Ночной парк. На дорожку, прямо под ноги замершей от ужаса девушке падает сбитый мной наркоторговец. Я сижу сверху, пиздюлями пресекая отчаянные попытки сбросить меня и скрыться в темноте.

- Да проходи ты, чего встала? – грубо кричу я ей, силясь удержать вырывающегося торговца. Девочка что-то лепечет в ответ, но я не разбираю ее слов. Уж больно она напугана, обходит нас по дуге. Поминутно оборачиваясь, почти бегом бежит к выходу из сквера.

И теперь - вот она. Сидит за столиком и пристально смотрит на меня, словно силясь вспомнить, где мы могли пересечься. Как тесен мир. Ебать и в гриву и в хвост!

В голове металась одна мысль: “Она узнала меня. Точно узнала. Мне пиздец”!

В животе заворочался ледяной ком. На лбу выступил холодный липкий пот. Сердце бешено заколотилось в груди. Меня начала бить предательская дрожь. Сейчас она позвонит мусорам - и все. Мы втроем отправимся отдыхать на полное государственное обеспечение.

Резко развернувшись, опустив голову, я быстрым шагом направился нагонять товарищей.

Уже когда за мной захлопнулась тяжелая, окованная железом дверь, краем глаза через большое окно зала я заметил, как девочка о чем - то оживленно беседует с официанткой, то и дело указывая на дверь.

Опустив голову, я торопливо пересек тротуар, отчаянно стараясь быть как можно незаметнее. В этот момент проявленной мною слабости, я всеми словами костерил Систему за то, что она не дала мне более вкусных плюшек. Например, невидимости.

“ У Вас осталось одно невыполненное задание. “Серый порошок”. Найдите и убейте двух наркоторговцев, торгующих серым порошком”.

Интерфейс раскрылся, и прямо перед глазами всплыли две папки с личными делами наркоторговцев, до которых мы с Гоблином так и не добрались. Ввиду более насущных забот.

Я встал как вкопанный. Какого хуя? Сбой системы? Что, блять, творится вообще?

Интерфейс растворился, и я тут же рванул к припаркованной машине. Обернувшись, я заметил, как девочка заметила меня сквозь окно, и теперь указывает на меня рукой, что-то выспрашивая у официантки.

- Уебываем отсюда! - просипел я, едва только плюхнулся на сиденье машины.

- Схуяль такая спешка? - лениво осведомился Гоблин. Даже Филин удивленно обернулся ко мне: что, мол, стряслось?

- Видишь бабу у окна в кафе? - я кивнул головой в сторону Вальхаллы.

- Ну и? Я их еще в баре заметил. Про них же тебе говорил.

- Это та самая, что была в парке, когда мы торговца ебнули. Она нас мусорам сдала.

- Вот сука!

Гоблин со злостью посмотрел на Вальхаллу. И в его глазах я заметил разгорающийся нехороший блеск.

- Она меня узнала.

- Да ты ебнулся, друже. Как она могла рассмотреть тебя, когда на дворе была ночь, а твою мерзкую рожу ты спрятал под маской? Что за паника?

- Блять! Поехали отсюда!

Я задыхался и хрипел так, что Гоблин не стал спорить. Лишь рукой махнул:

- Поехали, Филин. Пока нашу надежду и главного исполнителя операции паралич не разбил.

Филин кивнул головой и завел машину.

***

- Почему именно этот мотоцикл? - недовольно спросил я. - Была масса других, вполне годных вариантов. А этот не первой свежести, убитый в хлам, да еще и в Хуево - Кукуево!

- Только вот многие из тех моделей были чуточку старше меня. Не хочу, чтобы средство передвижения, от которого будет зависеть моя жизнь и свобода, заглохло в самый ответственный момент.

- Именно поэтому, мы тащимся за пятьсот километров от города, - саркастически хмыкнул я.

- Ты хотел купить мотоцикл у соседа? - обернувшись ко мне, спокойно осведомился Гоблин. - Заеб ныть. Приехали почти

Я не нашелся, что ответить, поэтому просто уставился в окно.

Пейзаж серых деревень за окном машины сменялся. Кособокие почерневшие от времени, вросшие в землю, заросшие высоким бурьяном дома, многие - с заколоченными толстыми досками окнами, покосившиеся или развалившиеся деревянные заборы, дорога, сменяющаяся на глубокую колею в грязи. Иногда, такие деревеньки сменялись на более крупные, с несколькими двухэтажными домами в центре, неким подобием дороги, ям в которой было больше, чем асфальта. Зарастающие травой площади. Позеленевшие от времени памятники вождей мирового пролетариата. Один и тот же пейзаж сменялся, и если бы я время от времени не поглядывал на навигатор, открытый в телефоне, то решил бы, что Филин просто забавы ради нарезает круги по области.

Зачем Гоблин взял меня с собой, я так и не понял. Железобетонный аргумент товарища про то, что нехуй дома сидеть, мало убедил меня в том, что я должен тащиться с утра пораньше на окраину географии. И судя по тому же навигатору, ехать нам оставалось еще минут сорок.

Дорога тянулась и тянулась, казалась бесконечной. В абсолютном молчании. Даже Гоблин, обычно болтающий без умолку, сейчас насупился, и, откинувшись на спинку сиденья, слушал FPG. Впервые я видел приятеля таким. Это был не страх. Скорее… напряжение. И его настроение передавалось всем. Как интернет, раздающийся через вай-фай. Нервничал Филин, барабанивший пальцами по рулю. Занервничал и я.

При покупке мотоцикла придется засветить свое лицо. Не будешь же ты разговаривать с продавцом, напялив вязаную штурмовую маску? Нет. Значит, есть шанс того, что он внимательно тебя рассмотрит. И запомнит. А потом очень подробно опишет наряду полиции. И начнется ебля с пляской. Следаки сядут нам на хвост, придется залечь на дно…

- Приехали, - буркнул Филин, глуша двигатель. - Вон тот дом.

Он указал на деревянный дом с облупившейся выгоревшей краской и серой шиферной крышей. Дом был огорожен покосившимся деревянным забором, который вот-вот упадет, скрывшись в высоком бурьяне. Напротив калитки дома, на грязной разбитой дороге, расплылась огромная лужа.

- Пошли, поговорим с продавцом, - Гоблин вышел из машины, едва не наступив в грязь. - Филин, съебывай отсюда. До города сами доберемся.

Гоблин захлопнул дверь и направился к дому, стараясь обходить лужи и при этом не залезать на поросшую густым высоким бурьяном обочину. К серым, покосившимся воротам, вела едва протоптанная тропинка. К самим воротам было опасно притрагиваться: казалось, гнилые доски вот-вот распадутся.

- Хозяин! - крикнул Гоблин.

Где-то за забором, почуяв чужаков, залаяла собака.

- Хозяин! - вновь крикнул Гоблин.

- Кого там черти принесли? - проворчал кто-то во дворе. - Иду.

Зашаркали шаги, и спустя минуту ворота отворились. Нашему взору предстал продавец мотоцикла, неопределенного возраста мужик с красным, опухшим от беспробудного пьянства лицом.

- Чего надо? - спросил он, буравя нас маленькими злыми глазками.

Я аж отшатнулся от запаха перегара, который распространял вокруг данный субъект.

- Михаил? - вопросом на вопрос ответил Гоблин. - Вы мотоцикл продавали? Нам бы посмотреть.

Мужик серой от грязи рукой задумчиво почесал голову, взлохматил слипшиеся от грязи, давно немытые волосы. Долгую минуту он о чем - то размышлял, и наконец, на его заросшем щетиной, опухшем лице, проступило некое подобие понимание того, что спрашивал Гоблин:

- Было дело. Вон в гараже стоит.

Михаил махнул рукой в сторону кирпичного гаража. Злость в голосе моментально улетучилась, уступив место радостному возбуждению.

- Нам бы посмотреть, - протянул Гоблин.

- Дык проходите, - мигом засуетился хозяин, отходя в сторону и пропуская нас с Гоблином во двор.

- По всей видимости, когда - то хозяин поддерживал здесь некое подобие порядка. Но со временем, у него появились более важные дела, печатью отразившиеся на кривом, перекошенном от пьянства, красном ебле. Поэтому, двор зарос толстым слоем грязи, из-под которого кое-где проступал грязно - серый кирпич, которым был вымощен двор. Сараи почернели, покосились, шифер уже начал съезжать с крыш, оголяя серые стропила. В дальнем углу двора, у кособокой будки, заливалась лаем, беснуясь и звеня толстой цепью, большая лохматая черная собака непонятной породы.

- Да заткнись ты! - рявкнул на нее хозяин, пытаясь открыть навесной замок гаража. Трясущиеся руки плохо слушались, и ключ никак не мог попасть в замочную скважину, оставляя на замке глубокие царапины. Так продолжалось довольно долго. И Гоблин уже начал терять терпение, переминаясь с ноги на ногу. Я начал было думать, что покупка мотоцикла закончится крайне херово, как замок с лязгом открылся, и дверь, заскрипев, отворилась.

Нашему взору предстали разбросанные на покосившихся полках инструменты, масляные пятна на бетонном полу, банки с разноцветными жидкостями, ворох грязного тряпья в углу, и… мотоцикл.

До этого я не видал подобного стального монстра. Местный Самоделкин взял базу старого мотоцикла, сделанного на одном из многочисленных советских заводах еще в прошлом веке, оставил от него лишь укрепленную раму, и полностью поменял всю начинку, превратил чудо советского мотопрома в зверя, которого еще не видело человечество.

Четырехцилиндровый двигатель, снятый с японца, усиленная рама, широкие колеса, приспособленные как для езды по городу, так и по бездорожью, это перекрашенное чудовище блестело среди разбросанного по гаражу хлама как алмаз в куче грязи.

- Вот! - Миша кивнул на мотоцикл. - Под себя собирал. Вот этими вот руками.

С этими словами он ткнул нам с Гоблином серые от грязи мозолистые руки с обломанными ногтями. И в его словах промелькнуло нечто отдаленно похожее на гордость за творенье рук своих.

- Охуеть!

Гоблин аж засветился от радости, до того ему понравилось это чудо инженерной техники.

- Он на ходу? Посмотреть можно? Проехать кружок.

Вопросы посыпались на мужика как из рога изобилия. Это поставило алконавта в некий ступор:

- Чего?

Он задумчиво наморщил лоб, отчего его опухшая небритая рожа перекосилась, а большой красный, с синими прожилками нос, стал похож на сливу. Во всем его виде было желание понять, что от него хотят

- На ходу машинка, спрашиваю? Прокатиться дай! - на одном дыхании выпалил Гоблин.

- А! - До мужика, наконец, дошел смысл сказанного. - Да пожалста. Щас, ключи принесу.

Он, прихрамывая, скрылся за серой, выгоревшей, с облупившейся краской дверью, которая вела в дом.

- Огонь машина!

Гоблин зашел внутрь гаража. Он глаз не мог отвести от мотоцикла. Обошел его по кругу, внимательно осматривая, выкрутил ручку газа, подергал колпачки на свечах.

- Блядь, да он как новый!

Восторгу Гоблина не было предела.

- Если его собирал приверженец Синего Бога - не особо бы я стал доверять этой технике, - скептически заметил я.

- Ой, да хорош. Вот уверен, не всегда он так хлестал. Скорее всего, работал тут в колхозе механиком. Потом барыга разорился и начался раздербан. Кто был поумнее - свалил. Кто поглупее - спился нахуй от безделья. Так почти везде, стоит отъехать на сто километров от города.

Гоблин встал, отряхивая руки от грязи, отошел от мотоцикла, и еще раз восторженно взглянул на стоявшее посреди гаража чудо техники:

- Если этот мотоцикл и собрал местный пропойца - значит у этого хрона золотые руки. И неважно, из какого места они растут.

Заскрипела дверь, и во двор, хромая, вышел хозяин мотоцикла:

- Лови, - он бросил Гоблину ключи. Тот поймал их на лету, и тут же спешно засуетился вокруг мотоцикла, выкатывая его из гаража:

- Отворяй ворота! - весело крикнул он, седлая технику. - Прокачусь кружок, попробую технику.

- А… - начал, было, хозяин.

- Этот баклажан останется в залог - Гоблин ткнул пальцем в мою сторону. - Не боись, все будет хорошо.

Двигатель завелся вполоборота. Гоблин переключил передачу, осторожно выжал сцепление, поддал газ - и мотоцикл с ревом сорвался с места. Гоблин лихо свернул на ухабистое подобие деревенской дороги и рванул вглубь деревни. Мы же молча, стояли, провожая взглядом удаляющуюся фигуру.

“ У Вас осталось одно невыполненное задание. “Серый порошок”. Найдите и убейте двух наркоторговцев, торгующих серым порошком”.

Да ебись ты провались. Эта хуета начинает появляться систематически. И неслабо меня заебывать своей непредсказуемостью.

- Может по чуть - чуть? В честь удачной покупки? - первым нарушил молчание хозяин чудо - техники, с надеждой глядя на меня.

Системное сообщение растаяло, я посмотрел на собеседника:

- Не пью, мужик. И тебе не советую.

- Дык что - ж, обстоятельства так сложились.

Селянин развел руками: мол, я тут ни при чем.

- Я ведь и не пил раньше. Ни капли. Даже по праздникам. В совхозе местном, фермерском, механиком работал. Потом фермер, благодетель наш, разорился. Обанкротился и сбежал с долгами и уголовным делом на хвосте. А мы, ну, рабочие, и остались тут нахуй никому не нужные. Другой работы нет. Вот и начал пить. Дак тут, почитай, все пьют.

Я покачал головой. Не сказать, чтобы эта горестная история меня растрогала. Таких историй можно наслушаться сплошь и рядом. Не только в сельской глубинке, но и в неблагополучных городских трущобах.

- А чего не уедешь отсюда, раз механик такой хороший?

- Да перевернулся я на этом мотоцикле, будь он неладен. В овраг улетел, переломался весь. Теперь, вот, пенсию по инвалидности получаю. На то и живу. Кому я, калека, нужен?

Сперва вдалеке раздался рев двигателя. Потом появилась, быстро приближаясь, фигурка мотоциклиста. Гоблин лихо подлетел к воротам, резко затормозив, отчего мотоцикл занесло, и выключил двигатель:

- Огонь аппарат! Берем. Сколь хочешь?

- Ну-у-у-у-у… - мужик задумчиво почесал в затылке. - Сотня нормально будет?

Гоблин даже торговаться не стал. Видимо, понимая, что один двигатель, который стоял в этом мотоцикле, стоил втрое дороже, не говоря ни слова, полез в карман, достав пачку банкнот:

- Держи. Тут чуть больше.

Мужик радостно закивал. При виде денег, с ним произошли удивительные метаморфозы: глаза загорелись, руки предательски мелко затряслись. Очевидно, он уже мысленно перевел эту сумму в синюю валюту и уже пропивал заработанное:

- Это... спасибо, мужики. Сейчас доверенность напишу. Мигом, - бормотал он себе под нос, трясущимися руками пересчитывая купюры. - На учет я его и не ставил. Зачем? Деревня, гаишников тут нет. Сюда мусора то приезжают по праздникам. Один отдел на три района.

- Это хорошо. Ну, бывай, мужик. Мы погнали.

- Не пожалеете о покупке. Еще не раз добрым словом вспомните, - причитал мужик нам вслед.

- Удачи, мужик, - крикнул напоследок Гоблин, уже вывозя нас из деревни.

***

То ли ушлый Гоблин знал, где стоят посты ГИБДД, то ли нам феерически повезло - но за все время поездки нам не попалось ни одного человека с полосатым жезлом. Но, несмотря на сей факт, всю дорогу я был в напряжении. Еще бы: мотоцикл снят с учета, без документов и номеров. Да и если честно - меня терзали смутные сомнения, что у Гоблина были права. Тем не менее, стоило отдать ему должное: водил мотоцикл Гоблин весьма недурно. Даже в шуме и суете города, в пробках и среди плотного потока машин, без навигатора, Гоблин не терялся, вывозя нас к моему логову. И лишь когда мотоцикл остановился у моего подъезда, я вздохнул с облегчением.

- Завтра тебя заберет Филин. Я буду ждать на месте, - сказал он на прощание. - Береги себя.

Я кивнул. Гоблин выжал газ и рванул из двора. Я же открыл дверь, поднялся на этаж, открыл дверь и ввалился в душную квартиру. Тут же открыл балкон и окно на кухне: в квартире было так жарко, что, казалось, было нечем дышать.

В холодильнике была заботливо припрятана бутылка холодного зеленого чая. Я торопливо достал ее, скрутил пробку и принялся жадно глотать прямо из горлышка, игнорируя стоявшую на столе кружку. Пил я долго и жадно, большими глотками как лось на водопое. Лишь когда бутылка опустела наполовину, я довольно оторвался от нее, плюхнувшись в кресло.

“ У Вас осталось одно невыполненное задание. “Серый порошок”. Найдите и убейте двух наркоторговцев, торгующих серым порошком”.

Я аж вздрогнул от неожиданности:

- Да завалю я их, завалю! Заебала ты выскакивать! - крикнул я, и Системка послушно растворилась.

- Ебаные глюки, - пробормотал я, направляясь к дому.

Все, пора спать. Завтра тяжелый день.

Глава 11 Перекресток

"Они выходили и выходили, было видно, что там не только фанаты и хулиганы — впереди шли взрослые мужики с бородами! Было похоже, что они собрали всё своё село, что каждый член орловского хардкора позвал на ту драку друзей, родственников и знакомых районных пацанов, и многие согласились. Та драка с общаком Орла со стороны наверняка производила впечатление махача хулиганов с народным ополчением".

Александр Дым. "Записки на краях шарфа".

Мелодия будильника с трудом вытащила меня из темного омута глубокого сна. Я открыл глаза, уставившись в потолок, лежа так несколько минут. Затем сел на диване, протирая лицо.

За окном светало. Весело щебетали птицы. Четыре утра. Через полчаса приедет Филин.

Стоп! Что-то не так!

Эта мысль испуганной птицей порхнула у меня в мозгу и остатки сна как рукой сняло. Сердце бешено забилось в груди. Я вскочил с дивана, осматривая комнату.

Все вещи на местах. В кресле валяется скомканная одежда, на столике у дивана лежит пульт от телевизора, рядом - чашка с недопитым чаем.

Блять! Гоблин! Точнее, его отсутствие. Первый раз за долгое время, я проснулся от будильника, а не от ебанутого утреннего гостя.

Я зевнул. Гоблин был прав: я становлюсь параноиком. Начинаю бояться собственной тени. Впрочем, оно неудивительно. То, что называлось совестью за загубленные мной души, блокировала Система. Да и признаться честно - не очень бы я стал переживать за убиенных мною людей. А вот страх за то, что меня вот-вот поймают, периодически появлялся. А это плохо. Рано или поздно, это может испортить все дело. Успокоительного что - ли попить? Ладно. Будем решать проблемы по мере их поступления.

С трудом передвигая ногами, я побрел на кухню. До приезда Филина еще двадцать шесть минут. Успею выпить чаю, чтобы прогнать остатки сна и взбодриться.

***

Гоблин уже ждал нас на выезде из ЖК “Царьград”. Завидев машину, он кивнул, приветствуя Филина:

- Филин, на исходную. Крякнешь нам по рации, как только он проедет место.

Филин послушно припарковал машину и скрылся в чахлом лесу.

- Как спалось? - поприветствовал меня Гоблин, бросая мне рюкзак. - Кошмары не мучили?

- Спал как младенец, - ответил я, осторожно прощупав рюкзак.

- Всегда был уверен, что где у тебя была совесть - там вырос хер. Убить двух девчонок - кассирш. Им ведь и двадцати не было… одевай.

Гоблин кивнул на мотоциклетную куртку, лежавшую на сиденье.

- Убивал не я, - прорычал я, напялив на себя куртку.

- Угу. В рюкзаке. Перепрячь.

Я осторожно расстегнул молнию, заглядывая внутрь. Нащупал ствол, достал его, спрятав от немногочисленных глаз любопытных прохожих рюкзаком.

Охотничий карабин с обоймой на восемь патронов и укороченным спиленным стволом. Я осторожно спрятал карабин под куртку и закинул заметно полегчавший рюкзак за спину.

Затрещала рация:

- Он проехал, - прошипел сквозь треск помех Филин.

- Отлично. Приготовься.

Последнее адресовалось мне. Гоблин затушил наполовину выкуренную сигарету, спрятал окурок в карман куртки и завел мотоцикл.

Машина выехала к проспекту Героев спустя десять минут. Попытался было рассмотреть через лобовое стекло, есть ли в машине еще кто-то кроме водителя, но через глухую тонировку было невозможно что-то рассмотреть.

“Цель опознана”.

Фигурка водителя, с подачи заботливой Системы, засветилась красным. Теперь даже сквозь тонировку можно было стрелять, ориентируясь на силуэт. Что же, спасибо за такой щедрый подгон.

Машина тем временем подъехала к повороту и свернула на шоссе. Гоблин осторожно тронулся с места и, стараясь не привлекать внимания, поехал за машиной.

Сегодня удача была на нашей стороне и спустя квартал, машина Большакова остановилась на том самом светофоре, напротив автобусной остановки, на которой с утра толпилось множество народу, пытаясь залезть в переполненный транспорт, чтобы успеть на работу. Сигнал светофора сменился на красный, и машина Большакова остановилась аккурат у пешеходного перехода. Осторожно лавируя в потоке, Гоблин поравнялся с целью.

“Внимание! Вы хотите совершить правонарушение в присутствии полиции. Это повысит ваш уровень розыска”

Я бегло осмотрелся. Однако, ни постовых, ни полицейских машин не заметил. Ох уж эти сбои. Сперва, баг с уведомлением о невыполненном квесте, теперь вот пиздеж о полицейских, которых нет. Тоже мне, чувствительная электроника. Магнитные бури что ли?

Я выхватил из-под куртки карабин и навел на сидевшую в машине красную фигурку, нажимая на курок.

“ У Вас осталось одно невыполненное задание. “Серый порошок”. Найдите и убейте двух наркоторговцев, торгующих серым порошком”.

Да ебучий случай. Охуеть, как вовремя!

- Да стреляй ты блядь, хули завис? Долго ты его еще рассматривать будешь? - раздался истошный крик Гоблина, сгоняя морок Системного сообщения. Системка еще не распалась на пиксели, а я уже жал на курок.

Бах! Бах! Бах!

Время словно замерло. Мне казалось, что я вижу, как летят к цели пули. Прохожие остановились, глядя на производимую белым днем в центре города расправу во все глаза. Но никто не сдвинулся с места. Не произнес ни звука. Словно в амфитеатре, все наблюдали за разворачивающейся на арене кровавой пьесой.

Фигура в машине вздрагивала в такт выстрелам, заваливаясь к двери. Значит, попал.

Раздались истошные визги. Крики прохожих, бросившихся врассыпную. И… вой полицейской сирены за спиной. Я обернулся. Чуть позади нас, в потоке машин, стоял раскрашенная в бело - синий цвет патрульная машина, поворачивающая к нам.

“Вы совершили преступление на глазах сотрудников правоохранительных органов. Ваш уровень розыска повышен. Текущий уровень розыска - один. Вы совершили правонарушение на глазах у свидетелей. Ваш уровень розыска повышен. Текущий уровень розыска: два. Покиньте зону розыска и оторвитесь от погони, чтобы понизить уровень розыска”.

- Ходу, блять! - я похлопал Гоблина по плечу. Но и без моего знака Гоблин понял, что пора уносить ноги. Выжал газ, бросил сцепление - и мотоцикл рванул вперед, заворачивая на перекрестке, уходя на уже знакомый маршрут. А за спиной уже выли сирены полицейской машины.

Гоблин летел, словно его черти несли. Стараясь при этом объезжать ямы, только это не сильно помогало: мотоцикл нещадно подбрасывало на ухабах. И я, намертво вцепившись в куртку водителя, отчаянно молил всех богов: только бы не вылететь из седла.

Мимо проносились кособокие облупившиеся дома. Мы летели вниз как сани, запущенные с горы, миновав ворота начала промзоны.

- С дороги, блять! - заорал Гоблин двум зазевавшимся пьянчугам, стоявшим на пути взбесившегося мотоцикла. Те обернулись, с перекошенными от страха лицами бросились в разные стороны.

Гоблин петлял по промзоне, объезжая ямы и поднимая фонтаны грязной воды, когда мотоцикл с ревом проносился по лужам. Редкие утренние “синяки”, шаркающей ковыляющей походкой зомби, ползающие по промзоне, в ужасе шарахались в стороны от петляющего по узким проездам мотоцикла. Гоблин отчаянно пытался сбросить хвост, но копы словно прилипли.

Они не отстали. И не отстанут. Нам пиздец! Да где этот ебучий переезд?

Наконец, Гоблин выскочил к гнилому настилу через ржавую узкоколейку. И в этот момент, двигатель чихнул и… заглох.

- Ебаный Кулибин! - заорал Гоблин, управляя мотоциклом, который все еще ехал по инерции. А из-за поворота, на узкоколейке, показался локомотив, тянущий к порту вагоны с металлом.

- Эй! Ты куда? Совсем ебанулся? - заорал я, хлопая Гоблина по плечу. Но мой напарник уже въехал на переезд, замедляя ход и медленно катясь по черным доскам.

Истошно завыл гудок тепловоза. Я зажмурил глаза, в ожидании неизбежного удара в бок.

В спину ударила волна горячего воздуха, которую гонит перед собой едущий на скорости локомотив. Все еще не веря нашей удаче, я открыл глаза. Обернулся.

Мотоцикл катился по дороге, замедляя ход. За нашими спинами по узкоколейке, недовольно гудя, ехал длинный состав, который отрезал нас от преследователей. Нам удалось. Мы оторвались.

“Вы избавились от преследования полиции. Ваш текущий уровень розыска снижен. Текущий уровень розыска: один. Скройтесь с места преступления, чтобы избавиться от уровня розыска”

- Ебись ты провались! Заводись ты, хуета кустарная, - в сердцах выл Гоблин, пытаясь завести мотоцикл. И словно вняв его мольбам, двигатель заработал. Сперва сбоя, захлебываясь, но постепенно выравнивая обороты. Гоблин обернулся ко мне:

- Нам фартит. Сами боги на нашей стороне, не иначе.

Гаражи Гоблин пролетел за минуту. Петляя между ржавых металлических коробок, протискиваясь там, где, казалось, невозможно проехать, он выехал на старую разбитую дорогу. Вой полицейских сирен остался где-то за спиной, а потом пропал совсем. Но Гоблин и не думал сбрасывать скорость. Лишь когда мы проскочили пустырь и подъехали на свалку, окруженную остовами двухэтажных домов, Гоблин резко затормозил, спрыгивая на землю.

- Вышло! Блядь, у нас получилось! Мы справились, ебать его колом!

Он снял шлем и обнял меня за плечи, затряс. Его лицо светилось такой детской радостью, словно мы выиграли квартиру в лотерею. А не убили человека на оживленном перекрестке несколько минут назад. И не носились потом от копов по всей промзоне, едва не угодив под поезд. Его радость была такой искренней, что я невольно улыбнулся:

- Д-д-д-да. Нам п-п-п-повезло.

В отличие от Гоблина, меня все еще трясло от страха. На спине выступил холодный пот. Даже не от того, что нас едва не поймали. Спиной я все еще ощущал ту волну горячего воздуха, которую гнал перед собой гудящий локомотив.

- Удача улыбается дерзким.

Гоблин уже торопливо скидывал с себя одежду, сбрасывая все шмотье в одну кучу и на ходу доставая из рюкзака запасную:

- Что встал? Скидывай, давай, все шмотье.

Сам он уже торопливо напяливал футболку на тощее, покрытое сложной вязью татуировок, тело.

- Что застыл-то? - рявкнул Гоблин, обувая кроссовки и накидывая тонкую толстовку с капюшоном.

Я вздрогнул, торопливо принялся переодеваться. Мандраж слегка спал, хотя руки все еще едва заметно тряслись.

“Ваш текущий уровень розыска снижен. Текущий уровень розыска: один. Скройтесь с места преступления, чтобы избавиться от уровня розыска”

Системное сообщение вылетело, едва я скинул паленые вещи в кучу шмотья, переодевшись в запасную одежду, которую Гоблин заботливо спрятал в моем рюкзаке. Системки о выполненном задании, между тем, все не было.

Гоблин быстро снял топливный шланг. В подставленную банку полился бензин. И не успела банка наполниться на треть, как Гоблин торопливо принялся поливать сваленную в кучу одежду и мотоцикл. Затем достал из кармана сигарету и чиркнул спичкой. Затянулся:

- Покойся с миром, двухколесный друг. Ты сослужил неплохую службу, - торжественно произнес он, бросая догорающую спичку на облитую бензином одежду.

Раздался хлопок, и ярко полыхнуло пламя, которое мгновенно охватило одежду и мотоцикл. Жар стоял такой сильный, что мне пришлось сделать пару шагов назад: от температуры затрещали волосы. В небо потянулся густой столб черного дыма.

- Уебываем отседова. Копы скоро прибудут.

Гоблин бросился к оврагу. Мимо покосившихся домов. Местные и правда успели здесь все растащить: шифер на скатных крышах отсутствовал чуть более чем полностью, стекла были вырваны вместе с рамами. Кому понадобились входные двери - так и осталось для меня загадкой. Но кто-то снял и их, оставив только петли. Стены домов были густо разрисованы разными надписями, вкратце описывающими культуру, родословную и сексуальную ориентацию неизвестных мне людей. Вокруг домов в большом количестве валялось битое стекло, пустые бутылки. И шприцы. Горы инсулиновых шприцов.

Впрочем, любоваться достопримечательностями, мне было недосуг. Гоблин взял такой темп, что я едва за ним поспевал. Я едва начал спускаться по крутому склону оврага, поросшему густым кустарником и чахлыми деревцами, а Гоблин уже преодолел неширокий ручей, что тек по дну оврага, и уже забирался вверх по склону:

- Хуле ты там копаешься? - обернувшись, крикнул он мне. - Давай быстрее!

- Легко сказать - быстрее, - пыхтел я, хватаясь за ствол деревца. Весь склон был изрыт торчащими из земли корнями. Так что приходилось смотреть под ноги. Иначе, был велик шанс кубарем полететь вниз, сломав себе шею. А уж этого я точно желал меньше всего.

Узкий ручей я перескочил в один прыжок. Еще секунда - и я уже торопливо карабкался наверх.

За пустырем заросшего оврага начиналось некое подобие цивилизации. Грунтовая ухабистая дорога вывела нас к рядам девятиэтажных домов. Бегом, по щебню, минуя лужи, мы выскочили аккурат к станции метро. Гоблин, который бежал первым, остановился, бегло огляделся в поисках напарника.

Филин заметил нас раньше. Прямо рядом с нами затормозила, просигналив, машина.

- Филин тачку сменил, - запыхавшись, пробормотал Гоблин, открывая дверь и торопливо садясь в машину. - Красавчик, брат.

“Выполнено”.

На дело с досье Большакова, словно сам собой, появился штамп: ликвидирован.

Дополнительные задания:

- Никто из гражданских не должен пострадать (выполнено);

- Медицина тут бессильна. Большаков должен умереть моментально, либо в течение двух минут после нанесения ранений (выполнено);

- Казнь. Убийство должно произойти при свидетелях (выполнено);

- Почерк. (Провалено)”

Да и хуй с тобой. Еще, блять, карты я на месте не разбрасывал. Делать же мне больше нехуй.

“Итог за прохождение задания: 90%. Навык “Стрелок” повышен. Навык “сбор улик” повышен. Навык “Аналитика” повышен. Вы получили новый уровень. Вам доступно одно нераспределенное очко умений.”…

Я отмахнулся от системки. Талант потом закину. Сейчас не до того.

Нервное напряжение, державшее меня несколько часов, улетучилось. Вместо него волнами накатывала сильная усталость. Я обессилено откинулся на спинку сиденья, глядя в окно бессмысленным взором. Мимо проплывали многоэтажные дома, вывески, прохожие на тротуарах, автобусные остановки - но взгляд не выделял их. Я просто смотрел в окно, ничего не разбирая. Даже голос Гоблина, живо описывающего Филину события последнего времени, пробивался, словно через толстый слой ваты.

- Как ты, братан? Оклемался?

Голос Гоблина вытащил меня из ступора

- А? - ошалело переспросил я.

- Оклемался, говорю? Похоже, не до конца еще. Ну, ничего: Сейчас доберемся до кабака, расслабимся - и придешь в норму.

Гоблин хлопнул меня по плечу. Я лишь кивнул головой, и вновь уставился в окно.

В себя я начал приходить только рядом с “Вальхаллой”, когда Филин остановил машину. Мест рядом с кабаком не было, так что водителю пришлось оставить машину в паре домов от питейного заведения.

- Пошли, - Гоблин вышел из машины, на минуту остановился, закуривая. - Пойло стынет. Дядя Токарев угощает.

***

Я открыл глаза - и потолок завертелся надо мной, словно кровать начали быстро раскручивать. Немилосердно болела голова. Хотя… болело все тело. Каждая мышца, каждая кость болела так, словно вчера по мне проехал каток. Во рту появился неприятный горьковатый привкус.

Горло пересохло, словно я несколько дней брел по пустыне. Я попытался было облизать языком пересохшие растрескавшиеся губы. Стараясь не делать резких движений, я со стоном сел на диване, держась за голову. Осмотрелся.

Предметы тряслись и расплывались перед глазами. Зрение никак не могло сфокусироваться. Очевидно, я проснулся, скорее еще пьяным.

Память пробивалась сквозь клочья густого черного тумана. Вот Валькирия приносит первый поднос с кувшином темного пива, стаканами и какой-то закусью. Мы о чем - то болтаем, ржем на весь зал, как кони. Стаканы с пивом сменяют друг друга….

Дальше воспоминания блокируются. Стираются, скрываются в черном мареве. До тех пор, как я проснулся на диване своей квартиры.

Мои ноздри уловили слабый аромат готовящегося кофе. Кто-то гремел на кухне посудой. От этого шума в голове вспыхнул, вышибая искры из глаз, фонтан боли. И внезапно, меня охватила злость.

Ну, Гоблин, ну сука! Сейчас я объясню ему, каково это приходить в гости с утра пораньше, да еще и без приглашения!

Собрав все силы, что не украло похмелье, я попытался встать с дивана. В первый раз, голова резко закружилась, ноги предательски задрожали, подкосились, и я шлепнулся на диван. Лишь со второго раза, мне с великим трудом удалось подняться на ноги и сделать несколько шагов. Это было непросто: пол качался под ногами, словно я шел не по ламинату, а по палубе попавшего в шторм корабля. И в тот момент, когда я преодолел часть расстояния до кухни, сыпля чернейшей бранью и проклятиями на голову утреннего гостя, с кухни раздалось шлепанье босых ног, и навстречу, едва не врезавшись в меня, вышел вовсе не Гоблин.

Та самая блондинка, что видела меня в парке, а потом до чертиков напугала в “Вальхалле”. И из одежды на ней была только моя футболка, которая доходила ей до середины бедер. В руках она держала две чашки ароматного кофе:

- Оклемался? - с улыбкой спросила она, подходя и передавая одну из чашек мне. - А я тут похозяйничала немного. Кофе вот крепкий сварила. Чтоб поправлялся.

- Ты? - я рассеянно принял чашку из ее рук.

Она с интересом посмотрела мне в глаза:

- Совсем ничего не помнишь?

- Ну-у-у-у… немного помню, - чуточку смутившись, ответил я. - Но не все.

Гостья вздохнула. Я сел на диван. Она уселась напротив, поджав под себя ноги.

- Давай восстанавливать события? - склонив голову набок, спросила она.

Я кивнул, отпивая кофе. Я старался сделать это как можно деликатнее. Однако, деликатнее не получилось: я шумно хлебнул кофе и поморщился: горячий напиток обжег рот и гортань. Но стоило отдать гостье должное: кофе был превосходным. Крепкий - в меру, сладкий - тоже в меру. Самое то, чтобы поправить здоровье.

- Вы вчера весь вечер куролесили в “Вальхалле". Отмечали, - девочка наморщила лобик, что-то вспоминая, - Успех какого-то абсолютно безнадежного дела. Когда мы пришли, вы были уже хороши. Вы в ВИП - зале сидели, а мы... в общем, недалеко от вас. И тут пришли фанаты.

- Что за фанаты?

- Да я не знаю даже, - удивленно протянула она. Красные шарфы у них были. Твой друг назвал их…

“Сектор памяти разблокирован” - ехидно сообщила система.

- Да ладно вам, девчонки. Пойдем с нами посидим.

Один из коротко стриженых парней, лет двадцати, в красно - белой розетке с красным ромбом, настойчиво пытался хватать одну из сидевших за столом девочек. Та испуганно отдергивала руки:

- Не хотим мы никуда с вами идти…

- Да ладно вам, - не унимался парень.

Он, скорее всего, продолжал бы настаивать, но в этот самый момент, в беседу вмешался Гоблин. Пошатываясь, он подошел к входу в общий зал:

- Больше всего на свете я ненавижу две вещи: светлое пиво и ебучих спартачей. Причем, свиней я не люблю больше всего. Хули вылупились, поросята? Неясно девушка вам ответила? Сьебались отсюда нахуй!

Гоблин надрывался словно труба, легко перекрикивая музыку и стоявший в зале гомон. Он уже "перекинулся" от выпитого. Об этом ясно говорило побелевшее вытянувшееся лицо и обессмыслившиеся, злые глаза. Он с трудом стоял на ногах, но существо, что разбудил синий дух алкоголя, злобное и черное, склонное к насилию и погромам, настойчиво требовало раздербана.

Я встал с лавки, предвидя начинающийся банкет. Филин тоже поднялся, как бы невзначай придвинув ближе к краю стола пустой деревянный поднос.

Коротко стриженный мгновенно переключился на Гоблина, утратив к перепуганным девушкам всякий интерес.

- Как ты нас назвал? Да я тебя сейчас, дылда, по всему залу размотаю.

Гоблин не стал с ним разговаривать. Шагнув вперед, он обрушил на голову парня пустую пивную кружку, уронив противника на пол. Брызнула кровь, в разные стороны полетели осколки. Двое товарищей спартача враз растеряли боевой кураж, переминаясь с ноги на ногу у стола.

- Забрали своего товарища и сьебали нахуй из этого бара! - взревел Гоблин. - Отдыхайте, господа. Прощенья просим. Недоразумение вышло.

Последняя фраза относилась к мигом притихшему залу. Все застыли, глядя то на Гоблина, то на оппонента, лежащего на полу ….

- Это я помню. А потом что было?

Я поставил кружку с кофе на стол, с интересом глядя на гостью.

- Ну а дальше вы позвали нас в ВИП - зал. Хотя, признаюсь, я сперва чуточку побаивалась этого вашего Федора. А оказалось - зря. Очень приятный в общении мальчик.

- Кого-о-о-о-о?

- Ну, этого, что драку с фанатами устроил. Он же Федором представился.

У Гоблина, оказывается, все-таки есть имя. Интересно, оно настоящее? С него станется навешать девочкам лапши на уши.

Впервые я подумал, что не знаю настоящего имени Гоблина. Даже наш всемогущественный работодатель звал его Гоблином. А тут вон чо: его зовут Федя. Впрочем, это не точно.

- И долго мы еще сидели?

- Да с час примерно. Потом…

“ Участок памяти разблокирован”.

Пошатываясь и гогоча на всю улицу, мы толпой выпали из бара. Ноги едва нас держали, но при этом, компанию охватило какое-то безудержное веселье. Гоблин приобнял подругу моей гостьи и что-то нашептывал ей, склонившись к самому уху. Мы брели к машине, шоркая ногами и шатаясь подобно ходячим мертвецам, как их изображают в фильмах о зомби - апокалипсисе. Да и внешне мы сильно напоминали ходячие трупы: вытянувшиеся лица, побелевшая кожа, обессмыслившиеся взгляды. От мертвяков нас отличало лишь то, что, несмотря на крайнюю степень алкогольного опьянения, мы могли еще более - менее членораздельно вести беседу. Но даже с этим фактом вид у нас был такой, что немногочисленные ночные прохожие, едва завидев нас, предпочитали переходить на другую сторону дороги.

Мы уже добрели до машины, собираясь отправиться по домам, когда о дерево, совсем рядом с головой Гоблина, ударилась пустая бутылка, обдав нас дождем мелких осколков.

- Эй, пидоры! - грубо крикнул кто-то за нашими спинами.

Мы не стали оборачиваться, справедливо предположив, что окликнули не нас. Мы ведь не пидоры. Хотя, если это адресовалось в наш адрес, это здорово бы нам не понравилось. А вот девочки обернулись. И на их милых личиках отразилось замешательство, быстро перерастающее в откровенный ужас. Столь бурная реакция вызвала в нас с Гоблином любопытство. И мы развернулись на оклик.

Из-за угла “Вальхаллы, выходил моб ребят в красно - белых цветах. Впереди шел тот самый коротко стриженый парень, которого Гоблин сбил с копыт в “Вальхалле” час назад.

- Да ты, я вижу, холоп, все никак не уймешься, - зарычал Гоблин. - Я хотел по - хорошему. Ну раз уж так вышло - сейчас мы вас отпиздячим по самое не хочу.

Филин, единственный в нашей команде трезвый человек, исчез, вернувшись через секунду с “аргументами”. Гоблину он протянул короткую биту. Гоблин принял подгон, несколько раз взмахнув им и проверяя, как он лежит в руке. Сам Филин остался с короткой монтировкой. Мне же достался обрезок ржавой железной трубы. Я, молча, принял ее, рассматривая строй.

Две трети из них были карланами. Я был уверен, что в настоящей зарубе они еще не участвовали. А вот остальные, стоявшие в “фестлайне” - первой линии бойцов, по-видимому, кое - чего умели. Строй дрогнул, шагнул в нашу сторону, ускоряясь и переходя на бег.

- Девочки - в машину, - шикнул я.

- А вы… - севшим от страха голосом проблеяла одна из них.

- В машину! - не оборачиваясь, рявкнул Гоблин. И в этот раз, судя по хлопнувшим дверям, девочки не решились спорить.

Я стоял, размахивая обрезком трубы и глядя на вал приближающихся противников. Я думал, придется бороться со страхом, липким, связывающим, что возникает перед боем. Но страха не было. Толи Система, толи большая доза алкоголя надежно сковали страх, спрятав его в глубине подсознания. Вместо него было лишь дикое желание кровавого куража.

А в следующую секунду один из оппонентов налетел на меня, угодив под точный удар обрезком трубы по еблу. Однако роль свою боец выполнил: отвлек мое внимание, чтобы еще двое оппонентов сбили меня с ног. Я упал, подтянув ноги к подбородку и закрыв голову руками. И тут же на меня со всех сторон посыпались удары. Целили в основном в голову и несколько точных пинков все-таки попали в цель. А потом противники просто разлетелись в стороны. Надо мной склонился Гоблин, протягивая мне руку и помогая встать с земли. Нос напарника был разбит, под глазом расплывался кровоподтек. Пара карланов попытался было атаковать Гоблина со спины, но точные удары короткой монтировки Филина вмиг разогнали противников, враз остудив боевой пыл противников. Совать головы под кусок железа не хотел никто.

Драка закончилась. Карланы начали отступать. Пятеро без движения лежали на земле, даже не пытаясь встать.

- Можете попробовать еще раз, - посоветовал карланам Гоблин. - Да вот только как вы понимаете, мы просто так под пиздюли не подставимся. Руки - ноги поломаем. Или голову нахуй пробьем. Готовы рискнуть?

Гоблин вопрошал спокойно. В его голосе не было и тени агрессии. Но пара тел, лежавших неподалеку, и окровавленная бита остудили боевой кураж оппонентов. Карланы попятились назад. И я очень сильно понадеялся, что за отсутствие боевого духа и такое выступление молодого коллектива, за проявление трусости, эти карлики получат пиздюлей от своих же товарищей.

Вдали завыли сирены полицейских машин. Видимо, кто-то из законопослушных граждан, решил пресечь беспорядки в виде массовой драки. Вой сирен окончательно подорвал мораль поросят. В мгновение ока их как хуем сдуло с места боя.

- Валим! - крикнул Гоблин. - Филин. За руль!

- В общем, свалили мы оттуда. Прикольно было. Блин…

Моя новая знакомая зажмурила глаза от удовольствия.

- Никогда до этого не сбегала от полиции. В этом что-то есть, - мечтательно протянула она.

- Это да, - пробормотал я, вспоминая, как по ее наводке мы бежали от полицейских по ночному парку.

- Ну а потом нас с тобой высадили здесь. Я решила остаться и присмотреть за тобой. Выглядел ты жутко.

Я осторожно потрогал разбитое лицо. Видимо, чей-то кроссовок все же попал в цель.

- Я чуточку обработала вчера твои боевые раны, - заметив мое движение, сказала гостья. - Не лапай ты.

С этими словами, она легонько ударила меня по руке.

- Ай! Хорошо, хорошо. Не буду, - клятвенно пообещал я, отдергивая руку. - Ну, спасибо, что обработала.

- Я клятву давала, - гордо сообщила она.

- Ты медсестра? - с интересом спросил я.

- Пока еще только учусь, - улыбнулась гостья. - Но кое - что, да, знаю. Умею. Могу Практикую.

- А потом? Потом что было?

Девочка, молча и с удивлением, посмотрела на меня, а потом рассмеялась:

- Если ты о сексе, то его не было. Ты был еле живой от выпитого и пиздюлей. Едва добрался до кровати, разделся и отключился. Я просто легла рядышком, потому что у тебя спать больше негде. Пол грязный, в кресле я пробовала - неудобно.

Я замолчал, отпивая кофе.

- Как зовут-то тебя, спасительница?

- Настя, - ответила блондинка.

- Настя, - я произнес это имя, словно пробуя его на вкус. - Красивое имя.

- Еще бы. Сказал бы ты, что оно плохое. Ух, я бы тебя…

Она замахнулась ладошкой, словно хотела меня ударить.

Я дернулся. Рука дрогнула, разлив горячий кофе прямо на ноги.

- Ай-ай-ай! - взвыл я, вскакивая с дивана. - Горячо.

Девочка расхохоталась, спрятав лицо в ладонях. Иногда она лукаво убирала руки от лица, смотрела на меня - и снова закрывала лицо ладонями, безудержно и задорно хохоча.

- Ты чего? - изумленно спросил я. От удивления такой истерики я даже забыл про ожоги.

- Все- таки твой друг вчера был прав, - сквозь смех ответила Настя. - Ты феерический раздолбай с патологией кривых рук. Он спрашивал еще вчера, лечится ли это.

- Ну и? - с интересом спросил я.

Настя трагически вздохнула:

- Боюсь, это клинический случай, - ответила она. И в ее голосе прозвучало столько грусти и трагизма, словно она сообщала пациенту, что он неизлечимо, безнадежно и смертельно болен.

Я улыбнулся, поставив полупустую кружку с кофе на стол:

- Мой друг далеко не всегда прав.

Где-то на кресле, под ворохом сваленных там вещей, раздался приглушенный писк. Настя встала с дивана, подошла к креслу и принялась разгребать сваленное там шмотье. Из глубин барахла появилась небольшая дамская сумочка, из которой и раздавался этот писк.

- Ой! - всплеснула руками Настя, вытащив из сумочки телефон и посмотрев на дисплей. - Ой-ой-ой. Пора бежать.

Она схватила с дивана свои вещи и, шлепая босыми ногами, побежала в ванную.

- Родители потеряли? - насмешливо спросил я через дверь.

- Не совсем так, - донеслось из ванной. - Точнее, совсем не так. Дела. Завтра много дел. А времени уже …

Я поднял со столика телефон. М-да. Похмельный день начинается поздно, а вечер в такой приятной компании пролетел незаметно. На часах было уже десять вечера.

Настя выскочила из ванной.

- Возвращаю, - она протянула мне мою футболку.

- Ага.

- Ну, все. Я побежала. Не скучай, - уже у двери Настя обернулась, посмотрела на меня. - Завтра позвоню, спрошу как здоровье у больного.

- А проведать не заскочишь?

- Все зависит от твоего поведения, - лукаво улыбнулась Настя. - Но помните, больной: вам нужен полный покой.

Запищал телефон.

- Ну, все. Такси уже приехало.

Она чмокнула меня в щеку и выскочила за дверь.

***

Остаток вечера я провел в крайне мрачном и подавленном состоянии. Все еще сильно мутило, и поэтому большую часть времени я провел лежа на диване, и бессмысленно глядя в потолок. Голова была словно забита плотным слоем ваты, через которую не пробивалась ни одна мысль.

Так. Вчера я так и не посмотрел новый уровень. Точнее, что там дают. Ну-ка…

Интерфейс открылся как по волшебству, стоило только подумать о не прокачанном уровне.

“ Вам доступен новый навык: "метка линчевателя". Порой преступники пытаются избежать правосудия, стараясь залечь на дно и скрыться от правоохранительных органов. Но от линчевателя скрыться невозможно. Метка легко приводит линчевателя к цели, позволяя ему найти жертву где угодно и свершить правосудие”.

Я аж присвистнул: до чего же полезная вещь! Берем не думая.

Второй способностью на выбор была тактика. Ее я отмел, не колеблясь: выбор был очевиден. Тактик и стратег у нас Гоблин, вот он пусть и думает.

Зазвонил телефон. Словно прочитав мои мысли, Гоблин решил напомнить о себе.

- Ты там жив, братан? - раздалось из трубки, едва я принял входящий звонок.

Голос Гоблина был как всегда бодр и жизнерадостен. Будто он вчера и не пил до перекинувшегося состояния. И от такого настроя, мне вдруг резко захотелось ударить приятеля.

- Сложно сказать, - осторожно ответил я. - Похмелье и пиздюли мешают сказать точно.

- Да, забавная вчера вышла история, - хохотнул Гоблин. - Из-за пустяка едва вязалово не началось.

Я вспомнил об оппонентах, лежавших на траве без движения после ударов битой и обрезком трубы. Отчего - то эта картина никак не вязалась у меня с “пустяком”.

- Хорошо, гладенько отскочили, - продолжал Гоблин. - Опиздюлившихся приняли, те рассказали сказку как упали. На том дело и кончилось.

- Отлично.

- Надеюсь, медсестричка заврачевала твои раны, - продолжал Гоблин.

- Угу. Не сегодня - завтра вернусь в строй.

- Ну и ладненько. Береги себя, друже. Завтра созвонимся.

И Гоблин отключился, оставив меня валяться на диване, бессмысленным взором пялиться в потолок, постепенно погружаясь в сон.

Глава 12 Погрузка

но чем твоё существование опаснее и беспокойней, тем больше ты можешь припомнить разных впечатляющих случаев. Здесь — чудом ушли от ментов, там — как по волшебству подняли денег. Кто-то нелепо умер, окруженный родственниками и семьёй, а кто-то остался цел в сумасшедшей свистопляске кровавого блудняка.

Djonny. "Сказки Темного Леса

“ У Вас осталось одно невыполненное задание. “Серый порошок”. Найдите и убейте двух наркоторговцев, торгующих серым порошком”.

Эта информация, что настойчиво подсовывала мне Система, вырвала меня из беспокойной полудремы.

- Да еба-а-а-а-ать! - заорал я.

Системное сообщение моргнуло и растворилось, оставив меня, невыспавшегося и оттого жутко злого, лежать на диване и таращиться в потолок. В голове была только одна мысль: что за хуета творится? Это что? Сбой Системы?

Если раньше сообщение о невыполненном задании беспокоило меня два - три раза в сутки ( а вчера ввиду сильного отравления этанолом вообще не беспокоило, видимо, понимая, что мне и без напоминалок погано), то теперь это сообщение пришло минимум три раза за ночь. От этого я плохо спал, и поэтому проснулся невыспавшийся и жутко злой.

Я закрыл глаза, попытавшись было урвать еще хотя бы часик беспокойного сна, но не тут - то было: сон не шел! Проклиная все на свете, я встал и пополз на кухню.

“У Вас осталось одно невыполненное задание. “Серый порошок”. Найдите и убейте двух наркоторговцев, торгующих серым порошком”.

- Да ты вкрай охуела! - злобно взвыл я, едва не подавившись горячим чаем. - Только что же было напоминание!

От этого сообщения, у меня уже начинал дергаться глаз. Интересно, сколько я еще продержусь перед тем, как проклятое напоминание заставит меня покрыть систему хуями в людном месте и меня увезут кататься на карете скорой помощи, обколотого аменазином? Лечащий меня доктор будет жутко рад рассказам о том, что вся жизнь - игра. Хотя, если экспертиза признает меня невменяемым, меня оставят в дурке, а не отправит отдыхать на тюрьму.

Я дотянулся до лежавшего на столе телефона и набрал уже знакомый номер.

- Какого хуя тебе надо ни свет ни заря? - зло поинтересовался вместо приветствия Гоблин. Судя по его сонному голосу, своим звонком я его разбудил. И от этого факта на душе мне стало чуточку легче.

-Заезжай в гости. Разговор есть. И Филина прихвати.

- Сейчас? Окстись, восемь утра на дворе!

- Пиздуй сюда! - рявкнул я. - Ты не поверишь, но я уже успел соскучиться.

- Ладно - ладно. Не ори так. Скоро будем.

Едва Гоблин отключился, как телефон зазвонил снова. Я взглянул на экран. “Настя”. Я взял трубку:

- Да.

- Приветик. Я не рано тебе названиваю? Ну, ты уже не спишь? - раздался из трубки милый голосок.

“ Заснешь тут” - хотел было сказать я, но вовремя себя одернул:

- Нет, что ты. Собираюсь на работу.

- Ну, если я тебя не отвлекаю, можно чуточку поболтать. Как ты себя чувствуешь?

- Если ты о боевых ранах, то они уже сходят.

Я потрогал переливающийся всеми цветами радуги бок и поморщился от острой боли, пронзившей ребра и едва сдержался, чтобы не зашипеть от боли.

- Да на тебе все как на собаке заживает, - рассмеялась Настя.

- А ты куда бежишь в такую рань? - решил я сменить тему для разговора.

- Так практика, будь она неладна. В шестой городской больнице, - с грустью ответила девочка.

- Ну зато интересный опыт. Забавные случаи на работе.

- Угу. Только не на скорой. Это же тебе не сериал какой-нибудь. У нас в основном наркоманы с передозом, алкоголики, перебравшие этанола, да бабушки, у которых сердце прихватило, да давление повысилось. Хотя вот на днях был один случай. Под конец смены, под утро уже, приехали мы на выезд. Там у бабушки давление повысилось. Ну, поднялись, померяли, сделали укол, выходим с фельдшером на улицу - а там такой ужас творится…

- Что же? - полюбопытствовал я.

- Да прямо с утра мужика у подъезда расстреляли. При мне почти. Правда, самого убийства я не видела. Когда мы вышли, убийца уже убегал.

- Да ты что? - сделанно удивился я.

- Ага, прикинь? Мужик прямо в скоряке от полученных ран умер. Даже до больнички не доехал. Вот что в городе творится.

- И не говори, - согласился я. - Как страшно жить в наше время.

- Вообще везет мне на такие случаи. То какой-то отморозок наркомана в парке при мне убил, то вот мужика у подьезда застрелили. Потом вы в баре подрались…

- Ты просто притягиваешь неприятности, - усмехнулся я.

- Это проклятье, - засмеялась девушка. - Ладно, я добежала уже. Вечером позвоню. Или в гости заеду. Чаем напоишь?

- Конечно! Я всегда рад гостям.

- Вот и чудненько! - взбодрилась Настя. - Тогда до вечера.

В трубке раздались короткие гудки. А в двери заскрипел, проворачиваясь, ключ.

- Ну и какого хуя ты наебываешь ни свет ни заря, когда еще даже не рассвело? - зло спросил Гоблин прямо с порога.

- Помнишь тех барыг, что мы так и не завалили тогда? - вопросом на вопрос ответил я.

- Наркоторговцев то? Ну помню.

- Система сгенерировала тогда на них задание. И теперь ебет мне голову, что задание не выполнено.

- Ну так отключи его и все дела.

Не разуваясь, Гоблин прошел на кухню и потрогал чайник. Затем, кинул в пустую чашку пакетик с чаем и залил его кипятком.

- Не выходит. Сообщения приходят мне раз в пять минут. Я скоро с ума сойду.

- Да ебать - колотить! - взвился Гоблин. - Вот сейчас вообще не до них. Они вообще хуй знает где теперь!

- Значит, их нужно найти! - прошипел я.

- Ладно, хуй с тобой. Живи уродом, - сдался Гоблин. - С чего начнем поиски?

Я раскрыл было рот да так и застыл: действительно, с чего?

“Информация о задании “Серый Порошок”.

Система открыла интерфейс, и передо мной зависли две папки со штампами “приговорен” с личными делами наркоторговцев. Я протянул руку, дотронулся до одной из папок. Повинуясь моим движениям, папка раскрылась.

В папке была вся информация. Имя, адрес, фото из полицейского досье, протокол допроса в полиции… Система дотошно скопировала все, что давал мне на этих наркоторговцев Гоблин.

- Эй! Ты хуле руками размахиваешь? Совсем ебанулся в край? - раздался обеспокоенный голос Гоблина.

Интерфейс мигнул, но я снова открыл его. Так. Теперь посмотрим, как работает метка.

Я вытащил с панели скилл, активировал его.

“Желаете поставить метку на разыскиваемого за наркоторговлю Сергей Ворошилова” - уточнила Система.

Желаю.

Папка закрылась. Теперь перед глазами появилась карта с городом и областью. Красная линия прочертила маршрут от дома, где сидели мы с Гоблином, до какой-то деревеньки.

- Заречье. Он в Заречье, - пробормотал я.

- Где, блять?

Интерфейс замигал и пропал, вернув моему взору кухню и стоявшего передо мной с сильно охуевшим видом Гоблина с чашкой в руках.

- За городом. В Заречье. Поехали.

Я встал со стула, отодвинув чашку с недопитым чаем.

- Дай хоть чай допью….

- Потом допьешь, - рявкнул я, выходя с кухни.

- Совсем дураком стал с Системой, заданиями и прочим, - пробормотал Гоблин, сокрушенно качая головой. - Говорила мне мама, что от компьютерных игр тупеют…

***

Деревня Заречье надежно укрылось в самых настоящих ебенях. Огражденное от мира густым лесом, с подьездом по лесным дорогам, на которых большегрузы и лесовозы пробили глубокую колею.

- Вот с чего ты взял, что он сидит в этой богами забытой деревне? - спросил Гоблин, разглядывая открывшийся пейзаж. - Тут вообще никого.

Филин остановился на окраине большого поля, с которого были видны далекие домики.

- С того, - огрызнулся я. - Поехали уже ебнем его, и спокойно вернемся домой.

Филин осторожно поехал к деревне.

Заречье встретило нас заросшими густым бурьяном участками. и почерневшими срубами с провалившимися внутрь крышами и заколоченными окнами. Деревня была заброшена. И, судя по всему, давно.

Дорога здесь была одна. Точнее, какое-то подобие дороги. Разбитая грунтовка пересекала деревню из одного конца в другой. С грунтовки были сьезды, петляющие между заброшенных домов,

Я открыл интерфейс. Нужный дом, в котором укрылся барыга, был на другом конце деревни.

- Сворачивай здесь, - я склонился к водительскому креслу и указал Филину на одну из узких проселочных улочек. Филин молча свернул на разбитое бездорожье.

Даже Гоблин перестал задавать вопросы. Он просто смотрел на дорогу, то и дело молча и с интересом оглядываясь на меня.

Разбитая улочка, на которой Филин пару раз едва не утопил машину в вековой грязи, вывел нас на окраину этой богами забытой деревеньки, к покосившемуся, но относительно целому дому.

Филину хватило ума не подьезжать к дому вплотную, поэтому часть дороги нам с Гоблином пришлось протопать ножками.

- Охуеть! - подвел Гоблин итоги разведки.

Дом стоял на отшибе, на опушке леса. Он отлично просматривался со всех сторон, и дабы не попасть в непонятное в виде пули или лишних глаз, уже на подходе к дому, было решено сделать небольшой крюк. И теперь, сидя в развалинах одного из стоявших неподалеку домов, мы рассматривали окрестности.

Дом - небольшая покосившаяся хибара с заколоченными окнами, выглядел нежилым, хоть и был наименее подпорченным во всей деревне. Только вот что забыли рядом с домом два черных внедорожника с тонированными стеклами?

- Филин, сваливай из деревни. Когда нужно будет - дам знать, - прошипел Гоблин в рацию.

“ Убейте бандитов”, - выдала задание Система.

- Сколько их там? - едва слышно прошептал Гоблин, раскатывая штурмовую маску. Я повторил его трюк, натянув на лицо мотоциклетную полумаску с изображенным на ней оскаленным черепом: Присмотрелся к дому.

“Цели обнаружены. Цели опознаны”

Система тут же подсветила шесть красных силуэтов. Пятеро внутри дома, еще один - в машине, стоявшей рядом.

- Шестеро, - прошептал я. -Пятеро в доме, еще один в тачке.

- Может, ну его нахуй? - с сомнением спросил Гоблин. - Шесть боевиков, наверняка с автоматическим оружием. А у нас только пара пистолетов.

- Система уже начала квест, - покачал головой я.

- Да ебать ее на пне! - выругался Гоблин. - Иногда хер поймешь, чего от нее больше: вреда, или пользы. Ладно, идем.

Соседский участок порос высоким, почти в рост человека, бурьяном. В нем легко было укрыться и без проблем пересечь участок, выйдя к опушке леса.

Ограды вокруг интересного нам дома не было. Прогулявшись по лесу, нам удалось зайти со стороны двора, укрывшись за развалинами старого бревенчатого сарая, стоявшего неподалеку от дома.

- Что делать будем? - поинтересовался я, обернувшись к Гоблину.

- Вот я ебу? - раздраженно ответил тот. - Я даже не вижу их. Окна то заколочены. Обзора нет.

Из- за стены сарая были видны остатки крыльца и покосившаяся дверь, которая вела в домик. Густая трава которой зарос двор, могла скрыть нас, реши мы подобраться к дому. Только вот что делать дальше?

Я осматривал дом, вглядываясь в ходившие внутри дома фигурки. И решение пришло как-то спонтанно. Словно само собой. И приняв его, я не стал долго раздумывать.

Осторожно достав из-за пояса пистолет, и стараясь действовать как можно тише, я привел его в боевую готовность. Высунулся из-за укрытия, и, прицелившись, выстрелил по силуэтам.

Бах! Бах! Бах!

Пистолетные пули легко пробили гнилые доски, которыми были заколочены окна. Две фигурки почернели, исчезнув из поля зрения.

- Ты совсем ебанулся? - заорал Гоблин, понимая, что с этого момента вся маскировка полетела к ебеням и теперь стелс - режим деактивирован. Я же скрылся за укрытием:

- Минус два! - гордо сообщил я напарнику.

Однако, порадоваться в полной мере, мне помешали товарищи убиенных. А именно беспорядочная стрельба из автоматического оружия, которую они открыли из дома.

Противники не видели нас и палили наугад, в белый свет, собираясь скорее прижать нас огнем, чем устранить. Эти действия имели результат: нам с Гоблином пришлось укрыться за стеной сарая.

На подьезде к дому раздался звук заведенного двигателя. Очевидно, выстрелы разбудили подельника засевших в доме бандитов, и тот, следуя закону джунглей: каждый сам за себя, решил уносить ноги.Машина с ревом сорвалась с места, побоища.

- Кощей! Пидор! Ну я до тебя доберусь, - раздался из осажденного дома полный ярости крик.

Дверь начала осторожно приоткрываться. Я не стал долго ждать. Два точных выстрела сквозь гнилые доски сделали еще одного противника “серым”.

Эта стрельба выдала нашу позицию, и длинная очередь ударила по стене, выбивая из бревен труху и гнилые щепки.

- Огрызаются еще, пидоры! - сделав ударение на последний слог в слове “пидоры”, выругался Гоблин.

Он высунулся из-за стены, сделав несколько выстрелов по окнам. Но стрелял он, скорее, наугад. В ответ из дома снова щедро полоснули очередью, заставив Гоблина быстро спрятаться.

Красные фигурки метались внутри дома, меняя позиции. Один бросился к двери, второй занял позицию у окна, прикрывая товарища.

- Сейчас один пойдет на прорыв, - предупредил я Гоблина, кивнув на дверь.

Очередь из окна ударила по сараю, в тот же момент дверь открылась, но Гоблин был наготове.

Он стрелял не целясь, на упреждение. Но пули нашли цель. Красный силуэт у двери “потух”.

- Хоро-о-о-ош! - с уважением протянул я.

Последний из бандитов укрылся за окном. Я видел его, но от выстрелов его защищали толстые бревна.

- Прикрой, - шепнул я Гоблину. - Вон то окно.

Я указал на окно, за которым укрылась последняя цель. Сам же я выскочил из-за укрытия, бегом бросившись к дому. За спиной раздались одиночные выстрелы: Гоблин палил по указанному мной окну, не давая противнику высунуться.

Я протиснулся в полуоткрытую дверь, обошел труп, стараясь не наступить в лужу крови, оказавшись в полутемном помещении.

Здесь пахло затхлостью, сыростью и плесенью. Лучи света, пробивающиеся сквозь похожую на решето, пробитую во многих местах крышу, едва освещали помещение. Доски пола опасно заиграли под осторожной поступью. Один неосторожный шаг - и у меня будет шанс показать фокус с исчезновением: исчезнуть ко всем хуям под проломившийся пол.

Сам автоматчик укрылся на другом конце небольшой комнаты, перезаряжая автомат. Он заметил меня, вскинул оружие, но не успел.

Бах! Бах!

Бандит смешно взмахнул руками, словно поскользнувшись на льду - и упал.

Педантичная система вывела интерфейс, и на папке с делом наркоторговца появился штамп: “ликвидирован”.

- Чисто! - крикнул я затаившемуся на улице Гоблину. Перевел дух и осмотрел помешение.

Большая комната, полусгнившая мебель: обломки кресел, стульев, колченогий стол. Ворох разнообразного мусора на полу: пустые бутылки, полиэтиленовые обертки, какие-то тряпки, битый кирпич.

Большие новые деревянные ящики, которые стояли в углу комнаты, в этом интерьере смотрелись неестественно. Я осторожно подошел к штабелю, заглянул внутрь верхнего ящика.

Он был забит брикетами с грязно - серым порошком.

“Уничтожьте партию наркотиков” - тут же выдала подзадание Система. За спиной заскрипела, отворяясь, дверь. Я резко развернулся, вскидывая пистолет и беря на прицел вход в помещение.

- Не стреляй, блядь. Это я! - с порога рявкнул Гоблин.

Я опустил пистолет.

- Ну что тут? - с интересом спросил Гоблин, подходя ко мне и заглядывая в ящик. - Ох, ебутся цари на лысой голове...

- Это нужно спалить, - устало произнес я.

- Годная мысль, - одобрил Гоблин. - Нечего этой поебени делать в городе. Пошли, займемся делом и свалим.

Перед тем, как поджечь и дом и машину, Гоблин решил обшарить внедорожник. На мой вопрос нахуя ему это сдалось, Гоблин ответил лаконично: надо. Дверь была не заперта, и Гоблин скрылся в салоне. Вылез он оттуда спустя три минуты с весьма удрученным видом.

- Смотри что нашел, - он протянул мне несколько красных удостоверений. Яоткрыл одно из них.

Частное охранное предприятие “Цитадель” - гласила надпись. В левом нижнем углу - рожа охранника.

- То есть частное охранное предприятие наняли для перевозки “хмурого” в город? - поделился я пришедшей в голову мыслью с Гоблином. Тот лишь пожал плечами. Открыл багажник внедорожника, вытаскивая оттуда канистру и шланг.

- Запасливые ребята, - с некоторым уважением произнес он, откручивая крышку бензобака машины и вставляя внутрь шланг. - Хуй его знает. ЧОПы сейчас за все подряд беруться. Конкуренция - пиздец какая. Тут не до выебонов: это не хочу, то не буду.

- А тот, что сьебался? - спросил я.

- Вот с этим пидором могут появиться небольшие проблемы.

Струя бензина полилась в канистру.

- Скоро он вернется с друзьями. И желательно, чтобы в этот момент, мы уже здесь не отсвечивали. Филин. Дуй к дому.

Последнюю фразу Гоблин адресовал рации. Потом Гоблин передал мне канистру и подставил под струйку бензина пустую бутылку из-под газировки, которую вытащил из салона.

- Пиздуй в дом и полей там все.

Я кивнул головой, принимая канистру и направившись к дому.

Бензин я разливал щедро. С внезапно охватившей меня маниакальной педантичностью, я облил каждый сантиметр пола, стен, мебели. Быстро опустевшую емкость я поставил в центре комнаты. Отошел на пару шагов назад, осматривая комнату. И только потом, жутко довольный собой, покинул дом.

- Гоблин. Горючка еще осталась?

Тот молча бросил мне полупустую бутылку с бензином. Я быстро облил дверь и крыльцо, забросив опустевшую бутылку в дом.

Сзади послышался шум мотора. Филин приехал эвакуировать нас отсюда. Осталось немного.

Гоблин вытащил из багажника Филиновской машины два фальшфейера. Один передал мне. Я нащупал кольцо, резко рванул его на себя, отводя руку с файером в сторону.

С шипением вспыхнул красный огонь. Повалил густой удушливый дым. Я подержал файер пару секунд в руке, а затем забросил его в приоткрытую дверь.

- Уебываем!

Гоблин уже сидел в машине. Я последовал за ним. Филин завел двигатель, машина тронулась с места, вывозя нас из деревни.

За нашими спинами сквозь щели досок, которыми были забиты окна, полезли, жадно облизывая дерево и пробуя его на вкус, языки пламени, разрастаясь и поднимаясь к крыше. Огонь загудел, пламя крепло, занимаясь все сильнее и пожирая дом. Вот уже затрещал, сыпля в разные стороны раскаленными осколками, старый гнилой шифер. В воздух поднялся столб жирного черного дыма.

“Дополнительное задание выполнено”.

И в этот момент, когда Филин увозил нас от огня, что разносил в разные стороны волны жаркого воздуха, устало откинувшись на спинку сиденья я понимал: все сделано чисто. Огонь основательно испортит трупы и уничтожит героин. Руководство ЧОПа вряд ли побежит в полицию с заявлением. Мол, перевозили мы хмурый в промышленных масштабах, а тут хер знает кто приехал. Дом поджег и бойцов наших поубивал нахуй. Скорее всего, начнут искать нас сами.

Одежду, в которой мы были, и на которой могли остаться пороховые следы, мусоровоз утром увезет на городскую свалку. Пистолеты поглотит речная гладь или колодец городского коллектора. Неприметную тачку, на которой мы приехали в деревню, разберут этой же ночью на запчасти в одном из гаражей в каком - нибудь неблагополучном районе города. Ух, до чего забавная вышла история.

- Охуенно все прошло. Ты красавчик. Грамотно все начал. Я уж думал, у тебя совсем фляга засвистела. А тут так гладенько все прошло.

Гоблин словно читал мои мысли. И я лишь кивнул в ответ. Если бы кто-то спросил меня, почему я так сделал, когда начал стрелять по окнам, на прострел - я не смог бы ответить. На меня словно нашел боевой кураж. Я вдруг понял: нужно сделать все именно так. А что, почему и как… я не хотел задавать себе эти вопросы. С момента появления в моей жизни Системы и интерфейса этой ебучей “Игры в жизнь”, я вообще перестал чему - то удивляться.

Глава 13. Уроки химии

"Берем сначала Калий

Потом Цэо три Барий

Двадцать пять протонов

Семнадцать электронов

Ведро воды и хлор туды

Охапку дров и мет готов".

Народный рецепт.

Бойцы “Цитадели” не стали особо торопиться к “героиновому дому”. Во всяком случае, дав беглецу значительную фору, мы не встретили по дороге в город мчащиеся к деревне машины с вооруженными головорезами ЧОПа.

- Охуенно почудили, брат, - сказал мне на прощание Гоблин.

- Угу. На связи, - ответил я и вышел из машины.

Филин привез меня к дому когда уже солнце близилось к закату. Львиную долю времени у нас отняла дорога в эти богами забытые Ебеня. Всю дорогу от машины до дома меня не покидала мысль о том, что я забыл что- то важное, интересное. И лишь зайдя в квартиру, и устало развалившись на стуле в кухне, подняв со стола мобильник, я понял что именно. Пара пропущенных. Все - от моей новой знакомой. От Насти.

На душе сразу стало как-то тепло. Приятно. Я быстро набрал ее номер. Трубку Настя взяла почти сразу.

- Держала телефон в руках и ждала звонка?

- Ждала. И сама звонила. А ты…

В голосе Насти прозвучала напускная обида.

- Прости. Весь день вертелся как белка в колесе. А телефон дома забыл. Такой вот я рассеянный…

- Хм… - задумалась подруга. - Ну ладно, я подумаю, прощать тебя или нет. Как чувствуешь себя?

В ее голосе все еще звучала обида и злоба. Но Настя уже сменила гнев на милость.

- Ой-ой-ой, - пытаясь вооззвать к жалости, притворно запричитал я. - Я самый тяжело больной в мире человек. Нуждаюсь в наблюдении доктора.

- Ты чем - то похож на этого персонажа, - задумчиво протянула Настя.

- Нууу… Я тоже люблю варенье и пошалить.

- Про варенье не знаю, - ответила Настя и в ее голосе послышались теплые нотки. - В общем - так: доктор приедет осмотреть твои боевые раны. Но при одном условии.

- При каком? - живо заинтересовался я.

- Если ты напоишь уставшего на долгой смене доктора вкусным кофе.

- Вечером пить кофе вредно, - строгим тоном наставника заметил я. - Потом спишь плохо.

- А кто говорил, что я буду пить его вечером? - сделано удивилась Настя. - Я говорила про утренний кофе.

Я устало рассмеялся:

- Ну, раз про утренний - то напою, - заверил я девушку. - Сделаю самый вкусный кофе. Такого ты еще не пила.

- Ну не зна-а-а-ю, - Настя все еще раздумывала. - Хорошо. Так и быть. Я будущий врач и надзор за больными - моя святая обязанность. Заеду после смены.

- Буду ждать.

- Все, мне надо бежать. До вечера.

В трубке запищали короткие гудки. Я положил телефон на стол и устало прислонился спиной к стене. Хотелось чаю, но мне лень было вставать. Мне даже шевелиться было лень. Я просто сидел и тупо пялился в стену. Но несмотря на боль в ребрах, на усталость, я довольно улыбался: сегодняшний день удался.

***

- Ты словно с цепи сорвался. Будто в кругосветном плавании был. Или в тюрьме сидел.

Настя лежала рядом со мной, положив голову на мое плечо и нежно, едва касаясь ногтями, гладила меня по груди.

Заслышав знакомое слово, я едва не поперхнулся. Но деликатно умолчал о факте что весь предыдущий год я провел в весьма веселом общежитии по адресу Проспект Первого Космонавта дом 26 А, где в комнате проживало по 30 человек, и на всех - один туалет. А женщин я видел только из забранного толстой решеткой маленького окошка.

Осмотр моих ран закончился, так и не начавшись. Сказалось сильное эмоциональное напряжение последних недель, которое потребовало немедленной разрядки, едва нежные девичьи пальцы прикоснулись к синякам на моем боку. Поэтому было решено сразу перейти к лечению. Лечение было долгим, чувственным и страстным, укравшим остатки сил у обоих…

- Оу, сейчас же начнется сериал!

Настя вскочила с кровати, подбежав к столу и схватив пульт. Я поморщился, ожидая, что на экране телевизора сейчас начнут кипеть страсти про безответную любовь Кармелиты и прочую ванильную поебень. Как же я ошибался.

Страсти действительно закипели. Да вот только вместо донов Хулио, Педро и прочей хероты, на экране висевшего на стене телевизора появился бар, где двое в байкерских куртках с нашивкой смерти с косой, передавали сумку с деньгами связному из ИРА.

- “Сыны Анархии”?

- Да-а-а-а, - протянула Настя. - Обожаю этот сериал. Смотрел его?

Она с интересом посмотрела на меня.

- Очень давно.

- Понравился?

Я кивнул. Усталость и расслабленное состояние, вызванное “лечением” постепенно брали свое. И меня начало клонить в сон.

- Почему они выбрали этот путь? - сквозь полудрему расслышал я вопрос девушки.

- Что? - сонно переспросил я. - Какой путь? Стать байкерами и кататься на мотоциклах по дорогам Америки?

- Нет. Торговля оружием, убийства. И их не пугает, что они могут сесть в тюрьму. Или погибнуть.

- У них нет семьи. Детей. Только братья и клуб. Поэтому, они готовы пойти на что угодно, ради клуба, - сонно пробормотал я. - Даже умереть.

- А ты смог бы так жить?

Я лениво скосил глаза, посмотрев в угол комнаты. Где в черном мусорном мешке были сложены мои вещи, в которых мы с Гоблином сегодня посетили заброшенную деревню, оставив после себя лишь десяток трупов.

- Наверное, нет, - зевая, ответил я.

И уже засыпая я понял, что за последние дни Гоблин стал для меня одним из самых близких людей. Обстоятельства сложились так, что за короткий срок мы крепко сдружились. Потому что сложно не доверять человеку, который прикрывает твою спину. Особенно, когда вас связывает десяток загубленных жизней.

***

Обещанного кофе Настя так и не получила. Она уехала на работу, когда я еще крепко спал. Сказалась прошедшая бессонная ночь, тяжелый, полный беготни день и бурный вечер. Поэтому, кофе девушке пришлось варить самой. Я же с трудом продрал глаза лишь ближе к обеду. Зато бодрый, свежий и полный сил и желания творить добро.

Итак, следующий наркобарон. Посмотрим, что он за птица.

Хотя Система и отьебалась от меня со своими напоминаниями после того, как мы с Гоблином расстреляли боевиков “Цитадели” в деревне, стоило все же закончить начатое. Хуй его знает, когда подобное напоминание вылезет в следующий раз? Например как тогда, когда напоминалка едва не похерила расстрел Алешки. Я вызвал интерфейс, вытащил папку последнего наркодельца, открыл ее.

"Николай Арсентьев, он же Хайзенберг. Бывший учитель химии, талантливый ученый и светило науки, бросивший стезю знаний ради менее благородного, но более прибыльного ремесла. Привлекался неоднократно, но также неоднократно уходил от правосудия ввиду недостаточности улик".

С фотографии в личном деле, на меня смотрел лысый мужик в очках, лет сорока - сорока пяти.

- Химик, значит? - протянул я, листая дело. - Варит самое лучшее в штате драконье стекло.

С самим персонажем все понятно. Решил заработать легких денег. Посмотрим, где он окопался.

“ Желаете поставить метку на цель”? - уточнила Система.

Еще как желаю.

На открывшейся карте - радаре появилась метка, к которой Система заботливо прочертила красную нить прямо от моего дома. И цель опять находилась в ебенях, до которых не доберешься. Пора звонить Гоблину.

- Опять ты? - раздался в трубке недовольный голос. - Ты мне еще в тюрьме надоел.

- Я нашел четвертого барыгу.

Гоблин вздохнул:

- Ну вот. Ни привет, ни как дела, братан? Давай пересечемся, пива попьем. Но нет. Этот человек звонит мне только тогда, когда ему нужна помощь.

- Попьем, попьем, - успокоил я Гоблина. - Вот завалим этого товарища - и сразу попьем. Друзья ведь должны помогать друг другу.

- Святая правда, - согласился Гоблин. - Жди. Скоро приедем.

Гоблин отключился. Я же встал со стула и пошел собираться в дальнюю дорогу.

***

Машин на выезде из города было мало, и Филин, лихо обгоняя по встречной полосе едва ползущие грузовики и фуры, летел к цели.

Пока мы выезжали из города, Голин молчал, врубив музыку.

“ В интернете спорят, мы на кого похожи

Пиздим ли мелодии, кому даем по роже”

- За кого болеем, любим ли иммигрантов, - хрипло подпевал Нильсу Гоблин. - Где этот твой барыга? Опять в ебенях?

- Да ты провидица, - успокоил я приятеля.

- Да ебучий случай. Один он там?

Я постарался сделать жутко загадочное лицо:

- Сие тайна великая есть. Система не предупреждает, сколько противников будет.

- Это очень херово. Этот баг нужно срочно пофиксить.

- Не баг, а фича, - поправил я.

- Куда дальше? - вклинился в разговор Филин.

- Вот этот съезд, - я махнул рукой в сторону нужного нам съезда с трассы.

- Это который мы только что проехали? - иронично уточнил Гоблин. - Раньше ты сказать не мог?

Проигнорировав сарказм товарища, Филин молча ломанул на полосу встречного движения. Его абсолютно не смутила ни сплошная разделительная полоса, ни истошно сигналившая машина, которой Филин едва не въехал в бок.

- И прямо по дороге до упора.

Сразу после съезда с автострады, закончилась и дорога. Скорость пришлось сбавить, но машину все равно нещадно трясло на ухабах. Справа, за полем, мелькнула, скрывшись из виду, далекая деревенька - и потянулось редколесье.

Окна машины тут же пришлось закрыть от огромного количества обитавшего здесь комарья. Казалось, сам воздух звенел от полчища мелких кровопийц.

- Куда выводит эта дорога? - спросил я у Гоблина.

- Да вот хуй его знает, - огрызнулся тот. - По навигатору там лес. Так что ты у нас теперь штурман - навигатор. Далеко еще, кстати, до цели?

Я вызвал радар интерфейса, чтобы узнать, как далеко до цели.

- За поворотом.

Филин затормозил. Я накинул на голову капюшон толстовки и натянул на лицо полумаску. Гоблин раскатал штурмовую балаклаву. Мы быстро выскочили из машины.

- Филин. Загони тачку в лес, - крикнул Гоблин, открывая багажник и вытаскивая коврик. Из ниши под ним, достал два автомата, один из которых бросил мне.

- На всякий случай, - пояснил он. - Ну в пизду. В прошлый раз чуть не встряпались.

Я молча кивнул, передергивая затвор.

- Пользоваться, я смотрю, умеешь, - с одобрением сказал Гоблин. - Ох, мне бы в свое время такую систему. Все приходилось постигать на практике, методом проб и ошибок.

Я не стал уточнять, на каких пробах и ошибках Гоблин постигал эту науку.

Гоблин достал из багажника рюкзак, в котором что - то звякнуло, взвалил его на плечо.

- Ходу, - скомандовал он. - Веди.

Молча мы свернули с дороги, скрывшись за высокими деревьями.

Как я не старался идти по лесу тихо, у меня не получалось не шуметь. Гоблин то и дело шикал на меня из-за хрустевшего под подошвами моих кроссовок валежника. Сам Гоблин словно парил над ковром из мха, опавших листьев и сосновых иголок. Под его ботинками не хрустнул ни один гнилой сучок. То и дело я останавливался и открывал карту интерфейса, чтобы сверится с маршрутом. Пропетляв так минут пятнадцать, красная путеводная нить вывела нас к цели. И сказать, что мы охуели - это не сказать ничего.

Мы сидели на невысоком, заросшим густым кустарником холме. Высокая поросль надежно скрывала от любопытствующий хлаз. А впереди открывалась огромная, огороженная высоким забором из красного кирпича территория. По верху забора в несколько рядов была пущена колючая проволока. За воротами были припаркованы четыре тонированных внедорожника. Точь-в-точь таких, что мы видели в деревне. От ворот дорога разветвлялась, подводя к нескольким обшитым листовым металлом ангарам. Возле дальнего от ворот ангара стоял ржавый остов лесовоза. Неподалеку от него был сложен покосившийся штабель из черных гнилых досок. В углу свалены серые разбитые паллеты.

Даже с такого расстояния я почувствовал резкую сильную вонь аммиака и бензинхлорида, от которой заслезились глаза.

“Цели опознаны”, - выдала система. - “Убейте наркодельца и охрану”.

И на территории старой лесопилки начали появляться красные точки. Одна, две, три…

Гоблин только открывал рот, не в силах вымолвить ни слова. Я же молча охуевал от того, в какой блудняк нас втравила хитрожопая система.

Система подсчитала народ. В каждом ангаре по четыре человека. Еще пятеро ходят по территории. И трое у ворот. Итого… итого много.

- А-а-ахуеть! - пробормотал я. - Их там около двадцати рыл.

- И укрытий не дохуя, - резюмировал Гоблин, осматривая территорию. - Да, встряпались.

- Неплохо устроился учитель химии. Дважды учитель года.

- Ну а что? - изумился Гоблин. - Говорил же кто - то из правителей: если учителям не хватает денег - пусть идут в бизнес. Вот твой учитель года и организовал в этой дыре производство, освобожденное от налогов. Что делать будем?

- Квест выдан, - пожал я плечами. - Мне отступать некуда.

- Вот же ебуччий случай! - выругался Гоблин.

Я еще раз осмотрел территорию заброшенной лесопилки.

- Смотри!

Гоблин ткнул меня локтем в бок, указывая на штабель гнилых бревен, неподалеку от остова тягача - лесовоза.

Я всмотрелся в сторону. куда указывал приятел. Возле гнилого штабеля, внизу забора, виднелся небольшой пролом.

- Зайдем оттуда, а дальше будем действовать по ситуации. И гори оно пламенем синим…

- Ебись конем, - закончил я за Гоблина фразу широко известного в узких кругах классика.

Мы осторожно спустились с холма, сделав крюк и обходя базу по периметру.

Лазейка в заборе была небольшой. Я едва протиснулся в нее, оказавшись на территории и быстро укрывшись за досками.

- Вот долбоебы! - прошипел Гоблин, - Охраны нагнали дохуя, а дырку в заборе заделывать - нахуй надо. Ну что, готов? Разбег - Атака.

Я высунулся из-за укрытия, прицеливаясь в стену ближайшего ангара.

Бах! Бах! Бах!

Приклад ударил в плечо. Пули легко пробили тонкое гнилое железо, и сразу трое противников исчезли с поля зрения. Четвертый рванулся куда - то вглубь помещения.

- Да куда ты, блядь, собрался, - прошептал я, пицеливаясь в мечущуюся фигурку.

Бах! Бах! Бах!

Фигурка исчезла с горизонта, перестав мозолить мне глаза.

А в следующую секунду, на территории началось веселье. Стрельба, крики, ругань… Даже ткни я палкой в осиное гнездо - вряд ли я вызвал бы больший переполох. Фигурки в остальных ангарах моментально пришли в движении, выскакивая наружу. Гоблин не целясь полоснул длинной очередью по открывшимся дверям ближайшего ангара, прикончив двоих противников и заставив остальных укрыться внутри.

По укрывшему нас штабелю ударили пули, выбивая щепки из гнилых досок.

- Засиделись мы тут! Прикрой.

И едва только обстрел стих, Гоблин выскочил из-за укрытия, пригнувшись бросился к тягачу. Пара бандитов высунулась было, чтобы подстрелить бойца, но я был начеку.

Каждому хватило по три пули. Оба вскинули руки, словно поскользнувшись на ровном месте, и упали на дорожку, выпустив из рук оружие. А Гоблин уже укрылся за вросшим в землю остовом лесовоза, показав мне большой палец. Высунувшись из-за морды лесовоза, он полоснул несколькими короткими очередями, заставив противников укрыться на стеной одного из ангаров.

- А я вас вижу, - прошептал я, прицеливаясь в красные фигурки за тонким металлом ангара.

Короткая очередь. Несколько пуль с визгом пробили гнилое железо, заставив две фигурки почернеть. Я резко развернулся, тут же стреляя по прицелившемуся в меня с дорожки бандиту, получившему несколько пуль в грудь и голову.

Начало было каким - то очень уж легким. Мы снесли половину охранников, даже не вспотев. И отчего - то у меня появилось стойкое ощущение, что что-то пойдет не по плану. Не так, как надо.

Гоблин снял со спины рюкзак, доставая из недр пару бутылок с забитыми в горлышки тряпками - фитилями. Чиркнул зажигалкой, поджигая быстро вспыхнувшее тряпье, и бросил их одну за другой. Одна из бутылок врезалась в дверь ангара. растекшаяся маслянистая жидкость моментально вспыхнула, охватывая препятствие.

Две коротких очереди заставили Гоблина укрыться за лесовозом. Я высунулся, выстрелами заставил бандитов спрятаться, и выскочил из укрытия.

Я рванул так, будто меня черти несли. И вот морда лесовоза была уже рядом, как…

Раздалось несколько выстрелов - и по плечу потекло теплое. Уже юркнув за укрытие, я скосил глаза. Рукав толстовки начинал набухать от растекающейся крови.

- Да еб твою мать! - выругался Гоблин. - Как так, брат? Ну - ка… Насквозь. Жить будешь.

Я осторожно высунулся, выискивая ранившего меня бандита. Ага, вон он.

Бандюга укрылся за одной из черных машин - внедорожников, что были припаркованы у ворот. Я залег между колес лесовоза, прицелился.

Несколько пуль пробили стекла машины - и фигурка перестала существовать. За этими же машинами укрылись остатки обороняющихся. Видимо, те, кто охранял ворота пытались прикрыть химиков, что засели в последнем ангаре.

- Гоблин, прикрой!

Я высунулся, полоснув по ангару с горящей дверью. Гоблин между тем метнул бутылку в сторону машин. Удар, звон бьющегося стекла - и одна и машин вспыхнула факелом. Огонь быстро растекся по бортам, жадно вьедаясь в кузов, будто тот был из картона. Я же прицелился, и в прострел, точными выстрелами, как в тире, одного за другим уложив засевших в ангаре химиков и охрану.

“Выполнено”

- “Уничтожьте охрану в пункте хранения серого порошка (Выполнено)”

- “Уничтожьте серый порошок в хранилище (Выполнено)”

- “Уничтожьте четверых торговцев серым порошком (Выполнено)

“Навык владения огнестрельным оружием улучшен”

“Навык владения холодным оружием улучшен”

“Навык “Сбор доказательств” улучшен”

“Навык “Аналитика” улучшен”.

Системные сообщения посыпались одно за другим, выставляя галочки напротив выполненных пунктов задания, и раздавая щедрые, для побочного квеста, плюшки. Как всегда не вовремя.

В горячке боя, не заметив, что я завис, Гоблин высунулся из укрытия, решив подавить последний оплот сопротивления. И, оставшись без прикрытия, тут же нарвался на пули. Один из бандитов стрелял не целясь, скорее наудачу. И… попал. Гоблин дернулся и выпал из-за укрытия на землю.

Интерфейс Системы растворился, и я моментально вкурил, в чем дело, хватая Гоблина за капюшон толстовки и затаскивая за укрытие. Пули тут же ударили по корпусу лесовоза, с визгом отскакивая и выбивая искры.

- Живой?

Лицо Гоблина исказила гримаса боли. Он кивнул, прошипев что-то сквозь плотно стиснутые зубы.

- Ну, пидоры! - прорычал я.

Внутри вспыхнула, заклокотав, лютая черная злоба. Фигурки метались, отходя от горевших машин и беспрерывно обстреливая лесовоз. Бежать им было некуда. Да и не на чем: машины, на которых они могли сьебаться, догорали у ворот.

Я осторожно обошел тягач, высунувшись и полоснув очередью. Последние три фигурки исчезли, перестав раздражать глаз красным подсвечиванием. Стрельба стихла. Я высунулся, проверяя положение вещей. Последние отступавшие лежали неподалеку от горящих машин.

Я склонился над лежавшим за тягачом Гоблином. Несколько пуль попали в грудь чуть ниже ключицы. Еще одна прошила плечо. На месте ран уже расползлись, промочив ткань толстовки, красное пятно.

Я выхватил из кармана толстовки Гоблина рацию.

- Филин! Кати сюда! Срочно! - заорал я водителю.

Видимо, тот быстро смекнул, что все пошло не совсем по плану. Через три минуты машина влетела в заботливо распахнутые бандитами ворота.

- Держись братан, - прошептал я, помогая Гоблину встать.

Заметив кровь на толстовке товарища, Филин понял все без слов. Молнией он выскочил из машины, открывая заднюю дверь и помогая усадить раненого внутрь. Я запрыгнул следом, и Филин тут же сорвался с места, увозя нас от лесопилки.

Глава 14. Игры на доверии

- Стой! Ты куда?

- Найду Джекса и медсестру.

Уважением УВ- Нет-нет, помнишь, Клей сказал всем сидеть на месте?- У тебя два варианта, Тиг, мешать или ехать со мной!- Слушай, я же в тебе души не чаю, Джемма за что ты со мной так жестоко?- Характер такой, я упертая! - Вот почему я бью шлюх.

Тиг Треджер и Джемма Теллер.

"Sons of Anarchy"

Дорогу в город я запомнил смутно.

- Где аптечка! - крикнул я Филину.

- Сзади, - коротко бросил он, посмотрев в зеркало заднего вида, чтобы проверить, как там товарищ.

Гоблин зашипел, сдирая с себя промокшую от крови толстовку. Я достал аптечку, открыл ее, доставая марлю и перевязочный пакет. Наскоро, как сумел, наложил повязку на грудь Гоблина, чтобы хоть как-то остановить кровь. Тот зашипел, когда почувствовал ткань на туго перемотанной ране.

- Свою руку перемотай, - прохрипел он.

Машину тряхнуло на кочке проселочной дороги. Я подскочил на сиденье, едва не выронив марлю и бинт. Филин гнал так, будто его черти несли. То и дело, водитель посматривал в зеркало заднего вида, словно проверяя, жив ли Гоблин.

Я торопливо снял толстовку, поморщившись от боли, когда пришлось высвобождать из рукава раненую руку. Наскоро смастерил повязку и перебинтовал руку, туго затягивая зубами узел.

Стиль вождения Филина едва не оставил меня без зубов, когда тачку вновь подбросило на кочке и я дернул рукой, чуть не вырвав изо рта край бинта вместе с передними зубами.

- Куда едем, Филин. Его в больницу надо и срочно!

- В больницу? С огнестрелом? - через силу просипел Гоблин. - Там то нас и примут по наводке врачей, которые обязаны докладывать обо всех огнестрельных и ножевых ранах. И поедем мы отдыхать на разные сроки. Нет, в больницу нельзя.

- А Токарев?

- Дядя Миша в бегах… за старое… Нужно самим решать этот вопрос.

Гоблин говорил сквозь силу. Вот-вот он потеряет сознание от болевого шока и кровопотери. И в этот момент, лично мне в голову пришло только одно решение этого вопроса. Глупое, дебильное, ненадежное… но других идей не было.

- Филин! Топим ко мне!

Тот кивнул, резко сворачивая с проспекта и петляя по улочкам города, чтобы не напороться на пост ДПС. Он превысил скоростной режим, разрешенный в городе, раза в три. Если его сейчас завидят, или тем паче, попытаются остановить…

До моего дома Филин домчал минут за двадцать. Припарковался у самой двери в подъезд. Выскочил, помогая мне вытащить полубессознательного Гоблина.

На наше счастье, двор был пуст. Ни мам с колясками, ни собачников, выгуливающих своих животин. Гоблин шел с трудом, как пьяный, покачиваясь и шоркая ногами. И кабы мы с Филином не подхватили его, он не прошел бы и пары шагов. Повязка, которую я наложил на его плечо совсем недавно, теперь полностью пропиталась кровью, выглядевшей в сумерках летнего вечера черной.

Только под тусклым светом подъездного фонаря я заметил, что лицо у Гоблина было белым, как полотно. Даже тонкие губы товарища выглядели бледными, обескровленными.

- Потерпи, братан. Все будет хорошо, - пробормотал я, роясь в карманах в поисках ключей. Нащупал, и пытаясь открыть дверь. Руки сильно тряслись, и удалось далось мне это раза с пятого. Домофон пискнул, я рванул дверь, распахивая ее и затаскивая Гоблина в подъезд….

- Заноси его. Укладывай.

- Аккуратнее вы. Кантуете как бревно, - просипел пришедший в себя Гоблин.

Он растянулся на кровати, уставившись в потолок. Я же уже набирал знакомый номер единственного человека, который мог бы помочь.

- О! Привет! - раздался в трубке голос Насти. - Долго жить будешь. Только про тебя вспоминала.

- Ты можешь приехать? - оборвал ее я.

- Могу и даже собиралась. Сейчас только заскочу домой, и….

- Приезжай сейчас. Пожалуйста.

- Что - то случилось? - обеспокоенно спросила она.

- Долго объяснять. Да и не по телефону.

- Ну… хорошо, - растерянно ответила подруга.

- Жду. Приезжай скорее, - попросил ее я и отключился.

Филин сидел у кровати, глядя на неподвижно лежавшего Гоблина.

- Вырубился, - коротко обронил он, заметив меня. - Кому звонил?

- Знакомой медсестре.

Филин мгновенно напрягся. В голосе прозвучали нотки подозрения:

- Хорошо ее знаешь?

- Очень, - съязвил я. - Филин, тут или такая медсестра, или вообще никакой.

Мир начинал покачиватсья. В голове начинало шуметь от кровопотери. Очень захотелось спать. Я сел в кресло, устало откинувшись на спинку и прикрыв глаза.

- Сам то как? - словно сквозь вату донесся до меня далекий, обеспокоенный голос Филина. - Выглядишь хуевато.

- Ты сегодня очень разговорчив, - устало ответил я, с трудом разлепив пересохшие губы. - Я и чувствую себя также, как выгляжу.

В дверь постучали. Филин вскочил, вытаскивая из-за пояса пистолет. Но я разлепил глаза и подал ему знак: сиди, мол. Встал, зашоркал к двери.

В дверь постучали еще раз. Более громко и настойчиво. И едва я открыл дверь, как в квартиру ввалилась Настя.

- Что случилось? Что за спешка? - начала она с порога. И осеклась, завидев промокшую от крови повязку на моем плече:

- Что стряслось? Откуда кровь?

- Со мной все в порядке, милая, - устало отмахнулся я. - Более или менее. Пойдем.

Я провел ошалелую от увиденного Настю в комнату, где на кровати лежал пришедший в себя Гоблин. Услышав шаги, Гоблин обернулся к нам и растянул обескровленные губы в некоем подобии улыбки. И если улыбаться Гоблин не умел и в здоровом состоянии, то теперь это было больше похоже на оскал живого мертвеца:

- Привет, красавица. Соскучилась? - просипел он.

И без того большие глаза Насти, теперь совсем округлились от изумления и страха:

- Что… Что с ним? Что с тобой? Что произошло? - торопливо и сбивчиво затараторила она, засыпая меня вопросами.

- На арматуру упали, - спокойно начал объяснять Гоблин. - Гуляли по стройке. Неосторожный шаг и вот.

На подгибающихся ногах, Настя подошла к лежавшему Гоблину. Трясущейся рукой дотронулась до набухшей от крови повязки.

- Нужна помощь, Настя. Или он помрет, - устало произнес я, прислонившись к дверному косяку.

Она обернулась ко мне, глядя на меня со страхом и непониманием:

- Я… я никогда этого не делала… я даже не знаю, как, - срывающимся голосом, залепетала она.

- Заодно и потренируешься, - сипло ответил Гоблин. - Не сказать бы, чтобы мне хотелось быть подопытной мышью, но за неимением горничной...

Он осекся и замолчал. Я с ужасом подумал было, что врач уже больше не нужен, как Гоблин в беспамятстве слабо застонал.

- Его в больницу надо. Лекарства нужны, инструменты…

- Нельзя в больницу, детка. Потом все объясню.

- Пиши список, чего нужно, - коротко обронил Финин, вставая с кресла.

- И что ты собрался делать с этим списком? - спросил я у Филина. Тот пожал плечами. Но судя по его лицу, товарищ балагура - Гоблина вполне мог ограбить больницу. Или угнать “скорую помощь”:

- Что - нибудь придумаю, - пожав плечами, ответил он. - Если не найдем то, что нужно нашей докторице - он помрет.

- Хуевый вариант, - отверг я идею.

Филин вплотную подошел ко мне:

- Ну и что ты предлагаешь? - спокойно спросил он.

- Я… помогу достать нужное.

- Как? - в один голос спросили мы, оборачиваясь к Насте.

- Я ж в больнице работаю… В скорой все это взять можно. Нужно только съездить, и забрать.

- Спалимся, - отмел идею Филин.

- Девочка права, - слабо подал голос пришедший в себя Гоблин. - Это… будет проще всего.

Филин пожевал губами:

- Ладно, хер с вами. Поехали, мадам доктор.

- Я с вами, - рванулся было я.

- А он один останется? - с усмешкой сказал Филин, кивнув на лежавшего на кровати Гоблина.

- Он прав, - поддакнула Настя. - К тому же, ты еле ползаешь от кровопотери. . У тебя дырка в плече.

Дверь за ними захлопнулась. Я же обессиленно рухнул в кресло. Глаза закрывались сами собой. То и дело, я впадал в небытие.

- Не ссы, братан. Ничего Филин с твоей Настеной не сделает, - донесся до меня голос Гоблина. - Филин - пацан правильный. Но если что пойдет не так - сам понимаешь.

Я с трудом поднял ставшие свинцовыми веки:

- Ты еще не помер?

- Херу тебе по всей морде, - отозвался Гоблин.

- Н - да. Некрасиво в этот раз получилось.

- Всякое бывает, - протянул лежавший на кровати товарищ. - Знали же, во что вписываемся. Вот и случилась накладочка.

Гоблин пожал плечами, и тут же поморщился от боли:

- Ай, сука!

Я потрогал промокшую от крови перевязку на своем плече. Неплохо было бы ее поменять, и промыть рану. Да вот только ни бинтов ни чего - нибудь обеззараживающего не было. Даже водки. Поэтому я вновь закрыл глаза, проваливаясь в беспамятство.

Минут через двадцать хлопнула входная дверь, и этот шум вырвал меня из полуобморочной дремы.

- Все в порядке?

В комнату ворвалась Настя. За ней шел Филин.

- Да.

Я встал с кресла. Получилось это с трудом. Сильно кружилась голова. Меня шатало как пьяного. Настя уже поставила на стол металлический поднос и теперь раскладывала на нем инструменты.

- Я сейчас, - Настя бросилась в ванную. Вернулась она минут через десять.

- Помоги мне, - попросила она меня. Филин вышел было вперед, мол давай я помогу, не видишь, херово парню. Но Настя быстро отколола крышку ампулы и набрала в шприц какую - то дрянь. Пару раз быстро провела мне по плечу пахнущей спиртом ватой, она вколола мне эту херню. И когда она склонилось надо мной, я явственно почувствовал исходящий от нее запах спирта. Так вот что притупило ее страх. То ли Филин влил в нее энное количество водки, то ли сама решила. Неважно.

- Это поможет на какое - то время, - пояснила Настя. - Потом и твоей раной займемся. Полей на руки.

В голове и правда стало проясняться. Пропал раздражающий шум и слабость. Голова начала понемногу соображать. Я взял со стола открытую бутылку с бесцветной жидкостью, щедро плеснув на подставленные Настины руки и окропив пол.

- Перчатки!

В ее приказном, со стальными нотками тоне, что - то было. Во всяком случае, мне это понравилось. Я молча помог надеть на руки одноразовые хирургические перчатки.

Настя осторожно прикоснулась к перевязке, на плече Гоблина, которую я наскоро соорудил еще в машине. Лицо Гоблина исказило от боли.

- Понежнее, девочка, - прошипел он сквозь стиснутые зубы.

- Извращенец! - буркнула Настя, но ее губы тронула улыбка. Раз шутит - значит будет жить. Наверное.

Она ловко срезала скальпелем промокшую повязку, снимая бинты.

- Помоги мне его перевернуть.

- Я сам, - поспешно ответил Гоблин. - Не нужно меня кантовать.

Гоблин с трудом сел на кровати, поворачиваясь к Насте спиной.

- Выходного отверстия нет. Пуля внутри. Резать придется.

- Страсть не люблю, когда меня режут, - буркнул Гоблин. Но Настя его уже не слушала. Она набирала в шприц какую - то дрянь из маленькой ампулы. Слегка нажала на поршень, пока из тонкой иглы не брызнула жидкость. И быстро и ловко вколола шприц рядом с раной, вводя лекарство.

- Что чувствуешь?

- Просто млею. В смысле, немеет плечо.

- Отлично.

Настя щедро полила на рану обеззараживающим раствором. Едва попав на рану, жидкость зашипела, запузырилась.

- Скальпель!

Я молча подал ей резак, предварительно ополоснув его раствором. Настя быстро сделала разрез прямо по ране. из - под узкого пореза потекла кровь.

- Больно? - спросила она Гоблина.

- Нет, что ты. Так приятно, - прошипел тот сквозь стиснутые зубы. - Сейчас просто кончу от удовольствия.

- Фу. Избавь меня от подробностей.

Настя поморщилась от отвращения, передавая мне скальпель.

- Зажим.

- Это что? - непонимающе переспросил я.

Настя обернулась, указав мне на какую - то хитрую штуку, лежавшую на подносе. Я послушно протянул ее девушке.

Настя осторожно развела края раны.

- Везет тебе, извращенец татуированный. Кость не задело. Пинцет. Знаешь, как он выглядит?

- Знаю, - послушно кивнул я, протягивая ей хирургический пинцет.

- Не совсем безнадежен, - встрял в нашу беседу Гоблин. - Ай, блядь!

Гоблин вскрикнул, когда настя полезла пинцетом в открытую рану.

- Да терпи ты. Ага, нащупала.

На поднос со звоном упал смятый окровавленный комочек свинца.

- А вот и вторая. Рядышком.

Вторая пуля оказалась на подносе через несколько секунд.

- Вы просто чудо, доктор.

- Осталось зашить - и отдыхай.

- Шить еще? Да гори оно все пламенем синим…

- Ебись конем, - закончила фразу Настя, и Гоблин улыбнулся:

- Наш человек. Шей, так и быть. Тебе разрешаю.

- Будешь много болтать - зашью внахлест! - зло предупредила Настя.

И только сейчас я заметил, что в дверном проеме стоит Филин. И правая рука нашего водителя спрятана за спину. Почему - то мне это абсолютно не понравилось:

- Тебе еще нужна помощь? - спросил я.

- Иди, дальше я уже сама, - ответила Настя, стягивая края надреза.

Я торопливо вышел из комнаты, ухватив Филина за рукав:

- Идем. Поговорить надо.

Филин дернулся было, попытавшись вырваться. Но держал я крепко:

- Идем поболтаем, говорю.

Филин застыл на мгновение, решая, стоит ли со мной болтать или нет, но потом все-таки пошел на кухню.

- И что ты делать думал? - спросил я его, едва Филин вошел на кухню. Филин промолчал. Я резко дернул его за правую руку. И на свет божий появился взведенный, готовый к стрельбе пистолет.

- Ты совсем ебанулся? - зло прошипел я, хватая Филина за расстегнутую кофту и прижимая к стене кухни.

- Ничего, - спокойно ответил Филин. - Это на всякий случай. Если бы вдруг что - то пошло не так. Сдаст она нас.

- В больнице же не сдала. Иначе, вместо вас приехали бы копы. И Гоблин уехал бы болеть на тюремную больницу, а мы - в общежитие на проспекте Первого Космонавта. Где на тридцать рыл один сортир!

Филин зло посмотрел на меня:

- Гоблин мне как брат. И если бы твоя врачиха его угробила…

- Но она его не угробила! - перебил я Филина. - Наоборот: без нее, он бы помер. И - да. Гоблин и мне как брат.

“Вы выполнили скрытое подзадание: “Полевая медицина”. Открыт дополнительный навык: “Первая помощь”.

Описание навыка: Каждый раз, выходя на тропу охоты, линчеватель рискует собой. Не всегда устранение преступников проходит гладко. Когда ты вне закона, медицина вряд ли может помочь. Поэтому, линчеватель должен сам суметь обработать раны”.

“Вы получили новый уровень! Вам доступно…”

Я отпустил Филина и отошел на пару шагов, сев на стул. Очко талантов я, не раздумывая, бросил в этот новый навык. Очень полезная штука. Особенно, в свете последних событий.

“Навык “Первая Помощь” улучшен”.

“Навык “Первая Помощь” улучшен. Теперь при оказании себе первой помощи, скорость заживления ран увеличена на 10%”.

Филин подошел к столу. Достал из холодильника початую бутылку водки. Плеснул жидкость по двум кружкам. Видимо, запасливый водила, успел заскочить по дороге в магазин. А початой бутылка была от того, что Филин успел чуточку упоить Настю. Чтобы притупить ее страх:

- Прости, брат. Просто перенервничал, - пробасил он, протягивая мне одну из кружек. - Мировая?

- Все в порядке, - устало ответил я.

Огненная жидкость потекла по пищеводу, а следом за ней пришло, наконец, расслабление.

- Жить будет ваш извращенец, - раздался от входа в кухню голос Насти. И заслышав его, Филин торопливо спрятал пистолет за пояс, прикрыв рукоять кофтой.

Настя подошла к столу. Молча плеснула себе полкружки водки и залпом выпила.

- Пойду посмотрю, как там раненый, - засуетился Филин, вставая из-за стола и быстро выходя с кухни.

- Он отключился, - крикнула Настя ему вслед. Но Филин ее не услышал. Ну, или сделал вид, что не услышал.

- Теперь дай посмотрю, что у тебя с рукой.

Настя подошла ко мне, сдвинула повязку:

- Хм.. кровь то уже остановилась. Внебрачный сын Россомахи, блядь.

Я слабо улыбнулся:

- Прости, что так вышло. Больше обратиться было не к кому, вот и пришлось взвалить все это на тебя. И это… спасибо тебе.

Я не нашелся, что еще сказать девочке, на которую пришлось взвалить такую хуету, как зашивать пулевые раны вечером в антисанитарных условиях. Поэтому и вышло только это дебильное “прости” и “спасибо”.

Настя устало прислонилась к стене, сползла по ней, усевшись на пол. Достала из кармана пачку сигарет. Вытащила одну, щелкнула зажигалкой.

- Курить вредно, - попытался пристыдить ее я.

- Это не сигарета. Точнее, не совсем сигарета. Табака в ней очень мало, - ответила она, затягиваясь и задерживая дым. Мои ноздри уловили сладковатый запах анаши.

- Я узнала тебя. Еще там, в “Вальхалле”. Когда вы быстро убежали из бара, - первой нарушила молчание Настя, выпуская струю густого дыма. - Это ведь ты и твой раненый друг прикончили тогда вечером в парке барыгу?

Я кивнул, забирая косяк из ее руки. Отпираться не было смысла.

- Тогда я не знала, кто он. Поэтому, мы с Лерой сдали вас. Ну и перепугалась я тогда. Сильно.

Я затянулся и едва не закашлялся от густого едкого дыма.

- Почему не сдала потом? Когда увидела нас в “Вальхалле”? Или сейчас? - хрипло спросил я, поперхнувшись.

- Не знаю. Хонду и Большого тоже вы же?

Я снова кивнул.

- По заслугам. Весь город знает, что это за люди. Почему тогда не сдала - не знаю. Была такая мысль, а потом… Потом как-то закрутилось все. Вы заступились за нас, и драка эта… То ли адреналина мне не хватало… то ли влюбилась в тебя как дура… Не знаю я, Костя.

Я провел рукой по ее густым белым волосам. Она поймала мою руку, и поцеловала ладонь.

- Эй, вы там чем занимаетесь? - с подозрением в голосе спросил из комнаты Гоблин.

- Все то тебе нужно знать, извращенец! - крикнула в ответ Настя.

Она встала с пола, затягиваясь и затушив прогоревшую папиросу в стоящем на столе блюдце. Склонилась надо мной, лукаво глядя на меня из - под закрывших лицо волос. Медленно отвела от своего лица локон волос. И поцеловала меня, выпуская в меня дым шалы. Я затянулся, отвечая на ее жадный поцелуй.

- Поехали ко мне, - оторвавшись от меня, прошептала мне в самое ухо Настя. - Мне нужно снять стресс.

И с этими словами она залезла рукой мне под футболку и едва касаясь ногтями кожи, провела по моему животу.

- Иначе я начну снимать стресс прямо здесь. И похуй мне на покалеченное физически и умственно существо, что в соседней комнате. И на его сиделку тоже будет похуй.

Долго уговаривать меня не пришлось. Настя еще вбивала адрес в приложении по вызову такси, а я уже бегал по комнате, торопливо переодеваясь.

- Смотри как засуетился, - прохрипел наблюдавший за моими манипуляциями Гоблин. - Кто еще извращенец. Сама извращенка! Одна ебля на уме.

Последнюю фразу он крикнул достаточно громко, чтоб Настя смогла ее расслышать.

- Поправляйся, брат, - скороговоркой выпалил я, прыгая на одной ноге и пытаясь засунуть вторую в штанину джинсов. - Завтра заскочу, проведаю. Смотрите не спиздите ничего. Я запомнил, где что лежит.

- Ой, да было бы что у тебя пиздеть, - сделанно возмутился Гоблин. - Голодранец!

Последняя фраза была произнесена, когда я уже вслед за Настей выскочил из квартиры, на ходу надевая на себя футболку.

Глава 15. Цитадель зла

"Не бывает новых начал, братец. Мы пополняем наш жизненный багаж и несём его до самого конца. Нельзя вот так просто оставить всё позади только потому, что ты выпрыгнул из лодки в другом месте..."

Нико Белик. GTA IV

- То есть, ты получил какую - то суперсилу, и способности, которые можно улучшать, и решил вступить на путь борьбы с преступностью? - выслушав мой сбивчивый автобиографический рассказ, осторожно уточнила Настя.

Я кивнул.

- Хм, странно. Зрачки вроде в норме. Значит, трава уже должна была отпустить. А веселые истории только начинаются, - задумчиво пробормотала Настя, в упор глядя мне в глаза.

- Это чистая правда! - буркнул я. Хотя и понимал, что в такой бред поверить сложно.

- Ладно, ладно. Я тебе верю.

Настя прижалась ко мне, и, обняв, прикрыла глаза:

- Как же хорошо…

Еще вчера она, наплевав на закон, зашивала Гоблину раны. Едва в себя пришла от стресса. А сегодня - на тебе: счастлива. Прижалась ко мне и довольно посапывает, прикрыв глаза.

Я погладил ее по голове, и Настя довольно заерзала, устраиваясь поудобнее. А за окном начиналось утро нового дня.

- С тобой, конечно, очень хорошо, но мне пора на работу.

Она со вздохом высвободилась из моих объятий, и встала с кровати, на ходу натягивая трусики.

- А ну не подглядывай! - обернувшись, шикнула она на меня.

Я послушно закрыл ладонями глаза, продолжая наблюдать за Настей через растопыренные пальцы.

- Опять смена?

- Угу, - грустно подтвердила Настя. - Я же не ты. Шаромыжник, тунеядец и бездельник.

- Эх, - сокрушенно протянул я. - Ты права, любимая. Сегодня же пойду в центр занятости искать работу. И газету у метро куплю.

- Будто, ты что - то умеешь делать, - саркастично поддела меня Настя.

- Могу снег чистить, - я принялся старательно загибать пальцы. - Кирпич класть. Или переводчиком пойду. Английский я знаю.

Но Настя, по-видимому, тоже смотрела неумирающую классику советского кинематографа. Поэтому лишь фыркнула от смеха, и пошла в ванную.

Я тоже встал с кровати, потянулся и лениво потопал на кухню. Варить кофе себе и Насте.

Пора было сваливать домой. Проверить, как там поживает Гоблин, а заодно посмотреть в Этих Ваших Интернетах информацию о ЧОП “Цитадель”. Уж очень не понравился мне тот факт, что данное заведение подрядилось охранять местных наркобаронов. Ибо два раза кряду попасть на одну и ту же контору… Совпадение - не думаю.

Из вызванного раздумьями ступора, меня вырвало надсадное, переходящее в рев жужжание кофемашины. Пока я мозговал, в баке закончилась вода, зато на поддоне, вокруг чашки уже образовалась лужица кофе, переливающегося через верх чашки.

- Блять!

Я поспешно выключил гудящий аппарат, залил в бак воды и зарядил новую капсулу.

- Ты уже и кофе приготовить успел?

Настя стояла на пороге кухни. И из одежды на ней было лишь широкое полотенце, открывающее моему взору длинные загорелые ноги. И мысли о ЧОПе, наркобаронах и прочей суетной поебени как-то разом пропали, сменившись другими. Более интересными.

- Сколько еще времени до твоей смены? - хитро спросил я, шагнув к ней навстречу, обнимая за талию и прижимая к себе.

- Еще с час примерно, - не уловив подвоха, ответила она. - Эй! Ты чего удумал! Прекрати!

Но мокрое полотенце уже упало на пол…

***

- Ты там живой? - с порога крикнул я.

- Явился, - полным трагизма голосом начал Гоблин. - Всю ночь проебывался хуй знает где. Пока я был при смерти. А теперь появился как ни в чем не бывало и спрашивает не помер ли я!

Он декламировал свой монолог так драматично, что даже сам Станиславский, не сомневаясь, поверил бы ему. Все испортило банальное “ Ай блять”, когда впавший в раж Гоблин попытался трагично возвести руки к потолку.

- Болит? - участливо, но не без ехидства спросил я.

- Да приятного мало.

Гоблин взял со стола блистер с таблетками, выщелкнул пару и закинул в рот, запивая водой.

- Чего приперся? - поставив кружку на стол, спросил он.

- Так-то я тут живу, если ты не забыл, - огрызнулся я. - Понаехали тут. Где Филин, кстати?

- Ушел за жратвой. У тебя тут мышь в холодильнике повесилась. А я больной человек. Мне есть надо много, чтобы поправляться. А ты где лазил? У врачихи был? Что делали?

Последние фразы Гоблин произнес с плохо скрываемым любопытством.

- Иди на хер.

Я уселся в кресло, скинув все вещи, что там лежали, на пол, и включил ноутбук.

- Ебаный аппарат, - охарактеризовал мой ноут наблюдавший за мной Гоблин. - Тормозит, виснет, страницу полчаса грудит. В общем - караул. Наебали тебя, брат, впарив эту шлепанину.

- Порнуху пытался грузить?

- Нет, что ты, - Гоблин тут же замахал здоровой рукой. - Хотел с утра посмотреть, на сколько пунктов вырос индекс Доу Джонса после утренних торгов.

Я лишь рассеянно кивнул, вбивая в поисковике название интересующей меня организации.

Страница официального сайта частного охранного предприятия “!Цитадель” , грузилась бесконечно долго. Мысленно досчитав до десяти, выдохнув и подавив острый приступ желания выбросить ноутбук в окно, я принялся терпеливо ждать. И вот, когда страница почти прогрузилась, произошел сбой, и процесс загрузки начался сначала.

- Да сука!

Я в ярости ударил кулаком по подлокотнику кресла, что привело Гоблина в восторг:

- Во-о-о-о-от. А я о чем говорил?

Хлопнула входная дверь и в квартиру вошел Филин, неся тяжелые пакеты.

- Наконец - то жратва, - Гоблин нетерпеливо заерзал на кровати. -А то я чуть с голоду не откинулся.

Филин лишь кивнул, унося пакеты на кухню.

Страница сайта наконец, прогрузилась. На всю страницу красовался черный замок, расположенный на окруженном водой острове. Ну посмотрим, что еще кроме наркоты охраняет данное охранное предприятие. Итак,

“Мы сотрудничаем с такими организациями…”

Бла бла бла. Это понятно. Я прокрутил подвисающую страницу, и по экрану побежал длинный список фирм, которые охраняли чоповцы. И некоторые названия показались мне знакомыми. Например, “Стройберри”, строительная организация, которая выиграла тендер на строительство крупного микрорайона. Выиграла потому, что конкуренты сняли заявки с торгов. После того, как по просьбе Хонды сгорело несколько машин. Или “Марка” - сеть универсамов, проданных владельцем при весьма мутных обстоятельствах. Мебельная фабрика “Славяночка”…

В комнату вошел Филин, неся на подносе кружки с чаем и тарелку с бутербродами. Гоблин, довольно потирая ладони, тут же уселся на кровати.

- Наконец - то поем.

Едва только Филин поставил поднос на стол, как Гоблин схватил один из бутербродов, откусил от него большой кусок, принялся с удовольствием жевать.

- Скажи - ка мне, голодающий край. Слышал ли ты что - нибудь про покупку “Славяночки”?

- Эфо фабрика мефельная? - торопливо пережевывая прошамкал приятель. - Жа фуй ражберет.

Он проглотил бутерброд, запивая его горячим чаем:

- Сперва владельцы вроде как голосили что мол пытаются их зарейдить. Даже жалобы везде писали. Толку правда не было нихуя. А потом они фабрику продали и быстро свалили из города. Да понятно, кому продали и почему.

Понятно. Все тем же людям, которые сейчас активно обрабатывают нашего нанимателя. И отжали бизнес у остальных. Интересно, кто владелец этой богадельни?

Я щелкнул по вкладке “О нас”. Стоп!

“Частное охранное предприятие “Цитадель” основано в 2010 году Владимиром Серовым. На сегодняшний день, компания “Цитадель” входит в топ охранных предприятий города...”

А вот Владимира Серова я знал. Точнее, слышал о таком. Правая рука Коли Бека, главаря одной из крупных ОПГ. Неоднократно привлекался правоохранительными органами по тяжким и особо тяжким преступлениям, и также неоднократно съезжал из-за отсутствия доказательств.После того, как Колю порешили на сходняке, Серов пропал с горизонтов. И тут - на тебе. Объявился.

“Виновность доказана. Вы получили новое задание: “Охрана”. Убейте директора частного охранного предприятия “Цитадель” Владимира Серова за связь с Синдикатом.”

В иерархической пирамиде банды появилось новое фото с подписью “Владимир Серов”. А на личное дело Серова Система уже поставила штамп “приговорен”.

- Еб твою мать, - только и смог потрясенно произнести я.

- Фто? - встрепенулся Гоблин. Даже Филин застыл, обернувшись ко мне и так и не донеся бутерброд до рта.

- Второй из Синдиката. Владимир Серов.

- От блядь! - Гоблин аж жевать перестал. - Так что сидим? Нужно думать, как разобраться с ним.

Телефонный звонок не дал перепалке развиться. Я вытащил из кармана трубку. Звонила Настя:

- Нужно поговорить.

Вот тебе и начало разговора. Ни привет, котик. Ни как дела. Ни я соскучилась. И это отчего - то решительно мне не понравилось. Вот чувствовал я затылком очередное непонятное, куда Гоблин и ко вписываются с невероятной скоростью.

- Что случилось, киса? - осторожно спросил я.

- Лучше не по телефону. Приезжай в больницу. Все расскажу.

В трубке запищали короткие гудки.

- Настя звонила. Говорит, что - то случилось. Просит срочно приехать к ней.

Филин, который только что взял с тарелки бутерброд, посмотрел на меня с явным неодобрением. Затем сокрушенно вздохнул, положив бутерброд обратно на тарелку и поставив на стол кружку с чаем. Бутерброд тут же схватил Гоблин, откусив от него почти половину.

- М-м-м-м-м, - закатив от удовольствия глаза мечтательно прошамкал он. - До чего же он был охуенный.

Филин наградил Гоблина злым взглядом. Но на Гоблина это не повлияло ровным счетом никак.

- Езжайте уже, - прожевав, пробормотал он, запивая бутерброд чаем и откусывая еще кусок от бутерброда. - Она мне шишнь спашла. Вдруг што шерьежное.

Филин лишь покачал головой. Встал с кресла и махнул мне рукой: мол, поехали.

***

Больница имени Семашко - самое большое медицинское учреждение города, неподалеку от набережной. С большого двора больнички открывался прекрасный вид на реку и далекий микрорайон Заречья на другом берегу. Напротив больницы разрастался ЖСК “Титан” - несколько причудливых и угловатых новостроек из стекла и бетона. Цена на квартиры в этих домах, насколько я знал, была также высока, как эти выросшие в небо двадцатипятиэтажки. И даже перебей всю мафию города по той ставке, что платил мне Токарев - вряд ли мне удалось бы купить здесь однушку даже на уровне подвала. Элитное жилье в престижном районе. Это вам не серые пятиэтажки спальных окраин. Кстати, к слову о птичках: Гоблин как-то обмолвился, что Михаил Михайлович, наш благодетель, подался в бега. Нужно будет как следует расспросить его про это.

Филин остановил машину прямо напротив шлагбаума, закрывающего въезд на территорию больницы. Однако, мой зоркий глаз разглядел портрет с до боли знакомой рожей, болтающийся на съезде “их разыскивает полиция”, неподалеку от остановки. Хуевый скан моего фото мне не понравился, поэтому я попросил:

- Давай чуточку отъедем.

Филин, который, видимо, тоже заметил неприятный стенд, проехал несколько домов и остановился рядом с рестораном “Тортуга”.

- Пошли поедим? - угадав мысли водителя, спросил я. Филин молча кивнул, заглушил двигатель и вышел из машины.

“Тортуга” был тематическим рестораном, оформленным в пиратском стиле. Круглые столики, покрытые черными скатертями с “веселым Роджером”, модели парусных кораблей вдоль стен, мушкеты, сабли пистоли на стенах. На входе, гостей встречала статуя пирата в засаленной треуголке с пропитым, с красными прожилками лицом. Правый глаз пирата закрывала повязка, а левую ногу заменил деревянный протез. В руке пират держал перед собой масляный фонарь. На плече пирата сидел разноцветный попугай.

Стоило отдать должное этому человеку, что сделал эту фигуру. Он был настоящим мастером своего дела. И пират и попугай выглядели так натурально, что когда я протянул руку, чтобы дотронуться до птицы, то чуточку опасался, как бы она меня не клюнула.

Ресторан был пуст. Тишина и прохлада. И едва мы уселись на уютные мягкие диванчики в углу зала, как рядом со столом появилась официантка в полосатой тельняшке и треуголке. Улыбаясь девушка положила на столик меню и удалилась. Филин открыл меню, выбирая, чем бы перекусить. Я же набрал номер Насти.

- Мы в “Тортуге”.

- Сейчас буду, - коротко ответила она и отключилась.

И едва Филин, активно жестикулируя, заказал еду, как на диван рядом со мной села Настя.

- Что за срочность, милая?

Проводив официантку взглядом, полномы самой искренней злобы, Настя повернулась ко мне:

- Сегодня утром в наш морг привезли пару десятков трупов. С дырками от пуль. Следственная группа до сих пор в морге торчит, ожидая результаты.

- Да ты что? - сделано удивился

- Ага, - подтвердила Настя. - На старой лесопилке такая бойня была... Там сейчас следственно - криминалистическая группа работает. Это я к чему…

Она прервала свой рассказ, потому что улыбающаяся официантка принесла заказ Филина.

- Выбрали, что будете заказывать? - спросила она, игриво стрельнув глазками в мою сторону. Настю от такого поведения пиратки аж перекосило. Девушка побледнела, постепенно покрываясь багровыми пятнами. В глазах Насти черти разводили огонь праведного гнева. Она уже открыла было рот, но я пресек начинающийся спор:

- Ты хочешь есть, милая?

- Не хочу, любимый, - Настя прильнула ко мне, положив голову мне на плечо. При этом она посмотрела на официантку так, что если бы взглядом можно было убить - бедная пиратка превратилась бы в горстку пепла.

- Тогда принесите нам чай, - попросил я.

- Так вот я к чему веду, - мигом вернулась Настя к теме разговора. - Вы ведь там побывали?

Я кивнул головой. Скрывать, что бойню устроили мы, было бессмысленно.

- И там подстрелили вашего друга - извращенца, так?

И тут я начал понимать, к чему клонит девочка - доктор. Образцы, взятые с места преступления, доставят в лабораторию на экспертизу. И уже завтра, когда результаты будут готовы, Гоблина объявят в розыск. А заодно, поймут что я никуда из города не сбежал.

- Нам пиздец! - вырвалось у меня.

- Криминалисты, говоришь? - задумчиво пробасил Филин.

- Ты что задумал? - с подозрением покосился я на него.

Отчего - то мне вдруг ясно представилась следующая картина: темная, хоть глаз выколи, летняя ночь и горящее здание лаборатории судебно - медицинской экспертизы. Пламя только занимается, набирает обороты. Но вот огонь, гудя, пожирает здание, уничтожая все хранившиеся в нем улики. В воздух летят снопы искр. Столб жирного черного дыма поднимается вверх. Где - то далеко от пожарища воют сирены подьезжающих пожарных машин. А от лаборатории быстро уходит фигура в черном. Вязаная штурмовая маска - балаклава скрывает лицо. Фигура ныряет во дворы, уходя подальше от места преступления…

- Криминалисты.

Голос Насти разорвал стоявшую перед глазами картину пожарища. Такую четкую, будто это и не морок был вовсе.

- Лаборатория где? - спросил я.

- Наша больничка. В седьмом корпусе.

- Что же. Это сильно упрощает задачу, - протянул я. - Сможешь нас туда провести?

- Сейчас? Когда во дворе ожидают результаты вскрытия все полицейские города? - уточнила Настя.

- Да нет же. Ночью.

- Ночью… - Настя задумалась. - Да, ночью можно. Зайдете с южного входа. Часам к девяти вечера буду ждать вас там.

- Вот и отлично.

Я довольно потер руки. В голове начал созревать отличный и простой как шлагбаум план. Настя откроет нам дверь, мы вскроем лабораторию, выкрадем образцы и тихо скроемся с места преступления. Все предельно просто. Правда, вписывать Настю в этот блудняк не очень хотелось. Точнее, очень не хотелось. Но других вариантов не было. …

***

- А ты не совсем пропащий.

Гоблин довольно кивнул головой, выслушав мою задумку. Сообщение о том, что наша кровь сейчас хранится в лаборатории судебно - криминалистической экспертизы, он выслушал с холодным равнодушием. Словно это не грозило нам ровным счетом ничем.

- Только не наследите там еще больше. А то попалимся нахуй. Алес махен цурюк - и пиздец.

- Не переживай.

Я снисходительно похлопал Гоблина по здоровому плечу.

- Ох, мужики. Переживаю я что - то. Как вы там справитесь без меня?

- Да все пройдет нормально, - успокоил я Гоблина. - Плевое же дело. Прийти - да уйти.

Гоблин пробормотал какую - то погань и улегся на диван.

Остаток дня пролетел быстро. И лишь солнце зашло и на город опустились сумерки, быстро сменяющиеся густой чернильной ночью, я и Филин заторопились в дорогу.

- Удачи, братья! - крикнул нам вслед Гоблин.

Пробок уже не было, поэтому дорога до больнички пролетела незаметно. Чтобы не палить машину у здания больницы, Филин оставил ее за пару кварталов от цели. Поэтому, часть пути мы прошли пешком по ярко освещенной фонарями набережной.

Здесь царило оживление. На резных лавочках сидела молодежь, гуляли поодиночке и парами люди. У бетонного ограждения стояла перед холстом художница, рисуя пейзаж реки и Заречного микрорайона, горевшего с другого берега реки множеством огней. На секунду я задержался рядом с ней, разглядывая рисунок. На белом полотне уже была запечатлена лента черной воды и подсвечиваемый разноцветными огнями мост, соединявший берега реки. А на холме выросли силуэты домов.

- Красота! - восхищенно протянул я, глядя на рисунок.

Девочка зарделась. А затем просто сняла рисунок с мольберта и протянула мне.

- Ох ты! Спасибо!

Щеки девочки стали пунцовыми. Она быстро отвернулась и принялась рисовать что - то новое. Но что именно я уже не рассмотрел, направившись дальше по набережной, догоняя Филина.

Тот шел, оглядываясь по сторонам. На долю секунды, взгляд Филина привлекли две девушки, которые шли нам навстречу. Они так завлекли его внимание, что обернувшись и провожая их взглядом, Филин едва не врезался в фонарный столб. Лишь в последнюю секунду я, поравнявшись с ним, дернул его за рукав толстовки, изменив маршрут приятеля.

Поднявшись вверх по Университетской, я остановился у небольшой ржавой калитки, где должна была ждать нас Настя. Охраны там не было, поэтому пробраться оттуда на территорию не составило бы большого труда. Я посмотрел на часы. До условленного времени оставалось еще три минуты, но сквозь кованые прутья забора виднелся силуэт знакомой фигуры. Заметив нас, она подошла к воротам. Заскрипела не смазанными петлями дверь, и в проем выглянула Настя:

- Проходите. Быстрее, блять! - шикнула она, приоткрыв ворота и пропуская нас в огромный двор больницы. Затем, закрыла ворота, быстро протерев засов и ручку заранее заготовленной тряпочкой.

- Это я в фильме видела, - не без гордости пояснила она, заметив мой взгляд.

- А неплохо устроились болезные.

Я аж присвистнул, осматривая больничные угодья. На огромной территории больницы был разбит парк. Ряды аккуратно подстриженных кустов, обрамляющих газонные лужайки, широкие прогулочные дорожки, мощеные тротуарной плиткой. Удобные лавочки вдоль дорожек.

- Хватит еблом щелкать!

Шипение Насти оторвало меня от созерцания местных красот.

- Туда, - она указала рукой в противоположный конец парка, к отдельно стоявшему корпусу Лаборатории судебной экспертизы.

Пригнувшись, мы бегом бросились в указанную ей сторону. И уже на ходу, натягивая на лицо мотоциклетную маску, я думал об одном: какая же прекрасная картина откроется. вздумай кому выглянуть в открытое окно, чтобы полюбоваться прекрасным видом парка и вечерней реки. Ночь. Ярко освещенный фонарями парк. И две фигуры в черном, которые, стараясь не отсвечивать, пригнувшись бегут вдоль кустов.

Насти во дворе уже не было. Во всяком случае, обернувшись, я ее не увидел. Девушка словно растворилась во дворе больницы.

Лаборатория была старым зданием, сложенным из красного кирпича, который уже начал крошиться от времени. На фоне новых корпусов больницы оно казалось памятником строительства давно прошедших лет. Лишь новые стеклопакеты придавали корпусу более - менее современный вид. У крыльца лаборатории стояло два фонаря, ярко освещавших небольшое крылечко. Филин рванул вперед, стараясь быстро сорвать освещаемое пространство, на котором не было ни одного укрытия или участка тени, ворвался на крыльцо, врезался плечом в дверь - и исчез в здании. Из - за приоткрытой двери раздался грохот падающего тела, шипение и едва слышный мат. Дверь оказалась не заперта. То ли Настя постаралась, то ли смена экспертов настолько заебалась за день, что банально забыла закрыть дверь. А возможно, что имело место быть банальное распиздяйство, кто знает?

Памятуя об излишней спешке товарища, я осторожно вошел следом, оказавшись в полутемном холле лаборатории.

Жалюзи на окнах были опущены, отчего уличное освещение не попадало в комнату. Пришлось сильно зажмуриться, чтоб хоть чуточку привыкнуть к темноте.

- Образцы там. В другой комнате.

Голос за спиной, прозвучавший в тишине как удар грома, породил во мне целую бурю эмоций. За один удар сердца я подпрыгнул на месте, резко разворачиваясь, выхватывая из-за пояса пистолет и наводя его на силуэт человека, стоявшего в дверях.

- Тише ты. Совсем ку-ку? - прошипела Настя, отскакивая назад.

Я с облегчением выдохнул:

- Прости, детка, - я убрал пистолет и шагнул к девушке. - Нервы ни к черту. Не стоило так подкрадываться.

- Это ты прости.

Она обняла меня, прижавшись всем телом. Ее волосы приятно щекотали лицо.

- Эй! Ты о чем там думаешь?

Она отстранилась, укоризненно глядя на меня:

- Не здесь же. Только одно на уме.

- Ну прости, - я развел руками, словно извиняясь за реакцию своего организма. - Я не виноват. Это ты так дурно на меня влияешь.

Филин уже скрылся в помещении лаборатории.

- Иди лучше помоги товарищу. Я тут побуду.

Я шагнул в сторону двери, но Филин уже вынырнул из лаборатории.

- Готово? - вполголоса спросил я.

Филин не успел ответить. Со двора раздалось цоканье каблуков. Кто - то шел к моргу. Я обернулся к двери.

- Скройтесь, - шикнула Настя, выходя за порог и прикрыв дверь.

Я осмотрелся по сторонам, думая, где бы укрыться. Филин раздумывал меньше. Просто юркнул за шкаф, стоявший у входа. В тишине мне послышался лязг взводимого затвора. Если тот, кто зайдет в лабораторию, заметит меня или Филина, если ситуация хоть на миллиметр отойдет от задуманного плана - утром тот, кто оказался не в то время не в том месте, сам ляжет на стол с биркой на большом пальце ноги. А коллеги посмотрят на него уже с профессиональным интересом.

Я юркнул под офисный стол с глухой задней стенкой. Места там едва хватило, а на полу клочьями перекатывалась пыль. В носу неприятно засвербело.

“А местную уборщицу стоило бы уволить из-за нежелания работать и тотального распиздяйства”.

Дверная ручка повернулась. Щелкнул открывающийся замок. Еще мгновение - и в помещении загорится свет.

- Вика? Ты чего до сих пор тут? - прозвучал за дверью приглушенный голос Насти.

Ручка двери плавно вернулась в первоначальное положение.

- А, привет, Настя. Да за результатами экспертизы завтра прибудут. А я еще и не начинала. Сама же видела, что ут весь день творилось.

- Да, просто ужас.

Голос Насти задрожал от страха.

- Заебалась я за сегодня. А работы еще - конь не валялся.

- Заебалась, говоришь? - лукаво переспросила Настя. - Есть один способ расслабиться.

- Не сейчас. Говорю же: работы полно.

“О, сколько сомнения в этом нет”.

- Ой, да не ломайся. Расслабимся на ура. Верный способ. Сорок минут - и вернешься ты на свою работу. Бодра, свежа, весела и полна сил. Твои пациенты вроде не сбегают.

- Хм…

Таинственный эксперт Вика крепко задумалась

- Нат, не сейчас.

“Однако, остатки уверенности уже как хуем сдуло. Поплыла девочка. Еще немного времени…”

- Ну, если только чуточку, - сдалась она.

- Ну вот, сразу бы так. Только пойдем в парк. Не под фонарями же. Спалят еще.

- Только дверь закрою.

- Ой, да что там у тебя красть? Жмуриков на органы? Да и кому?

Но ключ уже провернулся в замочной скважине. А в следующую секунду две пары каблуков зацокали по плитке, удаляясь от лаборатории. Сука! Блять!

- Чтоб тебя ебли, а мне деньги платили, - чихая от набившейся в нос пыли бормотал я, выбираясь из - под стола. - Ап - чхи. Правду говорю.

Филин, выскочивший из своего укрытия быстрее, чем я, уже бросился к окну. Щелкнул замок, в здании потянуло свежим воздухом.

- Ап - чхи! Там решетка. От всяких долбоебов типа нас, которым среди ночи вздумается забраться в гости к жмурикам.

Но Филин, в отличие от меня, не был склонен к философии. Схватив стул, он ударил в железные прутья. Раз, второй, третий.

Прутья выдержали натиск. А вот старый кирпич, в который были вбиты анкера - нет. Поэтому на десятый удар крепеж покинул гнезда вместе с обломками кирпича и решетка улетела в темноту больничного парка. Филин перемахнул через подоконник. Я пулей последовал за ним. Неужели и вправду подфартило? А, не, нихуя.

В глубине парка показался силуэт, быстро приближающийся к лаборатории.

- Кто здесь?

Ебаный охранник! Приспичило же ему делать обход. Видимо, бдящий страж заслышал шум и возню, и теперь решил проверить, что здесь случилось.

Мы бросились к укрытию в виде густо растущего кустарника. А фигурка быстро приближалась к зданию. В лучах фонарей уже можно было разглядеть охранника - седоусого старика в синей форме.

- Делаем отсюда ноги! - прошипел я. - И живее, блядь, пока это ископаемое не прочухало, в чем дело.

Пригнувшись, мы с Филином быстро засеменили к воротам. Скоро этот мучаемый бессонницей дядя заметит что мы натворили и будет плохо.

- Третий пост! Проникновение на территорию!

Вот блядь. А старик оказался куда шустрее, чем я думал!

Вызов по рации заставил нас ускориться так, будто нас черти гнали. В несколько ударов сердца я уже стоял за спиной Филина, который, сопя и матерясь, отпирал засов ворот.

- Вон они! У южного входа!

По дорожкам сквера, от корпусов к Южным воротам бежала охрана.

Лязгнул открытый засов и дверь мерзко заскрипела, словно провожая нас отсюда. И прислушавшись к этому визгливому совету несмазанных петель, мы опрометью бросились прочь, на ходу срывая маски и сдирая с рук рабочие нитяные перчатки.

Вой полицейских сирен застал нас, когда мы уже не спешащим прогулочным шагом шли по набережной. Перчаток и масок при нас уже не было. Они покоились в одном из мусорных контейнеров двора, через который пролегал наш путь. Толстовки лежали там же. И я был уверен, что с утра новое шмотье несказанно порадует бездомных на городской свалке. Опасаться было уже нечего. Я надвинул на лицо бейсболку. Но даже из-под скрывающего лицо козырька, случайный прохожий, вздумай он приглядеться, заметил бы ухмылку на моем лице.

Глава 16 Защита свидетелей

"- Это хорошая легенда, - сказал он, наконец, - но не хватает морали. - Морали? – переспросил черноволосый могильщик. – Это тебе не детская сказка, чтобы в ней была мораль. - Нет, мораль должна быть. Обязана. Всегда есть мораль. - Мне на это плевать. Все поубивали друг друга, какая к чёрту может быть мораль? Если хочешь, придумай мораль сам. Краг подумал пару минут, за которые приложился к бутылке, потом передал её напарнику и подумал ещё минуту. Наконец, мысль оформилась: - Всё из-за баб? Велион поперхнулся и, кашляя, вернул бутылку. - Всё из-за баб? – переспросил он."Геннадий Башунов. "Могильщик. Не люди"

Настя была уже дома, когда я, уставший, но жутко довольный собой, позвонил в дверь ее квартиры.

- Живой, - с облегчением выдохнула она, завидев меня на лестничной клетке, живого и здорового, и печать тревоги и беспокойства мигом сошла с ее лица, уступив место радости. Она радостно бросилась мне на шею, едва я переступил порог ее квартиры.

- Я едва свалила оттуда, когда охранник поднял тревогу. Думала вы попались. Звонила тебе на телефон, да только вот трубку взял этот твой друг, - сбивчивой скороговоркой начала тараторить она. - Дома уже места себе не находила. Извелась вся, пока ты не приехал.

- Все хорошо, крошка. Мы…

Договорить она мне не дала, заткнув долгим страстным поцелуем.

- И как тебе удалось сбежать? - спросил я ее, когда мы уже сидели на кухне. На плите закипал чайник, а в заварнике уже лежало несколько таблеток пуэра. Самый подходящий напиток, чтобы снять напряжение и расслабиться.

- Когда охранник поднял тревогу, Вика бросилась к лаборатории, - начала рассказывать Настя, заливая в заварник кипяток. - Я же тихонько ушла в сторону главного корпуса больницы, прошла через отделение “скорой помощи”, и вышла через центральный вход. Отошла на пару кварталов от больницы, вызвала такси и уехала. Мне повезло свалить оттуда быстро. Когда уже ехала на такси - там столько было полицейских машин. Чуть ли не со всего города. Все было оцеплено. даже микроавтобус со штурмовой группой был. Короче, пиздец. Я уж думала, вы попались.

Заваренный до черноты пуэр полился по кружкам.

- Все обошлось, - успокоил ее я. - Хотя, эта твоя Вика едва не вписала нас в непонятное.

- Откуда она знала, что в лаборатории среди ночи орудуют два воришки? - пожала плечами Настя. - Хотя, ты прав. Некрасиво как - то получилось.

Она откинулась на спинку стула, и закинув ногу на ногу, сделала первый глоток чая.

- Почему ты решила нам помочь? Зачем все рассказала? Ну, про лабораторию?

Настя поставила кружку на стол:

- С детства, я была девочкой - пай. Жила под строгим контролем родителей. Домой не позже десяти, никаких ночевок у подруг,прилежная учеба, множество секций и кружков. Золотая медаль в школе, иду красный диплом в институте. Да и в медицинскую академию я пошла потому, что родители хотели, чтобы я стала врачом. А потом, в один прекрасный вечер, появляешься ты, открыв двери в новый дивный мир, полный приключений. Сперва, он показался мне ужасен. Когда ты забивал барыгу в том парке. Я была ни жива ни мертва от страха. А потом эта драка у “Вальхаллы”, когда я поняла, что я что - то проебала в своем детстве. Шитье ран в антисанитарных условиях.... и пиздец. Это сорвало башню. Это же как в “Сынах Анархии”. Полная свобода…. А когда я уходила от больнички, под вой полицейских сирен, ощущения были такие…. ни с чем не сравнимые. Это просто охуенно!

“Старое доброе ультранасилие затянуло тебя в свой водоворот. Эта жизнь кажется тебе абсолютно свободной, беззаботной и охуительно веселой. Только вот ты не думаешь о том, что из-за малейшей ошибки, мы поедем отдыхать надолго. Возможно, что и навсегда”.

Звонок в дверь прервал ход моих философских мыслей, возвращая в реальность. Неужели копы все-таки нас выследили ? И сейчас, на пороге, уже стоит группа захвата. Сейчас в дверь ударит таран, потом в квартиру влетит светошумовая граната, ну а потом уже войдут, держа помещение на прицеле, люди в черном. Нет, нихуя. Такого не будет.

Я резко развернулся на стуле к двери. Рука потянулась к спрятанному за поясом пистолету.

- Успокойся, линчеватель, - Настя погладила меня по плечу. - Это всего - лишь доставщик пиццы. Мне пришло сообщение, что он приехал. Вряд ли он серьезный преступник, достойный казни.

Она рассмеялась, показав пришедшее на ее телефон сообщение. Чмокнула в щеку и побежала открывать дверь.

***

- Ты сегодня работаешь? - разочарованно протянул я, разглядывая стоявшую перед зеркалом Настю. И с кровати открывался прекрасный вид на .... спину девушки.

- Да. Заодно и узнаю, чем там вчера дело кончилось, - ответила она.

Настя вертелась перед зеркалом, расчесывая свои красивые длинные волосы. Обернувшись, и увидев мою вытянувшуюся от разочарования рожу, она подошла к кровати:

- Ну-ну. Не грусти. Сьездишь, проведаешь своего раненого друга. Заодно и телефон заберешь. Ты же его там вчера забыл?

Она игриво провела кончиками ногтей по моей груди. Склонилась, целуя меня в губы. Я обнял ее за талию, опустив руку чуть ниже. Но Настя со сделанным возмущением тут же шлепнула меня ладонью по руке:

- Ты что делаешь? - нарочито строго спросила она. - А ну не распускай лапы! Я девочка из приличной семьи!

Я обиженно посмотрела на нее. “Приличная девочка” лукаво улыбнулась, проведя ладонью по моему животу и медленно опускаясь все ниже. И, в отличие от нее, протестовать я не стал.

- Ну все. Я побежала.

Настя отдернула руку, высвободилась из моих объятий и слезла с кровати.

- Тогда погоди. Я свалю вместе с тобой.

Зевая, я встал с кровати.

- Зачем? На кухонном столе тебя ждет небольшой подарок, - Настя заговорщицки мне подмигнула. - Все, убежала.

Уже пороге она обернулась и крикнула.

- Да. Позвони как только заберешь телефон. Целую тебя.

И дверь захлопнулась, оставив меня в одиночестве.

Сладко потянувшись, я снова рухнул на кровать, закрыв глаза и проваливаясь в сон, чтобы проснуться через пару часов, отдохнувшим, полным сил и готовым к новым свершениям.

Небольшим подарком был запасной комплект ключей от Настиной квартиры. Я взял их со столешницы, подбросил, ловко поймав. Прекрасно. К Гоблину я пока не собирался. Хотелось прогуляться по городу.

“Вы желаете установить метку на данную цель”?

Нет, блять. Миссклик. Конечно, желаю!

В этот раз, к моему величайшему удовольствию, маркер отметил цель неподалеку от Настиной больнички. Ну, пора навестить клиента.

Телефона у меня с собой не было, так что, от такси пришлось отказаться. Вместо машины пришлось, опустив на лицо козырек бейсболки, ловить на остановке маршрутку, в душном салоне которой собрав все пробки, я провел всего - то тридцать минут. Можно было прогуляться, однако попадаться на глаза патрулям полиции мне не хотелось.

Заполненная людьми маршрутка выплюнула меня на остановке неподалеку от больнички, где мы с Филином едва не спалились. Открыв интерфейс, я сверился с навигатором. Цель сидела в “Тортуге”. Отлично. Заодно там и позавтракаю.

Я проскочил мимо знакомой статуи гостеприимного пирата, уселся в самом углу, осмотрел зал из - под надвинутого на лицо козырька бейсболки.

“Цель опознана”.

Одного из немногочисленных клиентов заведения окутал ярко - красный ореол. Хитрая система не выдала задания на убийство жертвы. Что же, посмотрим, как будут развиваться события далее.

Меню “Тортуги” порадовало меня “пиратским завтраком”. Заказав эту комплексную шляпу и кофе, я принялся терпеливо ждать. Цель не спеша трапезничала и ресторан покидать не торопилась. Я успел доесть скудный завтрак пирата, пожалеть, что заказал эту хуету и заказать вторую чашку кофе - а цель все сидела за своим столиком. И у меня даже мелькнула было шальная мысльподобраться к столику директора “Цитадели” и устранить цель в пустом кабаке, как обстоятельства изменились.

В зал “Тортуги” вошел невысокий лысый мужчина средних лет. Осмотрев зал и заметив моего клиента, он направился к его столу. Ага, вот и новые лица спектакля. В сегодняшней слежке появляется хоть какой - то интерес.

Вошедший сел за стол к Серову и, перекинувшись парой фраз с официанткой, заговорил с трапезничавшим директором ЧОПа. Эх, не слышно отсюда нихуя. Впрочем, это легко поправимо.

Оставив на столе чашку с недопитым кофе, я осторожно пересел чуть ближе. Теперь от Серова и его собеседника, меня отделяло всего пара столиков. Однако, слышимость улучшилась.

- Эти уебки пролезли ночью в лабораторию, спиздили образцы, залили все в хранилище какой-то химической хуетой и спокойненько съебались!

При этих словах, лицо толстяка покрылось красными пятнами от злобы. На лбу выступили капельки пота. Толстыми, похожими на сардельки пальцами, он схватил со стола салфетку и промокнул лоб.

- Эти, как ты выразился, “Уебки”, Витя, раздербанили нашу лабораторию и сожгли нахуй схрон, в котором товара на несколько миллионов лежало. И это за два дня.

Чуточку хрипловатый голос Серова, в отличие от срывающегося на визг и брызжущего слюной собеседника, был абсолютно спокоен.

-А что самое обидное - они убили химика, который на нас работал. А мы с трудом нашли такое светило науки. С трудом уговорили с нами работать. Теперь у нас на попечении его больная раком жена, из-за которой он в этот блудняк и вписался, и двое детишек.

- Так избавься от бабы и детей - и все дела, - предложил Прохоров. - Что проще - то. Бабе так и так скоро край.

- Ты совсем ебнулся, Витя? - с нескрываемым гневом прорычал Серов. - Я слово химику дал, что все с его родней будет нормально. А я, в отличие от тебя, держу слово, данное людям. Это весь город знает. Так что теперь баба и ребятишки мертвым грузом повисли на содержании Синдиката. Хотя бы из уважения к покойному Хайзенбергу и качеству его товара, который он для нас производил. И ничего уже с этим не попишешь. Но я о другом. На фирме, Витенька, повисли большие убытки. Которые надо как-то покрывать, - продолжал Серов. - И нужно этих ребяток найти. Пока они еще чего - нибудь не нахуевертили.

- Охранять лучше надо было!

Серов перестал жевать и не мигая уставился на собеседника:

- Так что же ты наряд ППС не пригнал для охраны режимного обьекта? Эти черти треть моих людей перебили. Вон, в морге теперь лежат. Короче, Витя, мне нужно узнать, кто это сделал. Все данные, что есть на этих пидорасов, собери. Такое спускать с рук нельзя. Что там девка - криминалистика говорит?

- Говорит, что отошла на минуту. На обратном пути встретила знакомую фельдшерицу. Попиздела с ней немного. А тут переполох поднялся.

- Мне учить тебя, что делать и как их расколоть, баб этих? Или лучше мои люди ими займутся?

“Вы получили новое задание: "Федеральный маршал". Не всегда деятельность линчевателя связана с уничтожением преступников. Иногда стоит вступить на защиту членов общества, чтобы до свидетелей, или соучастников деятельности линчевателя, не смогли добраться бандиты

Цели задания: Защитите свидетелей от банды Синдиката”.

Ого! Это уже что - то новое. Интересно.

К моему неудовольствию, вместе с заданием, система выкатила и таймер на выполнение этого квеста: полтора часа. Что - ж, не будем терять время.

Я встал из -за стола, когда Серов отставил в сторону тарелку и вытер губы салфеткой. Налил в чашку чай из глиняного заварочного чайника.

- Какие новости по Токареву?

Этот вопрос заставил меня плюхнуться обратно на диван. О-па! Знакомая фамилия. Я даже дышать перестал, весь превратившись в слух. Что же ответит наш новый знакомый Витя?

- Миша Токарев сьебался из города. Возможно, что и из страны. И начальник службы безопасности, дылда эта мослатая, словно сквозь землю провалился.

- Эх, ебать - колотить! - в голосе Серова прозвучали металлические нотки раздражения. - Это мне говорит человек, который обладает полномочиями розыска всего города? Ну так ищите. Землю носом ройте, но…

Серов замолчал на полуслове, с неудовольствием уставившись на официантку, Которая принесла заказ Виктора.

“Вы получили новое задание: "Отступник." Убейте генерала МВД Виктора Прохорова за его прямую связь с Синдикатом.

Дополнительные задания:

- Казнь: предатель должен получить по заслугам. Перед смертью, он должен понять, за что именно его устранили;

- Смертный приговор: в перечне преступлений должно быть не менее семи обвинений;

- Омерта: убейте отступника из обреза охотничьего ружья или карабина”

- Что - нибудь еще?

- А? - вздрогнув, непонимающе переспросил я.

Интерфейс Системы пропал, уступив место пустому залу “Тортуги” и официантке, которая стояла у моего столика.

- Что - нибудь еще? - уже чуть громче повторила официантка.

И в этот момент Виктор Прохоров и Серов, два главаря Синдиката, обернулись, чтобы посмотреть на источник шума. И уставились на меня.

- Эй, черт, ты плохо слышишь? - хрипло спросил меня Серов. В голосе чувствуется раздражение, которое нарастает, превращаясь в ярость. - И хуле ты кепку в помещении нацепил? Развелось, блять, наркоманов. Эй, я к тебе обращаюсь!

Само собой я понимал, к кому обращается директор ЧОП “Цитадель”. Однако, выполнять его просьбу я не торопился.

- Ты что, блять, совсем оглох? - Мой собеседник встал из-за стола и сделал шаг в мою сторону. - Тебе помочь?

Я вскочил из-за стола, намереваясь уйти, но на моем пути застыла официантка. А Серов уже подошел ко мне и резким ударом ладони по козырьку, сбил бейсболку на пол. кепка со стуком ударилась о керамические плитки пола. И в зале на долю секунды воцарилась тишина. Серов неотрывно смотрел мне в глаза, тяжело дыша и сжав кулаки, готовясь вот-вот вступить в драку.

- Я знаю его! - брызжа слюной завизжал Виктор, указывая на меня толстым сарделькообразным пальцем. - Это же Венедиктов, что в бегах!

Дальнейшее нахождение в кабаке я посчитал нецелесообразным и бессмысленным. Оттолкнув застывшую столбом от страха официантку и сбив плечом Серова, я бросился к выходу.

- Держите его! - раздался мне вслед истошный визг.

Администратор, заступивший было мне дорогу к выходу, отлетел в сторону, сбив статую пирата. Статуя упала на пол, разлетевшись на куски. Безногий попугай улетел в зал. Жаль, добротная была статуя. Красивая.

“Вы получили достижение: вандал. Уничтожьте еще пять произведений искусства, чтобы получить новый уровень достижения”

О, апгрейд подъехал. Ачивки завезли.

Из-за ебучего сообщения, выскочившего как всегда не вовремя, я сбился с курса и вышел из “Тортуги” через витрину, под звон бьющегося стекла и закрыв руками лицо от дождя летящих осколков, осыпавшихся на тротуар и испуганно шарахающихся прохожих. Лоб обожгло, по лицу заструилась кровь. Чертыхнувшись, я провел по лицу ладонью, смахивая красные капли, и бегом бросился по тротуару, пытаясь затеряться в толпе прохожих. Выходило не очень. Прохожие шарахались от перемазанного красным, кровоточащего бегуна, как от прокаженного. А от дверей ресторана раздавались крики и ругань. Топали тяжелые шаги ЧОПовца.

- Чтобы ты сдохла и черви съели твое блядское тело! Чтоб у тебя хуй на лбу вырос, и кровоток был хороший, чтоб под шапку было не спрятать.

Я проклинал на разные лады злоебучую официантку, которой вздумалось подойти к моему столику и спалить к хуям всю контору. Видимо, ругательства, которые, как мне казалось, я бормотал себе под нос, были достаточно громкими. Потому как прохожие провожали меня удивленными взглядами. А многие крутили пальцем у виска, недобрым словом поминая реформу здравоохранения, благодаря которой асоциальные и опасные для общества ебанатики, вроде меня, гуляют на свободе, мешая жить добропорядочным налогоплательщикам.

- Стой, пидор! Стой, блять, по хорошему! - надрывался за моей спиной Серов.

Ага, вот так взял и остановился.

Я влетел на автобусную остановку, от которой отъезжала маршрутка - пазик. Пазик притормозил, открывая дверь. Видимо, водитель заметил бегущего человека и решил, что он опоздал на маршрутку и теперь пытается ее догнать. Двери с шипением распахнулись и я запрыгнул на заднюю площадку. Двери закрылись и автобус покатил прочь, увозя меня от “Тортуги”, Серова, Витеньки и траблов, что появились на ровном месте.

Я плюхнулся на заднее сиденье, пытаясь перевести дух. Сердце бешено колотилось, в ушах шумело. Я с сипением втягивал в себя воздух, чтобы хоть как-то потушить полыхающий в легких пожар. Спортом что ли заняться? А то совсем уж пиздец.

- Вот будешь и дальше капризничать - отдам тебя на воспитание тому дяде. Видишь?

Я поднял голову. Напротив меня сидела молодая мама, выговаривая что - то маленькому ребенку и указывая при этом на меня. Помогало это слабо. Мальчик продолжать реветь и надрываться словно труба. Пока не увидел меня.

- Да, мальчик, - тяжело дыша просипел я, решив подыграть мамаше. - Будешь плохо себя вести - я тебя заберу.

Сказав это я усмехнулся и погрозил ребенку пальцем. И это возымело эффект. Истерики словно не бывало. Дорожки слез моментально высохли на пухлых детских щечках. Мальчик смотрел на меня, раскрыв рот. Потом икнул Раз, второй, третий.

Мамаша с нескрываемой злобой посмотрела на меня. Потом быстро ухватила сына за руку и потащила его к выходу.

- Идем, сынок, - скороговоркой бормотала она. - Не отдам я тебя дяде. Водитель! Остановите автобус.

И только сейчас я понял, в чем дело. Дотронувшись до лба и смахнув кровь, я хрипло расхохотался. Ай да Костя! В тебе погиб Макаренко. С таким - то еблом только детей пугать. Ну и еблан.

Мандраж, вызванный выбросом в кровь адреналина, начинал проходить. На его место пришла дикая усталость. Я откинулся на спинку сиденья, бессмысленным взором уставившись перед собой. В голове вместо пустоты начали появляться хоть какие - то мысли.

“Защитите свидетелей преступления от банды Синдиката”.

И ебучий таймер, неумолимо отсчитывающий отведенное на задание время. Осталось двадцать минут.

Маршрутка притормаживала, подъезжая к остановке, и я бегом бросился к выходу. Выскочил из открытых дверей, открыл интерфейс Системы.

“Желаете поставить маркер на цель”?

Да, да!

Маркер цели отобразился на карте города, рисуя дорогу к цели. Но вместо территории Семашко, маркер Насти был в каком - то хуево - кукуево. Ебучие рога! Настя на выезде!. Ну хуй с ним, ладно. Будем искать ее в городе.

И в тот же момент, интерфейс мигнул, создавая вторую точку на радаре. А это еще что за нахуй?

Я торопливо открыл данные квеста

“Спасите свидетелей преступления от бандитов Синдиката. Свидетелей спасено: 0/2”

Двух свидетелей? Каких еще нахуй двух?

“Цели для спасения:

- Шигалина Настя

- Виктория Шинкаренко”

Что за Виктория? И с какого хуя ее приплели в этот блудняк? Ну ладно, начнем с ближайшей цели.

“Маркер на цель уже установлен. Желаете сменить маркер”?

Я подтвердил команду.

На виртуальной карте красной нитью прочертилась дорога.

- Ну, хоть эта на территории больнички, - с облегчением выдохнул я.

- Эй пацан, ты что, под наркотой?

Интерфейс распался. Передо мной стоял какой-то мужик в очках, глядя на меня. И только сейчас я понял, что погрузившись в Систему, забыл о реальности. И как долбоеб стоял и размахивал руками посреди оживленной улицы.

- Все нормально, - буркнул я, быстро направляясь в сторону больницы.

Всю дорогу я напряженно размышлял, как бы проникнуть на территорию. На деле же, это оказалось проще простого. Стоило лишь войти через главный вход и оказаться в холле, где было не протолкнуться от толпящихся и желающих попасть в регистратуру больных. Пришлось протискиваться сквозь толпу недовольных озлобленных на весь мир людей. Ну а дальше - дело техники. Сверившись с навигатором прогуляться по коридору до двери с надписью “только для персонала” - и осторожно выскочить во двор.

Днем, больничный двор разительно отличался от того, что мы с Филином видели ночью. На лавочках и дорожках была тьма народу. Люди не спеша прогуливались по аллеям, сидели на лавочках, греясь в лучах летнего солнца, играли в шашки или шахматы, читали, общались, курили в зонах мест для курения. Затеряться в этой толпе было проще пареной репы.

- Ты докурил? Пошли быстрее, опоздаем.

Я обернулся. Неподалеку, в курилке стояло пара юношей - студентов. Один из них был в белом халате. Второй - в джинсах и футболке. А вот халат лежал на лавке. Как в тему!

Студент между тем кивнул головой, бросил окурок в урну и направился к корпусу больницы. Я же прошел мимо лавки, на ходу подхватывая халат с черной надписью “морг” на спине. И халатик в жилу. На ходу одевая халат, я обошел группу полицейских в темно - синей форме, стоявших у крыльца лаборатории.

- Эх, молодежь. Хуета это все. Вот помню, я вышел из дома за хлебом.В тапочках. Вернулся через сутки.

Один из полицейских с погонами капитана рассказывал стажерам случай из жизни. Или из практики.

- А хлеба - то купили? - осторожно спросил один из курсантов, поправляя съехавшую на глаза фуражку.

- Хуй, - лаконично ответил капитан, и толпа взорвалась смехом.

Я вошел на крыльцо, открыл дверь, оказавшись в лаборатории. Вжав голову в плечи и стараясь выглядеть как можно более незаметным, я прошел через комнату, где мы давеча прятались с Филином, открыл Интерфейс, прошел через комнату морга, где оцинкованных столах под простынями отдыхали бледные люди с номерками на больших пальцах ног. Народу тут было меньше. И им было явно не до меня. Не так давно мы с Гоблином прибавили им работы.

- Эй, стажер!

Окрик застал меня уже у двери к лаборатории. Я вздрогнул и застыл, не оборачиваясь.

- Вы мне? -осторожно уточнил я.

- Ну а кому еще? Ты в лабораторию? Передай на анализ.

Ко мне подошел коренастый мужчина в белом халате. Лицо его скрывала хирургическая маска. На голову был напялена медицинская шапочка. Он протянул мне поднос с колбами, склянками и еще какой-то хуетой. Я кивнул головой и выхватил поднос из его рук:

- Передам.

Короткий узкий коридор с выгоревшими облупившимися стенами и потертым линолеумом, на котором уже не разобрать рисунка. был пуст. В несколько шагов я преодолел расстоянии до цели, останавливаясь у двери.

- Ну, если вспомните что - то еще - позвоните.

Дверь открылась, и в меня едва не врезался выходивший из лаборатории мужик в полицейской форме.

- Прошу прощения, - пробасил он.

Я лишь кивнул, глядя в пол:

- Ничего.

И, с трудом разминувшись с полицейским, открыл дверь с надписью “судебно - медицинская лаборатория”, шагнув в небольшой закуток. Заваленный бумагами стол, рядом с которым стоял гоняющий раскаленный воздух вентилятор, вешалка для верхней одежды, книжный шкаф у открытого окна. За стеклянными дверцами шкафа - много книжек с длинными мудреными названиями. И картонных папок с пометками на корешках Тумбочка, на которой стоял цветочный горшок. Вот и вся лаборатория. Хотя - нет. Не вся. Вон закрытая дверь. Там то и проводятся анализы. Ну да мне туда не надо. Вот она, сидит за столом и склонившись что - то быстро пишет. Так увлечена, что даже не заметила как я вошел.

- Вам предали. Вот.

Я поставил поднос прямо перед девушкой. Виктория подняла голову, с неудовольствием уставившись на меня большими голубыми глазами:

- Вас не учили стучать в дверь перед тем, как входить? - строго спросила она.

Любопытство по поводу того, как же выглядит та самая Вика, которая едва не втравила нас в блудняк, мучало еще со вчерашнего вечера. И вот теперь я смотрел на нее.

Милая девушка с большими, голубыми глазами и длинными пушистыми ресницами. Чуточку полноватые губки. Длинные слегка вьющиеся волосы собраны и стянуты на затылке в тугой хвост. Ни одной прядки не выбивается. Блондинка. Везет мне в последнее время на блондинок.

- Что - то еще?

Я замялся. Действительно, как сказать незнакомому человеку, которого впервые видишь, мол бросай все и идем со мной, пока не пришли злые дяди, а вместе с ними и твой пиздец.

- Если это все - простите. У меня много работы.

Она встала из-за стола, и сделала было шаг в сторону двери, как в мою голову пришло простое решение. Я ухватил ее за руку и молча потащил к выходу. И сперва у меня даже почти все получилось: охуевшая от такой наглости, уставившись на меня округлившимися от удивления глазами, девушка сделала пару шагов вслед за мной, цокая каблуками по керамической плитке. Но удача - девка капризная. Поэтому и подыгрывала мне недолго.

- Ты что себе позволяешь? - возмущенно пробормотала эксперт. - Отпусти, я кричать буду.

Ага, вот мы уже и на ты. Стало быть, познакомились.

Отпускать упирающуюся блондинку я и не думал. И девушка исполнила обещание, завизжав так сильно, что я на секунду оглох, ослабив хватку. Виктория тут же вырвалась и истошно голося, бросилась к двери.

- Помогите! Наси…

В один прыжок я оказался рядом, зажав ей рот ладонью. И началось форменное безобразие.

Девушка брыкалась, норовя вырваться, пихалась, стараясь угодить локтем мне в ребра. А еще царапалась и норовила пнуть меня. Один раз ей это почти удалось. Лишь в последний момент я успел убрать ногу, и в то место, где только что был мой кроссовок, ударила длинная шпилька туфли.

- Да тише ты, дура! - зашипел я. - Не причиню я тебе вреда. Ай, блядь! Ну что ты за человек?

Воспользовавшись тем, что я объяснял девушке что к чему, она изловчилась и ткнула меня локтем, попав в ребра. И начался второй раунд.

Когда девушка, тяжело дыша, оставила попытки вырваться, мою руку, которой я зажимал рот, от локтя до кисти украшал десяток оставленных длинными ногтями багровых полос. А бок саднил в нескольких местах.

- Если ты не будешь орать как резаная, я тебя отпущу и мы поговорим, - тяжело дыша прохрипел я. - Договорились?

Она закивала головой. Я осторожно убрал руку от ее рта.

И естественно, судмедэксперт сразу же нарушила свое обещание, истошно завизжав, едва моя ладонь перестала зажимать ее рот.

- Как же ты меня утомила, - устало пробормотал я, снимая с подоконника кусок какой то тряпки. Встряхнул ее. В воздух взвился столб пыли. Но чистота этой тряпицы сейчас волновала меня меньше всего. Скомкав ветошь, я запихал ее в рот девушке на манер кляпа, прижав кляп ладонью и пресекая визжание. Девушка грозно засопела, сверля меня испепеляющим взглядом своих больших голубых глаз. Если бы силой мысли можно было убить - я издох бы в ужасных корчах прямо тут, на полу этого кабинета.

- Не смотри на меня так. Сама виновата.

Фраза вышла, словно я оправдывался. Девушка фыркнула и что - то промычала в ответ. Попыталась было меня пнуть, но вышло это у нее уже вяло и без того задора, что был пару минут назад. Девочка выдохлась. Пора приступать к переговорам.

- Значит так. Слушай меня внимательно. Нам нужно сваливать отсюда, и побыстрее. Сюда могут прийти друзья тех ребят, которых вчера привезли на вскрытие. Им охуеть как интересно, кто же вчера столько народа поубивал. А ты анализ крови с места побоища не сделала. Значит, с тебя и спрос будет.

Валькирия молчала. Только злобно сопела. Собранные в тугой хвост волосы растрепались, выбившись из-под туго стянувшей резинки. Белые прядки падали на красное злое лицо, норовя попасть в глаза. Я был более чем уверен: она не поверила ни одному моему слову. И отпусти я ее сейчас - все опять начнется сначала. Крики, визги и попытки дать мне пиздюлей и сбежать. Попытки объяснения “свидетелю”, что я ничего плохого ей сделать не хочу, затягивались.

Разрешилось все достаточно просто: за дверью затопали тяжелые шаги. Кто - то шел к лаборатории, вполголоса переговариваясь. Ебать и в гриву и в хвост! Только этого и не хватало.

Я втащил Викторию в соседнюю комнату. Осмотрелся, думая куда бы спрятаться.

Комнатка была небольшой. Железный стол с какими - то инструментами и колбами. Весы. Раковина в углу, рядом с которой на крючке висит пара полотенец. И шкаф. Вот туда - то нам и нужно. Я распахнул створки. Шкаф был пуст, лишь в углу на вешалке висел короткий белый халат. Затолкав девушку - эксперта в шкаф, я спрятался там сам и прикрыл дверь. Вовремя. Дверь в лабораторию открылась и тяжелые ботинки протопали внутрь.

- Если ты хоть попытаешься что - либо сделать. Если даже громко подумаешь про это и я замечу - сверну тебе шею, - предупредил девушку я, склонившись к самому ее уху. - Поняла.

Она кивнула, затихнув в шкафу. Наступила тишина.

- По ходу нет ее - донесся до нас приглушенный голос. - А на кой эта девка вообще боссу то сдалась?

- Вот я ебу, Толстый? - пробасил в ответ его товарищ. - Вот привезем ее - сам у босса и спрашивай.

- А красивая - то баба хоть? - с надеждой спросил Толстый. - Хоть бы красивая.

- Толстый, вот почему ты такой озабоченный. Ты кроме ебли хоть о чем - нибудь думаешь?

- А чо такого? - обиженно пробормотал Толстый. - Устроим ей с пацанами допрос. С пристрастием.

Он довольно хохотнул.

- Проверь ка лучше, что там. Мечтатель, блять, - оборвал его напарник.

Тяжелые “берцы” затопали в сторону комнатки лаборатории. Дверь открылась и Толстый вошел в лабораторию, остановившись прямо напротив нашего укрытия. И эксперт, которая еще недавно хотела звать на помощь, не то что вошкаться - даже дышать перестала, замерев и прижавшись ко мне всем телом. В абсолютной тишине я слышал, как колотится ее сердце.

- И тут никого.

- А сумка ее здесь. Значит, на работе девка. Просто свалила куда - то. Ну ничего. Вернется.

- Здесь подождем?

- В мертвятнике сидеть? Провоняем же мертвечиной. Да и хуй знает, когда она вернется. Пойдем лучше проведаем фельдшерицу. А потом вернемся сюда.

- И то верно, - согласился Толстый, направившись к двери.

Входная дверь хлопнула, закрывшись за гостями. Я прождал для верности еще несколько минут, затем покинул укрытие и помог вылезти из шкафа Вике.

После услышанного разговора, девушка совсем растеряла желание меня калечить. Боевой задор сменился на страх.

- Ну, теперь поняла, кто хороший, а кто зло? - почти ласково спросил я. - Нет, ты можешь догнать этих мудаков. А я пойду за Настей.

Со сделанным безразличием, я направился к двери.

- Стой!

Окрик Вики застал меня, когда я уже поворачивал ручку двери. Я обернулся. Вика торопливо шла за мной.

- Я с тобой. Не хочу дожидаться тут этих уродов.

Видимо, она все - таки вкурила, откуда у бандитов данные по ней.

- Тогда вытащи все необходимое из сумки. Саму сумку оставь здесь. И накинь что - нибудь, чтобы халат не палить.

Вика кивнула, бросившись к столу. Открыла рюкзачок, принялась торопливо выкладывать на стол самое необходимое: паспорт, ключи от машины, кошелек, права…

Я осторожно прикрыл входную дверь, то и дело выглядывая в коридор и моля всех богов, чтобы наши новые друзья не вернулись.

- Готово.

На ходу одевая куртку из тонкой черной кожи, Вика шла к дверям. Вытащенные из рюкзачка вещи она торопливо распихивала по карманам. Сам же рюкзачок она предусмотрительно повесила на спинку стула, чтобы сделать вид что так и было.

- Идем.

Мы выскочили из лаборатории, захлопнув дверь. Быстро пересекли коридор, выходя в морг, где все еще царило оживление. Едва мы вошли в помещение, как я тут же опустил голову, стараясь смотреть в пол.

- Возле дверей стоят полицейские, - едва слышно прошептал я идущей рядом Вике. - Не советую поднимать панику, чтобы привлечь их внимание.

Вика на ходу едва заметно кивнула.

Уже у выхода я стянул с себя медицинский халат, сунув его в руки какому - то стоявшему на моем пути интерну. Тот растерянно взял его, удивленно уставившись на меня:

- Зачем он мне?

- Будет два, - ответил я, накидывая на голову капюшон толстовки. - На случай, если первый потеряешь.

Полицейские, стоявшие на улице у входа в морг, не обратили на нас никакого внимания, продолжая и дальше травить байки. Половина дела сделано. Теперь главное не встретить ЧОПовцев. И все будет заебись.

Вика шла к центральному входу в больницу, но я потянул ее за рукав куртки, затаскивая в толпу гулявший по двору больных.

- Лучше затеряться в толпе. К тому же в больнице могут дежурить твои знакомые.

Вика безропотно свернула следом за мной на прогулочную аллею, двигая к Южному выходу.

- Ты на колесах? - спросил я девушку, едва мы покинули территорию.

- Да.

- И где она?

Я всматривался в плотный ряд припаркованных машин, силясь высмотреть что - нибудь типа красненького “ Форда” или “Лансера”. Однако блондинке удалось меня удивить. На нажатую с брелка сигнализации кнопку отозвался… черный “БМВ”! Мотоцикл!

- Это и есть твои колеса? - растерянно спросил я.

- А ты, поди, ждал какой - нибудь красненький “лансер”? - ехидно ответила вопросом на вопрос Вика. - Ну да. Я же блонди. Ладно. Прыгай и поехали.

***

- Вон она!

Вика указала в сторону подъезда, напротив которого стояла машина с красным крестом на борту. По лестнице от дверей подъезда уже торопливо спускались двое в синей фельдшерской форме.

- Глаз - алмаз, - похвалил я блондинку

Я встал с лавочки, на которой мы с Викой сидели, которая время до выхода Насти, и направился навстречу докторицам.

- Ты так и не ответил. Как узнал, что они здесь?

- Ментальная связь, - не оборачиваясь, ответил я.

Настя уже заметила меня. Растерянно остановилась на лестнице.

- Настенька, ты идешь? - окликнула ее вторая фельдшер. Она уже стояла у скорой, открыв дверь и ожидая практикантку.

- Вера Павловна, пять минут, - севшим голосом ответила Настя.

- Ну хорошо, - растерянно ответила Вера Павловна.

Я подошел к Насте и обнял ее.

- Эх молодежь, - покачала головой Вера Павловна, открывая дверь машины. - Ладно, пять минут. Дело молодое.

Она попыталась сделать строгое лицо, однако я заметил плохо скрываемую улыбку, тронувшую уголки ее губ.

- Строгий наставник, - с уважением протянул я, глядя, как Вера Павловна залезает в “скорую помощь”.

- Нет, что ты. Она очень хорошая. Ты что здесь делаешь, Костя? И как ты меня нашел? - глядя мне в глаза спросила Настя.

- Проблемы у нас, детка,

- Опять кто - то ранен? - спросила она с тревогой. - А она что здесь делает?

Настя указала на сидевшую у соседнего подьезда Вику. Увидев, что ее заметили, блондинка улыбнулась и помахала Насте рукой.

- Это и есть часть проблемы, - вздохнул я. - Люди из “Цитадели” ищут тебя и ее за вчерашнее. Сваливать надо.

- Куда?

- На адрес, где ты зашивала Гоблина. Поживем несколько дней там.

- Ну хорошо, - растерянно протянула Настя. - Я доработаю смену, потом заеду домой за самым необходимым и приеду.

Я покачал головой:

- Нет. В больничке тебя уже ищут ЧОПовцы. И полиция. Мы только оттуда. Дома, скорее всего, тебя тоже ждут. И если у тебя сейчас гостят копы - это будет лучшим раскладом.

“Защитите свидетелей”!

Системка мигнула и пропала, оставив меня в недоумении и замешательстве. Что значит “защитите”? От кого?

А в следующую секунду во двор въехала машина. Черный тонированный внедорожник, копия тех, что в больших количествах были у схрона с наркотой и у лаборатории.

- А вот и гости, - прошипел я. - Бегом в подъезд!

В один прыжок я оказался рядом с дверью, набирая код первой попавшейся квартиры. Но в который раз, мне несказанно повезло. Домофон запищал и дверь открылась. На пороге стояла молодая мама, выводя на улицу маленького ребенка.

- Попрошу вас вернуться в квартиру, мадам. Не самое лучшее время для прогулки, - ухватившись за край двери быстро отчеканил я, заталкивая девушку обратно в подъезд. и затаскивая внутрь оторопевшую Наастю. - Сейчас здесь начнется пиздец. Ой, простите.

Поняв, что ляпнул лишнего, я поспешно зажал себе руками рот. Но было уже поздно.

- Пиздец, - радостно пролопотал за мной ребенок и на его лице расплылась довольная улыбка. - Пиздец - повторил ребенок, повернувшись к матери.

- Не повторяй за дядей! - строго сказала ему мать. - А вы…

Но я уже выскочил на улицу, захлопнув дверь. Развернулся на площадкке, на ходу выхватывая пистолет и всаживая три пули в лобовое стекло со стороны водителя. И тут же прыгнул с крыльца в огороженную старыми покрышками клумбу. А в подъездную дверь, ударили, с визгом отскакивая, несколько пуль.

- Надеюсь, Настя отговорит ее высовывать нос, - прошептал себе под нос я

Но домофон снова запищал дверь открылась.

- Молодой человек! - грозным голосом начала было мама, Он же…

Монолог быстро оборвался, а мама испуганно завизжав закрыла дверь, едва совсем рядом с ее головой ударили, выбивая крошку, несколько пуль.

- Ох и дура, - сокрушенно качая головой протянул я, осторожно высовываясь из укрытия и осматривая двор.

“Цели опознаны”.

Четыре красных силуэта. И один в машине. Сидит, уронив голову на руль. Серый. Ну, минус один. Уже хорошо.

Машина стояла за “скорой помощью”. У открытых дверей - четыре человека в черной форме и масках - балаклавах. А вот Вики во дворе уже не было. Очевидно блондинка быстро смекнула про пиздец и где - то укрылась. Надеюсь, спряталась она хорошо. Потому что искать ее у меня времени нет. Мешают тут некоторые.

Две длинные очереди прошили борт “скорой помощи”, заставив меня укрыться за бетонными ступеньками. А противники, судя по просвечивающим через укрытие силуэтам, решили перегруппироваться. По лестнице ударила еще одна очередь. Пули с визгом выбили искры из металлических перил, заставив меня практически вжаться в землю.

“ Кто - то из добропорядочных граждан вызвал полицию. Время до прибытия наряда - десять минут. Если полицейские заметят вас в зоне совершения правонарушения, ваш уровень розыска будет повышен”

Затикал таймер, отсчитывая время до прибытия наряда. А рядом уже замигали серым звездочки розыска.

- Три? - зарычал я. - За кой хуй? За стрельбу в подворотне? Ну пиздец!

А дальше все стремительно покатилось по пизде. Сперва, во дворе раздался истошный крик. Очень знакомый крик. Я высунулся из-за укрытия, и тут же испуганно спрятал свое ебло обратно: в ступеньки, выбивая бетонную крошку, длинная автоматная очередь. Однако, кое - что я заметить успел. И это меня чуточку обеспокоило. Один из бандитов тащил к машине кричащую и отчаянно упирающуюся Вику. Еще один открыл водительскую дверь, вытаскивая на асфальт труп Заметив, что я высунулся, двое, что прикрывали транспортировку открыли огонь на подавление, заставив меня спрятаться за бетонными плитами, и не позволяя вести ответный огонь.

- Сьебаться решили, пидоры! - в бессильной злобе прорычал я, сжимая кулаки. Впервые все пошло совсем не по плану.

- Ай! Борзая какая! - раздался со двора крик одного из бандитов. Очевидно, милая с виду блондинка - судмедэксперт все-таки смогла кого - то опиздюлить. Посмотрим, что там творится.

Я высунулся как раз в тот момент, когда двое бандитов пытались запихать на заднее сиденье упирающуюся Вику. Отвлеклись. Отлично.

Четыре выстрела уложили на асфальт двоих, сделав их серыми. А теперь самое ответственное.

Но ответственное тоже как-то не получилось. Вместо выстрела, который должен был уложить последнего воюющего с Викой ЧОПовца, раздался лишь сухой щелчок. Вовремя, блять.

- Фокус не удался, - пробормотал я, юркнув обратно в укрытие, укрывшись от полоснувшей очереди. А затем хлопнула дверь машины и взревел двигатель. Внедорожник сорвался с места, стирая об асфальт двора протектор. А затем раздался удар. Водила просто протаранил стоявшую на пути “скорую помощь”, столкнув ее с дороги.

Я выскочил из укрытия и бросился за машиной, на ходу подняв автомат одного из убиенных и всаживая остаток рожка вслед похитителям. Зазвенело, рассыпаясь на части, заднее стекло. Машина вильнула, но быстро выровнялась, выезжая из двора.

- Пиздец! - крикнул я вслед уезжающему внедорожнику, отбрасывая бесполезный автомат.

Цифры таймера уже покраснели, ненавязчиво намекая на то, что скоро во двор прибудет наряд полиции. Или штурмовая группа СОБРа. Или ЦСН. Через полторы минуты узнаю, если не успею съебать из этого двора. А проверять, кого за мной пришлют мне, ясное дело, не хотелось.

Дверь открылась. Перепуганная Настя торопливо спускалась по лестнице.

- Что случилось? - кричала она. - Ты цел? Где Вика?

- Ей не повезло. Потом решим этот вопрос. Сейчас нужно валить.

Я ухватил Настю за руку и практически силой потащил прочь от места преступления.

- Вера Павловна, Валера… - прошептала Настя. Очевидно, она заметила дырки от пуль, которые прошили борт скорой помощи. - Отпусти!

Она вырвала руку из моей хватки, остановившись напротив расстрелянной машины.

- Им уже не помочь, детка. А если они и выжили - с ментами приедет скорая. Они уже рядом.

- Я должна им помочь, - упрямо заявила Настя. - Они ранены. Возможно, серьезно. Может быть счет идет на секунды. Скорая может не успеть.

Она бросилась к расстрелянной машине. А таймер продолжал неумолимо отсчитывать время. Минута до приезда группы. Пятьдесят девять секунд. Пятьдесят восемь… и где - то в отдалении, я уже явственно слышал полицейские сирены.

- Настя, стой!

В один прыжок я оказался рядом с девушкой, схватив ее за руку в тот момент, когда она хотела уже открыть водительскую дверь. Она остановилась, глядя на меня. И в ее взгляде читалось явное непонимание. Будто я не могу смекнуть очевидного. Что вот они, раненые. В машине. Им нужна срочная помощь, иначе они умрут.

Я схватил ее за плечи:

- Настя. Скоро здесь будет полиция. А возможно, и штурмовая группа. Они все оцепят и начнется бойня. Они убьют меня. А тебя отдадут тем людям, - я указал на лежавшие на асфальте трупы. - Тем, что схватили и увезли Вику. Полиция с ними заодно, понимаешь?

Я смотрел ей в глаза, стараясь говорить как можно спокойнее. Но Настя словно застыла, глядя на лета в машине.

- Настя!

Девушка вздрогнула:

- А? Да, да… уходим.

Она бросилась за мной через дворы, уходя от места где несколько минут назад состоялась бойня.

Я на ходу спрятал пистолет за пояс, прикрыв его толстовкой. Накинул на голову капюшон, нятянув его как можно ниже. Мы наискось проскочили через детскую площадку, обогнули девятиэетажку и оказались на тротуаре оживленного шоссе Добровольцев. Едва выскочив на улицу я тут же перешел на быстрый шаг, сливаясь с толпой. Настя в точности повторила мои манипуляции, поравнявшись было со мной. Но я знаком показал ей отстать от меня. Держать дистанцию. Настя послушно сбавила шаг, оставив между нами двух - трех человек. Теперь, если меня повяжут, у нее будет шанс заскочить в один из ближайших магазинов. которые тянулись вдоль дороги. А по шоссе уже летели, заворачивая во дворы, полицейские машины. И микроавтобус группы захвата. Я обернулся, стараясь найти в толпе Настю. Она шла в нескольких метрах от меня, то и дело озираясь на проезжающие полицейские машины. Она была напугана. И я чувствовал это. Даже мне не по себе. А уж ей то….

Таймер исчез. Погасли и и звезды розыска. Мы покинули зону розыска. И нам сильно повезло, что мы не попались на глаза полиции.

Впереди замаячил щит. Станция метро Добровольцев. Дойдя до спуска в подземку, я притормозил, вышел из толпы, встав чуть в стороне. Схватил Настю за рукав, вытаскивая из толпы.

Девушка вздрогнула, едва моя ладонь легла на ее запястье. Затравленно обернулась, уставившись на меня.

- Все-все. Успокойся.

Я обнял ее, чувствуя как сильно ее трясет. Мандраж. Ничего, скоро он пройдет. И не ошибся. Когда мы, взявшись за руки, спускались в подземку, страх Насти уже прошел. Ее больше не трясло. А вот на губах играла нехорошая улыбка.

- Девушка, можно нам два жетончика? - мило улыбнувшись кассирше попросил я, протягивая в окошечко деньги.

- Отчего же нельзя? - притворно удивилась та, отсчитывая два жетона.

- Огромное спасибо.

Я обернулся к кассам, подмигнул своей фотографии, которая висела на щите “их разыскивает полиция”, и кинул жетон в прорезь турникета.

***

- Сегодня днем, в центре города снова произошло событие, достойное сцены голливудского боевика. В одном из спальных районов произошла перестрелка, в результате которой было убито несколько человек.

На экране появились кадры со знакомым двором. Трупы уже убрали, и оо перестрелке напоминали только лужи крови на асфальте, да нарисованные мелом контуры фигур, указывающие как лежали на асфальте трупы.

- В перестрелке пострадала также карета “скорой помощи”. Водитель и один из фельдшеров погибли на месте, не дождавшись прибытия скорой помощи. Третий сотрудник “Скорой Помощи”, студентка Медицинской Академии, сейчас находится в розыске. По предварительным данным, ее взял в заложники устроивший перестрелку и расстрелявший машину “Скорой Помощи” Константин Венедиктов, который находится в федеральном розыске за серию особо тяжких преступлений.

Телевизор показал растянутое во весь экран фото с моей мордой.

- Напомним, что месяц назад Константин Венедиктов, расстреляв конвой, бежал из - под стражи во время транспортировки из зала суда.

За любую информацию об особо опасном преступнике, полиция обещает вознаграждение в размере трех миллионов рублей.

Я сидел в кресле, равнодушно глядя на экран. Гоблин щелкнул пультом, выключая телевизор, и уставился на меня очень нехорошим, злым взглядом:

- Ты… ты… - хрипел он.

Лицо его аж почернело, такая в нем была злость. Я было даже стал беспокоится за друга, как бы его паралич не разбил.

- Ты совсем ебанько? - Гоблину наконец удалось сформулировать мысль. - Что там в твоем теремке перегрелось, что ты свое ебло в городе решил засветить?

С этими словами, Гоблин постучал себя по лбу кулаком здоровой руки.

- Ток вышло, - развел я руками. - Форс - мажор. Зато я третьего из Синдиката нашел. Это Виктор Прохоров.

Услышав имя генерала полиции и слово Синдикат, которые стояли в одном предложении, присвистнул даже обычно невозмутимый Филин. А уж глаза насти округлились так, что стали похожи на блюдца. Чашка с горячим успокаивающим пуэром выпала из ее рук, завертевшись и разбрызгивая в разные стороны настоявшийся до черноты чай.

Я устало откинулся на спинку кресла, запрокинув голову и глядя в потолок.

- Ну давай уже, излагай, - нетерпеливо прервал затянувшуюся паузу Голин. И судя по всему, гнев его мигом сменился на милость, стоило ему только узнать о третьем лидере Синдиката.

- Так нечего особо рассказывать. Решил я сегодня проведать нашу жертву. И стал свидетелем очень интересного разговора в “тортуге”. Серов сегодня беседовал там с Витей про наркоточки. А дальше уже дело техники. Это хорошая новость за сегодня.

- А плохая, что ты там же и спалился? - поинтересовался Гоблин.

Я задумался:

- Значит, две плохих. Вторая плохая новость в том, Вика и Настя попали под программу защиты свидетелей. Теперь мы типа как федеральные маршалы, которые должны обеспечивать их безопасность. Серов очень уж хочет узнать, кто попортил так много товара. И отчего - то уверен, что Вика и Настя как-то причастны к нападению на лабораторию. Поэтому, хочет выпытать из них информацию, потом найти нас и ебнуть. Настю я привез.

Я кивнул головой в сторону сидевшей на подлокотнике кресла девушки.

- А Вика эта где?

- А вот это хуевая новость.Эксперта отбили у меня ЧОПовцы “Цитадели”. Как раз в том самом дворе.

- Ну и где ты теперь думаешь ее искать? - скептически спросил Гоблин.

- Нет ничего проще, - усмехнулся я.

“Вы желаете поставить метку на цель”?

Вместе с точкой, указывающей на карте местонахождение Вики, в углу появилась и полоска хит пойнтов мадам судмедэксперта.

“Задание “Федеральный маршал” обновлено. Спасите свидетеля до того, как его убьют бандиты”.

Словно в подтверждение сообщения, полоска хит пойнтов мигнула, и красная шкала чуточку убавилась.

- И вытаскивать ее стоит побыстрее, - пробормотал я.

- Голыми руками пойдем штурмовать крепость? - ехидно осведомился Гоблин. - Последний ствол ты отстрелял.

- Ты же брал где - то оружие?

- Я брал….

Гоблин на секунду замялся:

- Ладно. Филин, ты помнишь адрес?

Филин молча кивнул. Поднялся с кресла, забрав со стола ключи от машины. Гоблин же улегся на диван, уставившись в потолок.

- Поедешь с Филином. Заодно и узнаешь, где я брал оружие.

- Эй! Вы куда? - обеспокоенно спросила вошедшая в комнату Настя.

- Не волнуйся. Скоро вернутся, - ответил за меня Гоблин. Потом подумал и добавил:

- Наверное.

- Что значит: наверное? - с подозрением спросила Настя.

- Не волнуйся ты так, - Гоблин привстал на диване, облокотившись на подушку. - Посидим пока, поболтаем. Глазом моргнуть не успеешь, как вернется твой ненаглядный.

С этими словами, Гоблин заговорщицки подмигнул Насте. И этот жест ей явно не понравился:

- Я еду с вами, - решительно заявила она, направляясь вслед за нами к двери. Очевидно, компания Гоблина была ей не совсем по душе. - Ни на минуту не останусь с этим извращенцем в одной квартире!

Я обнял ее:

- С нами тебе нельзя, милая.

- Тогда дома подожду, пока вы не вернетесь.

- Домой тебе теперь тоже нельзя, - встрял в беседу Гоблин. - Сейчас там либо засада ЧОПовцев, либо полиция. И неизвестно, что хуже. А если там побывала полиция, то они уже сняли отпечатки пальцев твоего друга. А отпечатков то там тьма.

Настя посмотрела на меня. Я лишь молча кивнул, подтверждая слова Гоблина.

- И… я теперь тоже в розыске? - севшим голосом спросила меня Настя.

Я промолчал. За меня ответил Гоблин:

- Ты им без интересу. И полиции и ЧОПовцам. А вот твой друг… Он интересен всем. Особенно после того, как за его голову пообещали награду. Ты нужна им чтобы узнать, где прячется этот долбоеб, засветивший свою рожу белым днем в центре города.

Настя испуганно молчала. Похоже, только теперь она начала понимать, что у такой жизни, полной адреналина, есть и обратная сторона.

Полоска хит пойнтов Вики снова мигнула.

- Так что тебе придется чуточку посидеть с этим извращенцем, - закончил я, открывая дверь. - Поехали, Филин.

Глава 17 Падение неприступной "Цитадели"

Я похож на человека, у которого есть план?

Я знаешь кто? Я пёс, бегущий за машиной. Я бы не знал, что делать, если б догнал… Так что, я просто делаю. И всё.

Джокер и Харви Дент. "Черный Рыцарь".

- Мы точно приехали в нужное место? - переспросил я, осматривая окружающий пейзаж.

Филин привез меня на окраину микрорайона “Северный”, припарковав машину во дворе жилых домов. Нам же пришлось прогуляться пару кварталов до местной достопримечательности: мертвого микрорайона.

Когда - то, здесь был крупный завод по производству якорных цепей. Со временем, завод оброс большим количеством общежитий для рабочих. Не пережив кризис, завод закрылся, а его территории выкупили под застройку торгового центра. Землю же вокруг хотели застроить новыми высотками, да вот только фирма - застройщик быстро признала себя банкротом. Директор бежал с остатками денег и уголовным делом на хвосте, а скелеты недостроенных многоэтажек так и остались стоять ровными рядами, глядя на город черными провалами окон. Какое - то время, замороженный долгострой пытались перепродать, да вот только оказалось, что в кризис он никому на хуй не упал. Никто не горел желанием браться за достройку. Сотни добропорядочных граждан, которым не повезло купить квартиры в строящихся домах митинговали, походили по городу с транспарантами типа “нас наебали” и “верните деньги, суки”, да разошлись по домам, смирившись с потерей денег. А долгострой стал постепенно заселяться новыми “жильцами”. Сперва, это были ютившиеся по подвалам бомжи. Затем, их выжили сатанисты, которые во множестве перебрались в новый “микрорайон”. Сатанистов же, в свою очередь, сменили наркоманы. Стены домов быстро покрылись граффити, а этажи заполонили горы мусора и использованных шприцев. С такими обитателями, новый “микрорайон” очень быстро начал пользоваться дурной славой. Мало кто отваживался гулять рядом с недостроем после наступления сумерек.

Такая недобрая репутация очень быстро отвадила всех застройщиков. Кто станет жить в домах, где в подвалах приносили жертвы во славу Сатане, а на этажах дохли в ужасных корчах от передозировки торчки? Поэтому время шло, а район так и стоял мертвым грузом как один из многих памятников кризису.

Филин осмотрелся по сторонам и быстро пролез сквозь дыру покосившегося проржавевшего железного забора, направившись к ближайшему недостроенному дому, который черным силуэтом высился в наступающих сумерках, прошел в подъезд. Я торопливо следовал за ним, то и дело озираясь по сторонам. Не ровен час может прилететь обрезком трубы по затылку - и привет. Человека уже никогда не найдут. Такая вот страна чудес. Сюда пришел - и здесь исчез.

Филин тем временем юркнул под лестницу, с грохотом выкатывая оттуда жестяную бочку. Поставил ее на чистый, не заваленный мусором участок.

- Нашел клад, Молчун? - раздался откуда - то с лестницы насмешливый голос. Я вздрогнул, поднял голову. На бетонной плите лестничной площадки стояло трое.

Двое были похожи друг на друга как братья - близнецы. Бритые головы, угрюмые лица, шрамов на каждом было больше, чем я спускался в метро. Они сверлили меня маленькими, глубоко посаженными злыми глазками. Белые майки, черные джинсы, закатанные над тяжелыми штурмовыми ботинками. Третий же разительно от них отличался. Невысокого роста, худой в строгом черном костюме и дорогих туфлях. Чертыхнувшись, я потянулся было за пистолетом, думая о том, как эта троица могла подобраться к нам так бесшумно, а я мог так бездарно ее проебать. И только в последний момент, когда рука, вместо ставшей привычной рукояти, ухватила пустоту, я с ужасом понял, что оружия у нас с собой нет. А вот у быков реакция была отменная. В одну секунду на нас с Филином уставились стволы двух “укоротов”.

- Да не дергайся ты, малой, - произнес тощий, усевшись на корточки на краю площадки и с любопытством глядя на меня. - Не нервируй народ. А то еще не ровен час палить начнут. А ты, Молчун, коли нашел горшочек с золотом на конце радуги - не забудь оставить лепрекону что-нибудь вкусное.

Филин сделал мне знак рукой: мол не паникуй. Затем посмотрел на тощего и кивнул головой. Открыл бочку, доставая оттуда два автомата без рожков и пару пистолетов. Затем Филин достал из кармана несколько пачек перетянутых резинками купюр и бросил их в бочку.

- Вот и молодец, - прокомментировал действия Филина тощий, дав знак своим людям опустить оружие. - Кстати, а где Гоблин?

- Приболел, - ответил за Филина я. - Валяется на диване. Таблеточки пьет.

- Это да. Эпидемии сейчас по городу ходят - будь здоров, - понимающе протянул худой. - Люди пачками мрут. Ну, пусть поправляется. Передавайте ему от меня пламенный привет и наилучшие пожелания скорейшего выздоровления.

Он поднялся на ноги и зашагал вниз по лестнице. Пара боевиков последовала за ним. И я с неудовольствием отметил, что оружие они держат под рукой, готовые в любой момент открыть огонь и превратить нас в решето. Тощий подошел к Филину и хлопнул его по плечу. А дальше события сталиразвиваться словно в замедленной съемке.

Вот в дыру в заборе влетает, поворачиваясь в воздухе, свето-шумовая граната М1. Медленно она долетела до входа в дом и упала, завертевшись на месте как волчок.

- Прячься! - заорал я, сбивая Филина с ног, ныряя за стену и зажимая ладонями уши.

Я вовремя ушел с линии огня. В следующую секунду “близнецы” открыли беспорядочный огонь.

Мир на миг озарила белая вспышка. Звук пропал, в ушах мерзко зазвенело. Я вскочил на ноги, тряся головой и пытаясь придти в себя. А в дыру уже один за другим лезли люди в черной форме, бронежилетах и масках - балаклавах. На рукавах курток пришельцев красовались нашивки СОБРа

- Не двигаться, блядь! Бросайте оружие!

- Что за поебень? - заорал Тощий. - Филин, это ты пидор нас сдал?

“Совершаемая сделка была рассекречена сотрудниками полиции. Ваш уровень розыска повышен. Текущий уровень розыска: четыре. Покиньте оцепленную территорию, чтобы снизить уровень розыска”.

- Филин, валим! - крикнул я, потянув поднявшегося на ноги водителя к лестнице. Филин оглушенно мотал головой, все еще не осознавая, что происходит. Видимо, свето-шумовая крепко его приложила.

- А? - непонимающе переспросил он

- Сьебинг зи битте! – крикнул я в ответ, бросившись к лестнице. В два прыжка я долетел до ближайшей площадки, выскакивая в оконный проем.

Приземлился я очень удачно. Уже на подлете я заметил вывороченные прутья арматуры, торчавшие из лежавшей в сантиметре от меня в куче мусора бетонной плиты. Рядом упали автоматы, а затем в разросшийся вокруг недостроя высокий бурьян тяжело приземлился Филин.

Из дома уже слышались короткие очереди. Очевидно, понимая что им грозит пожизненное, “близнецы” решили все - таки попытаться прорваться с боем. Ну, хотя бы отвлекут внимание.

Филин, подобрав автоматы, уже бросился между домов в глубь территории.

- Филин, тут все окружено! - крикнул я.

Филин остановился, вопросительно уставился на меня: мол, что предлагаешь?

Вместо ответа, я указал рукой на стоявший чуть в стороне от нас долгострой, в торце которого чернотой зиял заросший бурьяном вход в подвал. Филин на секунду задумался, потом понимающе кивнул, и, пригнувшись, направился к дому, скрывшись в высоком бурьяне.

Едва мы спрятались в темноте подвала, как звездочки розыска замигали, став серыми. Значит, мы пропали с поля зрения полиции, но есть охуенный шанс, что нас могут найти. А так оно и случится, едва СОБРовцы начнут прочесывать территорию.

- Вы какого хуя тут забыли? - раздался за моей спиной злой хриплый голос. - А ну пиздуйте отсюда!

Я развернулся. В паре шагах от нас, покачиваясь, стояло какое - то хуйло. Классический вариант того, что можно встретить на улицах любого города. В покрытой пятнами рванине, с грязными свалявшимися волосами, опухшим, покрытым щетиной лицом и красным носом.

- Завали свой ебальник, пока я тебя на органы не пустил! - зло прошипел я.

- Дык… - начал было бомж, но, заметив блеснувший в моей руке пистолет, тут же пошел на попятный:

- Все, все, мужики, - скороговоркой забормотал он, пятясь назад и выставив перед собой грязные руки.

И в этот момент меня озарила идея, достойная планов Гоблина. Ебнутая, дебильная, насквозь пропитанная идиотизмом, но за неимением лучшей…

- Шмотье свое снимай! - зашипел я бездомному.

- Не надо меня на органы! - испуганно взвыл тот.

Сам я уже стаскивал с себя футболку. Филин, быстро понявший смысл моего плана, тоже торопливо принялся раздеваться.

- Эй! Вы чего удумали?

- Сука! Снимай шмотье, - со злобой в голосе повторил я.

Но бездомный недобрых интонаций не уловил. Наоборот, почесав грязной пятерней заросшее щетиной лицо, он задал вопрос, от которого я озверел окончательно:

- А вы мне что взамен?

Лязгнул затвор, приводя пистолет в боевое положение. Руки так и чесались пристрелить наглого бомжа, но та часть рассудка, которую еще не поглотила черная злоба, отчаянно протестовала, твердя о том, что выстрелы могут услышать, и тогда нам придет пиздец.

- Или ты снимешь шмотье, или я застрелю тебя нахуй, и сниму одежду с твоего трупа. Раз…

Палец лег на спусковой крючок. Говорить "два" мне не пришлось. И, спустя три минуты, из темноты подвала на свет божий вылезло два перемазанных грязью с головы до ног бездомных. Пошатываясь и шоркая ногами, они побрели в сторону забора, ограждающего территорию. Одеты мы были колоритно. На мне была изорванная, потертая безразмерная кожаная куртка с оторванными карманами, и грязные джинсы, давным-давно потерявшие цвет. На коленях джинсов зияли огромные прорехи. В руках у меня была рваная клетчатая “цыганская” сумка, в которой при каждом моем шаге что - то звенело. Филин кутался в длинный грязно - серый изорванный плащ, а на голову напялил грязную и засаленную кепку. Воняло от нас соответствующе. Будто мы только что вылезли с самой большой свалки города.

Выстрелов слышно уже не было. Очевидно, группа зачистила дом, оставив там лишь трупы, и теперь обшаривала территорию в поисках беглецов. Но звезды розыска по - прежнему мигали серым. Значит, нас пока еще не обнаружили.

Сторона, с которой мы собирались покинуть заброшенную территорию, должна была вывести нас на улицу Революции. За покосившимся ржавым забором начинался неглубокий, поросший густым кустарником, крутой овраг, отделявший долгострой от жилых домов. И это играло нам на руку. Гремя содержимым сумки, мы один за другим пролезли в дыру в заборе, с трудом пробравшись через густой кустарник пересекли овраг и оказавшись на улице Революции. В паре кварталов от оставленной Филином машины.

Улица была пуста. Только рядом со стоявшей у обочины полицейской машины стояло трое сотрудников ППС в бронежилетах поверх черно - красной формы и с автоматами наперевес.

- А ну стоять! - окрикнул нас один из полицейских. - Вы кто такие? Как здесь оказались?

Вся троица мигом уставилась на нас, пристально осматривая с ног до головы.

- Пропусти, начальник, - уставившись себе под ноги прохрипел я. - Там стреляли, вот мы и решили сьебаться оттуда подобру-поздорову.

С этими словами я указал на раскинувшийся за оврагом долгострой.

- А что там случилось, начальник? - начал допытываться я. - Что за кипиш?

- Тебя это ебать не должно, - зло огрызнулся один из полицейских.

- А в сумке что? - с подозрением спросил старший группы.

- Да чермета немного, начальник. Насобирали, хотели сдать тут в гаражах.

Я раскрыл клетчатую сумку, показывая полицейским ржавые обрезки труб и куски арматуры.

- Грузи их в машину, - распорядился старший. - В отделе разберемся.

- Да ладно тебе, Михалыч - мигом возмутился напарник. - Они же сейчас всю машину провоняют. Да и не похожи они на тех, что по ориентировкам проходят.

- Сказано досматривать всех подозрительных - парировал Михалыч.

Краем глаза я заметил, как напрягся Филин. И это его изменение мне решительно не понравилось.

- Ну вот тогда сам их и досматривай, - с отвращением произнес напарник. - А мне к этим существам даже прикасаться гребостно.

Михалыч хмыкнул, поправив висевший на плече автомат:

- Да в пизду их. Уебывайте отсюда.

Последнюю фразу он адресовал нам.

- Спасибо, начальник, - прохрипел я, проходя мимо полицейских.

Едва мы скрылись из виду патруля, как звезды розыска, в последний раз мигнув, погасли. Мы покинули зону розыска. Ну и замечательно.

Во дворах, где Филин оставил машину, не было ни души. Пискнул разблокированный замок, и я закинул сумку в багажник. Теперь, сделка объявляется завершенной. Пора отваливать.

***

- Филин, это правда он придумал? - задумчиво протянул Гоблин, после того, как я во всех красках поведал ему приключившуюся с нами историю.

И дождавшись утвердительного кивка, Гоблин добавил с нескрываемым уважением:

- Какой хитрых хуй. Все - таки, иногда у тебя иногда работает котелок. Крайне редко, правда. Но все же.

Рассказанная мной история пришлась ему по вкусу. И по безвременно почившему торговцу оружием и его товарищами он явно не сожалел.

- Вся квартира уже провоняла от такой маскировки, - пробубнила Настя, закрывая лицо рукавом кофты.

Позаимствованное у бомжа шмотье было свалено в мусорные мешки и вынесено на балкон. Но, несмотря на это, а также на все меры дезинфекции и проветривания квартиры, предпринятые Настей, в комнате все равно стоял удушливый смрад.

Мы сидели за столом в комнате, разливая по кружкам чай и раздумывая, что делать дальше.

- К слову о птичках. Ты боеспособен? - откинувшись в кресле спросил я Гоблина. - Боюсь, в одиночку я сегодняшний визит в “Цитадель” не потяну.

- Плечо побаливает, но в целом я готов помочь, - ответил приятель, отпивая из кружки чай.

- А я? - спросила Настя.

- Что ты? - не понял я.

- Ну, что я буду делать?

- Сидеть и ждать нас здесь, - спокойно ответил за меня Гоблин. Мало ли как все может сложиться. Да и подруге твоей, скорее всего, потребуется медицинская помощь.

- А как, кстати, полиция отследила место сделки? - задумчиво протянула Настя. - Уж не по твоей ли смс?

- Шутишь что ли? - возмутился Гоблин. - Писал я через мессенджер. Трафик зашифрованный, так что хуй кто бы определил место. Да и само сообщение не расшифровать. Скорее всего, мусора просто вели Малыша. А то, что на месте сделки оказались Костик и Филин - это просто совпадение.

- Малыша? - переспросил я.

- Моего покойного друга - барыгу, прозванного так за его невысокий рост, - пояснил мне Гоблин.

- Черная полоса какая - то, - пробормотал я, поставив на стол кружку с недопитым чаем. - Гоблин, пора собираться. Вечереет. Рабочий день в «Цитадели» наверняка уже закончился. Пора навестить старых знакомых.

Гоблин лишь кивнул, вскакивая с дивана:

- Ну а куда же вы без меня? пропадете нахуй.

Спустя десять минут, у дверей квартиры стояло три человека, похожих друг на друга как близнецы. Серые толстовки, спортивные черные штаны, неброские кроссовки. Все это было куплено Филином на ближайшем вещевом рынке. Покупал одежду Филин на глазок, поэтому штаны чуточку болтались, а кроссовки были маловаты. Впрочем, это ненадолго. Если все пойдет хорошо - через пару часов она сгорит где-нибудь на окраине города. Или уедет утром вместе с мусоровозом на городскую свалку. Ежели же все пройдет плохо – то какая мертвецу разница, по размеру ли кроссовки?

Строительные нитяные перчатки, дожидаясь своего часа, уже лежали в кармане толстовки. Туда же я убрал сложенную вдвое полумаску. В широком рукаве толстовки уже лежал нож. Ну, вроде все. Пора выдвигаться.

- Не скучай, милая, - я обнял на прощание Настю. - Скоро мы вернемся. И подругу твою привезем.

- Только возвращайтесь без лишних дырок, - с мольбой в голосе попросила она, глядя мне в глаза.

- Да пошли уже, - нетерпеливо буркнул Гоблин, открывая входную дверь. - Иначе меня сейчас вырвет от этих розовых ванильных соплей.

Уже на пороге я обернулся и подмигнул Насте. А затем захлопнул дверь и быстро спустился по лестнице, стараясь нагнать остальных.

В машине я открыл интерфейс, поставив маркер слежения на Вику. Точка высветилась там же, где и была несколько часов назад.

- Пересечение Буревестника и Гвардейцев, - назвал я Филину нужный адрес.

- О! И ехать недалеко! - мигом оживился Гоблин, опуская стекло машины и щелкнув зажигалкой, выпуская в ночное небо струю сизого сигаретного дыма.

В последнее время, мне начали доставлять удовольствие покатушки по ночному городу. Горящие фонари ярко освещают пустые дороги и тротуары, мигают вывески неоновых витрин, яркими точками горят окна многоэтажных домов. К этому времени рабочий люд уже собирался спать, любители ночной жизни выбирались из ночных дворов, перебираясь в центр города. А гопота и отморозки рабочих окраин не любили покидать своих владений. Никакого гомона. Никакой суеты.

Филин гнал по пустой дороге, словно боясь опоздать на предстоящий раздербан. На событие, в котором люди без сожаления и угрызений совести будут калечить и убивать друг друга.

- Гоблин, у нас будет крайне мало времени, - оторвавшись от созерцаний ночного города напомнил я. - Кто-нибудь из добропорядочных граждан обязательно вызовет мусоров. И после этого у нас будет максимум десять минут, чтобы довести дело до конца, забрать бабу и сделать оттуда ноги. Иначе нам всем будет пиздец.

Гоблин кивнул, выбрасывая на дорогу окурок. Ветер отнес его в сторону, ударив об асфальт и выбив сноп искр.

- Филин. Высади нас неподалеку от перекрестка и сваливай. Спрячься во дворах. Желательно, на перекрестке Буревестнике и Стража революции. Знаешь, где это?

Филин оторвался от дороги, уставившись на Гоблина, словно на умалишенного. Потом молча кивнул.

- Заебись. Ждешь нас там.

Гоблин ненадолго замолчал:

- Надо было все - таки сменить номера, - добавил он после недолгой паузы. - Для надежности.

- Было бы больше времени - именно так бы мы и сделали, - ответил я. - А так… придется импровизировать.

Гоблин лишь кивнул, надевая на голову вязаную черную маску, скатанную на манер шапки, и скрывая ее под широким капюшоном толстовки. Я надел полумаску, закрыв шею, и накинул на голову капюшон толстовки.

Филин свернул с дороги и въехал во дворы, лавируя в узком коридоре между припаркованных в несколько рядов машин. Затормозил, высаживая нас в глубине двора.

Мы выскочили из машины, подойдя к багажнику и вытаскивая из позаимствованной у бомжа сумки оружие. Пистолет я сразу спрятал за пояс, спрятав его под толстовкой. Автомат я брать не стал.

Открыл навигатор, сверяясь с маршрутом. До цели сто метров. Система проложила путеводную нить через дворы.

- Двинули, - шепотом сказал я Гоблину.

Уже отходя от машины, я услышал заведенный двигатель. Это Филин уезжал в заранее оговоренное место. И для меня это было словно сигналом. Назад дороги нет.

Нужное нам здание было во дворах соседнего квартала. Отлично. Значит, сюрпризов быть не должно.

“Цитадель” была небольшим двухэтажным старинным зданием из красного кирпича с покатой шиферной крышей. Свет в окнах здания уже не горел, словно внутри не было ни души. Однако, навигатор упрямо показывал: цель здесь, внутри.

Здание было обнесено высоким бетонным забором, поверх которого была в несколько рядов пущена колючая проволока. Большие железные ворота рядом со входом в здание, на которых красовалась эмблема ЧОП, были закрыты. И глядя на всю эту картину я лишь задумчиво почесал голову: отчего – то, я совсем не подумал, как мы попадем внутрь.

Путь через центральный вход я отмел сразу. Как мы это сделаем? Просто постучим в дверь и скажем: “почта, откройте пожалуйста”? Вряд ли это прокатит. А еще неподалеку от двери висела, мониторя подход к зданию и мигая красным маячком, камера наружного наблюдения. За дверью в холле, наверняка стоит будка охраны. И один из ЧОПовцев прямо сейчас сидит и не отрывая глаз пялится на мониторы с этих самых камер. Вопросов “кто мы такие”? и “какого хуя здесь тремся”? наверняка даже не последует. На просто перестреляют прямо у входа. А потом, добрый друг дядя Витя запросто всех отмажет. Да и по сути: кого ЧОПовцы пустят в расход? Я в федеральном розыске, а Гоблина, судя по раскладу, вот - вот в розыск объявят. Так что являться на банкет через главные ворота, мне хотелось меньше всего.

- Нужно было осмотреться заранее, - задумчиво пробормотал я, осматривая здание.

- Хули теперь об этом говорить? - ответил Гоблин, осматриваясь по сторонам.

Двор был пуст. Лишь у дальней от нас девятиэтажки виднелся силуэт собачника, который выгуливал своего четвероногого питомца.

- Как проберемся внутрь? - поинтересовался я.

- А я ебу? - зло ответил Гоблин. - Ты же все спланировал? Вот ты и веди.

Я пересек двор, обошел здание. И решение пришло само собой. За углом огороженной территории стояло несколько железных гаражей. Расстояние между гаражами и забором было не более полуметра.

- Вот и решение, - обернувшись, прошептал я Гоблину. Товарищ уже стоял рядом, осматривая ракушки. Потом кивнул, натягивая строительные перчатки и опуская на лицо маску - балаклаву.

- Подсади.

Я встал у стены ближайшего гаража, согнув ноги в коленях и выставив перед собой сцепленные в замок ладони. А через секунду, кроссовок Гоблина наступил на выставленное колено, встал на выставленные руки. Толчок в плечо - и гулкий топот по металлической крыше. Гоблин был уже наверху.

- Залезай, хули ты там раскорячился? - раздался сверху злой шепот.

Я подпрыгнул, ухватившись за край козырька. Подтянулся. И тут же меня ухватили за толстовку и резко дернули вверх. Затрещала ткань, но кофта, сшитая трудолюбивыми китайцами в одном из подвалов столицы нашей родины, выдержала.

- Двор чист, - шепнул мне Гоблин, едва я оказался на крыше. - Прыгаем внутрь?

- Нет, блять. тут до утра сидеть будем! - огрызнулся я, натягивая на лицо полумаску.

Гоблин посмотрел через забор, прикидывая расстояние. Потом разогнался, оттолкнулся от края крыши, перемахнул через колючку и исчез на территории “Цитадели”.

Раздался треск ломаемых веток и едва слышный возглас:

- Ай, блядь!

- Цел? - шепотом спросил я, подходя к краю крыши.

- Цел, цел, - раздалось из-за забора. - Твоя очередь.

И только в этот момент я крепко задумался, правильный ли путь выбрал я для того, чтобы попасть на территорию.

- Да что ты там, блядь, застрял? - поторопил меня невидимый из- за забора Гоблин.

Эх, была - не была.

Сердце бешено колотилось в груди. Ноги предательски затряслись, а спина и ладони покрылись липким потом. Во рту моментально стало сухо. Я сглотнул ставшую вязкой слюну. А потом разогнался и прыгнул.

На секунду страх пропал, сменившись эйфорией от полета. А затем было резкое приземление, отозвавшееся во всем теле, И хлесткие удары веток по лицу. Я закрылся рукой, чтобы глаза не повисли на жестких коротко стриженых ветках в качестве украшения. И кубарем выкатился из коротко подстриженного кустарника.

- Предупредить не мог? - зло спросил я у сидевшего рядом на корточках Гоблина.

Рот Гоблина расплылся в улыбке от уха до уха:

- Сюрприз! Не одному же мне по чипыжам скакать.

Я промолчал, отметив про себя непременно отомстить Гоблину при первом удобном случае. Теперь, мы на территории. И обратный путь у нас только один: через центральный вход. Впрочем, о том как уходить подумаем потом. Сейчас нужно придумать как пробраться в само здание. Я укрылся за кустами, осматривая двор.

Огромная площадка была ярко освещена несколькими фонарями, по мощности ничем не уступающими прожекторам. У дальней от ворот стены был припаркован ряд одинаковых черных внедорожников, как две капли воды похожих на те, что мы с Гоблином видели у двух последних наркоточек. И такого, на котором сегодня днем увезли Викторию. Расстрелянной тачки не было в этом ряду. То ли ее уже утилизировали, то ли загнали на ремонт.

А в остальном… в остальном покрытая асфальтом площадка была пуста. Только урна у второго входа в здание и табличка “место для курения”.

- Что за плац? - изумленно пробормотал я.

- Хуй его знает, - ответил Гоблин. - Может быть, строем тут ходят. Пока наркоту не перевозят. Или девок не воруют.

Мест, где можно было укрыться от света прожекторов, было немного. Возле забора, где рос тот самый кустарник, в который мы с Гоблином десантировались, да у дальней стены, где стояли машины. Остальная территория плаца освещалась ярко, как днем А еще, над дверью входа висела, пялясь на дверь, камера наблюдения. И в углу, где стояли машины, я тоже рассмотрел мигающий маячок.

- Еб твою мать, - выругался я. - Проще не стало.

И в этот момент, дверь, ведущая из здания во двор, открылась, и к “курилке”, прямо под свет фонаря вышел человек в черной форме. Щелкнула зажигалка, загорелся рдеющий огонек сигареты. В воздухе под фонарем заклубился сизый дым. А в следующую секунду, он развернулся в нашу сторону. И увидел изрядно помятый кустарник. Следы нашего с Гоблином приземления на территории «Цитадели». Быстрым шагом, он направился в нашу сторону. И пока я соображал, что делать дальше, в ухе зазвенело от пары выстрелов, которые прозвучали совсем рядом.

“Цели опознаны. Убейте бандитов и спасите свидетеля”

И в доме одна за другой начали загораться красные точки. Их было много. Очень много.

“Внимание! Одна из целей, которая находится сейчас в здании, разыскивается в рамках цепочки заданий “Главы Синдиката”. Если вы устраните цель в рамках этого задания - вы получите бонус за выполнение”.

Системное сообщение растворилось, и только теперь я заметил труп, лежавший посредине освещаемой площадки.

- Ну, пошли, что ли, - как-то неуверенно сказал Гоблин. - Все равно вся маскировка по пизде пошла.

От точного выстрела, вдребезги разлетелся глазок висящей над входом камеры наблюдения. И силуэты в доме засуетились, стягиваясь ко входу.

- Змеиное гнездо зашевелилось, - предупредил я Гоблина. - Готовься. Сейчас полезут.

У меня был бонус. Поэтому, когда дверь открылась, я уже был готов. Два выстрела пробили доски двери, попав в голову ЧОПовцу, который от великого долбоебизма ломился во двор, чтобы узнать: что же там происходит и кто устроил пальбу.

“ Вы получили достижение: одним выстрелом двух зайцев, уничтожив двух противников одной пулей”.

Ага, значит долбоебов было двое.

К моему величайшему сожалению, остальные оказались не так глупы. Зазвенели разбитые на втором этаже стекла. По затененному, скрытому от взора стрелков кустарником участку, полоснули автоматные очереди. Засвистели, срубая ветки и вышибая искры из бетонного забора, пули. И это чуточку возмутило Гоблина:

- Вот суки, а? Ну и суки, - ругался он, вжавшись в один из кустов. - Сможешь кого-нибудь достать?

Я отрицательно покачал головой. Прострел толстых кирпичных стен - занятие, обреченное на провал. Это тебе не гнилые рамы заброшенных деревенских домов.

Противники стреляли скорее наугад, чем прицельно. В надежде, что хоть одна пуля, да зацепит. Хорошая тактика. Если у тебя дохуя патронов.

И словно последней каплей в чан сегодняшних неудач, система вывела таймер отсчета:

“Кто - то из законопослушных граждан, обеспокоенный стрельбой в городе, вызвал наряд полиции. Время до прибытия наряда: восемь минут”.

- Гоблин! Ты помнишь, что я говорил тебе про десять минут? - обернувшись, крикнул я товарищу. И дождавшись утвердительного кивка добавил:

- Так вот. Я соврал. У нас восемь минут.

- А-а-а-ахуеть! - протянул товарищ, роясь по карманам толстовки. - Хотел приберечь сюрприз на праздник, но хуй с ним. Раз уж пошел такой банкет...

С этими словами, Гоблин вынул из карманов пару дымовых факелов со спиленными рукоятями. Один из них он отдал мне:

- А теперь повторяй за мной.

Гоблин рванул за кольцо, вырывая шнур, бросая факел на освещенную площадку. Зашипело. Повалил, постепенно сгущаясь, синий дым.

Я в точности повторил то, что делал мой товарищ, бросая шашку на плац, который моментально затянуло красно - синим дымом.

- Красно - синий - самый сильный!

С этими словами Гоблин наставительно поднял указательный палец:

- Всегда помни это, брат. А теперь - вперед!

Он пригнулся и бросился к зданию. Из окон загрохотали выстрелы. Пули врезались в асфальт совсем рядом, заставляя нас бежать зигзагами. Глаза заслезились от густого удушливого дыма. Я поспешно закрыл лицо рукавом толстовки.

По пути Гоблин успел остановиться, снимая с трупа автомат и поднимая лежавший рядом пистолет.

- При - го - дит - ся, - забавно растягивая слова на эстонский манер протянул он, передергивая затвор автомата. А потом резко рванул к дому, открывая дверь и исчезая внутри здания.

Красные силуэты, державшие оборону в доме, зашевелились.

- Встревожились, суки! - сквозь зубы зло прошипел я, врываясь в здание следом за Гоблином.

Двоих ЧОПовцев, выскочивших из коридора прямо навстречу, Гоблин срезал одной короткой очередью, целя по головам. Видимо, понимая, что на сотрудниках охраны могут быть бронежилеты. Потом бросил мне автомат, который снял с мертвеца во дворе. Сам же быстро обшарил распластавшиеся на полу трупы.

- Ох, нихуя себе! - присвистнул он, вытаскивая из разгрузки одного пару гранат. - Пригодится.

Один снятый с трупа укорот он забросил за спину. Второй оставил в руках.

- Где они прячут свидетеля? - рявкнул он мне.

- На втором этаже, - ответил я, сверяясь с радаром.

- Это куда?

- Прямо по коридору. Там холл с вахтой охраны. И лестница на второй этаж.

- А эти пидоры где? - спросил Гоблин, имея в виду сотрудников охраны, которых было в здании полным - полно.

Я повертел головой. Почти все силуэты, обозначающие противников, прекрасно проглядывались через межэтажное перекрытие. Еще несколько человек стояло в холле, защищая лестницу.

- Трое в холле, пасут лестницу. Остальные забаррикадировались в комнате со свидетелем. Хотят потянуть время до приезда полиции. - объяснил я текущий расклад сил.

- А когда приедут мусора?

Я сверился с таймером:

- Шесть минут сорок шесть секунд.

- Н-да. Скажем прямо, времени у нас не до хуя. Ну да ладно.

Гоблин подкрался к повороту, где коридор под углом выходил в холл. Высунулся - и тут же спрятался обратно: в угол кирпичной стены тут же врезалось несколько пуль.

- Ну суки! - зло прошипел он, вытаскивая из кармана одну из гранат. Выдернул чеку:

- Сейчас я вам устрою, суки, хаос и панику. А также блядство, бардак и анархию.

Граната улетела в холл. Раздались запоздалые крики ЧОПовцев, но…

Ебнуло так, что из окон в холле со звоном повылетали все стекла. А Гоблин уже шел через холл к лестнице, расстреливая уцелевших, но оглушенных противников.

Второй этаж в точности копировал первый. Такой же лабиринт коридоров, с дверьми кабинетов по обе стороны.

- Двое ждут в коридоре, - шепнул я Гоблину, едва мы поднялись по лестнице. - Приготовься.

Пара противников открыли огонь, едва Гоблин показался в коридоре. Так что нам пришлось укрыться, пережидая заградительный огонь. На этот раз, стрелял я. Высунувшись из-за укрытия, едва смолкли выстрелы, я быстро и без лишней суеты уложил обоих противников, опустошив магазин и сбросив отстрелянный автомат на пол.

- Оружие, - коротко обронил Гоблин, кивнув на лежавших на полу мертвецов.

Я забрал у мертвецов автоматы. Вытащил из разгрузки одного пару обойм, на ходу отщелкнув пустые рожки и заменив их полными.

- Вот ебучий лабиринт, - тяжело дыша, пропыхтел Гоблин. - Куда дальше?

- Прямо.

Коридор был пуст. Остальные противники, охраняя своего босса, окопались в одной комнате, в которую и упирался коридор.

- За дверью.

Гоблин кивнул и осторожно толкнул дулом автомата дверь с табличкой “Приемная”.

- Простите, мне не назначено. Но я к вашему боссу. По срочному делу! - заорал он, вырывая чеку второй гранаты и бросая ее в приемную и укрываясь за стеной и ожидая, пока ебнет. А затем, мы просто и не целясь, расстреляли приемную. Выпущенные нами пули за несколько секунд, разительно изменили дизайн приемной. Из стиля “модерн”, дизайн комнаты изменился на стиль”пост апокалиптический пиздец после визита рейдеров”. Со звоном разлетелись все стекла в шкафу. Вдребезги рассыпалось огромное зеркало. Лопнул горшок с пальмой, засыпав пол землей. Превратилась в гору осколков напольная ваза. Сыпал искрами простреленный монитор компьютера. Дорогая кожаная обивка кресел и дивана была немилосердно изорвана, превратившись в решето. Семь трупов довершили же картину пиздеца. Красных силуэтов в комнате больше не было. Все противники были мертвы.

- Чисто.

- Вот и чудно.

Гоблин бросил на пол автомат с расстрелянным рожком и достал из-за пояса пистолет. Я же шагнул вперед, и пинком распахнул дверь с табличкой “Директор”.

- Простите, что без звонка, но у меня к вам предложение, от которого вы не можете отказаться.

Двое засевших по углам кабинета ЧОПовцев не успели даже среагировать. На каждого понадобилось по две пули.

“Цель опознана”.

Меня и цель разделял длинный прямоугольный стол, по другую сторону которого стоял Серов, прикрывшись судмедэкспертом, как щитом. У виска дрожащей, всхлипывающей от страха Вики, был ствол пистолета.

- Если ты хоть раз дернешься, Венедиктов - я пристрелю ее, - зло прошипел он.

- Все, все. Я понял.

Несмотря на мое “понимание”, пистолет я с Серова не сводил:

- Неважно выглядишь, Володя. - миролюбиво произнес я, присев на край стола и с любопытством наблюдая за Серовым. - Ты бы не нервничал. А то ебнет инсульт, не ровен час - и пиздец тебе придет,

- Завали ебло! - зло зашипел Серов, обходя стол и пятясь к двери. - И не дергайся. Иначе пристрелю ее.

- Мы оба понимаем, что как только ты ее пристрелишь - сразу же придет тебе пиздец, - ответил я, продолжая держать Серова на прицеле. Взглянул на Вику. Выглядела она так себе: волосы растрепались, нижняя губа разбита, нос сломан. Под глазом расплывался огромный кровоподтек. На запястьях, из-под разорванных рукавов, виднелись багровые следы от чьих - то рук.

- Теперь я откланиваюсь, - не сводя с меня глаз прошипел Серов, пятясь спиной к двери. Опасаясь, что я пущу ему пулю в спину. И это было его роковой ошибкой. Боятся Серову стоило вовсе не меня.

- Да пиздуй уже, - махнул рукой я. - Кто тебя держит? Я все равно найду тебя, Володенька. Найду - и пристрелю. И друга твоего тоже. И остальных трех, кто в вашу злопидорскую клику входит. Кто там еще, Володя?

При упоминании о том, что в Синдикате было шесть человек, лицо Серова предательски дрогнуло. Значит, Система была права.

- Кого ты найдешь, фуфел? - зарычал Серов. - Сейчас здесь будет полно мусоров. И приказ у них живым тебя не брать. Тебя просто пристрелят на месте. А потом и до Токарева доберутся.

Бесшумно выскользнул из своего укрытия Гоблин. Серов был так увлечен беседой, что абсолютно не заметил угрозы сзади. А в следующую секунду Володя вздрогнул, застыл, как будто прилипнув к полу, когда лезвие широкого ножа ударило ему в шею. Удивленно уставился на меня, Наверняка еще не понял до конца, что ему пиздец. А может быть и понял, но упорно не хотел в это верить. Словно в насмешку, я положил пистолет на стол и поднял открытые ладони в нитяных перчатках. Пустые руки. Без оружия.

Серов открыл рот. Захрипел, пуская розовую пену. Попытался нажать на курок, но палец свело судорогой. А в следующую секунду, Вика вырвалась из его объятий. И это позволило мне, пусть и формально, но закончить задание, схватив со стола пистолет и выстрелив.

“Выполнено”, - подтвердила система, едва только пуля ударила в лоб директора ЧОП “Цитадель”, отбрасывая его на пол приемной.

“Разблокирован бонусный навык: “Ликвидация”.

Описание навыка: иногда, цель нужно ликвидировать быстро и точно. Один выстрел - одна смерть. Навык “ликвидация” поможет линчевателю в этом.

Навык “огнестрельное оружие” улучшен.

Навык “аналитика” улучшен”.

- Блять, как же вовремя мне достался этот злоебучий навык, - устало произнес я, вставая со стола.

- Мадам, вы в порядке?

Гоблин подошел к застывшей столбом Виктории.

- В-в-в-вроде да, - ответила судмедэксперт. Однако голос ее звучал неуверенно.

- Ну вот и чудно, - я взглянул на таймер. - Пора валить, ребята. Мусора прибудут через три минуты.

- И мне... тоже? - пролепетала Вика.

Я развел руками:

- Ты же слышала, о чем я говорил с покойным Серовым. Сама должна была понять, что мусора повязаны с этим частным охранным предприятием. И если ты останешься здесь - тебе придет пиздец.

Гоблин погладил девушку по растрепанным волосам:

- Не бойся. Бить не станем. Поживешь пару дней...

Гоблин осекся, так как Вика, зло засопев, оттолкнула его руку. И, зная судмедэксперта чуточку дольше и чуточку лучше, чем мой безбашенный товарищ, я мог бы сказать, что Вика убрала его руку почти ласково.

- Вот и познакомились, - подытожил я. - А теперь - уебываем отсюда. И в темпе.

Мы бегом бросились прочь, выскочив из приемной и петляя по коридорам к лестнице.

- Через центральную дверь уйти не получится, - на ходу объяснял Гоблин новый план. - Тот пидор, что сидел на вахте, наверняка нажал тревожную кнопку. Теперь выход заблокирован.

- Через двор? - переспросил я, перепрыгивая через ступеньки лестницы. - Опять лезем через колючку?

- Есть еще один вариант, - ответил Гоблин. - Сюда.

С этими словами, он выскочил во двор, бросившись к припаркованным у стены внедорожникам. Размахнувшись, ударил локтем по водительскому стеклу. В салон со звоном посыпались осколки.

- Полторы минуты, - нетерпеливо напомнил я Гоблину.

- Не пизди под руку, - зло огрызнулся Гоблин, вскрывая дверь и залезая в салон. - О, вот же они! Темные Боги Ледяного Севера все еще на нашей стороне!

Последнюю фразу, он произнес с нескрываемым облегчением. Потом подбросил и на лету поймал связку ключей, которую вытащил из бардачка. Но тут же добавил:

- Правда, есть один нюанс. Я очень хуево вожу.

- Я поведу.

Вика выдернула Гоблина из машины и села за руль. И глядя на нее, я только диву давался: куда подевалась та до смерти перепуганная Вика, что стояла под прицелом пистолета Серова несколько минут назад? В машине спокойная, хладнокровная девушка. Собранная и максимально сосредоточенная. Словно и не было несколько минут назад стрельбы и убийств. Словно ей совсем не угрожала смерть.

Вика провернула ключ. Двигатель завелся сразу. Вика высунулась из машины, зло глядя на нас:

- Ну, что встали? Прыгайте в тачку и валим. Или вам спец приглашение нужно?

Нас долго упрашивать не пришлось. Мы быстро прыгнули на заднее сиденье машины. И Вика тут же вжала газ, выезжая с парковки.

- Воу! Полегче, подруга, а то покалечишь нас нахуй, - рявкнул Гоблин, которого от такого от такой манеры вождения отбросило в сторону, приложив о дверь.

- Ты и так с детства искалеченный, - зло ответила Вика, глядя на Гоблина в зеркало заднего вида. А потом, словно издеваясь, она резко ударила по тормозам.

Я предвидел такой маневр, ухватившись за спинку пассажирского сиденья. А вот Гоблин, не ожидавший такого подвоха, не успел среагировать и со всего размаху приложился о подголовник водителя:

- Твою ж мать!

Хрустнул нос. на коврик машины закапала кровь, окропив штаны и кроссовки Гоблина. Заметив это, Вика зло хохотнула, и снова вдавила газ, срываясь с места. А вдали уже выли полицейские сирены.

Ворота вылетели от сильного удара. Машина просто смела препятствие и выехала на дорогу. Лихо вывернув руль, от чего нас снова расшвыряло по салону, Вика повела машину по пустой трассе.

- Пересечение Буревестника и Стража Революции, - прохрипел я. - Там свернешь во дворы. Бросим машину и пересядем в незасвеченную тачку.

- Нихуя, - тут же оспорил Гоблин мой план. - В городе машину бросать нельзя. Но в чем - то мой друг прав. Едем на указанный им перекресток.

Вика кивнула, не отрывая взгляда от дороги. Резко развернулась, выскочив на полосу встречного движения.

Гоблин сорвал с головы маску, торопливо высвободился из толстовки, снял строительные перчатки, бросая все это прямо на пол машины.

- Здесь во дворы, - указал я на нужный съезд, снимая толстовку и бросая ее на пол. Следом, на пол машины полетела и маска.

Филин уже ждал нас во дворе. Он заранее завел машину. То ли услышал вой сирен, то ли у нашего водителя была запредельно развито чутье.

- Тормози вон у той машины, - указал я Вике. И услышав слово “Тормози”, Гоблин тут же ухватился за спинку водительского сиденья так, что костяшки пальцев побелели.

- Филин. Планы изменились, - опустив стекло крикнул Гоблин Филину, едва Вика затормозила вровень с машиной нашего водителя. - Знаешь где замороженная стройка на Ильича?

Филин кивнул, трогая машину с места.

- А ты знаешь, где эта стройка, красавица? - склонившись к водительскому сиденью, ехидно поинтересовался Гоблин у Вики.

- Найду, - сквозь зубы процедила Вика, и медленно поехала вслед за Филином. Машины во дворе были припаркованы так плотно, что ехать пришлось очень медленно. Даже наш супер - водитель Филин, который ехал чуточку впереди, едва не сдирал краску с припаркованных машин. Мы же едва двигались по этому узкому коридору. И в тот момент, когда меня уже постигла было идея бросить машину здесь, и сквозануть через дворы пешком, мы, наконец, выбрались из двора к выезду на шоссе.

Я похлопал Вику по плечу:

- А теперь тормози здесь, у обочины. И выключи двигатель.

Не задавая лишних вопросов, Вика послушно выполнила все в точности, как я сказал. Благо, тени хватало и летевшим по шоссе полицейским машинам было не до нас. А полиции было много. Очень много. И, казалось, реке машин с проблесковыми маячками не будет конца. Мигающие серым звезды розыска, стали расти в количестве. Сперва, их было две. Потом три. Четыре!

- Ебануться, - едва слышно пробормотал я, когда серым замигала последняя пятая звездочка. Уровень розыска был максимальным!

- Охуеть, сколько их, - протянул Гоблин, глядя на поток проезжавших мимо нас машин.

К зданию “Цитадели” стягивалась, наверное, вся полиция города. А возможно, и области. Национальная гвардия, федеральные маршалы, группы захвата, ЦСН в черных микроавтобусах с тонированными стеклами, оперативники, постовые. Я был уверен, на то время, что пока группы будут копошиться в здании, пересчитывая оставленные мной и Гоблином трупы, в городе не останется ни одной патрульной машины.

- Куда дальше? - заводя двигатель, спросила Вика, едва последняя полицейская машина свернула во дворы в паре кварталах от нас, скрывшись за торцом жилого дома. Филина уже не было видно на дороге. Очевидно, он успел проскочить до того, как колонна полицейских машин полностью перекрыла шоссе.

- Ты же сказала, что сама найдешь дорогу? - тут же ехидно поддел Вику Гоблин. - Мол, город знаешь, и…

Вика не ответила. Просто обернулась и в упор посмотрела на Гоблина. И от этого взгляда, мой товарищ поперхнулся:

- Выезжаем - и налево.

Голос Гоблина вмиг стал серьезным. И на минуточку мне показалось, что болезнь Урбаха - Витте дала сбой, и бесстрашный человек, который запускал в воздух бочку с карбидом, катался между домами по натянутому оптоволоконному кабелю и сотворил в своей жизни еще великое множество всякой хуйни…. испугался?

Вика выехала в указанную сторону. Гоблин выступил в роли навигатора. Я же откинулся на спинку сиденья и уставился в окно. Как же просто удалось выследить остальных. Пусть не всех, но… к Большому мы подбирались две недели. Следующих двух бандитов мне удалось установить меньше, чем за неделю.

- Направо, Вика. Ты знаешь, где право? - проговаривая каждое слово, спросил Гоблин, и в голосе его звучало явное, нескрываемое раздражение.

- Будешь много пиздеть - станешь еще краше, - процедила в ответ Вика, резко выворачивая руль вправо. Но Гоблин, предвидя такую каверзу, ухватился за дверную ручку, и только поэтому не врезался в дверь. Впрочем, машину тут же тряхнуло - и Гоблин с воем врезался головой в крышу.

- Прости, - обернувшись, ласково произнесла Вика. - Яму не заметила. Дороги тут такие хуевые…

Гоблин зло покосился на Вику, потирая ушибленную голову и едва слышно бормоча под нос гадости. Но бормотал он так тихо, что даже я, сидя рядом, не смог разобрать ни слова.

- Сюда, - указал он на поворот, когда справа показались силуэты нескольких недостроенных домов. Вика послушно повернула в указанную сторону, проехав по валявшимся на земле воротам, и въезжая на огороженную территорию стройки и заворачивая за высившуюся свечку недостроенного дома, чтобы не привлекать лишнего внимания с дороги.

- Дамы и господа, наша поездка окончена, - торжественно объявил Гоблин, выскакивая из машины. - Прошу всех покинуть транспортное средство по причине его дальнейшей незамедлительной утилизации.

Когда я выбрался из машины, Гоблин уже сворачивал крышку бензобака. Вика наблюдала за его манипуляциями, зябко ежась и топчась на месте, кутаясь в обрывки кофты и хоть как-то пытаясь согреться:

- И как ты думаешь слить бензин? - ехидно поинтересовалась она.

Стоявший внедорожник осветил яркий свет фар подъехавшей машины.

- Сейчас все будет. И шланг, и канистра.

Не выключив фары, Филин вышел из машины, открыв багажник и достав оттуда канистру, шланг и черную спортивную сумку.

- Ты как всегда вовремя, брат.

Гоблин вставил шланг в открытый бензобак. Воткнул свободный конец в канистру, ожидая, пока будет сливаться бензин. Я же расстегнул принесенную Филином сумку, достав оттуда одну из толстовок, которую тут же бросил Вике:

- Держи. Промерзла, небось, вся.

Вика на лету поймала кофту и тут же торопливо принялась надевать ее на себя.

- С-с-с-спасибо, - клацая зубами, ответила она.

Я же зашел за машину, на ходу снимая с себя вещи, в которых ходил в гости к Серову.

Звезды розыска пропали, едва я надел привезенные Филином спортивные штаны и застегнул молнию на новой толстовке, накинув на голову капюшон. Ну вот и чудно. В очередной раз все сложилось так, что нам удалось провернуть все и сбежать. Пока, удача на нашей стороне. Но вот надолго ли? Полиции с каждым разом становится все больше. Уйти от нее, спрятаться, пересидеть - все сложнее. Рано или поздно, и мне, и Гоблину придет пиздец.

Я замотал головой, отгоняя дурные мысли. Пока не время думать об этом.

- Гоблин, шмотье, - напомнил я товарищу, выходя из-за машины и бросая свои вещи в салон внедорожника.

- Займись делом, - коротко ответил мне товарищ, поднимая с земли сумку со сменными вещами.

Я поднял канистру, проверяя, сколько бензина успело в нее перелиться. По моим прикидкам, этого вполне бы хватило. Вытащил шланг, отдав его Филину. И принялся поливать внедорожник бензином.

- Готово? - спросил меня вышедший из-за машины Гоблин. И, дождавшись утвердительного кивка, добавил:

- Вот и чудно.

Вспыхнувший фальшфейер полетел через открытую дверь в салон. И машина тут же вспыхнула как факел, ярко осветив окрестности свалки, разросшейся вокруг недостроенного дома.

- Свободны все, великий народ, - пробормотал Гоблин, щелкнув зажигалкой, прикуривая сигарету. - Валим отсюда. Пора домой. Эта вечеринка - полная поебень.

***

Несмотря на позднюю ночь, Настя не спала. Она уже стояла у двери, бросившись мне на шею, едва я переступил порог квартиры. Я обнял ее, погладив по голове:

- Ну все - все. Успокойся. Я цел. Остальные тоже.

- Да дайте уже пройти! Столпились на пороге! - недовольно пробурчал Гоблин, протискиваясь мимо нас. - Виктория - теперь это ваш новый дом.

Гоблин по - хозяйски обвел рукой мое жилище, и вид у него при этом был такой, будто он показывал не однокомнатную квартиру, а дворец шейха Саудовской Аравии.

- Богато живете, сударь, - с плохо скрываемым сарказмом в голосе ответила Виктория, входя в квартиру и осматриваясь по сторонам.

Только теперь, Настя словно вспомнила об остальных участниках операции. Медленно, словно нехотя, освободилась из моих объятий:

- Вика! Жива! - с облегчением произнесла она, обнимая судмедэксперта.

- Жива - жива. Даже относительно здорова, - ответила Вика, обнимая подругу.

- Тогда пойдем. Осмотрю твои боевые раны.

Настя ухватила подругу за руку, уводя ее в сторону кухни.

Гоблин же прошел в комнату:

- Что будем делать дальше? - спросил он, плюхнувшись на диван.

- На очереди дядя Витя, главмусор города, - ответил я. - И проследить за ним будет сложнее.

- Повременим пока с ним, - отмахнулся Гоблин. - Нас пятеро. В однокомнатной квартире. Неизвестно, как долго этим твоим “свидетелям” придется прятаться. А хата, между прочим, не резиновая.

Я задумчиво кивнул головой. Гоблин прав. Теперь, мы повязаны. Мы вчетвером точно. Я в федеральном розыске. Гоблина в розыск вот - вот объявят. Вику и Настю объявлять в розыск не будут. Но искать будут усиленно. Ибо пока они - единственная ниточка к тому, как нас найти. И тут мне вспомнился один очень интересный разговор, подслушанный мною в “Тортуге”

- Скажи-ка мне, брат Гоблин, вот какую вещь. В “Тортуге”, ныне покойный Серов спрашивал, что есть у Вити по Токареву. То бишь, по нашему идейному вождю. Что бы это могло значить?

Гоблин вмиг помрачнел:

- В бегах Токарев. Федералы под него копают.

- Решили сфабриковать дело, чтобы отжать бизнес, - с пониманием кивнул я.

Гоблин лишь махнул рукой:

- Нет. Там за старое что - то раскопали. Или было у них что - то, а они только теперь все в ход пустили. В общем - не бери в ум. Если ты боишься за деньги - то босс все оплатит, как только вернется в страну.

- В смысле - ищут за старое? - оторопело переспросил я.

Гоблин криво усмехнулся:

- Думаешь, мой босс открыл фирму на деньги, взятые в кредит? А конкуренты активно развивающейся на тот момент отрасли Ай - Ти технологий сами с дороги ушли? Да хуй там. Для старта в то время всегда нужно было иметь капитал. Хотя бы маленький стартовый капитал. А для добычи капиталов, как правило, использовали пистолет. Хотя бы маленький стартовый пистолет. Но если ты так загорелся узнать историю успеха старт апа дяди Миши - то изволь. Сейчас я все объясню.

Гоблин встал и ушел на кухню, откуда через мгновение раздался рассерженный женский визг.

- Да не пищи ты так, - спокойно ответил Гоблин. - Было бы на что там смотреть.

- Извращенец! - зло крикнула ему вслед Настя.

Гоблин остановился на пороге комнаты, с бутылкой водки в руках, стаканами и парой лимонов:

- Поверь. Случайно увидеть женские сиськи - не самое извращенное, что я делал за свою жизнь. Если я расскажу хоть малую часть историй про настоящие извращения - у тебя на всю жизнь останется моральная травма. А возможно, что и психическая. И ни один психолог ее уже не излечит. - обернувшись, крикнул он Насте.

- Ой, да не больно - то и хочется знать, что за хуйню ты там вытворял! - с видимым равнодушием ответила Вика. Однако, в ее голосе все же звучал плохо скрываемый интерес.

- Когда-нибудь, я обязательно расскажу тебе эти истории, - хохотнул Гоблин, ставя на стол бутылку водки. Вытащил из кармана раскладной нож, передав его мне. Сам же он разлил водку по кружкам.

- Для лучшего повествования истории о дяде Мише, - пояснил он.

Я лишь кивнул, нарезая лимон. Гоблин поднял свою кружку:

- За удачу! Несмотря на то, что сегодня мы импровизировали, капризная девка все еще на нашей стороне. И дай Боги, чтобы она и дальше от нас не отворачивалась.

Я был целиком и полностью согласен с каждым сказанным словом. Кружки стукнулись и огненная влага, обжигая пищевод, потекла внутрь, снимая накопившееся за вечер напряжение и расслабление.

- В самом начале своей карьеры, - начал вещать мне Гоблин, вновь разливая водку по кружкам. - Наш общий друг, Михаил Токарев, мой нынешний босс, занимался хакерством и мошенничеством в особо крупных размерах. В один прекрасный день, дяде Мише “посчастливилось” кинуть не тех людей. Такая ему была, значит, удача. И хотя Токарев кинул людей по какой - то хитрой схеме, за ним все одно пришли.

Гоблин залпом выпил водку, поморщился и быстро закусил лимоном:

- Ты пей, а то остынет, - прохрипел он, указывая на мой стакан.

- Так вы и познакомились? - спросил я, поставив пустой стакан на стол и потянувшись за лимоном.

- Практически, - кивнул головой Гоблин. - Михаил Михайлович мужик умный, поэтому быстро понял, что придет ему пиздец, если он не придумает, как он выпутается из этой ситуевины. Вот он и начал кумекать. А мне в то время грозил срок по ряду статей. Не пожизненное, конечно, как тебе, но… уехал бы я «за забор» надолго. Токарев помог мне, я ему. Так и подружились. Такая вот херня.

Гоблин опрокинул в себя еще один стакан водки, и продолжил свой рассказ:

- Так что, босс сам в говне по уши. А тут это говно вспыло. И попало в вентилятор. На горизонте замаячил срок, и немалый. Так что пришлось нашему гиганту мысли бежать за дальний кордон, откуда нет экстрадиции. Благо, денег ему до конца жизни хватит.

- Мусора и тебя ищут, - добавил я деталей в эту историю.

- Логично, - согласился Гоблин. - Очевидный и предсказуемый ход. Кто будет знать о компании и ее владельце больше, чем начальник службы безопасности?

Бутылка опустела и Гоблин поставил ее на пол, задвинув ногой под стол.

- Твою Настю тоже будут искать. И Вику. Единственный, кто пока еще никак не засветился в этой истории - это Филин. Ни в одной из фирм Михаила Михайловича он не числится, платят ему наличкой. Так, Филин?

Филин кивнул головой. Увлеченный историей Гоблина, я даже не заметил, как Филин вошел в комнату, и теперь он тише мыши сидел в кресле в углу комнаты, внимательно слушая историю Гоблина.

- Поэтому, вы с Филином поедете завтра искать нам новую берлогу, - закончил Гоблин. - Одна птичка мне напела, что очень умная голова связала всю мокруху, что мы натворили в городе. И посему, за нас скоро возьмется госбезопасность. А эти ребята очень легко смогут выйти на твою халупу. И однажды ночью, к нам в дверь постучит ЦСН. Тараном.

Я лишь потрясенно молчал, переваривая расклад, в который мы вписались. И этот расклад с каждой секундой нравился мне все меньше.

- Значит, смотри, - продолжал Гоблин. - Нужна трешка. Оптимальный вариант цена - качество. Желательно, не в центре. Там шумно и палева много. Любой спальный район сойдет. Оплатите на полгода. За это время мы или делюгу доделаем, либо из города придется уебывать. Уж больно много мути мы со дна подняли. Такое так просто не уляжется. А я завтра прокачусь по старым нычкам, авось насобираю ништяков на первое время. Вроде, все.

Гоблин хлопнул себя ладонью по колену:

- На этом, собрание клуба можно заканчивать. Ищите, кто где будет спать. Предупреждаю сразу: на диван я не пущу никого, - Гоблин похлопал ладонью по обивке дивана. - Уж больно он мне понравился

Глава 18 Городская Недвижимость

"Прошла пара лет, но не нашлось никого, кто бы пожелал нам помочь. Сказки остались сказками, слухи слухами, а ролевые игры были также далеки от нас, как луна. Но луну мы видели часто, а игры продолжали быть скрыты от нас. Наш первоначальный интерес не угас — как костер, пищей которому служили чужие слова, он продолжал тлеть, ожидая своего часа".

Djonny. "Сказки Темного Леса".

Ночь выдалась крайне неудачной. Хотя бы по той причине, что спать мне выпало на полу. Вместо матраса, мне и Насте досталось тоненькое одеяло. От такого ночлега, с утра все тело немилосердно болело и ломило, будто я и не спал вовсе, а трудился на благо общества. Например, разгружал вагоны.

Когда я проснулся, Гоблина в квартире уже не было. Вместо него, на диване досыпала Настя, которая заметила уход товарища и решила перебраться на более уютное ложе. Зевая, я прошлепал на кухню. Филин уже сидел за столом, раскачиваясь на табуретке и водя по столешнице кружкой с чаем. То и дело Филин бросал косые взгляды на угловой диван с другой стороны стола, желая сменить место дислокации. Но добраться к нему было невозможно, так как на полу, перегородив узкий проход, на взятом невесть откуда надувном матрасе, спала Вика. Добраться до дивана, не наступив на девушку, было нереально. И тогда Филин прибегнул к хитрости. Раскачиваясь на табуретке, он принялся отпивать из кружки горячий чай. Делал он это нарочито громко, и спустя две минуты такого чаепития, заспанная Вика, не выдержав, встала с матраса, и, закутавшись в простыню, ушла в комнату, на ходу отвесив Филину смачный подзатыльник. С улыбкой от уха до уха, Филин тут же пересел на диван, откинувшись на спинку и вытянув под столом ноги.

- Доброе утро, - поприветствовал я товарища, усаживаясь за стол и наливая в кружку кипяток.

- Утро добрым не бывает, брат, - флегматично ответил Филин.

Я лишь кивнул, уткнувшись в телефон: мобильное приложение уже грузило мне карту города, с указанными на ней точками агентств недвижимости. Тащиться далеко не хотелось. Поэтому я, недолго думая, ткнул пальцем в ближайшую на карте точку.

- Вот. “Квартирный вопрос”. Открывается через десять минут. Туда и поедем, - я протянул Филину телефон с загруженным приложением, на карте которого уже был указан адрес.

Филин взял телефон, взглянул на карту и кивнул, возвращая мобильник мне:

- Значит, через полчасика и выдвинемся.

***

Я вышел из подъезда, зябко поежившись и застегнув молнию на теплой толстовке. Лето подходило к концу, и по утрам уже было холодновато. Не успеешь оглянуться - и пролетит осень. Город завалит снегом, и ударят морозы.

Словно издеваясь над нами, небо за ночь затянуло низкими свинцово - серыми тучами. Ночью прошел дождь – асфальт у подъезда был мокрый, а кое - где даже растеклись неглубокие лужи. Но едва я вышел из - под подъездного козырька - как дождь зарядил вновь. Мелкий, противный и затяжной. Такой может моросить несколько дней кряду. Зло покосившись на затянутое низкими тучами небо, я накинул на голову капюшон толстовки и спустился по лестнице, подходя к машине. И словно по закону подлости, едва я сделал шаг со ступенек на асфальт, как тут же наступил в достаточно глубокую лужу. Ткань кроссовка моментально пропиталась водой, и в кроссовке противно захлюпало.

- Блядство! - прошипел я, - шлепая по мокрому асфальту.

Филин уже ждал меня в заведенной машине. И едва я залез в машину, он тут же тронулся с места, выезжая из двора.

- Ебучая холодрыга, - просипел я. - Филин, включи печку.

Ехать до “Квартирного вопроса” было несколько кварталов. И, если бы погода располагала, этот путь вполне можно было бы проделать пешком. Но погода была отвратительной, поэтому, вместо десяти минут пешком, дорога заняла час стояния по пробкам.

Само агентство недвижимости не понравилось мне с первого взгляда. Уже с двери, на которой была наклеен стикер с до боли знакомым логотипом. И надписью: данный объект охраняется частным охранным предприятием “Цитадель”.

- Знакомый герб? - усмехнулся я, кивнув на стикер.

- Поедем искать по пробкам другое агентство недвижимости? - вопросом на вопрос ответил товарищ, поворачиваясь ко мне.

Я отрицательно покачал головой и вышел из машины. Однако чувство какой - то необъяснимой тревоги, появившейся с того момента, как я узрел эту блядскую эмблему, уже плотно уселось во мне, не покидая больше ни на минуту.

- Ну нахуй! - пробормотал я, открывая дверь агентства недвижимости. - Паранойя какая - то.

- Могу я вам чем - то помочь?

Улыбающаяся девочка с бейджиком “Администратор” на белой блузке, задала этот дежурный вопрос, едва мы вошли.

Я облокотился на стойку ресепшн, кратко излагая суть проблемы:

- Добрый день, девушка. Сами мы не местные, ищем вот, куда бы поселиться. Не могут ли ваши специалисты помочь мне и моему другу в этом вопросе?

Девушка скользнула взглядом по моему прикиду, оценивая платежеспособность понаехавших. Но памятуя поговорку “встречают по одежке” я предусмотрел этот ход. Вместо шмотья с вещевого рынка, которое не жалко спалить сразу же после операции, я прикинулся качественно. Толстовка с логотипом известной фирмы, дорогие джинсы, кроссовки, купленные в магазине известного спортивного бренда.

- Конечно! - улыбка девушки после осмотра стала еще шире. - Проходите, присаживайтесь. Мы направим к вам лучшего специалиста. Желаете пока чай или кофе?

- От кофе не откажусь, - словно боясь, что администратор передумает, поспешно ответил я. - Погода на улице такая мерзкая и промозглая.

- Конечно. Проходите. Кофе сейчас принесут.

Я плюхнулся на кожаный диван, который стоял возле стойки, и, откинувшись на спинку, с интересом осмотрел офис.

Хаотично расставленные столы, разграниченные невысокими, не больше метра перегородками . И великое множество народа. Все они покупали, продавали, снимали и отдавали все, подряд. От пентхаусов в самом центре города с окнами на кремль, до сарая на отшибе. В офисе стоял гомон и гвалт, в котором было не разобрать отдельных слов. Стены офиса были раскрашены граффити какого - то очень известного уличного художника. Это было очередное веяние нового стиля. На мой же взгляд, эта мазня была дешевой и безвкусной поебенью.

- Живая американская мечта, - вздохнул я, разглядывая балаган.

- Если ты о стиле, то его придумал еще граф Потемкин, - ответил Филин. От скуки, мой товарищ ковырял ногтем лист какого - то дерева, стоящего в напольной кадке рядом с диванчиком. Из глубоких царапин выступали капли сока. Но Филин с маниакальным упорством полосовал широкий лист снова и снова.

- Потемкин? - непонимающе переспросил я, обернувшись к товарищу.

- Он самый. Граф придумал разграничить хозяйственные постройки так, чтобы смерды были на виду и не проебывались. А работали на благо барина, принося тому прибыли. На редкость тупой стиль, как по мне. Один человек чихнул - и всем пизда. А еще шум, гам…

Филин словно враз потерял интерес к листу, который был уже исполосован вдоль и поперек. Взяв со стола рекламный буклет какого - то строящегося жилищного комплекса, он с интересом принялся изучать последние новости о строительстве и ценах.

Отчего - то после исторического экскурса Филина, псевдоамерикаснкий офисный стиль потерял для меня всяческую привлекательность. И я, можно сказать, взглянул на “смердов” двадцать первого века совсем другими глазами.

А к столу, тем временем, подошла девушка - администратор, поставив перед нами две чашки горячего кофе:

- Специалист скоро придет к вам, - улыбнулась она. - Могу ли я помочь вам чем-нибудь еще?

- Огромное спасибо, но пока нам ничего больше не нужно, - поблагодарил я ее, взяв одну из чашек и сделав первый глоток. Кофе и вправду был вне всяких похвал.

Специалист прибыл через несколько минут. Не успел я в полной мере насладиться великолепно сваренным напитком, как к столу подошел мужчина в строгом деловом костюме с планшетом в руках. Он присел на диван рядом со мной, положив планшет на стол:

- Простите, что задержался, - обратился он ко мне. - Подбирал оптимальные варианты жилья в разных частях города. На любой вкус и цену. Скажите, какую квартиру вы хотели бы арендовать?

- Без тараканов! - решительно ответил я. - Страсть не люблю этих насекомых.

Филин, не отрываясь от буклета, кивнул в подтверждение моих слов. Читал он с таким умным и вдумчивым видом, будто в его руках была не рекламная поебень, а что-нибудь из русской классической литературы.

- А ваш друг…

- Ой, простите, - прервал я риэлтора. - Он не разговаривает. Последствия контузии. Эхо войны в Ираке. Он служил там добровольцем в корпусе мира.

Риэлтор и бровью не повел, на сложных щщах слушая мой пиздеж. Понимающе кивнул и вернул разговор в деловое русло:

- Итак, какая квартира Вам нужна?

- Трехкомнатная, комнаты изолированные, - начал перечислять я. - Не "хрущевка". Там стены тонкие, как картон. Район - любой, кроме центра. Там шумно. Лучше всего, где-нибудь в новостройках спальных микрорайонов.

- По поводу новостроек можете не беспокоиться, - отверг риэлтор мои опасения по поводу “хрущевок”. - Мы сотрудничаем с крупнейшими компаниями - застройщиками города. Девяносто процентов недвижимости в нашей базе - именно новостройки.

- Вот и прекрасно. Можете показать варианты?

Дмитрий включил планшет, показывая фото первой квартиры, квартиры и кратко излагая про нее:

Вот, смотрите: новый микрорайон. До метро - десять минут. Рядом с домом - автобусная остановка. Удобная транспортная развязка. Квартира полностью меблирована. Вся бытовая техника. И цена приемлемая. Или вот…

Он пролистал было на фото другой квартиры, но я бесцеремонным образом оборвал презентацию:

- Спасибо, но нас вполне устраивает первый вариант.

Риэлтор с удивлением посмотрел на меня, словно пытаясь понять, издеваюсь я над ним я или нет.

- Больно хороша квартирка, - развел я в ответ руками. - И район подходящий.

- Тогда я быстро составлю договор - и поедем смотреть, - словно опасаясь, что я передумаю, быстро затараторил риэлтор. - Если вам все понравится - прямо там подпишем бумаги, я отдам вам ключи и заселяйтесь, да живите.

Говоря это, риэлтор аж сиял от счастья. Ведь только что, я был уверен, он почти впарил один из самых дорогих вариантов жилья в том микрорайоне. Интересно, какой процент комиссионных он получит от сделки?

- Я вернусь через пять минут, - закончил он, и чуть не бегом бросился составлять бумаги.

В тот момент, когда он пропал в массе других риэлторов, в офис вошли новые посетители. И едва заметив их, я едва не подпрыгнул на месте. Сердце заколотилось так быстро, что, казалось, оно вот - вот пробьет грудную клетку. Ладони мгновенно стали липкими от пота, а по позвоночнику пробежал холодок, В животе заворочался ледяной ком страха. Я что есть силы вжался в спинку дивана, стараясь стать как можно более незаметным.

На посетителях была красно - черная форма с нашивками "полиция".

Какого хуя вот им здесь понадобилось? Может быть, кто – то узнал меня по фото розыска и решил стать богаче на три миллиона? Хотя, вряд ли. Если бы кто – то вызвал мусоров, здание было бы оцеплено ЦСН. И копов в здание вошло бы далеко не трое. Эх, принесла же, блять, нелегкая…

Копы стояли у ресепшн, общаясь с администратором:

- Ирина Владимировна у себя? – грубо осведомился один из полицейских.

- Да, - ответила девочка. – Сейчас я ее предупрежу.

- Не парься. Сами найдем дорогу.

Я уставился в пол, накинув на голову капюшон толстовки. Но копы даже не обратили на меня внимания. Троица прошла через офис, направляясь к единственному отгороженному от основного зала кабинету. И задремавшее, было, предчувствие, что грызло меня еще с тех пор, как я увидел стикер «Цитадели», на дверях агентства, вновь проснулось и принялось грызть меня с удвоенной силой. Я точно знал, что в этом агентстве недвижимости творится какая – то хуета. Но какая – мне было неведомо. И отчего – то мне очень захотелось подобраться ближе к кабинету Ирины Владимировны, чтобы послушать, о чем там полицейские пиздят с директором агентства недвижимости.

- Так. Договор готов, мы можем ехать смотреть квартиру.

Голос риэлтора вырвал меня из раздумий.

- А? Что? – я непонимающим взглядом уставился на Дмитрия.

- Договор я составил. Можем ехать смотреть квартиру, - невозмутимо повторил Дмитрий. – Вы на машине?

- Да, да, - рассеянно ответил я, вставая с дивана. – Едем смотреть квартиру.

***

- Сарай, - осмотрев наше новое пристанище, вынес свой вердикт Гоблин. – Очень надеюсь, что он достался нам бесплатно.

В этом плане я был категорически с Гоблином не согласен. Уютная трехкомнатная квартира в новостройке. Изолированные комнаты на шесть спальных мест. Относительно неплохой ремонт. Вся бытовая техника: от микроволновки, до посудомоечной машины. Большая плазма на стене. Игровая приставка. В общем – весь фарш.

- Тебе вообще хоть что-нибудь нравится в этой жизни? – спросил я его.

Гоблин вошел в одну из комнат, скинул на пол свою сумку, и плюхнулся на кровать:

- Мне нравятся многие вещи, - ответил он, развалившись на кровати и закинув руки за голову. – Но это – сарай.

- За этот сарай, я отдал приличную сумму, - напомнил я Гоблину.

- Это лишь говорит о том, что ты лох, не умеющий торговаться, - спокойно ответил мне товарищ, глядя на свое отражение в зеркальном потолке комнаты.

- Лучше послушай вот что. Когда мы сидели в агентстве, туда за каким – то хуем приперлись менты. Трое.

- И что? – продолжая любоваться своим отражением, спросил Гоблин. -Лично я могу назвать сотню причин, что менты делали в агенстве недвижимости. Например, хотели снять квартиру. Или мутили рейд по нелегалам. Кто – то из сотрудников агентства спиздил деньги или клиентскую базу – и копы приезжали опрашивать свидетелей. Да мало ли чего еще. Или у тебя опять чуйка, что в агентстве что – то не так?

Гоблин повернул голову и с подозрением уставился на меня. Я промолчал. А вправду: и что? Рассказать сейчас о моих подозрениях – это попросту расписаться в собственной паранойе.

- Блять, не говори мне, что я прав, - с тревогой в голосе произнес Гоблин. Видимо, он понял, что намечается очередной блудняк, в который мы впишемся про прихоти «Игры в Жизнь». – Лучше давай подумаем, как добраться до третьего «Синдикатовца».

«Работая с преступниками долгое время, у линчевателя вырабатывается безошибочное чутье, благодаря которому, борец с преступностью почти наверняка может определить совершения преступлений, вердикт за которые один: смерть. Получено задание: «Неспроста». Соберите больше информации об агентстве недвижимости «Квартирный Вопрос» и его директоре».

- Эй! Ты какого хуя там завис? Знаю я это твое выражение лица! – раздался крик Гоблина.

- Поздно, братан, - как можно более осторожно ответил я. – Система уже выдала задание на это агентство.

- Охуеть! И что за задание? Прийти к ним в офис и перехуярить там всех, включая директора? Что за поебень? Скоро эта твоя система начнет выдавать задания на расстрел людей за переход дороги в неположенном месте. Без суда и следствия.

- Да там все проще, - миролюбиво ответил я. – Просто проверить это агентство.

- Да блядь! – взорвался Гоблин. - А других то дел у нас совсем нет! Кроме этой злоебучей конторы и ее злоебучего директора.

- Я не хочу, чтобы Система начала ебать мне мозг в самый неподходящий момент, - отрезал я. – Помнишь, как мы едва не похерили всю операцию по убийству Леши Большого? А все из-за сообщения, которое вылезло не в тему.

- Хуй с тобой! Разберемся мы с твоими подозрениями. А теперь пиздуй отсюда. Надоел ты мне.

Я пожал плечами. Вышел из комнаты, закрыл за собой дверь, и пошел к себе.

Нам с Настей удалось с боем отбить единственную комнату с двуспальной кроватью. И пока мы с Гоблином обсуждали новые задания, Настя уже успела прибраться в нашем гнездышке и разложить вещи. Кровать была застелена, а вещи вытащены из сумок и аккуратно разложены по ящикам шкафа.

Самой Насти в комнате не было. Зато с кухни доносился аромат свежесваренного кофе. И запах был таким сильным, что я едва не забыл, зачем пришел в комнату – так велико было желание забить на все хуй и наведаться на кухню за чашкой кофе. Лишь огромным усилием я подавил в себе этот порыв.

Ноутбук лежал на небольшом столике, рядом с кроватью. Я уселся на край матраса и открыл «зверь – машину», терпеливо ожидаясь загрузки. Начнем сбор информации о нашем агентстве недвижимости с Этих Ваших Интернетов.

Несомненным плюсом новой квартиры был беспроводной интернет, который работал куда быстрее, чем ебучий три джи модем. Загрузка сайта меня приятно порадовала. Итак, что мы имеем.

«Мы находимся на рынке недвижимости с хуй знает какого года, бла бла бла… сотрудничаем с крупнейшими фирмами – застройщиками в городе, бла бла бла… огромная база квартир и офисов…

- Вот ты где.

Чтение саморекламы, которой на сайте было чуть больше, чем дохуя, так увлекло меня, что я не заметил, как в комнату вошла Настя. Девушка прошла к кровати и села рядом, обняв и положив голову мне на плечо:

- Зачем тебе сдалось это агентство недвижимости? - ласково промурлыкала она мне в ухо. - Пойдем лучше кофе попьем. Кофемашина тут просто класс.

- Не сейчас милая, - рассеянно ответил я, листая страницы сайта. – Хочу кое – что проверить. Подожди несколько минут. Ну или иди пей. Я подойду чуточку позже.

Она поцеловала меня в щеку и потерлась кончиком носа о мою шею:

- Я лучше посижу с тобой. Если, конечно, не буду мешать. Ох тыж… Они продают квартиры на Союзке? Какой дебил купит там квартиру?

- А что не так с Союзкой? – тут же живо заинтересовался я.

- Население Союзки? – вопросом на вопрос ответила Настя, удивленно посмотрев на меня. – В Семашко про эту улицу легенды ходили. Мол, дня не было, чтоб туда не было выезда. То огнестрел, то ножевые, то просто кого–нибудь обрезком железной трубы забьют. Забавы ради. Там же жили сплошь синяки да наркоманы.

Эти легенды слышал в свое время и я. Поговаривали, что пиздюлей там могли выписать не то, что человеку из другого района, но и просто такому же отморозку, но из соседнего двора. Окраины Сельмаша славились отморозками во все времена.

Правда, потом какой – то застройщик выкупил дома, признанные ветхими и аварийными и расселил местный контингент ко всем хуям, снизив таким образом количество преступлений в районе и сделав его более – менее благоприятным для проживания.

- Там же вроде не так страшно сейчас жить? – удивился я. – Дома то расселили.

- Угу, - хмыкнула Настя. – Расселили. Только вот торчкам и синякам по расселению достались квартиры в том же районе.

- Тогда охуенных соседей получили молодые семьи, купившие себе жилплощадь в ипотеку.

- Не говори, - согласилась Настя. – Просто отличных. Сколько раз, помню, туда мотались на выезды. То передоз, то водкой паленой кто – то отравился. Будто эпидемия какая – то. Вместо того, чтобы нормальным людям помогать, приходилось эту шушеру откачивать.

- Эпидемия, говоришь? – заинтересованно переспросил я. – Давно это было?

Настя наморщила лобик, вспоминая:

- Ну, я на практику пришла – это поветрие уже шло на спад. И то, ездили мы туда два – три раза в неделю – точно. А до этого, говорили, туда «скорые» чуть ли не круглосуточно ездили. Случаев было – не счесть. А труповозки туда ездили еще чаще. Жмуров забирать. Вика точно должна помнить.

- То есть, эта эпидемия началась почти сразу после того, как сдали микрорайон, - задумчиво пробормотал я, барабаня кончиками пальцев по корпусу ноутбука.

Стеклышки в калейдоскопе сдвинулись и начали складываться, рисуя передо мной некое подобие картины, как обстояли дела. И я начал догадываться, что полицейсие забыли в «Квартирном Вопросе», и зачем они искали Ирину Владимировну.

Схема была стара как мир и проста как шлагбаум. Работали в ней, обычно, втроем. Участковый искал синяка Васю или торчка Петю и собирал по нему информацию. Есть ли родня, как живет и прочее. Обычно, это было несложно: такой контингент поголовно стоял на учете в местном отделе полиции. После этого, данного клиента быстро брали в оборот. Владелец квартиры быстро переписывал квартиру на подставное лицо, добровольно и в присутствии нотариуса, который заверял договор купли – продажи или дарственную. А потом, бывший хозяин квартиры быстро перебирался на постоянное место жительства за город. В частный дом без удобств и с сортиром на улице. Это при хорошем и благоприятном раскладе. При неблагоприятном раскладе, клиент быстро склеивал ласты от паленой водки или передоза. Ну а квартиру продавали через риэлтора или агентство недвижимости. Палева в такой схеме было минимум. Кто будет разбираться, отчего помер синяк или торчок? Особенно, когда вскрытие показывало, что отъехал он не по криминальной причине? А вот деньги такой заработок приносил хорошие. С шестью нулями.

- А вскрывали их у вас, в Семашко?

- Ага, - кивнула головой Настя.

Я встал с кровати, поставив ноутбук на прикроватный столик:

- Что – то кофе так сильно захотелось. Пойдем, попьем?

- Ты же не хотел? – удивилась Настя.

- А вот сейчас передумал, - развел руками я. – Теперь очень хочется.

Скорее всего, кофе захотелось не мне одному. Гоблин тоже решил отведать кофейку. Об этом свидетельствовала громкая перепалка, доносившаяся с кухни:

- Да отъебись ты от меня! – зло крикнула Вика. Кричала она, по своему обыкновению, так громко, что мне показалось, всю перепалку слышали не только мы с Настей, но и соседи. Несмотря на толстые кирпичные стены.

- Сама начала эту тему, - донесся в ответ спокойный голос Гоблина. – Я всего лишь честно ответил на твой вопрос. А ты разоралась как потерпевшая. Всех соседей небось переполошила своим криком. Как будто, от такого ора они у тебя вырастут.

Первое, что я увидел, войдя на кухню, было красное от злости лицо Вики. Она стояла у стола и, злобно сопя, сверлила Гоблина испепеляющим, полным ненависти взглядом. Впрочем, это супер – зрение на Гоблина абсолютно не действовало. Он невозмутимо грыз имбирное печенье, из стоявшей рядом с ним вазочки и запивал его кофе.

- Простите, что вмешиваюсь в столь интересный разговор, господа, но у меня есть дело к нашему аналогопатому, - вклинился я в перепалку.

- Я судмедэксперт, - поправила меня не уловившая иронии Вика. – Чего тебе?

- Помнишь эпидемию на Союзке? – прямо спросил я. - Когда там массово дохли от наркотиков?

- Эпидемию? – непонимающе переспросила судмедэксперт. – Какую еще эпидемию?

- Ну, повышенную смертность от «паленой» водки и героина, - начал объяснять я Вике. – Говорят, там недавно большая смертность была от всей этой хуеты.

- А, да, - теперь на лице Вики появилось некое подобие понимания. – Прости, я блондинка. Не сразу понимаю.

- Это да, - с готовностью подтвердил Гоблин. – Ей все по три раза повторять нужно. А потом еще и разжевывать информацию. Чтобы наверняка дошло.

Вика молнией метнулась к сидевшему Гоблину и попыталась было отвесить ему подзатыльник. Но реакция моего товарища была на высоте. Ловко увернувшись от леща, Гоблин с видом победителя покинул кухню, оставив на столе пустую чашку.

Я уселся на стул, где только что сидел мой товарищ. Настя прошла к кухонному шкафчику, доставая две чашки и наливая нам кофе.

- И что там было? – спросил я у Вики, возвращая разговор в нужное русло.

- Да ничего криминального, - отмахнулась Вика. – В основном, передоз героином крайне хуевого качества. Чуточку меньше было случаев тромбоза от коаксила или метадона. Ну и метиловый спирт, само собой. Дохера бумаг для отказных.

- А трупов много было? – не отставал я,отпивая кофе.

- Да, считай, каждый день привозили, - поморщилась судмедэксперт.

- И все с Союзки?

- Ну не все прямо. Но в основном оттуда, да. А тебе это зачем?

Но вопрос Вики так и остался без ответа.

«Задание «Неспроста» обновлено».

Интерфейс системы выдал новую папку с фотографией директора «Квартирного Вопроса» на обложке. На папке Система тут же поставила штамп «подозреваемая».

«Допросите подозреваемую Ирину Смолякову, чтобы установить ее причастность к совершенным преступлениям».

- Эй! Костя! Что с тобой? Ты меня пугаешь!

Обеспокоенный голос Насти донесся словно откуда – то издалека, выдернув меня из Интерфейса «Игры в Жизнь». Интерфейс растворился, и я увидел бледное как мел лицо Насти, которая стояла прямо передо мной, обеспокоенно глядя мне в глаза.

- А? Что? – непонимающе переспросил я.

– Что это было, Костя? – с беспокойством в голосе спросила Настя.

- Ты о чем? – вопросом на вопрос ответил я.

- Ты словно завис, - пояснила Вика. – Перестал двигаться, уставился в одну точку. И взгляд у тебя был такой… странный. А потом глаза закатились, белки помутнели… Первый раз такое видела. Бр-р-р.

Вика зябко повела плечами, вспоминая мой взгляд.

- А, - махнул я рукой. – Ты об этом. Не бери в ум. Обычная одержимость.

Говорил я таким будничным тоном, будто это было обычное дело, с кем не бывает. Но на Вику мои слова подействовали весьма забавно. Лицо ее вытянулось и побелело от страха, а глаза стали с чайное блюдце. Заметив такую реакцию, я поспешно добавил:

- Не волнуйся ты так. Сейчас приступов почти нет. А вот раньше были очень часто. Кстати, где Филин?

Филин отыскался в комнате, которую он делил с Гоблином. Он и Гоблин сидели на кроватях и ожесточенно резались в десятый «Мортал Комбат». И, судя по полоске хит пойнтов, Гоблин проебывал Молчуну в одну калитку.

- Гоблин, дело есть, - с порога на чал было я, Го Гоблин быстро оборвал мой монолог:

- Не поеду я в офис выбивать чистосердечное признание из этой твоей риэлторши. Мне вообще все равно, что за хуйню они творят в своей конторе. Тебе надо – ты и ехай.

- Едь, - машинально поправил я товарища.

- ДА хоть пешком иди, - огрызнулся злой от предстоящего проигрыша Гоблин. - А меня этом не доебывай.

- Филин? – уже без особой надежды спросил я у водителя.

Филин не ответил. Он сосредоточенно уставился на широкий экран плазменного телевизора, быстро нажимая на кнопки джойстика.

- Да ну нахуй! – завопил Гоблин, отпуская джойстик. – Давай еще одну! Реванш!

Но Филин лишь притворно зевнул: мол, скучно с тобой играть, бросил джойстик на кровать и встал.

- Поехали, - односложно ответил он мне.

Его ответ поразил не только меня. Даже сидевший на кровати Гоблин уставился на приятеля:

- Ушам своим не верю! – с непритворным удивлением воскликнул он. – Тебе-то по кой хуй это все сдалось? Ладно этот ебанатик, - Гоблин кивнул головой в мою сторону, - совсем уже помешался с этой своей «Игрой в Жизнь». Но тебе-то это зачем?

В ответ Филин просто пожал плечами и пошел к двери.

- Ладно, - раздался с кровати недовольный голос. – Хер с вами.

- Тоже поедешь? – переспросил я, не до конца поняв, что хотел сказать Гоблин своей фразой.

- Не бросать же вас одних, - ответил Гоблин, вставая с кровати. – Пропадете еще. Ну? Куда едем? В контору?

- Зачем? – удивился я, открывая игровой интерфейс.

«Вы желаете поставить метку на данную цель»? – уточнила у меня Система.

Ну, разумеется, желаю.

- Легкое движение руки – и Ирина Владимировна теперь меченая, - объяснил я Гоблину, едва только интерфейс, поставил маркер на цели. – И ехать пока никуда не нужно.

- Вот и прекрасно, - мигом оживился Гоблин, протягивая мне взятый с кровати джойстик. – Сыграем партейку?

Но партейка так и не срослась. Едва на экране телевизора высветилось меню выбора персонажей, как цель, по закону подлости, пришла в движение.

- По ходу потом поиграем, - сказал я, возвращая Гоблину джойстик. – Подозреваемая покинула офис.

- Ебать ее конем, - выругался Гоблин. – Могла бы потерпеть три минуты. Ровно столько мне понадобилось бы, чтобы порвать тебя как ссаный матрас. Нет же, именно сейчас ей приспичило. Ладно, поехали.

После недолгих сборов, я еще раз сверился с навигатором. Маркер цели перемещался в сторону недавно упомянутой «Союзки».

- Она едет к «Союзке» - передал я координаты Филину, едва мы сели в машину.

- И хуле она там забыла среди ночи? – удивился Гоблин.

- Мотивы цели мне неведомы, - развел руками я.

- Это огромная недоработка гейм – дизайнера этой твоей «Игры в Жизнь».

- Ты можешь написать в службу технической поддержки рекомендацию по улучшению игрового процесса, - съязвил я.

- К моим предложениям по улучшению игр редко прислушиваются, - с грустью в голосе ответил Гоблин. – Я до сих пор забанен в одной игре за ряд инновационных предложений.

- И что же это были за предложения, позволь полюбопытствовать? – с интересом спросил я.

- Разработчики склепали на колене симулятор, где ты играешь за заключенного, - тут же оживленно начал рассказывать Гоблин, будто только и ждал этого вопроса. – Сразу же после релиза, я предложил им добавить возможность бить татуировки на жопе персонажа, и дарить игровым друзьям в качестве подарков дырявую посуду. Я думал, они будут благодарны мне за советы. Но вместо благодарности, эти пидорасы меня забанили.

Гоблин сокрушенно покачал головой. Однако, на лице его сквозила плохо скрываемая радость за поступки давно минувших дней.

- Инновационные идеи никогда не оцениваются по достоинству, - попытался подыграть я другу.

Тем временем, маркер остановился в центре микрорайона.

- Все, она остановилась, - сообщил я Филину конечную точку нашего маршрута. – Восемнадцатый дом.

Микрорайон «Союзный» строили хуй пойми как. Недаром, второе название нового спального района, так прижившееся в народе, было «Шанхай». Номера домов здесь присваивали как попало, большинство строений красовались с буквами на табличках номеров. Поэтому, Союзную пять можно было запросто найти рядом номер восемь. Таксисты плутали в этих Ебенях даже с включенным навигатором, а полиция и «скорая помощь» добирались до нужных адресов аккурат тогда, когда труп уже успевал остыть и лежал в гробу.

Именно поэтому, Филин остановился у первого дома на въезде в «Шанхай». До цели оставалось метров пятьсот.

- Дальше пиздуйте пешком, - прохрипел он.

Я передернул затвор пистолета, пряча его за пояс и прикрывая кофтой, и вышел из машины.

К вечеру погода испортилась окончательно. Поднялся резкий, промозглый, пробирающий до костей порывистый ветер. Поежившись от холода, я открыл навигатор.

Красная путеводная нить запетляла разбросанными по району, пронумерованными на отьебись многоэтажками, указывая дорогу.

- Идем, что ли, - раздался за моей спиной голос Гоблина. – Веди, показывай, где твоя риэлторша.

Я засунул руки в карманы толстовки и зашагал между домов.

На территории микрорайона не горело ни одного фонаря. Кроссовки месили грязь – дороги между домами не было, а грунтовка была одной сплошной грязной лужей.

На улице не было ни души. Видимо, ебучая погода загнала по домам даже самых отпетых воинов ночи, которые рыскают в полумраке по темным переулкам в поисках грабежа и наживы. Отморозки, гопники и наркоманы – все попрятались по домам.

Несмотря на то, что навигатор указал путь в пятьсот метров, идти нам пришлось долго. То и дело приходилось останавливаться, сверяться с навигатором, чтобы окончательно не заблудиться среди серых многоэтажек, похожих друг на друга как две капли воды. И когда спустя двадцать минут плутаний по злоебучему району, мы вышли к указанному на навигаторе дому, я вздохнул с нескрываемым облегчением:

- Здесь, - указал я на нужное здание.

- Не прошло, блять, и часа, - зло прошипел в ответ Гоблин. – Пока мы тут объебывались, я промерз до костей. И если я заболею…

Гоблин зло зыркнул на меня и направился к подъезду.

- Кого там принесло на ночь глядя? – раздался из динамика домофона недовольный голос, едва Гоблин набрал номер первой попавшейся квартиры.

- Слесарь из ЖЭКа, - рявкнул в ответ Гоблин. – Откройте дверь.

Домофон запищал и дверь открылась, впуская нас в подьезд.

- Какой этаж? – спросил Гоблин, обернувшись ко мне.

Я открыл навигатор. Значок указывал, что цель где – то наверху. Но вот этаж навигатор показывать отказывался.

- Хер его знает. Придется топать пешком.

- Ебанулся? В доме восемнадцать этажей! Эй! Ты серьезно? Дали боги напарника. И угораздило же меня связаться с ебанутым.

Последние слова Гоблин крикнул уже вслед мне. Потому что я торопливо поднимался по лестнице.

На восьмом этаже значок на радаре сменился, превратившись с треугольника вершиной вверх, в обычную точку.

- Здесь, - тяжело переводя дух просипел я, останавливаясь на нужной лестничной площадке. Дыхание с сипением и клокотанием вылетало из легких, и я, прислонившись к стене, жадно хватал ртом воздух, пытаясь восстановить дыхание. Ощущение было таким, будто я пробежал три километра. Я едва не подох, пока забрался на нужный этаж. И мысленно я благодарил богов, что цель была на восьмом этаже, а, скажем, не на пятнадцатом.

- Уйди с дороги. Задохлик, блядь!

Гоблин, который за время подъема даже не запыхался, отодвинул меня, и вошел в коридор:

- Квартира какая?

- Вон та, - задыхаясь, указал я на нужную квартиру.

На ходу натягивая строительные перчатки, Гоблин подошел к указанной квартире, и осторожно приоткрыл дверь. Едва слышно щелкнул замок, и дверь приоткрылась.

- Не закрыли. Это заебись, - прошипел Гоблин. – Да не хрипи ты так! Спалимся, ведь, нахуй! – шикнул он на меня.

- Эту халупу выгребать два недели придется, такой здесь срач. В таком состоянии квартиру не продать даже за половину цены, - раздался из квартиры недовольный женский голос. – Ладно. Документы для продажи готовы?

- Готовы, - хрипло ответил ей собеседник.

- А хозяин?

- Помер от передоза неделю назад, - вклинился в разговор еще один мужской голос. – Все сделано чисто – комар носу не подточит. Родни нет. Хоронили за государственный счет.

- Хорошо, - послышался довольный голос Ирины Владимировны. – Тогда.

Что это за «тогда» осталось в тайне, так как Гоблин, тихонько приоткрыл дверь и бесшумно юркнул в коридор, на ходу надевая маску. Быстро пересек темный коридор, входя в комнату. На секунду в квартире воцарилась тишина. А затем грянуло пять выстрелов, два глухих удара от падения на пол тел, и истошный визг Ирины Владимировны.

- Не ори, сука! – крикнул в ответ Гоблин. – Села, блять, и заткнулась!

Но визг не прекратился. Заткнуть Ирину Владимировну смог лишь звонкий удар. Понимая, что угрозы не подействовали, Гоблин отвесил директору агентства недвижимости увесистую пиздюлину.

Я пощелкал выключателем в прихожей. Без особого результата. Свет так и не загорелся. Скорее всего, бывший хозяин квартиры, преставившийся от того, что неудачно поставился метадоном, не считал нужным оплачивать коммунальные платежи. Так что до комнаты, где Гоблин держал в заложниках директора Ирину Владимировну, пришлось добираться практически на ощупь, чтобы не наебнуться и не сломать себе ноги. В темноте не было видно практически ничего. А вот хлама, наваленного в прихожей, было очень много. И пробираясь через эти завалы, я лишь диву давался, как Гоблину удалось так быстро добраться до комнаты.

- Ну где ты там, блядь, застрял? – раздался из комнаты недовольный голос Гоблина.

- Да тут я, тут, - прошептал я.

Комната скудно освещалась включенным на телефоне фонариком. Видимо, Гоблин отобрал телефон у Ирины Владимировны, и теперь светил фонариком, направляя источник света в бледное от страха лицо директора агентства недвижимости «Квартирный Вопрос».

Женщина сидела диване с протертой, засаленной, прожженной во многих местах обивкой. И этот диван был единственным предметом мебели в комнате. Больше здесь не было нихуя. Даже колченогой табуретки.

Порывы ветра задували через открытое окно, отчего в комнате стояла такая холодрыга, что я поежился.

- Осторожнее! – рявкнул Гоблин, едва я переступил порог комнаты.

- Да блять!

Стараясь не наступить в лужу крови, натекшую на грязный, вытертый линолеум, я прошел в комнату и подошел к Гоблину.

«Цель опознана».

Цель била мелкая дрожь. На белом от страха лице выступали мелкие бисеринки пота:

- К-к-к-кто вы? Что вам нужно? – заикаясь, пролепетала она.

- Будешь много знать – быстро помрешь! – отрезал Гоблин. – Сиди молча. Рот будешь открывать, когда спросят. Все поняла? Кивни.

Ирина Владимировна быстро закивала, большими от ужаса глазами глядя на уставившееся ей в лицо дуло пистолета.

- Если ты думаешь, что обеспокоенные стрельбой соседи уже вызвали полицию, а ты сейчас будешь тянуть время до прибытия наряда – ты ошибаешься, - начал я разговор. – Стреляют здесь каждый день. А мусора ночью не приезжают. Так что можешь даже не надеяться на чудесное спасение. Ты меня поняла? Поняла, я спрашиваю?

Ирина Владимировна быстро кивнула.

- И даже если он, - продолжил я, указывая пистолетом на сидевшего на корточках Гоблина, - Начнет резать тебя на кусочки - сюда не явится никто. Полиция приедет уже под утро, чтобы собрать тебя как паззл и упаковать в черный мешок. Поэтому, лучше тебе отвечать на задаваемые вопросы максимально прямо и честно, чтобы не тянуть время. Не хочется простыть на сквозняке. Поняла?

Снова ответом был быстрый утвердительный кивок.

- Вот и молодец. Итак, первый вопрос. Что вы хотели сделать с этой квартирой?

- П-п-п-родать, - заикаясь пролепетала Ирина Владимировна. – Она торчку какому – то принадлежала. Он переписал ее на нашего человека. А потом от передоза помер.

- А потом эти двое помогли ему склеить ласты? – я указал пистолетом на валявшиеся на грязном полу трупы. – Кто они, кстати?

- Участковый из второго отдела и его помощник. Они и нашли бедолагу.

При упоминании о том, что он пять минут назад завалил двух копов, за каждого из которых ему могли легко дать пожизненное, Гоблин лишь удивленно присвистнул. Затем быстро встал и принялся обшаривать карманы одного из убитых:

- Смотри –ка, и правда полицейские- удивленно протянул он, рассматривая удостоверение, вытащенное из кармана трупа.

Гоблин убрал ксиву в карман. Найденный у мертвеца пистолет тоже быстро сменил хозяина.

- И много таких сделок вам удалось провернуть?

- Я не считала. Двадцать, может тридцать – не знаю.

«Выполнено»

«Причастность директора агентства недвижимости «Квартирный Вопрос» к совершению преступлений полностью доказана. Получено новое задание: «Федеральный Судья». Вынесете приговор замешанной в многочисленных преступлениях Ирине Смоляковой».

Я опустил пистолет.

- Ну, бля! – раздался за сзади голос Гоблина. – Мы за этим сюда пришли? Стреляй уже – и поедем домой, где тепло и горячий кофе.

Заслышав о том, какая незавидная участь ее ждет, Ирина Владимировна на секунду впала в ступор. А потом быстро затараторила?

- Не убивайте! Меня заставили! Заставили все это делать! Я не хотела! Это все они!

Трясущейся рукой, она указала в сторону лежавших на полу трупов.

- Конечно, - кивнул головой я. – А ты ни в чем не виновата. Белая и пушистая. Тебя заставили все это проворачивать двое участковых из местного отдела полиции.

- Нет! - Ирина Владимировна сорвалась на крик. – Они – всего – лишь исполнители. За всем этим стоят очень большие люди. Очень большие. Они выкупили мое агентство за бесценок! Угрожали что есть я его не продам – будет очень плохо. А у меня несовершеннолетняя дочь! Они прислали мне фото, где Оля с подругами рядом со школой стоит. И сказали, что если я не буду делать, что сказано – Оля исчезнет. Навсегда. Потом, они оставили меня директором. Но я ничего не решаю. Просто делаю, что они мне говорят.. Мне приходится продавать эти квартиры через агентство, иначе и мне и моей дочери ....

Директор агентства недвижимости замолчала. И по бледным от страха щекам потекли, размазывая тушь, черные дорожки слез. Она смотрела на меня с мольбой. Мольбой пощадить ее. Оставить в живых.

- Что за большие люди? – быстро переспросил я. – Синдикат?

- Виктор Прохоров. Он всем этим заправлял.

- Все в курсе – и всем похуй, - задумчиво пробормотал я.

- Кому не похуй было – либо уволились, либо сидят по сфабрикованным обвинениям. Идеалистов в полиции нашего города не держат. Остальные все повязаны, - ответил за Ирину Владимировну Гоблин.

- Кто еще причастен к этой хуете? – зарычал я.

Чутье настойчиво подсказывало мне: вот она – та дорожка, которая ведет к остальным лидерам Синдиката. И пусть шанс того, что Ирина Владимировна знает, кто еще состоит в банде, крайне мал – чем черт не шутит?

- Я не знаю. знаю только, что Прохоров как - то связан с Синдикатом. Они не рассказывали, а я особо не интересовалась.

- А кто знает? – вкрадчиво спросил я.

Ирина Владимировна отрицательно покачала головой.

- Не зна –а-а-аю. Если только Вася.

- Что, блять, за Вася! – теряя терпение, рявкнул я.

- Василий Королев. Который оформлял документы на квартиры. Они, вроде бы, учились вместе с Прохоровым.

«Получено новое задание: «Нотариус Синдиката». Найдите и допросите нотариуса Василия Королева, чтобы установить его причастность к банде «Синдиката».

В комнате повисло тяжелое молчание. Видимо, Ирина Владимировна узрела мое лицо в момент общения с Системой «Игры в Жизнь». И это зрелище напугало ее еще больше, чем ствол пистолета.

Из настроек меня выдернули выстрелы. Игровой интерфейс расплылся, и я увидел, как Ирина Владимировна заваливается на диван, а на белой блузке начинают расплываться красные пятна.

- Нахуя!? – рявкнул я на Гоблина, который невозмутимо убирал пистолет за пояс.

- Не за тем ли пришли? – вопросом на вопрос, спокойно ответил Гоблин.

Резкий приступ головной боли был таким сильным, что я едва не потерял сознание. Перед глазами встала красная пелена, через которую с трудом проглядывались системные сообщения:

«Провалено»

«Директор риэлторского агентства была убита до того, как вы вынесли приговор».

Задание «Федеральный судья» проявилось сквозь красную пелену, а затем, напротив него появился красный крест. Впрочем, мне было похуй на то, что задание завалено. Я с трудом соображал, обезумев от адской боли.

«На вашего персонажа наложен временный штраф:

Навык «Метка линчевателя» (заблокировано)

Навык «Огнестрельное оружие» (заблокировано)

Навык «Аналитика» (заблокировано)

- Ох ты ж бля-я-я-я-дь, - хватаясь за виски, выл я от боли. Ощущение было таким, будто мне в голову, шляпкой вперед, от затылка ко лбу, по миллиметру заколачивали огромный ржавый гвоздь. А шершавый от ржавчины металл словно царапал мозг. Буквы системных сообщений плясали перед глазами, но от адской, нестерпимой боли, пронзившей голову, я вообще не соображал, чего от меня хочет злоебучая Система.

- Братан!

Я пришел в себя от того, что кто – то сильно тряс меня за плечи.

- А?

Головная боль начинала понемногу стихать. Сознание возвращалось. Передо мной стоял Гоблин. И вид у него был крайне обеспокоенный.

- Сука! – накинулся я на него. – Ты что натворил?

- Ты про бабу? – не полян Гоблин. – Она могла нас опознать. А учитывая, что она плела тут про мусоров…

- Я задание запорол, - перебил я Гоблина.

- Да и хуй на него, - отмахнулся товарищ. – Одной мразью на земле стало меньше. А выполнил ты задание или завалил – это уже малоебущий фактор. Да еще и про нотариуса узнали. Не зря приехали.

- Система мне за провал половину навыков заблочила, - устало ответил я, массируя виски, чтобы прогнать головную боль.

- Каких?

- Самых интересных!

- Ну пиздец, - выругался Гоблин. – Ладно, сваливаем отсюда. Потом разберемся, что к чему.

Когда я вышел из подъезда – в доме не горело ни одного окна. Он словно вымер. Таймер приезда полиции тоже не загорелся. Видимо, «добропорядочных граждан», в доме не нашлось. Скорее всего, заслышав выстрелы, обитатели закрылись в своих квартирах и выключили свет, притворившись, что никого нет дома, и радуясь, что убивают не их. Такова мораль современного общества. И в данный момент, эта мораль лишь играла нам на руку.

- Ну что встал? Уебываем отсюда. Холодно.

Гоблин уже торопливо шлепал по грязи, стараясь как можно быстрее добраться до машины и покинуть микрорайон.

Порывы холодного, пронизывающего ветра, окончательно привели меня в чувство. Головная боль прошла, а способность соображать начала возвращаться.

- Пора валить на хер отсюда, - прошептал я, и двинул за Гоблином, нагоняя товарища.

Глава 19 Бойцовый Кот

" Святыней новой веры стал нож. А смерть - причастием".

Гедеон. ""У оружия нет имени" .

За то время, пока мы искали машину Филина в этом уебански построенном микрорайоне, я промерз до костей так, что даже включенная в машине печка не помогла мне согреться, пока мы добирались от «Союзки» до нашего нового пристанища.

- Что заблокировала тебе Система? – спросил Гоблин, пока мы ехали.

- В-в-в-се, - просипел я. Зубы стучали так, что я опасался, как бы они не повылетали.

- Что именно «все»? – теряя терпение, рявкнул Гоблин. – Совсем все?

- Стрельбу, «метку линчевателя» и «аналитику».

- Пиздец! – подытожил Гоблин. – Если без беспонтовой «Аналитики» можно хоть как-то прожить, да и без метки тоже, хотя и сложнее, то без стрельбы… я надеюсь, штраф не навсегда?

- Нет, - покачал я головой. – Зачем Системе запоротый класс без основных абилок? Временные сложности. Судя по таймеру, пятьсот четыре часа.

- А-а-а-ахуеть! – протянул Гоблин. – И что мы будем делать три недели?

- Не ебу. И вообще: это все ты, блять, виноват! – накинулся я на Гоблина.

- С какого это хуя? – возмутился было Гоблин.

- А кто бабу пристрелил?

- Так откуда я знал, что у тебя на нее выдадут новый квест? И что за провал квеста Система выдаст такие штрафные санкции?

Я замолчал, уставившись в окно. Гоблин прав. Так хули теперь мусолить эту тему?

У подъезда, нас ожидал сюрприз. В виде «уазика» и синими полосами по бортам и маркировкой ОВД. И от такого сюрприза мое сердце сделало в груди бешеный кульбит, а ладонь, ставшая в один момент липкой от пота, потянулась к спрятанному за поясом пистолетом.

«Нам пиздец!» - мелькнула в голове паническая мысль. – «Ой пиздец»!

И перед глазами появилась до боли реалистичная картина. Квартиру обыскивают на предмет улик люди в форме, а следователь сидит за столом на кухне и допрашивает девушек. А нас выводят в наручниках, запихивают в этот самый «уазик» и увозят на улицу Первого Космонавта.

Я затравленно осмотрел двор прикидывая пути к отступлению. Район был мне не знаком, так что я понятия не имел, в какую сторону лучше всего бежать, чтобы оторваться от предполагаемых преследователей и скрыться между серых бетонных коробок. Доигрались, блять! Вот же ебучий случай.

- Ну ты что сегодня так зависаешь? – недовольно окликнул меня Гоблин, который уже стоял на площадке придерживая открытую дверь подъезда. – Идем, я замерз уже.

На полицейскую тачку ни Филин, ни Гоблин, словно не обратили ровным счетом никакого внимания.

- Да шагай ты, блять! – раздался из подъезда недовольный, злой голос.

- Мужики. Да отпустите. Что я сделал – то? – ответил ему второй. И,, судя по голосу, человенк был пьян в говно.

- Отпустим, - успокоил пьяного первый. – Посидишь пятнадцать суток, поработаешь на благо общества, подумаешь о том, что дебоширить – это плохо – и сразу отпустим.

- А, волки позорные! Пустите, - поняв, что давление на жалость не сработало, мигом сменил тон пьяница. – Твари! Оборотни в погонах!

- Федя! – коротко попросил первый.

Раздался глухой удар, с каким, обычно, «демократизатор» из твердой резины встречается с живой человеческим телом. За первым ударом последовал второй. И полный ярости монолог тут же стих.

- Выговорился? – спокойно спросил первый.

Пьяница не ответил. Из подъезда, один за другим, вышли двое в форме с нашивками «Росгвардии». Они тащили под руки какого – то синяка в серой растянутой майке и бесформенных, растянувшихся трениках. Тощий как щепка, с всклокоченными давно немытыми волосами, трехнедельной щетиной и красным от беспробудного пьянства лицом, данный персонаж производил отталкивающее впечатление. Хотя засаленные, потерявшие цвет, изодранные тапочки в виде зайчиков на черных от грязи ногах синяка придавали пропойце какое – то умиление.

Заметив выходивших сотрудников Росгвардии, Гоблин широко распахнул перед ними дверь.

- Спасибо, парень, - тяжело дыша поблагодарил Гоблина один из полицейских.

В ответ Гоблин лишь кивнул копу и широко улыбнулся.

- Тяжелый какой, - пропыхтел второй, что «конвоировал» пьяницу. – Шагай давай! Перебирай ногами! А то упадешь со ступенек – а с нас потом спросят. Опять крик поднимется, что бедолагу какого – то избили в отделе.

Копы потащили пьяного к уазику. Мы же нырнули в подъезд.

- Синее движение и пьяные дебоши до добра не доводят! – наставительно подняв указательный палец, поучал нас Гоблин, когда мы стояли на площадке, ожидая лифт.

Я промолчал. Не стал напоминать Гоблину, как не так давно, мы, «перекинувшись» от выпитого, весело дуплили железными трубами поросят.

Съемная квартира встретила нас теплом и запахом свежее сваренного кофе. И от аромата кофе, я пришел в совершенный восторг. Сейчас бы я вылакал даже канистру кипятка, лишь бы хоть чуточку оттаять.

Заслышав как открывается дверь, из кухни выглянула Настя.

- Мы живы, - поприветствовал я ее.

- Вижу, - ответила Настя, подходя ко мне и обнимая. – Как все прошло?

- Нормально, - уклончиво ответил я.

- Просто превосходно, - добавил, разуваясь, Гоблин. – Блондинка? Ты здесь?

- Я очень надеялась, что ты не вернешься, - раздался с кухни недовольный голос Вики.

- Не дождешься, - хохотнул в ответ Гоблин, скрываясь на кухне. А через секунду, оттуда послышался грохот посуды и вялая перепалка.

Филин ушел в комнату, закрыв за собой дверь. Мы с Настей остались в прихожей вдвоем.

- Поговорили с директором? – спросила Настя, глядя мне в глаза.

- Угу, - ответил я, снимая кроссовки.

- И как поговорили?

Настя не отставала. И говорить, что мы завалили директора прямо в квартире, мне, отчего – то, хотелось меньше всего.

- А потом вернулись домой, - улыбнулся я, обнимая ее. Но Настя высвободилась из моих объятий. Молча подняла с пола кроссовок, показывая его мне. И только сейчас, под ярким светом лампы, я рассмотрел на носке небольшое пятно засохшей крови.

- Вляпался, все – таки, - глядя на пятно, пробормотал я.

- Даже не пытайся больше меня обманывать! – строго сказала Настя.

- Обещаю!

Я поднял вверх правую руку, словно давая клятву.

- То-то же! – сделав серьезное лицо, строго сказала Настя.

- Эй! Хули вы там в дверях топчетесь, как бедные родственники? – крикнул с кухни Гоблин. – Идите жрать. Вика тут ужин сварганила. Хуета, конечно, редкостная, но… Ай!

Разглагольствования Гоблина прервал звонкий удар подзатыльника.

- Не хочешь – не ешь!

- А вперед батьки не лезь, - тут же выдал Гоблин народную мудрость. – На правду – то зачем злиться. Ай, блять! Да хватит меня бить!

Видимо, за свое изложение правды, Гоблин был вознагражден еще одной пиздюлиной.

Я вошел на кухню аккурат в тот момент, когда красная от злости Вика стояла перед Гоблином, оперевшись руками на край стола и буравя товарища полным ненависти взглядом.

- Еще одно слово вылетит из твоего рта – и ты на своей шкуре постигнешь весь смысл слова «бить»! – грозно сопя, пообещала она.

Гоблин примирительно поднял руки:

- Все-все. Понял я.

- Смотри мне! – победно сказала Вика и вышла из кухни.

- Все равно готовить ты не умеешь, истеричка, - едва слышно сказал Гоблин ей вслед.

Но, вопреки словам Гоблина, приготовленный ужин оказался весьма сносным.

- Что будем делать дальше? – спросил Гоблин, едва пустые тарелки перекочевали со стола в раковину, а перед нами стояли кружки с горячим чаем.

- Действовать по старинке, - развел руками я. – Пасти цель на машине. «Метку» же заблочили.

- Блять! – выругался Гоблин.

Я был категорически не согласен с этим высказыванием Гоблина. Это короткое, но емкое слово ну никак не отражало то «непонятное», в которое мы вписались. За то короткое время, пока навык работал, я так успел к нему привыкнуть, что теперь ощущал себя слепым. Но выбора не было. Сидеть три недели в ожидании, пока Система снимет штраф, в нашем положении было весьма хуевым вариантом.

- Нам нужно будет оружие, - осторожно начал я. – С тем, что у нас есть, далеко не уедешь.

- Есть у меня один знакомый, - после недолгого молчания, ответил Гоблин. – В другое время, я не стал бы к нему обращаться. Но отчаянные времена требуют отчаянных мер. Наберу ему – и поедем.

Отчего – то слова про отчаянные времена мне решительно не понравились. Если уж Гоблин не стал бы к нему обращаться. Но выбора не было.

Гоблин, тем временем, достал из кармана телефон, роясь в телефонной книге в поисках нужного номера.

- Кот! – радостно крикнул он в трубку. – Живой? Как сам?

Услышав ответ, Гоблин расхохотался:

- Кот. Дело есть. Примешь в гости? Да ну почему бы и не сегодня? Зачем откладывать на завтра? Отлично.

Гоблин отключился и встал из-за стола:

- Поехали. Кот ждет нас в гости.

***

- Кот – бывший наемник, - поучал меня Гоблин, пока мы ехали в гости. – Так что особо много лишнего не пизди.

- А где он наемничал? – с интересом переспросил я.

- Проще сказать, где он не воевал, - ответил Гоблин. – Мировой мужик. Со своими тараканами, конечно. Но у кого их нет?

- Тоже верно, - согласился я, всматриваясь в темноту за окном. – А куда мы едем?

- У Кота фазенда за городом, - пояснил Гоблин. – Не будет же человек держать в городе целый арсенал?

- А он держит то, чем торгует… дома?

- О! Кот - человек старой закалки. Он жутко не любит закладок и курьеров. И верит в фатум. Рок. Чему быть – того не миновать.

Таинственный Кот поселился очень далеко от города. Деревня сменялась деревней, а Филин все ехал и ехал. Наконец, спустя пару часов пути по ухабистым проселочным дорогам, Филин вьехал в пустую, словно вымершую деревню, останавливаясь у нужного дома.

Дом напоминал крепость. Огороженный сложенным из красного кирпича высоким забором, из-за которого виднелась только четырехскатная крыша из металлочерепицы.

Едва машина затормозила у ворот, как за забором зло залаяла собака.

- Кот у нас – фанат Лукьяненко, - сказал мне Гоблин. – Вот, держи. Как знал, что пригодится.

Гоблин протянул мне сверток.

- Подаришь Коту – и вы подружитесь, - хитро подмигнув, сказал он мне.

В зеркало заднего вида я увидел, как Филин с трудом пытается сдержать улыбку. И отчего – то такое поведение друзей, мне совсем не понравилось. Но я принял предназначавшийся для Кота подарок.

- Все. Идем.

Гоблин выскочил из машины, направляясь к воротам.

- Кого там черти по ночам носят? – раздался из-за забора злой голос хозяина.

- Старые друзья, Кот, - ответил Гоблин.

Заскрипел засов и ворота открылись. На освещенной дорожке стоял… молодой паренек в «горке» и тяжелых штурмовых ботинках. Рукава «горки» были закатаны до локтей, на предплечье красовалась татуировка, изображающая летучую мышь. Передо мной стоял человек, отслуживший в разведывательном подразделении. И при этом, по виду, парню было едва ли двадцать пять.

- Что встал! – рявкнул он Гоблину. – Проходите! Что в дверях стоять?

Гоблин вошел на освещенную фонарями территорию.

- Рад видеть тебя, старина. Живым и здоровым, - тепло поприветствовал он Кота. И, судя по радостным ноткам в голосе, Гоблин и Кот давно знали друг друга.

- Бойцовый Кот нигде не пропадет! - в тон Гоблину ответил Кот.

Я бегло осмотрелся. Вокруг дома разросся большой ухоженный сад, разбитый на квадраты рядами аккуратно подстриженных кустов. По всей территории проходили ровные дорожки, вымощенные тротуарной плиткой. В каждой детали виднелась строгая геометрия. Дорожки поворачивали под углом девяносто градусов, а квадраты кустов были абсолютно одинаковыми. Даже возьми я рулетку и реши перемерять все квадраты сада – вряд ли они отличались бы друг от друга хоть на миллиметр.

- И Джокер все еще жив, - Гоблин потрепал по холке огромного черного добермана, который стоял рядом с Котом. - У, старая псина!

Доберман нехорошо зарычал, оскалив клыки, едва рука Гоблина легла ему на холку. Но Гоблин словно не обратил на это ровным счетом никакого внимания. И, на мое удивление, собака покорно стерпела трепку по холке.

- А это кто? – Кот кивнул головой в мою сторону.

- А, - Гоблин махнул рукой. – Новый член клуба.

- Наслышан о вашем «клубе», - протянул Кот, и в голосе его послышалось уважение. – И про лабораторию, и про старый схрон, и про Большого. Красиво оформили. Вы вдвоем так покуролесили?

- В основном он, - Гоблин ткнул в меня пальцем. – Отбитый парень. Без башки.

Кот с уважением хмыкнул, глядя на меня.

- Ну, будем знакомы, - он протянул мне мозолистую ладонь. – Друзья зовут меня Кот.

- Костя, - ответил я, отвечая на рукопожатие.

Гоблин ткнул меня локтем в бок.

- Ах, да, - спохватился я протягивая Коту сверток. – Мне сказали, ты фанат Лукьяненко. Вот. Маленький презент.

Лицо Кота вмиг помрачнело:

- Эк тебя жизнь потрепала, - протянул он, принимая сверток. – Это друзья посоветовали?

Я кивнул, понимая: что – то пошло не так. Непонимающе посмотрел на ржущих во весь голос Гоблина и Филина. Товарищи чуть с ног не падали от смеха, до того их развеселила собственная шутка.

- Ты этому носатому не больно-то доверяй, - посоветовал мне Кот, указывая на Гоблина. – У него ебанутое чувство юмора. Одно слово – Гоблин. Он рассказывал тебе, как бочкой с карбидом чужой балкон разворотил?

Я кивнул.

- Так вот это самая безобидная шутка в его коллекции. А про "кролика"?

- А вот этой истории я не знаю, - с интересом ответил я. - Но с радостью бы послушал.

- Давай не будем,.. – начал было Гоблин, но жаждущий реванша Кот его перебил:

- Дядька этого изобретателя был охотником. И разводчиком собак. И однажды, маленький фокстерьер, который только обучался великим премудростям охоты, придавил кошку. И гордо принес добычу хозяину. Наш общий знакомый, который в то время учился еще в школе, как раз гостил у дяди на каникулах. Он освежевал кошку, и, сказав, что был на охоте на кроликов, на какой-то дружеской пьянке отдал тушку своим друзьям. Пьяные в говно товарищи, которые крольчатины никогда не видели и не пробовали, поверили этому пиздаболу, пожарили добычу и сожрали ее под водку. Ну и естественно, Гоблин, который присутствовал на этой пьянке, от мяса отказался, наблюдая с довольным лицом, как товарищи пожирают "кролика". А потом вскрылась горькая правда, и Гоблину пришлось долго скрываться от друзей, которые, горя праведным гневом, желали расправиться с шутником. Пиздюлей он тогда огреб отменных… Но даже это не самая злая его издевка над людьми.

-Зато два года стебался над ними при каждом удобном случае, - ответил Гоблин. – И, скажу я вам, это того стоило.

- Ты серьезно скормил им… кошатину? – осторожно поинтересовался я. Лично я юмора в этой шутке не уловил. Но Гоблин, судя по его жутко довольному лицу от воспоминаний давно минувших дней, считал по-другому:

- Не пропадать же добру, - разведя руками, философски ответил он. – И вообще: кто бы говорил про чувство юмора. Ты, кстати, по саду ходи осторожнее, - обратился он ко мне. - Кот тут напрятал сюрпризов для незваных гостей. Собирать тебя будут по всем окрестным деревьям.

Я со страхом покосился на хозяина дома.

- Не бери в ум, - махнул рукой Кот. – Он сильно преувеличивает. Пойдемте, посмотрим, что у меня осталось.

С этими словами, Кот направился к гаражу.

- Я смотрю, траву ты на осень еще не красил, - заметил Гоблин, рассматривая газон.

- В этом году не хочу. Лень, - ответил неспешно шагавший впереди Кот. И я так и не понял, шутили ли они, или говорили всерьез.

- А еще, смотрю, загорел. Катался куда-то? – с интересом спросил Гоблин.

- Ага, - Кот кивнул головой. – В Африку.

- Зачем? – удивился я. – Отдыхать?

Кот обернулся и с неподдельным изумлением посмотрел на меня. Гоблин же закашлялся, маскируя смех.

- Отдыхать, - протянул Кот. – На сафари. Сейчас сезон как раз.

И только сейчас я, поняв, что сморозил глупость, замолчал.

- Ахахаха, - расхохотался Гоблин. – Кот. Ты - очень жестокая особь человека.

- А ты точно Гоблин, а не Капитан Очевидность? – не оборачиваясь, поинтересовался Кот.

Он не спеша подошел к гаражу, отпирая замок и открывая дверь.

- Добро пожаловать в мой маленький магазин, - не без гордости сказал он, пропуская нас в гараж. – Все по скромному, так что если чего не найдете – извиняйте.

По моему мнению, Кот скромничал. Очень сильно скромничал. Первое, что мне бросилось в глаза, едва я вошел в огромный гараж, был крупнокалиберный пулемет, примостившийся в углу. Калибр пуль такой машинки запросто отрывал конечности и спокойно пробивал рельсу. Вдоль. Шучу. Но машинка и вправду была хороша. И очень смертоносна.

- Оу… - многозначительно пробормотал Гоблин, который вертел головой, осматривая арсенал. – Новый завоз?

- Прикупил чуточку по случаю, - ответил Кот.

В центре ангара стоял манекен, одетый в камуфляж. Расцветки «партизан», если я не ошибаюсь. На плече сидела огромная сова, склонив голову набок и с интересом меня изучая. И глядя на эту птицу, я понял, почему совы символизируют мудрость. Большие глаза птицы смотрели на меня так, будто эта сова постигла все тайны Вселенной.

- Кто понял жизнь – тот не спешит, - пробормотал я, и сова, словно поняв, о чем я говорю, важно кивнула. И потеряла ко мне всяческий интерес. Спорхнула на стоявший неподалеку стол, важно прошествовала к кружке с остатками кофе и принялась жадно пить.

На голове манекена красовался лихо заломаный зеленый берет со значком в виде расправившей крылья черной летучей мыши. Я подошел и хотел было потрогать его, но был остановлен окриком Гоблина:

- На твоем месте, я бы этого не делал. Это – берет Кота. Он заработал его потом и кровью. Вряд ли человеку понравится, если какое-то чучело будет лапать его своими грязными заготовками.

Я тут же поспешно отдернул заготовки и принялся осматривать ангар.

Три стены были увешены автоматами на любой вкус, калибр, и страну – изготовителя. По площади ангара на ящиках стояли пулеметы. Строго упорядоченно лежали на столах гранаты всех видов. Разнообразные РПГшки были разложены по маркировке и калибру. Стояли аккуратным строем манекены со формой. От обычной полицейской, до черной штурмовой с нашивками подразделений ЦСН. Ну, а гвоздем программы был Его Величество, РПО «Шмель», предназначенный для поражения укрытых огневых точек противника, вывода из строя легкобронированной техники, а также уничтожения людей в промышленных масштабах.

- О, "Шайтан – труба"! – радостно воскликнул Гоблин, который тоже заметил огнемет. – Кот. Где ты это все вымутил?

- Мало ли где в мире можно найти множество интересных вещей, - уклончиво ответил Кот.

Четвертая же стена была увешана холодняком. Здесь было все: от кортиков и окопных ножей Первой Мировой, до современных марок.

- О, ножи – моя слабость, - произнес Кот, видя, что я обратил внимание на стену. – Это – часть моей коллекции.

- Он тебе часами о ней может рассказывать, - перебил Кота Гоблин. – А еще, Кот у нас человек творческий.

- Да ладно? – удивился я.

- Ага. – подтвердил Гоблин. - Кот у нас пишет книжки. В соавторстве. Под псевдонимим "Гедеон". Космооперы пишет, и не только. И неплохо, кстати, пишет.

- Да брось, - махнул рукой Кот. – Я, пока только учусь.

- Такая же ложная скромность, как и та, что у него в гараже почти нихуя нет, - парировал Гоблин. – Кот охуенно пишет.

- И что же он написал?

- Да так… - начал, было, Кот, но Гоблин его перебил:

- Охуенный фантастический боевик ""У оружия нет имени" и серию ЛитРПГ "Бард".

При упоминании этих книг, Гоблин аж глаза от удовольствия закатил:

- А ещё я ржал до слёз с его фанфика о том, как Северус Снейп попал сперва в Москву на день ВДВ, а потом оказался в теле той бабы из сопливой вампирской саги. Ну и дал там всем прикурить с криками "За ВДВ!"

- Давай уже к делу! – оборвал Кот разглагольствования Гоблина.

- А, да, - спохватился мой товарищ. – Значится, нам нужно…

Далее пошло долгое перечисление списка необходимого для охоты за Виктором Прохоровым. В список вошли: два автомата, несколько пистолетов, две свето – шумовые гранаты, две осколочные и пара раций.

- На войну собрались? – уточнил Кот, выслушав список. – Есть хороший камуфляж. Брать будете?

- А, давай и его, чего уж там, - махнул рукой Гоблин. – До кучи. Только не камуфляж. А вот ЦСНовская форма вполне сгодится. Что ты на меня так смотришь? Я не шучу.

- И охотничье ружье, - дополнил я список. – Или обрез. Есть такое?

- Нет, - с сожалением развел руками Кот. – Ружье придется искать в другом месте.

Я приуныл. И, заметив мое враз погрустневшее лицо, Кот добавил:

- Вы только что просили форму отрядов специального назначения ФСБ. Уж двустволку то я как-нибудь найду.

Вдруг в тишине двора раздался совершенно неуместный звук - весёлый перестук женских каблуков.

- О, а вот и двустволки! - весело заржал Гоблин, вызвав тяжёлый, недобрый взгляд Кота.

- Лапушка, ты своей смертью не умрёшь, - недобро предрёк бархатный женский голос.

Я обернулся на голос, и…

Сперва я подумал, что у меня двоится в глазах. Потому что в дверях гаража стояли… две блондинки, похожих друг на друга, как две капли воды. И эти девочки были не просто красивыми. Во всяком случае, даже проживи я еще два миллиарда лет - вряд ли у меня был бы шанс встретить таких девочек. Настолько они были охуенны.

Идеальные черты лица, большие серые глаза, длинные, до пояса светлые волосы. Из одежды на девочек были лишь короткие кожаные шорты и топики, подчеркивающие все четыре достоинства достоинства блондинок. Третьего размера достоинства!

- К гадалке не ходи - станешь удобрением в чьём-нибудь саду, - ласково намекнула вторая.

- Хм… - замялся Гоблин. - Кот, ты все еще даешь приют всем, кто в нем нуждается? Они тут какого хуя делают? Насовсем перебрались, что ли?

Блондинки не ответили. Молча продефилировали мимо меня, обдав ароматом мужского парфюма, и подарили возможность полюбоваться задницами, затянутыми в узкие кожаные шорты. Настолько узкие, что “Гринпис” мог быть спокоен - ради их изготовления вряд ли убили больше одной тощей выдры.

Близняшки синхронными, будто сотни раз отрепетированным, движениями чмокнули Кота в обе щеки. Тот бросил ещё один недобрый взгляд на Гоблина и обнял девушек. И в этот момент, меня кольнуло… нет, пробило огромным гвоздем чувство зависти.

- Про то, что я не умру своей смертью - не удивила! - ответил Гоблин одной из близняшек. - Это мне предсказала одна ведьма, которая лечила меня от малярии в Африке.

- Ты был в Африке?

Одна из близняшек обернулась и с интересом смерила Гоблина взглядом.

- А еще в Ираке. Служил в корпусе мира, - гордо добавил Гоблин. - Мне там одно яйцо осколком разорвало. Показать?

- Слушайте его больше, - вклинился в разговор Кот. - Это - пиздабол, каких поискать. Дай ему волю - час будет лапшу вешать. Только найдет свободные уши. При мне, к примеру, он плакался девочке в баре, что танцевал в балете.

- Ой, - делано расстроилась одна из девиц. - А я только хотела посмотреть на расколотое яйцо этой Курочки Рябы. С детства сказки люблю.

- Ну что? - весело поинтересовалась у Гоблина её сестричка. - Штаны снимать будешь, или как?

- В приличном обществе, джентльменам принято верить на слово, - ответил Гоблин. И мне показалось, что он стушевался. Такая реакция товарища меня чуточку удивила.

Близняшки удивлённо уставились на Кота.

- Котик, а где они тут приличное общество отыскали? Неужели под яблонями копали?

- Скорее всего, носатый считает приличным обществом себя, - грустно вздохнул Кот. - Эх, кабы он знал, как сильно погряз в своих заблуждениях.. давайте вернемся к делу, тунеядцы. А то вы мне тут сейчас слюной весь пол зальете.

- Ах, да… - рассеянно пробормотал Гоблин, не сводя взгляда с близняшек. – Упакуйте все. И еще нужен товарный чек. Перед боссом отчитаться.

- Насколько я слышал, Токарев в бегах, отчитываться тебе не перед кем, - отрезал Кот. – Так что хуй тебе, а не чек.

- Эх, ладно, - согласился Гоблин. – Нет – так нет.

***

Ввиду дальней дороги домой, от гостеприимства Кота пришлось отказаться. Хотя, признаться честно, я бы остался у гостеприимного хозяина дома на чай.

- Помочь с перевозкой товара? – ласково спросила одна из блондинок, глядя мне в глаза.

Я отрицательно замотал головой.

- Зря, - тут же сказала вторая, подходя к нам. – Катался когда–нибудь на мотоцикле по ночному городу? Я буду за рулем. Эй, куда ты смотришь? Глаза у меня чуточку выше.

- Н-н-н-нет, - пробормотал я, поспешно отводя взгляд от явных достоинств блондинки.

- И провожать не надо, - поспешно добавил Гоблин. – Сами дорогу найдем.

- Очень жаль, лапочка, - разочарованно протянула одна из близняшек. – Я как раз только собиралась устроить заезд. Может, хоть ты составишь мне компанию?

Она ласково тронула Гоблина за плечо.

- Пожалуй нет, - ответил тот. – Не сезон уже, да и вообще… лучше на машине.

- Как знаете, - ответили девочки, и мне показалось, что они были немного разочарованы.

- Пошли грузить все. А не то эти ведьмы окончательно тебя очаруют.

Гоблин ткнул локтем мне в бок, выводя из ступора. И мы потащили только что закупленный у Кота хабар к машине, в которой уже сидел Филин. Я даже не заметил, когда он покинул гараж и вернулся к тачке.

- Ну, рад был видеть старина! – Гоблин протянул руку, прощаясь с Котом. – Авось, еще свидимся. Береги себя.

- В нашем деле нельзя загадывать наперед, - согласился Кот, пожимая протянутую ладонь. – Ты тоже береги себя, друже. В нехороший блудняк вы вписались.

- Выкрутимся, - махнул рукой Гоблин. – Не в первой.

- Если что – ты знаешь, кому звонить, - напомнил Гоблину Кот. – Всегда готов помочь старому другу.

- Вот и чудно.

- Рад был знакомству, - сказал мне Кот.

Я кивнул головой, пожимая протянутую руку.

- Будет скучно – приезжай на чай, - хором сказали обе блондинки.

Но Филин уже тронул машину, увозя нас в сторону города.

- Нормальный мужик, - высказал я свое впечатление о первой встрече с Котом. – И чего ты говорил, что не поехал бы к нему, кабы не крайние меры?

Но Гоблин лишь пожал плечами:

- Гостеприимством Кота не стоит злоупотреблять. Особенно, когда к нему переселились Близняшки.

- Кстати, кто они? – живо заинтересовался я.

- Понравились? Не советовал бы особо ими интересоваться. . Даже не так. Я бы советовал держаться от них подальше.

- Это еще почему? – не понял я.

- Кот описывает героев своих книг с реальных персонажей, - ответил Гоблин. – И если он писал героинь с них – то они – те самые монашки «Церкви Насилия». Садистки и убийцы, получающие от этого особое удовольствие.

Я хмыкнул, и знакомиться с близняшками, мне, отчего – то расхотелось.

- Хотя я тебя понимаю, - добавил Гоблин. – Эти ведьмы словно гипнотизируют. Притягивают к себе как магнитом.

- А как они познакомились с Котом? – полюбопытствовал я.

- Этой истории я нен знаю, - ответил Гоблин. – Да и будем честными, она мне нахуй не нужна. В один прекрасный день, Близняшки начали у него обитать. А теперь, видимо, переехали с концами.

Дорога в город заняла меньше времени. Филин гнал по ухабам, словно его черти несли. А уж когда машина выехала на пустую автостраду, наш водитель выжал из машины все, на что она была способна. И с ужасом глядя, как Филин кладет стрелку спидометра, я вспоминал все молитвы, что были мне известны.

- Разве мы не домой? – удивленно спросил я, когда Филин пересек знак с гербом города, резко сворачивая со Столичного Шоссе в сторону Лесного Городка.

- С грузом в багажнике? – удивленно поднял брови Гоблин. – У нас там три пожизненных срока. Нет. Сейчас заедем в схрон, спрячем там все – и потом домой.

Я деликатно промолчал, не став упоминать, что не так давно Гоблин повесил на себя пожизненное за убийство двух полицейских. Пусть коррумпированных, но все же.

Филин тем временем проехал по улице Восстания 1825 года и свернул в гаражный кооператив, остановившись у шлагбаума и посигналив сторожу, чтобы тот пропустил на территорию. Сначала на сигнал заливистым лаем отозвалась сидевшая в будке собака. И только потом раздался недовольный дребезжащий голос сторожа:

- Носит их по ночам!

Из будки, шаркая ногами, вышел старик, и, светя фонариком, направился к шлагбауму.

Казалось, время остановилось. Где – то в бесконечной Вселенной зажигались и гасли звезды, уничтожая системы и Галактики. А старик, со скоростью обьебанной улитки, все шоркал к шлагбауму.

- Что по ночам кататься? – зло спросил он у Филина, - трясущимися руками поднимая шлагбаум. – Дома вам не сидится.

Филин не стал отвечать. Едва шлагбаум поднялся, он вдавил газ в пол, и машина, выбросив из-под колес фонтаны грязи, резко сорвалась с места.

- Выгружаемся, - скомандовал Гоблин, едва Филин остановился. - Приехали, -

Заскрипели, отворяясь, ржавые петли. Гоблин вошел внутрь гаража, нашаривая выключатель и включая свет.

Гараж был абсолютно пуст. Чистый бетонный пол и смотровая яма. И все. Ни стеллажей с инструментом у стен, ни техники. Ничего.

- Загоняй тачку, - крикнул Гоблин Филину.

Тот послушно развернул машину, задом въезжая в ворота гаража.

- Сгружаем все из багажника в яму – и валим домой. – пояснил мне Гоблин. - А что что–то я заебался за сегодня. Суетный выдался денек.

Глава 20 Пейберда

принцип пейберды требует отбросить эмоции, успокоиться и терпеливо ждать. Придет время, и если вы были безупречны в своем ожидании — возможность отомстить представится, возникнет как бы сама собой. Тогда, пока ты жив — ничто не закончено, и за каждый камень в твой огород враги еще заплатят немалую цену.

Djonny. "Сказки Темного Леса".

До дома нам удалось добраться только ближе к утру, когда Вика и Настя уже спали. Стараясь не шуметь, я осторожно прикрыл за собой дверь и прокрался на кухню, и, не включая свет, обессилено рухнув на угловой диван.

Итак, теперь у меня два активных квеста. И две цели: Виктор Прохоров и нотариус Василий Королев. Который, к слову, может знать кого-то из лидеров Синдиката. Интересная складывается ситуация.

- Чего расселся? – раздался с порога кухни недовольный голос Гоблина. – Пиздуй уже спать.

- Хочу немного подумать, - огрызнулся я. – В тишине да темноте. А ты, сука, мешаешь.

Гоблин уселся за стол напротив меня:

- И что за мысли появились в твоем пустом чугунке? – с любопытством спросил он.

Я тяжело вздохнул:

- Ты же не отъебешься, да?

- Не – а – покачал головой Гоблин.

- Ну тогда слушай. Есть две цели: Виктор Прохоров и этот нотариус, которого сдала Ирина Владимировна. С кого начнем?

Гоблин задумался:

- Аксиома Эскобара, - мрачно протянул он. И, увидев мое вытянувшееся от удивления лицо, пояснил:

- Данная аксиома гласит, что при безальтернативном выборе из двух противоположных сущностей, обе эти сущности будут представлять собой исключительную хуету. По делу выходит следующее: нотариус может прознать про убийство Ирочки, связать это с убийствами Синдикатовцев, и тогда хуй мы его найдем. А этот Вася, возможно, знает выходы на остальных главарей Синдиката. Хотя бы на одного из главарей. Если мы найдем Васю и допросим его с пристрастием – на дно заляжет мусорок…. Вот и думай, кого первого искать. Сам – то что думаешь?

Он вопросительно посмотрел на меня.

- Думаю, пока способности заблочены, начинать надо с того, что попроще. А именно, с поиска и допроса нотариуса. А дальше уже действовать по ситуации.

- Согласен.

Щелкнул, выключившись, электрочайник Гоблин кинул в чашку таблетку прессованного пуэра, заливая ее кипятком, и накрыл чашку блюдцем, чтобы чай настоялся:

- Посмотрим, что можно найти в интернетах про этого пидораса.

Гоблин достал из кармана телефон и углубился в поиски:

- Есть еще одна проблема, братан. Более насущная, - как бы между прочим, произнес он, втыкая в телефон. - Наш резервный фонд подходит к концу.

А вот это уже проблема. И серьезная. Операции, в тех масштабах, которые планировал Гоблин, требовали больших затрат. Я и подумать не мог, что вполне приличный запас дензнаков, так быстро подойдет к концу. Ладно. Проблемы стоит решать по мере их поступления. Сначала, разберемся с нотариусом.

Я развалился на угловом диванчике, вытянув ноги, и включил телевизор, бессмысленно уставившись на экран и щелкая кнопкой переключения каналов:

- Сегодня в программе… - начал было кривляться ведущий какого – то ток шоу.

Хуета. Что дальше?

Кадры ток – шоу сменились каким – то забугорным боевиком. Дальше.

Фильмы, мультфильмы, шоу и сериалы сменяли друг друга, а я все щелкал пультом. Двадцать первый век. Тысяча каналов, включая дополнительные пакеты. А смотреть один хуй нечего.

- Заебал щелкать!!! – взорвался Гоблин. – У тебя что, Паркинсон? Определись уже и пялься в зомбоящик.

- … несколько неизвестных совершили налет на инкассаторский фургон, убив охранников и похитив около двадцати пяти миллионов рублей, - вещал диктор какого – то новостного блока. И палец, готовый уже переключить канал, замер.

От этой новости мозг мигом включился, а усталость как рукой сняло. Я мигом сел за столом, прибавляя звук.

- Кажется, уже нашел что бы посмотреть, - пробормотал я, уставившись в телевизор.

Кадр сменился, показывая вход в банк, пятна крови на ступенях, и работающую на месте происшествия оперативную группу.

- Преступники поджидали инкассаторскую машину возле здания банка, - вещал в микрофон какой – то крупный чин из Следственного Комитета, у которого журналисты брали интервью. - Дождались, пока охрана покинет броневик, расстреляли их, и похитили мешки с деньгами. Злоумышленникам удалось скрыться с места преступления. В городе объявлен план – перехват.

- Ах вы ебаные ублюдки! - прорычал , будя в себе черную злобу. - Ебаные ублюдки…

Почерк грабителей был знаком. Очень знаком. Именно с этими пидорасами, я грабил последний ювелирный магазин. И записал сразу три трупа на свой счет. И похуй всем, что лично я никого не убил. Меня нашли, а их нет…Суки! Ну и суки!

- Эй, блять! Поставь на место мой чай!

Полный праведного возмущения голос Гоблина вернул меня в реальность.

- А? – переспросил я. – Да, точно.

Я отставил кружку, которую машинально схватил со стола, пока был погружен в свои мысли.

- Да теперь – то она мне на кой хуй нужна!

Гоблин взял пустую кружку, покрутил ее в руке, и отставил в сторону. – ТЫ все выхлебал. Вот жеж…

Гоблин снова щелкнул кнопкой, включая электрочайник.

- Слушай, друже Гоблин, - вкрадчиво начал я. – Ты говорил, что деньги у нас почти кончились?

- Ну допустим, - не понимая к чему я клоню, ответил Гоблин. – А что?

- Есть люди, которые остались мне должны. Много должны. И сейчас они в городе.

- Кто же это? – мигом заинтересовался Гоблин. – Уж не твои ли бывшие товарищи, с которыми ты совершил последний вооруженный налет на ювелирку?

- Ага, - радостно подтвердил я. – Они самые.

- С чего ты взял, что они в городе? – удивился Гоблин.

Вместо ответа я ткнул пультом в сторону экрана телевизора.

- И где ты, блять, собрался их искать? – съехидничал Гоблин. – Они только что получили двадцать пять миллионов. Наверняка, они уже залегли глубоко на дно.

«Получено новое задание: "Пейберда". Месть – это блюдо, которое подают холодным. Найдите и уничтожьте банду разбойников, которые совершают в городе вооруженные налеты».

- Система выдала соответствующий квест, - добавил я. – И по заданию, банда сейчас в городе. А еще почему – то она выдала задание как пейберду. Хуй знает, что это такое.

- Пейберда – это возведение мести в разряд особого искусства, - машинально ответил Гоблин. – Ну, если они в городе... хотя один хуй, искать их без твоей этой «метки линчевателя» будет сложно. Ладно. Завтра решим. А сейчас я побрел спать. И тебе тоже советую.

***

- Почему ты их не сдал – то, когда сел? – удивленно спросил Гоблин

Мы играли в «Мортал Комбат». И Гоблин выносил меня в одну калитку.

- Кабы я их сдал – меня удавили бы прямо в СИЗО, - ответил я. – Цепочка раскрутилась. Сел бы куратор, сбытчики, заказчики. А они пообещали хорошие деньги и небольшой срок. И до самого последнего момента я надеялся на лучшее. Лишь уже когда начался суд я понял что меня вписали в «непонятное». Только вот заднюю давать было уже поздно.

- Ладно. Расскажи вообще, что это за люди, как живут, что за привычки.

- Не ебу я их привычки! – огрызнулся я. – Я работал с ними один раз. После этого, все пошло по пизде. Знаю только, что команда слаженная. Живут только грабежами. Гастролируют по всей стране. Давно работают вместе. Я был единственным, кто вписался в команду «с улицы». Они часто меняют съемные квартиры. Вне работы практически не общаются.

- Охуенно полезная инфа. – подытожил Гоблин. – Это очень здорово нам поможет. И как ты собираешься начать поиски своих товарищей? В городе больше миллиона жителей. Метка у тебя заблокирована. И твои друзья вряд ли зарегистрированы в социальных сетях, куда они каждый день сливают тонны фото с указанием геолокации. На, носи!

Гоблин отложил в сторону джойстик, наслаждаясь роликом, где его боец делал жестокое добивание.

- Вот так – то вот ебут горбатых, - довольно сказал он мне.

Филин спокойно взял мой джойстик, выбирая «реванш». И это заставило Гоблина чуточку забеспокоиться:

- Эй! Дай хотя бы бойца другого выберу! Ну бля!

Филин был неумолим, начиная бой теми же бойцами, которыми мы играли с Гоблином.

- Есть пара вариантов, как можно найти моих старых знакомых, - осторожно начал я.

- Ну, излагай.

- У группы есть постоянный куратор. Он дает им работу, он же разрабатывает план, координирует действия команды. Он же снимает квартиры, где команды пережидают, пока уляжется шум.

- Неужели ты знаешь, где искать этого куратора? – с недоверием спросил Гоблин.

- Знаю, - кивнул головой я.

У Гоблина аж челюсть отвисла. До того он был удивлен:

- То есть… ты знаешь его… лично?

- И достаточно долгое время. Иначе, зачем ему нужно было вписывать меня в эту компанию?

- Ебать – копать? Откуда же?

- Долгая история, - не стал я вдаваться в подробности.

- Ну тогда чего же мы сидим? – мигом оживился Гоблин. - Поехали!

- Поехали, - согласился я. – К тому же ты уже проебал.

Последнюю фразу я произнес с неким злорадством, глядя, как боец Филина наказывал противника с особой жестокостью.

- А, потом отыграюсь, - махнул рукой Гоблин. – Где искать этого твоего куратора?

- На Северо – Западе. Раньше он жил на Лесной.

« Задание «Пейберда» обновлено. Найдите и допросите куратора , чтобы узнать, где скрываются разбойники».

- Ну так поехали на Лесную. Поговорим с товарищем.

Я замялся:

- Только…

- Что – только? – не понял Гоблин. – Система опять подгрузила нас какой – то хитрой хуетой?

- Не совсем, - покачал головой я. - Просто куратора не нужно убивать.

- Это еще почему? - удивился Гоблин.

- По дороге расскажу…

***

Филин мчал по дорогам в сторону Лесной, играя в «шашечки», и обгоняя нерасторопных участников дорожного движения. Вслед слышались сигналы машин, когда Филин не особо удачно подрезал кого – то. Но наш водитель хуй класть хотел на чье – то там возмущение.

- Ну излагай, почему этого Куратора нельзя убивать? – поинтересовался Гоблин. – ТЫ же понимаешь, что если он и знает, где прячется банда – то обязательно предупредит их, едва мы уйдем.

- Понимаю, - кивнул я головой. – Только я… обязан ему, что ли. – Он очень много мне помогал. Да и адвоката нанял, когда я сел. Дорогого, надо сказать, адвоката.

- А государство тебе адвоката не выделило? – ехидно спросил меня Гоблин.

- Выделило, - не стал отрицать я. – Только он был таким хуевым, что уж лучше бы без адвоката совсем.

- А этот помог тебе так, что тебя признали невиновным и выпустили из зала суда? – хохотнул мой товарищ. – Ладно. Как вы познакомились с этим куратором?

- Долгая история, - попытался было я перевести тему разговора.

- Так и до Северо – Запада путь неблизкий, - не отставал Гоблин. – А еще там колесить, пока мы не выедем на эту ебаную Лесную.

- Ну хуй с тобой, - сдался я. – Слушай. С детства, я был предоставлен сам себе, болтаясь по улицам Сельмаша…

- Твою биографию я уже прочитал, - бесцеремонно перебил меня Гоблин. – Нехватка родительского внимания, комплексы, плохая учеба…Давай пропустим этот момент.

Я недобро покосился на товарища. Но он остался невозмутим:

- Хуле вылупился то? Рассказывай, давай.

- Если уж совсем коротко – то в шестнадцать я познакомился с одним моим товарищем по прозвищу Чума…

- Уж не тот ли самый Чума, - вновь перебил меня Гоблин, заслышав названное мной прозвище, - о котором сложено немало городских легенд?

- Наверное, он, - неуверенно ответил я. – Хотя… Точно он. Вряд ли в городе найдется два Чумы, отмороженный до такой степени, что представить жутко.

Оу… - глубокомысленно изрек Гоблин. – По хуевым историям, этот человек переплюнул даже меня…

При этих словах, в голосе товарища прозвучала плохо скрываемая зависть к подвигам легендарного Чумы.

- А как вы с Чумой пересеклись то?

- Работали вместе на одного человека. НА работе и скорешились. Потом, этот мужик решил кинуть нас на деньги. И нам с Чумой пришлось предпринять несколько попыток воззвать к разуму этого долбоеба, чтобы дядя одумался и отдал нам деньги.

- Это не тот ли случай, когда Чума предложил этому дяде простить долг в обмен на долю в бизнесе? – хохотнул Гоблин.

- Нет, - отмахнулся я. – Это было, когда мы пытались заставить комерса отдать долги подрядчикам. Уже после вышеупомянутой истории. Чуму в городе уже много кто знал, и коммерс вернул все долги за двадцать четыре часа.

Заслышав эту историю, Гоблин с уважением кивнул:

- Так а дальше – то что было?

- Так вот. После одной такой попытки объяснить по – хорошему, что кидать людей – это плохо, нас повязала полиция. Бравые стражи правопорядка увидели в наших действиях состав части второй статьи сто шестьдесят третьей Уголовного кодекса. То бишь, мы прилипли с ровного за вымогательство. И прилипли бы мы надолго, кабы дядька Чумы не замял это дело. Да еще и помог вернуть нам долг. Так я с куратором и познакомился.

Брови Гоблина удивленно поднялись.

- То есть, Куратор – это родич твоего кореша Чумы? - спросил Гоблин. – И он и приобщил тебя к благородному грабежу и разбойным нападениям?

- Ага, - подтвердил я. – Так я и начал работать на Юрия Крамцова, по прозвищу «Паук». Сперва, по мелочи. Принеси – подай. Ну а потом…

- Занятная вышла история, - протянул Гоблин.

- И за то, что Юрий мне помогал, я ему вроде как… обязан.

- Как земля колхозу, - с самым серьезным видом кивнул головой Гоблин, и я так и не понял, говорит ли он всерьез, или это сарказм. – В противном случае, твоя тюремная биография началась бы на четыре года раньше. Хотя… возможно, это было бы и к лучшему. Сейчас бы уже вышел, работу нашел. А не связался бы с друзьями – олигофренами, и не светил бы еблом с каждого фонарного столба. Кстати, мы почти приехали.

Погрузившись в воспоминания, я даже не заметил, как Филин въехал на Северо – Запад, и теперь колесил по Лесной в поисках нужного нам дома.

- К слову. С чего ты взял, что Паук все еще обитает на Лесной?

- Ни с чего, - пожал плечами я. – Просто, пока это – единственная ниточка, которая приведет нас к искомой цели. Ну, а если он переехал – всему нашему мероприятию придет пиздец.

- Ну, тогда будем надеяться на лучшее.

Но в этот раз удача от нас отвернулась.

- Кто там? – спросил из динамика домофона приятный женский голос.

- Эм-м-м-м.. – замялся я. – Я ищу Юрия Крамцова…

- Какой еще, блять, Юрий? – вмиг пришла в ярость женщина, отчего ее голос враз потерял всяческую привлекательность. – Вам совсем делать нехуй? Живо уебывайте отсюда…

Я быстро нажал на отмену вызова.

- Видимо, Паук все – таки переехал, - задумчиво подвел Гоблин итог нашей поездки. – Какие еще есть варианты?

- Ну, может Чума знает, куда перебрался его родственник? – неуверенно предположил я.

- Вот! – мигом обрадовался Гоблин. – Вполне может быть. Стоит навестить твоего старого друга. Поехали.

Он хлопнул меня по плечу и торопливо спустился с лестницы.

- Теперь куда? – спросил Филин, едва мы вернулись в машину.

Я задумчиво почесал подбородок:

- Раньше Чума жил на Освободителей. Он был настолько беспокойным соседом, что родители купили ему квартиру, чтобы поскорее отъебаться от деточки.

- Даже так? – удивился Гоблин.

- Угу. Чума пил. Часто и много.

Гоблин озадаченно посмотрел на меня:

- Многие пьют в подростковом возрасте

- Пьют многие, - согласился я. – Но Чума именно пил. Точнее, не так. В двенадцать лет, Чума ушел в запой, который продлился продолжительный в его жизни период. Его даже кодировать пытались.

- И он, как водится, избавился от торпеды?

- Не угадал, - покачал головой я. – Он вызвал неотложку, и пока машина ехала на нужный адрес, залпом влил в себя бутылку водки. Прямо из горла. И когда «скорая» прибыла, он был в такое говно, что трудно себе представить. В тот раз, его еле откачали.

- Это гениально, - прокомментировал Гоблин решение, которое избрал Чума.

- Очень, - саркастично ответил я. – Он едва ласты не склеил.

- Ну, не склеил же, - Гоблин пожал плечами. – Все обошлось.

- Угу. Кстати, Чума – это единственный из моих знакомых, кто переплюнул все подвиги героев «Сказок Темного Леса».

Дорога через весь город, казалось, заняла у нас целую вечность. На мостах стояли такие пробки, что навигатор посоветовал нам сидеть дома, едва Филин его включил. А на ближайшем к нам мосту так и вовсе творился форменный пиздец. Большую часть времени мы простояли, чтобы время от времени проехать пару метров. Водители сигналили и крыли хуями дорожные службы, которым в «погожий» дождливый осенний день приспичило вдруг менять асфальтное покрытие. Из-за дорожных работ на мосту, поток машин едва полз. Люди опаздывали на работу, домой, проебывали важные встречи, которые могли бы круто изменить их жизнь, кабы они успели, а не простояли в пробке на этом ебаном мосту.

- Ненавижу эти ебаные мосты, - проворчал Гоблин, глядя на вереницу стоявших впереди машин. - Их вечно, сука, ремонтируют. Больше деньги некуда девать?

- Скорее, другие схемы их присвоения куда сложнее, - усмехнулся я.

- Святая правда, - согласился Гоблин.

- Мы можем бросить машину здесь и пойти дальше пешком, - ответил я.

- Это было бы быстрее, - согласился Гоблин. И судя по лицу товарища, он крепко и всерьез задумался над этой идеей. По счастью, пока Гоблин думал, Филин миновал знак «объезд» и резко вдавил газ, ускоряясь и вновь начиная играть в «шашечки» с нерасторопными, по его мнению, водителями.

- Ну, наконец – то, блять, - с облегчением вздохнул Гоблин, когда машина миновала мост, выезжая в нужный двор. – Добрались. Пошли, поговорим с твоим старым другом.

Домофон запищал, едва я хотел набрать номер нужной квартиры. Дверь открылась, выпуская девушку, которая вела на прогулку здоровенного ротвейлера.

- Устроим товарищу сюрприз, - хитро подмигнул я, заходя в подъезд.

В отличие от Паука, Чума и не думал никуда съезжать. Он жил все в той же квартире, купленной ему родителями много лет назад. И после долгих и настойчивых звонков, дверь квартиры распахнулась, и на лестничную клетку выглянул хозяин.

- Привет, брат? – криво усмехнулся я, глядя на друга детства. – Решил вот тебя навестить.

Сказать, что я прихуел, увидев старого друга – это не сказать ничего. ЗА время моей отсидки в СИЗО, Чума сильно сдал. Помятое от постоянного пьянства и веществ лицо украшала щетина. Грязные свалявшиеся волосы всклокочены, топорщась в разные стороны. Впечатление он создавал отталкивающее. Казалось, передо мной стоял мужик лет сорока, но никак не парень двадцати двух лет от роду.

Чума был объебан в щепки. Он непонимающе смотрел на меня обессмыслившимися глазами, все пытаясь понять, кто же стоит перед ним. Мозг, отравленный большой дозой веществ, подсказки давать отказывался, и поэтому Чума продолжал стоять и бессмысленно таращиться на меня. Это начинало порядком утомлять, поэтому я вошел в квартиру, бесцеремонно подвинув хозяина. Гоблин вошел следом, затаскивая хозяина квартиры внутрь и закрывая дверь.

- О, успел сделать ремонт, - произнес я, оглядывая квартиру.

Чума и вправду сделал ремонт в совей студии, худо – бедно ее обставив до того, как ушел в долгий наркотический трип. Диван, на котором спала, наполовину прикрывшись грязной простыней, какая – то голая девица. Два кресла, огромный телевизор с подключенной к нему игровой консолью, стеклянный журнальный столик, на котором лежала трубка, и развернутый пакет, в котором еще оставалось немного «льда».

Видимо, Чума уже в путешествия по астралу довольно давно. Исцарапанный паркет покрылся слоем грязи, а стены квартиры были безбожно изрисованы граффити. В раковине стояла гора грязной посуды, а на кухонном столе валялась недоеденная снедь, над которой жужжал целый рой мух. В квартире нестерпимо воняло потом и успевшими окончательно испортиться продуктами. И от этой мерзкой картины, открывшейся моему взору едва я вошел в квартиру, меня едва не выверннуло прямо на грязный пол. Я прошел через комнату и открыл окно, чтобы впустить в душную квартиру холодный свежий воздух и хоть как-то проветрить помещение.

- В кого ты превратился, - с тоской пробормотал я, глядя на старого друга. Где - то в глубине моей сумрачной души остро кольнуло сострадание к товарищу, потерявшему всяческий человеческий облик и превратившемуся в законченного наркомана, который плотно зарылся в ил на социального дна общества. Остатки человечности пытались взывать к тому, что ему еще можно помочь, Но здравый цинизм подсказывал мне, что ничего тут уже не исправишь. Уж больно плотно Чума торчал на этой дряни.

- К-к-к-костя? – ошарашено спросил Чума. Видимо, он еще не до конца понимал, я ли это, или галлюцинация, навеянная токсичным дымом жженого "льда".

- О, кажется, тебя начало отпускать. Это добрый знак. Да, это я. Решил заглянуть в гости после того, как освободился условно – досрочно. А у тебя, смотрю, полный пиздец. Это кто? – я кивнул головой на спавшую обьебанную в щепки девку.

- Катя, - отрешенно ответил Чума.

При близком рассмотрении этой особы, у меня от ужаса зашевелились волосы на голове. Бледную дряблую кожу покрывала сетка глубоких морщин. Лицо и плечи покрывали незаживающие язвы. На торчащей из-под простыни руке виднелись красные воспаленные точки «дороги», оставленной иглой. Лично я не стал бы ебать подобное тело даже напившись в сопли, замотавшись в брезент и надев поверх костюм ОЗК.

Девушка заворочалась, поворачиваясь на другой бок, простыня сьехала, падая на пол, и я поспешно отвернулся, дабы моя психика не пострадала от этого зрелища окончательно.

- Ух ебать!

Гоблина аж перекосило от увиденного. Впрочем, за его психику я боялся меньше всего.

- Есть разговор, Чума, - я уселся в кресло, стоявшее рядом с окном, чтобы хоть чуть подышать свежим воздухом.

- Костя. Ты как тут оказался? – переспросил Чума. – Паук сказал…

- Не рад меня видеть? – усмехнулся я. – Что там сказал Паук?

- Паук сказал, что ты уехал на зону за дела банды. Теперь, остальным нечего опасаться. Ты взял все на себя.

Улыбка сползла с моего лица:

- Что значит, взял все на себя? – ошарашенно переспросил я.

- Он говорил, что ты взял все преступления на себя, чтобы остальная банда осталась на свободе. Что Паук хотел вытащить тебя, но что – то там не удалось, и теперь ты просидишь в тюрьме очень долго.

- Что за… - непонимающе переспросил я, но Гоблин быстро меня перебил:

- Сдается мне, хитрый старый пидор сам сдал тебя федералам.

- Что –о-о-о?

- То, - ответил Гоблин. – Твои долбоебы - друзья были в разработке. Нужно было скинуть федералов с хвоста. Тебя принесли в жертву. Вот и все.

Гоблин развел руками, показывая, мол, что все очень просто.

- Впрочем, сейчас мы это проверим. Где теперь Паук? – обратился Гоблин к сидевшему на краю дивана Чуме.

- На даче за городом, - с потерянным видом ответил товарищ.

- И давно он туда перебрался? – не унимался Гоблин.

- Пару месяцев назад, - Чума почесал заросший щетиной подбородок. – Или три месяца уже прошло… Какое сегодня число?

- Не находишь последовательности? – хитро спросил у меня Гоблин. – Паук продал квартиру и быстро сьебал за город, едва только в новостях показали твою рожу и внесли тебя в список разыскиваемых преступников.

Мысли роились в голове, но я не смог бы сформулировать ни одной из них, даже если очень сильно бы захотел. Неужели, Гоблин прав, и человек, которому я доверял, так подло меня подставил? Зарычав, я замотал головой, пытаясь собрать мысли в кучу. Но услышанная мной информация все одно никак не укладывалась у меня в голове.

- Адрес дачи! – ледяным тоном сказал Гоблин.

- Ну… это… - сбивчиво начал припоминать Чума. – Белореченск вроде бы. Ленина двадцать пять.

- Белореченск? – переспросил Гоблин. – Что это за ебеня?

- Заречье, - пробормотал я. – Мы гостили там пару раз с Чумой. Километров двести по трассе.

- Значит, до вечера успеем разобраться, прав я лил нет, - подытожил Гоблин. – Поехали.

Гоблин потерял к Чуме всякий интерес. Может быть, не хотел видеть воочию закат живой легенды города. А может видел, в кого водка да вещества превратили человека, о котором он так живо интересовался полчаса назад.

Даже не прощаясь, мы быстро выскочили из квартиры, прикрыв за собой дверь и оставив Чуму в одиночестве кубаторить, случился ли этот визит наяву, или все пригрезилось ему в наркотическом трипе.

***

- Как такое могло произойти? – задумчиво пробормотал я.

- Ты о чем? – не понял Гоблин.

- О Чуме. Вернее, о том, в кого он превратился.

- Это да, - согласился Гоблин. – Жалкое зрелище.

- Может быть, ему еще можно помочь?

Робкая, слабая надежда все еще теплилась во мне. Но Гоблин быстро ее растоптал:

- Нет, брат. Через месяц, новая подруга посадит его на иглу. Если уже не подсадила. Ну а дальше… Помочь можно лишь тому, кто сам этого хочет. А твой друг погряз во всем этом по уши. И не хочет выбираться. До того ему комфортно в этой трясине.

Мне вспомнилась спящая на диване Катя, и от этих воспоминаний меня передернуло.

- Пиздец какой – то – пробормотал я и уставился в окно, чтобы хоть как-то отвлечься от гнетущих мыслей.

Оставшуюся дорогу до Белореченска мы молчали. Я бездумно пялился в окно, а Гоблин, откинувшись на спинку сиденья, слушал FPG. И лишь когда солнце закатилось за горизонт и на мир опустились короткие осенние сумерки, быстро перерастающие в чернильно – черную ночь, А Филин затормозил у указанного Чумой адреса, Гоблин обронил лишь одно слово:

- Приехали.

- Здесь? – удивился я, вглядываясь в вечернюю мглу, где красовался силуэт дома. С тех пор, как мы пьянствовали здесь в последний раз с Чумой, дом претерпел некоторые изменения. Чуточку просел, покосился, шифер на крыше почернел, а забор возле дома совсем обветшал и грозился вот – вот рухнуть в густую высокую траву.

Филин кивнул.

- Ирония судьбы. Один из богатейших людей города живет в этой халупе в богами забытых местах, - пробормотал я, выходя из машины.

Гоблин уже стоял у покосившейся калитки.

- Хозяин! Хозяя-я-я-яин!!!

Гоблин надрывался словно труба, грозясь перебудить тех немногочисленных жителей деревни, что остались здесь доживать свой век.

Но в доме царила мертвая тишина.

- Вот блять! – выругался товарищ. – То ли твой Паук совсем оглох от старости, то ли он негостеприимный, и совсем не горит желанием нас видеть. Хозя-я-я-яин!!!

Язык Гоблина заплетался, будто товарищ был пьян в говно.

- Ты что творишь? – зашипел я.

- Сейчас узнаешь.

Хлопнула входная дверь. Кто – то осторожно ступая выбрался во двор дома и теперь наблюдал за калиткой.

- Кто там?

Все сомнения отпали: мы приехали, куда нужно. Голос принадлежал Пауку, в этом я не сомневался.

- Я з-з-заблудился, - едва ворочая языком, пробормотал Гоблин. – Машина заглохла. Телефон сел. Дай позвонить..

- Проваливай! – оборвал Паук речь Гоблина.

- Ну будь человеком! – не унимался Гоблин, и голос его прозвучал до того жалобно, что даже меня проняло. – НЕ ночевать же мне в машине в этой дыре? Холодина такая на улице. А так позвоню чтоб товарищи меня забрали.

- Ну хер с тобой, - сдался Паук, видимо понимая, что «пьяный» Гоблин не уймется и будет голосить, пока не перебудит всю деревню.

- Спрячься, - едва слышно прошептал мне Гоблин, и я послушно юркнул за покосившийся забор.

Дверь открылась и на дорожке показался силуэт, двигающийся в сторону калитки. На моей памяти, это был единственный раз, когда Юрий Крамцов решил помочь человеку почти бескорыстно. И был безобразным образом наказан за эту попытку. Едва калитка открылась, как Гоблин что есть силы ударил Паука рукоятью пистолета по еблу. Удар был так силен, что Паук шагнул назад и шлепнулся в грязь. А Гоблин уже рывком открыл хлипкую калитку, едва не сорвав ее с петель, и сорвав дистанцию, оказался рядом с поднимающимся на ноги Юрием.

- Решили мы с товарищем в гости заехать. А то братан мой говорит, давно тебя не видел. Соскучиться успел.

Гоблин кивнул в мою сторону. И, едва завидев меня, глаза у Паука увеличились так, что я стал беспокоится как бы они не вылезли из орбит.

- К-к-к-костян?- ошарашено переспросил он, словно не веря своим глазам.

- Ага, - кивнул головой я. – Твой обьебанный в щепки племянник подсказал, где тебя искать. Ты, насколько я помню, денег мне должен остался?

- Думаю, не стоит обсуждать дела на улице, - вклинился в разговор Гоблин, поднимая Паука из грязи. – Пойдемте в дом. Чаю попьем, потолкуем. И не советую тебе орать…

С этими словами, Гоблин ткнул в лицо Юрия пистолетом. Юрий поспешно закивал, мол я все понял.

- Итак. Твой родственничек сказал мне, что я якобы взял все преступления на себя, - начал я, едва Гоблин втолкнул Паука в дом. – Ты даже представить себе не можешь, как меня удивило это заявление.

- Я… просто… - спутано начал объяснять Юрий. Но, судя по его бегающему взгляду, было видно: Паук не знает, что бы спиздеть мне.

- Только не надо пиздеть, - поморщился я. – Уж я – то хорошо тебя знаю. Сейчас ты лихорадочно думаешь, что бы такого придумать.

- Так было надо, Костя, - словно пытаясь оправдаться, проблеял Юрий. – Федералы плотно сели на хвост. Нужно было кем – то откупиться. Но сдал тебя не я, - поспешно добавил он.

- А кто же?

Виски словно стиснул обруч. Головная боль, вечный спутник подступающего гнева.

- Говори, блядь! – теряя терпение, рявкнул я, шагнув к Пауку.

- Влад, - вжимая голову в плечи, словно в ожидании удара, поспешно выкрикнул Юрий. – Когда я узнал, было уже поздно.

- Вульф? – переспросил я. И расхохотался:

- Ах-ха-ха-ха! Вульф! Ебаный выродок, - с трудом просипел я сквозь душивший меня смех. – Ну, от него вполне можно было ожидать такой номер.

- Да, - тут же поддакнул мне Паук.

- Что да? – обернувшись к нему, спросил я. – С твоего же согласия, Вульф сдал меня. Без твоего молчаливого одобрения, он не сделал бы и шагу.

- Нет! Нет, - тут же начал отрицать сказанное мной Паук. – Я…

- Хорош пиздеть! – зло оборвал его я. – Хер с ним. То, что ты меня сдал – дело десятое. Мне нужна моя доля, Паук. Вроде бы, ты остался мне должен за последнее дело?

- У… меня сейчас нет денег, - поспешно ответил Юрий.

- Возможно, - кивнул головой я. – Но твои друзья вроде бы хлопнули недавно инкассацию? Сколько там было? В новостях говорили, двадцать пять миллионов?

- Они не здесь. Деньги еще у банды.

- Ну так звони им, - вклинился в разговор Гоблин. – Скажи, чтобы приехали. Ну и деньги заодно привезли.

- Это будет не по плану. Не так, как было уговорено. Они могут заподозрить какую – нибудь хуйню.

- Значит, на твое месте я был бы очень убедительным. Иначе – придет тебе пиздец.

Гоблин повертел перед лицом Паука пистолетом.

- Звони давай.

Паук быстро вытащил из кармана допотопный телефон, набирая нужный номер.

- Седой! Вам нужно срочно приехать ко мне. Что? Да, с деньгами! Что? Нихуя блять не слышно! Да, я понимаю, что мы так не договаривались. Но мне звонил Витя Прохоров. Он сказал, что вы наследили. Федералы могут сесть вам на хвост. Пересидите в моем доме за городом. Знаешь адрес? Добро, до встречи.

"Задание "Пейберда" обновлено. Устройте засаду и уничтожьте банду разбойников"

- Ты знаешь Прохорова? – поинтересовался Гоблин, едва Юрий отсоединился.

- Прохорова знают все, кто занимается нелегальным промыслом в этом городе, - ответил Паук. – Все платят Прохорову, если хотят быть на свободе.

- А кого еще из Синдиката ты знаешь? – живо спросил я.

- Причем здесь Синдикат? - притворно удивился Паук. - Прохоров в Синдикате? Впрочем, мне это без надобности. Меньше знаешь – крепче спишь.

От этой информации я чуточку расстроился. Но постарался не подать виду.

- Пойду предупрежу нашего знакомого, что у нас будут гости.

Гоблин передал пистолет мне, и выскользнул за дверь.

- Я не хотел, чтобы так вышло, Костик, - словно извиняясь, промямлил Паук.

- Не хотел? – усмехнулся я. - Ты меня подставил. И гнить бы мне на заполярной зоне до конца жизни, кабы не обстоятельства.

- Я… - начал было Паук.

- Всего – лишь пытался спасти свою жалкую шкуру, - закончил за него я. – А тут наш общий друг Вульф, с твоего молчаливого одобрения, проявил инициативу. Не понимаю, нахуя ты вообще держишь в команде этого отморозка?

- Он…

Но такого особенного было в Вульфе, я так и не узнал. Зазвонил телефон Паука.

- Кто? – спросил я, едва Паук взглянул на экран.

- Седой.

Паук поднес телефон к уху, и до меня донеслось бормотание его собеседника.

- Понял. Жду, - коротко ответил он и отключился. -Они подъезжают.

- Вот и отлично, - хмыкнул я, прикидывая, куда бы лучше спрятаться.

Выбор мой пал на большой двухстворчатый шкаф, стоявший аккурат у входа. Я осторожно открыл дверцы, сдвинул в сторону висевшие на вешалках куртки и залез внутрь:

- Если ты спизднешь гостям что – то лишнее. Если хотя бы подумаешь об этом – я тебя ебну, - грозно пообещал я Пауку и прикрыл за собой дверцы.

- Эй! Куда он подевался?

Сквозь щель между неплотно прикрытыми дверцами я разглядел в полумраке силуэт Гоблина только что заскочил в комнату и теперь вертел головой в поисках моей персоны.

- Да тут я, - выглянув из своего укрытия, шикнул я на него.

-Гоблин лишь кивнул головой и скрылся где – то в глубине комнаты. И сделал он это очень вовремя.

На улице раздался шум двигателя подъезжающей машины. И я очень надеялся, что Гоблин успел предупредить Филина, и наш водитель успел перепарковать машину подальше от лишних глаз.

Машина остановилась. Хлопнули дверцы и на улице раздались приглушенные голоса. Что говорили прибывшие – было не разобрать. Я лишь понял, что они о чем – то ожесточенно спорили.

Заскрипели под тяжелыми шагами подгнивший доски крыльца. А потом кто – то сильно заколотил в дверь. И удары были такими, что мне казалось, дверь вот – вот слетит с петель.

- Чего так тарабанишь? – зло спросил Паук, открывая дверь. – Незаперто.

- Да у тебя все двери нараспашку, - пробасил пришедший. – И калитка, и входная.

- Так гостей же ждал, - парировал Паук. – Вы, случаем, лишних гостей на хвосте не притащили?

- Обижаешь, Паук, - вклинился в разговор второй голос. – Два раза все проверили. Не было за нами слежки.

- Вот и отлично. Проходите, не светитесь перед соседями.

- Да какие тут соседи? – прохрипел третий, и в его голосе слышалась явная насмешка. – Деревня же. Спят все уже давно, поди.

- Никогда не относись к ситуации с пренебрежением, Вульф, - осадил говорившего Паук. – Иначе потом может вскрыться, что какому – то долбаебу не спалось, он вышел поссать и случайно увидел машину и прибывших посреди ночи гостей.

- Ты параноик, Паук, - ответил Вульф.

- Возможно. Возможно, поэтому я так долго занимаюсь своим промыслом, и до сих пор на свободе? Ладно. Хорош пиздеть. Деньги привезли?

- А то! – пробасил первый.

Под тяжелой поступью доски пола жалобно заскрипели. И уже через мгновение, я смог рассмотреть из своего укрытия вошедшую в дом банду.

Первым шел Иней. Двухметровый, широкий в плечах, он всегда напоминал мне ледяных великанов из скандинавских саг. Дополнительное сходство придавали белые как снег волосы и бледная, как у вампира кожа. Иней был альбиносом. В руках, Иней держал две спортивные сумки, казавшиеся нелепо маленькими в его здоровенных лапах.

- Вот. Все тут, - сказал он, ставя сумки на пол.

- Только вот зачем было тащить деньги сюда? – спросил Вульф. И при одном только его виде, во мне закипела черная злоба.

- Вульф! Ебаный ты ублюдок! – едва слышно прохрипел я, сжав кулаки так, что костяшки пальцев побелели.

Невысокого роста, худощавый, он казался карликом рядом с Инеем.

- Тебя забыл спросить! – зло рявкнул на него Паук. – Вульф, ты специально сегодня делаешь все, чтобы вывести меня из себя?

В ответ, Вульф лишь пожал плечами:

- Я всего – лишь хотел знать, к чему такая осторожность.

Паук шагнул к нему:

- Запомни, Выльф, - зло прошипел он почти в лицо грабителю. – Здесь я главный. А ты делаешь то, что я велю. И я очень надеюсь, что это был последний твой вопрос в мой адрес. А то любопытство может хуево сказаться на твоем самочувствии. Ты меня услышал.

На секунду, Вульф застыл, исподлобья сверля Паука злым взглядом своих маленьких глаз. Но потом коротко кивнул и отошел в сторону.

«Цели опознаны. Перебейте банду разбойников и заберите деньги, которые принадлежат вам по праву».

А далее события начали развиваться все быстрее.

- Добрый день, джентльмены, - раздался откуда – то голос Гоблина. Самого напарника я не видел, но вот бандиты вмиг обратили на него внимание, потеряв интерес к Пауку. Грохнуло два выстрела – и два подельника Инея упали, так и не успев вытащить оружие.

- Вы остались должны много денег одному моему другу, - продолжил Гоблин. – И мы пришли, чтобы его забрать.

- А это еще что за хуй? – удивленно крикнул Иней, потянувшись было за пистолетом. – И кто это – мы?

Но я не стал давать Инею возможности вытащить пистолет. Пинком, я распахнул дверцы шкафа, выходя из укрытия. Выстрелил навскидку, целя в застывшего Инея, который отвлекся и обернулся на источник шума. Но рука дрогнула, и пуля не достигла цели.

«Законопослушный гражданин вызвал полицию. Время до прибытия наряда – двадцать минут», – выдало сообщение Система, и затикал таймер отсчета.

Инея прикончил Гоблин, всадив здоровяку в голову две пули. Здоровяк рухнул на пол рядом с сумками, в которых лежали деньги.

А вот Вульф оказался куда проворнее. Он так резво отпрыгнул в сторону, уходя с зоны обстрела, что я маленько прихуел.

«Задание «Пейберда» обновлено».

И только сейчас я заметил, что над головой Вульфа замерцала золотая звезда.

«Калибровка арены…

Калибровка завершена.

Инициализация противника…

Никнейм: Вульф.

Класс: Разбойник.

Уровень: 18»

«Активирован режим PvP поединка»

И только теперь до меня дошло, почему Крамцов держал Вульфа в команде. Игрок, да еще с прокачанными бонусами разбойника, заточенными, как я понял, на грабежи. За такие плюшки можно было закрывать глаза на мелкие пакости этого отморозка.

- Что за нахуй? – в один голос вырвалось у нас с Вульфом.

Но Системные сообщения уже растворились. И я не стал мешкать, атаковав первым.

Я выстрелил трижды. Но руки предательски тряслись, и ни одна пуля не то, что в цель не попала, но даже не зацепила Вульфа. Разбойник юркнул за стоявшее в углу кресло, высунувшись и открыв ответный огонь. Но своей целью он выбрал вовсе не меня.

- Ах еб твою мать!

Гоблин резко рванул стол, переворачивая его на бок и укрываясь за столешницей. Зазвенела падающая посуда. Загрохотали выстрелы и глухие удары пуль о доски И, судя по проклятьям, которые изрыгал Гоблин в адрес стрелка, его все же зацепило.

- Жив? – крикнул я.

- Здоров и практически невредим, - отозвался Гоблин. – Но этот пидор все же меня зацепил.

- Не ожидал тебя здесь увидеть, Венедиктов, - прохрипел Вульф из-за укрытия. – Признаться, я вообще не ожидал увидеть тебя на свободе. Все что я слышал о тебе в последний раз - так это то, что тебе дали пожизненное. Правда, потом тебе каким - то чудом удалось съебаться.

Он чуточку отвлекся, и я, воспользовавшись заминкой, высунулся из-за укрытия и пару раз выстрелил. Но система, как назло, перестала подсвечивать сидевшую за креслом цель, и поэтому стрелял я наудачу. А эта капризная девка была сегодня явно не на моей стороне.

- Ну что ты за уебан? – весело отозвался Вульф из-за укрытия. – И как только Система зарегистрировала тебя в Игре? За какие заслуги?

Он несколько раз выстрелил. И его система наведения, скорее всего работала безотказно. Во всяком случае, две пули меня зацепили.

- Икра и плечо, да? – раздался из-за кресла издевательский голос Вульфа.

Я промолчал, стиснув зубы.

- Прости, Венедиктов, но Система дала квест на тебя. Или я – или меня. А ты, я смотрю, где – то накосячил, и получил штраф? Или навык стрельбы линчевателям не положен?

«Ликвидация».

Но Система нихуя не отреагировала на мою команду. Очевидно, заблокировав стрельбу, «Игра в Жизнь» бонусом заблокировала и все навыки ветки.

- НУ все, Венедиктов. Пора заканчивать.

За креслом раздалась возня. Вульф перезаряжал пистолет. И в этот момент, Гоблин, которого Вульф совсем сбросил со счетов, решил, наконец, мне помочь. Выждав нужный момент, Гоблин встал из-за стола, стреляя по креслу. Целился он на голос. И, судя по злому шипению из-за кресла, Гоблин был куда лучшим стрелком.

- Вот так – то вот ебут горбатых, - победно прохрипел он. Его шатало как пьяного. Видимо, здорово сказывалась кровопотеря. Правый рукав его куртки пропитался красным. Пистолет выпал из ослабевшей руки, ударившись об пол. Гоблин упал на одно колено, скрывшись за столешницей. А в следующую секунду, из –за кресла, наплевав на всяческую осторожность, вылез Вульф.

- Сейчас я тебе покажу, кто из нас горбатый, - зло начал он, целя в стол, за которым сидел Гоблин. Но я не дал ему договорить, выстрелив в пошатывающийся силуэт.

Вульф покачнулся и рухнул на пол, выронив пистолет.

- Эй, Гоблин, - закашлявшись, просипел я. – Пора сьебывать. Через пятнадцать минут здесь будет полно копов.

- Так хули мы сидим? – раздалось из –за стола.

Гоблин встал и, пошатываясь как пьяный, направился к двери.

Я подхватил с пола заляпанные кровью сумки, и, прихрамывая, направился следом. Но едва я сделал пару шагов, как слабый хрип заставил меня замереть и развернуться. Кто – то в этой комнате еще оставался в живых.

На залитом кровью полу слабо шевелился Паук. Я поставил сумки и, стараясь не опираться на простреленную ногу, заковылял к нему, на ходу доставая из-за пояса пистолет.

Паук лежал на боку, свернувшись в комочек будто маленький ребенок, и тихо скулил. Носком кроссовка я толкнул его в плечо. Паук повернулся, со страхом глядя на наведенное ему в лицо дуло пистолета:

- Н-н-н-не… убивай… - умоляюще прохрипел он.

В его голосе было столько жалости, что я на секунду заколебался, глядя на лежавшего передо мной бандита.

Дела его были очень хуевыми. Шальная пуля пробила ему правый бок. Из раны, толчками, вытекала темная кровь. А бледное, обескровленное лицо, исказила гримаса боли.

- Тебе так и так пиздец, Паук, - устало ответил я, убирая пистолет за пояс. – Деньги я, пожалуй, заберу. Тебе они больше без надобности. Не волнуйся, скоро здесь будут копы. Так что, счастливо оставаться.

Сказав это, я подхватил сумки и заковылял к выходу, оставляя за собой кровавую дорожку.

Видимо, Филин тоже слышал выстрелы. Едва мы вышли на стылый холодный осенний воздух, как Филин подхватил теряющего силы Гоблина и потащил к машине. Гнилую, перекошенную, наполовину врытую в землю калитку он попросту проигнорировал, пинком снеся с петель гнилые доски.

- Ты чертовски вовремя, братан, - просипел Гоблин, обессилено падая на заднее сиденье машины.

- Знаю, - пробасил в ответ Филин.

- Открой багажник, - слабеющим голосом попросил я.

Холодный ветер словно отрезвил меня. Слабость и головокружение пропали, и я снова начал чуточку соображать.

Филин торопливо открыл багажник, и я забросил туда сумки.

- Дело сделано, - прохрипел я, ковыляя к пассажирской дверце. – Поехали нахуй отсюда. Скоро здесь будет полно мусоров.

«Надо бы сделать перевязку» - запоздало подумал я, плюхнувшись на пассажирское сиденье.

Но обманчивое облегчение, вызванное впрыском в кровь лошадиной доли адреналина, уже прошло. И я обессилено обмяк на сиденье, не в силах пошевелиться.

Филин уже летел по ухабистой дороге, собирая все кочки. Он торопился домой, пока два едва живых тела в его машине совсем не остыли.

Голова закружилась, а слабость в теле была такая, что я не мог пошевелить даже пальцем. Я был в полуобморочном состоянии. И последняя мысль, что мелькнула в моей голове, перед тем, как я провалился в спасительное забытье, было то, что Система так и не зачла задание на банду…

Глава 21 Вердикт

Знайте, что у меня есть друг, а у этого друга знакомый по работе живет за городом, у своего деда. Дед работает на пилораме вместе с одним местным пацаном, у которого сменщик живет в соседней деревне. А проживает сменщик в доме мужика, тесно знакомого с человеком, у которого есть сама Синяя Книга

Djonny. "Сказки Темного Леса".

Куда… мы… приехали? – с трудом ворочая языком, прохрипел я.

Веки были тяжелыми, будто налитыми свинцом. И мне стоило больших усилий держать глаза открытыми, чтобы осмотреться.

Машина Филина стояла перед частным домом. И я не имел ни малейшего понятия, где мы находимся и в городе ли мы вообще.

- Позвони Насте, - обернувшись ко мне, пробасил Филин. – Пусть будет готова. Я привезу ее сюда.

- Почему… мы … не дома?

- Белым днем во дворе спального района отирается дохуя народа. Это один из схронов Токарева. Здесь отсидимся, пока вы не придете в норму.

Я лишь кивнул, доставая из кармана мобильник.

- Настя. Нам помощь нужна, - прохрипел я в трубку. – Филин сейчас за тобй заедет.

- Что? Что случилось? – раздался из динамика встревоженный голос.

- Пока все нормально, - попытался успокоить ее я.

- Ты цел?

- Относительно, - усмехнулся я. – Филин все расскажет. Он скоро приедет.

Словно пьяные, мы выгрузились из машины, и, шатаясь и кровоточа, направились к новому пристанищу. Филин торопливо отпер дверь, быстро заводя нас внутрь.

- Смотрите не подохните, - сказал он на прощание, и почти бегом бросился к машине. Взревел двигатель – и машина сорвалась с места, рванув к нашей квартире.

В доме царила темнота. Свет не пробивался внутрь сквозь плотно закрытые ставни.

- Нора на такой вот случай, - пояснил Гоблин. – Пересидеть пару дней вполне сойдет. Народу в округе почти нет.

Дом был совсем маленьким. Прихожая, небольшая комната, да кухня – вот и все апартаменты. Темнота скрадывала предметы, оставив лишь очертания. Но и без яркого освещения можно было рассмотреть аскетичность нового убежища. Две кровати, стул, стол, да старая газовая плита на кухне – и больше нихуя.

- Скромная обстановка, - осмотрев домик, заметил я.

- Да поебать.

Гоблин сел на одну из скрипучих панцирных кроватей и открыл прихваченную из машины аптечку:

- Лучше расскажи мне, что за хуйня произошла, когда мы гостили у Паука?

- Как оказалось, без навыков, я очень плохой стрелок.

- Плохой? – глядя на меня, усмехнулся Гоблин, наскоро перематывая рану на плече бинтом. – Плохой – это мягко сказано. Без своих этих навыков, интерфейса и системы, ты – днище ебаное. Без обид, братан. Лови.

Он бросил мне аптечку.

- Да какие тут обиды, - миролюбиво ответил я. – Как будто, я сам этого не понимаю.

- С этим все понятно, - отмахнулся Гоблин. – Я не питал особых иллюзий на твой счет еще когда мы ехали к Пауку. Что это был за хуй?

- Вульф. И он тоже игрок. Класс – разбойник.

- Ух ты ебать! Мощный тип, скажу я тебе.

- Нам здорово повезло, что он не воспринял нас всерьез. Иначе лежать нам на полу в том доме. Блять!

Я зашипел, отдирая присохшую повязку. Кровь практически остановилась. Сказалось то, что перед тем, как я отключился в машине – я успел наскоро перемотать раны, подняв таким образом навык первой помощи. Наверное, это и спасло мою шкуру.

«Выполнено»

Дополнительные задания:

Допросите Паука (выполнено)

Устройте засаду (выполнено)

Успейте покинуть дом до того, как прибудет полиция (выполнено)

Заберите у разбойников все деньги (выполнено)

Навык «первая помощь» улучшен.

Навык « первая помощь» улучшен.

Навык «холодное оружие» улучшен".

Снаружи заревел мотор подъезжающей машины. И я мигом напрягся, потянувшись за пистолетом.

- Филин, - коротко ответил Гоблин, заметив мою настороженность.

- Кстати, что это за место?

- Один из схронов Токарева, не бери в ум. У босса таких схронов по городу – как конь наеб. Мало ли, зачем может пригодиться тихое местечко подальше от людских глаз? Не ссы. Проторчим здесь до ночи – и двинем домой, в тепло да уют.

Входная дверь резко распахнулась. Первой в дом влетела Настя. И, судя по ее бледному, перепуганному лицу, мои слова про «не беспокоиться», не возымели должного эффекта. А вот вторым…. Точнее второй, в дом вошла Вика. Заметив ее, Гоблин, встал с кровати:

- Блондинка, - прохрипел он. – Скучала по мне?

Выглядел Гоблин крайне паршиво. Бледный как призрак, шатающийся как зомби, весь в крови. Иногда, мне казалось, что за его спиной уже парят две девы – валькирии, которые уже готовы утащить брата в Чертоги Одина.

- Нихуя подобного, - ответила Вика. – Просто решила, что сегодня мне найдется работа.

Гоблин криво усмехнулся:

- Не переживай, пока еще я не по твоей части. Вскрывать меня пока рано. Хотя хуй знает, как пойдет. Но есть и хорошая новость: теперь мы чертовски богаты.

С этими словами, Гоблин сделал шаг вперед, и начал заваливаться на пол, но был подхвачен Филином, который подхватил раненого и уложил на кровать.

- Где свет? – рявкнула Настя, ставя на стол чемоданчик. – Тут нихера не видно!

Филин послушно повернул свисающую с потолка лампочку. И яркий свет, ослепив, ударил мне в глаза. Лампочка показалась мне настолько яркой, что я зажмурился.

– Вика. Займешься татуированным?

Блондинка кивнула, подходя к кровати, на которой лежал Гоблин.

- Не вздумай подохнуть! – заявила она.

Гоблин закашлялся:

- Не дождешься.

- Филин, полей мне на руки! – крикнула Настя.

Филин достал из сумки бутылку водки, но Настя выхватила ее у него из рук и сделала несколько глотков.

Вот теперь лей! – приказала она.

Филин щедро плеснул на подставленные Настей ладони.

- Теперь инструменты!

Действовала она с куда большей решительностью, чем в тот раз, когда врачевала Гоблина на старой квартире. Руки практически не тряслись, а в голос звучал уверенно.

- Неплохая практика, - просипел я. – Да, док?

Голова кружилась. Меня сильно клонило в сон. То и дело, я клевал носом, проваливаясь в забытье.

- В подобных антисанитарных условиях? – ответила за Настю ЛВика. – Да уж. Охуеть, какая хорошая практика. Снимай куртку!

Последнее адресовалось Гоблину. И, к моему сильному удивлению, Гоблин не стал отпускать едких подколок. Просто послушно принялся стаскивать с себя штормовку.

- Везучий ублюдок, - голос Вики доносился до меня словно издалека. – Ребра зацепило по касательной. Только шкуру подпортило. А вот рука… Да не дергайся ты!

- Если бы ты дала обезбола – может и не дергался бы, - ответил Гоблин. – Ай, блядь!

- А вот вторая в плече, - не обращая никакого внимания на крики Гоблина, отметила Вика. – Придется портить татуировку. Что она, кстати, означает.

- Ты серьезно хочешь знать, что означает татуировка? – переспросил Гоблин.

- Хочу, - подтвердила Вика.

- Ничто не истинно, все дозволено. Уф-ф-ф-ф-ф…

Видимо, пока блондинка отвлекала внимание Гоблина пустой болтовней, скальпель в ее руке сделал аккуратный надрез.

- Все, не шипи. Потерпи ты чуточку! Бабы муки при родах выдерживают, а ты тут воешь как потерпевший. А боль при родах – самая сильная какую можно представить.

- Самая сильная? – хмыкнул Гоблин. – Жаль, что ты не можешь ощутить боль от удара ботинком по яйцам. Сука-а-а-а-а!

Голоса становились все менее разборчивыми. Веки налились свинцом, и даже приложи я все силы, что остались, я не смог бы открыть глаза. Я постепенно проваливался в сон…

Меня привела в чувство резкая боль.

- Ай, Блять!!! – завопил я. Больно!

Я попытался было дернуться, но меня крепко прижали чьи – то руки. Филин решил помочь медсестре.

- Терпи! – строго ответила Настя, - Ага, нащупала.

Она вытащила палец из раны и полила надрез водкой. И у меня едва глаза на лоб от боли не вылезли.

- Ты… лазила в рану пальцем? – ошарашено спросил я.

– А как я, по-твоему, должна была нащупать пулю? – вопросом на вопрос ответила Настя. - И не дергайся ты так!

Настя достала зажим, раздвинула края раны и полезла внутрь пинцетом.

- Да не смотри ты, блять! - шикнул она, заметив, что я со страхом наблюдаю за тем, как пинцет приближается к ране. – Отвернись.

Я сглотнул вставший в горле ком и поспешно отвернулся.

А потом в рану словно погрузили раскаленное железо. Немилосердно обожгло, и я взвыл. Ощущения были такими, будто кто – то водил крупной наждачкой по оголенному нерву. Глаза застлала пелена. На лбу выступил холодный пот. Сознание помутилось. Я перестал соображать и задергался. Но Филин держал крепко – не вырвешься.

- Да не брыкайся ты! Я ее еле достала. Боги, даже твой друг – извращенец был спокойнее…

На железное блюдце упал окровавленный комочек свинца.

- У моего друга очень высокий болевой порог, - парировал я. - Когда он был подростком – то разбил себе об лоб полено. И пусть это сказалось на его умственных способностях … Кстати, сейчас подозрительно затих. Может, помер?

- Блондинка за ним присмотрит, так что за него не переживай. Осталось лишь зашить рану – и все.

- Не надо шить, - процедил сквозь зубы я.

- У него просто шок, вот и несет хуйню, - сказала Вика. – Не обращай внимания.

- Не надо шить, - повторил я. – И дай я сам себя перебинтую…

«Навык «Первая помощь улучшен». Вам доступен новый навык: приток эндорфинов (пассивный).

Описание навыка: порой боль заглушает эмоции, мешая трезво мыслить. В тот момент, когда боец вот-вот потеряет сознание от боли, резкий приток в кровь эндорфинов снизит болевые ощущения, оставив голову ясной».

- Да еб твою мать! – рявкнул я. – Как же вовремя. Простите. Это галлюцинации.

Последняя фраза была адресована всем присутствующим в комнате. Они словно восковые куклы замерли, уставившись на меня с удивлением и страхом.

Впрочем, уровня мне не дали. Так что голосил я зря.

А потом спасительное забытье все – таки пришло, утаскивая меня в чернильно – темный омут.

***

- Да пошел ты нахуй!

Гоблин в ярости бросил джойстик на кровать.

В ответ я растянул губы в ухмылке:

- Ну что ты такой грустный? - продекламировал я, подражая Нолановскому Джокеру. - Может быть, ты хочешь узнать, откуда у меня такой скилл? Мой папаша был геймер. Игрок…

- Тебе просто подфартило, - буркнул Гоблин, подбирая джойстик и нажимая кнопку «реванш».

- Мне фартит последние пять матчей, - парировал я, быстро нажимая кнопки на джойстике. Повинуясь моим командам, киборг пробил микс – ап из нескольких серий, снося бойцу Гоблина 75% хит пойнтов. – Хоро-о-о-ош.

Из дома – убежища нам пришлось бежать первой же ночью. Из-за отсутствия отопления, мы промерзли до костей. Плюс ко всему, дом не был рассчитан на такое количество гостей. Одеял, которые там были, на всех не хватило. А Настя и Вика собирались в спешке и абсолютно не подумали о теплых вещах. Перед тем, как слинять, Филин и Настя щедро залили все хлоркой, уничтожая улики. Так что последние три недели мы только и делали, что торчали на съемной квартире, с утра до ночи играя в МК. За это время я успел более – менее сносно освоить почти всех персонажей, и теперь заставлял Гоблина страдать.

- Пока ты тут раздаешь направо и налево пиздюли в какой – то видеоигре, нотариус, скорее всего, уже съебал из города, - хмуро напомнил мне Гоблин. – Это фиаско, братан.

В ответ, я хитро подмигнул Гоблину:

- Сейчас и узнаем, сьебал он или нет.

«Вы желаете поставить метку на цель»?

Да! Да! Желаю!

На карте города загорелся маркер цели. И от эйфории, которую я испытал при виде красной точки, я едва не кончил. Во всяком случае, на минуту у меня потемнело в глазах от оттока крови от головы. К хорошему быстро привыкаешь. И теперь я даже представить себе не мог, как раньше я мог обходиться без такой удобной штуки как метка. Теперь же, когда мне вернули мои «глаза», я был абсолютно счастлив.

- Время твоего штрафа вышло? – с надеждой спросил Гоблин.

- Ага, - довольно ответил я. – Нотариус никуда не делся. Сидит в офисе на Минина.

- Вот и прекрасно. Значит, сегодня и развеемся.

- Ты – то куда собрался? – неподдельно удивился я. – Тебе прописан постельный режим.

- Я уже заебался сидеть дома! – мигом вспылил товарищ.

- Ну, тогда выйди и погуляй во дворе, - пожал плечами я. – Так или иначе, к нотариусу поедем я и Филин. И уж точно бы не будем беседовать с ним в офисе бизнес – центра, окна которого выходят на Кремль. Сперва узнаем, где он живет. А потом нанесем ему визит. Филин.

Сидевший на кровати водитель кивнул, забирая у Гоблина джойстик.

Остаток дня мы провели за игрой в мк. Время от времени, я сверялся с маркером, но цель не покидала своего офиса. Только когда солнце зашло, и короткий осенний вечер перешел в ночь, цель пришла в движение.

- Клиент готов к встрече, - я отложил джойстик. И мы с Филином споро засобирались в дорогу.

За то время, что мы безвылазно торчали в квартире, наступил октябрь. Осень полностью вступила в законные права. По вечерам уже начинало подмораживать, а лужицы у подьезда затянуло тонкой пленкой льда, а при дыхании изо рта вылетали клубы пара. И выйдя из подъезда, я поежился и застегнул куртку, и захромал к машине.

Рана уже затянулась, но легкая хромота все еще осталась. Настя говорила, что она пройдет, да вот только я не особо в это верил. Скорее всего, пуля навсегда подправила мою походку, а Настя просто боялась мне это сказать. И хвала богам, что хромота была легкой, и мне не приходилось пользоваться тростью.

- Наш друг Вася едет по Ленина в сторону Дружбы, - сверившись с навигатором, сказал я Филину.

- Поехали, - односложно ответил тот, заводя машину.

От нашей съемной квартиры до Энтузиастов было рукой подать. Филин гнал, выжимая из машины все, на что та была способна. И уже на перекрестке Ленина и Дружбы, у станции метро «Заречная», искомая машина, за рулем которой сидела наша цель, была пропалена.

«Цель опознана».

- Вон тот черный «Ниссан», - указал я на нужную тачку. – Давай за ним.

Филин ехал как надо. То теряясь в потоке машин, то выезжая на приличном отдалении от цели, он ловко провел нотариуса до нашего дома, въезжая в нужный двор. И я был уверен: даже если Вася был последний параноиком в городе, сейчас он даже не подозревал, что его ведут.

- Пойдешь со мной, - спросил я, когда Филин припарковал машину.

Водитель на секунду задумался, потом коротко кивнул.

- Тогда давай быстрее.

Цель уже покинула машину, направляясь к подъезду. Невысокая коренастая фигура в ночном полумраке, подсвечиваемая системой. Мы неторопливо двинулись следом за ним.

Во дворе не было ни души. И это играло нам на руку. Меньше любопытных глаз, что смогут опознать двоих неизвестных и описать их наряду полицейского патруля. Или группе СКР. Тут уже как пойдет. Но даже несмотря на темноту и полное отсутствие во дворе людей, я как можно сильнее натянул на глаза капюшон.

- Подождите, - Крикнул я вслед Василию, который уже открыл дверь в подьезд. – Не закрывайте.

Василий обернулся:

- Конечно, конечно, - с улыбкой пробормотал он, придерживая дверь подъезда.

Передо мной стоял добродушный мужчина средних лет в темно – синем пальто, с кожаным портфелем в руке. В глазах нотариуса не было и тени злобинки. Он абсолютно не был похож на человека, который активно помог извести хуевы тучи народа.

- Спасибо, - опустив голову, пробормотал я, проходя в подъезд следом за нотариусом в лифт. Двери начали закрываться, и Филин едва успел заскочить следом за нами в кабину.

- Вам какой этаж? – все с той же милой улыбкой поинтересовался Василий.

- Шестой, - хрипло ответил я.

Нотариус нажал несколько кнопок, и лифт поехал вверх. Пора.

Я резко шагнул вперед, срывая дистанцию:

- Василий Королев? Мне нужно задать вам несколько вопросов.

Уголки губ нотариуса предательски дрогнули, едва он услышал свое имя от незнакомого ему человека.

- Я вас знаю? – уточнил он, внимательно глядя на нас через стекла очков в золоченой оправе.

Я покачал головой:

- Вас нам посоветовала ваша знакомая. Ирина Владимировна. Директор агентства «Городская недвижимость».

- Я… не знаю такой, - заикаясь пробормотал нотариус.

Он нагло врал. Это было видно невооруженным взглядом. Губы Василия задрожали. Глазки предательски забегали. Я слабенько ткнул нотариуса кулаком в бок, целя в печень. Василий согнулся, пополам, схватившись рукой за место удара. Портфель упал на пол.

- Соврешь еще раз – и встретишься со своей подругой Ирой лично, - пообещал я. – Понял?

Василий кивнул.

- Вот и отлично. Разговор у нас предстоит долгий. Может, пустишь нас в гости? Попьем чаю, поболтаем. А потом мы уйдем домой. А ты, если будешь с нами откровенен, ляжешь спать живым и здоровым. Ну, а если ты и дальше будешь юлить и пытаться нас обмануть…

Я не договорил, но, судя по всему, нотариус все понял.

- Разумеется, - пробормотал он, вставая с пола. – Идемте, попьем чай.

И в этот момент, решив, что я запугал нашего друга до чертиков, расслабился. И это было роковой ошибкой. Потому что Василию все – таки удалось меня наебать. Быстрее молнии бросился к панели и нажал кнопку вызова диспетчера. Филин опоздал на долю секунды, отвесив Василию хорошую пиздюлину. До того, как звякнул блядский колокольчик.

- Диспетчер – раздался из динамиков голос диспетчера. Судя по всему, женщины пенсионного возраста. Что у вас произошло?

Василий ойкнул, и Филин мгновенно зажал ему рот ладонью. Нотариус замычал, но что он хотел сказать, было не разобрать даже мне.

- Аккуратнее, милый, - протянул я, постаравшись сделать голос как можно более женоподобным. – Просите, что побеспокоили вас. Он такой неловкий.

- Ебаные пидорасы! – в бабку словно бес вселился, едва она заслышала пидорковатый голосок. – Катаются в лифтах и ябутся в жопы. Выметайтесь, или я полицию вызову.

И в этот момент, лифт, наконец, приехал на нужный Василию этаж. Двери открылись, и Филин выбросил Василия на лестничную клетку:

- Простите еще раз, - попрощался я с диспетчером, выскакивая на площадку следом за ними.

- А ну уебывайте нахуй! Вас бы....

Но двери лифта уже закрылись, и дальнейшего монолога о том, что, по мнению бабули, нужно делать с гомосексуалистами, я уже не разобрал.

- Какая квартира? – прошипел я нотариусу в самое ухо. – Веди, показывай свои хоромы.

Трясущимися руками, Василий достал из кармана связку ключей. Ключ никак не мог попасть в замочную скважину, и вскоре, вокруг образовалась сетка глубоких царапин.

- Да живее ты,- прошипел я, поторапливая Васю.

Наконец, нотариус справился с задачей. Ключ сделал два оборота и Василий потянул дверь на себя. Я тут же толкнул его внутрь, проходя следом в полутемную прихожую. Филин, который зашел последним, тут же закрыл дверь на щеколду.

- Не зажигай свет! – прорычал я, заметив, как трясущаяся рука Василия тянется к выключателю. - Пообщаемся в темноте. Ответишь на вопросы честно и максимально подробно – и останешься в живых. Так что садись поудобнее.

От сильного толчка в грудь, Василий плюхнулся в мягкое кресло. Кожаная обивка заскрипела, едва нотариус в него уселся.

- Итак, - начал я, вытаскивая для демонстрации серьезности своих намерений из-за пояса пистолет и передергивая затвор. – Не так давно мы пообщались с Ириной. С которой у вас было общее дело.

При упоминании имени директора риэлторского агентства, Василия начала бить крупная дождь. Он сглотнул вставший в горле ком и кивнул.

- Так вот, - продолжил я. – Ирина сказала, что вы работали на Синдикат. То бишь, с Серовым и Прохоровым. Больше имен Ирина назвать не смогла. Так вот: мне очень интересно, кто еще входит в этот закрытый клуб?

Н –н-н-не знаю, - севшим голосом проблеял Василий, затравленно глядя на меня.

Я задумчиво потер подбородок:

- Сдается мне, ты пиздишь, - протянул я, наводя пистолет на колено Василия. – Спрошу еще раз.

Стрелять мне не хотелось. Не от того, что я не хотел ранить человека, вовсе нет. Система блокировала эмоции по отношению к преступникам. А вот шум, который произведет выстрел, вполне мог внести нежелательные коррективы в план. И тогда задание с допросом может закончится крайне хуево.

- Итак. Кого из Синдиката ты знаешь? – сухо спросил я.

- На Синдикат многие работают, - быстро затараторил допрашиваемый нотариус. – Крамцов…

«Ага. Паук все – таки знал, кто входил в Синдикат. Но эта старая сука меня обманула. Какое же хитрое животное».

- Мне нужна самая крупная рыба, - перебил я нотариуса. – Типа Серова или Прохорова.

- Таких не знаю.

- Опять пиздишь. Ну что ты за человек – то такой?

- Я не знаю наверняка, - мигом поправился нотариус. - Но есть подозрение, что Синдикату помогает Сергей Морозов!

- Морозов? – с удивлением переспросил я. – Городской прокурор?

Василий кивнул головой:

- С чего ты взял?

- Прохоров – не последний человек в городе. Но есть люди и повыше. Иначе, Витя не смог бы так долго проворачивать все свои дела. Или Морозов, или федеральный судья.

«Задание «нотариус» обновлено. Вынесете приговор нотариусу Василию, замешанному в преступных делах Синдиката».

«У вас появилось двое новых подозреваемых: прокурор города Сергей Морозов, и федеральный судья Олег Смирнов. Выясните, кто из них входит в банду Синдикат».

- Эй! Что с тобой? – истошно завизжал Василий.

Системные сообщения растворились. Витя сидел в кресле, с ужасом таращась на меня.

Я сел в кресло напротив трясущегося от страха нотариуса.

- Вынести приговор, - пробормотал я.

Нотариус помогал с регистрацией квартир черных риэлторов. С другой стороны, жилплощадь принадлежала пьяницам, наркоманам и прочей околокриминальной поебени. Агрессивным, склонным к насилию маргиналам. И от их отсутствия, район лишь выиграл.

- Вы убивали только наркоманов? – уточнил я, взглянув на нотариуса.

Тот кивнул головой:

- Я никого не убивал! Лишь помогал с регистрацией жилья на тех, на кого указывали. Спорить с такими людьми – самоубийство.

- Ты мог уйти с должности, - парировал я. – Жены и детей у тебя нет. Надавить на тебя невозможно. Просто перебрался бы в другой город и начал бы все сначала.

Нотариус замолчал.

- Значит, я прав. Уехать ты мог. Просто не захотел, - задумчиво протянул я. – Польстился на деньги, которые обещал Синдикат?

- Они все равно бы меня нашли, - устало ответил Василий. – Нашли и убили бы, если бы я хоть подумал бежать. Они решили бы, что я хочу всех сдать.

- Сдать Синдикат? – усмехнулся я. – Кому?

- Синдикат не всесилен. За границей области полномочия банды заканчиваются. И узнай федеральные маршалы другого региона о том, что творится здесь – началось бы большое расследование. Полетели бы головы. И половина города бы села. А Прохоров и другие в тюрьму, само собой, попадать не желают. Так что наемники Синдиката нашли бы меня где угодно. Решив помочь им один раз – обратной дороги уже нет.

- Ты бы попал под программу защиты свидетелей, - возразил я.

- Защита свидетелей? – усмехнулся нотариус. – Помнишь историю десятилетней давности? Когда свидетель по делу о преступлениях Синдиката, просто не дошел до здания суда? Он тоже попал в программу. Но тела так до сих пор и не нашли.

Я рассеянно слушал речь Королева. И понимал: он прав. Страх – лучше всего мотивирует держать рот на замке. А деньги выступали приятным бонусом. Метод кнута и пряника в действии. Слушаешься хозяина - получаешь вкусную косточку. Пытаешься выказать неповиновение - и получаешь отрезвляющих пиздюлей. Или тебя просто отправляют в расход, а на твое место ставят более послушного да сговорчивого.

- Что же мне с тобой делать? – задумчиво пробормотал я. – Ты что скажешь? – обернулся я к Филину. Но водитель, сидевший в кресле все время допроса, лишь безразлично пожал плечами: мол, твое задание, вот сам и решай. А мне глубоко до пизды, что с ним будет.

Решение пришло спонтанно.

- Собирайся!

Я поднялся на ноги. Нотариус продолжал сидеть в кресле, непонимающе таращась на меня.

- Я сказал: собирайся! – жестко произнес я, наводя на Королева пистолет.

Нотариус послушно встал с дивана. Он все еще был напуган. Но очевидно, допрос сломал его. Понимая, что он оказался между двух зол. И в данном случае, сидевший в его квартире бандит, угрожающий ему пистолетом, был куда большим злом, чем Синдикат.

- Идем, - я подтолкнул его к двери.

Филин тоже встал с кресла и вопросительно посмотрел на меня: куда дальше?

- Знаешь заброшенные склады на Лейтенанта Шмидта? – спросил я. – Рядом с Силикатным?

Филин кивнул и направился к двери.

Заслышав адрес, нотариус взвыл:

- Не надо! Прошу вас, не надо!

- Топай давай, блядь, -скомандовал я.

Нотариус всхлипнул, но послушно поплелся к выходу.

- И если нам встретится хоть одна живая душа, и ты попробуешь ляпнуть им про нас – я убью тебя, - пообещал я. – Богами клянусь!

Нотариус лишь кивнул головой, соглашаясь с данным условием.

Мы вышли из квартиры, прикрыв за собой дверь. И у лифта, нас ждал сюрприз. В виде господина лет сорока, который держал на поводке огромную лохматую овчарку.

- Привет, сосед! – радостно поприветствовал он Василия. – Куда собрался, на ночь глядя?

- Товарищи приехали. Обещал показать им один бар неподалеку, - ответил нотариус. И говорил он, надо сказать, очень уверенно.

Пискнул сигнал и двери лифта, приехавшего на этаж, распахнулись. Один за другим, мы прошли внутрь кабины. Двери закрылись, и кабина медленно поехала вниз.

- И откуда же вы приехали, если не секрет? – полюбопытствовал собачник.

- Из столицы болот и тюрем, - ответил я.

- Мордовия, значит, - кивнул головой сосед. – Хороший регион. Бывал там. Помню, случилась там история. Есть там одно место…

Собачник все говорил и говорил, но я уже не слушал его, погрузившись в свои мысли. Из раздумий меня вырвал звук открывающихся дверей. Приехали.

- … вот так, - закончил собачник.

- Прекрасная история, - пробормотал я, выходя на лестничную клетку следом за нотариусом.

Собачник с изумлением покосился на меня:

- Что же в ней забавного?

- В этой истории прекрасно все, - рассеянно ответил я. – Поехали, Вася. Покажешь нам город.

***

Ряды производственных ангаров, о которых я говорил Филину в квартире нотариуса, тянулись вдоль всей улицы Лейтенанта Шмидта аж до Комсомольского шоссе. Раньше тут был какой – то завод, рассеченный надвое железнодорожной колеей. Теперь эта колея незримой черной делила два мира: мир живых и мир мертвых. Часть завода слева от железной дороги была обладала хоть какими – то признаками жизни. Здесь были СТО, гаражи и производственные склады расположенных неподалеку и торгующих всякой хуетой. Часть справа, что у Силикатного озера, была заброшена. Ангары, лишившись хозяев, быстро пришли в запустение, ржавея и осыпаясь под гнетом времен. В навигаторе у этих строений даже адреса своего не было. Просто Ленинский район, и номер корпуса.

Ну а самое главное в нашей ситуации было в том, что ехать Филину пришлось совсем недалеко.

Машина переехала железнодорожное полотно, остановившись у первых же заросших бурьяном руин. Филин вышел из машины, задрав голову вверх и глядя на некогда огромный цех, от которого теперь остался лишь ржавый каркас, сваренный из толстых швеллеров, да бетонные лестничные марши, уводящие вверх.

Я навел пистолет на сидяжего рядом нотариуса.

- Выходи! – скомандовал я. – Топай к лестнице.

Королев послушно выполнил приказ. Вышел из машины и поплелся к выщербленным от времени бетонным ступеням.

- Наверх, - я ткнул пистолетом на кусок сохранившегося перекрытия на уровне четвертого этажа.

- Но…

- Топай, блядь! – зашипел я, пресекая в зародыше начинающиеся мольбы о помощи.

Наверху ветер ощущался куда сильнее. Порывистый и холодный. Пронизывающий до костей. Нотариус остановился у края перекрытия, спиной ко мне.

- Не поворачивайся, - предупредил его я.

- Не убивайте! Прошу – не убивайте! – словно чувствуя скорое приближение пиздеца, взмолился он. – Если вам нужны деньги – я дам. Сколько вам нужно.

- Посмотри вниз, - перебил его я.

На подгибающихся ногах, нотариус подошел прямо к краю, и осторожно посмотрел вниз, где вреди бурьяна высилась гора строительного мусора: битый кирпич, торчащие углы проржавевших железных листов, обломки плит с выпирающими из них ребрами арматуры.

- Завтра тебя найдут внизу. Нанизанного на эти прутья, что торчат из плит. И спишут все это на самоубийство. Жил один, все надоело, дела плохо пошли – мало ли чего может сидеть в голове человека, отчего тот может ебануться и покончить с собой?

- Не надо, - проблеял нотариус.

- Разное бывает. Сегодня человек абсолютно счастлив – а завтра его окоченевший труп с высунутым языком вытаскивают из петли, - впадая в раж, продолжал я, все больше себя распаляя. – Ты хочешь такой участи?

- Нет! – закричал нотариус. Его голос сорвался на низкий, почти женский визг. – Не надо! Прошу!

Он попятился от края, но был остановлен моим грозным окриком:

- Стой на месте!

- Не убивайте, прошу вас. Не надо!

Он всхлипывал, бормотал что – то еще, видимо умоляя его пощадить. Но сквозь всхлипывания я не смог разобрать, что именно.

- А теперь молись, если умеешь! - рявкнул я, поднимая пистолет. И в вечерней тишине раздалось два сухих выстрела.

Нотариус вздрогнул и едва не сорвался с края перекрытия. И я запоздало подумал, что чуточку перестарался с запугиванием, едва не угробив Васю.

- Повернись!

Трясясь как осиновый лист, нотариус медленно развернулся. По его штанам медленно расплывалось темное пятно, а лицо было мокрым от слез. Впрочем, я бы не стал его в этом винить. Хер его знает, как бы повел себя я, будучи на волосок от гибели.

«М-да. Я с запугиванием я определенно перестарался. Неудобно вышло».

- Сейчас мы уйдем. Ты посидишь на краю, любуясь видами окрестностей, досчитаешь до ста, и пойдешь домой. Соберешь вещи – и сьебешься из города, - произнес я, убирая пистолет. – А найдут тебя наемники Синдиката, или ты сумеешь хорошо спрятаться – это уже малоебущий меня факт. Но если ты останешься в городе. Если я хоть раз о тебе услышу…

Я не договорил, но нотариус все понял и без объяснений:

- Хорошо, хорошо, - торопливо затараторил он. Видимо, нотариус все еще не до конца осознал, что я оставил его в живых. – Я уеду. Сегодня же.

- И не дай Боги тебе проболтаться Прохорову о том, что мы сегодня у тебя гостили и интересовались Синдикатом. - вкрадчиво начал я. – Помочь они тебе не смогут. А вот я, узнав что ты нарушил наш уговор, разозлюсь. Очень. И тогда одними мокрыми штанами ты не отделаешься. Все ясно?

Нотариус торопливо закивал головой.

- Идем, - бросил я Филину, и направился к лестнице, оставив Королева думать над своим поведением на промозглом, прочищающем мозги холодном ветру.

«Выполнено»

Система выдала сообщение о выполненном задании, когда мы с Филином уже погрузились в машину.

«Навык «Допрос» улучшен»

«Навык «Аналитика» улучшен»

«Навык «Огнестрельное оружие» улучшен»

Навык «Запугивание» улучшен»

Вы выполнили скрытое подзадание: «Перевоспитание». Порой, индивидуальная работа с правонарушителем, дает куда лучшие результаты, чем работа пенитенциарной системы страны. Вы провели беседу с правонарушителем и заставили его отказаться от преступной деятельности, тем самым наставив его на правильный путь.

Навык «Аналитика» улучшен;

Навык «Аналитика» улучшен;

Навык «Стрельба» улучшен

Навык «Запугивание» улучшен

Навык «Убеждение» улучшен

Разблокирован скрытый навык «детектор лжи». Теперь, при допросе правонарушителя, вы можете с 99% уверенностью знать, что он лжет.

Вы получили новый уровень. Вам доступно одно нераспределенное очко умений.»

От тыж… столько бонусов за одно задание. Плюс левел. Один талант – и туча способностей, куда его можно пристроить. Хотяяя… тут даже думать нечего.

Памятуя об эмоциях при извлечении пули без анестезии, я даже сомневаться не стал, вкинув талант в «всплеск эндорфинов».

- Ну вот! – удовлетворенно сказал я. – Жить стало проще, жить стало интереснее.

- Приехали, - оборвал мою философию Филин.

Его голос вырвал меня из размышлений. Филин уже припарковался во дворе нашего дома, глядя на меня и с нетерпением барабаня пальцами по рулю.

– Я очень надеюсь, дома есть что – нибудь пожрать, - пробормотал я, выходя из машины.

***

- Ой, да иди ты нахуй!

Крик Вики был первым, что я услышал, едва вошел в квартиру.

- На хуй твоя жопа хороша, - невозмутимо парировал Гоблин.

- Ах ты…

Гоблин зло хохотнул и выскочил с кухни, быстро направляясь к своей комнате.

- О, братья! Вернулись? С приездом, - мимоходом обронил он, проскочив прихожую. Ему стоило поторапливаться: следом за ним бежала разъяренная фурия, жаждущая расправиться с быстрым на язык товарищем.

- Потом расскажете, как съездили, - обернувшись, крикнул он и заскочил в комнату, закрыв за собой дверь.

Вика опоздала буквально на долю секунды. Она подбежала к двери, когда замок уже закрылся. Вика подергала ручку, но безрезультатно.

- А ну открывай, циничное животное! – крикнула она, ударив ладонью по двери. – Открывай, говорю!

Ответом ей был лишь злобный смех:

- Сейчас ты неадекватна. Продолжим беседу, когда успокоишься.

Чьи – то руки обняли меня. Увлеченный перепалкой Гоблина и Вики я даже не заметил, как ко мне подкралась Настя:

- Наконец – то, - пробормотала она, прижимаясь ко мне. – Я волновалась. И очень соскучилась.

- Привет, детка. Они тебе еще не надоели?

Я кивнул головой на дверь, в которую в бессильной злобе колотила Вика:

- Рано или поздно, тебе придется выйти из своей берлоги. И как только ты откроешь дверь – за ней тебя буду ждать я.

- Здесь есть охуительных размеров плазма и приставка, - раздалось из-за двери. – Так что ты можешь ждать меня вечно.

Я с опаской протиснулся мимо разьяренной фурии, проходя в комнату. Включил ноутбук.

- Может оставишь его на минутку? – раздался игривый голос. – Я очень соскучилась.

Я оторвал голову от экрана. В дверях стояла Настя. В майке, подчеркивающей все ее достоинства, и коротеньких щортах. И от этого вида у меня помутилось в голове от оттока крови.

Настя закрыла за собой дверь, и покачивая бедрами, продефилировала к кровати, забирая ноутбук и толкая меня на матрас.

- У меня осталось еще одно небольшое дело, зайка, - слабо запротестовал я, но Настя не дала мне договорить, сев на меня верхом. И склонилась к моему лицу.

- Это небольшое дело ведь может чуточку подождать? – прошептала она мне в самое ухо.

И этот шепот окончательно сломил мою тягу к сопротивлению….

***

- О чем задумался? – спросила меня Настя, когда мы уже обессиленные, но жутко довольные, лежали в кровати.

- Нотариус загадал нам загадку, - ответил я. – Он дал наводку на еще одного члена Синдиката. Но кто точно он не сказал. Может быть, судья. А может и городской прокурор.

- Хм, - задумалась Настя. – Кстати, а нотариус теперь…

- Все с ним нормально, - успокоил ее я. – Будет, если послушает моих советов.

«Помнишь историю десятилетней давности? Когда свидетель по делу о преступлениях Синдиката, просто не дошел до здания суда? Он тоже попал в программу. Но тела так до сих пор и не нашли».

Эти слова всплыли у меня в голове, и меня словно ледяной водой окатило. Я схватил со столика ноутбук, открывая браузер.

- Ты чего? – удивленно спросила меня Настя.

- Старое дело, - сбивчиво принялся объяснять я. – Когда свидетель по делу Синдиката, попавший под программу защиты свидетелей, пропал, так и не дойдя до здания суда.

- И ты решил найти в интернете, куда он делся? Зай, слухи про то, что поисковая машина может найти все, сильно преувеличены.

- Все куда проще, - пробормотал я, лихорадочно открывая вкладки в поисковике. – Если человек попал под программу защиты свидетелей, его имя убирают из дела. Человек становится безымянным. Просто свидетель номер один по делу номер…

- Та-а-а-а-к, - непонимающе протянула Настя. – И? Имя свидетеля мог знать Прохоров.

- Не мог, - покачал головой я. – Свидетеля охраняют федеральные маршалы, которые прибывают из другого региона. Это сделано как раз для того, чтобы коррумпированные копы региона не могли продать информацию банде, против которой этот свидетель будет выступать.

- А кто же тогда знает имя?

- Федеральные маршалы, которых поставили на защиту, судья и городской прокурор.

Искомая вкладка загрузилась. Информации о судье было крайне мало. Родился, с отличием окончил академию МВД и пошел работать в полицию. Пять лет назад, получил должность федерального судьи, после того как Чернышов подал в отставку. Оно и неудивительно. К концу работы, старик окончательно оглох и впал в маразм. Поэтому, его с почестями проводили на пенсию. Теперь старый мухомор сидит на даче, и выращивает овощи, попутно привыкая к земле. Но это уже не столь важно. Если старик не в Синдикате, значит…

«Выполнено».

Одно из дел с именем федерального судьи растворилось. На папку с делом Сергея Морозова, Система поставила уже знакомый мне штамп «приговорен»

«Вина подозреваемого Сергея Морозова полностью доказана. Вы получили новое задание: «Оборотень». Найдите и убейте городского прокурора Сергея Морозова за его причастность к банде Синдиката».

- Есть! – крикнул я.

- Ты чего так кричишь? – сонно спросила Настя. – Что есть – то?

- Ничего. Прости, детка. Спи.

Настя поерзала, устраиваясь поудобнее, и, обняв меня, снова засопела.

Я осторожно убрал ее руку и выбравшись из кровати, принялся торопливо одеваться. Мне не терпелось поделиться новой информацией с товарищами.

- Давай так! – раздался из-за закрытой двери приглушенный голос Вики. – На просто так играть неинтересно.

Я ошалело остановился у двери. Вика в комнате Гоблина? И, судя по ее спокойному голосу, она не горит желанием разорвать его на куски.

- Это еще почему? – возмутился Гоблин. – Видимо, ты не до конца понимаешь весь смысл термина «играть на просто так».

- Я не думаю, что ты обрадуешься, если проиграешь «просто так», - хихикнула Вика.

- Хм…

Гоблин задумался:

- Откуда такая уверенность, что ты выиграешь? Ладно, хуй с тобой. На что играем?

- Если выиграю я – ты перестаешь меня подьебывать. И выполняешь три моих желания.

- Заметано, - легко согласился Гоблин. – А если выиграю я?

Разговор интриговал. И я прилип к двери, напрочь забыв, что подслушивать нехорошо. Страсть хотелось узнать, чем дело кончится.

- Ну, говори, чего ты хочешь.

- На сиськи? Если выиграю я, ты снимаешь майку и…

Я потрясенно застыл. Сейчас, Гоблин подписал себе смертный приговор. Но Вика лишь рассмеялась:

- Ха-ха-ха! Странно слышать такое от человека, который с самого момента нашего знакомства пытается доказать, что у меня их нет!

- Вот и докажу, - спокойно парировал Гоблин. – Ну так что? Играем, или ты соскакиваешь?

- Играем, - ответила Вика. – Только учти, извращенец озабоченный: тебе их не видать. Я чемпионка города по файтингам.

- Две тысячи пятого года? – хохотнул Гоблин. – Ай. Больно. Ладно, выбирай бойца.

- Все чудесатее и чудесатее, - ошалело пробормотал я, отходя от двери и топая на кухню.

Глава 22 Тропою своих отцов

"Сын, сын, мой сын. У меня будет сын, и я объясню ему все это, когда он подрастет и сможет понять меня. Однако только лишь подумав это, я уже знал: никогда он не поймет, да и не захочет он ничего понимать, а делать будет все те же vestshi, которые и я делал, - да-да".

Энтони Берджес. "Заводной апельсин".

Одним из множества плюсов проживания в новой квартире, было то, что мне удавалось прекрасно высыпаться. Я больше не просыпался ни свет ни заря от того, что Гоблин нарочито громко гремел посудой и топал по квартире. Он вообще не заходил с утра в нашу с Настей комнату. Поэтому, проснулся я в великолепном настроении. Свежимм, бодрым и готовым к новым свершениям.

Настя еще спала, свернувшись и сладко посапывая у меня под боком. Стараясь ее на разбудить, я осторожно встал и, зевая потопал на кухню.

Гоблин уже сидел за столом. Перед ним стояла большая кружка с чаем и блюдце с бутербродами. И, судя по его жутко довольному лицу и мечтательной улыбке, он все – таки выиграл вчера у Вики.

- Как вчера прошел вечер? – поинтересовался я.

В ответ Гоблин лишь хитро усмехнулся:

- Оказывается, наша гостья умеет пить.

- Не удивлен, - осторожно ответил я. – Она ведь медик.

- Судмедэксперт, - раздался голос за моей спиной. Я обернулся. Вика стояла у кухонного шкафа, пытаясь достать кружку.

- Не каждый медик может выпить литр водки и при этом не «перекинуться», - заметил Гоблин, отпивая чай.

Вика бросила на него недобрый взгляд. Однако прежней ненависти в нем уже не было. Лишь недовольство. Гремя посудой, она достала – таки чашку и уселась за стол, наливая из заварочного чайника настоявшийся до черноты чай.

- Ты… выпила вчера литр водки? – ошарашено спросил я, глядя на Вику. При росте метр шестьдесят пять, она весила, казалось, килограмм сорок. И мне вдруг стало жутко любопытно, как хрупкая девушка смогла выпить целый литр, при этом не окосев.

- Кто сказал, что она выпила вчера литр? – удивленно поднял брови Гоблин. – Я сказал, что после литра она не «перекинулась».

Вика снова промолчала, глядя в кружку.

- Ладно, проехали эту тему, - Гоблин отхлебнул из кружки чай и ухватил с блюдца бутерброд. – Ты мне лучше поведай, как вы вчера съездили к нотариусу?

- А Филин разве тебе не рассказал? – удивился я.

- Филин свалил куда – то с утра, - ответил товарищ, прожевывая бутерброд. – Я проснулся – его уже не было. Тачки тоже под окном не наблюдается. Так что – рассказывай.

Гоблин отставил кружку в сторону, с любопытством глядя на меня.

- Василий Королев не сказал точно, кто еще входит в Синдикат, - ответил я.

- Но? - не отставал товарищ. – Система же не зря дала задание на допрос.

- Что за система? – оторвавшись от чая, полюбопытствовала Вика.

- Не забивай голову всякими глупостями, - отмахнулся Гоблин. – Ну так что?

- Нотариус сказал, что в Синдикате либо федеральный судья, либо городской прокурор, - поделился я информацией.

- Логично, - согласился Гоблин. – Прохоров хоть и не последний человек в городе, но самостоятельно проворачивать такие дела ему не под силу. И? Ты выяснил, кто из этих двоих в Синдикате?

- Ладно, не буду вам мешать, - Вика встала из-за стола, забирая кружку. – Системы какие – то, задания… пойду я.

- Тоже верно, - философски изрек Гоблин. – Меньше знаешь – крепче спишь. Иди лучше играть учись. Чемпион города по файтингам… пятнадцать процентов комба… Мрак! Ужас! Кошмар!

Губы Вики тронула легкая улыбка:

- Может, я поддавалась? – лукаво спросила она.

Гоблин обернулся к ней:

- Реванш? – спросил он.

Вика задумалась:

- Не сейчас, - с явной неохотой ответила она. – А вот вечером – можно.

- Договорились. Не думаю, что случится чудо, и за день ты научишься играть…

Но Вика уже вышла с кухни, так и не дослушав его глумливый монолог.

- Вернемся к нашим баранам, - Гоблин вновь стал серьезным. – То бишь, к главам Синдиката. С кого будем начинать?

Вместо ответа, я открыл Интерфейс.

«Желаете поставить метку на цель»?

Я подтвердил запрос. И охуел. В этот раз, карта не ограничилась чертой города. Даже областью. Вместо привычных очертаний региона, навигатор поставил точку в ебенях, рядом с каким – то огромным водоемом. Так. Как уменьшить масштаб?

Водоем оказался Сиамским заливом. А маркер стоял в Патае. Прокурор был в Тайланде. Ебаный ты по голове! А Система, словно издеваясь, заботливо прокладывала маршрут.

- Гоблин, я уже говорила тебе, что ты извращенец?

Возмущенный голос Насти выбросил меня из Интерфейса Системы на кухню нашей сьемной квартиры.

- Я извращенец? – искренне поразился Гоблин. – Да однажды я вызвал проституток, чтобы они помыли у меня посуду. И пропылесосили. Безо всяких грязных мыслей.

Видимо, Гоблин надеялся удивить Настю этой историей. Но девушка лишь покрутила пальцем у виска:

- К тому же, еще и ебнутый, - подвела она итог и вышла из кухни.

- Итак, - Гоблин обратился ко мне. – С кого начнем? С прокурора?

- Можем и с прокурора, - согласился я. – Если сможем добраться до Тайланда, находясь в розыске да без документов. Прокурор греет свою жопу в Патае.

Услышав это, Гоблин аж чаем поперхнулся:

- Вот еб твою мать. Надеюсь, он уехал в отпуск, а не свалил туда, опасаясь волны гонений и расправ над нечистыми на руку работниками правоохранительных органов. Иначе добраться до него будет проблематично.

- Ладно, - отмахнулся я. – Будем решать проблемы по мере их поступления. Посмотрим, где наш второй клиент.

На наше счастье, Прохоров был в городе.

- Максима Горького тридцать один, - озвучил я расположение маркера цели.

- Главное управление МВД области, - спокойно ответил Гоблин. – На работе, значит. Прокатимся?

- На чем? – удивился я. – Филина же нет. Тачки тоже. Да и какой смысл? Навигатор покажет, куда он поедет. Так маршрут и проследим. И из дому выходить не надо.

Гоблин лениво потянулся на стуле:

- До чего же удобная вещь, эта твоя метка. Все - таки правду говорят: передовые технологии делаю нашу жизнь проще. И удобнее. Ты пока следи – а я пойду посплю еще пару часов.

***

- Хм… Это точно? – переспросил Гоблин. – Может быть, сбой какой – то? Или хитрый дядя Витя сумел наебать Систему? Можно перезагрузить эту твою штуку?

- Маловероятно, что Прохоров смог обмануть «метку», - покачал я головой. – Думаю, он даже не подозревает, что за ним следят. А вот про перезагрузку…

Признаться честно, в какой – то момент мне и самому начало казаться, что метка начала сбоить. Потому что маркер проторчал на здании МВД весь день. И иногда, включая навигатор и видя, что цель на одном месте, мне начинало казаться, что «метка» зависла. Шло время, Гоблин все больше нервничал, постепенно зверея, а точка была все там же. На улице Горького

- Да ебаный в рот! – взорвался мой товарищ после нескольких часов такой «слежки». – Сколько можно торчать на работе? Тоже мне, трудоголик, блять.

Прохоров решил покинуть свое убежище лишь ближе к полуночи.

- Цель выехала! – тут же сообщил я Гоблину.

- Ну, наконец – то, - с облегчением вздохнул тот. – Я думал, он там уже прирос. Корни пустил. Поехали, посмотрим, где он живет. Может, удастся убрать его уже сегодня.

Но и с этой частью плана вышла лажа. Это стало очевидно сразу же, как Филин высадил нас у парка «Швейцария», напротив ЖК, где жил Прохоров.

- «Черные Паруса», - протянул Гоблин, осматривая территорию. – Ебись ты Витя, провались. Добраться до тебя будет чуточку сложнее, чем до остальных.

Про «чуточку» Гоблин сильно загнул. Как по мне добраться до Вити в его доме, было невозможно.

ЖК «Черные Паруса» был самым безопасным микрорайоном во всем городе. Даже в СИЗО на Гагарина пробраться было куда проще, чем попасть в гости к генералу МВД. Жилой комплекс был огорожен высоким металлическим забором, по углам которого красовались видеокамеры. Въезд к домам был только один. И его преграждал металлический шлагбаум, который поднимался только магнитным ключом. Но это было лишь половиной беды. Второй половиной был охранный пост на въезде на территорию. И дежурил там отнюдь не пенсионер или бабушка – божий одуванчик. Вовсе нет. В будке охраны сидел такой лось, что его ебло едва пролезало в приемное окошко. Да и пристрели мы его – на территории всегда дежурило две – три машины с группами быстро реагирования. Так что вариант с бесшумным проникновением на территорию был исключен. Для того, чтобы добраться до квартиры Прохорова, пришлось бы устроить настоящую бойню в центре города. С охраной, полицией и спецназом, которые стянутся на стрельбу как мухи на… мед. Видимо, седалищный нерв Прохорова очень остро чуял приближающиеся неприятности. А может, Витя изначально был параноиком.

- Попасть на территорию можно будет только с воздуха, - задумчиво изрек Гоблин. - Нам нужен вертолет. Или планер. Спустимся ночью на тросах, приземлимся на одну из крыш – и пиздец Вите.

Я усмехнулся. За два часа, что мы торчали в «Швейцарии», рассматривая со всех сторон ЖК «Черные Паруса», это была единственная идея, как попасть к дому Прохорова. И та, признаться, была на редкость ебанутой. А других идей нам в голову не приходило.

- Ладно. Валим домой.

Гоблин сплюнул на засыпанную шелухой дорожку и встал со скамейки, распугав стаю голубей, разгуливавших неподалеку в поисках еды.

- Что будем делать с генералом? – поинтересовался я.

- Поживем – увидим, - уклончиво ответил Гоблин. – Проверим завтра маршрут. Может быть, появится возможность ебануть его по дороге на работу.

***

«Цель опознана»

- Вон он, - я кивнул в сторону черной тонированной иномарки, которая выезжала с территории жилого комплекса. – В той тачке.

Филин завел машину и медленно тронулся следом за Прохоровым, стараясь особо не приближаться к объекту слежки, лавируя в плотном потоке машин, но при этом, не теряя иномарку из виду.

В компании Витиной иномарки, мы отстояли пробку на проспекте Гагарина, свернули на Горького и остановились неподалеку от конечной точки маршрута.

- Вот тебе и весь шанс, - прошипел я, глядя, как подсвечиваемая красным цель поднимается по ступенькам в здание МВД.

- Еще не вечер, - спокойно ответил Гоблин. - Может, иногда он меняет привычный маршрут. Подождем еще недельку.

Но неделя слежки не дала нам ровным счетом нихуя нового. Памятуя о своих безвременно почивших соучредителях, ездил Виктор Прохоров строго по одному маршруту: дом – работа – дом. Проходило это тоже всегда одинаково: утром на территорию «Черных Парусов» приезжала одна и та же тонированная иномарка, которая забирала Прохорова и доставляла его прямо до ступенек здания МВД, которое Виктор не покидал до самого вечера. Потом маршрут повторялся с точностью до наоборот. К концу недели мне начало казаться, что Витя, что его черти ебли, смог предусмотреть все. Потому как в распорядке его дня не было ни единого изъяна. Ни единого окна, в которое можно было бы влезть, дабы испортить планы генерала на светлое будущее. Мне даже стало казаться, что на работу и обратно он специально ездит исключительно по пробкам. Дабы мы не могли к нему подъехать. Хотя даже если бы мы и подъехали на нужную для стрельбы дистанцию – тачка наверняка была бронированной.

- Какой хитрый пидор! – выругался однажды Гоблин, в бессильной злобе глядя, как цель, живая и невредимая, поднимается по ступенькам на работу. – Ну, какие мысли?

Я лишь пожал плечами:

- Вижу только один вариант. Проникнуть в здание и завалить его прямо на работе.

Гоблин задумчиво потер ладонью подбородок, словно обдумывая мой план:

- Даже не думай, - отверг я эту идею. – Даже не будь я в розыске – я бы не стал валить человека в здании, полном копов. А уж когда моя рожа расклеена на каждом углу…

С этими словами я кивнул на фонарный столб, на котором и вправду болталось мое выцветшее от дождей фото.

- Это билет в один конец, брат.

- Пожалуй, ты прав, - нехотя согласился со мной Гоблин. – В здание главка соваться пока нехуй. Мы что – нибудь да придумаем. Обязательно придумаем.

***

- Может быть, прокурор уже вернулся в город? – со слабой надеждой поинтересовался Гоблин, когда мы в один прекрасный день сидели на кухне.

- Можно проверить, - согласился я, открывая навигатор. - И… сектор хуй на барабане. Долгий, однако, отпуск у госслужащих.

- Да ебать! – прорычал Гоблин. - Прошел месяц, а к цели мы не приблизились ни на шаг.

- Да уж, - согласился я, ставя маркер обратно на Прохорова и собираясь уж было выходить из настроек, как…

От увиденного на карте, я чуточку охуел. Вернее не так: охуел я очень сильно. Точка, обозначающая Прохорова ехала куда – то за город.

- Ну ты что там завис?

- Кажется, у нас появился шанс, - осторожно, словно стараясь не спугнуть удачу, прошептал я. Глаза мои неотрывно следили за точкой. Казалось, это какой – то хитрый трюк, и если я сейчас закрою карту – точка мигом вернется либо в «Черные Паруса», либо в порядком заебавшее меня здание на Максима Горького.

- Ну что там? Эй! Слышишь меня? Я с тобой разговариваю. Братан?

Я вылетел из настроек аккурат в тот момент, когда Гоблин интенсивно махал вверх – вниз ладонью перед моими глазами. При этом, вид у приятеля был донельзя озадаченный.

- Что там? – мигом налетел он на меня с расспросами, едва заметил, что я «вернулся».

- Кажется, Прохоров поехал куда – то за город, - осторожно ответил я.

- Что значит «кажется»? – переспросил Гоблин. – Навигатору кажется, или у тебя уже глаза ебутся от постоянного контроля?

- Прохоров уехал из города, - уже более уверенно произнес я.

- Ну наконец – то!

Гоблин вскочил со стола и в нетерпении принялся расхаживать по кухне:

- Куда он едет?

- Хуй знает, - ответил я, сверившись с картой. – Деревень на этой автостраде овер дохуя.

- Едем! – подытожил Гоблин. – И похуй мне, куда он там собрался. Второй такой шанс может выпасть лет через сто. Филин! Ну где ты там? Собирайся, поехали.

Несмотря на то, что Прохоров получил огромную фору, Филину, который до выезда из города смог без зазрения совести нарушить абсолютно все правила дорожного движения, удалось почти нагнать его.

- Вон его тачка!

Я указал пальцем в зеоленый внедорожник, который как раз проехал знак с надписью «населенный пункт «Чернышиха».

- Да куда его хуй несет с такой – то скоростью? – поразился Гоблин.– Мы уже на полпути к соседней республике.

Внедорожник проехал Чернышиху, сворачивая на проселочную дорогу. И здесь, Филину пришлось остановиться и дать Прохорову еще одну фору: на ухабистой проселочной дороге ехать прямо за ним, было бы большим палевом.

- Дальше по навигатору Огаревский лес, - удивленно протянул Гоблин. – Что Витя забыл в лесу?

- За грибами поехал? – предположил я.

- Если только за поганками, - ответил мой товарищ. – Не сезон уже для грибов то. Ах, блять!

Гоблин с досадой хлопнул себя ладонью по лбу.

- Что еще? – непонимающе спросил я.

- Сегодня десятое ноября. День полиции, - ответил Гоблин. – Скорее всего, Витя рванул пьянствовать на лоне природы. Что там у нас есть в окрестностях?

- Усадьба «Огарево», - ответил за Гоблина я. – Можешь не искать. Филин, поехали.

Цель и вправду остановилась на территории какого – то комплекса, подписанного как усадьба «Огарево».

- Погоди ехать – то, - поспешно сказал Гоблин, когда Филин хотел было уже заводить машину. – Сперва нужно посмотреть, что это за усадьба.

- И как ты решил это сделать? – ехидно спросил его я.

- В этих ваших интернетах, - ответил Гоблин, уткнувшись в мобильник. – Пока он здесь еще ловит. Ага. Вот и их сайт.

Он передал мне телефон:

- Вот. Смотри.

Прогружался сайт хуевасто. Но мне вполне хватило и картинку турбазы, что была в шапке сайта.

Несколько невысоких одноэтажных домов, обнесенных кирпичным забором. Вьезд на территорию – через большие металлические ворота. Стоп!

- Смотри! – я увеличил фото, показывая его Гоблину. – Здесь у них, по ходу баня. А вот тут, - я ткнул пальцем на фотографию, - должен быть спуск к пруду.

- Звучит заманчиво, - Гоблин задумчиво потер ладонью подбородок. – Филин, сможешь проехать к этому пруду?

Вместо ответа, Филин завел машину, сворачивая на ухабистую проселочную дорогу.

Впрочем, дальшейшая наша поездка была недолгой.

- Дальше пешком, - заглушив двигатель, пробасил Филин. – Если вы хотели покататься сегодня по лесу – нужно было купить внедорожник.

- Принято, - ответил Гоблин, передавая Филину рацию. – Если что пойдет не так – дам тебе знать.

Мы вышли на холодный стылый воздух.

- Далеко до цели? – спросил Гоблин, открывая багажник машины и пряча в рюкзак два автомата и обрез.

- Полкилометра, судя по карте, - ответил я. – Только это если по прямой. Нам же придется сделать крюк, чтобы выйти к пруду.

- Тогда веди, - коротко скомандовал Гоблин, забрасывая рюкзак за спину.

Поздней осенью, лес казался мертвым. Деревья шелестели черными ветвями, на которых уже не было ни одного листочка. Порывы ветра бросали за шиворот холодные капли, срывающиеся с веток. Под подошвами ботинок хрустели гнилые ветки. Пройдет еще неделя, может две – и мягкий ковер из мха, опавшей листвы и сосновых иголок полностью скроет снег.

Я остановился, сверившись с навигатором. Усадьба осталась справа, скрытая стеной деревьев. Значит, мы взяли правильное направление.

- Пруд за тем холмом.

- Так идем, - Гоблин зябко поежился. - Бр-р-р-р. Ну и холодрыга, блять.

Холм зарос густым кустарником, который надежно укрыл бы нас от посторонних глаз. И едва мы вскарабкались на верх, как вся база открылась перед нами как на ладони.

У подножия холма начинался огромный пруд, гладь которого еще не сковал лед. На том берегу стояли разбросанные домики базы отдыха, огороженные с трех сторон забором. От берега базы вел настил, мостиком соединивший берег и небольшую баню, покачивающуюся на волнах на середине водоема.

- Сколько человек на территории? – обернувшись ко мне, спросил Гоблин.

- Показывает одного, - ответил я. – Но Система не учитывает гражданских. Только цели, которые можно или необходимо уничтожить.

- Вот и заебись, - Гоблин раскатал балаклаву, которая была у него вместо шапки. – Тогда подождем, пока он пойдет в баню.

- Система просила меня зачитать жертве приговор и застрелить из обреза, - осторожно начал я.

- Да ебаный в рот! Вот ей не похуй, как Витя отправится на тот свет?

- Задание есть задание, - пожав плечами, ответил я. – И после того, как система выписала мне штраф, мне очень не хочется с ней спорить. Такие себе ощущения.

- Вот блять нытик. Ладно, хер с тобой. Камер здесь вроде нет. Так что придется лезть через забор. Только сперва осмотримся. Посидим здесь чуточку. За это время как раз и стемнеет.

Гоблин оказался прав. За полчаса, что мы прятались на холме, я не заметил на территории базы ни одной живой души. Только точка цели, сидевшая безвылазно в одном из домов.

- Скорее всего, Витя полностью арендовал базу, - заметил я.

- Конечно. Вряд ли он хочет быть на одной территории хуй пойми с кем. С его – то паранойей. Скорее всего, ждет гостей. А может просто вызвал проституток и хочет оторваться по полной. Идем.

Пригнувшись, Гоблин выбрался из засады, спускаясь с холма и растворяясь в вечернем полумраке. Стараясь не отставать, я быстро последовал за ним.

- Хорошо, колючей проволоки нет, - заметил я, рассматривая кирпичный забор.

Гоблин с удивлением посмотрел на меня:

- С хуя ли ей тут быть? Это же база отдыха, а не тюрьма или какой – нибудь режимный обьект. Ты бы вот стал отдыхать в месте, которое огорожено забором с колючей проволокой. Подсади.

Вдвоем, мы быстро перемахнули через забор, оказавшись на территории базы. И, словно ожидая этого момента, цель пришла в движении, выходя из своего бунгало и направляясь к пруду.

- Клиент идет в нашу сторону, - прошипел я.

Один за другим мы бесшумно юркнули за стену ближайшего к берегу домика.

- Держи, - Гоблин развязал тесемки рюкзака, доставая автомат и рожок.

- И обрез.

- Да блять!

Гоблин, который уже успел завязать шнурки рюкзака, принялся вновь распутывать узел.

Вдоль ведущей к берегу дорожки начали загораться фонари. Очевидно, на них были установлены датчики, которые реагировали на движение. И в очередной раз я поблагодарил провидение и все богов за то, что мы не ломанулись к дому Вити напролом. Потому что ту иллюминацию, которую бы мы устроили на территории базы, не смог бы заметить наверное только слепой.

Загорелся фонарь, стоявший как раз напротив укрывающего нас дома, проложив грань между светом и непроглядной тьмой, укрывшей нас с Гоблином. По дороже, мимо нас медленно прошел Виктор. На нем был темный спортивный костюм. Через плечо было переброшено широкое банное полотенце.

«Цель опознана».

- Чего ты ждешь? – зло прошипел Гоблин, когда доски пирса жалобно заскрипели под тяжелыми шагами генерала. – Думаешь, настил проломится под весом этого борова, и Витя утонет? Стреляй давай.

Я вскинул автомат. Прицелился. И в этот момент, дверь бани резко открылась и на площадку понтона, под свет фонаря, с визгом выскочили две девицы. И из одежды на девицах были лишь простыни, плотно обмотанные вокруг стройных фигурок. Впрочем, эта одежда была на них очень недолго. Простыни полетели на доски площадки, а девицы с визгом прыгнули в холодную воду.

- Это еще кто? – спросил я, убирая автомат от плеча.

- Сестры его, блять! – саркастично прошипел Гоблин. – Семейный отдых решили устроить. Ай, в пизду.

Гоблин вскинул автомат, прицеливаясь в спину генерала. И нажал на спуск.

Бах! Бах! Бах!

Генерал всплеснул руками, словно поскользнулся на мокрых досках, и ничком рухнул на настил.

- Добивай быстрее – и валим!

Я метнулся вперед, срывая дистанцию и стараясь как можно быстрее преодолеть пятно света от вспыхнувшего фонаря.

Виктор был еще жив. Он отполз на площадку. Развернулся, глядя на приближающуюся к нему фигуру с обрезом в руке.

- Виктор Прохоров, - начал я, наводя обрез на лежавшего на досках Виктора. – Вы обвиняетесь в ряде особо тяжких преступлений, таких как: рэкет, создание преступной группы, бандитизм, убийства, вымогательство…

- Дети всегда идут тропой своих отцов. да, Венедиктов? - прохрипел Виктор, и его губы тронула легкая улыбка.

- Что? – не понял я.

- Вы все стали теми, кем были ваши родители. Все. Ни одного исключения. Интересно, как это связано?

Только сейчас я понял: что-то идет не так. В голосе Виктора не было и тени страха. Лишь любопытство.

- Чего ты блять городишь? – переспросил я.

- Твой отец был линчевателем в банде Чемпионов. И ты тоже вступил на путь борьбы с преступниками, - абсолютно спокойно начал обьяснять мне Прохоров. – Зачем? Можно было стать убийцей. Разбойником. С такими талантами стать миллионером – нехуй делать. Но нет. Ты выбрал путь пиздить шпану и отстреливать наркоторговцев.

- Что? Ты знаешь про Игру? Откуда?

Виктор расхохотался:

- Ма-а-а-льчик, - протянул он. - Мне известно все, что происходит в этом городе. А уж игроки… таких лучше держать на виду. Люди любят деньги. За них, они готовы продать все что угодно. Весь вопрос в цене. За засекреченную информацию заплатить придется больше. Один ученый, что был в «Антитерроре» очень нуждался в деньгах, когда проект перестали финансировать. Он отдал мне все данные по подопытным. А догадаться, что игра станет регистрировать наследников было делом техники. С тобой только вышла осечка…. Не знал, что баба, с которой Макс переспал один раз, залетит. Да и к тому же, она свалила из города незадолго до того, как Чемпионы попали в блудняк. Да и будем честными, не зря свалила: она ведь чемпионов и сдала. С потрохами. Бабы очень падки на деньги. Не знаю уж, почему.

- Из-за нее погиб отец? – ошарашено переспросил я, опуская обрез.

Виктор с удивлением посмотрел на меня.

- Погиб? У тебя же должна быть информация обо всех игроках. И живых, и мертвых. Разве нет? Твой папаша жив – здоров. Отбывает пожизненный срок в «Полярной Сове». Если будет хорошо себя вести – выйдет лет через шесть.

Где – то рядом раздался плеск воды, женский смех, а затем и истошный визг тех самых девиц, что несколько минут назад прыгнули с понтона в ледяную воду.

- Девочки, идите погрейтесь в баню, - спокойно попросил их Виктор. – Нам с юношей нужно поболтать с глазу на глаз. И ты выходи уже из-за дома, хуле там притаился.

Последняя фраза была адресована Гоблину.

- Откуда?

Виктор снова расхохотался:

- Вы не перестаете меня удивлять. Думаете, вы все так тщательно спланировали? Ха-ха-ха-ха! Я понял, за каким хуем ты остался в городе, едва увидел тебя в «Тортуге». Тропою отцов, да, мальчик? Только вот зачем? Токарев в бегах, вы остались сами по себе. Денег, что вы спиздили у Паука, на вашу ораву надолго не хватит. Жизнь вне закона – удовольствие не из дешевых. Так что скоро вы будете опять последний хуй без соли доедать, да думать, где бы раздобыть еще денег. Зачем оно вам?

Прохоров уставился на меня в ожидании ответа.

- Ваша банда ничем не хуже остальных, - жестко ответил я. – Даже более опасна. Вы – угроза для города.

- Ох уж этот идеализм, - протянул Прохоров. – Однобокий взгляд на ситуацию. Давай посмотрим с другой стороны. Ну – ка? Кого мы убили? Или ограбили? Недвижка? Наркоманы и синяки только увеличивали уровень преступности в районах. Чем меньше их становилось – тем спокойнее жилось обитателям спальных районов. Отжатые фирмы? Ты серьезно думаешь, что люди которые их открыли, заработали деньги честно? Ха-ха-ха-ха! Две трети этих бизнесменов – как раз остатки старых банд, которые опасаясь линчевателей, решили завязать с промыслом и легализоваться. На этих деньгах столько крови, что твои выходки по сравнению с этим – невинные детские шалости. Даже твой наниматель Токарев замазан в грязи по уши.

- А банды твоего друга Паука? – напомнил я - Они грабили банки.

- Банки грабят людей, а люди грабят банки, - философски ответил Прохоров. – Такой вот закон равновесия. А что до ювелирок… Владельцы магазинов оставались только в выигрыше: все изделия застрахованы. И страховка перекрывала убытки. Даже выводила в плюс. Наркота? Этот героин был волшебным: убивал конченных, опустившихся особей за месяц, и опять же делал город чище. А вот убитый тобой Хонда содержал почти все детские дома в городе. Серов помогал больницам. У Большакова был благотворительный фонд, который помогал нуждающимся в помощи людям. Так что я такой же бандит как и ты, Венедиктов.

Прохоров развел руками:

- Впрочем, я догадывался что ты идеалист. Говорил об этом Серову. Но, к сожалению, природная тупость помешала ему внять голосу разума. В его голове всегда не хватало серого вещества. После того, как он погиб, я понял кто следующий. И решил убить двух свиней одним камнем.

Я замотал головой. В башке была каша от той обрывочной информации, которую я получал. И картина событий никак не хотела складываться воедино. Наоборот: чем больше Витя говорил, тем меньше я понимал, к чему ведет генерал.

- Пришлось кататься несколько недель, - продолжал Витя. – Ждать, пока вы окончательно потеряете терпение и впадете в такое глубокое, беспросветное отчаяние, что ухватитесь за первый подвернувшийся, пусть даже самый хуевый вариант. И приедете на эту пустую базу отдыха.

И только сейчас я заметил, что на груди Прохорова нет следов крови. Хотя, пули в спину наверняка пробили бы его навылет. Гоблин промахулся? Или пули прошли по касательной?

- Я знал, что вы придете мальчик, - ответил Прохоров, расстегивая толстовку спортивного костюма. И в тусклом свете показался черный кевлар. Этот пидор был в бронежилете! Так вот почему он до сих пор жив и спокойно себе пиздит за дела давно минувших дней! Вот же сука!

- И вот мы здесь, - раздался за моей спиной голос Гоблина. – И где твой камень?

- Камень? – переспросил Прохоров. – А вот он.

«Сбой системы»

Красное сообщение с огромным восклицательным знаком мигом скрыло от меня окружающий мир. А следом накатила дикая головная боль, от которой я заорал что есть мочи.

«Перезагрузка системы».

«Перезагрузка завершена».

«Калибровка персонажей».

И в этот момент, в доски настила, вышибая мокрые щепкти, ударила автоматная очередь. Стреляли откуда - то со стороны базы отдыха. Но по счастью, темнота скрывала нас, пожтому, пули ушли в молоко, не задев ни меня, ни Гоблина.

- Сука! – отскакивая в сторону, рявкнул Гоблин. – Ты же говорил, он тут один.

- У ассасинов свои особенности, - ответил Прохоров. – Один из них - маскировка. Квестовое опознание на них не работает. Маскировка блокирует эту способность.

- Ух блять. Линчеватель, пора валить. Витя нас развел.

А затем кто-то плечом сшиб меня с причала, и я полетел в холодную воду. Плюх!

Черная гладь воды поглотила меня с головой. А затем пришел жгучий, сводящий судорогой конечности, холод. Мне едва удалось вынырнуть, подняв фонтан брызг. Барахтаясь и пытаясь удержаться на плаву.

- Долго плескаться будешь? – раздался из темноты злой окрик. – Уебываем отсюда.

По воде ударила длинная автоматная очередь, которая здорово ускорила принятие решения. Скорее всего, калибровка ассасина прошла еще не до конца, Поэтому, стрелял он наугад. Но везение могло кончится в любой момент. Широкими гребками я поплыл к другому берегу.

Гоблин уже стоял на берегу. С него ручьями стекала вода.

- Филин, - прохрипел он в рацию. – У нас тут небольшая накладка вышла. Так что жди. Идем к дороге.

«Провалено».

« Покушение на генерала Виктора Прохорова не удалось».

«На вашего персонажа наложен временный штраф:

Навык «Знаток анатомии» (заблокировано)

Навык «Ликвидация» (заблокировано)

Системное сообщение выскочило, едва я, задыхаясь, выполз на берег. И кабы не холод, который прочищал мозги, головная боль свела бы меня с ума. Но все равно боль была такая, что я стиснул виски ладонями, опасаясь, кабы она не лопнула:

- Какого хуя провалено то? – зарычал я. – Это все из-за ебучего сбоя.

«Жалоба игрока принята и находится на рассмотрении».

Головная боль не утихла. Видимо, пока жалобу рассматривали, игрок все еще считался проштрафившимся.

- Хули завис? – Гоблин тряс меня за плечи. – Валим, пока этот косорукий ассасин не добрался до нас.

Я затряс головой, разгоняя начавшие расплываться системные сообщения. И бросился следом за Гоблином.

«Жертва вызвала наряд полиции. Время до прибытия наряда: десять минут»

Таймер уже начал отсчитывать время. И тут же замерцали серым звезды розыска. Все пять!

- Ух ебать тебя в коромысло!

- Что там еще? – не оборачиваясь, спросил бежавший впереди Гоблин.

- Прохоров вызвал мусоров. У нас восемь минут, чтобы сьебаться отсюда.

- Мусоров? – переспросил Гоблин.

- Мусоров, росгвардию, маршалов, штурмовые группы и ЦСН, - поправился я. – Весь набор.

- Вот Витя! Вот хитровыебанное животное! Он переиграл нас как детей.

- Ты о чем?

- Он нанял ассасина, чтобы тот избавился от нас. А потом вызвал копов, чтобы те пристрелили наемника. – Гоблин на бегу сплюнул в траву. – Изи. Вот сука! Хотя…

Внезапно Гоблин остановился. И не ожидая такого маневра, я врезался в его спину, едва не сбив с ног.

- Ты чего?

- У меня появился план.

Гоблин на ходу снял рюкзак и принялся торопливо копаться в нем, лихорадочно выискивая что – то очень нужное.

- У нас семь минут.

- Не дави на меня! – огрызнулся он, не отрываясь от поисков. – Ага, вот она. Как знал, что пригодится.

Он вытащил из рюкзака какой – то сверток и бросил его мне:

- Переодевайся. Это наш единственный шанс.

Я на лету поймал сверток, разворачивая его. Внутри лежала… та самая форма, которую Гоблин прикупил по случаю, когда мы гостили у Кота.

- Иногда Кот бывает чертовски проницателен, - торопливо сдирая с себя мокрую одежду, пояснил Гоблин. – Словно Ванга.

Я быстро последовал его примеру. Мокрая одежда полетела в рюкзак. Между черных стволов деревьев стояло два бойца в черной штурмовой форме центра специального назначения.

- Прекрасно, - одобрил Гоблин, поправляя разгрузку.

Как по мне – маскировка была рассчитана на полного лоха. Невнимательного или болеющего головой. Хотя бы потому, что наше оружие было проебано. Но как бы то ни было – это был наш единственный шанс.

- Филин, - едва слышно прохрипел Гоблин в рацию. – Едь в деревню. Встретимся там.

- Услышано.

Сквозь треск и помехи, бас Филина было практически не разобрать. Да и похуй, честно говоря. Главное, что он понял нас.

Мы бегом бросились по лесу, стараясь держаться поодаль от дороги. Потому что там уже слышался вой полицейских сирен. Вся полиция города стягивалась к базе отдыха, на которой несколько минут назад мы едва не добрались до Прохорова.

- Пора ускорится, - Гоблин мигом среагировал на прибытие полиции. – Потому как скоро этот лес будет кишеть мусорами, заглядывающими под каждую кочку.

Словно в подтверждении его слов, где – то возле базы отдыха раздался приглушенный расстоянием собачий лай.

- И с собачками, которые мигом возьмут наш след, - быстро добавил мой товарищ. – И укусят нас за жопы. Бегом!

Если бы Гоблин не нашел себя в работе на Токарева, он вполне мог бы пойти работать физруком в среднюю общеобразовательную школу. Во всяком случае, после его мотивирующей речи про собак, я припустил с такой скоростью, какой не развивал никогда в своей жизни. Я ломился через лес не разбирая дороги, абсолютно не задумываясь, что вполне могу переломать ноги, уходив в яму или чью–нибудь нору.

В себя я пришел лишь в редколесье, когда впереди замаячили деревенские дома. Почти во всех горел свет Видимо, полиция обходила дома в поисках тех, кто подпадал под ориентировки.

Первый кордон оцепления встретился нам на окраине деревни, едва мы, сбавив скорость, выскочили из леса. Пятеро в форме Росгвардии, в бронежилетах и с автоматами наперевес.

- Стоять! – один из сотрудников правопорядка предостерегающе выставил вперед ладонь.

- Свои! – рявкнул Гоблин в ответ. – Не видишь, чтоли?

Он вышел на свет и бойцы Росгвардии враз растеряли враждебный настрой.

- Проходите.

Мы проскочили мимо патруля, и быстрым шагом направились по единственной деревенской улочке.

Филин ждал нас в машине, напротив деревянного дома с выгоревшей вывеской «закусочная «Огонек». Завидев машину, Гоблин поднял маску, дабы водила признал его. И в ту секунду, когда мы уже подходили к машине, в моей голове забрезжила было мысль о том, как легко нам удалось отскочить от этого блудняка, как…

Неподалеку от машины остановился черный микроавтобус с тонированными стеклами. Раздвижная дверь открылась, выпуская на полутемную осеннюю улицу наших братьев – близнецов, в разгрузках и с автоматами. Они выскакивали из недр черного фургона, быстро строясь в шеренгу. И мы уже почти сели в машину, как нас остановил грозный окрик одного из бойцов:

- А «Вымпел» что здесь делает? Они же должны быть на базе отдыха? Стоять!

Звезды розыска перестали мерцать и загорелись белым, показывая, что нашу маскировку раскрыли. Впрочем, это было понятно и без подсказок Системы.

Дослушивать Гоблин не стал. Рывком он открыл дверь машины и едва только плюхнулся на сиденье, истошно заорал:

- Гони, Филин. Ходу отсюда!

Глава 23 Куда ведет дорога?

Что нас ждет и куда ведет дорога?От Бога или к Богу?Что нас ждет и кто об этом знает?Пока они едут за нами...Что нас ждет и куда ведет дорога?Почему в душе тревога?В зеркалах, синие огни мерцают...За нами едут полицаи…

Mozgi. «Полицаи».

Я едва успел запрыгнуть в машину, как Филин нажал на газ, выполняя самоубийственный трюк. Филин на полном ходу направил тачку прямо в строй штурмового отряда. Я и думал, что это была наша последняя выходка. Но расстояние от нас до микроавтобуса было очень маленьким. А чтобы пристрелить нас, полицейским потребовалось бы время. Так что вместо стрельбы, они разлетелись в разные стороны как кегли, пытаясь не стать наклейками на черном капоте.

- Держитесь, - пробасил Филин, нажимая тормоз. Машина вильнула, встав параллельно микроавтобусу. А в следующую секунду, Филин переключил передачу и вновь вдавил газ.

Машину занесло, когда Филин поворачивал за микроавтобус, уходя с линии стрельбы.

- Такие провожатые нам нахуй не нужны! – крикнул Гоблин на прощание, высовываясь из открытого окна и доставая пистолет. – Сами дорогу найдем.

Несколько пуль пробили колеса микроавтобуса, посадив трехтонную махину на обода, делая ее недвижимостью А Филин уже вдавил газ, увозя нас прочь от злоебучей деревни.

Раздалась запоздалая стрельба, да вот только машину уже поглотила ночная тьма. Лишь несколько случайных пуль пробили багажник.

На посту на выезде из деревни Филин даже притормаживать не стал. Мелькнули перекошенные от ужаса, бледные лица полицейских, бросившихся в разные стороны, а затем машина протаранила перегородившие дорогу тачки с синими полосами на бортах, и выскочила на шоссе. Мелькнул знак, что мы покидаем деревню – и мы уже быстрее ветра летели по пустой трассе.

- Ловко, - одобрил я, потирая ушибленную голову. Во время трюков, которые исполнял Филин, меня здорово приложило макушкой о крышу. – Вроде оторвались.

- Да вот хуй ты угадал, - мрачно ответил Гоблин. – Дорога тут одна. И прямая. Так что.

Словно в подтверждение его слов, сзади завыли полицейские сирены. И звезды розыска, замерцавшие было серым, вновь ярко вспыхнули.

- А вот и провожатые. Катался когда – нибудь по грин стрит?

- Это еще что за нахуй? – не понял я.

- Это когда машина едет с кортежем полиции, забив хуй на всякие правила дорожного движения. Так вот сегодня у тебя есть шанс.

С этими словами, Гоблин передал мне приведенный в боевое состояние пистолет:

- Сегодня, он может пригодится.

Сам Гоблин уже высунулся из окна, прицеливаясь на ходу.

Бах!

Едущую следом за нами полицейскую машину занесло, развернуло, закрутило на шоссе. В вертящуюся как юла машину на всей скорости вьехала следующая, сшибая ее с шоссе.

Да вот только это были не последние машины, которые неслись за нами по шоссе.

Филин резко ударил по тормозам, и машину, которая летела по встречной полосе, и начала было уже нас подрезать, занесло на мокром асфальте и вынесло с дороги. Капот полицейской машины встретился с деревом, раздался удар – и еще один преследователь выбыл из строя.

- Сзади! – крикнул Гоблин. – Стреляй!

- Я не буту портить полицейские тачки, - упрямо покачал головой я. – Хуй знает, что за это мне отпишет Система.

- Если ты не будешь портить полицейские машины – то испортимся мы, чудак – человек! – рявкнул Гоблин. И проклиная все на свете, я высунулся в окно.

В лицо ударила волна холодного воздуха, Да еще и ебучая система вовсе не желала мне помогать. Например, подсветила бы колеса, чтобы было проще целиться. Поэтому попасть мне удалось лишь раза с пятого. Машину занесло в круговороте, унося с дороги. На ее месте тут же возник следующий преследователь, но здесь удача меня оставила. Последние пули ушли в молоко, и пистолет издал несколько сухих щелчков. Так что разбираться с ним пришлось Филину.

- Филин, фура! – крикнул я, указывая вперед.

Впереди нас полз грузовоз. И расстояние между нами быстро сокращалось. Но Филин и не думал сбрасывать скорость. Лишь в последний момент, когда, я уже закрыл глаза, моля всех богов даровать мне быструю смерть, он вывернул руль, выскакивая на встречную полосу, уходя на обгон. И на какой – то момент мне показалось, что бампер машины царапнул задний борт фуры, оставив на нем длинный смазанный след черного пластика.

Водитель полицейской машины такой реакцией не обладал, и подобный маневр у него не вышел. Машина на всем ходу врезалась в борт грузовоза, с лязгом и скрежетом исчезнув под тяжеловозом.

И только сейчас звезды розыска замерцали серым. Мы оторвались от погони.

- Проверь штаны, стрелок! – обернувшись, весело крикнул мне Гоблин. – Кажется, на них пятна.

- П-п-п-пошел ты на хуй, - с трудом просипел я, пытаясь унять дрожь.

Мелькнул знак населенного пункта. Но что это была за деревня – я рассмотреть не успел. Уж больно быстро Филин летел по шоссе.

- Тормози, - сказал Гоблин. – Тачку бросим здесь.

Мы оторопело уставились на Гоблина:

- И до города пешком пойдем? – поинтересовался я после тгого, как ко мне вернулся дар речи.

- Тачка спалена, - пояснил Гоблин. – В городе мы на ней и десяти метров не проедем. К тому же, там дырки в багажнике. Они странно смотрятся на кузове, не так ли?

Я промолчал, не зная, что ответить.

- Вот то – то и оно. Здесь должна быть железнодорожная станция. До города доберемся на собаке.

Филин послушно затормозил на окраине деревни, и через поселок нам пришлось тащиться пешком. По темноте, меся чавкающую под ногами гряз. Вдобавок ко всему, зарядил мелкий противный дождь.

- Ебать! – выругался я, щлепнув подошвой ботинка по очередной луже. – Что это за колхоз.

- Хуй знает, - ответил из темноты голос Гоблина.

Деревня была абсолютно пустой. Безжизненной. На улицах не горел ни один фонарь. Окна пялились на нас черными глазницами, в которых не горело ни одного огонька.. И если бы не лай собак из-за заборов, я бы решил, что это очередная вымершая деревня, коих в области чуть больше, чем дохуя.

До станции мы дошли, не встретив по дороге ни единой живой души. Скорее всего, селяне ложились спать, едва садилось солнце. Как было заведено в деревнях лет триста назад.

Лишь перрон железнодорожной станции встретил нас ярко горящими фонарями, доказав то, что в деревне еще кто – то живет.

Мы подоспели вовремя. Где – то вдали, на железнодорожном полотне появился свет фар приближающейся «собаки».

- Минута в минуту, - отметил Гоблин. – Значит, расписание не изменилось.

Я удивленно покосился на него, но спрашивать, откуда он знает расписание пригородных электричек, не стал. Состав затормозил, двери гостеприимно открылись, подбирая с щербатого, раскрошившегося от времени и похуизма работников РЖД перрона трех продрогших путешественников. И едва мы влезли в тамбур, как двери закрылись и «собака», загудев, двинулась дальше, увозя нас в сторону города.

Если бы кто – нибудь сказал мне пару лет назад, что я буду радоваться теплому пустому вагону электрички – я бы рассмеялся рассказчику в лицо и покрутил пальцем у виска. Но сейчас, топая по грязному полу мимо рядов исцарапанных лавок, я был абсолютно счастлив. Словно, увидев разьебанный вагон, я мигом обрел вселенское равновесие и достиг гармонии с бесконечным Космосом.

- Ох, блять!

Гоблин с наслаждением шлепнулся на жесткую деревянную лавку, вытянув ноги. Филин уселся напротив, с интересом глядя на товарища. Видимо, он ждал рассказа о том, что произошло на базе отдыха и откуда на нас форма ЦСН.

- Ну в общем слушай….

Рассказ гоблина плавно тек под перестук колес, но я не слушал его, потеряв связь с внешним миром и уставившись в окно электрички, глядя, как в темноте мимо проплывают черные силуэты деревьев, фонари и полустанки. А в голове была лишь одна мысль: мы живы. И едем домой.

***

«Собака» выплюнула нас на Столичном Вокзале, где Гоблин, дико уставший и оттого очень злой, наплевав на все правила и предосторожности, поймал тачку. Едва завидев форму ЦСН, водитель не стал лупить заоблачные цены, так что до дома мы доехали быстро, с комфортом, да еще и за весьма скромную сумму.

Подходя к дому, во мне появилось какое – то слабое ощущение тревоги. Словно, что – то вот – вот должно произойти. Хуй его знает что и хуй его знает, когда, но обязательно должно.

- Ебаная паранойя, - пробормотал я, тряся головой и пытаясь отогнать от себя недобрые мысли. Но они не собирались уходить. Наоборот, они плотно засели в мозгу – ломом не отдерешь, усиливаясь с каждым шагом.

- Дерганный ты какой – то стал, - заметил мое состояние Гоблин, открывая подъездную дверь. – Ты бы таблеточки попил. А то не ровен час – засвистит фляга и привет.

- Отъебись, - прорычал я, входя в подъезд.

- Злой ты, - покачал Головой Гоблин, входя вслед за мной. – Не надо так.

«Жалоба игрока рассмотрена системой».

Сообщение вылезло, едва я переступил порог квартиры.

«Вины игрока в провале задания не обнаружено. С игрока сняты все временные штрафы, наложенные за провал задания. Перезапуск задания «Отступник»…

- В пизду, - отмахнулся я от системки. Сейчас, мне было абсолютно безразлично, что там вытворяет «Игра в Жизнь».

Гоблин уже переругивался с Викой на кухне. Но в этот раз, спор шел как-то тихо и вяло. Они сильно сблизились за то время, пока жили под одной крышей. Скорее всего, очень даже сблизились. До общей постели. Просто не хотели показывать это на людях, пытаясь вести себя как обычно. Впрочем, мне было похуй. У меня было свое счастье. Которое с радостным визгом повисло на моей шее, едва я вошел в квартиру. Даже разуться не успел.

- Живой и здоровый, - устало ответил я, обнимая Настю.

- И дико уставший, - Настя отстранилась, глядя мне в лицо. – А напряженный какой. Хочешь, я сделаю массаж? Расслабишься.

С этими словами, она лукаво подмигнула мне, потащив в сторону спальни. И отказываться я, понятное дело, не стал.

Но желанного массажа я так и не получил. Едва я лег на кровать, а Настя уселась на меня сверху, нежно проведя руками по спине, как в дверь кто – то постучал, а затем дверь резко распахнулась.

- Какого хуя тебе надо? – зло рявкнула Настя стоявшему в дверном проеме Гоблину.

- Настя, ты можешь выйти? – спокойно попросил товарищ. – Мне нужно поболтать с нашим линчевателем с глазу на глаз. Успеете еще перепихнуться. Или что вы там задумали.

Настя зло фыркнула, но встала и вышла из комнаты, на прощание бросил в сторону Гоблина испепеляющий взгляд.

- Да иди уже, - отмахнулся Гоблин, закрывая дверь перед самым ее носом. – Надолго я его не отниму. Скоро вернешься – и продолжите разврат.

- Чего хотел?

Я встал с кровати, нашаривая валявшуюся на полу толстовку. Несмотря на дикую холодрыгу на улице, ебучие сотрудники ЖКХ все никак не могли дать отопление.

- До Вити теперь не добраться, - ответил Гоблин, садясь на край матраса. – Скорее всего, этот хитрый пидор теперь свалит из страны. Прокурор все еще за бугром. Нужно подумать, чем дальше займемся.

- Не знаю, - развел руками я. – Система не дает подсказок, откуда начинать дальнейшие поиски…

Я замолк. Прислушался. Мне показалось, что я услышал тихий щелчок. Будто кто – то осторожно провернул ключ в замочной скважине. И от этого звука та паранойя, которая появилась еще на улице, быстро превратилась в самую настоящую панику. Внутренний голос даже не кричал, он просто вопил: беги, идиот! Брось все и спасайся!

- Кто – то сейчас нагрянет в гости, - предупредил я Гоблина, вскакивая с кровати.

Но Гоблин лишь хмыкнул:

- Ты просто параноишь. Мне это не совсем по нраву, брат. Кажется, у тебя того… фляга засвистела.

С этими словами он постучал указательным пальцем по моей голове.

- Вот объясни, кто может придти? – спокойно продолжал рассуждать Гоблин. – Копов с хвоста мы скинули…

А дальше события понеслись словно сани с горы. То есть, быстро и неуправляемо. Сперва в прихожей раздался хлопок свето – шумовой гранаты, затем – женский визг, топот тяжелых ботинок и автоматная стрельба.

Я метнулся к двери, в один прыжок оказавшись рядом с выходом и выскакивая в коридор…

Первым, что бросилось мне в глаза, было тело Насти, лежавшее на грязном затоптанном полу прихожей. Под ней уже растекалось большое красное пятно. Скорее всего, Настя оказалась на линии огня, и была срезана от дверей автоматной очередью. А в квартиру все прибывали и прибывали люди в черной штурмовой форме и балаклавах.

На кухне зазвенела падающая посуда и испуганный визг Вики. А затем раздались одиночные пистолетные хлопки. Это Филин, понимая, что ему пиздец, перевернул стол и пытался как можно дороже продать свою жизнь, оттянув спецназовцев в сторону кухни. Впрочем, сопротивление это было крайне недолгим: в дверной проем влетела свето – шумовая граната, оглушив Филина и Вику, затем на кухню ворвались несколько бойцов штурмовой группы. Две короткие очереди – и все стихло. Только одна фраза:

- Чисто!

Кто – то дернул меня за шиворот, втаскивая в комнату:

- Назад, блять, - зашипел Гоблин, закрывая дверь на замок. А я все еще стоял в прострации. Перед глазами было тело Насти, лежавшее на грязном, затоптанном полу. Казалось, что все это дурной сон. Кошмар, окутывающий спящего липкими нитями страха. Казалось, я вот – вот проснусь – и все будет как прежде. И я был готов поверить в это, если бы не одно но: во сне мне не приходили системные сообщения:

«Ваше убежище было рассекречено по наводке законопослушных граждан. Уровень розыска повышен. Текущий уровень розыска: пять. Скройтесь от полиции, чтобы понизить Ваш уровень розыска».

Оцепенение и оторопь рассеялись как морок, вместе с растаявшими в воздухе системными сообщениями.

- Суки! – сжав кулаки прорычал я, бросаясь к двери. Мозг упорно отказывался верить в то, что Насти и Филина больше нет. Хотелось просто выйти из комнаты и хотя бы попытаться им помочь, уничтожая все на своем пути. И похуй, что нет никакого оружия. Пробиваться по коридору, грызть противников зубами, если потребуется. А дальше – будь, чтог будет. Как выпадут кости.

- А ну стоять!

Сильный удар по лицу сбил меня с ног, приводя в чувства. Видимо, более прагматичный Гоблин разгадал мой план, и снял помешательство единственным известным ему способом. И способ этот оказался действенным. Он протянул мне руку, помогая встать.

- Что происходит?

Я вскочил с пола, мотая головой и приходя в себя.

- Виктор Прохоров очень разозлился на нас, что его план не выгорел, - пояснил Гоблин, извлекая из – под кровати черный, плотно набитый рюкзак. – Вот и приказал вести огонь на поражение. Пора уебывать.

- Как? – ошарашено спросил я.

- По – моему, остался единственный путь к свободе.

Гоблин забросил рюкзак за спину и метнулся к окну. Торопливо повернул пластиковую ручку – и в комнату ворвался холодный осенний ветер.

- Удачно, - выглянув вниз, пробормотал Гоблин. – Третий этаж. Внизу клумба. Земля после дождя мягкая. Она смягчит падение. Первый пошел.

В этот момент, ручка двери дернулась, пытаясь повернуться.

- Заперто! – раздалось из коридора.

- Быстрее, - прошипел Гоблин, силой заталкивая меня на подоконник. Я высунулся из окна, глядя вниз, на чернеющую грязь в метре от меня, которую отделяла от стены дома полоса бетонной отмостки.

Раздумывать было некогда. Я оттолкнулся от подоконника, падая в черную пустоту.

- Ломай!

Удар в дверь - это последнее, что я услышал. А потом было жесткое приземление, болью отозвавшееся во всем теле. Мне повезло. Под ногами чавкнула жидкая грязь, и я ушел в кувырок, чтобы погасить энергию прыжка. А из окна уже вылетела фигура Гоблина.

Но товарищу повезло меньше, чем мне. Он не дотянул до клумбы совсем чуточку, приложившись о бетонную полосу домовой отмостки. Удар, вскрик.

- Они ушли через окно, - раздался крик в квартире. – Они на улице!

Один из бойцов штурмовой группы высунулся вниз, пытаясь нас разглядеть. Но ночная мгла надежно скрыла нас от поисков. Ненадолго, но мы выиграли время.

- Хули разлегся! – прошипел я, бросаясь к Гоблину и пытаясь помочь ему встать. – Подьем! Валим нахуй отсюда.

- Сегодня из меня херовый бегун, - пробормотал в ответ Гоблин, и на его белом от боли лице проступило некое подобие улыбки. - Ноги побаливают. К дождю, наверное

- Да вставай ты! – не слушая его,прорычал я, рывком пытаясь поднять товарища на ноги. Но Гоблин лишь заорал от боли.

- Уебывай отсюда, брат! – рявкнул он, отползая к клумбе. Словно по волшебству, в его руке оказался пистолет. – Хули встал? Пиздуй, тебе говорю!

Во дворе уже топали тяжелые штурмовые ботинки. Сейчас бойцы обогнут дом и заметят нас.

- Беги, Форест!

Гоблин снял рюкзак и бросил его мне:

- Смотри не проеби, - предостерег он. – А теперь пиздуй уже. В тюрьме мне еще надоел.

И я побежал, вложив в рывок все силы, что у меня остались. Нырнул за угол стоявшей рядом девятиэтажки, скрывшись от взора преследователей. И почти врезался в полицейского, стоявшего в оцеплении редкого пока еще кольца. И, судя по его вытянувшемуся от удивления лицу и огромным глазам, могу поспорить – он не ожидал меня здесь увидеть.

- С-с-с-стоять! – как – то неуверенно произнес он, потянувшись к автомату. Но я оказался быстрее, рывком хватая его за рукав и со всей силы отшвырнув в сторону. Раздался глухой удар, с которым тело копа встретилось с бетонной стеной дома – и постовой, закатив глаза, медленно сполз на землю.

- Прости, дружище, - пробормотал я, снимая с него автомат. – Ничего личного. Ты просто оказался не в то время не в том месте.

- Вон один из них! – раздался из двора крик. Я резко развернулся, вскидывая автомат…

- Вы кто такие? – раздался в ответ спокойный голос гоблина. – А ну пошли нахуй отсюда.

Звякнул металлический предмет, ударившийся о бетон.

- Граната, блядь, - раздался чей – то крик – и тут же ебнул взрыв. А следом раздались одиночные выстрелы.

Я замер. Развернулся. И хотел было наплевав на все, броситься обратно во двор, где отбивался брат, но…

Автоматная очередь прекратила сопротивление Гоблина. Выстрелы смолкли.

- Суки! – прорычал я, стиснув в руках автомат. – Ну и суки!

На душе была какая – то пустота, поглотившая все чувства и эмоции. Хотелось просто сесть на землю, отбросив автомат, и спокойно дождаться пули.

- Вон он! – крикнул кто – то в темноте двора.

Петляя, я бросился прочь, свернув так, чтобы между мной и преследователями была детская площадка. За спиной загрохотали выстрелы. Да вот только в темноте да по движущейся мишени попасть было сложно. И я в который раз поблагодарил судьбу и богов за то, что в погоню за мной увязались на редкость косые стрелки.

Развернувшись, я выпустил в ответ длинную очередь. Попасть я ни в кого не хотел. Хотел лишь, чтобы они на время прекратили стрелять. И мне это удалось. Но ненадолго.

Плечо и бок обожгло одновременно, когда я уже почти добежал до угла стоявшей передо мной пятиэтажки. И по коже тут же потекло теплое, липкое.

- Только этого, блядь, не хватало!

Я резко повернул за пятиэтажку, уходя с линии огня, выскочив под свет фонарей и бросившись вдоль подьездов

- … Ну, пока друже. Свидимся.

Я остановился. Резко развернулся. И в голове забрезжила слабая надежда, как можно будет съебаться отсюда. Попытаться сьебаться. План был в стиле Гоблина. Надежды на успех было мало, но попробовать стоило.

- Просто праздник какой – то! – прорычал я, бросившись вперед.

Аккурат напротив соседнего подьезда стояла машина с заведенным двигателем. Водительская дверь была открыта. Возле нее стоял какой – то парень в трениках, объяснявший что – то сидевшему в машине водителю.

- Ладно, поехал я,

Я подоспел аккурат в тот момент, когда водитель уже хотел захлопнуть дверь и поехать по своим делам. Но мне пришлось чуточку подкорректировать его планы.

Сперва в сторону отлетел парень в трениках, которого я рывком отбросил в сторону. А затем, в лицо водиле уперлось дуло автомата, позаимствованного мной у робкого постового.

- Выходи из машины, - зло сказал я.

Палец дрожал на спусковом крючке. Сказывалось охуительное количество адреналина, попавшего в кровь благодаря веселому вечеру. И я сильно опасался, что ненароком нажму спуск и покрашу салон машины в красный цвет.

«Внимание»!

Едва я навел автомат на водителя, как красное сообщение с огромным восклицательным знаком всплыло перед глазами.

«Вы угрожаете убийством мирному жителю. Если вы убьете мирного жителя – на вашего персонажа будет наложен штраф».

- Катись в пизду, - прорычал я, отмахиваясь от сообщения. – Вышел нахуй из машины. Живо!

Но водитель сидел, ни жив ни мертв. Шок заставил его прилипнуть к водительскому сиденью. Он лишь хлопая глазами, молча смотрел на направленное ему в ебло черное автоматное дуло.

- Да блять!

Больше повторять я не стал. Просто размахнулся и с силой уебал водиле прикладом в лицо и вытащил его на мокрый асфальт, залезая на водительское сиденье.

- В машине!

Ебучие преследователи уже обогнули дом. И сейчас один из них кричал остальным, указывая на меня.

- Да бля-я-я-ядь! Как же вы невовремя.

Я вдавил газ, срываясь с места. А в следующую секунду, машину прошило несколько длинных автоматных очередей, заставивших меня пригнуть голову у рулю. Зазвенело, вдребезги разлетевшись, заднее стекло. Звякнули разбитые фонари. Машину занесло, но я вывернул руль, возвращая ее на прежний маршрут.

- Меткие суки!

Я приложил руку к правому боку. Ладонь мигом стала мокрой от липкой крови. Огнем горело правое бедро.

- Пиздец. Приплыли.

Машина вылетела со двора, выезжая на пустую ночную дорогу, унося меня прочь от злоебучего дома и полиции. Прочь от того места, где остались самые близкие мне люди. Горящие по бокам шоссе фонари ярко освещали черное мокрое полотно шоссе, уходившее вперед, казалось, до самого горизонта.

Руки плохо слушались. В голове шумело. Перед глазами плыла, то расплываясь, то вновь обретая очертания дорога. Машину носило из стороны в сторону на мокром асфальте.

«Болевой шок. Активирована способность «Всплеск эндорфинов. Время действия способности: две минуты».

И боль отступила, сменившись эйфорией. Такой сильной, что, казалось, я мог бы свернуть горы, и даже не заметить содеянного. В голове мигом прояснилось, а руки более уверенно сжали руль, выравнивая виляющую по дороге машину.

- Ну, поехали, - прорычал я, до отказа вжимая газ в пол. И машина послушно понеслась вперед по шоссе.

Content

Наемник. Наследственная изменчивость

Глава 1 Условно - досрочное освобождение

Глава 2 Первое задание

Глава 3. Уровень розыска

Глава 4 Чертовски беспокойное утро

Глава 5. Новая работа

Глава 6 Ловля на живца

Глава 7. Допрос на очистных

Глава 8. Охота на Хонду

Глава 9. Расстрел

Глава 10. Синдикат

Глава 11 Перекресток

Глава 12 Погрузка

Глава 13. Уроки химии

Глава 14. Игры на доверии

Глава 15. Цитадель зла

Глава 16 Защита свидетелей

Глава 17 Падение неприступной "Цитадели"

Глава 18 Городская Недвижимость

Глава 19 Бойцовый Кот

Глава 20 Пейберда

Глава 21 Вердикт

Глава 22 Тропою своих отцов

Глава 23 Куда ведет дорога?